Пирс Блейк

Когда охота началась (Загадки Райли Пейдж – книга №5)

О Блейке Пирсе

Блейк Пирс – автор сверхпопулярной серии про детектива Райли Пейдж (в серию входят мистические триллеры КОГДА ОНА УШЛА (книга № 1), КОГДА КРУГОМ ОБМАН (книга № 2), КОГДА РАЗБИВАЮТСЯ МЕЧТЫ (книга № 3), КОГДА ПРИМАНКА СРАБОТАЛА (книга № 4), КОГДА ОХОТА НАЧАЛАСЬ (книга № 5) и КОГДА СТРАСТЬ СИЛЬНА (книга № 6), а также автор серий детективов о Маккензи Уайт и Эйвери Блэк.

Детективы и триллеры – то, чем Блейк Пирс интересовался всю жизнь. Блейк с удовольствием с Вами пообщается на своем сайте www.blakepierceauthor.comwww.blakepierceauthor.com, где Вы сможете узнать о нем больше и всегда быть на связи!

Copyright © 2016 by Blake Pierce. Все права защищены. За исключением случаев, предусмотренных законом США об авторском праве от 1976 года, запрещено копировать, распространять или передавать данное произведение и его части в любой форме и любыми средствами, а также хранить в любой базе данных или системе поиска без письменного разрешения владельца авторских прав. Данная электронная книга предназначена только для личного пользования. Данную электронную книгу запрещено перепродавать или передавать другим лицам. Если вы желаете поделиться этой книгой с другим лицом, просим вас приобрести дополнительную копию книги для этого человека. Если вы читаете эту книгу, но вы ее не покупали, или она не была приобретена специально для вас, просим вас вернуть книгу и приобрести собственную копию произведения. Благодарим за проявленное уважение к работе автора. Данная книга является художественным вымыслом. Имена, герои, названия организаций, мест, событий и происшествий являются вымышленными. Любое совпадение с реальными людьми, ныне живущими или умершими, является случайным.

КНИГИ БЛЕЙКА ПИРСА

ЗАГАДКИ РАЙЛИ ПЕЙДЖ

КОГДА ОНА УШЛА (книга № 1)

КОГДА КРУГОМ ОБМАН (книга № 2)

КОГДА РАЗБИВАЮТСЯ МЕЧТЫ (книга № 3)

КОГДА ПРИМАНКА СРАБОТАЛА (книга № 4)

КОГДА ОХОТА НАЧАЛАСЬ (книга № 5)

КОГДА СТРАСТЬ СИЛЬНА (книга № 6)

ДЕТЕКТИВ МАККЕНЗИ УАЙТ

ПЕРЕД ТЕМ КАК УБИТЬ (книга № 1)

ПЕРЕД ТЕМ КАК УВИДЕТЬ(книга № 2)

ПЕРЕД ТЕМ КАК ВОЗЖЕЛАТЬ(книга № 3)

ДЕТЕКТИВ ЭЙВЕРИ БЛЭК

ПРИЧИНА ДЛЯ УБИЙСТВА (книга № 1)

ПРИЧИНА ДЛЯ БЕГСТВА (книга № 2)

ПРОЛОГ

Тишину тёмных улиц Фредриксбурга прорезал визг шин мчащегося автомобиля со специальным агентом Райли Пейдж за рулём. Её пятнадцатилетняя дочь пропала, но Райли была скорей зла, нежели напугана. Она отлично знала, где Эприл – со своим новым парнем, семнадцатилетним Джоэлом Ламбертом, отчисленным из школы. Райли сделала всё, что могла, чтобы их отношения закончились, но, видимо, её попытки не увенчались успехом.

«Сегодня я положу этому конец», – твёрдо подумала она.

Она припарковалась перед домом Джоэла – запущенным домишком в неблагополучном районе. Она уже была здесь однажды, когда и выдвинула Джоэлу ультиматум держаться от её дочери подальше. Очевидно, он его проигнорировал.

Ни одно окно в доме не горело. Возможно, там никого нет. Или же она найдёт внутри нечто такое, с чем не сможет справиться. Но Райли было плевать. Она забарабанила в дверь.

– Джоэл Ламберт! Открывай! – заорала она.

Несколько минут стояла тишина. Райли снова заколотила в дверь. На этот раз она услышала внутри приглушённые проклятья. Зажёгся свет на крыльце. Дверь, всё ещё на цепочке, открылась на несколько сантиметров. В тусклом свете Райли увидела незнакомое лицо. Оно принадлежало бородатому обдолбанному парню лет девятнадцати или двадцати.

– Чего тебе надо? – заплетающимся языком проговорил он.

– Я ищу свою дочь, – сказала Райли.

Парень выглядел озадаченным.

– Здесь её нет, леди, – сказал он.

Он попытался закрыть дверь, но Райли дёрнула её так сильно, что цепочка разорвалась и дверь распахнулась.

– Эй! – закричал парень.

Райли ворвалась в дом. Дом выглядел точно так же, как и в прошлый её визит – ужасный бардак и подозрительные запахи. Парень был высоким и жилистым. Райли заметила явное сходство между ним и Джоэлом, но для отца Джоэла он был слишком молод.

– Кто ты? – спросила она.

– Гай Ламберт, – ответил он.

– Брат Джоэла? – предположила Райли.

– Да. А ты кто, чёрт побери?

Райли достала значок.

– Специальный агент Райли Пейдж, ФБР, – бросила она.

От шока у парня широко раскрылись глаза.

– ФБР? Послушайте, здесь, должно быть, какая-то ошибка…

– Твои родители здесь? – спросила Райли.

Гай Ламберт пожал плечами.

– Родители? Какие родители? Мы здесь живём вдвоём с Джоэлом.

Райли почти не удивилась. В прошлый раз она уже заподозрила, что родители тут не при делах. Где они и что с ними – она не могла даже предположить.

– Где моя дочь? – спросила Райли.

– Леди, я даже не знаю, о ком вы говорите.

Райли сделала шаг к ближайшей двери в комнату. Гай Ламберт попытался остановить её.

– Эй, разве у тебя не должно быть ордера на обыск? – спросил он.

Райли отшвырнула его в сторону.

– Здесь я устанавливаю правила! – рявкнула она.

Райли зашла в спальню, в которой царил хаос. В ней никого не было. Она пошла дальше. Следующая дверь вела в грязную ванную, ещё одна – во вторую спальню. Везде оказалось пусто.

Она услышала, что в гостиной раздался голос.

– Стой на месте!

Она быстро вернулась туда – в дверном проёме стоял её партнёр, агент Билл Джеффрис. Она позвала его на помощь перед тем, как выйти из дома. Гай Ламберт сжался на диване и выглядел жалко.

– Этот тип пытался удрать, – сказал Билл. – Я просто объяснил ему, что ему нужно подождать тебя.

– Где они? – потребовала Райли ответа у Ламберта. – Где твой брат с моей дочерью?

– Понятия не имею.

Райли схватила его за шиворот и поставила на ноги.

– Где твой брат и моя дочь? – снова заорала она.

Когда он сказал, что не знает, она швырнула его в стену. Она услышала, что Билл неодобрительно крякнул. Без сомнения, он боялся, что Райли потеряет контроль над собой. Но ей было всё равно.

Запаниковав, Гай Ламберт выдавил ответ:

– Они в соседнем квартале, дом 1334.

Райли отпустила его. Без лишних слов она вылетела в дверь, а вслед за ней и Билл.

Райли достала фонарик и посветила на номера домов.

– Нам сюда, – сказала она.

– Нужно вызвать подкрепление, – предложил Билл.

– Нам оно не понадобится, – сказала Райли на бегу.

– Меня не это беспокоит, – сказал Билл, догоняя её.

Через несколько мгновений Райли уже стояла во дворе двухэтажного дома. То были развалины дома, очевидно заброшенные, рядом с которыми на участке ничего не было – типичный притон для героинщиков. Дом напомнил ей о месте, где она была в плену у садиста-психопата Петерсона. Он держал её в клетке и мучал пропановой лампой, пока ей не удалось бежать и взорвать дом его собственным запасом газа.

На секунду она застыла, вздрогнув от воспоминания, но затем напомнила себе: «Эприл здесь».

– Приготовься, – сказала она Биллу.

Билл достал фонарик и пистолет, и они вместе двинулись к дому.

Когда Райли подошла к крыльцу, она увидела, что окна дома заколочены. На этот раз у неё не было желания стучать – не хотелось таким образом предупреждать Джоэла или того, кто ещё был там внутри.

Она попробовала повернуть ручку двери. Она поддалась, но дверь оказалась запертой на засов. Райли достала пистолет и выстрелила, снеся засов. Она снова повернула ручку, и на этот раз дверь распахнулась.

Даже несмотря на то, что на улице было темно, её глазам потребовалось время привыкнуть, когда они с Биллом вошли в гостиную. Единственным источником света здесь было несколько свечей, которые освещали жуткую сцену хаоса и завалов, состоящих из пустых пакетиков из-под героина, шприцов и других наркоманских принадлежностей. В комнате было человек семь – двое-трое из них как раз медленно поднимались на ноги, испуганные произведённым Райли шумом, остальные всё ещё лежали на полу или свернулись в креслах в наркотическом беспамятстве. Все они выглядели истощёнными и больными, одеты они были в грязные лохмотья.

Райли сунула пистолет в кобуру. Ей он явно не понадобится в ближайшее время.

– Где Эприл? – заорала она. – Где Джоэл Ламберт?

Один из вставших вяло ответил: «Наверху».

Вместе с Биллом Райли стала пробираться вверх по тёмной лестнице, свеча перед собой фонариком. Она чувствовала, как прогибаются прогнившие ступени под её весом. Они с Биллом вошли в коридор наверху лестницы. Там было три дверных проёма, один из которых вёл в скверно пахнущую ванную. Двери в них были выдраны, в комнатах никого не было. В четвёртом проёме всё ещё была дверь, и она была закрыта.

Райли шагнула к двери, но Билл остановил её рукой.

– Давай я, – предложил он.

Райли проигнорировала его, прошла мимо, открыла дверь и шагнула внутрь.

От увиденного у Райли подкосились коленки. На голом матрасе в комнате лежала Эприл и снова и снова бормотала: «Нет, нет, нет…». Она вяло сопротивлялась Джоэлу Ламберту, который пытался раздеть её. Рядом стоял полный, невзрачный мужчина, явно ожидая, когда Джоэл закончит своё задание. На освещённом свечой столике у кровати лежала ложка и игла.

Райли всё поняла в одно мгновение: Джоэл накачал Эприл наркотиками до беспамятства и теперь предлагал её для сексуальных утех этому омерзительному типу за деньги или что-то ещё.

Она снова достала оружие и направила его на Джоэла. Она собрала всю волю в кулак, чтобы не спустить курок тут же.

– Отойди от неё, – приказала она.

Джоэл, очевидно, почувствовал её состояние. Он поднял руки и сделал шаг от кровати.

Кивнув на второго мужика, Райли сказала Биллу:

– Надень на него наручники и уведи в машину. Теперь можешь вызывать подкрепление.

– Райли, послушай… – голос Билла оборвался.

Райли поняла, что хотел сказать Билл: он прекрасно понимал, что Райли хочет провести пару минут наедине с Джоэлом, и не хотел этого допустить.

Всё ещё не отводя пистолета от Джоэла, Райли умоляюще посмотрела на Билла. Билл медленно кивнул, подошёл к мужчине, зачитал ему его права, надел наручники и вывел из комнаты.

Райли захлопнула за ними дверь. Теперь она молча стояла лицом к лицу с Джоэлом Ламбертом, не спуская с него дула пистолета. То был парень, в которого влюбилась Эприл. Но это был не обычный подросток. Он глубоко погряз в наркоторговле. Он давал наркотики её собственной дочери и, очевидно, пытался продать тело Эприл. Такой человек не был способен полюбить кого-либо.

– И что ты собираешься делать, товарищ агент? – спросил он. – У меня есть права, как тебе известно, – как и во время их прошлого разговора на его губах играла самодовольная ухмылка.

Пистолет в руке Райли дрогнул. Она сгорала от желания спустить курок и лишить этого подонка жизни. Но она не могла себе этого позволить.

Она заметила, что Джоэл двигается к краю столика. Он был крепко сложен и немного выше Райли. Он двигался к бейсбольной бите, прислонённой к столику, очевидно, в целях самозащиты. Райли подавила злорадную усмешку. Похоже, он собирается сделать как раз то, чего она от него хочет.

– Ты арестован, – сказала она.

Она убрала пистолет в кобуру и достала наручники, висящие сзади на её поясе. Как она и надеялась, Джоэл схватил биту и с силой замахнулся на Райли. Она ловко увернулась от удара и приготовилась к следующему.

На этот раз Джоэл высоко поднял биту, явно намереваясь опустить её ей на голову. Но когда его руки пошли вниз, Райли поднырнула под них, схватила биту за рукоятку и вырвала её у него, с наслаждением глядя на его ошарашенное лицо, пока он пытался восстановить равновесие.

Чтобы не упасть, Джоэл схватился за край стола. Когда его ладонь уже была на столе, Райли ударила по ней битой. Она услышала треск костей.

Джоэл издал жалкий крик и упал на пол.

– Ты сумасшедшая сучка! – орал он. – Ты сломала мне руку!

Восстанавливая дыхание, Райли наручником приковала его к спинке кровати.

– Я не нарочно, – сказала она. – Ты сопротивлялся, и я случайно прищемила тебе руку дверью. Извини.

Райли надела наручник на его уцелевшую руку, а затем наступила на сломанную, перенеся на неё весь свой вес.

Джоэл закричал, извиваясь от боли. Его ноги беспомощно бились об пол.

– Нет, нет, нет! – кричал он.

Не убирая ноги, Райли наклонилась к его лицу.

– «Нет, нет, нет», – сказала она с издёвкой. – Где я могла слышать это? Буквально недавно?

От боли и ужаса Джоэл ревел.

Райли сильней надавила ногой.

– Кто это сказал? – повторила она вопрос.

– Ваша дочь… Она это сказала.

– Что она сказала?

– «Нет, нет, нет…»

Райли немного ослабила давление.

– И почему же моя дочь так сказала? – поинтересовалась она.

Джоэл с трудом мог говорить, захлёбываясь рыданиями:

– Потому что… она была беспомощна… и ей было больно… Я понял, отпустите!

Райли убрала ногу. Она решила, что он всё осознал – по крайней мере пока, хотя, скорей всего, не окончательно. Но это было лучшее – точнее худшее – что она могла сделать пока. Он заслуживал смерти или чего похуже, но она не могла заставить себя убить его. По крайней мере, теперь он никогда снова не сможет толком пользоваться рукой.

Райли бросила Джоэла, съёжившегося в наручниках, и бросилась к дочери. У Эприл были расширены зрачки, и Райли понимала, что дочь видит её с трудом.

– Мам? – еле слышно простонала Эприл.

От звука её голоса у Райли чуть не разорвалось сердце. Она разрыдалась, помогая Эприл снова одеться.

– Я вытащу тебя отсюда, – сказала она, всхлипывая. – Всё будет хорошо.

Но говоря это, Райли молилась, чтобы это так и было.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Райли ползёт в грязи под домом. Её окружает кромешная темнота. Она не понимает, почему не взяла с собой фонарик, ведь она уже была в этом жутком месте.

Она снова слышит, как Эприл зовёт её в темноте.

– Мам, где ты?

Райли в отчаянии. Она знает, что Эприл где-то здесь, в этой кровожадной тьме. Её мучает бессердечный монстр.

– Я здесь, – кричит Райли в ответ. – Я иду. Говори что-нибудь, и я тебя найду!

– Сюда! – зовёт Эприл.

Райли ползёт в том направлении, но через секунду слышит голос дочери с другой стороны.

– Сюда.

Голос эхом отдаётся в темноте.

– Сюда… сюда… сюда…

Голос не один, и девочка там не одна. Много девочек зовут её на помощь. А она не имеет понятия, где их искать.

Райли проснулась от своего кошмара, почувствовав, что кто-то сжимает её руку. Она заснула, держась за руку Эприл, а теперь девочка начала просыпаться. Райли села прямо и посмотрела на лежащую в кровати дочь.

Лицо Эприл всё ещё было нездорового бледного цвета, но рука её стала сильней и уже не была такая холодная. Девочка выглядела гораздо лучше, чем вчера. Ночь в больнице пошла ей на пользу.

Эприл удалось сфокусировать взгляд на Райли. Затем в её глазах появились слёзы, как Райли и ожидала.

– Мам, а если бы ты не пришла? – сдавленно проговорила Эприл.

Теперь и Райли защипало в глазах. Эприл уже бесчисленное количество раз задавала один и тот же вопрос. Райли не могла даже попытаться представить ответ, не то что озвучить его.

У Райли зазвонил телефон. Она увидела, что звонит Майк Невинс, судебный психиатр и её хороший друг. Он помог Райли пережить не один личный кризис, и был рад помочь и в этот раз.

– Просто хотел узнать, всё ли у вас в порядке, – сказал Майк. – Надеюсь, я не позвонил не вовремя.

Райли была рада услышать сочувствующий голос Майка.

– Вовсе нет, Майк. Спасибо, что позвонил.

– Как она?

– Как будто лучше.

Райли не знала, что бы она делала без помощи Майка. После того, как она вытащила Эприл из дома Джоэла, начался суматоха со скорой помощью, лечением, полицейскими отчётами. Вчера вечером Майк организовал для Эприл допуск в Центр здоровья и реабилитации Коркорана.

Здесь было гораздо лучше, чем в больнице, даже заставленная медицинским оборудованием, палата выглядела приятно и уютно. В окно Райли видела деревца на идеально подстриженной лужайке.

В этот момент в комнату вошёл врач Эприл, и они закончили разговор. Доктор Эллис Спирс был добродушным мужчиной с молодым лицом, но выдающими возраст седыми волосами.

Он прикоснулся к голове Эприл и спросил:

– Как ты себя чувствуешь?

– Не очень, – ответила она.

– Ну, на всё нужно время, – сказал он. – Ты поправишься. Мисс Пейдж, могу я поговорить с вами наедине?

Райли кивнула и вышла вслед за ним в коридор. Доктор Спирс посмотрел в свои бумаги.

– Героин практически вышел из её крови, – сказал он. – Тот мальчик дал ей опасную дозу. К счастью, она быстро приходит в себя. Скорей всего, физической ломки у неё не будет. Сейчас её мучают скорей эмоциональные, чем физические проблемы.

– Она будет?.. – Райли не смогла закончить вопрос.

К счастью, доктор понял, что она хотела сказать.

– Рецидив или пристрастие? Сказать сложно. Первый раз героин может показаться чудесным – как ничто другое в мире. Она пока не подсела, но ощущение это вряд ли забудет. Всегда будет риск, что она снова будет искать тех эмоций.

Райли охнула. С этого дня жизненно необходимо будет не давать Эприл ни малейшего шанса использовать наркотики. Перспектива ужасная. Эприл теперь нельзя было курить травку и принимать некоторые таблетки – даже болеутоляющие, очень опасные опиоиды.

– Доктор Спирс, я…

Райли с трудом удалось сформулировать свой вопрос.

– Я не понимаю, что произошло, – выговорила она. – Зачем она так поступила?

Доктор сочувственно ей улыбнулся. Райли подумала, что он очень часто слышал этот вопрос.

– Побег, – сказал он. – Но не полный побег от жизни. Она не такая. На самом деле, я не думаю, что она вообще из наркоманов по своей натуре. Как и все подростки, ей не хватает контроля за своими эмоциями – но это лишь потому, что мозг ещё не до конца сформировался. Ей понравилась эта краткосрочная эйфория. К счастью, доза была слишком мала, чтобы нанести ей непоправимый вред.

Доктор Спирс на мгновение замолчал.

– Её опыт был необычайно болезненным, – сказал он. – Я про то, как тот мальчик хотел сексуально эксплуатировать её. Одного такого воспоминания может быть достаточно, чтобы она никогда больше не захотела вернуться к наркотикам. Но эмоциональный стресс также может стать и опасным поводом.

Райли упала духом. Эмоциональный стресс последнее время казался неотъемлемой частью их семейной жизни.

– Несколько дней мы будем за ней присматривать, – сказал доктор Спирс, – после чего ей нужна будет забота, отдых и помощь с самоанализом.

Доктор извинился и вернулся к своему обходу, а Райли осталась стоять в коридоре, чувствуя себя одинокой и измученной.

«Не это ли произошло с Джилли? – думала она. – Неужели Эприл кончит так же, как эта отчаявшаяся девочка?»

Два месяца назад в Фениксе, штат Аризона, Райли спасла от проституции девочку, которая была ещё младше Эприл. Между ними сформировалась странная эмоциональная связь, и Райли старалась поддерживать с ней общение, поместив её в приют для подростков. Но пару дней назад Райли сообщили, что Джилли бежала. Райли не могла вернуться в Феникс, но попросила о помощи местного агента ФБР. Она знала, что он чувствует себя обязанным ей, и ждала от него новостей сегодня.

А пока Райли там, где должна быть – с Эприл.

Она пошла в палату дочери, когда услышала, что кто-то окликнул её в коридоре. Она повернулась и увидела озабоченное лицо своего бывшего мужа, Райана, который шёл к ней. Когда она позвонила ему вчера, чтобы сообщить о произошедшем, он работал над делом в Миннеаполисе.

Райли была удивлена, увидев его. Дочь не была вверху списка приоритетов Райана – она стояла ниже его работы юристом и гораздо ниже холостяцкой свободы, которой он наслаждался. Она сомневалась, что он вообще объявится.

А теперь он подбежал к Райли, обнял её, а на лице его было написано беспокойство.

– Как она? Как она?

Райан без конца повторял свой вопрос, так что Райли даже не могла ответить.

– Она будет в порядке, – наконец ей удалось сказать.

Райан выпустил Райли из объятий и посмотрел на неё со страдальческим видом.

– Мне жаль, – сказал он. – Мне так жаль. Ты говорила мне, что у Эприл проблемы, но я не слушал тебя. Я должен был быть с вами.

Райли не знала, что и сказать. Извинения были не в стиле Райана. Она скорее ожидала, что он вывалит на неё гору обвинений за то, что произошло – так он обычно реагировал на семейные кризисы. Очевидно то, что произошло с Эприл, было настолько ужасно, что задело даже его. Судя по всему, он уже поговорил с докторами и был в курсе всего.

Он кивнул на дверь.

– Могу я увидеть её? – спросил он.

– Конечно, – ответила Райли.

Стоя в дверях, Райли наблюдала, как Райан подбежал к кровати Эприл, обнял её и несколько мгновений крепко сжимал в объятьях. Райли показалось, что его спина вздрогнула от всхлипа. Затем он сел на кровати рядом с Эприл и взял её за руку.

Эприл снова плакала.

– О, папа, я всё испортила, – сказала она. – Понимаешь, я встречалась с этим парнем…

Райан коснулся её губ, чтобы заставить замолчать.

– Шш. Тебе не нужно мне ничего рассказывать. Всё хорошо.

Райли почувствовала комок в горле. Она вдруг впервые за долгое время снова почувствовала, что они трое – семья. Хорошо это или плохо? Знак, что всё исправится или подготовка к очередному разочарованию и беде? Она не знала ответа.

Райли из дверей смотрела, как Райан мягко погладил дочь по волосам, а Эприл закрыла глаза и расслабилась. Трогательное зрелище.

«Когда всё пошло не так?» – думала она.

Она осознала, что хотела бы вернуться к тому критическому моменту, когда она допустила ужасную ошибку, и исправить всё, сделать так, чтобы этого не произошло. Она была уверена, что Райан думает примерно о том же.

Она знала, что мысль эта ироничная. Маньяк, которого она взяла пару дней назад, был помешан на времени, он раскладывал тела своих жертв так, будто они были стрелками на часах. А теперь она сама жаждет повернуть время вспять.

«Если бы я только могла уберечь её от Петерсона», – подумала она с содроганием.

Как и Райли, монстр-садист посадил Эприл в клетку и угрожал ей пропановой горелкой. Бедная девочка до сих пор не оправилась от посттравматического синдрома.

Но Райли знала, что проблема кроется гораздо глубже.

«Может быть, если бы мы с Райаном не разошлись…» – размышляла она.

Но как они могли этого избежать? Райан вёл себя отстранённо и незаинтересованно как в качестве мужа, так и в качестве отца, всё, что ему нравилось – это приволочиться за кем-нибудь. Но она не считала, что он один во всём виноват. Она сама допустила достаточно ошибок. Ей никогда не удавалось достигнуть баланса между работой в ФБР и материнством, а из-за этого она не заметила множество предупреждающих знаков, говорящих о том, что Эприл в беде.

Её печаль усилилась. Нет, она не могла выбрать один момент в прошлом, который хотела бы исправить – в её жизни было слишком много ошибок и упущенных возможностей. Кроме того, она прекрасно знала, что прошлого не вернуть. Так какой смысл желать невозможного?

У Райли зазвонил телефон, и она снова вышла в коридор. Когда она увидела, что звонит Гаррет Хольбрук, агент ФРР, которому она поручила заняться поисками Джилли, сердце у неё забилось сильней.

– Гаррет! – воскликнула она, приняв звонок. – Как успехи?

Своим обычным монотонным голосом Гаррет ответил:

– У меня хорошие новости.

Райли сразу стало легче дышать;

– Полицейские нашли её, – сказал Гаррет. – Она всю ночь провела на улице, без денег и не зная, куда идти. Её поймали, когда она пыталась своровать что-то в продуктовом магазине. Сейчас она рядом со мной в участке. Я внесу за неё залог, но…

Гаррет замолчал, Райли не понравилось, как прозвучало его «но».

– Может быть, тебе стоит с ней поговорить.

Несколько секунд спустя Райли услышала знакомый голос.

– Привет, Райли.

Теперь, когда тревога Райли утихла, она начала злиться.

– Не «приветкай» мне. О чём ты думала, когда вот так сбегала, а?

– Я туда не вернусь, – сказала Джилли.

– Это мы ещё посмотрим.

– Пожалуйста, не заставляй меня туда возвращаться.

Райли замолчала. Она не знала, что сказать. Она знала, что приют, в котором жила Джилли, был хорошим, в нём о ней заботились. Райли была знакома с кем-то из местного персонала, и все они были очень приятными людьми.

Но Райли прекрасно понимала чувства Джилли. Последний раз, когда они общались, Джилли жаловалась, что она никому не нужна, что приёмные семьи обходят её стороной. «Им не нравится моё прошлое», – говорила Джилли. Тот разговор плохо кончился: Джилли со слезами просила Райли удочерить её. Райли не сумела объяснить ей тысячи причин, почему это невозможно. Она надеялась, что в этот раз их беседа не зайдёт в тот же тупик.

Прежде чем Райли успела придумать, что ответить, Джилли сказала:

– С тобой хочет поговорить твой друг.

Райли снова услышала голос Гаррета Хольбрука.

– Она всё время говорит, что не вернётся в тот приют. Но у меня есть идея. Одна из моих сестёр, Бонни, подумывала об усыновлении. Я уверен, что она и её муж будут рады взять Джилли. Так что, если Джилли…

Конец фразы заглушили радостные вопли Джилли, которая снова и снова кричала: «Да! Да! Да!».

Райли улыбнулась. Это было как раз то, что нужно.

– Отличный план, Гаррет, – сказала она. – Дай мне знать, если всё получится. Большое спасибо тебе за помощь.

– Всегда пожалуйста, – ответил Гаррет.

Они закончили разговор. Райли снова подошла к дверям в палату и увидела, что Райан с Эприл беспечно болтают. Ей вдруг стало казаться, что всё не так уж плохо. Несмотря на все её недостатки и недостатки Райана, они дали Эприл жизнь, которая всё же гораздо лучше, чем у многих детей.

В этот момент она почувствовала на своём плече руку и услышала голос:

– Райли.

Она обернулась и увидела дружелюбное лицо Билла. Отходя от двери, чтобы поговорить с ним, Райли невольно смотрела то на своего старого партнёра, то на бывшего мужа. Даже в теперешнем стрессовом состоянии Райан выглядел успешным юристом, каким он и являлся. Его красота блондина и мягкие манеры открывали ему все двери. Она поняла, что Билл больше похож на неё саму. Его тёмные волосы были тронуты сединой, он был крепче Райана и более взъерошен. Но в своей сфере деятельности Билл был очень компетентным и являлся более крепкой опорой в её жизни.

– Как она? – спросил Билл.

– Лучше. Что там с Джоэлом Ламбертом?

Билл покачал головой.

– Тот ещё фрукт, – сказал он. – Но он хотя бы не молчит, как партизан. Он рассказал, что был знаком с людьми, которые неплохо зарабатывали на молоденьких девочках, так что решил попробовать сам. Никаких следов раскаяния, он социопат до мозга костей. Так или иначе, он получил своё обвинение и отправится в тюрьму. Хотя и наверняка попытается заключить договор с прокуратурой.

Райли нахмурилась. Она терпеть не могла такие договоры, а этот её особенно возмущал.

– Я понимаю, что ты чувствуешь, – сказал Билл. – Но я предполагаю, что он разболтается, и мы сможем засадить многих из этих ублюдков – во всём есть свои плюсы.

Райли кивнула. Она была рада, что из всего этого кошмара выйдет хоть что-то хорошее. Но ей нужно было обсудить кое-что с Биллом, и она не знала, с чего начать.

– Билл, насчёт моего возвращения к работе…

Билл погладил её по плечу.

– Успокойся, – сказал он. – Какое-то время ты не сможешь работать над делами. Тебе нужно отдохнуть. Не волнуйся, я всё понимаю, как и все в Квантико. Можешь не торопиться.

Он посмотрел на часы.

– Мне не хочется убегать, но…

– Иди, – сказала Райли. – И спасибо за всё.

Она обняла Билла и он убежал. Райли осталась стоять в коридоре, размышляя о ближайшем будущем. Билл сказал: «Можешь не торопиться».

Это будет не так-то просто. Случившееся с Эприл – это очередное напоминание о всём том зле, которое ещё на свободе. И её работа – остановить как можно больше злодеев. А если жизнь чему-то её и научила, так это тому, что у преступников нет выходных.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Семь недель спустя

Когда Райли пришла в офис психолога, она увидела сидящего в одиночестве в комнате ожидания Райана.

– Где Эприл? – спросила Райли.

Райан кивнул на закрытую дверь.

– С доктором Слоат, – сказал он взволнованно. – Сказали, им нужно что-то обсудить наедине. А потом мы войдём и присоединимся к ним.

Райли вздохнула и села на кресло неподалёку. Она, Райан и Эприл за последние несколько недель провели здесь немало тяжёлых в эмоциональном плане часов. Сегодня должен был быть последний сеанс с психологом перед рождественскими каникулами.

Доктор Слоат настояла на том, чтобы в восстановлении Эприл участвовала вся семья. Для всех это было тяжёлой работой. Но, к облегчению Райли, Райан всецело участвовал в процессе. Он приходил на все сеансы, для которых мог выкроить время в своём расписании, и даже отказался от пары дел, чтобы было больше времени. Сегодня он привёз сюда Эприл из школы.

Райли изучала лицо бывшего мужа, пока тот смотрел на дверь кабинета. Многое говорило о том, что он изменился. Совсем недавно он не обращал внимания на все её рассказы об отклонениях в поведении Эприл. Он всегда говорил, что во всех проблемах Эприл виновата одна Райли.

Но когда он узнал, что Эприл принимала наркотики и чуть было не стала жертвой проституции, в нём что-то как будто переломилось. Выписавшись из реабилитационного центра, Эприл уже шесть недель провела дома, и в это время Райан часто навещал их и даже провёл с ними День благодарения. Временами они даже казались настоящей семьёй.

Но Райли постоянно напоминала себе, что они никогда не были настоящей семьёй.

«Изменится ли это теперь? – гадала она. – Хочу ли я, чтобы это изменилось?..»

Райли чувствовала себя измученной и даже немного виноватой. Она приложила немало усилий, чтобы привыкнуть к мысли, что в её будущем Райана не будет. А может быть, даже будет какой-то другой мужчина.

Их с Биллом всегда тянуло друг к другу. Но в то же время они частенько ссорились и ругались. Кроме того, вмешивать романтику в их профессиональных отношениях было совершенно излишне.

Её добрый и привлекательный сосед, Блейн, казался гораздо более подходящим вариантом, тем более, что его дочь Кристал дружила с Эприл.

И всё же временами, как, например, сейчас, Райан казался тем же человеком, в которого она когда-то, много лет назад влюбилась. Куда это всё приведёт? Она даже и предположить не могла.

Тут дверь кабинета открылась и оттуда выглянула доктор Слоат.

– Теперь можете заходить, – с улыбкой пригласила она.

Эта невысокая и коренастая добродушная женщина уже давно приглянулась Райли, и Эприл, по всей видимости, тоже была от неё без ума.

Райли и Райан зашли в кабинет и сели в удобные мягкие кресла. Они оказались лицом к Эприл, которая сидела на диване рядом с доктором Слоат. Эприл слабо улыбалась. Доктор Слоат кивнула ей, давая знак начинать.

– На этой неделе кое-что произошло, – сказала Эприл. – Мне трудно об этом говорить…

У Райли оборвалось дыхание, она почувствовала, что у неё ускорился пульс.

– Это касается Габриэллы, – сказала Эприл. – Наверное, ей стоило бы тоже быть здесь, но её нет, так что…

У Эприл оборвался голос.

Райли была удивлена. Габриэлла была полной гватемалкой средних лет, которая уже много лет занималась домашними делами в их семье. Она переехала к Райли и Эприл и была частью их семьи.

Эприл глубоко вдохнула и продолжила:

– Пару дней назад она сказала мне кое-что, чего я вам не рассказала. Но я считаю, что вы должны знать. Габриэлла сказала, что ей придётся уйти.

– Почему? – охнула Райли.

Райан выглядел озадаченным,

– Ты ей мало платишь? – спросил он Райли.

– Это из-за меня, – сказала Эприл. – Она сказала, что больше так не может. Она сказала, что для неё это слишком большая ответственность – следить за тем, чтобы я не навредила себе и не убила себя.

Эприл замолчала. К глазам её подступили слёзы.

– Она сказала, что я слишком легко могу ускользнуть так, чтобы она не увидела. Она не может спать ночами, всё думает, что я могу быть в беде. Она сказала, что теперь, когда я здорова, она сразу же уедет.

Райли вздрогнула от тревоги. Она и понятия не имела, что у Габриэллы появились такие мысли.

– Я умоляла её не уезжать, – проговорила Эприл. – Я плакала, и она тоже плакала. Но я не могла заставить её передумать, и я была в ужасе.

Эприл сдержала всхлип и вытерла глаза платком.

– Мам, – сказала Эприл. – Тогда я просто упала на колени и пообещала никогда, никогда не делать так, чтобы она снова себя так почувствовала. Наконец… Наконец она обняла меня и сказала, что не уедет, пока я держу своё обещание. А я буду его держать. Правда. Мама, папа, я никогда не сделаю ничего такого, чтобы Габриэлла или кто-либо ещё снова вот так беспокоился за меня.

Доктор Слоат погладила Эприл по руке и улыбнулась Райли и Райану.

Она сказала:

– Думаю, Эприл хочет сказать, что теперь она в порядке.

Райли увидела, как Райан достал платок и прикоснулся им к глазам. Она редко видела его плачущим. Но она понимала, что он сейчас чувствует. У неё самой в горле застрял комок. Благодаря Габриэлле – не Райли и не Райану – Эприл снова увидела свет.

И всё же Райли была неимоверно благодарна, что её семья будет вместе и в добром здравии на Рождество. Она проигнорировала промелькнувшее в глубине её души жуткое ощущение, дурное предчувствие, что монстры украдут её праздник.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Когда Шейн Хэтчер вошёл в тюремную библиотеку в Рождество, часы на стене показали, что до часа икса осталось ровно две минуты.

«Как раз вовремя», – подумал он.

Через несколько минут он будет на свободе.

Его развеселил вид развешанных тут и там рождественских украшений – сделанных, разумеется, из цветного пенопласта и не содержащих ничего твёрдого, острого, или такого, что можно использовать в качестве верёвки. Хэтчер провёл в Синг-Синге не одно Рождество, и мысль о создании здесь праздничного настроения всегда казалась ему абсурдной. Он чуть не рассмеялся во весь голос, когда увидел Фредди, молчаливого тюремного библиотекаря, в шапке Санты.

Сидя за столом, Фредди повернулся к нему и слегка улыбнулся. Эта улыбка сказала Хэтчеру, что всё идёт по плану. Хэтчер молча кивнул и улыбнулся ему в ответ, а потом зашёл в проход между двумя стеллажами с книгами и стал ждать.

Как только часы пробили, Хэтчер услышал звук открывающихся в конце библиотеки дверей, через которые осуществлялась доставка. Через несколько мгновений в библиотеку вошёл водитель грузовика, толкая перед собой большой пластиковый контейнер на колёсах. Ворота с шумом закрылись за ним.

– Что ты привёз мне на этот раз, Вэйдер? – спросил Фредди.

– А ты как думаешь? – спросил водитель. – Книги, книги, книги.

Водитель быстро глянул в направлении Хэтчера, затем отвернулся. Он, естественно, тоже был в деле. С этого момента Фредди и водитель делали вид, что Хэтчера здесь нет.

«Отлично», – подумал Хэтчер.

Вэйдер и Фредди вместе разгрузили книги на стальной столик на колёсах.

– Не хочешь зайти в буфет, выпить по чашечке кофе? – спросил Фредди водителя. – А может, горячего эг-нога? Здесь готовят его в честь праздника.

– Звучит неплохо.

Разговаривая как ни в чём не бывало, мужчины исчезли за двойными дверьми на петлях.

Мгновение Хэтчер стоял тихо, запоминая точное расположение контейнера. Он уже давно приплачивал охране и та потихоньку отодвинула камеры так, что в библиотеке образовалось слепое пятно, которое пока не заметил охранник, наблюдающий за библиотекой. Судя по всему, водитель поставил контейнер точно на метке.

Хэтчер молча вышел из-за полок и залез в контейнер. Водитель оставил на его дне грубое, тяжёлое одеяло, и Хэтчер натянул его на себя.

Теперь следовала единственная фаза в плане Хэтчера, когда что-то могло пойти не так. Но даже если сейчас кто-то зайдёт в библиотеку, вряд ли он станет заглядывать в контейнер. Те же, кто тщательно осматривает грузовик с книгами перед отъездом, тоже были проплачены.

Он не нервничал и не беспокоился. Он уже несколько десятков лет не испытывал таких эмоций. Тому, кому нечего терять в жизни, нечего и беспокоиться. Единственное, что возбуждало его интерес, было предвкушение неизвестного.

Он лёг под одеяло и внимательно прислушался. Часы на стене пробили одну минуту.

«Ещё четыре минуты», – подумал он.

Таков был план. Эти пять минут – алиби Фредди. Он честно скажет, что не видел, как Хэтчер забрался в контейнер. Он может сказать, что думал, что Хэтчер ушёл из библиотеки до этого. По истечении этих пяти минут Фредди и водитель вернутся и Хэтчера вывезут из библиотеки, а затем и из тюрьмы.

А пока Хэтчер позволил своим мыслям роиться вокруг того, что он будет делать со своей свободой. Он недавно услышал новости, которые сказали ему, что риск стоит того – и даже интересен.

Хэтчер улыбнулся от мысли о другом человеке, который очень заинтересуется его выходкой. Он жалел, что не увидит лица Райли Пейдж, когда она узнает, что он на воле.

Он тихо рассмеялся.

Будет здорово снова её увидеть.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Райли смотрела, как Эприл открывает коробку с рождественским подарком от Райана, и гадала, насколько точно Райан настроился на волну своей дочери за последнее время.

Эприл с улыбкой достала металлический браслет.

– Какой он красивый, папа! – сказала она, целуя отца в щёчку.

– Я слышал, сейчас такие в моде, – сказал Райан.

– Так и есть! – воскликнула Эприл. – Спасибо!

Тут она едва заметно подмигнула Райли. Райли сдержала смешок: всего пару дней назад Эприл говорила Райли, как её бесят эти дурацкие браслеты, которые носят все девчонки в классе – теперь же она отлично изобразила восторг.

Конечно, Райли знала, что это не целиком притворство: Эприл радовало, что её отец хотя бы предпринял попытку подарить ей на Рождество то, что ей могло бы понравиться.

То же самое Райли думала про дорогую сумочку, которую подарил ей Райан. Сумочка была совершенно не в её стиле, и она никогда не станет её носить – разве что только, когда Райан её видит. Она была уверена и в том, что это точно так же касается и бумажника, который они с Эприл купили ему.

«Мы снова пытаемся быть семьёй», – думала Райли.

И временами ей казалось, что у них получается.

Было рождественское утро, Райан только что приехал, чтобы провести с ними день. Райли, Эприл, Райан и Габриэлла сидели вокруг трещащего камина и потягивали горячий шоколад. Из кухни доносились потрясающие ароматы грандиозного Рождественского обеда Габриэллы.

На Райли, Эприл и Райане были связанные Габриэллой шарфы, сама Габриэлла была в пуховых тапочках, подаренных ей Райли и Эприл.

Раздался звонок в дверь, и Райли пошла открывать. За дверью стояли их соседи: Блейн и его дочь-подросток Кристал.

При виде их Райли испытала одновременно радость и неловкость. В прошлом Райан испытывал к Блейну изрядную ревность – и небезосновательную, Райли была готова это признать. Правда была в том, что она считала его довольно привлекательным.

Райли невольно сравнивала его с Биллом и Райаном. Блейн был на пару лет младше её самой, он был строен и подтянут, а ещё Райли радовало то, что он не страдает ерундой, пытаясь замаскировать проявляющуюся лысину.

– Заходите! – сказала Райли.

– Прости, я не смогу, – сказал Блейн. – Мне нужно забежать в ресторан. Но я привёл к вам Кристал.

Блейн был владельцем популярного ресторана в центре. Райли подумала, что нечего удивляться тому, что он открыт в Рождество – сегодняшний обед в «Гриле Блейна», наверняка, роскошен.

Кристал забежала в дом и присоединилась к сидящим перед камином. Они с Эприл стали, хихикая, открывать принесённые друг другу подарки.

Райли с Блейном сдержанно обменялись рождественскими открытками, и Блейн ушёл. Когда Райли снова вошла в гостиную, Райан выглядел кислым. Райли отложила открытку, не открывая, – она сделает это, когда Райан уйдёт.

«Моя жизнь порядком усложнилась», – подумала она. Но зато теперь жизнь стала больше походить на нормальную жизнь, и это её радовало.

*

Шаги Райли эхом отозвались в большой тёмной комнате. Неожиданно послышался щелчок выключателя. Зажёгся фонарь, на несколько секунд ослепив её.

Райли поняла, что оказалась в коридоре, который, судя по всему, располагался в восковом музее – вокруг были ужасные экспонаты. Справа от Райли был обнажённый труп женщины: расставив ноги, как кукла, она сидела, опершись спиной о дерево. Слева на фонарном столбе висел труп женщины, обмотанный цепями. Дальше выставка продолжалась – там было несколько тел женщин со связанными за спиной руками. Кроме того, было несколько истощённых трупов с дико расставленными руками.

Райли узнала каждую сцену – всё это были дела, над которыми она работала в прошлом. Она оказалась в собственной комнате страха.

Но что она здесь делает?

Неожиданно она услышала наполненный ужасом детский голос:

– Райли, помоги мне!

Она посмотрела прямо перед собой и увидела силуэт девочки, сжавшей руки в отчаянной мольбе.

Это была Джилли. И она снова была в беде.

Райли бросилась бежать к ней. Но тут загорелся ещё один фонарь и она увидела, что силуэт принадлежал вовсе не Джилли.

Это был седой старик в полной униформе офицера морского флота.

Это был отец Райли. И он смеялся над её ошибкой.

– Ты и не думала, что здесь есть кто-то живой, да? – сказал он. – Живым от тебя нет никакой пользы. Сколько раз я тебе это говорил?

Райли была озадачена. Её отец умер несколько месяцев назад. Она не скучала по нему. Она изо всех сил старалась никогда не вспоминать о нём. Он всегда был жестоким, и она не видела от него ничего, кроме боли.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Райли.

– Просто мимо проходил, – рассмеялся он. – Хотел посмотреть, как ты упускаешь свою жизнь. Вижу, что как всегда.

Райли хотела наброситься на него. Она хотела ударить его изо всех сил. Но она застыла на месте и не могла пошевелиться.

Тут раздалось громкое жужжание.

– Жаль, что мы не можем поболтать, – сказал он. – Но у тебя другие дела.

Жужжание становилось громче и громче. Её отец повернулся и пошёл прочь.

– Ты никому ещё не принесла ни грамма пользы, – сказал он. – Даже себе.

Райли открыла глаза и поняла, что у неё звонит телефон. Часы показывали 6 утра.

Звонили из Квантико. Звонок в такое время говорил о том, что дело серьёзное.

Она взяла трубку и услышала строгий голос шефа своей команды, ответственного специального агента Брента Мередита.

– Агент Пейдж, вы мне срочно нужны в моём кабинете, – сказал он. – Это приказ.

Райли потёрла глаза.

– В чём дело? – спросила она.

Последовала короткая пауза.

– Обсудим это с глазу на глаз, – сказал он и повесил трубку.

Спросонья Райли подумала, что, может быть, схлопотала выговор за плохое поведение, но тут же вспомнила, что уже несколько месяцев не занималась полевой работой. Звонок от Мередита мог означать только одно.

«Новое дело», – подумала Райли.

Он бы не стал её звонить в праздник по какой бы то ни было другой причине.

А из-за тона голоса Мередита она была уверена, что это будет что-то значительное – возможно, даже судьбоносное.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Опасения Райли усилились, когда она вошла в здание ОПА. Когда она зашла в кабинет Брента Мередита, шеф уже ждал её за столом. Крупный, с угловатыми афроамериканскими чертами, Мередит всегда производил впечатление. А прямо сейчас он ещё и был озабочен.

Билл тоже был здесь. По выражению его лица Райли видела, что он тоже ещё не знает, в чём дело.

– Садитесь, агент Пейдж, – сказал Мередит.

Райли села на свободный стул.

– Простите, что испортил вам праздники, – сказал Мередит Райли. – Мы уже давно не разговаривали. Как у вас дела?

Райли была поражена. Начинать совещания таким образом – с извинений и вопросов о делах – было не в стиле Мередита. Обычно он сразу переходил к делу. Конечно, он знал, что она ушла на отдых из-за проблем с Эприл. Райли понимала, что Мередит искренне переживает за неё, и всё же, это ей показалось странным.

– Вроде лучше, – ответила она.

– Как ваша дочь? – спросил Мередит.

– Она поправляется, спасибо.

Какое-то время Мередит молча смотрел на неё.

– Надеюсь, что вы готовы вернуться к работе, – сказал Мередит. – Потому что если в каком-то расследовании нам нужны были именно вы, то это оно.

Пока Райли ждала его объяснений, её воображение уже успело нарисовать ей множество вариантов.

Наконец, Мередит сказал:

– Шейн Хэтчер бежал из исправительной колонии Синг-Синг.

Его слова обрушились на Райли, как тонна кирпичей. Она была рада, что сидит.

– Боже, – сказал Билл. Он выглядел по-настоящему ошеломлённым.

Райли хорошо знала Шейна Хэтчера – лучше, чем ей бы того хотелось. Он уже несколько десятков лет отсиживал своё пожизненное наказание без шанса досрочного освобождения. За время своего срока он стал экспертом по криминологии. Он публиковал статьи в научных журналах и даже преподавал в тюремных образовательных программах. Райли уже несколько раз приходила в Синг-Синг за его советом в расследовании.

Эти визиты всегда неоднозначно на неё влияли: ей казалось, что Хэтчер испытывает к ней особенную симпатию, а в глубине души Райли понимала, что восхищается им куда больше, чем ей следовало бы. Она считала его, наверное, самым умным человеком из всех, с кем ей приходилось встречаться, – и, наверное, самым опасным.

После каждого визита в Синг-Синг она обещала себе никогда туда не возвращаться. Она хорошо помнила, как уходила оттуда последний раз: «Я больше не вернусь», – сказала она ему. «Возможно, тебе и не придётся», – ответил он.

Теперь его слова показались ей на удивление дальновидными.

– Как он бежал? – спросила она Мередита.

– Я не в курсе подробностей, – ответил он. – Но, как тебе, вероятно, известно, он много времени проводил в тюремной библиотеке, и даже работал там ассистентом. Вчера он был там, когда происходила доставка книг. Судя по всему, он ускользнул на грузовике, который привёз книги. Вчера поздно вечером, когда охрана заметила его пропажу, грузовик был найден брошенным в нескольких милях от Оссининга. Водитель тоже исчез.

Мередит снова замолчал. Райли легко могла поверить, что Хэтчер продумал и организовал такой дерзкий побег. Что же касается водителя, Райли даже думать не хотела, что с ним могло произойти.

Мередит наклонился к Райли через стол.

– Агент Пейдж, вы знаете Хэтчера лучше, чем кто-либо другой. Что вы можете рассказать нам о нём?

Всё ещё не оправившись от потрясения, Райли глубоко вдохнула.

Она сказала:

– В молодости Хэтчер состоял в банде в Сиракьюс. Даже среди матёрых преступников он считался необычайно жестоким. Его называли «Цепной Шейн», поскольку соперников своей банды он умерщвлял с помощью цепей.

Райли замолчала, вспоминая, что ей рассказывал Шейн.

– Один полицейский взял на себя миссию поймать Хэтчера. Хэтчер отомстил тем, что колёсными цепями превратил его в неопознаваемую груду костей, которую оставил на крыльце его же дома, где её нашла его семья. Тогда Хэтчера арестовали. Он провёл в тюрьме тридцать лет. И он никогда не должен был оттуда выйти.

Снова воцарилась тишина.

– Сейчас ему пятьдесят пять, – сказал Мередит. – Думаю, что, проведя в тюрьме тридцать лет, он уже не настолько опасен, как был в молодости.

Райли покачала головой.

– Возможно, вы ошибаетесь, – сказала она. – Тогда он был просто необразованным хулиганом. Он не осознавал собственный потенциал. Но за столько лет он получил порядочный пласт знаний. Он знает, что он гений. И он никогда по-настоящему не испытывал угрызений совести. О, за столько лет он стал законченной личностью. Он сдерживался в тюрьме – там это давало ему привилегии, хоть и не сокращало срок приговора – но я уверена, что он как никогда жесток и опасен.

Райли подумала с минуту. Что-то её беспокоило, но она никак не могла понять, что именно.

– Кто-нибудь знает, почему? – спросила она.

– Почему что? – спросил Билл.

– Почему он бежал.

Билл и Мередит обменялись непонимающими взглядами.

– Почему вообще люди бегут из тюрьмы? – сказал Билл.

Райли поняла, что её вопрос прозвучал странно. Он вспомнила, что однажды Билл присутствовал на её встрече с Хэтчером.

– Билл, ты видел его, – напомнила она. – Он тебе показался неудовлетворённым? Беспокойным?

Билл нахмурился, обдумывая.

– Да нет, он казался даже…

Его голос оборвался.

– Даже довольным, это ты хотел сказать? – спросила Райли. – Ему было удобно в тюрьме. У меня никогда не складывалось ощущения, что он хотел на свободу. В нём было что-то буддийское, некая отрешённость от всего в жизни. Мне не известно ни о каких его желаниях. Свобода не могла предложить ничего, что было бы ему нужно. А теперь он бежал, его разыскивают. Так зачем бы ему бежать? И почему именно сейчас?

Мередит забарабанил пальцами по столу.

– Как вы расстались после вашей последней встречи? – спросил он. – Вы расстались по-хорошему?

Райли даже не старалась сдержать кривую улыбку.

– Мы никогда не расставались по-хорошему.

После паузы она добавила:

– Я понимаю, к чему вы ведёте. Вы думаете, что я могу быть его целью.

– Это возможно? – спросил Билл.

Райли не ответила. Она снова вспомнила слова Хэтчера.

«Возможно, тебе и не придётся».

Была ли это угроза? Райли не знала.

Мередит сказал:

– Агент Пейдж, мне нет нужды говорить вам, что это будет очень напряжённое, особо важное дело. Пока мы разговариваем, информация уже попадает в газеты. Побеги из тюрьмы журналисты перемывают с особенным удовольствием. Они даже могут вызвать панику среди населения. Что бы он ни надумал, мы должны остановить его, и очень быстро. Мне жаль, что вам приходится возвращаться к такому опасному и трудному расследованию. Вы готовы? Вы в форме?

Раздумывая над ответом, Райли почувствовала странное покалывание. Такое чувство перед тем, как взяться за дело, она редко испытывала. Ей потребовалось время, чтобы понять, что это страх, обычный чистый страх.

Но боялась она не за собственную безопасность. Тут было что-то другое. Что-то, что не имело названия и объяснения. Возможно, дело было в том, что Хэтчер слишком хорошо её знал. По её опыту, все заключённые желали получить что-то в обмен на информацию. Но Хэтчера не интересовали обычные небольшие подношения в виде виски или сигарет. Его «услуга за услугу» была одновременно простой и настораживающей.

Он хотел, чтобы она рассказывала что-то про себя.

«Что-то, что ты не хочешь, чтобы кто-то про тебя знал, – говорил он. – Что-то такое, что ты не хочешь, чтобы знал хоть кто-то».

Райли подчинялась, – возможно, слишком легко. И теперь Хэтчер знал про неё всевозможные вещи – что она плохая мать, что она ненавидит своего отца и не ходила на его похороны, что между ней и Биллом есть сексуальное влечение, и что иногда – как и Хэтчеру – ей нравится причинять боль и убивать.

Она вспомнила его слова во время их последней встречи: «Я тебя знаю. В каком-то роде, я знаю тебя лучше, чем ты себя».

Как она может меряться с этим человеком интеллектом? Мередит всё ещё терпеливо ждал ответа на свой вопрос.

– Я готова, как никогда, – сказала она, стараясь звучать более уверенной, чем она была на самом деле.

– Отлично, – сказал Мередит. – С чего нам лучше начать, как по-твоему?

Райли задумалась.

– Нам с Биллом нужно ознакомиться со всей информацией на Шейна Хэтчера, которая имеется у Бюро, – сказала она.

Мередит кивнул и сказал:

– Я уже дал задание Сэму Флоресу.

*

Несколько минут спустя Райли, Билл и Мередит уже сидели в конференц-зале ОПА, глядя на огромный мультимедийный дисплей, который смонтировал Сэм Флорес, лаборант с очками в чёрной оправе.

– Думаю, у меня здесь всё, что могло бы вас заинтересовать, – сказал он. – Свидетельство о рождении, досье с информацией об арестах, протоколы, убийства.

Райли увидела, что информации так много, что для воображения просто нет места. На экране было несколько фотографий жестоко убитых Шейном Хэтчером людей, включая изувеченного полицейского, лежащего на крыльце собственного дома.

– Какая есть информация об убитом Хэтчером полицейском? – спросил Билл.

Флорес вывел на экран ряд фотографий с крепким на вид офицером.

– Мы говорим об офицере Люсьене Вейлесе, которому на момент смерти в 1986 было сорок шесть лет, – сказал Флорес. – Он был женат, у него трое детей, он награждён медалью «За храбрость», все его любят и уважают. ФБР объединились с местной полицией и в считанные дни после убийства Вейлеса арестовали Хэтчера. Удивительно, что они не сделали из него отбивную на том же месте.

Изучая экран, Райли поразилась фотографиям самого Хэтчера. Она едва могла узнать его. Несмотря на то, что тот Хэтчер, с которым она была знакома, был устрашающим, ему удавалось производить впечатление уважаемого человека, сохранять какие-то «книжные» хорошие манеры, чему помогала пара очков для чтения, которые всегда сидели у него на носу. Молодой же Хэтчер в 1986 году был жилистым афроамериканцем, обладал суровым лицом и безжалостным, пустым взглядом. Райли с трудом могла поверить, что это один и тот же человек.

Несмотря на то, что информация была как нельзя более подробной и исчерпывающей, Райли не была удовлетворена. Она думала, что знает Шейна Хэтчера лучше, чем кто бы то ни было. Но этот Шейн Хэтчер – кровожадный гангстер по прозвищу «Цепной Шейн» – ей не был знаком.

«Мне нужно узнать его получше», – подумала она. Вряд ли иначе у неё получится его поймать.

Она почему-то чувствовала, что холодный, цифровой экран мешает ей. Ей нужно нечто более осязаемое: настоящие глянцевые фотографии со следами перегибов и потрёпанными уголками, пожелтевшие и истончившиеся от времени отчёты и документы.

Она спросила Флореса:

– Могу я взглянуть на оригиналы документов?

Флорес недоверчиво фыркнул.

– Боюсь, что это невозможно, агент Пейдж – в 2014 году ФБР уничтожило всю свою бумажную документацию, всё было отсканировано и переведено в цифровой вид. То, что вы видите на экране – всё, что у нас есть.

Райли разочарованно вздохнула. Да, она помнила об уничтожении миллионов бумажных дел. Кто-то жаловался на это, но тогда ей не казалось это проблемой, а вот теперь явно не хватало старомодной осязаемости.

Но прямо сейчас важно было понять следующий ход Хэтчера. Ей в голову пришла идея.

– Какой полицейский поймал Хэтчера? – спросила она. – Если он всё ещё жив, Хэтчер может нацелиться на него в первую очередь.

– Он был не местным, – сказал Флорес. – И это был не «он».

Лаборант вывел на экран старую фотографию женщины-агента.

– Её зовут Келси Сприг. Она была агентом ФБР в Сиракьюс – тогда ей было тридцать пять лет. Сейчас ей семьдесят, она на пенсии и живёт в Серси, городке неподалёку от Сиракьюс.

Райли была удивлена, что агент Сприг – женщина.

– Должно быть, она стала работать на Бюро… – начала Райли.

Флорес продолжил её мысль:

– Да, она стала работать в 1972, едва погиб Джон Эдгар – тогда женщинам наконец дали право становиться агентами. До этого она работала в местной полиции.

Невероятно, Келси Сприг – свидетельница того, о чём сама Райли знала только по учебникам.

– Можете рассказать мне о ней? – попросила Райли Флореса.

– Что ж, она вдова с тремя детьми и тремя внуками.

– Позвоните в ФБР Сиракьюс, скажите им, чтобы сделали всё возможное, чтобы Сприг была в безопасности, – сказала Райли. – Над ней серьёзная угроза.

Флорес кивнул.

Затем она повернулась к Мередиту.

– Сэр, мне понадобится самолёт.

– Зачем? – спросил он в замешательстве.

Она глубоко вдохнула.

– Шейн может направляться к Сприг, чтобы убить её, – сказала она. – И я хочу успеть раньше него.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Когда джет ФБР коснулся посадочной полосы Международного аэропорта Сиракьюс Ханкок, Райли вспомнила слова своего отца из своего вчерашнего сна: «Живым от тебя нет никакой пользы».

Райли поразила ирония: это, наверное, первое дело, порученное ей прежде, чем кого-то убили.

«Но вполне вероятно, что это скоро изменится», – подумала она.

Особенно её беспокоила Келси Сприг. Ей хотелось встретиться с женщиной лицом к лицу и увидеть, что она цела и невредима. А потом задачей Райли и Билла будет сделать так, чтобы она таковой и оставалась, а значит им придётся выследить Шейна Хэтчера и вернуть его за решётку.

Самолёт катился к терминалу, и Райли видела, что очутилась в мире зимы. Хотя посадочная полоса была чистая, горы снега вокруг показывали, что снегоуборочной машине пришлось хорошенько поработать.

Смена пейзажа с Вирджинии была кардинальная – и радостная. Райли только сейчас поняла, насколько ей было нужно новое задание. Из Квантико она позвонила Габриэлле, чтобы объяснить, что уехала на новое дело. Габриэлла порадовалась за неё и уверила, что позаботится об Эприл.

Когда самолёт остановился, Райли и Билл схватили своё снаряжение и по трапу спустились на покрытый льдом асфальт. Почувствовав лицом обжигающий холод, Райли обрадовалась, что в Квантико ей дали тяжёлую куртку с капюшоном.

К ним подбежало двое мужчин, которые представились агентами Макгиллом и Ньютоном из штаба ФБР в Сиракьюс.

– Мы будем вам помогать, – сказал Макгилл Биллу и Райли на бегу в тёплый терминал.

Райли задала вопрос, который крутился у неё в голове:

– Вы назначили людей присматривать за Келси Сприг? Вы уверены, что она в безопасности?

– Возле её дома в Серси дежурят местные полицейские, – ответил Ньютон. – Она точно в порядке.

Хотелось бы Райли быть такой же уверенной.

Билл сказал:

– Хорошо, нам нужен транспорт, чтобы добраться до Серси.

– Серси недалеко от Сиракьюс, дорогу туда чистили, – начал Макгилл. – Мы привезли вам внедорожник, но… У вас есть навык езды в условиях северной зимы?

– Как вам известно, Сиракьюс всегда выигрывает «Золотой снежок», – с ехидной гордостью добавил Ньютон.

– «Золотой снежок»? – переспросила Райли.

– Это награда, которую в штате Нью-Йорк выдают самому снежному городу, – объяснил Макгилл. – Мы в этом плане чемпионы – даже есть приз.

– Может быть, одному из нас стоит отвезти вас? – предложил Ньютон.

Билл рассмеялся.

– Спасибо, я думаю, мы справимся. Несколько лет назад я по работе провёл год в Северной Дакоте. Я неплохо поднатаскался в зимней езде.

Хотя Райли промолчала, она тоже чувствовала себя готовой к такого рода вождению. Она научилась водить машину в горах Вирджинии. Там не бывало столько снега, как здесь, но просёлочные дороги чистили плохо, так что опыта езды по гололёду у неё было не меньше, чем у любого местного жителя.

Впрочем, она была рада, что за руль сел Билл, оставляя ей беспокоиться лишь о безопасности Келси Сприг. Билл завёл двигатель, и они отправились в путь.

– Должен заметить, я рад, что мы снова работаем вместе, – сказал Билл, управляя внедорожником. – Согласен, это эгоистично с моей стороны. Мне нравится работать с Люси, но это немного другое.

Райли улыбнулась. Она тоже была довольна, что снова работает с Биллом.

– И всё же, отчасти мне жаль, что ты вернулась, чтобы расследовать это дело, – добавил Билл.

– Почему? – удивлённо спросила Райли.

Билл покачал головой.

– У меня плохое предчувствие, – сказал он. – Ты же помнишь, я тоже встречался с Хэтчером. Меня не просто напугать, но… Он единственный в своём роде.

Райли ничего не сказала, но она не могла не согласиться. Она знала, что Хэтчер нашёл слабые места Билла во время того визита. Со сверхъестественным чутьём проведший в тюрьме полжизни заключённый сделал прозорливые замечания о личной жизни Билла.

Райли помнила, как Билл указал на обручальное кольцо Билла и сказал: «Не старайся помириться со своей женой. Это невозможно».

Хэтчер оказался прав: вскоре Билл оказался втянут в ужасный развод.

В конце того же визита он сказал Райли нечто, что она до сих пор не могла забыть: «Перестань с этим бороться».

Она и по сей день не знала, что имел в виду под этим Хэтчер, но мысль о том, что однажды она узнает, внушала ей необъяснимый ужас.

*

Вскоре Билл припарковался рядом с огромным сугробом возле дома Келси Сприг в Серси. Райли увидела, что рядом стоит полицейский автомобиль, в котором сидит пара человек в полицейской униформе. Но двое полицейских не внушили ей достаточно уверенности – жестокому и умному преступнику, сумевшему выбраться из самого Синг-Синга они не доставили бы хлопот, захоти он осуществить свой кровожадный замысел.

Билл с Райли вылезли из машины и показали полицейским свои значки, а затем пошли к дому по очищенной дорожке. Это был обычный двухэтажный дом с крышей со скатом и закрытой верандой, украшенный рождественскими гирляндами. Райли нажала на звонок.

Дверь открыла женщина с очаровательной улыбкой. Она оказалась стройной и подтянутой, на ней был надет спортивный костюм. Выражение её лица было открытым и радостным.

– Я так полагаю, вы – агенты Джеффрис и Пейдж, – предположила она. – Меня зовут Келси Сприг. Заходите, вы, наверное, ужасно замёрзли.

Келси Сприг провела Райли и Билла в уютную гостиную с зажжённым камином.

– Хотите что-нибудь попить? – спросила она. – Конечно, вы на службе. Но может быть кофе?

Она пошла на кухню, а Билл и Райли сели на диван. Райли стала осматривать рождественские украшения и десятки фотографий в рамочках, висящих на стенах и стоящих на полочках. На них была изображена Келси Сприг в различное время своей взрослой жизни в окружении детей и внуков. На многих фотографиях рядом с ней стоял улыбающийся мужчина.

Райли вспомнила слова Флореса о том, что эта женщина – вдова. По фотографиям Райли поняла, что брак был долгим и счастливым. Каким-то образом Келси Сприг удалось достичь того, в чём всегда терпела неудачу Райли: она совмещала полную, счастливую семейную жизнь с работой в качестве агента ФБР.

Райли отчаянно хотелось спросить её, как ей это удавалось. Но сейчас, конечно, время было неподходящее.

Женщина быстро вернулась с подносом с двумя чашечками кофе, сливками, сахаром и, к удивлению Райли, виски со льдом для себя.

Райли была совершенно очарована Келси: для женщины семидесяти лет она была на удивление бодра и полна жизни, кроме того, она была крепче, чем большинство знакомых Райли женщин. Ей показалось, что это в некотором роде «предпросмотр» того, какой может стать Райли в её возрасте.

– Ну что ж, – сказала Келси, садясь и улыбаясь, – мне бы, конечно, хотелось, чтобы погода была более располагающей.

Райли поразило её искреннее гостеприимство – учитывая обстоятельства, она думала, что женщина будет встревожена.

– Мисс Сприг… – начал Билл.

– Пожалуйста, называйте меня Келси, – перебила его старушка. – И мне известно, почему вы здесь. Вы опасаетесь, что Шейн Хэтчер может прийти за мной, и я стану его первой жертвой. Вы думаете, что он может стремиться убить меня.

Райли и Билл переглянулись, они не знали, что ей ответить.

– И, конечно, полиция тоже поэтому дежурит, – всё ещё сладко улыбаясь, добавила Келси. –Я предложила им войти и погреться, но они отказались. Они даже не отпустили меня на вечернюю пробежку! Ужасно жаль, я обожаю бегать, когда так свежо. Что ж, меня не беспокоит идея, что Хэтчер может меня убить, и, я думаю, вас это тоже не должно беспокоить. Я действительно не считаю, что Шейн Хэтчер собирается делать что-то в этом духе.

Райли еле удержалась, чтобы не выпалить: «Почему нет?», но вместо этого она осторожно сказала:

– Келси, вы его поймали. Вы привлекли его к ответственности. Это из-за вас он проводит свою жизни в тюрьме. Вы могли стать главной причиной его побега!

Какое-то время Келси ничего не отвечала, она не сводила глаз с пистолета в кобуре у Райли.

– Какое у вас оружие, моя дорогая? – спросила она.

– Глок сорокового калибра, – ответила Райли.

– Здорово! – сказала Келси. – Могу я на него взглянуть?

Райли передала Келси своё оружие. Келси вытащила магазин и изучила пистолет. Она обращалась с ним с осторожностью знатока.

– Глоки появились слишком поздно, чтобы я успела их оценить, – сказала она. – Но они мне нравятся. Полимерный корпус – отличное изобретение, он делает пистолет очень лёгким и отлично сбалансированным. И прицел хорошо расположен.

Она вставила обратно магазин и вернула пистолет Райли. Затем она подошла к столу и достала из ящичка собственный полуавтоматический пистолет.

– Я арестовала Шейна Хэтчера с помощью этого красавчика, – сказала она с улыбкой. Она дала пистолет Райли, а сама села на диван. – Смит и Вессон, модель 459. Я его ранила и обезоружила. Мой партнёр хотел убить его на месте – отомстить за копа, которого он убил. Но я этого не допустила. Я сказала ему, что если он убьёт Хэтчера, придётся заказывать два гроба.

Келси немного покраснела.

– О, мои дорогие, – сказала она, – мне бы не хотелось, чтобы об этой истории кто-то узнал. Пожалуйста, не рассказывайте никому.

Райли вернула её пистолет.

– Так или иначе, могу сказать, что заслужила одобрения Хэтчера, – продолжила Келси. – Знаете, он очень принципиальный, хоть и гангстер. Он знал, что я выполняю свою работу. Думаю, что он уважал это. И он был благодарен. В любом случае, он не демонстрировал ко мне никакого интереса. Я даже писала ему несколько раз, но он ничего не ответил. Вероятно, он даже не помнит моего имени. Нет, я абсолютно уверена, что он не стремится меня убивать.

Келси с интересом посмотрела на Райли.

– Но Райли – ничего, если я буду вас так называть? – по телефону вы рассказывали, что приходили к нему, что вы с ним знакомы. Он, наверное, потрясающий.

Райли подумала, что в голосе женщины прозвучала нотка зависти.

Келси встала с кресла.

– Хватит вам слушать мою болтовню, когда вам нужно поймать плохого парня! Кто знает, что он сейчас замышляет, пока мы тут разговариваем? У меня есть информация, которая может вам помочь. Пойдёмте, я покажу вам всё, что у меня есть.

Она повела Райли и Билла по коридору к двери в подвал. Райли насторожилась.

«Что она может прятать в подвале?» – подумала она.

Райли заработала лёгкую иррациональную фобию в связи с подвалами за последнее время – остатки от посттравматического синдрома после заключения под полом Петерсона смешались с совсем недавней борьбой с другим убийцей в подвале в кромешной тьме.

Но спускаясь вслед за Келси вниз по лестнице, Райли не увидела ничего зловещего. Подвал был переделан под уютную комнату для отдыха. В одном углу была хорошо освещённая рабочая зона со столом, на котором лежали папки, висела доска со старыми фотографиями и вырезками из газет и стоял комод с выдвижными ящиками.

– Вот оно – всё, что вам может быть интересно о «Цепном Шейне», его карьере и падении, – сказала Келси. – Смотрите сами. Спрашивайте, я помогу вам во всём этом разобраться.

Райли и Билл стали проглядывать папки. Райли была удивлена и взволнована – невероятно, здесь было потрясающее количество информации, большая часть которой никогда не сканировалась для базы данных ФБР! Папка, которую она листала, была набита кажущимися неважными бумагами, включая салфетки из ресторана с записями от руки и эскизами, относящимися к делу.

Она открыла другую папку, в которой нашла копии докладов и других документов. Райли немного удивилась, осознав, что Келси не должна была копировать и хранить это всё. Оригиналы, конечно, уничтожили давным-давно, как только отсканировали.

Пока Билл и Райли корпели над бумагами, Келси заметила:

– Вы, наверное, гадаете, почему я не отпустила это дело. Я и сама порой не понимаю.

Она задумалась.

– В деле с Шейном Хэтчером я коснулась самой сущности зла, – сказала она. – Мои первые четырнадцать лет работы с Бюро были по большей части показухой в офисе в Сиракьюс – ведь я женщина. Но это дело я расследовала с нуля: это я опрашивала гангстеров на улице, я отвечала за всю команду. Никто не думал, что я смогу поймать Хэтчера. На самом деле, никто не думал, что его хоть кто-то может поймать. Но я это сделала.

Теперь Райли проглядывала папку с фотографиями плохого качества, которые даже не стали сканировать для Бюро. Келси, очевидно, прекрасно понимала, что их не следует выбрасывать.

На одной из них был изображён полицейский, который в кафе разговаривал с гангстером – Райли тут же узнала в нём Шейна Хэтчера. Через мгновение она узнала и полицейского.

– Это офицер, которого убил Хэтчер, верно? – уточнила она.

Келси кивнула.

– Офицер Люсьен Вейлес, – сказала она. – Я сама сделала это фото.

– Как так вышло, что он разговаривал с Хэтчером?

Келси понимающе улыбнулась.

– Да, сейчас это довольно любопытно, – сказала она. – Вам наверняка говорили, что офицер Вейлес был честным полицейским, имел награды награды. Местная полиция до сих пор хочет, чтобы все так думали. На самом деле, он был коррумпирован до мозга костей. На этой фотографии запечатлена его встреча с Хэтчером, на которой он хотел заключить с ним сделку: он требовал процент от прибыли наркоторговли, а взамен обещал не заходить на территорию Хэтчера. Хэтчер отказался. И тогда Вейлес поставил себе цель достать его.

Келси достала фотографию бесформенных останков Вейлеса.

– Как вам, вероятно, известно, это стало роковой ошибкой офицера Вейлеса, – сказала она.

Райли начала понимать. Это был как раз тот драгоценный клад, найти который она не могла и пожелать, который позволял ей узнать молодого Шейна Хэтчера гораздо лучше.

Глядя на фотографию Хэтчера и копа, Райли попыталась проникнуть в мозг убийцы. Она представила мысли и чувства Хэтчера в тот момент, когда была сделана фотография. Она вспомнила, что только что сказала Келси: «Он очень принципиальный, хоть и гангстер».

Из своих бесед с Хэтчером Райли знала, что это верно и по сей день. И теперь, глядя на фото, Райли чувствовала внутреннее отвращение, которое вызвало у Хэтчера предложение Вейлеса.

«Оно обидело его, – подумала Райли. – Для него оно было оскорбительным».

Неудивительно, что Хэтчер так сурово поступил с Вейлесом – ели судить по извращённой морали Хэтчера, он поступил по совести.

Листая фотографии Райли нашла снимок другого гангстера.

– Кто это? – спросила она.

– Смоки Моран, – сказала Келси. – Был самым надёжным помощником Цепного Шейна – пока я не посадила его за продажу наркотиков. Он получил большой срок, так что мне не доставило труда заставить его свидетельствовать против Хэтчера в обмен на мягкое обращение. Это помогло мне отдать его под суд.

Ощущение покалывания у Райли усилилось. Она почувствовала, что оказалась в голове Хэтчера, несколько десятилетий размышлявшего над предательством Морана. Во вселенной Хэтчера такой человек не достоин жить. Справедливость должна была восторжествовать, хоть и поздно.

– У вас есть его текущий адрес? – спросила Райли Келси.

– Нет, но я уверена, что он есть в офисе. Но зачем вам?

Райли глубоко вдохнула.

– Потому что Хэтчер направляется туда, чтобы убить его.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Райли знала, что Смоки Моран в большой опасности, но она не особо волновалась за этого злобного карьериста-головореза.

Шейн Хэтчер – вот что действительно её интересовало.

Её задача – вернуть Хэтчера в тюрьму. Если они поймают его прежде, чем он убьёт Морана за старое предательство – хорошо. Они с Биллом поедут по адресу Морана, не предупреждая его заранее, и позвонят в местный штаб ФБР, чтобы там их встретило подкрепление.

От дома Келси Сприг в районе среднего класса в Серси до гораздо более зловещего криминального района в Сиракьюс было примерно полчаса езды. Небо было пасмурным, но снег больше не шёл и транспорт двигался по хорошо очищенным дорогам с нормальной скоростью.

Усадив Билла за руль, Райли зашла в базу данных ФБР со смартфона и провела небольшое исследование. Она увидела, что обстановка с местными группировками стоит печальная. Банды формировались и переформировывались в этом районе с начала 1980-х годов. Во времена «Цепного Шейна» они состояли в основном из местных, но с тех пор приехало много банд со всей страны, повышая с тем уровень жестокости.

Подпитывала эту жестокость прибыль от сбыта наркотиков, которые становились всё более причудливыми и опасными. Теперь среди них были сигареты, вымоченные в бальзамирующих жидкостях, и вызывающие паранойю кристаллы под названием «соль для ванны». Кто знает, какие ещё более смертельные субстанции здесь изобретут?

Когда Билл припарковал машину перед обветшалой многоэтажкой, в которой жил Моран, Райли увидела, что из другой машины выбираются двое мужчин в жилетах ФБР – агенты Макгилл и Ньютон, которые встретили их в аэропорту. По их громоздкости Райли понимала, что под куртками на них надеты кевларовые жилеты. Оба держали в руках снайперские винтовки Ремингтон.

– Моран живёт на третьем этаже, – сказала Райли.

Войдя в главную дверь здания, группа агентов встретила несколько напоминающих гангстеров личностей, ошивающихся в холодном облезлом фойе. Они просто стояли, сунув руки в карманы, и на первый взгляд не обращали никакого внимания на вошедший вооружённый отряд.

«Телохранители Морана?»

Райли не думала, что они будут пытаться остановить небольшую армию агентов, хотя они наверняка дали Морану сигнал, что к нему есть посетители.

Макгилл и Ньютон, судя по всему, знали парней, и быстро их обыскали.

– Мы пришли к Смоки Морану, – сказала Райли.

Никто из парней не сказал ни слова, они продолжали смотреть на агентов странными пустыми взглядами. Райли показалось, что они странно себя ведут.

– Вон, – сказал им Ньютон, и парни, согласно кивнув, вышли на улицу.

Во главе с Райли агенты взбежали на третий этаж. Местные агенты указывали путь, тщательно проверяя каждый коридор. На третьем этаже группа остановилась перед дверью Морана.

Райли громко постучала в дверь. Когда она поняла, что никто не торопится открывать, она громко произнесла:

– Смоки Моран, говорит агент ФБР Райли Пейдж. Мне и моим коллегам нужно с вами поговорить. Мы пришли к вам с миром и не собираемся вас арестовывать.

Ответа снова не последовало.

– У нас есть причины полагать, что ваша жизнь в опасности, – снова закричала Райли.

Вновь никакого ответа.

Райли повернула ручку двери. К её удивлению, дверь была не заперта и со скрипом отворилась.

Агенты вошли в аккуратную, невзрачную квартиру, практически никак не обставленную. В ней не было ни телевизора, ни электроприборов, конечно, не было ни следа компьютера. Райли поняла, что Морану удавалось пользоваться огромным влиянием в криминальном мире лишь посредством личных указаний. Никогда не выходя онлайн и не используя даже телефон, он оставался вне зоны доступа радара правоохранительных органов.

«Проницательный тип, – подумала Райли. – Иногда старомодные способы работают лучше всего».

Но хозяина нигде не было видно. Два местных агента быстро проверили все комнаты и гардеробные. В квартире никого не было.

Они снова спустились в фойе, где Макгилл и Ньютон подняли ружья, готовые действовать. Молодые гангстеры ждали их внизу лестницы.

Райли оглядела их. Она поняла, что, вероятно, они получили приказ позволить Райли и её коллегам обыскать пустую квартиру. Теперь, похоже, им есть что сказать.

– Смоки предупредил о вашем приходе, – сказал один из гангстеров.

– Он оставил вам сообщение, – сказал другой.

– Он сказал, что его можно найти на старом складе Бушнелл по улице Долливер, – добавил третий.

Затем, не произнося больше ни слова, парни отошли, пропуская агентов к выходу.

– Он был один? – спросила Райли.

– Был один, когда уходил отсюда, – ответил один из гангстеров.

Дурное предчувствие повисло в воздухе. Райли не знала, что и думать об этом.

Выходя, Макгилл и Ньютон не спускали глаз с парней. Выйдя на улицу, Ньютон сказал:

– Я знаю, где этот склад.

– Я тоже, – вступил Макгилл. – Всего в паре кварталов отсюда. Он заброшен и выставлен на продажу. Ходили слухи, что в нём построят высококлассные квартиры. Но мне всё это не нравится. Это место идеально для засады.

Он достал телефон и вызвал ещё подкрепление.

– Нужно быть осторожными, – сказала Райли. – Ведите нас.

Билл поехал вслед за местным внедорожником. Обе машины припарковались перед разваливающимся четырёхэтажным зданием из кирпича с осыпавшимся фасадом и выбитыми окнами. Одновременно с ними подъехала ещё одна машина ФБР.

Оглядывая склад, Райли поняла, что имел в виду Макгилл и почему он вызвал подкрепление: здание было огромным и заброшенным, на всех трёх этажах зияли чёрные отверстия окон – в любом из них мог спрятаться снайпер с винтовкой.

У всех агентов было длинноствольное оружие, Райли же с Биллом были вооружены простыми пистолетами. В перестрелке они окажутся бессильны.

И всё же Райли не казалось, что там будет засада. Зачем такому проницательному человеку, как Смоки Моран, тридцать лет тщательно избегающему ареста, совершать легкомысленные поступки типа убийства агентов ФБР?

Райли по рации вызвала других агентов.

– Вы всё ещё в пуленепробиваемых жилетах? – спросила она.

– Да, – последовал ответ.

– Отлично. Оставайтесь в машине, пока я не дам вам дальнейшие указания.

Билл уже повернулся к заднему сиденью их хорошо укомплектованного внедорожника, где лежали два бронежилета. Они с Райли быстро надели их. Затем Райли нашла громкоговоритель.

Она опустила окно и сказала в направлении здания.

– Смоки Моран, это ФБР. Мы получили ваше сообщение. Мы приехали к вам на встречу. Мы приехали с миром. Выходите из здания с поднятыми руками и мы поговорим.

Она выждала целую минуту. Ничего не произошло.

Райли снова обратилась по рации к Ньютону и Макгиллу.

– Мы с агентом Джеффрисом выйдем из машины. Когда мы выйдем, вы тоже выходите с оружием наготове. Встретимся у главного входа. Смотрите наверх. Если увидите в здание какое-либо движение, сразу ищите укрытие.

Райли и Билл вылезли из машины, следом за ними вышли и Ньютон с Макгиллом. Из новоприбывшего транспорта вылезло ещё трое вооружённых до зубов агентов ФБР и присоединилось к ним.

Агенты стали осторожно двигаться в направлении здания, не спуская глаз с окон и держа наготове оружия. Наконец, они достигли относительно безопасного места у главного входа.

– Какой план? – спросил Макгилл, по голосу он заметно нервничал.

– Арестовать Шейна Хэтчера, если он здесь, – сказала Райли. – Убить его, если будет необходимость. И найти Смоки Морана.

– Нам придётся обыскать всё здание, – добавил Билл.

Райли видела, что местным агентам план пришёлся не по душе – винить их она не могла.

– Макгилл, – сказала она. – Начинайте с первого этажа и продвигайтесь вверх. Мы с Джеффрисом отправимся на верхний этаж и будем постепенно спускаться. Встретимся на середине.

Макгилл кивнул. Райли видела на его лице облегчение – они, судя по всему, понимали, что опасность вряд ли таится в нижней части здания, Билл с Райли примут на себя наибольший риск.

Ньютон сказал:

– Я пойду наверх с вами.

По его лицу Райли видела, что он настроен решительно, и не стала возражать.

Билл распахнул двери, и пятеро агентов вошли внутрь. Сквозь отсутствующие окна по нижнему этажу гулял ледяной ветер, в помещении было пусто, были видны лишь сваи и двери в соседние комнаты. Оставив обследование помещения на Макгилла и остальных агентов, Райли и Билл отправились на более угрожающий верхний этаж, Ньютон не отставал от них ни на шаг.

Несмотря на холод, Райли чувствовала, что у неё вспотели руки в перчатках и лоб. Она ощущала, как колотится у неё сердце, и старалась дышать ровно. Сколько бы раз она это ни делала, она никогда к этому не привыкнет. К такому никто не привыкнет.

Наконец, они добрались до огромного, похожего на мансарду верхнего этажа.

Первое, что бросилось в глаза Райли, было мёртвое тело.

Оно было примотано к свае проводом и было настолько изуродовано, что человека в нём узнать было трудно. Вокруг его шеи были обмотаны цепи.

«Выбор оружия Хэтчера», – вспомнила Райли.

– Должно быть, это Моран, – сказал Ньютон.

Райли и Билл обменялись взглядами. Они знали, что пока не стоит убирать оружие в кобуры – ещё рано. Тело могло быть уловкой Хэтчера, чтобы выманить их на открытое пространство.

Они стали подходить к трупу, в то время как Ньютон остался на месте, держа наготове ружьё.

Подошвы ботинок Райли утонули в лужицах застывшей крови, когда она подошла к телу. Лицо было избито настолько, что узнать убитого было совершенно невозможно, для опознания придётся использовать анализ ДНК или зубов. Но Райли нисколько не сомневалась, что Ньютон прав – это Смоки Моран. Со всё ещё широко открытыми глазами, он выглядел страшно, а голова его была примотана к столбу, так что он как будто смотрел прямо на Райли.

Райли огляделась.

– Хэтчера здесь нет, – сказала она, убирая в кобуру оружие.

Билл сделал то же и подошёл к Райли, стоящей рядом с трупом. Ньютон остался на прежнем месте, он по-прежнему держал ружьё и осматривался во всех направлениях.

– Что это? – спросил Билл, указывая на сложенный листок бумаги, торчащий из кармана куртки жертвы.

Райли достала листок. На ней было написано:

«Лошадь на 7-ми метровой цепи ест яблоко, которое в 8 метрах от неё. Как ей это удаётся?»

Райли напряглась. Было совершенно неудивительно, что Шейн Хэтчер оставил загадку. Она передала бумагу Биллу. Билл прочёл и повернулся к Райли с озадаченным выражением лица.

– Цепь ни к чему не привязана, – сказала Райли.

Билл кивнул. Райли знала, что он понял смысл загадки:

Шейн Хэтчер теперь не связан.

И он только начал наслаждаться своей свободой.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Вечером сидя с Биллом в баре отеля, Райли никак не могла выкинуть из головы вид изуродованного мужчины. Ни она, ни Билл не смогли определить, что произошло. Она не могла поверить, что Шейн Хэтчер вырвался из Синг-Синга только для того, чтобы убить Смоки Морана. Но сомнений в том, что это сделал он, не было.

Праздничные огни, которыми был украшен бар, скорей наводили тоску, чем вызывали праздничное настроение.

Она протянула свой пустой стакан проходящему мимо бармену.

– Повтори, – сказала она, передавая стакан.

Райли видела, что Билл смотрит на неё с тревогой. Она понимала, почему – это был уже второй её виски со льдом, а Билл знал, что у Райли тяжёлые отношения со спиртным.

– Не волнуйся, – сказала она ему. – Это будет последний на сегодня.

У неё не было никакого желания напиваться. Она лишь хотела немного расслабиться. Первый стакан не помог, и она сомневалась, что поможет второй.

Райли и Билл провели остаток дня разбираясь с последствиями убийства Смоки Морана. Оставшись с Биллом, местными копами и командой патологоанатомов работать на сцене преступления, Райли послала агентов Макгилла и Ньютона обратно в квартиру Морана, чтобы те опросили молодых гангстеров, которые охраняли фойе. Но тех парней нигде не было. Квартира Морана так и стояла незапертой и никем не защищаемой.

Когда бармен поставил перед Райли наполненный бокал, она вспомнила, что сказали им гангстеры в фойе:

«Смоки предупредил, что вы придёте».

«Он оставил вам сообщение».

Затем они сказали, где найти Смоки Морана.

Райли встряхнула головой, мысленно проигрывая ту сцену.

– Нужно было поговорить с теми бандитами, когда у нас была возможность, – сказала Райли Биллу. – Нужно было расспросить их.

Билл пожал плечами.

– О чём? – спросил он. – Что они могли рассказать нам?

Райли не ответила. Она и сама не знала. Но всё это казалось странным. Она вспомнила выражения лиц гангстеров – суровые, мрачные, даже грустные. Они как будто знали, что их лидер отправился на смерть, и заранее скорбели. Тот факт, что они оставили свои посты, по-видимому, навсегда, подтверждал это.

Так что мог сказать им Моран, прежде чем уйти? Что он не вернётся? Райли удивил бы такой расклад. Почему такой умный, суровый карьерист, как Моран, не попытался избежать опасности? Почему он вообще отправился на этот склад, если знал, что его там ждёт?

Мысли Райли перебил Билл:

– Как ты думаешь, какой будет его следующий шаг?

– Не знаю, – сказала Райли.

Это было тяжело признать, но это было так. Дом Келси Сприг теперь охраняли опытные агенты ФБР, в случае, если она должна быть его следующей жертвой. Но Райли так не считала: Келси права – Хэтчер не стал бы убивать женщину, которая просто когда-то давно выполнила свою работу, особенно учитывая, что она фактически спасла ему жизнь.

– Думаешь, теперь он может прийти за тобой? – спросил Билл.

– Хотелось бы, – сказала Райли.

Билл выглядел потрясённым.

– Ты же не всерьёз?

– Я правда так думаю, – сказала Райли. – Если он покажется, может быть, я смогу что-нибудь сделать. Сейчас же мы играем в шахматы с завязанными глазами. Как я могу сделать свой ход, если я не знаю его ходов?

Какое-то время Билл и Райли молча потягивали из своих стаканов.

– Ты тоже с ним встречался, Билл, – сказала Райли. – Что ты о нём думаешь?

Билл глубоко вздохнул.

– Что ж, он, конечно, смог раскусить меня влёт, – сказал он. – Он сказал мне забыть о примирении с Мэгги. Я и не знал, что он окажется прав.

– Как у вас сейчас с Мэгги? – спросила Райли.

Билл покачал бокалом, и в нём зазвенел лёд.

– Никак, – сказал он. – Я чувствую себя потерянным. Шесть месяцев разлуки, никакого шанса снова быть вместе, но до того, как развод вступит в силу ещё шесть месяцев. Кажется, что моя жизнь остановилась. По крайней мере, она готова уступить мне часть опеки над мальчиками. Она будет отпускать их ко мне.

– Это хорошо, – сказала Райли.

Она заметила, что теперь Билл задумчиво смотрит на неё.

«А вот это не очень», – подумала она.

Они с Биллом уже много лет боролись со взаимным влечением, иногда очень неловко. Райли вздрогнула, вспомнив, что однажды позвонила ему пьяная и позвала к себе провести ночь. Их дружба и профессиональные отношения с трудом пережили тот жалкий эпизод.

Она не хотела снова вставать на этот путь, особенно сейчас, когда всё и без того очень сложно с Райаном и Блейном. Она залпом выпила остаток своего напитка.

– Мне пора на боковую, – сказала она.

– Да, мне тоже, – согласился Билл с ноткой неохоты в голосе.

Они расплатились и вышли из бара. Билл пошёл сразу в свою комнату. Райли же спустилась по лестнице и вошла в дверь, которая вела прямо в подвал отеля, где располагалась парковка – за весь сумбурный день у неё не было времени принести свою сумку и личные принадлежности из машины.

Когда она ступила на бетонный пол гаража, ей в лицо ударил порыв ледяного ветра. В поле зрения никого не было.

Райли пошла прямиком к внедорожнику ФБР, который стоял в дальнем конце гаража. Когда она дошла до него и уже взялась за ручку двери, боковым зрением она заметила слева от себя какое-то движение.

Она повернулась в ту сторону – там не было ничего, кроме припаркованных машин, но уши её засекли эхо. Она была уверена, что ей не показалось. В гараже есть кто-то ещё.

– Эй! – крикнула она.

Её голос громко отразился от стен подвала, вместе с завываниями ледяного ветра.

Её захлестнула волна адреналина. Она была уверена, что здесь кто-то есть, кто-то от неё прячется. Кто это может быть, кроме Шейна Хэтчера?

Она достала оружие, гадая, есть ли у него тоже что-нибудь огнестрельное. И если есть, станет ли он использовать его? Нет, простая стрельба была не в стиле Хэтчера. Она бы не удивилась, если бы он даже не был вооружён – но от этого он не стал бы менее опасным.

Она осторожно пошла к тому месту, где, как ей показалось, она слышала шум. Но её собственные шаги звучали оглушающе, эхом отзываясь в гараже. Не успела она пройти и метра, как услышала позади себя треск и какой-то грохот.

Она обернулась, подняв оружие и встав наизготовку. Но в эту самую секунду она услышала шум убегающих шагов в противоположном направлении. Она повернулась в ту сторону, но ничего не увидела и не услышала.

Она тут же поняла, что произошло: он что-то бросил – может быть, камушек – чтобы отвлечь её. Теперь же он ходит где-то между припаркованных машин. Но где?

Оборачиваясь снова и снова по мере ходьбы, она стала пробираться между автомобилей, заглядывая повсюду.

Наконец, она дошла до выхода из гаража. На улице валил снег. И там стоял он – она не могла спутать его силуэт – на открытом пространстве, под ярким уличном фонарём.

– Хэтчер! – закричала Райли, поднимая пистолет. – Не двигайся!

Она услышала знакомый мрачный смешок. Затем он исчез в ночи.

Райли бросилась бежать. Снаружи гаража ветер и холод были ещё острей, а Райли была легко одета. Она сильно дрожала и чуть не задыхалась под пронизывающим ветром, снег сильно бил в лицо, покалывая кожу.

От подъезда к гаражу было недалеко до хорошо освещённой улицы. Снова и снова оборачиваясь, глядя во всех направлениях, Райли кричала:

– Хэтчер! Покажись!

Но теперь воздух наполнял лишь низкий гул проезжающих машин. Осматривая покрытые снегом деревья и кусты, Райли понимала, что он не мог спрятаться среди них.

– Хэтчер! – снова заорала она.

Наконец, она дошла до улицы, оглядела взад и вперёд почищенные тротуары, но никого не увидела.

«Он ушёл», – решила она.

Всё ещё оглядываясь во все стороны, Райли стала возвращаться в гараж. Как только она вышла на открытое пространство парковки, она почувствовала вибрацию воздуха от движения.

Прежде, чем она успела отреагировать, её грубо схватили сзади.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Рука Хэтчера обхватила шею Райли, и из её руки выпал пистолет. Она услышала, как он ударился о бетонный пол.

Левая рука Хэтчера обвила её горло, а правая упёрлась в шею сзади. Это был знакомый Райли «стальной зажим». Райли множество раз уходила из него за столько лет. Она обеими руками схватила переднюю руку, чтобы предотвратить её сдавливание. Она знала, что должна подогнуть подбородок, чтобы выиграть себе место и освободиться. Но Хэтчер держал её железной хваткой так, что голова её совершенно не могла двигаться. Кроме того, её ноги едва касались ледяного пола. Она не могла сделать обратный удар.

У Райли закружилась голова. Он держал её так ловко, что не перекрывал поток воздуха полностью. Задыхаясь, она всё ещё могла дышать. Но рука Хэтчера сдавила её сонную артерию. Она понимала, что он прикладывает точно выверенное усилие, недостаточное для того, чтобы она потеряла сознание, но достаточное, чтобы дезориентировать её.

– Я так полагаю, у тебя есть ко мне вопросы, – тихо пробормотал он ей в ухо. – Например, о том, что произошло со Смоки Мораном. Что ж, это было не убийство. И не самозащита. Это была старая добрая дуэль.

Как будто почувствовав, что сознание Райли уплывает, Хэтчер расслабил свою хватку настолько, чтобы восстановился приток так нужной ей сейчас крови. Он, очевидно, хотел, чтобы она услышала всё, что он хотел сказать.

– Я послал ему сообщение, когда вышел, – сказал Хэтчер. – Я пустил слух среди его прислужников, что пришло время расставить всё по местам. Назвал ему время и место, и выбор оружия – цепи, конечно же.

Хэтчер мрачно рассмеялся.

– Бедняга, – пробормотал он. – Совесть грызла его все эти годы за то, что он настучал на меня тогда. Знаешь, я не думаю, что он сам хотел жить дальше. Он показался, и мы дрались, и… Что ж, я думаю, ты прекрасно знаешь, что было дальше. У него не было ни единого шанса, и он знал об этом. Это был первый благородный поступок Морана – и последний.

Теперь Райли начинала понимать. Смоки Моран и впрямь сказал своим охранникам, что отправился на смерть. Зная, что Хэтчер на свободе, он также мог быть уверен, что вскоре в его доме появятся копы. Так что он приказал своим немногословным приунывшим последователям сообщить новость.

Он почувствовала, что хватка Хэтчера усилилась. Он сказал всё, что хотел? Теперь он собирается лишить её сознания?

У неё зазвенело и закололо в голове, мир начал чернеть. Она почувствовала, что он неожиданно отпустил её, и упала лицом прямо на бетонный пол.

Когда кровь начала притекать к её голове, она увидела свой пистолет – он лежал в шести метрах от неё на полу в гараже. Она с трудом встала, собираясь подбежать и взять его.

Она услышала сзади себя голос Хэтчера.

– Не стоит.

Она обернулась. Он стоял снаружи гаража в снегу. Она была у входа, ровно посередине между пистолетом и Хэтчером.

– Не стоит этого делать, – повторил Хэтчер.

У Райли всё плыло перед глазами. Она едва могла стоять на ногах, а ещё хуже у неё получалось ясно мыслить. Каким-то образом ей всё же удалось понять, что Хэтчер прав: не надо бросаться за пистолетом.

«Почему?» – подумала она.

Может быть, потому, что она знала, что это будет напрасно. Не менее проворный, нежели сильный Хэтчер уйдёт раньше, чем её рука коснётся пистолета.

А может быть есть и другая причина – но о ней ей не хотелось и думать.

Всё ещё хрипя после зажима Хэтчера Райли произнесла.

– Ты убил Морана. Ты сделал то, что планировал. Что теперь? Куда направишься? Что будешь делать?

Хэтчер сделал несколько шагов назад, в снег, снова становясь лишь силуэтом.

– Думаешь, я бежал ради него? – сказал он с низким смешком. – Конечно, с ним у меня были старые дела. Но ты серьёзно думаешь, что я всё это продумал и вырвался из Синг-Синга ради этого? Он того не стоил.

– Тогда почему ты это сделал?

Хэтчер распростёр руки, как будто в жесте щедрости.

– Как же, я сделал это ради тебя, Райли, – сказал он. – Я здесь ради тебя. И я тебе нужен сейчас. Я нужен тебе больше, чем кто-либо иной в этом мире.

– Я не понимаю.

– Ты помнишь Орин Родес?

Всё ещё заторможено Райли стала вспоминать. Да, имя было ей знакомо. Орин Родес был убийцей из одного из первых её дел. Она помнила, что это было в штате Нью-Йорк, и что его потом посадили в Синг-Синг, но больше она ничего не могла вспомнить. В голове остались лишь её ощущения от дела – тёмные, неприятные.

– А что с ним? – спросила Райли.

– Его только что отпустили. Раньше, чем следовало, за хорошее поведение. Образцовый заключённый, так его называли. Но я знаю его лучше. Он познакомился со мной – потому, что я знаю тебя, так он сказал. Задавал мне всякого рода вопросы. Я ему ничего не отвечал. Он сказал, что собирается отомстить. Сказал, что это будет отвратительно. Он все эти годы ждал этого.

Хэтчер замолчал на мгновение. Снег сверхъестественно закручивался вокруг него.

– Я не позволю этому произойти, – сказал он. – Вообще я собирался уничтожить его ещё там, в Синг-Синге. Такое можно сделать. Но он вышел раньше. Это застигло меня врасплох, и мне пришлось изменить планы.

Он пожал плечами и переступил с ноги на ногу.

– Кроме того, я слишком долго там пробыл, – сказал он. – Начал лениться. Здесь будет намного интересней. С тех пор, как я с тобой познакомился, я всегда восхищался твоим разумом. Я хотел работать с тобой. А теперь у тебя нет иного выбора, как работать со мной. Поверь мне, тот человек опасен, и чтобы остановить его, тебе понадоблюсь я. У тебя нет выбора.

Он сделал к ней угрожающий шаг.

– Но не пойми меня неправильно, – сказал он. – Кроме тебя мне ничего не важно. Для меня весь остальной мир не имеет значения. Пусть они умрут. Пусть все они умрут.

Райли увидела свет и шум подъезжающей машины.

– А тебе сейчас нужно позаботиться о тех, кого ты оставила дома, – сказал Хэтчер, поворачиваясь и уходя.

Машина остановилась позади него в гараже. Райли бросилась к пистолету и подняла его как раз тогда, когда машина проезжала мимо.

Она услышала его голос, который раздался где-то в темноте:

– Мы братья по разуму, Райли Пейдж.

Она бросилась в снежную ночь.

Но безрезультатно. Он ушёл. Она знала, что не сможет его поймать.

Она вернулась в гараж, где из машины вывалились шумные, счастливые, смеющиеся люди, не осознающие, что здесь только что произошло.

У Райли всё ещё кружилась голова, она была в смятении. Она не могла вспомнить ничего об Орине Родесе, кроме того, что ей неприятно его имя. Если он на самом деле на свободе и жаждет мести, где он сейчас и что он делает?

Она вспомнила слова Хэтчера: «Тебе нужно позаботиться о тех, кого ты оставила дома».

Эти слова вызвали у неё прилив паники.

Эприл в опасности.

Тёплый воздух отеля окутал Райли, когда она забежала внутрь из промёрзшего гаража. Она без остановки размышляла, что ей делать. Она достала телефон и набрала свой домашний номер, отчаянно надеясь, что Габриэлла или Эприл возьмут трубку.

Вместо этого она услышала лишь собственный голос, предлагающий оставить сообщение. При звуке сигнала она начала кричать:

– Эприл! Габриэлла! Где вы? Если вы там, немедленно возьмите трубку!

Но никто не ответил.

– Пожалуйста, – прошептала Райли. Она услышала финальный гудок и поняла, что никто не будет отвечать.

Что-то было не так.

Райли подбежала к лифту и нажала на кнопку. К счастью, кабина уже ждала на этаже. Она влезла внутрь и нажала на кнопку третьего этажа, где была комната Билла. Ей казалось, что лифт поднимается медленней, чем обычно, но по крайней мере он не останавливался на пути.

Она должна разбудить Билла. Они должны сейчас же вернуться в Квантико. Райли не знала, будет ли помехой снег, но они должны лететь.

А пока ей нужно совершить два телефонных звонка – один Блейну, чтобы сообщить ему о возможной опасности по соседству, а другой в Квантико, чтобы послать кого-нибудь к себе домой.

Она с ужасом думала о том, что может быть уже слишком поздно.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Орин Родес остановил автомобиль перед коттеджем. Хотя машина его была не последней модели, он был уверен, что никто не будет сомневаться, что он имеет право находиться в этой части города. Кроме того, у него были светлые волосы и голубые глаза, а в тюрьме он получил навыки общения. Он знал, как сбить с толку относительно своих намерений обычных дураков.

Не выключая двигатель, он осмотрел дом. Внутри горел свет – кто-то был дома. Он знал, что это не Райли Пейдж, агент, убившая Хайди и отправившая его в тюрьму шестнадцать лет назад. В газетах писали, что ФБР занимается расследованием дела о побеге Шейна Хэтчера в Сиракьюс. Он был уверен, что Райли там. Кроме того, он знал, кто сейчас дома.

«Её дочь», – подумал он.

Годами наблюдая за жизнью и карьерой Пейдж, он знал, что у неё есть дочь по имени Эприл. Ей пятнадцать лет – столько же, сколько было Хайди, когда Райли убила её.

Эприл отлично подходила для его целей, по крайней мере сейчас. Он ещё не был готов убивать Райли. Для этого потребуется множество приготовлений, нужно будет отточить ряд навыков. А пока он может заставить её страдать так же, как он сам страдал из-за неё. Он слишком много лет был терпелив и осторожен, чтобы теперь упустить возможность сделать Пейдж несчастной.

«Её убийство будет вишенкой на торте», – подумал он с улыбкой.

Первый удар казался совсем простым. Конечно, с главного входа он вломиться не сможет – хотя уже довольно поздно, люди могут смотреть в окна или даже приходить и уходить в других домах.

Можно просто подойти к дому, позвонить в дверь, а потом разговориться и попасть внутрь. Несмотря на поздний час, он мог бы очаровать девчонку и заставить её впустить себя. В таких вещах он спец. Уже почти полжизни он носит маску любезности и благожелательности – благодаря этому он вышел из тюрьмы раньше положенного срока. Он может обдурить всех – кроме самого себя.

Но звонить в дверь слишком рискованно. Он не хотел допускать даже малейшей возможности, что вместо того, чтобы открыть дверь, девчонка позвонит в полицию. Нет, лучше он будет действовать по намеченному плану.

Он проехал до конца квартала и повернул направо, а затем снова направо, выезжая на аллею, которая тянулась вдоль ряда домов. По обеим сторонам переулка стояли высокие заборы, которые не давали заглянуть во дворы или в дома, но на задних воротах был написан номер каждого дома. Ворота будут закрыты, но это не проблема.

Он остановил автомобиль возле дома Пейдж. На этот раз он выключил двигатель и открыл купленный вчера ноутбук. Он поздравил себя с тем, что в тюрьме выучил всё, что касалось компьютеров. Конечно, тем навыкам, которые ему требовались прямо сейчас, он научился не на обычных уроках в Синг-Синге – его лично обучал отсиживающий срок хакер.

Он стал возиться с компьютером, проверяя сигнал с помощью программного радиодатчика. Как он и ожидал, дом был подключен к беспроводной сигнализации – он видел её сигналы на мониторе. Если сигнал не закодирован, он может послать на основной регулятор свои команды: так система не заметит, что вскрыли двери или окна, пока не сядет батарея на его ноутбуке. Этого времени ему хватит.

Настроив всё должным образом, Орин вылез из машины и закрыл её, оставив внутри компьютер. Ему было всё равно, увидят ли его. В переулке было темно и никого не было видно.

На мгновение он застыл, услышав грохот за одним из заборов, но вскоре он понял, что кто-то просто выбрасывает мусор в бак. Шум прекратился. Через несколько секунд он почувствовал, что человек вернулся в дом.

Он забрался на свой автомобиль. Он не заботился о том, чтобы не поцарапать и не помять купленный, как только он вышел из тюрьмы, драндулет. С крыши машины он достал края забора руками в перчатках, затем ловко перевалился через него, припав к земле по другую сторону.

Орин быстро осмотрелся. Он увидел, что у него есть два варианта. Со двора на террасу на первом этаже вела лестница. Но на первом этаже горел свет. Под террасой он увидел вход в подвал. Он не знал, будет ли там кто-нибудь и будет ли закрыта дверь, ведущая из подвала в дом.

Тут он услышал слабый отзвук музыки из освещённых комнат. Он удовлетворённо усмехнулся. Девчонка там, и там он легко сможет её достать. Нет необходимости пробираться через подвал. Он пойдёт прямо к ней.

Он тихо поднялся по лестнице. Шаг за шагом он пересёк террасу. Он увидел, что стеклянные двери, ведущие в дом, легко открываются – нужно всего лишь отломить панель, сунуть внутрь руку и открыть замок. Заодно узнает, снялась ли сигнализация. Если она сработает, он вернётся тем же путём, каким пришёл.

Он посмотрел в стеклянную дверь. Через столовую он видел гостиную. И девчонку. Она танцевала в пижаме.

Орин Родес тихо засмеялся.

Пришло его время.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Эприл танцевала, мурлыча себе под нос мелодию. Песня была на корейском, так что она не понимала, о чём в ней поётся. Но ей было всё равно.

Ей нравилось, что уже поздно, что она одна и может делать то, что хочет. Габриэлла была внизу и скорей всего уже спала. Так или иначе, Габриэлла не стала бы требовать, чтобы Эприл перестала и пошла спать – ведь она не нарушала никаких правил и не делала ничего плохого. Были школьные каникулы, и Габриэлла могла только порадоваться, что Эприл развлекается. Слишком долго всё было слишком серьёзно.

Она услышала тихий звон, как будто, от стекла. Она обернулась, чтобы посмотреть, не разбила ли чего, но вместо этого увидела, что дверь на задний двор открыта, а к ней идёт мужчина.

Она видела его всего долю секунды – достаточно, чтобы понять, что он невысокого роста, щуплый и очень быстрый. Эприл закричала или, по крайней мере, начала кричать. Но прежде, чем она успела закончить, он бросился к ней и дал ей под дых.

Она тут же поняла, что он силён. Она пыталась сопротивляться, но он бросил её на пол и пригвоздил её к полу собой. Он стоял сверху, держа обе её руки. Он был не тяжёлым, но жилистым, его переполняла энергия.

Мгновение её парализовало от шока. Она смотрела на него, как загипнотизированная его жёсткими голубыми глазами.

– Любишь танцевать, да? – прошипел он. – Сейчас мы потанцуем. Это будет твой последний танец.

Он наклонился и поцеловал её в лоб. Холодное прикосновение его губ вывело её из ступора, она взвизгнула и стала пинаться. Но он был силён и не давал ей пошевелиться.

Тут она услышала знакомый голос:

– Diablo!

Эприл увидела, что Габриэлла поднялась из подвала и набирает что-то на своём мобильнике.

В одно мгновение мужчина вскочил на ноги. Он бросился на Габриэллу, выбил из её рук телефон и отбросил его в другой конец комнаты. Он сильно ударил женщину по лицу. Габриэлла согнулась, но не упала, крепко держась за лестничные перила. Тогда он пнул её в живот, и она, вскрикнув, покатилась вниз по лестнице.

Эприл снова встала на ноги. Теперь она волновалась за Габриэллу и хотела побежать ей на помощь. Но на её пути был мужчина. Она обернулась и бросилась к парадному входу, одновременно стыдясь своей трусости. Как раз, когда она уже была у двери, зазвонил телефон и раздалось исходящее сообщение её матери.

Она повернула ручку, сняла цепочку и открыла дверь, но прежде, чем она успела выбежать, она почувствовала, что взломщик крепко схватил её за руку. Он дёрнул её назад, и вот она уже заскользила через всю комнату по полу гостиной, а он снова захлопнул дверь. Прежде чем Эприл успела снова подняться на ноги, он уже снова был рядом, схватив её за лодыжку и нависнув над ней.

Она услышала гудок, а следом обезумевший голос матери: «Эприл! Габриэлла! Где вы? Если вы там, немедленно возьмите трубку!»

Но Эприл никак не могла добраться до телефона. Она изо всех сил старалась пересилить животный страх и быстро придумать, что делать. Она сильно пнула свободной ногой и услышала, что мужчина охнул, когда удар достиг цели. Мужчина ослабил хватку на её ноге, и Эприл смогла высвободиться. На четвереньках она добралась до торшера и обрушила его на своего противника. Всяческая надежда на то, что это могло его ранить, испарилась при звуке его смеха.

– А ты не трусишка! – сказал он. – Мамочка может тобой гордиться.

Лихорадочно шевеля ногами и руками, она уползла в гостиную. Она схватила стул за ножки и изо всех сил опустила его на мужчину, идущего следом за ней. Он отразил удар, как пёрышко, и схватил её за талию сзади.

Эприл закричала и стала вертеться и изгибаться, ударяя его кулаками. Неожиданно перед ним появился ещё один человек. Эприл пришла в ужас.

«У него есть напарник!» – подумала она.

Она знала, что с двоими нападающими ей точно никак не справиться.

Но она быстро поняла, что пришедший – это Блейн Хилдрет, их сосед. Он вошёл через парадную дверь, которая была не заперта, подбежал ней, и стряхнул с неё нападающего мужчину.

Эприл с трудом встала на ноги, пока Блейн дрался с взломщиком. Блейн был выше мужчины, но Эприл тут же увидела, что он гораздо более неуклюж. Очевидно, он е привык к рукопашным боям.

Зная, что ей нужно оружие, Эприл метнулась к камину и схватила железную кочергу. Снова повернувшись к дерущимся, она увидела, что взломщик особенно жестоко ударил Блейна в живот. Эприл услышала, что Блейн издал крик боли, из его лёгких ушёл весь воздух. Он упал на колени, держась за грудь. Нападающий воспользовался возможностью и быстро ударил Блейна по голове, отчего тот обрушился на пол. Мужчина стоял над Блейном, который не двигался и не произносил ни звука. Эприл не знала, жив он или мёртв.

Какое-то мгновение дорога до двери была чистой. Но она вспомнила, как ей было стыдно, когда она попыталась бежать в прошлый раз. На этот раз она решила не делать этого – тем более, что теперь у неё есть оружие.

Она набросилась на взломщика и опустила ему на голову кочергу. Он двигался быстро и ловко, но удар всё же задел пришёлся ему вскользь по голове. Он отшатнулся назад.

Эприл со всей силы размахнулась для следующего удара. На этот раз она попала кочергой ему по плечу, и он снова отступил.

Но даже этот удар не остановил его.

Незнакомец пошатывался, но стоял и смотрел прямо на неё. Затем он издал дикий хохот. Она увидела, что он наслаждается дракой.

Он снова стал наступать на неё, на его лице был написан сумасшедший восторг. Он ударил её по лицу и она упала на колени.

Паника захлестнула Эприл. Она отчаянно предприняла последнюю попытку поднять кочергу.

Удар пришёлся мужчине в грудь. Падая, он издал какой-то булькающий звук. Затем он упал, глаза его были закрыты, он не шевелился.

Эприл с трудом встала на ноги. Каждый удар сердца доставлял ей боль. Она хватала ртом воздух. Её противник не шевелился.

Но ей нужно было убедиться. Она обеими руками подняла кочергу высоко над головой и со всей силы опустила ему на затылок.

Брызнула кровь, он дёрнулся всем телом и снова замер.

Как мёртвый.

«Я убила его», – подумала Эприл.

В этот момент она услышала сирены. Эприл выдохнула с облегчением от того, что приехала полиция. Она была уверена, что её вызвала её мать.

Она подбежала к парадной двери и распахнула её.

Тут она услышала позади себя какой-то шум и обернулась.

По спине у неё пробежал холодок.

Его не было.

Мужчина, которого, как она думала, она убила, пропал.

Она не понимала, как такое возможно.

Единственный, кто остался в комнате, был Блейн, который корчился на полу. Хорошо, хоть он жив.

Тут в комнату ворвалась полиция. Эприл вдруг вспомнила про Габриэллу. С новым ужасом она бросилась вниз по лестнице. Габриэлла была без сознания, но дышала. Не зная, сломаны ли у неё кости, Эприл не решилась двигать её.

Она услышала сверху голос:

– Вызывайте скорую. У нас раненные.

Другой голос крикнул:

– Это полиция! Есть здесь кто-нибудь?

Эприл бросилась наверх. В комнате стояло трое полицейских. Двое держали наготове оружие, третий сидел на корточках рядом со стонущим Блейном.

– Я здесь, – сказала она копам, задыхаясь. – Там внизу женщина ранена. Пожалуйста, помогите ей!

Один из полицейских пробежал мимо Эприл вниз. Через парадную дверь вошли ещё двое полицейских.

Ухаживающая за Блейном женщина-полицейский повернулась к Эприл:

– Где взломщик? – спросила она.

– Видимо, ушёл через заднюю дверь, – сказала Эприл, показывая в том направлении рукой.

Девушка заорала двум новоприбывшим:

– Уиллис, Джеймсон, за ним!

Когда те выбежали, она снова повернулась к Эприл:

– Что ты сделала?

Эприл подняла кочергу, которая лежала на полу.

– Я ударила его ею, – сказала она, сама не веря своим словам.

Глаза девушки-полицейской широко раскрылись от удивления. Она с восхищением кивнула.

– Очень хорошо, – сказала она.

Постепенно до Эприл стало доходить, что она сделала нечто потрясающее, но она всё ещё была слишком потрясена, чтобы гордиться своим поступком.

Двое полицейских выбежавших в заднюю дверь вернулись.

– Двор чист, – сказал один из них.

– Как и переулок, – добавил второй. – Он ушёл.

Женщина всё ещё озабоченно смотрела на Эприл.

– Девочка, тебе лучше сесть.

Эприл открыла рот, чтобы спросить, почему, но прежде, чем она успела произнести хоть слово, она потеряла сознание.

*

В ярости уезжая с переулка, Орин видел огни полицейских машин. Он всё ещё хрипел и задыхался, не в состоянии нормально дышать. Ему пришлось призвать всю решимость и волю, чтобы снова перелезть через забор и сесть в машину.

– Маленькая сучка, – пробормотал он, всё ещё сгибаясь от боли и зажимая кровоточащий затылок, рана на котором ныла. Он посмотрел в зеркало заднего вида, и с облегчением увидел, что рана хотя бы скрыта под волосами и не сильно заметна.

Она подумала, что убила его, и упустила шанс сделать это на самом деле. Дура. Она не знает, что он может стерпеть боль в тысячу раз сильнее этой.

Теперь он злился на себя. Как он мог позволить одолеть себя какому-то ребёнку?

«Но я отомщу», – подумал он.

Он резко повернул на улицу, которая вела прочь от места его провала. Каким бы он ни был расстроенным и сбитым с толку, он не терял головы и понимал, что не должен превышать скорость. Он не должен давать копам ни одной причины остановить его – сейчас это было бы губительно.

Он не думал, что у него есть переломы, но боль была дикая. Кроме того, он чувствовал, что по его голове бежит кровь.

Он заставил себя не думать об этом.

Сейчас было гораздо важней собрать в кучу мысли и ресурсы и осуществить свою миссию. И сейчас он ещё более озлоблен, чем прежде. Он воспользуется своей яростью. Она будет питать его месть и будет направлять его действия. Так его желание мести будет ещё ярче и жарче.

– Райли Пейдж и понятия не имеет, что её ждёт, – прошипел он вслух.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Райли со включенной мигалкой и сиреной неслась из Квантико во Фредриксбург. В Сиракьюс снег утих настолько, что пилот ФБР согласился лететь назад. Здесь, в Вирджинии, ночь была ясной, а дороги чистыми. Хотя транспорта было немного, Райли не хотела, чтобы её хоть что-то замедлило. Эприл, Габриэлла и Блейн уже были в больнице Брустер Мемориал. Райли лишь жалела, что не может оказаться там сию минуту.

Она лишь сейчас начала осознавать, что произошло, и Билл в пассажирском кресле помогал ей найти дорогу.

– Что они сказали, Эприл в порядке? – спросил Билл.

– Они мне мало про неё говорили, – сказала Райли. – У Габриэллы, похоже, сотрясение мозга. Они всё ещё исследуют её на наличие внутренних повреждений. И Блейн…

Райли не смогла закончить предложение. Из того, что она слышала, Блейн пострадал сильней всего. Но насколько сильно – она ещё не знала.

– Райли, перестань винить себя за Блейна, – сказал Билл. – Он сам решил пойти туда и сделал то, что сделал. Не ты виновата в том, что он не натренированный полицейский.

– Да, ладно, – возразила Райли, – но ведь и он не виноват, что он мой сосед. Судя по всему, он мог спасти жизнь Эприл. Но это моя задача. Он на это не подписывался. Он не просил этого.

Её беспокоило то, что пострадали Блейн и Габриэлла. Но в глубине души она больше всего волновалась за Эприл.

– Билл, что мне делать? – спросила она. – Я про то, что я за мать такая, что всегда приношу в дом опасность? И не пытайся говорить мне, что это не моя вина.

– Но она действительно не твоя, – подтвердил Билл.

Райли с сомнением покачала головой. Её вина или не её – Эприл уже третий раз оказывается жертвой. В первый раз её похитил из дома её отца и держал в клетке Петерсон. Она едва отошла от посттравматического синдрома после того случая, как её накачал наркотиками и возомнил себя её сутенёром её парень. А теперь это. Сколько травм может вынести этот подросток?

– Что-то должно измениться, Билл, – сказала Райли. – Может быть, мне пора бросить эту работу.

– Сейчас не время думать над этим, – сказал Билл. – Решай проблемы по одной.

Райли ничего не ответила. Она знала, что Билл прав. И одной из первых задач была установка дома новой системы сигнализации. Она и не знала, что та, которая у неё стояла, может такая ненадёжная.

Войдя в приёмное отделение больницы, Райли поразилась, какая в нём царит суета для столь раннего часа: бригады скорой помощи непрерывно привозили из разных мест новых пациентов, по громкоговорителю объявляли новые приезды, повсюду сновали медсёстры и медбратья. Всё это место как бы напоминало, что страдания и катастрофы никогда не спят.

Райли и Билл подбежали к стойке регистрации. Когда Райли заговорила с дежурившими медсёстрами, голос у неё дрожал:

– Я пришла к дочери, Эприл Пейдж, – сказала она. – Я её мать.

Медсёстры с интересом взглянули на Райли. Райли предположила, что они в курсе того, что произошло. Даже здесь, где чрезвычайные ситуации – обыденность, это происшествие выделяется на общем фоне.

– Я проведу вас, – сказала одна из медсестёр.

Девушка повела Райли и Билла к закрытой шторами кабинке, где на кровати лежала Эприл. Её больничная рубашка обнажала большие синяки на руке. Рядом сидел Райан, держа дочь за руку. Райли была рада видеть, что неподалёку стоит Люси Варгас.

Райли подбежала и обняла Эприл, стараясь не сжимать её слишком сильно.

Люси сказала Райли:

– Доктор проверяет её рентгеновские снимки, но судя по всему она отделалась синяками да ссадинами. Говорят, скоро её можно будет забрать отсюда.

Эприл оттолкнула Райли.

– Где ты была, мама? – бросила она сердито. – На меня напали. Меня до смерти напугали. Ты была нужна мне.

– Мне очень жаль, – сказала Райли, проглатывая виноватые слёзы.

Она увидела, что злость исчезла из глаз Эприл и она вдруг обняла мать.

– Ты не виновата, мама, – сказала она, плача.

Райли сжала Эприл настолько сильно, насколько решилась. Сколько раз ей будут говорить, что она не виновата, прежде чем она в это поверит?

«Наверное, этого не случится никогда», – подумала она.

Райан встал со стула, чтобы Райли могла сесть рядом с кроватью. Он погладил её по плечу:

– Я рад, что ты добралась сюда, Райли, – сказал он. Райли не заметила в его голосе ни следа обвинений или злости. – Тебе нужна моя помощь?

– Сейчас нет, – сказала Райли. – Ты выглядишь усталым. Возвращайся домой. Я позвоню тебе позже, там всё обсудим.

– Тогда увидимся позже, милая, – сказал Райан Эприл. Он наклонился и поцеловал дочь в щёчку. На мгновение показалось, что он сейчас наклонится и поцелует и Райли. Но вместо этого он улыбнулся и ушёл.

Райли мгновение смотрела ему вслед, всё ещё поражаясь столь явным в нём переменам.

Затем она спросила Эприл:

– Расскажи мне, что произошло?

Эприл нахмурилась, вспоминая.

– Я танцевала в гостиной, – начала она. – Ну знаешь, просто развлекалась. А потом там появился он. Он вломился в дом через заднюю дверь. И прежде, чем я успела что-то сделать, он уже сел на меня. Он пытался…

Райли знала, что Эприл хочет сказать, но не может себя заставить.

Эприл продолжала:

– Тут поднялась Габриэлла и он сбросил её вниз по лестнице, и я испугалась, что он её убил. Я побежала к двери, но он поймал меня, и…

Казалось, что Эприл сама удивляется тому, что говорит.

– Не знаю, что произошло, но… время как будто остановилось, и с каждой секундой я всё лучше и лучше знала, что делать. Я сначала ударила его лампой, потом стулом, а потом, когда пришёл Блейн, и он его побил, я показала ему, где раки зимуют, кочергой. Я думала, что убила его. Если бы полиция не пришла, я бы…

Эприл села и несколько секунд смотрела перед собой, как бы осознавая чудовищность своего поступка.

Затем она сказала:

– Я бы на самом деле убила его.

Эприл снова обняла мать.

Крепко сжимая дочь, Райли испытывала странные эмоции. Вскоре она поняла, что это гордость. Каким-то образом, несмотря на всю свою несостоятельность в качестве матери, ей удалось вырастить сильную и стойкую дочь, которая способна на нечто большее, чем просто выстоять против опасности.

Эприл высвободилась из рук Райли.

– Мам! – сказала она. – Тебе нужно проверить Габриэллу! Она так сильно упала. Они сказали, что она ударилась головой. Я ужасно за неё переживаю.

Райли спросила Люси:

– Ты видела Габриэллу? Можешь отвести меня к ней?

– Я уверена, что она будет рада видеть вас, – сказала Люси. – Она вон там.

Люси повела Райли по коридору, им пришлось прижаться к стене, когда бригада скорой помощи пронесла кого-то мимо на носилках. Райли была рада, что Эприл ранена не серьёзно. Но как там Габриэлла?

До кабинки Габриэллы было недалеко. Рядом с ней сидел доктор, который проверял её пульс. Лицо женщины было покрыто синяками, а голова перевязана. Но она была в сознании.

Люси ушла со словами:

– Я вернусь к Эприл.

– О, сеньора Райли, – сказала Габриэлла. – Простите меня.

Райли подошла к её кровати.

– Простить? Боже мой, Габриэлла, за что тебе просить прощения?

По щеке Габриэллы скатилась слеза.

– То, что произошло, – сказала она. – Я должна была не допустить такого.

Райли села и взяла Габриэллу за руку.

– Ты ничего не могла сделать, – сказала Райли.

– Но если бы я поднялась раньше, может быть, я бы что-то сделала. А он застал меня врасплох. Мне не надо было удивляться. Не надо было позволять ему бросить меня с лестницы.

Райли грустно улыбнулась. Конечно, Габриэлле не о чем жалеть. Но Райли прекрасно понимала её чувства.

– Как muchacha? – спросила Габриэлла.

– Она в порядке, – сказала Райли.

Райли посмотрела на доктора, который закончил осмотр.

– Как она? – спросила Райли.

Доктор выглядел удивлённым.

– Как ни странно, хорошо, – сказал он. – Похоже, она отделалась тремя сломанными рёбрами и несколькими синяками. Конечно, из-за сотрясения нам придётся ещё обследовать её…

– Híjole! – бросила Габриэлла. – Вы не будете меня держать здесь. Я еду домой, как только мне вернут одежду. Мне нужно работать.

Райли с улыбкой наблюдала, как доктор пытается убедить Габриэллу, что ей нужно остаться. Но пациентка едва его слышала, говоря ему совершенно обратное на смеси английского и испанского.

«Похоже, она готова выписываться», – подумала Райли: она очень сомневалась, что в их споре победит доктор.

Райли посмотрела на часы. Было пол седьмого утра. Интересно, смогут ли Эприл и Габриэлла поехать с ней сейчас домой?

Вдруг она поняла, что на радостях от того, что Эприл и Габриэлла в порядке, она совсем забыла про Блейна.

Она бросилась к стоящей рядом с кабинкой медсестре.

– Где мой сосед, Блейн Хилдрет? – спросила она.

– Он в реанимации, – ответила та.

– Пожалуйста, отведите меня к нему, – попросила Райли.

*

Медсестра повела Райли прямо в блок реанимации. Рядом с застеклённой палатой сидела дочь Блейна, Кристал, и смотрела перед собой в пустоту. Рядом с ней сидела незнакомая Райли женщина. Ей было за двадцать, она была высокая, коротко стриженная, с сильным, но мягким лицом. Сейчас она казалась уставшей.

Когда Райли подошла, Кристал даже не подняла глаз. Бедная девочка находилась в состоянии шока.

Женщина встала со стула, чтобы поприветствовать Райли.

– Вы Райли? – спросила она.

– Да.

– Меня зовут Фелиция Мазур, я менеджер в ресторане Блейна. Кристал позвонила мне сразу после того, как всё это произошло. Она приехала в больницу вместе со своим отцом. Я тоже сразу же поехала сюда. Я возьму Кристал домой, чтобы она пожила со мной и моей семьёй, пока её папа не поправится.

Кристал наконец посмотрела на Фелицию и Райли.

– Как папа? – спросила она в трансе.

По виду Фелиции Райли видела, что Кристал уже несколько часов снова и снова повторяет этот вопрос.

– Говорю тебе, милая, с ним всё будет хорошо, – ответила Фелиция.

Райли посмотрела через стекло. От вида Блейна, лежащего в палате реанимации без сознания, у неё защемило сердце. В каждую руку у него было вставлено по капельнице, на нём была кислородная маска, проводки вели к мониторам.

Райли пошла к двери, но Фелиция мягко взяла её за руку.

– Туда нельзя, – сказала она.

Она отвела Райли от Кристал.

– Он всё это время был без сознания, – сказала она. – Доктора говорят, что он выкарабкается, но им нужно держать его под успокоительным, чтобы обследовать все его ранения. Пока они не нашли ничего, кроме треснутой скулы и пары переломанных рёбер. Им нужно убедиться, что больше ничего не пострадало. Ему придётся пробыть здесь минимум пару дней.

Райли стояла и смотрела через стекло на своего раненного соседа. Она была глубоко благодарна Блейну за то, что он пришёл на помощь Эприл и, возможно, даже спас ей жизнь. Но в то же время её ужасно мучила совесть. Она знала, что пойдёт на всё, чтобы защитить Эприл, рискнёт даже собственной жизнью. Но какое право она имеет рисковать чужими жизнями?

Она напомнила себе слова Билла: «Он сам решил пойти туда и сделал то, что сделал».

От этой мысли ей не стало легче. Почему Блейн должен был так поступать?

«Потому что я его соседка», – подумала Райли.

Это казалось несправедливым. Сейчас ей ничего не казалось справедливым – ни по отношению к Эприл, ни к Габриэлле, ни к Блейну с Кристал, ни даже к самой Райли.

Она села на скамейку рядом с Кристал и обняла её. Она хотела сказать ей, что теперь всё будет хорошо. Но не могла. Ведь она сама не знала, чего теперь ожидать – особенно сейчас, когда новый убийца нацелился на её самых любимых людей.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

К тому времени, когда Эприл и Габриэллу выписали и Райли повезла их домой с больницы, солнце уже было высоко. Тем временем Билл и Люси поехали в Квантико, чтобы отчитаться Мередиту. Когда Райли остановилась перед своим домом, она увидела, что около него дежурят местная полиция и агенты ФБР.

Райли, а вслед за ней Эприл и Габриэлла, вошли в дом и обнаружили, что там полный хаос. На полу лежал сломанный торшер, стул из гостиной со сломанными ножками лежал на боку. По всему полу тут и там была разбрызгана кровь – она ещё даже не совсем засохла. Через оторванную панель задней двери в комнату врывался ледяной зимний ветер.

– Ay caramba! – воскликнула Габриэлла. – Я всё приберу.

– Ты не будешь ничего такого делать, – возразила Райли. – Сейчас мы соберём ваши вещи и вы уедете. Ни одна из вас не будет здесь в безопасности.

Габриэлла и Эприл уставились на Райли. Они выглядели измученными и приунывшими. Райли понимала, почему. Они хотели, чтобы всё снова стало нормально. Райли тоже хотела, но для этого понадобится время.

– Но ведь снаружи дежурят копы и агенты, – заскулила Эприл.

– Они не будут дежурить вечно, – отрезала Райли. – Вам нужно поехать в какое-то безопасное место прежде, чем их снимут с дежурства. Габриэлла, ты сможешь поехать к своим родственникам в Теннеси на какое-то время?

– Si. Но на сколько?

– Пока я не поймаю этого ублюдка, – сказала Райли. – Собирай вещи и вызывай такси до вокзала. Поезжай туда на следующем же автобусе.

Габриэлла не выглядела довольной, но она хотя бы не спорила, за что Райли была ей благодарна.

– А я? – спросила Эприл.

– Ты просто собирай вещи, – сказала Райли. – Я сейчас решу, как с тобой быть.

– Могу я сначала принять душ? – спросила Эприл.

– Нет.

Эприл закатила глаза и начала было протестовать, но Райли сказала:

– Прости, но сейчас на это нет времени. Возьми всё, что тебе нужно на пару-тройку дней. А теперь вы обе, пожалуйста, давайте уже собирайтесь!

Райли обняла своих домочадцев, а потом Эприл отправилась наверх, а Габриэлла вниз, чтобы начать собираться. Райли же схватила трубку и набрала номер кабинета Мередита. Шеф команды ответил сразу:

– Агент Пейдж! Я собирался звонить вам. Агенты Джеффрис и Варгас только что прибыли и рассказали, что произошло. Господи! Эприл в порядке?

– Она поправится, – сказала Райли, надеясь, что её слова сбудутся. – Об этом я и хотела с вами поговорить. Агент Мередит, мне нужно…

Но Мередит перебил её.

– Агент Пейдж, я знаю, что вам нужно. Но это не телефонный разговор. Я сейчас же пошлю к вам агента, он всё устроит. А пока нам лучше закончить разговор.

– Понимаю, – сказала Райли.

Они положили трубки. Райли понимала, что Мередит не был груб – он знал, что Райли хочет найти для Эприл безопасное убежище, а об этом, конечно, не стоило говорить по телефону.

Мередит сделал больше, чем от него требовалось. Райли знала, что ему придётся выслушать претензии старших по званию в служебной цепи. То, что он тратит средства и занимает агентов для охраны дочери Райли, скорей всего вызовет неодобрение. Но Мередит взялся за это. Она почувствовала прилив благодарности к своему грубоватому, но справедливому боссу.

Теперь Райли не оставалось ничего иного, как ждать, пока Габриэлла и Эприл упакуют вещи и придёт агент с адресом безопасного дома. Райли села на диван и огляделась. Вид руин после сражения в её доме разбивал ей сердце.

За годы службы в Бюро на Райли нападали бесчисленное количество раз, но когда вламывались в её дом, это всегда было гораздо более неприятно. С ней уже было такое, и она знала, что никогда к этому не привыкнет.

Она вспомнила, как они с Эприл и Габриэллой были счастливы, что нашли это место, называли его домом. Они переехали сюда всего полгода назад. Неужели их мечте о безопасном, счастливом доме не суждено сбыться?

«Нет, – с решимостью подумала Райли. – Я этого не позволю».

*

За считанные секунды Райли развернулась и задом поехала по шоссе. Она внимательно наблюдала за транспортом и несколько раз делала крюки.

– Куда мы едем, мама? – спросила Эприл.

Райли понимала смущение дочери. Они ехали по странному маршруту, который, казалось, вёл в никуда.

– Туда, где ты будешь в безопасности, – сказала Райли.

Она не хотела объяснять Эприл, что старается убедиться, что за ними нет слежки. Ей хотелось, чтобы у Эприл было на один повод для беспокойства меньше. Так или иначе, теперь Райли была уверена, что за ней нет «хвоста», и поехала прямо по тому адресу, который ей дали.

Она заехала на парковку перед маленьким мотелем. С виду это был самый обычный мотель, подобных которому в этом слегка грязноватом районе было много – довольно старый и нарочито милый. Райли подъехала к зданию сзади и нашла комнату с нужным номером, там она остановила машину и вместе с Эприл пошла внутрь.

Около двери их ждала девушка-агент. Райли увидела, что она по рации отчиталась в Квантико об их приезде.

– Агент Тара Брикер, – представилась девушка. – Заходите.

Когда они вошли в комнату, Райли поняла, почему Мередит выбрал это место. Обычное на вид старое здание было выстроено из крепкого шлакобетона с толстыми стенами и прочным деревянными дверями. Окна располагались высоко над землей, они были маленькими и покрытыми металлической сеткой. И на двери во внутренний коридор, и на двери на улицу были глазки и камеры слежения.

Пока Райли осматривала комнату, агент Брикер сказала:

– Ответственный специальный агент Брент Мередит просил передать вам, что место совершенно безопасное. Бюро пользуется этим укрытием не в первый раз, владельцу мотеля можно полностью доверять. Кроме того, тут превосходная система безопасности.

Райли видела, что Эприл с отвращением осматривает потрёпанную мебель.

Указав на дверь, которая вела в соседнюю комнату, агент Брикер сказала девочке:

– Я или другая девушка-агент будут всегда за этой дверью. Мы будем приносить тебе еду, когда ты попросишь. Насколько я поняла, ты уже знакома с агентом Люси Варгас, иногда она тоже будет здесь дежурить.

У Эприл широко раскрылись глаза и открылся рот, казалось, она пытается разобраться, что к чему.

– То есть мне даже на улицу нельзя выйти? – спросила она.

– Прости, но нет, – сказала агент Брикер.

Эприл села на край кровати с крайне несчастным видом. Агент Брикер, по-видимому, поняла её настроение.

– Вы тут пока обустраивайтесь, – сказала она Райли и Эприл. Когда девушка ушла в соседнюю комнату, Райли села на кровать рядом с Эприл.

– Мама, но ведь это тюрьма! – пожаловалась Эприл.

Райли не могла даже поспорить с этим, после всего того, что пришлось пережить Эприл, это всё казалось чудовищно несправедливым. Она обняла её одной рукой.

– Я скоро всё исправлю, – сказала она.

– Ты будешь приезжать ко мне?

– Боюсь, что мне будет нельзя. Рано или поздно за мной установят слежку.

Райли поняла, что лучше не затягивать прощание. Она поцеловала Эприл в щёку и встала, чтобы уходить.

– Мама, не уходи, – стала просить Эприл.

– Мне придётся, милая.

– Но почему? Есть ведь много других агентов. Почему ты не можешь просто остаться со мной? Пусть кто-нибудь другой поймает того типа.

Райли почувствовала отчаяние. Она бы очень хотела сделать то, о чём просила её дочь.

– Эприл, это моя работа. Мне нужно идти.

Эприл вскочила с кровати и крепко обвила Райли руками.

– Мне страшно, – сказала Эприл.

– Здесь ты в безопасности, – сказала Райли.

– Я боюсь не за себя. Я боюсь за тебя. Я боюсь, что тебя…

Эприл замолчала, проглотив рыдание.

Райли обняла Эприл в ответ.

– Всё будет хорошо, – сказала она. – Я обещаю. Вот увидишь.

С трудом сдерживаясь, чтобы самой не разрыдаться, Райли высвободилась из объятий дочери и вышла из комнаты. Садясь в машину, она думала о данном только что обещании. Она очень надеялась, что сможет его сдержать.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Райли знала, что скоро её дела испортятся окончательно. Они с Биллом отчитывались в конференц-зале Бренту Мередиту о проделанной в Сиракьюс работе. К сожалению Райли к собранию присоединился ответственный агент Карл Волдер.

Волдер был боссом Мередита – мужчина с детским, покрытым веснушками лицом и кудрявым медными волосами. Он поднялся по служебной лестнице ФБР благодаря сделкам, связям и прочей политике. Райли его нисколько не уважала – а он, в свою очередь, не уважал её.

История их взаимоотношений была не очень красивой. Волдер дважды её увольнял, отбирал оружие и значок. А сейчас, когда он пялился на неё через стол, Райли понимала, что он только ищет повод снова это сделать – на этот раз окончательно.

«И я в любую минуту могу дать ему шанс», – подумала она.

Пока что они с Биллом рассказывали Мередиту и Волдеру о своей встрече с вышедшей на пенсию агентом Келси Сприг и о теле, найденном на заброшенном складе. Оба шефа уже знали о событиях в Сиракьюс, но у Райли и Билла было полно подробностей обо всём этом.

После того, как они закончили описание убийства Смоки Морана, в комнате повисла тишина.

– Это всё? – спросил Волдер.

Хотелось бы Райли, чтобы это было всё. Они подошли к той части истории, которой ей совсем не хотелось делиться с Волдером. Мередит понял бы её, но Волдер точно не поймёт.

– Как вам известно, – осторожно начала Райли, – меня предупредили о том, что Орин Родес на свободе и жаждет отомстить мне. Так я поняла, что Эприл в опасности.

После паузы она добавила:

– В соответствии с этим я и действовала. Я вызвала помощь и как можно скорей вернулась из Сиракьюс.

Волдер наклонился к Райли через стол.

– Вас предупредили? – спросил он. – Кто?

Райли сглотнула. Она обменялась с Биллом тревожными взглядами. Пока следующая часть её истории была известна только ему.

– Меня предупредил Шейн Хэтчер, – сказала она.

Билл нервно забарабанил костяшками пальцев по столу, предчувствуя беду. Волдер и Мередит удивлённо посмотрели на неё.

– Шейн Хэтчер, – мрачно и глухо проговорил Волдер. – Человек, которого вы должны были поймать в Сиракьюс.

Райли кивнула.

– Да, сэр.

– Он предупредил вас.

– Да, сэр, – повторила Райли.

– Как именно это произошло? – спросил Волдер.

Райли сделала глубокий вдох. Она надеялась, по максимуму сократить и упростить эту часть своего доклада.

– Он застал меня врасплох в гараже отеля. Хэтчер взял меня в «стальной зажим» так, что я не могла высвободиться. Когда он освободил меня, я не могла добраться до пистолета. Так что мне пришлось выслушать его. Он знает Орина Родеса из Синг-Синга. Родес говорил ему, что собирается отомстить мне за то, что я засадила его.

Райли остановилась. Стоит ли рассказывать всё остальное? О том, что Хэтчер бежал исключительно для того, чтобы помочь ей и работать с ней вместе, и что убийством Морана он лишь свёл старые счёты?

Она вспомнила слова Хэтчера: «Мы братья по разуму, Райли Пейдж».

Об этом она не сказала даже Биллу. Если она расскажет об этом сейчас, это лишь усложнит всё. А ситуация сложная и без того.

Волдер очень подозрительно смотрел на неё.

– Значит вы встретились с Хэтчером в гараже… – начал он.

– Не по моей воле.

– Вы встретили Хэтчера в гараже, – твёрдо повторил Волдер, – и вы не задержали его.

– Сэр, он быстр, силён и умён. Мне жаль, но у меня не вышло. Не думаю, что у меня когда-либо был подобный ему противник.

Волдер откинулся на спинку стула.

– Вы сказали, что не могли добраться до пистолета, – сказал он. – Объяснитесь.

Райли вздрогнула, вспоминая ту сцену.

– Пистолет вылетел у меня из руки, когда он схватил меня, – сказала она. – Я не смогла поднять его, пока Хэтчер не ушёл.

– Вы дали ему уйти, – сказал Волдер.

– Не нарочно.

– Разве?

Волдер теперь смотрел ей прямо в глаза. Райли надеялась, что он не заметит в них оттенок неуверенности. Может быть, она могла подобрать пистолет?

Она ярко помнила тот момент. Она стояла на выходе из гаража, на середине пути между Хэтчером и пистолетом. Она думала о том, чтобы пробежать шесть метров, разделяющие её с пистолетом, но тут Хэтчер сказал: «Не стоит».

И она остановилась. Скорей всего, если бы она поступила иначе, это не сильно бы изменило ситуацию. Если бы она бросилась за оружием, Хэтчер, конечно, исчез бы раньше, чем она успела бы его применить. И всё же она даже не стала пытаться. Она просто стояла, как зачарованная, слушая всё, что он ей говорил.

Правда ли это? Неужели она не поймала его, потому что не хотела? Неужели её связь с ним настолько крепка, что она подсознательно хочет, чтобы он был свободен?

Волдер сказал:

– Вы упустили его, но вы это исправите. Я ожидаю, что вы с агентом Джеффрис арестуете Хэтчера в течение сорока восьми часов, если не раньше.

Райли тряхнула головой.

– Думаю, сейчас мне нужно сфокусироваться на том, чтобы поймать Орина Родеса, – сказала она.

– С какой стати? – спросил Волдер.

– Сейчас он представляет большую угрозу, нежели Хэтчер.

Волдер недоверчиво охнул.

– Большую угрозу? Агент Пейдж, за столь короткое время после своего освобождения Хэтчер уже совершил убийство. Он до смерти забил человека цепями.

– Человека, который его предал, – вставила Райли.

Теперь Хэтчер был на самом деле зол.

– И что, это по-вашему оправдание? Это всё меняет? Скорей всего он убил и водителя грузовика, в котором бежал. Мы просто ещё не нашли тело. И вы говорите, что он не представляет угрозы? Да он только начал!

Райли почувствовала, что сама начинает злиться.

– Орин Родес пытался убить мою дочь, – сказал она дрогнувшим голосом.

Волдер ударил кулаком по столу.

– Именно поэтому я не хочу, чтобы вы занимались этим делом. Вы слишком эмоционально заинтересованы. Я назначу на дело более холодные головы.

Райли укусила себя за язык. Она знала, что теперь все её слова лишь подтвердят точку зрения Волдера.

«Как и если я прыгну через стол и начну его душить», – подумала она.

Волдер встал.

– Вы упустили свой шанс поймать Хэтчера, агент Пейдж, – сказал он. – Теперь вы это и исправите. И у вас есть на это сорок восемь часов. Не забывайте.

Он выскочил из комнаты. Райли, Билл и Мередит некоторое время сидели в тишине.

Наконец, Мередит спокойно заговорил:

– Агент Пейдж, сейчас ваша дочь в безопасности, – сказал он. – Родес не сможет до неё добраться. Не стоит превращать расследование в охоту по личным причинам.

Райли ничего не ответила.

– Послушайте, – сказал Мередит, – Бюро сейчас находится под большим давлением из-за всей этой истории с Хэтчером. Его жизнь перемывают в газетах и интернете – о том, как «Цепной Шейн» за годы блестяще выучился криминологии, о его потрясающем побеге из Синг-Синга и о том, как он сводит старые счёты на свободе. Он отличный интернетный отрицательный герой – криминальный гений, которым восхищаются и которого боятся. У него уже даже есть фан-клубы. Для нас это означает большие неприятности. Именно поэтому Волдер так…

Мередит сделал паузу.

– Нам нужно убрать его, – сказал он. – Вам нужно убрать его. Вам с агентом Джеффрис.

– Понимаю, сэр, – сказала Райли почти шёпотом.

– Отлично, – сказал Мередит. – Теперь я хочу, чтобы вы вдвоём написали письменный отчёт о событиях в Сиракьюс. Он должен быть у меня до конца дня. Завтра в семь тридцать утра вы возвращаетесь в Сиракьюс.

Билл и Райли вышли из конференц-зала. Райли ощущала, как беспокоится за неё Билл.

– Ты почти не спишь, – сказал он.

Райли не ответила. На самом деле, последний раз она спала позапрошлой ночью – ещё до отлета в Сиракьюс.

– Я сам набросаю отчёт, – сказал Билл. – Отправлю его потом тебе на проверку. А ты пока езжай домой и отдыхай.

– Спасибо, – сказала Райли.

Райли почувствовала, что прежде, чем отправиться домой, ей нужно посидеть и очистить голову. Она пошла в свой кабинет и села за стол. Там она стала качаться на кресле, пытаясь успокоиться. Но у неё никак не получалось. Она была уверена, что сейчас настоящую угрозу представляет собой Орин Родес, а не Хэтчер. Но она никак не могла объяснить своим коллегам, почему она так считает. В хаосе, в котором она пребывала со вчерашнего дня, у неё не было времени подумать об Орине Родесе и о том, почему он решил отомстить ей. Она встала из-за стола, подошла к архиву и вытащила пожелтевшую, шестнадцатилетнюю папку с информацией по делу. Это была её личная папка, которую она сохранила и после того, как все материалы по делу были отсканированы для базы данных ФБР. Она разложила по столу фотографии и отчёты.

На первых фотографиях, которые привлекли её внимание, был виден Орин Родес. Она уже шестнадцать лет не видела это лицо. Она и забыла, как он был молод, когда она привлекла его к ответственности – ему тогда было всего семнадцать, а выглядел он и того моложе. Глядя на фотографию, она с трудом могла признать в нём жестокого убийцу – мальчик выглядел измученным и хмурым.

Проглядывая историю дела, Райли вспомнила, что Орин родом из неблагополучной семьи из Хинтона, штат Нью-Йорк. Часть жизни он прожил с отцом-алкоголиком, другую часть – с эксцентричной мамашей. Его рано выпнули из школы. Прежде, чем он начал убивать, в его деле не было ничего хуже воровства.

«Он не плох по натуре», – подумала Райли.

Или по крайней мере, он не проявлял своих плохих черт, прежде чем отправился убивать. Он был обычным юношей, которому не особенно повезло в жизни. Но в один день случилось нечто такое, что всё изменило.

Прежде, чем Райли вспомнила, что именно произошло, её глаз зацепился за школьную фотографию маленькой девочки. Она была нескладной, но довольно милой, на её лице было пустое, грустное выражение.

Её имя появилось в голове Райли, как громом оглушив её.

Хайди Райт.

Это имя она не вспоминала много лет, это имя она пыталась забыть.

Хайди Райт была первым человеком, кого убила Райли.

*

Несколько секунд Райли в шоке смотрела на фотографию Хайди Райт. Затем она начала читать, и в памяти её всплыли ужасные воспоминания.

Хайди была девушкой Орина Родеса, в то время её было пятнадцать лет. Согласно собственному признанию Орина Родеса, позвонив ему однажды, она исступлённо плакала, говорила, что она в опасности, умоляла его приехать и спасти её.

Орин взял револьвер отца и побежал к Хайди – он пришёл как раз тогда, когда её насиловали старший брат и отец. Орин застрелил обоих мужчин.

Два отчаявшихся подростка решили спастись бегством, но у них не было денег. Хайди взяла пистолет своего отца. Так, вооружившись, они бежали из её дома и доехали до ближайшего винно-водочного магазина. Их попытка ограбления пошла наперекосяк, кончилось всё тем, что они застрелили и менеджера, и продавца.

Видимо, тогда их внутренние демоны выбрались наружу. Убийства принесли им неожиданную эйфорию, и они захотели снова её испытать. Они хотели снова убивать. Два отмороженных подростка поехали в Дженнингс, город неподалёку, где напали на ничего не подозревающих людей на улице – сначала на мужчину, затем на девочку-подростка. Каждый раз они издевались над своими жертвами, расстреливая их из пистолета, прежде, чем убить окончательно.

Тогда это дело и отдали в ФБР. Райли вызвали из Квантико вместе с её тогдашним партнёром и наставником Джейком Криваро. Это было одно из первых дел Райли, она не была психологически готова к его развязке.

Местная полиция и агенты ФБР загнали Хайди Райт и Орина Родеса в угол в мотеле на окраине Дженнингса. Молодая пара стреляла из окна своей комнаты, в то время как копы и агенты, включая Райли, отстреливались из-за своих машин на парковке.

Через несколько минут перестрелки Хайди и Орин уже, казалось, были готовы сдаться, когда Хайди неожиданно выбежала из комнаты на парковку, наставив пистолет на копов и агентов.

Райли выстрелила и убила её. У неё не было иного выбора. Оставшийся без пуль и горюющий Орин сдался.

Райли помнила, какую грустную, сломленную фигуру являл собой Орин на суде. Он признал свою вину во всех преступлениях и казался глубоко раскаивающимся. Если он и винил Райли в смерти Хайди, он не показал этого. Он даже сказал, что в смерти Хайди виноват он и только он. Когда он получал свой пожизненный приговор, он лишь кивнул с видом убитого горем человека.

У Райли задрожали пальцы, когда она взяла в руки старое фото Хайди, которая на вид ничем не отличалась от любого другого подростка. Райли внезапно поняла, что убила Хайди, когда девочка была точно возраста Эприл. Горечь иронии усилилась, когда Райли поняла, что Эприл родилась всего через год после смерти Хайди.

От воспоминания, которое Райли так старалась выбросить из головы, у неё заныло сердце. Но теперь она не может об этом забыть. Орин выбрал её в качестве объекта для своей мести – а заодно и Эприл.

Она вспомнила, что сказал ей Шейн Хэтчер.

«Его только что освободили. Он вышел раньше, за хорошее поведение. Образцовый заключённый».

Это казалось странным. Ей казалось, что кающийся подросток, которого она видела в зале суда, дорос до тридцати лет, пытаясь каким-то образом искупить свою вину, делая в тюрьме всё хорошее, что он только мог, не виня в своём крахе и в смерти Хайди никого, кроме себя самого.

Но теперь, когда он вышел на свободу, всё изменилось.

«Или так, – подумала Райли, – или же всё всегда было не так, как казалось».

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Когда Райли и Билл сошли с самолёта в Международном аэропорту Сиракьюс Ханкок, в лицо Райли ударил ледяной ветер, вызывая ощущение дежа вю – в конце концов, они улетели отсюда всего день назад.

На этот раз их не встречали местные агенты. Вместо этого им забронировали машину в пункте проката. Билл и Райли пошли к стойке аренды за ключами. Они вышли из терминала и пошли на стоянку, где стояла машина.

Тут Райли остановилась.

– Поезжай в офис, Билл, – сказала она. – Я возьму такси. Я… я хочу поехать сначала кое-куда. Встретимся потом в штабе.

Билл удивлённо посмотрел на неё. Он явно хотел спросить, куда она собралась.

Она посмотрела на него, и в глазах у неё было написано: «Не спрашивай».

К её облегчению, Билл кивнул.

– Встретимся позже, – сказал он.

Билл пошёл к арендованной машине. Райли набрала номер Келси Сприг на своём мобильнике. Келси подняла трубку.

– Келси, это Райли Пейдж, – сказала она. – С момента нашего последнего разговора кое-что произошло.

– О, да, – сказала Келси. – Я видела по новостям. Ужасное происшествие со Смоки Мораном. Но ведь вы этого более-менее ожидали, не так ли? Мне тоже стоило это предвидеть. Этого ужасного человека всегда ждал ужасный конец. А теперь Шейн Хэтчер знаменитость! Чем всё это закончится?

Райли сделала паузу.

– Келси, я заскочу к вам, хочу задать вам несколько вопросов, – сказала она.

*

Вскоре Райли уже сидела перед горячим камином вместе с Келси Сприг. Она только что закончила рассказывать Келси обо всём, что произошло со времён их последней встречи, включая столкновение с Хэтчером и нападение Орина Родеса на Эприл.

Когда Райли закончила говорить, Келси задумчиво кивнула.

– Да, я помню дело Орина Родеса, – сказала она. – Меня не назначили на это дело – не разрешили. Всех в штабе смутило то, что Шейна Хэтчера поймала «девчонка». Так что они не назначали меня впредь на подобные дела. Заставляли заниматься бумажной работой или же расследовать скучные дела. Говорили, что пытаются оградить меня от опасности. Но я-то знала, в чём дело.

Качая головой, Келси добавила:

– Я рада, что твоя дочь не сильно пострадала. Как и экономка. И сосед – надеюсь, что он поправится.

– Я тоже очень надеюсь, – сказала Райли.

Какое-то мгновение в комнате был слышен только треск дров.

– Но ты не рассказала, почему решила заехать ко мне, дорогая? – наконец спросила Келси.

Райли не ответила. Она и сама не была до конца уверена, зачем она это сделала.

Келси уставилась на Райли, её обрамлённые морщинами глаза глядели мудро.

– Ты умолчала о чём-то, – сказала она. – О чём-то ты не рассказала никому. И выпустила из своего отчёта. Ты даже партнёру своему не рассказала.

Райли слегка улыбнулась.

– Как ты догадалась? – спросила она.

Келси тихонько рассмеялась.

– О, наверное, остались какие-то навыки со времени работы агентом. А может быть со времени замужества и материнства – там учишься слушать не только то, что люди говорят, но и то, что они не говорят.

Келси наклонилась и погладила Райли по колену.

– Торопиться некуда, – сказала она. – Но я думаю, что тебе стоит поделиться со мной.

Райли несколько раз глубоко вдохнула.

Наконец, она сказала:

– Когда я была на парковке с Хэтчером, он сказал мне, почему именно решил бежать. Он сказал, что сделал это из-за меня. Он восхищён моим умом, так он сказал. Он всегда хотел со мной работать. И ещё он сказал, что он нужен мне – что сейчас мне очень нужна его помощь.

Помолчав, Келси спросила:

– Он прав?

Вопрос ранил Райли в самое сердце. Она сама того не понимала, но это было именно то, что её беспокоило.

– Он сказал, что мы «братья по разуму», – сказала Райли. – Если это так, что это говорит обо мне? Что я такой же монстр, как и он?

Келси вздохнула.

– Что ж, исходя из моего опыта, монстры бывают очень разные. Взять, например, Люсьена Вейлеса, полицейского, которого Хэтчер жестоко убил. Его считают хорошим человеком. Он спасал людям жизни, защищал общественность и с честью и отличием служил ей. Но он был насквозь коррумпирован, и я уверена, что он был виновен по меньшей мере в одном убийстве.

Келси задумалась, а затем продолжила:

– А Смоки Моран, который предал лучшего друга ради того, чтобы скостить себе срок, а остаток жизни сеял ничто иное, как разрушение и смерть. Вейлес и Моран были беспринципными монстрами. Шейн Хэтчер монстр другой. Он совсем на них не похож.

Какое-то время Келси молча смотрела на огонь, а затем снова заговорила:

– Только между нами, дорогая, некоторые монстры достойны уважения. Их необязательно любить. И ты должна остановить их, посадить за решётку, убить, если потребуется. Но их всё равно нужно уважать. Только так с ними можно обращаться.

– А Орин Родес из таких монстров? – спросила Райли.

Келси нахмурилась в задумчивости.

– В тот день много лет назад что-то в нём переломилось, – сказала она. – Его жизнь перестала иметь смысл, даже для него самого. Когда он убил брата и отца девочки, которые пытались изнасиловать её, это ещё имело смысл. Потом, когда они вместе с ней убили хозяина и продавца магазина спиртных напитков, для этого была причина. А потом что-то случилось. Они убили двоих людей совершенно безо всякого резона. Почему? Вряд ли они сами это знали.

Келси задумчиво почесала подбородок.

– Шейн Хэтчер сказал, что хочет помочь тебе, хочет с тобой работать. Что ж, Шейн Хэтчер может быть ужасным, но он человек слова. У тебя есть все основания верить ему.

Келси покачала головой.

– Орин Родес не такой. Он уже давно потерял свой путь. И он даже не пытался снова его найти. Ему нравится быть потерянным. Это ему подходит. У него нет компаса, нет ритма, нет причины думать или делать так или иначе. Он вскармливал и взращивал свою злобу и ненависть шестнадцать лет, и никто этого даже не знал. А теперь он свободен и будет делать… Одному Богу известно, что.

Обе женщины какое-то время молча сидели.

– Прямо сейчас Шейн Хэтчер – меньшая из твоих проблем, дорогая, – наконец сказала Келси. – И если в ФБР думают иначе, они ошибаются. А Орин Родес – он меня пугает и пугает тебя не меньше, я думаю.

Райли захлестнули противоречивые чувства. Она была благодарна Келси, она была рада повидаться с ней. Проницательность и мудрость женщины ей очень помогли. И Келси подтвердила то, что Райли говорила её интуиция.

Но в то же время Райли смутилась. Сейчас она на севере штата Нью-Йорк, выполняет приказ поймать или убить Шейна Хэтчера в течение двух дней. А тем временем Орин Родес пробрался к ней в дом в Фредриксбурге. И никто не знает, куда он направился после этого.

«Где он сейчас? – гадала Райли. – Что он собирается делать?»

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Орин Родес изучал своё лицо в зеркале. На левом виске, куда девочка ударила его кочергой, зиял глубокий порез. Но ему было всё равно – по этому его не смогут опознать, кроме того, он уехал далеко от Фредриксбурга, чтобы сейчас об этом волноваться.

Ему понравилось лицо, которое он видел в зеркале.

«Больше никаких масок», – думал он, ощупывая его.

Последний раз он видел это лицо шестнадцать лет назад – и все эти шестнадцать лет он не снимал маски.

С кислым отвращением он вспомнил свою одинокую жизнь в заключении. Его бесконечную демонстрацию неискреннего раскаяния. Часы, проведённые им для «саморазвития» на уроках. Молодых заключённых, которых он курировал, наказывая им вести законопослушную жизнь. Он даже организовал собственный небольшой библейский клуб! Даром, что он никогда не верил ни во что в этом мире, не говоря об Иисусе или других высших силах.

За все эти годы он открыл своё истинное лицо только одному человеку – Шейну Хэтчеру. Орин думал, что нашёл родственную душу. Но Хэтчер повернулся к нему спиной и не желал иметь с ним дела.

Это было болезненное разочарование.

А теперь он узнаёт из радио, что Хэтчер бежал. Не то, чтобы это беспокоило Орина. У «Цепного Шейна» свой план, который нисколько его не касается. Их тропы никогда не пересекутся снова, он в этом уверен.

Он улыбнулся лицу, которое видел теперь. Его поразило, насколько молодо он выглядит – как будто этот злосчастный день убийства Хайди и его заключения был только вчера.

Похоже, пришла пора наверстать все эти упущенные годы.

«Лови момент», – подумал он.

Он слишком долго прятался.

Он открыл ящик и достал оттуда пистолет CZ P-09, зарядил туда девятнадцать патронов, накрутил на дуло глушитель. Он дорого заплатил за него и собирался заставить его отработать свою цену.

Он заткнул пистолет за ремень, надел тёплую куртку и вышел из своей снятой хижины. Здесь, в лесу, воздух был холодным и бодрящим. С каждой секундой он чувствовал всё больше энергии.

Он пошёл по тропинке к озеру, немного отходя от хижины. Когда он увидел озеро, он достал мобильник и установил таймер на 10 минут.

Он действовал по плану, придуманному им уже много лет назад в тюрьме. И план этот заключался в том, что плана никакого не было.

Всё-таки его жизнью правил случай – и короткой жизнью Хайди тоже. Они не планировали того, что с ними произошло. Они не были в этом виноваты. Если бы брат и отец Хайди не стали до неё домогаться, он не убил бы их. Если бы те двое мужчин в магазине не сопротивлялись, им с Хайди не пришлось бы их убивать.

К тому времени, когда они приехали в Дженнингс, они усвоили урок. Они поняли своё предназначение в жизни. А предназначение было простым: разрушать жизнь во всех её проявлениях, без цели, без плана, без ритма и без причин.

Они убили мужчину и девчонку просто потому, что те первые им встретились. Если бы Орин и Хайди не попали в ту перестрелку, они продолжили бы кататься по штату, убивая самым случайным образом, какой только могли бы выдумать, пока их самих не поймали бы или не убили бы. Умрёт тот или иной ничего не подозревающий человек или нет, решала бы монетка.

Но они не уехали. И сука из ФБР застрелила Хайди.

Он не думал, что Райли Пейдж хотела кого-либо убивать. Она просто попала в сеть случайностей, как и он и Хайди. Хотя Райли не знала этого, теперь она безнадёжно запуталась в паутине его ненависти.

А он ненавидел её всеми фибрами своей души – ненавидел лишь за то, что она оказалась в неправильном месте в неправильное время, ненавидел за то, что она была агентом и, убив Хайди, выполнила свою работу. На этом построена вся жизнь.

«Одно цепляется за другое».

Он допустил чудовищную ошибку, напав на дочку женщины. Всё было слишком лично, слишком обдуманно, слишком спланированно. Неудивительно, что план провалился. Он забыл самый важный урок своей жизни: «Случайность решает всё».

Подобно им с Хайди, все в этом мире были жертвами случая. Большинство не знают об этом, но человек с пистолетом и без какой-либо другой цели, кроме как убивать, мог быстро научить их этому.

«И я точно научу Райли Пейдж, – думал он. – Она придёт за мной, неважно, куда или когда».

Он был уже почти в самом конце тропы, которая вела к озеру. Он посмотрел на смартфон. Прошло четыре минуты. Если он увидит кого-нибудь, хоть кого, в следующие шесть минут, он убьёт его. Если нет, он просто подождёт ещё пару часов, а потом снова запустит таймер. Те, кто проходят мимо, когда таймер не тикает, уйдут целыми и невредимыми, не подозревая, как им повезло.

Выйдя из леса на огромную скалу, стоящую на краю озера, он увидел мужчину, который шёл в его сторону по берегу. По его походке Орин определил, что это старик. В его руке была удочка.

Мужчина сел на камень рядом с озером и стал подготавливать удочку.

Орин подошёл к нему, улыбнулся и окликнул его.

– Прохладно для рыбалки, не так ли?

Мужчина в удивлении обернулся и улыбнулся.

– Идеально для краппи, – сказал он.

Он начал собирать удочку.

Орин достал из-за ремня пистолет, поднял его, навёл на мужчину и выстрелил. Глушитель поглотил шум выстрела, который разнёсся бы эхом по всему озеру. Вместо этого пистолет лишь резко щёлкнул, как будто сломалась большая сухая ветка, а потом коротко просвистела пуля.

Орин услышал, как пуля вошла в плечо мужчине, отчего тот согнулся пополам, застонав от боли. Затем он повернулся и посмотрел на Орина.

– Какого чёрта? – закричал он.

Орин лишь стоял и улыбался, не сводя с него прицела. Мужчина вскочил на ноги и поковылял в сторону леса в надежде скрыться. Именно этого Орин и добивался. Он снова выстрелил, попав мужчине в бедро. Он смотрел, как его жертва упала на землю и отчаянно стала ползти к кустам.

«Осталось семнадцать», – напомнил себе Орин, следуя за ним.

Было важно не сбиться со счёта. Он хотел, чтобы мужчина оставался жив, терпя невыносимую боль, пока он не прикончит его самой последней пулей в магазине.

«Хайди это понравилось бы», – подумал Орин, снова стреляя.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Когда Райли въезжала в небольшой городок Дженнингс, на лице её была написана решительность.

– Это плохая идея, – сказал Билл, сидящий рядом с ней.

Райли не знала, как его переубедить. На самом деле, она более, чем наполовину была с ним согласна. Что хорошего в том, чтобы снова ехать в город, где она много лет убила пятнадцатилетнюю девочку? Орина Родеса здесь точно не будет.

И, конечно, этим она нарушала недвусмысленный приказ Волдера: «Вы с агентом Джеффрис должны арестовать Хэтчера в течение сорока восьми часов, если не раньше».

Время истекало. Пока Райли навещала Келси Сприг, Билл поехал прямиком в штаб ФБР в Сиракьюс, чтобы проверить состояние дела Хэтчера. Кроме того, он успел съездить в квартиру Смоки Морана и помог работающим там агентам обшарить квартиру на наличие улик. Неудивительно, но они ничего не нашли. И конечно, угрюмых телохранителей Морана тоже нигде не было.

След Хэтчера простыл, и Райли уговорила Билла съездить с ней в Дженнингс. Нет, это точно плохая идея. И конечно, подрывая доверие к себе, несправедливо тащить с собой Билла – так они рискуют и его карьерой.

Но они уже здесь, а значит нужно извлечь из этого максимум пользы.

Райли остановилась перед приятным двухэтажным зданием с забором из штакетника, засыпанным снегом двором и дымом из камина. То был дом Авы Стром, чья семнадцатилетняя дочь Расти шла в школу, когда на неё напали Орин Родес и Хайди Райт. Они вывезли её из города и медленно убивали, изрешетив всю её пулями.

Кроме неё пара убийц в той же манере прикончила местного разнорабочего Мирона Вайлдера, но у Вайлдера не осталось в Дженнингсе родственников. А у Расти остались. На пути сюда Райли позвонила Аве Стром, сказав, что они хотят с ней поговорить. Женщина не обрадовалась, но и не отказалась.

Билл и Райли зашли на крыльцо и позвонили в дверь. К двери подошла Ава Стром.

– Кто там? – спросила она.

Райли и Билл показали свои значки. Прежде, чем они успели представиться, Ава сказала:

– Я знаю, кто вы. Вы представлялись по телефону. Заходите.

Райли и Билл вошли в прихожую. Ава Стром не пригласила их пройти в гостиную, не предложила присесть. Ей явно хотелось покончить со всем этим поскорей.

Аве было под пятьдесят, она была обычной на вид женщиной со странным пустым выражением лица.

– Мой муж на работе, – сказала она. – Он занимается недвижимостью здесь, в Дженнингсе.

Ава Стром замолчала. Её молчание ясно говорило: её мужа в это впутывать не надо.

Райли сказала:

– Миссис Стром, простите, что заставляю вас всё это вспоминать. Но нам очень нужно поговорить с вами об убийстве вашей дочери.

– Зачем?

Её взгляд и резкий тон оборвали Райли.

Билл сказал:

– Дело в том, что Орина Родеса несколько дней назад досрочно освободили из тюрьмы.

Ава Стром никак не отреагировала.

– Я слышала, что он был образцовым заключённым, – сказала она.

– Все так думали, – подтвердила Райли. – Но он снова стал жестоким.

Снова воцарилась тишина. Райли показалось, что Аве Стром просто нет дела. Да и почему бы? У Райли, конечно, не было никаких оснований считать, что она или её муж могут стать следующими жертвами Орина Родеса. И всё же, отсутствие тревоги и даже интереса у женщины слегка смущало.

Наконец, Райли сказала:

– Миссис Стром, до того, как это произошло, могли ли вы знать…?

Прежде, чем Райли успела договорить, Ава Стром сказала:

– Тем утром я готовила ей завтрак. Бекон, яйца и тост. Она села за кухонный стол и стала есть, одновременно повторяя уроки. Пока она ела, я начала готовить обед. Я не обращала на неё никакого внимания. Не помню, перекинулись ли мы словами. Я даже не попрощалась с ней, когда она уходила, и она ничего не сказала. Тогда я видела её в последний раз.

Ава Стром смотрела перед собой.

– Я всё время думала, что я должна была знать уже тогда. Что я должна была что-то сделать или сказать. Всего слово, или улыбка, замечание, что она быстро ест, или что она ест и читает одновременно, или вопрос, что она будет сегодня делать – я всё время думаю, что такая глупость могла бы всё изменить. Но это бессмыслица, верно?

– Нет, это не так, – сказала Райли.

Она подавила желание сказать: «Вы ответили не на тот вопрос, который я пыталась задать». Она уже поняла, что не узнает здесь ничего полезного. Этой женщине нечем с ней поделиться – она уже много лет в эмоциональном ступоре.

Ава Стром пожала плечами.

– Вот так, – сказал она. – Такова история нашей с Логаном жизни после этого. Всё перестало иметь смысл. И я не думаю, что когда-нибудь смысл снова появится.

Она подошла к двери и открыла её, впустив в комнату ледяной воздух.

– Что ж, я думаю, что не смогу рассказать вам что-то ещё, что могло бы вам помочь, – сказала она.

Райли медленно кивнула.

– Спасибо, что уделили нам время, миссис Стром, – сказала она. – Мы пойдём.

Когда Райли и Билл снова сели в автомобиль, Билл сказал:

– Это бессмысленно, Райли. Так мы ничего не узнаем. Что вообще мы здесь делаем?

Райли ничего не ответила и завела двигатель. Она не могла не согласиться. Наверное, вся эта поездка была плохой идеей.

Но она знала, куда хочет отправиться теперь – в мотель, в котором произошла перестрелка. Она подумала, что ей может помочь снова пережить то, что там произошло, на этот раз попытавшись представить происходящее с точки зрения Орина Родеса. Как она часто делала на местах преступлений, возможно ей удастся залезть в его шкуру и наконец понять его.

Она поехала по городу, отмечая для себя, как всё изменилось с тех пор, как она была здесь много лет назад. Бывший тогда простым старомодным городом колониальной эпохи, теперь город перестроился. Даже старые дома и здания потеряли своё обаяние после реконструкции.

Она нашла адрес, который искала. На мгновение ей показалось, что она ошиблась. Мотеля здесь больше не было – вместо него стоял безвкусно отделанный торговый центр в псевдо-колониальном стиле.

Она остановила машину на огромной парковке.

– Дай мне минуту, – попросила она Билла.

Она вылезла из автомобиля и решила прогуляться в одиночестве, сориентироваться и представить, как здесь всё было раньше. Но это было невозможно. Казалось, что всё это, включая смерть Хайди Райли и арест Орина Родеса, снесли с лица земли бульдозером.

Горькая ирония.

Разговор был бесполезным. А теперь и место. Она как будто утонула в бесполезности всего этого.

«Может быть, это тоже результат», – подумала она.

Может быть, ей пора перестать ожидать, что это дело обретёт какой-то смысл. Может быть, она не сможет снова привлечь Орина Родеса к ответственности, если не перестанет надеяться понять его. Это будет трудно. Это идёт против её инстинктов в качестве агента ФБР.

Прежде, чем она успела развернуться и пойти к машине, она услышала, что у неё зазвонил телефон. Номер был неизвестный, но, подняв трубку, она услышала до боли знакомый голос:

– Готов поспорить, ты гадала, когда я снова с тобой свяжусь.

Это был Шейн Хэтчер. Он сказал:

– Не пытайся отследить звонок – телефон одноразовый, и в любом случай, у меня будет полно времени, чтобы скрыться.

– Где ты? – спросила Райли. – Где-то рядом?

– Нет, если ты в Дженнингсе. Думаю, ты сейчас там. Или уже побывала там, или планируешь туда поехать. Но скорей всего ты там прямо сейчас. Я прав?

Райли не ответила. Хэтчер рассмеялся, очевидно, истолковав её молчание как знак согласия.

– Не стоит быть такой предсказуемой, Райли. Особенно, когда имеешь дело с этим человеком. Поверь мне, он точно не предсказуемый. Нет, я далеко от Дженнингса, как и он.

Райли бешено соображала, пытаясь понять, к чему клонит Хэтчер своими недоговорками.

– Ты ведь следишь за ним, так? – спросила Райли. – Ты во Фредриксбурге? Ты рядом с Эприл? Он где-то недалеко от неё?

Райли услышала фырканье.

– А ты как думаешь?

Она ничего не ответила.

– А ты как думаешь? – снова спросил он, на этот раз более настойчиво. – Что он прямо сейчас снова охотится на Эприл?

– Нет, – сказала Райли, начиная понимать его мысль.

– Почему нет?

– Это было бы слишком понятно.

Хэтчер одобрительно крякнул.

– Он кого-то уже убил? – спросила Райли.

Хэтчер нетерпеливо вздохнул.

– Райли, Райли, Райли. Что я сказал тебе тогда, в гараже? Мне неважно, кого он убивает. Мне важна только ты. А ты отстаёшь.

Не произнося больше ни слова, Хэтчер повесил трубку.

Стоя, как вкопанная, на холоде, Райли вдруг поняла:

«Он уже убил. И я понятия не имею, кого, где и как».

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Райли видела, что Брент Мередит не в настроении. Они с Биллом только что вернулись в Квантико из Сиракьюс и собрались на совещание в кабинете шефа. Райли заметила, что Мередит смотрит на часы, но промолчала, ожидая, что он сам начнёт разговор.

– Агенты Пейдж и Джеффрис, – сказал Мередит. – Волдер дал вам сорок восемь часов на то, чтобы поймать Хэтчера. Через восемнадцать часов это время истечёт. Каковы ваши шансы?

– Не велики, сэр, – признался Билл. – Хэтчера нет в Сиракьюс. Пока это всё, что мы можем сказать точно.

– И у вас не появилось не единой зацепки? – спросил Мередит.

Райли бросила взгляд на Билла. Он кивнул ей, давая понять, что ей лучше самой сообщить новость Мередиту.

– Это не то, чтобы зацепка, сэр, – сказала она, – но он мне звонил.

У Мередита широко раскрылись глаза. Райли была рада, что Волдер не слышит этого. К счастью, работать допоздна было не в его привычках. Всё будет трудно объяснить даже Мередиту.

– Звонил вам? – переспросил Мередит. – И я только сейчас об этом узнаю?

– Он звонил с одноразового телефона, отследить невозможно, – сказала Райли. – Не было смысла сразу же докладывать.

Мередит с театральной небрежностью положил ноги на стол.

– Что ж, агент Пейдж, не хотите ли поделиться чем-нибудь, что касается содержания вашей беседы? Или она носила чисто личный характер?

Райли ощутила укол. Она мысленно взвесила всё, что собиралась сказать. Она решила, что лучше не упоминать о том, что они с Биллом ездили в Дженнингс. Хотя, если Билл решит рассказать что-то об этом, он может это сделать. Но, учитывая язвительное расположение духа Мередита, сейчас лучше придерживаться исключительно фактов.

– Кажется, он следит за Орином Родесом, – сказала Райли. – Он дал мне ясно понять, что Родес совершил убийство. Но кого, где и почему он убил, я не имею ни малейшего понятия.

Мередит выглядел удивлённым и нисколько не радостным.

– Вы ему верите? – спросил он.

– Да, сэр, – ответила Райли.

– Почему?

Вопрос застал Райли врасплох. Она ничего не ответила.

Мередит сказал:

– Агент Пейдж, вы уже второй раз входили в контакт с человеком, которого вам нужно арестовать. А вы далеки от этого, как никогда. Так какого чёрта происходит? Почему он выходит с вами на связь?

Райли всё больше и больше радовалась, что на совещании не присутствует Волдер, который бы сейчас точно закатил истерику. Мередит будет покрепче.

Вопрос он задал не из лёгких. Пока об истинной цели побега Хэтчера она рассказала только Келси Сприг. Он сделал это ради Райли, потому, что восхищался ею и хотел ей помочь – по крайней мере, так он сказал, и у Райли не было причин ему не верить. Но она не могла заставить себя сказать это даже Биллу, не то что Мередиту. Она не знала точно, почему – разве что потому, что вся эта связь с Хэтчером отчего-то пугала её.

– Он знает меня, сэр, – сказала Райли.

Мередит с минуту просидел молча.

– Завтра утром мы обсудим это всё с Волдером, – сказал он. – Агент Джеффрис, я хочу, чтобы вы присутствовали на совещании. Агент Пейдж, думаю, вам нет смысла появляться в ОПА раньше завтрашнего вечера. У меня есть ощущение, что вам лучше пока не пересекаться с Волдером.

– Да, сэр, – сказала Райли.

– На сегодня всё, – сказал Мередит. – Отправляйтесь домой и постарайтесь выспаться.

*

Когда Райли припарковалась возле своего дома в Фредриксбурге, её поразило, насколько тихо и спокойно в её районе. Всего позапрошлой ночью здесь всё кишело полицейскими, агентами и журналистами. А сейчас всё выглядело очень мирно, на большинстве дверей висели рождественские украшения, а в некоторых окнах стояли искусственные свечи.

Интересно, думала Райли, что думают соседи о хаосе, который она устроила здесь. Троих человек увезла скорая помощь – у её соседей достаточно поводов для тревоги.

Райли открыла парадную дверь и вошла в свой коттедж. Она была практически уверена, что сейчас кто-нибудь окликнет её. Она редко находилась в доме, когда в нём не было Эприл или Габриэллы, или их обеих. А теперь дом выглядел странно безжизненным.

Вчера она выставила сломанные стул и торшер на заднюю террасу, чтобы разобраться с ними позже. ФБР забрали кочергу, которую Эприл использовала в качестве оружия. Они, конечно, исследуют кровь, которая на ней сохранилась, на ДНК, хотя польза от этого была сомнительная. Напавший на Эприл был точно Орином Родесом – его личность чётко установили по фотографиям из тюрьмы.

Когда Райли села в гостиной, ей пришло в голову, что она весь день не разговаривала с Эприл. Конечно, беспокоиться за неё не было причин – она в безопасном месте и под охраной, и если бы она была в хоть какой-либо опасности, Райли, естественно, уже знала бы об этом. И всё же, Райли почему-то заволновалась.

Она открыла свой ноутбук в надежде, что ещё не слишком поздно для видеозвонка. Райли набрала номер Эприл и та тут же ответила. По её лицу Райли видела, что настроение у Эприл не лучшее.

– Привет, мам. Как дела? – спросила Эприл.

Райли решила, что нет смысла рассказывать ей о том, что произошло в штате Нью-Йорк. И ей не хотелось беспокоить её рассказами об Орине Родесе.

– Я лишь хотела узнать, как ты, – сказала Райли. – Надеюсь, я не слишком поздно звоню?

– Не, я не могу заснуть.

Райли видела, что от нечего делать Эприл красит ногти.

– Как ты там поживаешь? – спросила Райли.

Эприл вздохнула.

– Мне скучно. Здесь отстойно.

– Да, это не курорт, – согласилась Райли. – Но запасись терпением. Как только всё это закончится, поедем куда-нибудь, где тебе понравится.

Эприл зевнула.

– Вряд ли. Когда это всё закончится, у тебя будет новое расследование. Не парься. Я переживу.

Лицо девочки немного оживилось:

– Кстати, сегодня папа заходил.

Райли удивилась. Она не знала, что Райан в курсе точного местоположения Эприл. Видимо, агент связалась с ним по просьбе Эприл. Райли не могла винить Эприл и Райана, что они хотят видеться друг с другом, но по крайней мере надеялась, что Райан вёл себя осторожно.

– Как у него дела? – спросила Райли.

– Думаю, нормально. Он всё ещё переживает из-за произошедшего. И он согласен, что это место отстойное. Он говорит, что мне не надо там быть. Он говорит, что меня нужно отправить в какое-нибудь другое место.

Райли почувствовала раздражение. Не Райану решать, и ей не нравилось, что он вкладывает такие мысли в голову дочери.

– Ты сейчас там, где безопасно, – сказала Райли.

– Знаю, – сказала Эприл.

Она снова зевнула.

– Я устала. Пойду, наверное, спать.

– Давай, – сказала Райли. – Я тебя люблю.

– Я тоже тебя люблю.

Они закончили разговор. Райли встала с дивана и взяла из бара стакан и бутылку виски. Она снова вернулась в гостиную и налила себе выпить. Сделав глоток из стакана, она почувствовала, что по горлу разлилась приятная теплота. Внутреннее напряжение понемногу начало спадать, а ей это было необходимо, чтобы расслабиться.

«Может быть, я засну прямо здесь», – подумала она.

Она поняла, что в том, что дом полностью предоставлен ей, есть свои плюсы: она не должна беспокоиться из-за таких вещей, как где она спит. И всё же, ей было одиноко, и она с нетерпением ждала, когда Эприл и Габриэлла снова будут дома.

*

Вокруг Райли крутился снег, он был таким густым и ослепляющим, что она не понимала, где находится. Она смотрела по сторонам, не понимая, куда идти и что делать.

Тут она смутно увидела невдалеке чью-то фигуру. Казалось, что человек бежит к ней. Возможно, кто-то хотел помочь ей. Или же наоборот кому-то была нужна её помощь. Она не знала.

Когда фигура приблизилась, Райли поняла, что это девочка-подросток. Снег немного утих, и Райли увидела, что это Хайди Райт. Она сломя голову бежала к Райли, направляя на неё пистолет.

Райли услышала чей-то резкий крик:

– Застрели её! Чего ты ждёшь?

Но она не могла понять, кому принадлежит голос – её отцу или Шейну Хэтчера.

– Я не могу, – сказала Райли. – Она же ещё ребёнок.

– Ты жить хочешь? – спросил голос.

Тут Райли услышала выстрел. Она не сразу поняла, что выстрелил её собственный глок – пистолет, который был у неё в руке. Всё поменялось. Снег стал красным, как будто с неба шла кровь.

Девочка зашаталась, но не упала. Теперь она была уже не девочкой. Это была мама Райли, она была мертва, но всё ещё шла, её грудь кровоточила от пули, которая убила её, когда Райли было шесть лет; она с немым ужасом смотрела на Райли.

– Мамочка! – закричала Райли.

Её поразила высота собственного голоса. Тут она поняла, что ей снова шесть лет. Ей хотелось подбежать к матери, но ноги не двигались.

Снова раздался мужской голос – на этот раз Райли понимала, что он принадлежит её отцу, голос был громкий и чёткий.

– Польза от тебя только мёртвым.

У Райли открылись глаза, она поняла, что лежит на диване в гостиной. В окна пробивалось утреннее солнце. В доме стояла тишина.

Райли громко застонала, вспомнив свой сон. Ей уже давно не снилась смерть её матери, она всю жизнь пыталась забыть её. Ей было всего шесть лет, когда её мать застрелил грабитель в магазине сладостей. И хотя Райли была совсем маленькой, её отец так никогда и не простил её за то, что она не смогла этого предотвратить.

Когда ей снились подобные сны, Райли всегда сомневалась, что простила себя по-настоящему.

Она посмотрела на бутылку и стакан, стоящие на кофейном столике. Она вспомнила, что выпила всего пару стаканов прошлой ночью, прежде, чем заснуть. Это хорошо, учитывая, что иногда в состоянии стресса она напивалась больше, чем нужно.

Райли пошла на кухню и увидела, что кофе не сварен.

«Конечно, – подумала она, – ведь Габриэллы здесь нет».

Мысль о том, что сейчас придётся готовить и есть завтрак в пустом доме, привела её в ужас. Она решила принять душ, одеться и выпить кофе и позавтракать в какой-нибудь забегаловке.

Она вспомнила, что Мередит сказал ей не появляться в ОПА в ближайшее время. Её это обрадовало. Она хотела съездить в другое место.

*

Добравшись до больницы, Райли с облегчением узнала, что Блейна выписали из реанимации и сейчас он в отдельной палате. Когда она нашла его, он не спал и смотрел телевизор. Его лицо всё ещё было перебинтовано с одной стороны. Он улыбнулся, увидев, что она заходит к нему в палату.

– Эй, я думал, что ты уехала ловить плохих парней, – сказал он.

– Скоро я этим займусь, – сказала Райли, садясь рядом с его кроватью. – И надеюсь, что смогу поймать того плохого парня, который нам всем так насолил.

– Это было бы неплохо, – сказал Блейн.

Какое-то время они сидели молча. Райли была немного смущена. Ей хотелось взять его за руку, но больница казалась не совсем подходящим местом для такого интимного жеста, особенно учитывая, что они оба, похоже, не знают, как будут развиваться их отношения. Она посмотрела на него.

– Как ты? – спросила она.

– Довольно неплохо, – ответил Блейн. – Почти ничего не болит. Они не нашли никаких серьёзных повреждений, кроме трёх сломанных рёбер и сломанной скулы. Завтра уже выпишут. Кристал тоже хочет вернуться домой. Но только если ты считаешь, что это безопасно.

Райли помедлила с ответом. Ей не хотелось давать ложные обещания. И всё же, она была более чем уверена, что Орин Родес переключился на другую добычу.

– Думаю, сейчас там безопасно, – сказала она.

– Хорошо. Фелиция хорошо заботится о Кристал.

Райли вспомнила привлекательную женщину, которую встретила в больнице пару дней назад – менеджера в ресторане Блейна, так она сказала. Интересно, у неё есть муж? Но сейчас не лучшее время для того, чтобы переживать из-за этого.

– Блейн, я хотела сказать, что благодарна тебе за то, что ты сделал. Ты скорей всего спас Эприл жизнь. Ты мог просто позвонить 911, но помощь вряд ли успела бы вовремя. Ты вёл себя очень храбро.

– И глупо? – с улыбкой спросил Блейн.

Райли рассмеялась.

– Да, и глупо. Но в самом хорошем смысле этого слова.

Блейн внезапно взял её за руку.

– Ради вас с Эприл я способен на гораздо большее, – сказал он.

Райли не знала, что ответить. Она просто улыбнулась и ответила на его молчаливый взгляд. Её переполняли тёплые чувства к этому душевному, доброму, привлекательному человеку. Ей отчаянно захотелось залезть под одеяло и свернуться рядом с ним клубочком.

Её развеселила мысль проделать такое в больнице. Сейчас определённо не лучшее время и место.

«Но, может быть, в других обстоятельствах…», – подумала она.

У неё зазвонил телефон. Она увидела, что звонят из ОПА.

– Мне нужно ответить, – со вздохом сказала она Блейну.

Блейн отпустил её руку и ласково погладил её. Райли встала и вышла коридор.

Подняв трубку, она услышала голос Волдера:

– Агент Пейдж, собирайте вещи и приезжайте. Вы летите в Южную Каролину.

– Что случилось? – спросила Райли.

– Убийство. Агенты Хуанг и Крейтон введут вас в курс дела на борту самолёта.

Не произнеся больше ни слова, Волдер положил трубку.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Когда маленький джет ОПА взлетел, Райли всё ещё не понимала, к чему это путешествие.

«Убийство», – сказал ей Волдер по телефону – это всё, что было известно Райли.

Она сидела в салоне самолёта рядом с Биллом. Напротив них за столом сидели агенты Эмили Крейтон и Крейг Хуанг. Крейтон и Хуанг были молодыми и совершенно неопытными агентами, которые, тем не менее, являлись любимчиками Волдера. Райли всегда была не в ладах с Крейтон, которая воображала из себя гораздо более хорошего агента, чем являлась. Однако Хуанг начинал нравиться Райли, он быстро учился.

По самодовольному виду Крейтон Райли почувствовала, что они с Хуангом получили от Волдера полную информацию. Конечно, они нарочно не стремятся ввести в курс дела Райли и Билла – это был один из способов Волдера показать свою неприязнь к Райли и заставить её чувствовать себя не в своей тарелке.

«И это почти работает», – подумала Райли.

Когда самолёт вышел на высоту полёта, Крейтон включила ноутбук и поставила его на стол. Она открыла на нём фотографию с места преступления, на которой был виден убитый мужчина, лежащий лицом вверх в лесистой местности. Его одежда была грязной и окровавленной. Он был буквально изрешечён пулями – навскидку Райли насчитала порядка двадцати ранений. Одна пуля вошла ему прямо в лоб. Глаза мужчины были широко открыты.

Райли вздрогнула, осознав, что жертва была жива и в полном сознании вплоть до того момента, когда убийца выпустил последнюю пулю.

– Кирби Стэдман был директором школы на пенсии, он жил в Ворланде, Южная Каролина, – сказала Крейтон. – Его убили вчера утром в национальном парке озера Элбоу. Его тело нашёл смотритель парка сразу после обеда.

Прежде, чем Крейтон успела снова заговорить, Райли спросила:

– Как далеко он успел отползти от озера?

Крейтон удивлённо посмотрела на Райли.

– Откуда вы знаете, что он полз от озера?

Райли ткнула в фотографию.

– На нём рыбацкий жилет, – сказала она. – А штаны запачканы на коленях. Думаю, когда на него напали и выстрелили первый раз, он рыбачил. Потом он пытался уйти, а убийца продолжал стрелять в него. Так как далеко он отполз?

По недовольному выражению лица Крейтон Райли поняла, что попала в яблочко. Хуанг слегка улыбнулся.

– Порядка десяти метров, – ответила Крейтон.

– Так и почему дело отдали в ОПА? – спросил Билл.

– Поначалу местная полиция не знала, что и думать об этом, – объяснил Хуанг. – Насколько всем было известно, у Кирби Стэдмана не было врагов. Но потом кто-то оставил странное сообщение на горячей линии полиции.

Хуанг включил маленький проигрыватель. Райли услышала знакомый голос.

«Говорит Шейн Хэтчер. Тело, которое вы нашли у озера Элбоу, – не моя работа. Но агент Райли Пейдж из Квантико заинтересуется им. Известите её».

Хуанг вырубил проигрыватель.

Крейтон сказала Райли:

– Я так полагаю, вы можете подтвердить, что голос принадлежит Шейну Хэтчеру.

– Это он, – сказала Райли.

– Так и чья это «работа» по-вашему? – спросила Крейтон.

Райли вспомнила случайные убийства, совершённые в Дженнингсе много лет назад – две жертвы, в которых снова и снова садистски стреляли пока, наконец, не прикончили.

– Орин Родес, – сказала Райли.

Крейтон кивнула.

– Агент Волдер тоже так считает. А судя по голосовому сообщению недавно там был и Шейн Хэтчер.

Тут Крейтон со злобной улыбкой добавила:

– А у вас ещё осталось три часа, чтобы его поймать.

Райли покраснела от ярости. Она знала, что Крейтон просто повторяет слова Волдера. И, конечно, Волдер прекрасно знал, что Райли не сможет уложиться в его сорока восьми часовой срок. Примерно половину оставшегося времени она проведёт в самолёте. Волдер собирается сделать ей строгий выговор. И это доставит ему удовольствие.

В это время Крейтон, по-видимому, наслаждалась возложенной на неё ответственностью. Она продолжала:

– Мы приземлимся на аэродром неподалёку от Ворланда и поедем сразу на место преступления. После этого вы, агент Пейдж и агент Джеффрис, займётесь выполнением приказа по поимке Хэтчера.

Райли заметила, что Билл начинает раздражаться.

Он сказал:

– А вы двое что планируете делать, пока мы будем заниматься Хэтчером?

– Мы будем искать Орина Родеса, – ответила Крейтон.

Теперь уже Райли кипела в негодовании.

«Волдер что, думает, что это игра?»

Она пыталась донести до Волдера, что сейчас реальную угрозу представляет Родес, а не Хэтчер. Им с Биллом нужно работать вместе с Крейтон и Хуангом, чтобы привлечь его к ответственности прежде, чем он снова кого-нибудь убьёт – а он точно убьёт снова. После того, как они сделают это, можно будет приняться и за Хэтчера.

Но Волдер не собирался этого допускать. И у него не было на это никаких оснований, кроме как чтобы осадить Райли. Пока ему это удавалось.

В яростном молчании Райли дослушала инструктаж Крейтон. Она не могла дождаться, когда самолёт наконец приземлится.

*

Три часа спустя шеф полиции Ворланда Лонни Йорк вёз Райли, Билла, Хуанга и Крейтон по Национальному парку озера Элбоу. Шеф Йорк был огромным человеком-медведем, приближающимся к пенсионному возрасту. Хотя в это время года деревья в парке уже облетели, Райли видела, что весной и осенью лес будет выглядеть великолепно. Снега ещё нигде не было.

Когда они добрались до места назначения, Райли взглянула на часы.

«Время истекает», – подумала она с иронией.

В этот самый шли последние минуты отведённого на поимку Хэтчера времени. Райли больше, чем наполовину, была уверена, что Волдер вот-вот позвонит и начнёт распекать её за неудачу. Хотя нет, она решила, что Волдер прибережёт нравоучения до её возвращения в Квантико.

Когда они приблизились к озеру, шеф Йорк показал на одну из хижин, мимо которых они проходили.

– Здесь останавливался убийца, – сказал он. – Он снимал её с субботнего утра.

Когда Йорк остановил внедорожник перед хижиной, Райли обдумала хронологию развития событий. Родес, очевидно, приехал сюда и арендовал дом вскоре после того, как напал на Эприл. Скорей всего, он отдохнул день, а потом, на следующее утро – буквально вчера – убил Кирби Стэдмана, Теперь же он уехал и не оставил ни одной указывающей направление зацепки.

Впятером они выбрались из автомобиля и пошли к хижине, которая, как подарочек в коробке, была обтянута жёлтой полицейской лентой. Они поднырнули под ленту и вошли в хижину.

Райли осмотрелась. Внутри пахло сосной, что напомнило ей о хижине в Вирджинии, в которой проживал последние годы её отец. У неё это место не вызывало приятных воспоминаний, но она знала, что арендующие домик туристы без ума от него.

Повсюду виднелись следы дактилоскопического порошка.

– Есть какие-нибудь отпечатки? – спросила она Йорка.

– Да, полно, – сказал Йорк. – Он не пытался стереть их после себя. Конечно, он наверняка торопился отсюда уехать. У нас ещё не было времени выяснить, кому принадлежат отпечатки.

Райли не сомневалась, что по крайней мере, часть из них будут принадлежать Орину Родесу, но ей было интересно, найдут ли здесь отпечатки Шейна.

Несколько минут Райли, Билл, Хуанг и Крейтон осматривали дом. В нём практически ничего не было. Последний житель хижины, судя по всему, не оставил ничего, кроме отпечатков пальцев.

Она заметила, что на буфете лежит несколько листовок. Это были обычные туристические брошюрки о достопримечательностях. Но она решила приглядеться: на трёх были описаны места для посещения в Южной Каролине, в двух – пляжные курорты и это самое место, Национальный парк озера Элбоу. Два другие относились к местам во Флориде, историческому и экологическому заповеднику Джексонвилл и национальному парку Эверглейдс неподалёку от Майами.

– В хижинах всегда лежит подобного рода информация для туристов? – спросила она Йорка.

– Я не знаю, – ответил шеф полиции. – Но выглядят они ничем не примечательно.

– Скорей всего, они не имеют значения, – сказала она, но на всякий случай положила брошюры себе в сумку.

– Пойдёмте, – сказал Йорк. – Я покажу вам место убийства Кирби.

Они вышли на улицу, и Райли пошла прямиком за шефом Йорком, который вёл агентов к краю леса. Через мгновение они уже шли по тропе, ведущей к озеру.

Райли услышала, как Крейтон сказала позади неё:

– Жаль, что последнее время не было снега. Так мы бы лучше видели его передвижения.

Но Райли знала, что ей не составит труда отследить шаги Родеса. На самом деле, она уже почти проникла ему в разум. Конечно, именно по этой тропе он и шёл, чтобы убить свою жертву. Но знал ли он тогда, что это будет Кирби Стэдман? Знал ли он, что встретит его там?

Нет. Райли чувствовала, что он не имел понятия, кто будет у озера и будет ли там вообще кто-либо. И всё же он был вооружён. Райли представила вес его полуавтоматического пистолета с высокой ёмкостью, заткнутого за пояс. Он был намного тяжелей, чем её глок.

Он был полностью готов убить, если он встретит кого-то – кого угодно. И он был готов ничего не делать, если никого не встретит.

«Продуманная случайность», – подумала Райли.

Это была важная особенность его стиля: готовность к любому повороту событий.

Вскоре тропа закончилась на скалистом берегу озера. Четверо компаньонов Райли зашли на скалу, а Райли остановилась в конца тропы. Она показала на валун, лежащий у самого края воды.

– Вещи рыбака нашли вон там, верно? – спросила она Йорка.

– Да, – ответил Йорк немного удивлённо.

Но Райли было нетрудно догадаться: это было идеальное место для рыбалки, такие места выбирал её отец, когда они рыбачили вместе.

Теперь её ощущения усилились.

– Родес стоял прямо здесь, – сказала Райли, указывая на конец тропы. – Он окликнул Кирби Стэдмана. Вероятно, просто дружески поздоровался. Кирби сказал что-то дружелюбное в ответ.

Райли изобразила извлечение пистолета, наведение его на цель и выстрел.

– Тут он выстрелил в первый раз, – сказала она.

Она представила, что громкий звук выстрела полуавтоматического пистолета разнёсся над озером. Нет, так быть не могло. Он не настолько небрежен.

– Он использовал глушитель, ведь выстрел никто не слышал, – сказала она. – Он целился куда-то в конечности Стэдмана. Разумеется, он не хотел сразу его убивать. Он скорее вёл себя как кошка, играющая с мышкой.

Райли заметила, что Крейтон, Хуанг и Йорк стоят неподалёку, смотрят на неё и слушают. Ей это не понравилось. Конечно, в бюро была широко известная её особенность проникать в голову преступника. Но ей не нравилось, когда из этого делали шоу. Билл всегда это понимал, а вот эти трое зевак нет.

– Он не стал снова стрелять сразу же, – сказала она. – Он дождался, пока его добыча попытается бежать.

Райли указала на линию деревьев.

– Стэдман направился туда, надеясь скрыться в лесу. Родес выстрелил снова прежде, чем он успел добежать.

Райли указала на камень, лежащий на полпути от берега до деревьев. И верно, на нём были следы засохшей крови.

Райли пошла так, как шёл Родес туда, где между деревьев упал Кирби. Там не было тропы, но смятый кустарник отмечал места, где полз Кирби, отчаянно желая оказаться в безопасности. Райли видела брызги крови на траве и листьях в нескольких отдельных местах.

Всё ещё указывая на эти места воображаемым пистолетом, Райли продолжала идти тропой Родеса.

– Он шёл прямо за Кирби, стреляя туда… и сюда… и сюда… Он сделал восемнадцать или девятнадцать выстрелов, но Кирби был всё ещё жив и молил о пощаде.

Наконец, она остановилась и посмотрела вниз на место, где сорняк и кусты всё ещё были смяты в форме тела Кирби.

– У него осталась одна пуля. Он их считал.

Она присела на корточки и указала пальцем.

– Так что он с расстояния прямого выстрела выстрелил Кирби в лоб. Кирби умер. Родес вернулся туда, откуда пришёл, неспешно собрался и уехал.

Райли встала на ноги и посмотрела на своих четырёх спутников, которые шли за ней. Руки Эмили Крейтон были скрещены, на её лице красовалась лёгкая усмешка. Она, очевидно, изо всех сил старалась выглядеть совершенно не впечатлённой.

– А что с Хэтчером? – спросила Крейтон.

– Прошу прощенья? – спросила Райли.

Крейтон пожала плечами:

– Вы здесь не для того, чтобы поймать Родеса. Вы здесь, чтобы поймать Хэтчера. И у вас кончилось время, вы забыли? Так что насчёт него? Вы нашли здесь что-то, что касается его?

Райли ничего не ответила. Она огляделась. Нет, Хэтчер не оставил физических следов своего присутствия. Он слишком ловкий, слишком хитрый для этого. Но он был здесь – возможно, уже через несколько минут после смерти Кирби. Она не могла доказать этого, но она чувствовала это каждой клеточкой своего тела.

В конце концов, Хэтчер тогда правильно сказал: «Мы братья по разуму, Райли Пейдж».

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Райли провожала взглядом арендованную машину без опознавательных знаков ФБР, в которой с полицейского участка уезжали Хуанг и Крейтон.

«Неужели я на самом деле хочу это сделать?» – спросила она себя, взбираясь за руль похожего автомобиля, который шеф Йорк выдал им с Биллом. Она завела двигатель.

– О, нет, Райли, – обеспокоенно глядя на неё, сказал Билл. – Даже не думай об этом!

– Не думать о чём? – спросила Райли.

– О том, чтобы ехать за Хуангом и Крейтон.

– Почему?

Билл застонал.

– Да причин столько, что я сбился со счёта. Они ищут Родеса. Мы ищем Хэтчера. И мы уж точно не должны преследовать своих коллег. О чём ты только думаешь, Райли?

Какое-то время Райли ничего не отвечала.

– Райли? – снова спросил Билл.

– Послушай, Билл, мы оба знаем, что заниматься ловлей Хэтчера сейчас совершенно бессмысленно.

– Поэтому ты собираешься вместо этого выслеживать Родеса?

– Я не думаю, что в этом районе сейчас есть кто-то из них. Мы просто тратим здесь своё время. Я лишь хочу узнать, что собирается делать Крейтон, даже если мне придётся ехать за ней через всю Южную Каролину. И я собираюсь участвовать во всём этом расследовании, нравится ей это или нет.

Билл покачал головой.

– Из-за тебя нас обоих уволят, – сказал он.

Райли почувствовала укол совести. Билл скорей всего прав. И это несправедливо. Но она уже всё решила для себя.

– Билл, если не хочешь ехать со мной, я пойму. Высажу тебя тут, и ты вернёшься в отделение полиции. И будешь делать то, что сочтёшь нужным.

– Чёрт с ним, – сказал Билл. – Сделаем по-твоему.

Вслед за автомобилем агентов Райли проехала по центру Ворланда и въехала в симпатичный жилой район. Крейтон, которая сидела за рулём, сбросила скорость, по-видимому, в поисках нужного адреса. Райли начала догадываться, куда она может направляться.

«Она совершает большую ошибку», – подумала Райли.

Может быть, Райли сможет её остановить. Если нет, то хотя бы поможет устранить последствия.

В то же время Райли мучило что-то по поводу места преступления. Что-то не имело смысла. Не то, чтобы она ожидала от Орина Родеса какого-то смысла. И всё же, в том, как он всё сделал, было что-то не так.

«Он как будто не закончил», – думала она.

Она никак не могла понять, что именно её тревожит.

Крейтон припарковалась перед красивым старым двухэтажным зданием с отделанными штукатуркой стенами. Райли припарковалась позади неё через несколько машин.

– Можешь подождать меня здесь, Билл, – сказала Райли, давая ему ещё один путь к отступлению.

Билл покачал головой.

– Нет, я прекрасно понимаю, что происходит. Я пойду с тобой.

Когда они вылезли из автомобиля, Эмили Крейтон стояла, опершись на свою машину, в ожидании их. Они не были рады видеть Райли. Крейг Хуанг стоял неподалёку, глядя в противоположном направлении, как будто хотел оказаться в другом месте.

– Вы же не думаете, что я не заметила, как вы меня преследовали, – бросила Крейтон.

– Нет, я лишь подумала, что проеду и взгляну, не надо ли вам помочь, – с улыбкой ответила Райли.

Скрестив на груди руки, Крейтон смотрела на Райли.

– Вы даже не знаете, что мы с Хуангом собираемся здесь делать, – сказала она.

– О, думаю, я знаю, – сказала Райли. – И я объясню, почему это плохая идея…

– Не стоит, агент Пейдж, – сказала Крейтон. – Я знаю, что делаю.

Хуанг бросил на Райли взгляд и с тревогой пожал плечами с далеко не таким же уверенным видом, как у его партнёра. И всё же, он пошёл вслед за Крейтон по тротуару в сторону дома. Райли пошла следом за ними, то же сделал Билл. Райли знала, что Крейтон никак не может им воспрепятствовать, не поставив себя при этом в неловкое положение.

Дверь открыла взволнованная женщина лет сорока.

– Миссис Стэдман? – спросила Крейтон.

– Да, меня зовут Шерил Стэдман, – удивлённо ответила женщина.

– Ваш муж дома?

– Да.

Теперь Райли знала, что интуиция её не подвела. Крейтон пришла поговорить с ближайшими родственниками Кирби Стэдмана. Райли считала, что это совершенно ужасная идея, которая не принесёт никакой пользы. Местная полиция предоставила им запись своего опроса родных жертвы, и Райли была уверена, что между несчастной семьёй и убийцей нет никакой связи.

Крейтон достала значок, то же сделал Хуанг.

– Агент Эмили Крейтон, ФБР. Это мой коллега, агент Крейг Хуанг.

Она намеренно не представила Райли и Билла.

– Можем ли мы войти и поговорить с вами и вашим мужем? – спросила Крейтон.

– Это необходимо? – спросила Шерил Стэдман. – Гилберт тяжело воспринял новость о своём отце, – она тяжело сглотнула и добавила: – Может, как-нибудь в другой раз?

– У нас всего пара вопросов, – сказала Крейтон.

Шерил Стэдман вздохнула и сказала:

– Мы уже ответили на целую кучу.

И всё же она опасливо открыла дверь и пригласила четырёх агентов внутрь. Она провела их в гостиную, где Гилберт Стэдман пустым взглядом смотрел в камин перед собой. Пламя почти потухло, но Стэдман, казалось, нисколько не стремился снова его разжечь.

Райли бросилось в глаза, что то здесь, то там валяются ленты и блёстки – видимо Стэдманы в спешке убирали праздничные украшения.

Как и жене, Стэдману было под сорок. Райли тут же заметила семейное сходство между ним и несчастной жертвой с фотографий с места преступления: оба мужчины были высокими, худыми, мускулистыми.

– Гилберт, пришли из ФБР, – окликнула мужа Шерил Стэдман. – Они хотят задать несколько вопросов.

Жестом она пригласила агентов присесть.

– Мы сочувствуем вашей потере, мистер Стэдман, – сказала Крейтон.

Гилберт Стэдман кивнул.

– Что вам удалось найти? – спросил он дрожащим голосом. – В полиции нам почти ничего не рассказали.

– Мы надеемся, что вы сможете нам помочь, мистер Стэдман, – сказала Крейтон, стараясь выглядеть сочувствующей и переживающей. Райли она не показалась убедительной, она была уверена, что Стэдманы считают также.

– Не представляю, как, – сказал Стэдман. – Мне нечего рассказать вам. Отец был вдовцом, ушёл на пенсию с работы директором школы. У него не было ни одного врага. Он любил рыбу, чёрт подери! Именно её он пытался поймать, когда его…

Голос Стэдмана заглох прежде, чем он смог закончить предложение.

Крейтон сказал:

– Мистер Стэдман, мы уверены, что вашего отца убил некий Орин Родес. Это имя вам о чём-нибудь говорит?

Стэдман отрицательно покачал головой.

– А вам? – спросила Крейтон его жену.

– Нет, – ответила Шерил Стэдман.

– Подумайте и постарайтесь вспомнить, – попросила Крейтон. – Орин Родес только что отсидел шестнадцать лет в тюрьме Синг-Синг за убийство шестерых человек. Он проделал сюда путь из Южной Каролины, чтобы убить вашего отца. Для этого должны быть причины. Ваш отец бывал на севере штата Нью-Йорк?

Райли заёрзала, и Билл обеспокоенно посмотрел на неё. Всё было именно так, как они боялись.

Глаза Стэдмана заметались между агентами, он пытался понять, что происходит.

– Нет, – ответил он. – Он родился и вырос здесь, и почти никогда никуда не выезжал. Но к чему вы клоните?

Лицо Крейтон посуровело. Хуанг, который пока ничего не сказал, смутился.

– Мне нужно, чтобы вы – вы оба – вспомнили, – сказала Крейтон. – Он наверняка упоминал об этом.

– Он не упоминал, – сердито бросил Стэдман.

По выражению лица Крейтон Райли видела, что она собирается спросить что-то ещё. Она не могла этого допустить.

Райли твёрдо сказала:

– Мистер и миссис Стэдман, спасибо, что уделили нам время. У нас больше нет вопросов.

Крейтон не могла поверить своим ушам. Хуанг, напротив, смотрел с облегчением. Райли подумала, что он сыт по горло самонадеянностью своего партнёра.

Крейтон начала протестовать:

– Агент Пейдж…

Хуанг перебил её:

– Думаю, мы действительно закончили.

Райли искоса посмотрела на Крейтон и повторила:

– У нас больше нет вопросов.

Крейтон проигнорировала своего партнёра, и уставилась прямо в глаза Райли.

Райли твёрдо сказала:

– Агент Крейтон, могу я перекинуться с вами парой слов на улице?

Хуанг попрощался с семьёй и первый пошёл наружу. Райли и Билл последовали за ним, следом вынеслась Крейтон.

Когда все четверо агентов вышли из дома и пошли в сторону своих машин, Крейтон была в полном бешенстве.

– Какого чёрта вы себе позволяете? – закричала она.

– Я скажу вам, что, – бросила Райли. – Я только что сэкономила вам, тупицам, кучу времени. Вы совершенно бесцельно донимали скорбящего сына и его жену.

– Я знаю, чем я занималась, – парировала Крейтон. – Или тот человек затруднялся вспомнить, или…

– Или что? – спросила Райли. – Хотите сказать, он лгал?

Крейтон медленно кивнула.

– Да, может и так. Это было бы логично, не правда ли? Он пытается выгородить отца. У них в семье есть секрет, который он бы хотел скрыть от всего мира. Он просто не может ничего не знать. Орин Родес не мог просто так приехать сюда и убить именно его. Должна быть причина.

Райли едва сдерживалась, чтобы не закричать.

– Не было никакой причины! Это было совершенно бессмысленно! Так любит действовать Родес – он убивает бессистемно!

Крейтон и Райли несколько секунд стояли и молча смотрели друг на друга. Биллу и Хуангу было крайней неловко, но они сохраняли молчание.

Стараясь успокоиться, Райли сказала:

– Агент Крейтон, если я позволила бы вам надавить на них сильней, могла бы случиться беда. Они бы точно составили жалобу.

Лицо Крейтон было красным и тряслось от ярости.

– О, жалоба будет, не беспокойтесь, – сказала она сквозь зубы.

Крейтон достала свой мобильник и начала набирать номер. Райли прекрасно знала, что она звонит Волдеру, чтобы рассказать, что Райли вмешалась в их расследование. И Волдер, конечно, поверит ей, а не Райли.

Райли не собиралась слушать. Она пошла к машине.

– Грядёт большая беда, – сказал Билл, шагая рядом с ней.

– Как будто я не знаю, – сказала Райли. Она была уверена, что последствия вскоре накроют её.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Райли с ужасом думала о том, что её ждёт, когда на следующий день рано утром они вместе с Биллом бежали в конференц-зал.

– Приготовься, – сказала Райли своему партнёру, – собрание будет непростое.

– Знаю, – со вздохом сказал Билл. – Последнее время простых не было.

Вскоре после того, как Крейтон обратилась к нему с жалобой, Волдер приказал Райли и Биллу лететь обратно в Квантико. Райли почти не спала эту ночь, ей не давала покоя мысль о том, что завтра её лишат работы. В недолгие минуты сна же её одолевали обычные сны – искры пламени в темноте. Она заставила себя сосредоточиться, очистить голову. У неё нет времени для старых кошмаров.

Добравшись до конференц-зала Райли сразу же поняла, к чему всё идёт. В конце длинного стола в одиночестве сидел Волдер. Сзади него горел огромный мультимедийный дисплей. Лаборант Сэм Флорес сидел сбоку от него, управляя картинками.

Мередита подозрительно не было. Райли тут же решила, что Волдер использовал своё служебное положение, чтобы убедиться, что у Райли не будет союзников за исключением её партнёра. От этого Райли с новой силой захлестнуло чувство вины за то, что она впутала во всё это Билла. Но он, конечно, был вместе с ней во время её краха в Южной Каролине. И как бы она ни винила себя, она была ему за это благодарна.

– Садитесь, – сказал Волдер.

Райли и Билл молча сели. Какое-то время Волдер ничего не говорил. Очевидно, он хотел, чтобы Райли прониклась тем, что было выведено на экран.

А на нём был большой, постоянно меняющийся коллаж из картинок, вырезок новостей, заметок в блогах и видео – все они касались побега Хэтчера и бессилия ФБР в его поимке.

«Жители штата Нью-Йорк живут в страхе: среди них сбежавший заключённый», – гласил один заголовок.

«“Цепной Шейн” на свободе и опасен!» – кричал другой.

«Местная полиция и федералы бессильны против бежавшего убийцы», – обвинял третий.

На экран было выведено несколько видео с телевидения, включая то, на котором сотрудники правоохранительных органов обыскивали район с ищейками.

Были и сенсационные фотографии из бульварных газет с телом Смоки Морана, закованным в цепи. На других фотографиях был изображён незнакомый Райли здоровяк. Подпись гласила: «Доставщик Синг-Синга пропал и считается погибшим». Конечно, это был пропавший мужчина, который вёл грузовик, с помощью которого выбрался Хэтчер.

Среди всего этого тикали электронные часы, отсчитывая миллисекунды… 19:13:80…81…82…83…

Райли не надо было объяснять, что часы отсчитывали время, прошедшее с того момента, как она сорвала срок поимки Хэтчера. Волдер хотел подчеркнуть каждую секунду.

– Нам определённо нужно кое-что обсудить, – иронично сказал Волдер. – Я попросил агента Крейтон присоединиться к нам.

На мгновение Райли недоумевала, что он имеет в виду. Неужели агент Крейтон прилетела в Квантико в утренние часы?

Но нет, лицо Крейтон неожиданно показалось на экране. Собрание оказалось видеоконференцией.

Райли заметила, что в разговоре не участвует Крейг Хуанг. Райли не была удивлена: она помнила, что Хуанг согласился с Райли, что нужно закончить этот бессмысленный опрос Стэдманов.

«У нас больше нет вопросов».

Он повёл себя разумно. Он поддержал Райли. И поэтому, как и Мередита, его не пригласили на собрание. Хуанг, по-видимому, не был в такой беде, как Райли, но его явно держали на натянутом поводке.

Волдер крутанулся в кресле, чтобы оказаться лицом к экрану.

– Агент Крейтон, – сказал он. – Я бы хотел, чтобы вы повторили Пейдж и Джеффрису ваш вчерашний доклад.

Крейтон не могла спрятать самодовольную удовлетворённую ухмылку.

– Агент Пейдж и её партнёр силой добились присутствия на опросе, – сказала она. – Мы с Крейгом Хуангом опрашивали Гилберта и Шерил Стэдманов, сына и невестку убитого рыбака у них дома. Пара что-то явно скрывала, я в этом уверена. Им известно что-то касательно Орина Родеса. И если бы Агент Пейдж не помешала мне задать ещё несколько вопросов…

Билл сердито перебил её:

– Одну минуту. Я там был. Я видел то, что происходило. Агент Пейдж поступила правильно. Опрос вёл в никуда. До того дня Стэдманы ничего не слышали об Орине Родесе.

Райли хотелось заставить его замолчать, но она знала, что он не послушается.

– Серьёзно? – спросил Волдер, через стол наклонившись к Биллу. – И как вы это, интересно, узнали?

– Я просто знаю! – сказал Билл. – Мы с агентом Пейдж на двоих делим тридцатилетний опыт работы в спецслужбах. Мы кое-что понимаем. У нас хорошее чутьё и рациональные суждения. Когда мы устроились в Бюро, агенты Хуанг и Крейтон ещё пешком под стол ходили. И, если по честному, агент Крейтон и сейчас ведёт себя как ребёнок, как зелёный новичок!

Крейтон всё трудней удавалось скрыть своё злорадство.

Она сказала:

– Предположим, что вы правы, агент Джеффрис – я насчёт Стэдманов. Но ведь никогда нельзя знать наверняка, верно? Мы попытались вернуться туда и продолжить с того места, на котором остановились, но они не захотели с нами разговаривать. Если бы вы позволили мне задать ещё пару вопросов, разве от этого кому-то стало бы хуже?

Билл бросил:

– Вы причиняли ненужное беспокойство скорбящему сыну и его жене. Вы были близки к тому, чтобы допрашивать их как преступников. Если бы агент Пейдж не положила этому конец, вы, чего доброго, обвинили бы их во лжи.

Волдер через стол посмотрел на Райли и Билла.

– Это дело Крейтон, а не ваше, – сказал он. – Вы вообще не должны были там находиться. – Обернувшись к экрану, он добавил: – Агент Крейтон, я хочу, чтобы вы с Хуангом оставались в Южной Каролине. Попробуйте поговорить ещё с кем-нибудь. Пусть Стэдманы хранят свои секреты, но кто-то в городе должен об этом знать – друзья, семья, соседи.

– Будет сделано, сэр, – сказала Крейтон.

– Спасибо, агент Крейтон. Приступайте.

– Да, сэр, – сказала Крейтон и, сияя от удовольствия, исчезла с экрана.

Теперь Волдер обрушил на Райли всё своё негодование.

– Агент Пейдж, вам напомнить о данном вам сроке? Вы уже почти на двадцать часов отстали! Я послал вас в Южную Каролину, чтобы вы поймали Шейна Хэтчера. Вы упустили свой шанс. Одному Богу известно, где он теперь. О чём вы думали?

Райли почувствовала, что от обиды и ярости у неё покраснело лицо.

Она сказала:

– Я думала о том, что Орин Родес впервые за шестнадцать лет почувствовал вкус крови, – сказала она, голос у неё задрожал. – И он вспомнил, как он ему понравился. Он только и ждёт случая повторить это. А у вас есть лишь два новичка, которые вместо того, чтобы остановить его, гоняются за собственной тенью. Нам нужно объединиться для этого дела, сэр. Нам нужно привлечь к расследованию всю команду.

Волдер покачал головой.

– Агент Пейдж, если бы я был менее осмотрительным, я бы сказал, что вы в сговоре с Хэтчером.

Терпение Райли кончилось. Она уже собиралась обрушить на Волдера всё, что она о нём думает, но Билл остановил её толчком локтя.

Она глубоко вдохнула и замолчала. Потом она достала свой значок и пистолет и положила их на стол.

– Вот, – сказала она Волдеру. – Я так полагаю, вам нужно это.

Волдер выглядел так, будто вот-вот захихикает.

– Возьмите их, агент Пейдж, – сказал он. – Вам они понадобятся, по крайней мере, пока. Я даю вам возможность реабилитироваться.

«Реабилитироваться!» – Райли силой сдержала ещё один поток проклятий.

Волдер продолжал:

– Вы с агентом Джеффрисом продолжите искать Хэтчера – на этот раз по-настоящему. Первое, что вы сделаете, это вычислите, где он. А когда вы это сделаете, вы пойдёте и арестуете его раз и навсегда.

Выдержав паузу, он добавил:

– Пока всё. Жду от вас результатов уже вечером.

Секунду Волдер просто стоял с насмешливой ухмылкой на веснушчатом лице.

Затем он добавил:

– Ах да, и счастливого Нового года!

Райли и Билл встали и вышли из конференц-зала.

– Билл, прости, что впутала тебя в свои проблемы, – сказала Райли.

Билл засмеялся.

– О, не стоит благодарности. Однажды придёт моя очередь сорваться с цепи, и тогда ты вернёшь должок.

Райли рассмеялась в ответ.

– Кроме того, – добавил Билл, – ты права, что этот наивный придурок и его протеже-подхалимы ошибаются. Мы оба это знаем.

В горле у Райли комом встали тёплые чувства к идущему рядом Биллу. У неё не было слов, чтобы выразить благодарность за его неизменную верность.

– Ты завтракала? – спросил Билл. – Может, пойдём поедим, заодно обсудим всё за чашечкой кофе?

Райли покачала головой.

– Думаю, мне нужно провести часок наедине с собой, – отказалась она. – Очистить голову и подумать, куда направиться. Я буду в своём кабинете, не теряй.

Они с Биллом расстались, и она пошла прямиком в свой кабинет. На её столе лежал большой конверт с пометкой экспресс-доставки. В качестве обратного адреса был указан адрес в Южной Каролине. В графе «имя отправителя» стояло «Ш.Х. Друг».

У Райли перехватило дыхание. Перед ней лежала посылка от Шейна Хэтчера.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Райли стояла и в нерешительности смотрела на конверт. Она была уверена, что оно от Шейна Хэтчера и что в нём может быть ключ к его местонахождению. Она подумала, что ей, вероятно, следовало бы открыть его в присутствии другого агента и рассматривать его в качестве улики. Но ей не хотелось ждать. И она определённо не хотела показывать его содержимое Волдеру, по крайней мере пока сама не узнает, что в письме.

Знала она и то, что её ждут гораздо большие проблемы, чем простые формальности. Если она откроет письмо одна и никому не расскажет о нём, она перешагнёт опасную черту, которую она сама ещё не до конца понимала. Но она просто не могла представить, что прямо сейчас она пойдёт и покажет его Волдеру. Может быть, это и было бы профессионально, но это не вариант.

Дрожащими руками она разорвала упаковку.

Внутри она нашла три вещи: запечатанный конверт из обёрточной бумаги, белый конверт с письмом и большую фотографию. На фотографии был виден улыбающийся мосластый мужчина, сидящий на пляже. На фотографии была аккуратно подписана дата – позавчерашнее число, – далее следовало короткое сообщение:

Вэйд Розон с наилучшими пожеланиями. Как в одной песне: «Нельзя завести старых друзей».

Райли сразу же узнала лицо: она только что видела фотографию мужчины на экране Волдера. Вэйд Розон бы никем иным, как водителем грузовика, который пропал и считался убитым.

Так значит, Хэтчер вовсе не убивал его. Фотография и подпись давали Райли ясно понять, что произошло на самом деле: Вэйд Розон был «старым другом» и добровольным сообщником побега Хэтчера, который наградил его за услугу приятной пенсией в каком-то тропическом раю.

Райли не имела понятия, откуда у Хэтчера деньги, но судя по его поведению, денег у него хватало. Казалось, что он каким-то образом за много лет тайно скопил целое состояние. Райли пришло в голову, что он мог быть мудрым инвестором и каким-то образом умудрялся тайком проводить банковские операции из тюрьмы.

«Я никогда не узнаю всех его секретов», – подумала Райли.

Да и хочет ли она?

Она разорвала конверт из обёрточной бумаги. В нём была маленькая записка от руки, проткнутая разноцветным рыболовным крючком с короткой леской. Записка гласила:

«Посвящается Райли Пейдж … Я только начал».

Райли с одного взгляда видела, что почерк не Хэтчера. Интересно, почему? И что может значить крючок?

Тут что-то начало до неё доходить. Она вспомнила, что у неё недавно было странное ощущение, что Родес оставил сцену преступления как будто не законченной.

Теперь она поняла. На самом деле Родес оставил на теле Кирби Стэдмана записку, проткнутую крючком. Но Хэтчер прибыл на место преступления вскоре после Родеса и унёс записку. И вот теперь Райли получает записку и крючок – жуткие сувениры – от самого Хэтчера.

«Но зачем?» – гадала Райли.

Всё это было странно. Хэтчер сказал ей, что бежал исключительно для того, чтобы помочь ей остановить Родеса. Чем могло помочь делу то, что он до этого момента прятал записку? Скорее, это могло только помешать. Хэтчер как будто дразнил Райли, вёл с ней какую-то игру.

Она открыла самый маленький конверт. В нём было письмо, написанное самим Хэтчером:

Что-то спрятано в комнате, не видевшей солнца.

Ищи в клетке.

И всегда спрашивай себя:

«Готова ли я или только готовлюсь?»

Она недовольно вздохнула. Хэтчер снова говорил загадками. Но последние его слова казались особенно личными, таинственными, настораживающими.

«Готова ли я или только готовлюсь?»

Она не знала ответа.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Вскоре Райли и Билл снова сидели на борту самолёта ФБР, на этот раз направляясь на север Нью-Йорка. И только Райли знала, зачем им это на самом деле.

Прочитав сообщение Хэтчера несколько раз, она поняла часть того, что он имел в виду. Конечно, слова «комната, не видевшая солнца» и «клетка» относились к камере Родеса в Синг-Синге. Хэтчер, по-видимому, говорил Райли, что там они найдут важные зацепки. Так что туда Райли и поехала.

Конечно, она ничего не сказала Волдеру про посылку. Она не стала говорить и Биллу, чтобы не ставить его под риск. Так что она убедила Волдера, что они с Биллом поехали в Синг-Синг, чтобы расследовать побег Хэтчера, и он тут же организовал для них перелёт.

Она была благодарна, что Билл ни о чём не спрашивал её.

Как только джет поднялся на высоту полёта, Райли открыла ноутбук и набрала позвонила Эприл по видео. Эприл ответила с ещё более раздражённым видом, чем прежде.

– Я лишь хотела убедиться, что ты в порядке, – сказала Райли. – Мы не разговаривали уже почти два дня.

Эприл закатила глаза:

– Мама, послушай, ты ведь знаешь, что сейчас канун Нового года. И ты даже не приедешь?

– Прости, дорогая, но я не могу. Я нахожусь в самолёте и скоро вылечу из штата.

– Да, знаешь, с каждой минутой здесь становится всё более паршиво.

– Папа приходил к тебе? – спросила Райли.

– Да. Он приходит каждый день.

Райли испытала смешанные чувства. Райан наконец стал демонстрировать отеческую привязанность. Но хорошо ли то, что он каждый день приезжает в безопасное убежище? Что, если кто-то следит за ним? Райли задумалась о том, чтобы связаться с ним и предупредить о возможной опасности. С другой стороны, его посещения явно помогают Эприл пережить своё заключение.

– Папа сказал, что обязательно заедет сегодня, – продолжала Эприл, – но потом он поедет на вечеринку.

– Эприл, я знаю, что это несправедливо по отношению к тебе.

Эприл выпалила:

– Мам, если я не выберусь отсюда в скором времени, я просто с катушек съеду! Не пойми меня неправильно, Тара и Люси – просто замечательные. Но я не могу больше сидеть взаперти. Мне нечем дышать.

– Пожалуйста, наберись терпения ещё на чуть-чуть, – сказала Райли.

– На сколько? – спросила Эприл.

– На столько, сколько потребуется, – сказала Райли. Её поразило нетерпение, которое она услышала в собственном голосе.

На мгновение Эприл замолчала. Затем она спросила:

– Ты сейчас в самолёте?

– Да.

– Летишь на поиски плохих парней?

– Прямо сейчас я лечу в Синг-Синг, чтобы найти зацепки.

С каждой секундой лицо Эприл мрачнело всё больше. Теперь она была очень зла.

– В тюрьму, да? Забронируй мне там комнату, ладно? Там уж точно будет лучше, чем здесь. Я про то, что раз уж мне суждено никогда не вернуться домой…

– Эприл, это несправедливо. Я делаю всё, что могу…

Но Эприл не дала матери договорить:

– Пока, мама, – сказала она и повесила трубку.

Райли осталась сидеть, уставившись в пустой монитор. Тут она услышала голос Билла:

– Проблемы с детьми?

Она посмотрела туда, где сидел Билл. У него на коленях тоже стоял ноутбук. Райли покачала головой.

– Я не виню её, – сказала она. – Это не по её воле.

– И ты не виновата, – сказал Билл с тёплой заботливой улыбкой.

Райли ничего не ответила. Она всё-таки думала, что Билл ошибается. Она наверняка могла что-то сделать, чтобы Эприл не попала в эту ужасную ситуацию.

И всё же она улыбнулась Биллу. Его сочувствие очень много для неё значило – особенно в такие времена. Она снова почувствовала благодарность ему за то, что он есть в её жизни.

Но она чувствовала и вину. Хотя Билл ничего не говорил, Райли была уверена, что он знает, что она ему недоговаривает. И он всё равно здесь, рядом с ней, как обычно, и не требует от неё объяснений.

Она почувствовала необъяснимое и непреодолимое желание это исправить.

– Билл, я хотела тебе рассказать…

Но Билл приложил палец к губам.

– Шш, – сказал он. – Не нужно.

Он снова уткнулся в ноутбук.

У Райли перехватило дыхание, как будто на неё свалился груз преданности Билла. Она сидела и смотрела, как он работает, а сама вспоминала последние события прошлого года. Билл был рядом с ней и тогда, когда Эприл оказалась в руках у Джоэла Ламберта. Он сделал ей одолжение, которое до сих пор было у неё на совести.

Она вспомнила тот ужасный момент, когда они с Биллом обнаружили Эприл, накачанную наркотиками, в мерзкой комнате с Джоэлом и гадким мужчиной, который собирался заняться с ней сексом. Райли взглядом попросила Билла оставить её наедине с Джоэлом.

Билл лишь кивнул, надел наручники на несостоявшегося дон жуана и вышел из комнаты. Райли воспользовалась случаем, чтобы необоснованно нанести Джоэлу вред. Рука парня скорей всего никогда не заживёт окончательно.

Никто не знал, что произошло, кроме Джоэла, чьё слово ничего не значило, и Билла. Если кто-либо в ОПА когда-нибудь об этом узнает, она не выйдет сухой из воды. Но она была уверена – целиком и полностью – что может доверить этот секрет Биллу до конца своей жизни.

На секунду она задумалась, сделала бы она то же для Билла в подобной ситуации?

Странный вопрос – она знала, что сделала и ни на секунду не задумалась бы.

Но было бы это правильно? Нет – если мораль или протокол что-то значат. Так говорит ли это о том, что, будучи преданным Райли, Билл навсегда запятнал свою репутацию?

«Преданность принимает тёмные формы», – поняла она.

Иногда преданность может стоить дорого.

Она отвернулась от Билла и закрыла глаза. Она невольно снова начала размышлять о загадках Хэтчера.

«И всегда спрашивай себя: готова ли я или только готовлюсь?»

Она всё ещё не понимала, что это может значить. Но то, что в этих словах крылась бездна смысла, она не сомневалась. А ещё она чувствовала, что, чтобы разгадать эту загадку, ей нужно понять себя.

А ещё там была цитата из песни:

«Нельзя завести старых друзей».

Значит, так Хэтчер начинает воспринимать Райли – как старого друга, как Вэйда Розона, связанного узами первобытной, аморальной преданности?

Прав ли он?

Райли постаралась выкинуть такие мысли из головы.

«Включи голову», – сказала она себе.

Они с Биллом скоро окажутся в Синг-Синге. Райли всё ещё не имела понятия, что она там найдёт, но надеялась, что там будет что-то, что выведет её на Орина Родеса – преступника, ловить которого она даже не должна.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

Когда Райли с Биллом зашли в офис капитана охраны Гарта Пила в Синг-Синге, Райли сразу поняла, что капитан её невзлюбил. Она не знала, почему, но была уверена, что скоро поймёт. Это был мощного вида мужчина со скрипучим голосом.

– Агент Райли Пейдж, так? – проворчал он, когда они с Биллом представились. В изгибе его губ Райли заметила презрение.

– Вы, похоже, слышали обо мне, – сказала Райли.

– О, да. Вы подруга Шейна Хэтчера. Здесь всем известно о ваших маленьких визитах. Расскажите, как сейчас поживает Хэтчер? Вы общаетесь?

Райли почувствовала себя уязвлённой. Слова, конечно, были сарказмом. Теперь она поняла, откуда идёт его враждебность – тот факт, что она связывалась с ныне бежавшим заключённым, не располагал к ней персонал тюрьмы.

Она не могла винить за это Пила. Тем более, что его слова были ближе к истине, чем он сам осознавал. Она не могла сказать, что общается с Хэтчером – это он насильно общался с ней в Сиракьюс – но как объяснишь это капитану? И ей не хотелось упоминать о звонке Хэтчера и о материалах, отправленных им, которые направили её сюда.

Райли сказала:

– На самом деле, сегодня меня больше интересует Орин Родес.

Брови Пила удивлённо поднялись.

– Тип, которого выпустили неделю назад? – спросил он. – Не понимаю, почему. Он был чист, как стёклышко, просто пай-мальчик. Последнее, что я о нём слышал, это что он направился в свой родной город.

Райли обрадовало то, что он ещё не слышал о деле Родеса – ей хватало популярности Хэтчера.

– Он там не появлялся, – сказал Билл. – Он только что убил человека в Южной Каролине. Медленно и мучительно, выпустив в него девятнадцать пуль.

– А перед этим он напал на мою дочь в моём собственном доме, – добавила Райли. – И он не собирается останавливаться. Он всё ещё на свободе.

Пил выглядел шокированным.

– Вот это да! – воскликнул он. – Я ничего об этом не слышал. Никогда бы не подумал.

– Мне бы хотелось взглянуть на его камеру, – сказала Райли.

Пил пожал плечами.

– Какой в этом смысл? – спросил он. – Он забрал с собой все свои пожитки. Если он что-то и оставил, персонал уже избавился от этого. Там сейчас другой заключённый.

Райли ничего не произнесла, и он добавил:

– Но если вы этого хотите, ладно. Но не ожидайте тёплого приёма.

Райли и Билл последовали за Пилом через лабиринт дверей и коридоров. Наконец, они дошли до тюремного корпуса. Там с одной стороны коридора был ряд высоких окон. От вида другой стороны у Райли перехватило дыхание: целая стена камер, они громоздились друг на друга с самого низа.

Они шли по коридору, и Райли видела, что камеры крошечные, в них хватало места только на одного заключённого. В каждой камере была кровать, туалет, раковина и шкафчик. В некоторых было полно вещей, другие были почти пустыми. Райли камеры напомнили клетки для животных.

Почувствовать излишнее сочувствие к сидящим внутри людям мешало то, что они и вели себя как животные. При виде женщины они стали улюлюкать и выкрикивать непристойности, пытаясь дотянуться до неё, протягивая руки сквозь решётку.

– Ты в порядке? – с беспокойством спросил Билл, пока Райли обходила руки.

– Абсолютно, – сказала Райли.

– Этим парням повезло, что их не было здесь, когда тюрьма только открылась в 1828 году, – сказал Пил, перекрикивая шум. – Тогда здесь царила полная тишина. Тогда избивали хлыстом за малейший писк.

Райли как током ударило ужасное воспоминание. В прошлом году она победила психопата, который мучил своих пленниц хлыстом. Она вспомнила своё последнее столкновение с ним в полной темноте, о том, как он ударил её хлыстом по лицу – шрам до сих пор не зажил.

«Выброси это из головы, – сказала она себе. – Ты здесь, чтобы работать».

К Райли, Биллу и Пилу подошёл молодой охранник.

– О, знакомое лицо, – со странной усмешкой сказал он Райли.

– О чём ты, Финни? – спросил Пил.

– Спроси её, – ответил охранник.

Райли понятия не имела, что он имеет в виду.

Охранник пристально посмотрел на неё и сказал:

– Разве вы не девушка Орина Родеса или что-то в этом роде?

Райли была в шоке.

– О чём вы? – спросила она.

– Ну, у Орина Родеса вся камера была увешана вашими фотографиями, – сказал охранник. – Как будто алтарь, ей богу. Среди Библии, религиозных книг, изображений Иисуса и всего прочего.

Теперь Райли почувствовала отвращение. Она знала, что то был алтарь ненависти и мести. Поэтому ли Хэтчер привёл её сюда – чтобы она узнала, насколько помешан был на ней Родес? Нет, должно быть что-то ещё.

Пил сказал охраннику:

– Это агент ФБР Райли Пейдж.

Выражение лица охранника тут же стало уважительным.

– А, подруга Цепного Шейна. Это совсем другое дело, – он добавил с ухмылкой: – Что ж, если вы пришли встретиться с ним, боюсь, вы разминулись. Не сообщил, когда вернётся. А может быть, вы это знаете?

Райли заметила странный блеск в глазах охранника. Может быть, он что-то знает по поводу побега Хэтчера? Он точно не смог бы это провернуть без помощника внутри. А исходя из того, какое щедрое вознаграждение получил водитель грузовика, Хэтчеру было что предложить обычному тюремному охраннику.

И какую связь теперь этот охранник вообразил между Райли и Хэтчером? У неё во рту появился горький привкус.

Пил сказал охране:

– Пейдж хотела бы взглянуть на камеру Родеса.

– Она здесь, – сказал охранник.

Он провёл Райли, Билла и Пила к камере, внутри которой на кровати лежал бородатый заключённый. У него практически не было никаких вещей.

Охранник сказал заключённому:

– К вам пришла важная особа, Хэнфорд. Это никто иной как агент Райли Пейдж из ФБР.

Заключённый сел и с нескрываемым любопытством посмотрел на Райли.

– Приятно познакомиться, – сказал заключённый. – Шейн Хэтчер рассказывал о вас много хорошего.

Райли проигнорировала эту ремарку и заглянула в камеру.

Заключённый сказал:

– Заходите и осмотрите всё.

Райли взглянула на Пила, тот озабоченно посмотрел в ответ. Она знала, о чём он думает: впускать довольно привлекательную женщину в одну из камер может быть опасно. Билл тоже явно выглядел встревоженно.

Но Райли не боялась. И она решила, что должна извлечь из ситуации максимум пользы.

– Впустите меня, – сказала она Пилу.

Пил пожал плечами и открыл зарешёченную дверь. Затем отступил, играя дубинкой и газовым баллончиком в руках.

Заключённый стоял в ногах кровати рядом со стеной, давая Райли возможность осмотреться. Держась к нему лицом, Райли наклонилась, чтобы заглянуть под кровать. Бородач не предпринял никаких угрожающих действий.

Райли быстро осмотрелась. Смотреть было практически не на что: в комнате не было уголков или щелей, в которых можно было бы что-то спрятать. Любая улика, которая могла быть здесь на Орина Родеса, уже явно отсюда исчезла.

И всё же, Райли что-то узнала: то, что крупный заключённый стоял чуть ли не навытяжку, не спуская с неё полного почтительного восхищения взгляда, говорило о том, что её связь с Хэтчером имела здесь огромное значение. Странно, но по-видимому в камере с этим осуждённым преступником она была не в меньшей безопасности, чем у себя дома.

«А может быть, и в большей», – иронично подумала она, вспомнив нападение Родеса.

Ей снова пришли в голову слова из песни, процитированные Хэтчером в его письме:

«Нельзя завести старых друзей».

Райли вздрогнула, представив, что мог рассказать Хэтчер охраннику и заключённому об их «дружбе».

Она вышла из камеры, и Пил закрыл за ней решётку.

– Может быть, вы хотите посмотреть и на старую камеру Хэтчера, раз уж вы здесь? – спросил Пил.

Райли задумалась, хорошая ли это идея. Она снова вспомнила слова Хэтчера.

«Ищи в клетке».

Он не сказал, чью клетку он имел в виду. Может быть она ищет не там? Так или иначе, какая польза будет от того, что она осмотрит камеру Хэтчера? К настоящему моменту там вряд ли остались какие-либо улики. Там наверняка нечего смотреть.

Тут она вспомнила конец сообщения:

«Что-то спрятано в комнате, не видевшей солнца».

В этот момент она почувствовала на своей спине лучи солнца. Она обернулась и посмотрела на высокие окна на тюремной стене. Она разозлилась на себя. Она сразу должна была понять, что это место не подходит под описание Хэтчера. У неё тут же возникло новое предположение.

Ей в голову пришла идея.

Она повернулась к Финни, охраннику.

– Что вы помните о камере Родеса? – спросила она. – Вы сказали, что там были мои фотографии, Библия, религиозные книги, изображения Иисуса. Что ещё у него было?

– Ничего интересного, – ответил Финни. – Он много учился, так что у него было там много книг.

До Райли начало доходить. Она сказала Пилу:

– Мне нужно попасть в библиотеку.

Пил повёл её по коридорам и через двери прочь из блока камер, пока они не дошли до тюремной библиотеки. Это была большая комната с рядами книжных полок. Райли тут же увидела, что в ней нет ни одного окна.

– Думаю, мы в правильном месте, – пробормотала она Биллу.

Но правильном для чего? Что она хочет здесь найти?

Тут она вспомнила кое-что о записке Хэтчера. Дословно он написал там: «Посмотри в клетке».

Слово «клетка» было подчёркнуто. Теперь Райли поняла, что Хэтчер имел в виду не камеру и даже не библиотеку. Он имел в виду что-то другое.

– Дай мне минуту, – сказала Райли Биллу.

Она пошла вдоль полок, глядя на заголовки книг. Вскоре она дошла до секции с отметкой «НАУКА».

Она пошла по секции, глядя на корешки книг. Она быстро нашла внушительный учебник, озаглавленный «Клеточная биология».

У неё ускорилось дыхание, когда она почувствовала, что стоит на правильном пути. Она сняла книгу с полки и стала листать страницы. В середине книги она нашла маленькую вырезку из газеты:

Меблированная комната.

В арендную плату входит мебель, электричество, газ и вода.

Кабельное телевидение/телефон за дополнительную плату.

В объявлении был указан телефонный номер.

Райли быстро побежала к Биллу с вырезкой.

– Вот оно, Билл, – сказала она. – Я знаю, как его найти. Нужно лишь позвонить по этому номеру.

Тут Райли заметила, что на неё смотрит библиотекарь. Его лицо было мрачным и худым, как у грифа. И он ей улыбался. Райли пробил холодный пот, когда она поняла, что он знает, что она нашла. Он знал, что в книге объявление. И он ждал, пока она придёт сюда в его поисках.

«Но откуда?..» – гадала Райли.

Её мозг бешено работал, пытаясь найти возможный вариант. Может быть, библиотекарь заметил объявление, когда Орин Родес возвращал книгу? Может быть, тогда он оставил записку в книге и сообщил о ней Шейну Хэтчеру, зная, что его это может заинтересовать?..

Райли подошла к стойке и посмотрела библиотекарю прямо в глаза.

– Что вам известно? – спросила она.

Всё ещё улыбаясь, библиотекарь слегка пожал плечами.

– О чём? – спросил он.

– Об этом, – сказала Райли, помахав перед его носом клочком бумаги.

Библиотекарь, казалось, наслаждается происходящим.

– Никогда не видел его прежде, – сказал он.

Райли смотрела ему в глаза. Он не моргал и продолжал улыбаться. Она знала, что нет смысла продолжать допрашивать его. Он без сомнения входил в сеть «старых друзей» Хэтчера. Насколько же велика и масштабна эта сеть?

Её частью был и водитель. Райли подозревала в этом и охранника по имени Финни, и заключённого, занявшего камеру Родеса. Но она была уверена, что у Хэтчера союзников намного больше.

Её пугала мысль, что, может быть, она сама начинает в неё входить. А улыбка библиотекаря говорит о её причастности.

Она снова вспомнила записку Хэтчера:

«И всегда спрашивай себя: готова ли я или только готовлюсь?»

Эти вопросы снова и снова мучили её.

– Пойдём, – сказала она Биллу. – Надо это проверить.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Орин Родес хорошо проводил время в забегаловке за поеданием бургера и потягиванием пива и размышлял, будет ли кто-то из присутствующих в заведении его следующей жертвой. Ему нравился этот шумный спортивный бар с громкой музыкой и орущим телевизионными шоу – он чудесным образом отличался от места, где он столько лет провёл взаперти.

Сегодня был канун Нового года и посетители, казалось, собираются устроить здесь настоящую вечеринку. Он рассмеялся. Возможно, он испортит им весь праздник.

Может быть, его следующая жертва – кто-то из парней, играющих в преферанс? Или болтливый бармен? Девушка у музыкального автомата? Грустного вида мужчина, сидящий в баре и напивающийся посреди бела дня? Одна из женщин среднего возраста, болтающих за соседним столиком?

Он, конечно, не знал этого. И сама эта мысль вызывала у него улыбку. Он убьёт и, вероятно, сделает это очень скоро, но кого он убьёт – ему пока что неизвестно. Он оставлял это на волю случая.

Он вспомнил свой девиз: «Случай решает всё».

Ведь именно случай помог ему выбрать рыбака в Южной Каролине. А как приятно было так медленно его убивать, зная, что мужчина сам не понимает, за что! Это было восхитительно – почти так же, как огромный гамбургер, который он сейчас поглощал.

Он когда-нибудь ел такой же вкусный гамбургер? Если и ел, то это было шестнадцать лет назад, да и то вряд ли он был настолько же хорош. Хотелось бы ему, чтобы Хайди была тут и оценила его. Конечно, всё, что он делал, он делал ради неё. Даже вкусный гамбургер был как будто частью мести за неё. Свобода оказалась слаще, чем он ожидал. Но месть будет ещё слаще.

И всё же он знал, что нужно сдерживать свои аппетиты. Выбравшись на волю, он понял, что легко вспомнил некоторые из навыков, которыми владел в молодости. Он всё ещё был хорошим карманником, отлично взламывал машины и только что своровал порядочные чаевые, оставленные компанией за соседним столиком. Ему хватало денег, чтобы как-то перебиваться, но он не мог транжирить. Он серьёзно потратился в Вирджинии, наняв низкосортного частного детектива следить за одним человеком и с тех пор ещё не успел накопить достаточно средств.

Он доел бургер, оставил на столе деньги за него плюс немного чаевых и пошёл в уборную. На секунду он остановился перед зеркалом. Насколько легко его можно узнать? Сейчас это был важный вопрос. С момента убийства в Южной Каролине его лицо было во всех новостях. Но те фотографии были сделаны в тюрьме и, хотя они действительно принадлежали ему, на них он выглядел угрюмым и несчастным.

Теперь же он чувствовал себя возродившимся. После недели на свободе его лицо расслабилось и стало более счастливым. Шрам на левом виске хорошо заживал, у него получалось прятать его за волосами. Кроме того, он покрасил волосы в тёмный цвет и отрастил щетину.

Он знал, что выглядит совершенно непримечательно, пока не включал своё обаяние. Его внешность хорошо служила ему. Он мог влиться практически в любое окружение. Кроме того, он забрался очень далеко от того озера в Южной Каролине. Никто и не подозревал, что он может быть здесь, ожидая лишь возможности встретить новую жертву.

Его лицо потемнело от мысли о Райли Пейдж. Что она думает о его побеге? Чем она занимается прямо сейчас? Ощущает ли она свою вину за смерти невинных людей? Увенчиваются ли её попытки выследить его успехом?

Он тут и там оставлял обрывки информации – или дезинформации. Он вспомнил записку, которую он оставил на груди рыбака, приколов её крючком.

«Посвящается Райли Пейдж… Я только начал».

Привлекло ли сообщение нужное внимание? Теперь он заволновался. Насколько ему было известно, записка вообще не дошла до неё. Неужели тупые местные копы не догадались, кто такая Райли Пейдж?

А если его сообщение дошло до неё, поняла ли она, от кого оно? Может быть, она вообще решила, что оно от другого убийцы? Может быть, ему стоило подписаться? Или это испортило бы эффект?

Нужно решать сейчас. Казалось неправильным подписывать следующее сообщение. Он сделает всё, как и в прошлый раз. Он достал блокнот и набросал сообщение, чтобы оно было под рукой. На этот раз он собирался прикрепить его к жертве булавкой.

Он вышел из уборной и сразу пошёл на улицу. Воздух был тёплым, приятная разница с ледяным северным ветром. Выйдя за дверь, он снова помедлил. Опять оно – странное чувство, что за ним наблюдают и следят. Это чувство периодически возникало у него уже несколько дней.

«Может, это Райли Пейдж?» – подумал он.

Но она, конечно, не могла до него добраться, по крайней мере, сейчас. А если бы и добралась, она бы уже поставила его в известность о своём присутствии. Нет, это не она. Когда она найдёт его, он будет об этом знать, и он будет к этому готов.

Он решил, что ему просто кажется. Он выкинул это из головы и сосредоточился на том, что ему предложит случай.

Родес вышел на парковку, восхищаясь собственным выбором декораций. Он выбрал это место потому, что оно было уединённым, скрытым за деревьями, растущими по обе стороны, неподалёку от провинциальной дорогой, на которой никогда не бывало много транспорта. Сейчас, в середине дня, здесь было немного людей, но он слышал шум телевизоров и музыку, игравшую позади, пока он шёл.

Звук исчез, когда он пошёл через стоянку к своей машине. Стоянка была большой, но на ней было всего несколько машин, которые стояли в одной куче возле здания. Он же остановился на дальнем конце парковки. Кроме него там было ещё пару машин, скорей всего, принадлежащих сотрудникам.

Теперь, когда он очутился на безопасном расстоянии от всех, он достал свой смартфон и установил таймер на десять минут. Правила не изменились: он просто убьёт любого, кого встретит прежде, чем пройдёт отмеченное время, если кого-то вообще встретит. Он открыл дверь своего подержанного автомобиля, достал из бардачка пистолет и накрутил на него глушитель. Затем он положил пистолет в свой глубокий карман и встал в ожидании рядом с машиной.

Не прошло и минуты, как дверь бара открылась и оттуда вышла женщина. Это была невысокая брюнетка в чёрной юбке, белой рубашке и чёрном галстуке – униформе работников бара. Когда она подошла ближе, он её узнал – то была официантка, которая подавала ему гамбургер, на её бейджике было написано «Эмбер». Очевидно, она только что закончила работать. И теперь она шла прямиком к нему.

«Отлично», – подумал он.

Она быстрым шагом шла по парковке к кроссоверу, который был припаркован рядом с его машиной. Когда она открыла дверь автомобиля, он как бы невзначай направился к ней. Он подошёл к машине как раз тогда, когда она уже закрывала дверь.

Он улыбнулся ей через окно и знаком показал, что хочет задать вопрос. Она улыбнулась в ответ и опустила стекло.

– Могу я вам помочь? – спросила она.

Пришло время включить весь свой шарм, который позволил ему выйти из тюрьмы.

– Хей, вы Эмбер, верно?

– Откуда вы знаете? – удивилась она.

– Вы обслуживали мой столик.

Она кивнула, ей было приятно, что он запомнил ей.

– Точно, – сказала она.

– Меня зовут Тони, – назвал он первое пришедшее в голову имя.

– Рада знакомству, Тони, – ответила она. По её виду и голосу было понятно, что она едва не флиртует. Очевидно, он ей сразу понравился.

Он сказал:

– Я только что приехал с Нового Орлеана и собираюсь пробыть здесь пару дней. Может быть, вы посоветуете, где здесь можно остановиться?

– Хм, дайте подумать…

Женщина нахмурилась, задумавшись, а Орин бросил взгляд на бар. Ситуация была идеальная. Никого не было слышно и видно, а если кто-то и выйдет из бара, он не увидит их за кроссовером.

Он достал пистолет и, отступив на пару шагов, он через открытое окно выстрелил прямо в живот женщине. Щелчок глушителя прозвучал даже тише, чем на озере.

Тело женщины дёрнулось, как от удара током. Её глаза широко раскрылись, когда она повернулась к нему. Она открыла рот, но не смогла ничего произнести. Вместо этого она издала странные булькающие звуки. Орин решил, что пуля вошла в диафрагму, мешая ей дышать.

Орин был в восторге. Наслушавшись, как его в отчаянии умолял старый рыбак, он был рад, что в этот раз всё будет по-другому. Но ему придётся действовать быстро, чтобы успеть выпустить оставшиеся восемнадцать пуль до того, как она вырубится. Он хотел, чтобы она оставалась в полном сознании, пока не получит последнюю пулю.

Он открыл дверь водительского сиденья, так что теперь мог целиться в любую часть её тела. Он поочерёдно сделал выстрелы по каждой её конечности, наслаждаясь выражением потрясения, тихой боли и ужаса на её лице.

Интересно, когда придёт очередь Райли Пейдж умирать, на её лице будет такое же выражение? Её убийство будет единственным, которое он тщательно спланирует. Покончив с ним, он будет убивать, кого пожелает, точнее, кого выберет случай.

Он улыбнулся своей очаровательной улыбкой, направив пистолет прямо в лоб женщине для последнего, финального выстрела. Он надеялся, что Хайди смотрит на него откуда-то сверху и наслаждается вместе с ним.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Когда хозяйка ввела Билла и Райли в маленькую квартиру, у Райли от увиденного ускорился пульс. Постель была расправлена, на столике рядом с ней стояла открытая бутылка газировки и полный стакан, вокруг лежали остатки упаковки какого-то фаст-фуда – всё выглядело так, как будто здесь и сейчас кто-то жил.

«Возможно, Орин Родес просто ненадолго вышел», – подумала она.

Неужели они с Биллом скоро поймают его?

Райли подошла и посмотрела на жидкость в стакане – в ней плавала мёртвая муха. Нет, стакан простоял уже несколько дней.

Райли вздохнула. Поимка Родеса будет сложней, чем она надеялась.

Квартиру в Филадельфии найти было легко – возможно, даже слишком. Райли позвонила по номеру, который они нашли в библиотечной книге. Хозяйка, пожилая женщина по имени Андреа Паризи, взяла трубку и подтвердила, что недавно сдала квартиру человеку по имени Орин Родес.

Билл тут же позвонил в Квантико. Он сказал Волдеру, что им нужен самолёт до Филадельфии, чтобы проверить зацепку, оставленную Шейном Хэтчером.

«Что ж, почти так это и было», – подумала Райли, вспомнив об этом. По крайней мере, Хэтчер действительно оставил им зацепку в книге в библиотеке Синг-Синга.

Они с Биллом сразу же прилетели сюда на джете ФБР. Они встретились с миссис Паризи, показали ей фотографию Родеса и объяснили, что он – оказавшийся на свободе убийца. Женщина быстро согласилась дать им обыскать квартиру без ордера на обыск.

– Когда вы видели его в последний раз? – спросила Райли, поднимая диванные подушки, чтобы посмотреть под ними.

– Дайте подумать, – сказала миссис Паризи. – Он снял комнату в четверг. Значит, это было в пятницу утром. Он не говорил, куда поехал. Он мне так понравился, что я надеялась, что он вернётся.

Женщина выглядела взволнованной и нервной.

– Никогда бы не подумала, что с ним что-то не так, – сказала она. – Он был таким приятным и вежливым. Вы уверены, что не ошибаетесь на его счёт?

– Абсолютно, – откликнулся Билл из ванной.

– Он показывал какое-нибудь удостоверение личности? – спросила Райли.

– Да, водительское удостоверение. Теперь я даже думаю, что он обманул меня с оплатой. Когда я попросила у него аванс и справку о доходах, он сказал, что принесёт их через пару дней. Сказал, что устроился на новую работу и скоро получит зарплату. Он заплатил наличными за неделю, так что я решила, что всё будет нормально.

Райли ничего не сказала, но она подозревала, что миссис Паризи чудом осталась в живых.

А пока она не нашла ничего интересного и видела, что Билл тоже не нашёл. Неужели они прилетели напрасно? Информация о том, что на прошлой неделе Орин Родес был в Филадельфии, не говорила ровным счётом ничего о его текущем местоположении.

Тут ей пришла в голову идея.

– Могу я проверить его почту? – спросила она миссис Паризи.

– Конечно, – сказала она. – Отведу вас к почтовому ящику.

Билл с Райли спустились за женщиной ко входу в здание, где висели ряды почтовых ящиков. Миссис Паризи открыла тот, что относился к квартире Родеса. И конечно, внутри оказался конверт. Миссис Паризи дала его Райли.

На нём аккуратно печатными буквами было написано имя Орина Родеса. Обратный адрес указан не был, но Райли заметила, что на конверте стоит штемпель Оссининга, штат Нью-Йорк, от прошлого четверга.

Райли открыла конверт и увидела внутри одиночный листок бумаги. На нём также печатными буквами было написано следующее:

«Рад, что тебе понравился дом с картинки. Он отлично подойдёт под твои цели. Жду тебя там в скором времени».

Подписи не было. Почерк был аккуратным и дотошным, но, возможно, его можно было проанализировать, хотя Райли сильно сомневалась, что отправитель оставил отпечатки.

Билл стоял рядом и смотрел на записку.

– Похоже, кто-то организовал Родесу убежище, – сказал он.

Райли согласно кивнула.

– Ты не находил в квартире фотографию дома? – спросила она Билла.

– Там вообще не было фотографий, – ответил Билл.

– И я не нашла. Наверное, забрал с собой. Или выбросил.

Райли мгновение задумалась над письмом. Судя по всему, Орин Родес уехал раньше, чем дошло письмо. Значит ли это, что Орин Родес не поехал в тот дом? И даже если поехал, где он вообще может находиться?

– Кажется, у него есть сообщник, – сказал Билл.

Райли промолчала в знак согласия. Это беспокоило её больше, чем она хотела признаваться.

В этот момент у Билла зазвонил телефон. Он взял трубку, а потом сказал Райли:

– Это Волдер. Он хочет поговорить с нами.

Билл включил громкую связь. Голос Волдера был ещё раздражительней обычного.

– Произошло ещё одно убийство, – сказал он. – Во Флориде, в небольшом городке Апексе неподалёку от Джексонвилла, штат Флорида. На этот раз женщина, девятнадцать выстрелов, как и в Кирби Стэдмана.

Билл вопросительно посмотрел на Райли. Райли знала, о чём он думает: почему Волдер сообщает им о ещё одном убийстве Родеса? Разве Волдер не считает, что они должны выслеживать Хэтчера и только Хэтчера?

– Тело нашли довольно быстро на парковке, – продолжал Волдер. – Но прежде, чем полиция прибыла на место преступления, они получили об этом подсказку по телефону. От Шейна Хэтчера.

Райли и Билл молча смотрели друг на друга.

Волдер злился всё больше.

– Пейдж, Джеффрис, мне кажется, нас водят за нос. Хэтчер и Родес работают вместе. Они убивают в команде – и в тот раз в Южной Каролине, и теперь.

Райли ничего не ответила. Она не могла бы доказать, что это не так, и не собиралась спорить с Волдером по телефону.

– Подумайте об этом, – сказал Волдер. – Вы должны уже были поймать Хэтчера к этому моменту. А теперь у нас ещё одна смерть. Какого чёрта вы делаете в Филадельфии? Садитесь на чёртов самолёт и летите прямо в Джексонвилл! Местные агенты встретят вас в аэропорту. А Крейтон и Хуанг не дадут вам испортить всё ещё больше.

Не дожидаясь ответа, Волдер повесил трубку.

– Поздравляю, – сказал Билл. – Ты снова в деле Родеса.

Райли почувствовала нотку иронии в голосе Билла. Что до неё, она никогда не снимала себя с этого дела.

«Теперь Волдер хотя бы посылает меня туда, куда мне нужно», – подумала она.

*

Был уже вечер, когда Райли и Билл сидели в джете, направляющемся в Джексонвилл. Сидя рядом с Биллом, Райли смотрела в окно на проплывающий снизу пейзаж.

– О чём ты думаешь? – спросил Билл.

Райли покачала головой. Ей не хотелось втягивать Билла в болото, в которое она проваливалась сама. Очевидно, почувствовав это, Билл бережно погладил её по руке.

– Послушай, я знаю, что ты иногда делаешь всё не по инструкции, – сказал он. – Я это понимаю. И я знаю, что ты пытаешься защитить меня. Но я думаю, что стоит перестать это делать. Мы не можем работать по максимуму, когда что-то скрываем друг от друга.

Райли почувствовала в горле комок. Билл был не просто её партнёром, но и лучшим другом. Не говорить ему всей правды в корне неправильно.

Билл добавил:

– Если ты пускаешься во все тяжкие, я пущусь с тобой. Так это должно быть. Мы же партнёры.

У Райли защипало в глазах. Преданность Билла ей превосходит даже его преданность ФБР. И она впервые поняла, что чувствует к нему то же. Пришло время рассказать ему всю правду.

– Я общалась с Хэтчером ближе, чем говорила, – сказала она. – И мои отношения с ним становятся… мягко говоря, запутанными.

Билл кивнул.

– Расскажи, – попросил он.

– Когда я столкнулась с ним в Сиракьюс, он сказал мне то, о чём я не рассказывала никому, включая тебя. Знаю, это звучит дико, но, кажется, он действительно заботится обо мне. Он рассказал, что Родес собирается мне мстить. И он оказался прав – это подтвердило нападение на Эприл.

Райли сделала паузу.

– Он сказал, что чувствует со мной особенную связь, – сказала она. – Он сказал, что мы «братья по разуму».

– Боже, – сказал Билл.

– Но есть ещё кое-что. Перед тем, как мы с тобой поехали в Синг-Синг, он отправил мне посылку. Он хотел, чтобы я знала, что он не убивал водителя грузовика с книгами. Он отблагодарил его, отправив на пенсию в приятное место.

Билл скептически посмотрел на неё.

– И ты в это веришь?

– Наверное, да. Это сходится с тем, что я о нём знаю. И он оставил подсказки, которые помогли мне найти объявление в той книге.

Рассказывая обо всём, Райли почувствовала облегчение – это помогало ей разобрать путаницу в своей голове.

– Но он делает и то, чего я не понимаю. Выяснилось, что Орин Родес оставил на теле Кирби Стэдмана записку. Родес написал: «Посвящается Райли Пейдж… Я только начал».

– Почему же местная полиция не нашла её? – спросил Билл.

– Потому, что её забрал Хэтчер. Он подобрал её с тела прежде, чем его нашла полиция. И он отправил мне её в посылке. Я не понимаю, почему. Если он пытается мне помочь, зачем дразнить меня вот так? Зачем играть со мной? Зачем говорить загадками? Он ведёт себя так, будто хочет, чтобы я узнала что-то о себе. И я не знаю, что.

Какое-то время Райли просто смотрела в окно.

– И теперь меня беспокоит кое-что ещё, – сказала она. – Эта записка, которую кто-то отправил Родесу, про дом. Кто её написал? Может быть, Хэтчер? Может быть, я во всём ошибаюсь, а Волдер прав. Может быть, Хэтчер всё это время действует сообща с Родесом. Может быть, Родес даже помог ему бежать. А если это так…

Она не смогла заставить себя закончить предложение. Больше всего её беспокоило, что Хэтчер и Родес могут манипулировать ею. Что, если она всего лишь жертва обмана Хэтчера? Если это так, она совершенно сбилась с пути, как агент. А возможно, и вообще сбилась с пути.

Билл снова погладил её по руке.

– Мы выясним это, – сказал он. – Ты не одна.

Райли хотелось, чтобы слова Билла успокоили её, но её по-прежнему грызли сомнения. На кого она на самом деле охотится – на Хэтчера, на Родеса, или же на них обоих?

«А может быть, охотятся здесь только на меня», – с ужасом подумала она.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Когда в мотель зашёл отец Эприл, девочка быстро захлопнула дверь между её комнатой и комнатой Дарлен Олсен, которая дежурила той ночью. Не дыша от волнения, Эприл, понизила голос, чтобы не услышала Дарлен, и стала говорить с отцом.

– Папа, ты должен вытащить меня отсюда, – прошептала она.

Её отец округлил глаза.

– Ты это о чём? – спросил он.

– А ты как думаешь? Здесь просто дыра. Здесь всё ужасно. Даже еда. Ты сам так говорил, помнишь? Всё не так плохо, когда здесь Люси. Я её знаю и с ней можно поболтать. Тара тоже ничего. Но Дарлен такая скучная! Она просто сидит в соседней комнате и пялится в компьютер.

Отец Эприл с отвращением оглядел комнату.

– Я понимаю, что ты чувствуешь, – сказал он. – Не могу понять, почему они выбрали это место. У них наверняка есть условия получше для людей, которым нужна защита. Но они лишь хотят, чтобы ты была в безопасности.

– Но я не понимаю, почему в безопасности должно быть так скучно!

Райана это не убедило. Он сел и сказал:

– Эприл, всё так, как есть. Оснований для того, чтобы охранять тебя, достаточно.

– Я торчу здесь уже пять дней. Никто не пытался напасть на меня!

– Это лишь доказывает то, – ответил он, – что здесь безопасно.

Эприл закатила глаза.

– Да сколько можно! – воскликнула она. – Я буду в безопасности, где угодно, где рядом ты. У тебя же есть пистолет? Ты мог бы защищать меня.

– Дело ведь не в этом.

– А в чём?

Её отец не ответил. Эприл решила сыграть на его чувстве вины:

– Я все каникулы просидела здесь взаперти. Сколько вечеринок у друзей я пропустила!

– Будут другие каникулы, – не сдавался отец. – А я тебя постоянно навещаю.

– Да, но ты приходишь всего на полчаса каждый день. Короче, всё по-старому. У меня всю жизнь так.

Она, похоже, всё-таки задела его за живое. Тактика сработала.

– Это несправедливо, – сказал он. – Да, я вёл себя так раньше, но я пытаюсь измениться. Я бы бросил всё, чем сейчас занимаюсь, если бы это помогло. Я бы прямо сейчас сделал это!

– Так почему не делаешь?

Отец Эприл стал в смущении ходить по комнате, а Эприл села на кровать.

– Эти агенты из ФБР – профессионалы, – сказал он. – Они знают, что делают. Куда ты предлагаешь нам отправиться, чтобы быть в безопасности? В доме матери небезопасно, это точно. А тот тип, который напал на тебя, скорей всего знает, где я живу.

– Но у тебя есть пистолет! – воскликнула Эприл. – Неужто ты боишься?

– О да, и очень сильно! И тебе тоже стоит бояться. Не бояться на твоём месте – это чистой воды безумие. Даже ФБР не в курсе того, где сейчас тот преступник. Он может прямо сейчас искать тебя. И где ты думаешь он будет тебя искать?

Папа сел на кровать рядом с дочерью. Пару минут они оба молчали.

– Послушай, у меня есть идея, – наконец, сказала она. – Давай вместе поедем куда-нибудь. Можно хоть сегодня вечером. Начнём новый год получше.

Но её отец лишь покачал головой.

– Тебе небезопасно появляться в обществе, – сказал он.

– Уже вечер, папа. Никто нас не увидит. И как тот негодяй угадает, куда мы ушли? Даже мы сами ещё не знаем, куда поедем!

Её отец слегка улыбнулся. Эприл почувствовала, что его решительность ослабела. Она знала, что никогда не смогла бы так манипулировать матерью. Отца убедить куда проще.

– Папа, когда я была маленькой, вы с мамой брали меня на Чинкотег смотреть, как загоняют пони.

Улыбка отца стала шире.

– Помню. Ты хотела, чтобы я купил тебе пони, но у нас негде было бы его держать.

– Они такие милые.

Эприл замолчала на минуту, а потом добавила:

– Мы могли бы поехать туда прямо сейчас. Сегодня вечером.

Её отец задумался, сдвинув брови. Эприл видела, что он серьёзно всё обдумывает.

– Но сейчас зима, – сказал он. – В феврале пони не загоняют.

– Значит, там точно никого не будет. Никто не будет искать меня там. А там ведь так красиво! Можем покататься по озеру. И не волнуйся, теперь я не буду просить пони.

Они оба рассмеялись.

– Давай проверим, где там можно остановиться, – наконец, сказал её отец.

Они открыли ноутбук Эприл и стали гуглить.

– Там есть мотели, – сказал Райан, открывая список.

Эприл громко вздохнула.

– О, папа, пожалуйста! Только не мотель!

Она взяла ноутбук и сама стала смотреть. Она быстро нашла описание высокого дома со множеством балконов и террас, выходящих на озеро.

– То, что нужно! – сказала она. – Сдают отличный домик, прямо у воды. Под землёй гараж, так что никто даже не увидит, как мы въедем. Там будет здорово и куда безопасней, чем здесь!

– Ты не сможешь выходить на улицу, – сказал её отец.

– Хорошо, договорились. Ладно. В этом доме много комнат и отличный вид. Ты будешь ходить в магазины, когда нам что-то понадобится, или будем заказывать доставку.

Отец Эприл сидел и смотрел на объявление. Затем, как будто решившись, он быстро и с улыбкой стал бронировать дом. Эприл стала бегать по комнате, собирая вещи.

– Ты готов пропустить свою вечеринку? – спросила Эприл.

– Да, – гордо сказал отец. – Предупрежу их попозже.

Он быстро закончил бронирование и сказал:

– Готово. Поехали.

– Погоди! – сказала Эприл. – Мы не можем просто уйти отсюда. Там снаружи в машине дежурят агенты. Надо сказать Дарлен.

Эприл подбежала к двери между комнатами и открыла её. Она сделала знак отцу, чтобы тот подошёл. Он выглядел неуверенным. Эприл понимала, почему: скорей всего, они нарушают с десяток правил. Она надеялась, что они смогут с этим справиться.

– Мы с дочерью уезжаем, – сказал отец Эприл Дарлен.

Девушка выглядела совершенно изумлённой.

– Куда? – спросила она.

– Я увожу Эприл в другое место, – сказал он, его голос стал уверенней. – Этот мотель ей совершенно не подходит. И честно говоря, я не думаю, что она здесь в безопасности. Я найду вариант получше.

Теперь Дарлен смутилась.

– Сэр, я не уверена, что вы можете это решать… – начала она.

– Это моё решение, и я имею на это право, – отрезал отец Эприл. – Она несовершеннолетняя, а я её законный отец и опекун. Она находилась здесь с моего негласного разрешения. Теперь я передумал.

Дарлен молча переводила взгляд с Эприл на её отца и обратно.

Он добавил:

– Я юрист. Я знаю, о чём говорю.

Дарлен всё ещё колебалась.

– Я позвоню её матери и сообщу ей, – сказала она.

Эприл не задумываясь выпалила:

– Мы уже позвонили ей. Она согласна с папой. Она не против, что мы переедем.

Эприл не смотрела на отца. Она знала, что он в ужасе от её наглой лжи. Но по крайней мере он не стал ей перечить.

– Тогда ладно, – смирилась Дарлен. – Сообщу дежурным агентам.

Она взяла рацию и вызвала агентов из машины. Эприл схватила сумку и потащила отца к выходу, торопясь выбраться прежде, чем он успеет передумать.

Когда они вышли на парковку, Эприл увидела, что неподалёку, не привлекая внимания, припаркована машина ФБР. Она плохо видела людей внутри, но они по крайней мере не выпрыгнули, чтобы остановить её.

– Тебе не нужно было врать насчёт своей матери, – сказал отец, пока они шли к его машине.

Эприл хихикнула.

– А ты? «Я юрист, я знаю, о чём говорю»! Ты вообще знаешь, есть ли у тебя право забирать меня отсюда?

Её отец нехотя усмехнулся.

– Нет, я не был уверен, – сказал он. – Я бизнес-юрист.

– Ну и ладно. Поехали уже отсюда. Сообщим маме, как доберёмся туда.

Эприл забралась на пассажирское сиденье рядом с отцом и от счастья у неё кружилась голова. Одно то, что они с отцом сумели выбраться из безопасного дома ФБР, делало всё на свете гораздо круче.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Райли наклонилась поближе к изрешечённому пулями телу Эмбер Тёрнер. Уже была ночь, и чтобы лучше разглядеть детали на плохо освещённой парковке, Райли пришлось достать фонарик. Широко раскрытые глаза мёртвой девушки, казалось, смотрят прямо на Райли с немым вопросом: «За что?»

Хотелось бы Райли знать ответ. Но таким преступлениям не было адекватного объяснения. У неё засосало под ложечкой.

Билл встал рядом с ней, добавив свой луч фонаря.

– Посреди бела дня, – сказал он. – Думаю, парень, который нашёл её, был просто в шоке.

Посетитель ресторана нашёл тело после обеда. Оно было распластано на водительском сиденье машины, стоящей на парковке совсем рядом со спорт-баром. Фонарик Райли высветил записку, прикреплённую к куртке девушки. Ей уже говорили про неё, и теперь она наклонилась, чтобы прочитать, что там написано.

«Райли Пейдж… Ты обращаешь внимание?»

Записка была написана на такой же бумаге, как и та, что послал ей Хэтчер, снятая с тела рыбака. По каким-то причинам на этот раз Хэтчер не стал забирать записку. И всё же Райли была уверена, что он побывал здесь. Ведь это он сообщил о преступлении местной полиции.

Райли осторожно сняла записку с тела и передала её Биллу.

– Положи её в пакет с уликами, – сказала она.

Продолжая осматривать тело, Райли размышляла, прав ли Волдер. Работают ли Хэтчер с Родесом в команде?

Райли глубоко вдохнула и постаралась представить, как разворачивалось преступление. Мог ли Хэтчер быть тем, кто спускал курок? Она просто не могла в это поверить. Он никогда раньше не использовал пистолет в качестве орудия убийства, и она была уверена, что он не начал это делать теперь.

Нет, Райли уверена, что Родес стрелял сам. Но мог ли Хэтчер участвовать как-то по-другому? Мог ли он, опытный ветеран, учить или наставлять менее опытного Родеса? Мог ли он стоять рядом с Родесом, пока тот мучил очередную жертву?

Она чувствовала, что всё было не так, и чем больше она думала об этом, тем больше была уверена, что Волдер ошибался. Хэтчер никогда не стал бы сотрудничать с кем-то вроде Родеса – это было не в его стиле. Он слишком независим. Кроме того, она была уверена, что Хэтчер считает Родеса ниже себя.

Так или иначе, звонок не оставил сомнений в том, что Хэтчер здесь побывал.

Райли взглянула на лес, растущий вдоль парковки. Она знала, что там уже всё обыскали. Но сказать, что Хэтчер неуловим – не сказать ничего. Может быть, он и сейчас там, наблюдает за происходящим.

Если так, то что он мог здесь делать, зачем следил за каждым шагом Родеса? И если он не работает в паре со случайным убийцей, то зачем ему за ним следить? Что ищет Шейн Хэтчер?

Глядя на ранения, Билл сказал:

– Выглядит так же, как тело Кирби Стэдмана у озера.

– Есть отличия, – возразила Райли. – Убийца хотел, чтобы Стэдман полз и умолял его. На этот раз он не хотел этого – днём, в общественном месте. Ему было нужно, чтобы жертва оставалась на месте.

Райли указала на пулю в брюшной полости женщины.

– Сначала он выстрелил сюда, – сказала она. – Это обездвижило её, но не убило и не отключило. И хотя выстрелы были произведены почти в упор, видно, что на этот раз он был более небрежным, чем во время убийства на озере. Он сильней торопился, отчасти оттого, что хотел, чтобы жертва всё время оставалась жива, отчасти потому, что он находился на открытом пространстве и его могли увидеть. Выстрелов не было слышно благодаря глушителю.

Билл добавил:

– А шум из бара перекрывал щелчки, которые издавал пистолет.

Райли указала на дырку во лбу.

– Сюда он пустил последнюю пулю.

К Райли и Биллу шёл местный полицейский.

– Там какой-то парень, он хочет с вами поговорить, – сказал он и указал на молодого парня, который сидел на бетонном блоке сразу за жёлтой лентой, которой было обтянуто место преступления.

Райли и Билл подошли к нему. Райли показалось, что он по-родственному похож на женщину из автомобиля – такие же вьющиеся тёмные волосы, такое же округлое лицо. Вид у него был совершенно ошеломлённым.

– Райли Пейдж, ФБР, – сказала Райли, показывая ему значок. – Это мой партнёр, Билл Джеффрис. Как вас зовут, сэр?

– Рой Тёрнер, – низким меланхоличным голосом представился парень. – Я… я был… брат Эмбер.

– Вы были свидетелем убийства? – спросил Билл.

Парень покачал головой.

– Мне позвонили вскоре после того, как… это произошло. Я сразу приехал. И с тех пор сижу здесь.

Он замолчал.

– Мы сочувствуем вашей потере, – искренне произнёс Билл.

Мужчина молча кивнул.

– Вы хотели поговорить с нами? – спросила Райли.

– Ах, да, – сказал парень. – Что вам известно? Кто это сделал? За что?

Райли сдержала грустный вздох. Опять этот вопрос «за что?»

Она села перед ним на корточки и успокаивающе проговорила:

– Мистер Тёрнер, мне жаль, но мы пока не можем ответить на ваши вопросы ничего конкретного. Вам придётся проявить терпение.

Он с мольбой посмотрел на неё:

– Но ведь у вас уже есть какие-то соображения, – сказал он. – Город совсем маленький. Сколько времени это займёт?

У Райли заболело сердце от боли за молодого парня, но она знала, что должна тщательно подбирать слова. Как бы ей ни хотелось обещать ему поскорей дать ответы, пока она не могла этого сделать.

Она была благодарна, что в разговор вступил Билл:

– У полиции есть ваши контактные данные? – спросил он.

Парень кивнул.

– Тогда, я думаю, вам лучше пойти домой, – сказал Билл. – Постарайтесь отдохнуть. С вами свяжутся сразу же, как только у нас появится какая-нибудь информация.

Парень без лишних слов встал на подкашивающиеся ноги и ушёл.

Райли услышала, что у полиции затрещала рация, затем к ним с Биллом подошёл местный полицейский.

– Вас просят пройти в бар, – сказал он.

Райли кивнула. По пути в бар, Райли увидела патологоанатома – он со своей командой терпеливо ждал возле своего микроавтобуса. Райли кивнула ему, давая понять, что тело можно уносить, и парни в халатах побежали к кроссоверу.

Райли с Биллом зашли в бар, где уже сидели Эмили Крейтон и Крейг Хуанг. Они превратили бар в импровизированный командный центр для местных полицейских и пары агентов ФБР из штаба в Джексонвилле.

Кроме них в баре сидело несколько посетителей и работников бара, которых нужно было допросить. Билл с Райли подошли к Крейтон и Хуангу, который сидели перед монитором компьютера.

– Мы просматриваем видео с камер наблюдения в баре, – поделилась Крейтон.

– Есть что-нибудь? – спросил Билл.

– Качество ужасное, – сказал Хуанг.

Райли посмотрела на экран и увидела, что Хуанг прав. Тот, кто устанавливал камеру, по-видимому, не предполагал, что её будут использовать для таких неприятных целей. Изображение было очень зернистым, а угол обзора таким, что видны были лишь макушки людей, а не лица. Большинство людей на видео выглядели одинаково, особенно мужчины. Видео вряд ли могло помочь им.

Райли оглядела бар, посмотрев на ожидавших в нём людей. Она выбрала парня, чтобы поговорить с ним – это был плотный мужчина на грани ожирения. По его лицу она видела, что обычно он довольный и общительный, сейчас же он выглядел удручённым, а это выражение слабо подходило к его лицу.

Райли представила себя и Билла.

– Меня зовут Марти Холлистер, – сказал мужчина. – Я бармен и был за стойкой, когда увидел полицейских на улице. Я не знал, что произошло, пока не вышел и не увидел…

Он не смог закончить мысль. Райли поняла причину его мучений.

– Она была вашей девушкой, верно? – спросила она.

Марти Холлистер кивнул.

– Нам очень жаль, – сказал Билл.

Райли достала мобильник, открыла фотографию Шейна Хэтчера и спросила:

– Скажите, пожалуйста, не видели ли вы сегодня этого человека? В баре или где-то ещё?

Посмотрев на высокого, темнокожего внушительного мужчину на фотографии, Холлистер покачал головой.

– Думаю, я бы его заметил, – сказал он. – У нас тут не так много незнакомцев. Апекс – не туристический город, здесь не на что смотреть.

Тогда Райли открыла фотографию Орина Родеса.

– А как насчёт этого мужчины? – спросила она.

Холлистер прищурился.

– Не знаю, – ответил он. – Я видел, что перед уходом она обслуживала парня. Я его не узнал, так что, скорей всего, он не местный. Он выглядел довольно обычно, так что я не обратил на него особого внимания. Может быть, это он. Но у того волосы были темней. И шрам на лице.

Райли воодушевилась. Но прежде, чем она успела спросить мужчину ещё о чём-нибудь, её окликнула Крейтон:

– Джеффрис, Пейдж, подойдите сюда, звонит Волдер.

Райли и Билл сели за стол к Крейтон и Хуангу. С ноутбука Крейтон смотрело сварливое лицо Волдера.

– Что вы узнали? – переходя сразу к делу, спросил Волдер агентов. – И лучше, чтобы что-то хорошее. На нас очень давят по поводу Хэтчера.

Райли подавила стон. То, что Волдер зациклен на Хэтчере вместо Родеса, её очень раздражало.

– Я как раз разговаривала с барменом, – сказала Райли. – Он мог видеть Родеса. Он говорит, что, возможно, Родес был последним клиентом девушки, прежде, чем она села в машину и её убили.

– «Возможно»? – спросил Волдер.

Райли рассердил его пренебрежительный тон.

– Да, возможно, – сказала Райли. – Точно узнать будет трудно. Качество плёнки видеонаблюдения паршивое.

– А что насчёт Хэтчера? – спросил Волдер. – Кто-нибудь его видел?

– Бармен говорит, что нет, – сказала Райли. – А я не думаю, что он мог его не заметить.

Несколько секунд Волдер просто сердито смотрел на них, а затем спросил:

– Кто-нибудь разговаривал с семьёй жертвы? – спросил он.

Билл сказал:

– Мы с агентом Пейдж только что перекинулись парой слов с её братом на парковке.

– «Парой слов»? – прорычал Волдер. – Не похоже на полноценный опрос. Какая по его мнению связь между жертвой и Хэтчером с Родесом?

Райли и Билл переглянулись. Конечно, им даже в голову не пришло спросить об этом – эта идея была слишком притянута за уши.

Райли сказала:

– Я уверена, что женщина никак не связана ни с кем из них, сэр.

– Вы «уверены»? – эхом отозвался Волдер, его тон становился всё более скептическим. – Вы вообще спрашивали его об этом?

– Нет, сэр, – ответила Райли.

– А бармена? Его спрашивали?

– Нет, сэр, – снова сказала Райли.

Она не знала, кто из них злее в данный момент – она или Волдер. Она была вне себя из-за совершенной дремучести шефа.

– Что ж, лучше всего вам этим заняться, – сказал Волдер. – Сейчас же поговорите с ними обоими, как и со всеми родственниками и друзьями женщины.

Теперь Райли была сыта по горло.

– Это пустая трата времени, сэр, – бросила она. – Эти убийства случайны, в них нет тайного смысла. Так же, как и в Южной Каролине. Разве кто-нибудь из тех, кого опрашивали Крейтон и Хуанг, высказывал предположение, что между Кирби Стэдманом и Хэтчером или Родесом есть какая-то связь?

Теперь пришёл черёд ворчать Крейтон.

– Нет, благодаря тебе, – съязвила она.

Райли знала, что Крейтон затаила на неё злобу за то, что она не дала ей закончить опрос сына и невестки Кирби Стэдмана.

– Потому что нет никакой связи, – воскликнула Райли. – Понимаю, звучит странно, что Орин Родес проделал весь путь в Южную Каролину, а теперь во Флориду, в поисках случайных жертв, но именно это он и сделал. Не знаю, почему, но я уверена, что это так. И Хэтчер вовсе не помогает ему – бессмысленные убийства просто не в его стиле.

Волдер несколько мгновений продолжал молча пялиться на Райли.

Наконец, он сказал:

– Вы не отчитывались о том, что произошло в Филадельфии. Вам удалось что-нибудь найти?

Райли сказала:

– Мы нашли комнату, которую снимал Родес, и…

Слова вырвались у неё раньше, чем она успела всё обдумать.

– Комнату, которую снимал Родес? – гаркнул Волдер.

– Да, сэр, – ответила Райли.

Она знала, что жестоко ошиблась и теперь готовилась к худшему.

– Агент Пейдж, – медленно, сурово сказал Волдер, – когда вы запросили джет в Филадельфию, вы сказали, что проверяете зацепку, оставленную Хэтчером.

– Так и было, сэр, – сказала Райли. – Это была записка, оставленная в книге…

Волдер перебил её:

– И теперь вы говорите мне, что проверяли комнату, снятую Родесом.

– Да, сэр, – сказала Райли. – Мы не нашли ничего, кроме…

Но прежде, чем она успела рассказать ему о загадочной записке в почтовом ящике, Волдер снова перебил её.

– Достаточно, агент Пейдж. Вы сняты с дела.

Райли сглотнула.

– Какого дела, сэр?

– Родеса, Хэтчера – по сути, теперь это одно и то же дело, так что неважно. Прямо сейчас.

Райли видела, что до этого Билл сдерживался изо всех сил, но тут терпение оставило его:

– Сэр, а как же я? Я всюду ездил с ней, был в курсе всего, знал, что она делает.

Это было не совсем правда, Райли знала об этом – она рассказала Биллу про свою связь с Хэтчером только на борту самолёта до Филадельфии. Как бы ей ни была дорога его преданность, она бы предпочла, чтобы он держал рот на замке – ради собственного блага.

Билл сказал:

– Можете и меня снять с дела.

– Разумеется, я могу, агент Джеффрис, – проворчал Волдер. – Ваше неподчинение мы обсудим позже, а пока я хочу, чтобы вы продолжали работать с Крейтон и Хуангом.

Райли чувствовала, что Билл собирается запротестовать. Она резко толкнула его локтем, чтобы заставить замолчать. Затем встала со стула и пошла к двери. В одно мгновение Билл тоже вскочил и пошёл рядом с ней.

– Я не собираюсь это терпеть, Райли, – прошипел он ей. – Если ты уходишь, я тоже уйду.

Райли застыла на месте и посмотрела на Билла.

– Ты никуда не пойдёшь, – отрезала она. – Мы уже это проходили. Ты останешься здесь. Если ты пойдёшь, некому будет рассказывать мне, что происходит. И над делом не будет работать ни одного дельного агента. Тебе придётся остаться и постараться не дать Крейтон и Волдеру всё испортить.

Билл скептически покачал головой.

– Ты просишь невозможного, – сказал он.

– Можешь считать это приказом, – твёрдо сказала Райли. Затем её суровое выражение лица сменилось улыбкой. – Я рассчитываю на тебя. Держи меня в курсе всего.

– И куда ты хочешь сейчас отправиться? – спросил Билл.

Райли невольно рассмеялась.

– Ещё не решила, – сказала она. – Волдер даже не предложил мне улететь обратно в Квантико на джете ФБР. Не беспокойся обо мне, я справлюсь. А теперь возвращайся к работе.

Билл кивнул и сказал:

– Дашь мне знать, где ты.

Он потрепал Райли по плечу и вернулся к столу. Райли вышла на улицу.

Она увидела, что в дальнем конце парковки эвакуатор как раз увозит кроссовер Эмбер Тёрнер. Её взгляд привлекло что-то, что лежало на земле там, где только что стояла машина.

«Улика?»

Она побежала туда, чтобы посмотреть.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Райли увидела клочок цветной бумаги, лежащий на асфальте там, где только что стояла машина убитой женщины. Едва дыша от нетерпения, она подняла его и посмотрела в свете фонаря на парковке.

Это была фотография, по-видимому, вырезанная из журнала. На ней был изображён старый кирпичный особняк с опоясывающим крыльцом и величественными колоннами. Райли достала фонарик, чтобы получше рассмотреть картинку. Если на ней и был заголовок, подпись, история, они были обрезаны. Райли перевернула картинку – судя по вырванным из контекста словам, видимо, там была страница объявлений.

Откуда эта картинка?

Судя по тому, что она лежала на асфальте, Райли подумала, что вырезка могла вывалиться из двери кроссовера, когда тело Эмбер Тёрнер доставала команда судмедэкспертов.

«Или нет», – подумала она.

Если это улика, случайно она тут оставлена или специально? И что это может значить?

Она быстро соображала, пытаясь установить сколько-нибудь вероятную связь между картинкой и убийством, которое было совершено на этом месте. Тут она вспомнила записку, которая пришла на почту комнаты, которую Родес снял в Филадельфии: «Рад, что тебе понравился дом с картинки. Он отлично подойдёт под твои цели. Жду тебя там в скором времени».

Может быть, это тот дом, о котором говорится в записке? Может, она относится к убийце, а не к жертве?..

Записка была адресована Орину Родесу, но было совершенно непонятно, кто её послал. Райли снова почувствовала гнетущую тревогу, что это был Шейн Хэтчер, что он оставил здесь картинку и что он водит её за нос. Как бы сильно она в этом ни сомневалась, отрицать, что это возможно, она не могла.

Если опустить личность пославшего, всё же непонятно, что это за дом. Там, где сейчас остановился Орин Родес? Как ей узнать об этом больше?

Райли снова повернулась к бару. На мгновение ей захотелось вернуться на собрание и показать картинку всей команде. Может быть, вместе они смогут разобраться, что это значит. Скорей всего, техники из Квантико смогут найти источник фотографии.

Но она быстро поняла, что это будет бессмысленно: если Волдер всё ещё на связи, он напомнит ей, что она снята с дела, а если видеоконференция окончена, теперь Эмили Крейтон за главного в команде, а она, как всегда, будет категорически игнорировать любую информацию от Райли.

В конце концов, это всего лишь мусор с парковки.

Райли почувствовала, что падает духом и начинает отчаиваться. Она знала, что отчасти она просто истощена. За последний день она прилетела из Квантико в Синг-Синг, затем в Филадельфию, а теперь сюда, во Флориду. Ей нужно хорошенько выспаться, прежде чем принимать какие-либо решения о том, что делать дальше.

«А где я проведу ночь?»

Она горько улыбнулась, осознав, что понятия не имеет. Без сомнения, для команды из Квантико зарезервирован отель. Но Райли не хотелось возвращаться и спрашивать про комнату, а ещё меньше – ждать, пока её кто-нибудь подвезёт. Она вспомнила, что по пути сюда они проехали мимо небольшого мотеля, он был в шаговой доступности от спорт-бара. Если ей повезёт, там будут свободные комнаты, сейчас не разгар сезона.

Кроме того, она была уверена, что неподалёку есть магазин с алкоголем.

«Мне сейчас не помешает выпить», – подумала Райли, в одиночестве плетясь по тёмной дороге.

*

Комната в мотеле была запущенная, пахло в ней сыростью, но в ней была кровать и ванная, а ещё Райли нашла бутылку виски, которое ей было нужно. Но прежде, чем окончательно осваиваться, ей нужно сделать звонок. Она уже давно не связывалась с Эприл. В надежде, что её дочь ещё не спит, Райли достала ноутбук и вызвала её на видеозвонок.

Когда Эприл ответила, её лицо и голос были на удивление весёлыми.

– Привет, мам, как дела?

Но прежде, чем Райли успела ответить, она заметила что-то странное в окружении Эприл. Это было непохоже на безопасную комнату в мотеле. Казалось, что она в большой и красивой комнате с большими окнами.

– Где ты? – спросила Райли.

Эприл хихикнула.

– Ну, я думаю, нам с папой нужно кое-что объяснить, – сказала она. – Эй, папа, подойди сюда, это мама.

Через мгновение к лицу Эприл на экране присоединилось лицо Райана.

– Думаю, ты гадаешь, что происходит, – сказал Райан с улыбкой.

Райли начала паниковать.

– Где вы, чёрт подери? – спросила она.

Райан с Эприл удивились её резкому тону.

– Мам, успокойся, переживать не из-за чего, – сказала Эприл.

– Помнишь, как Эприл нравился Чинкотег, когда она была маленькой? – спросил Райан.

Райли застонала.

– Райан, пожалуйста, не говори, что вы там, – взмолилась она.

– Райли, да брось! – стал оправдываться он. – То место было издевательством над Эприл. Над всеми нами.

Райли постаралась прийти в себя.

– Там было безопасно, – бросила она. – Райан, ради Бога, скажи, чем ты думал? Давно вы там?

– Только что приехали, – ответил Райан. – Послушай, Райли, мне не хотелось, чтобы ты так волновалась. Эприл было очень плохо в той дыре. Я хотел ей помочь.

– Где агенты, которые охраняли её в безопасном месте? – спросила Райли.

– Мы сказали дежурным агентам, что уезжаем, – ответил Райан.

– Так вас никто сейчас не защищает?

– У меня есть это, – сказал он, показывая маленький пистолет.

– Классно, да? – встряла Эприл.

Райли знала про пистолет – он был у Райана уже несколько лет. Это был револьвер 22 калибра, немногим больше игрушечного, по мнению Райли. Он, конечно, не особенно поможет Райану против безжалостного убийцы типа Родеса.

– Ты когда-нибудь хотя бы стрелял из этой штуковины? – спросила она.

– Конечно, – бросил Райан. – Я не так глуп. Я прошёл мини-курс и стреляю довольно неплохо.

Райли глубоко вдохнула. Ссора с бывшим мужем сейчас делу не поможет.

– Кто-нибудь знает, где вы? – спросила она.

– Нет, – ответила Эприл. – Даже ФБР.

– Хорошо, сейчас вы скажете мне адрес. И больше никому. Слышите?

Эприл закатила глаза.

– Боже, ладно, мама. Не знаю, почему ты делаешь из этого такую проблему.

Райан назвал Райли адрес, и Райли тщательно его записала.

Затем она сказала:

– Я не хочу, чтобы кто-то из вас выходил из дома.

– Мам, – возмутилась Эприл, – нам хватит ума не шататься по округе!

– Вообще ни шагу за дверь. И от окон держитесь подальше.

Теперь Райан выглядел сконфуженным.

– Прости, Райли, – сказал он. – Мы будем осторожны.

– Мне надо идти, – сказала Райли. – Постараюсь сделать так, чтобы к вам приехал агент.

– Хорошо, – ответил Райан. – Не думаю, что это необходимо, но если тебе так будет спокойней…

Райли повесила трубку. Она тут же взяла мобильник и набрала номер Люси Варгас. Люди была удивлена услышать Райли в такой час.

Райли сказала:

– Ты знаешь, что Эприл не в мотеле?

Она услышала, что Люси недоверчиво охнула.

– Что? – переспросила она.

– Кто дежурил там два часа назад?

– Была смена Дарлен Олсен, – сказала Люси.

Райли вспомнила Дарлен Олсен – она считала её перспективным молодым агентом, а теперь выяснилось, что её легко облапошить.

– Люси, ты знаешь, где Чинкотег?

– Да, – ответила Люси.

– За сколько сможешь доехать дотуда?

Люси замолчала на мгновение.

– Завтра утром у меня задание. Если я поеду туда сейчас, завтра придётся возвращаться. Лучше я пошлю кого-нибудь другого. Свяжусь с Дарлен, скажу ей отправляться туда сейчас же.

– Сделай это, – сказала Райли. – И спасибо тебе.

Райли назвала Люси адрес и повесила трубку. Она сидела на краю кровати, не в силах прийти в себя от глупости Райана. Она жалела, что не может сама сейчас же поехать в Чинкотег. Но она будет добираться так долго, что в этом не будет смысла, оставалось надеяться, что Дарлен Олсен не станет терять времени.

А пока ей очень нужно что-то успокаивающее. Она была рада, что купила бутылку виски. Она плеснула себе в стакан. Но едва она сделала глоток, как раздался другой видеозвонок.

Звонила Джилли из Феникса, и Райли с радостью ответила. Всякий раз, когда она разговаривала с девочкой, она выглядела более здоровой, чем раньше – в ней уже невозможно было узнать оскорбляемую и недоедающую беспризорницу, которую она нашла в Фениксе.

– Привет, Райли, – сказала Джилли.

– Привет и тебе! – с улыбкой ответила Райли. – Что у тебя происходит?

– Да ничего такого, – сказала Джилли.

Голос и выражение лица Джилли были скучающими и немного мрачными. Райли задумалась, что может быть не так, но затем напомнила себе, что Джилли – подросток, а для них это нормально.

– Готова вернуться в школу? – спросила Райли.

– Я провалила алгебру, – сухо сказала Джилли.

– И как будешь исправлять?

Джилли надула пузырь из жвачки.

– Усердно учиться, я полагаю, – с иронией сказала она.

– Было бы здорово.

Джилли опустила глаза.

– Райли, не работает, – сказала Джилли.

– Что не работает?

– Жизнь здесь. С Флаксманами.

У Райли оборвалось сердце. Она-то думала, что в приёмном доме Джилли всё хорошо.

– Что не так? – спросила Райли.

– Не знаю, – пожав плечами, сказала Джилли. – Просто это не дом, вот и всё. Я здесь в гостях. – После паузы Люси добавила: – Думаю, я вернусь и буду жить с отцом.

Райли с трудом могла поверить собственным ушам. Отец Джилли был жесток и часто выпивал. Органы опеки проделали большую работу, чтобы вытащить её от него.

– Это безумие, Джилли.

– По крайней мере, он моя настоящая семья.

– Нет. Это не так.

Райли увидела, что в глазах Джилли блестят слёзы.

– Ты права, он не семья, – хрипло сказала Джилли. – У меня вообще нет семьи. Кроме…

– Я не могу удочерить тебя, Джилли, – сказала Райли.

– Почему…

Голос Джилли оборвался, но Райли знала, что она хотела сказать. Райли проглотила комок в горле. Они с Джилли уже не раз заводили этот разговор, и он никогда не заканчивался хорошо.

Райли просто не знала, с чего начать. Прямо сейчас она полностью занята попытками обеспечить безопасность Эприл. Прошло пятнадцать лет, а она только начинает чувствовать себя полноценной матерью. Воспитание Джилли – задача сложней, чем она может вынести, особенно, если она хочет продолжать работать.

Кроме того, она была уверена, что эта идея – всего лишь фантазия Джилли, попытка бежать от реальности, какой бы хорошей ни была эта реальность. Джилли тринадцать лет чувствовала себя пропащей, беспомощной, нелюбимой. Она никогда не знала ничего другого. Теперь, когда о ней заботится любящая семья, она просто не знает, что с этим делать.

Райли знала, что должна проявить твёрдость.

– Тебе нужно провести с Флаксманами какое-то время, милая, – сказала Райли, стараясь контролировать свой голос.

– Сколько? – спросила Джилли.

Теперь по её щекам бежали слёзы.

– Ты в хорошем месте, Джилли, – сказала Райли. – С хорошими людьми. Прости, но тебе нужно постараться изо всех сил и привыкнуть к ним.

Джилли ничего не сказала. Она лишь вытерла слёзы.

– Мне пора, – сказала Райли. – Береги себя.

Джилли всё ещё молчала. Райли закончила звонок. Теперь в груди у неё болело.

Она сделала большой глоток виски. Он приятно обжёг ей горло.

«Может быть, это поможет мне поспать», – подумала она, сделав несколько глотков подряд.

– Счастливого Нового Года, – пробормотала она себе, проваливаясь в забытьё.

Она поняла, что во снах отправится в тёмные места. Она отмахнулась от тревоги. Пусть так. Тёмные места – именно то, куда ей нужно сейчас попасть.

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

Райли захлестнуло ощущение дежавю. Она снова стояла в плотном снежном вихре. который, как она знала, скрывает смертельную угрозу. Она уже была здесь, но не могла вспомнить, когда и как.

Теперь сквозь пургу к ней бежала тёмная фигура. Это она тоже помнила, но не могла сказать, кто это и что происходит. На мгновение фигура полностью скрылась в снегу, затем прояснилось настолько, что она увидела поднимающуюся руку человека – не для приветствия, а с поднятым прямо на неё пистолетом.

Райли выхватила собственный глок и выстрелила. Фигура перестала бежать, но не упала. Райли в отчаянии стреляла снова, и снова, и снова…

Затем снег перестал идти и всё стихло. Райли увидела, что стоит лицом к лицу с довольно приятной, немного неуклюжей девушкой возраста Эприл.

Райли знала, что это Хайди Райт.

Она истекала кровью от пуль, пущенных в неё Райли. Хайди стояла и улыбалась. Затем снова повалил снег, и девушка начала говорить.

– Так нельзя, – сказала девушка. – Ты не можешь убить любовь. А Орин любит меня. Я всегда буду с ним.

Фигура стала крутиться и изгибаться, пока не преобразилась в кого-то другого. Теперь это был сам Орин Родес, молодой, в том возрасте, когда Райли убила его подружку.

– Теперь ты знаешь, – всё ещё улыбаясь, сказал Орин Родес. – Это всё ради Хайди. Все убийства, которые я совершил, все, которые я ещё совершу. И особенно твоё, Райли Пейдж. Ты заплатишь за то, что сделала с ней – и со мной.

Всё ещё улыбаясь, Орин Родес медленно повернулся и ушёл в метель.

Райли поняла, что она одна в снежной буре. Не было видно ни убитой ею девочки, ни объявившего вендетту мальчика. Ничего, кроме ледяного ветра.

Она стала кричать в надежде, что её кто-нибудь услышит, кто-нибудь заботливый и понимающий.

– Пожалуйста, скажите мне! Неужели я ошибаюсь? Что такого ужасного я натворила, что другие люди должны умирать? Разве я это заслужила?

Райли почувствовала, что на её плечо сзади опустилась сильная рука.

– Ты сделала всё, что могла, – сказал грубый, но добрый голос. – Ты сделала именно то, что должна была.

Голос был знакомый, строгий и добрый одновременно. Он принёс Райли огромное утешение. Но когда она обернулась, чтобы посмотреть, кто говорит, там никого не было – лишь вихри снега.

– Вернись! – в отчаянии закричала она. – Помоги мне!

Райли проснулась в кровати в мотеле, по её лицу стекали слёзы. Сквозь окно не проникал свет, значит, ещё не рассвело. Она помнила сон во всех подробностях. И она всё ещё ощущала ту же скорбь, ужас, смущение.

Вернулись другие воспоминания, приносящие отчаяние – о вчерашнем дне и об отстранении от дела. Наконец, до неё дошло, что всё кончено, всё, что ей было важно и дорого в жизни. Теперь она может сдаться. Теперь ей не сможет помочь даже Билл.

«Всё кончено, – подумала она, не в силах сдерживать рыдания. – Наконец, спустя столько времени, всё кончено».

Хуже всего было то, что она одна.

Тут она вспомнила кое-что из своего сна – ту крепкую, но ласковую руку, тот грубый, но добрый голос.

«Ты сделала всё, что могла, – сказал грубый, но добрый голос. – Ты сделала именно то, что должна была».

Кто успокоил её? Кто это сказал?

Тут она вспомнила – в тот роковой день шестнадцать лет назад, когда она застрелила Хайди Райт, она была не одинока. В тот день и много дней после того рядом с ней был кое-кто. Кто-то, кто успокаивал её, воспитывал, учил.

И этот кто-то сейчас не так далеко от неё.

«Мне нужно с ним встретиться», – подумала она.

Она взяла телефон и набрала номер, который не вспоминала уже очень давно.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Выбравшись из такси в Майами позднее тем же утром, Райли задумалась, по тому ли адресу она пришла. Перед ней стояло высокое здание, поблёскивающее в солнечных лучах – с трудом верилось, что здесь мог быть жить Джейк Криваро.

Джейк был её партнёром и наставником много лет назад, когда она только начинала свою карьеру в ФБР. Теперь ему было семьдесят пять, он вышел на пенсию и жил здесь, в Майами. Но она не могла представить, чтобы он жил в этом похожем на башню здании.

На пути от аэропорта Райли всё время ждала, что водитель такси свернёт в один из пригородных районов, но вместо этого он ехал до тех пор, пока они не начали петлять между небоскрёбов. Майами и сам выглядел не так, как она от него ожидала, по крайней мере, в этой части города. Он был похож на любой другой мегаполис – высокий и блестящий, выстроенный из стекла и металла.

«Где же пальмы?»

Было трудно представить, что где-то неподалёку есть пляжи.

Она вошла в роскошное фойе здания, где за стойкой ресепшна стояла улыбающаяся девушка-администратор.

– Могу я вам помочь, мадам? – спросила она.

Райли с каждым моментом была всё более озадачена.

– Эм, я пришла к Джейку Криваро, – неуверенно сказала она.

– Не могли бы вы назвать своё имя?

– Райли Пейдж.

Девушка посмотрела на планшет.

– О, да, – сказала она. – Он предупредил, что ждёт вас. Я дам ему знать, что вы пришли.

Женщина достала телефон, набрала номер и сказала:

– Мистер Криваро, к вам Райли Пейдж.

Она кивнула в ответ на то, что он сказал в ответ, а затем отключилась.

– Можете воспользоваться лифтом, мадам. Его квартира на тридцать третьем этаже.

Райли поднялась на лифте, а когда вышла из него, её уже приветствовал Джейк, стоящий у дверей в свою квартиру.

– Привет тебе, странник! И с Новым годом! Заходи.

Войдя внутрь, Райли с трудом удержалась, чтобы не ахнуть. Квартира была великолепная – просторная и современная, со множеством стеклянных элементов и солнечного света. Райли вслед за Джейком прошла в гостиную с простой, но изящной мебелью.

– Ты выглядишь потрясённой, – заметил Джейк.

– Да, может быть, немного, – призналась Райли. – Совсем не похоже на то, что я ожидала.

– Думаю, ты не ожидала, что такой лоботряс, как я, может жить в таких хоромах, – сказал он.

Райли неловко улыбнулась.

Она сказала:

– Я бы употребила другие слова, но…

– Что но? Как ты считаешь, как мне это удалось?

Джейк стоял перед ней с какой-то плутовской улыбкой на лице. Она знала, что он подтрунивает над ней, дразнит её любопытство. В конце концов, как кто-то может жить в подобном месте на пенсию агента ФБР?

Райли охнула, когда ей в голову пришла тёмная мысль. Возможно ли, что Джейк связан с грязными деньгами? Может быть, он это пытается донести до неё своей дьявольской ухмылкой?

Джейк рассмеялся, как будто угадав её мысли:

– Успокойся, всё совершенно легально. Мой сын занимается недвижимостью здесь, в Майами. Он купил квартиру, сказал, что это хорошее вложение. Так что я живу здесь и плачу только коммунальные платежи. Мне это подходит.

Райли улыбнулась, ей стало комфортней. Через стеклянные раздвижные двери Джейк провёл Райли на узкий балкон. В одной стороне были видны лишь стеклянные небоскрёбы. В другой она увидела воду, мосты и барьерные острова, среди которых, насколько ей было известно, располагался Майами Бич.

– Классный вид на залив Бискейн, да? – сказал Джейк. – Там отличные пляжи. Не то, чтобы я часто там бываю. Здесь есть всё, что мне нужно – хороший бассейн, спортивный зал. И я в самом центре, так что здесь есть, чем заняться.

Райли вдыхала тёплый воздух Майами. Ей не верилось, что ещё вчера утром она дрожала от холода на севере Нью-Йорка.

Сам Джейк был выглядел приятно – невысокий, крепкий мужчина, которому удавалось выглядеть опрятно. Последний раз она видела его несколько месяцев назад во время его короткого визита на слушание о досрочном освобождении – связанное с делом, которое привело к тому, что Джейк разозлился и ушёл на пенсию.

Когда она видела его в тот раз, он жаловался на замену бедра и колена, проблемы с глазами и слухом и кардиостимулятор.

Но глядя на него теперь, Райли не сказала бы, что с ним что-то не так. Он выглядел намного моложе семидесяти пяти и был не менее энергичным, чем много лет назад, когда они вместе работали.

С озабоченным видом он спросил:

– У тебя какие-то проблемы?

Райли слабо улыбнулась.

– Как ты понял?

– Да брось. Ты же говоришь с Джейком. У меня чутьё. Не такое, какое заработала ты за столько лет – я всегда говорил, что рано или поздно ты меня превзойдёшь. Но и мои инстинкты ещё чего-то стоят.

Он провёл её назад в квартиру.

– Давай поговорим обо всём за обедом, – сказал он.

*

Вскоре Райли уже сидела с Джейком за столом в обеденной зоне. Они доедали приготовленные им сэндвичи. Райли только что ввела его в курс дела Орина Родеса и своего отстранения от него. Она не утаила ни одного факта, ни одной подробности – даже о своей странной связи с Шейном Хэтчером.

Джейк был явно в шоке, когда Райли описала нападение Родеса на Эприл и последующие два садистских убийства.

– Боже, никогда бы не подумал, – сказал он. – Тот мальчик, которого мы посадили, казался таким раскаивающимся. И я слышал, что он много лет был образцовым заключённым. Так значит, он всего лишь притворялся, чтобы его выпустили раньше! Он просто обвёл нас всех вокруг пальца.

Какое-то время Джейк просто сидел, обдумывая услышанное.

– А теперь ты объявила бунт, – наконец сказал он. – Мне это знакомо. Я много раз был в конфликте с власть имущими в Бюро. Иногда, чтобы сделать работу, приходится идти против системы.

Он наклонился к ней, внимательно глядя на неё.

– Но ведь ты не всё рассказала мне? – спросил он. – Я сейчас не про дело. Я про тебя.

Райли почувствовала то же отчаяние, с которым пыталась бороться с прошлой ночи. Она вспомнила образы из сна – Хайди Райт со следами от пуль и то, как она сказала: «Ты не можешь убить любовь». А потом Хайди превратилась в Орина Родеса, который произнёс: «Всё это ради Хайди».

Райли попыталась унять свои мысли и чувства.

– У меня ужасные мысли, Джейк, – сказала она. – Как будто всё это происходит из-за меня.

Она подождала несколько секунд, давая Джейку возможность сказать, что она сумасшедшая. Он молчал.

Она сказала:

– Всё началось с меня, Джейк. Я убила её. Знаю, я должна была её убить, но это не меняет того, что я её убила. Я не могу с этим жить. Я недостаточно сильна, чтобы встретиться с Орином Родесом. Каждым его шагом движет месть. А всё, что есть у меня – это вина… Я слишком слаба.

Джейк задумчиво почесал подбородок.

– Закрой глаза на минутку, Райли, – попросил он.

Райли знала, что сейчас произойдёт – или думала, что знает. В Бюро была хорошо известна её способность проникать под кожу убийцы, находить путь в глубины его тёмного разума. Этому она научилась у Джейка. Но хотя раньше он был в этом очень хорош, она знала, что давно превзошла его.

Райли закрыла глаза.

Джейк спросил:

– Ты когда-нибудь убивала того, кого действительно и всей душой хотела убить?

Райли немного удивил вопрос. Но ей не надо было думать над ответом.

– Да, – ответила она.

Последний, кого она по-настоящему хотела убить, был Петерсон – монстр-садист, который держал в клетке и мучил её, а потом и Эприл, и в его смерти она нашла жуткое удовлетворение.

– Вспомни тот случай, – попросил Джейк. – Вспомни, как всё было.

На Райли потоком нахлынули воспоминания.

Она была в ловушке под домом, в темноте, уворачиваясь от огня, который двигался к ней. Она слышала мерзкий хохот Петерсона. Но вдруг что-то изменилось. Больше мучили не Райли, теперь на её месте оказалась Мари, Петерсон издевался над ней, а Райли никак не могла остановить его. Она знала, что Мари уже мертва, но всё равно пыталась как-нибудь прорваться сквозь темноту к убийственному источнику света.

Когда она подобралась поближе, она увидела, что на самом деле плачет и защищается от огня Эприл. Эприл пыталась убежать от человека, который мучил Мари так, что ей пришлось покончить с собой, кто мучил Райли, пока ей не удалось бежать.

Тут всё заполнила темнота и сцена изменилась.

Райли стояла на берегу реки, а Петерсон держал Эприл, связанную по рукам и ногам, над водой.

Эприл отбивалась, но уже вот-вот готова была оказаться в ледяной воде. Райли бросилась к мерзавцу со смертоносной решительностью, которую не часто чувствовала в себе. Она подняла острый тяжёлый камень и ударом по голове заставила мужчину упасть в воду. Она снова и снова била его, размозжив камнем ему лицо, пока река не стала красной от крови.

– Какие ощущения? – спросил Джейк.

Райли поняла, что описывала всё вслух.

– Чудесно, – сказала она, не открывая глаз.

– Теперь ты понимаешь, – сказал Джейк.

«Да, я понимаю», – подумала Райли.

Теперь ей было легко проникнуть в голову Орину Родесу. Всё, что для этого нужно – это представить убийство Петерсона по-другому. На этот раз она подумала об Орине Родесе, как он убивает Кирби Стэдмана в Южной Каролине.

Райли стояла перед мужчиной, по колени в холодной реке. Но на этот раз в руке у неё был полностью заряженный и полный патронов глок. Сейчас она – Орин Родес.

Она выстрелила Петерсону в плечо и смотрела, как он ползёт к берегу, пытаясь скрыться от неё.

Наслаждаясь болью и ужасом своего неприятеля, Райли делала один выстрел за другим, один за другим…

Глаза Райли открылись. Джейк смотрел на неё с выражением полного понимания.

– Ты понимаешь, зачем я это сделал, ведь так? – спросил он.

– Да, – ответила Райли.

В конце концов, её собственная тёмная жажда мести ничем не отличается от жажды Орина Родеса.

– Ты всё ещё чувствуешь себя слабой и неподготовленной? – спросил Джейк.

Райли отрицательно покачала головой.

Джейк улыбнулся.

– Отлично, – сказал он. – Тогда за работу.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

Неожиданно Райли почувствовала себя обновлённой и полной энергии и белой ярости, готовой сосредоточиться на деле. По улыбке Джейка она видела, что он разделяет её возбуждение.

– Так какие улики у тебя есть? – спросил он.

– Есть пара штук, в которых я никак не могу разобраться, – сказала Райли.

Она передала Джейку записку, которую они с Биллом нашли в комнате Родеса.

– Мы с Биллом нашли её, когда обыскивали комнату, которую Родес снял в Филадельфии. Кто-то послал её Родесу по обычной почте.

Джейк вслух прочитал сообщение.

– «Рад, что тебе понравился дом с картинки». Что за картинка?

– У нас с Биллом нет никаких соображений, – ответила Райли. – В конверте не было картинок. Но прошлой ночью я нашла на парковке, где была убита Эмбер Тёрнер, вот это. Я не послала это в Квантико на экспертизу, потому что меня сняли с дела и скорей всего это не очень важно. Но меня мучает предчувствие.

Она передала Джейку вырезку из журнала.

– Выглядит смутно знакомо, – сказал Джейк. – Думаю, я уже где-то это видел.

– Думай, Джейк! Откуда это может быть?

Он переворачивал вырезку то на одну, то на другую сторону, и наконец сказал:

– Не могу вспомнить. Дело в этих мангровых деревьях во дворе. В Эверглейдсе таких полно.

Райли ощутила подъём. Она сказала:

– В своей хижине в Южной Каролине Родес оставил буклеты о Эверглейдсе. Должна быть какая-то связь.

– Давай посмотрим, что я могу найти.

Джейк включил компьютер и, бормоча себе под нос, стал что-то искать.

– Не здесь. Но может быть в папке с заброшенными домами, которые мне показывал Стремит.

Он зашёл на какой-то сайт и стал листать картинки.

– Вот оно! – закричала Райли.

Джейк щёлкнул по картинке, и она открылась на весь экран. Он пододвинулся поближе и прочитал подпись.

– Да. Это заброшенный дом в Эверглейдсе.

– В парке? – спросила Райли.

– Он был построен до того, как Эверглейдс стал Национальным парком. Таких мест много по всей Флориде – заброшенные коттеджи, принадлежащие раньше криминальным авторитетам, пока их не догнали грязные дела. Именно этот принадлежал одному мафиози – Фингерзу Луканза, вроде бы так его называют.

Джейк откинулся в кресле и ухмыльнулся.

– Старший рейнджер в парке – мой старый товарищ, его зовут Вилбур Стрейт. Он рассказывал мне об этом доме и показывал фотографии. Я и забыл об этом.

Райли уже просто разрывало от возбуждения.

– Так Родес сейчас там, Джейк! На это указывают три улики: письмо, которое он получил в Филадельфии, буклеты о Эверглейдсе, а теперь эта фотография. Он прячется в этом заброшенном коттедже. Нужно ехать туда прямо сейчас!

Джейка рассмешило нетерпение Райли.

– Давай-ка, успокойся немного. Мы ещё ничего не знаем наверняка. Чем нестись туда неподготовленными, давай проверим информацию. Давай позвоним Вилбуру

Джейк набрал номер своего друга, старшего рейнджера в Эверглейдс. Он включил громкую связь, чтобы Райли тоже могла слушать и говорить. Обменявшись с Вилбуром Стрейтом приветствиями, Джейк перешёл сразу к делу.

– Вилбур, я тут сижу со старой подругой с ФБР. Мы с ней думаем, что один плохой парень может прятаться в старом особняке Фингерса Луканза. Ты как думаешь?

Вилбур Стрейт задумался на мгновение.

– Точно не могу сказать, – ответил он. – Но у нас тут такая ситуация: пару дней назад, в четверг, пропал турист. Мы не смогли нигде его найти. Он ходил по парку в одиночку, так что я думаю, что его мог сожрать аллигатор, но его друзья говорят, что он опытный турист.

Судя по всему, Орин Родес нашёл ещё одну жертву, подумала Райли. Она решила принять участие в беседе.

– Шеф Стрейт, меня зовут Райли Пейдж, я…

Стрейт перебил её:

– Погодите минуту. Вы сказали Райли Пейдж?

– Верно. А что?

– Проклятие. В тот день, когда пропал турист, на нашу горячую линию поступил звонок. Какой-то тип всё повторял: «Передайте Райли Пейдж, чтобы она была осторожна». Мы понятия не имели, кто такая Райли Пейдж, решили, что кто-то ошибся номером.

Райли и Джейк уставились друг на друга. Она знала, что он думает о том же, о чём и она. Анонимный звонящий – это Шейн Хэтчер, который звонил и после первых двух убийств Родеса. Он всё ещё преследует Родеса. Или работает с ним – в этом Райли по-прежнему была не уверена.

Райли сказала:

– Шеф Стрейт, мужчину, которого мы ищем, зовут Орин Родес. Он вооружён и крайне опасен. За последние несколько дней он убил по меньшей мере двоих человек. И если он скрывается в особняке, нам нужно достать его. Как вы считаете, сможем ли мы собрать группу захвата для штурма особняка?

Стрейт уверенно ответил

– Тут есть несколько рейнджеров, которые смогут вам помочь. Кроме того, можно привлечь местную полицию, которая проходила спецподготовку.

Райли спросила Джейка:

– За сколько мы доедем до Эверглейдса?

– За пару часов, – ответил он.

Райли сказала:

– Шеф Стрейт, как вы считаете, успеем ли мы собрать команду, чтобы атаковать их сегодня?

– Конечно, – ответил Стрейт. – Будет уже вечер, но мы доберёмся дотуда до темноты.

У Райли зазвонил мобильник, она увидела, что звонит Билл.

– Мне нужно ответить, – сказала она Джейку и старшему рейнджеру. – Вы пока доработайте план.

Райли встала и вышла на балкон, где ответила на звонок Билла.

– Здесь творится полная неразбериха, Райли, – сказал Билл. – Крейтон и Хуанг опрашивают всех в Апексе, кто знал Эмбер Тёрнер – её семью, друзей, коллег и всё такое прочее. Никто ничего не знает. Девушка никак не связана с Родесом. Пока оба убийства выглядят случайными, как ты и говорила.

– Я ни капли не удивлена, – сказала Райли.

Билл продолжал:

– Проблема в том, что Крейтон не сдаётся. Она уверена, что мы найдём что-то, если опросим абсолютно всех. Она сводит весь город с ума, здесь уже скоро паника начнётся. Из-за неё люди думают, что могут стать следующей жертвой убийцы.

Райли застонала. Билл прав – просто неразбериха.

– И что ты собираешься делать? – спросила Райли.

– Я в аэропорту, – сказал Билл. – Полечу назад в Квантико. Волдер глух, но может быть послушает Мередит. Но такое нельзя решать по телефону, я должен лично обо всём позаботиться. И я сделаю всё, что в моих силах, чёрт побери, чтобы вернуть тебя в дело!

От волнения Райли не могла дышать.

– На самом деле, я в деле, – сказала она. – И кажется, у меня что-то есть. Я приехала к Джейку Криваро в Майами. Мы совершенно уверены, что Родес отсиживается в старом особняке в Эверглейдс. Хэтчер тоже где-то там. Мы с Джейком собираемся поехать туда прямо сейчас. Встретимся там с штурмовой группой, которую сейчас собирает старший рейнджер.

Билл замолчал.

– Там есть где приземлиться джету ФБР? – спросил он.

– Сейчас узнаю, – сказала Райли. Она сунула голову в дверь и спросила Джейка: – В Эверглейдсе есть аэропорт?

Не прерывая разговора с шефом Стрейтом, Джейк кивнул.

– Да, – сказала Райли Биллу.

– Отлично, встретимся там.

Они с Биллом закончили разговор. Какое-то время Райли ещё стояла на балконе, глядя на Майами и собираясь с мыслями. Они потратят немного времени, чтобы забрать Билла, но она уверена, что его помощь будет не лишней.

«Неужели это происходит на самом деле? – спросила она. – Неужели мы догнали Родеса?»

Облава потребует много сил и будет сопряжена с риском. Райли очень хотелось, чтобы она оказалась права.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Огромный внедорожник вёз Райли в Эверглейдс, а нервы её уже были на пределе. Она была уверена, что вот-вот произойдёт нечто важное. Она надеялась, что скоро с царством ужаса Орина Родеса будет покончено навсегда.

Она ехала с Джейком Криваро и командой из нескольких рейнджеров и полицейских, некоторые из которых были одеты в пуленепробиваемые жилеты. За рулём сидел старший рейнджер Вилбур Стрейт. Следом ехал ещё один внедорожник, в котором было ещё несколько хорошо подготовленных копов и рейнджеров.

Дорога шла вдоль ручья по низкому карликовому кустарнику. Впереди взлетел белый пеликан, и Райли решила, что в других обстоятельствах она бы с удовольствием полюбовалась пейзажем. Она узнала растущий у воды бамбук, но остальные растения из зарослей были ей незнакомы. Наконец в лучах вечернего солнца она заметила зловещие глаза аллигаторов, наблюдающие за автомобилем из ручья. Она поняла, как мог пропасть одинокий турист.

Машины доехали до аэропорта как раз тогда, когда джет ФБР ехал на место стоянки. Боковая дверь самолёта открылась и оттуда вниз по траппу на раскалённый асфальт выбежал Билл. На его плечах тоже висел не пробиваемый жилет.

Райли подбежала к нему.

– Рада, что ты смог выбраться, – сказала она.

Билл широко ей улыбнулся и погладил её по плечу.

– Ни за что бы не пропустил такое, – сказал он.

Они забрались в машину. Пока шеф Стрейт заводил машину, Райли быстро представила Джейка Биллу. Мужчины много слышали друг о друге от Райли, но никогда лично не встречались. Они одобрительно осмотрели друг друга.

Райли радовало, что рядом с ней и Джейк, и Билл. Оба она были самыми важными людьми, с кем она когда-либо работала за всю свою карьеру. А теперь они все вместе, работают втроём. Приятное ощущение.

Пока Билл застегивал жилет, Райли достала фотографию дома, к которому они направлялись. Билл взял фото и стал с фонариком изучать его.

– Помнишь записку, которую кто-то послал Родесу в Филадельфию? – спросила Райли.

– Думаешь, это тот дом?

– Возможно. Я нашла фотографию на парковке в Джексонвилле. А в Южной Каролине он искал информацию о Эверглейдсе.

Билл медленно кивнул.

– Звучит так, будто мы наконец нашли его, – сказал он.

– Надеюсь, что так, – сказала Райли.

Спустя несколько минут шеф Стрейт объявил:

– Приближаемся к месту.

Вскоре Стрейт остановил автомобиль на частной просёлочной дороге, отгороженной цепью, закрытой на ключ. Он вышел из машины и болторезом перерезал цепь, затем сел обратно и снова поехал. Внедорожник сильно качался и кренился на заросшей гравийке.

– Судя по всему, последний раз здесь кто-то ездил очень давно, – сказала Райли.

– Многие добираются сюда на аэроглиссере вместо машин, – сказал шеф Стрейт.

Наконец, в поле зрения показался особняк. Шеф Стрейт остановил машину и выключил фары. Второй автомобиль остановился сзади. Все десять членов импровизированной команды собрались вместе.

Уже наступили сумерки. Райли с трудом разглядела, что через тропу перед ними переползла огромная тёмная змея.

Шеф Стрейт повёл Райли, Билла, Джейка и всех остальных. Когда они в тишине подошли к особняку, Райли увидела, что он стоит рядом с каналом – Родес действительно мог добраться сюда на аэроглиссере. Возможно, он спрятан где-то в густых зарослях.

Райли покрылась потом – скорее от нервов, чем от прохладной тропической погоды. Её фонарик высветил движение на берегу, и она заметила аллигаторов, встревоженных появлением людей. Один широко раскрыл зубастый рот, а затем все они медленно спустились в воду.

Шеф Стрейт собрал всех членов команды, а затем они разошлись в разные стороны, занимая заранее оговоренные позиции вокруг дома. Даже сейчас, почти в полной темноте Райли видела, что это действительно особняк, который она видела на фотографии – построенный из красного кирпича и окружённый крыльцом с белыми колоннами. Он выглядел больше и дряхлей, чем на картинке: полые руины со множеством выбитых окон.

Жуткое место и это здание потрясли воображение Райли. Сколько времени прошло с тех пор, как повсюду здесь ходили члены семьи и хорошо одетые гангстеры? Сколько преступных планов было здесь составлено? Сколько убийств было совершено прямо на этой территории?

«Орин Родес, наверное, чувствует себя здесь как дома», – подумала Райли.

В доме нигде не горел свет. Но это не значит, что внутри никто не прячется.

Стрейт передал Райли рупор. Она подняла его и сказала:

– Орин Родес, говорит специальный агент ФБР Райли Пейдж. Дом окружён. Выходите через парадную дверь с высоко поднятыми руками.

Её слова эхом разнеслись по пустому дому и окружающим джунглям, но ответа не последовало. Райли не удивилась. Но она не понимала, чего ожидать. Один ли здесь Орин Родес или в засаде ждут его сообщники? Может быть, среди них и Шейн Хэтчер?

Райли снова сказала в громкоговоритель:

– Повторяю, выходите с поднятыми руками.

Снова никакого ответа. Райли, Билл и Стрейт переглянулись и достали своё оружие. Они заранее решили, что в случае необходимости войдут в здание втроём. Остальные члены команды будут ждать снаружи, чтобы никто не мог сбежать. Но когда они начали идти к крыльцу, рядом с ними пошёл Джейк Криваро, лукаво улыбаясь Райли.

Райли забеспокоилась. Это шло вразрез с их планом. Стоит ли Джейку с его больными коленями, плохим зрением, слуховым аппаратом и кардиостимулятором идти с ними?

«Сейчас нет времени спорить», – решила Райли.

Кроме того, она прекрасно понимала Джейка. Проведя на пенсии много лет, он не собирался теперь оставаться в стороне. Он желал действовать, и Райли не могла его в этом винить.

Во главе с Райли вся команда вошла в дом через приоткрытые двойные двери парадного входа. С фонариками и пистолетами в руках они пошли по широкому коридору, попутно заглядывая во все двери.

Затем они остановились и прислушались. Тишина говорила о том, что кроме них в доме нет ничего живого. Изнутри дом казался ещё более большим и жутким, чем снаружи.

Шеф Стрейт тихо произнёс:

– Нужно лучше осмотреть комнаты.

Трое мужчин отделились, чтобы обыскать помещения, в то время как фонарик Райли высветил винтовую лестницу, ведущую вверх на балкон. Райли стала подниматься по ней.

Поднявшись, она тихо пошла по балкону, пока не наткнулась на двойные двери. Она осторожно открыла их и вошла в огромную комнату. Вдоль всех стен в комнате располагались высокие окна, которые сейчас зияли темнотой. Затем луч её фонаря наткнулась на что-то прямо в центре помещения.

Райли остановилась и посветила прямо на объект. Это было кресло с прямой спинкой, отвёрнутое от Райли. Там кто-то сидел. Похоже было на человека, чья голова была неловко наклонена в сторону.

– Орин Родес? – резко произнесла Райли.

Но она уже чувствовала, что это не он. В комнате стояла знакомая вонь. Кто бы то ни был человеком в кресле, он уже несколько дней мёртв.

Она осветила фонариком всю комнату, чтобы убедиться, что больше в ней никого нет. Затем она крикнула своим товарищам вниз:

– У меня тут кое-что есть.

Услышав поднимающиеся шаги, Райли обошла кресло. В нём сидел человек. Его глаза и рот были широко открыты. Судя по запаху и изменившей цвет коже, он был мёртв по меньшей мере два дня. Как и трупы в Южной Каролине и Апексе, его тело было изрешечено пулями.

Райли закрыла нос, чтобы не дышать. Она была уверена, что нашла убийцу. А этого мужчину не утащил аллигатор. Он не стал жертвой диких животных, что было бы естественно в таких условиях. Вместо этого он стал очередной случайной жертвой маньяка.

«Но где же Орин Родес?» – гадала Райли.

Поднеся к лицу платок, Райли более пристально стала осматривать тело, когда к ней подошли Билл, Джейк и Стрейт.

– Его убили прямо здесь? – спросил шеф Стрейт.

Райли решила, что это хороший вопрос. Насколько сильно Родес придерживается своего стиля? Она стала объяснять, показывая на детали:

– Обычно Родес любит мучать жертв, заставлять их молить о пощаде и пытаться бежать. Но вокруг стула нет крови, и нет следов крови, которые вели бы сюда. Значит, его убили не здесь.

Джейк тоже указал на тело:

– Его одежда порвана и грязная, – сказал Джейк. – Значит, Родес гнался за ним на улице, пока не пустил последнюю пулю в лоб.

– Верно, – сказала Райли. – Затем Родес притащил тело сюда. Турист невелик ростом, так что Родес мог проделать это самостоятельно.

Райли огляделась. Ничто не указывало на то, что Родес провёл здесь много времени. Но это, конечно, ничего не значило. Она вспомнила, как тщательно он убрался в своей хижине в Южной Каролине перед отъездом.

Билл сунул руку в карман куртки жертвы.

– Тут что-то есть, – сказал он.

Он достал из кармана конверт. На нём не стояло подписи, но Райли знала, что оно адресовано ей.

Билл, видимо, тоже это понял. Он передал ей конверт, и она открыла его. На простом листке бумаги знакомым почерком Родеса было написано очень короткое послание:

Ты проиграла!

Если придёшь одна, можешь успеть застать её живой.

Билл, Джейк и шеф Стрейт стояли и смотрели на записку в её руке.

– Какого чёрта это может значить? – спросил Джейк.

Райли ничего не ответила. Но ей смысл этих слов был ясен, как никогда. Орин Родес обманул её, заведя в неправильное место в неправильное время. Он позаботился о том, чтобы она оказалась так далеко от дома, как только возможно.

Потому что всё это время настоящей его целью была Эприл.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

Снаружи было холодно, но Эприл наслаждалась видом с балкона на третьем этаже. Им с папой удалось снять действительно замечательный домик в Чинкотеге. Он был трёхэтажный, со множеством комнат, балконов, террас с видом на воду.

Конечно, Эприл знала, что не должна здесь находится. Ей было строго наказано не выходить на улицу и держаться подальше от окон. Но Дарлен, агент, чья задача была защищать её, готовила перекус на кухне, а папа был где-то в доме, работал над судебным делом на компьютере.

«Каникулы называется», – подумала Эприл.

Ей следовало догадаться, что папа не сможет забросить работу даже на день-другой.

Не то, чтобы её это сильно беспокоило. Никто не заметит, что она вышла на несколько минут. Она подумала, что просто нельзя приехать в Чинкотег и не насладиться видом. А вид был действительно замечательный, из дома было видно всю набережную Ассатиг Чаннел.

Она нашла в доме бинокль и теперь смотрела в него на остров Ассатиг на канале – там-то и жили дикие пони. Она и сейчас их видела – стадо пегих и тёмных лошадок. Они были очень красивые.

Она снова с теплотой вспомнила то, как папа с мамой привозили её сюда, когда она была малышкой. Тогда было лето и можно было увидеть гораздо больше красот. Тогда она смотрела как загоняют пони. Каждое лето 150 диких пони и жеребят, родившихся весной, переплывали канал на остров Чинкотег.

Она улыбнулась, вспомнив, как заплакала, когда продавали пони, а папа с мамой сказали, что не могут купить ей одного. Конечно, теперь она понимала, что они приняли верное решение. Но тогда она была слишком мала, чтобы это осознать.

Она наклонила бинокль, чтобы осмотреть берег с их стороны канала. Она увидела несколько очень красивых белых птичек. Но когда она вела бинокль вдоль берега, что-то вдруг зацепило её взгляд – похоже на мужчину в куртке. Или ей просто показалось? Она снова стала двигать биноклем, стараясь найти его, когда раздвижная дверь сзади неё открылась.

– Эприл! Что ты здесь делаешь?

Эприл опустила бинокль. Это была Дарлен, вид которой говорил о том, что она ей недовольна.

Эприл показала на пляж.

– Дарлен! – воскликнула она. – Там кто-то есть!

Она передала бинокль Дарлен, и та осмотрела берег.

– Я никого не вижу

Эприл оперлась на перила и снова стала внимательно изучать пляж. Теперь она тоже никого не видела.

– Пойдём внутрь, – сказала Дарлен.

– Но Дарлен…

– Это приказ!

Эприл и Дарлен зашли в дом. Эприл хотелось думать, что мужчина был игрой света, плодом её воображения.

Но его образ висел у неё перед глазами, как вспышка яркого света, которая отпечатывается на сетчатке глаза и снова и снова мерцает, хотя источник света давно исчез. Там действительно кто-то был. И Эприл была уверена, что этот кто-то пришёл за ней.

*

Орин Родес стоял и смотрел на свет, горящий в изящном загородном доме. Там, расслабленные и ни о чём не беспокоящиеся, были отец и дочь.

«Они даже не подозревают, что их ждёт», – подумал он.

Сегодня он видел девчонку – она стояла на верхнем балконе, и смотрела вокруг в бинокль. Затем вышла женщина и вернула девочку в дом – сомнений нет, она из ФБР.

Орин не беспокоился на её счёт. Он был уверен, что справится с ней. И он не заметил в окнах никаких других агентов, не было и наблюдающих в машинах. Он уже с помощью ноутбука выяснил, что в доме нет никакой охранной системы. Всё будет слишком легко.

Хотя ночь была холодной, Орина грело возросшее самодовольство. До сих пор он вёл игру просто идеально. Особенно умным его ходом было нанять дешёвого частного детектива наблюдать за Райаном Пейдж – так он узнал, что девчонку держат под охраной в мотеле.

О том, чтобы нанести удар там, не могло быть и речи. Последнее, чего он хотел, это перестрелки с ФБР. Так что он запасся терпением. И результат не заставил себя ждать: сыщик видел, что девочка уехала с отцом из мотеля и приехала сюда.

Детектив добросовестно предоставил Орину адрес и тот заплатил ему за работу. Орин был так доволен работой детектива, что даже решил не убивать его после всего.

«Но где же Райли Пейдж?» – задумался он.

Чем она сейчас занимается?

Он заставил её гнаться за собой через всю Южную Каролину и Флориду. Его показные, кричащие убийства не остались без её внимания. Ему удалось отвлечь её от семьи. Но заметила ли она менее явные улики?

Например, сообщение, которое он отправил сам себе в Филадельфии? Буклеты с Эверглейдсом, которые оставил в хижине в Южной Каролине? А как насчёт фотографии коттеджа в Эверглейдсе?

И наконец, как насчёт записки, которую он оставил на теле в Эверглейдсе? Конечно, если она увидит её, она всё поймёт. Тогда она уж точно будет молчать и придёт сюда одна, без какой-либо подмоги.

На самом деле, если всё прошло гладко, она, скорей всего, уже мчится сюда. Но он знал, что от случая нельзя ждать многого. Пока случай приносил ему удачу, но он знал, что удача не может длиться вечно. Если потребуется, одного простого телефонного звонка будет достаточно, чтобы заманить Райли Пейдж в ловушку, которую он прямо сейчас для неё устраивал.

Она будет страдать перед смертью, и Хайди будет отмщена. И тогда дух Хайди освободиться, и Орин тоже. Тогда он будет совершать случайные и жестокие убийства, сколько ему заблагорассудится, столько, сколько ему позволит случай.

«Жизнь хороша, – подумал он. – И смерть хороша».

Орин окинул взглядом пляж. Рядом с этим домом не стояло никаких других домов, и в районе было тихо.

Ярче всего свет горел на первом этаже. И он прекрасно видел красивую лестницу, которая вела к главному входу с элегантными двойными дверьми. Горели лампы и на третьем этаже, где, как он считал, располагаются спальни.

На нижнем этаже было совершенно темно, что его совершенно устраивало. Эта часть дома, скорей всего, полностью занята гаражом и кладовой – отличное место, чтобы пролезть в дом незамеченным.

Он осматривал дом из-под осветительной арматуры у гаража. Одна из дверей выглядела многообещающе. Он решил, что она закрыта на засов, но это его не остановит.

Он быстро пересёк освещённую площадку к дверному проёму. Затем выудил из кармана пару «невидимок» – пользоваться ими его научил один взломщик, товарищ по тюрьме. Заколки уже были согнуты под нужным ему углом.

Стоять вот так на свету было самой опасной частью всего предприятия. Но это его не пугало. Он постарался дышать ровней, чтобы успокоиться.

Вставив в замок одну из заколок, как рычаг, он ввёл вторую повыше и стал тянуть на себя, слегка поворачивая. Сделав три попытки, он смог отодвинуть засов.

Он тихо открыл дверь и закрыл её за собой. В комнате было темно, он был рад наконец уйти со света. Какое-то время он молча стоял и слушал. Как он и ожидал, на двери не было сигнализации, и никто не слышал, как он тихонько царапал замок.

Он достал из куртку пистолет и накрутил на него глушитель. Затем с помощью маленького фонарика осмотрел помещение. Он оказался в огромной кладовой. На подставке лежала пара каяков, вёсла висели на стене. Ещё там стояло с десяток коробок на металлических полках – без сомнения для тех, кто хочет прокатиться по каналу.

Из-под двери на другой стороне комнаты пробивался слабый свет. Он медленно открыл её и увидел, что она ведёт в коридор. Лестница вела на этаж, а что там дальше – не было видно.

Прежде, чем он успел начать подниматься, он услышал сверху звук – открывается дверь, подумал он. Слышал ли его кто-нибудь? Или же это просто рутинная вечерняя проверка дома?

На лестнице включился свет и он забежал в тень под лестницу. Шаги были лёгкими – шла женщина или девочка, решил Орин. Затем она вошла в поле его зрения – это была женщина, которая, как он решил, агент ФБР. Она выглядела молодой и неопытной, расслабленной и невнимательной, спускаясь по лестнице, осуществляя, как она думала, обычную проверку. Она даже не вытащила из кобуры на бедре пистолет.

У него зачесались руки помучить её пулями, как он сделал с остальными. Но нет, это убийство должно быть быстрым и эффективным, ведь оно носит чисто практический характер. Удовольствие он получит потом.

Он вышел из тени и поднял пистолет. Время замедлилось, когда она повернулась и увидела его. Её рот открылся от удивления, но прежде, чем она успела издать хоть какой-то звук, он выстрелил прямо ей в лоб.

С широко раскрытыми глазами она качнулась, а затем стала наклоняться в его сторону, так что он смог броситься к ней и подхватить её. Он тихо опустил её на лестницу и прислушался.

Слышал ли кто-нибудь приглушённый выстрел?

Если да – он к этому готов.

Если нет – так даже лучше.

Держа пистолет наготове, он поднялся по лестнице навстречу своей ничего не подозревающей добыче.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ

Эприл играла в компьютерную игру, когда услышала позади себя в коридоре шаги. Минуту спустя Дарлен пошла проводить плановый осмотр нижних этажей дома.

– Всё нормально, Дарлен? – спросила она, даже не оборачиваясь.

Когда ответа не последовало, она повернулась и увидела, что в дверном проёме стоит мужчина.

Она знала, кто он. Она никогда не забудет это лицо. Он изменил внешность – его волосы стали темней, на щеке появился шрам. Но она никогда не сможет забыть эти холодные, злобные глаза человека, который пытался убить её во Фредриксбурге.

Она вскочила на ноги. Её накрыла паника.

Как это возможно? Её мама улетела на юг, сначала в Южную Каролину, а затем во Флориду по следам этого самого человека.

«Не может этого быть!»

Но через несколько секунд в потрясении, она поняла, что он настоящий и что у него в руке пистолет.

Эприл повернулась к отцу, который в той же комнате смотрел спортивный канал по телевизору.

– Папа! – закричала Эприл.

Отец Эприл повернул голову и вытаращил глаза, не веря, что видит взломщика. По его глазам Эприл видела, что он ещё не до конца понял, в какой они опасности.

Он встал и спросил:

– Где агент Олсен?

Он был скорее возмущён, нежели встревожен.

Мужчина оскалился и рассмеялся, покрутив пистолетом перед собой.

– Ты убил её! – закричала Эприл. – Ты убил Дарлен!

Мужчина пожал плечами, как будто из скромности.

– Как-то так вышло, что да, я убил, – сказал он.

Затем он поднял пистолет и направил его на отца Эприл.

«Нет, – подумала Эприл. – Я не позволю ему убить папу».

Она схватила ноутбук, подняла его над головой, а затем изо всех сил швырнула его в мужчину. Он нагнулся и ноутбук пролетел у него над головой. Затем он повернулся к ней.

– Хм, детка, – сказал он. – На этот раз ты меня не одолеешь.

Он начал поднимать пистолет в её сторону, когда Эприл нырнула за мягкое кресло. Она почувствовала ветерок от пули, которая прошла прямо над её плечом. Она ахнула. На неё уже не первый раз нападали, но ещё ни разу не стреляли. Она знала, что он не собирается убивать её – по крайней мере пока. Если бы он хотел, он бы уже была мертва.

И всё же, мысль о том, что в неё стреляют, сводила с ума.

Со своего места на полу, она видела, что отец бросился к своему портфелю. Она знала, что там он хранит собственный большой и опасный пистолет.

«Почему он не мог держать его под рукой?» – подумала она.

Так или иначе, она знала, что должна как можно дольше отвлекать нападающего от папы, чтобы тот успел взять пистолет. Она бросилась всем телом на кресло перед собой, переворачивая его. Мужчина повернулся и посмотрел на неё.

Стоя прямо перед ним и рискуя схлопотать пулю, Эприл потянулась к огромной вазе, стоящей на столике. Она схватила её и бросила в него. Он наклонился и ваза пролетела прямо над его спиной, упала на пол и разлетелась на кусочки.

Этого времени было достаточно, чтобы отец Эприл открыл портфель и достал свой пистолет. Эприл подумала, что по сравнению с оружием преступника он очень маленький и жалкий. И отец обращался с ним крайне неуверенно. Когда он попытался прицелиться, у него задрожали руки.

Но мужчина всё ещё смотрел только на Эприл. Казалось, он не замечает, что задумал её отец. Эприл должна удержать его в таком положении. Она сорвала со стены огромную картину в рамке, побежала к мужчине и замахнулась. Ей удалось выбить оружие из его рук, и оно упало на ковёр.

Он смотрел на неё, а не на её отца. Эприл обернулась, задержала дыхание, надеясь, что её отец воспользуется случаем и пристрелит этого человека.

*

Орин не спускал глаз с девчонки, наклоняясь за пистолетом. По своему прошлому нападению он помнил, что она решительная, умная и храбрая. Будет славно наконец-то её прикончить.

Но прежде, чем он успел поднять пистолет, он услышал выстрел и в стену позади него вошла пуля. Он обернулся. И впрямь: у отца девочки был свой пистолет, ничтожно маленький револьвер 22 калибра. Он целился прямо в Родеса, собираясь с мыслями, чтобы выстрелить ещё раз.

Но выглядел он более напуганным, чем Орин.

Орин на самом деле вообще не боялся.

По глазам мужчины он видел, что тот не знает, каково это – пристрелить кого-то, насмерть или только ранить. Нет, отцу девочки далеко до Орина. Он слишком робкий, слишком трусливый. Орин подумал, что в своей жизни он причинял немало эмоциональной боли людям и в этом плане может считаться бандитом, а вот чтобы причинить боль физическую, не говоря уже о том, чтобы кого-то убить, у него кишка тонка.

Орин начал весело танцевать джигу-дрыгу. Отец девочки выпустил в него пулю, затем ещё и ещё, и все они были далеки от цели. Орин даже рассмеялся: он не в меньшей безопасности, чем если бы в него никто не стрелял.

Выстрелы отца становились всё более хаотичными. Орин переживал только о том, чтобы тот случайно не пристрелил собственную дочь, испортив планы Орина на месть. Орин сосчитал пять выстрелов, а затем резко бросился на мужчину. Он выхватил у него из рук пистолет и направил его против владельца. Держа мужчину в поле зрения, он стал двигаться к тому месту, где уронил свой пистолет.

Тут он услышал позади себя девчонку, которая неожиданно стала колотить по нему своими кулачками. Удары были сильными и жёсткими. Он оттолкнул её, затем повернулся и выстрелил в её сторону, намеренно промахнувшись, но совсем чуть-чуть. Он знал, что выпустил последнюю пулю револьвера.

Девочка отступила на шаг, давая Орину возможность добраться до собственного пистолета и подобрать его. Тогда он поднял пистолет и навёл его – не на девочку, а прямо в голову её отцу. Девочка охнула и отступила на шаг, явно в ужасе за жизнь своего отца.

Держа в левой руке пустой пистолет мужчины, он сделал выпад и ударил девочку по голове прикладом. Удар был сильный, но не настолько, чтобы вырубить её. Он лишь хотел, чтобы она ослабела.

И он видел, что у него получилось. Девочка пошатнулась, но её взгляд всё ещё был направлен прямо на неё, в нём по-прежнему читался вызов. И всё же, теперь она оглушена настолько, что не может чем-то ему угрожать, по крайней мере, несколько секунд – а больше ему и не надо.

Он отбросил пустой револьвер в сторону, держа наперевес свой собственный, гораздо более внушительный полуавтоматический CZ P-09. Он быстро открутил глушитель. Шум его больше не волновал – в этом захолустье никто ничего не услышит. Шум прибавит особую пикантность боли и ужасу, который он собирался причинить.

Переводя пистолет между отцом и дочерью, он махнул Эприл и Райану на пару стульев с прямыми спинками.

– Вы двое, садитесь туда, – приказал он.

Эприл сделала угрожающее движение, но Орин направил пистолет на её отца.

– Даже не думай, – сказал он. – Садись.

Оба послушались. Свободной рукой Орин залез в карман своей куртки, чтобы достать скотч. Теперь он должен примотать их к стульям.

Но что потом?

Его месть будет неполной, если её не будет видеть Райли Пейдж. Он начал сомневаться, что она вообще едет сюда. К счастью, у него уже давно был номер её мобильного. Ему достаточно просто ей позвонить.

Но сначала, впрочем, ему нужно обездвижить своих жертв. Он не мог надолго оставлять девчонку не связанной. Всё ещё держа в одной руке пистолет, он оторвал зубами кусок ленты.

Тоном притворного гостеприимства он сказал:

– Располагайтесь поудобней, ждать придётся долго.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Райли залезла за руль машины, которой она только что завладела в военном аэропорту неподалёку от Чинкотеге. Но прежде, чем Билл успел открыть дверь пассажирского места, она закрыла все двери. Билл с отпавшей от неожиданности челюстью посмотрел на неё через стекло.

Ей ужасно не хотелось этого делать. Когда они нашли предупреждение Орина Родеса в кармане жертвы в Эверглейдсе, Билл использовал все свои связи, чтобы им разрешили тут же лететь назад.

Родес предупредил Райли не говорить никому о предстоящей атаке на её дочь и бывшего мужа. Это было предупреждение, к которому и Билл, и Райли отнеслись серьёзно. Поэтому они не стали брать штурмовую группу.

Билл подбежал к окну водителя. Райли приоткрыла его, сделав щель.

– Какого чёрта ты делаешь? – закричал Билл. – Я должен ехать с тобой!

– Нельзя, Билл. Прости, но нельзя. Если бы мы имели дело с обычным убийцей, мы поехали бы туда вместе. Но Родес не обычный. Мы недооценивали его. Он отправил нас в сумасшедшую погоню, чтобы самому добраться до Эприл. И теперь он точно убьёт её, если я приду не одна.

– Но ведь он об этом не узнает! – сказал Билл.

Райли горестно покачала головой.

– Он узнает, Билл. Он всю дорогу предсказывает каждый мой шаг.

Прежде, чем Билл успел продолжить протесты, Райли закрыла окно и тронулась с места. Она знала, что Билл попытается ехать за ней. Но сначала ему нужно добыть ещё одну машину. Кроме того, она не сказала ему точный адрес, куда поехали Эприл и Райан. Он может узнать его, только позвонив в Квантико, но на это потребуется время. Она надеялась, что этого времени хватит, чтобы она в одиночку справилась с этой ужасной ситуацией.

Как только она выехала на шоссе, у неё зазвонил телефон. Она взяла трубку и услышала полный издёвки и презрения голос:

– Боже, да это же Райли Пейдж собственной персоной! Когда мы говорили в последний раз? О, да шестнадцать лет назад, я полагаю. И обстоятельства были совсем не радостными. А нам ещё нужно столько обсудить! Где же ты? Я тебя жду.

– Они живы? – спросила она.

– Конечно, – ответил голос. – Мы как раз сидим здесь все вместе, тебя ждём. Скоро приедешь?

Райли прикусила язык. Она знала, что не должна говорить, что будет всего через несколько минут. Насколько ему было известно, она ещё во Флориде. Что ж, пусть считает так и дальше.

– Ну? – спросил он. – Не хочешь мне ответить?

От его глумливого тона Райли захлестнула буря эмоций. Но, к её удивлению, страха и ужаса среди них не было. Она не позволяла себе испугаться. Когда-то давно она пыталась понять этого человека и его скорбь по своей девушке. Она даже пыталась ему сочувствовать и где-то в глубине души винила себя за то, что превратила его в монстра.

Но эти чувства давно испарились. Теперь её наполняли чувства, сильно превосходящие злость. Её ярость относилась не только к Орину Родесу – она чувствовала слепую ярость ко всем монстрам, на которых когда-либо охотилась, особенно тех, которые мучили её и любимых ею людей.

Она сыта этим по горло. Орин Родес испытает на себе полную силу много лет сдерживаемого ею гнева. Её трясло от жажды крови, похожей на которую она никогда раньше не испытывала.

Она начала говорить низким голосом, больше похожим на рычание зверя:

– Послушай меня, ты, жалкий ублюдок. Тебе нравится причинять боль другим людям, так? Любишь пускать пули. Любишь делать всё медленно. Но поверь мне, ты и понятия не имеешь, что на самом деле значит слово «боль». Но скоро ты это узнаешь. И я не буду использовать пули. Я разрублю тебя на части, конечность за конечностью, начиная с пальцев на руках и на ногах, пока не доберусь до тела. И будь уверен, я не дам тебе пропустить ни единого мгновения. А прежде, чем ты умрёшь, ты увидишь, как я держу твоё всё ещё бьющееся сердце перед твоими глазами. Ты услышал?

Она услышала хриплый смешок:

– О, я отлично тебя услышал. Жду с нетерпением.

Орин Родес резко повесил трубку.

Райли нажала на газ. Она знала, что не может терять ни минуты.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Орин Родес безжалостно ударил связанного мужчину по лицу. Он ударил его по левой скуле так сильно, что заболел его собственный кулак. Боль была приятной. Было славно выпустить пар. Но на самом деле Орин чувствовал досаду.

Он только что договорил с Райли Пейдж и знал, что она в пути. Но сколько ей потребуется времени, чтобы добраться досюда? Если она всё ещё во Флориде, на это может уйти несколько часов.

Но как ему узнать, где она? Она не сказала, и в этом смысле преимущество на её стороне.

Не то чтобы большое преимущество. В данный момент в его абсолютной власти находятся две жизни, которые, как он знал, ей очень дороги. И всё же, ему следует обуздать свои импульсы. Ему так хотелось стрелять и в отца и в дочь снова и снова, смакуя каждую секунду их боли. Но пока что они должны быть живы.

Он оглядел лицо девочки. Сидя с завязанным ртом, она смотрела на него и на своего отца в явном ужасе. Выражение её лица приободрило его. Ему не надо даже бить её, чтобы причинить ей боль. Всё, что нужно, это лишь продолжать истязать её отца.

Голова мужчины наклонилась вперёд, он тихо стонал сквозь заклеенный лентой рот. Орин схватил его за волосы и поднял его лицо.

– Ты слышал, о чём мы говорили? – усмехнулся он. – Не слышал, что твоя бывшая сказала мне? Она сказала мне чувствовать себя как дома, а пока избить тебя, как мне только заблагорассудится.

Солгав, он снова поднял кулак и с силой опустил его на скулу мужчины.

Интересно, сколько ему придётся продержать его в живых прежде, чем он сможет его убить?

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Райли нашла нужный адрес и припарковала машину снаружи красивого загородного дома. Открыв дверь автомобиля, она заметила, что вокруг очень тихо. Но какой бы округа ни казалась мирной, Райли знала, что за этими стенами прячутся насилие и ужас.

Она вылезла из машины и как можно тише захлопнула дверь. Она увидела, что на втором этаже горит свет, а также зажжено несколько ламп на третьем. На первом этаже было темно.

Райли задумалась, как ей лучше поступить. Врываться через парадную дверь было бы глупо. Гораздо лучше, если ей удастся войти незамеченной – если это возможно. Она приблизилась к дому, размышляя о других вариантах. Она быстро нашла дверь рядом с входом в гараж, которая была открыта.

По спине у неё пробежал холодок, когда она поняла, что именно этим путём зашёл и Родес. Там ли он ещё? Если он уже ушёл, остался ли в доме кто-нибудь живой?

Райли включила фонарик и вошла в комнату, которая оказалась кладовой. Там она остановилась и тщательно прислушалась. Ничего не было слышно. Во всём доме стояла оглушительная тишина. Это показалось ей неправильным – ужасно, омерзительно.

Она открыла дверь на другом краю комнаты. Сюда лился свет с верхнего этажа. На лестнице неподалёку лежало тело. Подойдя поближе, Райли увидела, что это Дарлен Олсен, агент, которую Люси отправила защищать Эприл и её отца.

Райли почувствовала вспышку вины. Ей следовало знать, что молодая, зелёная девушка-агент не сможет справиться с Орином Родесом. А теперь её многообещающая, молодая жизнь безжалостно оборвана.

Но сейчас нет времени предаваться сожалениям. Всё ещё стараясь вести себя максимально тихо, Райли пошла наверх, шаг за шагом.

Оказавшись наверху, она через открытую дверь вошла в коридор. Везде горел свет. Двигаясь по коридору, она быстро заглянула в кухню и в столовую, мимо которых прошла. Никого. С растущим дурным предчувствием, она подошла к двойным дверям в конце коридора.

Зайдя в гостиную, она увидела их – Райана и Эприл. Оба они скотчем были привязаны к стульям посреди комнаты. Их рты были заклеены. Голова Райана неподвижно висела, но Эприл широко открытыми глазами смотрела на мать.

Райли бросилась к дочери. Она осторожно сорвала ленту с её рта и собиралась уже издать крик радости, когда Эприл перебила её резким шёпотом.

– Тихо! Он ещё в доме!

Райли понимающе кивнула. Она увидела, что голова Райана всё ещё неподвижна, а он, по-видимому, без сознания.

– Как твой отец? – шёпотом спросила Райли.

– Не знаю, – ответила Эприл. – Он сильно избил папу, после того, как связал нас и заклеил рты.

Райли подошла к Райану и наклонилась к нему. К её облегчению, она нашла у него пульс и поняла, что он дышит. Тогда Райли опустилась на колени рядом с Эприл.

– Где он сейчас? – прошептала она.

– Не знаю. Вышел в коридор. С тех пор он не возвращался.

Райли встала и прислушалась. Она ничего не слышала. Она вернулась в коридор и снова проверила кухню и столовую. Затем вернулась к лестнице. Внимательно осмотревшись, она заметила тонкий след крови, который вёл на третий этаж.

Дверь в конце лестницы вела в ещё один коридор. Там тоже горел свет.

И там, к сущему удивлению Райли, на полу лежал Орин Родес.

Его руки и ноги были связаны сзади липкой лентой, рот тоже был заклеен скотчем. Вокруг его шеи была обмотана цепь. Когда он стал извиваться от боли и ужаса, она зазвенела. Райли видела, что он жестоко избит, по-видимому, цепью.

Неподалёку лежал нож для разделки мяса, однако на нём не было крови, так что Райли не понимала, откуда взялись раны Орина.

Поначалу Райли не могла уяснить, что произошло.

Но потом, глядя на побитого убийцу, до неё начало доходить.

Шейн был здесь.

Он отвлёк Родеса от его добычи, и сделал с ним это.

Но в здесь ли ещё Хэтчер?

Странно, но Райли это почти не волновало.

Буквально только что она поклялась отомстить Орину. А теперь он, полностью беззащитный, лежал у её ног.

Она подобрала нож, наклонилась и зловеще уставилась прямо в глаза Орину Родесу. Она не могла вспомнить, когда ещё она смотрела в самое сердце такого чистого страха. А ему было чего бояться.

Райли вспомнила, что сказала ему:

«Поверь мне, ты и понятия не имеешь, что на самом деле значит слово «боль». Но скоро ты узнаешь это».

Она почувствовала, что в ней снова вскипает ярость – та жажда крови, которую она чувствовала не только по отношению к Родесу, но и ко всем когда-либо встреченным ею монстрам.

Она может сделать это сейчас. Она действительно может отрубить Родесу конечность за конечностью. Возможно, она даже может достать его всё ещё бьющееся сердце и показать ему прежде, чем он умрёт, как и обещала. Она знала, что это реально – сотни лет назад палачи постоянно проделывали это перед глумящейся толпой.

Мысль доставляла ей удовольствие. А лучше всего было то, что она может проделать всё это безнаказанно – достаточно лишь сказать, что Хэтчер добрался сюда раньше неё и сделал это сам.

Кто сможет не поверить ей?

«Почему бы и нет?» – подумала она.

Она подняла нож, выбирая, с чего начать.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Держа нож в руке, Райли колебалась. Что-то в выражении лица Орина Родеса изменилось.

Она оторвала ленту с его рта. Он глотнул воздуха, а затем заговорил:

– Это то, что он хочет, чтобы ты сделала, – сказал Родес. – Поэтому он и оставил здесь нож. Он проверяет тебя.

Райли поняла, что Родес прав. Хэтчер хотел проверить силу её характера. И это было как-то связано с вопросом, который он хотел, чтобы она задала себе.

«Готова ли я или только готовлюсь?»

Орин осклабился. Теперь он не выглядел напуганным.

«Он думает, что я не справлюсь», – подумала Райли.

Правда была в том, что она сама начала в этом сомневаться.

– Лучше сделай это, – сказал он. – Поскольку если ты не сделаешь, клянусь Богом, я доберусь до тебя. Даже если мне потребуется потратить на это остаток своей жизни и придётся бежать из каждой тюрьмы на планете, я отомщу. Я сделаю так, чтобы ты мучилась, а затем умерла.

Райли снова начала злиться. Она сильно пнула Орина в живот. Из его лёгких вырвался стон. Но затем он рассмеялся.

– Это всё? – спросил он. – Ты говорила, что научишь меня, что значит боль. А я едва её ощущаю. Знаешь, я всю жизнь живу в боли. Тебе придётся хорошенько постараться, чтобы заставить меня страдать.

Райли с радостью приняла его приглашение.

Она размахнулась и с силой ударила его по лицу, настолько сильно, что на этот раз он застонал по-настоящему и выплюнул зуб.

Больше на его лице не было ухмылки.

Она стояла, тяжело дыша, и не чувствовала к нему ни капли жалости или сочувствия. Она легко могла представить, как заставляет это животное медленно и мучительно умирать и никогда после не жалеет об этом.

«Так почему нет?» – снова спросила она себя.

А причины для этого были. Она никогда не сможет скрыть то, что сделала, от Райана и Эприл. Она знала, что они не станут опровергать ложь, которую она придумает, чтобы выйти сухой из воды. И всё же, им тоже придётся жить с этим. Они станут невольными соучастниками. А они этого не заслужили.

Она отложила нож в сторону. Всё ещё глядя Родесу в глаза, она объявила:

– Орин Родес, вы арестованы.

ГЛАВА СОРОКОВАЯ

Выражение лица Родеса сменилось с неописуемого ужаса до полнейшего недоумения.

Райли достала свой мобильник и набрала 911.

– Говорит Райли Пейдж, ФБР. Мне нужна полиция и скорая. Я сдаю под арест опасного преступника. Здесь убили агента. Убийца ранен, и ещё один мужчина.

Оператор 911 добросовестно записал адрес.

Затем Райли побежала вниз по лестнице, чтобы помочь Эприл и Райану. Когда она спустилась на этаж, она увидела, что внизу лестницы стоит мужчина.

Это был Шейн Хэтчер, который с улыбкой смотрел на неё.

Райли инстинктивно достала пистолет и направила ему в грудь.

Хэтчер держал обе руки по швам, повернув их ладонями к ней.

– Я не вооружён, – сказал он. – Что ты хочешь сделать?

Райли стояла, парализованная нерешительностью. У неё задание арестовать его – или по крайней мере, было, пока её не отстранили, Она могла взять его прямо сейчас, живого или мёртвого. Чтобы он остался жив, ей придётся нанести ему хотя бы одно ранение. Нужно всего лишь прицелиться в его бедро и выстрелить.

Но она не могла этого сделать. Может быть, он и монстр, но он своеобразный союзник. Кроме того, если бы он не остановил только что Родеса, что стало бы с Эприл и Райаном?

– У тебя были ко мне вопросы, – сказал он.

Райли кивнула. Её голова кипела от вопросов.

– Так давай, спрашивай, – сказал Шейн.

– Ты всё время следил за ним, – сказала Райли. – Ты спокойно мог убить его. Ты мог убить его сейчас. Почему ты не сделал этого?

Хэтчер пожал плечами.

– А ты почему не сделала? – спросил он. – Сложный вопрос, не так ли?

Райли задрожала.

– Я не убила его потому, что я не такая, как ты, – сказала она. – Я не монстр,

Хэтчер неожиданно рассмеялся.

– Ой, да брось, Райли. Ты серьёзно пытаешься сказать мне, что спасла этому подонку жизнь исключительно по доброте душевной?

Вопрос застал Райли врасплох. Она знала, что он совершенно прав. Единственная причина, почему она не убила Орина Родеса самым жестоким образом, это забота об Эприл и Райане. Ей всё ещё очень хотелось заставить его кричать от боли.

Хэтчер сказал:

– Помнишь вопрос, который я просил тебя задать себе? Готова ли ты или только готовишься? Что ж, думаю, теперь ты знаешь ответ. Ты готовишься. Ты становишься тем, кем всегда была в глубине души. Можешь называть это монстром или как угодно. И до того времени, когда ты станешь им, времени пройдёт совсем немного.

Райли хотелось сказать ему, что он ошибается. Но слова не шли.

Улыбка Хэтчера стала ещё шире.

– Ты обязана мне, Райли Пейдж, – сказал он.

Затем он медленно повернулся и исчез вниз по лестнице.

Она знала, что должна бежать за ним, арестовать его.

Но не могла себя заставить.

И не знала, сможет ли когда-нибудь.

А это в каком-то роде пугало её больше всего.

*

Райли снова забежала в гостиную.

– Всё будет хорошо, – сказала она Эприл. – Он не сможет ранить тебя.

Дрожащими руками она стала расклеивать ленту, которой была связана Эприл.

– Проверь сначала папу, – сказала Эприл.

Райли поняла, что Эприл права. Она подбежала к Райану и отклеила ему рот. К облегчению Райли, он тихо застонал. Он приходил в сознание.

Она вернулась к Эприл и сняла с неё липкую ленту. Поначалу неуверенно Эприл поднялась на ноги и помогла Райли развязать Райана. Он всё ещё был едва в сознании, так что они положили его на диван.

В этот момент Райли услышала визг приближающихся сирен скорой помощи.

Кроме того, она услышала шаги, поднимающиеся по лестнице. Райли рефлекторно потянулась к оружию. Когда в комнату ворвался Билл, она выдохнула с огромным облегчением. Как она и ожидала, он выяснил, где она, и пришёл на помощь. Она и не думала, что он доберётся так быстро.

– Ты в порядке? – спросил Билл.

Райли почему-то не могла произнести ни слова. Всё, что она знала, это что ей больше не нужно быть сильной, по крайней мере, пока. Она упала на руки Биллу и всхлипнула.

Несколько минут спустя Райли стояла рядом с каретой скорой помощи, наблюдая, как врач осматривает Райана.

– Как он? – спросила Райли.

– С ним всё будет хорошо, – сказал врач. – Небольшое сотрясение, но я не думаю, что есть переломы. Могло быть намного хуже. Думаю, пара дней и его выпишут из больницы.

Райли с облегчением взяла Райана за руку. Он всё ещё был немного заторможен и, похоже, не мог толком сфокусировать на ней взгляд. Он стал двигать ртом, как будто хотел что-то сказать. Райли наклонилась поближе.

– Я не знал, – прошептал он. – Я не знал, Райли…

Райли не успела ответить, как медбригада подняла его в машину.

Райли стояла и гадала, что он имел в виду. Может быть, он пытался сказать, что признателен за работу, которую выполняет Райли? Или же, что никогда не понимал всех ужасов её работы?

Он успокоила себя мыслью, что он ранен не тяжело. И Эприл вроде тоже в порядке. Теперь единственная её проблема в том, чтобы наладить отношения со своими боссами в Квантико.

«Разрешат ли мне вернуться к работе?»

ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ

На следующий день Райли отчитывалась на собрании в Квантико. Она знала, что ставки высоки. Карл Волдер и Брент Мередит присутствовали оба. Также на собрании были Билл, Эмили Крейтон и Крейг Хуанг.

Райли описала роль, которую сыграл Хэтчер в Чинкотеге – особенно то, как он связал и заткнул рот Орину Родесу.

Но она умолчала о разговоре, который у них состоялся на лестнице – этот разговор всё ещё преследовал её.

«Ты становишься тем, кем всегда была в глубине души. Можешь называть это монстром или как угодно».

Когда Райли закончила, некоторое время все молчали.

– Одно кажется несомненным, – сказал Брент Мередит. – Что Хэтчер не был сообщником Родеса. А в точности наоборот.

– Не так быстро, – прорычал Волдер. – Хэтчер всё ещё на свободе и он опасен. Он уже убил одного человека – водителя книжного грузовика Синг-Синга.

– У меня есть все основания полагать иначе, сэр, – возразила Райли.

Волдер озадаченно на неё посмотрел.

– У меня есть основания считать, что водитель был сообщником во время побега, – продолжала Райли. – Я совершенно уверена, что он получил хорошее вознаграждение и теперь заграницей.

Волдер прищурившись посмотрел на Райли.

– У вас есть «основания полагать»? – спросил он.

Повисло молчание. Райли гадала, придётся ли ей показать фотографию, которую ей прислал Хэтчер, на которой водитель отдыхал на пляже, но вместо этого Волдер сказал:

– Агент Пейдж, вы систематически не выполняли мои прямые приказы.

Райли с трудом сглотнула. Неужели её сейчас уволят?

Заговорил Билл:

– Со всем уважением, сэр, разве всё повернулось бы лучше, если бы агент Пейдж выполняла ваши приказы?

Это был отличный ответ, и Райли с трудом сдержала улыбку. Волдер систематически был неправ. Если бы она всё время выполняла его приказы, Родес, скорей всего, всё ещё был бы на свободе. У Волдера не нашлось ответа на вопрос Билла.

– Агент Пейдж, я снимаю вас с дела Хэтчера, – сказал Волдер. – Вы слишком близки с ним. Агенты Крейтон и Хуанг, назначаю вас ответственными за поимку Шейна Хэтчера.

Хотя Райли ничего не говорила, новый приказ Волдера полностью её устраивал. Он был прав – она действительно близка с Хэтчером. Она даже не была уверена, что хочет его ловить. Кроме того, это невозможно: Шейн, как ей известно, найдётся только тогда, когда сам этого захочет. На своих условиях. А это значит, что у Крейтон с Хуангом уж точно нет никаких шансов.

– Чем вы хотите, чтобы я занималась, сэр? – спросила Райли.

Волдер какое-то время молча барабанил пальцами по столу.

– Ожидайте дальнейших указаний, – наконец ответил он. – Я уверен, что вы скоро понадобитесь на другом деле.

Затем Волдер сказал всем присутствующим:

– На сегодня всё. Спасибо за хорошую работу.

Все стали расходиться, и Райли обменялась с Биллом и Мередитом радостными взглядами. На их лицах было написано такое же облегчение, как и у неё – у неё по-прежнему есть работа.

Более того, они ей гордились: ей снова удалось сделать то, что не смогли все остальные агенты.

И несмотря на все глупости, всю внутреннюю политику, этот одобрительный взгляд людей, которых она уважала, ободрил её.

ГЛАВА СОРОК ВТОРАЯ

Следующим вечером Райли и Эприл вместе лежали, свернувшись клубочком, на диване в своём любимом доме. Они жевали попкорн и смотрели самые обычные программы, которые только шли по телевидению.

Райли была в восторге от силы и стрессоустойчивости Эприл. После произошедшего у неё остались синяки, но никакого эмоционального потрясения она, похоже, не испытала. Она вышла из испытания сильней, чем была. Почему-то то, что она побила Родеса во время его первого нападения, придало ей уверенности.

Райан беспокоил Райли куда больше. Сейчас он был в больнице, восстанавливался после сотрясения. Он поправится, но он определённо травмирован.

Райли вспомнила его слова:

«Я не знал. Я не знал, Райли».

Райли всё ещё не была уверена, что правильно поняла его слова. И она понятия не имела, какие у них теперь будут отношения. Не исчезнет ли та капля доверия, которую они начали испытывать друг к другу? И что насчёт Блейна? Его тоже травмировали и едва не убили.

Она вспомнила, Что Блейн сказал ей в больнице:

«Ради вас с Эприл я способен на гораздо большее».

Насколько серьёзен Блейн в своих намерениях? Не передумал ли он, что хочет общаться с ней ближе? Если так, она не могла винить его за это.

Всё, в чём Райли была уверена, это что она ужасно жалеет о том, что два самых важных мужчин в её жизни оказались в такой опасности. Билл мог справляться с рисками своей работы, но от Райана и Блейна она не могла ожидать того же.

Помимо этого её беспокоила другая мысль, которая засела в её голове.

Эприл как будто почувствовала печаль матери.

– Мама, что не так? – спросила она, прижавшись к ней.

Райли вздохнула, стараясь облечь мысли в слова. Она недавно рассказала Эприл обо всём, что произошло в Нью-Йорке шестнадцать лет назад. Может быть, теперь Эприл может помочь ей принять это.

– Я всё не могу перестать думать о Хайди – девушке Орина Родеса.

– Ты не виновата, мама, – сказала Эприл.

– Думаешь? – спросила Райли. – Когда я убила её, Орин вступил на длинную, неправильную дорогу. И теперь убиты четверо.

Эприл отпустила её из объятия и посмотрела ей прямо в глаза:

– Мам, вот сама подумай. Если бы ты не убила её и не арестовала его, они бы всё равно продолжали убивать. Поверь мне, я знаю. Я почувствовала на собственной шкуре, каким он может быть жестоким. Кто знает, сколько бы тогда погибло людей?

Райли ничего не ответила. Она позволила словам Эприл проникнуть ей в душу.

– Кроме того, – продолжала Эприл, – если бы ты не убила Хайди, она бы убила тебя. Тогда я бы даже не родилась. И поверь мне, эта мысль меня совсем не радует.

Райли улыбнулась.

– Ну, может быть ты бы и родилась, только у другой матери.

Эприл покачала головой.

– Хочешь сказать, моей мамой стала бы какая-нибудь из папиных светских дурочек? Ну уж нет. Если ты думаешь, что я в этой жизни непослушная, то в той я была бы точно невыносимой.

Райли рассмеялась, Эприл тоже.

Райли поняла, что Эприл в каком-то роде права. Сильная молодая девушка, которая сидела рядом с ней, в каком-то смысле выиграла от столкновения их с Райаном интересов. Эприл научилась принимать решения, а не просто соглашаться с тем, что казалось классным. И она училась сама о себе заботиться.

*

Райли снова расслабилась и постаралась сфокусироваться на каком-то глупом телешоу, когда у неё зазвонил телефон.

Звонил Гаррет Хольбрук, её коллега по ФБР из Аризоны, который нашёл дом Джилли у своей сестры, Бонни Флаксман. С бьющимся сердцем Райли приготовилась к плохим новостям.

– Райли, боюсь, что Джилли снова убежала, – сообщил Гаррет.

– Почему? – спросила Райли. – Что случилось?

– Бонни и её муж выяснили, что Джилли отправилась обратно на стоянку фур, где ты её нашла.

Отчаяние Райли усилилось. Она спасла Джилли со стоянки, когда та уже собиралась попробовать себя в качестве проститутки. Райли с трудом могла поверить, что Джилли решила вернуться в тот ужасный мир.

– Бонни и её муж поехали туда и нашли её, а потом наказали, – сказал Гаррет. – Ей это не понравилось, и на следующий день она бежала.

Райли не знала, что сказать.

– Райли, Бонни сказала, что с неё хватит. Она надеялась удочерить её, но всё произошедшее так потрясло её, что она отказалась от этой мысли. Джилли сказала, что хотела навестить друзей, но Бонни боится, что в итоге Джилли станет проституткой. Я старался найти её и отправить обратно в приют, но пока безуспешно.

Райли глубоко вдохнула. Настроение у неё снова упало.

– Спасибо, что сообщил мне, Гаррет. Пожалуйста, дай знать, если… нет, когда вы найдёте её.

– Непременно.

Райли отключилась и теперь тупо смотрела на экран с выключенным звуком.

Эприл сказала:

– Это насчёт Джилли, да? Она снова убежала?

Райли кивнула.

– И что ты собираешься делать? – спросила Эприл.

Вопрос повис в воздухе, когда Райли поняла, что не имеет понятия.

– Ты просто оставишь её вот так – одинокой и запутавшейся? – наконец спросила Эприл.

Райли поразила глубина заботы Эприл.

– Джилли нужна помощь, – сказала она. – Но что я могу для неё сделать? Все вокруг меня рано или поздно оказываются в опасности. Кроме того, в этом мире полно проблем. Я не могу решить их все.

– Нет, – согласилась Эприл, – все не можешь. Но одну из них можешь. А для человека это ведь весь мир, правда?

Райли посмотрела на свою дочь, восхищаясь её мудростью. Она была тронута.

Райли не могла не кивнуть в ответ.

– Я могу помочь, – тихо сказала Эприл, держа её за руку. – Приводи её сюда, а я помогу воспитать её.

Эприл посмотрела на мать умоляющими, отчаянными глазами.

– Мне нужно ей помочь, – добавила она.

Райли сразу же поняла, что её дочь имеет в виду себя – она видела себя в Джилли, так что, спасая её, она в некотором роде очищала себя.

Райли вздохнула, чувствуя на своих плечах тяжесть всего мира.

– Не знаю, Эприл, – призналась она. – Я правда не знаю.

*

Позже тем же днём, когда Эприл уже давно уснула, Райли сидела в кровати и не могла заснуть. Она посмотрела на часы: два часа ночи.

Она встала и тиха пошла по спящему дому, кроме её шагов не было слышно ни звука. В голове её всё ещё эхом отдавались слова Эприл:

«А для человека это ведь весь мир, правда?»

А ещё:

«Мне нужно ей помочь».

Райли размышляла над этим.

И чем больше она думала, тем лучше понимала, что она тоже нуждается в том, чтобы ей помочь.

Есть маленькая девочка, которой нужна её помощь, которой не к кому обратиться на всём белом свете.

И если Райли тоже отвернётся от неё, это будет всё равно, что позволить ей умереть.

Райли глубоко вдохнула. Теперь она знала, что должна сделать.

Она поедет в Аризону.

И вернёт Джилли.

КОГДА СТРАСТЬ СИЛЬНА

(Загадки Райли Пейдж – книга № 6)

«Шедевральный триллер и детектив. Пирс проделал потрясающую работу, проработав психологию персонажей, описывая их так хорошо, что мы можем ярко их представить, разделяем их страхи и вместе с ними надеемся на успех. Сюжет тщательно продуман, ваш интерес не стихнет во время всего чтения. Полная неожиданных поворотов, эта книга заставит вас не спать ночами, пока не дочитаете до последней страницы».

– Отзывы о книгах и фильмах, Роберто Маттос (про «Когда она ушла»)

На окраине Сиэтла находят тела мужчин и женщин, отравленных загадочным ядом. Вскоре становится ясно, что охота идёт на извращённого серийного маньяка, и тогда ФБР обращается к своему лучшему агенту: специальному агенту Райли Пейдж. Райли торопят вернуться к работе, но у неё нет желания это делать: она сама ещё не отошла после нападения на свою семью. Тем не менее, когда количество трупов увеличивается, а убийства становятся всё более странными, Райли понимает, что выбора у неё нет.

Расследование заводит Райли в ужасный мир домов для престарелых, больниц, странных сиделок и пациентов с психическими заболеваниями. Райли проникает всё глубже в разум маньяка и понимает, что с более жутким убийцей она не сталкивалась за все годы работы в ФБР: его безумие не знает границ, но на вид он совершенно нормальный человек…

Тёмный психологический триллер с волнующей интригой, КОГДА СТРАСТЬ СИЛЬНА, это книга № 6 в захватывающей серии (с любимой героиней!), которая заставит вас переворачивать страницы до самой ночи.

Книга № 7 в серии Райли Пейдж скоро в продаже!

КОГДА СТРАСТЬ СИЛЬНА

(Загадки Райли Пейдж – книга № 6)

О Блейке Пирсе

Блейк Пирс – автор сверхпопулярной серии про детектива Райли Пейдж (в серию входят мистические триллеры КОГДА ОНА УШЛА (книга № 1), КОГДА КРУГОМ ОБМАН (книга № 2), КОГДА РАЗБИВАЮТСЯ МЕЧТЫ (книга № 3), КОГДА ПРИМАНКА СРАБОТАЛА (книга № 4), КОГДА ОХОТА НАЧАЛАСЬ (книга № 5) и КОГДА СТРАСТЬ СИЛЬНА (книга № 6), а также автор серий детективов о Маккензи Уайт и Эйвери Блэк.

Детективы и триллеры – то, чем Блейк Пирс интересовался всю жизнь. Блейк с удовольствием с Вами пообщается на своем сайте www.blakepierceauthor.comwww.blakepierceauthor.com, где Вы сможете узнать о нем больше и всегда быть на связи!

КНИГИ БЛЕЙКА ПИРСА

ЗАГАДКИ РАЙЛИ ПЕЙДЖ

КОГДА ОНА УШЛА (книга № 1)

КОГДА КРУГОМ ОБМАН (книга № 2)

КОГДА РАЗБИВАЮТСЯ МЕЧТЫ (книга № 3)

КОГДА ПРИМАНКА СРАБОТАЛА (книга № 4)

КОГДА ОХОТА НАЧАЛАСЬ (книга № 5)

КОГДА СТРАСТЬ СИЛЬНА (книга № 6)

ДЕТЕКТИВ МАККЕНЗИ УАЙТ

ПЕРЕД ТЕМ КАК УБИТЬ (книга № 1)

ПЕРЕД ТЕМ КАК УВИДЕТЬ(книга № 2)

ПЕРЕД ТЕМ КАК ВОЗЖЕЛАТЬ(книга № 3)

ДЕТЕКТИВ ЭЙВЕРИ БЛЭК

ПРИЧИНА ДЛЯ УБИЙСТВА (книга № 1)

ПРИЧИНА ДЛЯ БЕГСТВА (книга № 2)

Content

Пирс Блейк
Когда охота началась (Загадки Райли Пейдж – книга №5)

ПРОЛОГ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА СОРОКОВАЯ

ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ

ГЛАВА СОРОК ВТОРАЯ