Завтра Газета

Газета Завтра 603 (24 2005)

ОПРОВЕРЖЕНИЕ

ОПРОВЕРЖЕНИЕ

ОПРОВЕРЖЕНИЕ

2 марта 2005 года в 9-м (589) номере газеты-еженедельника "Завтра" была опубликована статья "Отказник от "Слова ...", в которой автор допустил грубые и не соответствующие действительности высказывания в адрес губернатора Московской области, бывшего командующего 40-й армией, генерал-полковника Б.В.Громова.

Редакция ознакомилась с документами, свидетельствующими о бесспорных и значительных успехах, которых добилась Московская область за время работы Б.В.Громова на посту губернатора.

По официальным данным, в 2004 году по всем макроэкономическим и отраслевым показателям Московская область сохранила высокие темпы развития, а по ряду показателей вышла на лидирующие позиции в Российской Федерации. Прирост валового регионального продукта (ВРП) Московской области в 2004 году превысил 12%. Его объем составил 585 млрд. руб. Темп роста промышленного производства составил 114,1%. В стоимостном выражении объем промышленной продукции достиг 380 млрд. руб., что на 30 % больше, чем в 2003 году. Расходы областного бюджета по состоянию на 1 января 2005 года исполнены в объеме 62 млрд. 245,9 млн. рублей. По сравнению с прошлым годом они увеличились на 25,9%. Общий объем инвестиций в основной капитал в 2004 году составил 144 млрд. руб. и вырос по сравнению с 2003 годом на 23%. Объем иностранных инвестиций - 1,8 млрд. долл. США, превысил уровень 2003-го года на 43%. В 2004 году построено 5 6733 тыс. кв. метров общей площади жилья или 137,9 % к 2003 году. Введено в строй 9 школ, 5 больниц, 12 поликлиник, 34 спортивных сооружения.

Средняя заработная плата в декабре 2004 года достигла 9 000 рублей.

Следует отметить, что в области отсутствуют экспортные полезные ископаемые, и прирост достигается за счет промышленного и сельскохозяйственного производства.

Редакция признает, что в статье "Отказник от "Слова…" были неверно изложены факты вывода советских войск из Афганистана в 1988-1989 гг. 40-я армия была выведена в точный срок, установленный международными соглашениями и приказами министра обороны без потерь, которые могли быть значительными. За успешное выполнение задания по оказанию интернациональной помощи Республике Афганистан и проявленные при этом мужество и героизм командующему 40-й армией генералу Б.В.Громову было присвоено звание Героя Советского Союза.

Редакция газеты "Завтра" приносит Б.В.Громову свои извинения.

ВЛАСТЬ ОТБРАСЫВАЕТ КОПЫТА И ОТКЛАДЫВАЕТ ЯЙЦА

ВЛАСТЬ ОТБРАСЫВАЕТ КОПЫТА И ОТКЛАДЫВАЕТ ЯЙЦА

Александр Проханов

Александр Проханов

ВЛАСТЬ ОТБРАСЫВАЕТ КОПЫТА И ОТКЛАДЫВАЕТ ЯЙЦА

Культура и власть то вампирически лобзают друг друга, то выгрызают одна в другой кровавые дыры.

Александр Солженицын дребезжащим от слабости и пророческого волнения голосом выступил по правительственному телевидению и указал власти, что она мерзко лжет, называя себя "демократией". Что она воровская — разграбила все гигантские накопления предшествующего периода. Что она людоедская — истребляет население России, как если бы здесь шла Третья мировая война. Заявление верное, хотя слегка запоздалое, ибо пророки в своих громогласных обличениях намного опережают обыденное сознание. У нас же сегодня лишь последний негодяй из правительства или мадам Новодворская всё еще приветствуют преобразования последних пятнадцати лет. Остальной же народ клянет коррумпированную, кровавую, авторитарную власть. Солженицын, явившись в Россию после изгнания, устроил себе громадное путешествие от Находки до Москвы, по всей Транссибирской, где его встречали, как духовного светоча новой России, — подносили хлебы и солонки, чествовали губернаторы и "прогрессивная" интеллигенция. В Москве ему была уготовлена роль "Учителя всея Руси". Центральное телевидение выделило специальную программу, где он вел свой телевизионный "дневник писателя". Научал тому, как "обустроить Россию", предлагал растерянному обществу свой солженицынский "Домострой". Однако власть скоро почувствовала неудобство от национал-патриотических взглядов писателя, отобрала у него телевидение, изолировала в барской усадьбе на берегу Москвы-реки. Писатель не терял времени даром и выпустил книгу о евреях, об их не совсем благотворной роли в русской истории. Книга по тону отличалась от заявлений ныне разыскиваемого Бориса Миронова, который не стесняется говорить о "жидах", однако по духу многие их взгляды совпадают. Это дало основание "прогрессивным интеллигентам" назвать Солженицына юдофобом и антисемитом. И его окончательно "отключили" от власти, которая нашла себе иных патриотических адвокатов, — сервильных журналистов Пушкова и Леонтьева. И вот теперь она, эта власть, вернула Солженицына на экран. Позволила ему кинуть в Кремль, в окна путинского кабинета, огромный булыжник. Мотивы власти остаются загадочными. Скорее всего, она хочет отпрыгнуть от стухшей "идеологии олигархизма" и припасть к национал-патриотическому протесту, в недрах которого вьет свое новое гнездо. Она уже отложила в это гнездо усыпанные бриллиантами яйца Фаберже, и теперь намерена их высиживать. Интересно, как уживутся в этом гнезде Абрамович и Солженицын. Есть признаки того, что солженицынский булыжник будет взят в золотую оправу и усыпан бриллиантами — этакое окаменелое яйцо древнего, исчезнувшего с земли динозавра.

Не это ли произошло с открытием памятника Александру II в Москве? Талантливый Рукавишников в озарении увидел трагизм царя, не сумевшего сочетать "имперское" и "либеральное". Царь продолжал вести имперские войны, присоединив к России Хиву и Бухару. Послал "ограниченный контингент" на Балканы во главе с "белым генералом". Отменил крепостничество, оставив всю землю помещикам, ибо сам был самым крупным землевладельцем России, что преисполнило ненавистью земледельческий народ и зарядило бомбы "народовольцев". Он заплатил своей кровью за неудачные реформы, выполнив свой имперский долг до конца. Это и воплотил Рукавишников в черной, повисшей над пропастью фигуре царя, в его ужаснувшемся лице. На открытие памятника слетелись "либералы": Гайдар, Немцов, прочие "мальчики в розовых штанишках", всячески демонстрируя, что это — их царь, их реформатор, что они продолжают его либеральное дело. Типичный пример наглого присвоения исторического наследия теми, кому оно не принадлежит. Гайдар и Немцов, находясь у власти, провели разрушительные для России "реформы", истребили великие территории, спалили великие ценности, перессорили все народы, поставили русских на грань исчезновения. И при этом не заплатили за свои злодеяния ни жизнями, ни благополучием — по-прежнему живы, формируют политику, преуспевают. Ползут, как липкие слизняки, по холодному мрамору былого имперского величия, оставляя влажный тлетворный след. Они и есть те самые "бесы", о которых писал живший в эпоху Александра II русский писатель-пророк.

Власть боится современного искусства, которое всё, и "левое" и "правое", с отвращением относится к персонажам сегодняшней жуткой "путинианы". Сам Путин — излюбленный карикатурный герой постмодернистских творений. Ни один либерал не стал положительным героем в прозе реалистов. Весь пафос современного искусства, едкого, ищущего, бескомпромиссного, направлен против нынешней власти. И на этом фоне власть присуждает помпезную Государственную премию Ахмадулиной. С тем же успехом ее можно было присудить мумии Нефертити. Находящаяся в поэтической коме, принадлежащая хрущевскому времени, она вдруг оказалась под капельницей кремлевских милостей, — символ того, что кремлевская культура — это культура склепа, музея, исторического чулана, захламленного вышедшими из употребления вещами. Недаром арбитром этих государственных присуждений является камергер Пиотровский — директор самого большого в России склада отживших предметов. Ну и, конечно, неистребимый Швыдкой, "культурный революционер" с целлулоидным сознанием.

Культура — там, где жутко горит "вольтова дуга" современности, и художник берет ее обнаженной рукой и рисует ею картины, пишет романы, испытывая нестерпимую боль своей сгорающей плоти.

Присоединяемся к хору народных поздравлений, чествующих Илью Сергеевича Глазунова в день его семидесятипятилетия, пронесшего эту разящую "вольтову молнию" через всю жизнь, озарившего ею глубины русской истории.

ДЗАСОХАЮЩАЯ «ВЕРТИКАЛЬ»

ДЗАСОХАЮЩАЯ «ВЕРТИКАЛЬ»

Ирина Костикова

ДЗАСОХАЮЩАЯ «ВЕРТИКАЛЬ»

Уход Александра Дзасохова с поста руководителя Северной Осетии не менее символичен, чем его недавнее возвращение "во власть". Старый горбачёвец выплыл из мутной путины политического небытия, как знак новой постсоветской стабильности. Путинский истеблишмент любит поиграться с символикой советской эпохи: придумать новый текст старому гимну, поговорить о возвращении исторического имени Сталинграду и Железного Феликса на Лубянскую площадь. Однако эта декоративная "преемственность" переигрывает любителей политического дизайна, потому что таит в себе гораздо более глубокий, роковой смысл.

Такой человек, как Александр Дзасохов, был и остался весьма специфическим продуктом противоречивой советской эпохи. Её разнообразными, противоположными по смыслу явлениями были Сталин и Горбачёв, Шолохов и Пастернак, Юрий Гагарин и Андрей Сахаров. Дзасохов был кем угодно, только не идейным коммунистом, готовым на лишения, муки и смерть ради счастья трудового народа. Старый партиец горбачёвско-перестроечного призыва, византийский интриган, лукавый царедворец научился ловко обслуживать власть. Его либерал-бюрократические навыки оказались одинаково оценены и Михаилом меченым, и Владимиром невзрачным.

Временное возвращение во власть верного сподвижника форосея-форосёнка действительно знаменовало собой преемственность режима Владимира Путина с советскими временами. Только весьма своеобразным образом — не с эпохой динамичного подъёма и расцвета "русского социализма", а с временами его гниения и упадка. У Михаила Горбачёва были Чернобыль, посадка самолётика Матиаса Руста у Кремля, кровавые националистические погромы в Карабахе-Сумгаите-Фергане. У Владимира Путина — гибель подлодки "Курск", пожар на Останкинской телебашне, затопление космической станции "Мир", война в Чечне, взрывы жилых домов в российских городах, "Норд-Ост", Беслан… И у обоих президентов был Александр Дзасохов.

Совпадение политического дизайна и властных персон не случайно: горбачёвские и путинские времена совпадают тем, что политическими "понтами" прикрывают реальную политическую, экономическую, культурную и нравственную деградацию общества. Но картонные декорации, потёмкинские деревни, потешные полки, весь позлащенный морок "властной вертикали" и "выдающиеся администраторы" разлетаются в пух и прах при столкновении с грозовыми реалиями эпохи бурь и революций.

Ну куда, куда попал этот бедный Дзасохов? В пекло Кавказа, в жерло пробуждающегося Везувия, на пороховую бочку, на "российские Балканы". Туда, где нужны великие политики, гении, народные герои, а не ловкие чиновники, способные лишь ублажать "верхи" извивами гибкой талии. Отрезвление грянуло внезапно, громово, кроваво: Беслан! Террористы захватили городскую школу с учащимися и учителями, выдвинули политические требования: переговоры с федеральным правительством, вывод российских войск с северного Кавказа…

В адском пекле Беслана Александр Дзасохов оказался идеальным путинским чиновником, горбачёвским "сдавальщиком" всего и вся. Не был, не состоял, не числился, с террористами в переговоры не вступал, лично на место происшествия вовремя не прибыл. Кто бы лучше воплотил на местах такие черты тактики федеральный властей в те роковые дни, как пассивность, некомпетентность, невнятность целей? "Первый ингуш" Мурат Зязиков оказался "вне зоны доступа", а Александр Дзасохов проявил способности к высшему пилотажу: связаться можно, а добиться чего-то вразумительного нельзя. Так "идеальный проводник" воли центральной власти Александр Дзасохов сумел только помочь явственно проявить её полную несостоятельность.

Кавказ был и остаётся не только секретным ключом прихода к власти Путина, но и сокровенной тайной, "кощеевым яйцом" её конца. "Вторая чеченская" проложила Владимиру Путину ковровую дорожку к российскому президентству, но нынешнее обострение межнациональных отношений и антироссийских настроений на Северном Кавказе может стать началом его политического конца. Это великая и главная угроза не только президентству, но и послепрезидентскому бытию нынешнего "первого". Ельцинские пенсионные привилегии, роскошная "послежизнь" в Лондоне, или же — Гаага, или, ещё того хуже, новый Нюрнберг… в Беслане?! Ключи от дверей к этой тайне оказались доверены "лучшим из лучших" кадров, таким как Александр Дзасохов.

Грозным испытанием для федеральных властей и их представителя в Северной Осетии стал не только сам Беслан, но суд над единственным оставшимся в живых террористом Нурпашой Кулаевым. Во время осады захваченной террористами школы бездействие и нерешительность "квалифицированных специалистов" породили самодеятельное вооружённое выступление осетин. Неожиданные — или тщательно режиссированные? — откровения "последнего свидетеля" звучат для Путина как огненные "мене, текел, фарес" на пиру Валтасара. Ну почему, почему его не убили, как при попытке захвата — Аслана Масхадова, как в тюрьме — Салмана Радуева, как это, наверное, случится с Шамилем Басаевым? Насколько такие враги удобнее мёртвыми… А, ч-ч-чёрт, ладно, "ополченцы" же осетинские его взяли, но как службисты его живым до процесса довели?

Недобитый боевик очень хочет жить. Пожизненное заключение — надежда, смертная казнь — абсолютный конец. Почему, почему он заявил, что "первый взрыв" спровоцировал исключительно выстрел снайпера снаружи в стоявшего "на кнопке" боевика? Кто подсказал или согласовал такой пассаж? Говорят, что их боевиков-террористов обучали арабы… Может, и тут пообещали жизнь взамен на правильные показания какие-нибудь "арабы"… с Лубянки или из Лэнгли? Ведь выходит, что "равная ответственность" за сотни окровавленных и разорванных на части детских тел лежит и на боевиках, и на тех, кто прямо и исподволь руководил "контртеррористической операцией"? Но тогда почему на скамье подсудимых только одна сторона? Или "вторую сторону" будут судить немного позже?

Бесланский трибунал превратился в томагавк, подвешенный над Путиным, в угрозу "Гааги" или, чего похуже, в первую точку расследования, которое может потянуть и "Норд-Ост", и взрывы жилых домов в российских городах… И уже нет разницы, начался штурм из-за некомпетентности руководителей контртеррористической операцией в Беслане, или как сознательный ход, как страшная кровавая тактика "меньшего зла", чтобы в суматохе хоть кто-то спасся…

Не надо беспокоиться за судьбу Александра Дзасохова. С ним, как и прежде, снова всё хорошо: его отставка брошена, как кость, бушующим протестом осетинам, а самому ему уготовлен "отступной" тёплый ватерклозет в иных весях. Трепетать душой надо за Россию, за её граждан, живущих на Северном Кавказе. Адский котёл закипает, грядут великие потрясения и здесь, и в соседней Южной Осетии. То ли у нас раньше грянет гром, то ли у Саакашвили прежде руки зачешутся. Тот, кто пришёл вослед Александру Дзасохову, может стать либо национальным предателем, либо национальным героем, третьего не дано. Не будем ничего прогнозировать, но именно потому, что час драматического выбора близок, Александра Дзасохова в этой раскаляющейся точке больше нет.

ИГРА ВЛАДИМИРА ИЛЬИЧА

ИГРА ВЛАДИМИРА ИЛЬИЧА

Николай Анисин

Николай Анисин

ИГРА ВЛАДИМИРА ИЛЬИЧА

Громыхнул на днях гром — над рынком неправедных капиталов. Но сверкнут ли за этим громом разящие молнии? Пока не ясно.

Гром был произведен голосом заместителя генпрокурора Колесникова. Фамилия у него мирная, но зовут-то его Владимир Ильич. И он дерзко-уверенно, наверное, как и тот Владимир Ильич в 1917 году (есть такая партия!), заявил в телекамеры: есть готовность замочить всех зело богатых жуликов.

Генпрокуратура, от имени которой говорил Владимир Колесников, — серьезный институт государства. Но сей институт с недавних пор — на крепком поводке Кремля. В свое время администрация Ельцина замаялась, из сил выбивалась, чтоб узаконить в Совете Федерации отстранение от должности тогдашнего генпрокурора Скуратова. Новый же состав верхней палаты парламента на каждый чих из Кремля отвечает: будьте здоровы!

Кому верховодить в Генпрокуратуре, теперь решает исключительно администрация Путина. А это значит, что у главных стражей правопорядка — нехитрый выбор: или служить, исполняя установки Кремля, или подавать в отставку. Колесников состоит на службе на высоком посту и, стало быть, его угрозы крупному жульническому бизнесу одобрены не только его начальником — генпрокурором Устиновым, но и чинами на верхотуре власти. Для чего одобрены? Бабушка надвое сказала.

Дословная цитата из похожего на гром выступления Владимира Колесникова: "Дело ЮКОСА не останется единичным случаем, в наших шкафах еще много подобных дел".

Подчеркнем в этой цитате словосочетание — "еще много подобных дел". Пошло-поехало, сказал тем самым Владимир Ильич: вскоре подобным ЮКОСУ крупным компаниям и их руководителям предстоит держать ответ за нарушение законов. Генпрокуратура уличила в махинациях главу ЮКОСА Ходорковского, добилась вынесения ему сурового достаточно приговора в суде и теперь займется расследованием афер других богачей. Кто на очереди — Владимир Ильич умолчал. Может, Фридман и Авен с их ТНК, может, Алекперов с ЛУКОЙЛом, может, Потанин с "Интерроссом"?

Гадать не будем, а просто бросим взгляд на наплодившихся в ельцинскую пору владельцев фабрик-заводов, газет-пароходов.

Из тех, у кого куры денег не клюют, при Путине пострадали Гусинский, Березовский и вот теперь Ходорковский. Почему именно они пострадали? Потому, вероятно, что активно лезли в политику и пытались приватизировать Кремль. Фридман и Авен, Алекперов и Потанин политических амбиций никогда не выказывали и не выказывают. Так чего ради Генпрокуратуре вникать, как их компании, подобно ЮКОСу, уклоняются от налогов и по-иному мошенничествуют? Нет на то Кремлю резона. Но Владимир Ильич Колесников, как пить дать, играющий по сценарию Кремля, предвестил еще каким-то богачам участь Ходорковского. Зачем?

В минувшем январе власти США наложили штраф в 2 миллиарда долларов на американский фармацевтический гигант за занижение цен во внутренних расчетах между предприятиями концерна. И ни у кого в мире это не вызвало подозрений о необоснованных репрессиях против крупного капитала. Когда же власти России штрафанули за махинации на несколько миллиардов долларов ЮКОС, поднялся шум-гам в мировой прессе: братцы, караул — замаячил призрак крейсера "Аврора".

Надо успокоить так называемое мировое общественное мнение. То есть надо дать понять, что дело ЮКОСа — не революционный переворот, не начало возврата народу уворованного у него, а лишь такая же, как в Америке, акция по наказанию финансовых злоумышленников. Причем, рядовая акция — повторим слова Владимира Ильича: у нас в шкафах много подобных дел.

Но данное заявление Колесникова — оружие многоцелевого использования. Оно — острастка хозяевам крупным компаниям: не уподобляйтесь Ходорковскому, не подкармливайте оппозицию Кремлю — Генпрокуратура найдет правонарушения у всех, у кого захочет. И наконец, пообещав в перспективе много подобных делу ЮКОСа уголовных дел, Владимир Ильич сыграл на утешение все более бедствующих граждан России. А это очень потребно теряющему популярность Кремлю.

Политика Путина — политика полубессмысленных и вредоносных для народа реформ. Бешено скачут вверх цены на квартплату, миллионы людей оскорблены заменой натуральных льгот жалкими денежными пособиями, кредитов с щадящими процентами нет, а двести почти миллиардов долларов денежных запасов страны зарыты на Западе. А нет кредитов — нет и новых рабочих мест, и приличных зарплат.

Государство наше благодаря росту цен на энергоносители на мировом рынке богатеет, народ же наш нищает. Чтоб озлобление его не вскипело, ему желательно навеять сон золотой — надежду на справедливость в обществе, на то, что лоснящиеся от жира жулики должны сидеть в тюрьме. Таковой сон и навевает заместитель генпрокурора Владимир Ильич Колесников.

Он в свое время вычислил и повязал неуловимого маньяка-кровопийцу Чикатило. Владимир Ильич на многое способен. Но ему не дадут добро вывести на чистую воду ни непотопляемого Чубайса, ни уж тем более самого Абрамовича. Кремлю ведь в игре Владимира Ильича надобен лишь миф о справедливости…

С НЕБА ЗВЁЗДОЧКА УПАЛА

Андрей Фефелов С НЕБА ЗВЁЗДОЧКА УПАЛА

В нефтеносной России образца 2005 года правят не Путин, не Буш и не Чубайс, но сама Ее Величество Деградация. То, что экономика в тартараре — очевидный факт. То, что на глазах крошатся остатки социальной структуры, сферы строительства, медицины и образования, — не новость ни для кого. То, что практически погибла русская деревня, известно всем. То, что российская культура постепенно скатывается в пространство цирка-шапито, для большинства граждан стало нормой. То, что политические лидеры и руководители страны выродились до уровня карликов, — не удивляет нас нисколько.

Но эпоха техногенных катастроф, феномен т. н. "восстания машин" открывает новые горизонты в осмыслении процесса дальнейшего упадка государства и общества. После "отруба" половины Москвы и нескольких близлежащих областей я не удивлюсь, если самая, казалось бы, защищенная и "упакованная" часть общества, сановники и магнаты, обосновавшиеся на пресловутой Рублевке, почувствуют на своем горле "костлявую руку анархии". Крушение систем жизнеобеспечения на перенаселенном Рублевском шоссе, возможно, приведет к тому, что "элита" буквально захлебнется в собственных нечистотах. Даже туземная знать в России уже не застрахована от подобных эксцессов. То же самое и с властью как таковой. Представители этой самой власти, уже не стесняясь, заявляют о том, что сук, на котором они сидят, донельзя трухлявый и скоро подломится к чертовой матери. Речь в данном случае идет о телевидении, которое последнее десятилетие своим бесплотным, но тотальным воздействием формировало каркас управления социальными группами и территориями.

По словам министра культуры Александра Соколова, в ближайшее время третья часть страны может быть исключена из зоны вещания Первого канала телевидения (речь пока идет о малонаселенных территориях Сибири и Дальнего Востока). Проблема в спутнике, который обеспечивает подачу сигнала. Спутник, доставшийся нынешней власти в наследство от СССР, донельзя поиздержался на космическом ветру и грозит превратиться своего рода в орбитальную гнилую консервную банку. На запуск аналогичного спутника денег в казне не нашлось, а использование какого-либо другого спутника невозможно, так как наземное оборудование не готово к приему иного типа сигнала.

Имеющейся спутник уже отработал четыре своих срока. А в целом износ передающих и принимающих устройств обеспечения теле- и радиовещания в России очень часто достигает 100%.

"У нас уже был случай, когда телевещательный спутник упал", — заявил министр Соколов. Незадолго до этого руководители Роскосмоса огласили следующий факт: больше половины российских спутников находятся в катастрофическом состоянии.

"Состояние орбитальной группировки количественно нормальное, а качественно — нет. Более 50% находится за пределами гарантийного срока эксплуатации, в любой момент они могут повалиться", — бодро рапортовал журналистам глава космического ведомства Анатолий Перминов.

К чему может привести массовое падение спутников, в том числе и телевизионных, не трудно предположить. Страна погрузится в коммуникационный хаос и информационную кому. Система хозяйственного и политического управления страной — рухнет.

Вероятно, высшее руководство Российской Федерации уже не пугает подобный сценарий. Власть скатилась до такого уровня, что даже быть собой ей более не нужно и не интересно. Похоже, люди "наверху" окончательно на страну махнули рукой и сказали себе: "Да катись оно все…". В конце концов одним спутником (каналом телевидения) меньше, одним больше. Какая разница! Как говорится, все равно съезжаем-с…

Да, если завтра перестанут платить сотрудникам МВД и ФСБ, то это значит всего лишь, что наши правительственные чиновники и примкнувшие к ним олигархи решили прекратить свою деятельность в "этой стране" и в мгновение ока переквалифицироваться в обеспеченных лондонских рантье и собственников небольших поместий на Лазурном берегу Франции.

Когда государству нет дела до телевидения — это значит, что правительственные мавры сделали свое дело и пришло время уходить. То есть, говоря блатным языком — валить отсюдова к едреной фене. Благо в загранке хранится воровской "общак", высокопарно именуемый "стабилизационным фондом".

Хорошо, прогуливаясь по-осеннему траурной набережной хмурого Рейна, с грустью вспоминая этот кошмар, эту кромешную жизнь в страшной неуправляемой России, очарованно наблюдать за падением ночной звезды, срок эксплуатации которой, очевидно, закончился. Не так ли, господин Путин?

«КНЯЗЬ ТЬМЫ» ЧУБАЙС

«КНЯЗЬ ТЬМЫ» ЧУБАЙС

Влад Смоленцев

Влад Смоленцев

«КНЯЗЬ ТЬМЫ» ЧУБАЙС

Последствиями аварии на электроподстанции N510 "Чагино" в Московской области стали несколько громких заявлений целого ряда высших чиновников и скромная отставка главы Мосэнерго Евстафьева. Напомним, что в результате аварии южные районы Москвы и Подмосковья, а вместе с ними Тульская, Калужская и Рязанская области оказались отключенными от электроснабжения. Из-за отключения электричества более 2 тысяч человек застряли в метро и лифтах, около 30 тысяч человек оказались замурованными в метро, была парализована работа транспорта, бирж и банков, многих коммерческих и государственных структур. Отсутствие энергии едва не привело и к экологической катастрофе. Так, в Тульской области на заводе "Новомосковский азот" произошел взрыв в фенольном цехе. Результатом стал выброс окиси азота. В Москву-реку попали канализационные стоки: по данным МЧС, до 4 тыс.куб.м. Аварийные сбросы произошли на Павелецкой, Курьяновской, Выхинской и Люберецкой канализационных станциях.

Московские власти во всём происшедшем тут же обвинили руководство "Мосэнерго". А вскоре и президент Путин заявил: "Вполне можно говорить о недостаточном внимании РАО ЕЭС к текущей деятельности компании. Нужно заниматься не только глобальными проблемами по политике компании и ее реформированию, но и уделять внимание текущей деятельности". В результате Генпрокуратура России возбудила уголовное дело сразу по двум статьям УК РФ. Ряд аналитиков тут же заговорил о близкой отставке и опале главы РАО ЕЭС Чубайса. Авария — хороший повод для расправы над самой одиозной фигурой российского правого истеблишмента, и многим хотелось, чтобы на ближайшем годовом собрании акционеров РАО ЕЭС в конце июня сместить Чубайса. Благо государство владеет контрольным пакетом РАО, а потому имеет абсолютно законную возможность провести такое решение.

Но вот лишится ли непотопляемый ЧАБ своей должности и станет ли в итоге главным обвиняемым глава РАО "ЕЭС" Анатолий Чубайс — это большой вопрос.

Причин тому несколько. И первая из них в том, что нынешний глава РАО ЕЭС уже давно перестал быть просто чиновником, а превратился в знаковую политическую фигуру. Этакий символ "демократических реформ", якорь и маяк российского либерализма. Именно по положению Чубайса Запад, и прежде всего США, оценивают внутреннюю ситуацию в России и свою лояльность к тому или иному правительству или политической группе. Выступают против Чубайса — однозначно враги, которых нужно безжалостно давить. Поддерживают — можно сотрудничать. И любое покушение на него, физическое или юридическое, — не важно — знак того, что интересы Запада под угрозой. Скорее Запад спокойно перенесёт смещение и замену самого Путина, чем крушение и уголовное преследование Чубайса. Легитимность Путина в неприкосновенности Чубайса.

Кроме того, Чубайс изящно и недвусмысленно прикрыл Путина, взяв на себя всю вину. По статусу, глава РАО ЕЭС — один из высших госчиновников, назначаемых президентом, и ответственность за провалы в его работе автоматически ложится на самого Путина. Ведь именно президент в глазах общественности отвечает за все ошибки своей команды. За подобную лояльность не наказывают.

И, наконец, в пользу того, что энергетический кризис никак не затронет Чубайса, говорит и то, что за всё время правления Путина, несмотря на огромные провалы, масштабные аварии и чудовищные террористические акты, ни один высший чиновник ещё не лишился своего поста. Путин, как "временный" калиф, опасается смещать чиновников и готов, видимо, бесконечно терпеть все их провалы.

Слабость сегодняшней российской власти очевидна.

За утонувшие лодки, взорванные самолёты, захваченные школы и обесточенные города отвечают только те, кому не повезло оказаться в прочном корпусе тонущего корабля, эпицентре взрыва или захваченной террористами школы. А истинные виновники лишь свысока посматривают на обречённый народ и наслаждаются полной неприкосновенностью и вседозволенностью.

ОСТОРОЖНО: ГЕПУТИТ!

ОСТОРОЖНО: ГЕПУТИТ!

Евгений Нефёдов

Евгений Нефёдов

ОСТОРОЖНО: ГЕПУТИТ!

Беда, как всегда, случилась внезапно. Не успела радеющая о народе власть кое-как спрятать в воду концы позорной аферы под названием "монетизация льгот", не просохли еще руководящие визы на документах об исправлении "перегибов", о выдаче лекарств по прежней схеме и поддержании тем самым здоровья нации на высоте, — как это здоровье вновь пошатнулось: в центре России возникла и пошла вширь эпидемия вирусного гепатита. Это опасное инфекционное заболевание встречалось, ясно, и прежде — под именем "болезни Боткина" или просто "желтухи" — но столь прогрессирующего и массового его проявления никто сегодня не помнит. В течение нескольких дней заболели сотни людей в Тверской и Смоленской, Московской и других областях, а все попытки оперативно выявить очаг эпидемии и перекрыть ее расползание имели и продолжают иметь едва ли не нулевой результат… И медики, и представители власти так растерялись перед нежданной напастью, что пока от них поступают сведения больше о росте, нежели о свертывании масштабов заразы…

В этой катастрофической ситуации как не сочувствовать и заболевшим, и всем борцам с гепатитом, который рожден на сей раз не то пивоварами маленького завода, не то их коллегами, производящими квас, минералку и лимонад. Однако, как пелось в веселой и поучительной кинопесенке, "губит людей не пиво". И не квас, и не лимонад, и даже не трижды ржавый Ржевский водопровод, хотя любой из этих источников, понятно, имеет право на изучение и даже, возможно, на получение обвинения со стороны многочисленных санитарных, прокурорских, а то и депутатских комиссий, число которых растет что ни день, хотя и не успевает за ростом числа несчастных жертв эпидемии.

И не успеет. Поскольку бороться с любой болезнью можно лишь зная, по крайней мере, точный диагноз того, от чего неповинно страдают люди. И уж во всяком случае — зная его правильное название. Телевидение, радио и газеты дружно и скорбно вещают о гепатите, в то время как в самом-то деле общество наше, вполне вероятно, поражено недугом совсем иным, хотя и очень созвучно наименованным. Это словечко, по простоте душевной, нечаянно произнес один мой тверской знакомец, когда я ему позвонил, чтоб узнать: не захворал ли и он на старости лет?

— А что, — отвечал мне усталый, но, слава Богу, здоровый голос, — уже и у вас в столице слыхать про наш г е п у т и т?

Гепутит. Вот это и есть диагноз, который кратко и точно поставил всем нам никогда не имевший дипломов от медицины обычный волжский мужик.

Гепутит — это знак беды, эпидемия несчастий, лавина сбоев и катаклизмов. Гепутит — безволие нынешних царедворцев, не умеющих и не желающих сопротивляться терзающим страну мукам, а только множащих их без конца и края…

Гепутит — это хронический выход из строя не ремонтируемых вороватыми "реформаторами" энергосистем, после чего вырубаются жизненно важные коммуникации, в том числе очистные сооружения — и любые болезни приходят в дома через краны водопровода.

Гепутит — это маниакальная, агрессивно изматывающая души реклама пива, которая гонит народ за "клинским", за "ржевским" и прочим, а от непомерного и неразборчивого потребления любой бурды у одних вдруг взбухают банковские счета, у других — кишечник, почки и печень…

Гепутит — это когда все больше желтеют не яблоки глаз, а страницы льстивых газет, возносящих "реформы" и их вершителей, хотя уже не осталось в России угла, где народ не почувствовал бы угрозы гибели от этой "супершоковой" терапии…

Гепутит — это также и пожелтение, посинение, позеленение вывешенных по всей стране 9 мая флагов и транспарантов, в то время как тысячи патриотов под алыми стягами так и не получили права пройти по Москве, заблокированные, как в гетто, охранниками с оружием и собаками на "Белорусской", а Красное Знамя Великой Победы даже в такой святой день власть трусливо не подняла на специально сделанном для него шпиле Музея Победы на Поклонной горе.

Гепутит — это потеря слуха и дара речи в Кремле, в правительстве, в Думе, когда "оранжевые" наглецы в открытую угрожают силой сменить руководство и строй в Беларуси, партнере России по Союзному государству, а Москва безмолвствует, словно убогая глухонемая…

Гепутит — это когда сытые и говорливые депутаты-жириновцы предлагают сделать немедленную прививку всему составу Госдумы, глумливо превращая в фарс народное горе и укрывая за болтовней настоящих виновников русских бед на властных вершинах.

Гепутит — это неадекватность поступков, когда Государственная премия по литературе — с формулировкой, касающейся и гражданственности, и патриотизма — торжественно преподносится поэтессе пусть и талантливой, но все же и близко не подступавшей в своем творчестве последних лет к теме униженной и обездоленной Родины…

Гепутит — это помрачение мозга и дефицит совести у тех, кто называет патриотов "фашистами" за их любовь к своему Отечеству, кто заставляет русских людей скрываться, словно преступников, а истинные преступники, никого не боясь, пускают под откос пассажирские поезда в день хотя и ущербного, но все же официального праздника страны.

Гепутит — это резкие колики в животе, возникающие от круглосуточного телевеселья комиков-гомиков, не прекращающих потешаться даже в дни наводнений и эпидемий, аварий и катастроф, убийств парней на войне или сожжения малых детей в колодце…

Гепутит — это неизлечимо. Против него нет вакцин и таблеток, он опасен для каждого, кто не оказывает ему постоянного и активного сопротивления.

Но — "не бойся болезни, — учили древние мудрецы, — сделай так, чтобы болезнь боялась тебя". И это единственный шанс выжить.

ОТКАТ ЕВРОПЫ

ОТКАТ ЕВРОПЫ

Андрей Смирнов

Андрей Смирнов

ОТКАТ ЕВРОПЫ

Европа голосует против. Сначала Франция, затем Голландия на общенациональных референдумах проваливают Европейскую Конституцию. 55 % против — во Франции, и свыше 60% в Нидерландах свидетельствуют о серьезном кризисе той модели интеграции, которой в последние годы следовал Европейский союз.

Произошел достаточно этапный провал нового европейского проекта.

С одной стороны, единая Европа неизбежно станет одним из важных центров сил, противостоящих доминации Соединенных Штатов Америки, мощным субъектом мировой политики. Штаты поодиночке обыгрывает и Китай, и Европу, и исламский мир, и Россию. И задача американских агентов влияния в этом случае не допустить устойчивости каждого из центров и диалога между ними.

С другой стороны, процесс европейского объединения можно рассматривать в свете глобализации, где нивелируются национальная идентичность. Во Франции традиционно подобный взгляд исповедует Национальный фронт Жан-Мари Ле Пена. Ле Пен выступает против единой Европы, понимая, что любой процесс объединения несет за собой потерю политического веса Франции в расширяющейся Европе, и соответственно утрату национального суверенитета. "Мы создаем тяжеловесную искусственную конструкцию, к тому же подчиненную НАТО и открытую исламскому влиянию. Евросоюз в его нынешнем варианте похож на аморфную медузу: большой, но бессильный. Он играет деструктивную роль, поскольку разрушает самый главный "оживляющий" государственность элемент — нацию. Европа не является ни нацией, ни родиной и никогда ими не будет!"— замечает лидер французских националистов.

В провале евроконституции огромную роль сыграл и социальный протест. Во Франции протестное голосование сигнализировало о недовольстве социально-экономической политикой правительства Жан-Пьера Раффарена. К тому же противники евроконституции смогли внятно объяснить опасности, поджидающие рядовых французов и голландцев в единой Европе, как то — приток дешевой рабочей силы из Восточной Европы, потеря рабочих мест в связи с переводом производства в другие страны — члены ЕС, рост цен, урезание социальных благ, в том числе выплат по безработице и.т.п.

Агитация за конституцию шла вымученно и абстрактно. Телеуговоры президента Франции Жака Ширака не произвели никакого впечатления на нацию. Французы прохладно восприняли увещевания проявить "историческую ответственность" и подтвердить "приверженность единству Европы".

Кстати, и позицию самого Ширака можно назвать двойственной. Несмотря на то, что он известен как один из самых решительных сторонников европейской интеграции, исключить момент некоей игры с его стороны нельзя. Как иначе расценивать, например, то, что в своем выступлении Ширак призвал французов брать пример с немцев, словаков или литовцев? Очевидно, что лучшей антирекламы для гордых французов придумать было невозможно. К тому же в большинстве из девяти стран, уже проголосовавших за евроконституцию, ратификацию провели парламенты. Однако Ширак, несмотря на гарантированную поддержку среди депутатов Законодательного собрания, рискованно пошел на всенародный референдум. Спрашивается, зачем?

После голосований во Франции и Нидерландах у создателей и проводников европроекта было три варианта — отклонить евроконституцию, доработать проект или провести повторные референдумы после ратификации в других странах. Уже заявлено, что процесс евроинтеграции будет продолжен. Не мытьем, так катаньем евробюрократия будет продавливать проект. Французы уже получили новое правительство, на потенциальные внутриполитические успехи которого возлагается дальнейшая судьба евроконституции. В истории Евросоюза есть прецеденты смены настроений. В качестве примера обозреватели уже вспомнили голосование по Маастрихтским соглашениям, лежавшим в начале европейской интеграции. В 1992 году референдум в Дании завершился с отрицательным результатом, но уже через год сторонники единой Европы победили.

Однако провал во Франции, несомненно, поддержал голосование против и в Голландии. На очереди "в отказ" — чехи и британцы. Ведь помимо социального протеста и охранительных патриотических чувств — это было голосование и против предложенной конституции.

Данный проект Европейской Конституции — неолиберальный и проамериканский проект, выдержанный в логике интересов господствующей бюрократии и крупного капитала. Социальный фактор в тексте отсутствует. А пресловутые "свободы" — это свободный рынок и свобода капитала. Индивид в таком обществе свободен только в качестве потребителя.

К тому же документ утвердил бы откровенное следование Европейского Союза в русле американских геополитических интересов. Такая "единая Европа" европейцам не нужна.

Есть прекрасная формула Жан Тириара: "Единая Европа возможна будет только тогда, когда последний американский солдат в Европе будет убит или взят в плен". В определенном смысле, прошедшее во Франции и Нидерландах протестное голосование это, парадоксальным образом, голосование за подлинно единую Европу.

УБИТЬ ДРАКОНА! Съезд «Родины» — против олигархов и коррупции

УБИТЬ ДРАКОНА! Съезд «Родины» — против олигархов и коррупции

Денис Тукмаков

Денис Тукмаков

УБИТЬ ДРАКОНА! Съезд «Родины» — против олигархов и коррупции

Барабаны "зажигали" — на съезде "Родины" и на её митинге их дробь сотрясала небеса, их ритм возгонял адреналин в жилах — это было нечто ранее невиданное в политическом театре России. Прибывшие на съезд рейсом Майдан-Москва украинские ударники из "Арс Нова" форсировали и без того бойкий движок партии Рогозина до двухсот сорока оборотов в минуту — только так можно угнаться за тем "кубическим сантиметром удачи", что сулит победу в бешеной скачке за властью в России.

"Неприостановленная" "Родина" спешит, она быстро впряглась и сразу пустила в карьер, она отматывает один за другим свои лихорадочные внеочередные съезды и уже, не дожидаясь основных соперников, выходит на оперативный простор, чтобы вот-вот ринуться в последний бросок к заветной цели — победе на парламентских выборах-2007. В этой погоне партийные активисты умудрились даже обогнать улицу: Пятый съезд "Родины" в московском гостиничном комплексе "Измайлово" 11 июня вошел в резонанс с барабанным боем без проблем, в то время как расхоложенный партийный митинг, состоявшийся вечером того же дня на Театральной площади столицы, пробуксовав битый час, так и не смог "квалифицироваться" в пуле "больших политических скоростей" России.

Вся кибернетика прошедшего съезда "Родины" — выступления, регламент, решения, антураж — работала на далекое будущее: на предстоящие осенью 2007 года думские выборы. Просто потому, что в ближайший год "Родине" в политике делать нечего.

Парламентская борьба на высшем уровне нынче принципиально невозможна. Апелляция к президенту и правительству, с разработанными в недрах партии проектами, советами и программами, сегодня бессмысленна. Все каналы вертикальной мобильности во властные структуры, которыми "Родина" так желала бы воспользоваться, давно закупорены. Российские СМИ для партии также практически недоступны по причине их отсутствия (информационные листки "Олигарх-ньюс" и "Ведомости Администрации" не в счёт). Подготовка к Референдуму хромает на обе ноги, включая коммунистическую, — их отдавили "единороссовские" поправки к закону. И даже уличные акции, при всей изобретательности партийных заводил, не способны пока принести по-настоящему ощутимых дивидендов по простой причине: у власти пока нет видимых причин, почему бы не развязать форменное мочилово прямо на этой самой улице, чуть что пойди не так, а у оппозиции пока что нет суперсерьезного повода выходить на площади, которые в общенародные майданы смогут превратиться только в конце 2007-го, после нечестных всероссийских выборов.

Это означает, что на половину года нынешнего и на весь 2006-й у "Родины" возможна лишь одна достойная задача — собственное партстроительство, "заточенное" под судьбоносную Битву за Парламент, а всё остальное, включая несколько выборов в местные органы власти, — это лишь "манёвры".

В этом смысле Пятый внеочередной "Строительный" съезд "Родины" оказался показательным. Пожалуй, он принес "родинцам" больше, чем все последние местные выборы и публичные протестные акции партии за последние полгода, начиная с Голодовки Пятерых.

На идеологическом уровне съезд принял, наконец, два важнейших партийных документа. Первый — это озвученная в речи Рогозина "Стратегия развития", которая отныне считается основой идеологической позиции партии. Второй — представленная председателем президиума партии Александром Бабаковым "Экономическая платформа", которая станет экономическим ядром той программы, с которой партия пойдет на ближайшие выборы во всероссийский парламент. Собственно, на съезде прозвучали только эти два выступления — их оказалось вполне достаточно.

Дмитрий Рогозин: "Знаете, почему нас власть боится? Потому что на нашей стороне — правда. А еще потому, что мы точно знаем, чего мы хотим. Послушайте ораторов партии власти. Что вы услышите? Это непроходимая серость, отсутствие всякой идеологии, взглядов и гражданской позиции. Послушайте ораторов либерал-экстремизма. Это бесконечная ложь, шкурный лоббизм и удивительная ненависть к собственному народу. Послушайте ораторов нашей вечной, хронической оппозиции. Это занудство и нытье, помноженное на трусость и социальную апатию. Послушайте либерал-демократов… Хотя нет. Их лучше не слушать — это вредно для психики.

Мы другие. Мы — инстинкт самосохранения государства. Мы — реакция национального организма на стресс, связанный с шоковыми реформами, оскорблением национального достоинства, унижением материального положения наших граждан. У нас есть идеология, и мы действительно знаем точно, чего мы хотим. Мы хотим убить дракона, а потому съезд наш имеет сакральное значение. Он призван определить стратегию нашей партии, он должен ответить на вопрос, кто наши друзья и кто наши враги, и как нам выковать булатный меч, отточенную политическую организацию, способную не просто провозглашать политические ценности, но и бороться за власть.

Так кто же наш главный враг? Кто он, этот дракон-поработитель? Это трехглавая олигархия, главы которой означают преступность, сырьевой бизнес и коррумпированное чиновничество. Они соединились для захвата власти с целью раздела и дальнейшего передела нашей бывшей общей собственности. Может ли нынешняя власть скрутить этого дракона? Нет, не может. Потому что она — его хвост. И не хвост виляет драконом, а дракон сегодня виляет властью. А потому разовые акции устрашения отдельных олигархов нас не впечатляют. Они имеют избирательный, несистемный характер и не означают начала реальной борьбы с олигархией в стране. Олигархи у нас власти не боятся. Они могут терроризировать страну массовым отключением света и открыто шантажировать Кремль. С их помощью вашингтонские шовинисты и троцкисты развивают в странах СНГ перманентную революцию. Сегодня они заготовили очередную цветную революцию для России. Я думаю, что цвет ее понятен: это рыжая революция.

На самом деле олигархам есть чего бояться. Призрак социальной, антикриминальной, антиолигархической, антикоррупционной и научно-технической революции бродит по России. Это новое социальное и патриотическое движение — партия "Родина".

"Стратегия развития Политической партии "Родина" — это сжатый текст размером менее газетной полосы, суть которого заключена в следующем.

"Родина" провозглашает целенаправленную борьбу за власть для реализации своей социал-патриотической идеологии. В случае прихода к власти эта Стратегия одновременно будет считается программой развития России. Развитие партии, ее приход к власти и руководство страной возможны лишь тогда, когда достигнуты две основные задачи: сформулирована верная социал-патриотическая идеология и сформирован кадровый ресурс партии.

Для сохранения и развития всей страны должна быть восстановлена сила государства. Только эта сила способна справиться с главным злом современной России — с олигархией как особой формы правления, при которой сращены бюрократия, бизнес и криминал. Основа силы государства — это эффективная система "власть-народ", при которой народ активно вовлечен в принятие ключевых решений жизни страны, а власть ответственна перед народом.

Цель партии "Родина" в случае прихода к власти — борьба за выживание и развитие народа и единого российского государства в современном мире, погружающемся в пучину глобализма. В условиях истощения ресурсов жизнеобеспечения и тотальной мировой конкуренции за право обладать ими борьба эта окажется бессмысленной, если Россия не совершит "цивилизационный прорыв" в будущее. Обеспечить такой прорыв способно лишь сильное государство — только ему под силу мобилизовать все имеющиеся средства и провести радикальную системную модернизацию общества, чтобы отстоять наши национальные интересы.

Являясь основным условием развития страны, будущая модернизация должна осуществляться как научно-техническая революция и как социальная революция, означающая восстановление исторической социальной справедливости и возвращение национального богатства народу. Именно модернизация должна находиться в центре внимания всего российского общественного сознания. Однако нынешняя властная "элита" неспособна сама сменить пагубный курс. Фактически эта власть осуществила за последние годы контрреволюцию, устроив величайшую несправедливость по отношению к подавляющему большинству собственного народа. Стратегическая задача "Родины" — добиться смены нынешней власти и всего социально-экономического курса в сторону такой модернизации.

Элементом, спаивающим воедино интересы гражданина, государства и всех слоев общества, является социальная справедливость. Первым шагом к ее восстановлению является разумное распределение между различными слоями общества произведенного материального продукта во благо всего общества. Но только сильное государство способно стать "арбитром", способным регулировать и сглаживать взаимные претензии всех основных социальных групп в стране. Возрождение России как социального государства — это единственно правильная реакция власти и бизнеса на модернизационный вызов, требующий сберегательного отношения прежде всего к людским ресурсам страны.

Ключом к решению подавляющего большинства системных проблем России являются национальный вопрос и форсирование формирование нации. Определяющий критерий нации — это наличие общего интереса людей, составляющих данную историческую общность. Партия "Родина" рассматривает нацию как двуединство сформированного гражданского общества, способного выразить общенациональный интерес, и государства, способного этот интерес защитить. Национальным государство становится тогда, когда оно защищает преобладающее большинство своего населения. При этом сила России заключается в многообразии составляющих ее народов и народностей; их ценности объединены в общенациональный интерес, который в современной России состоит в выживании Родины, в защите человеческой жизни и обеспечении будущего страны.

Под "Стратегию развития" была подверстана и "Экономическая платформа партии "Родина", основанная на трёх китах "великого возвращения государства в экономику": планирование социально ориентированного народного хозяйства; национализация стратегических отраслей экономики, введение прогрессивного и разового компенсационного налога за "дешевую" приватизацию в иных сферах; стимулирование частной инициативы как средства достижения народнохозяйственных целей. Сполна выраженная в рогозинских тезисах "Экономическая война" данная платформа не нуждается в подробном освещении на страницах "Завтра".

Дмитрий Рогозин: "Все мы помним слова президента Путина, обращенные к нации после трагедии в Беслане. Президент говорил о слабости государства, о том, что слабых бьют, и о том, что мы должны преодолеть эту слабость. Казалось, эта трагедия, когда террористы уничтожили наших детей, должна сплотить общество и власть. Но власть так и не поняла, что проблема ее слабости — не в выборности губернаторов, не в депутатах-одномандатниках, не в цветных революционерах и даже не в происках вездесущего Запада. Слабость власти состоит в ее полной и безоговорочной коррумпированности. От гаишника, пропускающего в город грузовик с гексогеном, — до министра, закупающего за казенный счет лекарства у фирм своих родственников. От судьи, за бабло выпускающего на волю террориста или убийцу, до начальника энергетической монополии, который обворовывает население, повышая энерготарифы. От политического клоуна, продавшего уркам места в своей фракции в Государственной думе, до мэра, сдавшего любимой жене город на разграбление. Если это не коррупция — то что же тогда вообще коррупция?!

Меня до сих пор не покидает чувство неловкости, когда я вспоминаю, как слушал послание президента Федеральному собранию. Путин говорил о коррупционерах, и они же больше всех этим его словам и хлопали. То есть они понимали, что речь идет не о них, что их точно не коснется. И неважно, что власть в Чечне вновь захвачена легализованными боевиками. Неважно, что местный царь зверей в непыльных подштанниках и звездой Героя на груди нагло приписывает себе победы армейского спецназа, а в промежутках между интервью соблазняет неприступную красавицу Собчак. Неважно, что, обалдев от безделья, президентский полпред в теленовостях в акваланге чистит речку с характерным названием Парашка и паясничает в обнимку с гигантским рулоном колбасы. И неважно, что исполнительной власти и прокураторе понадобилось девять лет, чтобы дать пинка главе Мосэнерго, в невинных глазках которого до сих пор отражается коробка из-под ксерокса с полумиллионом грязных долларов.

Кто сказал, что они нам политические оппоненты? Это не оппоненты, а законченная мразь! И мы будем бороться с ней, отскабливать ее от власти, выкорчевывать всеми возможными способами, потому что так жить нельзя, и мы с этим никогда не смиримся".

Конечно, Рогозин не стал зачитывать на съезде подобный текст: документ был просто роздан в бумажном виде, что, безусловно, сделало съезд более динамичным. Рогозин "перевёл" "Стратегию" на живой русский язык и представил съезду блестящую экспрессивную речь "Убить дракона", выдержки из которой публикуются здесь.

Речь эта была, по сути, митинговой, красочно-жесткой, на грани фола. Содержащиеся в ней оскорбления правящей политэлиты, объявление войны олигархам и коррупции не дают "обратного хода": после такого примиряться более невозможно. Полное отсутствие почти привычных апелляций к Кремлю, абсолютное неприятие существующего политического курса и резкая оценка происходящего в стране не предполагают каких-либо "позитивных", "эволюционных" исправлений или "встраивания во власть" в качестве очередной "конструктивной оппозиции". По сути, Рогозин говорил о революции. О резком усилении борьбы. О жизненной необходимости во что бы то ни стало взять власть в свои руки. И о более чем вероятном сценарии массовых акций неповиновения и выхода на улицы миллионов под руководством партии в случае, если выборы-2007 окажутся подтасованы.

В рогозинской речи содержался важнейший посыл партийного съезда: отныне "Родина" уверена в своих силах. Она превратилась, наконец, в мощную жизнеспособную политическую организацию, она обрела идеологию, она на глазах учится самым разным организационным формам партийного существования — от съездов до акций протеста, от выборов до международных контактов. "Родине" не нужны больше какие-то подпорки, она не нуждается в благосклонности политических оппонентов или СМИ, она финансово самостоятельна, она достигла численности в 106.232 реальных человека — для нынешней России это очень много. "Родина" очень многое умеет, и главное — она умеет строить сама себя, черпая из общества кадры, средства и идеи. Рогозин и съезд зафиксировали это состояние: их партия превратилась в полностью автономный проект, способный решать любые задачи, главная из которых — приход к власти в России на выборах в 2007-08 годах.

Все это было продемонстрировано на прошлой неделе в "Измайлово".

За день до съезда "родинцы" приняли важное организационное решение — сформировать Координационный совет депутатов партии во главе с Рогозиным, который будет состоять из руководителей фракций "Родины" в местных законодательных органах власти. Любопытна формулировка причины подобного шага: "в условиях обострения политической борьбы и опасности репрессий против оппозиции возрастают требования к прогнозированию последствий мероприятий, проводимых от имени Партии; важны согласованность и синхронизация действий ее центральных органов, региональных отделений и депутатского корпуса…"

По сути, речь идет о резкой централизации руководства партии — шаг не столь очевидный в политическое безвременье, но явно необходимый в горячий период выборов. Региональные отделения были поставлены перед фактом: отныне любой "разброд и шатания" внутри партии будут нещадно пресекаться. Об этом же свидетельствуют и "слетевшие головы" руководителей отделений "Родины" в Воронежской и Владимирской областях: им пришлось заплатить за проваленные выборы в местные Заксобрания.

Дмитрий Рогозин: "То, что построено в России, — это не рынок, это базар. А потому возникает вопрос: кто ответит за базар? Кардинальное различие между тайными и публичными целями либеральной политики демонстрирует явную враждебность российских либералов как к государству в целом, так и к собственному народу. Вместо социальной революции мы получили мятеж номенклатуры плюс армию туповатых снобов во власти. Колоссальный ущерб нанесен международным позициям России. Страну, конечно, включили в состав Большой Восьмерки, но в качестве большой шестерки. Государственность России отбросили к подобию феодальной системы. Национальный суверенитет рвут на части региональные бароны, криминал становится хозяином жизни, правоохранительные системы и суды куплены, бюрократия пользуется невиданными ранее привилегиями. Труд приобрел рабский характер, политические свободы попраны…

Альтернативой может быть только восстание против гибельного курса, стремительный революционный возврат к самозащите в экономике и социальным гарантиям населения, разгром олигархических кланов и создание нового законопослушного и патриотически воспитанного чиновничества России… Путь нашей партии — это безжалостное подавление мятежа номенклатуры, это восстание против нынешнего антинародного курса власти. Это подготовка научно-технической и социальной революции…"

Помимо решения внутренних проблем, "Родина" озаботилась на съезде тактическими и союзническими вопросами — также важными в свете предстоящих выборов.

Сильным ходом руководства партии было приглашение на съезд двух десятков гостей мирового социал-демократического направления, среди которых показательны фигуры Гельмута Шмидта (бывший канцлер ФРГ), Лю Хунцая (заместитель Руководителя международного отдела ЦК Коммунистической Партии Китая), Киммо Кильюнена (депутат парламента, член Парламентской ассамблеи ОБСЕ и фракции Социал-демократической партии Финляндии) и Виталия Шевко (зам. председателя Социалистической партии Украины). Уже на съезде бывший дипломат МИД РФ Михаил Демурин, возглавивший недавно Международное Управление "Родина", заявил интересную вещь: "Противостоя российской олигархии, партия "Родина" неизбежным образом вызывает на себя огонь определенных международных кругов, стремящихся заставить весь мир, в том числе и Россию, существовать и работать в интересах глобальной олигархии". Именно поэтому "Родина" намерена вступить в Социнтерн и тесно взаимодействовать с мировой социал-демократией — "основным международным партнером партии".

Таким образом, "Родина", во-первых, заручилась поддержкой европейских социал-демократов, у которых сильные позиции в Европе, — поддержка эта вполне может пригодиться партии года через два, в условиях возможного обострения отношений между Кремлем и, например, Гаагским трибуналом. Во-вторых, она обозначила себя как единственную реальную социал-демократическую силу в России, способную представлять страну в мировом Социнтерне. В-третьих, происходит наращивание дружеских контактов с китайскими коммунистами, что следует рассматривать как большое благо для России в целом, коль скоро в ближайшем будущем нам будет выгодно с Китаем дружить, а не воевать. И наконец, присутствие на съезде украинских социалистов, которые как раз и привезли барабаны, отыгравшие свое на Майдане в конце прошлого года, должно пощекотать нервы Кремлю, который бледнеет от одной мысли об "оранжевой революции".

Другим грамотным тактическим решением было самопозиционирование "Родины" как партии разделенного русского народа, которая обращает особое внимание на соотечественников в ближнем зарубежье, преданных и брошенных при крушении Советского Союза. В принципе "Родина" — единственная мощная оппозици- онная партия в России, которая в дилемме "родства по классу или по крови" однозначно выбирает "кровь" — в то время как КПРФ так и не смогла выпутаться из "днестровского тупика", вынужденная поддерживать молдавского коммуниста Воронина, который вот-вот обрушится на пророссийское Приднестровье.

Не случайно на съезде "Родины" присутствовали главы нескольких русских общин: из Латвии, Эстонии, Азербайджана, Армении, Киргизии и Таджикистана. Не случайно среди немногих выступавших 11 июня оказался представитель казачества, разбросанного "от Дона до Гудзона". Не случайно и то, что гигантская эмблема "Родины" на заднике сцены — красное знамя с желтой надписью — оказалась растянутой на всю ширину карты Советского Союза, а вовсе не России.

А вот кого на съезде не было, так это представителей союзнических партий: ни от КПРФ, ни от НБП, ни от "Яблока" никто так и не пришёл, хотя, как утверждают в руководстве "Родины", выступление Зюганова было запланировано. Не было даже Глазьева, который, по словам Рогозина, отвозил своих детей в Крым. Впрочем, полное отсутствие союзников лишь подчеркивало решимость "Родины" сражаться на предстоящих выборных баталиях до конца, без оглядки на других.

Наконец, на съезде совсем не случайно было заявлено, что "вопросы национальной политики будут одними из основных в предвыборных кампаниях 2007 года". До сих пор в адрес "Родины" сыпались обвинения с противоположным смыслом: одни упрекали рогозинцев в том, что за левыми социальными идеями они упускают из вида "русский фактор", другие, напротив, называли "Родину" шовинистической или даже фашистской партией, призывающей к "России для русских" и к этническим чисткам. Однако "Родина" смогла на съезде проскочить меж двух огней.

С одной стороны, резкая актуализация — в духе Нарочницкой и Павлова — национального вопроса в "Стратегии развития" и рогозинском выступлении, сильный акцент на связях с соотечественниками в бывшем СССР, постановка демографической проблемы как наиболее существенной для русского народа и непрерывно крутившиеся в перерывах съезда фрагменты гневных нападок Александра Крутова на человеконенавистническую книгу "Шулхан-Арух" позволили повысить градус здорового национализма в партийной идеологии.

С другой стороны, выступивший на съезде Бислан Гантамиров, который возглавит список "Родины" на выборах в Госсовет Чечни, озвучил две важные программные установки: "Мусульмане России — первые, кто не допустит развала страны", и "Родина" станет собирателем народов России". Гантамиров же предложил создать в партии Совет по национальной политике, который окажется едва ли не единственным подобным органом во всей России…

…Сегодня никто не скажет, как назовут V внеочередной съезд "Родины" впоследствии: "Строительным съездом", "Съездом борцов" или "Съездом победителей драконов". Сейчас важно понять лишь, что как бы кто в России ни относился к "Родине", он является очевидцем нечто принципиально нового в российской политике: такой партии у нас еще не было.

Дмитрий Рогозин: "В современных условиях национальный интерес наиболее ярко выражен в необходимости преодоления демографической катастрофы, в которой отражены многие факторы кризиса жизнеспособности нашей страны. Все мы знаем, что наша нация не воспроизводится, она сокращается. Численно рождаемость сегодня в два раза ниже необходимого… Уважаемые делегаты, на этой неделе у меня родился внук. Его назвали Фёдором. Он родился, он еще ничего не сказал, но уже помог мне усвоить очень простую истину. Истину, которую так и не поняли наши ученые и мозгоблуды, политики и политиканы, журналисты и борзописцы: а что есть наша национальная идея? Национальная идея — это чтобы "нашему роду не было переводу"! Вот она, национальная идея!"

А после съезда был митинг на Театральной. Далеко не самый массовый даже по российским меркам последнего времени — в очередной раз энергетика малого количества народа оказалась подавленной незаполненными пространствами гигантских московских площадей. Уж точно не тянувший на "Майдан", несмотря на весь блеск громоподобных барабанных раскатов, отражавшихся от Большого театра и здания Госдумы, и на грамотную задумку с гигантским рекламным экраном, который всё время митинга транслировал партийные ролики. Обреченный стать вполне ординарным таким митингом, если бы не три "но":

Делегаты съезда и руководство партии приехали на Театральную на автобусах и приняли участие в митинге, смешавшись с массой рядовых партийцев — ситуация, немыслимая в СПС или "Единой России". Бабаков, Денисов, Савельев, Маркелов, стоявшие вместе с молодыми "родинцами", — это смотрелось сильно.

Значительная масса митингующих была доставлена из Тверской области на автобусах — без всякого финансирования со стороны кремлевской администрации или местного бюджета — что говорит о блестящем уровне организации внутри партии.

И третье "но": московские власти скандально запретили "Родине" — уже после выданного разрешения — на демонстрацию по Тверской улице, которая должна была предшествовать митингу. В доказательство серьезности своих намерений мэрия вывела на Пушкинскую площадь спецтехнику, водометы, асфальтоукладчики, а в смехотворной отписке в адрес "Родине" было заявлено о "срочных археологических раскопках", которые непременно нужно было провести в центре Москвы именно вечером 11 июня.

Трусливое поведение власти — вот лучший пиар для "Родины". Сегодня власть перекрыла центр Москвы, чтобы только не было оппозиционной демонстрации. Завтра она перероет весь асфальт в российских городах, лишь бы не допустить народных выступлений. Но в 2007, стоит ей сфальсифицировать итоги выборов, никакие "археологические раскопки" не помогут: народ выйдет на улицы. "Нас будет уже не тысячи, а миллионы, и если власть захочет нам помешать, их водометы захлебнутся своей водою, — восклицал на митинге Рогозин. — А если власть прольет кровь, то я обещаю — она захлебнется этой кровью!"

ЛАТЫШСКИЙ СТРЕЛОК

ЛАТЫШСКИЙ СТРЕЛОК

Виктор Алкснис

Виктор Алкснис

ЛАТЫШСКИЙ СТРЕЛОК

В начале июня я был приглашен на празднование 50-летия космодрома "Байконур". Юбилей этого уникального объекта в 2000 км от России отмечался очень широко: было приглашено более 700 гостей, в основном ветеранов. В который уже раз побывав там — а Байконур приписан к Одинцовскому избирательному округу, там живут и трудятся на благо России мои избиратели — я вновь испытал гордость за нашу страну, которая в недалеком прошлом могла позволить себе великие проекты. Но помимо гордости, вновь пережил и большую тревогу, и разочарование, и злость от того, что там увидел.

Россия уходит из Байконура. Россия, а вернее — ее политическое руководство, готовится покинуть космодром и город Байконур. Покинуть, несмотря на победные реляции, которые звучат сегодня в связи с ратификацией нового соглашения с Казахстаном, по которому срок аренды космодрома формально продлен аж до 2050 года.

В первую очередь уходит армия. Надо сказать, космодром всегда был главным образом военным объектом: он начинался как испытательный полигон Минобороны, отсюда было запущено великое множество военных спутников, да и запуски гражданских космических аппаратов обеспечивались, в основном, силами военных. Даже сегодня, при всем упадке, гигантские просторы Байконура имеют полностью готовую инфраструктуру для размещения нескольких наших дивизий, что превратило бы эту точку в крупнейшую военную базу России во всей Центральной Азии. Вместо этого происходят тысячные сокращения, офицеров — специалистов высочайшего уровня — увольняют без предоставления жилья или переводят в Плесецк и Краснознаменск, где квартир тоже нет. При этом в самом Байконуре у наших военных есть всё необходимое для нормальной жизни. И самое главное, в соответствии с договором об аренде Байконура Россия имеет право держать там воинский контингент.

Только в дурном сне может присниться ситуация, когда в середине 90-х годов военнослужащим космодрома и членам их семей выдали вкладыши о российском гражданстве, не согласовав это с нашим МИДом — и в позапрошлом году вкладыши эти были признаны незаконными. Тысячи людей оказались в дурацком положении: у них не имелось вообще никакого гражданства! Я полгода воевал, чтобы по этим военнослужащим и членам их семей было принято специальное решение, и лишь с прошлого года им начали переоформлять документы. И это — военные на уникальном объекте! Видимо, привычка измываться над служилым людом стала традицией российской демократии. О гражданских я вообще умолчу. Но десяткам специалистов, которые приехали на Байконур из России еще в советские времена и до сих пор работают на российских космических стартах, зачастую отказывается в праве на российское гражданство, и они вынуждены получать казахское подданство, чтобы хоть как-то существовать.

Важно отметить: город Байконур до сих пор законодательно является российским, в реестре городов Казахстана его нет. Более того, для России Байконур — один из трех, помимо Москвы и Питера, городов федерального подчинения. Там имеются российская администрация и все структуры, которые положены обычному российскому городу. Соответственно уровень жизни в Байконуре неизмеримо выше, чем в окружающей полупустыне — и не только из-за развитой инфраструктуры, но и из-за российских зарплат и пенсий. Неудивительно, что за последние 15 лет на город шло нашествие казахов, и сегодня их там уже большинство, хотя еще в 1990 году подавляющее большинство населения составляли русские.

Ползучая оккупация Байконура Казахстаном состоит еще и в том, что он постепенно, в обход договоренностей, создает в городе свои собственные структуры исполнительной власти, параллельные российским. Милиция, пенсионное обеспечение, социальная защита, ЖКХ и т. д. — сегодня таких структур в городе уже одиннадцать. Недалек тот день, когда официальная Астана спокойно заявит: российская администрация в Байконуре — лишняя! Убирайтесь! Президент Назарбаев даже на празднике не постеснялся пнуть Россию и прямо спросить у высоких российских гостей: почему решение о создании структур исполнительной власти Казахстана на территории Байконура выполняется слишком медленно? Надо понимать, что космодром "сидит" на городской инфраструктуре, например, на водозаборном узле — посреди-то пустыни. Вода из города идет на сотни километров к стартовым площадкам; инженерные коммуникации города и космодрома замкнуты. И если городская вода попадет в руки казахских властей, Астана получит ключи от космодрома.

В 1995 году, когда ельцинский МИД подписывал первое соглашение с Казахстаном относительно Байконура, Россия согласилась с тем, что вся инфраструктура и космическая техника на космодроме, построенная до сентября 1991 года, объявлялась… казахской — космические старты и корабли, даже знаменитый "Буран"… Однако путинский МИД работает ничуть не лучше: по новому соглашению Россия из-за некомпетентности чиновни- ков МИДа предоставила Казахстану возможность пересматривать всю законодательную базу относительно Байконура и диктовать нам условия, что и как прописывать в любых последующих договорах. Вообще, в Казахстане космодромом занимается одна и та же группа в течение уже десяти лет: за такой срок эти ребята превратились в юристов-переговорщиков экстра-класса. А Москва всякий раз посылает на переговоры нового чиновника, который зачастую ни разу в Байко- нуре-то не был и не представляет себе, что такое космодром. Не удивительно, что Казахстан раз за разом переигрывает Россию.

Но самые горькие чувства вызвало у меня даже не состояние Байконура, а приезд на праздник нашего верховного главнокомандующего. Он был третьим, после Хрущева и Горбачева, хозяином Кремля, добравшимся до нашего космодрома. От прилета первых двух была огромная польза: встречи с руководством, вникание в суть происходящего, указания подчиненным и почти немедленное решение поставленных руководством космодрома насущных проблем.

Путин же прилетел как гость, которого "везде пускают". Со скукой осмотрел он "гагаринский старт", позевал в домике Гагарина, сказал пару приятных слов на торжественном собрании, поговорил с глазу на глаз с Назарбаевым, и тут же улетел в Москву, не проведя ни одного служебного совещания с руководством космодрома и города!

А самым паскудным было то, как обставлялась его встреча с жителями города. Три кольца оцепления, линии безопасности, спецпропуска, тотальная проверка документов, длиннющие очереди даже для космонавтов — дважды Героев Союза. При этом в администрации Путина прекрасно знали, что Байконур — город суперзакрытый, и даже гости туда приезжают сугубо "проверенные", так что никаких "чеченских террористов" там и близко быть не могло. Однако, видимо, такова наша "планида": Буш не испугался в чужой неспокойной стране, в Тбилиси, выйти к людям на улицу. А Путин боится шаг ступить среди российских спецов, составляющих истинную гордость вверенной ему страны…

Автор — депутат Госдумы РФ

АПОСТРОФ

АПОСТРОФ

Владимир Винников

Владимир Винников

АПОСТРОФ

Борис ШАПТАЛОВ. Русская экспансия: бей первым или погибнешь! — М.: Эксмо, Алгоритм, 2005, 448 с., 4100 экз.

Социальный заказ на выход из исторического тупика, в котором оказалась "постсоветская" Россия становится всё мощнее и направленнее. Кремлёвские "игры в патриотизм", на ура шедшие, скажем, еще лет пять назад, сегодня уже никого не вдохновляют. Однако адекватный ответ на вопрос, какова альтернатива всей этой набившей оскомину интеграции-глобализации, пока не найден. Впрочем, поиски такого "русского ответа" ведутся всё активнее, и для нынешней системы они по сути своей куда опаснее, нежели все покушения на Чубайса и "блэкауты" 25 мая вместе взятые. Как только выход из тупика будет прочувствован и определён — пусть даже стихийно — никакие силы не смогут удержать Россию и её народы в нынешнем униженном и оскорбленном положении.

Книга Бориса Шапталова представляет собой весьма характерную "поисковую конструкцию", в основу которой положено такое системное понятие, как "экспансия". Экспансию вообще, а экспансию экономическую в особенности автор видит единственным залогом жизнеспособности государств и народов. В его понимании, скажем, "демократия" — это экспансионистская доктрина, а "либерализм", напротив, неэкспансионистская, обрекающая пораженные им государства и народы на самоуничтожение. Поэтому Шапталов буквально взывает к русским: защищайтесь, а лучшая защита — экономическая экспансия. "Если говорить о стране — владельце больших ресурсов, которые используются народом-хозяином плохо, а возглавляющая такую страну "элита" не знает толком, как эффективно использовать потенциальные преимущества контролируемой ею территории, то на "бесхозные" богатства обязательно нацелятся те, кто чувствует в себе силы прибрать лежащее плохо добро... Если народ и впрямь морально устал жить и работать в "зоне рискованного земледелия" и "плохого" климата, а правящий класс не хочет или уже не может освоить современные методы управления "бескрайними территориями" и искусство экономической экспансии, если российский "Титаник" не изменит курс, что тогда? Тогда... произойдет естественное для мировой истории событие — страна сгинет в соответствии с принципом: "каждому — свое". Не умеешь нападать — обороняйся, не умеешь обороняться — смирись со вторыми ролями, смирился со второй ролью — могут оттеснить на третью, отшел на третьи роли — готовься к аукциону на распродажу твоего достояния. Так было и так будет. История некогда великих держав — Рима, Византии, Испании, Китая, Речи Посполитой, царской России — тому наглядный пример".

Разумеется, автор не скрывает своего негативного отношения к советскому периоду отечественной истории, когда "правильная" экономическая экспансия была заменена "неправильной" военно-политической, а внутри СССР "Россия стала передаточным звеном западных достижений (?! — В.В.) в науке и технике на Восток и механизмом по трансформации местных народов из азиатской цивилизации в европейскую (??! — В.В.)". Но эти и другие "перехлесты" вполне можно списать на то обстоятельство, что Шапталов, хоть и не либерал, но демократ "чистой воды", а его понимание демократии, вытекающее, по всей видимости, из исследований Р.Пайпса (демократия — власть собственников), просто заставляет расценивать, например, сталинскую Россию как тоталитарное общество и петь осанну "западным демократиям", по пути которых должно следовать всем без исключе- ния народам и государствам мира.

"Военно-политическая экспансия приводит к насаждению в обществе фобий — страха перед врагами, которые якобы денно и нощно думают над тем, как погубить страну, и потому властям приходится держать государство в постоянной боевой готовности; рождается милитарист- ская логика мышления и поведения. Если превалирует экономическая экспансия, то она способствует активизации мобильной части населения и формированию типа мышления, ориентированного на достижение конкурентного успеха. В результате складывается ментальность, нормы жизни, в соответствии с которыми люди делают всё, чтобы свой быт — жилища и окружающий ландшафт — сделать добротным и привлекательным. Уютные Западная Европа и Северная Америка — тому подтверждение. Остальным народам остается заимствовать успехи экспансионистских наций" и т.д.

Разумеется, историю "уютных" США и Европы очень трудно свести к одной только "экономической экспансии", но при большом желании, позабыв на время о крестовых походах, "дипломатии канонерок", "Дранг нах Остен", Вьетнаме и прочем в том же духе, — всё-таки можно. Вопрос в том, нужно ли?

Повторюсь, что книга Бориса Шапталова важна не своим "экспансионистским" вектором и даже не убийственной критикой современного российского "либерализма" с "демократических" позиций. Она важна прежде всего как явный симптом огромных ценностных, аксиологических сдвигов, которые произошли буквально во всех слоях "постсоветского" российского общества и которые сегодня обретают новое качество, очевидно выходя за рамки "классического" аксиологического треугольника 80-х: "целостность—системность—интеграция".

Традиционная формула, которой эфиопские военачальники сообщали своему негусу об очередной победе на поле битвы, была такова: "Кто погиб — погиб, кто бежал — бежал". А Сталин на известную строку "Бежали робкие грузины" как-то ответил: "Робкие грузины бежали, а смелые остались". Точно так же происходит сегодня и с "новой Россией": кто погиб — погиб, кто бежал — бежал, а кто остался — тот остался навсегда. И тем, кто остался, прочесть книгу Бориса Шапталина будет весьма небесполезно. "Ф.Рузвельт сказал: "...Мера жизни государства — его воля к жизни". А воля к жизни и человека, и государства проявляется в борьбе, а не в паразитарном существовании за счет даров природы или достижений других. Так что выбор за нами".

КРЕМЛЬ И НИЖНИЕ АВЧУХИ Большая политика на малой моей родинеНиколай Анисин

КРЕМЛЬ И НИЖНИЕ АВЧУХИ Большая политика на малой моей родине

Путь в мою деревню Нижние Авчухи из центра Москвы — простой. С Ленинского проспекта — все прямо, прямо и прямо. Надо ехать, никуда не сворачивая, по Киевскому шоссе. Слева останется Калуга, справа потом — Брянск. И через полчаса — вот поворот к Нижним Авчухам.

Стоп. Приехали. Предлагаю взглянуть, как за 400 километров прямой дороги от Кремля в брянской деревне напрямую отражается свет кремлевских звезд. Свет большой политики — в прошлом и настоящем.

Когда в дугу проклятого врага согнула Курская дуга, крупные войска немцев были переброшены на Брянщину. С приказом закрепиться на ней и любой ценой перекрыть наступление Красной Армии на Киев, Харьков и Гомель.

В нашем Брасовском районе бои шли страшно ожесточенные. Окрест Нижних Авчухов — на Красном поле, в Матюхином логу, на Роднухиной горке, у Жуткого вира окопалась чуть ли не целая немецкая дивизия. Окопалась и не отступила. Ее уничтожили. Но вместе с деревней.

Осенью 1943 года авчушанские старики, женщины и дети, прятавшиеся от бойни в лесу, вернулись на пепелище. Рядом со сгоревшими избами — трупы немцев, оружие, боеприпасы, стреляные гильзы…

Той осенью Нижние Авчухи ушли под землю — в погреба и землянки. Спасала все потерявших авчушан природа. Нужны дрова — вот он лес. Рыбы в речке — полно. Ловить окуней, лещей, щук, налимов можно было даже в лютый мороз — стоит только прорубь прорубить. Выживали авчушане и охотой — дичи и зайцев тогда в нашем краю было несметно. Тем не менее — авчушане видели сны о корочке хлеба…

Еще гремела война, еще главным в стране был лозунг "Все для фронта, все для Победы", но уже весной 1944 года в Кремле решили, что Нижние Авчухи и прочие бедствующие русские деревни не должны быть брошены на произвол судьбы. Авчушанский колхоз этой весной получил в дар от государства семенную рожь, десять лошадей, телят и солому для крыш вновь поставленных конюшни и фермы.

Государственный лес крестьянам Нижних Авчухов выделялся бесплатно. И как только в 1945 году стали прибывать демобилизованные мужики-фронтовики, наша деревня выбралась из погребов и землянок.

Избы каждой семье строили всем миром. Всем миром и отмечали новоселье. Нижние Авчухи коллективно возрождались из пепла, и все крестьяне верили — впереди у деревни самая счастливая жизнь. И для такой веры были основания.

В первое после войны пятилетие в новых избах в Нижних Авчухах частенько появлялись незваные гости — вербовщики. То есть уполномоченные по набору рабочих на стройки в разрушенных городах Украины и Белоруссии. Вербовщики гарантировали молодым авчушанам выдачу им паспортов, прописку в общежитиях, сулили приличные заработки и получение в недалеком будущем квартир в восстановленных городах. А что слышали в ответ?

— Жить в Донецке или Минске, конечно, хорошо, но в Нижних Авчухах лучше.

По словам старейшины нашей деревни деда Глеба, тех авчушан, которые в послевоенную пору поддались соблазну города, можно пересчитать по пальцам одной руки. Ну, чего ради менять привычный, милый сердцу уклад жизни в деревне, если в ней наступает благодать?

Авчушанский колхоз за пятилетие после победного салюта обзавелся не только конюшней и коровником, но и свинарником, птичником и пасекой. На полях колхоза выращивали рожь, картофель, овес, ячмень, гречиху, сахарную свеклу. Колхозу устанавливался план — столько-то продукции сдать государству. Все, что производилось сверх плана, делилось между колхозниками. По трудодням. Уравниловки при том не было. Трудовой день доярки стоил вдвое-трое больше трудового дня сторожа, день жатвы серпами оценивался выше, чем день покоса. По трудодням распределялись и деньги, полученные от государства за сданную по плану продукцию.

Доходы от работы в колхозе позволяли жить — не тужить. Но при всем том никому из авчушан не запрещалось, говоря по-нынешнему, заниматься личным бизнесом. То есть подрабатывать в свободное от колхозных нарядов время.

Деревня Нижние Авчухи триста лет была гончарной столицей брянского края. Лучшие глиняные кувшины, кастрюли, кружки делались у нас. Искусство их изготовления передавалось из поколения в поколение. Круги гончарные у мастеров были персональные, горн — общий на всю деревню. Когда тот или иной крестьянин-гончар обжигал в горне свои изделия, колхоз выделял ему телегу с лошадью: езжай торговать по деревням и районным центрам хоть три дня, хоть неделю. Спрос на глиняную посуду был высоким, и благосостояние авчушанских гончаров росло из лета в лето.

Каждая семья в Нижних Авчухах имела рядом с избой землю под сад-огород и личный участок в поле — под картофель. Каждая семья могла обзавестись живностью на своем подворье и могла сбывать излишки мяса и молокопродуктов на рынках райцентра и Брянска. Были в Нижних Авчухах крестьяне, которые, купив за гроши у государства патент на индивидуальное предпринимательство, легально зарабатывали на шитье одежды-обуви и изготовлении нехитрой мебели.

Кремль при Сталине помог возродиться колхозу в Нижних Авчухах, дал тем самым авчушанам гарантированный кусок хлеба и предоставил им возможность самостоятельно, помимо труда в колхозе, добиваться преуспевания. А как сказалась большая политика на Нижних Авчухах после захвата Кремля Хрущевым?

Приятель моего отца, озорной мужик Пармен Владимирович, до Хрущева был самым успешным авчушанским бизнесменом. Он разводил тьму кур, гусей и уток, держал трех свиней и трех коров. Свежее мясо птиц, свиная колбаса, сметана и творог от семьи Пармена Владимировича на рынке в Брянске уходили влет и доходы ей приносили солидные. Но вот хрущевский Кремль провозгласил: мы идем семимильными шагами к коммунизму, и на нашем пути нет места личным подсобным хозяйствам крестьян — продуктами всех через магазины должны обеспечивать только колхозы и совхозы. Пармена Владимировича обязали двух из трех коров продать мясокомбинату и предписали ему впредь продукты с его подворья на освоенный им брянский рынок не возить. У Нижних Авчухов отняли шанс на приработок торговлей, как сельхозпродукцией, так и традиционными гончарными изделиями. Но не в этом заключался главная пакость хрущевского Кремля к Нижним Авчухам.

Я родился в 1954 году и стал третьим и последним ребенком в нашей семье. Отец-фронтовик рано умер. А были в Нижних Авчухах семьи и с восемью, и даже с десятью детьми. Молодое поколение авчушан, как и старшее, о городе не мечтало. Но хрущевский Кремль лишил молодежь перспектив нормальной жизни в родной любимой деревне.

Поля вокруг Нижних Авчухов — это не чернозем, а суглинок. Зато у нас на Брянщине, в отличие от областей Черноземья, идеальный климат — ни перепадов температуры, ни засух, ни потопов. Наши земли могли давать стабильно высокие урожаи при удобрении их навозом и торфом, которого рядом с Нижними Авчухами полным-полно. Короче говоря, наша густонаселенная деревня в 400 километрах от Кремля при ее техническом перевооружении и вкладах государства в дороги, жилье, детсад, школу, больницу могла кормить весь центр столицы. Но громадные ресурсы — деньги, автомобили-трактора, стройматериалы — хрущевский Кремль бросил за тысячи и тысячи километров от Москвы в Тьмутаракань — в степи Казахстана.

Там героическим, высокооплачиваемым трудом целинные земли вспахали, засеяли, построили жилье. И что? Авчушанский механизатор Андрей Иванников, подавшийся из нашей деревни на целину за заработками, рассказывал: "Первый урожай сняли — черт на печку не вскинет. Но зерно свозили на открытые тока. До элеватора у железнодорожной станции далеко-далече. Зерно не успевали вывозить, и оно возгоралось. Все труды пропадали. Через пару лет на распаханных целинных степях разразились пыльные бури. Пришлось насаживать лесозащитные полосы. Понадобились новые затраты. А урожайность на степных землях все падала и падала…"

Растранжирив впустую на казахскую целину накопленные при Сталине ресурсы, хрущевский Кремль обделил Нижние Авчухи капитальными вложениями. Но обирать нашу деревню не прекратил. Авчушанский колхоз "Советы Ильича" исправно, по плану поставлял государству сельхозпродукты, которые шли на реанимированную Хрущевым троцкистскую идею мировой коммунистической революции. То есть на прокорм якобы родственных СССР режимов в Латинской Америке, Африке и на Ближнем Востоке.

И еще один штрих к политике Кремля в Нижних Авчухах. Брянским властям поступило указание: превратить заливные луга в поля с сеянными травами. Берега нашей речки Глодневка с глубоким Жутким виром взрыли экскаваторы. Разрушились естественные поры циркуляции воды, луга осушились, речка обмелела и в ней исчезла рыба, которой круглый год кормились Нижние Авчухи.

Хрущева в Кремле сменил Брежнев — и в Нижних Авчухах ничто не изменилось. Троцкистская идея мировой коммунистической революции по-прежнему торжествовала. Авчушанский колхоз, как и ранее, поставлял государству дешевые сельхозпродукты, которые переправлялись родственным якобы СССР режимам на далекие континенты. Технику Нижним Авчухам брежневский Кремль прибавил. Но дорогу с твердым покрытием до станции Брасово не построил. Машины с зерном и скотом, буксуя в слякоть, сжигали сотни литров бензина. Никакие автобусы не ходили. До райцентра за 25 километров нам, авчушанам, нередко приходилось топать на своих двоих.

Соломенные крыши в избах Нижних Авчушов в ливни протекали. А брежневский Кремль даже и не думал, чтоб фонды на шифер и кровельное железо предоставить нашей деревне, а не Кубе или Никарагуа.

Из Нижних Авчухов начался великий исход. Молодые авчушане, которые ранее на посевную, на покос, на жатву шли, как на праздник, стали искать себе применения в городах. Деревня безлюдела с каждым годом. Брежневскому Кремлю наши земли с благодатным климатом были не нужны. Государство щедро вкладывало средства и в нефтегазовый Тюменский Север, и в оросительные системы Туркмении, и в хлопковые поля Таджикистана, и в города Прибалтики. Туда, куда брежневский Кремль направлял деньги, и направляли стопы авчушане из своих изб с соломенными крышами.

На исходе горбачевской перестройки в госбюджете чудом каким-то появилась строка на асфальтную дорогу от райцентра до Нижних Авчухов. Дорога с твердым покрытием наконец-то появилась, но ею заманить обратно домой молодое поколение авчушан уже было невозможно.

Реформы Ельцина открыли границу для завоза иностранных харчей, вздули цены на сельхозтехнику и энергоносители и угробили все крупное производство в Нижних Авчухах. Нет там теперь ни машинного двора, ни конюшни, ни коровника, ни свинофермы, ни птичника, ни пасеки. А климат у нас по-прежнему благодатный, а на наших полях все еще может расти все — от ржи и картошки до гречихи и сахарной свеклы. Есть ли шанс возродить Нижние Авчухи, и из них за 400 километров, а не за 8000 тысяч километров из Китая, поставлять в центр Москвы сельхозпродукцию? Теоретически есть — даже при нынешнем уродливом капитализме в России.

Между Нижними Авчухами, деревней Глушня и Верхними Авчухами огромные залежи торфа. Цены на мазут и газ все скачут и скачут вверх, и Запад сейчас активно ищет альтернативные, более дешевые источники топлива для теплостанций. Вкладывает, например, деньги в производство брикетов из опилок. Брикеты же из торфа требуют меньше затрат, а тепла дают больше. Если бы запустить в Нижних Авчухах торфразработки, на доходы от них деревня обрела бы новую жизнь. Но в Кремле сейчас сидит не Сталин, который возродил Нижние Авчухи из пепла, а Путин. А он держит двести миллиардов долларов денежных запасов России на Западе и кредитует тем самым западную экономику. Нижние же Авчухи никаких кредитов от путинского Кремля не получают и, вероятно, не получат никогда.

Родственников в Нижних Авчухах у меня нет. Но приезжая каждый год на родину поклониться могилам дедов, бабок и отца, я всегда наведываюсь к авчушанской подруге моей матери — Ирине Андревне, которую с детства и до сих пор зовут в деревне Рюнечкой. Дом Рюнечки стоит в центре Нижних Авчухов на горочке. С нее видны сосновый бор, Красное поле, речка Безымянная. Красота у нас необыкновенная, и все для счастливой жизни, кроме денег, в нашей деревне есть. Но ее Кремль вот уже больше полвека доводит своей политикой до вымирания.

Если Нижние Авчухи исчезнут, то за этот грех кому больше на том свете воздастся — Хрущеву и Брежневу? Горбачеву, Ельцину, Путину? Но есть же Божий Суд, наперсники разврата…

ДЕЛАЙ, КАК Я!

ДЕЛАЙ, КАК Я!

Павел Былевский

Павел Былевский

ДЕЛАЙ, КАК Я!

К лету в городах наступает затишье деловой и политической жизни. Кто побогаче, отъезжает на заграничные курорты, а народ победнее отправляется на садово-огородные участки решать продовольственную проблему. Но этим летом всё выходит по-другому. Вслед за энергетической аварией в Москве износ жилищной коммуналки, помноженный на пофигизм властей, спровоцировал в регионах резкие народные акции.

Под Саратовом обозлённые местные жители поселка Дубки взяли штурмом местную контору, которая отвечает за жилищно-коммунальные услуги и подачу электроэнергии. Персонал удерживали в заложниках до тех пор, пока не восстановили подачу отключённого в очередной раз электричества. Отключения электричества на неопределённый срок, без каких-либо предупреждений и внятных объяснений, стали в Дубках традиционными.На этот раз "последняя капля" переполнила чашу народного терпения: народ забурлил, посёлок заклеили листовками. После короткого общего схода толпа пошла на приступ. Муниципальное предприятие "Жилищник" захватили штурмом, работников фактически взяли в заложники. Объявили: пока не включат свет, никто из здания не выйдет. Милиция, осознав ситуацию и оценив настроения, в драку не полезла, а заняла наблюдательную позицию: лишь бы не дошло до кровопролития. В этот раз сидеть без света пришлось недолго, вскоре после захвата "конторы" электричество в посёлке включили. Урок оказался впрок: необъявленных отключений с тех пор пока не было.

Однако тактической уступкой коммунальщиков и энергетиков разъярённым посельчанам оказалось мало. Дома, расположенные возле освобождённого здания жилищно-коммунальной конторы, обклеены объявлениями о новых акциях протеста и сходах, на которых народ проговаривает, что же делать дальше. Обсуждают, что делать, если энергетики и сотрудники жилищно-коммунальных служб решатся на новый произвол в отношении жителей Дубков.

"Идеологическое обеспечение" обеспечил молодой большевик Григорий Атомов, член ВКПБ, но только не семигинско-тихоновской "партии будущего", а той, где генеральный секретарь — подзабытая ныне Нина Андреева. Если некоторая стабильность налажена, разъяснил он народу, то каковы гарантии, что перебои с электричеством не возобновятся, когда народ угомонится? Такими гарантиями может быть только постоянный нажим "снизу", угроза новых радикальных акций. Так говорит опыт истории, подтверждённый событиями последних месяцев.

Не случайно аналогичный случай почти в это же время произошёл в Смоленске. Массовая акция протеста, во время которой чуть не был избит местный мэр, в корне изменила первоначальные намерения городских властей решить свои проблемы за счёт жителей городского центра. В Смоленске в самом центре города, в районе бульвара Юрия Гагарина и прилегающих к ним улиц расположены ещё вполне благополучные четырёхэтажные "хрущёвки". Городские власти приняли обычное нынешним временам решение: дома снести под тем предлогом, что они морально устарели, а на освободившемся месте построить торгово-офисно-развлекательный центр. Баня, распложённая рядом, которой пользуется жители всего центра Смоленска, оказалась обречена на перепрофилирование в "элитное заведение".

Жильцов, обречённых на снос домов, пообещали отселить в временный жилой фонд, а в перспективе — предоставить жильё в отдалённых районах. План, по мнению городских властей, получился замечательный и гуманный. Все должны были быть довольны: и отцы города благоустройством центра, и инвесторы, которые выгодно бы вложились в строительство дорогой недвижимости, и, наверное, жители сносимых домов, которые рано или поздно переехали бы в новое жильё.

Всё учли чиновники городской мэрии, кроме одного: чувства собственного достоинства и человеческой солидарности жителей Смоленска. Дело в том, что в городе полным-полно послевоенных бараков и аварийного жилья, которые в первую очередь заслуживают сноса, а их жильцы — переселения в новые дома. К тому же среди жильцов домов на бульваре Гагарина и прилегающих улицах много людей преклонного возраста, в том числе больных, и перспектива переехать из центра в отдалённые районы на неопределённый срок их совсем не радует.

Обиженные и возмущённые жильцы предназначенных к сносу "хрущёвок" не согласились с уготованной им судьбой. Они образовали междомовой инициативный комитет, который регулярно обращался в администрацию города с запросами и жалобами, в том числе и лично к мэру. Опытные бюрократы всячески успокаивали жалобщиков, убаюкивали их бдительность разнообразными пустыми отписками, а сами тем временем издавали документы и распоряжения о подготовке "реконструкции".

Но времена какие-то новые наступают, и обычная чиновничья тактика дала сбой. На помощь попавшим в беду людям поспешили активисты оппозиционных политических партий и движений — комсомольцы СКМ РФ, национал-большевики, "родинцы". Жильцы обречённых домов, возмущенные наплевательским отношением властей, вышли на свои улицы и прошли шествием до центральной площади перед городской администрацией, а там устроили митинг. Обстановка постепенно, но неуклонно накалялась. Митингующие понимали, что просто так поговорить-разойтись недостаточно, тихими да мирными речами власть не проймёшь.

"Зажгли" горячие комсомольцы, и несколько сот участников митинга начали дружно скандировать "Мэра! Мэра!", требуя, чтобы мэр Смоленска Владислав Халецкий вышел к гражданам для откровенного разговора. Тут же несколько делегатов отправились в здание городской администрации, чтобы пригласить главу города для немедленных объяснений с жителями. Однако посланцы вскоре вернулись ни с чем: покидать свой уютный кабинет в ближайшее время мэр наотрез отказался.

От такого чиновничьего хамства толпа если и не озверела, то раскалилась. Одни митингующие предлагали заблокировать здание, чтобы мэр остался в своём любимом кабинете надолго, другие призвали взять мэрию штурмом, третьи приглашали перекрыть дорогу. Подобные призывы начали открыто звучать уже с трибуны. Решено было послать ещё несколько человек за главой города с учтивым ультиматумом, но и он не был принят "осаждённой стороной". Разъярившаяся толпа вновь начала хором требовать "Мэра! Мэра!..", большинство митингующих требовали отставки Владислава Халецкого и депутатов своих округов. Никакой реакции со стороны осаждённых не последовало, можно было подумать, что они дожидаются призывов линчевать обидчиков…

И тогда, подобно пророку Магомету, который пошёл к горе, люди сами рванули к мэру. Более трёх сотен человек двинулись на штурм здания администрации. Поняв безвыходность положения, навстречу народу с отчаянием камикадзе ринулся заместитель мэра и пригласил всех в зал заседаний городского Совета, чтобы "обсудить проблему". Тактический компромисс был достигнут, и бурное обсуждение продолжилось в зале. Сколько ни пытались жильцы выяснить, что конкретно планируется в этом районе, вразумительного ответа, кроме слов о "благоустройстве", в ответ не услышали.

Пытаясь перекрыть неодобрительный гул, мэр старался уверить разгневанных жильцов, что никто никого никуда без персонального согласия не переселит, а план застройки района обязательно согласуют с жильцами. Его уже мало слушали, обступили со всех сторон, глаза горят, руки тянутся к пиджаку. Испугавшись физической расправы, городской голова был готов в обмен на неприкосновенность подписать любой документ по судьбе домов, который представят ему их жильцы.

Увидев искренность в глазах чиновника, массы временно сменили гнев на милость, и на этой "запятой" обсуждение завершилось. Однако вынужденным обещаниям властей жители особо не поверили и предупредили, что выполнение договорённостей будет строго контролироваться их уполномоченными. "Никто не сможет нас насильно выселить из наших жилищ! — заявил высокий крепкий седоволосый мужчина. — Пусть только кто попробует, мы его встретим на пороге квартир с топорами!".

И на федеральном, и на местном уровне ничего хорошего за просто так "сверху", от нынешних властей не дождаться. Все тактические уступки, улучшения жизни народа и у местных, и у федеральных чиновников вырываются только жестокой борьбой. Напуганные перекрытиями транспортных магистралей ограбленными "льготниками", федеральные власти не только увеличили в несколько раз компенсационные выплаты.

Несмотря на однозначное заявление Владимира Путина, что Стабилизационный фонд, который к маю нынешнего года достиг почти девятисот миллиардов рублей, должен тратиться в 2006 году только на погашение внешнего долга, правительство России рискнуло-таки "тронуть заначку". Почти одновременно с описанными событиями под Саратовом и в Смоленске правительство России приняло решение "превентивно" выделить в текущем году почти триста пятьдесят миллиардов бюджетных рублей, в том числе из Стабилизационного фонда, на индексацию зарплат бюджетников и пенсий в соответствии с инфляцией.

На место зимне-весенних "антимонетизационных" массовых выступлений инвалидов и пенсионеров приходят пока ещё локальные акции протеста жителей, вызванные "техногенными" причинами, энергетическими и жилищно-коммунальными. Трещит по швам не только драконовски реформируемая система социального обеспечения. Мощные разломы проходят в обществе в связи с полным износом энергетических систем и жилищно-коммунального хозяйства.

Новые собственники и административная власть не чешутся вкладывать средства в обновление инфраструктуры жилого фонда, потому что у них в особняках и элитных кварталах своё автономное жизнеобеспечение. В итоге страдает население, и ничего хорошего ждать не приходится, страданиям не будет конца, пока народ не поднимется на борьбу, не прижмёт как следует новых "хозяев жизни". Сначала прижмёт, а потом и совсем прогонит всю эту шатию-братию.

ИСЛАМСКАЯ МОЗАИКА

ИСЛАМСКАЯ МОЗАИКА

Валентин Пруссаков

Валентин Пруссаков

ИСЛАМСКАЯ МОЗАИКА

Семь лет тому назад по дороге в мечеть в дагестанском ауле Кудали внезапно оборвалась жизнь одного из зачинателей исламского движения в России Ахмада-Кади Ахтаева. Будучи по профессии врачом, этот многосторонне одаренный человек, обладавший феноменальной памятью и отличавшийся исключительной начитанностью, всю свою жизнь занимался духовным самосовершенствованием, изучал исламские науки и отлично владел арабским языком. В 1990 году на Первом съезде мусульман СССР его избрали председателем Совета улемов (исламских ученых) и амиром Исламской партии Возрождения (ИПВ). Ахтаев заслуженно пользовался большим авторитетом не только у российских, но и у зарубежных мусульман, о чем, между прочим, свидетельствует книга, посвященная его жизни и деятельности, опубликованная в Египте.

А буквально на днях, в Москве под названием "Война идей" вышел сборник статей и интервью самого Ахтаева, предоставляющий широкому кругу читателей возможность впервые ознакомиться с мировоззрением и гражданской позицией этого выдающегося исламского ученого и публициста, сумевшего предвидеть и понять подлинную причину многих происходящих ныне в мире политических событий и явлений. Так, еще задолго до 11 сентября 2001 года, он провидчески писал: "Начинается четвертая мировая война. На этот раз американский "новый мировой порядок" выбрал себе жертвой Ислам. Не исламские страны - в этих странах давно уже западные марионетки правят. Не сырье - все сырьевые ресурсы давно уже под их контролем. Противник - именно Ислам, как идея, как образ жизни, противостоящий "новому мировому порядку" с его вседозволенностью, продажностью, дегуманизацией, природо- и богоборчеством.

По всему миру ведется тотальная война, без всяких правил, в невиданных масштабах и всеми доступными средствами...

Никогда раньше история не знала такого единого антиисламского фронта. Мусульмане разобщены, невежественны, слабы во всех отношениях, особенно в военном. Противник Ислама выступает во всеоружии, он организован, обладает материальной силой, имеет много союзников среди слабых мусульман.

Идет четвертая мировая война - война идей. И результат ее заранее известен: если мусульмане будут в точности следовать Корану и Сунне, "новый мировой порядок" будет повержен".

А. Ахтаев правильно видел, что у православных и мусульман один и тот же противник: "Православие и Ислам веками жили друг с другом, и сейчас нам, как никогда, необходим мир, чтобы вместе противостоять духу чужеземного влияния. У нас с православными очень похожая ситуация, и мы должны найти точки соприкосновения для борьбы с западной бездуховностью, которая развращает все население. По-видимому, нас рассматривают в качестве туземцев, заваливая дешевым товаром, посылая миссионеров со всевозможной ересью. Создается впечатление, что традицию, как мусульманскую, так и православную, разрушают специально".

В Евангелиях, как мы знаем, есть немало эсхатологических строк, в которых предсказывается борьба сил Света и Тьмы, воцарение Антихриста и второе пришествие Христа. Эта же тема занимает важное место и в священной книге мусульман. Ахтаев указывает: "В Коране тоже говорится о приближении конца света, и существует много хадисов Пророка Мухаммада о втором пришествии Христа (мир им). Много говорится и об Антихристе. Мусульманские теологи считают, что приближается царство Антихриста: нынешняя цивилизация поклоняется золотому тельцу и считает подлинную авраамическую традицию своим врагом. Действительно, в мире нет другой альтернативы современному положению вещей, кроме возвращения к истинной традиции. Человеку предоставлена свобода выбора: либо он выбирает путь Истины, либо ему грозит гибель. Человеку очень трудно ориентироваться в этом мире, потому что ему постоянно закрывают путь к Истине современными лжеценностями, такими, как деньги, карьера и др.". Очевидно, что с этими словами исламского ученого вполне могут согласиться и православные.

Для некоторых наших современников, пребывающих, увы, в плену предрассудков и предубеждений, ислам ассоциируется с невежеством, отсталостью и нетерпимостью к инаковерующим и инакомыслящим. Как бы отвечая им, Ахтаев говорит: "... мусульмане перевели на арабский язык огромное количество книг по античной, древневосточной, индийской философии; во времена халифа Мамуна устраивались философские диспуты между христианскими епископами и мусульманскими теологами, было разработано сравнительное религиоведение. В Средние века на Арабском Востоке развивались такие науки, как: астрономия, география, математика, история, медицина и другие. Исламский мир, в отличие от западного, никогда не знал инквизиции, и за научные знания никого и никогда не сжигали. Иными словами, Ислам никогда не был врагом науки и прогресса. И если мы призываем к возврату в первые века Ислама - это может означать только состояние духа, а никак не разрушение современных форм производства. Но, разумеется, ростовщичество или разврат, алкоголизм или наркоманию современного мира Ислам принять не может".

Можно лишь поблагодарить тех, кто потрудился составить и издать "Войну идей" Ахмада-Кади Ахтаева - книгу, которую будет полезно прочесть каждому, кто хочет понять сущность исламской религии, а также ее позицию относительно наиболее актуальных и злободневных проблем, касающихся всех ныне живущих, независимо от их вероисповедания и политических взглядов.

Известно, что после смерти Ахтаева остался целый ряд его неопубликованных работ, в том числе по догматике, правоведению и грамматике арабского языка. Хочется надеяться, что уже недалеко то время, когда станет возможным ознакомиться и с ними. Думается, что это явится важным вкладом в дело лучшего взаимопонимания между нашими согражданами, придерживающимися различных религиозных воззрений и принадлежащими к разным этносам. Надо научиться понимать и уважать всех, кто живет с нами в одной стране, ибо без этого не может быть ни мира, ни согласия.

ЦВЕТЫ НА РУИНАХ

ЦВЕТЫ НА РУИНАХ

Марина Струкова

Марина Струкова

ЦВЕТЫ НА РУИНАХ

Иногда я бываю на родине, в подлинной России. Это не увешанная рекламой, прокопченная смогом Москва, а та степь, которую раньше звали Диким полем. Бездна синего неба, пестрота шалфея и гвоздик вдоль оврагов, где играют лисы. Степной орел с размахом крыльев кажется на ширину человеческих рук. В это Дикое поле в древности выезжали богатыри-поединщики за честью и славой. Здесь проходила граница княжества Рязанского с Золотой ордой, предки сегодняшних жителей пахали с мечом у пояса, а села основаны теми, кто получил наделы за службу на южных рубежах. У дороги — курган с вышкой электропередач, местный знакомец рассказывал, как еще в годы детства бегал смотреть на археологов, открывших огромный остов воина в кольчуге. Но теперь в этих краях встают иные курганы, они не памятники славы, а свидетельства слабости. Каждый год возле знакомых сел все больше холмов, поросших "американкой", это так называемая в народе американская лебеда — мощное сорное растение. На подворье ее нещадно выкашивают, подсекают лопатой толстые стебли. В степи свои травы, в огороде свои растения, но "американка" — растение запустения, свалок. А новые курганы — это разрушающиеся друг за другом строения ферм, кирпичные заводы и лесопилки, школы и детские сады…

В день столетия великого народного писателя Михаила Шолохова мой путь лежал в деревню Туголуково Тамбовской области, основанную казаками-однодворцами около 1719 года, среди них были и мои предки. Это в некотором роде историографическое путешествие с "мыльницей" и блокнотом заставило забыть о том, что хотела лишь сделать ряд заметок для себя. Именно потому что пристрастно и пристально всматривалась в людей и окружающий пейзаж — это мое, близкое — неизбежно возникал анализ суровой реальности: от частного — к общему, от одного села — к необъятной державе, от семейных преданий — к судьбе народа.

Тамбовский автовокзал, в детстве казавшийся огромным, оказывается небольшой двухэтажкой. Мир расширился, но теперь ощущение того, что ты среди своих возникает не в своем районе, а уже при въезде в Черноземье. Здесь говорят иначе, чем в Москве, этот исконно русский говор — как у героев шолоховского "Тихого Дона", а не столичная мешанина смеси рекламных англицизмов, кавказского акцента и богемной зауми. У колонн под навесом ждут автобусов русоволосые женщины в ситцевых платьях и мужчины в выгоревших спецовках с прокаленными солнцем лицами хлеборобов, светловолосые дети. Чистая славянская кровь, серые спокойные глаза, привыкшие к скифским просторам. Люди, выросшие не в колодцах городских дворов, а под куполом неба от горизонта до горизонта.

…Стелется шоссе. Знакомый с детства зной. Огромные ярко-зеленые пространства полей. Останавливаюсь в Доме приезжих в районном центре Жердевка. Плачу за ночь сорок два рубля. Восторг несколько угасает, когда знакомлюсь с местным комфортом: на крыльце лавка и пеньки, облезлые стены, в умывальной ржавчина и холодная вода, в углу комнаты — красные потеки — зарезали здесь кого, что ли? — мелькает мысль. Все-таки любопытно — почему такой разгром? Оказывается, была когда-то приличная гостиница, но ее сожгли, и отнюдь не нечаянно. Местные разборки?

Уехать из Жердевки в соседние райцентры Мучкап и Уварово проблема — нет ни автобуса, ни электрички, только такси, которое обойдется рублей в 600-800 за эти расстояния. Службы такси частные, их две. Думаю, их руководители благодарны Жердевскому главе администрации, который равнодушен к местным транспортным проблемам.

В Туголуково приезжаю рано утром. Планировка села несколько хаотична, но это уже следствие истории — к крупному центральному селу лепятся еще несколько, более поздней постройки. Не улицы, а завихрения галактики. Буйное цветение садов: через изгороди, из проулков — пышное разноцветье сирени, яблонь, жасмина, каштанов, бузины. Когда-то Туголуково славилось как яблочный край, фрукты возили продавать на ярмарки в соседних районах. Здесь были высокие урожаи, бурно развивалось местное производство. Еще в середине 19 века было несколько небольших заводиков, восемь мельниц, пять кузниц, семь лавок, ямской двор. В Туголуковскую волость входили соседние, граничащие с ним села и деревни — Петровское, Дорогая, Старое Туголуково, Красная горка, были хутора и отруба.

Многие данные я почерпнула из книги местного краеведа Ксении Анатольевны Гибшман "История села Туголуково" и рассказа ее единомышленницы, также краеведа-энтузиаста Анны Дмитриевны Сурковой.

Более двадцати лет назад Ксения Анатольевна создала краеведческий музей, собирала со своими помощниками экспонаты, записывала рассказы местных жителей, искала сведения в архивах. Наиболее интересует Ксению Анатольевну образ известного революционера Петра Кропоткина. В Туголуковской волости он жил в своем поместье — князь, теоретик анархизма, географ и геолог. Автор трудов по этике, социологии, истории. "Родился в 1842 г. Воспитывался в пажеском корпусе, по окончании которого служил казачьим офицером в Сибири. Уже там он отдавался физическим и географическим исследованиям Сибири, а также общественной деятельности. В 1872 г. Кропоткин уехал за границу, ознакомился там с социалистическими учениями и примкнул к анархическому направлению, главнейшим представителем которого он является в Европе и по настоящее время".

В 1884 году в Туголукове родился один из 26 бакинских комиссаров Иван Фиолетов. С апреля 1918 г.— комиссар по делам народного хозяйства в Баку. Начал национализацию нефтепромыслов. Расстрелян английскими интервентами...

Туголуковцы никогда не были крепостными, это оказало влияние на их характеры — самостоятельные, сильные, но эти черты всегда не нравились власти. После революции, поначалу, в Туголукове лояльно отнеслись к большевикам. Многие туголуковцы воевали у Чапаева, Буденного, Щорса. Конфронтация между крестьянами и новой властью началась конкретно из-за грабительских норм продразверстки, реквизиций и первых попыток коллективизации. "К осени 1918 года сложилась система продразверстки, размеры которой были заведомо невыполнимы, и если бы в 1921 году был выполнен ее план, то у крестьян осталось бы хлеба только на семена". С сайта города Кирсанова, где огромный раздел посвящен документам по антоновщине, беру пару цитат из выступления председателя Тамбовского губисполкома с красноречивой фамилией Шлихтер на губернском совещании о состоянии продовольственной работы 8 августа 1920 г. Шлихтер: " Считаю нужным отметить именно эту черту работы Тамбовского губпродкома — взять в кулак кулацкий элемент, который преобладает в Тамбовской губернии, сжать его в тиски до такой степени, что кулак считается с велениями губпродкомовских приказов как с чем-то таким, что может его раздражать, волновать, обижать, но что является неизбежным, непредотвратимым само по себе…В общем говоря, что разрешает продовольственнику и продовольственной организации наше государство? Оно, как государство пролетарское, разрешает организованное насилие в интересах коммунистической революции и требует от Наркомпрода и его органов на местах такого насилия, если встретится необходимость, со стороны государства по отношению к воле каждого гражданина, который станет на пути осуществления государственных мероприятий. Насилие это заключается в реквизиции, конфискации, аресте и предании суду ревтрибунала в случаях, какие указываются в распоряжениях центральной власти… взять в железные тиски". Так Шлихтер напутствовал молодых тамбовских большевиков на работу с деревней. Края, пережившие восемьдесят татарских набегов, ответили адекватно. Научный сотрудник Борисоглебского краеведческого музея В.Самошкин, основываясь на ряде архивных документов, отмечает, что мятеж начался 19 августа 1920 года в селе Туголукове с нападения на продотряд. 50% туголуковцев добровольно ушли к Антонову. В феврале 1921 года в Туголуково стоял штаб 1-й Партизанской армии СТК. В феврале 1921 года напуганный Губисполком вынес решение о прекращении продразверстки, но практическое выполнение ее продолжалось до осени. И весной произошел новый бум выступлений. Крестьянские полки и население Тамбовской губернии героически встали на пути врага. Каратели говорили тогда: "Они не щадят самих себя, ни своих детей и жен, бросаясь на пулеметы, как волки". Тогда и появилось определение "Тамбовский волк". Тухачевский покончил с партизанами в августе 1921 года, методы применялись радикальные, не на страницах левой прессы о них рассказывать. Как Григорий Мелехов в "Тихом Доне", наконец махнув рукой на политические идеи, крестьяне поневоле вернулись к осиротевшим пашням, к голодным семьям. Постепенно отношения с Советами уравновесились, хотя колхозных агитаторов иронически называли "красными сватами", крестьяне постепенно адаптировались к новой системе. Со временем колхоз окреп, началось строительство новых школ, больницы, культурных учреждений. Село росло и развивалось после потрясений и мятежей. Почему же оно гибнет сейчас, после бескровных реформ? Я думаю, потому что Советская власть, уничтожив прежнюю экономическую систему, предложила взамен свою: крестьянская Россия ей виделась иной, но все же развивающейся, двигающейся к определенной цели. Но сегодняшняя, демократическая власть, все разрушив до основания, нового ничего строить не намерена. Для нее вообще села не существует, народа в провинции не существует. Существуют города, потому что есть сиюминутная прибыль от фабрик и заводов для ее капиталистов — евреев, кавказцев и прочих хозяев столицы. В столице эта власть проворачивает свои грязные делишки, а горожан кормит синими ножками Буша, канадской пшеницей и молоком из генетически-модифицированной сои, а прочие овощи-фрукты втридорога завезут из Молдовы и Украины.

Пашни же и сельхозтехнику от души продают армянам, чеченцам и прочим горцам, слезшим на равнины из своих кособоких башен вместе с плодовитыми, как крольчихи, женами — их отродье и должно исправлять демографическую ситуацию в стране. А русским ни благоустроенных домов, ни зарплаты не положено, пусть подыхают с голоду со своими детьми или за копейки идут в батраки к чурбанам…

В тридцатые годы в том же селе Туголуково было в семь раз больше жителей, чем после перестройки, с ее стонами о гуманизме и всеобщем благоденствии — осталось не более полутора тысяч. В Туголукове, по сути, работать негде, несколько учреждений не могут вместить всех, желающих трудиться, а колхоз развален… Девяносто процентов дорог не заасфальтировано, в дождь и гололед путь к центру становится экстремальным видом спорта — говорит миловидная смуглянка, идущая на одну из окраинных улиц. Откуда такое наплевательское отношение к крупному населенному пункту со стороны районной администрации? Все оттуда же — от демократической системы, которая исключила села из сферы своих интересов: мол, зачем так много крестьян, если поля могут обрабатывать несколько фермеров? А вот фермеры землю взяли, да и не справились, часть вновь легла под бурьяном. В России около 33 000 000 гектаров заброшенных пашен, 17 000 заброшенных сел. Туголуково знавало лучшие времена, у села был хороший потенциал. Колхоз-миллионер, колхоз "Гигант", "Красный Гигант" — так его и называли — с началом перестройки развалился, землю и колхозное имущество скупили несколько человек, а как же остальные?

Почитать местную Жердевскую “районку”, так в остальном все хорошо, все хорошо, кто-то из местных бюрократов отчитывается: "Вот уже на протяжении четырех лет в сельскохозяйственном секторе области наблюдается относительная стабилизация. Определены три приоритетных направления будущей работы: активизация внедрения интенсивных технологий в растениеводство и животноводство, а также создание соответствующих условий для успешной реализации этих процессов: обновление машинно-тракторного парка, увеличение использования кредитных ресурсов, субсидирование кредитов". Гладкие дежурные фразы…

А на деле деревня встречает уже не первую весну на развалинах. Цветы на руинах...

К центру Туголукова от шоссе иду за несколькими школьницами, девочки весело щебечут. Школа — для меня центр деревенской цивилизации, где растет будущее России.

Туголуковская средняя общеобразовательная — пока еще прочное здание, светлые помещения, красиво оформленные стенды. В 2004 году школа отпраздновала свое 135-летие. " …в 1869 году здесь открылось одноклассное училище с четырьмя отделениямими. Число желающих стать грамотными значительно превзошло количество учебных мест. Поэтому в 1910 году выстроили двухэтажное деревянное здание, где в четырех классах обучались дети разного возраста. Наряду с действующей школой была и церковно-приходская. Великая тяга к знаниям в Туголукове наблюдалась всегда. Однако отток сельской молодежи в города, снижение уровня рождаемости, экономические условия вносят свои коррективы: число учащихся в школе падает. Если в начале 60-х это образовательное учреждение распахивало двери для 620-700 человек, то в 1993 году в нем обучалось 242, в 2004 году — 174 человека. А в 2005 году учеников не более 150. В 50-60 годы девять выпускников в дальнейшем стали учеными. Меня приветливо встречает завуч Туголуковской школы Куксова Наталья Васильевна, показывает старые фотографии Туголукова — старинные здания, многие из которых не сохранились, да и построенное при Советской власти выглядело солиднее. Сетует Наталья Васильевна на то, что все меньше учеников. И это происходит не в условиях войны, а в мирное время. По свидетельству местного краеведа Анны Дмитриевны Сурковой, перед Великой Отечественной войной в Туголукове проживало 8000 человек,1820 из них пошли на фронт, большинство из них добровольно — тут мне кажется любопытным наблюдением то, что так рвались защищать Родину потомки вчерашних антоновских повстанцев из эпицентра недавнего мятежа, нужно оценить сознательность людей, отбросивших счеты с новой властью во имя спасения Родины, погибли 995 человек. Четверо сыновей моего прадеда-антоновца ушли на фронт, двое погибли, двое вернулись офицерами. Туголуковцы защищали Брестскую крепость, сражались за Ленинград, Курск, Орел, Кенигсберг, Смоленск. Возле школы огромная стела с фамилиями погибших бойцов.

Анна Дмитриевна ведет меня в краеведческий музей, По дороге показывает одно из сохранившихся строений 19 века — местный магазин, напротив — бывший дом его владельца.

— Обратите внимание, — говорит Анна Дмитриевна, — здание напротив не сохранило первоначальный облик, а вот бывший магазин не переделывают, а в некотором роде реставрируют, его приобрел ветеран Афганистана Александр Куксов, местный предприниматель. Забрав ключи в правлении, Анна Дмитриевна открывает двери в большое здание, когда-то, по-видимому, выглядевшее красиво, но теперь напоминающее фрагмент декорации к блокбастеру про атомную войну. Забитые окна, облезлые стены. Жалко труд проектировщиков и строителей. Когда-то здесь часто выступали и столичные артисты, работал кинотеатр, теперь мертвенная пропыленная пустота. Анна Дмитриевна с болью говорит о том, как хотелось бы ей сохранить музей. Ведь он играет роль свидетеля далеких времен для сегодняшних юных жителей Туголукова, они хорошо знают историю, побеждают в районных историко-литературных конкурсах. Здесь предметы сельского быта, керамика, кости мамонтов, найденные на откосах реки Савалы. И множество фотографий — среди них статная церковь с высокой колокольней, позже из ее кирпичей построили несколько зданий.

В 1944 году в село провели радиолинию, в шестидесятых местный умелец собрал первый на селе телевизор, в 1972 году вошел в строй Дом культуры современного типа с кинозалом и библиотекой. Из книги "История Туголуково": "К 1990 году колхоз "Гигант" был большим многоотраслевым хозяйством, имевшим 8181 га земли. В колхозе три молочнотоварных фермы и три фермы по выращиванию телок, спецхоз по выращиванию свиней, на ферме было 960 коров… Если в 1970 году выписывалось по Сельсовету 2870 экземпляров газет и журналов, то на первое полугодие их было выписано 980". Думаю, сейчас и того меньше. "С 1990 года колхоз "Гигант" становится хозяйством с коллективно-долевой собственностью". Результаты реформ перед глазами.

На обратном пути замечаю через шоссе от автобусной остановки одно из двух кладбищ, справа от него руины, поросшие кустарником, слева стоящее здание выглядит превосходно — рядом с ним сельхозтехника. Позже местный таксист мне пояснил, что здание в руинах — бывшее колхозное зернохранилище, а вот слева — столовая, купленная приезжим бизнесменом, каким-то "армянином Ромой". Он же приобрел и комплекс местной свинофермы и надел. Радоваться ли тому, что нашу землю обрабатывают пришельцы? Или пусть лучше все ляжет в руины, если народу не под силу защищать и обрабатывать свое? Записываю это у заправки ЮКОСа — еще одно владение чужака в сердце России…

Наш народ надо довести до предела, до края, до белого каления — никто еще не высчитал этого предела, после которого начинают вспоротые животы грабителей набивать зерном, после которых школы становятся штабами партизанских армий…

На выборах 2004 года за Путина голосовали 66, 67% населения Жердевского района. Но, во-первых, не верю. А, во-вторых, если и так, то не вечно длится царству государственной лжи.

Спрашиваю пожилую местную жительницу: "Чем бюджет сельчанина сейчас держится?"

— Горбом нашим, крестьянским, становым хребтом.

Выращиваем свиней, бычков, молоко сдаем по 11 рублей за три литра, большие деньги на корма тратим, а перекупщики платят по минимуму. Живут люди более-менее достойно там, где сохранились колхозы в виде акционерных обществ, там подрабатывают на обработке свеклы.

"В Тамбовской области свыше двух миллионов гектаров пахотных земель…И полная неразбериха с землей: чья она, на каких правах принадлежит — нет главного документа, в котором были бы расписаны все права собственности. Государство, избавившись от подчиненных ему хозяйств, получило право заявлять, что теперь не обязано из бюджета покрывать убытки от производственной деятельности СХПК. Покупка удобрений, техники, расчеты с работниками — внутреннее дело самих хозяйств, которые должны по идее начать поставлять на рынок более дорогие, но зато лучшие по качеству продукты". К 2001-му году в Тамбовской области из оборота выведено от 700 тысяч до 1 миллиона гектаров пахотных земель (по данным www.russ.ru).

В сохранившихся хозяйствах почти стопроцентный износ техники, в связи с чем вспоминается мне признание одного семнадцатилетнего комбайнера с Уваровщины, что он изношенные детали со своего комбайна заменял на более новые — с чужих машин, ночью, тайком пробираясь в ремонтные мастерские, потому что хотелось ему работать без простоев! И можно ли осуждать человека, если он кормил безработную мать с сестренками — все зависели от его зарплаты?..

Во многих районах бесконтрольно распродавались земля, сельхозтехника, сельчане могли бы остановить распродажу колхозного имущества, собраться на сход, протестовать, но не собираются, в обществе — неверие в свои силы. В одном из сел мне признались: "Боимся, что начнем протестовать — отберут собственные земельные паи". Может быть, и незнание законов порождает нежелание отстаивать свои права, а кто разъяснит, что такое новые законы и как с ними бороться? Патриоты, вы где? Города — это лишь малая часть России, а вы делаете ставку на города? Но как пробиться в глубинку, куда и автобус не едет, и электричка не идет — а пешочком, как народовольцы?

А столичные турфирмы уже изобрели новый вид отдыха — туры в заброшенные деревни. И какие-нибудь начинающие менеджеры путешествуют, фотографируя печи среди зарослей бузины, коровники, ставшие копией Хатыни, и последних местных жителей с тяпками — ах, какая экзотика!..

Почему-то в прессе стало привычным утверждение, что "деревня спивается", не знаю, что за либеральный журналист первым пустил байку про пьяненького русского мужичка… В деревне пить некогда, здесь живут подсобным хозяйством. А это означает день с шести часов и почти до полуночи занятый заготовкой кормов для скота, ремонтом, разъездами по делам в дальний райцентр, а по праздникам — церковь…

Что есть деревня сегодня? Это из последних сил сопротивляющаяся на бытовом уровне исчезновению русской нации лучшая ее часть, лучшая и в генетическом смысле — здесь не вненациональное месиво городов. Костяк деревенских жителей составляют люди среднего возраста, не пожилые, но и не юные. Они привыкли жить крестьянским трудом, и иначе жить не могут и не хотят.

Село должно быть настороженным против чужих, расчетливым, лишь таким оно может выжить. У государства нет в отношении народа ни нормальной экономической политики, ни идеологической системы, которая, если уж колхозы разрушены, формировала бы психологию русских фермеров в каждом. Но современному государству такая уйма русских хозяев на русской земле не нужна и в дальнейшем опасна, так как в русском человеке всегда была неспокойная душа искателя справедливости, душа разинская, пугачевская, антоновская.

Еще живо то некогда сказочное и величественное явление, которое зовется — русская деревня. Кто-то страшится, что одержит над ней свою последнюю пиррову победу город бизнесменов и бомжей, и вместо этой — подлинной — России раскинутся волны курганов, где пойдет в рост не пшеница, а только буйная, жадная до тлена и праха "американка".

Так держитесь, земляки, за свою землю, и не заезжим хапугам взять на века эти просторы, которые наши предки оросили благородной русской кровью, заслужили перед Богом и миром. Ведь мы опять на войне…

ЖИЛИ-БЫЛИ

ЖИЛИ-БЫЛИ

Анна Серафимова

Анна Серафимова

ЖИЛИ-БЫЛИ

“70 лет разрушения не могли не сказаться на состоянии страны. Поэтому она сейчас лежит в руинах, во что были превращены те хоромы и дворцы, что представляла из себя старая Россия, которую мы потеряли. Не следует удивляться, ждать чуда, якобы в мгновение ока все будет налажено”. Но будет. Инга смотрит на жизнь оптимистично. Смотрит с этих самых cоветских руин: то из окна 150-метровой квартиры сталинского дома в самом центре облцентра, то с веранды двухэтажной дачи, бывшей когда-то государственной, а ныне успешно переведенной в личную собственность. Да и может ли быть другим, пессимистичным взгляд на жизнь с таких смотровых площадок?

Надо сказать, что не столько вид из любого окна Инги, сколько вид в ее окно подкрепляет оптимизм: есть, что посмотреть, что облюбовать даже самому взыскательному вкусу. Оптимизм хозяйки, прямо скажет имеющий глаза да увидевший, не беспочвенен, не на пустом месте расцветает.

Собственно, вид из окон тоже неплох: из квартиры открывается на центральный городской сквер, на даче увидишь из окна и лес, и луга, и речку. И везде такая гармония, такой покой, тишина, несуетность... Раньше было значительно хуже. Во-первых, недалеко от дома находилась школа, которую закончила и сама Инга, и крики ребятни не могли не раздражать. Но сейчас, слава богу, количество школьников значительно уменьшилось, поэтому школу объединили с соседней, куда перевели всех учеников, дети учатся в две смены, а здание отдали солидной фирме, наведшей порядок, оградившей свою территорию, где, конечно, никто не бегает и не кричит. Это очень хорошо. У Инги есть сын-школьник. И она, казалось бы, должна быть заинтересована в том, чтобы учебное заведение располагалось рядом и в нем были нормальные условия для работы, а не скученность. Но сын учится в спецшколе с английским и юридическим уклоном. куда его возят на машине.

То же и на даче — значительные изменения к лучшему. Неподалеку находилась молочная ферма подсобного заводского хозяйства. Ну и в ветреную погоду, бывало, надувало запахи, коровы мычали, если паслись на ближайшем лугу. Но вот завод обанкротили, хозяйство распалось еще раньше, от фермы не осталось и следа, от коров тем более. Тоже очень хорошо: и тишина, и свежий воздух. Да и по лугу, раньше густо помеченному ныне отсутствующими коровами, можно ныне погулять, пособирать полевые цветочки, поплести веночки — одним словом, утолить душу романтикой и слиянием с природой.

Инга этими переменами очень довольна. Глупости, что с закрытием заводов и сельхозпредприятий хуже людям стало. Инге — гораздо лучше: и кушать она стала значительно разнообразнее, и товары покупать чаще и качественнее. Просто работать надо, а не на печи лежать. Она тоже любит поспать, но встает и идет на работу в обладминистрацию, куда сразу после института устроилась по папиной протекции. Тогда это был райком. Когда начались перемены, Инга хотела уйти в частную фирму, образованную отцом, но он заставил ее работать при власти, что было в интересах семьи. Эти интересы Инга блюдет неукоснительно, достаток клана растет.

Отец любит вспоминать свое голодное детство, показывая на ноги: вот этими босыми пятками пылил от родной глухой деревеньки до соседнего села, где была школа. Жили в мазанке из кизяка в России, которую и потеряла Инга и о которой печалится. Кизячные отцовские хоромы давно разрушены (злодеи-совки-разрушители, одним словом), на том месте в деревне был построен клуб. Сейчас, правда, нет ни той школы, ни клуба. Поступил отец в ФЗУ. Затем сделал прекрасную карьеру, и перестройку встретил при производстве, связях и развязанных руках. В итоге семья стала если не самой богатой в области, но далеко не бедной. Сын помогает отцу вести дела фирмы, преобразованной из крупного производства, дочь блюдет интересы семьи в администрации: благодаря инсайдерской информации они хорошо играли на рынке и расширили свое влияние в областной промышленности и торговле.

Придя на работу, Инга первым делом заглядывает в интернет: ей интересно, кто с кем развелся, кто на ком женился, кто у кого в любовниках. И вот как-то залезла и узнала в последних новостях, что в их городе у здания обладминистрации проходит митинг протеста пенсионеров и других льготников. Она изумилась: ничего подобного не видела, когда шла. Но на всякий случай подошла к окну — точно. Стоят, бездельники (и когда успели набежать? Ведь Инга только успела кофе выпить), орут что-то. Не слышно здесь, поскольку на окнах — стеклопакеты. Но плакаты с нереальными требованиями: повышения зарплат, пенсий, возвращение льгот. А денег-то в бюджете нет! Как не понимают? Они с коллегой, секретаршей заместителя первого вице, — возмутились: люди тут работают, а горлопаны пришли, мешают. Секретарша была возмущена тем, что она неделю назад записалась к модному парикмахеру, и вот нельзя из здания выйти — милиция предупреждает, что во избежание инцидентов не выходить на улицу. Негодяи! Конечно, они за своей внешностью не следят, а тут из-за них когда попадешь на стрижку? Инга посочувствовала девчонке, а потом и сама спохватилась: она ведь тоже хотела с мамой пойти на демонстрацию коллекционных шуб, привезенных из Италии. Один день всего их будут показывать и продавать, не попадешь вовремя — все разберут. Она кинулась звонить маме, а та уже даже "скорую" себе вызвала, поскольку узнала об этой манифестации, стала звонить Инге не работу, она не отвечает, мобильник, оставленный в кабинете, тоже молчит, и мама решила, что дочь разорвали на куски кровожадные митингующие пенсионеры, взявшие в кольцо обладминистрацию. Одним словом, мероприятие сорвалось, чего Инга не может простить старикам, поскольку на той выставке тетка из соседнего отдела, которая не пошла, как Инга-дура, сначала на работу, а сразу отправилась на выставку, отхватила таку-ую шубу из рыси!!! Тоже, кстати, раньше разве была бы возможность у нее иметь несколько шуб? Нет. А сейчас — пожалуйста! Жизнь налаживается, у людей, хорошо работающих, как вот вся семья Инги, появляются практически неограниченные возможности. Потому на жизнь, кое-когда омрачаемую уводом из-под носа рысьих шуб, Инга смотрит с обоснованным оптимизмом.

ЕВГЕНИЙ, НОВОМУЧЕНИК И ВОИН

ЕВГЕНИЙ, НОВОМУЧЕНИК И ВОИН

Леонид Симонович-Никшич

Леонид Симонович-Никшич

ЕВГЕНИЙ, НОВОМУЧЕНИК И ВОИН

Прошло девять лет, как в Чечне был убит Евгений Родионов. Союз Православных Хоругвеносцев почтил память Новомученика воина Евгения. Вот текст, опубликованный в общей сводке новостей информационного агентства "Русская линия" от 24. 05. 2005 г., написанный хоругвеносцем Степаном Воробьёвым:

"В понедельник, 23 мая 2005 года Союз Православных Хоругвеносцев по традиции почтил память святого Новомученика воина Евгения Родионова, честные останки которого покоятся на сельском погосте села Сатино-Русское Подольского района Московской области. Девять лет назад, после нескольких месяцев издевательств и пыток, плененный 19-летний русский солдат, был обезглавлен чеченскими бандитами за то, что не отрекся от Православной Веры и не предал Христа, за то, что не пожелал снять свой нательный крестик и принять ислам.

Как обычно, в этот день — день рождения и одновременно день мученической кончины воина Евгения — со всей России: из Великороссии, Малороссии, Белоруссии, и даже Сербии, к скромному сельскому кладбищу съехались тысячи людей. Курсанты военных училищ, воспитанники детских военно-патриотических обществ, целые приходы со своими священниками, казаки, представители православно-патриотических организаций, старики и молодые, военные и гражданские люди. На могилке Жени Родионова, практически не переставая, служатся панихиды. Уходит один священник, и на его место заступают вновь прибывшие батюшки. На небе с самого утра — ни облачка. Жарко лучится солнце. Еле слышно потрескивают свечи. Печальные песнопения панихиды перемежаются с радостными пасхальными напевами, и всему этому вторят соловьи из кладбищенской рощицы. Подходят детишки из православных гимназий и читают стихи. Казаки атамана Ивана Кононова посмертно награждают воина Евгения орденом. Старушки вытирают кончиком своих платков слезы и шепчут молитвы. Люди передают записки, возжигают свечи, возлагают цветы. Все подходят и прикладываются к кресту на могиле мученика. Рядом с храмом стоит полевая кухня, и все паломники в сени деревьев могут потрапезничать после молитвы и помянуть кутьей Евгения и иже с ним убиенных воинов Андрея, Александра и Игоря.

У могилы всех встречает мать Жени — настоящая и прекрасная русская женщина Любовь Васильевна Родионова. Мягкие черты лица, добрый и открытый взгляд, простая и искренняя речь. В ее глазах — любовь и печаль всех Русских матерей, потерявших своих детей на полях сражений. Только для того, чтобы найти и перезахоронить тело сына, ей пришлось испытать много горя, страданий и унижений, встретить равнодушие, непонимание и предательство со стороны тех, кто по своему долгу должен был ей помочь. Она могла бы озлобиться, возглавить какой-нибудь очередной комитет солдатских матерей. Но не так поступает Русская мать. Любовь Васильевна стала помогать нашим воинам. Через ее руки уже прошли десятки тонн одежды, продуктов, подарков, которые она везла нашим солдатам в Чечню, на границу, в госпитали.

После панихиды Союз Православных Хоругвеносцев обошел Крестным Ходом весь погост. Впереди, сразу за Крестом, плыла новая хоругвь мученика Евгения, на которой святой воин, облаченный в военную форму, изображен во весь рост с крестом в правой руке. Сам он тоже стоит на фоне большого золотого Православного Креста. Хоругвеносцы в очередной раз попросили благословения у воина Евгения на свои дальнейшие деяния, чтобы продолжить правую борьбу за Православную веру, восстановление Самодержавия и Русский народ. Мы чаем, что скоро произойдет официальная канонизация Воина Евгения, который, мы в это верим, уже сейчас борется за Русь в стане Святых Воинов во главе с небесным Архистратигом Архангелом Михаилом", — заканчивает свой текст Степан Воробьёв.

Однако время идет, а народ живет все хуже. Украина вступает в НАТО. Латвия проводит парады местных эсэсовцев, в России создали институт юных комиссаров, и начинается крупномасштабное гонение на Русских Патриотов под кодовым названием "Покушение на рыжего беса", который на днях взял да и отключил Москву от энергопитания и водоснабжения. На фоне целенаправленного уничтожения 1000-летней Русской Империи все более странным выглядит отказ Комиссии по канонизации нашей же Русской Православной Церкви прославить Воина Мученика Евгения Родионова. Хотя за это прославление по сути дела ратует вся Православная Россия. Иконы Воина Евгения кровоточат прямо на его могиле, а в небе во время чтения акафиста появляются три больших белых креста, что говорит о том, что Евгений со товарищи уже прославлен там — на Небесах.

Мы же, братчики-Хоругвеносцы, представители СПХ и СПБ, продолжаем настаивать на канонизации Евгения Родионова в лике Святого Мученика. И все нас поддерживают. Вся Россия.

Автор — Глава Союза Православных Хоругвеносцев, председатель Союза Православных братств

ОТ НИЦШЕ ДО БРАУНА

Валентин Пруссаков

ОТ НИЦШЕ ДО БРАУНА

Когда в XIX веке Фридрих Ницше провозгласил "Бог умер", он тем самым не совершил богоубийства, а лишь точно констатировал положение дел в так называемом христианском мире. За долгие годы — свыше ста лет, истекших с тех пор, как немецкий философ сделал свое открытие, влияние религии на жизнь и политику в государствах, продолжающих по инерции и чисто номинально считаться христианскими, стало еще меньшим. Более того, оно почти достигло нулевой отметки, о чем, в частности, красноречиво свидетельствует необычайная популярность в двадцатом столетии таких безбожных идеологий, как коммунизм, национал-социализм и либерализм.

Поистине: мы уже живем в постхристианскую эпоху. И ровным счетом не имеет никакого значения, что в некоторых странах церкви переполнены по воскресеньям (воскресные христиане!), и родители, сами порой неверующие, продолжают крестить новорожденных младенцев — "так делали наши предки". Ныне церкви, особенно на Западе, превратились в нечто наподобие социальных клубов, а обряд крещения является, в понимании некоторых, всего лишь некой формальностью, совершение которой необходимо для допуска в них.

Быть же действительно религиозным, стремление привести собственную жизнь в соответствие с религиозными идеалами рассматривается как своего рода атавизм, признак отсталости и несовременности. Откровенное богохульство, пренебрежительное отношение к святым текстам и святым именам стали настолько распространенными в повседневной жизни якобы христианского общества, что подавляющее большинство их просто не замечает и равнодушно проходит мимо, иногда лишь пытаясь убедить неизвестно кого и неизвестно в чем посредством хорошо запомнившейся им фразы, давно и старательно внушаемой масс-медиа: "У нас свобода слова!"

Наглядным подтверждением вышеприведенных слов служит невиданный успех во всем мире книги американского писателя Дэна Брауна "Код да Винчи". Говорят, что благодаря ей он уже заработал свыше 50 миллионов долларов. Однако не будем считать чужие деньги, а лучше призадумаемся о причинах столь невероятного внимания читающей публики к этому, с позволения сказать, литературному произведению.

Сам Браун без устали заверяет всех, что его книга просто роман, "все его герои нереальны, и в нем отражены давно известные альтернативные теории о происхождении христианства". Пусть будет так. Но давайте посмотрим, что это за "теории". Суть же их абсолютно недвусмысленна и сводится к следующему: на протяжении двух тысячелетий Церковь и ее сторонники не гнушались никакими средствами, в том числе и убийством, чтобы скрыть "правду" о жизни Иисуса, заключающуюся якобы в том, что он вовсе не умер на кресте (а значит, и не воскрес!), что он был... женат на Марии Магдалине и имел от нее детей. Короче говоря, налицо — величайший обман и подлог в истории человечества, совершенный церковниками. Каждый, кто хотя бы заглянет в "Код", может, например, прочесть там: "Новый Завет лжет", "Новый Завет — фальшивка", "всякая вера на этой земле основана на фабрикации" и "со времен императора Константина Церкви весьма успешно удавалось скрьшать правду об истинных отношениях Марии Магдалины и Иисуса". Также утверждается, что подлинная религия, раскрытая Иисусом, призывает к поклонению женщине, как богине, и включает в себя... обязательные сексуальные ритуалы. Иными словами, совершенно очевидно, что в книге Брауна, разошедшейся в рекордном количестве, превышающем 25 миллионов и переведенной на 44 языка, мы имеем дело с откровенным антихристианским богохульством, завернутым для снискания популярности и соблазна "малых сих" в форму захватывающей и увлекательной детективной мистерии.

И как же христиане и так называемая мировая христианская общественность реагируют на это? Лишь через два года после выхода в свет "Кода да Винчи" официальные круги Ватикана прервали явно затянувшееся молчание и призвали свою паству не покупать и не читать "эту книгу, полную лживых измышлений и манипуляций" относительно истории христианства и, особенно, — личности его основателя. Конечно, лучше поздно, чем никогда, но все же чересчур мягко: ведь дело идет не о каких-то абстрактных теориях и предположениях, а о прямой атаке на основы веры.

Что же касается реакции Русской Православной Церкви, лично мне ничего неизвестно о ней, несмотря на то, что это "произведение" давно стало супербестселлером в России и продается чуть ли не в каждом магазине и книжной лавке. "Гнилой продукт" Брауна у нас, как и в других, номинально христианских странах, продолжает пользоваться огромным читательским спросом, и издатели только радостно потирают руки, подсчитывая огромные барыши.

В этой связи невольно напрашивается вопрос: а что было бы, если бы кто-нибудь осмелился написать подобный "роман", скажем, о пророке Мухаммаде? Для точного и безошибочного ответа на этот вопрос вполне достаточно лишь вспомнить о многотысячных протестах и демонстрациях после публикации "Сатанинских стихов" Салмана Рушди, вызвавших грозную фетву аятоллы Хомейни, или же о бурной реакции всего исламского мира на недавнее осквернение Корана американскими тюремщиками в Гуантанамо. А непристойные инсинуации заокеанского мистера Брауна ведь направлены даже не против религиозного пророка, а против того, кого сотни миллионов людей на нашей планете почитают самим Богом!

Еще апостол Павел предупреждал, что самая большая угроза христианству исходит от тех верующих, которые "ни холодные, ни горячие", а "теплокровные". Очень похоже на то, что нам выпала участь жить именно во времена теплокровных христиан. По крайней мере, они явно преобладают в сегодняшнем мире. И с этим, пожалуй, никто не будет спорить.

В оккультистских кругах давно бытует представление о том, что христианская эра завершится где-то между 2007 и 2020 годами. Если судить по тому, что мы ныне наблюдаем вокруг себя, — нравится кому-то или нет, но очень может быть, что эти господа окажутся правы. И куда больше разных там "темных сил" виноваты в этом, будут, прежде всего, сами христиане, проявляющие поразительную терпимость и безразличие, недопустимые тогда, когда речь идет о фундаментальных основах веры.

ДУША НЕИЗЪЯСНИМАЯ

ДУША НЕИЗЪЯСНИМАЯ

Владимир Личутин

Владимир Личутин

ДУША НЕИЗЪЯСНИМАЯ

Мне кажетсЯ, православную икону постепенно перетягивают в мир художественной красоты, искусства (искус, блазнь), отсюда охладелый, прощупывающий конкретный взляд, когда душа невольно охладевает. Как же относились к иконе в старину?

…Икона пуще высокой ограды боронит от беса вашу душу. И потому перед входом в каждую холопскую избенку, крытую дерном или берестою, над дверью в брусяные хоромы и белокаменные палаты, над крепостными вратами и перед царским Красным крыльцом, у входа в питейный двор и охотничий лабаз в суземке, на тябле в бревенчатой скрытне и путевой часовенке, над всяким спальным местом в дому и над прилавками торгового ряда, в богадельне и городской мыльне, на стенах тысячей тысяч церквей и над усыпальницами государей, на речной насаде, поднимающейся вверх по реке на тягловой лямке, и в соляной варнице, в тюремном дворе и рыбацком становье, в разбойном таборе и на казацком майдане, в писчей избушке у лобного места на Болоте и в печурах подземных скудельниц — везде негасимо и кротко взирает на вас с любовию желанный лик…

Цка, доска, икона, образ, лик…

Из одного дерева лопата и икона, но…

Икона встречает и провожает на всем крестном пути от края и до края Русской земли; и, идя под свадебным венцом иль в похоронном скорбном платне вслед за гробом, всяк православный невольно замедлит пред каждой иконою, встреченной на пути, сотворит крестное знамение.

Медная икона посадского литья иль липовая досточка усердного изуграфа-постника непременно на груди у всякого солдата, стрельца и ратника под зипуном, кафтаном иль сермягою -она живет под холщевой исподницей на подвздошье, постоянно напоминая о себе, о Господе, о доме родном и родителях, о близкой смерти, что надобно достойно принять; и в каждый день военного похода, найдя тихую минуту и укромное уединение, ставит православный иконку на придорожный камень, иль в чистом поле на пестерек, набитый немудрящим походным скарбом, иль на березовый окомелок и усердно молится Богородительнице и Заступленнице, прося защиты. И с каждым молитвенным словом светлеет и мягчеет душа, отряхаясь, освежаясь от суровой походной накипи.

Издревле лик на русской иконе тончаво-постный и безмятежно-неукорливый, на нем печать вечного блаженства. Лишь у Христа Грозное Око суровый взгляд, повергающий в трепет. Святой угодник пребывает в вечности, его не волнуют земные страсти, он отринул от себя всякую житейскую печаль; угодник наш всевечно жив, как мимолетно жив христовенький, и поселясь в каждой доброрадной, богопоклончивой избе, угодник становится учителем, неуступчивым наставником во всяком добром деле, что целительно отзывается на душе, изгоняет из неё хмару. Вот и Богородица наша Пресветлая — не призрак какой, не воображение художного ума, не нравоучительный урок, хотя бы и благочестивый и возвышенный, но она живая, еще более живая, чем мы сами; и через явление Её прославленных икон в Казани и Смоленске, Тихвине и во многих других городах, селах, погостах и урочищах ощущается её повсеместное присутствие на земле.

В русской иконе нет отвлеченных красот и житейской суетности, и чувственных зовов грешной плоти нашей; она куда больше красоты — ибо вся Дух. Святая икона — это источник духовный, целебный душе и телу, это река неисчерпаемая, точащая святую воду. Безотчивым она дает зрение, глухим — благоглаголание, хромым — хождение, прокаженным — очищение, беснующимся — целомудрие. Пречистая икона бесов прогоняет и лица нечестивых омрачает; не терпит нежить её, боится и прочь бежит, и исчезает….

Потому к иконе такое глубокое почтение. Иконник, прежде чем начать труд свой бессонный, изнуряет себя постом, чтобы изжелта-светлым обличьем с голубыми обочьями, нездешним покоем в заглубившихся кротких глазах походить на святого угодника. По обыкновению, изуграф — молитвенник неустанный, допоздна живет в его келеице свеча, а уже часа через два после куровозглашения наш списыватель опять на ногах, растирает краски, подливая в них святой воды, а то и подмешивает частички святых мощей. Ночь черна, непроницаема во все концы света и за слюдяной шибкой в четвертушку листа нет-нет да и всхохочет луканька, зажгутся озоркой зеленью чужие глаза; встрепещет, содрогнувшись от внезапного сквозняка, восковой огарыш, и снова завладеет миром всеместная тишина. В эти минуты и навещает труждающегося иконника благодать творения и праздник духа.

Иконник — не табашник и вина не пьет, не дерзит монастырским старцам и властям, бежит напрасного гнева; взгляд его тал, истончен, ласков и направлен внутрь себя, в самую душу, откуда нескончаемой Исусовой молитвой он и изымает образ угодника…

Оскорбить святой лик — великий грех. Неприлично не только оказаться пред иконою в шапке, но и умащиваясь ко сну, класть ноги на лавке в сторону тябла. В пожар прежде спасают образа, а после и прочий живот, но если икона в войну попала в руки ворогу, то за дорогую цену освобождают её из плена. Грешно сказать, что икона куплена, но говорят, де икона выменяна на деньги. Если икона погибает на пожаре, то не повернется язык сказать, что икона сгорела, "вознеслась на небо". Считается кощуною вешать иконы на гвозди, поэтому ставят на полицу иль в печуру. Если икона по ветхости не может более служить, ее не выбрасывают и не сжигают, но иль пускают в реку, иль закапывают глубоко в землю на кладбище, или в саду, и то самое место охраняют от всего нечистого.

Ибо поругание икон навлекает гнев Божий.

Всяк на Руси блажит свою икону, что идет по роду-племени и по наследству. Свою защитницу и в церковь на службу носят, так издревле повелось, и в то время все храмовые стены от алтаря до притвора бывают уставлены образами, и всяк кланяется родному святому угоднику, защитнику очага и живота семейного…

Но бес силен; ты его в окно, а он в печную трубу, ты его в дверь, а он в пятник в стене заскочит и давай смущать и поваживать ко греху. И вот с обозами купцов и рейтар, писцов-служек и греческих святителей поехали иконы франкского и польского письма, и бояре и дьяки почали за честь иметь у себя в дому те доски и похваляться ими, обряжая в золото и серебро, и не столько Христа со угодниками славя, сколько похваляясь своим богачеством. А иные и гордиться на Москве стали, что иконы их сильно разняться от древнеотеческих. Если в православной иконе всякие чувства тончавы, а лики измождены примерным постом и трудами во славу Господа, то на еретических привозных досках угодники, словно люди земные, отягощенные грехами — толсторожи и толстобрюхи, а ноги и руки будто стулцы и словно ниточками перевязаны..

Вот он, яд-то сатанинский, неслышно проникает о сквозь рубежи и вливается в жадное до чужебесия и поклончества, спесивое и преизлиха сытое от крестьянских покорливых щедрот боярское сердце. И вот от неслышимого искуса сначала становится неразборчив взгляд, а после и вовсе чужеет душа, отвращаясь от родины.

АСКОЛЬДОВО КРЕЩЕНИЕ

АСКОЛЬДОВО КРЕЩЕНИЕ

Священник Виктор Кузнецов

АСКОЛЬДОВО КРЕЩЕНИЕ

Принято считать, что Крещение Руси было совершено в 989-м году святым равноапостольным князем Владимиром. Так официально утверждается. Но это исторически несправедливо, т. к. первое Крещение Руси произошло на 133 года ранее этого, в 866-м году.

Первые, крестившиеся в Православную веру в святом граде Константинополе православным греческим патриархом константинопольским Фотием, были великие князья Аскольд и Дир со всею дружиною русичей, пришедших на столицу Православия (по наущению хазар) с мечом.

Князья Аскольд и Дир были потомками Кия — основателя матери русских городов, затем — первой столицы Православной Руси Киева.

Нападение их на Константинополь оказалось неожиданным и стремительным. Город был беззащитен. Император Михаил с войском воевал в это время с персами в Азии. Византийскую столицу могло спасти только чудо.

Чудо произошло после молебна и крестного хода вокруг стен города, когда патриарх Фотий погрузил в море одну из главных святынь города — ризу Божией Матери, хранившуюся во Влахернской церкви. И Царица Небесная вняла мольбам, явила чудесную помощь и отвратила неминуемую гибель города. Налетевший шторм разметал корабли руссов, уничтожив большую часть флота. Пораженные чудом Божиим князья Аскольд и Дир прислали в Константинополь посольства с просьбой о крещении их с войском. Это и было первое, "Аскольдово", Крещение Руси.

Каково величие этого Крещения, поступка со стороны князей — военачальников!.. Оскорбленные, потерпевшие урон, нежданное, необъяснимое поражение, они вместо злобы и мести находят в себе силы, разум идти на поклон, просить просвещения чуждой им доселе Веры Силой, которой они были сражены и поражены.

Враг рода человеческого, как и предупреждал Спаситель, неумолим и жесток. Принявшие христианство Аскольд (в крещении Николай) и Дир (в крещении Илия), по возвращении в Киев вызвали недовольство горожан-язычников. Когда язычник князь Олег подошел к Киеву, народ выдал ему Аскольда и Дира. Состоялось первое цареубийство, которое сокровенно связанно, даже обстоятельствами (выдачей, совершенное руками не внешнего неприятеля), с последним цареубийством — монаршей семьи Николая II. В 2006 году будет годовщина — 1140-летие Крещения Руссов и 1125-летие мученической кончины братьев, князей Аскольда ( Николая ), и Дира ( Илии ).

Святая равноапостольная княгиня Ольга, бабушка св. равноап. вел. князя Владимира, была не только принявшей святое крещение, существовавшее уже тогда на Руси, но и строительницей одного из первых христианских православных храмов — церкви, посвящённой святителю Николаю. В память, на месте убиения первого русского князя (царя) — мученика за Веру — Аскольда (Николая), в Аскольдовом урочище Киева.

В 866-м году в своей окружной грамоте, разосланной восточным епископам, патриарх Фотий писал: " Россы, победители народов соседних, в гордости дерзнувшие воевать с Византией, уже оставили суеверие, исповедуют Христа и суть друзья наши, быв еще недавно врагами. Они приняли от нас епископа и священника, имея живое усердие к христианскому богослужению ".

Процесс, длившийся в Римской империи более трехсот лет, в России занял более чем вдвое меньше времени. Но проходил тоже драматично и остро.

Благодаря князьям Аскольду и Диру, первыми принявшим мученическую кончину как христиане от рук язычников, возникли на Руси первые христианские имена — Николай и Илия. Они широко прославились на нашей земле, — святитель Николай и пророк Божий Илия.

Первое, Аскольдово, Крещение Руси спасло её от распада, заложило духовную, главную основу создания великого государства. Первым цареубийством русского православного князя (царя) Аскольда (Николая) во многом начинается история нашего Отечества как Православного государства. Также мученической кончиной последнего царя, тоже Николая, завершается существование Российской империи — вот тот путь, по которому прошла на небосклоне всемирной истории наша государственная Святая Русь.

Нами, потомками их, не принесено ещё должного покаяния за цареубийство на Руси как за последнего мученика, страстотерпца царя Николая II, так и в особенности за первого мученика, страстотерпца Николая (Аскольда), неканонизированного, оказавшегося в полном историческом, памятном небрежении нашем. Не принесена и не приносится за него бескровная общецерковная жертва.

Тысячелетие Крещения Руси широко отмечалось в России в 1866 году. Но к нынешнему дню всё это забылось, утратилось и переиначилось. А вспомнить об этом стоит. Вот что печатали газеты почти полуторавековой давности:

"Современная летопись". В номере пятом за 1866 год, в статье "Тысячелетие христианства в России" пишет:

"Въ наступившемъ 1866 году исполнится тысяча летъ с тех поръ, какъ Аскольдъ и Диръ приняли христианскую веру въ Царьграде. Для России наступаетъ тысячелетний юбилей отъ начала ея Крещения или принятия ею христианства. Если Россия праздновала тысячелетие политическаго своего существования, то тем непременнее должна отпраздновать тысячелетие своего просвещения св. верою. Это ея священный долгъ. Без христианства не продлилась бы и политическая ея жизнь; царство Русское исчезло бы также, какъ исчезли царства Половецкое, Хазарское, Болгарское и многия другия, погибшия от внешних ударов и от внутренних усобицъ. Одна Христова вера вноситъ въ народъ элементъ зиждительный, безсмертный, неодолимый никакими катастрофами. У нас обыкновенно считают Крещение земли русской со времёнъ св. равноап. вел. кн. Владимира. Но при Владимире христианство уже воцарилось въ России, сделалось господствующею религией. Основание же ему и первое насаждение положены Аскольдомъ и Диромъ. Съ того времени оно не прекращалось въ России, продолжая постоянно возрастать и приходить въ силу. Безъ крещения Аскольда и Дира не крестилась бы св. равноап. кн. Ольга; безъ крещения Ольги не последовало бы крещение Владимира. Это верно; и Русские сделались бы, вероятно, магометанами. Начинать христианство въ России со дней Владимира то же, что начинать его въ римской империи со дней императора Константина. Но при Константине, также как и при Владимире, произошло уже торжество новой веры, а появление ея ещё большую имеетъ важность. Владимир решился на перемену веры въ государстве, потому что повсюду виделъ вокругъ себя христианъ; Киевъ былъ наполнен христианами, явными и тайными; религия христианская столько приобрела силы над умами и столько успела ослабить языческую, что вопрос об утверждении Православной веры сделался потребностью времени…"

Из ничего не рождается что-то. Так и установление Православной веры на Руси слишком лубочным, несерьезным видится в подаваемой ныне "картинке". Де, захотелось "вдруг" одарить Русь великому князю Владимиру истинною Верою. Послал он во все стороны гонцов посмотреть, "где покрасивше" службы справляют. Донесли, мол, в Константинополе — "красивше". Да к тому ж, захотелось ему жениться на константинопольской царевне, а тятенька ее не велит без православного крещения. Вот и получилось, "по вынужденности", и он, и вся Русь веру иноземную приняли, а не по выстраданности, долгом, многовековом, жадном поиске истинной веры. Таким же долгим и постепенным было приятие обретенного Света, а уж затем — триумфальное утверждение Православия.

К началу Х века Русь уже была просвещена светом Христовой истины. Св. равноапостольная вел. кн. Ольга, будучи христианкой, не могла не передать сыну, вел. кн. Святославу, сам дух Веры Истинной.

Мы знаем, что многие, будучи крещены, ведут образ жизни порой далёкий от благочестия, и наоборот. Так и великий князь Святослав, даже если допустить ту мысль, что он не был крещённым, в силу властвовавшей тогда ещё сильной стихии язычества, всё же совершал многие свои деяния как христианин по сути. Можно с уверенностью сказать, что та война, которую он вёл с хазарами, была не только патриотической по своему направлению, но и религиозной, ибо велась она против антихристиан — хазар, — злейших врагов Христовой веры.

Вот что говорится по этому поводу в цитированной выше кн. "Русское государство": "Святослав, вел. кн. Киевский (ок.945-972 гг.), сын кн. Игоря и св. равноап. кн. Ольги, подавивший попытки установить иудейское иго на Руси".

Трудно, ох, как трудно внедряется благое в людях. В особенности то, что ведет к спасению, к Вере. Тут все силы ада восстают! Языческая тьма до сих пор не побеждена полностью. А что говорить про те времена?..

В "Степенной книге" приводится красноречивое свидетельство этого:

"О, дорогое моё дитя! — говорила Святославу мать его Ольга. — Нет иного Бога ни на небесах, наверху, ни на земле, внизу, кроме того, которого познала я, Создателя всея твари, Христа Сына Божия… Послушай меня, сынок, прими веру истинную и крестись, и спасён будешь".

На это сын отвечал ей:

"Если бы я и хотел креститься, никто бы мне не последовал и никто бы из моих вельмож не согласился этого сделать. Если один я закон Христианской веры приму, тогда мои бояре и прочие сановники вместо повиновения мне будут смеяться надо мной… И что мне будет самодержавство, если все меня оставят, и я буду никому не нужен".

Печальная судьба убиенного первого крестителя Руси Аскольда пугала Святослава. И потому он, не демонстрируя открыто привязанность свою к христианству, решил делами способствовать ему — нанести сокрушительный удар по главному врагу Православия — Талмудическому иудейству — Хазарскому каганату. Тем самым преуготовил, расчистил путь уже более широкому входу Православия в Россию. Только разгром Хазарского каганата был условием независимости, становления Руси как государства и торжества Православной веры в Ней.

Сколько врагов внутренних и внешних подстерегало смельчака, задумавшего поднять Русь с колен, оторвать Её от поклонения бесовским идолам и зависимости от кровососа — Хазарского каганата. Сколько, за многие годы рабства, их соглядатаев, ставленников было расставлено повсюду!.. Положение было отнюдь не простое. Об этом и повествуется в " Степенной книге": "К середине Х в. киевские князья стали вассалами иудейского царя Хазарии. Произошло это после карательного похода Песаха — хазарского полководца, который, командуя наёмной армией, отбросил руссов от берегов Азовского моря, опустошил страну и осадил Киев… Под игом хазарским Русь разваливалась на глазах, превращаясь в вассала иудейского каганата, вынужденная не только платить ему дань, но и воевать за его интересы, совершенно чуждые славянам".

Князь Святослав является не только неустрашимым полководцем, но и тончайшим по интуиции политиком. Не демонстрируя открыто своих симпатий Православию, он способствует строительству новых храмов. Создает благоприятные условия для развития и расширения, умножения православной паствы на Руси. Подготавливает всё для скорого, полного торжества Православия на Руси, которое наступит всего через три десятилетия, при сыне его — великом князе Владимире. Так же без шума, демонстрации своих патриотических устремлений, вел. князь Святослав собрав войско, неожиданным, искусным маневром, ночью напал и разметал самое злейшее тогда гнездо сатанинское — столицу Хазарского кагана. Об этом читаем в "Степенной книге":

"В результате разгрома вел. кн. Святославом столицы Хазарского каганата Итиля, многие бывшие враги Руси перестали быть таковыми, не наущаемые уже, не понуждаемые хазарами. Кроме того, благодаря этому совершилось объединение восточнославянских племён в единое государство. Русь установила контроль за торговыми путями по Волге и Дону, обезопасила свои южные и восточные рубежи. Россия стала одним из сильнейших государств Европы".

Можно также сказать, что вел. князь Святослав, как достойный продолжатель великого дела князей — страстотерпцев, точным направлением своего меча, поразившего главного, духовного противника — Хазарский каганат, был по своим действиям предтечей св. преподобных Геннадия Новгородского и Иосифа Волоцкого, противоставших против чумы ХV-ХVI веков на Руси, — ереси жидовствующих, которая, как раковая опухоль, распространилась по России. Она проникла, изъязвляя всё до самых верхов государства Русского, от царского престола и двора, до главы церковного правления — митрополита Зосимы, видного дипломата и государственного деятеля дьяка Феодора Курицына и др. Метастазы смертельной болезни поразили многих.

Эта чума и теперь жива, и ныне тихой сапой расползается и поглощает нас. Пока не оформившись явно, не показывая себя зримо для всех, эта гидра даёт о себе знать многими признаками.

Вот почему важно нам помнить великих подвижников России, их устремления, дела. Брать с них пример верного служения Отечеству. Быть бдительными и отважными, как они, дабы не потерять всего того, что они сделали для блага России и Русской Православной Церкви.

ПОД ЗНАМЕНЕМ АЛЕКСАНДРА НЕВСКОГО

ПОД ЗНАМЕНЕМ АЛЕКСАНДРА НЕВСКОГО

Николай Коняев

Николай Коняев

ПОД ЗНАМЕНЕМ АЛЕКСАНДРА НЕВСКОГО

Необычную картину можно было наблюдать 3 апреля 2005 года на пляже у Петропавловской крепости в Санкт-Петербурге.

Среди множества жителей мелькали ярко-красные рубахи мастеров русского кулачного боя, кольчуги и доспехи участников исторических клубов, собравшихся реконструировать на невском льду знаменитое Чудское сражение.

Почему реконструкцию сражения перенесли с Чудского озера к Петропавловской крепости в Санкт-Петербурге, понятно. На берегу Чудского озера снова, как в далекие времена Александра Невского, пограничная зона. Там стоят сейчас войска НАТО, и проводить празднество 763-й годовщины битвы на Чудском озере в пограничье достаточно неудобно.

Но это, так сказать, внешнее объяснение.

Существует и внутренняя мотивировка...

Битва на Чудском озере — завершающее сражение в череде битв, которые вел Александр Невский, а начались они на два года раньше, в 1240 году, когда татаро-монгольские полчища жгли русские города, когда пали Рязань, Владимир, Киев...

Именно в ту страшную для нас годину Папа римский собрал крестоносцев, чтобы нанести удар в спину израненной Руси.

Разгром и покорение нетронутой татарами северной Руси готовилось Западом планомерно и целеустремленно.

На Восток, в псковские пределы устремились немецкие рыцари, а на соединение с ними с севера-запада двинулись шведы Ярла Биргера, которых Римский понтифик сулил наградить Новгородской землей.

Александру Невскому было всего двадцать лет, когда 15 июля 1240 года он разгромил на Неве эти силы тогдашнего НАТО.

И случилось это всего в нескольких километрах от нынешнего Санкт-Петербурга.

Именно за эту победу святого князя прозвали Невским.

Между тем гораздо разумнее было бы прозвать его Александром Псковским или Александром Чудским, ибо эти победы князя Александра по масштабам намного превосходят Невскую битву.

И всё же народная молва не ошиблась, выбрав святому князю имя.

Невская битва — это не просто победа, а явленное Господом Чудо, свидетельствующее, что страна сохранится, что Русь нужна Богу, и Он возродит ее в новой силе и славе...

В духовном смысле не столь уж и значительное сражение на Неве стало небесным знаком, обетованием Московской Руси, идущей на смену Руси Киевской...

И совсем не случайно, что одержана эта судьбоносная победа была на Неве, на подступах к тому граду, которому волею Петра I предстояло подняться здесь, пять столетий спустя.

И совсем не случайно, а даже промыслительно, что нынешнее празднество в честь Чудского побоища проходило не там, где разгромил святой благоверный князь войска немецких крестоносцев, а у Петропавловской крепости — в сердце города, небесным покровителем и защитником которого и является святой благоверный князь Александр Невский, города, на улицы которого, благодаря его святому заступничеству, никогда не ступала нога чужеземного захватчика...

Открывая праздник, заведующий отделом славянофинской археологии Института истории материальной культуры Российской Академии наук, начальник Староладожской археологической экспедиции, профессор Анатолий Николаевич Кирпичников заявил, что масштабы Чудского сражения сильно преувеличены в нашей истории. Потом он принялся подробно рассказывать об особенностях вооружения русских ратников и немецких рыцарей, о том, с какой точностью участники исторических клубов реконструируют это вооружение...

Было в выступлении Анатолия Николаевича Кирпичникова очень много толерантности, густо замешанной на столь обыденном для современного русского профессора страхе не получить очередной заграничный грант, но удивляло другое. В продолжение всего своего пространного повествования о сражении на Чудском озере Анатолий Николаевич умудрился ни разу не упомянуть имени Александра Невского...

Эта столь толерантная "забывчивость" начальника Староладожской археологической экспедиции заставила меня вспомнить о потрясении, которое я пережил, когда случайно обнаружил, что во всем пятитомном курсе лекций по русской истории Василия Осиповича Ключевского имя Александра Невского упоминается всего четыре раза. Дважды, когда речь идет о родственнике святого князя, один раз в списке персонажей книги, которую читал Петр I, и еще раз в связи с Александро-Невской лаврой.

Самого же святого князя, его подвигов и побед в этом объемистом курсе лекций, по которым изучали русскую историю многие тысячи русских людей, просто нет.

И тут только и остается дивиться мастерству Василия Осиповича, с которым он сумел так изложить историю нашего Отечества, что и, прочитав, подобно мне, несколько раз весь его пятитомник, только много лет спустя, случайно замечаешь, что из его курса изъят такой узловой персонаж русской истории.

Справедливости ради надо сказать, что ни археолог Анатолий Николаевич Кирпичников, ни профессор Василий Осипович Ключевский не были первыми, с кем приключился такой конфуз...

Еще во времена Анны Иоанновны в России побывал датский профессор Педер фон Хавен, написавший потом книгу "Путешествие в Россию", в которой мы находим чрезвычайно любопытные описания Петербурга тех лет.

Однако вот что написал профессор об Александро-Невской лавре: "Прежде, это был маленький монастырь, основанный русским героем по имени Александр или посвященный ему; он в XII веке защищал русскую веру и в битве одолел татар на том месте, где теперь на берегу Невы построен монастырь, почему его и назвали Невским".

Ошибка знаменательная. Простодушный датский профессор даже и предположить не мог, что благоверный князь Александр Невский сражался за православие не с татарами, а с крестоносцами. И не потому Педер фон Хавен совершил ошибку, что не мог уточнить этот факт. Нет... Ему и в голову не могло прийти, что Петр I поклоняется святому, всю земную деятельность которого он зачеркивает своими реформами.

Поначалу я объяснял себе эти ошибки, это чудесное исчезновение Александра Невского тем, что святой князь просто не вмещался в историю России, которую создают западные русисты, которую создавал и ученик знаменитого профессора Грановского, либерал Василий Осипович Ключевский.

Наверное, это так...

АНОНС «ДЛ» №6

АНОНС «ДЛ» №6

АНОНС «ДЛ» №6

Выходит из печати, поступает к подписчикам и в продажу июньский выпуск газеты "День литературы", 2005, №6. Читайте передовую Алексея ЛАПШИНА "Герой против времени", статьи Владимира БОНДАРЕНКО и Николая КОНЯЕВА. Кроме того, в номере — проза Александра ХУДОРОЖКОВА; поэзия ИОНЫ и Валерия МИХАЙЛОВА, а также стихотворение Владимира СМЫКА, посвященное памяти о.Дмитрия ДУДКО; публицистика Юрия АРХИПОВА, Ирины ГРЕЧАНИК, Юрия ПАВЛОВА, Сергея СЕМАНОВА и Василя ЧЕПУРНОГО. В разделе "Иное" — поэзия Регины ГРИГОРЬЕВОЙ, обзор очередного выпуска альманаха "Волшебная гора" и рецензии ГР. Как всегда, в номере — хроника писательской жизни и пародия Евгения НЕФЁДОВА.

"День литературы", ведущую литературную газету России, можно выписать во всех отделениях связи по объединенному каталогу "Газеты и журналы России". Индекс 26260. Нами заключен договор с Роспечатью, поэтому требуйте газету во всех киосках Роспечати во всех городах России. В Москве спрашивайте газету в редакции "Дня литературы", у распространителей и в редакции газеты "Завтра", а также в книжных лавках СП России, журнала "Москва" (на старом Арбате), Литинститута (на Тверском бульваре), ЦДЛ.

Наш телефон: (095) 246-00-54;

e-mail: denlit @rol.ru;

электронная версия: http://zavtra.ru/

Главный редактор — Владимир БОНДАРЕНКО.

МОЙ «БЕСТ»ИАРИЙ

МОЙ «БЕСТ»ИАРИЙ

Владимир Бондаренко

Владимир Бондаренко

МОЙ «БЕСТ»ИАРИЙ

ОБРЕЧЕННЫЕ НА ВОЙНУ

Есть люди, обреченные на войну своей профессией. Это — военные. Когда войн нет, они жиреют, спиваются, забывают о своем ремесле и проигрывают первое же внезапно выпавшее на их долю сражение. Когда войн нет, нет и военной прозы, сколько бы совещаний военных писателей ни проводили те или иные воспитательные армейские органы.

Есть люди, обреченные на войну роковой случайностью судьбы. Скажем, те же жители Грозного или Гудермеса, как русские так и чечены. Окажись они к началу войны в другом месте и до сих пор знать не знали бы, что такое война. Это жертвы государства, не умеющего защитить своих граждан.

Есть люди, как бы рожденные для войны. В мирное время в мирном месте им тошно и невыносимо скучно жить. Они сами ищут войну. Может быть, их и называют "псами войны". Есть и писатели, понимающие войну, воины в душе. Таков Александр Проханов, "соловей Генерального штаба", таков Эдуард Лимонов. Таким был Николай Гумилёв. Каждый из них сам ищет свою войну, в Абиссинии, в Кампучии или Афганистане, в Сербии или Приднестровье.

Есть люди, идущие на войну, как на работу, ибо другого выхода они для себя не видят. Это тоже жертвы государства. Самое трагическое, на мой взгляд, — это уход на войну ради желания выжить, идти воевать ради обустройства жизни своей и своей семьи. Когда дома нет работы, семья голодает, и крепкие мужики вербуются на войну в Вологде, в Мурманске, в Барнауле. Ибо не в силах смотреть на своих голодных детей, не в силах выносить попреки жены. Они втягиваются в войну, как и в любую другую работу, не волынят, не трусят, но и не рвутся в бой, не лезут под пули. Также и в боевики с другой, чеченской стороны идут иной раз из желания заработать на семью, от полнейшей безработицы и безнадёги. Они тоже жертвы государства.

Владислав Шурыгин в своих рассказах, ныне объединенных под обложкой книги "Письма мёртвого капитана", сводит этих самых разных героев, попавших на чеченское побоище , старается понять каждого из них. Да он и сам той или иной частичкой своей души принадлежит сразу всем четырем категориям персонажей, попавших на сцену этого затянувшегося спектакля. Если бы он был просто воин, солдат, офицер, спецназовец, он, наверное, не смог бы увидеть никакую иную правду, кроме своей боевой правды и такой же правды своих товарищей по оружию. Он и видит эту правду. Колючую, жестокую, он готов сам подставить плечо, сам взять в руки автомат, сесть за руль бэтээра. Но какая-то частичка его ума и таланта всегда, в любом походе, в любом рейде — витает над схваткой, фиксирует приметы иного мира, улавливает бормотание брошенных стариков и женщин, запоминает тон и характер наезжающих из центра комиссий, и даже вслушивается в попрёки , раздающиеся с чужой чеченской стороны. Нет, он не старается понять правду врага. Это путь к поражению. В том числе и творческому. Не старался же Лев Толстой понять правду Наполеона, и даже для позднего Виктора Астафьева с его пацифизмом немцы в романе "Прокляты и убиты" оставались подчёркнуто чужими. В военной прозе, от Ремарка и Хемингуэя, от Толстого и Куприна, всегда господствует правда своего народа, своей религии, своей идеологии. Так и в военных рассказах Владислава Шурыгина мы видим не плакатную верность идеи войны или идеи государства. Кто сейчас разберет, в каком государстве мы живем, и какие идеи защищаем? Но солдаты и офицеры в прозе Шурыгина нутром понимают, что просто уйти нельзя, достигнут и в родной Вологодчине. Они защищают самих себя от зла, наползающего на них. Они узнаваемы теми, кто прошел войну и уцелел и сейчас живет в городах и поселках России. Это первая гарантия того, что книга Шурыгина "Письма мёртвого капитана" будет читаема. Но и к дневниковым, очерковым записям, к хроникальному обзору войны его чеченская проза не сводима.

Может быть, как писатель, Владислав Шурыгин родился именно на войне, осознав, что даже самый блестящий военный очерк не способен передать непостижимую мистику войны, объяснить героику русского солдата. И вот военный журналист Владислав Шурыгин начинает творить свой миф, как какой-нибудь первобытный охотник, переполненный знанием и чувствами. Кто такой его якутский солдат "великий Мганга", общающийся с посланниками Смерти, кто такой его "мертвый капитан" из разведки, пишущий письма неведомо кому, дабы уяснить истину для себя, кто такой кайсяку знаменитого вертолётчика полковника Калинина, словно бы умерший вместе со своим командиром? Это всё мифы войны, становящиеся самой главной её правдой. Физиологическое знание войны и её быта Шурыгин соединяет с мистикой, почёрпнутой из древних книг. Так когда-то молодой Эрнест Хемингуэй из окопных зарисовок испанской войны лепил героев своего романа "По ком звонит колокол", так соединял героику традиций и книжную культуру японский самурай Юсио Мишима, так фиксировали в письмах домой свои первые военные впечатления фронтовые лейтенанты Юрий Бондарев и Владимир Богомолов.

Описывая своих обреченных на войну героев уже в художественной форме Владислав Шурыгин обрекает себя на литературу. Может быть, он ещё и сам недопонимает мистическую значимость выхода своей книги. Он привязал себя к своим героям. Как его же полковник Калинин, опекающий своих вертолетчиков, как начальник разведки Маринин со своими грушниками, он уже отвечает за героев рассказов, за всё фронтовое братство, ожившее в его прозе. Это как бы о нём самом написано : "Капитан был романтиком. Капитан был рыцарем. Капитан был воином… Капитан во всём пытался найти духовность, даже на этой страшной, бессмысленной войне…"

И продолжу я, капитан Владислав Шурыгин уже не сможет замыкаться лишь в мире своих очерков, бесед и репортажей. В том, что заполняет жизнь военного журналиста под самую завязку. Война была для капитана Шурыгина ещё и возможностью художественно познать неведомый ему мир. Он сам открывал в рассказах новое для себя неожиданное понимание человека на войне. Конечно, он описывал приметы своих знакомых, детали абсолютно точно срисованного мира войны, но это всё знание достоверности перетекало уже в метафизическое постижение жизни. Читая свои же рассказы он сам как бы впервые встречался со своими героями. Прототипы из рассказов легко узнавали себя, но лишь по срисованным с фотографической точностью каким-нибудь шрамам, ранениям или этнографическим приметам. Но были ли они теми самыми извечными мифическими образами, воинами, чьи следы запечатлены и в кельтских сказаниях, и в исландских сагах, и в древнерусских былинах?

Эти офицеры и солдаты Шурыгина знакомы всем, побывавшим на первой и второй чеченских войнах, одновременно они знакомы и всем ценителям мировой батальной литературы. Продолжающееся через века фронтовое братство людей, обреченных на войну.

Помню, я в "Дне литературы" опубликовал ещё несколько лет назад один из лучших рассказов книги "Допрос". И сразу же начались звонки из военных структур. Простодушно допытывались, кто это закрытую информацию о стиле работы военной разведки печатает в литературной газете? Читатели книги Шурыгина знают, что в рассказе, страшном своей обыденностью и художественной точностью описаний, нет ничего конкретного, никаких привязок к местности, никаких фамилий или технических подробностей. Никаких военных тайн. Есть правда войны, правда допроса, правда образа. Вот её-то и испугались.

Герой рассказа, молодой лейтенант, военный переводчик Кудрявцев впервые присутствует на допросе пленных боевиков. Он ужасается жестокости увиденного, он начинает жалеть молоденького связника боевиков, в результате даёт себя разоружить, чуть не гибнет, считает, что по его вине ранены Маринин и Васильченко. "Жалость к Маринину, стыд перед ним за свою слабость... душили Кудрявцева полынным комком… он чувствовал, что вот-вот расплачется, от унижения и собственного бессилия."

Шурыгин в рассказе сам чувствует себя таким же лейтенантом, сам смотрит на Маринина и с ужасом, и с благоговением. Мне кажется, в противостоянии характеров и героев, он, может быть, и сам не заметил истинной причины случившегося. Как могли профессионалы разведки доверить неопытному лейтенанту пленного связного? Увы, наша русская безалаберность, всё та же надежда на "авось" и подвела прапорщика Васильченко, отправившегося покурить на халяву. Таких неосознанных даже самим автором правдивых деталей в прозе Шурыгина достаточно, может быть, они и определяют доверие читателей к книге "Письма мертвого капитана".

Первый слой правды — правда человека, непосредственно участвовавшего в боевых действиях. То, что невозможно выдумать: запах войны, цвет войны, вонь и гарь от пожаров и взрывов, сырость и задымленность, вкус крови и вкус пота.

Второй слой правды — это правда ситуаций, правда обстоятельств. Любой сюжет должен быть достоверен. Танкист Эрик Хабибуллин мог остаться со своим танком в спецназе внутренних войск, полковник Калинин мог и должен был вызвать огонь на себя, тем более и терять ему было нечего, чечи уже в открытую лезли в подбитый вертолет. Бывают и такие генеральские сынки, как Олег Кудрявцев, пожелавший узнать, что же такое война и чуть было не отправившийся на тот свет во время первого же допроса пленных. Даже байки или иные книжные красивости прочитываются как неизбежная часть сознания его героев. Думаю, и сам капитан Шурыгин становится пусть и невидимым, но соучастником событий, одним из героев книги. Вот разве что случайно попавшие на одну и ту же улицу, к одним и тем же чеченским боевикам, из разных мест России сыновья русской жительницы Чечни — со странной фамилией Монетка, вызывают недоверие. Вполне хватило бы одного, младшего, взятого в заложники и сразу же убитого. Может, в жизни и не такие совпадения случаются, но в прозе должна быть художественная убедительность. Впрочем, кроме этого упрека, да ещё чрезмерной публицистичности, прямолинейности последнего рассказа книги "Дорога домой", явно выпадающего из ритма книги, больше у меня к автору особых претензий нет.

Третий слой правды — это уже правда образа, правда характера. Героям веришь во всех их действиях, в любви и в ненависти, в спасении и в гибели, в жестокости и в прощении..

Ну и четвертая правда, объединяющая все рассказы в единое целое — это подлинное неприятие нынешней власти, обрекающей и армию, и народы наши на нищету и унижение. И как противостоять этому?

Он показывает войну как жизнь, но жизнь по определенным правилам. В не самом сильном, на мой взгляд, рассказе "Дорога домой" я бы выделил одно утверждение: обреченным на войну почти нет места в прежней мирной жизни. Или они должны забыть про войну, или они станут лишними и ненужными. Вот потому "Письма мёртвого капитана" и становятся шурыгинским катехизисом, написанным для людей, обреченных на войну. Может быть, это сам автор , капитан Шурыгин искренне считает: "…я приехал сюда, чтобы вновь обрести веру, понять, что истины несокрушимы. И любовь всё так же выше закона… Что мир держится на дружбе и верности"...

Может быть, рассказ "Письма мертвого капитана" — самый выдуманный, самый романтический рассказ в книге, но одновременно он и наиболее авторский. Ибо этот мёртвый капитан — это и представление о себе самом живого капитана Шурыгина. В каком-то смысле его мечты о себе самом. Его всегда мучает то небольшое, но существенное отличие от своих придуманных и увиденных вживую героев.

"Я могу однажды встать и уйти. И мой стыд заключается в том, что люди, с которыми я жил рядом несколько дней, делил хлеб, ходил с ними по горам, — они уже привыкли ко мне как данности, как к своему, обреченному тянуть эту лямку. А я могу уйти, и тем горше мой стыд, и тем сильнее мой долг. Я пытаюсь людям доказать, что я не зря был частью их. Объяснить им — что, да, я свободен, но не свободен от них, ибо не могу быть свободным от своих братьев…"

Вот эта обреченность на стыд и несвободу от своих братьев заставляла и заставляет, и будет заставлять писателя Владислава Шурыгина, как бы далеко ни улетала его фантазия, как бы не тянулся он к метафизическим эмпиреям, приземлять свой метафизический парашют на поле реальной брани, среди воинов, обреченных на войну. Думаю, другим писателем он никогда не будет, и не сможет быть. Это — его стезя!

КАК ТЕБЯ ЗОВУТ?

Новая повесть Сергея Шаргунова, (или повествование в рассказах, сейчас форма произведений стала зыбкой), на самом деле посвящена одной теме, самоидентификации своего поколения, поколения, рождённого в конце семидесятых— начале восьмидесятых годов. По сути, первого постсоветского поколения, уже формировавшегося даже в школьные годы в перестроечное время.

Меня радует, что среди этого поколения очень мало отвязных защитников буржуазных ценностей, сытого гламура. Как ни покажется парадоксальным, но казалось бы противоположные по своим идеологиям движения: "Наши" и лимоновцы, молодая "Родина" и красные АКМ-овцы, яблочные "Оборонцы" и скинхеды, — все отталкиваются от ненавистных им сытых буржуазных идеалов и выдвигают ту или иную форму патриотизма, под революционным или консервативным флагом. Они все против номенклатурного коррупционного бюрократического режима.

Вот и герой повести Сергея Шаргунова Андрей — поздний ребёнок из крестьянско-писательской семьи, тянется и к бунтарско-революционным, присущим любой молодежи призывам, и к традиционным национальным и государственным ценностям.В чём-то он — красный. В чём-то он — белый. Он искренне готов кричать и "долой коммунистов", и "долой демократов", но что взамен, сам ещё толком определить не в состоянии. Неприемлемые для автора разрушительные силы общества, пока временно этим обществом и заправляющие, называются туманным словом "они". "Они хотят переставить всё с ног на голову. И с бесстыдством, достойным "отца лжи" даже выдумали какого-то философа… Нельзя не повторить это слово: переворот. Вместо доброго и светлого одни помои и отрава".

Ну и как жить молодым в этом бушующем океане помоев? Куда выплывать? А то, что выплывать надо, к счастью, это поколение прекрасно понимает.

После 1993 года в стране всё стихло, стушевалось, и целое промежуточное поколение завязло в этих помоях без всякого шанса выбраться. Получается, что нынешним семидесяти-шестидесятилетним ещё как-то проявившимся поколениям детей 1937 года далее наследуют уже нынешние двадцати-тридцатилетние Андреи и Игори, новые борцы за справедливость, как бы по разному они эту справедливость не понимали. Конечно, реалии жизни Сергей Шаргунов смело и широко берёт из собственного опыта, ничего не придумывая и не приукрашивая. Чувствует, что новая реальность для литературы будет ценнее и звучнее любой виртуальной придумки, любой постмодернистской фантазии.

Очевидно, это и есть тот самый "новый реализм", о котором заговорили задолго до его появления в литературе. "Новый реализм" с новыми реалиями и быта и бытия. По-настоящему "новый реализм" и появился с поколением нынешних молодых. До них ещё господствовала советская и постсоветская разрушающаяся действительность. Разрушающаяся тотально, становящаяся, как признал в конце концов Путин, "крупнейшей геополитической катастрофой ХХ века". Страшно было не крушение уже изрядно подгнившей идеологии, а крушение самой реальности жизни. И быта и бытия. От сожженных элеваторов до взрывающихся электрических подстанций. От крушения института семьи до крушения любой системы моральных ценностей. Это крушение жизни всерьез в литературе так и не зафиксировано. Но новыми по-настоящему молодыми писателями уже начинает прощупываться новая реальность России.

Герой повести Андрей — так же, как и сам Шаргунов — заканчивает школу в Москве, ходит с детства в церковь, но не всё там ему нравится, ездит по святым местам, затем поступает на журфак МГУ, который закончил и автор… Впрочем, для убедительности на страницах повести среди действующих лиц появляется и начинающий писатель Шаргунов. "…Шаргунова, литератора лет двадцати, тоже не обошло страдание жарой. Засев выше всех (на телепередаче), прямил спину, выпячивал ура-плечи и мистично утирал брови…

— Я, — Шаргунов высоко поднял руку: — Народный поток… Тайный и надземный…— Он осёкся.— Все наши посиделки да сгинут… перед этой… Этой роковой… раскованной и рискованной, размашисто расколовшей роскошную ракушку рабства, рванувшей рубахи, раздольно рычащей, радостно рыкочущей, русской… (вы меня поняли)… Революцией! — он хлопнул по колену." Тут тебе и звукопись, идущая от символистов начала прошлого века ("Чуждый чарам черный челн…"), и прохановская метафоричность, и лимоновская безудержность. Это по форме, по стилистике, по идеологичности. А по ощущению жизни уже совсем другая новая реальность. Не понятная ни старшим собратьям по литературе, ни самим молодым. Молодые, по крайней мере, не боятся её описывать.

Но этому революционному Шаргунову в повести как бы противостоит другой Шаргунов, близкий автору герой повести Андрей со своими консервативными взглядами. Вот и остается у читателя вопрос: как тебя зовут, писатель Сергей Шаргунов? Как тебя зовут, новое реалистическое поколение от Шаргунова до Шорохова, от Витухновской до Сенчина, от крайне правого Эрнста Султанова до крайне левых лимоновцев?..

Они ещё играют в командах старших. Но встречаясь, вроде бы из разных углов идеологии, жадно присматриваются друг к другу, обогащаются друг другом. Ибо есть у них, проклёвывается уже и своя идеология — нового поколения России. Они не циники, скорее наоборот, идеалисты, но ко всем старым партиям и движениям, властным структурам и оппозиционным группировкам относятся вполне цинично. Они уже не верят в старый мир. Ибо он, этот старый мир, сам всё продал, всё предал, и всё развалил. Они схватывают на лету все технологии манипулирования обществом лишь для того, чтобы влить своё новое вино в старые меха.. По сути, они — это новые варвары, заселившиеся волею собственных судеб на пространствах разрушенной империи. Им пока нет дела до того, кто разрушил эту империю, и откуда она взялась, им важно самим закрепиться на её просторах и понять возможность собственного существования. И на самом деле : "Не до жиру, не до тряского холодца совести…" В газете ли работая, в организации общественной, на фирме — "Один смысл… — как карусель бешеная, чтоб крутануло — вихрь ударит в нос. И зависну головой вниз. И крутанёт!"

А выход какой — в любви? В вере в Бога? "Вдруг боженька увидит? Всё же чудеса есть, иконки текут, благоухая…"

А в жизни Андрей по радио излагает одну версию событий, в газете — прямо противоположную, в зависимости от того, кто деньги платит. Брату Игорю, из НБП, предлагает вождя сдать: "Бывали вожди вашего знаменитее! Вели полки. Вдохновляли миллионы, своими именами пометили полземли. Позорно — быть вождем-то…"

А может бросить всё и уйти в любовь? Скоро двадцать три года, душевная течка. Только и снятся девушки вперемешку с поллюциями.

И старые командиры в газете ли, в движении. На которых работаешь, у которых учишься. Но которым не веришь. А в голове уже готовится что-то поэтическое, типа: "Я предаю своих учителей…".

Может, надо быть нормальным пацаном и жить как все? Уйти от всякой политики. Не бунтарить. Почти целая глава звучит как апология предательству. Брат Андрея, энбэпэшник Игорь сдает следователям своего вождя. Его отпускают на свободу. Игорь видит "седое лицо за серой клеткой. Услыхал сдавленное: — Сука…" Кто-то изменяет партии. Кто-то изменяет любимой. Это как выход. Выход в свет. Измена во всём, измена всем. Один и тот же финансист поддерживает противоположные по идеям и действиям молодежные движения. Сам же натравливает хулиганов на своих помощников. Имитирует угрозы. Не жизнь, а розыгрыш. Но всё вбирает в себя наш русский язык. Он "…беспределен, вбирая упоение и отврат, ласку-таску, славное-страшное…"

В финале повести уходит в мир иной его хитрый учитель Куркин. А сам Андрей устраивается работать почтальоном. Носителем вестей и новостей. С Таней они обвенчались.

"Что ждет нашего героя? Напишет ли он однажды письмо? Роман? Родит ли ребенка? Завтра Худяков может стать совершенно другим. Каким? Террористом? Самоубийцей? Чертом лысым?... Эх, Андрей! Я жду от тебя вестей…"

А читатель ждёт вестей от Сергея Шаргунова. И его новой реальности. Жаль, Сергей недобрал одного балла до шорт-листа в "Национальном бестселлере". Не так уж ему премия нужна. Но, кажется мне, надо друзьям-критикам всерьёз браться за это новое поколение с его новыми героями. Может, и выйдет из них что-нибудь путное назло всей осточертевшей действительности. Как же тебя зовут? И кто ты такой? Какому Богу молишься?

Полностью публикуется в «ДЛ», 2005, №6

ТЫ НЕ УШЛА!

ТЫ НЕ УШЛА!

Александра Оболонкова

Александра Оболонкова

ТЫ НЕ УШЛА!

"14 лет одиночества" — так называлась акция памяти Янки Дягилевой, прошедшая в мае в Питерском клубе-музее "Котельная-Камчатка".

Четырнадцать лет ее уже нет в нашем мире. Четырнадцать лет одиночества и пустоты? Нет. Жизни многих людей она наполнила другими восприятиями, своими стихами, эмоциями.

Яна Станиславовна Дягилева… Что удивительно, или, может быть, вполне закономерно, ее имя знают и подростки, увлекающиеся современным бессмысленным панк-роком, знают и занимающие достаточно высокие должности в различных фирмах и конторах люди в пиджаках и при галстуках. И, конечно же, помнят те, для кого ее песни и стихи что-то изменили в жизни. Ее творчество может нравиться, может не нравиться, но оно западает в душу.

Сибирь, "Гражданская Оборона", путешествия по стране, постоянный протест и неприятие происходящего и реального. Это было особенно актуально тогда, в конце 80-х. Такая свобода, которую позволяли себе Александр Башлачев, Егор Летов, Янка и другие, была недопустимой, это был запретный плод. Это сейчас такое поведение уже не ново и не удивительно.

Дягилева у многих ассоциируется с Летовым, некоторые говорят и спорят об их отношениях, о том, что он сильно влиял на ее творчество. Но талант нельзя было подавить, загнать в рамки и тупики. Некоторые воспринимают ее как аналог Саши Башлачева в женском проявлении. Но Яна Дягилева — это самобытная самостоятельна творческая единица в потоке субкультуры, и не нужны здесь никакие сравнения, соотношения, аналогии и ассоциации. Ее творчество — это глубокая русская женская поэзия. Сила и смирение, протест и тоска.

И вот в котельной, где проводил свои ночи Виктор Цой, где собиралось много народу с гитарами и портвейном, в небольшом помещении (43 кв.м), где просто крашеные стены, наклеенные на двери вырезки из газет, здесь опять шумно и накурено. Именно здесь вспоминают Янку: какой она была, как она повлияла на чью-то жизнь, на чье-то творчество. Все участники концерта "приезжие", география обширная, но большинство — сибиряки.

Пришла Елена Филаретова, она близко общалась с Янкой. Дягилева жила в ее питерской квартире, там же устраивались квартирники. "Девочка с роскошными волосами и совершенно без косметики несла ноту чистой женской поэзии. Она жила в этой стране, все здесь чувствовала и выдавала все от своей женской души". Ей не нужны были слава и богатство, она просто занималась тем, что ей нравилось, что ей было нужно, необходимо. Когда речь заходила о заграничных гастролях, она говорила: "ну что, интересно туда съездить, потому что посмотреть, как они там живут и как улыбаются". Но время течет быстро, и мы обитаем уже совсем в другом мире, все переменилось, перевернулось. Янка Дягилева — человек вне времени? "Нет, — говорит Елена Филаретова, — она именно человек своего времени. Такие люди, как Янка, они просто были, несли, они люди, которые прокладывали путь и передавали эту эстафету дальше". Но куда дальше, кому дальше?

На маленькой сцене в углу котельной сидят трое ребят — "Платон и Саморезы". Они приехали сюда их Омска. Они совсем еще молодые, двоим из них по 18 лет. У них ясные глаза и пока еще чистые, не замусоренные души. Над сценой висит фотография Янки Дягилевой. Она передала свою эстафету, они — приняли.

А где-то там, в Новосибирске, ее могила, куда приходят родители, приходят какие-то молодые ребята. Они помогают ухаживать за могилой и дружат с ее родителями. И где-нибудь на Арбате, среди пьяного сумасшедшего шквала, иногда вдруг возьмет девочка гитару и запоет песню Янки, и стремящийся побыстрее выбраться с этой странной дебоширистой улицы прохожий остановится и прислушается.

РОК-НОВОСТИ

РОК-НОВОСТИ

РОК-НОВОСТИ

« Хорошей традицией стало ежегодное празднование дня рождения барнаульской группы "Теплая трасса", правда, в Москве, а не в родном сибирском городе. Вот уже и 14 лет отметили — без шума, тихим акустическим концертом. Послушать пришел Александр Непомнящий. Поздравить своими песнями — Артур Приймак (Курган) и "Том Цоер" (Рубцовск) — музыканты, в столице обитающие, но широкому кругу слушателей неизвестные. "Теплая трасса" удивила новым акустическим составом: солисту группы Леониду "Шао" Веремьянину компанию на сцене составил барнаульский гитарист, известный больше по группе "Дядя Го", Алексей Раждаев. А также "ТТ" обнадежила новым настроением — более светлым и живым, что ли... Как-то озарила одна из новых песен группы всю концертную программу "Родина огненного ордена..."

По словам музыкантов, у группы накопилось уже достаточно новых песен и для электрической программы, но когда они с ней выступят — неизвестно, пока же концерты группы — это тихие задушевные посиделки.

« С декабря прошлого года выходит новое ежемесячное издание "Неокультура". Газета выходит с подзаголовком — для всех и ни для кого. Это новый симпатичный контркультурный проект объединяет ряд молодых деятелей, близких национал-большевикам и иным неподконтрольным формациям. В прицеле неокультурщиков общество зрелищ, масс-культура и созидание независимой культуры. Герои первых номеров — Сергей Курехин, Георгий Осипов, "Кооператив ништяк", Борис Савинков.

« Неожиданно возродилась некогда одна из самых многообещающих групп отечественного рока "Русская Правда". Она распалась в силу разных причин еще в 2000 году. Возвращение "Русской Правды" на сцену произошло недавно. В частности, группу можно было наблюдать в качестве участника мероприятий, проводимых литератором Алексеем Рафиевым и проектом "Деграданс". Фолк-роковый драйв "Правды" своеобразно сочетался с концептуальными постановками. Ждем продолжения.

« Своеобразный эксперимент от Шнура и компании. Под названием "группировка "Ленинград" & The Tiger Lillies" выпущена пластинка под многообещающим названием "H…ya". Скандально известные английские декаденты, культуртеррористы, любимцы столичной аудитории и талантливый хулиган Сергей Шнуров. В основном песни "тигровых лилий" в интерпретации Шнура. В паре уже шнуровских песен появляется неповторимый обаятельно-раздражающий голос Мартина Жака. Странно, но любопытно.

« Умер Иван Соколовский — культовый человек отечественной электронной сцены, музыкант, исследователь. Философ по образованию, Соколовский запомнился своими разработками по русской религиозной философии и постмодернизму. Событиями были его публикации по истории и тенденциям современной музыки в журналах "Русский рок" и "Контркультура".

В середине восьмидесятых вместе с Алексеем Борисовым олицетворял "Ночной проспект".

В начале девяностых вместе с тувинским певцом и музыкантом Альбертом Кувезиным создал "Ят-Ха", затем сделал acid-jazz-проект "Мягкие Звери", принял участие в первой русской пластинке Натальи Медведевой "Russian trip", сотрудничал с Сергеем Летовым. Во второй половине девяностых был эпохальный проект "Солдат Семенов".

Соколовский постоянно занимался и сольными работами. К примеру, можно вспомнить динамично-изящную "Музыку для богатых".

Иван Соколовский всегда находился над контекстом, формировал новые стили и направления. "Иван имел счастливый дар заражать всех вокруг себя творческой энергией. Он смело привлекал музыкантов разнообразных культурных традиций и музыкальных жанров к участию в его проектах. Был талантливым музыкантом и обладал тонким чувством стиля, умея предвосхищать новые движения и тенденции музыкальной моды. Он первым стал играть новую волну, первый издал альбомы в стиле нью-эйдж, этнотранс и этнотехно — на тот момент такой музыки не было нигде в Европе. Первым сделал эйсид-джазовый проект, что было вообще фантастикой", — заметил глава "Ассоциации Exotica" Андрей Борисов.

Ивану Соколовскому было всего сорок три года.

« Новый концертный альбом выпустила группа "Алиса". Это тройник под названием "Алиса: мы вместе 20 лет". Для "Алисы" концерты всегда имели важное значение. Например, концертный альбом "Шабаш" многими поклонниками считается лучшей пластинкой в дискографии. К тому же в концертники включаются композиции, не выходившие в студийном варианте. В частности, в данном собрании присутствует скандально-обличительная "Грязь", посвященная "ростовщикам и юмористам", не попавшая, по некоторым причинам, на альбом "Сейчас позднее, чем ты думаешь".

« 11 июня в клубе "Art Garbage" состоялась презентация изданного на CD сборника лучших произведений для кино композитора Алексея Рыбникова. Любопытно, что творения Рыбникова из фильмов "Тот самый Мюнхгаузен", "Вам и не снилось", "Приключения Буратино", рок-опер "Звезда и смерть Хоакина Мурьеты", "Юнона и Авось" исполнили культовые музыканты сибирского рока, объединившиеся в Оркестре подводной музыки "Летучие рыбы". Это проект мультиинструменталиста, музыканта "Кооператива Ништяка", ударника "Гражданской обороны" Сан Саныча Андрюшкина при участии лидер-гитариста "ГрОб" Александра Чеснакова и Чёрного Лукича.

ТАК!

ТАК!

Андрей Смирнов

Андрей Смирнов

ТАК!

Прошедшее время с момента выхода последней полосы ознаменовалось несколькими важными релизами — "Аквариум" с очередным возвратом в акустику, новые "Земфира", "ДДТ", "Мумий Тролль". Однако самым громким событием весны стала загадочная встреча заместителя главы президентской администрации Владислава Суркова с некоторыми ведущими отечественными музыкантами.

Сурков — этакий записной кремлевский декадент. Склонен к музыкальному сочинительству (в частности, записал с Вадимом Самойловым альбом под названием "Полуострова"). По слухам, увлекается кокаином. Всеобщий интерес вызвала его встреча с рядом звезд отечественного рока. Неточный список побывавших у Суркова — Борис Гребенщиков, Сергей Шнуров, Вячеслав Бутусов, продюсер "Сплина" Александр Пономарев, продюсер "Чайфа" Дмитрий Гройсман, Земфира, музыканты "Би-2". Масла в огонь подливало напряженное молчание музыкантов и продюсеров. Слухи колебались в диапазоне от записи альбома кавер-версий на "Сурка" Бетховена до своеобразного "пакта о ненападении". Вроде как состоялась "профилактическая" беседа о политике. Обеспокоенный политической ситуацией и имея перед глазами киевский Майдан, где отметились почти все видные украинские музыканты, Кремль якобы решил договориться о нейтралитете ведущих рокеров на случай "революции". Правда, через какое-то время БГ отмел слухи, заявил, что речь шла исключительно о культурных проектах, в частности, о государственной поддержке независимой музыки. Может быть, но, как в анекдоте, "осадок-то остался".

Проблема в том, что продажность наших официальных рокеров, извините, давно никого не удивляет. Выступления на олигархических вечеринках, фанерные концерты, большие гонорары и гастрольные капризы — в лучших традициях презираемой попсы. Рок-истеблишмент давно уже не олицетворяет протест, это абсолютно интегрированное в систему явление. Гребенщикову принадлежит фраза: "Если я, стоя на сцене, скажу: на Зимний! — Зимний возьмут". И это факт. Точнее, был факт, лет пятнадцать-семнадцать назад. Так что участники собрания у Суркова бунтарей на площади собрать не смогут, даже если захотят. Самый боеспособный контингент из всех — агрессивные "розовые" фанатки Земфиры и "Ночных снайперов".

Разумеется, не всем рокерам можно поставить подобный диагноз. В первую очередь, на ум приходят "Алиса" и подошедшая к своему 25-летию "ДДТ".

Юрий Шевчук по-прежнему ведет свою войну. Живет, интересуется, анализирует, размышляет, пусть порой крайне неубедительно и спорно. Ищет и находит своих героев сегодняшнего дня — вроде офицеров-пограничников, спасателей, тех, кто выполняет свой долг, невзирая на идиотов-начальников, нищету и опасности.

В четверти века было многое. Победа в официозном конкурсе с песней "Не стреляй" и война с ГБ и властями после злой "Периферии". Митинговщина времен перестройки и "Прекрасная любовь". "Предчувствие гражданской войны" и всенародная популярность "осеннего периода". Сотрудничество с центральными каналами и долгие отъезды в деревню. "Правда на правду", безнадежная попытка найти третью правду в Октябре-93-го года и авантюрные поездки в Чечню. Программа "Мир номер Ноль" — новое звучание, обращение к электронной музыке. Яростная война против "попсы", апофеоз — драка в "Астории" с охраной Киркорова и хит "Попса-розовая пасть голодного пса", который под управлением Шевчука пропели несколько "как бы рокеров".

"Пропавший без вести" — альбом-диалог, честный разговор о жизни, о людях, о стране, о будущем, настоящем и прошлом. Альбом музыкально целостен, хотя каждая песня имеет свою мелодику, свое настроение.

Жизнь дорожает, выбившись из сил,

Зализывает раны после драки.

А ты на этом полотне светил

Мне подаешь таинственные знаки,

Пропавший без вести, я верю — ты живой,

Вас — миллионы бродят между нами.

Смотрите на могилы с номерами

И на свой путь, очерченный прямой...

Я назову тобой дорогу.

"Пропавший без вести", давший название диску, "не только о тех, кто пропал и продолжает пропадать на нескончаемых войнах и бесконечных улицах, но и о тех, кто пропадает в этой жизни, так и не найдя себе места. Жизнь перемалывает их. Здесь очень важна социальная тема, тема сопереживания с разлитой по России беде и, конечно же, вечный "рок-н-рольный" протест".

"Страна катится в пропасть, а мы хохочем во все горло, лежа в ржавых джакузи, как древние римские граждане, наблюдая гибель империи", — замечает Шевчук.

Завершает альбом программная одиннадцатиминутка "Русский рок", начинающийся строками: "Хоронили русский рок, хоронили". По ходу оказывается, что под роком надо понимать нечто более широкое. "Это похороны духа. Много негодяев, желающих сделать из нашей страны и людей нечто "банановое" и "стадообразное". Борьба продолжается, идет она давно и долго с переменным успехом, но дух машет крыльями над Россией. Пушкин и Достоевский, Пастернак и Толстой, Высоцкий и Башлачев смотрят на нас".

"Мумий Тролль" выпустил в целом неплохую пластинку "Слияние и поглощение". С забавными провокативными текстами, со свежей музычкой. Да и "Вендетта" Земфиры сделана не без блеска, хотя, на мой взгляд, не заслужила тех космических восторгов, которыми окружают шаги Земфиры критики-апологеты. Но потенциал у обоих музыкантов намного выше того, что получается в виде песен и альбомов. Увы.

Надо признать, что "шевчуковское" — сырое, иногда откровенно безвкусное, местами наивное, местами пафосное, говоря его же словами "вульгарное и злое", жизненней и живей, чем выверенный симпотный гламур столпов рокапопса. Лагутенко, похоже, мешает слишком спокойная жизнь. Надо хоть за что-то переживать. Инертность в определенных ситуациях оборачивается очень некрасиво. Можно вспомнить концерт 1 сентября прошлого года в Риге, проходивший во время протестных акций по защите русских школ и умышленно устроенный латвийскими властями для отвлечения внимания. Ссылки на аполитичность в таких ситуациях не проходят.

Сразу после выхода "Икры" Лагутенко надо было хоть на время вступить в НБП. Или совершить нечто подобное. Найти импульсы для творчества вне пространства музыки. (Это, возможно, чувствует Земфира — отсюда ее курьезное поступление на философский факультет МГУ). Пошло бы только на пользу. Все-таки рок в бунгало не производят. Так уж сложилось.

НАДО СЛУШАТЬ!

НАДО СЛУШАТЬ!

Обозреватель

НАДО СЛУШАТЬ!

ГРАЖДАНСКАЯ ОБОРОНА "Реанимация" ("Мистерия звука") 2005

27 мая в Лужниках прошел первый стадионный концерт группы. В эфире "Нашего радио" (как только М.Козырев покинул свой пост) вовсю крутится песня "Чужое". Критики и музыканты истеблишмента вовсю расхваливают пластинку "Долгая счастливая жизнь". Но неизвестно, что беспокойнее для общества — полузапрещенная и красно-оппозиционная "Оборона", или же легальная, но нигилистично-обособленная, утверждающая свои неведомые (порой и самим музыкантам) ценности.

Летов говорил, что "Долгая счастливая жизнь" и "Реанимация" — две части одного альбома, одна большая песня; двадцать восемь различных пограничных состояний человека, зависшего между "здесь" и "там",

Тем не менее, "Реанимация" на фоне "ДСЖ" незримо обладает каким-то более светлым настроением, если в данном случае вообще уместно подобное определение. Словно после nigredo, Игорь Федорович перешел к "работе в белом". Почти девизом альбома звучит ницшеанское: "то, что не убивает, делает сильней" из песни "Крепчаем".

Но на вселенском "волшебном крючке" постигаешь такое, что "после этого очень трудно продолжать жить, оставаться человеком. К подобному состоянию, видимо, относится большинство деятельных людей, которые идут в "солдаты удачи", в наемники, в альпинисты, в наркоманы, в творческие люди вообще. Последнее состояние — огненное, это уже смерть. Или святость". Период предельного романтизма, радикального бунта заканчивается обломом. Приходит ощущение, что последние люди — беспонтовые пирожки — неодолимы. Происходят выпадение в тотальный цинизм, замыкание. Но если продолжить движение, то через какое-то время наступает святость. Летов движется (или думает, что движется) явно в направлении этого странного состояния освобождения.

Миром правят собаки,

Тебя пожирают собаки,

Меня догоняют собаки

Здесь останутся только собаки,

Взмывает в небо за моим за окном

Непобежденная страна.

"Реанимация" — жесткая и дисциплинированная пластинка. Согласно Эрнсту Юнгеру, дисциплина — форма, посредством которой человек поддерживает контакт с болью. Именно боль предъявляет к жизни самые высокие требования. Так "Гражданская оборона" проходит свою тотальную мобилизацию, свой экзамен в вечности.

Стало быть,

меня настигло НОВОЕ СОЛНЦЕ

Просто у меня

случилось НОВОЕ СОЛНЦЕ

Что-то во мне настало,

Возникло, схватило поймало.

Во мне проснулось,

очнулось, забилось.

Ко мне пробилось

Солнце Всех Неспящих

Свободных.

ТЕЛЕВИЗОР "Отчуждение 2005" ("Никитин")

Этот альбом был записан шестнадцать лет назад, но из-за разногласий с продюсером так тогда и не вышел. За это время многое изменилось, в том числе и в самом "Телевизоре". Тем интереснее новая версия, записанная Михаилом Борзыкиным в домашней студии с ноября прошлого года по январь нынешнего. Оказалось, что настроения и ощущения 89-года, как ни странно, вполне созвучны нынешним. Пафос и нерв Борзыкина востребованы. Даже наивно-"партийная" "Политпесня" местами попадает в болевые точки современности. А есть еще "Отчуждение", "Потребитель", "Пластмасса", "Музыка для мертвых" — вещи актуальные, как никогда. И продолжают стрелять, и тащится "жизнь ради мертвых", и снова "уходят дети" в поисках своего завтра:

Ночью, грязной дождливой ночью,

они покинут квартиры —

ваши смешные квартиры.

Прощаний не будет, молча

они выйдут на улицы,

чтобы порвать навсегда

с вашим усталым миром,

с вашим нелепым миром.

НОЧНОЙ ПРОСПЕКТ "Новые физики" ("Azия records")2004

Очень важная и интересная архивная запись. На пластинке — концерт "Ночного проспекта" на первом фестивале электронной музыки в 1988 году, в Вильнюсе, вторая часть — выступление в Таллине, годом ранее, программа "Новые физики".

"Ночной проспект" был известен как неуемно-экспериментаторский проект, влияние которого на дальнейшую историю отечественной электронной и индустриальной сцены, по меньшей мере значительно. Таллиннская часть сыграна в стиле авант-поп, в Вильнюсе группа продемонстрировала концепцию электронного минимализма "no-drums".

Мрачный саунд НП шокировал, а "ассоциально-радикальная позиция участников проекта в то время постоянно приводила к громким скандалам и воспринималась как циничная антиперестроичная провокация. Только сегодня мы можем по достоинству оценить "пророческий" смысл творчества НП в музыкально-эстетическом и идеологическом контексте".

Alexei BORISOV & Anton NIKKILA "Typical human beings" ("N&B Research Digest")2004

Экспериментальный тандем финского музыканта и одного из столпов отечественного электронного авангарда. После "Ночного проспекта" Борисов принял участие в десятках различных проектах, вызвавших заслуженный интерес, в частности это электронный дуэт "F.R.U.I.T.S" (совместно с Павлом Жагуном ), этно-электронная "Волга" (при участии Анжелы Манукян, Романа Лебедева и Юрия Балашова).

С Антоном Никкилой это далеко не первый диск — есть, например, любопытная "хоровская" пластинка "Никкила-Борисов-Сергей Летов", запись выступлений в клубе "Бедные люди" и на SKIF— 2000.

"Typical human beings" — красивая электронно-нойзовая работа. Сумрачная атмосфера тревожного времени. В текстах мелькают горячие точки, неполиткорректные имена прошлого. Атмосферный ландшафт. Загадочное ночное путешествие в реальности, не требующей предисловия.

ВОСХОД "Все наше бесконечно!" ("Об.Рок Рeкords")2004

Эту симпатичную пластинку прислали в редакцию "Завтра" заинтересованные независимые люди из Смоленского Дома Молодежи. И про группу "Восход" я доселе, увы, ничего не слышал. Хотя Смоленск славен своим творческим подпольем — "Карамазов драмс", ряд значительных авангардных художников. "Восход" существует пять лет, записав с тех пор 16 альбомов (а, возможно, уже и больше). Творческое кредо музыкантов — "внутренняя борьба человека с окружающим миром, его переживания, страхи, думы, мысли… ". Мотивированная агрессия и бунтарские настроения по отношению к жестокому социуму уравновешиваются пост-панковской иронией. Но группа не замыкается на социальной проблематике. Большое впечатление, например, производит эзотерическая сказочка— четырехчастная (!) поэма "Снег".

Группа имеет полноценный состав, но альбом "Все наше бесконечно!" записан вдвоем — лидер "Восхода" Валерий "Вэл" Стефанович, автор песен, и как следует из вкладки, человек-оркестр и барабанщик Экс (Не путать с Максом Эксом из "Крантов"). В музыке заметно творческое продолжение традиций сибирского панка. Вообще, "Восход" как губка впитывает (и выдает в собственном прочтении) совершенно разнообразные идеи и направления. Тут и интерес к семидесятническому харду, и фолковые мотивы, и даже dark-wave— индустриальные ходы.

Content

Завтра Газета Газета Завтра 603 (24 2005)

ОПРОВЕРЖЕНИЕ

ВЛАСТЬ ОТБРАСЫВАЕТ КОПЫТА И ОТКЛАДЫВАЕТ ЯЙЦА

ДЗАСОХАЮЩАЯ «ВЕРТИКАЛЬ»

ИГРА ВЛАДИМИРА ИЛЬИЧА

С НЕБА ЗВЁЗДОЧКА УПАЛА

«КНЯЗЬ ТЬМЫ» ЧУБАЙС

ОСТОРОЖНО: ГЕПУТИТ!

ОТКАТ ЕВРОПЫ

УБИТЬ ДРАКОНА! Съезд «Родины» — против олигархов и коррупции

ЛАТЫШСКИЙ СТРЕЛОК

АПОСТРОФ

КРЕМЛЬ И НИЖНИЕ АВЧУХИ Большая политика на малой моей родинеНиколай Анисин

ДЕЛАЙ, КАК Я!

ИСЛАМСКАЯ МОЗАИКА

ЦВЕТЫ НА РУИНАХ

ЖИЛИ-БЫЛИ

ЕВГЕНИЙ, НОВОМУЧЕНИК И ВОИН

ОТ НИЦШЕ ДО БРАУНА

ДУША НЕИЗЪЯСНИМАЯ

АСКОЛЬДОВО КРЕЩЕНИЕ

ПОД ЗНАМЕНЕМ АЛЕКСАНДРА НЕВСКОГО

АНОНС «ДЛ» №6

МОЙ «БЕСТ»ИАРИЙ

ТЫ НЕ УШЛА!

РОК-НОВОСТИ

ТАК!

НАДО СЛУШАТЬ!