Галина Гончарова

Взмах драконьего крыла

© Г. Гончарова

© ООО «Издательство АСТ», 2017

– Я беден и не слишком знатен. Я не могу на тебе жениться.

– Будь он проклят, этот титул!

– Ты сама все понимаешь.

– Да, понимаю. Ты умный, ты замечательный, но для наших придворных болванов это ничего не значит.

– А ты принцесса. И это для них значит слишком многое.

– И если я последую зову сердца, из мятежей мы не вылезем следующие сто лет.

Вместо ответа мужчина целует руку своей любимой.

Он отлично знает, когда ее высочество выйдет замуж по расчету, он просто… он не умрет – самоубийство недостойно дворянина. Но если кто-то хочет встретиться со смертью, он найдет способ.

Потому что видеть ее с другим – выше его сил.

Он любит принцессу так, что кровь бы дал из себя по капле выцедить. Для нее, лишь для нее…

Но быть вместе они никогда не смогут.

Когда тебя похищает дракон – это страшно. Наверное.

Во всяком случае, принцесса Азалия от ужаса лишилась чувств. И все видели, как над башней, словно совершив круг почета, взвился золотой дракон, как подхватил принцессу и улетел. Только золотая коса из лапы свисала.

А бедняжка и не кричала даже вовсе.

Обеспамятела от ужаса. Такое бывает…

Естественно, король был в ужасе. Королева рыдала, принц Абель хотел было отправиться на поиски двоюродной сестры, но ее родители были категорически против.

– Нет-нет, это неправильно. Азалия у нас девушка на выданье, дорогой. Вот кто победит дракона – тот и получит ее в жены. А ты все-таки кузен, поэтому тебе нельзя.

Надо сказать, королевская семья была невелика. Его величество, ее величество, две принцессы – Азалия и Амалия, ну и Абель. Сын королевской сестры, ныне покойной. Но высокий титул ведь не гарантия плодовитости?

Даже скорее наоборот.

Так что по королевству был брошен клич. Тот, кто победит дракона, получит в жены принцессу. А учитывая, что она старшая и вообще наследница, после смерти короля у удачливого героя есть все шансы обзавестись троном и короной.

Приз был настолько велик, что герои ринулись в королевство потоком.

И – разочарованно замерли перед дверями дворца.

Если кто не знает, геройство – дело не особо доходное. Шишки и синяки там прибывают с завидной регулярностью, а вот с деньгами хуже. А его величество объявил, что лично он на поиски принцессы и гроша не выделит. Герой и так получит все. Неужели сейчас ему жаль потратить какие-то медяки? Тогда это неправильный герой, жлоб и скупердяй. И к чему такой принцессе?

Так что примерно половина «героев» отсеялась еще на подходе. Осталась вторая половина. Дворяне, из богатых и не очень, и купцы. Ну и несколько аферистов, которые умудрились заработать деньги и не познакомиться при этом с палачом. Такое тоже бывает, иногда и не в сказке.

Так что в следующий месяц королевство очень неплохо заработало. На продовольствии, теплой одежде, лекарствах, чудодейственных амулетах, эликсирах, свитках, снаряжении для гор, конях, ослах, на последних – особенно.

А вот в соседних королевствах дела обстояли хуже.

Во-первых, решили попытать счастья принцы, но – увы. Его величество тут же объявил, что любой, кто хочет спасать принцессу, будет делать это в одиночку. Ну, с отрядом человек в десять – пятнадцать. А иначе – это уже вторжение на территорию Торадора. И ему это не нравится. Короли-соседи подумали и решили, что принцесса того не стоит. Родимое чадушко отпускать на съедение здоровущей рептилии?

Ну уж дудки!

Лучше подождать, пока вторая достигнет брачного возраста. Авось не станет дракон и вторую утаскивать? Должна ж у него, гада, совесть быть? Или хотя бы у короля охрана?

Были, конечно, одиночки, но на таких много не заработаешь. Опять же, пока соберешься, пока доберешься до границы Торадора, а там и до гор… а если принцессу спасут раньше?

Обидно ж будет!

Так что потенциальные освободители были в основном местными. Неделя-другая на сборы, а потом целое стадо героев двинулось в горы.

– Устоят ли? – поинтересовалась королева-мать, выглянув из окна.

– Эти горы и не такое выдерживали, – успокоил ее король-отец. И захлопнул окно.

Не стоит укорять короля-отца за его душевную черствость и даже жестокость. Королевство Торадор в этот момент находилось в достаточно сложном положении. На севере, в горах, активизировались разбойники, из-за чего торговля с другими странами была весьма затруднена. Король знал, кто именно разбойничает, но знать и доказать – суть вещи разные. А не докажешь – не посадишь.

Можно, конечно, поотрубать пару голов королевской волей, но как быть с Дворянским собранием? Где тут же начнутся свары, склоки и раздоры, и кончиться это может чем угодно, вплоть до бунта? Такого счастья его величеству и даром не надо было.

Это – одна из проблем.

Вторая же, и в чем-то главная, состояла в отсутствии прямого наследника. Сын сестры, это все-таки не король. Да и отец у него был не так чтобы очень знатный, и сам сын…

Удался ли он?

Ну, не урод, не болен, но дурак. Не из тех, кто, складывая шесть и семь, получит восемь разных результатов, нет. А просто из тех, кто спесив до глупости. И не может предположить ума в ком-то, стоящем хоть на ступеньку ниже его. Такими очень легко управлять.

А каково сажать их на трон?

Плохо. Очень плохо. Вплоть до переворота и потери трона.

Но и девушек тоже не коронуешь – дворянство озвереет. Надо выдавать дочь замуж и короновать ее мужа. А за кого?

Вот королю и приходилось тяжко.

Мало ему было интриг, скандалов и склок между дворянами, мало попыток воздействия, уговоров и прочих радостей, мало предложений от принцев соседних государств…

Младшая-то дочь пока еще была совсем малявкой: десять лет – не возраст. А старшая уже заневестилась, вошла в пору и в свои восемнадцать вызывала неконтролируемое слюноотделение почти у всех мужчин при дворе. Исключением были слепые и глухонемые.

С одной стороны – королевство и обнаглевшее дворянство, с другой – родная дочь. Ну и житейские проблемы.

И как тут не поблагодарить дракона?

Вовремя подвернулся, чешуйчатый. Теперь хоть какая-то передышка будет.

Драконы, и верно, живут в горах. Данный конкретный обосновался на севере королевства, за что его и материли все рыцари. Да так, что несчастная рептилия должна была уже давно загнуться от икоты.

А то ж!

Одно дело – доехать на пару дней пути, влезть на уютный пригорок, помахать мечом, а то и вообще засаду устроить, катапульту подкатить, войско с собой привести. Это запросто и со всем нашим удовольствием.

Другое – когда только до северных гор тебе ехать примерно месяц. Войску, кстати, маршировать вдвое дольше. Дорог в горах нет, одни направления, так что про катапульты и осадные орудия лучше сразу забыть.

Войско? Можно, конечно, но пока ты туда с войском доберешься, принцессу уже без тебя спасут три раза. А кто потратится?

А ты. Потому как король-отец ни медяшки на предприятие выдавать не собирался. Вот еще!

Спасешь принцессу – с ней и приходи. Свадьба, полкоролевства и прочие пряники тебя ждут, сын мой. А до той поры – извиняйте. В стране кризис, в казне пусто, а у королевы вообще любимый хомячок померши. Двор в горе и печали. И денег нет!

Так что поток желающих спасти принцессу поредел наполовину уже в первые сутки. И не увеличился во вторые.

Отсеялись ленивые, трусливые, расчетливые, и остались несколько сотен самых упорных. Впрочем, иллюзий никто не питал. Эти тоже отсеются, но по дороге. Дайте время.

Трактир «Волчье логово» был спешно переименован в «Драконий хвост». А то ж! Была причина!

Вот в северных горах дракона, наоборот, оценили и полюбили. Лапочка, прелесть и умница, что тут скажешь? И место хорошее выбрал, и дракон-то приличный! Потому как ничего не жжет, не ворует, а вовсе даже золотом платит. А дело было так…

Северные горы – место сложное. Чтобы тут выжить, нужны и ум, и характер, да и навыков немало. Иначе есть опасность помереть от голода, холода или волчьих зубов. Так что те, кто выжил, – народ крепкий и к шуткам не склонный. И когда однажды неподалеку от трактира (почитай, местный центр культуры и новостей) опустился здоровущий дракон, встретили его не воплями, а дрекольем. Похватали что было и направились лупить рептилию.

А чего он?

Летают тут всякие, а потом скотина пропадает… а в горах это ценность, так что за каждую пропавшую корову ее хозяева любому дракону хвост бы повырывали, начхав на редкость и размеры.

Дракон оказался не слишком большим, красивого золотистого цвета… и говорящим. На самом универсальном языке – языке золота.

Связки у него не были приспособлены под человеческую речь, но ему это не помешало высыпать на землю перед крестьянами с десяток полновесных золотых.

После этого желания лупить гада у них поубавилось. Это-то никогда не поздно, но золота больше не будет. Так что сначала золото, а потом лупить.

Золото – это ж всегда хорошо! А дракон принялся то ли рычать, то ли…

Что-то понять можно было, в остальном хозяин трактира обошелся вопросами – и его отлично поняла уже рептилия.

– Коррррм…

– Корм… а, ты у нас столоваться хочешь?

– Угу…

– А часто?

– Рррраз тррри дня…

Три здоровущих когтя отлично проиллюстрировали мысль дракона. Трактирщик пошатнулся, но удержался, а вот пара слуг повпечатлительнее таки свалились в обморок. Когти там были… один раз чиркнешь – и все, можно оглашать завещание.

– Ясненько. То есть раз в три дня ты сюда прилетать будешь, а мы тебе пожрать выносить?

– Угу.

– А платить чем? Забесплатно только кошки родятся.

Золото было выразительно пошевелено когтем.

– Маловато, – по привычке выжиги вздохнул трактирщик. – Добавить надо бы…

Вместе с золотом был продемонстрирован тоже оч-чень выразительный коготь. Потом второй – для убедительности.

– Понял. А сколько и чего вы хотите, ваша милость?

Хвостатая милость хотела жареного барана и овощей. И готова была платить за это пять монет золотом. Цена, мягко сказать, завышенная, на пять золотых можно было пяток овец купить, да хороших, суягных, но, учитывая необычность покупателя, сторговались быстро. И время потекло. Раз в три дня дракон прилетал, тщательно обнюхивал свою пищу, чтобы не отравили или не подсунули несвежую, насыщался – и улетал к себе в горы. Иногда приносил горных коз, которых трактирщик потом ему и жарил. Как оказалось, рептилии обладали нежным желудком и есть сырое мясо не могли.

Сотрудничество всех устраивало. Про принцессу крестьяне и вообще ничего не знали. Но и узнав, не забеспокоились.

Ну и что? Украл и украл, где та принцесса, а дракон, можно сказать, свой. Но это ж не повод не заработать на всяких проезжающих?

Так что трактир спешно переименовали, наняли новых слуг, запаслись продуктами и вином, а дракона предупредили, чтобы был осторожнее. И место встречи перенесли в укромную лощинку. Не лишаться же пяти золотых из-за какой-то столичной фифы?

– Абель, тебе бы не надо ехать.

– Дядя, она моя сестра!

– И что?

– А если Азалию спасет кто-то другой? Это ж позор всей королевской фамилии!

– Фамилия переживет. А вот ты можешь и не пережить встречи с драконом.

Король говорил разумные вещи, но принц попросту не прислушивался. И манила его не сестра, хотя и она тоже, чего греха таить? Двоюродным братьям-сестрам иногда разрешено жениться, это мог бы быть подходящий случай для восшествия на трон. Азалия же, с ее аппетитной фигуркой и золотыми волосами, была приятным бонусом.

А править Абелю хотелось. Да и кто может быть более достоин, чем он? Он умный, красивый, а что не у короля родился… ну не повезло. Всяко бывает!

Король честно пытался отговорить племянника. Целых три раза. Потом сдался, махнул рукой и вызвал к себе начальника личной гвардии. Одноглазый вояка, которого за глаза прозвали Кривым Грифом, долго обсуждал что-то за запертыми дверями с его величеством, а потом лично подобрал принцу отряд сопровождения. Как раз для битвы с драконом. Все парни бравые, храбрые, как на подбор – грудь в золоте, усы завиты, половина из знатных родов, а то вдруг случай представится, а принцессу кто деревенский спасет? Это ж кошмар будет! Быдло на троне – пострашнее дракона!

Сам вот Гриф происхождением не отличался, да и характер у него был преотвратный. Зато короне он был предан как собака, скажи ему король в огонь кинуться – не помедлил бы.

Сын захолустного барона пятнадцать лет назад приехал в столицу зарабатывать себе имя и чин саблей. Кто-то под это решение и погибает в первые два дня. А кто-то…

Гриф оказался из вторых. Много раз дрался на дуэлях, не прятался за чужие спины, побывал и в боях, и в походах, золотых гор не нажил, зато по служебной лестнице продвигался очень быстро, потому как был умен и смел. И достиг своей вершины.

Сейчас никто не смел косо глянуть в его сторону. За спиной, конечно, шипели, но это – пусть. Пусть хоть ушипятся. А он все сделает, как его величество сказал. И сопровождение подберет…

Правда, злые языки уверяли, что Гриф воспользовался случаем и почистил гвардию от всех идиотов, которых туда напихали вельможные родители. Но это уже откровенное вранье и подрыв боеспособности государства, не иначе. А потому с такими языками было приказано поступать решительно – до отсечения. Можно вместе с головой.

Так что дня три поговорили с оглядкой, а потом и говорить стало некому.

Отряд принца уехал, Грифа тоже отослали куда-то, с глаз долой, жаль, ненадолго…

Важны были принцесса и дракон. Вот о них новостей и ждали.

Тяжела ты, жизнь менестрельская. Гордая, вольная, свободная и красивая. Ну и еще, до кучи, холодная и голодная. Это Анри знал лучше многих.

Выглядит-то оно со стороны чудесно – гуляешь где хочешь, песенки поешь, а на самом деле…

На то, что тебе подают, прокормить можно кошку, если та еще мышами докармливаться будет. А вот человеку хоть самому мышей ешь.

Летом.

А есть еще весна и осень, когда дождливо, холодно и грязно, зима, когда просто холодно и не погуляешь, да и лето иногда подводит. То жара, то неурожай – вот и пуст сарай у крестьянина. А у менестреля, естественно, кошелек – не до веселья, когда жрать нечего.

Так-то вот. И загибается большинство вольных певцов от бескормицы или оседает где попало, нанимаясь хоть бы и полы мыть, лишь бы кормили. Какое там искусство, когда в животе ветер свищет на три голоса?

А есть и другая сторона.

Дамы, то есть бабы.

Им-то житье менестреля кажется уж-жасно романтичным. Красивым, ярким, возвышенным и вдохновенным. А их мужьям – вовсе даже нет.

Так что всегда есть возможность схлопотать либо вилами в зад от обиженной любовницы, либо оглоблей по хребту от ее супруга. Вот Анри и…

Такая милая дама, между прочим, баронесса, а вот барон – сволочь! Гад, гад, гад!!!

Это кем же надо быть, чтобы жену караулить, а потом вломиться в самый неподходящий момент? Хорошо еще, что не раз битый жизнью и мужьями Анри заранее просчитывал пути отступления. Схватил предусмотрительно сложенную одежду и дал деру.

И шел сейчас через горы, надеясь попасть в Торадор, потому что ревнивый муж объявил на беднягу настоящую охоту. И даже награду за его голову – десять золотых, так что в деревни Анри заходить не хотелось. Сдадут мгновенно, для крестьянина-то это целое состояние, чуть не две коровы.

Вот ведь гад!

Ни сам не ам, ни другим не дам!

Бессовестная личность!

Узнав о похищении принцессы, барон Картан задумался.

Одно дело – разбойничать на горных перевалах. Другое – легализоваться, да еще как! В роли короля! Ради такого куша барон готов был сам любого ящера зубами загрызть.

Чуть-чуть расхолаживало то, что дракон сам оказался не промах – и кто шел его искать, тот назад не выходил.

Ну, скажем честно, кое-кому барон лично помог… остаться в горах. А что? Место отличное, лежи себе и спи спокойно, дорогой товарищ. Опять же, деньги нужны…

Но, может быть, можно найти способ?

Взять с собой людей, а еще – магов. Дорого, конечно, накладно, но деньгами его обеспечат спасители принцессы, а в случае успеха…

О да!

Его величество Дариуш Картан!

И барон, всласть помечтав о короне на своей подлысоватой голове, принялся искать мага. А кто ищет, тот всегда найдет.

Сам волшебник на дракона идти отказался. Стар он, слаб, и вообще – клиентура не поймет. А вот оружием обеспечил. По виду – обычные стрелы, но барон лично проверил одну и остался доволен. Дом, в который попала эта стрела, сгорел за двадцать секунд в пепел и пыль. Так что расплатился Картан с магом честь по чести (а то себе дороже выйдет) и направился обратно домой. Собирать отряд и воевать дракона.

Власть и деньги манили, заставляя забыть об осторожности…

Граф де Ланьи был женат уже лет двадцать, и принцесса ему была нужна, как дырка в голове. От власти и денег (и побольше, побольше) он не отказался бы, но…

Зачем лезть высоко?

Сорваться можно очень легко и быстро. Ну, дракон. Ну, похитил он принцессу. И что? Может, у ящера оригинальная диета. Или стремление к прекрасному.

Графу и даром не сдался бы тот летучий гад, но!

Гнусная чешуйчатая ящерица принялась выслеживать его людей! Нападала на честных контрабандистов, скидывала их в пропасть и улетала. Если сопротивлялись – убивала, если нет – просто поливала огнем товар.

А каков убыток?! Этой чешуйчатой пакости и в голову не могло прийти, что она пожгла уже чуть ли не треть годового бюджета королевства!

В горах стало опасно!

Это графа не устраивало. С драконом требовалось разобраться, и чем быстрее, тем лучше. Так что он сходил к магу, который недавно обосновался в городе неподалеку, получил там отличные стрелы, опробовал их на живом быке и остался доволен. Бык не уцелел.

Дракону тоже будет невесело…

А будет знать, тварь такая, как мешать чужому бизнесу!

Посоветоваться между собой барон и граф забыли. Да и не стали бы, конкуренция – штука жесткая. Просто принялись набирать людей – не рисковать же своими, доверенными и проверенными? Лучше уж разово нанять безработных вояк для похода в горы. А деньги…

А дракон?

Может, там платить и вовсе не придется! Некому будет!

Плюсом трактира «Драконий хвост» было очень удобное место расположения. Так что…

– Мне нужна комната и ужин.

– Немедленно размести меня и мою свиту.

– Я долго ждать буду, пока мной займутся?!

За какой-то месяц трактирщик заработал столько, что мог бы давать взаймы даже дракону. Охотники шли косяками, как лосось на нерест. Ну и… случалось всякое.

Вот и сегодня…

Не то беда, что к трактиру его высочество принц Абель пожаловал, а то беда, что с целой свитой! Человек тридцать, не меньше, и все гвардейцы. Вот и возблагодаришь Бога, что всех девушек из трактира услал куда подальше, а то было б сейчас… ох! А в придачу к принцу еще и барон Картан нагрянул. А трактирщику-то доподлинно известно было, что барон и промыслом на горных дорогах не брезгует. Благо пещер в горах много, оттащи тела куда да завали – к весне и концов не найдут.

А доподлинно трактирщик это знал, потому как сам скупал у барона кое-что полезное в хозяйстве. Работа такая…

Принц со свитой расположились на лужайке, раскинули шатры и выглядели вполне довольными жизнью. Слуги только и знали, что вино подносить.

И ой как не понравился трактирщику взгляд барона, брошенный на принца Абеля. Умный, едкий, цепкий…

По правде говоря, не дракон был проклятием этих гор, вовсе не дракон, а разбойники. Из-за них и перевалы были небезопасны, и караваны терялись, и выводить их было, что тех тараканов из дома. Хоть ты кипятком шпарь все углы, хоть травами окуривай, а все одно – вновь набегут мерзкие твари! Тут уж дракону впору бояться, чтобы ночью чешую с хвоста не общипали.

А чего это барон-то пожаловал?

Долго размышлять трактирщику не пришлось, потому как барон поманил его к себе и начал издалека:

– Говорят, принцессу дракон утащил?

Вот тут трактирщик холодным потом и покрылся. Но соображения не потерял.

– Как будет угодно вашей милости.

– А еще говорят, что сюда ящер частенько прилетает?

– К речке, ваша милость.

– А не к трактиру?

– Да что вы, ваша милость! – взмолился трактирщик со всей убедительностью человека, желающего жить. – Что ему тут делать? У нас и стреломет есть, как засадим под крыло!

Барон какое-то время еще терзал бедолагу, но потом трактирщик потребовался принцу, и добычу пришлось отпустить. А ведь…

Разбойников в горах много. Объединить их – так, поди, и дракон не устоит. А потом – что?

Женится их главарь на принцессе – и все. Кто может быть хуже бандюги? Да только тот же бандюга, который до власти дорвался. Но трактирщик – человек маленький, подневольный, так что пришлось рассказывать, что знал. И с принцем барон быстро познакомился.

Выпили вместе, спели и уговорились, что барон отряд принца еще и своими людьми усилит. Дракон же! Большой, летучий и огнедышащий! Так что справиться с ним будет сложно, а вот если всем миром навалиться…

Принц-то согласился. А вот о чем думал барон – сие принцу было неведомо.

В горы двигался целый отряд общим числом человек пятьдесят. Возглавлял его принц Абель, довольный и гордый. Барон ехал где-то в середине, справедливо полагая, что мишень из себя состроить всяк дурак может, а вот уцелеть, если дракон налетит…

Не налетел.

Но и над логовом флаг не вывесил, заявляя, что я – здесь. Идите сюда, герои!

Это в сказках к логову гнусного ящера разве что не тропинка проложена и храбрый рыцарь двигается спасать прекрасную принцессу напрямик, не обращая внимания на бытовые мелочи. В жизни же…

Дракона предстояло еще найти.

Тут, правда, принцу повезло. Они не успели пропутешествовать по горам и три дня, когда на пути им встретился бродячий менестрель. Есть такая категория, часто не обделенная ни умом, ни талантом. Объединяет бродячих менестрелей несколько качеств.

Слишком длинный язык, неумение творить по заказу и нежелание кому-либо подчиняться. Часто еще и любовь к горячительным напиткам. Но этот явно был не из таких. Молодой парнишка просто шел по горам, чисто для развлечения наигрывая что-то на свирели, – и вынырнул мало не под копыта коню принца.

Конечно, его высочество тут же заслонили, менестрелю нацелили в нос несколько луков и копий и поинтересовались, кто таков и куда путь держит. Хотя и так видно было.

Ну, кто еще кроме менестреля?

Потрепанная куртка украшена блестками и нашивками, за спиной старый кожаный мешок, в котором брякает что-то, подозрительно похожее на бубен, поверх него привязана гитара, русые волосы растрепаны, а улыбка наглая и веселая.

И стесняться или бояться менестрель не собирался. А вместо этого отрекомендовался – Анри, менестрель. Иду с севера на юг, говорят, там теплее и платят больше. А вы, господа, куда?

На битву с драконом?

А с вами можно?

Я потом обещаю честно воспеть героизм победившей стороны! В балладах, канцонах, сагах – жанр на усмотрение заказчика.

Оплата?

Кормежка и доставка до подножия гор. Обузой не буду, все ж таки высокородных господ надо развлекать по вечерам. Прочему бы и не моими скромными песнями?

Барон был слегка недоволен, но принц согласился.

Еще через пару дней отряд опять пополнился. На этот раз к нему присоединились люди графа де Ланьи, который тоже шел по горам с надеждой обнаружить дракона. И еще несколько авантюристов-одиночек. И даже одно чудо в перьях – сын купца, который твердо решил спасти принцессу и с этой целью сбежал из дома. Папа-то был категорически против таких планов, приземленно считая, что сыну надо бы разбираться в качестве ткани да ругаться с поставщиками. А геройства стоит оставить героям, тех уже все равно не вылечишь.

В итоге сын украл у папы аж шесть золотых монет и кое-как, с горем пополам, добрался до гор. Остатка денег хватило на скудные припасы и ишачка, который в горах не уступал королевскому скакуну, а то и был удобнее – ибо мельче и маневреннее.

Над романтическим дурачком посмеялись, но к отряду примкнуть разрешили. Дракон же!

Крупный. Опасный. И может быть, этот сожранный сын купца пойдет рептилии вместо принца? Или графа? Кто его, ящера, знает, с его вкусовыми предпочтениями.

Процессия двигалась по горам, ориентируясь на дракона.

А мерзкий ящер особо и не скрывался.

Рептилия прилетела, как и обычно, на кормежку. И трактирщик лично решил подать огнедышащей твари ее обед. Притащил туши, разложил на траве и затеял светскую беседу, стараясь не глядеть на зубы и когти.

– А вот вы, ваша милость, и не знаете, что вас опять воевать идут.

Дракон шевельнул когтями. Мол, пусть идут.

– Да еще какой отряд большой. Барон Картан хотел один идти, а тут и принц Абель с гвардией подошел. Вот они и объединились.

Дракон чуть склонил голову. Мол, говори, говори…

– А еще мне доподлинно известно, что им маг какие-то противодраконьи стрелы нашептал. Или зачаровал. Так что вы б поосторожнее, ваша милость. Не хочется выгодного клиента терять.

Дракон кивнул и задумался о чем-то своем.

Трактирщик тоже решил, что его миссия выполнена. Предупредил?

Имеющий уши да услышит. А коли ни ушей, ни ума… но к дракону это не относится. Умный хищник.

Замок барона Картана был хорошо укреплен. Высокие стены, котлы со смолой на стенах, камни, требушеты и даже одна катапульта… дорогая, собака, но дело того стоило!

Увы…

От дракона это помогло мало.

Когда мерзкий ящер пикирует сверху, бросает во двор что-то горючее и парой выдохов подпаливает башни…

Вот тут и поймешь, за что их истребляли! Вот тут и пожалеешь, что не всех!

Сволочь!!!

Замок занялся, что та солома! Едва людей вывести успели!

Но отстраивать его?

Ох, что-то подсказывало дворне, что в ближайшее время барону будет ни до чего, кроме своего дома. А мерзкая чешуйчатая тварь ведь никуда и не улетела. Кружила над замком, выхватывая то одного человека из толпы, то другого, поднимая повыше – и отпуская.

Лепешки получались очень высокохудожественные, но баронские домочадцы были далеки от драконьего чувства прекрасного. Арбалетные болты от мерзкой твари только отскакивали, про стрелы и говорить не стоило.

Дохнув на прощанье огнем, добавив калек, и саданув хвостом по чудом уцелевшей башне, дракон улетел.

А измученным людям теперь надо было как-то позвать на помощь, сообщить о случившемся барону, да и вообще – убираться в деревню. А то в горах не сильно поночуешь на свежем воздухе. Там не только дракон людей любит.

За пять дней нападениям подверглись:

– шесть деревень, на которые дракон посбрасывал сверху куски камня;

– три разбойничьих лагеря, которые мерзкая рептилия просто залила огнем;

– замок графа де Ланьи.

Дракон оказался весьма и весьма трудолюбивым, делая по два-три налета в день.

Там поджег, тут камень скинул, здесь еще что горючее… но горючее как-то осталось вне внимания людей. Понятно ж, что дракон огнедышащий, вот от его дыхания все горит, и даже камень плавится! А снаряды с запретной магией – да откуда такие могут взяться у дракона?!

Неоткуда.

Обознались.

Впрочем, в замке графа чудовищу чуть-чуть отомстить смогли, ранив его в крыло. Но толку-то?!

Все равно разнес все, до чего добрался, чуть ли не до основания, прихлопнул хвостом двух старших сыновей графа, да еще и кучу навалил на пожарище.

А что летать ему было плохо и больно, так улетел же!

А может, еще и вернется… гад!

Менестрель – создание непоседливое и любопытное. А потому, когда ему ночью понадобилось в кустики, он никак не смог пройти мимо подозрительного шороха. И обнаружил: примерно в двадцати метрах от всей честной компании на уступе сидела девушка. Сидела, дрожала, куталась в плащ, но с места не двигалась.

Нечисть ночная?

Анри честно попробовал сотворить знак Пресветлого. Не помогло. Вместо того чтобы зашипеть, рассыпаться и исчезнуть, девица покачала головой, приложила палец к губам и поманила менестреля рукой.

Анри подумал и подошел поближе.

– Ты кто?

– Да знахарка я местная. Живу в горах. А ты менестрель?

– Ага.

– Хорошо поешь, я слышала.

– Когда?

– Да сегодня вечером. Я тут случайно оказалась, за травами пошла, да ногу подвернула. До дома далеко, а ночевать в горах опасно. Вот я и решила… поближе к людям.

– А чего к костру не вышла?

Анри даже разочаровался. Вот… могла бы быть легенда, а все так приземленно.

– А ты бы вышел? Будь ты девушкой?

Анри подумал и признал ее правоту. Еще как не вышел бы! Они ж рыцари! Благородные! А значит – как нажрутся, так и потянутся благородство сеять. Шлюх рядом нет, так знахарка сойдет. А от десятка сволочей ни одна девчонка не отобьется.

– Ты, наверное, голодная?

Глаза девчонки блеснули в полумраке. Цвета было не разглядеть, но вот заинтересованность…

– Еще какая! С утра крошки во рту не было!

– Сиди тихо, я сейчас вернусь с хлебом. Разносолов не обещаю, но кой-чего там осталось.

– А ты никого не приведешь?

– Чтоб мне век лютни не видать!

Девчонка серьезно кивнула. И даже не удивилась, когда Анри вернулся минут через десять с половиной ковриги хлеба, куском мяса и тремя огурцами.

– Что осталось.

– Спасибо. Я не забуду.

Девчонка спрыгнула с уступа, пошатнулась, выругалась, и менестрель понял, что насчет ноги она не врала. Ей точно было больно. И голодно. На пищу она накинулась диким зверьком, слопала все и даже облизала пальцы.

– Ты меня очень выручил.

– Сочтемся при случае. – Анри испытывал даже неловкость. Ну что он такого сделал?

Да ничего! Какая уж тут благодарность!

– Зовут-то тебя как?

– Местные Залей кличут.

– Заля… А я Анри.

– Ну, будем знакомы, – девушка сделала глоток из личной менестрельской фляги, чуть поморщилась. – Прости, не люблю вино. Вы на дракона идете?

– А то ж…

– Ну вам еще дня три топать, это точно.

– Да догадываюсь. А ты знаешь, где у него логово?

– Ага. Все знают. Во-он там, на Вороньей горе, – слова сопровождались небрежным взмахом руки. – Вам еще два перевала и провал перейти – и почти на месте.

– Жаль, что ты нас проводить не можешь.

– Дура я, что ли, – дракону в пасть лезть? Ты-то тут как оказался? Принцессу решил спасти или подвиг воспеть?

– Шел через горы, заплутал, наткнулся на спасителей, ну и прибился к отряду. Жить хотелось…

– Понятно. Ты, если что, лучше пешком иди. Лошади дракона не любят, беситься начинают, поскидывают половину этих героев куда придется – вмиг покалечишься.

– А ты-то откуда знаешь?

– Так чего тут не знать. Я ж в горах живу, видела, как он на деревню налетал.

– Сволочь!

– А разбойники лучше? В той деревне нехорошим промышляли, остановится какой купец на ночлег и пропадет. Бывало…

Анри прикусил язык. Ненадолго.

– А жены? Дети?

Девушка злобно фыркнула, сделала еще глоток из фляги.

– Так это семейный промысел у местных. Не у всех, но есть такое. Жены одежду застирывают да зашивают, дети с малолетства глотки спящим резать учатся. И тебя бы приговорили, окажись ты в такой деревне.

– Да что с менестреля взять?

– Вот ты и сказал бы – что. После часа-двух пыток.

Анри передернулся.

– Это мне еще и повезло, что заплутал?

– Не без того. Так что держись в середине каравана и на лошадь не лезь.

– А ты ведь не простая знахарка.

– А тут простым и не выжить. Думаешь, тишь да глушь? Ан нет, моя мать из благородных была… ну это история долгая.

– Так и до утра времени много.

– А я до утра не останусь, чуть рассветет – и пойду. В темноте-то можно скрыться, а утром слуги зашевелятся, еще увидит кто… не хочу. Не говори обо мне, ладно?

– Как же ты дойдешь?

– Потихоньку. Справлюсь.

– А то, может, помочь? Проводить?

– Я-то тебя потом к подножию гор не провожу. Так что держись лучше людей, с ними безопаснее.

– А то ты не человек?

– А ты забыл, как отвращающий знак делал? Вот сейчас как зарычу, как кинусь…

Верилось с трудом, девчонка как девчонка. Анри уж сколько таких на своем веку перевалял. Правда, эта точно откажет, если ей сено помять предложишь. За такими ухаживать надо.

– Не кинешься.

– Верно. Но и провожать меня не надо.

Анри и не стал – чего уж, раз просят. Но до утра честно просидел с девчонкой. Мало ли кто, мало ли что… и понять ее можно тоже.

Ушла она, как на востоке сквозануло алым. Лагерь еще спал, и Анри решил урвать пару часов на сон. Хоть так-то.

Дракон продолжал свои налеты. Граф, барон и прочие просто бесились, но что они могли сделать? Да только отомстить хищной гадости.

Вот на третий день пути и…

Гадость оказалась не только хищной, но и умной. И напала из засады.

Даже не напала, нет.

Дракон – летучий, чем он и воспользовался. Сбросил сверху несколько камней и улетел. Целился, между прочим, сволочь такая, не в графа или барона, а в простых воинов, то есть в самый конец отряда. Анри, бывший как раз в середине, поблагодарил про себя девчонку за совет. Кстати пришлось.

А дракон-то крупный. И камни немаленькие.

Так что…

Примерно пятнадцать человек просто умерли на месте. Еще троих привалило обвалом. А дорога назад стала попросту невозможной. Дракон в очередной раз доказал, что он – разумный, так подгадав место, что тропа скрылась под завалом. Ни обойти, ни объехать – горы.

Боевой дух заколебался и пополз вниз. Но куда деваться?

После похорон невезучих, отряду оставалось только идти вперед. А дракон, словно издеваясь, налетал еще два раза. Не давал ни отклониться от маршрута, ни сбежать, ни даже спрятаться – в результате отряд уменьшился еще человек на десять.

Анри смотрел и думал, что рептилия умнее любого аристократа. Но держал свое мнение при себе. Жить хотелось.

Облегчать кому бы то ни было задачу дракон не собирался ни на миг.

Пещера крылатой ящерицы была малодоступна, находясь примерно в тридцати метрах над дорогой. И до нее можно было только долезть. По отвесной скале, молясь, чтобы ящер не налетел.

Но для начала…

– Ваше высочество!!!

– Азалия, ты там?!

– Принцесса!!!

Она была очаровательна. В белом платье, с распущенными золотыми волосами и в королевских драгоценностях. И – увы. Недоступна.

Не спрыгивать же?

Только лепешка и останется. С золотыми волосами.

– Абель! Братик, ты пришел!!!

Чуткое ухо Анри уловило… фальшь? Да, словно принцесса уже знала или…

Додумать он решил потом, прячась под удобно нависший камень. Потом перепрячется. Ему принцессу не спасать, а вот уцелеть желательно бы.

– Азалия, ты можешь спуститься?

– Как?! Снимите меня отсюда!

– Обязательно! Сейчас мои люди спустят тебя вниз, и мы поедем домой. Эта ящерица тебя не обижала?

– Нет. Ой!!! Дракон!!!

Принцесса, завизжав, метнулась в пещеру. Люди, схватив оружие, принялись озираться – и дракон не заставил себя долго ждать.

Громадный, золотой, сияющий в лучах солнца.

Он просто спикировал сверху, залил ущелье огнем – и опять поднялся вверх.

Раз, другой, третий…

Принц погиб одним из первых. Доспехи – это хорошо, но металл нагревается быстро. Барону тоже не повезло, а вот граф успел укрыться у скалы и теперь отдавал приказания.

Получалось плохо.

Дракон… одолеть эту тварь можно было или катапультой, или магами… Ох!

Словно прочитав мысли Анри, граф кивнул одному из своих людей – и тот принялся целиться в дракона. И стрела…

Она была длинной, металлической, зеленоватого оттенка, и Анри был уверен – там была магическая составляющая. Но сделать ничего не успел.

В следующий заход дракон схватил кого-то из людей в лапы, кажется, того самого купеческого сына, и поднялся повыше. Казалось, он собирался сбросить беднягу на остальных «спасателей», но не успел.

Стрела таки нашла свою цель.

Невезучего купеческого сына.

И тот начал…

Он в один миг стал сухим, словно выгоревшее полено. Почернел и даже без малейшего хрипа рассыпался пеплом.

И дракону это не понравилось.

Рев – и еще волна пламени. И еще одна.

Летят стрелы, что-то попадает в дракона, но этого недостаточно, чтобы остановить его. Совсем недостаточно.

Падают люди, дракон приземляется и бьет хвостом, прицельно, потом уже куда придется, впав в ярость. И Анри не может понять, как он сам еще жив и цел?

Почему?

На самом деле ему просто повезло удачно втиснуться между двумя камнями и упасть на землю. Сопротивления он не оказывал, лежал словно дохлый, – вот дракон и не обратил внимания. А потом все как-то кончилось.

Живых не осталось, и рептилия прошлась по ущелью, добивая оставшихся.

Анри задрожал, понимая, что пришел и его черед, а он и сделать ничего не сможет, но…

Дракон остановился перед его убежищем. Всмотрелся, прищурившись, – и протянул лапу.

– Вылезсссс…

– А?!

– Вылезссс…

Спорить было сложно, пришлось вылезти.

– Убьешь?

– Нет.

Дракон усмехнулся, показав несколько рядов острейших зубов, – и вдруг резко уменьшился.

Через минуту рядом с Анри стояла та самая девчушка-знахарка.

Или…

Ну да, светлые волосы заплетены в косу, одежда кое-какая, да и принцессу он видел считаные секунды, но…

– Ты… это?!!

Ответить девушка не успела. Неудачно недобитый воин швырнул в нее нож. И если бы Анри не оттолкнул ее… а так – словил нож сам. В плечо.

И осел на землю, теряя сознание от боли.

В памяти еще остался гневный рык опять появившегося ящера.

Очнулся менестрель очень быстро – солнце и сдвинуться не успело, огляделся и понял, что лежит на площадке у драконьей пещеры. Ножа в плече нет, на рану ловко и умело наложена повязка. Побаливает, конечно, но терпеть можно.

А рядом с ним сидит девушка и смотрит голубыми глазами.

– Пришел в себя?

– Д-д-да…

– Спасибо.

– Не за что. А ты…

– Ее высочество принцесса Азалия, – усмехнулась девушка.

Выглядела она так, что Анри только головой покачал. Юбка и корсаж изодраны мало что не в лохмотья, толстенная коса растрепана, лицо чуть испачкано сажей, ноги босые, но… принцесса!

И в то же время…

– А знахарка?

– Я должна была правду сказать?

Насмешливое лицо, надменная улыбка – и есть в ней что-то такое, что хочется поклониться и извиниться. Тогда, ночью, ей потому и притворяться удавалось, что темнота многое скрадывает. Осанку, походку, выражение лица…

– Простите, ваше высочество.

– Предлагаю сначала пообедать, а потом уже убираться отсюда, – деловито высказалась принцесса, в очередной раз круша все представления бедного менестреля о принцессах.

– По… обедать?

– Ну да. У меня каждый раз после превращения такой голод – рыцаря бы сожрала в полном доспехе.

Принцесса заметила опасливый взгляд Анри и расхохоталась.

– Ты что, думаешь, я тебя съесть могу? Знаешь, я не людоед, и вообще, умные – невкусные.

– Это вы по рассказам других драконов знаете, ваше высочество?

– Да нет тут других драконов, кроме меня. – Азалия отбросила косу за плечо и кивнула в сторону пещеры. – Пошли. Теперь моя очередь тебя угощать.

В пещере, кстати, оказалось очень уютно. Мебели много не было, но зеркало, несколько тюфяков, набитых явно не сеном, пара пуфиков и даже десяток книжек присутствовали. В углу были небрежно свалены несколько платьев. Наряд крестьянки, наряд знатной дамы…

На расстеленной на большом камне скатерти быстро появлялись тарелки, кубки и даже вилки с ножами. Все тяжелое, золотое… оно и понятно, не стекло ж дракону в когтях тащить?

Анри ел с огромным удовольствием. И плохо прожаренная баранина казалась ему сейчас вкуснее любого королевского обеда. Не отставала и принцесса. Косточки звонко лопались на молодых зубах, сначала Анри пытался кое-как соблюдать этикет, а потом махнул рукой и по-простому вгрызся в мясо. Принцесса последовала его примеру, не обращая внимания на текущий по пальцам жир.

Не по этикету?

Но так вкусно!

Утолив голод и даже умывшись, Анри смог наконец задавать вопросы.

– Ваше высочество, а что дальше?

– А ничего. Побудем здесь еще денек, а потом перекинусь в дракона да улечу. Полетишь со мной?

– Куда?

– У подножия гор меня будет ждать отряд жениха.

– Жениха?

– Ну да. Есть такой Кривой Гриф. Слышал?

Анри напряг память. Гриф, гриф… а, ну да! Начальник дворцовой стражи.

– Слышал. Он вроде как из не особо знатных, зато короне верен?

– Ага. Есть такое. А еще он умный, отлично в военных делах разбирается и королевство удержать сможет, если я ему помогу. Но вот беда – не настолько знатен и вовсе не богат.

– Ага. И признать его – не признают.

– Хотя он меня действительно спас. Знаешь, как Рене глаз потерял?

– Рене?

– Вообще, он барон Рене Астинари. Так вот, я тогда соплюшкой была, лет пяти…

Дети вообще нечасто отличаются умом. Даже королевские.

Нет, для родителей-то их чадушко самое-самое, и сообразительное, и очаровательное, и вообще. Но это не отменяет простого факта. Ребенка легче обмануть. Намного легче.

Вот и Азалия повелась на приглашение одного пажа посмотреть на новорожденных котят. На конюшне.

Во дворце ведь полно самого разного народа. Сыновья дворян, взятые в услужение, сами дворяне…

Конечно, у принцессы были няньки. Числом десять. Видимо, потому и не уследили.

Азалия удрала из-под присмотра и прибежала к пажу. Между прочим, сыну герцога Тивилла. Паж не обманул в одном – он действительно провел принцессу на конюшню. Где девчонку схватили, скрутили и собрались засунуть в мешок и унести словно поросенка.

Зачем?

А выдать замуж. Между прочим, есть такое понятие, как отсроченный брак. Выдали б девочку замуж за того самого пажа, воспитали в нужном ключе, а потом и трон получили.

Король бы скоропостижно умер, королева тоже… дело житейское.

Заговор-с.

Не удался план по простой причине. На конюшне в этот миг спал после успешного обольщения служанки тот самый Рене Астинари. С деньгами у провинциала было худо, с ночлегом тоже, а потому – где б ни выспаться? Почему бы и не на конюшне? Зато потом до гвардии недалеко идти…

Шум разбудил Рене, посмотрел он на происходящее, да и вмешался. Злоумышленников было малым не десять человек, он один… глаза он тогда и лишился. И на ногах не стоял, когда последнего уложил, маги потом месяц его вытягивали.

А вот любовь и уважение девочки, равно как и ее родителей, приобрел. И когда Азалия стала взрослой, она так и заявила родителям, что хотела бы выйти замуж по своему выбору. Но…

Принцесса ведь. А им замуж можно выйти только по выбору, наиболее выгодному политически. За самого породистого жениха, а никак не за Кривого Грифа, пусть даже он искренне влюблен в принцессу и предан короне. Тут деньги, титул, влияние…

Дело казалось безнадежным, когда Азалию попытались похитить еще раз. Уже в семнадцать лет.

– Говорят, – рассказывала Азалия, поигрывая тяжелой золотой вилкой, – что в нашем роду был дракон. Откуда он там взялся? Ну, это государственная тайна. Ее я тебе не расскажу, но что был – точно. Превращаться может не каждое поколение, и от чего это зависит – мы не знаем. Кстати, если бы такое было у Абеля, мне пришлось бы выйти за него замуж. Но мне повезло, Абель был на редкость бесталанным, как и его приятели. А теперь представь себе: охота, скачка…

Принцесса не любила охоту, но с радостью пользовалась возможностью избавиться от свиты и побыть одной. Там-то ее и подстерегли.

Герцог Рексгольм-младший и трое его друзей, решивших кардинально разобраться с вопросом престолонаследия. А что, Рексгольм уговаривает, остальные держат, чтобы принцесса не вырвалась, а потом у девушки все равно не останется выбора. Куда ей, обесчещенной?

Отец погневается, да простит. И быть герцогенку королем.

Азалия так просто сдаваться не собиралась. Пыталась отбиться, даже тяжело ранила одного из молодых подлецов, но в итоге ее все равно скрутили.

И – проснулась кровь.

– Говорят, что у нашей прабабки она также проснулась в момент опасности. Когда убивали ее любимого.

– Была она белая и пушистая, а стала черная и чешуйчатая? – Анри уже позабыл и про титулы, и про звания, интересно было так, что аж за ушами свербело!

– Белая и чешуйчатая, а так все верно.

– И в королевском роду…

– А вот это – секрет короны. Могу рассказать, но из темницы тебе тогда не выйти. Хочешь?

– А так меня отпустят?

– А почему нет? Если пообещаешь рассказывать эту историю так, как нужно мне.

Анри подумал – и пообещал. А что, дело-то житейское, да и история интересная!

Принцесса только улыбнулась, понимая, что менестрель уже согласен. А и расскажет он правду – кто ему поверит?

Принцессы не бывают драконами, это ж все знают!

– А потом мы с Рене сели и крепко подумали. Я его люблю, это верно. И он неглупый, серьезный, меня любит. Почему бы нет? К тому же… вот ты бы согласился жениться на драконице?

Анри подумал. И покачал головой.

– Высока, конечно, честь…

– Да опасно. Могут съесть, – ухмыльнулась принцесса, – а Рене меня тоже полюбил. Потому и не женился столько лет. Баб собирал, есть такое дело, но никого серьезного у него не было. Я бы знала. Призналась ему, показала все – и пошли мы, поговорили с королем…

– И много при этом мебели из окон вылетело?

Король в гневе, говорят, швырялся. Стульями, чернильницами, пресс-папье, вазами – что под руку попадется.

– Достаточно. Но потом проверил Рене со всех сторон и остался доволен. План похищения мы разрабатывали уже семейно. Он, я, мама, папа…

– А зачем?

– А как? Вот смотри, мы просто убивали нескольких зайцев одним ударом. Во-первых, эти горы – рассадник разбойников. С тех пор как я тут объявилась, их стало намного меньше. Во-вторых, местные графья и бароны. Мы же прекрасно знали, что они поддерживают всю эту мразь, но ни уличить, ни извести не могли. Дворянство бы взбунтовалось! А сейчас здесь стало почище, гвардия прибудет – остаточки прогонит, и караванные тропы откроются. Заодно и меня спасут. А что кое-кто из дворян померши? Ну, пусть идут, ищут дракона и предъявляют претензии. С удовольствием послушаю.

На миг голубые глаза обзавелись вертикальными зрачками. Совсем как у змеи, так что Анри даже сглотнул.

– Думаю, дураков будет мало.

– Ну и последнее. Владения Картана, де Ланьи и еще нескольких сейчас перейдут в руки Рене. Я специально старалась не оставлять никого в живых. А уж он сумеет навести здесь порядок. Корона должна быть сильной.

Анри посмотрел на очаровательную принцессу, которая в рассеянности отгибала зубцы у вилки. Хотел спросить – не жалко ли ей людей, а потом решил, что не стоит. И так понятно, что не жалко.

Или…

А тех, кого эти твари поубивали да замучили? Их – не жалко?

И про жен-детей не надо петь. А то они не знали, откуда папа благополучие для семьи черпает?

Спросил про другое. Само вырвалось.

– А не боитесь, ваше высочество, что ваш супруг вас потом и правда… как дракона?

– Не боюсь. Мы на крови друг другу поклялись. Я умру – и он погибнет. Кстати, драконы живут и побольше людей, и получше, так что меня беречь ему прямая выгода.

Анри только головой покачал.

– Все продумали, ваше высочество.

– Так не я ж одна думала. Семья – это сила.

– А что будет дальше?

– Поел? Отдохнем, да часика через два полечу через горы. Аккурат к месту встречи с Рене. Там ты пойдешь, а мы поедем. Торжественное возвращение в столицу, рыдающая принцесса, умиленный народ, восхищенное рыцарство…

– И упоенно воспевающий подвиги нового владетеля гор менестрель?

– А хотя бы.

И Анри был уверен, что так и получится. Сказала – и сделает. В сказках все происходит по взмаху волшебной палочки, в жизни – по взмаху драконьего крыла, но этого более чем достаточно.

Ну и принцессы пошли!

* * *

И от принцессы слышит он:

«Придурок, я и есть дракон!»

Допев шуточную балладу, менестрель по имени Анри раскланялся. По доскам помоста застучали монеты. Люди смеялись, переговаривались…

– Мам, разве принцессы бывают драконами?

– Конечно, нет. Это же сказка.

– Тогда понятно…

«Конечно, принцессы не бывают драконами, – усмехнулся про себя Анри. – И никто не будет в этом сомневаться, ведь не станут же на ярмарках петь чистую правду?»

Слухи, сплетни…

Работа менестреля – и видит Бог, хорошо оплаченная работа.

– А теперь о спасении нашей принцессы храбрым рыцарем!

Люди замолкли. Баллада про владыку гор была одной из самых популярных у народа. Дворянство, конечно, шипело, да не сильно. Дворянин же, не хвост собачий.

Гвардия за него, армия за него – это важно. Самых наглых дракон кого сожрал, кого пожег, остальные притихли. А Рене дракона извел, принцессу освободил, за погибших отомстил – и как тут не признать героя? Неблагодарность – это плохо.

Очень плохо. Король не одобрит.

А уж как простонародье было счастливо!

Поняв, что каждый, даже сын захолустного барона, может жениться на принцессе, только ты соверши для этого подвиг! Это же так романтично!

А рассказывать о всяких политических интригах, караванных тропах, разбойниках и прочих гадостях… да кому это надо?

Не было такого. Есть только романтическая история совершенно в духе древних времен. В конце-то концов, не надо заглядывать прекрасной принцессе в душу. А то там и не только дракон может обнаружиться.

Пальцы Анри легко коснулись струн. В вышине, где-то под солнцем, сверкнуло золотое пятнышко драконьего тела. Жизнь была прекрасна.

Content

Галина Гончарова
Взмах драконьего крыла