Кириллов Артем Игоревич

Patrial of Girronia: Начало неизбежного

Пролог.

– Но почему? – непонимающе спросила она, тем самым заставив меня остановиться, а затем подошла ко мне и добавила: – Если мы полетим все вместе, то у нас будет больше шансов!

Тем временем нарастающий гудящий звук машины телепортации старался заглушить наши голоса. Небо заволокло серой пеленой из-под которой время от времени слышались раскаты грома.

– Нет! – твердо ответил я и, обернувшись к ней, тоже сделал шаг на встречу. – Если Моруг Нодарс победит, то он получит всех сразу: и командование сопротивления и омнитемов ордена… – на миг я запнулся, увидев наворачивающиеся слезы на ее грустные умоляющие глаза, но все же закончил: – Будет лучше, если я сделаю это один.

– Он убьет тебя! – отчаянно воскликнула она, понимая, что я все окончательно решил. – Как ты не понимаешь?! Это просто безумие! Ты идешь прямо в его ловушку! Там будут сотни, тысячи омнитемов всех видов бытия! Ты погибнешь! – она не говорила, а кричала от бессилия, которое пришло к ней с осознанием безвыходности этой ситуации. – Это просто самоубийство! – выдохнула она и обессилив, прижалась ко мне, не желая отпускать.

Вокруг стоял шум, который производила огромная машина элнониан, а местная погода завывала холодным ветром, под свинцовым сводом туч, предвещая приближение грозы; но даже сквозь все это я мог слышал ее тихое всхлипывание и тяжелое дыхание.

– Я не могу по-другому… – с горечью выдавил я и, крепко обняв ее, добавил: – Просто не могу, прости.

– Я знаю… – прошептала она мне на ухо, – ты не можешь… Но почему я все еще надеюсь, что ты передумаешь?

Никогда не думал, что все так обернется. Сейчас перед моими глазами пролетает моя жизнь, те моменты, с чего все началось. Эти воспоминания настолько яркие, что кажется будто я начал переживать их заново. Вот я еще гражданский, простой житель Земли, невероятно, как давно это было. Спокойные и безмятежные дни, до "Темных лет" галактики…

История возьмет свое начало в 3034 году нашей эры, от рождения мессии в древней человеческой религии или 316 темпус от основания Галактического Межгосударственного Президиума, но так как я являюсь представителем людей, то летоисчисление я буду использовать человеческое.

В 3035 году я стал частью всемирной истории. Вступив в ряды Космической гвардии, мир необратимо стал идти навстречу переменам. К лучшему или к худшему – судите сами. Наверное это должно было случиться, ведь если бы я или кто-либо другой из моих друзей не попал бы в гвардию, возможно в этом мире ничего бы не изменилось. Иногда я буду подробнее рассказывать о жизни моего времени, возможно некоторые читатели плохо знают историю или живут в отдаленных планетных системах.

Этот рассказ посвящен моим друзьям, с которыми я прошел все чистилище войны, а так же всем солдатам, чьи героизм и имена затерялись во времени.

Глава 1. Первый шаг.

Каждый человек творит историю мира.

Земной город Карелия занимает почти всю площадь планеты Земля, за исключением водоемов и парков. Проживал я на окраине этого самого города, там, где шум и суета встречались с тишиной и безмятежностью, там, где бетон и сталь встречались с землей и растениями.

Так получилось, что мои окна выходили на сторону тех самых парков и это скрашивало мои будни. Каждое утро я просыпался и любовался другой, зеленой стороной планеты. Иногда я ездил туда, чтобы отдохнуть от города, подышать свежим воздухом и насладиться природой.

Почти всю свою юность, я провел в двух комнатной квартире на триста двадцать третьем этаже, на том самом краю огромного города, под названием Карелия.

Квартира была отделана обоями, а вся мебель сделана из дерева. Она была такая оранжевая и светлая, что даже в полночь, может показаться, что солнце еще только собирается прощаться с горожанами своими рыжими лучами. Так же у меня есть шкаф с книгами. Все это было большой редкостью, которая досталась мне от моих родителей. Я мог даже посоревноваться с окружной библиотекой, там не так много книг, как можно себе представить. Издательства сильно сократили ввиду новых технологий. В дополнении к этому древесина в последнее время стала непопулярна.

Также мне запомнилась одна больница, недалеко от моего дома, я каждое утро пролетал мимо нее, и каждое утро там была очередь. Всем гражданам при рождении и при достижении совершеннолетия вводят сыворотку для продления жизни и теперь большая часть людского населения Земли имеет возможность жить до двухсот лет. Так что человек начинает приобретать морщины, седину, болезни и все соответствующее старости, в возрасте около ста шестидесяти лет. Эта акция появилась не так давно, но уже разошлась по всей галактике и проводится на большинстве цивилизованных планет; когда-то люди не могли дожить и до девяноста лет, но сейчас это уже история, как к примеру то, что большую часть Земли покрывала вода. Если верить "Галархиву" (Галактический архив – сборник огромного количества информации для общедоступного обмена и редактирования), то Земля была совершенно другой, до катастрофы. Наши предки отметили тот день, как "День кары". Точно не было ясно, что тогда произошло, но четыре вспышки сумели уничтожить почти все живое на поверхности планеты. Так рассказывали те, кто смог уцелеть в тот день: "Яркий свет, словно солнце, он сверкнул четыре раза, и все кто попал под его лучи сгорали заживо. Выжить смогли те, кто не видел неба в этот миг". Этот рассказ передавался из поколения в поколение до наших дней. Что касается происхождения этих вспышек, то сначала все думали что это был взрыв нескольких атомных бомб, и это было логично, так как в то время назревала война между двумя сверхдержавами. Затем ученые объявили, что это был метеорит и что нечто подобное произошло с динозаврами. До сегодняшних дней окончательно не было известно, что именно произошло в День кары, но если товандианцы не помогли бы нам, человечество бы вымерло. Так написано в Галархиве, в разделе "История человечества второго тысячелетия".

Итак, как уже было сказано события берут свое начало в 3034 году или 316 темпус от создания ГМП…

Сейчас я вспоминаю, как я сидел в баре «Нéджон играет гринз», я частенько туда приходил поразмышлять и побыть в атмосфере шестидесятых (2960-ые года). Мне с детства нравилась эта эпоха, хотя тогда и был разгул мафии в людских колониях, но это время все равно чем-то очаровывало, взять хотя бы музыку в стиле гринз.

Тот день не был исключением, я сидел за столиком в углу и, смакуя коньяк, наслаждался игрой группы "Звездолет Джефа".

Внезапно ко мне подбежал Эрих Тантис, мой хороший знакомый, который жил напротив меня:

– Посмотри что пишут в ЭГН! Ты посмотри! – последние слова он произнес с таким восклицанием, будто я и вовсе не собирался обращать на что-либо внимание.

ЭГН – Электронная Газета Новостей, если кто не читает газет, то это голограмма газеты, которую закачиваешь в свой УКС или ЭГН-ридер, а потом читаешь газету в трехмерном формате, прямо у себя в руках. Ее даже можно сложить пополам, чтобы завершить чтение.

УКС – Универсальный Компьютер Связи, это гирронийская разработка (напомню, Гиррония – государство, в котором я живу и тем, кто плохо знает географию галактики, я посвящу отдельные строки), название говорит само за себя. Подобный прибор, размером с наручные часы, изобрели еще в конце второго тысячелетия по человеческому календарю, но таким совершенным он стал относительно недавно. Первые модели несли в себе функции телефона, радио, рации на коротких дистанциях, простой навигатор и датчики здоровья человека. Теперь же этот прибор просто совершенство и функций в нем стало еще больше, а прежние были усовершенствованы. Управление осуществляется с помощью голографического тактильного интерфейса, который собственно есть на всех компьютерах.

Слушая музыку, я задумчиво рассматривал картину, висевшую на стене, где всем картинам и положено быть. Слова Эриха донеслись до меня неким эхом и я машинально ответил:

– И что?

То произведение искусства, которое я каждый раз рассматривал, изображало не известно что… Некоторым казалось, что табун лошадей пересекает луг. Другим: что это волк, который хочет напасть на стадо, а третьим казалось что это шахматная доска в стиле безумного художника. На самом деле картина должна была изображать луг, где пастух со своей собакой охраняли стадо, но мои размышления прервал ответ Эриха:

– Как что?! Посмотри в последнем разделе! – для моего удобства, Эрих увеличил шрифт заинтересовавшей его статьи и замер в ожидании.

Взглянув на тот самый раздел, я прочитал себе под нос: "Марсианская группа инженеров под номером тридцать четыре, пропала без вести".

– Постой, так в той группе работает наш знакомый – Лиход, – словно пробудившись от сна произнес я, вспомнив этого хорошего человека, с которым я часто обменивался мнением по поводу разработки имплантов, – он ведь живет этажом ниже.

– А я о чем и толкую! – с неким облегчением ответил Эрих. – Он же неделю назад обещал привести нам сувениры с Марса!

– Какие сувениры? – возмутился я, пробегая глазами по заголовку статьи. – Он пропал без вести! – сказав это, я посмотрел на Эриха.

– Эй тише, Арторий, – успокаивающе ответил Тантис, убирая газету, – наверняка он просто отбился от своей группы и спросил дорогу у марсианина, который страдает топографическим кретинизмом.

– По-моему, Лиходу сейчас не до шуток, – покачав головой, ответил я.

– Да что может случиться в закрытом горнодобывающем комплексе? – спросил Эрих, пожав плечами, и не дождавшись ответа – ушел.

Блондин среднего роста, с голубыми глазами и узкими чертами лица. Эрих одевался, как здешний бармен, хотя и не был им: легкая рубашка, поглаженные брюки и фартук. Он работал уборщиком, но в принципе получал деньги просто так, в баре и так было всегда чисто. Хотя то, что он получал и деньгами нельзя назвать, если пройти по улицам Карелии, то больше найдешь у себя под ногами. Несмотря на свою работу, Эрих всегда держался гордо и самоуверенно, подобно старомодному джентельмену и с первого взгляда нельзя было сказать, что он работает простым уборщиком; это часто становилось объектом насмешек, на что Эрих всегда умел ответить язвительной шуткой. Однажды, после закрытия бара, его сильно избили, от чего в последнее время он хромал на правую ногу. Бой был не честный, но это все равно не изменило Эриха – любителя шуток.

Взглянув на время, я допил рюмку коньяка и побрел домой, ведь моя работа была еще не готова. А работал я инженером в небольшой научной компании "Текар индастрис" по изучению эффекта Мортэма, который доказывал, что мозговые импульсы способны косвенно влиять на окружающую среду. В основном компания работала над разными видами биологического оружия, но затем Текар индастрис сформировала отдел по производству имплантов. Работа велась над устройством с помощью которого человек сможет обладать невероятной силой. Прибор вживляют в мозг, и человек способен влиять на предметы вокруг себя. Это могло бы поднять милитаризм на новый уровень, а меня сделать состоятельным человеком.

Разбудил меня будильник. Оказалось я уснул во время работы, но оформление проекта я все же доделал. На ходу, выпив кофе и одевшись, я побежал в гараж, быстро завел свою машину и вылетел прямо в пробку на Колвщеском воздушном шоссе – теперь я точно опоздал на работу. Вокруг были такие же несчастные люди, как и я и тоже опаздывали на свою работу. Солнце ярко светило в лобовое стекло моего авто, от чего внутри становилось, как в бане. Мы двигались очень медленно, когда внизу все ехали быстро и спокойно. Хотел бы я спуститься вниз и вроде "фараонов" не было по близости. Поэтому я решил рискнуть и, потянув на себя рычажок, полетел вниз, как мог втиснулся в движение и в потоке машин продолжил путь к пункту моего назначения. Мне кто-то просигналил сзади и угрожающе что-то крикнул, но я не обратил внимание. Ехал я свободно не долго, ко мне пришло сообщение: "Водитель "сэлэри" прижмитесь к обочине!". Когда я остановился, ко мне подъехало черное авто с надписью: "Дорожная Служба".

Окно машины открылось, и я увидел толстого "ДСэшника", который был очень рад, что я оказался плохим водителем. Он приблизился поближе, широко улыбаясь, отдал честь и начал вымогательство:

– Лейтенант Многодайло, ваши документы!

"Какая у него подходящая фамилия для его профессии" – подумал я, но так как время поджимало, мне пришлось спросить на прямую:

– Сколько?

– Ну… Пересечение одной воздушной сплошной… – начал медленно и с расстановкой рассуждать лейтенант, одновременно загибая свои толстые пальцы.

– Двести пекун устроит? – спросил я, набрав на своем УКС сумму для перевода.

– На этот раз ограничимся предупреждением, – офицер улыбнулся еще шире, от чего его щеки почти закрыли глаза.

Получив деньги, лейтенант отдал честь и сказал:

– Все в порядке, счастливого пути! – и полетел дальше, доблестно исполнять свой долг.

По сути говоря, у меня должны были отнять права, но благодаря тому, что пекуны правят всем, я не в первый раз так отделываюсь.

Спустя полтора часа я все же добрался туда куда мне было надо. Открыв стеклянные двери офиса, я поднялся по лестнице к лифту. Прибыв на свой этаж, я быстро вышел и тяжелыми шагами по синему ковру дошел до своего стола и тихо сел на скрипучий стул. Убедившись, что мое опоздание осталось незамеченным, я стал думать, как начать разговор с директором, ведь возможно мне выпала честь быть первым человеком, который изобрел такой механизм.

– Мистер Текар, я совершил открытие в области исследований эффекта Мортэма, – репетировал я. – Мистер Текар, перед вами стоит человек, который совершил открытие в области эффекта Мортэма… Все равно не то, ладно пора.

Взяв свой чертеж, я бесшумно пошел в кабинет начальника. Постучав в пластиковую дверку, я приоткрыл ее и спросил:

– Мистер Текар, можно?

Он говорил по телефону и, увидев меня, жестом руки показал мне, мол: "Я говорю, давай заходи". Войдя в кабинет я сел в кожаное кресло, которое заскрипело в тишине, Мистер Текар тем временем слушал, что говорят по телефону. Дослушав, он сказал:

– Да, но у нас таких сложных проектов еще не создавалось… Да… Нет… Мы работаем над этим… Такой прибор еще никто не изобрел… Вернее проекты есть, но они никудышные! Мы только начали вникать… Предидущие попытки провалились…

Услышав это, я предположил, что речь идет о моем изобретении и, достав маленький проектор, я развернул свой чертеж в виде голограммы, как ЭГН. Директор сначала махнул рукой, но потом прищурился и слегка удивился. Помолчав немного, он сказал в трубку задумчиво и немного задиристо:

– Знаете что, я нашел этот проект, он завалялся тут на полочке, подождите пожалуйста…

Он отложил наушник и радостно сказал:

– Арториус молодец, хвалю!

Мистер Текар увеличил модель прибора и улыбаясь начал ее рассматривать, но затем его веселое выражение лица начало сменятся на смущенное:

– Арторий, ты все конечно интересно сделал, – начал он, рассматривая чертеж, – но у нас нет таких ресурсов… Вернее я эту долю уже… – он немного помолчал, подбирая причину, – потратил на другие исследования. Если у тебя все получилось на компьютере, это не значит, что это воплотится в жизнь. Поэтому… – наверное в этот момент меня переполняла злость, так-как посмотрев на меня, мистер Текар, снова сделал доброжелательное лицо и продолжил: – Все же ты молодец, а вообще давай я тебя в отпуск отправлю, ты давно не отдыхал. Да, это отличная идея, а то в последнее время дорогущую фигню тащишь!

Возражать я не стал, в этом не было никакого смысла, этот жирный урод наверняка потратил те деньги на что-то новенькое для своей жены, которая глупа, как ведро! Текар отказался от проекта только посмотрев на его итоговую сумму.

Спустя год моего безработного времени в отпуске, в который меня отправил мистер Текар за мой же счет и где меня чуть не обманули на все мое состояние и не утопили в Тихом море, меня призвали в Космическую гвардию, на английском Space Guard или SG (английский – это один из старых человеческих языков на планете Земля). Это военное подразделение которое специализируется по защите Гирронии, и в космосе и на ее планетах, а если говорить проще – это государственная армия, куда я не мог попасть, как оказалось из-за ошибки с моей регистрацией, дескать она отсутствовала. Меня с детства манило военное дело и как только я достиг совершеннолетия я решил пойти в армию, ну а дальше, как я уже сказал: путаница с документами.

И вот спустя семь лет, которые я проработал в компании…

Было десять часов субботнего утра. Как обычно, сидя перед окном, я любовался видом, ел яичницу с беконом и смотрел историческую программу: «История Гирронии: Союз ОТЧ».

– Гирронийский язык, стал самым главным общим проектом человечества и товандианцев, после первого контакта, – сказала ведущая программы. – В его основу вошли несколько языков представителей обеих рас. При согласовании слов, товандианцы проявили особый интерес к латыни и греческому языкам, назвав их очень красивыми. Это и послужило широкому распространению различных имен и названий на латинском и греческом языках и именно поэтому официальное обращение к гражданам в нашей стране является – "Квирит", обращение к военным: "Гастат" и "Триарий". Человечество же было заинтересованно в реализации товандианских языков в области точных наук. Таки образом, благодаря всеобщим усилиям и получился наш язык…

Вдруг мою трапезу прервал звонок в дверь. Отложив тарелку, я протер губы салфеткой и пошёл открывать, говоря: "Иду, иду!". Пока я шел, в дверь начали настойчиво стучать, как бы говоря – побыстрее, у меня много дел поважнее. Я опять начал говорить – "Да иду же, иду!" Открыв дверь, в квартиру без приглашения вошли офицер и солдат. Офицер был хмурый, как туча, ему на вид было лет сто шестьдесят, а солдат радостный и улыбающийся, как сегодняшний солнечный день. Военнослужащие отдали мне честь, и офицер спросил:

– Квирит Арториус Кирэго?

– Да, а в чём дело? – с искренним недоумением спросил я.

Офицер откашлялся, вдохнул побольше воздуха чтобы на одном дыхании все сказать и начал "выдыхать":

– Я уполномоченный представитель Военного комиссариата Восточного административного округа города Карелия, сообщаю, что вы должны исполнить свой гражданский долг и вступить в ряды Космической гвардии. Вы должны немедленно явиться на призывную комиссию, вот вам повестка, прошу следовать за мной. По прибытии на место вам все объяснят, – закончил офицер и тяжело вздохнул кислород в свои старые легкие.

Он был среднего роста, седой, угрюмый и какого-то серого цвета. Левая рука у него тряслась, а сам он был как будто высохшим. На синем, плохо поглаженном мундире, висела медаль с надписью: "За героизм проявленный при спасении заложников". Солдат сопровождающий его был молодым, веселым и наверно год как служит. На нем был поглаженный красный мундир на котором в будущем будут красоваться медали. Юный солдат широко улыбался мне, наверно это был его первый поход за пределы военной части. Призыв в армию начинался с двадцати пяти лет – это добровольный призыв, обязательный – в тридцать лет, а заканчивался призыв в сорок пять лет.

Собрав кое-какие вещи, я пошел на выход, провожая взглядом свою квартиру из солнечного дерева. Затем я закрыл дверь и протер ЗООП (Замок Открывающиеся Отпечатком Пальца). Около входа ждала машина с надписью "Космическая гвардия. Вступай в наши ряды – стань бравым солдатом Гирронии!". Забравшись внутрь и сев на пружинистое сиденье машины, я почувствовал резкий запах табака, которым пропахло все авто, видимо водитель очень любил "подымить". Причем не один, он сразу предложил мне "Купинскую" сигару (очень качественные сигары с планеты Купа – это целая планета по выращиванию табака). Но я решил отказаться, не стоило заводить привычек в армии, случись что, это будет сильной помехой. Машина тем временем взлетела и понеслась в общем потоке.

– Опять ты за свое, – укоризненно произнес старый офицер водителю.

– А что не так? Если мы будем ехать по правилам, то доберемся до военкомата только через час, а нам еще сорок два уклониста забирать.

– Постойте, вы хотите сказать что я уклонист? – удивился я.

– А кто ж ты еще? – со старческой усмешкой воскликнул офицер. – Еще скажи, что тебе повестка не приходила.

– Мне действительно не приходила повестка, мне сказали, что данные для моего личного дела утеряны, и сказали что меня вызовут, – ответил я, вспоминая свой прошлый визит в военкомат.

– У всех похожая история, но да ладно, разберемся, – уверенно сказал пожилой офицер, будто он действительно во всем разберется.

Некоторое время мы ехали в тишине, пока ее не нарушил молодой солдат:

– У вас уютная квартира, – сказал он, после чего улыбнулся мне.

– Вы так думаете? – зачем-то спросил я, хотя вовсе и не хотел задавать такой вопрос.

– Конечно, я нигде не видел такое оригинальное помещение.

– Спасибо, – ответил я и, решив перевести тему разговора, спросил: – А вы давно служите?

– Семь лет, – с тоном знатока ответил солдат.

– По-моему, это трудно и неинтересно, – почувствовав, что я сейчас оскорблю этими словами старого офицера, я изменил конец предложения: – В последнее время я много раз слышал подобные мнения…

– Я бы так не сказал. У нас хороший ротный и кормят неплохо, общество мне попалось тоже приятное…

– Это как повезет, а так части везде одинаковые, – сказал старый офицер, пытаясь прервать разговор.

– Ну ладно, поглядим… А кто твои родители? – спросил я.

– Мой отец – директор компании Энэрго-пром (компания выпускает энерго-ячейкии для машин и космических кораблей, лидирующая корпорация в галактике), а моя мать – директор компании по выпуску одежды.

– Энерго-пром – солидная компания, даже заправщик получает там приличную зарплату… – задумчиво произнес я.

– Финансовое положение родственников никак не влияет на службу в гвардии, – заверил меня старый офицер.

В тот день не меня одного привез гвардейский патруль по розыску уклонистов, хотя я и не являлся таковым. Офицер забрал мою КЛД и отвел меня в хол военкомата, где уже сидело по меньшей мере пол тысячи человек. КЛД – Капсула Личных Данных, в ней хранится абсолютно вся информация о человеке, начиная от фотографии, заканчивая подробным описанием состава крови. Это и паспорт, и медицинская карта, и военный билет, и загранпаспорт и безналичная оплата и все остальные документы которые нужны человеку. Внешне она напоминает батарейку, которая сделана из титанового сплава. Чтобы посмотреть ее содержимое достаточно назвать спокойным голосом свое имя и фамилию, а так же отсканировать сетчатку глаза, и тогда капсула генерирует широкий прозрачный экран, который разумеется является сенсорным, на нем и появляется вся информация. Редактируется она только на государственных компьютерах. Эта капсула обычно висит у гражданских на шее или находится в броне, на груди у гвардейца, если КЛД нужно было достать, на нее следует нажать и после щелчка она выдвинется из брони.

Итак, как я уже сказал, офицер забрал мою КЛД, затем выдал мне талон, и оставил меня в холе военкомата, с другими ожидающими. Вокруг были граждане разных возрастов, от двадцати до сорока с небольшим. Зал разделялся на две части, на мужскую и женскую половины, это было сделано специально, так как граждане, в зависимости от пола, шли на свою медкомиссию. В Гирронии служат все, вне зависимости от расы и пола.

Граждане в возрасте двадцати лет, должны встать на первоначальный учет, после него, они могут добровольно уйти в армию или ждать обязательного призыва. На "первоначалке" сотрудники военкомата заводят личное дело, на гражданина, а затем сохраняют его в закрытых папках (чтобы никто не мог посмотреть личное дело, даже сам владелец) на КЛД и у себя в базе данных, после чего гражданин проходит медкомиссию, где все данные так же записываются в КЛД, а затем он может идти домой.

Граждане обязательного призыва, такие как я, должны пройти последнюю медицинскую комиссию и отправится служить в ряды гвардии. Люди от сорока пяти лет и старше, пришли "выбивать" военный билет, так как они уже не призывного возраста и служить их не возьмут, а без военного билета, проживание и трудоустройство в городах "А класса" и "Б класса" – запрещено и карается законом, а в городах "В классов" работать невозможно, так как условия не соответствуют нормам.

В зале ожидания стоял гул, все бурно обсуждали свою годность к военной службе, в особенности это обсуждало несколько мам, которые привели своих сорокалетних «младенцев», за военным билетом. Мне долго пришлось бы слушать рассказы о каждой болячке этих больших детей, если бы не подошла моя очередь. На табло высветился номер моего талона и номер кабинета, в котором меня ожидал врач.

– Проходите, – не оборачиваясь сказал врач, протирая огромный аппарат.

– Здравствуйте, – ответил я, входя в кабинет, стены и пол которого были белого цвета.

– Вы – человек, я правильно понял? – спросил врач, продолжая протирать агрегат.

– Да, а по мне разве не видно? – с удивлением спросил я.

Человек обернулся через плечо, поправил свою маску, оглядел меня снизу до верху и заключил:

– Ну да, вроде бы похож, только предупреждаю, если в вас преобладают гены микандра или наларли, вам следует идти к другому специалисту, в противном случае я могу не найти определенные заболевания или принять их за другие, если таковые имеются.

– Нет, генетически я больше – человек, так по крайней мере указано в моей КЛД.

– Ладно, тогда начнем. У вас есть жалобы на здоровье? – спросил "судья" в белом халате, начиная включать огромную машину.

– Нет, вроде все нормально, – ответил я, мысленно оценивая свое состояние.

– Вы чем-нибудь раньше болели?

– Разве что пневмонией.

– Без осложнений?

– Без.

– Так, прошу вас, пройдите сюда и встаньте на металлическую пластину, – сказав это, врач показал в сторону аппарата. – Замрите и не дышите, – он нажал на кнопку и меня ослепила вспышка.

Тут у меня закружилась голова и я упал на колени, воздух стал жгучим, как будто ударили морозы, глаза начали слезиться, словно я протер их луком. Врач как ни в чем не бывало произнес:

– Так… Вы являетесь че-ло-век, на сорок восемь процентов, на сорок восемь микандром, на один процент вы – товандианец и на три – наларли. У вас восемь и пятьдесят третья положительная группа крови… Все же очень любопытно, – задумчиво произнес врач, – что вы на равные части человек и микандр… О! – воскликнул специалист. – Это и является логическим объяснением того, что у вас редкое заболевание – Ронделизм.

– Это смертельно? – взволновано спросил я.

– Не беспокойтесь, в гвардию берут с таким заболеванием, хоть оно и неизлечимо! – улыбаясь обнадежил меня врач. – Так… У вас еще присутствуют зачатки раковых опухолей, дисплазия суставов… – специалист в белом замолчал, бегая глазами по экрану планшета, – в любом случае, это не повод не идти в ряды гвардии, все эти заболевания мы вылечим.

– Вылечим? – с опасением спросил я.

– Разумеется! Всем военнообязанным, без исключений, предоставляется бесплатное лечение. Все болезни, которыми вы болели, болеете и могли бы заболеть, мы вылечим. Разумеется есть исключения, к примеру Ронделизм, который медицина еще не умеет лечить, но эта патология не является основанием для получения негодности, – закончил доктор, собираясь распрощаться со мной.

– Простите, а что это за Ронделизм? – поинтересовался я.

– Постараюсь быть предельно кратким… Земля – не единственная пригодная для жизни планета, как мы знаем. Колонизация галактики началась достаточно давно и сколько бы люди не искали, такой же планеты, как Земля не найти. Есть много похожих, но не таких же. Когда скрещивание между другими расами стало популярным, природа не заставила себя ждать и начала придумывать для новых видов новые болезни. На пригодных для жизни планетах, учеными был обнаружен новый элемент мердризорий, который входит в состав воздуха, его бы никто и никогда не обнаружил бы, если бы не аллергическая реакция на него среди новых видов. Что самое интересное – техника, такая как У-Турунды не воспринимает мердризорий как токсин, так что будте осторожны!

– То есть у чистокровных представителей своих рас такого заболевания нет?

– Не обязательно, – произнес врач подойдя ко мне, – здесь играет очень много факторов, а теперь извините, но меня ждут следующие призывники.

Когда я вышел из кабинета врач сказал:

– Напоследок скажу вам – будте осторожны, если вы попадете в место где присутствует мердризорий, то сделав несколько вдохов, у вас начнут воспаляться дыхательные пути и вы задохнетесь. Это очень опасно, так как спадает аллергическая реакция у всех по разному, а лекарств для ее снятия пока очень мало и они не всегда помогают. Сейчас пройдите в зал ожидания, всего доброго.

– Чудесные новости, – пробормотал я и направился обратно в зал ожидания.

Из моей жизни была вырвана еще пара часов, после чего в зал вошел гвардеец одетый в красный мундир и завопил, так как по другому это нельзя было назвать:

– Все, кто на призывную комиссию, слушаем меня внимательно! Когда вы заходите, вы встаете посередине комнаты и докладываете: "Многоуважаемые члены Восточного военного комиссариата Земной призывной комиссии, призывник "такой-то", "такого-то" года рождения, на заседание призывной комиссии прибыл!" Стоите смирно, руки по швам! Вопросы есть?

Никто из зала ему не ответил.

– Буду вызывать пофамильно! – после этого, он скрылся за дверью, на которой было написано "Призывная комиссия".

Некоторые еще долго смотрели туда, куда ушел молодой солдат. У кого-то в глазах читалась ненависть, у кого-то вопрос: "Как он сюда попал, может мой/моя, сын/дочь тоже может служить тут?". "Интересно, какой я по счету" —подумал я и тут же получил ответ, дверь с табличкой открылась, и из-за нее показалась голова гвардейца.

– Дребенгаров-Вадрий-Эдгиар-Фари Ашидор, здесь? – спросил солдат.

– Здесь! – ответил женский голос и из дальнего конца зала вышла женщина, которая по величине могла превзойти сумоиста, она вела за собой тонкого и хилого паренька.

– Здесь! – твердо повторила женщина.

– Пусть проходит, – скомандовал солдат.

– А мне можно? Я – мама, – последнее заявление, женщина-шар, произнесла с такой интонацией, как будто двери должны немедленно открыться перед ней. Молодой солдат закатил глаза и пошире открыл дверь, в знак разрешения, а перед тем, как ее закрыть спросил:

– Арториус Кирэго, здесь?

– Здесь, – привстав ответил я и приветливо махнул рукой.

– Вы следующий, – после этих слов, дверь закрылась.

Удовлетворив свой недавний вопрос, я начал оглядываться по сторонам и мне сразу попалась компания из молодых ребят, видимо группа друзей пришла вместе с призывником, в качестве поддержки. Один из них – похоже призывник, все время стоял перед плакатом и тупо глядел на него, пока его приятели что-то бурно обсуждали.

– Армия? Да что я там забыл? Это зря потраченное время, я лучше второе высшее получу, чем пойду служить, – сказал первый.

– Служить идут все, если ты только не инвалид или не богатый, – ответил второй.

– Да я лучше буду платить дополнительный налог, чем пойду в эту гвардию! – сказал третий и обратился к другу, который все это время смотрел на плакат. – Вот скажи, Кенцин, вот что хорошего в армии?

Кенцин потупил глаза и медленно, с интонацией философа сказал:

– Ну… Армия смекалку развивает, – после этих слов, кампания пустилась в смех.

– Кирэго! – раздался голос солдата из призывной комиссии.

– Иду! – ответил я и направился к кабинету.

– Подсказка на стене, если что, – шепнул мне гвардеец, когда я зашел в комнату, после чего он вытянулся и молча замер, стоя возле двери. Помещение представляло собой небольшую сцену, на которой мне следовало стоять, с широким столом, который вместе с комиссией возвышался передо мной. За тем столом, покрытым алой скатертью, сидело четырнадцать человек, среди них не были только люди. Напротив каждого, на столе, горела голограмма с надписью, там были представители: СБГ (Служба Безопасности Граждан), Земного государственного университета и психиатрической больницы, а так же глава Восточного округа, трое его замов, зам начальника научного центра по тестированию людей для космических полетов и даже магистр философии. Разумеется там был еще военный комиссар, двое его замов, главный врач и медсестра. Все они разговаривали между собой, обсуждая количество призванных и уклонистов. Вспомнив недавние инструкции, я отрапортовал, иногда поглядывая на нелепо прилепленную табличку, которая висела на стене, позади комиссии:

– Многоуважаемые члены Восточного военного комиссариата Земной призывной комиссии, призывник Арториус Кирэго, три тысячи третьего года рождения, на заседание призывной комиссии прибыл! – мой доклад, заставил обратить всех свое внимание на меня.

– Арториус Кирэго? – переспросил человек в форме, который видимо являлся комиссаром.

– Так точно, – ответил я и вытянулся, подражая гвардейцу около выхода.

– Так… – задумчиво произнес комиссар, читая что-то на столе, – скажите пожалуйста, почему вы не явились два года назад в военкомат, хотя знаете, что подлежите призыву.

– Простите, я не знал об этом, а повестки я не получал. Проблем с документами не возникало и я спокойно работал.

– Ладно, – отрезал комиссар, явно не желая слушать мои оправдания. – Вас признали годным с незначительными ограничениями, вы согласны с этим заключением?

– Ну если дисплазия суставов, раковые опухоли и еще ряд болезней, которые доктор не озвучил считаются незначительными, то да, – ответил я, искренне не понимая, как слово "незначительно" относится к таким заболеваниям.

– Не беспокойтесь, – начал главный врач, – все ваши патологии мы вылечим, понимаете в чем дело? Вы можете о них уже просто забыть. Сейчас у шестидесяти трех процентов населения Земли подобные диагнозы, понимаете в чем дело? И мы уже хорошо умеем с ними работать.

Словосочетание "понимаете в чем дело", главный врач проговаривал как будто себе под нос, словно он рассказал мне какой-то секрет и после этого спрашивал, понял ли я в чем дело.

– Что тогда означает эта годность с незначительными ограничениями? – спросил я.

– Это значит, что у вас будут войска с низкой нагрузкой, в охрану Совета или войска особого назначения вы не попадете, – произнес заместитель комиссара.

– Ну это еще не факт, болезнь не такая тяжелая, точнее она не котируется как тяжелая, – сказал доктор.

– Семья есть? Жена, родители? – резко спросил комиссар, переведя тему разговора.

– Никак нет.

– Какое образование? – продолжил комиссар, продолжая смотреть на стол, где по видимому была информация обо мне.

– Три высших. Инженерное, Психологическое, Управление персоналом.

– Не плохо, – с долей удивления произнес комиссар. – Спортивные разряды есть?

– Никак нет.

– Водительское удостоверение каких категорий?

– Легковой воздушный городской, всех уровней высоты.

– Грузовой? Внедорожный? Нет? – предположил комиссар, подняв на меня глаза.

– Никак нет.

– А межзвездные полеты?

– Никак нет.

– Где сейчас работаете? – спросил комиссар.

– Текар индастриз, отдел по разработке имени Мортэма.

– Не плохо, – произнес представитель учебного заведения.

– Государственные награды имеются? – продолжил комиссар.

– Никак нет.

– Ну что ж, – громко произнес комиссар, представляя в голове всю картину в целом, – есть предложение призвать, – после этих слов все присутствующие закивали, кроме гвардейца у двери.

– Арториус Кирэго, вы призываетесь в ряды Космической гвардии Гирронийской Эносордации. Желаю вам честно и добросовестно отслужить. Вы отправитесь через пять часов, когда выйдете из кабинета, проследуйте в зал ожидания. Вопросы есть к призывной комиссии?

– Никак нет.

– Свободны, – бросил комиссар, как будто делая милость.

Это стало неким сигналом для гвардейца у двери, который открыл ее передо мной, после чего назвал следующую фамилию призывника.

За несколько часов, которые я просидел в зале, через комиссию прошло около двухсот человек, и когда эта толпа уже начала мешать работе военкомата, пришел очередной гвардеец и объявил:

– Все, кто прошел призывную комиссию – за мной!

Огромная толпа двинулась к выходу, на улицу, где уже стояли несколько офицеров и врачей.

– Сейчас будет зачитываться список с фамилиями, слушайте внимательно! – прокричал молодой офицер, который встретил стадо новобранцев. После этого, по площади перед военкоматом, стали разноситься всевозможные фамилии: Карадо, Верекин, Цыраше, Иванов, Фейтраута, Харикун агол и десятки других. После оглашения списка, все наше стадо поделилось на несколько групп. Около пяти человек остались с врачами и их, как я потом узнал, повезли на дополнительное обследование, в соседний корпус. Что же до остальных, то всю мужскую компанию, в том числе и меня, погрузили в грузовики, женщин в этой отправке не оказалось. Внутри транспорта уже сидели двое сопровождающих. Последней в машину залезла офицер, пожилая женщина в очках, которая села рядом с водителем и жестким командирским голосом сказала:

– Трогай.

Эта команда будто была адресована двум сопровождающим нас гвардейцам, конечно в иносказательном смысле, которые сразу же захрапели.

– Послушайте, мужики! – вдруг донеслось спереди. – Значит приезжаете в часть, не расходитесь. Делайте все, что вам говорят, значит разговоры с родителями, родственниками и друзьями будет разрешено только по выходным. Вы поняли, мужики? Обязательно серьезно отнеситесь к подбору размера одежды, костюмы износостойкие, вам в них очень долго служить. Детство осталось дома, на горшке около мамы. Вы поняли, мужики? – когда офицер завершила краткий инструктаж, ей никто из призывников так и не ответил, тогда она спросила. – Девчонок всех перещупали? – в ответ послышалось стеснительное мямление. – Не слышу, мужики? – продолжала она.

– Да, да. – сказал кто-то один за всех.

– Вот, а теперь у вас будет другая подружка, называется подушка. Вы поняли, мужики? – и не дождавшись ответа она сказала водителю. – Выключай свет, пусть поспят.

Но никто так и не уснул, в темноте виднелись озабоченные и расстроенные лица, полные испуга. Все призывники боялись, – боялись неизвестности.

Спустя примерно час, мы приехали на сборный пункт, близ военной части. Когда наш транспорт заехал на территорию, мне открылся вид на огромные толпы народу, которые стояли около своих машин в сопровождении гвардейцев. Нас всех построили на площади и группами, вместе с сопровождающими солдатами, стали подводить к стенду с флагом, который служил фоном для фотографии. Помимо флага, там был старпом зама начальника отдела по распределению, одетый в парадный офицерский костюм, он каждый раз отдавал честь и кому-нибудь жал руку для фотографии. После сего увеселительного мероприятия, нас повели к ПРОНСу (Пункт Регистрации Освидетельствования и Назначения Солдат). Там нас всех разделили на мужчин и женщин, а затем отправили на очередную медкомиссию. Народу было очень много, словно в магазине электроники объявили скидки на телевизоры. Нас всех посадили на металлические скамьи, которые шли вдоль коридора, в конце которого была заветная дверь. Около нас стояли все те же двое гвардейцев, которые приехали с нами. Один из них копался в своем универсальном компьютере связи или УКС, а другой постоянно кого-то высматривал, среди целого океана людей.

– Векоснтин, угомонись ты, сядь и не гунди, – сказал второй гвардеец, не отвлекаясь от своего занятия.

– Восточный? – серьезно спросила девушка, которая внезапно появилась позади ищущего солдата, ее серьезность походила больше на заигрывание, она была одета в приталенный белый халат, на ее голове был пучок из светлых волос, она подошла к Векоснтину.

– Ты сегодня как всегда хороша! – радостно ответил он, явно довольный, что встретил ее, он оглядел медсестру сверху до низу и спросил. – Как тебе прошедшие выходные, а? Думаю стоит повторить, как думаешь?

– У меня нет времени, нужно еще людей с КМО оформить. Так что не в этот раз.

– Кого оформить?

– Людей с контрольного медицинского освидетельствования.

Тут в разговор вмешалась еще одна медсестра:

– Векоснтин, сколько лет, сколько зим! – радостно проговорила она.

– О! Привет Клеми́я, смотрю ты тут освоилась, как идет служба?

Я не успел разглядеть новую собеседницу, так как прозвучал приказ "Встать", от второго гвардейца, который уже отложил свой УКС, и идти на медицинскую комиссию.

– Пока, девчонки, я потом загляну к вам, – уходя крикнул Векоснтин.

Пройдя огромной группой по разным коридорам здания, двое гвардейцев привели нас в огромный, если так можно выразиться, "ангарище". Здесь выстраивалась длинная очередь из призывников, около стен ангара стояли высоченные стеллажи, на которых располагались зеленые мешки.

– Погоди, Веко, разве нам не в соседний ангар? – спросил гвардеец, используя сокращенное имя своего друга.

– Нет, залы местами махнули, теперь девушки там, а мы тут, занимай очередь, – после этих слов он развернулся к нам и крикнул: – Так, призывники! Ищем свободное место, и раздеваемся до нижнего белья. Всю одежду складываем в мешки и оставляем тут, она пойдет на утилизацию.

Время будто остановилось, казалось, что моя очередь никогда не дойдет, но все же это свершилось и я дружески поприветствовал врача, который делал общий осмотр. Все врачи сидели за длинным столом, вдоль которого по очереди проходили призывники.

– Здравствуйте! – улыбаясь, доброжелательно произнес я.

– Вы что-то употребляли? – сходу спросил врач, чье лицо выражало глубочайшее безразличие.

– Нет, – сухо ответил я, немного огорчившись такому холодному приему.

– Понятно, – сказал врач, пальцем поставил электронную подпись, на экране и смахнул мое личное дело к другому доктору, очередь двинулась вперед.

– Кожные высыпания есть? – с некой претензией спросила женщина, в белом халате.

– Нет, – ответил я, немного удивляясь, ведь меня обследовали буквально недавно.

Врач проделала ту же операцию что и ее коллега и я подошел к следующему врачу. "Вас не тошнит?", "Вас не укачивает в транспорте?", "Боитесь ли вы открытого космоса?", "Как вы относитесь к милитаризму?" И еще много непонятных вопросов, которые по одному задавал каждый из врачей, затем предавал дело своему коллеге справа.

В конце стола с врачами, стояли наши двое сопровождающих, они выдавали нам серые комбинезоны, с символом войск Космической гвардии. Сама одежда напоминала костюм аквалангиста старого формата, когда люди погружались вместе с баллонами кислорода. Когда мы все переоделись, наша группа направилась дальше и в итоге мы оказались еще в одном ангаре, где были все призывники, имею ввиду женщин и мужчин. Вторую часть нашей группы которая состояла из девушек тоже вели двое гвардейцев, одна из них спросила:

– Почему так долго? Мы уже давно ждем вас.

– Так получилось, что я мог поделать? – начал оправдываться друг Векоснтина.

Неожиданно раздался голос из динамика, который призывал к вниманию:

– Сопровождающие, благодарю за службу, – после этих слов повсеместно вытянулись сопровождающие гвардейцы, отдали честь и пошли на выход, а неизвестный голос продолжил: – Призывники, все кто с высшим образованием встаньте в сектор "Д", все кто имеет спортивные разряды в сектор "Г", призывники обладающие высшим образованием и спортивными разрядами встаньте в сектор "А".

Перестановки происходили очень долго, пока все не были поделены на сектора, в которых вскоре появились особые подгруппы. Когда невидимого командира устроила позиция людей в зале, он объявил:

– Группа "АР" семь, "БВ" три, "ДГ" один – покидают зал, – приказал голос и я пошел вперед с остальными на выход, около которого уже стоял офицер.

– За мной призывники, – скомандовал он.

Через несколько минут мою группу построили на плацу, недалеко от ПРОНСа. Остальные, кто не покинул зал распределения, отправятся в другие части на Земле. Военная часть, в которой мне довелось служить, была площадью семь тысяч квадратных километров. Стена, которая ограждала нас от свободы, была высотой пятьдесят метров. Тут же находился почти весь флот Земли, состоявший из семисот сорока тысяч воздушных единиц класса «Истребитель», а так же около двухсот двадцати тысяч наземных машин, и здесь же находилось около десяти легионов гвардейцев для защиты Земли от вторжения из космоса. Объявлял статистику, подтверждающую мощь Космической гвардии, зам командира полного комплекса – мастер-сержант Том Алдовар. Он был очень злым по характеру, но внешне этого не никогда показывал, а напротив – ходил всегда с веселым и добродушным выражением лица. Ростом Алдовар был метр с небольшим, он очень стеснялся этого, от чего выдавал наряды и километры бега от души, если кто-то из солдат не так на него посмотрит или же где-то прозвучит его прозвище: «Том-коротышка». На голове ветерана Баредеского восстания 3017 года собрались остатки седых волос, под густыми бровями того же цвета сидели карие тусклые глаза. Когда я вспоминаю этого человека, то на ум приходит его любимое выражение, которое гласило: «Дисциплина – залог успеха!».

Его прошлое не очень веселое, – жена его умерла в открытом космосе, два сына погибли жуткой смертью в лагерях врагов и их тела прислали ему в уцелевшем истребителе той разгромленной дивизии в которой они служили, это была устрашающая акция во время Баредеского восстания, в тот день многим семьям выпал такой ужасный билет, по случайному стечению обстоятельств. Третьего сына разорвало снарядом прямо на глазах у Тома.

Многие историки считают, что именно галлы спонсировали восстание на планете Баредес, а так же устроили бесчеловечную акцию устрашения, которую в народе прозвали "Летающие гробы".

От таких потрясений у Тома Алдовара стали наблюдаться психические расстройства и его решили отправить в штаб, учить быть солдатом таких как я и мои знакомые. Единственное, что поддерживало в нем жизнь это последний четвертый сын.

Находясь на плацу, Том Алдовар рассказывал о дисциплине и долге перед Гирронией:

– Зарубите на своем гребаном носу, болваны, обращение к командирам и гвардейцам старшим чем вы по званию, происходит через слово – "Триарий"! А обращение к своим подчиненным или гвардейцам одинакового звания происходит через слово – "Гастат"! Уяснили? Как вы должны ответить?

– Так точно, триарий мастер-сержант!

– Кто сказал гастат? – спросил Том, явно предвидя такой случай. – Кто это вашу мать сказал?

Помолчав некоторое время, Том оглядел всех взглядом хищника и подитожил:

– Я буду следить за каждым из вас, лично! Разойдись!

После этого, местный сержант, проводил нашу группу к складам, где нам выдали пакет: "Младший гвардеец", в него входило: три комплекта одежды: внутренний, парадный и полевой.

"Внутренний комплект" – включал в себя износостойкое термобелье, простой комбинезон бежевого цвета из кожзаменителя, который всегда надевают под броню, и черные сапоги из того же материала. На груди находился металлический символ серебряного цвета – латинская буква "Z" – символ пехотинца не имеющего специальности.

"Парадный комплект" – набор простой формы красного цвета, обычно ее надевали во время приезда какого-нибудь генерала или какой-нибудь комиссии. На груди тоже висел все тот же символ "Z".

"Полевой комплект" – состоял из доспехов темно-серого цвета, а на груди была припаяна та же латинская буква. Для тех кто не представляет, как выглядит броня, объясняю: гвардейские доспехи всегда были слитными, то есть как скафандр. Он плотно прилегает к владельцу, не стесняя движений, так как он более-менее гибкий. В отличии от армий других государств, где часто использовали раздельную броню, нагрудник – отдельно, поножи – отдельно. Гвардейский шлем можно полностью снять или надев его, открыть переднюю часть, которая отъезжала на макушку. Этот бронированный элемент защищает широкую стеклянную вставку (она так же может открываться, только она отъезжала не на макушку, как бронированный элемент, а внутрь шлема), которая так же закрывает лицо солдата и позволяет ему видеть все вокруг своими глазами, а не через электронный визор. Он встроен в бронированный элемент (о котором я говорил выше) и имеет форму прорези, как у древнегреческих воинов.

Несмотря на это шлем герметично соединялся с броней, что позволяло гвардейцу находиться даже в открытом космосе, правда недолгое время. Он также не был статичен и солдат мог спокойно поворачивать голову. Офицерские доспехи включали в себя запас воздуха и его очистку. Все дополнительное оборудование устанавливали в задней части брони, на спине, к примеру: реактивный ранец.

Так же нам выдали новые КЛД – Капсула Личных Данных. Первую я получил в двадцать лет, а это была уже вторая. Всего гражданин должен получить две КЛД, в двадцать и после призыва в армию или в призывном пункте, если гражданин по каким либо причинам отстранен от службы. Если он не получит вторую КЛД, то его нигде не примут на работу, не разрешат пользоваться медицинскими услугами, в общем не дадут спокойно жить.

После выдачи комплектов формы, нас отправили в казармы. Всего в военной части сорок шесть полных комплексов с тремя видами казарм в каждом, в народе их называют: зеленая, бывалая и дембельская. В Зеленой казарме находились все солдаты которые служили не более трех лет, в Бывалой казарме были солдаты отслужившие пять лет, а в Дембельской казарме, те кто служит уже семь лет. Всего служба в родной части длится, как раз около семи лет, но срок может затянуться и до десяти, обо всем этом я расскажу позже.

До отбоя оставалось шесть часов, это были последние безмятежные часы на военной службе. Вся казарма делилась на множество отделов, в каждом из них было около двухсот человек. Кстати эти самые отделы были еще разделены по половому признаку, в левой части казарм находились – женские отделы, в правой – мужские, а около их общего, единственного входа, стояли караульные. Это было самой отвратительной должностью, потому что каждую ночь, когда начальство спит, многие жители женских и мужских отделов пытались перейти в противоположный, и единственный кто их отделял от объекта воздыхания, был караульный. Солдаты находящиеся на таком посту делились на два типа, одни пропускали, другие нет, те кто пропускали обычно не делали это бесплатно и многие по окончанию службы возвращались чуть ли не миллионерами. Но чаще всего такие случаи заканчивались штрафами, в особенности для караульного, так как скрывать живот дамы долго не могли. В таких случаях служба забеременевших женщин завершалась, их отпускали домой, и заставляли платить отдельный налог, по статье "Организация дезертирства по причине беременности", а отцу будущего ребенка приходилось отслужить максимальный срок. В отчетах военных частей часто фигурировала вышеназванная статья, несмотря на то что в мед частях была организована официальная выдача контрацептивов, по одной штуке в два месяца.

Войдя в казарму, я первым делом огляделся вокруг, помещение больше напомнило торговый центр с бутиками, только вместо товаров были трехъярусные кровати. В коридорах стоял гул – солдаты что-то обсуждали и смеялись, так как у них был небольшой перерыв. Когда я нашел нужный отдел, то начал искать номер своей кровати, она должна быть в самом дальнем углу, но оказалось она была занята. На ней сидел здоровый солдат, болтая с кем-то, он смотрел куда-то вдаль. Подойдя ближе я, по своему обыкновению, вежливо обратился:

– По-моему, это моя кровать, не могли бы вы пересесть?

Мое обращение вызвало смех у этого громилы, он ответил с ухмылкой:

– О! Интеллигент приперся сюда! Че надо дятел?

– Это моя кровать, олигофрен! – не подумав выпалил я, но только потом понял что допустил ошибку.

Этот ответ ему явно не понравился, от чего его улыбка исчезла, он встал и начал засучивать рукава. Солдафон оказался выше меня на целую голову и шире в два раза, одним словом – шкаф. Гул в отделе стих, все с интересом наблюдали что будет. "Дело – дрянь…" – подумал я и слегка дрожащими руками тоже начал засучивать рукава. Но мне повезло, неожиданно подошел какой-то солдат и сказал:

– А-я-яй! Плохо обижать "зеленых", Вонг!

– Отойди Райн, это не твое дело! – ответил через плечо громила и затем обратно повернулся ко мне.

– Мне что, зубы тебе пересчитать? – заправски произнес Райн и облокотился на близстоящую кровать. – Тем более это была моя кровать тоже.

– Следи за словами, Райн или однажды ты заснешь и не проснешься… – ответил громила, повернувшись к нему, но не поспешил атаковать.

Внезапно мимо нашего отдела проходил мастер-сержант Том, он остановился в проходе и с презрением посмотрел на конфликтующих солдат. Райн и Вонг пронзили друг друга стальными взглядами и Вонг ушел. Гул в отделе начал набирать обороты, а мастер-сержант, немного постояв, пошел дальше. Мой заступник повернулся ко мне и сказал:

– В следующий раз выбирай выражения, парень, эти ребята странно реагируют на незнакомые им слова. Кстати меня зовут Райн Дониван! – с улыбкой сказал он и протянул мне руку. – А тебя?

– Очень приятно! Арториус Кирэго, – с улыбкой в ответ сказал я и пожал ему руку. – Можно просто Арторий.

В этот момент к нам подошли еще двое, один из них осуждающе спросил:

– Опять нарываешься Райн?

– Ты не поверишь, но не в этот раз. Здесь себя проявил этот зеленый, Арторий, – кивнув в мою сторону, ответил Райн и, повернувшись ко мне, сказал:

– Это Далон и Васл.

Так я познакомился с новыми людьми и эта троица стала моими друзьями, ну а сейчас я подробней опишу их.

Райн Дониван был буйным, свободолюбивым и обожал подраться, а так же не очень лояльно относился к другим расам. Вероятно причиной этому послужила его первая школа на Варказе девять, где по большей части учились представители разных рас из не самых благоприятных семей.

Поступив на службу Райн записался сразу на две специальности: штурмовик и сапер. У него были темные волосы, уложенные в виде короткого ирокеза, зеленые глаза, правый пересекал большой шрам, который Райн получил в нечестном бою против ребят с ножами. У него было немного узкое лицо без скул и узкая челюсть. Сам Райн был среднего роста и крепкого телосложения. Он всегда любил ходить вызывающе, надеясь, что кто-нибудь из солдат скажет что-то вроде: "Смотри какой петух!". Тогда Райн сразу с разбегу наносил хороший хук справа и выбивал как минимум два зуба, а потом обязательно левый хук и того – где-то четыре. Однажды после драки с рядовым, Райн шуточно сказал: "Эхх, теряю хватку – сегодня только два зуба увидел, может парочку он проглотил?". Конечно если кто-нибудь рассказал про его феноменальную силу, я бы не поверил. Наверное это у него наследственное, как он иногда хвастается, в его роду были только люди.

Райн всегда вступался за своих друзей (что удивительно, так как он – человек) и за это иногда сильно получал. Он даже не побоялся высказать своё мнение о ротном, когда тот прилюдно оскорбил Васла, за что Райна посадили в карцер на неделю.

Далон Нотиван был командиром нашего отряда и не любил пустых разговоров.

С десяти лет он воспитывался в военном училище и после успешной сдачи экзаменов и по достижении тридцати лет Далон пошел в ряды гвардии.

Он всегда относился ко всему с ответственностью. Высок, строен, умен и хорошо физически подготовлен. У него были темные волосы, а карие глаза и блестящая улыбка всегда сияли на его приветливом лице. Он никогда не дерзил начальству и четко выполнял приказы. Далон был неким идеальным солдатом – исполнительный, всегда опрятный, сдавал нормативы на отлично. Далона всегда ставили в пример другим гвардейцам, от чего к нему было предвзятое отношение со стороны младшего состава; в общем все офицеры хвалили его, ну а сослуживцы презирали.

Наш снайпер Васл Верт был микандром, и как большинство из них, он был малоразговорчив и необщителен. Вырос Васл в детском доме на Земле, куда его и десятки других брошеных детей привезли сотрудники приюта, объезжавшие бедные районы Карелии. До двадцати лет он проучился в школе своего детского дома, а затем работал на заводе сборщиком снайперских винтовок. Когда Васлу исполнилось тридцать лет, его призвали в Космическую гвардию на службу.

Васл в чем-то похож на Далона – такой же исполнительный, но он всегда относился к любому делу по принципу поговорки: "На работу не напрашивайся, от работы не отказывайся", но если брался за задание, то всегда его выполнял на отлично. Черные густы волосы и желтые глаза, придавали его острому лицу загадочный и серьезный вид. Роста он был невысокого, крепкого телосложения, как Далон и Райн. Васл не был центром компании, он всегда наблюдал со стороны, и хотя с ним мало кто вел разговоры во время дискуссий, все же было заметно когда он рядом, а когда нет. Он любил молчать и слушать и если чего говорил, то только по делу и точно в цель.

Все эти ребята служили как минимум два года.

Вот была вся наша компания: Далон – командир; Васл – снайпер; Райн – штурмовик, сапер и я – штурмовик.

Глава 2. Космическая гвардия.

"Солдат всегда должен быть чем-то занят,

иначе он начнет думать, если он начнет

думать, то это уже не солдат"

– старая офицерская поговорка.

На следующий день нас подняли в шесть часов утра. Пребывая в полусне, я нехотя начал вставать. Наш мастер-сержант, увидев меня, торжественно и со счастливым лицом стал медленно приближаться ко мне. Все остальные "бывалые" солдаты начали шептать: "Вставай дурак, вставай!". Мастер-сержант, подойдя к кровати, посмотрел на меня, улыбнулся и сказал чуть слышно:

– Наряд вне очереди.

Все переглянулись, я ничего не ответил, поскольку еще не пришел в себя и сквозь сон только еле-еле услышал его голос и в ответ только зевнул. Он тогда улыбнулся шире прежнего и опять так же тихо сказал:

– Два наряда вне очереди, это лично для тебя, – затем он оглядел всех и громко прибавил: – Это всех касается, сегодня будем драить всю казарму, пока швабры не сотрете. Так как у меня хорошее настроение завтрака я так и быть вас всех не лишу.

Затем Том вновь повернулся ко мне и сказал:

– В честь первого дня на службе заступаешь в наряд завтра, рядовой Кирэго! Кстати неплохо отработал инженером, надеюсь из тебя выйдет что-то полезное, в Текар индастрист тебе цены не знали, так что не разочаровывай меня, – после этого Том еще раз оглядел всех солдат, а потом победоносно вышел из казармы.

Все его проводили взглядом, затем повернулись и стали злобно смотреть на меня. Кто-то сказал в пол голоса:

– Темную ему бы устроить…

Гул одобрения прошелся по всему отделу. Райн, услышав это, радостно подбежал ко мне и выкрикнул:

– Давайте, если что – я с ним. Кому зубы посчитать?

Желающих сразу уменьшилось, в основном это были те у которых уже как минимум не доставало пары зубов. Проклиная меня, Райна и ротного, все стали одеваться.

Через пять минут мы все стояли в по стойке смирно, на бетонном плацу военной части. Черные блестяще начищенные сапоги ротного сверкали на солнце. Том медленно и молча расхаживал, то в одну сторону, то в другую и все время смотрел на нас исподлобья, а мы вынуждены были делать то равнение направо, то равнение налево, в ожидании команды "Смирно". Наконец мастер-сержант остановился и объявил:

– Смирно! И так, новобранцы, вас это касается в первую очередь, с этого дня для вас наступит ад нах*, потому что вы молокососы и ни к чему не подготовленны, но я это исправлю. Предупрежу сразу, я не терплю слабаков и не буду давать поблажки ни на физ-подготовке, ни на лекция о нашей славной родине. В семнадцатом году такие как вы уже были в окопах и убивали людей! Глядя на вас мне бл* становиться страшно, как бы вы сами себя нах* не застрелили! Если кто-то считает, что я обхожусь с вами не по уставу или слишком много требую, пишите рапорт на имя генерала, воля ваша. Если меня отстранят от службы я только обрадуюсь, что больше не увижу таких кусков дерьма как вы! Направо! Шагом марш!

Когда колонна двинулась вперед, я тихо сказал Райну, который шагал впереди меня:

– Еще раз спасибо за помощь, но по-моему я и сам бы мог справиться.

– Не храбрись, ты бы мало что сделал один, такие шакалы вершат свой суд ночью. А так – не стоит благодарности!

– Слушай, а куда мы идем?

– Сейчас сядем в грузовики и поедем к полигону наверное…

– С чего ты взял?

– Ну я тут уже два года, Алдовар так говорит, когда не доволен нашей физической подготовкой.

После того, как все заняли свои места, машины тронулись и стали разгоняться. Мы мчались по наземной дороге, точнее это было своеобразное шоссе. Справа, вдоль нашего пути были ангары, казармы, небольшие тренировочные площадки.

– Во смотри! – толкнув меня, воскликнул Райн. – Это Белые береты!

Посмотрев в ту сторону, куда указывал Дониван, я увидел небольшую площадку, где проходила тренировка рукопашного боя. Когда мы подъехали чуть ближе, бывалые гвардейцы в нашей машине закричали и засвистели в сторону Белых беретов. Они же не подали вида и продолжили занятие, их движения были точны и молниеносны, а боевая стойка была крепка словно скала. С первого взгляда они сразу зарекомендовали себя как полубоги своего ремесла.

– Вот это я понимаю! – одобрительно покивал Далон Нотиван.

– Ну да, не то что мы, – ответил Райн и хлопнул Васла по плечу.

– Разговоры бл*! – оборвал мастер-сержант. – Белые береты – это конечно хорошо, но им никак не сдержать натиск врага без пехотных подразделений! Без вас, ребята, они бы долго не протянули! Только благодаря нашим пехотным подразделениям, Гиррония всегда побеждает нах*! И именно пехотные подразделения смяли восстание в семнадцатом году! Вы поняли?!

Это короткое объяснение заставило многих по новому оценить свое положение и вдохновиться новой ролью.

Спустя пару мгновений, машины начали останавливаться близ ворот с надписью: "Тренировочный полигон К7".

Мы вылезли из машин и построились около входа, мастер-сержант опять начал расхаживать перед нами, но вскоре остановился и сказал:

– Обращаюсь к вновь прибывшим. С этого момента вы – новобранцы, и каждый божий день будите проводить тут все свое время, пока я не увижу, что вы хоть немного стали похожи на настоящих гвардейцев нах*! У остальных расписание остается тем же! – но сказав это мастер-сержант не дал команды, он призадумался, а затем добавил: – Хотя вы тоже еще дохляки… Нет, это не дело, какой твой результат по бегу, Райн?

– Пять, триарий мастер-сержант! – отрапортовал Райн.

– Х*ть! – в рифму ответил Том. – Отвратительно, такого результата я даже в школах не видел!

– Триарий мастер-сержант, но это же высший бал! – ответил Райн.

– Для инвалидов может быть так и есть! Так, теперь не важно сколько вы здесь служили! Все без исключений каждый день вы будете все время проводить здесь нах*! С начальством я считайте договорился!

В строю сразу прошла унылая волна: "Ууу…". В ответ мастер-сержант крикнул:

– Отставить бл*! Этого для вас итак мало, бестолочи! Вы сейчас не солдаты, вы – куча дерьма, и я не успокоюсь пока из вас не выйдет что-нибудь толковое!

Мастер-сержант Том подошел к воротам, постучал по ним, спустя пару мгновений они открылись. Оглядев полигон, нас охватил ужас, перед нами были препятствия, которые преодолеть было просто невозможно.

Первое – надо было перелезть высоченный забор используя два ножа. Второе – проползти сто метров под электрической проволокой, напряжением в сто вольт. Третье – не заблудиться в подземных катакомбах, площадью два километра. Четвертое – нырнуть под воду и проплыть, с полной экипировкой, под землей пятнадцать метров, на одном дыхании. Райн был удивлен этому не менее чем все остальные, включая новобранцев.

– Мдаа… Когда только они успели это отстроить, с каждым годом все веселее…

Далон посмотрел на Райна, потом с ухмылкой посмотрел на препятствия и заявил:

– Нет ничего невозможного! Прошлогодние испытания нам тоже казались невыполнимыми.

– А что, раньше вы здесь не каждый день проводили? – спросил я, не отрывая глаз от полигона.

– Почему? Каждый день. У нас всегда был такой распорядок, – ответил Райн, а затем прошептал: – Просто если Том-коротышка говорит "каждый день", то это еще означает целый день.

– Разговорчики! – крикнул Том, а затем добавил: – Итак, куски вонючего дерьма, кто из вас первый пройдет все это нах*?

Далон, Васл и Райн сделали шаг вперед, они оказались единственными добровольцами. Внезапно я услышал шепот Райна:

– Не дрейфь!

Услышав это, я не думая сделал шаг вперед. Мастер-сержант как будто ждал этого и когда Райн с улыбкой на лице кивнул мне, Том подошел ближе и во всеуслышание сказал:

– Молодец, инженер! Хвалю! Не то что этот сброд сопляков, которые прячутся под юбкой мамаши нах*! – закончив, мастер-сержант кивнул в сторону, где находилась линия старта.

Как только мы взяли ножи, которые лежали на столике около старта и приготовились, Том засвистел в свой свисток. Далон, Васл и Райн рванули с места и орудуя ножом, без труда перелезли через бетонную стену, которая была усеяна узкими прорезями для ножа. Мне же долго приходилось искать подходящие места в стене и я не с первого раза вонзал второй нож, чтобы подняться выше. Добравшись до самого верха, одно из моих лезвий сломалось и я чуть не свалился в грязь, если бы меня не подхватил Райн. Второе и третье испытание прошли без затруднений, а вот четвертое – чуть не захлебнулись и не утонули. После выполнения задания, мастер-сержант посмотрел на нас и сказал всем остальным:

– Ну вот, пройти значит можно, даже инженер прошел! – его слова прозвучали так, будто он и не рассчитывал, что кто-нибудь выживет, в особенности я.

После этой дистанции, нашу компанию отправили к тренажерам.

– Смотри, бери штангу на пятьдесят килограмм и…

– Погоди! – прервал я Райна. – По-моему, многовато, тебе не кажется? Мне как-то не доводилось…

– Ясно, – отрезал Райн, – бери тогда то, что поднимешь, а потом тягай сколько сможешь, как устанешь возвращайся сюда.

Через некоторое время я вернулся и сказал запыхавшимся голосом:

– По-моему, все.

– Уверен? – спросил Райн кладя в сторону здоровенную гирю. – Тогда встань ровно и не двигайся, – после этих слов, Дониван что-то достал из кармана сжал в кулаке и воткнул мне это в плечо.

От резкой боли я дернулся и воскликнул:

– Эй, что это?

– Стимулятор роста мышечной массы, – ответил Далон, который вытирал полотенцем пот со лба, – думаешь тут все качки из-за долгих тренировок? Ученым пришлось придумать кое-что особенное, чтобы люди были достаточно сильные для опасных планет и еще в кратчайшие сроки.

– Это не опасно? – с настороженностью спросил я.

– Ха! – воскликнул Райн. – Опасно, это когда не хватит сил свернуть шею вражескому солдату! Так что давай, еще три подхода.

После тренировок, когда все уже были вымотаны, нас отправили драить казармы. К вечеру мы свалились на свои кровати и через несколько секунд вся казарма затрещала от храпа.

Так прошел мой первый день, один из тысячи одинаковых, подобно клонам. Тогда, на тренировках, погибло три человека, на что мастер-сержант Том сказал: "Слабые должны быть в гробу, а сильные на пиру".

Мне снилось, как я сижу в баре и состязаюсь с каким-то грузчиком, кто точнее опишет содержание картины (о которой я рассказывал ранее). То, где я находился и при каких обстоятельствах, заставило меня самому себе удивиться. В конце концов баталия была выиграна мной, но тут в бар вошел мистер Текар, одетый в строгий костюм и черные очки, достал револьвер и собирался выстрелить в меня, как мой сон прервал крик: «Рота подъем!». Вскочив как ошпаренный – ведь я помнил что было в прошлый раз, быстро оделся и встал в по стойке смирно. Перед глазами все еще мелькал мистер Текар с револьвером, он злобно хохотал и хотел моей смерти. В это время, мастер-сержант подошел ко мне опять своей вальяжной походкой и сказал:

– Молодец! Другое дело! А теперь – марш на завтрак, а потом заглаживать свои грехи!

За завтраком я рассказал ребятам свой сон, они только посмеялись и сказали, что мне надо валерьянки попить и проще воспринимать нашего мастер-сержанта.

– Этак еще цветочки, вот мне приснилась моя бывшая, – начал Райн, – это уж точно пострашнее твоего директора! – сказав это, Дониван залился смехом и хотя по началу он веселился один, его веселые эмоции заразили остальных и мне тогда все это показалось смешным.

– Старайся не обращать внимание на всю эту рутину, делай то, что говорят и не задавай лишних вопросов, здесь это не любят, – пояснил Васл, его голос был как всегда ровным и немного холодным, а так как Верт всегда молчал и всегда неожиданно вклинивался в разговор, его фраза заставила вздрогнуть.

– Слушай, Верт, расскажи почему ты решил стать снайпером? – неожиданно переведя тему, спросил Райн.

Васл коротко вздохнул и все так же ровно ответил:

– Будем считать, что – это наследственное.

За столом воцарилась тишина, Райн ожидал продолжения рассказа, но его не последовало.

– Думаю он больше ничего не скажет, – произнес Далон Нотиван, обращаясь к ожидающему Райну, – неужели за два года ты это не понял?

– Внимание! Прием пищи завершить! На построение бегом марш!– эхом пронеслось по столовой и через доли секунд все встали из-за стола.

После завтрака я должен был в течение целого дня драить всю посуду в столовой, хотя это всегда выполняет машина, офицеры умудрились найти место и для солдата.

Когда я очищал очередную кастрюлю, ко мне подошел солдат, смахивающий на повара, в фартуке, колпаке и с половником. Он долго смотрел, как я мою посуду и в конце концов сказал:

– Привет! Тебе тоже наряд прописали? А я только что закончил. Меня зовут Джордж Нидлер, я тут девять лет уже, – оглядев все вокруг сказал он, – десятый год пошел, – и для придания веса своим словам покивал головой.

– В смысле? На кухне уже девять лет? – спросил я, пытаясь пошутить.

– Нет. Я… В смысле в армии… – смущенно ответил он.

– Понятно, меня зовут Арториус Кирэго, – отставив кастрюлю в сторону и протянув руку, ответил я.

– Приятно познакомится, – ответил он, пожимая руку в ответ.

– Взаимно.

– Тебе помочь? – застенчиво спросил он.

– Хорошо, давай… Не помешает.

Он взял первую кастрюлю и начал медленно ее чистить и мне показалось, что я один справлюсь быстрее. Через некоторое время он тихо спросил:

– Читать любишь?

– Да, по-моему достаточно приятное времяпрепровождение.

Услышав это, он бросил кастрюлю в мойку, вытащил из-за пазухи потрепанную книжицу и с серьезным видом протянул ее мне. На обложке было написано: "Грязная политика". Вся книга была написана вручную, с множеством помарок, зачеркнутыми строками и помятыми страницами.

Любителей писать книги было не мало, а писать в ручную еще больше, это предавало оригинальность оформлению и пользовалось популярностью. Писали разумеется не на бумаге, а на ее заменителе, который на взгляд было невозможно распознать. Отличить бумагу от заменителя можно так: достаточно поджечь их, бумага сгорит намного быстрее и будет чувствоваться запах, а заменитель сразу потухнет и не даст никакого запаха.

– Ты ее сам написал? – спросил я, быстро перелистывая страницы от начала до конца.

– Да! – с восхищением выдал Джордж, казалось он давно ждал когда ему зададут этот вопрос и вот наконец этот момент настал.

– Откуда у тебя бумага? И как ты сделал переплет? Книги нынче дорогие…

– Да это не бумага, а заменитель… А нитки достать – не проблема…

– Что ж… Если мне понадобится книга, я к тебе обязательно обращусь, – слукавив ответил я, возвращая рукопись.

Услышав это, Нидлер сразу повеселел. Потом, пока я домывал посуду, он показал мне целый список книг которые он напишет: "В преддверии войны 3036 год", "Героические сражения гвардейцев", "Героические подвиги гвардейцев", "Доблестные генералы на фронте", "В плену у Галлов" и многие другие названия которые я уже не вспомню. У меня сложилось впечатление, что Джордж уже побывал гвардейцем в бою, генералом на фронте и навестил лагеря Галлов, осталось только обо всем этом написать. Затем Нидлер стал рассказывать разные истории, в каждой из которых он оказывался героем и не всегда было понятно, эти события произошли или должны произойти.

На следующий день я направился в ангар, где мне целый день предстояло таскать боеприпасы для машин. Открыв стальную дверь ангара, я прошел в прохладное и тусклое помещение, где меня встретил капрал.

– Здравия желаю, триарий капрал, – сказал я, вытянувшись по форме.

– Здоров, зачем пришел, наряд выдали? – вальяжно ответил он, будто только что проснулся.

– Так точно, – отрапортовал я.

– Ну значится, проходи в двенадцатый сектор, там у нас экзоскелеты, надевай и принимайся за работу. Боеприпасы возьмешь в девятом секторе, но сначала пройди в седьмой сектор и проверь боекомплект каждой машины. Погоди немного, я сейчас дам характеристики…

– Понял.

Оставшись один, я стал осматривать стоящие неподалеку огромные машины, которые в высоту были несколько метров. Также меня заинтересовали здоровенные "Колибри". Эти летающие машины с реактивными двигателями назвали так из-за их высокой маневренности. Существует очень много классификаций этой машины, но ее всегда называют именно так – Колибри. Данная машина была типичной представительницей грузового класса, но странно было то, что у нее отсутствовал грузовой отсек.

– Чего уставился? Никогда Колибри не видел? – спросил вернувшийся капрал.

– Видел, только что это за странная модификация? – спросил я, направляясь к машине.

– Это Колибри класса "Легат", их построили ограниченной партией, для легатов зиллиона. Надеюсь то, что легаты зиллионов ходят в здоровенных экзоскелетах для тебя не новость? – не услышав ответа, он продолжил. – Ну вот, и чтобы быстро доставить здорового легата зиллиона прямо в гущу сражения, построили вот такую крошку.

Мы немного постояли, любуясь Колибри, а потом капрал напомнил:

– Так, давай иди работай, не трать время.

Так же, как и вчера я провел за работой целый день, повезло что по близости не оказалось Джорджа Нидлера.

Новобранцы отслужили уже целый месяц и по уставу гвардии мы должны были дать присягу – клятву служить и защищать Совет Гирронии и Гирронийскую Эносордацию, ценой своей жизни. Все происходило весьма торжественно, живой оркестр разливал музыку по всему плацу, заглушая разговоры родных и родственников, которых пригласили на присягу новобранцы. Огромные колонны рядовых начали хором зачитывать присягу, после чего мы отдали честь и получили пометку в КЛД. Хотя мы и читали в хоре, все жутко волновались. Приведу вам отрывок, который мне запомнился больше всего: «…Во имя Совета, я клянусь защищать Гирронию, ценой своей жизни. В любых условия, будучи в здравии или при смерти, клянусь до последнего исполнять приказ своего командира и до конца нести знамя своей родины!…»

Все мы прочитали присягу без запинки, как и многие другие до нас. Те, кто уже прошли посвящение, построились и, под барабанный марш уходили в сторону транспорта.

После этого мероприятия пошла рутинная служба гвардейца. Расписание было простым: подъем, построение, утренняя тренировка, построение, завтрак, построение, пол часа свободного времени, построение, сборка разборка оружия, построение, обед, построение, возня с техникой, построение, ужин, построение, пол часа свободного времени, отбой. На следующий день, ожидало тоже самое, без малейших изменений.

После семи месяцев обучения наш отряд перевели в другой корпус, минуя звание «капрал» и «младший сержант», мы стали сержантами. Корпус был почти как бывшая наша казарма, только состоял он из младших и старших сержантов. Старшие офицеры к нам стали более уважительно относиться чем раньше. Все время нашу группу хвалили, мол: «Вот какие молодые, а уже сержанты». На мой взгляд все это было немного странно…

– Мы получили то, что заслужили, – гордо отвечал Далон.

– Минуя два звания? С чего такая щедрость? – спросил я, чувствуя какой-то подвох во всем этом.

– Все это благодаря моим стараниям, ты что не рад?

– Чем мы отличились, что получили такое звание? – спросил Райн.

– Наша группа работает слажено, четко и успешно, вот начальство решило за это наградить.

– Сразу сержантами?

– Я их уговорил, на условиях что нам не дадут командовать казармой. Это формальное повышение, но карьерный рост в будущем пойдет быстрее.

Прошло еще пять месяцев, я уже отслужил целый год. За многие успехи, всех в нашей маленькой группе, повысили до штаб-сержанта. Три красные, припаянные к плечу боевой брони нашивки, сменились наполовину закрашенным темно-красным наплечником. После этого физическая подготовка для нашего отряда вышла на новый, более суровый, уровень. Питание улучшилось, теперь давали больше мяса и протеиновых коктейлей, дозы СРММ (Стимулятор Роста Мышечной Массы) также повысили.

Теперь даже Далон был удивлен такому быстрому продвижению по службе. Хотя мы были не единственными, многие группы, подобные нашей, также получили неожиданное повышение.

Как-то раз я пошел приобрести ЭГН, читатель наверное спросит почему нельзя просто скачать газету, отвечу: во-первых при скачивании у автомата, качество голограммы намного лучше, во-вторых связываться с кем-либо за пределами военной части было строго запрещено.

Когда я подошел к автомату, там была реклама: "Спец выпуск от Галактического Граммофона". Скачав газету, я прочитал, что на Марсе пропала еще одна группа исследователей и штурмовой отряд под номером девяносто три. Показав это своим друзьям, в них сразу загорелся интерес, как и во мне, ведь больше ничего интересного в газетах не печаталось и это было единственное сенсационное событие, а это значит свежая тема для разговора.

– Я думаю все это чепуха! – заявил Далон Нотиван.

– Они преувеличивают, – серьезно сказал Васл.

– А я не согласен с Далоном! – воскликнул Райн. – С чего им врать? Галактический Граммофон всегда печатает правду, если вы не помните, то не с проста их хотели закрыть.

– Они делают деньги, на все остальное им плевать, – пояснил Нотиван.

Все мы с интересом обсуждали это, сидя в нашем отделе, где кроме нас никого не было, так как все гвардейцы были на тренировочном полигоне. Нам же разрешили пропустить тренировку из-за высоких результатов, можно сказать это была щедрость мастер-сержанта, как бы странно это не звучало.

Спор Райна Донивана и Далона продолжался бы, пока к нам не зашел сам мастер-сержант Том:

– Ну здравствуйте господа, что делаем-с? Опять х*ней страдаете?

Том Алдовар на удивление был в хорошем настроении и был готов выдать наряд, хотя сам же дал распоряжение на отдых.

– Узнаем что происходит за стенами военной части, триарий мастер-сержант! – подскочив и встав в по стойке смирно, воскликнул Далон.

– Да? Ну и что же происходит нах*? – с некой иронией спросил мастер-сержант.

Он взял газету и начал внимательно читать статью. Неожиданно его лицо изменилось. Только что он стоял как самый злорадствующий человек, а теперь он стал хмурым, лицо у него сдулось, как воздушный шарик.

Он присел около нас на кровати и тихо сказал, не отрывая глаз от газеты:

– В этой штурм-группе был мой сын. Последний родной мой человек! – сделав небольшую паузу, он продолжил: – Это все правда и люди действительно исчезают там…

Он резко повернулся к нам и стал кричать, как будто мы ничего не слышали:

– Самое главное ребята быть вместе, быть единым целым, не предавать и не бросать товарищей на произвол судьбы, слышите?!

Неожиданно Том вскочил и выбежал из отдела, словно спасаясь от приближающегося ужаса. Райн который также как и мы был потрясен, нарушил тишину вопросом:

– Это че было? Я это один видел?

Теперь каждый день все видели мастер-сержанта Тома в апатии, но он не потерял хватку и на нашей службе это никак не отразилось.

Однажды, сидя на кровати и разглядывая примитивный узор на матрасе, я подумал: «Что там такого на Марсе?», после чего предложил ребятам наведаться в архив. Как это было не банально, но поверьте мне, рутина у нас уже в печенках сидела и эта поездка на территорию архива, стало нашим небольшим развлечением – выяснить, что случилось на Марсе и надеяться, что нас туда не отправят. Все согласились.

Мы доехали до складов, а от них дошли до архива и как старшие по званию беспрепятственно прошли мимо дежурного.

Архив представлял из себя огромные стеллажи с не менее огромными жесткими дисками, между которых стояли столы с компьютерами. Из слухов Нотиван знал пароль, и усевшись за первый попавшийся компьютер, он постучал пальцами по стеклянной клавиатуре. На наше удивление мы получили доступ к недавним документам. Далон открыл первый файл под названием: "Спец-подразделения". Вот, что точно мы не ожидали, так это увидеть там наши имена, в разделе "претенденты". Спустя некоторе время мы наконец-то нашли файл под названием: "Экспедиция на Марсе". В нем было сказано, что природных аномалий на станции не наблюдается, но установить причину пропажи людей остается невозможным из-за отсутствия дополнительных данных… Внезапно дверь открылась и в комнату вошел мастер-сержант, он спокойно посмотрел на нас и вместо того чтобы пойти и доложить начальству, о нашем проникновении в закрытый отдел архива, он сказал:

– Я сам расскажу.

Глава 3. Рассказ мастер-сержанта Тома.

Началось все это три года назад, я был на построении. Как вдруг ко мне подбежал рядовой сказав, что меня после обеда будут ждать в кабинете генерала. В назначенное время, я немедленно пошел туда. Разговор начал генерал, он сообщил что мой сын, Дрейк, переведен на Марс, в самое безопасное место, как я его просил. Радости моей не было предела, ведь там был простой горнодобывающий комплекс, где солдаты следили за порядком, что может быть лучше для тихой службы.

Генерал Карнес – был моим другом детства и я попросил его перевести моего последнего сына туда. И вот как-то раз я получил сообщение от сына, в котором он говорил, что все в порядке, но ему показалось странным внезапное прибытие ученых и археологов. С того момента один из секторов той станции засекретили. Я подумал что он просто преувеличил, но если газеты не врут, то он может быть прав, – там что-то странное и загадочное. После этого письма я стал узнавать от сына что на той базе, ученые открыли свойства одного артефакта, а именно кристалла, который возможно использовать как оружие… Погибли люди…

Васл фыркнул:

– Все ученые, что не придумают получится оружие.

Потом он рассказал, что его друг начал странно себя вести: мало общается со всеми, мало ест, спит и вообще странный. Потом я прочитал в газете, что пропала группа инженеров, и вот вы рассказали про пропажу штурмовой группы, где служит мой сын. После того, что я прочитал, я сразу направился к генералу и выпалил ему, что он отправил моего сына, в самое гиблое место. Он ответил, что пропало всего лишь несколько групп. Как будто он не знал, что в одной из тех групп был мой сын. В ответ он сказал, что был не в курсе.

Том закончил свой рассказ, умолк и с горечью произнес:

– Я не знаю, что случилось, но надеюсь мой сын жив…

Глава 4. «Кругом, шагом марш!»

Мы перескочили звание «старший сержант» не просто так. Как я вычитал из устава: «Основанием для досрочного перевода на Зейден, а именно: до истечения семилетнего срока службы в военной части на родной планете, может служить лишь присвоение звания „штаб-сержант“». Командование получало премию, за такие отряды из штаб-сержантов. Дескать благодаря качественной подготовке, гвардейцы раньше становятся офицерами. «Основанием для получения права подать заявку на формирование спец-отряда, является успешное разрешение (естественной или смоделированной) чрезвычайной ситуации третьего класса опасности», за спец-отряды командованию идут дополнительные отчисления, теперь осталось проверить нас в деле и события на Марсе были как раз кстати.

Над казармами светило утреннее солнце, мы вчетвером, как обычно, находились в спортзале и во время тренировки невзначай зашел разговор про новый фильм: «Агент анрилианской разведки». Райн отдыхая от гирь и протирая голову полотенцем, сказал:

– Во мужик делом занят! Не то что мы, все время сермоним в казармах и в зале без умолку. Что это за солдат, который не обжегся плазмой? Что это за солдат, который не воевал?

– Тебе охота на поле боя? – спросил Далон, тягая штангу. – Делать тебе нечего, думаешь ты один такой умник? Бывают бойцы и похлеще, – с тоном знатока предостерег Нотиван.

– Вот я и проверю, – ответил Райн, – что хорошего сидеть тут, раз уж мы в армии?

– Ты слышал рассказы хотя бы одного гвардейца, который побывал в бою? – спросил Васл. – Не надо вспоминать все эти документальные фильмы, там показывают, только то, что мы должны увидеть.

– Ну нет, – ответил Райн Дониван, с недовольством.

– Мой друг из приюта прошел горячую точку и пожелал мне никогда не бывать участником боевых действий, – продолжил Васл Верт.

– Я не твой друг из приюта, Верт, – ответил Райн, махнув рукой.

– По-моему, мы давно ЭГН не брали, – вмешался я, чувствуя нарастающий конфликт.

– Кстати, хорошая идея. Может там что интересное расскажут, – поддержал Далон, закончив упражнение со штангой.

– Да, возможно. Райн, давай деньги, – произнес я.

– Погоди, почему я? – спросил Райн, удивившись резкой смене диалога.

– Потому что в прошлый раз платил Васл, перед ним Далон, я иду после тебя.

– Ладно, ладно. Держи, – ответил Дониван, переведя мне на счет два пекуна.

Выйдя из зала, я легким бегом направился к автомату с газетами. Погода сделалась ветреной и пасмурной, с минуту на минуту должен был пойти дождь. Когда я возвращался, то не смог удержаться и не прочитать, что написали в сегодняшнем выпуске: "Потеряна связь с базой на Марсе, неужели это очередной сбой системы?"

– Как интересно и последовательно идут события… – сам себе сказал я, и вернувшись в тренажерный зал, где ребята уже смеялись над какой-то очередной шуткой Райна, молча стал ждать, пока станет тихо.

Далон, посмотрев на меня, спросил:

– В чем дело?

Включив голограмму, я показал ее ребятам и когда они прочитали заголовок, их лица сразу сдулись, как когда-то у мастер-сержанта Тома. Так же как и я, они посчитали эту новость неким приговором для себя, ведь эта ситуация на Марсе – отличный способ проверить будущий спец-отряд.

Кстати, на счет Тома, он тогда ушел в отпуск из-за ухудшения здоровья, и теперь нами распоряжался другой мастер-сержант – Виталий Нарогниф.

Далон, прочитав начало статьи, сказал:

– Я уж думал, что про это все забыли.

– Ребята как-то рассказывали, – начал Райн, – что там вроде нашли пропавших людей и все мол в порядке. Они ничего не рассказали, по их словам они просто заблудились.

– Заблудились на станции, где они каждый день работают? – с удивлением спросил я. – Это все не просто так, люди исчезли не случайно, а после этой новости, Марс – потенциальная точка, куда нас могут отправить.

– Это наверняка будет весело! – вновь обретя позитивный настрой воскликнул Райн.

Неожиданно дверь открылась и к нам в зал вбежал капрал.

– Триарий штаб-сержант Нотиван! – отрапортовал солдат. – Триарий генерал ждет вас у себя!

Мы все переглянулись, Райн будто предчувствовал это и радостно заявил:

– Желания сбываются!

– Помолчи Райн! – строго ответил Далон и, направляясь к выходу в сопровождении капрала, добавил: – Ждите тут, я скоро вернусь.

– Чего молчишь, Арторий? – с довольным выражением лица спросил Дониван. – Что ты думаешь об этом?

– Если честно, я не планировал участвовать в боевых действиях, – ответил я пожав плечами.

– Ну что так скучно? – с огорчением спросил Райн. – А ты, Васл?

– Мне все равно. Если отправят, то пойду, если нет, то – нет.

– Эх ребята, не рисковые вы люди! Это же наш шанс показать себя, показать что мы достойные воины!

– Ты прямо как наш генерал заговорил, – прокомментировал я.

– Просто тут такая скукота! – ответил Райн. – Это была бы наша небольшая прогулка.

– Боевые действия – это не прогулка, Райн, – сурово произнес Васл.

– Да знаю я! – махнув рукой ответил Райн. – Ну не сидеть же теперь с такими кислыми рожами, ведь от нас все равно ничего не зависит. Отправят – значит отправят.

После этого разговора мы просидели в тишине некоторое время. Наконец к нам вернулся Далон, он вошел в спорт зал и закрыл за собой дверь. Будучи мокрым из-за проливного дождя, он отряхнулся и сказал:

– Радуйся Райн, твоя мечта сбылась.

– Ты шутишь? – с тенью страха спросил я.

– Какие тут шутки… – ответил Далон, в его глазах была тревога.

– Вот круто! Отправимся неизвестно в какую задницу все вместе! – радостно воскликнул Райн, но увидев его натянутую улыбку, я не поверил в искренность его радости.

– Почему генерал выбрал нас? – спросил я у Далона, переведя на него взгляд.

– А как ты думаешь? Помнишь те списки кандидатов в спец-подразделения. Мы самые лучшие, как я понял. У него в кабинете было совещание, там собрались все старшие офицеры. Речь шла о спасательной операции на Марсе и генерал решил проверить нас на деле.

В этот момент вошел незнакомый нам седой офицер и сказал:

– Здравия желаю! Отставить! – последним словом он прервал наше хоровое: "Здравия желаю". – Как я понял, Далон уже все вам рассказал.

– Так точно, – ответил Далон.

– Вы можете сказать, что нас ждет? – спросил я, обращаясь к офицеру.

– К сожалению, никто не сможет сказать вам, но это не повод падать духом! Том мне про вас рассказал, давно он не знал таких дружных солдат, как вы. Он попросил передать вам вот это, – офицер протянул увесистую блестящую коробочку, присел на скамью и продолжил: – Солдаты, повторюсь, мы не знаем с чем вы столкнетесь на Марсе, от станции нет вестей уже четыре дня. Недавно мной туда была отправлена группа кандидатов в спец-отряд, я потерял с ними связь… Они были не хуже вас, хотя я считаю – все дело случая, но на него нельзя надеется! – офицер сделал паузу, а потом как ни в чем не бывало добавил: – Ну я пойду, а то рапорт еще сдавать… Желаю вам удачи, гастаты!

Мы остались сидеть озадаченные всем произошедшим. Одному Райну было все равно, он не вытерпел столь длительной тишины и выхватил у Далона коробочку со словами:

– Давай откроем ее!

В той железной коробочке лежали четыре УКС, модели "ES-4g" фирмы Pear, черного матового цвета с красной рамкой вокруг дисплея. Это были не простые УКС, которые носили офицеры или мог купить себе гражданский, это была элитная серия УКС четвертого поколения. Их выдавали особым элитным подразделениям, например: личной охране Совета.

– Вау! – воскликнул Далон. – Это не найдешь даже на черном рынке! Только если слетать на Ресал девять, а это на другом конце галактики и то не факт.

Еще мы нашли записку в которой было написано: "За последнее время вы хорошо себя проявили, и в награду мне не жалко было подарить каждому из вас такую вещь. Это моих сыновей и жены, они почти новые, надеюсь вам они сослужат хорошую службу в незнакомых местах. Том."

– Все таки этот Том – классный мужик! – с улыбкой произнес Райн, примеряя свой УКС.

– Да… – задумчиво протянул Далон, рассматривая свой УКС, – жалко, что он запил…

– Как? Как запил? – удивился Райн.

– Так рассказывают в двести восьмой роте, – поддержал Васл.

На обороте приборчиков было выгравировано: "Носи это с честью, бравый армеец, и иди к победе, как доблестный гвардеец!". Сидя в тишине и размышляя над этой фразой, каждый представлял себя, рвущимся в бой с врагами Гирронии и неизбежно героически погибая на поле битвы.

Решив не тратить время в пустую, мы отправились на полигон для стрельбы, так как он был у нас по расписанию. Дождь уже прошел и хотя тучи не желали отступать, погода становилась теплой, а влажность в воздухе начала покидать нас.

Получив оружие у штаб-сержанта Виталия Нарогнифа, мы пошли на стрельбище, где уже была целая рота рядовых, по виду они были здесь впервые. Словно мама-наседка вокруг них ходил мастер-сержант и подробно рассказывал технику безопасности. По завершению лекции все пошли поражать пластиковые фигурки, изображающие свирепых врагов. Полигон затрещал от выстрелов – так использовались "пороховые" боеприпасы.

Вообще на момент тридцать шестого года существовало только два вида вооружения в Гирронии – это огнестрельное и плазменное. Огнестрельному вооружению более тысячи лет, оно является самым простым и дешевым видом вооружения. Эффективность оставляет желать лучшего, единственное преимущество – скорострельность. Плазменное вооружение – старая технология товандианцев, намного эффективнее и дороже, чем огнестрельное. Такое оружие доставалось только старшим офицерам и иногда элитным подразделениям.

Итак, вернемся на полигон, на котором во время подсчета очков один из рядовых пафосно подошел к Далону, и сказал:

– Ты типо штаб-сержант, да?

Далон оглядел гвардейца и ответил:

– Да. У тебя есть вопрос, солдат? Тогда обращайся по форме.

– Да ну! По блату? – рядовой засмеялся, не обращая внимания на требование офицера.

– Фамилия, рядовой, – сдерживая злость, спросил Далон.

– Я слышал вас на мясо отправляют… – с иронией добавил незнакомец.

– Два наряда вне очереди, рядовой, с твоим начальством я считай договорился, свободен, – ответил Нотиван, сохраняя спокойствие.

Рядовой был не удовлетворен таким ответом и фыркнул:

– Ладно потом пообщаемся.

Смеркалось, солнце последний раз увидело всех жителей военной части и попрощалось, скрываясь за горизонтом. Над полигоном раздалась команда: "Разойдись!", после чего все побрели в казармы. Борзый рядовой, вместе с двумя своими друзьями начали придираться к Далону и нести всякую чушь.

– Как я понял, тебе мало двух нарядов? Может хочешь с нами на Марс полететь или в карцере поваляться?

– Мой батя знает генерала этой части, твоих нарядов считай и не было!

Вот была радость для Райна, когда он увидел разборки Далона, – можно было подраться. Разумеется это было строго запрещено, но Донивана это никогда не останавливало, он быстрым шагом пошел к рядовым, что бы не упустить момент.

– Эй ребятки, забыли дорогу в курятник? – весело крикнул Райн.

Трое рядовых не знавши ни Райна, ни его хуков, повернулись к нему, держа руки в карманах, а один из них сказал, оглядев Донивана снизу вверх:

– А тебе какое дело, индюк! Мы не с тобой базарим!

– А ты знал, что я всегда хотел стать дантистом? – спросил Райн не сбавляя шаг явно готовясь нанести удар.

Испуганные рядовые начали пятиться назад, а главный среди них сказал:

– Мой батя тебе такое устроит!

– А мне пох*! – весело сказал Райн.

Слово рядового "индюк" было ошибкой и стоило ему зуба, остальным повезло – они отделались сильными ушибами. Возможно все было бы хуже, если бы Далон не начал разнимать драку. Райна сажать в карцер не стали, ввиду нашей завтрашней отправки. Отмену наказания объяснили тем, что отправка в такое страшное место, каким в данный момент являлся Марс (так как там уже пропал один отряд) – хуже наказания в виде карцера.

В шесть утра мы уже были на ногах и собирали вещи. Казарма более не была такой яркой и новой, а стала тусклой и мрачной. Взяв рюкзаки и распахнув двери казармы, мы сразу почувствовали свежий утренний воздух, который принес нам ветер, постепенно набирающий силу. Вооружение и прочую амуницию уже собрали для нас и погрузили на корабль.

Нашу роту построили на плацу, куда в последствии пришел генерал и объявил наши фамилии. Когда мы вчетвером стояли колонной и были готовы к отправке, наш строй пополнили четверо гвардейцев, записавшихся на это задание добровольно. Разумеется это не останется без поощрения, и их жалование будет увеличено, а срок службы сократится. Генерал тем временем решил дать нам напутствие:

– Солдаты, скажу прямо! Мы не знаем с чем вы столкнетесь на Марсе. Сканирование показывает, что на станции отсутствует активность местного персонала, – затем генерал медленно пошел вдоль нашей шеренги, поочередно смотря каждому в глаза. – Гвардия выполняла и более рискованные и опасные задания, вы лучшее что может предложить планета Земля! Выполните свой долг во имя родины и Совета! Я верю в вас, спасите тех кто выжил и не сгиньте сами! Удачи! Налево, бегом марш!

Мы легким бегом направились к кораблю, который недавно приземлился недалеко от нас, заняли места и услышали сообщение: "Внимание до взлета: Пять… Четыре…Три… Два… Один… Взлет!". Двигатели загудели, мы начали отрываться от земли и через несколько минут судно уже было в невесомости. Пилот включил гравитацию и меня вновь притянуло к креслу. Это был мой первый полет в космос и поэтому настроение у меня было на высоте. В иллюминаторе мы видели отдаляющуюся Землю. Корабль был старой модели, все новые были на границах, в распоряжении Зейдена или Столичной СПС, и по своему строению часто в гиперпространство выходить не мог, к тому же он был третьего класса. Поэтому времени было много и мы решили перекусить, так как не завтракали.

– Мне сообщили, что мы летим на Луну, за добровольцами, – сказал Далон, подсаживаясь к нам в маленькой столовой.

– Неужели они настолько глупы? – спросил Васл. – Задание, явно не для дилетантов, вроде наемников с Луны.

– Просто за участие в подобных операциях не плохо платят, как за год работы капитаном! – пояснил Далон. – Очень заманчиво, хотя в случае провала, не гарантируют спасение или медицинскую помощь.

После получаса полета мы запросили разрешение на посадку. Когда корабль приземлился в доке, пилот объявил:

– Будте осторожны и вернитесь сюда ровно через час.

Наша компания направилась вглубь колонии, по старым и темным коридорам. Когда-то здесь было многолюдно, коридоры были наполнены людьми, освещение везде работало. Но человек, постепенно распространяясь по галактике, покинул это место. Теперь тут обиталище всякого сброда, состоящее не только из людей. Далон, Райн, Васл и я направились к месту встречи с добровольцами. Когда Космическая гвардия планирует операцию с учетом найма сторонних лиц, то вывешивает объявление в сети и назначается пункт сбора. Принять участие может абсолютно каждый гражданин Гирронии, не имеющий проблем с законом, в противном случае, он не получит адрес сборного пункта, в данном случае это был бар, единственное приличное место на Луне. Хотя Космическая гвардия выдает щедрое вознаграждение, прожить в качестве наемника достаточно трудно. Многие организации, такие как: "Квазар", имеют сотни наемников на разных планетах по всей Гирронии. Едва задание появляется в сети, они тут же на него подписываются и мест не остается, ведь сборный пункт не всегда находится под боком, порой приходится лететь на другой край галактики.

Спустя некоторое время мы наконец пришли к небольшой постройке с вывеской "Бар лунатика", прочитав название, Далон объявил:

– Отлично, мы пришли. Всем вести себя сдержано, тут полно всяких типов, возиться с которыми у нас нет времени.

Когда Нотиван всех предупредил, наш отряд зашел внутрь. В баре была драка, как и в любом подобном заведении. Райн стоял около нас и наблюдал за побоищем, при этом он постоянно украдкой двигал руками, как будто сам был в гуще событий и наносил удары. Васл с улыбкой наблюдал за Райном, а Далон расспрашивал у бармена о добровольцах. Стоя у барной стойки, я начал изучать УКС, в нем оказалась папка с картами, одна из этих карт была схемой базы на Марсе. "Это здорово нам пригодиться!" – подумал я, как в это время раздался грохот и рев, Райн начал драться с монсоном, Васл и не заметил, как Дониван отлучился, так как отвлекся на планы марсианского комплекса, в моем УКС, увидев драку мы побежали их разнимать.

Монсоны – жители скалистой планеты Армордаль. Внешне они немного похожи на людей, только ростом они не меньше двух метров. Всего у них шесть трехпалых конечностей: четыре руки и две ноги. Их кожа темного желто-зеленого цвета, покрытая небольшими твердыми наростами, словно чешуйками, а на спине у них имеется грубое кожное покрытие, подобное легкому панцирю. Из верхней части лба у них растет большой рог, а на уровне висков имеются рога чуть меньшего размера. Среди самих монсонов считается, что чем больше и ярче окрас центрального рога, тем более сильным и мудрым является монсон. Еще одним отличием является то, что все монсоны говорят низким басом.

Характер их очень скверный и вспыльчивый, все свои проблемы монсоны любят решать силой, даже если численное превосходство у противника. Их агрессия не знает границ и порой они могут без колебаний убить своего сородича, даже близкого. Большой, подобно скале, агрессивный и опасный, подобно дикому хищнику – этот стереотип давно закрепился за монсонами. "Если бы у монсонов было бы побольше мозгового потенциала, то они без труда поработили бы эту галактику" – говорил доктор исторических наук Родеш Арен, изучавший культуру и быт монсонов. Действительно, монсоны никогда не обладали высокими технологиями, корабли они отбирали у гуманитарных конвоев, прилетавших к ним, владельцы которых всегда считали монсонов отупелыми дикарями нуждающихся в их помощи. Таким образом монсоны покидали свою планету и становились наемниками, так как больше ничего не умели, со временем они научились говорить на гирронийском языке.

Монсоны сыграли главную роль, когда Галлы вторглись в галактику Млечный путь. Если монсон увидел сильного и агрессивного противника он обязательно на него нападет, тоже самое случилось и с армией галлов.

Того монсона, с которым сцепился Райн, звали Радрор'Дрекс Рорнаг, но мы его всегда звали просто Дрекс.

– Я тебя в порошок сотру, ничтожный ты человечишка! – свирепо произнес Дрекс, тряся большими кулаками, в знак устрашения.

– И потом этим порошком и подавишься, единорог недоделанный! – ответил Райн, провоцируя атаку здоровяка.

Далее посыпались ругательства и нецензурные выражения, но драку так никто и не начинал.

– Правда, что монсоны думают только спинным мозгом? – снова начал Райн, ожидая нападения, он уже рассчитал свой удар и был готов его совершить.

– Кого ты назвал тупым?! – прорычал монсон.

Дониван и Радрор'Дрекс хотели опять сцепиться, но в бар вошли капитан Канор и Далон, офицер сделал выстрел в воздух, и все сразу стихли.

– Что же вы со своими деретесь?! – воскликнул он. – Знакомьтесь, доброволец Радрор'Дрекс, он теперь зарегистрирован в вашем отряде!

Райн был удивлен не менее чем Дрекс.

– В сообщении было сказано о серьезном задании, я не думал, что буду воевать с таким отродьем! – заявил монсон.

Капитан Канор был командующим этой миссией и лично отбирал добровольцев не из рядов гвардии. Это был образцовый офицер и Далон Нотиван всегда на него равнялся. Капитан Канор участвовал во многих операциях и всегда был в центре сражений, в отличии от большинства других офицеров. К сожалению героям не всегда везет. Ходили слухи, что его со своим отрядом отправили на Цывелин пять, для спасения научной группы, и там их растерзали безжалостные членистоногие. Сам он вроде бы выжил и скитался по всей планете в поисках убежища, затем его нашли работорговцы, после чего его след вовсе исчез…

После небольшого примирения Дрекса и Райна, мы пошли обратно на корабль, где нам встретились еще пятеро добровольцев. Все они были моложе нас, полны энергии и ненужного героизма. Каждый был хорошо вооружен, а на доспехах красовались рисунки разных символов и головы хищников. Судно загудело и стал медленно вылетать из дока, это было последнее спокойное и безмятежное место в котором я побывал за последние годы.

Во время полета, каждому из гвардейцев выдали огнестрельный автомат, с боеприпасами третьего стандарта и пистолет Desert Worm, боеприпасы семнадцатого стандарта – ничего особенного. Единственное было странным, что нам выдали именно огнестрельное, а не плазменное оружие.

Кстати об оружии, точнее о боеприпасах. Все боеприпасы имеют свой стандарт, их не так много, всего восемьдесят восемь. К примеру третий стандарт подразумевает трассирующий патрон для автомата с пулей калибра 12,7 миллиметров, диверсионным модулем и гильзой 45,5 миллиметров.

(Диверсионный модуль представляет из себя часть пули, которая отделяется от нее в момент попадания в цель и предположительно остается в теле врага, затем она некоторое время дает короткие электрические разряды, от чего даже самый стойкий раненный солдат не сможет точно стрелять). Семнадцатый стандарт представляет из себя пистолетный экспансивный патрон, с пулей 11,5 миллиметров и гильзой 38,7 миллиметров.

Как я уже говорил, помимо огнестрельного вооружения на момент 3030-ых существовало еще два вида, один из них – плазменное оружие – это товандианская технология. Изобретено оно примерно на том же этапе товандианской истории, что и огнестрельное у человечества. Плазменное вооружение представляет опасность для тяжелых видов брони, так как товандианцы создали особую технологию "пожирающая плазма", благодаря которой, чем толще броня на солдате, тем основательнее она будет разрушена.

Последний вид – это лазерное вооружение, классическая галльская технология. Основывается на коротких и мощных излучениях – коротких вспышках света, в скорострельности немного уступает огнестрельному. Представляет большую опасность для легкой брони, так как с легкостью прожигает ее.

Итак, мы покинули колонию Луны и полетели на Марс, создавая путь для перемен во всей галактике…

Глава 5. Марсианская горнодобывающая станция.

Меня разбудила тряска корабля, мы входили в атмосферу планеты, док станции был открыт, как будто говорил: «Залетайте, добро пожаловать». Корабль приземлился в темном помещении, на скрипучие опоры и, издав характерный звук, они продавились под тяжестью судна. Надев герметичные шлемы, наша группа вышла на причал и оглядевшись по сторонам, медленно стала продвигаться ко входу на станцию.

– Командиром отряда я назначаю Далона Нотивана. Удачи, ребята, если что, я всегда на связи! Капитан Канор, конец связи.

Когда мы подошли к двери дока, корабль с шумом начал покидать темный ангар, поднимая сильные порывы ветра, теперь выход был на другом конце станции.

Завидев дверь шлюза, я почувствовал как мое сердце начало набирать обороты. Воображение, начало создавать немыслимые образы причин, по которым целая станция вместе с вооруженной охраной, в виде Космической гвардии, разом замолчали. Пути обратно не было, только вперед в неизвестность.

– Солдаты, смирно! – начал Далон, встав перед нами лицом, закрыв собой пугающий шлюз. – Командование поручило нам важное задание. Целая станция осталась без связи по неизвестным причинам. Сюда уже посылали гвардейский отряд, но он также пропал без вести. Если бы командование считало что мы не справимся, то они бы уже сбросили на этот комплекс тонну взрывчатки! Вместо этого они доверились нам, так давайте не подведем их!

В ответ раздалось одобрительные возгласы. Далон, подойдя к шлюзу и коснувшись рычага двери, оглянулся через плечо и произнес:

– Мы также будем открывать дверь на том конце станции. Теперь вперед гвардейцы!

В ответ все приготовились встретить нечто ужасное и как только рычаг скрипнул и дверь открылась, все мы ввалились вовнутрь и рассредоточились, будто проводили захват вражеской позиции на тренировке. Но нас никто не встретил. Помещение, в котором мы оказались, было похоже на регистрационный пункт. Свет не работал, видимо последние остатки энергии уходили на поддержку привычного уровня гравитации и генерацию кислорода. На полу уже накопился тонкий слой пыли, сюда явно давно никто не приходил. Кругом царила тишина и странное спокойствие, которое заставило нервничать некоторых новобранцев и наемников. Включив ПНВ (Прибор Ночного Видения), встроенный в наши шлемы, мы решили не останавливаться и идти дальше.

Вот уже на протяжении целого часа, нас сопровождала тишина и мрак, которые что-то от нас скрывали, наши шаги эхом отдавались в конце коридоров и комнат жилых отсеков, создавая атмосферу полной пустоты. Со временем мое сердце понемногу успокоилось, но легкое чувство страха меня не оставило. В один момент мы нашли отсек где была выбита дверь. Волнение вновь охватило меня, в голове опять появлялись странные образы невиданных тварей, которых всегда показывали в фильмах. Нотиван скоординировал наши действия и мы, прикрывая друг друга, вошли внутрь. В помещении нам открылась неприятная картина: люди лежали в центре комнаты с простреленными головами.

– Двигаем дальше, – скомандовал Далон, стараясь не терять уверенности в голосе и мы последовали за ним, в глубь станции.

Спустя четыре часа никто из нас ничего и никого не нашел и Далон решил устроить привал. Выбрав комнату, мы зажгли прожектор, чтобы было лучше видно где мы находимся, он осветил помещение похожее на… Да нет, простая комната, как и все остальные, вся была обшита металлом, нас насторожило наличие небольшого шлюза в нижней части стены, надпись около которого гласила: "Аварийный вход № 0308/04". Все мы открыли сухпайки и принялись есть, только Далон продолжал смотреть на УКС, рассуждая вслух:

– Итак… В итоге мы прошли три километра жилых, подсобных и складских отсеков и так никого не нашли, кроме двадцати человек без голов, что очень странно, – его рассуждение никак не способствовало нахождению ответов, из-за чего он вздохнул и пробормотал: – Через час мы продолжим свой путь, а сейчас отдохнем.

Спустя несколько минут все заснули, датчик-часовой, стоявший в коридоре, охранял наш сон, а я все еще никак не мог устроиться. Несмотря на это мне стало немного спокойнее, вспомнилось как я вечером, при свете лампы, читал перед сном. Эти мысли сразу стерли из головы всех фантастических чудовищ обитающих на космических станциях в фильмах ужасов. Внезапно звенящую тишину дополнило тихое шаркание, доносившееся из коридора. По началу я подумал, что подобные звуки начал издавать датчик, но вслушавшись в новый звук, мня охватило легкое волнение. Подойдя к выходу и аккуратно выглянув в коридор, я стал всматриваться во мрак. Что-то явно приближалось к нам, хотя робот-часовой не поднимал тревогу. Почуяв не ладное я решил разбудить Далона и он, проснувшись, вышел со мной в коридор, надев шлем включил ПНВ и стал всматриваться вдаль. Тут дрон-часовой стал отправлять всем тревожные сигналы, в динамики шлемов, от чего многие сразу проснулись. Подождав немного, Далон приказал оставаться на месте, а сам пошел вперед и пройдя несколько метров, он сказал мне:

– Это раненный персонал, наконец-то мы нашли…

– Триарий, штаб-сержант, – произнес я, обращаясь к Далону и не услышав ответа побежал вперед, сняв оружие с предохранителя.

Увидев Далона лежащего под толпой людей, которые хотели разорвать его, я впал в легкое оцепенение, так как не рассчитывал встретится с подобным врагом. Они вели себя как животные: кусали броню, ломая зубы, били руками по шлему, пытаясь пробить его. Взяв себя в руки, я не медля открыл огонь на поражение. Одна за другой вылетали горячие гильзы и со звоном падали на стальной пол темного коридора. "Странные люди" погибали один за другим, они пытались набросится и на меня, но к моему счастью их было мало, а патронов в обойме много. Расправившись с нападающими и истратив около шестидесяти патронов, я перезарядил оружие и начал вытаскивать Нотивана из-под изрешеченных тел; после чего мы побежали к нашему убежищу, где меня встретили разбуженные новобранцы. После того как Далон отдышался, все задали банальный вопрос: "Что случилось?", но, не успев дождаться ответа, из прохода послышался рев и топот, приближавшийся к нам. Вскочив с места, я побежал закрывать дверь в комнату. Повернув рычаг герметизации, мой взор упал на шлюз.

– Живо туда! – скомандовал я, указывая на дверь.

Дернув за рычаг, Васл открыл небольшой люк и все члены отряда, полезли внутрь. Тем временем к нам стало ломиться что-то огромное, и в двери появилась вмятина, с каждым ударом она становилась все больше и глубже. Гвардейцы погружались в темноту тоннеля со скоростью: один человек в удар.

– Я туда не помещусь! – воскликнул Дрекс, когда подошла его очередь. – Я останусь тут и прикрою ваш отход!

– Поместишься, если оставишь все свои вещи! – ответил Райн, указывая на рюкзак.

Когда дверь треснула, я принялся стрелять в проем, в ответ прогремел яростный рев, но удары не прекратились.

– Какой же ты тяжелый! – с надрывом произнес Райн, пытаясь пропихнуть Дрекса.

– Ха! Сто сорок килограмм мышц! – с гордостью ответил монсон.

Дрекс хоть и пролез в тоннель, и вправду оказался слишком большим, поэтому, все кто остался позади, начали проталкивать здоровяка вперед.

– Кирэго, давай! – крикнул Райн, сидя у аварийного входа, когда все были уже внутри.

Услышав это, я рванул к шлюзу. Райн уже схватил прожектор, и когда я залез в тоннель, он закрыл проход, повернув рычаг. Через долю секунды, в люк что-то врезалось и рычаг с нашей стороны от удара выпал.

– Что все это было? – с дрожью в голосе спросил один из наемников.

– Не знаю, – коротко ответил я, будучи тоже до смерти напуганным.

– Здесь вся станция кишит такими штуками?! – испуганно спросил все тот же наемник.

– Эй, давай-ка проясним кое-что, наемник. Тебя сюда никто не тащил! Тебе говорили об опасности! – сказал Райн.

– Отставить, Дониван! – произнес Далон. – Ползем вперед!

– Как дальше?! Куда дальше? – продолжил лепетать наемник.

– Ты предлагаешь сидеть тут и сдохнуть? – ровно и невозмутимо спросил Васл.

– Вызовем подмогу! Пусть прилетит батальон и спасет нас! – взмолился наемник.

– Заткнись, ты! – рявкнул Далон. – Мои приказы не обсуждаются! Если тебе что-то не нравится, можешь вернуться или остаться тут, но когда мы доберемся до ангара, где нас будет ждать капитан Канор, за тобой никто не вернется, – после этих слов все стихли и, переведя дух, друг за другом поползли вперед.

Глава 6. Темные коридоры.

– Это шахта коммуникаций, – сообщил Васл по передатчику, будучи впереди всей группы, – будте аккуратны – падать высоко.

После того, как мы вытащили Дрекса на металлический карниз, где уже сидела часть нашей группы, Васл первый стал спускаться вниз. Заглянув в широкую шахту, которая уходила на несколько сотен метров в глубину, всем стало немного не по себе.

– Советую спускаться по одному, лестница здесь хлипкая, – прозвучал по передатчику голос Верта.

– Спустимся на два этажа ниже, – скомандовал Далон.

– Я на месте, все чисто, триарий штаб-сержант, – ответил Васл через некоторое время.

Спустившись на два уровня ниже, наша группа добрались до конца следующего аварийного коридора, где Васл дернул рычаг и медленно открыл люк. В проеме, в свете фонаря, мы увидели комнату похожую на лаборантскую. На близлежащих столах стояли прозрачные контейнеры с образцами грунта, а подле них находилась техника для проведения анализа. В углу комнаты лежал человек в халате, к которому был приколот бейджик с надписью "Доктор Горштац".

– Похоже он мертв, – сказал один из наемников осматривая тело, – но его не убили, возможно он умер от голода или от чего-нибудь еще…

Мы все столпились над телом бедняги, рассматривая его белое, как слоновая кость лицо. Райн наклонился к нему и поднял блокнот, который лежал рядом.

– Уходите, прячьтесь, бегите, они беспощадны ко всем, я последний кто остался в живых на этом уровне. Я не могу выбраться… Они уже здесь! – прочитал Райн зловещим голосом; кто-то из новобранцев не выдержал и начал лепетать:

– Что здесь произошло?! Я… Я не хочу так умирать!

– Заткнись, парень! Ты сам сюда напросился! – строго сказал Далон, подойдя к новобранцу. – Сейчас ты возьмешь себя в руки, ты понял?!

После того, как все успокоились, было решено передохнуть и обдумать дальнейшие действия. Васл проверил входную дверь, она была хорошо закрыта. У шлюза аварийного коридора был отломан рычаг и с нашей стороны его нельзя было открыть, Райн задвинул его столом, на всякий случай. От усталости и напряжения клонило ко сну. Через некоторое время я задремал, мне снилось построение в Земной части, идет награждение незнакомого мне человека. Затем я посмотрел в чем был одет и моментально оказался дома в своей прогулочной одежде, возле окна. Но вдруг закат сменился мраком, запылали сады и леса, странные существа, в виде темных силуэтов, прибыли на Землю, а затем я внезапно стал падать в пустоту. Мой сон прервали пронзительный ор и крики:

– Помогите!

– Что за дерьмо?! Мочи эту тушу!

– Васл, стреляй, стреляй же твою мать!

Спросонья услышав три выстрела из пистолета, я протер глаза и увидел в углу окровавленного новобранца Вову, он был из нашей роты. На месте уха у него почти ничего не осталось, щека также была вся в крови и имела глубокий след укуса.

– Ты совсем критин?! – разъяренно спрашивал Далон, пока Райн пытался сделать Вове перевязку. – Ты нарушил технику безопасности! Ты снял шлем!

– Да ладно, я тоже частенько спал без шлема во время дежурства. В них и так трудно дышать, а спать так вообще невозможно, – сказал Дониван, пытаясь оправдать Вову.

– Это было учебное дежурство! – яростно произнес Далон. – Про то что ты во время него спал, будет отдельный разговор!

Васл и Дрекс тем временем оттаскивали труп ученого с дырой в голове. Оказалось, что за час, который мы кимарили, как это не было странно, труп ожил, и набросился на солдата. Теперь последний сидел на полу, прибывая в шоке и не знал, что толком произошло.

– Теперь посмотри, что бывает, когда плюют на технику безопасности! Если бы у него был шлем, ничего бы подобного не произошло! – продолжал Далон, обращаясь уже к Райну.

– Кто мог предположить, что эта станция кишит зомби и труп оживет? – спросил Райн, закончив перевязывать Вову.

– Какие к черту зомби? Они только в кино, – сказал я, вмешавшись в разговор.

– А как вы объясните, что этот труп напал на Вову? – спросил Райн.

– Этому точно есть объяснение, – сказал Далон и, осмотрев всех, добавил: – Выдвигаемся прямо сейчас! Пора наконец выяснить что тут происходит и найти выживших!

Разблокировав дверь, мы слегка приоткрыли ее и выглянули в щель. Там было темно, ПНВ постепенно разряжались и я предложил экономить заряд. Проведя лучом фонаря по стенам коридора, я увидел четыре фигуры, нечеловеческого размера, скрывшиеся в темноте комнат. Райн и я открыли дверь шире, а Васл вышел первым и, после того как осмотрелся, подал сигнал: "можно идти". Выходя из комнаты я увидел, что дверь с наружи была вся расцарапана, а в углу лежал растерзанный гвардеец из штурм-группы. Наш отряд двинулся вперед, по бокам коридора было два помещения, слева была аудитория, справа лаборатория. Далон приказал разделиться: я, Райн и Дрекс пошли в лабораторию, все остальные пошли в аудиторию, кто-то остался в коридоре. В комнате было темно, луч фонаря просвечивал колбы с реактивами, которыми давно не пользовались. Вдруг одна из них упала и с дребезгом разбилась, обернувшись, я увидел Райна стоявшего в замешательстве, тем самым говоря: "простите", затем я повернулся обратно, чтобы продолжить свой путь и заметил в нескольких метрах от себя человеческую фигуру сидящую на четвереньках. Легкий страх заставил меня замереть на месте, все остальные последовали моему примеру.

– Что случилось? – взволнованно пробасил Дрекс.

– Тихо! – прошептал я.

Фигура сидела и не двигалась. Вдруг позади нас, в соседней комнате, раздалась очередь выстрелов. Машинально обернувшись, я увидел вспышки от пальбы. Все что произошло далее было молниеносно. Сидевшая в тени человеческая фигура накинулась на меня, подобно гепарду, и толкнула в стену. То одержимое и искаженное человеческое лицо, со стеклянными глазами – не забуду до конца жизни. Упав на пол, я поспешно хотел достать пистолет, но тут мой ПНВ погас, а двигаться в скафандре стало просто невозможно, он будто сопротивлялся мне. Когда я попытался сделать вдох и почувствовал, что свежего воздуха в моем шлеме больше нет, то последняя мысль, которая промелькнула у меня была: "Питательный элемент скафандра накрылся". Система скафандра, вывела углекислый газ, но отключилась во время подачи кислорода, а также перестала питать мой экзоскелет, принимавший на себя весь вес тяжелой брони. Через несколько секунд я потерял сознание.

Очнувшись, я увидел около себя Райна. Вдалеке, около двери, стояли Дрекс с раненым Вовой, они сторожили вход. Увидев, что я открыл глаза, Райн воскликнул:

– Ну наконец-то ты очнулся, ты долго был в отрубе!

– Погоди… – ответил я, пытаясь вспомнить, где я нахожусь и что происходит, – мой скафандр накрылся, так? Где все остальные?

– Таких прыжков я никогда не видел, это человекообразное так на тебя наскочило, что ты в стенку впечатался. Наверное в этот момент у тебя контакт отошел и скафандр отрубился. Повезло что заработал запасной, но ты уже к этому моменту был в отключке. Дрекс оттащил того ублюдка и расстрелял, а в аудитории была та еще заваруха. Все стали отстреливаться и отступать, во время этого отступления наш отряд разделился. Сейчас мы находимся в кабинете какого-то офицера.

– Ладно, нужно идти вперед, – подитожил я, и встав на ноги запросил результаты диагностики своего скафандра по УКС.

"Состояние – стабильное. Введен в эксплуатацию вспомогательный питательный элемент. Причина сбоя основного питательного элемента – не установлена, обратитесь в службу поддержки" – в конце, под всем этим текстом, остался номер службы поддержки.

– Ты связывался с Далоном? – спросил я, закончив читать сообщение.

– Пробовал выходить на связь каждые несколько минут, можно попробовать еще раз.

– Триарий штаб-сержант, прием, вы слышите? – сказал я по рации, прислонив пальцы к наружной части шлема, где находится ухо.

– Слышу хорошо, гастат Кирэго. Как обстановка?

– Готов к бою! Я предлагаю продвигаться к выходу на другой стороне станции и продолжать искать выживших.

– Согласен. Назначаю вас командиром группы, отбой штаб-сержант Кирэго.

– Так точно, триарий штаб-сержант! – ответил я.

Завершив сеанс связи, я открыл голограмму схемы горнодобывающей станции. В голове все еще гудело и что-то давило в затылке. Стараясь сосредоточиться на карте, я начал проговаривать:

– До точки встречи, нам надо пройти: третий, шестой, восьмой, одиннадцатый и тринадцатый сектора. В каждом секторе наверное толпы врагов, будем действовать максимально скрытно.

– Можно попробовать через аварийные тоннели, – предложил Райн.

– Нет, я все же надеюсь встретить хоть кого-то живого по дороге.

Проверив и перезарядив оружие мы вышли из нашего временного убежища. Вокруг все было тихо и спокойно, у меня сложилось впечатление, что мы были в городе—призраке, где не наблюдалось присутствие человека долгое время.

– Интересно, что тут вообще происходит? – спросил Райн. – Что за мутанты с зомби тут околачиваются?

– Может это военная разработка галлов? – предположил Вова.

– Чего?! – воскликнул Райн. – Делать им нечего, я конечно многое слышал об их прогрессе в биологическом оружии, но это слишком мерзко, даже для них.

– Какая разница? По-моему, сейчас главное здесь не сгинуть, как все кто тут работал, – ответил я.

Спустя некоторое время нашего блуждания по станции, мы проходили мимо очередной столовой, Райн внезапно сказал:

– О!

На это восклицание я молниеносно отреагировал, выставив оружие в ту сторону, куда смотрел Дониван и уже приготовился стрелять, как он залепетал:

– Погодите, погодите, погодите! Триарий штаб-сержант, это просто столовая. Я просто увидел очередную столовую и хотел предложить зайти.

– Черт, Райн, ты только о еде думаешь? – спросил я, перестав целиться в проход столовой.

– У нас не так много припасов осталось, все основные запасы у второй группы.

– Ладно, всем на изготовку, – приказал я и когда все заняли свои позиции, добавил: – Вперед.

Убедившись, что внутри безопасно, я приказал Райну искать провизию, Дрекс тем временем стоял у входа, я и Вова обходили саму столовую. В свете фонаря блестели гильзы на полу, видимо здесь была перестрелка. Опрокинутые стулья, хаотично валялись вместе со столовыми приборами. Никаких тел врагов или своих тут не было. Пройдя чуть дальше, я увидел огромную пробоину в стене, тем временем Райн вышел из кухни с кастрюлей в руках.

– Лучше положи, – сказал я завидев довольного Донивана, – не известно что это, лучше поищи сухпаек.

– Да ладно вам, триарий штаб-сержант, меня уже тошнит от этой дряни… – сказал Райн, будто ребенок, которого заставляют есть кашу.

– Говорю же – положи! Найди сухпаек или еще чего в морозилке, – настаивал я.

– Ладно, как скажете.

– Видишь в стене дыра, – сказал я Райну, когда тот вернулся с двумя пакетиками сухпайка, и указав на проход, добавил: – Если посмотреть по карте, то может так мы сократим дорогу.

Райн открыл карту, и подумав с пол минуты, сказал:

– Да, так будет короче, мы обойдем технические помещения, думаю выживших там нет. Мы же все равно не сможем обойти всю станцию.

– На кухне больше ничего нет? – спросил я перед тем как уходить.

– Морозилки все пустые, только два сухпайка. Надо искать еду, у нас осталось только по одной штуке на каждого.

– Займемся этим по дороге, – ответил я.

Глава 7. Да будет свет.

В течении нескольких часов, мы брели по станции, вздрагивая от каждого шороха. Ничего не указывало на присутствие неприятеля, за исключением гильз и следов от перестрелок. Спустя некоторое время наш маленький отряд пришел к комнате, где было три двери: Столовая, Жилые помещения и Сектор 4, но последняя оказалась сломанной и после нескольких нажатий на пульт управления, отказывалась подниматься.

– Черт! Мы прошли все это напрасно, просто впустую! – отчаянно воскликнул Дониван.

– Погоди, мы еще даже не осмотрелись, – перебил его я, разглядывая сломанную дверь.

– Не осмотрелись? А на что здесь смотреть?! Этот проход– был нашим единственным шансом попасть на другой конец этой гребаной станции!

– Тихо, мы на вражеской территории! – пробасил Дрекс.

Райн тяжело вздохнул, затем выдохнул и произнес:

– Все, я спокоен. Разрешите пойти в столовую, триарий штаб-сержант.

– Мы пойдем все вместе, разделяться нам не следует, – ответил я и жестом дал команду прикрыть меня.

Открыв дверь, я зашел внутрь, вокруг было тихо как в могиле. Убедившись, что здесь безопасно, я жестом показал: "за мной". В помещении стояли столы с пустой посудой, стулья аккуратно были задвинуты, видимо обед так и не состоялся. Когда все оказались в столовой, я и Райн пошли на кухню. В воздухе витали запахи протухшей еды, на полу стояли огромные кастрюли наполненные супом, который уже давно прокис. В морозилке я нашел пластиковый короб с макаронами и фрикадельками, видимо это была заготовка на ужин, такой порции хватило бы на целый отряд. Кстати как ни странно, но света на станции до сих пор не было, а вот двери и холодильники, к примеру, работали исправно.

– Отлично, вроде не пропало, – оценивающе сказал Райн, глядя на мою находку.

Поставив короб в микроволновку, я продолжил обыск кухни и наткнулся на коробку с консервами.

– Консервы – тоже не плохо, такие могут храниться около сотни лет.

– Боюсь не смогут, мы ими займемся, – улыбаясь сказал Райн, представив их вкус.

Через десять минут обед был готов, радости нашей не было предела, так как мы не ели очень давно.

– Смотрю их тут кормили покруче, чем в нашей части, – произнес Райн, с набитым ртом.

– Это точно! Меня так только дома кормили, как же я скучаю по этим временам, – произнес Вова.

– Смотри, как тут уютно и чисто, здесь по-моему обедал научный персонал, – ответил я, оглядываясь по сторонам.

– Какая же это гадость, – расстроенно пробасил Дрекс, через силу пережевывая фрикадельку.

– Сам ты гадость, не обижай эти наивкуснейшие фрикаделены! – произнес Райн, с шуточным уважительным тоном к мясному продукту.

– Сейчас бы сырой Земной зайчатины, вот это другой разговор, – пробасил монсон, смотря куда-то вдаль.

– Так это почти тоже самое, только поджарено на масле, – объяснил Райн.

– Людских извращений, нам никогда не понять, – заключил Дрекс, глядя себе в тарелку.

Когда все стали сытыми, мы вышли из столовой и пошли в жилые помещения. Там дверь тоже оказалась сломана, но к счастью она не закрылась до конца, мы все вместе приложили усилия и начали ее поднимать. Райн, видя что ничего не получается, с издевкой произнес:

– Мда, я слышал, что монсоны – сильные ребята, но как погляжу, наларли и то посильнее будут…

– Следи за словами, человек! – ответил Дрекс, приложив усилия, и дверь открылась.

Тут мы увидели то, от чего наш обед попросился обратно, вся комната была в какой-то вязкой слизи, люди были раскиданы по залу, видимо очень огромным существом, а по центру комнаты лежали трое солдат в элитной амуниции со вспоротыми животами и растерзанными лицами. В стене была дыра, которая тоже была в такой слизи. Другой дороги не было и я шагнул вперед, под ногами будто была мокрая хлюпающая глина. Эта слизь приставала к подошве и с трудом давала делать шаги.

– Откуда здесь все это? – спросил Вова.

– Я не знаю, но я бы не хотел выполнять наряд в этой комнате, – сказал Райн, перешагивая изъеденное тело.

– Черт, вы посмотрите! – воскликнул я, склонившись над тремя гвардейцами лежавшими по центру комнаты. – Это не просто элитные гвардейцы! – сначала показав на белый ободок нарисованный на шлеме, подобно короне принца, у одного из солдат, а затем на серебряную букву "A", припаянную к его грудному фрагменту брони, от чего все ребята замерли.

– У элитных гвардейцев буква "B", а это Белые береты! – с ужасом в голосе произнес Райн и наклонившись к телу, убрал слизь около буквы, а увидев рядом припаянную римскую цифру пять, он добавил нервным шепотом: – Да еще и пятого ранга!

– Если даже их здесь убили, то и нам осталось немного, – с дрожью в голосе сказал Вова.

– Отставить, гвардейцы! – рявкнул я и оглядел своих друзей, которые тем временем зачарованно смотрели на трупы лучших солдат Космической гвардии. – Вспомните, что нам говорил мастер-сержант Том: "Белые береты никак не смогут сдержать натиск врага без пехотных подразделений", здесь была отстойная пехота, господа, мы таковой не являемся! Вы поняли?!

– Так точно, триарий штаб-сержант! – хором отозвались Райн, Дрекс и Вова.

– За мной! – скомандовал я и направился к дыре в стене. Оказавшись у прохода, я посветил в нее фонариком.

– Надеюсь мы туда не полезем, триарий штаб-сержант? – спросил Райн, стоя позади меня.

– Штанишки намокли, Райн? – ухмыльнулся Дрекс и толкнул его плечом.

– Попридержи язык, громила, мы тебя туда первым запихнем, чтобы ты прочистил проход! – ответил ему Райн.

– Сейчас ты сам полетишь туда! – угрожающе пробасил Дрекс и указал на дыру в стене.

– Отставить! Заткнулись оба! – скомандовал я, и посветил на них фонариком. – Я пойду первым, прикрывайте тыл. Вова, за мной, прикроешь меня.

Медленно ступая по хлюпающей слизи, мы пошли вперед. Сам проход представлял из себя круглый тоннель, который как будто был чем-то вырезан.

– Как будто использовали резак, – сказал я, проведя пальцами по стене.

– Это точно, кроме него вряд ли есть что еще, что сможет пропилить армированный бетон и горную породу, – согласился Вова.

Через несколько метров нам показался конец прохода.

– Внимание, проход заканчивается, всем быть наготове! – предупредил я, немного замедлив шаг, будто после этих слов нас точно что-то ждет.

Наш отряд оказался в большом помещении, где стоял какой-то здоровенный агрегат, он будто спал подобно огромному зверю.

– Похоже на запасной генератор, – заявил Дрекс, освещая железного гиганта своим подствольным фонариком.

– Так оно и есть, – Вова указал рукой вдаль, – смотрите, там панель управления.

– Рядовой Владимир, включи генератор, – приказал я, но сразу почувствовал, что это плохая идея, правда потом, уговаривая себя добавил: – Заряд у фонарей не бесконечен.

Вова тем временем пошел исполнять мой приказ.

– Я думаю лучше не надо, – пробасил Дрекс, будто тоже ощущая ненадежность этой идеи, от этого верность моего решения пошатнулась еще больше.

Райн посмотрел на Дрекса и сказал:

– Да тебе все "лучше не надо", Арторий прав, фонари долго не протянут, врубай Вова!

Раздался щелчок, стальной гигант проснулся и загудел, загрохотал, а затем прозвучал женский голос: "Резервный генератор включен, подача энергии возобновлена". Свет в помещении загорелся и осветил страшный зал.

К потолку и стенам были прилеплены полусъеденные люди, некоторые из них еще подавали признаки жизни. Внезапно на мой УКС поступил вызов:

– Штаб-сержант Кирэго, что вы натворили, докладывайте! – раздался разъяренный голос Далона, на фоне выстрелов.

– Мы… Мы включили реактор, триарий штаб-сержант, – запинаясь ответил я, все еще шокированный картиной под сводом технического помещения.

В рации, в это время, были слышны крики, выстрелы и команды Далона: "Васл огонь прикрытия! Фред гранату на три часа! Мочи их вашу мать, мочи! Отступаем, бежим к той двери! Антон, оставь его, он уже мертв!". Через некоторое время крики и выстрелы стихли, что-то скрипнуло и я вновь услышал голос Далона:

– Что у вас там? Докладывайте, штаб-сержант Кирэго!

– Зал со слизью… – ответил я, с любопытством рассматривая потолок, вместе с тем испытывая отвращение.

– Приказываю: немедленно уходите оттуда! Уходите! Мы только что были в таком же помещении и потеряли пятерых, уходите немедленно, вы меня слышите?!

Тут с потолка полезли странные существа, их темно-фиолетовая кожа была покрыта чем-то прозрачным и блестящим, размером они были чуть больше собаки. На их длинных хвостах было что-то на подобие иглы, которую они по началу прятали в самом хвосте. Особый ужас наводила вытянутая голова, где размещалась пара больших, подобно теннисным мячикам, выпирающих черного цвета глаз. Все острые зубы у этого животного были выставлены плотным рядом на показ. Существа вылезали из слоев жижи на потолке и стенах, будто из гнезд.

– Двинули! – воскликнул я, моя фраза пробудила всех и мы побежали в сторону открытой двери, на другом конце зала.

Когда все оказались внутри, я нажал на кнопку экстренной герметизации. Звери с разбегу стали прыгать в щель между закрывающимися ставнями, но не смогли пролезть. Когда проход закрылся, было слышно, как они царапали дверь и пытались пробраться к нам… В конце нашего очередного коридора в свете мигающих ламп, виднелась дверь с надписью: "Сектор 6".

Глава 8. Выживший.

За раздвижной дверью оказалась кабина лифта. Пути обратно не было и мы, зайдя внутрь, поехали вниз. Лифт заскрипел и медленно стал спускаться. С каждой минутой мы оказывались глубже и глубже. Наконец кабина остановилась, двери открылись и перед нами предстал очередной плохо освещенный широкий коридор, лампы в некоторых местах были разбиты. Справа от нас была огромная переборка, которая по всей видимости поднималась вверх.

– И снова коридор, какая же здесь скукота! – заявил Райн. – Здесь есть второй выход?

– У нас нет выбора, назад мы не вернемся, значит нужно идти вперед, – с ноткой обреченности пробасил Вова.

– Да, нам повезло, – сказал я, разглядывая карту, – вперед, за мной.

– Эта миссия наверняка заранее была отмечена как проваленная. Тут полегла вся гвардейская охрана и несколько штурмовых групп и еще Белые береты, а эти ребята знают толк в ведении боя, – заявил Райн, – не понимаю, зачем нас сюда отправили, на убой что-ли?

– Считай это посвящение в рыцари, – с усмешкой ответил я, – мы станем спец-отрядом.

– Дохлым спец-отрядом, триарий штаб-сержант. Сомневаюсь, что группе Далона удасться выжить тут, а что касается нас, то нам пока везет.

– Но мы еще живы, давай постараемся сделать все для этого, ладно? – спросил я.

Райн ничего не ответил и продолжил идти вперед, держа наготове автомат.

Некоторое время мы шли прямо, затем у развилки повернули налево. Весь этот тоннель был намного выше и шире, чем все предидущее, которые мы видели до этого, и по пути нам иногда встречались небольшие грузовые машины.

– Ммм! – протянул я, поднимая указательный палец вверх, одновременно на ходу смотря на карту. – Мы сейчас идем к месту раскопок, по этим тоннелям вывозили грунт.

– А вот и КПП, – сказал Вова, завидев впереди пост, – окно заколочено изнутри, там наверняка кто-то есть.

Подойдя к забаррикадированному окну регистрации, я постучал в него, но в ответ была тишина. Затем я снова постучал и добавил:

– Есть кто? Код восемь тринадцать!

(Данный код сообщает о прибытии гвардейской подмоги или эвакуации он активно использовался до восьмидесятых). Неожиданно внутри послышался шорох, дверь открылась и к нам вышел солдат, который с трудом отдал честь и сказал:

– Старший сержант, Дрейк Алдовар, девяносто пятая штурм-группа…

Да, это был он – тот самый сын мастер-сержанта Тома, цел и невредим.

– Штаб-сержант Арториус Кирэго, спасательный отряд с Земли, – отдав честь, ответил я, – мы прибыли узнать, что здесь произошло и остался ли кто в живых.

– Боюсь я остался один из немногих, я оказался здесь случайно, наряд получил от лейтенанта Фагтио. Когда началась заваруха, внутренняя связь накрылась.

– Нам нужно уходить отсюда. Что за ворота в конце этого тоннеля? – спросил я, указывая в сторону откуда мы пришли.

– Шлюз с выходом на поверхность Марса, по нему вывозили грунт. Но без кода доступа офицера, через него не пройти.

– Ладно, тогда идем дальше, – скомандовал я, – можешь держать оружие?

– Да, конечно! – ответил он, взяв в руки свой автомат, и немного погодя добавил: – Не думал что сюда кого-то отправят, я тут уже около четырех дней.

– Сюда отправили даже Белые береты, не повезло ребятам, – сказал Райн.

– Да ну! Я их здесь не видел, – воскликнул Дрейк. – Единственный кто здесь прошел, за все время, так только какой-то товандианец. Он случайно не с вами?

– Нет, не с нами, – ответил я, не припоминая среди добровольцев товандианцев, и посмотрел на реакцию Райна.

– Может прислали еще один отряд? – предположил Дониван, но явно был неуверен в своей догадке.

– Что он здесь делал? – спросил я у Дрейка. – Товандианцы редко устраиваются на подобные предприятия.

– Ну да, товандианец и горнодобывающий комплекс – странное сочетание, – подтвердил Райн. – Им подавай научные комплексы, с полным комфортом…

– Не знаю, я с ним не разговаривал и никогда до этого не видел, на своего он не был похож, поэтому и затаился.

– Если не свой, нужно было застрелить, – сказал Райн.

– А если это был свой? – спросил я.

– Ему бы не повезло, – с нотой печали пробасил Дрекс.

Пройдя чуть дальше по тоннелю, мы наткнулись на еще один лифт ведущий вниз. Также возле него было два прохода, находящихся в стене, около которых висели таблички: Склад и Доктор Руниген.

– Идем сначала к доктору, – приказал я, указывая на выломанную дверь, с фамилией ученого.

В помещении на животе лежал убитый человек. Наша команда рассредоточилась в поисках ответов на то, что здесь случилось. Дрекс подошел к трупу, перевернул его и сказал:

– Был убит выстрелом в голову, – заключил Дрекс.

– Жаль его, хороший был человек, – со скорбью произнес Дрейк, – помню он частенько прикрывал нас, когда мы уходили в самоволку.

В кабинете было все перерыто, видимо кто-то что-то искал.

– Райн, иди и обыщи склад, может найдешь там что-то полезное.

– Так точно, триарий штаб-сержант.

В это время я попытался связаться с Далоном, но сигнал так и не поймал.

– Думаю мы слишком глубоко, чтобы иметь возможность выйти на связь, – произнес Вова, наблюдая за моими безуспешными попытками.

– Триарий штаб-сержант, – отрапортовал Райн, вернувшись с задания, – склады осмотрены, там оказались только ящики со всякими запчастями для горнодобывающей аппаратуры.

– Тогда идем дальше, – сказал я, отключая УКС.

– Самое главное, что же конкретно произошло? – поинтересовался Райн, обращаясь к Дрейку, когда мы все зашли в лифт.

– Это начиналось странно, сначала стали пропадать люди, в секторе с реактором. Потом они возвращались, но немного необычно вели себя: заторможенная реакция, безучастие в разговорах и порой странные действия.

– Похоже на зомби-апокалипсис, – с усмешкой произнес Райн.

– Что это? – спросил Дрекс.

– Ну это когда все вокруг становятся зомби, вот тебе и зомби-апокалипсис, – ответил Райн.

– И что делают эти зомби?

– Едят тех, кто не зомби.

– Странно, у нас такое происходит, когда сильно не хватает еды, – обыденно ответил Дрекс, – или глупых волонтеров, которые считают нас дикарям.

Наконец лифт остановился, его двери открылись и мы оказались в большой пещере с высоким сводом, освещаемой несколькими прожекторами. Неподалеку располагалось семь небольших палаток, где по всей видимости изучали образцы грунта.

– Мда… В газетах об этом ничего не писали, – прокомментировав слова Дрейка, произнес Вова.

– Я никогда не верю газетам… – ответил Дрейк, – так вот, эти люди, которые вернулись, со временем перестали подчинятся приказам, а затем стали нападать на окружающих. На моих глазах один из них чуть не загрыз офицера… – Дрейк на миг замолчал, после чего снова продолжил: – А потом внезапно из сектора с генератором начали приходить какие-то хищники, они время от времени нападали на персонал.

– Откуда на Марсе зоопарк? – с удивлением спросил Райн.

– Что такое зоопарк? – спросил Дрекс.

– Вот тупая бошка, – пробормотал Райн, – зоопарк – это такое место, где держат разных животных. Люди могу прийти и посмотреть на них.

– А их потом едят? – искренне поинтересовался монсон.

– Нет, только смотрят, – с улыбкой произнес я.

– Какой неоправданный перевод мяса, – со вздохом ответил Дрекс.

– Большинство стало выдвигать теорию, что это мутировавшие крысы, ведь по другому все это было трудно объяснить. Но я однажды видел таких существ на фото, но не помню с какой они планеты. Они плотоядные, а слизь – их естественная среда обитания. Вопрос: как они попали сюда, мало кого волновал, нужно было избавиться от них. Нашу группу отправили на зачистку, сразу после первого нападения, но я тогда траванулся и физически не смог пойти. Группа пропала, а меня временно приставили к доктору Рунигену. На следующий день неожиданно вырубилось электричество, и меня отправили включить запасной генератор, так как я был ближе всего, но проходя мимо КПП, лейтенант Фагтио остановил меня и приказал, подменить его, а заодно выдал мне наряд по уборке КПП, так как я не отдал ему честь. Сам он побежал наверх, больше я его не видел. Затем на какое-то время электричество дали и мне на КПП пришло сообщение о помощи. Я воспользовался лейтенантским доступом к камерам слежения и увидел схватку против тех хищников и зомбированных людей в реакторном отсеке. Затем свет опять погас и я спрятался в будке КПП, где каждые несколько минут отправлял сигналы СОС со своего УКС.

Через некоторое время мы пришли к концу вырытого туннеля, где перед нами предстали полуоткрытые раздвижные двери, за которыми были слышны голоса…

Глава 9. Тайна красной планеты.

Посмотрев в щель, я успел увидеть двух солдат в форме песочного цвета. Рядом с ними был товандианец, который сидел на полу и по всей видимости медитировал. Солдаты стояли позади него и шепотом о чем-то говорили между собой. Через некоторое время товандианец пришел в себя, он неожиданно встал, повернулся к своим спутникам и сказал им что-то на галльском, после чего все трое быстро ушли. Райн тоже видел все происходящее и когда незнакомцы скрылись, спросил:

– Это у них клуб медитации что-ли?

– Не знаю… По-моему, те двое – галлы, если судить по их речи и внешнему виду, – ответил я.

– Похоже на то, а товандианец что с ними делает? Галлы вроде недолюбливают их. И что вообще они тут все забыли? Я сомневаюсь, что эта троица работала с нашими, – сказал Райн и посмотрел на меня, ожидая моего ответа.

– Дрейк, что здесь находится? – спросил я, продолжая смотреть через щель.

– Это самая важная часть станции, триарий штаб-сержант, здесь рабочие нашли необычный артефакт при добыче руды… Не знаю что это, но скорее всего что-то очень ценное, раз после его открытия через два дня сюда приехала целая археологическая экспедиция с охраной.

– Наверное Белые береты и прилетели с ними, – предположил я.

– Что такое медитация? – неожиданно спросил Дрекс.

– Это когда тебе не задают глупых вопросов, – спокойно ответил Райн.

Подождав еще несколько минут, по моему приказу Дрекс отодвинул дверь, и мы вошли внутрь. Пространство оказалось достаточно большим, оно не имело металлических подпорок, а стены и свод явно не подвергались каким либо механическим воздействиям, отчего это место больше походило на естественную марсианскую пещеру. По середине этого зала стоял кристалл прямоугольной формы с идеально ровными прямыми углами. Сам он был черным и не отражал свет, а внутри него, словно светлячок, перемещалось синее свечение. На полу вокруг кристалла, в каменной породе, виднелись останки существ очень похожих на людей. Все они лежали вокруг него, как будто их так специально положили.

Кристалл при моем приближении начал мерцать еще ярче, его свет манил меня и я подобно светлячку пошел к нему. Подойдя ближе, вокруг меня в мгновение ока образовалась пустота. Стало холодно и душно, кругом царила тишина и лишь изредка какой-то легкий ветерок приносил странные голоса, которые были произнесены на неведомом мне языке. Но вдруг темнота рассеялась и я оказался в каком-то парке, посреди неизвестного мне города. Вокруг меня ходили силуэты людей, но кем они были я не мог разглядеть. Тут было так спокойно и безмятежно, что мне это сразу напомнило Землю. Не успел я полностью разглядеть все вокруг, как неожиданно очутился в темной пещере, где стоял точно такой же кристалл, как на Марсе. Затем из-за него показалась большая фигура, она направлялась в мою сторону – существо очень похожее на человека. В этот момент кристалл ярко засиял, как звезда и я открыл глаза, лежа на полу марсианской пещеры. Голова раскалывалась от невыносимой боли, вокруг все казалось размытым, я не мог понять что точно происходит. Все это было похоже на сон. Кто-то снял с меня шлем и я смог свободно дышать, от чего я пришел в себя. Райн, заметив мое оживление, спросил:

– Триарий штаб-сержант, что случилось? Вы вдруг застыли, а потом дернулись и упали…

– Я не знаю, – тихо ответил я, когда более-менее пришел в себя, – по-моему я видел странный сон…

– Не знал что вы любитель болтать во сне, триарий штаб-сержант, – сказал Райн и сел около меня.

– По-моему, я и не болтаю, – хотя тело я уже ощущал, сил подняться у меня не было и я продолжил лежать.

– Нет, серьезно. Причем вы говорили на непонятном языке, это выглядело так, будто вы вели с кем-то беседу. Ладно полежите немного и пойдем.

– Нет, нужно идти прямо сейчас, – ответил я, но присев тут же ощутил, как что-то жидкое стало вытекать из носа, а на языке почувствовался металлический привкус.

– Черт, триарий штаб-сержант, держите! – воскликнул Райн, увидев как у меня пошла кровь. – Я же говорю, вам нужно отдохнуть.

– Дай мне побольше ваты и Аздрегидоз, по-моему, это он останавливает кровь?

– Так точно.

Избавившись от кровотечения из носа я встал и опять подошел к кристаллу, но ничего не произошло, он был черный как ночь и более не излучал свечение.

– Кто-нибудь видел свечение? – спросил я, не отрывая взгляда от кристалла.

– Никак нет, триарий штаб-сержант, – ответил Вова, стоя недалеко от меня.

– А когда мы только вошли сюда?

– Ни до, ни после, триарий штаб-сержант, – подтвердил Райн.

На стене небольшого вырытого тоннеля, куда ушли двое солдат и товандианец, висела табличка: "Сектор 8". Там нас ожидал подъем по лестнице. Голова продолжала гудеть и от каждого напряжения болела еще больше.

– Слушай Дрейк, а тут когда-нибудь люди терялись? – спросил Райн.

– Бывало несколько раз, но все находились.

– Тут столько этих секторов, столовых и прочей фигни, что мозги сломаешь.

– У всех сотрудников этой станции был УКС с навигацией, – пояснил Дрейк.

– Тише там, мы пришли, – прошептал Вова.

Перед нами оказалась простая дверь, приоткрыв ее, я опять увидел тех солдат в песочной форме. Один из них наставил пистолет на выжившего ученого, который был в синяках и ссадинах, и что-то спрашивал у бедолаги на ломаном гирронийском и не услышав ответа, ругался на галльском. Сомнений не осталось – эти трое из Галлии.

– Нам нужно напасть! – сказал Райн, приготовив свой автомат.

– Отставить, Райн, – сказал я, продолжая наблюдать за допросом.

– Но они убьют его, триарий штаб-сержант! – тихо воскликнул Дониван.

– Без тебя знаю, а еще я знаю, что тут они установили растяжку, – сказал я, аккуратно указывая на красный луч лазера, а затем посмотрел на Райна и увидев его смирение, продолжил: – Они пришли к тому кристаллу не нашим путем, а самым безопасным и сейчас уходят отсюда. Это они заварили всю эту кашу.

– Я мог бы обезвредить бомбу, – предложил Райн.

– Мы в невыгодном положении, они возьмут его в заложники и они знают куда отступать.

Затем мы услышали механическое движение за дверью и через мгновение мимо нас прошел андроид.

– Черт! Это же наши роботы! – шепотом воскликнул Дрейк. – Они обеспечивали безопасность!

– Их тут много? – спросил я, разглядывая проходившую мимо машину.

– Несколько сотен, их перевели сюда для помощи в раскопках.

– Они вооружены?

– Это АРТИ (Адаптационный Реагирующий Технический Интеллект) – боевая модель, лучше с ними не связываться, при нарушении протоколов безопасности они связываются друг с другом и действуют сообща.

Допрос ученого тем временем не давал результатов и товандианец махнул рукой, после чего галл выстрелил в доктора. Трое неизвестных переговорили между собой, а затем ушли, закрыв за собой дверь с надписью: "Офис 6". Райн тем временем принялся обезвреживать растяжку.

– Здесь изучали образцы из пещеры, – пояснил Дрейк, – раньше тут была платформа для оборудования. После приезда археологов многое перестроили.

– Готово, – прошептал Райн, – можно входить.

– Так, заходим все вместе и стреляем во все что движется, другого выхода у нас нет, – скомандовал я.

Когда все были готовы мы вломились в комнату и начали расстреливать андроидов, когда все засели перезаряжаться я весело сказал:

– Что-то хреновые из них бойцы.

Не успел я договорить, как из неоткуда появился андроид с автоматом и пошел к нам, ни у кого оружие не было готово к бою и я уже попрощался со светом, как заметил, что робот не стреляет. АРТИ просто прошагал мимо нас как ни в чем не бывало. Аккуратно поднявшись на ноги, мы увидели шагающих по комнате андроидов, которые абсолютно не обращали на нас внимание.

– Видимо протоколы защиты просто отключили, – сказал я, осматриваясь вокруг. – на перепрограммирование ушло бы больше времени.

– Почему бы нам тогда не грохнуть ту троицу диверсантов? – спросил Райн.

– Их нужно захватить и допросить, а не убивать. Мы можем убрать тех двоих и оставить товандианца, но получится ли нам его обезвредить?

– Всех троих уложим и нет проблем, если враг на нашей территории, его нужно уничтожить, верно? – спросил Райн.

– Мы можем их убить, но никто не ответит на вопрос: "Зачем было нужно нападать на этот комплекс". Начальство обязательно спросит: "Почему не притащили языка".

За дверью, куда ушли трое, был небольшой офис с несколькими подсобками. Мы были очень удивлены, когда обыскав все помещение, никого не нашли.

– Смотрите, это лифт что-ли? – спросил Дрекс, указывая на неприметные двери в одной из подсобок.

Там и вправду оказались двери лифта, очевидно было то, что галлы им воспользовались. Прождав некоторое время, лифт приехал обратно вниз, затем мы еле поместившись в кабине, нажали на единственную кнопку.

– Никогда не слышал о том что здесь есть лифт, наверное недавно построили, – сказал Дрейк.

– Куда мы приедем? – спросил Дрекс.

– Ну скорее всего где-нибудь в зале заседаний, – предположил Дрейк.

– Зачем им там лифт? – удивленно спросил Райн.

– Спросите у начальства, – ответил Дрейк.

Когда двери открылись и все вышли из кабины, то мы оказались в большой аудитории, где видимо проходили заседания или презентации.

– Ну вот, я так и говорил, – сказал Дрейк.

– Откуда ты узнал? – спросил Вова.

– Да тут весь комплекс нашпигован ими. Начальство считало, что такие аудитории должны быть везде, чтобы все группы могли "обсуждать проблемы и искать их рациональное решение", как говорил нам капитан.

– Им бы охранную систему, а не аудитории ставить надо было, – сказал Райн.

Внезапно мне пришел вызов от Далона:

– Прием, меня кто-нибудь слышит, где вы, прием?!

– Прием, триарий штаб-сержант, мы были под землей и нашли выжившего, как слышно?

– Отлично, Кирэго, теперь надо уходить отсюда! Мы в командном центре под номером тринадцать. Он отмечен, как засекреченный и неподалеку от него есть аварийные ангары. Мы только что вышли из аудитории и направляемся туда.

– Погодите, сейчас… – ответил я и развернул голограмму карты, в поисках тринадцатой аудитории, – нашел, маршрут проложен, отправляемся туда!

– Я уже связался с капитаном Канором, корабль прибудет в те ангары в течение десяти минут…

– Принято, триарий штаб-сержант, мы наткнулись на троих неизвестных, двое из них галлы, будте осторожны!

– Принято, отбой!

Это был тринадцатый сектор, видимо здесь находился командный состав станции, но сбежать они не успели.

– Слушай, Дрейк, а куда делась большая часть работников? Что-то вокруг никого. Когда мы прилетели сюда, то мы наткнулись на толпу зомби, а один из них меня укусил, – произнес Вова.

– Думаю, большинство побежали к изоляционному блоку, где будут оставаться, пока все тут не зачистят.

Из зала заседаний вело два выхода, один из них был заблокирован. Направившись к единственному свободному проходу, мы оказались в помещении, где находился еще один реактор, наверное этот агрегат предназначался для командного пункта, но он не работал, был поврежден. Отсюда вели два прохода: длинный темный коридор и проход к ангарам. Внезапно в тоннеле начало что-то скрестись, все ближе и ближе. Тут из него стали выбегать те хищники, с которыми мы встретились у первого генератора. Мы немедля, что есть духу, побежали по коридору к ангарам, отстреливаться от этих существ было бесполезно их было слишком много. Забежав в помещение шлюза, мы попытались закрыть за собой двери, но один из хищников успел протиснуть лапу между створками. Дрекс и я открыли огонь по ломящимся к нам тварям.

Райн в это время пытался взломать панель управления дверьми, которые не хотели открываться, так как для доступа в ангар необходимо закрыть обе двери шлюза.

– Черт, Райн, что так долго?! – крикнул я.

– Виноват, триарий штаб-сержант… У меня с собой нет андроида Р2… Который покрутит что-то и все откроется.

– Дрекс, гранату!

– Зазор маленький, далеко не кину, взорвется рядом – мы трупы.

– Арторий, я все сделал, – воскликнул Райн, но в его голосе не оказалось радости. – я все сделал, как учили, но эта треклятая дверь не открывается!

– Серия, что за серия?! – не отвлекаясь от стрельбы, спросил я.

– Последняя обойма! – тем временем пробасил Дрекс.

Чудища ломились к нам и жаждали пищи. Они начали оттаскивать убитых сородичей, чтобы открыть себе проход – умные гады.

– Вы где, прием? – в эфире раздался голос Далона. – Корабль прибудет через пять минут. Не иметь за собой хвоста!

– Эээ… У нас хвост! – ответил я.

– Избавьтесь от него немедленно!

В наш разговор вмешался Вова, в пылу боя никто не заметил, что он все это время сидел в углу, сняв шлем. У него изменилось лицо, оно стало немного искаженным словно Вова строил какую-то непонятную гримасу, цвет кожи был бледным, глаза стали стеклянными.

– Я что-то хреново себя чувствую… – пробормотал он хриплым голосом, после чего свалился на пол.

– Вове хреново! – крикнул нам Райн и кивнул в его сторону.

Взяв под руки гвардейца, я оттащил его подальше и спросил:

– Что, что не так? Ты ранен?

– Мне… – Вова закатил глаза и его внезапно вырвало, – мне очень больно!

– Держись! Мы выберемся и окажем тебе помощь!

Вдруг Вова достал гранату и дрожащим голосом прохрипел:

– Бегите! – после чего он зажал кнопку детонатора.

– Не делай глупостей, солдат! – пригрозил я, надеясь переубедить его, но ответа я не услышал, и взяв за плечо, я добавил: – Спасибо, Вов.

Время поджимало, хищники вот-вот прорвутся и нужно немедленно действовать. Быстро подбежав к Райну, я спросил:

– Серия, какая серия у этой панели?

– "Ферсис 8", но я уже…

– Ферсис восьмой, бьем мы ногой! – сказал я Райну и ударил панель ногой, после чего двери в ангар открылись.

Дрекс тем временем уже орудовал ножом, я и Райн схватили его за плечи и бегом побежали из шлюза. Не останавливаясь, мы побежали прочь. В это время раздались выстрелы, яростные крики Вовы и вопли собак, а затем произошел взрыв. Из прохода повалил дым и стал разгораться огонь, после чего произошел обвал. "Повезло что в ангаре работало силовое поле и когда мы открыли шлюз, нас не выкинуло вместе с хищниками прямо туда" – подумал я, завидев мерцающую прозрачную стену, отделявшую нас от поверхности Марса.

С другого конца зала к нам вышли Далон, Васл и трое наемников.

– Корабль прибудет через две минуты! – воскликнул Далон не теряя бдительности и осматривая все вокруг, когда мы встретились в центре ангара.

– Вова спас нас, возможно граната и обвал остановит тех тварей… – сказал я и, помолчав некоторое время, добавил: – Но все же не правильно было его бросать.

– Не переживай, Арториус, это было его собственное решение, но он поступил правильно, один троих не стоит, – сказал Далон, поняв о чем идет речь.

– Где остальные? Это вся ваша группа, триарий штаб-сержант? – спросил я.

– Они погибли, пока мы пробирались сюда, – спокойно ответил он.

– Все? Может еще кто-то выжил?

– Не будь дураком, Арториус, они погибли.

– Прием! Штаб-сержант Нотиван, мы прибудем через несколько секунд готовьтесь к посадке! – сказал капитан.

В этот момент наемник из группы Далона скрючился и заорал от боли. Мы все в страхе отступили от него и не успели задать вопрос: "что с тобой", как он свалился на пол и перестал подавать признаки жизни. В это время послышался глухой шум приближающегося корабля. Дрейк подошел к телу, присел и сказал:

– Он похоже мертв… Пульса нет!

Внезапно тело наемника начало непроизвольно шевелиться. Все отошли подальше, а Далон и Васл направились на корабль.

– Его нужно взять с собой! – крикнул я, но без приказа не стал действовать, Райн и Дрекс остались со мной.

– Глупости, Кирэго, у него нет пульса, а на корабле нет медика, он не жилец, – ответил Далон, стоя на пороге корабля.

– Мы можем хотя бы попытаться.

– Отставить, штаб-сержант Кирэго. Поднимись на корабль – это приказ.

Марсианские коридоры тогда явно изменили Нотивана, он почувствовал что такое разгар боя, а также что такое власть.

Вбежав по железному пандусу внутрь, вместе с Дрексом и Райном, я в последний момент оглянулся. Труп неизвестным образом исчез, а в конце дока стоял тот товандианец, он смотрел нам в след, точнее он смотрел прямо на меня. Шлюз закрылся и корабль начал вылетать из ангара. Канор вышел к нам из кабины пилота и обратился к Далону:

– Вы здесь – это хорошо, но есть и плохие новости, сюда прилетел галльский линкор. Опознавательных знаков у него нет, но галльский линкор я ни с чем не перепутаю. Видимо они кого-то хотят забрать от сюда…

– Мы не встретили никого из них! – сказал Далон.

– Тогда я не знаю по какой причине они здесь… – пожал плечами Канор.

– По-моему, это за теми галлами, которые были на станции! – сказал я.

В разговор вмешался пилот который крикнул Канору из кабины:

– Они готовятся к нападению! Приближается несколько истребителей!

– Попробуй обойти их и перейти в гиперпространство, – приказал капитан Канор, – валим отсюда куда угодно, только не отправь нас на Солнце или в другую галактику, нам еще на Землю возвращаться!

– Есть, триарий капитан!

Корабль начал гудеть и набирать скорость, все сидели скрестив пальцы. Через несколько минут наш корабль затих, и раздался ободряющий голос пилота:

– Мы вошли в гиперпространство и еще живы, вот это чудо!

Глава 10. Новое назначение.

"Орбис Прайм – тот же Ресал IX,

только вместо рынков – торговые центры,

а вместо мафии – Совет"

– неизвестный агент ЭКОР

Через некоторое время мы должны были вернуться на Землю, генерал ожидал нас. Далон незамедлительно пошел готовить рапорт, после моего подробного рассказа о сне, который я увидел возле черного камня и товандианце в сопровождении галлов, а нас отправил на обед.

Придя в кают-компанию последним, я увидел как за столом сидят все из нашего отряда, кроме Далона, и сонно едят полуфабрикаты состоящие из сомнительно ярких овощей. Те овощи, как будто были накачены чем-то радиоактивным или того хуже. Делать было нечего, я присел на сиденье вмонтированное в пол корабля, ткнул вилкой в кусочек моркови и положил его в рот. На вкус было наверное, как бумага приправленная сахаром и перцем или что-то вроде этого. Если вам дали такие овощи их можно есть только в том случае, когда есть больше нечего, после такого обеда у многих людей болит живот в течение двух дней. Это из-за того, что это блюдо хотели сделать универсальным, то есть чтобы оно подходило всем представителям рас. К сожалению людям немного не повезло и приходится терпеть, пока организм привыкнет переваривать этот корм. Обычно через пару недель ежедневного приема этой пищи, организм уже привыкает и единственное, что может не нравиться в этой еде, так это вкус.

Через какое-то время за столом началась беседа о том, как все мы выжили на Марсе, двое наемников микандров в разговоре не участвовали, они сидели отдельно от нас и о чем-то тихо беседовали. Помянув Вову и всех погибших на Марсе минутой молчания, каждый из нас сказал несколько слов, к нам присоединился даже Дрекс.

За нашим столом было высказано очень много теорий и догадок по поводу зомбированных людей, и цели прилета галльского линкора. За бурным разговором мы и не заметили как все съели. Потом мы рассказывали анекдоты, которые были не самые смешные и "бородатые", но иного способа развлечься не было. Вот один старый армейский анекдот: Был отдан приказ кинуть гранату на двенадцать часов, все солдаты разом кинули их вперед, только один из них кинул ее назад. Бешеный ротный подбежал к нему и заорал: "С какого ху* ты бл* творишь?!". Солдат отвечает: "Сейчас же шесть часов, а не двенадцать!".

– Мда… – протянул Дрейк и не желая слушать анекдоты Райна, поднял недавнюю тему разговора: – Галлы не просто так прилетели туда, их наверняка интересовали наши раскопки. Насколько мне известно… – вдруг Дрейк немного скрючился и сказал: – Что-то мне не хорошо, кажется овощи попались не очень…

– Мне тоже они не нравятся, – пробасил Дрекс.

Дрейк ничего не ответил и молча ушел. Райн сразу прокомментировал это:

– Эхх давно, не жрал армейскую стряпню, во как обрадовался. В столовых на Марсе выбор куда уж лучше, чем у нас.

Затем мы просидели в тишине некоторое время, попивая чай.

– Я слышал на Коленегиуме снова арену открыли… – неожиданно заявил Васл смотря куда-то вперед, – и там добавили новых персонажей.

Райн с удивлением посмотрел на Васла и спросил:

– Каких же?! Я помню кроме Мурмиллонов и Ретиариев там никого не было.

– Э нет! – возразил Васл, и повернувшись к Райну добавил: – Новых называют Бестиарий и Лаквеарий!

– Да ну! Откуда они таких названий понабрались? Язык сломаешь!

В разговор вмешался Далон:

– Эти названия придумали наши далекие предки в начале нашей эры!

– Так еще есть и не наша эра! – усмехнулся Райн.

– Да, есть! – ровно ответил Далон. – До нашей эры существовала Римская империя, в ее столице – Риме была арена, называлась она – Колизей, и построили ее уж в нашей эре. Там бились люди, как рабы и заключенные, так и просто люди для которых это была работа, их звали гладиаторами. Все они были по разному вооружены и одеты. Ретиарии были без тяжелой брони и вооружены сетью с трезубцем, Мурмиллоны были с коротким мечом и в шлеме в виде рыбы, Бестиарии сражались против диких зверей, а вот последний… Не помню…

– Лаквеарий, был вооружен ножом и лассо, – поддержал я Далона.

– Точно! Спасибо, Арториус.

Райн удивленно вытаращил на нас глаза и спросил:

– Мы че в клубе историков? Какие лассо? Какая рыба? Вот скажем дезерт – другое дело!

– Я просто знаю историю, так как увлекался ею, это было мое хобби, – ответил Далон.

– И че у этих "глади" не было ни "дезерта", ничего?!

– Нет, ты что! – с усмешкой возразил Нотиван. – Тогда и понятия не имели, что такое пистолет!

– Да ну, это просто кошмар! У людей нихрена ничего не было, это самая скучная часть истории, – ответил Райн и махнул рукой.

– Наоборот, люди выживали без всего этого и им это удавалось! Разве это не…

– Нафига ты тогда пошел в военное училище, историк ты наш? – прервал его Райн.

Их спор продолжался бы долго, пока мы не услышали крики Канора:

– Сюда! Все сюда!

Все сорвались с места и побежали по коридору на крики. Подбежав к капитану, мы увидели, что около его ног лежало опухшее тело похожее на человека.

Мастер-сержант Том так и не дождался своего последнего сына. По слухам когда он получил известие о гибели Дрейка, он достал пистолет и сразу застрелился, так погиб мастер-сержант Том Алдовар.

Когда тело Дрейка привезли на медицинскую экспертизу оказалось, что оно кишело паразитами. Попробовав обеденные овощи, они начали погибать, выделяя при этом своеобразную жидкость, это и послужило таким ужасным последствиям. Нам крупно повезло, что никто из нашего отряда не заразился, пока бродил по горнодобывающему комплексу, разве что кроме Вовы и одного из наемников.

После того, как весь комплекс на Марсе основательно зачистили, во время расследования было обнаружено, что все люди, которые нападали на нас были так же заражены этими паразитами, но особи оказались более зрелыми. Эти существа были искусственно выведенным организмом, созданным для одной цели: зомбировать своего носителя и пытаться заразить других; что делает этот вид биологического оружия незаменимым при массовом уничтожении всего живого. Но все же до зомбиапокалипсиса еще далеко, в конце концов тело носителя погибнет от истощения, а паразит погибнет вместе с ним. Самым интересным оказалось то, что паразиты могут жить и развиваться только в людях, они не выносят низких температур, а передаются только через зараженную воду и кровь. Эту теорию подтвердил факт наличия колоссального количества яиц этих существ в резервуарах с водой. Что же касается собакообразных тварей, живущих в слизи, то это и вправду оказались простые инопланетные хищники. Скорее всего их запустили в определенные части комплекса для большей неразберихи. Ко всему этому приложили руку галлы, ни у кого не было и сомнений. Вопросом оставалось лишь одно: "Как им удалось все это провернуть?". Император Галлии заявил, что не имеет ничего общего с организаторами этой операции и во всем виновата некая террористическая группировка "Зайгурд". Разумеется никто в это не поверил, но и доказательств о том, что на Марсе были галлы тоже не было, так как два галла в военной форме не являются весомым аргументом. Галла можно спокойно нанять на Ресале IX и форму для него можно купить там же. Все эти события явно были прелюдией к войне.

Дрейка кремировали и похоронили вместе с отцом на армейском кладбище на планете Донтанин.

Мы разошлись, когда стало ясно, что Дрейку уже не помочь. Скорбеть о потери солдат запрещал устав… Да и смысла не было, Дрейку было уже все равно. Его останки мы заморозили в стазис-капсуле, для отправки на медицинскую экспертизу.

Выйдя из гиперпространства, недалеко от Земли, к Далону "прилетела" весточка от генерала, но не о поздравлении с выполненным заданием, а отправкой на новое. Путь был далекий – на Орбис Прайм, нужно было отправляться немедленно так как нами заинтересовался сам Совет. Корабль незамедлительно развернулся и снова перешел в гиперпространство. Тем временем весь экипаж расположился в стазис-капсулах и погрузился в глубокий сон.

Через неделю мы прибыли в пункт назначения. Из забвения меня вырвал некий толчок, отчего я открыл глаза. Сейчас на Земле все встают на работу и я рефлекторно проснулся чуть раньше, но в другой системе другие правила и другое время.

Галактический новый темпус, или год, исчисляется от дня основания ГМП (Галактический Межгосударственный Президиум). В галактическом календаре сиркум, то есть сутки, равняются двадцати пяти мултумам, или часам, такой стандарт установили товандианцы и люди, во время создания союза в 2257 году, выбрав это число из-за того, что на Земле сутки равняются двадцати четырем часам, а на Товане двадцати шести; число двадцать пять является компромиссом. В году решили сделать 365 дней, как на Товане и Земле. Самым удивительным оказалось то, что товандианцы использовали идентичные с людьми стандарты измерения времени, расстояния и тд. Объяснение такому фантастическому совпадению долго не могли найти, ответ на этот феномен перевернул понятие об эволюции человека и прочих известных рас. Но не будем забегать вперед.

Кто не летал в стазис-капсулах могу рассказать, что у них существует несколько видов "заморозки" пассажира. Тот который я недавно использовал – средний, не больше недели, более длительные спячки, могут продлиться до десяти лет. При погружении в спячку, автоматизированная система понижает температуру тела до 32 градусов при помощи охлаждающего газа. Питание подается внутривенно в течение всего полета. Подача питания и завершение программы стазиса отключаются за час до запланированного пробуждения, но некоторые просыпаются почти сразу после отключения подачи питательных веществ. Первое желание, которое появляется после сна в стазис-капсуле – это желание поесть, точнее ощутить вкус пищи. В инструкции техники безопасности написано, что после стазиса нельзя употреблять более двухсот грамм стандартного пайка.

После обеда я пошел в кают-компанию и сев за компьютер, решил узнать – куда мы направляемся, но сперва – немного истории.

Галактика делится на четыре части, четыре страны: Гиррония, Амрегия, Анрилия и Галлия.

Гиррония – страна занимающая самое большое пространство галактики, почти целую половину. На ее территориях находятся родные планетные системы товандианцев, монсонов и людей. Вся страна поделена на десятки СПС (Союз Планетных Систем – по большей части это политический термин, обозначающий объединение нескольких определенных планетных систем под чьим-либо руководством. Столичная СПС включает в себя несколько планетных систем, в большинстве которых находятся пригодные для жизни планеты. Кстати не редки случаи, когда несколько СПС могут объединиться внутри государства), а также на отдельные планеты, которые имеют свой суверенитет. Гиррония не находится во власти одной расы, как к примеру Анрилия, Амрегия и Галлия. Изначально колонизацией галактики занимался союз ОТЧ (Объединение Товандианцев и Человечества) с 2305 года и право на управление имело лишь оно, но затем, в 2386, ими была обнаружена раса наларли, которые уже колонизировали определенную часть галактики. Официально Гиррония зародилась 2622 году, после Интернациональной войны людей и товандианцев, которую спровоцировало человечество, начав вытеснять некогда своих спасителей с колонизированных общими усилиями планет. Встав на ноги, люди испугались, что товандианцы могут превратиться в серьезную угрозу и не придумали ничего лучше, как начать активно заселять всевозможные колонии, дабы иметь численный перевес в случае войны. Но люди не понимали, что прогресс товандианцев позволит им противостоять человечеству, даже если бы оно заняло все планеты, которые ОТЧ успело открыть. Десятилетний конфликт мог закончиться полным истреблением людей, если бы не вмешательство миролюбивых наларли. Помирив два народа, они тем самым заслужили место в Совете Гирронии.

Амрегия и Анрилия имеют схожее происхождение, они являются территориями представителей своей расы, которые единолично колонизировали их.

Амрегией владеют – микандры, а Анрилией – наларли. Гиррония же является собственностью всех, кто приложил усилия к ее созданию, хотя люди и товандианцы все же сохранили свое право на решающий голос, так как каждая из этих рас не имеет собственные государства, а владеет лишь СПС.

Галлия вовсе не вписывалась в эту картину, основные ее территории, где жили сами галлы, располагались в соседней галактике Андромеды. О них ничего не было бы известно, если бы товандианцы не создали огромную телепортационную установку для полета в галактику Андромеды, в 2690 году. Тогда же галлы и вторглись в Млечный путь, начав Межгалактическую войну.

Орбис Прайм, куда мы собственно летели – это столица Гирронии, огромная жилая станция, как наша Земля, только в сто раз больше. Здесь проживает более пятиста миллиардов представителей всех рас. Здесь же находится Совет, выполняющий функцию правления Гирронией, в него входят: Микандры, Товандианцы, Наларли и Люди. Среди них нет только монсонов, за их чрезмерную агрессию и расизм, хотя на мой взгляд люди ничем от них не отличаются, а также галлов, ввиду их враждебного настроя ко всем жителям Млечного пути. Строительство Орбис Прайма осуществлялось совместными усилиями товандианцев, людей, наларли и продлилось сто семьдесят шесть лет, завершившись в 2798 году.

Для тех, кто всю жизнь провел у себя, на далекой—далекой планете, на краю галактики, расскажу про расы.

Микандры – жители планеты Кондор, существа очень похожие на людей. Внешне отличаются пожалуй только высоким ростом, худощавым телосложением, смуглой кожей, заостренными ушами, фиолетовыми или желтыми глазами и слегка глубокими глазницами. У большинства микандров длинные белые волосы, иногда встречаются представители с черными. Несмотря на отличия, чистокровного микандра зачастую можно принять за человека и это может его оскорбить, поэтому микандры часто стараются делать прически, где видны их заостренные уши или же при знакомстве они укладывают волосы за ухо.

Выходцы с Кондора сдержанны, молчаливы и злопамятны, они стараются проявлять уважение и такт в беседе, но вместе с тем всегда принижают своего собеседника. При длительном общении может показаться, что микандр просто ненавидит тебя и даже хочет убить, но это в основном относится только к приверженцам учения Мундиоса Эсента, считающих любые контакты с иными расами – аморальными. Остальные же стараются выглядеть миролюбивыми и доброжелательными.

Во время Дуэльной войны, когда микандры в одиночку противостояли галлам, они доказали всей галактике, что могут за себя постоять, хоть им обошлось это большими потерями. Бьются микандры всегда отчаянно и фанатично, что делает их страшным противником.

Товандианцы, с планеты Тован, первая цивилизация освоившая межзвездные полеты.

Ростом не выше человека, с кожей бледно—зеленого цвета, чаще всего, с оранжево-синим оттенком; имеют вытянутое лицо с острыми чертами, впалыми щеками, прямым и приплюснутым острым носом с широкой переносицей, который является продолжением лба. По бокам длинной шеи, от ее основания, идут густые волосы и соединяются с короткими зачесанными наверх волосами на голове и бровями. На каждой щеке у товандианцев есть небольшой пучок волос, на уровне тонких губ, которые они любят украшать. Цвет волосяного покрова всегда в виде сочетания ярких и темных цветов, к примеру: черный и оранжевый. Товандианцы четырехпалые, на руках у них присутствуют острые когти. Строение ног как у Земных собак – они ходят на мысках. Несмотря на то, что товандианцы выглядят худощавыми они очень сильные, а их кости прочнее человеческих в два раза. Еще одной особенностью этих жителей Тована, является их слегка вибрирующий голос, который многие находят успокаивающим.

Люди прозвали товандианцев "Тованские рыцари", когда те стали помогать восстанавливать Землю в 2221 году, после катастрофы. И вправду товандианцы напоминают этаких рыцарей из старых людских романов: отважные, преданные, великодушные, учтивые и честные. Кстати у товандианцев есть звание "рыцаря" – Тиспо, когда товандианец становится совершеннолетним и должен идти в армию, его отец вручает ему платиновый напальчник, с фамильным гербом, на указательный палец – это ритуал посвящения в Тиспо. Сам напальчник пропускает через себя коготь и прикрывает его у основания, предотвращая риск сломать его в дуэли за свое имя. Звание Тиспо можно потерять если нарушить Кодекс товандианской чести.

Товандианцы первыми начали осваивать космос, во время своих странствий они нашли цивилизацию людей, которые были на грани вымирания. Когда Земля и человечество снова обрели силу, образовался союз ОТЧ (Объединение Товандианцев и Человечества), после чего началась совместная колонизация галактики.

Наларли, с планеты Имонио три, так же очень похожи на человека.

Отличаются сиреневыми глазами и белой, как снег кожей. У женщин она имеет нежно розовый оттенок, а у мужчин он более холодный. Волосяного покрова у наларли нет, кроме ресниц; брови у них выглядят в виде тонких дуг кремового цвета, скулы и нижнюю часть лба украшают узоры того же цвета. На голове у них вместо волос присутствуют гладкие длинные отростки, того же цвета что и кожа, толщиной с два пальца и длинной не более сорока сантиметров; наларли называют их "плокамиа". Самые длинные плокамиа растут от верхней части лба, а самые короткие, те что около десяти сантиметров, чуть ниже затылка. Уши у наларли выглядят в виде прорезей под самыми крайними плокамиа.

Плокамиа у женщин мягче и нежнее, чем у мужчин. Наларли часто укладывают их назад закрепляя специальным ободком немного выше основания шеи. Иногда их обвязывают лентами или делают на них татуировки. Наларли так же умеют немного шевелить кончиками плокамиа, когда испытывают сильные эмоции.

Наларли очень жизнерадостны, миролюбивы и общительны. Некоторые из них бывают даже наивные, словно дети. Можно смело сказать, что это самые добродушные разумные существа в этой галактике, хотя и здесь находится много исключений. Наларли занимают важную роль в развитии галактики, они часто предотвращают конфликты между остальными народами, к примеру Интернациональная война. Если бы наларли не вмешались в войну людей и товандианцев, человечество вновь бы оказалось на грани уничтожения, как когда-то.

Существует мнение, что наларли не способны постоять за себя, ввиду их неприязни к насилию, но это вовсе не правда. Среди наларли есть хорошие солдаты, многие из них служат в элитных подразделениях, а некоторые стали агентами ЭКОР (Элитный Корпус Обороны и Разведки – был создан в 2708 году для обеспечения безопасности Гирронии).

Галлы – еще одна раса, похожая на людей. У них гладкая кожа, без волосяного покрова, пепельного цвета немного отдающая в синеву. Глаза без белков светло-зеленого холодного оттенка. Нос у галлов отсутствует, они дышат через некое подобие жабр на шее и хотя они могут различать слабые запахи, для более точного анализа они временами высовывают язык подобно Земным змеям, только он у них как у людей, но чуть длиннее. Завершает их не приятный образ сильно вибрирующий голос.

По своей природе галлы агрессивный народ и доказали это, когда товандианцы переместились в галактику Андромеды, с помощью телепортационной станции. Галлы незамедлительно атаковали экспедиторскую группу и ринулись в Млечный путь, при помощи станции товандианцев, это был 2690 год нашей эры. В те же времена, через десять лет, была создана Космическая гвардия.

Галлы редко покидают свою родину и в основном проводят время на колонизированных планетах или на своих родных в галактике Андромеды.

Ну про людей вы уж точно наслышаны, так как мало кому посчастливилось их не встречать. Они, как я уже говорил, похожи на микандров и наларли, но очень сильно отличаются натурой. Люди алчные, порочные, жестокие и мерзкие существа, всегда тайно преследующие свои цели, во имя них они могут предать, или даже убить кого угодно и как угодно. Так же вместе с жестокостью у них есть страх и он может так же сподвигнуть на любое деяние. Было очень много войн, где люди безжалостно убивали и истребляли друг друга, порой из-за веры в того, кого никогда не видели.

Хотя я являюсь на половину человеком, на половину микандром, а в моей КЛД и написано то, что я человек, я хотел бы называться микандром; правда в обществе самих микандров это выглядело бы глупо, так как у меня нет заостренных ушей, которые те любят выставлять на показ. Но это все не так важно, важно то, куда мы летим.

Орбис Прайм – заведение серьезное и охраняться тоже должно серьезно. Везде ведется слежение, за каждым сектором, так что заключать всякие неофициальные сделки лучше подальше от сюда, к примеру на Ресале IX. Также Орбис Прайм хорошо защищен от вторжений из космоса, около каждого дока есть как минимум пятнадцать орудий класса «Космо-ликвидатор». Так, что взять штурмом эту станцию не получится, по крайней мере так написано в Галархиве (Галактический архив – сборник огромного количества информации для общедоступного обмена и редактирования).

– Надо бы поесть, – внезапно раздался в коридоре бас Дрекса, – а то я скоро не смогу перекричать свой урчащий живот.

– Точно, умираю с голоду! – поддержал Райн, входя в кают-компанию и когда увидел меня воскликнул: – О! Привет, Арторий, как спалось?

– Вроде не плохо, в последний раз я так летал в детстве… Мы тогда навещали наших родственников.

– Да… А теперь ты летишь на Орбис Прайм, к Совету… – задумчиво произнес Далон, который неожиданно оказался сидящим в другом углу кают-компании. – Мог ты такое представить год назад?

– Смотрю ты нервничаешь, Нотиван? – с усмешкой спросил Райн и сел за стол, ставя перед собой коробочку с завтраком. – Совет не будет вызывать по пустякам, так ведь?

– А кто не будет нервничать? – спросил Далон. – Это отличное начало для военной карьеры.

– А если Совет вызвал нас не для объявления благодарности? – этот вопрос Райна погрузил Далона в раздумья.

– Кстати, где те двое наемников? – спросил Райн Дониван, оглядываясь вокруг. – Если они сейчас же не придут, я съем их порции.

На расстоянии ста миллионов километров нам пришло сообщение: "Внимание вы входите в пространство станции Орбис Прайм, назовите себя и цель вашего прибытия…". Капитан Канор не стал церемонится и отправил коротко и ясно: "Капитан Канор сопровождает отряд с которым хочет встретиться Совет". Когда мы оказались достаточно близко к станции нашу тишину внезапно оборвал голос диспетчера:

– Внимание, шаттл тридцать четыре и девять класса "Б", проследуйте в док номер тринадцать.

– Понял, – ответил капитан Канор, а затем прибавил: – Не хорошее число – тринадцать.

– Я думал вы не суеверны, триарий капитан, – сказал я.

– Вас вызывает Совет не на чай. Сюда просто так не вызовут, значит все серьезно, а тут еще это число.

Подлетая к станции, мы все столпились около иллюминатора, кроме двух наемников, которые были здесь бессчетное количество раз. Они смотрели на нас, с неким пренебрежением. Когда пилот обогнал торговый крейсер нам открылся потрясающий вид на Орбис Прайм, величие которого освещала местная звезда Агон'даз. Размеры этой станции завораживают и сразу наводят на мысли о том какие мы все маленькие в этой веленной. Когда мы вошли в атмосферу, то сразу полетели к невысоким зданиям с множеством отверстий внутри напоминавшим соты. Одни были больше, другие меньше и их было несчитанное количество.

– Вы тут в первый раз? – спросил пилот, заметив наши восторженные лица у иллюминатора.

– Лично я – в первый, – ответил Райн, не отрывая взгляда.

– Сейчас мы летим к докам под тринадцатым номером в секторе "Башня мира". Здесь живут высокопоставленные политики и сам Совет. На Орбис Прайме имеется куча разных секторов и у каждого есть свои доки и местные управители. Но чем дальше от Башни мира, тем мрачнее и печальнее становится Орбис Прайм.

Наш пилот прилетел в тринадцатый док и совершил посадку.

– Посадка могла бы быть помягче, – проговорил себе под нос Васл.

Даже ему было не по себе. Этот вызов, к столь важным персонам —действительно не на чай и можно было по всем заметить, что они нервничают. Мы собрали свои вещи и вышли на посадочную платформу, а капитан Канор, стоя на пандусе корабля, сказал нам на прощание:

– Удачи ребята! Рад был с вами служить, надеюсь еще встретимся!

– Мы тоже рады, триарий капитан! – ответил Далон, отдавая честь вместе с нами.

Попрощавшись с капитаном, мы дождались отлета его корабля. Двое микандров, которые принимал участие в Марсианской операции, получили на счет деньги и разбрелись по Орбис Прайму.

– Жалко наших ребят, – неожиданно и грустно произнес Райн, смотря в след улетающему кораблю капитана.

– Их никто не заставлял, Райн, это был их выбор, – ответил Далон.

– С чего ты взял, что слова "это был их выбор" могут все оправдать? Я в порядке, просто… Когда я увидел как эти наемники разошлись, мне стало досадно, что они так и не узнали с кем воевали плечом к плечу. Наши ребята пошли на это задание не ради денег, а из-за чувства долга.

– По-моему, им просто не повезло, – произнес я, – вдобавок они были менее опытными, чем эти наемники.

– Несправедливо, – со вздохом подытожил Райн.

– Как ты вообще попал в гвардию? – спросил Васл. – Тебя должны были отстранить от службы, такая болезнь как "чувство справедливости" для армии плохая вещь.

– Понятие долга и воинской чести есть не у каждого, – пробасил Дрекс.

– Кстати, а почему ты не ушел? Ты же уже получил награду, – сказал Далон, обращаясь к монсону.

– Я не собирался уходить. Дело в том, что монсонов неохотно берут в такие части как на Земле, наши заявки могут рассматривать годами, а чтобы пойти по контракту на хороших условиях, нужно показать себя, вот я и вызвался.

– Что ж, думаю у тебя все получится, – сказала Васл.

– Капитан Канор уже отправил мою заявку и ее одобрили.

– То есть мне тебя терпеть до конца службы!? – с усмешкой воскликнул Райн.

– Не думай, что от монсона так легко отделаться, – пробасил Дрекс и хлопнул Райна по плечу, от чего тот пошатнулся.

Мы собрались уже идти, как вдруг увидели людей в форме, поспешно идущих к нам:

– Добро пожаловать на Орбис Прайм. Какова цель Вашего прибытия? – обратился к нам сержант.

Далон посмотрел на солдата и сказал с ухмылкой:

– Совет пригласил в гости…

В ответ солдат сделал важную мину, представив себя значимым человеком и вальяжно сказал:

– Смотрите у меня, я зам начальника охраны этого округа и если здесь произойдет что-нибудь, то…

Чтобы не терять время на разборки, Далон решил немного подыграть самодовольному человеку:

– Извините меня пожалуйста! Можно я пройду? Ведь я прибыл по приказу Совета и согласитесь, что было бы очень плохо, опоздать на него по вашей вине.

Сержант сразу изменился в лице, а затем промямлил:

– Эмм, хорошо… – и чтобы поддержать статус перед подчиненными, которые стояли около него, добавил нам в след: – Соблюдайте порядок или я буду лично с вами разбираться! – сказав это, он стал слегка радостным, затем повернулся к солдатам показывая, что он был хозяином ситуации – типичный человек.

Следуя голографическим указателям мы пришли на остановку, откуда можно было попасть почти в любую точку сектора или же в соседний сектор. Проезд для служащих гвардейцев был бесплатный и наша компания спокойно зашла на борт большого автобуса, который вскоре поднялся в воздух и полетел в общем потоке. За окном мелькали высокие серые жилые здания в перемешку с пестрящими рекламой торговые центры небывалых размеров. Автобус иногда останавливался близ сияющих заведений и затем продолжал свой путь.

– Остановка Башня мира, здание Совета, – прозвучал механический женский голос.

– Выходим, – сказал Далон.

Выйдя из автобуса перед нами оказалась высоченная и ослепительно белая башня. Путь к ней шел через аллею с экзотическими цветами, деревьями и фонтанами. Воздух здесь был очень свежий, как будто я прогуливался в парке на Земле. Словно оказавшись в другом мире, мы стояли очарованные всем этим пейзажем; ни на одной космической станции в этом мире нельзя увидеть нечто подобное. Пройдя до конца аллеи мы пришли к стеклянным дверям лифта, около которых стояли элитные гвардейцы, это стало понятно по припаянной к их броне латинской букве "B". Они были в классической броне Космической гвардии, с закрытыми шлемами, а в руках держали оружие, солдаты были неподвижны словно статуи. Когда мы приблизились, самый крайний из них развернулся к нам, как будто на параде и, отдавая честь, произнес:

– Капитан Службы Безопасности Граждан, Георгий Анатис.

– Штаб-сержант гвардии, Далон Нотиван, – отрапортовал Далон, – нас вызвал Совет.

– Пожалуйста подождите, – сказал капитан и замер.

Далон смирно стоял перед офицером, а мы с ребятами переглянулись.

– Что это за цирк? – шепотом спросил у меня Райн.

– Не знаю, наверное так и должно быть.

– Советом был вызван отряд, – неожиданно прозвучал голос капитана из динамиков его шлема, – состоящий из: Далона Нотивана, Арториуса Кирэго, Райна Донивана и Васла Верта.

– Эй, еще я! – указывая на себя, пробасил Дрекс. – Меня забыли!

– В списке более никто не значится, – ровно ответил капитан.

– Я же подавал заявку! – рассержено заявил монсон.

– Она дошла позже, чем Совет нас вызвал, – объяснил Далон.

– Дрекс, может подождешь нас, а? – спросил Райн.

В ответ монсон тихо прорычал, развернулся и дойдя до ближайшей скамейки уселся на нее с такой силой, что даже металл немного прогнулся, а система подогрева заискрила и пустила клубок дыма.

– Думаю это значит – да, – пожав плечами сказал Райн, после чего наша четверка направилась к лифту.

Внутри нас ожидала красивая женщина, одетая в вечерние платье с длинным вырезом.

– Смотрите какая мадмуазель-ка, – улыбаясь сказал Райн, указывая на женщину.

В ответ Далон и я ухмыльнулись.

– Нет, ну а что. Неизвестно когда та самая единственная тебе встретится. Это же может случиться в любой момент.

Когда мы зашли в лифт, неизвестная дама, посмотрев на нас, сказала:

– Здравствуйте, уважаемые военнослужащие, меня зовут АДАМ, Автономная Дипломатическая Антропогенная Машина, на какой этаж вас доставить.

Далон, Рик и я сразу рассмеялись, Райн некоторое время простоял как вкопанный, разглядывая поразительно схожего с живым человеком андроида, а потом повернулся к нам и спросил:

– Нет, ну а че вы ржете?

– Не знаю как ты, но я бы не советовал тебе встречаться с девушкой, чье имя Адам! – ответил я, продолжая смеяться.

– Нам в зал Совета, – весело произнес Далон.

Кабина данного транспорта была полностью стеклянной и можно было видеть, что происходит на станции. Например у кого-то были проблемы с документами и водитель грузовика никак не мог улететь со склада. Где-то на площади народ высказывает недовольство, а сотрудники СБГ их разгоняют, грозя электрическими дубинками.

Через пять минут мы прибыли на последний этаж. Двери лифта открылись и мы оказались на очередной аллее, вдоль нее, через каждые пять метров по обеим сторонам были посажены деревья, потолок был прозрачный и сквозь него было видно звездное небо и пролетающие мимо корабли. В конце аллеи возвышались семи метровые открытые ворота, сделанные из редких и прочных металлов, ворота играли декоративную роль. За ними мы прошли мимо шести элитных гвардейцев, которые также, как и деревья, стояли в ряд около входа, по обеим сторонам аллеи, через три метра каждый. После них шли трибуны с заседающими.

Нас уже ждали, все места были заняты дипломатами, политиками и разными представителями организаций по защите "всего и вся". Они пристально провожали нас своим брезгливым взором, который выражал невероятное отвращение. Все они были под стать друг другу, что человек, что товандианец, что микандр, все одинаково преследуют свои цели, свою выгоду с данного дела.

Представители Совета уже, что-то с интересом обсуждали в ожидании нас, и когда мы оказались перед ними, в нескольких метрах, неожиданно прозвучал низкий звук похожий на звук парового гудка, который я слышал на выставке "Механизмы 19–21 века", кстати там же были причудливые двигатели внутреннего сгорания.

Когда гудок стих, все замолчали вместе с ним. Далон, Райн, Васл и я стояли в центре зала, позади были места для политиков и дипломатов с Орбис Прайма, слева были представители разных организаций, справа были места для политиков из других СПС, впереди же, был сам Совет. Все началось с вопроса который задал микандр из Совета:

– Сколько вы потеряли солдат, штаб-сержант Нотиван?

Далон был слегка удивлен таким вопросом и с тенью робости ответил:

– Семерых, квирит советник…

– Если бы вы все учились лучше, то никого не потеряли бы, а вас еще рекомендовал сам генерал Земной части.

– Мы не были готовы к такой миссии, квирит советник! – пытался защищаться Далон.

– Никогда и ни к чему нельзя быть готовым! – произнес на повышенных тонах микандр. – И вы ошиблись в подсчетах, штаб-сержант Нотиван.

– Я не понял вас, квирит советник.

– Вы не учли вашего мастер-сержанта – Томаса Алдовара. Он застрелился когда узнал, что его сын погиб, по вашей вине.

Неожиданно в разговор вмешался товандианец из Совета, стоявший рядом с микандром:

– Квирит Элнен, не надо горячится, они молоды, не опытны и не виноваты, что именно их выбрали для этого задания.

– Но тем не менее они сумели убить семь солдат и одного ротного вне этой исследовательской миссии! Если бы наши солдаты в войне "Дуэль" так воевали, наши микандры не смогли бы защитить даже самый ничтожный астероид в Амрегии! – ответил микандр Элнен.

– Смерть солдат – неизбежная жертва в бою, вам ли не знать… – вступился товандианец.

Человек по имени Бэлед тоже принял участие, на мое удивление он выступал не против нас:

– Элнен не прав, они были добровольцами и пали во имя Родины, а что касается Томаса Алдовара, то это был – его выбор!

Спор продолжался бы между ними пока не вмешалась женщина—наларли, сказав:

– Друзья, пока мы здесь обсуждаем ошибки прошлого, мы можем совершить ошибки для грядущего будущего… Все же мы здесь собрались не для скорби об утрате…

Микандр успокоился и сказал:

– Простите меня квирит Ариней, да вы правы. Мы все здесь для того, что бы дать новое задание.

– Поскольку, вы уже частично в курсе дела, – начал товандианец Келер, – судя по вашему рапорту. Мы решили отправить вас в четыреста третий легион, третьего зиллиона Космической гвардии. Он был сформирован специально для этой миссии суть которой мы вам сейчас изложим, остальные подробности вы узнаете в своей части.

– Дестиноры окрыли нам свою тайну в виде информации, – произнесла Ариней. – Информация о будущем и интересном прошлом.

– Но это сообщение надо правильно прочесть, – подхватил микандр, – в вашем рапорте, вы упоминали о кристалле – это и есть один из Дестиноров и вы смогли правильно прочитать информацию. Могу сказать, что это под силу не каждому…

– Первый Дестинор нашли и смогли изучить в семнадцатом году, до создания ГМП, – произнес товандианец, – вся группа погибла, а единственный, кто смог прочесть информацию умер через несколько часов. С того самого момента и была создана группа по изучению Дестиноров, которая в конце концов стала подразделением Космической гвардии. На сегодняшний день найдено несколько сотен этих обелисков, но до сих пор ни один из них не был прочтен.

– Мы считаем, что все они связаны и если вы прочли один, теперь можно прочесть и другие, – объявил Белед, – вас направят на космическую станцию под названием Зейден, где вы пройдете дополнительное обучение. Раз уж вас рекомендовал сам генерал Земных войск – нет сомнений, что вы достойные кандидаты. Миссия на Марсе была, как испытание, вы выжили – значит испытание пройдено.

Далон удивился и спросил:

– Получается все это на Марсе создали вы?

– Нет, мы не знаем наверняка кто это сделал, судя по вашему рапорту, предположительно – это были галлы. Что же касается операции, то именно в таких ситуациях мы и находим лучших.

– После прибытия на Зейден вы вступите в четыреста третий легион, – сказал товандианец Келер, – в него переводят лучших из лучших, это военная элита. Сейчас его задачами являются поиски и изучение посланий Дестиноров.

– Когда вы прибудете в штаб, где пройдете распределение по батальонам, вас введут в курс дела. Вам понятно ваше задание? – спросил микандр Элнен.

– А как же товандианец, которого видел штаб-сержант Кирэго? – спросил Далон.

– Мы уже решаем этот вопрос, портрет почти составлен… Вас оповестят, если нам понадобится ваша помощь. Ваш корабль в тридцатом доке, отправление через два часа.

– Вы все рассказали в своем докладе, штаб-сержант Нотиван? Вам больше нечего добавить? – спросил Келер.

– Никак нет! – ответил Далон.

Члены Совета встали, почти одновременно с ними встали все заседающие.

– Совет окончен, удачи штаб-сержант Нотиван! – объявил товандианец Келер.

Далон отдал честь и ответил:

– Благодарю, Совет!

Все присутствующие начали расходиться, обсуждая что-то друг с другом. Мы тоже решили не задерживаться и пошли к лифту.

– Они всех так вызывают? Это все могли нам объявить на этом Зейдене или Земле, – заявил Райн, когда мы всей командой спускались вниз.

– Мы ввязались в нечто очень важное по мнению Совета, вот нас и вызвали, – многозначительно ответил Далон.

– Ладно! – махнув рукой, ответил Райн. – Ну что, тогда давайте пройдемся по станции, зря прилетели что-ли?

Далон ответил через плечо:

– Похоже тебя вообще ничего не волнует…

– Да нет, почему? Просто когда мы еще побываем на здоровенной станции!?

– Она кстати была построена в 2798 году, – сказал я себе под нос, озвучив внезапно всплывшую мысль.

– А начали ее строить в 2622 году, – с ухмылкой подхватил Васл. – Только эту дату и запомнил.

– Ой, хватит с этими датами, серьезно! – замахал руками Райн.

– Тебя не волнует, Райн, что нас всех использовали в эксперименте, а теперь, когда мы прошли его, нас не известно куда отправляют! – внезапно выпалил Далон.

– Да ладно тебе… Остынь! – ответил Райн Дониван, когда мы выходили из лифта.

– Ну наконец-то! – воскликнул Дрекс. – Что там было?

– Хорошо еще кто-нибудь желает прогуляться? – спросил Далон, посмотрев на нас, не обращая внимания на Дрекса. – Тогда встречаемся тут через полтора часа!

– Другое дело! – воскликнул Райн. – Пойдем здоровяк, ты наверное здесь никогда не бывал!

– Будто ты здесь завсегдатай! – буркнул Дрекс.

Ребята пошли по интересующим их делам, я же решил просто побродить. Вокруг было шумно и людно, как на вокзале. Сюда приезжают в поисках хорошего заработка или новой жизни, а уезжают разочарованными попрошайками, если конечно еще хватит денег на билет. Я брел наугад по коридорам станции, где по дороге мне попадались: лавочки, магазины, ларьки со всякой всячиной. Чем ниже я спускался, тем более убеждался, что Орбис Прайм был не такой, каким мне его представили сведения из Галархива, да и что я ожидал увидеть… После долгих скитаний, я решил куда-нибудь зайти и мне на глаза попался небольшой бар под названием "Трясина".

Глава 11. Бар «Трясина».

"Все кто прилетел за хорошей жизнью на Орбис Прайме,

В итоге приходят в «Трясину» – заливать горе эйгрáйном".

– знаменитая поговорка на нижних уровнях Орбис Прайма

Открыв хлипкую пластиковую дверь, я вошел в это шумное помещение и сел за столик в углу. Никто на меня не обратил особого внимания, хотя я был одет все в ту же форму гвардии. Пока я сидел и разглядывал окружающих, ко мне неожиданно подошел микандр в фартуке. У него был большой шрам через все лицо и сверкающая серьга в ухе. На нем также была жилетка, откуда показывались руки с татуировками. Он искоса посмотрел на меня и спросил, пытаясь пародировать гирронийский акцент:

– Что жьелает военный человек?

– Стопку коньяка…

– Хорошо, – ответил микандр и что-то записал в своем блокнотике, – может еще что-нибудь? Может бутылку эйграйна, выйдет гораздо дешевле и крепче.

– Нет.

– Хорошо, с вас пятнадцать пекун.

Перечислив ему часть армейского жалования, с помощью УКС, я дождался пока микандр ушел и продолжил осматриваться. Бар и в правду был похож на трясину со всеми "пиявками" и "жабами". Все заведение было освещено одной большой лампой, которая ели–ели отдавала свои лучики здешнему сброду. Из-за недостатка света, в углах было темновато и там, как будто по закону жанра сидели очень подозрительные персонажи, хотя так можно было сказать обо всех, кто здесь находился. Сюда приходили по разному поводу: для приобретения оружия, найма киллера, покупки причудливых галлюциногенных растений (люди обычно любят такие вещи) и все в таком роде. Вон драка началась, звон стекла, пара выстрелов, падение чего-то тяжелого и веселье опять продолжается.

Через некоторое время мне принесли, то что я заказывал. В подлинности данного напитка я сразу засомневался, но если я был бы на верхних уровнях меня бы оштрафовали, за то, что военный человек распивает спиртное, тем более у всех на глазах. На вкус конечно не первый сорт, не то что на Земле… После пары рюмок выпитого я постепенно стал терять бдительность, как вдруг ко мне подсел товандианец, лицо которого скрывалось под капюшоном. Он очень странно начал разговор:

– Я сразу узнал тебя… Ребята с тобой? – не дождавшись ответа, он сразу продолжил: – Отлично! Тогда пошли…

– Постой куда пошли? – испуганно спросил я.

– Понятно, ты уже немного перебрал! – ответил незнакомец и попытался меня приподнять.

– По-моему, я вас не встречал! Вы кто вообще такой?! – с возмущением спросил я, пытаясь остаться на месте.

– Пошли я тебе все расскажу…

Он приподнял меня и повел наружу. На улице было все так же пустынно и безлюдно… Единственными на ней были я, товандианец и фургончик с пятью странными здоровяками – людьми, напомнившими мне троллей из одной книги. Конечно они не были столь огромны, но один удар, я думаю с легкостью сломал бы челюсть. "Великаны" сразу выдали мне оружие и товандианец сказал:

– Ладно, где твои ребята, или мы справимся так, у тебя ведь есть свой человек в этом банке, я прав?!

– Не знаю… – рассеянно ответил я, окончательно запутавшись в происходящем.

– Ээх… Ладно сделаем все сами… Пошли!

– Что сделаем?

– Как что… – незнакомый товандианец остановился, посмотрел на меня с подозрением и спросил. – Тебя зовут Роларк Голтас?

– Нет, – честно ответил я и улыбнулся.

Подозрительный товандианец ничего не сказал, и посмотрел куда-то в сторону.

– Ладно, извини… – с улыбкой произнес он, после чего достал пистолет и выстрелил в меня.

Упав на грязный бетонный пол, я услышал звон в ушах, левое плечо моментально онемело. Все вокруг расплылось и лишь стук сердца ощущался в моем горле и ушах. Пытаясь отползти за мусорные баки, я вдруг почувствовал, как меня кто-то придавил ногой, словно насекомое. Последний выстрел был в спину, после чего я на миг потерял сознание и открыл глаза будучи в мусорном баке, придавленный мешком. В моих ранах уже копошилась какая-то живность… Поняв, что я еще жив паразиты быстро скрылись за мусором, выжидая когда же я сдохну. Моя попытка выбраться из бака, закончилась падением на пол вместе с контейнером. С трудом я встал на ноги и побрел по улицам к лифту на верхние уровни, опираясь о стены близстоящих зданий. Спина и плечо будто окаменели, вокруг все было подобно сну, дышать становилось все труднее. Спустя некоторое время я все же добрался до экспресс-лифта, подобного тому, на котором мы ехали в апартаменты Совета. Такие лифты позволяют быстро перемещаться между уровнями больших станций. Как назло он оказался на самом верхнем уровне и его ожидание показалось вечностью.

– Эй, ты! Тебе помочь? – неожиданно раздалось в переулке. – Вижу напился, а деньги к земле тянут!

Группа состоящая из людей и пары товандианцев, направилась ко мне. Лифт должен был вот-вот приехать, оставалось четыре уровня.

– Звони Перри, сегодня мы привезем ему челюсть и ногу, – сказал незнакомец кому-то из своих, а затем обратился ко мне: – Хотя и печень тоже, надеюсь она у тебя еще работает.

Компания была в нескольких метрах от меня и тут двери лифта открылись. Увидев это, группа рванула вперед, тем временем я зашел внутрь, быстро нажал кнопку и двери закрылись прямо перед носами банды. Один из них ударил по стеклу и воскликнул:

– Вот удачливый урод! Надеюсь я тебя еще встречу! – после чего плюнул.

Кабину немного затрясло и я оперся на перила, теперь мне уже хотелось только одного, чтобы все это закончилось… Когда я поднялся наверх и двери открылись, то в глаза ударил яркий свет. Шатаясь выйдя из лифта, я пошел наугад, выставив руку вперед. Завидев меня, все стали брезгливо сторонится и провожать взглядом. Внезапно ноги подкосило и я свалился на пол площади. Мое сознание пребывало в каком-то пространстве не замечая, как идет время. Вокруг ничего не было слышно, казалось будто я находился под водой. Все выглядело мутно и расплывчато, становилось трудно дышать, сердцебиение сбилось с ритма. Неизвестно как долго я пролежал, прежде чем вокруг меня начал собираться народ. Все стали глазеть на меня, как на диковинку в музее. Неожиданно в толпе нашелся тот, кто закрыл передо мной двери на тот свет.

Что было дальше – не помню, но очнулся я в небольшой темной комнатке, по запаху я сразу понял, что это был мед-пункт. Комната была примерно три метра в ширину и шесть метров в длину. Кушетка на которой я лежал, была приварена к стене над полом. Над моей головой были крючки, на которых висели пластиковые пакеты с лекарствами, от них шли трубочки, которые соединялись с иглами, которые в свою очередь были введены в мои вены. В левом нижнем углу от меня стоял стол с компьютером. Справа стоял шкафчик с медикаментами, рядом с ним стальной столик со скальпелями, зажимами и прочим хирургическим инструментом. Ближе к моей кушетке находился еще один столик на котором находились мониторы, видимо со статистикой моего здоровья в данный момент.

Через некоторое время, дверь в мою комнату открылась и ко мне вошел посетитель. Это была наларли, молодая девушка с белоснежной кожей отдающей нежным розовым оттенком, который проявляется у людей только во время зимних морозов, на Земле. Ее глаза переливались сиреневым цветом и подчеркивались пышными черными ресницами, плокамиа были убраны назад и собранны ободком чуть ниже затылка. Нижнюю часть лба, как и скулы украшали полосатые узоры. Ее лебединую шею плотно обхватывало ожерелье. На темной кожаной основе висели три серебрянные медальки, соединенные между собой платиновой цепочкой, концы которой были прикреплены, к самому ожерелью, клепками с лазуритом. На первой медальке был выгравирован снежный барс, на другой была изображена львица, а на центральной медальке красовался граненый лазурит.

На девушке было темно-сиреневое короткое раскрытое пальто с белыми запонками, которое плотно прилегало к телу на уровне талии. Под ним был черно-белый облегающий костюм, повторявший все изгибы ее идеально стройного тела. На ногах были черные сапожки, на небольшом каблучке, которые были ей по колено.

Она тихо прошла мимо меня, принеся с собой запах сладких духов, затем остановилась около стола и не садившись за него, стала читать голограммы. Все это выглядело завораживающе. Сердце мое заколотилось, как у школьника на экзамене, и что-то теплое и приятное потекло, как сироп по моему расстроенному органу. Даже боль от ран, была не в силах устранить такой блаженный момент. От таких эмоций приборы, которые стояли на столике около кушетки, запиликали и загудели говоря: "сердцебиение учащено". Девушка быстро подошла к приборам, читая итоги диагностики, нажала пару кнопочек, успокоив технику, а затем повернулась ко мне. Ее взгляд словно ударил меня и я почувствовал жар на лице. Быстро оглядев девушку с ног до головы, у меня неожиданно перехватило дыхание. Ее сиреневые глаза, поймав мой взгляд, начали пристально изучать меня, всматриваясь прямо в душу. На миг я почувствовал себя загнанной в угол жертвой, которая со страхом ожидала броска хищника. Взор наларли одновременно пугал и разжигал во мне пламя страстного любопытства. Скорее всего она это заметила в моем взгляде, от чего моргнула, тем самым вывив меня из забвения.

– По-моему, я умер… – проговорил я себе под нос, так как происходящее показалось мне не естественным.

Девушка села боком ко мне на кушетку, сложила руки на правой ноге и с чувством гордости произнесла:

– Я этого не допустила.

Затем незнакомка наклонила голову набок и с прищуром спросила:

– Как же вы так?

– Не знаю… – с хрипом промямлил я, вновь посмотрев ей в глаза..

– Разгуливать по нижним уровням Орбис Прайма в одиночку – верх безответственности, о чем вы думали? – нравоучительно спросила она.

– Не знаю…

– А кроме "не знаю" вы что-нибудь можете еще сказать? – спросила она и мило улыбнулась.

Проблема была в том, что мне в голову нормального ответа не приходило, немного погодя я ответил:

– Да… – и после небольшой паузы продолжил: – Спасибо, за то что вы спасли мне жизнь.

– Не за что, это моя работа.

– Меня зовут Арторий Кирэго, – с трудом произнес я.

– Очень приятно, Клеми́я Лайнис.

Она подсела ко мне поближе и аккуратно поправила повязку на моем плече. Внезапно раздался голос в динамике: "Объявляется время обеда!". Клемия поднялась и сказала:

– Извините мне надо идти. Вы голодны?

– Нет, – неожиданно для себя ответил я, хотя был очень голоден.

– Я принесу вам поесть, – решительно ответила она.

– Не затрудняйтесь… – но дверь уже закрылась и Клемия ушла.

До этого момента, я ни разу не встречал наларли вживую. На Земле они – редкие гости, а за ее пределы я никогда не вылетал. О наларлийских женщинах на Земле ходило много слухов, люди говорили, что они обладают гипнотизирующим взглядом и даже могут овладеть чужим разумом. Это для них что-то вроде развлечения. От себя могу сказать, что по поводу гипноза, слухи оказались вполне правдоподобны.

Через некоторое время Клемия вернулась ко мне, она принесла поднос с тарелкой бульона и поставила его на стол. Затем вынув иглы из моих рук, провела лучом стерилизатора (медицинское оборудование, которое с помощью луча обеззараживает поверхность). Потом достала небольшой пластиковый пакетик, вскрыла его и высыпала какой-то порошок в тарелку.

– Вы можете присесть? – спросила она, стараясь не смотреть мне прямо в глаза, за что я внутренне поблагодарил ее.

– Постараюсь… – ответил я, собирая силы для смены позы.

Она помогла мне устроиться, затем дала поднос с пищей и хотела было меня с "ложечки" кормить…

– Спасибо, не затрудняйтесь! – улыбаясь ответил я, вновь почувствовав уверенность в себе. – Я уж сам постараюсь… Еще раз спасибо.

– Не за что! – ответила Клемия и мило улыбнулась.

– А мне уже точно можно есть? – спросил я, взяв в руку ложку.

– Вот здесь раствор Регендрата "Б" семь, – сказала Клемия, указывая на один из пакетов, он способствует ускоренной регенерации клеток в местах заживления. В соседнем пакете раствор с наноботами, они провели операцию по удалению отмирающей ткани, а в последнем пакете еще один раствор Регендрата "Д" три.

– То есть кушать мне можно… – предположил я.

– Разумеется, иначе зачем я принесла вам бульон, – с улыбкой ответила Клемия.

– А что вы насыпали мне в тарелку? – спросил я, приступая к еде.

– Это еще одни наноботы, которые выводят лишнюю часть Регендрата, иначе у вас может вырасти что-то лишнее.

Меня это немного шокировало и я замер с полными щеками бульона.

– Не беспокойтесь, это стандартная процедура, – успокоила меня Клемия.

– А все эти наноботы во мне так и останутся? – с ужасом спросил я.

– Нет! – с усмешкой ответила Клемия. – Они покинут организм естественным путем.

Закончив прием пищи я лег обратно и укрылся одеялом.

– А теперь отдыхайте, рада знакомству, Арторий.

– Я тоже, очень рад, – ответил я, после чего Клемия вновь покинула меня.

Находился я на военном корабле Космической гвардии, который летел на Зейден, где все пассажиры этого судна должны были вступить в третий зиллион. Читатели наверное давно задались вопросом: «Что это за зиллион?». Отвечаю: зиллион – это термин не имеющий строгого математического объяснения, но в военном деле это около четырех миллиардов солдат, в нашем случае гвардейцев. Всего в армии Космической гвардии насчитывается около пяти зиллионов солдат. Далее зиллионы делятся на квидерионы, по миллиарду солдат. Квидерионы состоят из мегалосов, в каждом из них около шестидесяти миллионов солдат. Эти мегалосы делятся на легионы в каждом из которых по миллиону человек. Легион же, делился на дивизии по сорок тысяч человек. Дивизии разбивались на батальоны, где находилось около тысячи шестисот гвардейцев и они делились на роты. В одной служило около двухсот пятидесяти гвардейцев. Рота делилась на взводы по шестьдесят человек. И наконец взводы состояли из отделений по тридцать человек, а отделения из отрядов по десять человек. Все это средние показатели.

Наша же миссия заключалась в том, что мы должны были найти мистические кристаллы, в которых хранится информация, оставленная старой цивилизацией, с неизвестной целью. Первого Дестинора нашли абсолютно случайно, при добыче руды, на одной из безимянных планет в 2689 году. Товандианские рабочие назвали его Дестинором, что с их языка переводиться как сокровище. Все члены группы исследователей, которые прибыли для изучения этого кристалла – погибли. Из видео–дневника главы группы, Шанора Кагниза, стало известно, что он смог увидеть послания «Высших» о скорой гибели всего человечества. Что касается других рас, то ученый ничего не упомянул о них. Подробней расспросить главу исследования не удалось, так как его нашли мертвым вместе со всей своей группой. Что же касается того кристалла, то никто больше не мог с ним контактировать. В течении нескольких лет, Дестиноров находили в самых непредсказуемых частях галактики, в основном это были планеты пригодные для жизни. По данным Галархива, несмотря на обилие найденных экземпляров ни один из них не показывал никаких видений, до событий на Марсе. Совет не ошибся и именно после успешного контакта товандианца с Дестинором по всей галактике обелиски начали сиять голубым светом. Каждый кому удавалось выжить после контакта, рассказывал небывалые истории об иной цивилизации. Было совершено несколько открытий благодаря Дестинорам и в их важности никто более не сомневался. Но несмотря на все это, Дестиноры оказались куда более сложными созданиями и играли куда более важную роль во вселенной.

Через неделю я поправился, встретился с ребятами и рассказал как было дело. Они очень удивились и не могли представить, как я мог попасть в такую ситуацию, но самое главное, что я остался жив.

Как-то раз мы сидели за одним столиком в столовой и разговаривали, вокруг было много народу, с нами было где-то две роты. Кстати летели мы на самом паршивом корабле, где не были предусмотрены стазис-капсулы и гипердвигатель последнего поколения, так что все две недели нам пришлось прожить наяву.

Так вот, Райн как всегда рассказывал анекдот, точно не помню какой, но заканчивался он, не смешно, а немного трагично…

– … и генерал сказал солдату: Срок службы окончен! Генерал взял пистолет и пристрелил рядового! – после этого Райн загоготал что есть сил, от такого хохота всем тоже захотелось смеяться.

Один Васл только улыбнулся и сказал:

– У этих галлов видимо совсем крыша поехала…

Райн подтолкнул в плечо Верта и весело произнес:

– Да ладно тебе Васл, это нам на руку! Может их генералы так всю свою армию расстреляют! Ха-ха-ха!

Мы все тоже поддержали смехом, ну уж очень заразительно смеялся Райн.

На обед была говядина, это было – чудо! Так славно поесть мне доводилось не часто. Из-за сбоя в системе, старшим офицерам отправили полуфабрикаты рядовых, а нам их мясо, почаще бы так компьютер глючил. Спустя некоторое время я случайно заметил Клемию, которая отходила с подносом от столов с раздачей еды. Но если сказать честно, то я заметил ее вовсе не случайно, напротив я ее высматривал в течении всего обеденного времени.

– Эй, Арторий! Это случайно не она заштопала тебя? – подталкивая меня локтем спросил Райн, заметив за кем я увлеченно наблюдаю.

– Да… Это она, – ответил я, не отрывая взгляда от Клемии, – а что?

– А то! – воскликнул Райн. – Познакомь нас, а то мы даже не знаем имя твоей спасительницы.

– Ну… Ее зовут Клемия и… – я не успел закончить, как Райн быстро встал и пошел к ней.

Удивившись этому поступку, я в недоумении посмотрел на ребят. Далон, Рик и Дрекс довольные посмотрели на Клемию, а затем на меня, предвкушая интригующие события. Райн тем временем беседовал с Клемией, которая по началу хотела уединиться, но затем согласилась, после чего Дониван взял ее поднос и они направились к нам.

– Присаживайтесь… – с улыбкой произнес Райн, указывая на свободное место.

Клемия улыбнулась в ответ, села напротив меня и сказала:

– Привет Арторий… Как вы? Раны не тревожат?

Ребята тем временем замерли и молчала наблюдали за нашим разговором, как будто они смотрели какой-нибудь сериал, как Хата 22.

– Все хорошо, спасибо вам… Еще раз, – смущенно ответил я, косясь на ребят, последнее что меня заставило отвернуться было глупое, широкое и довольное лицо Дрекса. Гримаса монсона странным образом взбодрила меня, после чего я спросил у Клемии:

– Может мы перейдем на ты?

– Хорошо, – одобрительно произнесла она и улыбнулась.

На миг воцарилась неловкая пауза, я не знал как продолжить разговор и Клемия, словно почувствовав это, спросила:

– Ты меня не познакомишь со своими друзьями? – задав вопрос, она посмотрела в их сторону.

Опять повернувшись к ребятам я посмотрел на Райна, а он раскрыв глаза и кивая, всем видом старался сказать: "Давай представь нас".

– Эмм… Да, конечно! – сказал я и, встав из-за стола, указал на Нотивана. – Это Далон – командир нашего отряда.

Далон, встав в по стойке смирно, улыбаясь, отдал честь.

– Это Радрор'Дрекс Рорнаг, но все мы зовем его просто Дрекс, он доброволец и уже отлично вписался в компанию.

Дрекс, кивнул и широко улыбнулся.

– Васл, наш снайпер, – Васл показал знак мира (V) и сказал: "Знакомы уже".

– А это…

Райн, как обычно не выдержал и сказал:

– А меня зовут Райн! – он привстал и, улыбаясь, небрежно отдал честь. – Вижу в хорошие руки попал Арторий! – после чего он мне нарочито подмигнул.

Предвидя долгий концерт Райна, я коротко замотал головой, в надежде, что он не станет выступать, но Райн не мог на этом остановится, и поэтому в ход пошли всякие подколы и шуточки:

– А вы уже давно встречаетесь? Я очень рад за вас… – продолжал он.

Клемия и я начали понемногу "краснеть". Особенно завораживающе это выглядело у наларли, когда их плокамиа начинают розоветь, начиная от кончиков. Райн тем временем не умолкал и начал рассказывать небывалые истории уже про свои любовные похождения, все смеялись, даже я с Клемией… В конце концов Райн устал и присел, окончив свой концерт, он был очень доволен собой. Не хватало только цветов, которыми мы должны были его закидывать.

Так как у капитана корабля был день рождения, то он освободил целый день от строго расписания, поэтому солдаты могли спокойно посидеть в столовой и поболтать. Поев, я понес свою тарелку в утиль. В столовой было шумно, все так же как и мы рассказывали друг другу анекдоты и истории. Пока я шел, меня догнала Клемия.

– У тебя веселые друзья! – произнесла она и мягко улыбнулась.

– Ну да… Только не тогда, когда шутят! – усмехнулся я, поглядывая в сторону ребят.

– Кстати! Не забывай принимать таблетки, которые я тебе дала, это очень важно! – с неким волнением сказала она.

В это время ребята стояли в стороне и наблюдали за нами, Райн опять шутил, от чего среди ребят то и дело проходила волна смеха.

– Благодарю. Я не забуду.

– Всегда рада помочь, штаб-сержант! – довольно улыбаясь ответила она. – Ладно, мне пора, еще отчет составлять… Пока.

Она посмотрела на ребят и крикнула:

– Счастливо! – она помахала им рукой и ушла.

Ребята тоже по детски помахали ей в ответ и когда она скрылась за углом, пошли ко мне. Райн положив руку на мое плечо, сказал задумчиво глядя куда-то вдаль:

– Мда… Она вроде ничего… Как мимолетное видение, как мисс мира три тысячи тридцать пять… И глупого повода для знакомства не было, эдак "романти́к"! Ты весь такой раненый, а она спасает тебе жизнь… – он улыбнулся и похлопал меня по плечу.

– Ай! Ты это к чему? – спросил я, потирая больное плечо.

– Прости. Я говорю повезло тебе! – повторил Райн. – Наларлийские дамы очень даже ничего… Особенно их взгляд, прям пробирает до костей.

Сказав это, Дониван дрогнул плечами, как будто замерз.

– Да ну хватит, Райн, – прервал его Далон, а затем с легкой неприязнью продолжил: – Все эти наларли… Нет никого милее людей.

– Да брось, Далон, межрасовые отношения перестали признавать аморальными еще 2780 году! – важно ответил Райн.

– Ты же вроде не любишь историю, – желая сменить тему, произнес я.

– Это единственная дата, которую я запомнил, – с улыбкой ответил Дониван.

– По мне так лучше монсонки никого нет… – пробурчал Дрекс.

Все вдруг замолчали и посмотрели на него, а он удивленно пробасил:

– Что?!

– Как вы вообще различаете друг друга!? На вид вы все одинаковые! – спросил Райн Дониван.

– По запаху, вам этого не понять, – пробасил Дрекс.

– А кто хуже пахнет? Если женщина, то у меня плохие новости для тебя, приятель, – с издевкой произнес Райн.

Не успел Дрекс ответить, как прозвучал голос из динамиков: "Внимание, через два часа корабль прибудет на Зейден. Не забывайте свои вещи!".

Глава 12. Зейден – сердце военной индустрии.

"Зейден не дает надежной гарантии того,

что вы не сдохните в первом же бою.

Зейден дает шанс проверить,

как долго вы протяните в случае везения"

– майор Вернес.

Эта станция не менее важная чем Орбис Прайм, а по размеру Зейден в десять раз превосходит его, тем самым возглавляя список самых больших станций в галактике. Как и Орбис Прайм, Зейден выполнен в форме сферы и вращается вокруг своей звезды, Гаудиум; вдобавок у него тоже есть искусственная атмосфера. Зейден начали строить товандианцы в 2219 году, еще до первого контакта с людьми. Они хотели создать жилую станцию, но начав колонизировать галактику вместе с людьми, строительство пошло медленнее и завершилось только в 2602 году, за несколько месяцев до Интернациональной войны, из-за нее Зейден так и не был заселен. Потребность Совета в Зейдене возникла во время Межгалактический войны с галлами. Так как Зейден не был заселен гражданскими, товандианцы решили сделать из этой станции самую большую военную часть – с того момента там стала базироваться гвардия.

Космическая гвардия была создана в 2700 году или в 6 темпус до создания ГМП; инициаторами проекта являлись люди. Во время войны против галлов человечество посчитало, что только объединив силы под общим флагом, Гиррония сможет победить, а в дальнейшем защитить саму себя и Анрилию от подобных вторжений (о существовании Амрегии, тогда еще никто не знал).

В том секторе, куда мы направлялись, служили элитные подразделения для разных стратегических целей; все они числились в третьем зиллионе. До прибытия на эту планету я считал, что в гвардии служат в большинстве своем только люди, оказалось я сильно ошибся. Здесь были все виды рас, которые отдавали свои жизни во имя чьих-то идей. Все кто сюда пребывал должны были пройти новый курс обучения.

Когда я и остальные разобрали свои вещи из грузового отсека, в динамике зазвучал голос пилота:

– Внимание! Через десять эктат входим в атмосферу. Просьба взять свои вещи и занять места!

После этого объявления все направились в небольшой отсек, где стояли кресла с ремнями, под ними было место для пожиток. Сев в кресло я пристегнулся и стал ждать. Через мгновение ко мне присоединилась Клемия. Ее появление заставило меня слегка вздрогнуть и ощутить приятное волнение.

– Ты здесь впервые? – спросила она, пристегиваясь ремнями.

– Да, а ты?

– Нет, мой отец однажды привез меня сюда.

– А кем был твой отец? – мой вопрос немного смутил Клемию.

– Он был доктором и создавал лекарства… От болезней…

– Наверное интересная работа?

– Мдаа… – задумчиво ответила она, вспоминая что-то из прошлого.

Стало понятно – она не хотела вспоминать об этом.

– А как ты попал сюда?

– Ооо… – протянул я. – Это долгая история, но постараюсь быть кратким. В свое время я хотел пойти добровольцем в ряды гвардии, я отправил заявку и ее пообещали рассмотреть, но в итоге меня не приняли. Как оказалось, моя КЛД некорректно передавала информацию обо мне для военкомата. С этой проблемой пообещали разобраться и как только все проблемы устранят, меня вызовут. Но призвали меня в обязательном порядке только через семь лет…

– Через какие семь лет? – удивленно спросила Клемия.

– Ну Земных, я родился там. Это почти как семь темпус.

– Ты жил на Земле?! – восхищенно спросила Клемия. – Я прилетала туда. Как же там красиво!

За разговором мы и не заметили, как вошли в атмосферу и стали приближаться к посадочной платформе. К нам вышел инструктор и сказал:

– Как и большинство станций с искусственной атмосферой, на этой есть кислород. Но здесь в него входят небольшие примеси агдозита, так что микандры и монсоны, просьба всегда при себе иметь специальные ингаляторы, которые я сейчас вам выдам. Аллергия на агдозит бывает крайне редко, но испытывать судьбу не нужно, у вас итак будет куча вариантов сдохнуть тут, только давайте не из-за этой фигни, а то отчет испортите.

Взяв ингалятор, я стал читать краткую аннотацию, которая была на нем написана.

– Я думал ты человек, – с небольшим удивлением сказал мне Далон, пока я читал.

– Я сам не знаю кто я, у меня много кто был в роду… Я вроде на половину микандр, но подстраховаться стоит.

– А внешне ты не похож… – сказал он, осмотрев меня как незнакомца.

– С чего это тебя заинтересовало? – спросил я, убирая ингалятор.

– Я читал о полумикандрах. В сочетании с людьми их считают лучшими по физической подготовке.

– И что? Боишься конкуренции? – шуточно спросил я, не подозревая тогда, что совершил ошибку.

– Да так… – махнул рукой Далон.

– У нас Васл тоже микандр.

– Он чистокровный.

Шлюз корабля тем временем открылся и меня обдало свежим воздухом, который на Земле можно почувствовать только после сильного ливня, длившегося несколько дней.

– За мной, бегом марш! – скомандовал инструктор и побежал вперед.

Все солдаты друг за другом последовали за ним. Сначала мои сапоги стучали о железный пандус корабля, а потом звонко шлепали по лужам на влагостойком металле. На этой станции почти всегда идут дожди и то что здесь уже как три часа не упало ни капли – является большой редкостью. Все это происходит в основном из-за обильного охлаждения ядра с синтезированной звездой, которое обеспечивает Зейден энергией и искусственной гравитацией определенной силы притяжения на каждом ярусе, как на космических кораблях. На Орбис Прайме стоит точно такое же ядро, но его система охлаждения там основана на жидком аксирододе; более того эта система замкнутого типа и сама для себя производит хладагент. Принцип и особенности работы этих источников энергии товандианские ученые не разглашают. Поэтому на Орбис Прайме всегда светло, а на Зейдене льют дожди, во все времена комфортом солдат пренебрегали.

Пересекая всю посадочную площадку, мы направлялись к автобусу, который был похож на транспорт с Орбис Прайма. Когда мы подбежали к машине кто-то позади меня упал в лужу и замер. Инструктор, бежавший перед нами резко развернулся и крикнул:

– На месте стой!

Оказавшись около упавшего солдата, он перевернул его, положил в рот трубку ингалятора и активировал его. Не увидев результата, он ощупал все карманы гвардейца и не найдя там баллончика, который тот должен был взять перед высадкой, оглядел весь наш строй и сказал:

– Вот что бывает, когда "зеленые" не слушают инструкторов, вашу мать! Вот что бывает, когда тупица решил что у него есть мозги! Здесь думает только начальство, запомните это, у*ки! Свое мнение запихните себе глубоко в жопу! – проведя взглядом от начала строя до конца, инструктор тяжело вздохнул и отдал приказ на погрузку, после чего связался со своим подчиненным: – Нарина, прием. Пришли сюда санитаров, у меня труп, парень решил не брать ингалятор.

Военная часть занимала всю станцию и была колоссального размера по сравнению с Землей. Просто представьте: целая станция – это военная часть. Она славилась своей дисциплиной – все солдаты здесь были профессионалами, но и условия тут жесткие, не такие как на Земле. Почти каждый день на Зейдене умирает около тысячи человек или микандров или каких-то других рас… Они не выдержали этой нагрузки, но это считалось нормальным явлением. Совет игнорирует это безумство, наверное потому что в нашей стране перенаселение. В тот день на Зейден, в четыреста третий легион прибыло около десяти тысяч солдат.

Вокруг станции, в космосе, никогда не бывает тихо. Здесь всегда улетают корабли с прахом солдат и прилетают на замену живые. Этот круговорот никогда не прекращается и не прекратиться, пока Зейден – главная военная часть Космической гвардии.

Нам раздали новые комплекты, которые назывались «Старший гвардеец», в него были включены те же три комплекта одежды, что и в комплекте «Младший гвардеец», только в них входили некоторые дополнения:

"Внутренний комплект" – включал в себя износостойкое термобелье, простой комбинезон бежевого цвета из кожзаменителя, который всегда надевают под броню, и черные сапоги из того же материала. На правом плече, чуть выше локтя стояла метка: "403 Legion", а на груди пришит символ штурмовика: латинская буква "S" и латинская цифра "I" – знак первого ранга: "За первый боевой вылет".

"Парадный комплект" – набор простой формы красного цвета, обычно ее надевали, во время приезда какого-нибудь генерала или какой-нибудь комиссии. На груди был все тот же символ штурмовика.

"Полевой комплект" – в него вошла броня нового поколения, окрашенная в темно-серый классический цвет гвардии, на плече брони также стояла метка: "403 Legion", а на груди припаян значок штурмовика: латинская буква "S" и латинская цифра "I".

Помимо комплектов одежды нам выдали три новых гаджета: У-Линзы, У-Наушники и У-Турунды (буква "У" символизирует слово универсальный).

У-Линзы предназначаются для защиты глаз от внешних раздражителей (резкие вспышки света, токсичные испарения), также они проецируют изображения, текст и указывают солдатам на союзников во время боя.

У-Наушники защищают уши от громких звуков, передают голосовые сообщения, а также считывают мозговую активность, позволяя преобразовывать мысли в текстовые сообщения или голосовые, что существенно улучшало координацию действий солдат в бою. Кстати в новой броне были предусмотрены магнитные зоны, они созданы для удобного размещения нужных предметов. К примеру оружие теперь не нужно убирать в кобуру, достаточно его приложить к определенной части на ноге, где обычно висит кобура, и он примагнититься. За этот процесс также отвечают У-Наушники, они считывают мозговую активность и дают команду броне – отключить магнит в тот момент когда солдат хочет взять свое оружие и включить, когда хочет убрать. Невероятно удобное изобретение, можно увешать себя всякими инструментами или оружием и не запутаться в лямках.

У-Турунды представляют из себя две маленькие капсулы, которые вставляются в нос. Они сами закрепляются внутри и защищают от ядовитых газов, активируются они автоматически, при наличии угрозы. Жаль только, что это устройство не распознает мердризорий, который является опасным для меня.

Самое удивительное, что через пару недель присутствие этих гаджетов вовсе не ощущается. Когда-то подобные гаджеты имплантировали солдатам прямо внутрь, но от этого отказались, так как подобные приборы выходили из строя после использования электромагнитных гранат и их замена оказывалась слишком долгой и дорогой процедурой, поэтому перешли на простые "затычки", которые можно быстро заменить даже на поле боя.

Последним дополнением к комплекту Старшего гвардейца была обновленная операционная система для УКС (Универсальный Компьютер Связи). В нее вошла ИИ ЛИМА – Любознательный Интеллект Моментальной Адаптации, среди гвардейцев ее зовут просто – Лима, как по имени. Искусственный интеллект был создан специально для гвардии, в помощь служащим. Лима стоит на всей технике гвардии начиная от космических флагманов, заканчивая УКС и подобными гаджетами. Фактически Лима существует на одном центральном сервере, но для улучшения коммуникабельности большая ее часть находится на УКС солдат, подбирая к каждому индивидуальный подход. Она помогает гвардейцам эффективно действовать во время боя, подсказывая и управляя их снаряжением; на кораблях Лима практически не заменима во время расчетов координат перед переходом в гиперпространство или координации действий орудий корабля. Лима начинала разрабатываться девятого августа 3011, а вступила в ряды Космической гвардии в 3030 году. По началу ее встретили очень холодно, а некоторые офицеры активно протестовали против ее внедрения, но за последние годы большинство гвардейцев привыкли к ней и теперь воспринимают ее как члена своей команды. Кто-то рассказывал, что один из солдат предложил ей свои руку и сердце, на что она ответила: "Оу… Это очень мило и неожиданно, но мы не можем быть вместе. Ты – высокоорганизованная органическая форма жизни, а я – ЛИМА".

Как только мы нацепили на себя свое новое снаряжение нас отправили на плац, где собрался целый батальон из прибывших сегодня гвардейцев. Как и мы, они направлены в четыреста третий легион. Когда все оказались в строю, перед нами появился офицер.

– Квириты, позвольте представиться – майор Вернес Арагто, отвечаю за физическую подготовку легиона и именно я стану вашим геморроем на ближайшие пару лет! – громко объявлял Вернес, расхаживая перед нами; наша компания как раз стояла прямо перед ним.

Голос Арагто наверняка хорошо прогремел даже в последних рядах без дополнительных гаджетов, от чего многие сразу схватились за уши.

– Вы теперь не пехота и не обслуживающий персонал! – продолжал он. – Вы теперь элита! Точнее вы ею станете, можете мне поверить! Либо вы отсюда выйдете настоящими гвардейцами, либо как горстка пепла в коробке, которая придет посылкой к вашим родственничкам! Тому чему вас учили в ваших частях – это все х*ня и дерьмо собачье! Вы все сюда попали не просто так, все вы прошли определенные испытания и получили рекомендации, а значит вы чуть лучше того дерьма которое здесь зовут гвардейцами, но не надейтесь, что это как-то упростит вашу жизнь! Напротив, требования которые я буду к вам предъявлять, ушлепки, будут в разы жестче, чем у остальных. Четыреста третий легион – это не скаутский лагерь вашу мать, отсюда выходят лучшие бойцы во всей галактике! Уяснили?!

– Так точно, триарий майор! – хором отозвались все гвардейцы.

– Неплохо, куски дерьма, хотя бы этому вас научили в ваших частях. Итак перейдем к делу, скоро весь легион разделят по ротам и тогда начнутся тренировки и обучение! Я не завидую тем, кто попадет ко мне в роту, лучше сразу подавайте прошение на перевод обратно в пехоту! Через месяц мы сформируем отряды, в них должно быть не менее шести и не более десяти солдат. Подбирать себе людей, командование разрешает вам, не советую этим пренебрегать и откладывать в долгий ящик, начинайте подыскивать напарников уже сейчас, – Вернес немного помолчал, смотря на нашу реакцию, а затем добавил: – В честь прибытия у вас есть свободный час, до отбоя, но не забывайте, что кабели отдельно, а сучки отдельно! Не хватало мне залетов в первые пол года. Если в ваших частях разрешали бродить по баракам противоположного пола, то здесь это сурово пресекается карцером или депортацией в пехоту. Вопросы есть?!

– Разрешите обратиться, триарий майор! – прозвучал голос одного из гвардейцев.

Благодаря У-Наушникам этому солдату не пришлось кричать из дальнего ряда, он мог спокойно задать свой вопрос, который услышат все вокруг.

– Разрешаю!

– Триарий майор, а как же естественные потребности? К примеру на Сан-Ворге нам разрешали раз в месяц ходить к девчонкам. Это и по закону разрешено, между прочим.

– Сынок. Зейден это не публичный дом или клуб знакомств! Здесь из таких ушлепков как вы, делают настоящих солдат! Но с одной стороны, зиллион гвардейцев те на бошку, ты прав! По закону вам разрешено сношаться раз в месяц, есть такая практика! Но в девятом пункте, шестьдесят девятой статьи, второй главы четко написано: "Половой акт между двумя гвардейцами противоположного пола, любой расы разрешается проводить в свободное от службы время раз в месяц, при использовании контрацептива и отсутствии дисциплинарного взыскания". Так что если кто провиниться, будет обречен общаться со своей рукой! Еще вопросы?

К счастью никто не откликнулся и майор Вернес с довольным видом крикнул:

– Налево! Шагом марш!

Майор Вернес Арагто прошел не мало битв, был в отличной физической форме и обожал свою профессию, а порой даже чересчур был помешан на своем деле. Он частенько говорил: "Если бы не было солдат, не было бы войны, а если бы не было войны, не было бы прогресса! Потому что большинство изобретений и открытий, разумное существо создало из-за войны, дабы превзойти своего противника!". Или же: "На мой взгляд обезьяна взяла в руки палку не для того чтобы вспахать ею поле, а что бы отдубасить другую обезьяну, занявшую его. Война – это прогресс!". Как и мастер сержант Том, Вернес был ветераном Баредеского восстания 3017 года и тоже потерял жену, детей у него не было. Несмотря на его трудный характер, многим из нас Вернес был как отец.

Когда мы пришли в казармы, то каждому солдату пришло сообщение на УКС с номером его кровати, все было почти как на Земле. Располагаясь на своих местах, Райн неожиданно замер с одеялом в руках, устремив взгляд в одну точку.

– Чего с тобой? – спросил я, подойдя к Донивану.

– Да этот ротный немного напоминает Тома…

– Значит завтра нам придется очень не легко, – ответил я, похлопал Райна по плечу и вернулся к своей койке.

– Ха! – усмехнулся Васл. – Ты кроме ротного Тома никого из командования по сути и не видел. Для тебя сейчас каждый офицер будет как Том.

Ровно в восемь часов утра, по местному времени (на Зейдене в сутках тридцать два часа, на сон нам отводилось не больше девяти), нас разбудил голос из динамика, точнее это было больше похоже на рев:

– Гвардейцы подъем! Полная боевая готовность! – после этой фразы зазвучала музыка Гирронийского гимна.

На все про все у нас было не больше десяти минут, такой отсчет я видел прямо перед глазами благодаря У-Линзам, и уже через девять с половиной, полторы тысячи новобранцев смирно стояли в строю. На улице шел дождь и вдалеке яркие белые зигзаги пронзали темную линию горизонта. Помимо Вернеса, на плацу было еще несколько офицеров. Долго ждать не пришлось, через некоторое мгновение один из офицеров произнес:

– Гвардейцы, смирно! Сейчас вам на УКС придет сообщение о вашем зачислении в роту. Не задерживаемся, У-Линзы сразу укажут вам на вашего командира. Стройся!

Через доли секунд строй начал распадаться и гвардейцы стали расходиться, направляясь к офицерам. У-Линзы указали мне на майора Вернеса, выделив его синим, а затем пунктирная линия проложила мне путь до него. Так происходило у каждого и благодаря проложенному маршруту все быстро добрались до своего офицера.

Всем наверное интересно, как происходит распределение в гвардии. Дело в том, что за все то время которые мы проспали, Лима, руководствуясь персональными данными всех новобранцев, распределила около нескольких сотен гвардейцев для каждого ротного. Кстати именно она проложила маршрут для каждого солдата во время построения.

В роте Вернеса, также оказались: Клемия, Далон, Райн, Васл и Дрекс, когда все были в сборе, майор Арагто первым подошел к офицеру, объявившего построение, и сказал:

– Триарий генерал-лейтенант! Рота под номером тридцать девять восемьдесят три построена! Разрешите приступить к обучению!

– Разрешаю.

После этого, Вернес погрузил нас в один из только что прибывших автобусов и мы отправились в тренировочный ангар номер двести четыре. Приехав на место, майор Арагто построил нас и, встав перед нами, объявил:

– Здесь теперь будет ваш полигон, спортзал и учебное помещение. Сейчас я открою дверь, вы разберете оружие и мы начнем операцию! Посмотрим какие вы бойцы!

– Триарий майор, разрешите обратиться! – неожиданно раздалось из строя.

– Разрешаю, – ответил майор.

– Триарий майор, почему мы должны участвовать в этой операции, если все сюда попали только после специального задания? Я со своим отрядом ликвидировал целую банду работорговцев, которые захватили пассажирский корабль. Эти ребята, – солдат показал на Райна и меня, – зачистили целую станцию на Марсе, кишащую зомбированными людьми!

Услышав последнее заявление, я посмотрел на Райна, а он в ответ прошептал:

– Ну это же почти правда.

Майор Вернес тем временем улыбаясь выслушал вопрос и ответил:

– Начнем с того, штаб-сержант Андерсон, – имя солдата скорее всего Вернес узнал с помощью физиономического анализа У-Линз, – что все эти операции были выполнены с колоссальным количеством просчетов. Думаю семья Вадерисов знает об этом и мастер-сержант Том Алдовар тоже, – последнюю фразу он произнес посмотрев на меня и Райна, – эти задания были по большей части рассчитаны на ваше выживание и проверку мышления. Этак вступительные экзамены, если говорить иначе. Сейчас я хочу посмотреть своими глазами, на что вы способны. Еще вопросы?

– Никак нет, триарий майор! – ответил Андерсон.

Ангар был шириной в четыре и длинной в шесть километров, Вернес завел нас внутрь, где мы все обсохли в специальном отсеке. Затем мы перешли в другую комнату, где находились столы с вооружением.

– Разбирайте оружие и боеприпасы, представьте что сейчас не менее важное задание, чем вам до этого поручали.

Когда все вооружились, мы прошли в соседнее помещение, где оказались только одни ворота, Вернес через УКС начал открывать их, и нам в лицо врезался холодный воздух. В тот же момент Лима сразу же закрыла стеклянную вставку моего шлема, не успел я об этом подумать. Внутри ангара была зима, ветер устрашающе завывал, создавая метель.

– Это симулятор разных видов среды! – заявил Вернес, когда мы все оказались внутри. – Ваша задача на данный момент: пройти на вражескую базу и захватить ее! Командиром роты будешь… – он посмотрел на нас всех. – Ты! Вперед! Теперь все жизни солдат в твоих руках.

– Я?! – воскликнув от удивления переспросил я.

– Да ты, солдат! – ответил Вернес, и выходя из ангара, закрыл за собой дверь.

В помещении было очень холодно и все выглядело очень естественно: впереди нас ждала ледяная пустыня, сильный буран старался скрыть ее бескрайние снежные равнины, а специальная маскировка превращала стены в правдоподобное продолжение пейзажа.

– Рота, стройся! – скомандовал я, после чего все подскочили и выстроились небольшим квадратом. – Включить герметизацию и внутренний обогрев.

Когда все было готово, я приказал двигаться за мной. В броне было тепло, как в доме на Земле, и я на миг забыл, что мы выполняем какое-то задание, мое сознание не желало находиться здесь.

Вдруг впереди я увидел фигуру, которая, заметив нас, сразу легла на снег. Не прошло и мгновения, как через доли секунд по нам открыли огонь со всех сторон. Один за другим люди падали как будто подкошенные, но не умирали (это был симулятор не только погоды но и всего находящегося здесь, солдаты атаковавшие нас были просто программой; они стреляли паралитическим зарядом, от чего любой живой падал и терял сознание на полчаса, грубо говоря он выходил из "игры"), но на тот момент мне это не было известно и я не на шутку перепугался…

– Занять круговую оборону! – приказал я по У-Наушникам.

Все происходящее вокруг выглядело жутко, в один момент "погибло" около полу сотни солдат, как показали мне У-Линзы. Когда мы отбили атаку, нападавшие распались на электронные частицы и больше нас не беспокоили, я направился к павшим. Они лежали и не двигались, буран медленно заносил их тела снегом. Все выжившие стояли вокруг меня, в ожидании приказа.

– Двигаем дальше! – строго скомандовал я, нельзя было показывать слабость.

Остатки роты, под моим командованием, продолжили свой путь. На этот раз я приказал идти "сотой" (войска становятся в форме соты, штурмовики становились по периметру, а снайпера, саперы и медики были в центре, так как имели более слабую защиту). Нас учили не обращать внимания на потери среди солдат, на страх и тому подобное. Дабы не возникало проблем с эмоциями и инстинктами самосохранения, в солдатскую еду добавляют особую сыворотку ИВП (Инстинкт Выполнения Приказа), которая частично подавляет вышеперечисленные факторы и концентрирует особую потребность солдата в исполнении приказа. Большинство служащих полностью поддаются действию этого препарата, но к счастью бывают исключения и можно иметь дело с думающими людьми (благо члены нашего отряда были одни из них), а не с бездушными машинами, которыми нас хочет сделать Совет. От всего этого становилось жутко и сразу появлялось ощущение отсутствия выбора и свободы. "Почему я здесь? Может стоило просто откупиться от всего этого, платить налог?" – подумал я. Мы брели вперед, как внезапно кто-то положил мне руку на плечо и спросил:

– Арторий, ты в порядке? – это была Клемия, она имела доступ к моей волне, как близ находящийся гвардеец и говорила со мной через У-Наушники.

Увидев ее рядом, я сразу почувствовал какое-то облегчение, словно мне поручили тащить огромный валун и сейчас я делаю это не один.

– По моей вине только что чуть не погибла целая рота… – виновато произнес я.

– Я не думаю что здесь по настоящему убивают людей… Скорее всего это симулятор… Не падай духом, на тебя все рассчитывают, как на командира.

– Но я никогда не хотел им быть. Управление персоналом и управление солдатами оказались немного разными вещами.

– Ты управлял персоналом? Что-то вроде директора, да? – спросила Клемия.

– Ты шутишь, я работал менеджером в небольшом магазине, когда доделывал проект с которым затем пошел в Текар индастрист, заявить о себе. Работа менеджером – это одно, а быть командиром роты, по-моему – совсем другое.

– Но судьба выбрала тебя, значит так и должно быть. Я верю в тебя…

Последние слова как будто вдохнули в меня силы и, настроившись на победу, я ответил:

– Спасибо.

Клемия в ответ посмотрела на меня сквозь стеклянную вставку своего шлема и подмигнула.

– Конечно дружище! Я тоже верю! – поддержал меня по рации Райн, который подключился к нашей беседе. – Гвардейцы, мы верим в нашего нового командира?

Пара десятков солдат поддержала Райна, на что он воскликнул:

– Я не слышу! Гвардия! Все хором, кто наш командир?!

– Кирэго наш командир! – хором отозвалась рота, на общей радиоволне У-Наушника.

Спустя час, в мое поле зрения попала целая вереница маяков, видимо они указывали дорогу, куда нам как раз и надо было. Эти «хлебные крошки» привели нас к форту, который нам и нужно было захватить. Отдав приказ разделиться на отделения, я тем временем разработал небольшой план. Все были готовы к наступлению на объект неприятеля, его высокие титановые стены казались непреодолимыми, а двери непробиваемыми. Такое укрепление не возьмет даже артиллерийское орудие, хотя наверное это говорила во мне доля страха. Единственным входом в здание, который я заметил, являлись большие ворота, защищавшие боевую технику противника.

– Всем приготовиться! – скомандовал я. – Снайперы, огонь!

Первой волной выстрелов все часовые форта распалась, все шло достаточно гладко…

– Второе, третье и пятое отделение вперед, к воротам! Первое и четвертое в обход!

Как я и предположил, программа выпустила своих воинов из ангара. Первое и четвертое отделения пошли другим путем, дабы найти еще один вход. Остальные совершали отвлекающие маневры…

Мы прибежали ко второму входу на базу и начали взламывать дверь, но и тут нас поджидал враг, против нас выехала техника. На такое я совсем не рассчитывал, поэтому я приказал первому и четвертому отделениям укрыться за небольшими скалами и держать оборону, а Райну пойти со мной, так как последней надеждой пробраться в форт оставалась система вентиляции. Обойдя здание, я и Райн нашли то что искали, вентиляция была подходящего размера словно специально для нас, но проблема теперь заключалась в другом. Отверстие шахты находилось на высоте почти четырех метров.

– Давай я тебя подсажу, ты залезешь внутрь и лебедкой…

– Я понял, давай! – ответил я, догадываясь о задумке Райна.

Дониван присел около стены и сложил ладони замком, чтобы я мог встать на них.

– Давай на счет три, – сказал я, – раз, два три!

Райн приложил усилия и подкинул меня до самой вентиляции.

– Эти экзоскелеты в нашей новой броне просто – сказка! – радостно воскликнул Райн.

Когда я оказался в вентиляции и выстрелил в стену прохода из лебедки, которая всегда шла как дополнительный элемент для оружия и полез обратно наружу, повиснув на тросе, я сказал Донивану:

– Цепляйся!

Он подпрыгнул и, ухватившись за меня, ответил:

– Давай!

Нажав на кнопку подъема, лебедка с трудом начала поднимать нас наверх, а потом втаскивать в вентиляцию. Райн неожиданно засмеялся, когда мы уже почти оказались внутри.

– Чего такое? – с усмешкой спросил я, предвкушая шутку Райна.

– Да я представил как мы бы свалились обратно в снег, а твой автомат поехал бы в вентиляцию. Что бы мы тогда делали?

– Ну я бы взял твой, – ответил я.

К счастью этого не произошло. Мы приползли в отсек с реактором, я опять выстрелил из лебедки в стену вентиляции, затем тихо приоткрыл решетку и начал спускаться вниз. Оказавшись на полу, я облокотил решетку о стену и осматриваясь по сторонам, сказал Райну по У-Наушникам:

– Давай вылезай, – после этого я снял с себя автомат и отправил его на лебедке, к Райну. Когда он тоже оказался на полу, я подошел к своему оружию и нажал на кнопку "разрыв", которая была на лебедке и отвечала за отсоединение троса от одноразовой насадки. Обходя стороной огромный гудящий агрегат мы направились к выходу. Пройдя по длинному коридору, а затем вверх по лестнице и прибыв на пост охраны, Райн и я быстро расправились с ней. Теперь путь на командный пункт был открыт. Там оказалось очень много экранов, на которых проигрывались записи наших действий. Вдруг из неоткуда вышел наш ротный Вернес и сказал:

– Отличная работа, штаб-сержант Кирэго! – а затем громко добавил: – Завершить программу!

Все декорации вокруг нас исчезли и теперь мы были просто в комнате с парой компьютеров. На улице прекратилась буря и бескрайние просторы ледяной пустыни ограничились стенами тренировочного полигона. Через минуту весь снег растаял и к нам приехал транспорт. По завершению задания, наша рота условно потеряла сто восемь солдат, но как оказалось это было не плохо – операция же выполнена.

– Хорошая работа! – сказал нам Вернес Арагто, когда мы все построились недалеко от форта. – Сегодня не забудьте пересмотреть свои анкеты, на случай ошибок и сразу же отправьте их мне. Второе: вам в ваших частях давали некоторые лекарства, для лечения ваших болячек, так? Так вот, завтра вместо утренней физ-подготовки мы все едем в медицинский центр для завершения вашего лечения. Вопросы есть? Марш на завтрак!

Проснулся я как всегда под звуки тревоги и голос из динамика: «Гвардейцы подьем!». Одев свои бежевые комбинезоны, все гвардейцы выбежали во двор и построились. Дождя не было и даже звезда Гаудиум, вокруг которой вращалась станция, выглянула посмотреть на солдат.

– Итак, болваны! Как вам первый день на Зейдене? – спросил майор Вернес и, не дождавшись ответа, продолжил: – Надеюсь хорошо, потому что я не собираюсь выслушивать ваши рассказы, про то как хорошо было дома! Спрошу еще раз: как вам первый день на Зейдене?

– Хорошо! – хором отозвалась рота.

– Быстро схватываете, это похвально! От настроя зависит каждый ваш никчемный день! Если вы встали утром и все вокруг серое угрюмое и выглядет как дерьмо, то этот день и будет дерьмовым! Поэтому я чертовски рад, что вы в хорошем настроении!

Тем временем приехал автобус и Вернес приказал нам садится в него. Наша рота ехала на долгожданное лечение, ведь многие отказываются платить налог и специально идут в армию именно из-за этого. Помните, как на призывной комиссии сказали, что мои болячки можно вылечить? Так вот, в военной части на Земле нам давали лекарства, которые замедляли большую часть наших заболеваний. Для полного исцеления, нужно пройти небольшой курс лечения, который доступен только на Зейдене. Лечение проходит следующим образом – солдату надевают дыхательную маску и полностью окунают в колбу с теплым и тягучим словно мед, розовым раствором. На самом деле эта жидкость – набор из триллиардов нанороботов, которые проникая через кожу начинаю бороться с какой-либо болезнью на молекулярном уровне. Процедура лечения длиться около пяти дней, а сам пациент находится все это время под наркозом. Помимо устранения заболеваний нанороботы приводят в порядок все органы, так что на выходе получается абсолютно здоровый человек. Когда мы вышли из колб, то каждый из нас ощутил небывалую бодрость и некую свежесть, от чего некоторые из моей роты даже начали прыгать, признаюсь у меня самого появилось такое желание. Мне на миг представилось, что я смогу подлететь очень высоко, если подпрыгну.

– Отставить! – крикнул Вернес, когда увидел очередного прыгающего гвардейца. – Здоровье вам не для этого дали! Сейчас мы едем на полигон, будем учить вас дешифровке.

Служба на Зейдене была почти такой же, как и на Земле, разница была только в повышенной физической и умственной нагрузках, и в том что вокруг были не только люди. Когда месяц уже подходил к концу и мы понемногу стали привыкать к уставам Зейдена, пришло время для формирования отрядов. За те дни, которые мы провели на станции к нашей компании присоединился товандианец, его звали Туаглор Ме’ранат за Тида’а Кин или просто Туаглор. Кстати это было его первое имя, что касается второго, то товандианцы о нем рассказывают только самым близким, это считается у них жестом глубочайшего доверия.

Внешне Туаглор не отличался от своих собратьев, разве что только черно-серебряным волосяным покровом, в отличии от их черно-оранжевого или черно-красного, и лазурным оттенком кожи, что очень редко встречалось среди товандианцев.

Туаглор оказался замечательным специалистом по воздушному транспорту, умел разговаривать на нескольких языках, в расчет не брались анрилийские и галльские, так как мы их изучали, и даже хорошо знал технику ближнего боя.

Как-то раз Туаглор, Дрекс, Далон и я, сидели в столовой и рассуждали о том, как назвать наш отряд…

– Надо дать совершено простое название… Альфа, Браво, Чарли… – говорил Далон.

– Мы что амрегианцы что-ли? – усмехнулся Дрекс.

– Хорошо, а ты что предлагаешь? – ответил Далон.

– Может быть… Эмм… – Дрекс почесал затылок.

– У самого идей нет! – Далон махнул рукой на Дрекса.

– Ну может каруг'шадра… – попытался защититься Дрекс.

– Что? Что это? – спросил Туаглор, слегка вибрирующим голосом.

– Хищник с Армордаля, – пояснил монсон.

– Нет, это не подходит, вот когда станешь командиром отряда, Дрекс, вот тогда и назовешь его как хочешь. Что скажешь Арториус? – Далон посмотрел на меня, ожидая более светлую идею.

В голову ничего не приходило я сделал умный вид, немного подумал и ответил:

– Может Дэльта? – после чего сразу продолжил, понимая что идея никудышная. – Я не знаю, у меня нет идей.

– Нет! Нашему анти-амрегианцу это не понравится! – ответил Далон и косо посмотрел на монсона.

– Хватит Далон, я просто хочу что бы отряд назывался гордо и угрожающе! – выпалил Дрекс.

– Каруг'шадра – очень угрожающе! – с издевкой ответил Далон. – Вот у вас, как называют отряды?

– На Армордале нет отрядов, там есть кланы и они называются в честь вожака, – гордо сказал Дрекс. – Каруг'шадра – самый страшный хищник, которого можно встретить.

– Отряд "Далон", по-моему звучит не плохо, – с сарказмом сказал я.

Туаглор посмотрел на все это и неожиданно произнес:

– Может Раптор?

– Какой еще Раптор?! – пробасил Дрекс.

– Рапторы – хищники времен "до нашей эры" Земной истории, они охотились стаей и были достаточно быстрыми и скрытными.

– А я об этом не подумал… – задумчиво произнес Далон.

– Откуда ты знаешь про них? – поинтересовался я.

– Я изучал историю Земли, никогда бы не подумал, что это мне пригодится. Наверное это единственное что я сделал по указанию отца…

– Если бы я не послушался отца, он наверное съел бы меня, – с усмешкой пробасил Дрекс.

– Я не пошел в национальную армию тоже по своему желанию, – с гордостью добавил Туаглор.

– Ты какой-то не правильный товандианец, – ответил Дрекс.

– Проблема нашего народа в том, что мы засели в рамках, которые навязали нам наши предки, и сидим в них. Мы не развиваемся, я удивлен как мы вообще вышли в космос. Сколько себя помню, на Товане вечно проходили гражданские войны из-за недовольств.

– Мне всегда казалось, что товандианцы мирные и тихие… – с недоверием сказал Далон.

– Это для Совета, пусть так и останется. Наш народ и вступил в контакт с человечеством, дабы разнообразить культуру и быт.

– Мы отвлеклись от темы, – прервал Далон, – мне кажется что никто не будет против такого названия…

Когда все мысленно согласились с этой идеей, я перевел разговор на другую тему:

– Слушайте может еще кого-нибудь в наш отряд возьмем?

– А кого? Самое главное чтобы в отряде были профи, иначе он не пройдет испытание, – деловито заявил Далон Нотиван.

К нашему разговору присоединились Васл и Райн, они несли подносы с едой и примерно поняв о чем идет речь Васл сказал:

– Арториус прав нам нужен медик…

– Где ты его найдешь? Всех крутых наверное уже разобрали… – сказал Далон оглядевшись вокруг.

– Клемию ты брать не захотел же, – напомнил Васл.

– Я просто не хочу, чтобы в отряде была женщина, от них одни неприятности, может как врач она – спец…

– Эй, триарий Нотиван, – с наигранной важностью перебил Райн, – не будьте задницей! Первое – Клемия спасла жизнь Арторию, второе – она показала отличные результаты на тренировке позавчера, третье – нам не найти лучшего кандидата, да еще в такие коротки сроки.

– Ладно, ты меня убедил, – неохотно ответил Далон, а затем с такой же интонацией спросил: – Кто теперь скажет, где она?

Ответ я заметил как раз во время… Клемия стояла около выхода из столовой и разговаривала с каким-то наларли. Эта картина будто дала мне пощечину, от чего я внезапно почувствовал нарастающую злость. В ту же секунду я резко встал из-за стола и направился к ним.

– Ууу… Ну сейчас достанется тому чуваку! – весело сказал Райн.

– Все же подумай Клемия. Наш отряд многого добьется… – говорил ей незнакомец.

– Привет, Клемия! – сказал я с улыбкой.

– О, Арторий! – воскликнула она. – Я слышала ты получил высший бал во всей дивизии по тесту Шреда. Поздравляю!

– Ну так что? – спросил с нетерпением незнакомец, не обращая на меня внимания.

Клемия развернулась и сказала, указывая на наларли, который по виду был помесью наларли и монсона, об этом говорили грубые кончики плокамиа на голове:

– Арторий, знакомься! Это Йанго…

– Командир отряда Люцифер, – не дав договорить Клемие, надменно произнес Йанго и нехотя улыбнулся мне.

– Арториус Кирэго, штурмовик отряда Раптор, – ответил я и чтобы не показаться не вежливым перед Клемией, протянул свою руку Йанго.

В ответ он с презрением посмотрел на меня и снова обратился к Клемие:

– Я так и не услышал ответа. Ты согласна, Клемия?

– Йанго приглашает меня к себе в отряд, – пояснила она.

– Я собственно тоже здесь по этому поводу, – ответил я и посмотрел на Клемию. – Нам нужен хороший врач и мы…

– Вставай в очередь, солдат! – рявкнул Йанго, сделав шаг ко мне. – Ты не один, кому нужен хороший специалист!

– В очередь встают за ЭГН, лично я пришел к другу.

– Наларли не из тех, кто идут на уступки. Я даю тебе последний шанс уйти, человек, – настаивал Йанго.

– Люди бывают весьма настойчивыми, – ответил я и неосознанно загородил собой Клемию.

– Думаешь я так легко отступлю, человек? Ты сильно ошибаешься! – ответил наларли и подошел ко мне еще ближе.

– Смотри как бы это не было похоже на битву при Рикоце, когда в 2804—ом микандры задали вам по первое число, а у меня микандры в роду тоже есть, —после моих слов, мы стали пристально сжигать друг друга взглядом соперничества.

– Давай тогда проверим, получеловек, – ответил Йанго, после чего отошел на пол шага, сжал кулаки и хотел уже нанести удар.

– Во имя Амарэ, хватит! – воскликнула Клемия, встав между нами. – Прости Йанго, но я не могу работать с тем, кто затрагивает принадлежность к расе и еще может поднять руку на своего сослуживца! – сказала она, сердито смотря на моего противника.

Сдерживая радость я, победоносно ухмыляясь, скрестил руки на груди, на что Йанго кинул испепеляющий взгляд и ушел. Мы с Клемией вернулись к ребятам, которые наблюдали за всем происходящим.

– А я хотел уже идти и навалять ему, так обидно! Давно я никого не мутузил, – с огорчением встретил меня Райн.

– Не грусти Райн, успеешь еще! – поддержал его Дрекс.

– Друзья, я нашел нам отличного доктора! – заявил я и указал на, рядом стоящую со мной, Клемию, которая от стеснения немного покраснела. – Пример ее работы стоит перед вами, и как видите – я выжил после того нападения.

– Ну спасение нашего товарища пройдено на отлично! Так что добро пожаловать! – весело заявил Далон, стараясь не показывать свою неискренность.

– Спасибо! Рада присоединиться к вашему отряду, – с улыбкой ответила Клемия. – А кто придумал название?

– О, это еще один член нашего отряда – Туаглор, – ответил я, указывая на товандианца. – Он спец по воздушному транспорту и как оказалось, еще и по истории. Собственно он и придумал название для отряда.

Товандианец встал и поклонился, как это всегда делают все товандианцы перед первым знакомством, а потом добавил:

– Акро́м–тис, я рад встречи.

– Это означает – слово чести, – тихо объяснил я Клемие.

– Странное решение спора, Арториус, – добавил Туаглор, – будь ты на Товане, тебе следовало ему сказать: "Анреци́гион".

– Что это? – поинтересовался я.

– Это похоже на Земную дуэль, так погиб один из ваших величайших поэтов. У нас же анрецигион проходит в виде рукопашной схватки на смерть. Товандианцам в этом плане проще, у нас есть когти, но у кого их нет можно взять нож.

– Еще один историк в нашей компании?! – воскликнул Райн. – Откуда вы такие беретесь?

– Помолчи, Райн. Мне нравятся истории о прошлом людей, у них было много славных сражений, – пробасил Дрекс.

– Какой смысл слушать про людей, у которых не было электричества!? – возмутился Райн.

– Прошу прощения, – произнес Туаглор своим вибрирующим голосом, – но рапторы, о ком недавно шла речь, жили задолго до людей.

– Ты слышал Арторий?! – обратился ко мне Райн. – Эти чудики еще знают что было до людей!

Глава 13. Криминал на Варказе V.

"Варказ пять или логово

контрабандистов.

Называйте как хотите."

– майор Вернес.

Вот уже 3038 год, прошло около двух лет обучения и тренировок. Сроки поджимали и нас надо было срочно отправлять на поиски Дестиноров. По окончанию первых экзаменов, многие получили повышение, а лучшие гвардейцы получили звание "лейтенант", среди них оказались Далон и я. Теперь мы были готовы, но сначала нам нужно пройти последнее испытание, дабы подтвердить свое звание "спец-отряд".

Нас подняли раньше чем обычно и приказали надеть свою броню. Доспехи лейтенанта были из таких же материалов как и броня штаб-сержанта, только правые наплечники доспехов были покрыты темно-красным цветом. Нам также выдали полуавтоматические штурмовые плазменные винтовки "Фархадо–2", товандианского производства. Сейчас я хотел бы рассказать вам про военную форму и структуру армии поподробнее…

Как я уже ранее рассказывал, у всех военнослужащих есть три комплекта внешнего вида: внутренний, парадный и полевой.

"Внутренний комплект" – включал в себя износостойкое термобелье, простой комбинезон бежевого цвета из кожзаменителя, который всегда надевают под броню, и черные сапоги из того же материала. Различия между званиями можно увидеть благодаря нашивке с надписью на груди, под ним же находился символ специальности.

"Парадный комплект" состоит из трех цветов, красный для младшего состава (до мастер-сержанта), синий для младшего офицерского состава (до полковника), а белый для старшего офицерского состава. Звания так же можно различать по цвету погон и нашивкам на них. На груди также находился символ специальности.

"Полевой комплект" состоял из доспехов темно-серого цвета, для более высших чинов доспехи были прочнее, удобнее, надежнее в общем можно сказать – лучше, чем для низших. Различать звания на полевой форме можно было благодаря определенным раскраскам наплечников на правой руке служащего. На груди находится символ специальности гвардейца (штурмовик, снайпер и т.д.), а на левой руке располагается эмблема отряда, в котором он состоит.

Гвардейцы со специальностью "полевой врач" (латинская буква "F") одеты немного по другому, тяжелая броня им была ни к чему. Для них разработан облегченный вариант со встроенным экзоскелетом C–19, для облегченного переноса раненых во время боя. Поверх брони, медики были одеты в широкое жесткое серое пальто, с красной окантовкой. Длиной оно почти до пола и служит дополнительной защитой. Благодаря множеству внутренних карманов, это пальто использовали вместо сумок с медицинскими принадлежностями, что упрощало лечение в полевых действиях. Вооружение состояло из огнестрельного пистолета семнадцатого стандарта.

Военная служба гвардейца состояла из трех этапов:

1. Служба на родной планете: в зависимости от качества службы, зависит ее срок, от года до десяти лет. Если солдат показывает значительные успехи и претендует на повышение раньше срока, к примеру как наш отряд, то группу таких служащих отправляют на Зейден, сразу после повышения до звания штаб-сержант. Но если такую группу назначают в качестве спец-отряда, то им дается особое задание, после выполнения которого они сразу отправляются на Зейден в специальную часть. Если же солдат нарушает дисциплину, плохо сдает нормативы, его срок службы увеличивают.

2. Отправка на Зейден: в основном происходит только после семи лет службы на родной планете, солдат отправляется на Зейден, для продолжения обучения по своей специальности на два года.

3. Прикрепление к спец-отряду: после двух лет, если солдат успешен в сдаче экзаменов, его повышают в звании. Он имеет право подать заявление для создания своего спец-отряда или вступить в другой. На проверку пригодности, спец-отряду дается задание по успешному завершению которого отряд регистрируется в базе данных, служба продолжается в течение пяти лет. Если спец-отряд не выполняет задание, то он расформировывается и распределяется по нес-подразделениям (не специальные подразделения), служба для таких гвардейцев продолжается около семи лет, в рядах простой армии.

Все войска в основном стараются формировать из спец-отрядов, это упрощает систему подбора солдат для определенных задач. Обычно в случае военного положения: соберут батальон из нескольких отрядов, командиру будет достаточно просто отдавать приказы, так как он заранее знает на чем тот специализируется. Отряд Браво – это снайперы, отряд Эхо – это подрывники. Офицер, который должен защищать порученную ему территорию, отправляет запрос к командованию, какой батальон или дивизия ему потребуется. То есть из каких отрядов, батальон или дивизия должны состоять, на чем отряды должны специализироваться. Конечно не всегда запросы удовлетворяют так, как желает командир, но в целом эта система более-менее работает, так как все солдаты этих спец-отрядов привыкли работать друг с другом в команде. Именно поэтому не командование, а сами гвардейцы подбирают себе людей, для более эффективного взаимодействия. Существуют отряды снайперов, десантников, подрывников, пилотов и еще десятки других разновидностей. Наш отряд считался универсальным, ввиду того, что у нас были собраны почти все специальности.

Таким образом после восьми или девятнадцати лет службы, гражданин Гирронии возвращается домой профессиональным военным. В дополнении к этому он получает однокомнатную квартиру на своей планете, три тысячи пекун, а также рабочее место связанное со своей специальностью или рекомендацию.

Кстати, забыл рассказать, нас зарегистрировали как отряд: "Раптор SKN–7". Как оказалось мы не единственные, кто вспомнил историю и отрядов "Рапторов" было не мало, но утешало то, что их было меньше всего, по сравнению с "Альфа" или "Браво" и тому подобных.

Шел проливной дождь, как старинные пушки гремел гром и светящиеся зигзаги освещали площадь, где стоял почти десяток дивизий, который скоро разделится на отряды и отправится исследовать всю галактику в поисках Дестиноров. Всего на эту миссию подготовлено около легиона гвардейцев и только около двадцати одного процента, теоретически могут полноценно прочитать и осознать информацию кристаллов. Во время построения к нам вышел человек, который отвечал за все здесь происходящее. Это был легат Совета Гаренд, которого нам было хорошо видно, так как его транслировали по нашим У-Линзам. На службе Гарнед уже более ста тридцати лет. Он лучший легат Совета всех времен, это конечно для газет и исторических архивов, на самом деле цена выигранных боев очень велика, вот и объяснение тому, что процент годных к военной службе резко подскочил. Мы в очередной раз получили банальную и бессмысленную информацию в ячейки нашего мозга, которая еще много раз возобновлялась и запоминалась, как надоедливая реклама по телевизору про какую-нибудь жвачку… Как нам говорили: «Это большая честь – лично видеть легата Совета».

– …цена успеха высока, – говорил Гарнед, – целый легион будет отправлен на это задание! Оно очень важное, мы не имеем право на ошибку… На нас рассчитывает Совет и граждане Гирронии!

После заключительных речей, прозвучала команда: "Направо! Бегом на корабли! Марш!"

У-Линзы быстро показали мне траекторию до моего шаттла, и я немедля побежал вперед. Спустя полчаса наш корабль покинул Зейден и прибыл на крейсер, а еще через два часа, наш отряд уже летел в своем собственном корабле, его полное название: "ВФКГ Архангел СК ODA–9", (Военный Флот Космической Гвардии "Архангел" Специальный Класс).

Это был специальный класс транспорта предназначенный для поисков и разведки. Его спроектировали на базе модели "Корвет SK–1", которая отличалась самой высокой маневренностью и скоростью во всем военно-космическом флоте Космической гвардии. Инженеры приложили массу усилий, чтобы увеличить основные спецификации корабля, а также добавить ему хорошее вооружение; предполагалось, что если на корабль кто-либо нападет, то его команде придется самостоятельно разбираться с атакующими, не рассчитывая на подмогу.

Орбитальные бомбы, товандианской разработки – "Горячий дождь", позволяют с предельной точностью уничтожать пехоту и легкую технику противника. Бомбы не обладают огромной разрушительностью, тем самым позволяя вблизи оказывать поддержку союзным наземным войскам.

Кинетические торпеды "Игла" с ядерными боеголовками.

Ионные орудия "Палач", пожалуй жемчужина вооружения. В основном такие пушки ставят на фрегаты, из-за высокого потребления энергии. В случае "Архангела", это конечно было очень дорогим приобретением, но на частое использование орудия, корабль не был рассчитан. После трех или четырех выстрелов, энергия на судне может упасть до критической отметки, что противодействует запуску ГОПТа (Генератор Ограниченного Подпространственного Тоннеля); в этом случае судно не сможет путешествовать на большие расстояния. К счастью на этот случай, инженеры установили усовершенствованный ДФП–7 (Двигатель Фотонного Потребления), позволяющий хранить больше энерго-ячеек на корабле, из-за своих уменьшенных размеров. Эта модель может использовать сразу две энерго-ячейкии.

Энерго-ячейка или астерия на товандианском, представляет из себя миниатюрную модель ядра таких станций, как Орбис Прайм или Зейден, она и является основной частью двигателя. Но из-за отсутствия механизма охлаждения, рабочая часть преобразователя энергии, находящегося вокруг синтезированной миниатюрной звезды, подвергается постоянному разрушению. Поэтому астерию делают одноразовой, и в момент, когда фотонный преобразователь почти исчерпывает свои ресурсы, в камеру с синтезированной звездой подается раствор, который уничтожает ее; при этом маленькая сверхновая отдает остатки своей энергии фотонному преобразователю. Сверх прочный корпус астерии, из агрудурского сплава и специальный предохранитель, не позволяют сверхновой уничтожить двигатель и сам корабль, тем самым делая этот вид топлива максимально полезным и безопасным. Стоит добавить, что ячейки при продаже являются пустыми, миниатюрная звезда синтезируется в них, когда вставляется в ДФП. Если бы ячейки выпускали уже с готовыми синтезированными звездами, то они бы имели очень маленький срок хранения.

Так же на корабле находился ГКЩ–13 (Генератор Кинетического Щита), самая последняя модель. В отличии от своих предидущих моделей, ГКЩ–13 обладает интеллектуальными датчиками, которые за доли микросекунд улавливают приближающийся физический объект, рассчитывают его скорость приближения, примерную массу, траекторию попадания по кораблю и тем самым создают участок кинетического щита в опресненном месте, тем самым экономя колоссальное количество энергии; пилоту теперь не нужно было заботиться об общем уровне плотности щита. Самое забавное, что прототипом для такого вида кинетического щита, послужил пинг-понговый игровой стол, который изображал анимационного противника отбивающего мячики. Когда-то было внесено предложение о производстве таких щитов для индивидуального пользования солдатами. Но из-за больших потреблений энергии солдатам бы пришлось с собой носить очень тяжелые блоки питания, что сделало бы их менее мобильными и выносливыми, поэтому от этой идеи отказались.

По характеристикам, это был корабль класса "А1". Там помещались два летательных аппарата: вертолет "Ласточка", предназначенный для наземных операций и небольшой герметичный корабль "Железная птица", который был чуть больше вертолета, но имел вооружение помощней и вместо двух лопастных двигателей – реактивные. Так же в ангаре помещалось два боевых вездехода "Вардос". Сам корабль делился на три этажа, на первом, самом нижнем, был ангар и реактор. На втором находились жилые отсеки и кают-компания. На третьем, самом маленьком, был центр управления. Попасть в корабль можно пятью способами. Первый – через большой шлюз для летательных аппаратов, второй – через шлюз для вездеходов, третий – через еще один шлюз в ангар, но только для экипажа, четвертый – через шлюз в жилых отсеках, пятый – через центр управления.

Каждому спец-отряду достался такой корабль, всего их было построено около ста тысяч. К сожалению после войны их численность резко сократилась, и осталось только несколько сотен, хотя корабли были очень надежные и полноценно могли участвовать в сражениях.

Сейчас все отряды проходили последнее испытание. Задача нашего отряда состояла в том, что мы должны были арестовать криминального барона с планеты Варказ V. По его вине торговые суда не могли доставлять продовольствие в девять планетных систем, а также на десять тысяч постов Космической гвардии. Нарушителя закона звали Вакенгеш Меркад, если верить архивам, то его в течении двадцати лет не могли поймать, он всегда умудрялся сбегать.

– Дрекс, Арториус и Клемия пойдут со мной, Райн и Васл возьмите гражданскую одежду, будете прикрывать нас. Туаглор, ты будешь на "Ласточке", если что-то пойдет не так, прикроешь нас с воздуха…

Планета была полностью покрыта песчаными пустынями и среди них находилось всего три города. Эти поселения жили за счет шахты по добыче руды и за счет пролетающих мимо торговых кораблей. Здесь можно было найти много интересного, начиная от дорогой одежды, заканчивая оружием. В двух километрах, от места где мы высадились на пустынных холмах, виднелся небольшой городок – Адро-карф.

– Я лучше побуду пока на земле, в ясном небе трудно спрятаться… – произнес Туаглор своим вибрирующим голосом.

– Будь готов взлететь по команде, – сказал Далон, а затем оглядев отряд добавил: – Райн, Васл, аккуратно проберитесь в город, вас не должны заподозрить, мало ли они окажут сопротивление…

Накинув плащи Райн и Васл пошли вперед, в том городе многие наемники носили гвардейскую броню и это не вызывало подозрений; Далон тем временем принялся в очередной раз проверять оружие.

– Нервничаешь, Далон? – спросил я, наблюдая как он рассматривает экран диагностики на винтовке.

– Есть немного… От этого же зависит наше будущее. Я не хочу быть расформированным и кинутым в общий сброд.

– Все обойдется, должен же кто-то поймать этого типа на его юбилей, – ответил я и тоже решил проверить свое оружие.

– Не беспокойтесь, лейтенант Кирэго, – неожиданно прозвучал голос Лимы в моем У-Наушнике, – я уже проверила ваше снаряжение, оно в полном порядке. Что же касается лейтенанта Нотивана, то он не доверяет моей диагностике.

– Да, не доверяю, – подтвердил Далон, услышав на общей волне голос Лимы и, не отвлекаясь от своего дела, добавил: – Эта ЛИМА – программа и как у любой программы, у нее могут быть сбои.

– Принимая во внимание личную неприязнь к андроидам и мне, я более не буду совершать диагностику вашего оружия, лейтенант Нотиван, прошу прощение, – ответила Лима.

– Неприязнь к андроидам? – немного взволновано спросил Далон. – Откуда тебе знать об этом?

– Я проводила тщательный анализ каждого гвардейца прилетевшего на Зейден, лейтенант Нотиван, и хорошо осведомлена о чертах характера и предпочтениях каждого.

– Тогда просчитай мой характер и угадай, что я сейчас скажу.

– Исходя из моих данных, "персональный режим" максимально продуктивен. Я буду переходить на общую волну только в случае необходимости.

– Отлично! – ответил Далон, показывая наигранную радость.

– У нас все получится! Мы все продумали, значит он не сбежит, – сказала Клемия, стараясь разрядить обстановку.

– Верно! Не волнуйся, Далон, с вами монсон, а если дело касается хорошей драки, то лучше нас никого нет! – пробасил Дрекс.

– Ладно, пора, – ответил Нотиван и мы все выдвинулись вперед.

Звезда была в зените, она светила прямо над нами и безжалостно накаляла нашу броню, хотя в ней предусмотрен контроль климата. В городе стоял гул и суета, как тараканы все местные жители копошились в улочках. Когда мы пришли в это поселение, на нас по началу никто не обращал внимания, пока Далон не начал допрос какого-то прохожего. Райн и Васл хорошо сливались с толпой и не привлекали внимание, даже мы сами не сразу их узнали. Не добившись результатов, Далон нервно спросил:

– Ну что? Что будем делать? Как нам его найти? Допрос ни к чему не привел.

– По-моему, нам нужно туда, – ответил я, когда заметил единственное возвышающееся здание в округе, – что-то мне подсказывает, что все эти бароны очень любят выпендриваться.

– Сам догадался или ЛИМА подсказала? – с усмешкой спросил Далон.

– Я попросил ее поделиться мнением по поводу этого задания. Она сделала сканирование перед посадкой и посоветовала искать это здание.

– Мнением? Статистикой, – поправил Далон, – поделиться статистикой, это программа, а не человек.

Наша группа направилась к десятиэтажному зданию, оно оказалось единственным высоким строением в поселении. Около входа в него стояли два монсона, одетые в броню гвардейцев. Они ими точно небыли, наверное захватили корабль с небольшим военным грузом, скорее всего контрабандным. Эти два монсона загородили собой вход и один из них спросил:

– Чего вам тут бл* надо?! Вали нах* отсюда!

Далон никак не отреагировал и показал ордер на арест:

– Если вы, квириты, не хотите тоже здесь оказаться, не мешайте нам… – после этого Далон двинулся вперед, но противник не желал отступать.

– Ха-ха! – засмеялся второй охранник. – Я такой ордер и броню могу тебе через час откапать! Считаю до трех!

– Слушай ты, жалкое подобие чидуки, – рявкнул Дрекс и, отодвинув Далона в сторону, подошел в плотную к охраннику, – ты сейчас пропустишь нас или воин Рорнага заставит захлебнуться тебя в собственной крови!

– Эй, Гаридра, может ну его?

– Молчать я сказала! – рявкнула монсонка.

Далон, Клемия и я переглянулись и увидели друг у друга шокированное выражение лица.

– Подумай еще раз, милочка, – пробасил Дрекс. – Эти ребята из гвардии воюют ничуть не хуже, чем клан Адргвада! – затем он посмотрел на нас через плечо и с гордостью добавил: – До моего, правда еще далеко.

– Рорнаг, говоришь!? – недовольно переспросила монсонка, а затем добавила: – Радуйся, что клан Жародгир уважает Аргур'да Рорнага или сегодня я бы приобрела отличную голову! – сказав это, монсонка кивнула напарнику и двое охранников скрылись в переулках.

– Это она? – спросил я, до сих пор пребывая в легком шоке.

– Даа… – протянул Дрекс, смотря в след наемнице, а затем с улыбкой добавил: – Причем очень симпатичная!

– Серьезно? – спросил я.

– Даже будет чуточку покрасивее Клемии, – сказал Дрекс, а потом с ухмылкой продолжил, посмотрев на наларли: – Только не обижайся.

Клемия только захихикала в ответ.

– Так, отставить. У нас тут операция, – сказал Далон, – молодец, Дрекс.

Мы вошли в здание и побежали вверх по лестнице, ступенька за ступенькой замелькали перед моими глазами.

– Они что, не могли тут лифт построить? – возмутился Дрекс.

Наконец мы добрались до последнего этажа, а затем выбили дверь и вошли в кабинет, держа оружие наготове и осматривая комнату. За столом, в кресле спиной к нам сидел тот самый микандр. Далон приготовил оружие и немного отдышавшись, громко объявил:

– Вакенгеш Меркад, вы обвиняетесь в краже государственно имущества в виде… Оружия, брони и продовольствия, убийстве более девяти тысяч гвардейцев и около двадцати тысяч гражданских включая детей, контрабанде, наркоторговле, мошенничестве и террористических актах в одиннадцати планетных системах… По приказу высших инстанций, вы должны идти с нами, в противном случае мы применим силу!

Вакенгеш выслушал это и под скрип стула развернулся к нам. С первого взгляда нельзя было даже предположить, что этот микандр виновен во всем перечисленном. Внешне он всем своим видом излучал добродушие и сказать, что он убийца или террорист я не мог. Он походил на простого гражданина, который надел костюм для похода в кино. Вакенгеш решил нам ответить:

– Очень хорошо, лейтенант. Как я понимаю, это ваше первое задание. Единственное что меня во всей этой сцене расстроило, так это моя медлительная охрана.

Далон никак не отреагировал на это и просто пошел к нему, держа в одной руке наручники, а в другой пистолет. Вдруг из отверстий в полу и стенах повалил густой дым, а внизу послышался топот и крики. Микандр ловко оттолкнул Далона и скрылся в дыму. Нотиван сделал кувырок назад, и встав на ноги побежал за Вакенгешем, попутно отдав приказ:

– Сторожите вход!

Решив помочь Далону, я направился за ним, но не успел он завернуть в коридор, как раздался выстрел и Далона что-то оттолкнуло прямо на меня.

– Черт, в меня попали! – крикнул Далон, а заметив меня крикнул: – Арториус, найди и схвати его, живо! Это приказ!

Убедившись, что Вакенгеша уже не было в ни в кабинете ни в коридоре, я выбил дверь в его конце и очутился в небольшом помещении, где Вакенгеш скорее всего отдыхал. Осмотрев комнату и увидев открытое окно, я подбежал и выглянул на улицу, микандр спускался по наружной лестнице. Не долго думая я стал спускаться вслед за ним.

– Прием, Райн, Васл! Он спускается снаружи по лестнице! Прием! – сообщил я по У-Наушникам.

– Прием! Мы зажаты, тут толпа наемников! – ответил Райн.

Вот Вакенгеш уже спрыгнул на землю и забегает во двор, а я только около третьего этажа. Добравшись до второго я спрыгнул, сделал кувырок и побежал за ним. По пути мне встречались: лавочки, палатки и всякие мелкие торговые точки. Каждый успевал мне предложить что-то купить и пихал это прямо под нос.

Вакенгеш бежал к широкому и глубокому ущелью, которое разделяло большой город на две части, соединял его разводной мост. Каньон был наполнен какой-то жидкостью, видимо отходами из шахт. По нему, на корабле, можно было добраться до соседнего города, в пятистах километров от сюда.

Вакенгеш уже добежал до моста, но к моему счастью там проплывал большой торговый корабль и мост разошелся (мост разводили не из-за того что корабль не мог пройти, а скорее по тому, что бы никто не смог пробраться на него).

Микандр остановился и встал около края моста. Ветер трепал его серый пиджак, его лицо выражало смирение.

– Хватит беготни… Всю жизнь так провел… – заявил он.

Тем временем я подбежал к нему и, переведя дух, сказал:

– По-моему, разумная мысль, а теперь давайте пройдем со мной!

В это время как раз подлетел Туаглор с ребятами. Вокруг сразу поднялась пыль и стало шумно. Микандр недоверчиво посмотрел на нас и сказал мне:

– Подойди сюда…

Далон с вертолета крикнул мне:

– Арториус, чего ты возишься? Веди его сюда!

– Положите руки за голову и пройдите со мной, – сказал я, наставив свою винтовку на него.

Тогда Вакенгеш начал кричать мне, прикрываясь от поднятой пыли:

– Грядет буря, силы галлов уже готовы и скоро начнется война! Но я слышал, что в этой битве будет и третья сторона, сторона которая поработит все… Я так не дождался своего человека. Вот держи!

Он кинул мне под ноги маленькую коробочку размером с ладонь и сказал:

– Только так можно найти способ, спасти любую планету! Найди Стоунхендж!

– В смысле о чем вы и зачем это говорите?!

– Я повторять не буду!

Затем Вакенгеш развернулся и прыгнул в ущелье… Подбежав к краю моста я посмотрел вниз и увидел, как серая точка отлетала, то от края борта судна, то от стен ущелья, пока не исчезла в зеленой жидкости. Далон спрыгнул с вертолета подошел ко мне, и не обращая внимание на свое ранение, схватил меня за плечи и с криками начал трясти:

– Ты что бл* творишь?! У нас было задание и мы его провалили! Ты! Я тебе ясно приказал вести его сюда! – он указал рукой на вертолет, который старался шумом заглушить ярость Далона. – Ты ослушался моего приказа! Моего прямого приказа! Это нарушение устава!

Затем Нотиван от бессилия перестал орать, пена Вармеля налилась кровью, значит рана открылась; несмотря на это Далон начал расхаживать, то туда, то сюда с две минуты и наконец сказал:

– Туаглор! Свяжись с командованием!

Когда связь состоялась Далон начал разговор:

– Майор Вернес, мы провалили задание, объект покончил с собой.

– Я это предполагал, не волнуйтесь, лейтенант Нотиван, он все равно был приговорен к смерти! Главное то, что он не сбежал. Что ж, могу вас поздравить, вы избавили суд от лишних дел. Теперь я даю вам двое сиркум на фото, отправку на корабль и возвращение на свою позицию! Координаты вашей ВПГ уже отправлены.

– Простите, майор Вернес, какое фото?

– А вы не знали?! У нас традиция: после первого задания фото на память! "Что бы отряд остался таким же!" – так говорят… Выполнять!

Когда Вернес отключился, Далон с облегчением и неким замешательством сказал:

– Ну тогда отлично… Давайте все сфотографируемся…

Все мы положили свой инвентарь и некоторые из нас взяли в руки оружие, для красоты. Райн не обошелся одной винтовкой… Туаглор и Васл посчитали, что они и так нормально выглядят, Дрекс достал из вертолета здоровый пулемет двадцать первого стандарта. Клемия хотела поменять пену Вармеля (Представляет из себя быстро застывающую пену, которая покрывает рану и способствует ее быстрому заживлению, а так же препятствует попаданию инфекции), но Далон сказал: "После фото". Васл поставил камеру, затем мы все встали на фоне заведенного вертолета, "Щелк".

Глава 14. Полет на Орбис Прайм.

Последующий год наш отряд был обязан находится на девятьсот третьей ВПГ, недалеко от Герона пятьдесят семь. Расшифровывается это как: Военный Пост Гвардии, с этой станции мы должны были совершать рейды в разные уголки галактики, когда разведывательные зонды засекали присутствие очередного Дестинора на той или иной планете. Под нашим контролем находилось более десяти СПС (Союз Планетных Систем – по большей части это политический термин, обозначающий объединение нескольких определенных планетных систем под чьим-либо руководством. Столичная СПС включает в себя несколько планетных систем, в большинстве которых находятся пригодные для жизни планеты. Кстати не редки случаи, когда несколько СПС могут объединиться внутри государства). Сама станция была не большого размера, чуть меньше гвардейского линкора. На ВПГ может размещаться около тридцати спец-отрядов, не обязательно одинакового назначения. «И все же очень странно, что это за система? Что в ней находится?» – спросил я сам себя, когда летел на ВПГ, оказалось, что в той коробочке, которую мне дал Вакенгеш, лежал ЭГН-ридер, а в нем был фрагмент координат неисследованной планетной системы. На всякий случай я никому не стал рассказывать об этом, особенно Далону. Последнее время он стал слишком нервным, не знаю почему, может из-за полномочий ему голову вскружило, то-ли… Нет, я тогда не знал.

Шел первый день нашей службы на станции. Далон сидел в столовой, словно на иголках, он ждал первое задание. К счастью запуск зондов, для поиска Дестиноров, отложился, ввиду их нестабильности и командование дало отрядам нашей ВПГ четыре дня на отдых, пока техники не решат проблему.

– Отлично! Давайте куда-нибудь слетаем! Нафиг тут сидеть? – предложил Райн, когда мы сидели в столовой.

Дрекс, встав из-за стола, ударил по нему и недовольно пробасил:

– Согласен, нам тут делать нечего и вообще это не армия, а санаторий! Где сражения?

– К тому же нам не давали приказа "сидеть на месте", так что думаю мы ничего не нарушим, – поддержал своим вибрирующим голосом Туаглор.

– Нее. Мистер "Так точно" не пойдет на это, – с издевкой сказал Райн смотря на Далона.

– Да, не собираюсь, – недовольно ответил Нотиван.

– Может это и в правду плохая затея, – сказала Клемия, – но я бы с удовольствием слетала куда-нибудь, к примеру на Орбис Прайм.

– Отличная идея, Клемия! Кто еще хочет полететь на Орбис Прайм? – начал раззадоривать всех Райн.

– Отставить, Дониван! – прикрикнул Далон на Райна.

– Далон, успокойся. Если мы покинем ВПГ, то это не будет нарушением устава. Нам дали несколько дней на отдых, а в него входит такая возможность как поездки куда-либо, на усмотрение отдыхающего, нам главное успеть вернуться вовремя, – объяснил я.

– Акром-тис, Арториус прав, – поддержал меня Туаглор.

Васл, который все время молча сидел в углу, произнес, одобряюще кивая головой:

– Да, устав соблюден.

– Ну что, полетели на Орбис Прайм? – спросил Дрекс.

– Уж лучше Арторий был бы командиром, – буркнул Райн себе под нос, поняв что Далона не переубедить.

Нотиван, махнув рукой, со злостью произнес:

– Ладно летим!

На большой станции кипела жизнь, Орбис Прайм в этом плане словно вечный двигатель. Приземлившись в доках, мы оставили свое снаряжение на борту, кроме брони, собрались перед кораблем и начали обсуждать кто и куда пойдет.

– Хочу посмотреть оружие, – пробасил Дрекс, – может что куплю, по уставу гвардии я могу так сделать.

– Честно, я тоже бы не отказался… Говорят новые винтовки Дрогнавуа появились… – сказал Васл, почесывая затылок.

– Отлично. Дрекс и Васл, будте здесь через пять часов, – скомандовал Далон.

В ответ они одобрительно кивнули и пошли к торговым рядам. После их ухода Далон переключился на меня и заявил:

– Так Арториус, ты никуда один не пойдешь. Хватило мне того случая.

– Ладно, ладно… – не противясь ответил я. – Мне не принципиально куда идти, разве что хотел посмотреть краску для брони и нашей эмблемы, мы же решили сами ее нарисовать…

– Ооо… – протянул Райн, – я не доверю тебе выбор краски для эмблемы и брони! Раскраска эмблемы на броне это не просто так. Это важная деталь нашего внешнего вида, я не хочу выглядеть как клоун!

– Слушай Райн, а ты хотя бы знаешь, как выглядели рапторы? – спросил я. – Лично я, немного пошарил в Галархиве на этот счет…

– Эмм… – послышалось со стороны Райна.

– Я пойду с Арторием и Райном, кому-то надо будет за ними приглядеть, – закатив глаза заявила Клемия.

– Ладно, помните про ограничения на счет раскраски брони. Можно применить не более трех цветов и главное чтобы они были контрастными!

– Это я помню и то что красить можно только шлем, нагрудник и рукава, за исключением наплечников разумеется. И то что покрыть можно строго не более двадцати процентов от каждой части брони.

– Молодец, Арториус, теперь можете идти, – ответил Далон, затем вслед крикнул: – Помните, через пять часов быть тут!

Райн, Клемия и я, брели по торговым рядам в поисках подходящей краски. Каждая лавка, которую мы проходили, была практически уникальной, так как имела свое собственное оформление и определенную категорию товара. В добавок в таких магазинах никогда не работали представители разных рас. Каждая торговая точка представляла из себя кусочек культуры и быта целого народа, так например наларли, пользуясь своим идеальным телосложением, свойственным их расе, демонстрировали на себе разную одежду. Изящные и стройные девушки показывали бархатные платья, с соблазнительными вырезами, а мужчины, подобные древнегреческим богам, представляли солидные костюмы последнего слова моды. В лавке монсонов всегда можно было найти, что-нибудь огромное и тяжелое, подобное самим продавцам; товар рознился от поддержанных запчастей космических кораблей, до крупнокалиберного вооружения. У микандров всегда находились различные драгоценные украшения для домов и их владельцев. Ювелирное дело среди микандров было всегда в чести, так как только сдержанность и терпение позволяют создавать шедевры. Товандианцы блистали технологическими достижениями, в виде всевозможных компьютеров и бесчисленны программ для них. Люди, единственные из всех рас, кто продавал в основном еду. Начиная от пирогов, заканчивая жаренным в масле мясом. Тем не менее торговля у представителей Земли шла вполне успешно. Галлы были очень редкими посетителями Орбис Прайма, поэтому встретить их в виде торговца было практически невозможно.

Помимо торговли, здесь, на средних уровнях, проводились всякие состязания, а также азартные игры, которые кстати ранее не поощрялись законом, но теперь если игра идет не на деньги, то это не является нарушением. Именно поэтому тут в ходу всяческие расписки на разные суммы.

– Хмм… Может сыграем? – предложил я, указывая на игроков в кости.

– Это сплошное надувательство! У них кости специальные, это уже всем давно известно! – неодобрительно ответила Клемия.

– Да ладно, пару пекун не жалко… – поддержал меня Райн.

– Добрый день! Желаете сыграть в кости? Ставки небольшие, не волнуйтесь, здесь частенько выигрывают, – сказал нам организатор, услышав наш разговор.

– Нет, мы уже уходим! – сказала Клемия и, подталкивая меня сзади, повела вперед. – Во имя Амарэ, Райн! – прикрикнула Клемия Донивану, который тем временем хотел сыграть в карты с каким-то товандианцем.

Мы прошли еще несколько метров, как к нам подошел толстый человек и добродушно заявил:

– Здравствуйте, гвардейцы! Здравствуйте! Что вы хотите купить у старины Танвера? – он оглядел нас и продолжил. – Вы весьма важные особы! Наверное спец-отряд! А эмблем нет… У меня есть отличный выбор красок!

Мы остановились и переглянулись. Танвер не стал дожидаться и снова продолжил:

– Вот вы! – воскликнул он, указывая на Райна. – Наверняка вы цените хорошее вооружение! А я заказал такую крутую партию гранат! Их только старшим офицерам выдают… – Танвер подошел к Райну и повел его к своему магазину.

Пожав плечами я направился за ними, только Клемия смотрела на торговца с недоверием.

– Смотрите! У меня есть отличные краски! Выбирайте! – предложил толстый человек.

Мы с Райном стояли около стеллажа и выбирали подходящие цвета. Клемия рассматривала коллекцию насадок для красящего устройства. Выбрав необходимые цвета, мы пошли к кассе.

– Кстати, если хотите, я могу купить у вас это ожерелье. По выгодной цене! – обратился торговец к Клемие, встречая нас у кассы.

Клемия, прикрыв рукой свое ожерелье строго заявила:

– Оно не продается!

– Ладно… Не злитесь, я хотел сделать выгодное предложение… – оправдываясь сказал он, а затем принялся считать: – Так… Это два… Это пять пекун… – повторял себе под нос Танвер.

– У нас еще есть время прогуляться… – сказал Райн, убирая краску к себе в сумку.

– Это точно… Надеюсь краски мы нормальные купили… – ответил я.

– Не обижайте! Это очень хорошие краски, лучше не найдете здесь! Кстати! Вас не интересуют гранаты? Я уже о них немного рассказывал… – после этих слов, торговец полез под стойку и достал ящик с гранатами бордового цвета. – Гремит круто! Берите, не пожалеете! Всего тридцать пекун за штуку!

Клемия подошла к нам, взяла одну гранату в руку и сказала задумчиво:

– Не знаю… Я никогда их не видела… Хотя я с отцом часто бывала на Зейдене…

– Ну ладно тебе… Он же сказал, что это новая партия, – оправдал его Райн.

– Верно! – ответил Танвер и оставил две гранаты на прилавке. – Твой друг прав, Клемия!

Воцарилась тишина, Танвер замер с раскрытыми глазами, а все его лицо моментально побледнело и покрылось капельками пота.

– Откуда вы знаете мое имя? – спросила Клемия.

– Ну э… Это мне Райн сказал! – начал оправдываться человек.

– Я тебе ничерта не говорил!

Тут из гранат повалил дым и мы сразу выкинули их в окно. Внезапно дверь в лавку открылась и вбежали двое, одетые в тяжелую броню и маски, скрывающие их лица. Спустя пару секунд, снаружи раздался взрыв. Двое неизвестных, спрятавшись за шкафчиками, открыли по нам огонь. Я, Райн и Клемия, моментально перемахнули за прилавок, где уже сидел дрожащий Танвер.

– Амарэ! Крутые гранаты, да?! – со злостью вскрикнула Клемия.

– Простите, у меня не было выбора, они мне заплатили и угрожали и… – начал лепетать торговец.

– Капец затарились краской! – весело воскликнул Райн.

– Краска хорошая, Бог свидетель! – воскликнул Танвер. – Они попросили дать вам эти три банки и все!

– Тихо! – шепнул я, так как обстрел прекратился, – Где здесь черный ход? – спросил я Танвера.

– Там, дальше по коридору! – указав на коридор, ответил торговец.

– Давайте на счет три! – предложил Райн. – После этого послышался треск стекла и за прилавок прилетела граната.

– Три! – крикнул я и мы побежали вперед.

Танвер с разбегу выбил дверь и куда-то убежал, Райн, Клемия и я бежали в сторону доков. Но вскоре мы остановились так как нам преградили дорогу здоровенные монсоны. Неожиданно они убрали оружие и достали парализующие дубинки, а один из них, указывая на меня проорал:

– Вот он – он! Берем его и валим.

– Бегите направо… А я возьму на себя парочку… – тихо сквозь зубы сказал Райн.

– А ты уверен? – спросил его я.

– Ну или просто бежим в разные стороны! – крикнул Дониван и побежал налево, сбив с ног одного монсона.

Клемия и я побежали направо. После долгой и изнурительной пробежки по дворам, мы затаились в одном из темных переулков.

– Я так и… – начала Клемия, пытаясь отдышаться, – и знала… Нельзя было доверять ему!

– Тихо! – прошептал я, увидев наших преследователей напротив.

Они нас пока не заметили, но шли прямо к нам, позади нас был тупик. Вдруг Клемия взяла меня за руку и потащила дальше в переулок, как оказалось там была небольшая щель между зданиями.

– Залезай!

– Что? По-моему, мы туда не поместимся! Тут только на одного! – шепотом воскликнул я.

– Ты хочешь дать отпор без оружия, трем здоровенным монсонам?!

– Ладно… – согласился я.

Мы начали втискиваться, лицом друг к другу, в проем между зданиями.

– Черт! – тихо сказал я, когда мы еле-еле скрылись в щели.

Некоторое время я смотрел в сторону улицы, надеясь, что я не увижу там монсонов. Затем мой взгляд случайно упал на Клемию. Внезапно я вспомнил нашу первую встречу, ее пристальный обжигающий взгляд. В сочетании с тем фактом, что мы стояли плотно прижавшись друг к другу, у меня разыгралось воображение. Клемия тем временем тоже перевела свой взгляд на меня и посмотрела мне в глаза. Мое сердце, будто бешеное, застучало еще быстрее. Мысли стали являть мне пленительные образы обнаженной Клемии в моих объятиях, уводя меня все дальше от реальности. Она, словно прочитав все в моих глазах, резко отвернулась и стала краснеть.

– Душновато тут, – тяжело вздохнув, произнес я и зажмурил глаза, как будто это должно было избавить меня от моих мечтаний, – на Орбис Прайме…

Клемия не оборачиваясь прошептала:

– Тихо! Тут и так тесно…

– Это все потому, что кто-то слишком много ест, – пошутил я.

Лайнис медленно повернулась ко мне с удивленным выражением лица и шепотом воскликнула:

– Что?! Это мне говорит человек, который навернул сегодня две порции?!

– Ну я же шучу, – хихикая ответил я.

– Амарэ! Вы – нахал, триарий лейтенант! – сердито ответила она.

Некоторое время мы стояли и ждали когда наши враги уйдут. Воспоминания о недавней миссии на Варказе V наконец помогли мне отвлечься. Неожиданно Клемия с мечтательным тоном произнесла:

– Добавить медленной музыки и такое впечатление будто мы танцуем…

– Тогда это очень медленный танец, – с усмешкой поддержал я.

Лайнис с улыбкой посмотрела на меня, а затем опять отвела взгляд куда-то в сторону.

– Ладно выходим, думаю мы тут достаточно долго.

Выбравшись из проема между зданиями, мы аккуратно направились к выходу на улицу. Клемия и я подошли уже к углу здания, как из-за него вышли те монсоны. Не теряя времени я ударил ногой самого ближнего, от чего тот рухнул на своих друзей. Схватив Клемию за руку, мы побежали вниз по улице, где я заметил лифт. Оказавшись в нем, я нажал на кнопку, двери закрылись и мы поехали вниз.

– Надо связаться с Райном… – предложил я и начал настраивать связь, но Райн не отвечал.

Через некоторое время связь вовсе исчезла. Вдруг Клемия остановила лифт, немного подождала и мы вновь поехали вниз, проделав это несколько раз я спросил:

– Зачем это?

– Я думаю монсоны не отстанут от нас, возможно они стоят наверху и смотрят, на каком этаже мы остановились, вот пусть подумают, – пояснила Клемия.

Мы остановились на двадцать втором уровне и вышли из лифта, после чего я нажал кнопку двадцать четвертого уровня и лифт поехал дальше вниз один.

– Мало ли они до сих пор смотрят… – предположил я.

Клемия кивнула в ответ. В округе было тихо и безлюдно лишь изредка, где-то вдалеке, раздавались выстрелы и крики, они эхом долетали до нас и продолжали свой путь дальше по мрачной улице. Дорога, по которой мы шли, была полна мусора и грязи, то и дело ее перелетал какой-нибудь пакет, словно перекати—поле. Здания по бокам улицы были тоже все в грязи и коррозии, окна были заделаны ставнями и практически нигде не горел свет. Освещения на улице также было немного, почти все фонарные столбы либо были разбиты, либо лампы в них давно перегорели. Такой пейзаж тянулся до самого горизонта. Клемия и я тихо шли вперед, стараясь не привлекать внимание. Кое-где в подворотнях около бочек, где горел огонь, стояли люди и пытались согреться. Они долго провожали нас взглядом, от чего становилось не по себе. Вдруг мы услышали сигналы сирены патрульной машины СБГ (Служба Безопасности Граждан), она ехала прямо за нами.

– Стойте! – крикнул я и взмахнул рукой.

Машина остановилась и мы сразу пошли к ней, подумав что все закончилось. Дверь транспорта открылась и оттуда выглянул человек с побитым лицом, около него сидели еще несколько, они явно походили на заключенных, а не на гвардейцев, так как были одеты в оранжевые комбинезоны.

– Че надо е*та? – спросил водитель.

– Ничего, мы ошиблись… – ответил я и отошел с Клемией от машины.

Нам повезло и они поехали дальше, скрывшись в переулке. Мы немного подождали и снова продолжили путь. Пройдя несколько кварталов, я осознал, что наше присутствие давно уже не новость. Мы мало кого видели, но я чувствовал на себе голодные и хищные взгляды местных жителей, с каждым десятком метров их становилось больше. Это уже был не райский Орбис Прайм, даже возле бара Трясина, было повеселее.

– Где же этот чертов лифт… – сказал я сам себе сквозь зубы.

Клемия, оглядевшись по сторонам, тихо произнесла:

– Мы заблудились… Может лучше вернуться, мы знаем как идти к тому лифту?

– Сзади собралось слишком много бродяг, если развернемся, сразу попадем в тупик.

Но впереди, как оказалось было не лучше, там как раз тоже был тупик. Дорогу преграждало закрытое здание, по бокам были дома без переулков, я и Клемия оказались в западне. Обернувшись назад, мы увидели дюжину бродяг, которые покачиваясь как зомби, стояли и выжидали чего-то.

– Я без боя не сдамся… – сказал я себе и Клемие.

– Я с тобой, – ответила она и, взяв мою руку, сжала ее.

Толпа медленно двинулась к нам, вооружившись арматурой и прочим хламом, которым можно было калечить.

– Кажется я понял откуда у тех ребят патрульная машина, – сказал я, начав пятится назад. – В Земной части рассказывали про дежурства на нижних уровнях Орбис Прайма, как многие пропадали тут без вести.

От этого рассказа Клемия сильнее сжала мою руку, а затем шепотом сказала:

– Арторий… – не успела Лайнис договорить, как на дорогу между грабителями и нами упало два небольших цилиндра, через мгновение из них повалил густой дым. В соседнем доме открылась дверь и оттуда выбежало двое, их лица закрывали респираторы. Мы начали постепенно терять сознание, как двое незнакомцев подхватили нас и утащили в дом.

Я проснулся на диване в небольшой комнате, которую освещала маленькая свеча, стоявшая на столике около самого дивана. Но даже этот тусклый свет мог показать, что находился я в старой обшарпанной комнате, где краска давно вся осыпалась, стены начали разрушаться и показывать свои внутренности в виде толстых металлических балок. Судя по сквозняку, где-то тут было окно. За столиком со свечой стоял еще один диван, который отлично вписывался в местный интерьер. На нем без сознания лежала Клемия. Еще раз оглядев всю комнату, я внезапно услышал чей-то разговор, доносившийся из-за старой двери, которую я только что заметил, ввиду плохого освещения.

– Зря мы их взяли… Они гвардейцы… А вдруг их будут искать? – спросил женский голос.

– Да ты что! Тут никогда и никого не ищут! Тут на патрульные машины нападают… А это лишь пара солдат… – пояснил мужской голос. – Дай мне лучше этот нож, он вполне подойдет…

Услышав это, я немедленно попытался встать, но оказавшись на ногах, почувствовал головокружение и рухнул на старый диван, от чего тот затрещал и сломался. От этого шума Клемия на миг проснулась:

– Во имя Амарэ, зачем так шуметь?

– Кажется один из них проснулся… – заявил мужской голос за дверью.

– Ты поаккуратнее с ними… Мало ли… Брыкаться будут… – ответил женский голос.

– Клемия! – взволнованно зашептал я. – Клемия! Проснись! Тут каннибалы!

В это время послышались шаги за дверью. Я слез с дивана и пополз на четвереньках к Клемие, привстав на колени, я взял ее за плечи и начал трясти приговаривая шепотом:

– Давай просыпайся!

– Апа́ркос! Не тот ключ! – заявил мужской голос.

– Не ругайся, – нравоучительно прозвучал женский голос. – Сходи посмотри на полке у входа!

– Что? – спросила у меня Клемия, еще пребывая в полусне. – Зачем ты меня трясешь? Я спать хочу.

– Проснись! Тут каннибалы! Они хотят сожрать нас! – воскликнул я шепотом.

Клемия протерла глаза и потягиваясь спросила:

– Что?

– Тут каннибалы, они нас усыпили, а теперь сожрать хотят, один из них за дверью, они ключ подбирают. Надо валить! – все также шепотом объяснил я.

Я помог Клемие встать и мы пошли к окну. Подойдя поближе я увидел, что оно было забаррикадировано досками, я попытался выломать преграду, но тут скрипнул замок и в комнату зашли двое пожилых людей.

– Успокойтесь! Вам здесь ничего не грозит! – спокойно старик.

– Я все слышал! И про нож и про то, что тут никого не ищут, живым я вам не дамся, людоеды! – ответил я и приготовился к драке, встав в боевую стойку, хотя все еще чувствовал головокружение.

– Вы неправильно поняли, нож нужен для сыра, его так трудно резать! А этот нож самый острый в доме, – пояснила женщина, показывая нам тесак.

– А про то, что тут все пропадают, это и так всем известно! Мы никакие не людоеды! – продолжил мужчина.

Мы с Клемией переглянулись и недоверчиво посмотрели на них.

– Ну стали бы мы вас оставлять в живых – сразу бы зарезали! – весело и добродушно сказал мужчина.

– Рену! Люди и так напуганы, а ты… – вскинув руки воскликнула женщина.

– Ой, мы же не представились! – воскликнул мужчина. – Это моя жена – Валин, а меня зовут Рену.

Вдруг я почувствовал запах расплавленного сыра, который прилетел к нам из-за двери.

– Ой, вот и пицца готова! – воскликнула Валин и ушла из комнаты.

– Ну что, прошу к столу! – сказал Рену, указывая на дверь, и, не дождавшись ответа, ушел.

Мы с Клемией снова переглянулись.

– В любом случае с окном мы будем долго возиться, – сказал я Клемие, указывая взглядом на забаррикадированное окно.

– Ладно… Пойдем, – ответила она и пошла за мной к двери.

Мы вышли из комнаты и попали на кухню, ее освещала одна большая лампочка. По центру помещения стоял старый стол, который часто подвергался ремонту. Справа были плита, раковина, стол для приготовления пищи, печь и холодильник.

Дальше за столом, в конце комнаты, была стальная дверь, которую не раз делали толще за счет листов металла.

За столом уже сидели Рену и Валин и, положив себе по кусочку, читали какую-то молитву. Клемия и я тихо присели за стол и молча наблюдали за ними. Когда они закончили, то Валин сказала:

– Берите! Хорошенько подкрепитесь! – воскликнула она. – Я даже мясо положила!

Мы взяли по горячему кусочку пиццы и положили себе на тарелку. Посмотрев на данное блюдо, я различил в нем большое количество разных продуктов в малом количестве, некоторые из которых явно были не совместимы. Сюда положили все, что можно есть и накрыли слоем сыра. Хозяева с удовольствием съели по куску и взяли еще по одному. Из вежливости мы с Клемией тоже начали есть, на вкус это блюдо оказалось вполне не плохое…

– Эмм… – попытался начать я, когда съел свой кусок, – спасибо за гостеприимство и спасение…

– Да, мы были в безвыходной ситуации! – поддержала Клемия. – Если бы не вы…

– Ох не нужно! Мы рады помочь цивилизованным людям, – улыбаясь ответила Валин. – Здешние дикари ничего из себя не представляют, они только и умеют что грабить и убивать тех, кто приносит пользу обществу.

– Но… Зачем вы спасли нас? – полюбопытствовала Клемия. – И зачем усыпили?

– Вы же гвардейцы! Вы защищаете нас, простых людей. Храните мир и сторожите границы от врагов! – с энтузиазмом ответила Валин. – Пусть и ходят сплетни и слухи, но гвардия все же старается… Мы с Рену решили помогать всем, кто делает для этого мира хоть что-то хорошее. Пусть даже он и не спасает его как в легендах, но такой человек все равно не достоин быть добычей здешних дикарей! Ну а что же до усыпления, то это случайность, мы усыпляем грабителей. Хоть они и ужасные, но убивать рука у нас не поднимается.

– Это очень благородно с вашей стороны! – сказала Клемия. – Но как же вы тут живете? Как такие люди как вы, оказались тут?

– Это долгая история… – задумчиво ответил Рену. – Могу сказать, что я отдал первую половину жизни экспедициям, а вторую больнице.

– Вы были врачом? – спросил я.

Рену откашлялся и сказал:

– Если бы… В последнем своем путешествии я и моя группа набрели на опасную планету, которая была полностью пропитана ядовитыми газами. Этот токсин был коварен и начинал действовать спустя некоторое время. Наши респираторы оказались не настолько хорошими, чтобы отфильтровать воздух полностью. В конце концов после смерти двух ученых, мы должны были немедленно покинуть ту планету. Но перед отлетом мы были обязаны поставить маяк, чтобы корабли не приземлись туда. Установка отняла у нас слишком много времени. По возвращении домой, оказалось что я получил ожог легких категории "Д", ребятам повезло чуть больше. Я прошел небольшой курс лечения. За дополнительные процедуры надо было заплатить около ста пятидесяти тысяч пекун, поэтому я так и не вылечился полностью. Это как мои четыре годовые зарплаты, а тогда эта профессия очень хорошо оплачивалась…

– А как же пенсия?! А как же лечение за счет государства?! – воскликнул я. – Они же обязаны…

– В договоре было сказано что они лечат только "Г" категории, мне еще повезло, – перебил меня Рену. – А пенсия… Она только для того чтобы концы с концами свести… Поэтому я подрабатываю на местной фабрике… Вроде бы справляюсь…

Мы немного посидели в тишине, затем я сказал:

– Благодарю за спасение и гостеприимство, мы можем что-нибудь сделать для вас?

– Ох и не стоит! – ответила радостная Валин. – Рады были помочь! Спасибо что составили нам компанию в этот день! Продолжайте на совесть заниматься своим делом, это будет самое лучшее для нас.

По пути к выходу Рену объяснил:

– До лифта на верхние уровни не далеко. Выйдите из дома направо, затем до конца, а потом налево и тоже до конца. С правой стороны будет лифт.

На выходе Валин дала нам сверток из бумаги и сказала:

– Вот. Это вам в дорогу, кушайте и помните Рену и Валин!

– Спасибо, но все же это лишнее, – начал я с улыбкой отказываться.

– Прошу возьмите, я специально для вас оставила! – продолжала настаивать Валин. – Сделайте старушке приятное.

Клемия и я взяли по свертку и вышли на пустынную улицу.

– Берегите себя! – сказала нам пожилая пара, помахивая руками.

Мы пошли так, как сказал нам Рену и через пять минут добрались до лифта. Зайдя внутрь, я нажал на кнопку первого уровня и лифт медленно поехал вверх, постепенно набирая обороты.

– Вот это приключение… – сказал я задумчиво.

– И не говори, что бы с нами было, если бы не Рену и Валин… – ответила Клемия.

– Надеюсь Далон не сильно будет злиться, а то мы прилично задержались.

– Ну я думаю он бы давно позвонил.

– Вот это меня и напрягает…

– Странно что Райн просто убежал, на него это совсем не похоже. Я думаю… – не успела Клемия договорить, как вдруг лифт резко остановился, и внутри погас свет. От резкой остановки я упал на металлический пол, а Клемия приземлилась на меня.

– Ты в порядке? – спросила Клемия вставая с меня.

– Вроде жив, а ты? – спросил я, кода встал на ноги.

– Я тоже в порядке… – тихо ответила она.

Дождавшись ответа, я подошел к панели лифта и начал нажимать кнопку помощи. Раздался металлический голос автоответчика:

– Здравствуйте, уважаемый гражданин. Нажав эту кнопку вы подтверждаете, что попали в чрезвычайное положение, пользуясь данным лифтом. Не волнуйтесь, бригада уже направлена к вам. Хорошего дня!

– Ну вот, – сказал я, поворачиваясь к Клемие, – будем ждать прихода помощи.

Мы просидели в темноте на полу лифта некоторое время, пока я не спросил:

– Клемия…

– Что?

– Расскажи, как ты попала в гвардию.

– Зачем? – с удивлением спросила она.

– Ну… Мне просто интересно.

– Ладно… Когда я закончила медицинское, мне пришла повестка из гвардии. В ней говорилось, что мне дается год свободы, но потом я была обязана пойти в гвардию. Я решила не тянуть с этим, тем более что медики служат меньше, нас сразу отправляют на Зейден. Я отправилась на Орбис Прайм и по дороге, подала заявление о досрочном вступлении в ряды. Когда я прилетела в столицу, получила положительный ответ. Оставалось только попасть на Зейден. Удача мне улыбнулась, как раз в тот же день на Зейден уходил корабль с новобранцами. Перед отлетом я решила пройтись по торговым рядам, а на обратном пути, через площадь, я увидела взволнованную толпу. Неожиданно ко мне подбежал человек и сказал что нужен врач. Он побежал дальше, повторяя это всем подряд. Я побежала к толпе и увидела тебя. Ты был почти без сознания и что-то бормотал. Повезло что рядом была аптека, я перевязала тебя и вколола обезболивающее. Потом мы ждали скорую помощь. Ты молча лежал и долго смотрел на меня, потом ты что-то сказал, что-то вроде: "Эльмиа", а потом закатил глаза и перестал дышать. Амарэ! Я подумала что ты умер. Тут и скорая подъехала, мы быстро провели на месте первую операцию. Некоторое время спустя мимо нас проходил какой-то гвардеец и заинтересовавшись произошедшим, подошел к нам. Это был Васл и он сразу узнал тебя. Он и сказал мне, что ты тоже должен лететь на Зейден…

– Так вот как он с тобой познакомился! – воскликнул я, когда цепочка событий сложилась у меня в голове.

– Вот такая история… – закончила Клемия.

– Слушай, а что это значит: "Амарэ"?

– Амарэ – это высшее существо, которое не является ни одним из представителей известных рас. Он дал всем нам жизнь и разум. Дух Амарэ – всегда покровительствует наларли и всем кто верит в него. Кстати не известно это он или она. Все раннее детство я провела на Сан–Ворге, в квартале наларли. Район был беден и только вера помогала выживать. Когда-то я тоже верила в Амарэ, но став врачом, поняла, что может этот дух и дарует жизнь, но точно не пытается ее сохранить. Не могу сказать, что сейчас искренне верю в него… Но вспоминая о нем, я вспоминаю детство и моих родителей, – помолчав одно мгновение, она продолжила: – Арторий, а что означает "Эльмиа"?

– Не знаю, похоже это микандрский, но я учил его очень давно. Какое-то слово запомнилось.

Внезапно в лифте загорелся свет, двери открылись и нас встретили двое товандианцев в форме рабочих.

– Лифт теперь в рабочем состоянии, но лучше пока не пользоваться им, мы его закроем на профилактику, – сказал один из них. – В качестве возмещения морального ущерба, мы вас можем подвезти до нужного вам уровня.

Клемия и я не долго думая согласились. Когда мы пролетали седьмой уровень, мне пришло сообщение на УКС о пропущенных вызовах, Далон звонил двадцать восемь раз. Тоже самое было и у Клемии, мы переглянулись.

– Представляю в какой он ярости… – сказала Клемия и поджала губы.

– Извините! – сказал я, обращаясь к водителю. – Вы не могли бы довезти нас до доков?

– Конечно, – ответил через плечо товандианец.

Через некоторое время мы прибыли в доки, попрощавшись с товандианцами, Клемия и я пошли к месту стоянки нашего корабля. "Архангел" стоял на своем прежнем месте, его шлюз, который вел в ангар, был открыт. Клемия и я тихо вошли внутрь. За второй приоткрытой дверью шлюза я расслышал голоса Туаглора и Васла, последний что-то сказал, а Туаглор ответил:

– Тебе не кажется, что наш командир… Ну уж чересчур ответственный. Что он так распсиховался?

– Есть такое! А Арториус и Клемия не пропадут. Кстати знаешь что мне Райн рассказал про них?

В этот момент я посмотрел на Клемию, она в ответ с удивлением приподняла бровь.

– Ну и что рассказал этот сплетник? – спросил я, войдя внутрь.

Васл и Туаглор сидели на ящиках, как только мы вошли товандианец воскликнул:

– Ну наконец-то! Теперь Далон успокоится, а то он не находит себе места.

– А где он сейчас? – спросил я.

– Ну он… – начал Туаглор, видимо вспоминая все произошедшее. – В общем он намеревался идти к местному патрулю, хотел их попросить организовать ваши поиски. Но вроде он еще не ушел.

– Может командование вышло на связь… – предположил Васл.

– Мы тогда пойдем к нему, – сказала Клемия, посмотрела на меня и кивнула в сторону лестницы.

– Погоди, – сказал я Клемие и продолжил разговор с Туаглором и Васлом, – а где Райн? Он давно тут?

– Ну он пришел почти вовремя, – начал объяснять мне Туаглор, – как пришел, так сразу побежал к Дрексу. Потом они долго о чем-то спорили. Кстати неплохую краску прикупили. Мне уже рассказали что потом было…

Клемие надоело ждать, она взяла меня за руку и потянула в сторону лестницы.

– Ладно, потом поговорим!

Затем я обернулся к Клемие и спросил:

– Что случилось?

– Арторий! Далон командир отряда, он отвечает за нас, мы отсутствовали около восьми часов, не отвечали на звонки… Ему надо скорее узнать, что мы тут, а ты начал болтать!

– Да ладно! Он все поймет.

– Я не понимаю! Как так можно?! – воскликнул Далон, на всю кают-компанию, и схватил руками волосы на голове. – Это просто поразительно! Хорошо что ты цел и тебя не надо снова зашивать! Теперь я точно уверен, что одного тебя отпускать никуда нельзя!

– Ну возник инопинатум… Кто мог предположить такое? А на нижние уровни мы бежали, чтобы скрыться от монсонов. Не вступать же с ними в бой без оружия… – ответил я.

– Где вы были что аж УКС связь не ловили?

– Ну, где-то на двадцать втором уровне…

– На двадцать втором! – повторил за мной Далон и вновь схватился за волосы на голове. – Зачем надо было туда спускаться, там же трущобы! Там опасно находиться даже вооруженным, там даже экипированные патрули гвардии пропадают!

– Да уж знаем…

Неожиданно позади меня прозвучал радостный голос Райна:

– Ребята! Как я рад вас видеть! С вами ведь все в порядке? Как вы спаслись от монсонов?

– Мы побежали вниз, в трущобы… Спасибо за помощь, Райн! – недовольно ответила Клемия.

– Не за что! Рад что с вами все в порядке! – как ни в чем не бывало, ответил он.

– Значит все, что мне рассказывали о твоей храбрости – вранье, и ты просто струсил! – с издевкой сказала Клемия.

– Я не струсил! Я… – Райн запнулся, а затем нехотя продолжил: – Я просто не мог тогда вступить в драку…

– Почему? – спросил я с удивлением.

– Ну я поспорил… С Дрексом.

– Ладно! – вмешался Далон. – Самое главное вы здесь… Нет времени на разговоры, к нам пришел пакет с заданиями, нам нужно немедленно вылетать!

– Погоди, а как же те наемники? Зачем их послали за нами и кто? – поинтересовалась Клемия. – Один из них даже узнал Артория. Они хотели взять его живым.

– Их уже схватили ребята из МОБа, искать долго не пришлось.

– Откуда? – спросил Райн.

– Не притворяйся, что не знаешь что такое Министерство Охраны Безопасности, – ответил Далон.

– Аа… Это эти, – махнув рукой сказал Райн, – я как-то хотел подать заявку на вступление в СБГ, они ведь ее формируют из гвардейцев.

– И правильно сделал, а то ездил бы в тех трущобах, – сказал я, вспоминая украденную патрульную машину.

Когда корабль вылетел на орбиту Орбис Прайма, мы все собрались в кают-компании, Далон встал по центру и сказал:

– ЛИМА, запусти голограмму "Задания пятьсот девять "П" один".

– Принято, лейтенант Нотиван, – ответил голос корабля и на столе появилась голограмма с файлами и их названиями.

– Давайте СОС на Мекхо три, – предложил Райн, – это точно нужнее, чем охрана торгового корабля доставляющего грибы в рассоле.

– Какие только задания не дают… – пробасил Дрекс.

– Что поделать, вестей о Дестинорах пока что нет, значит будем выполнять простую работу, – сказал Далон.

До нужной планеты было около двенадцати часов пути. Задание состояло в том, чтобы спасти выживших с некоего торгового судна, которое потерпело крушение на лесной планете.

"Архангел" вошел в атмосферу Мекхо три и завис в воздухе, Туаглор сел за штурвал вертушки и мы полетели по нужным координатам. Планета была покрыта лесами и горами, такое редко где можно было увидеть. В галактике существует не больше двадцати известных планет, где есть растения. Красивый сплошной лес прервал огромный след от упавшего корабля. Далон, увидев это, крикнул:

– Туаглор, высаживаемся! Осмотрись вокруг, но далеко не улетай.

– Понял, – ответил Туаглор и кивнул.

Наш отряд десантировался на тросах, после чего мы направились к останкам корабля. Вертолет улетел на значительное расстояние и через некоторое время треск винтов стих. Когда воцарилась тишина, мы услышали пение разных птиц, они переливались на всевозможные мотивы. Одним словом – лес снова ожил, когда вертолет улетел. Наш отряд прибыл к самой большой части разбитого корабля, где мы разделились, дабы ускорить поиски уцелевших. Заметив небольшую дыру в корпусе, я пошел внутрь через аварийный шлюз судна, коридоры которого освещались дневным светом сквозь пробоины и трещины. Дойдя до дверки, в которую до нас кто-то ломился, об этом свидетельствовали вмятины и глубокие царапины, я машинально постучал. Мне почему-то показалось, что внутри определенно кто-то есть. Подождав немного, я решил настучать код 8.13. (Как я уже говорил, этот код сообщает о прибытии подмоги). Вдруг тяжелая дверь скрипнула и открыл мне ее мой друг с Земли – Эрих. Он был не менее удивлен чем я. Мы чуть ли не хором задали друг другу вопрос:

– Что ты тут делаешь?!

Эрих с улыбкой решил ответить первым:

– Ну я хотел посадить эту посудину, другой пилот просто угробил бы этот корабль.

– Так ты в пилоты подался? – спросил я, заметив знак специальности.

И действительно, Эрих был одет в форму пилота Космической гвардии, по стилю она напоминала парадный комплект гвардейца, только была черного цвета. На мундире блестели серебристые латинская буква "P" и латинская цифра "I", а на плечах были по одной зеленой нашивке в позолоченной металлической рамочке.

Не дождавшись ответа, я огляделся и сообщил Далону по У-Наушникам:

– Прием, триарий лейтенант, я нашел выживших.

– Понял, сейчас прибудем!

– Пошли за мной! – сказав это, Эрих пошел в глубь корабля.

Я последовал за Эрихом по темному коридору и пришел в небольшой отсек, где по середине горел костер, около него сидело четверо. Один из них был гвардейцем, который лежал без движения, остальные были служащие корабля и капитан. Через некоторое время к нам пришли ребята и Клемия принялась осматривать выживших на предмет ранений.

– Младший лейтенант Космического флота? – спросил я, испытывая гордость за друга. – Когда же ты успел!?

– Сразу после твоего ухода, – начал Эрих, почесывая затылок, – меня призвали в Космическую гвардию. Я подал заявку на пилота, а когда я поимел лучшего инструктора, то меня сразу отправили на Зейден. Спец-отряда я так и не нашел, одни олухи вокруг были, вот меня и перевели на этот корабль.

– Почему пилот? В космосе свободнее? – с улыбкой спросил я.

– Это точно. В детстве мой дед часто возил меня на взлетные площадки космических кораблей. Как же я терпеть этого не мог, меня туда можно было затащить только на привязи, – с усмешкой вспоминал Эрих, – тем не менее, выражение Виктора Гюго: "Свобода начинается с иронии", отлично подошло ко мне. Да это и не важно, лучше скажи как ты?! – он осмотрел меня снизу вверх. – Лейтенант штурмовик? – прибавил он в конце, увидев мой наплечник на броне.

– История эта будет подлиннее, я лучше потом расскажу… – ответил я, когда мой взгляд упал на гвардейца, он показался мне знакомым.

– Юлсим?

Гвардеец посмотрел на меня и с таким же удивлением тоже спросил:

– Арториус?

– Юлсим! Сколько лет, сколько зим! – весело добавил я. – Рад тебя видеть!

Юлсим – это мой лучший друг, не считая Эриха, я знал его с детства. Как братья мы дружили все детство и юность, только потом наши пути немного разошлись…

– Я тоже рад тебя видеть! – ответил Юлсим. – Мне и еще нескольким гвардейцам поручили охранять это судно, но как видишь не вышло…

Неожиданно капитан корабля сказал мне:

– Будте осторожны здесь где-то бродят галлы!

– А что им тут надо?! – еще радостный ответил я.

– Это они сбили наш корабль и хотели ворваться сюда, но слава богу не смогли. Их видимо что-то спугнуло, скорее всего ваше прибытие.

– Значит они не заставят себя ждать, уходим немедленно! – скомандовал Далон и приложил пальцы на шлеме там, где находится ухо. – Туаглор, прием! Подлетай сюда, мы выполнили задание!

Внезапно раздался взрыв, с потолка комнаты стали падать мелкие обломки.

Далон закричал:

– На выход! Все на выход!

Когда мы выбежали наружу, галлы уже преградили путь к вертолету.

– ЛИМА, нам нужен удар с воздуха, для отступления, задействуй орудия "Архангела", немедленно!

– Принято, лейтенант Нотиван, – ответила Лима.

Откуда-то с воздуха посыпался град орбитальных бомб. После попадания в цель от группы галлов осталось только… От них ничего не осталось. Дорога перед нами была свободна, Далон громко скомандовал:

– Вперед! Вперед!

Под шум выстрелов и грохот гранат, нам удалось добраться до вертолета. Когда все в спешке запрыгнули внутрь, Туаглор крикнул:

– Держитесь! Взлетаем!

Лазерные заряды, оставшихся галлов, градом пролетали мимо, но чем выше мы поднимались, тем спокойней становилось. Как только мы влетели в корабль, Далон приказал:

– Возвращаемся на ВПГ!

– Боже, как же нам повезло! – воскликнул капитан корабля. – Если бы ни Эрих и не вы, я бы уже был бы мертв.

– Вам повезло с пилотом, – ответил я капитану.

– Надо было сразу назначить Эриха пилотом корабля, – огорченно сказал капитан.

– Так Эрих не пилот? – удивился я и посмотрел на него.

– Триарий капитан Ницагно, решил что я не справлюсь с таким кораблем и назначил меня навигатором. После того, как галлы разнесли весь двигатель и главный рулевой вместе со вторым пилотом покинули корабль в спасательных капсулах, я стал пилотом, – ответил Эрик, как бы в укор капитану.

– Я был не прав, ты спас нам жизнь и я не забуду этого. Я отправлю прошение о твоем повышении, – ответил капитан, который сейчас был больше похож на попрошайку нежели чем на офицера.

– И перевод в спец-отряд Раптор СКН–7, – вставил я.

– Отличная идея! – удовлетворенно ответил Эрих. – Думаю для вас, капитан, это ничего не будет стоить.

Мы доставили выживших на нашу ВПГ, где они дали показания. Как оказалось корабль вез новый тип оружия на границу Гирронии. Галлы никак не хотели допустить этого. Мой друг Юлсим отправился на Зейден, где прошел лечение и снова вернулся в строй.

Глава 15. Поворот судьбы.

"Пусть ты и сыт и богат,

и тебе невдогад,

что есть такое нужда.

Поворот судьбы,

сделает так,

что ты станешь бедным,

словно был им всегда"

– микандрский поэт Бартэзель де Абрах.

Нападение галлов на судно со стратегически важным грузом было предупреждением. В ответ Гиррония заблокировала все торговые пути. Это посчитали возмутительным и вдобавок нас еще обвинили в убийстве важной персоны на небольшом спутнике планеты Сароев. Двадцать второго июня, силы Галлии напали на мирную планету Кив VIII. Началась война, в которую были вовлечены все, даже Амрегия, которая всегда старалась держать нейтралитет. Галлия решила снова попытаться захватить всю галактику и, обвинив Анрилию и Амрегию в сговоре, тоже объявила им войну. Многих политиков это насторожило, так как если учесть прошлые попытки галлов захватить Млечный путь, то сейчас их поступок не менее чем безумие.

Благодаря Космической гвардии, ее подготовке и численности, внутри Гирронии было тихо и спокойно и спец-подразделения, которые занимались поисками Дестиноров, могли дальше выполнять свое задание. Но все же многие посты СБГ (Служба Безопасности Граждан) сократили и солдат отправили на фронт. Когда нет надзора начинается развиваться мелкий криминал и в хаосе его незаметно, а как правило маленькое всегда вырастает. Теперь на плечи спец-отрядов ложилась ответственность за порядок в стране, с чем было очень трудно справится, так как сил СБГ не хватало.

Как-то раз мы летели на очередное задание, наша цель состояла в том, чтобы разоблачить и арестовать контрабандиста Фараго, который тайно продавал оружие галлам. В тот день к нему направлялось большое количество покупателей в виде охотников за головами и членов мафиозных семей. Наш отряд разделился по два человека на пассажирский корабль класса "C", но случилось непредвиденное от чего я и Клемия попали в переделку.

Я сидел на своем месте рядом с Клемией Лайнис, и делал вид, что что-то читаю, мне досталась роль богатого работорговца с Коленегиума. Основываясь на информации о задержанных патрулем, нарушителей закона, Отдел Гвардейской Разведки и Внедрения нарядил меня в серое кожаное пальто с высоким воротником и платиновыми пуговицами. Черный классический костюм из износостойкого материала темно-синего цвета и с фиолетовым пестрым галстуком. Странный прикид, но среди "чистеньких" наемников (наемники, которые решают все свои дела через кого-то) пользуется популярностью. Клемию, которая должна была играть роль консультанта и переводчика, нарядили в короткую черную кожаную куртку и темные джинсы с сапожками от наларлийского модельера Цалиды Ваки.

Когда читать мне надоело, я начал осматриваться – кто сидит вокруг. Как и на всех пассажирских кораблях класса "С", везде вдоль обеих стен корабля находились сиденья на четыре человека, которые стояли поперек. Между двумя такими сиденьями находились небольшие столики.

Также есть пассажирские корабли класса "A" и "B", разница между тремя видами очень проста: в классе "C", как я уже объяснил, простые места состояла столиками, в классе "B" предусмотрены только стазис-капсулы для дальних полетов, а класс "A" включал в себя класс "B" и класс "C". Еще существуют цифровые категории этих классов, здесь уже разница в скорости. Третий класс пересекает всю галактику за месяц, второй за две недели, а первый класс, его еще называют "корабль спец-назначения", пересекает галактику всего за пять дней.

Так вот, вокруг было достаточно спокойно, стоял небольшой гул, все, создав маленькие группы, сидели за столиками и что-то обсуждали. Кто-то играл в карты, кто-то распивал дорогие напитки… Вдруг недалеко за моей спиной раздался громкий смех и все замолчали, машинально обернувшись в ту сторону. Как только человек успокоился, все продолжили общение в своих группках. Разговоры шли о разных вещах: о контрабанде, новостях с рынков наркотиков, заказах за голову и тому подобном. За каждым столиком, о которых я говорил выше, обязательно сидели пара хмурых охранников, боссы и их "переводчицы". Наряд каждой такой особы был откровеннее другого и если оглядеть весь корабль, то могло создаться впечатление, что здесь объявили конкурс: на ком из спутниц меньше одежды.

– Отвратительно, – сказала Клемия и отбросила журнал, в котором дизайнер показывал не менее пикантные образы моделей, чем тут, на корабле.

– Согласен, это уже через чур, – поддержал я и перевел взгляд на свои туфли.

– Конечно после такого все будут считать девушек наларли легкомысленными, – неожиданно произнесла Клемия, смотря на одну из представительниц своей расы, у которой были распущены полкамиа, а одежда практически не выполняла своей основной функции.

– Среди людей тоже не мало таких, – обнадеживающе ответил я, – по-моему даже больше.

– Вот когда ты смотришь на женщин своей расы, которые к примеру выступают в барах, никто не придает этому особого значения. Но если вместо нее выйдет наларли, все будут чуть-ли не визжать от восторга, – с ноткой обиды объяснила Клемия, словно это имело к ней какое-то отношение.

– Ну твой вид обладает одной особенностью, которой многие завидуют, – пояснил я. – За это им много платят.

– Но то, что мы внешне не стареем и всю жизнь остаемся на вид юными, не должно закреплять на нас такой грязный ярлык! – возбужденно произнесла Клемия и посмотрела на меня сияющими фиолетовыми глазами. – Мы не все такие! Среди наларли существует множество великих деятелей искусств и выдающихся инженеров! Почему все хотят думать, что мы только и живем чтобы быть как… Эта.

Взор Клемии снова перешел на одну из наларлийский спутниц. Публика корабля, не обратила на нас внимания, хотя последние слова прозвучали достаточно громко. Развернувшись, я посмотрел на нее, желая успокоить, и спокойно произнес:

– Если для тебя это важно, то я не страдаю предрассудками.

Услышав это, Клемия на миг успокоилась, словно огромная проблема наконец решилась. Она отвела взгляд в сторону, а затем опять посмотрела на меня. Ее глаза будто поменяли окраску, они приобрели розовый оттенок.

– А как же люди? Твой народ… Ты отзываешься о них не очень доброжелательно…

– Не приятный опыт, – коротко ответил я, переведя взгляд на ожерелье Лайнис, и желая сменить тему разговора, спросил: – Клемия, можно задать вопрос?

– Конечно, – ответила она, хотя явно хотела продолжить разговор на предидущую тему – что-то ее явно волновало.

– Что это за ожерелье? Откуда оно у тебя?

– Это подарок моих родителей… На мое совершеннолетие. Мы были на Земле. Отец тогда сказал мне, что они с мамой должны уехать, но они всегда будут рядом. Снежный барс на ожерелье – это мой папа, а львица – мама.

– Ты по ним скучаешь? – спросил я.

– Да… – с горечью ответила Клемия, – ведь ожерелье их не заменит…

– Но ты можешь встретиться с ними или связаться, – сказал я, пытаясь подбодрить Клемию.

– Боюсь туда мне не добраться… Я тогда не знала, что лишусь их через шесть лет… Амарэ, их корабль вылетел из гиперпространства и угодил в пояс астероидов… – пояснила Клемия, закрыв глаза. – Уже как десять лет прошло, а кажется что это было вчера…

– Сожалею… Я тоже потерял своих родителей, только это было очень давно.

Внезапно к нам подошел микандр, который был в форме работника космолинии, и спросил с мерзким акцентом:

– Сьдравствуйти много уважаимий, позьвольти узнать кто вы такой?

– Волтерн Нотигар, пора бы уже запомнить! – сквозь зубы заявил я, пытаясь вжиться в роль.

– Изьвинити, ваш билить будти добры!

Он мерзко улыбнулся и начал проверять билет. Потом он обратился к Клемие:

– А вы ким будыте?

– Я консультант, господина Нотигара, – серьезно ответила Клемия.

– Хорошо, приятного полета, – он также мерзко улыбнулся и ушел.

Так как наш объект, контрабандист Фараго, остерегался властей, то он решил устроить особый фэйсконтроль для своих потенциальных покупателей. Фараго заручился поддержкой небольшой космокомпании на планете Герон двести тридцать девять. Суть заключалась в том, что когда в космопорт этой компании приходит человек, при покупке билета он может спросить про контрабандиста Фараго. Если продавец билетов сочтет его надежным, то покупателю будет продан особый билет. Таким образом маленькая космокомпания получала неплохой доход, а контрабандист Фараго избавлялся от самой большой части "ищеек". А теперь вернемся на корабль.

– Мне кажется эта затея не сработает… – сказал я, повернувшись к Клемие.

– Почему? По-моему, он ничего не заподозрил, – ответила она и посмотрела туда, куда ушел микандр-билетер.

– А что если на этом корабле тоже сидит Волтерн Нотигар? – предположил я.

– Ну тогда придется бежать к спасательным капсулам…

– Почему нам не дали разрешение на арест самого Нотигара, чтобы пресечь вероятность его пребывания тут?

– Вот и спроси у Вернеса, когда вернемся, – шепотом ответила Клемия, – как он тогда сказал: "Командование отказало в разрешении ареста Нотигара, больше мне нечего добавить", думаю ничего не поменялось.

– Нужно было брать другую персону для прикрытия, – сказал я и огляделся по сторонам.

– Фараго абы кого к себе близко не подпускает, нужно чтобы твое имя кто-нибудь слышал. А в нашем случае нужно чтобы еще и в лицо не знали, таких персон не так много, – пояснила Клемия.

– Простити, я забыль. Как вас зовут? – неожиданно я снова услышал этот мерзкий акцент.

– Меня зовут Волтерн Нотигар, я не люблю повторять! – сказал я и сделал сердитое лицо.

Микандр ухмыльнулся и сказал:

– Но тогда, как вы объисьнити, что еще один Волтерн Нотигар сидьит вон там?

Нас разоблачили! Нужно было срочно убираться с этого корабля, я подошел к микандру и тихо сказал ему:

– Вы глубоко заблуждаетесь… – после чего резко ударил ему в солнечное сплетение от чего он упал и скрючился, жадно глотая воздух.

– Будешь знать как связываться со мной! – воскликнул я, стараясь из последних сил сохранить свой образ криминального торговца.

Все смолкли и, обернувшись, с удивлением начали разглядывать меня. Некоторые привстали, кто-то достал нож, а кто-то уже вызвал охрану.

Схватив Клемию за руку я тихо сказал ей:

– Что ты там говорила про капсулы? Здесь лучше не задерживаться!

Когда подоспела охрана, мы уже бежали вниз по лестнице к спасательным капсулам. Открыв люк, я и Клемия залезли внутрь и начали настраивать координаты.

– Амарэ! Какие координаты задавать? – спрашивала сама себя Клемия.

– На Орбис Прайм! Навигаторы быстрее делают расчет! – ответил я.

– Ладно, Орбис Прайм.

Все было готово к запуску, но вдруг все компьютеры погасли и шлюз капсулы открылся, как только это произошло местная охрана вломилась внутрь и как попало начала вытаскивать нас из капсулы. С первого удара я смог нейтрализовать одного, но затем все остальные стали наносить удары электрическими дубинками и повалили нас на пол. Лежа я наивно кричал:

– Девушку не бейте! Не бейте ее!

Как мне показалось – меня не слушали. В один момент кто-то треснул мне по голове, в глазах помутнело и я потерял сознание.

Очнулся я в маленькой комнате, пол выложенный из камня, отдавал влагой и холодом. Рядом со мной, на скамье, сидела Клемия. Все это можно было увидеть благодаря небольшому окошку, в которое светил теплый луч.

– Мы ведь не сбежали с корабля? – спросил я с недоумением, так как еще не пришел в себя.

– Нет… – тихо ответила она. – Как ты себя чувствуешь?

– Терпимо, а ты? Они били тебя?

– Нет, мне вкололи снотворное…

Вдруг стальная дверь со скрипом открылась и вошли четверо охранников-людей, один из них сказал, показав, на меня:

– Ты! Встал и пошел за нами!

Клемия вскочила с места и встревоженно воскликнула:

– Куда вы его ведете?!

– Тебе слово не давали! – ответил тот же охранник, указывая на Лайнис дубинкой.

– Не нужно… – тихо сказал я, вставая со скамьи.

Сопротивляться не было смысла и я пошел вперед. Все тело ныло, в голове что-то пульсировало. Мой путь лежал через темный коридор, где каждые два метра на стенах висели фонари, я готовил силы к чему-то ужасному, как мне казалось и я не ошибся. Очередные стальные двери со скрипом открылись, и меня обдало запахом гниения. В комнатке был железный стол с ремнями, а над ним небольшой аппарат. В углу находилась огромная труба, куда при мне скинули что-то обмотанное в простыню. Около железного стола стоял какой-то товандианец в белом халате, забрызганном кровью. Он расхаживал передо мной и в конце концов задал вопрос:

– Начнем с самых очевидных вопросов: кто вы, откуда и почему выдавали себя за другого?

– У меня тоже есть несколько вопросов, – прохрипел я.

– Вопросы задаю здесь я, – с улыбкой ответил товандианец. – Разумеется вы можете на них не отвечать, ежели вы страдаете от потребностей в боли.

В ответ я промолчал, что ему явно не понравилось, но товандианец, стараясь сохранить спокойный вид, подошел к маленькому аппарату над столом, взял от него несколько проводков. Затем он махнул охранникам, те, подхватив меня, потащили вперед и привязали к столу ремнями. Товандианец тем временем в ожидании расхаживал по комнате.

– Мне очень важно знать: кто вы, откуда… – снова произнес он, прикрепляя ко мне провода.

В ответ я продолжал молчать. Тогда он отошел от стола, достал из кармана пульт и нажал на кнопку. Внезапно я почувствовал жжение и сильную боль, будто меня только что избила команда бейсболистов, а затем все в один миг прекратилось. Меня периодически пытали электрическими разрядами, в самый последний момент, когда я уже наверное готов был все рассказать, товандианец тяжело вздохнул и убрал свой пульт в карман.

– Какой упертый квирит… – сказав это, товандианец отцепил от меня провода.

– Это пустая трата времени! – пробурчал охранник в дверях. – Можно его подружку попытать…

– Нет… Слишком долго, не уверен что они расколются. Это похоже на гвардейцев, а на гвардейцев, квирит Фараго приказал не тратить время.

– У меня есть идея получше! – заявил охранник. – Давай толкнем их на рынке!

– Хмм… – протянул товандианец, задумался на миг, а затем сказал: – Ладно, тащи его в камеру, а там посмотрим…

Я уже был почти без сознания и чувствовал себя, как вареная рыба. Стражники, дотащив меня до камеры, бросили на холодный пол и закрыли дверь. Клемия сразу подбежав ко мне, взяла под руки и с трудом потащила к скамье, уложила на нее, затем села рядом и положила мою голову себе на колени. Через несколько мгновений, я стал понемногу приходить в себя. Клемия внимательно смотрела мне в глаза, казалось она читает мои мысли. Наларли – удивительная раса, они самые загадочные существа в мире, а также самые эмоциональные. Во взгляде Клемии я увидел: заботу, тревогу и нежность… Наверное я выглядел ужасно потому что Клемия склонилась надо мной и очень тихо и наивно спросила, боясь меня потревожить:

– Что они с тобой сделали?

– Вежливо провели беседу, – все также прохрипел я.

В ответ она растерянно посмотрела на меня.

– Что у тебя болит? Как я могу помочь?

– Здесь связь есть? – спросил я.

– Мы же УКС оставили на "Архангеле", а даже если и нет, то их бы забрали.

– Точно, – с улыбкой ответил я. – По-моему, от электротерапии я перестал соображать…

Стальные двери снова скрипнули и вошел тот товандианец, он оценивающе посмотрел на нас и сказал потирая руки:

– Я нашел вам применение, дорогие мои партиза-аны! Охрана! Сопроводите их на корабль.

Сразу же вбежало пять человек, связали меня и Клемию и повели по коридорам. Затем нас посадили на корабль, где было много других пленных разной национальности. Все они были напуганы, кто-то трясся и время от времени кричал о помощи, кто-то молился, кто-то сидел и просто смотрел в одну точку. Мы с Клемией сели на свободное место и я спросил у первого встречного:

– Куда нас везут?

Он лихорадочно посмотрел на меня и дрожащим голосом ответил:

– На бойню…

Глава 16. Хлеба и зрелищ!

"Сколько людей погибло на той арене, а толпа ликовала и аплодировала.

Возьми кого-нибудь из того сборища в качестве жертвы и

он сразу перестанет веселиться, так будет абсолютно с каждым.

Это все страх. Они радуются не потому что кто-то погиб на этих играх,

а потому что не они были на их месте и пришли позлорадствовать"

– разговор с Вернесом о Коленегиуме.

Летели мы действительно на бойню. На Коленегиуме находился один единственный город с огромной ареной в центре, где происходили бои на смерть. Сражение могло происходить как с людьми, так и с животными. Едва очередную жертву разрывало на куски, толпа аплодировала и веселилась, а ставки росли. Как ни странно, но билеты на такое кровавое шоу расхватывают очень быстро. Мы с ребятами как-то раз, обсуждали эту планету, я тогда и представить не мог, что окажусь здесь в качестве раба.

Корабль приземлился, по гулу снаружи стало понятно, что здесь рынок. Грузовой отсек открылся, и наши глаза ослепила яркая звезда пустынной планеты – Триститиа. Всех нас связали цепями друг с другом и колонной повели по переулкам. Чем ближе к арене, тем лучше выглядели дома, это были отели для приезжих, которые прилетели посмотреть на бои. Один отель был краше другого, что же касается окраины, то там дома были из глины. Как раз в таком районе мы пришли к прилавку, где было полно клеток. Надзиратель-человек скомандовал: "Стоять!", а затем пошел торговаться с каким-то человеком необычайно маленького роста. На улице, вокруг нас, были толпы таких торговцев, в чьих клетках сидели и молодые и старики. В них сидели даже дети, скорее всего похищенные или беспризорные. Исходя из моих наблюдений, самым популярным товаром были совсем молодые девушки, их бесцеремонно осматривали, задирая одежду, и ощупывали словно скот, а затем связанных грузили в повозки. Что же касается юношей, то на них сразу нацепляли некое подобие доспехов и отправляли на бойню. Не пожалели и мать с ребенком, их купил жирный человек сидевший на небольшой платформе, которая парила над песком; он приказал своему охраннику отвести их на арену. Ужасаясь от всего увиденного и от того, что я не в силах помочь ни себе, ни им я стиснул зубы. Сердце начало колотиться и мне стало не хватать воздуха. Происходящее стало резать и колоть мое сознание. Каждый крик беспомощной девушки, каждый стон старика, каждая фраза: "Помогите!", сводили меня с ума.

– Арторий, тише, Арторий. Посмотри на меня, – словно издалека сказала Клемия и приложила свою ладонь к моей щеке, – посмотри.

На ее глазах навернулись слезы и я, увидев ее беспомощный взгляд, взгляд который может подарить только тот, кто вверяет тебе свою жизнь, звеня цепями прижал Клемию к себе.

– Я тебя отсюда вытащу, чего бы это мне не стоило, – произнося это я осознал, что более не могу позволить дать себе слабину.

Словно гром среди ясного неба, из неоткуда прогремел голос надзирателя:

– Вы двое, сюда! – сказал надзиратель, и повел меня и Клемию в клетку.

Всех пленных, прибывших со мной, посадили за решетку, кроме троих.

– Этих я брать не буду, их никто не купит, – сказал коротышка-продавец набирая сумму на своем УКС для денежного перевода.

– Это почему? – спросил наш надзиратель.

– Ну вот этот, – сказал торгаш, указывая на первого из троицы, – не похож на микандра, так как нет острых ушей, но кожа темная. Он может сойти за человека, но темнокожие люди в этом месяце не популярны. Зрители сейчас ставят на душещипательную картину, вот как на этих, – ответил торговец и указал на меня и Клемию.

– Ну а что второй?

– Товандианец без правой руки? Сам подумай, дубина, – деловито ответил торгаш, – он даже и пяти минут не продержится!

– Ну а третий? – недовольно произнес надзиратель.

– Старик? – спросил торгаш и осмотрел трясущегося старика человеческой расы. – Такие тоже не интересны публике.

– И что мне с ними делать?

– Сдай сразу на корм. Хоть что-то получишь.

– Нет! Прошу! – взмолился безрукий. – Нет! Акром-тис, отправьте на арену!

– Замолчи, тварь! – ответил надзиратель и ударил своей дубиной пленника.

– Прошу! – прохрипел однорукий.

– Вперед! – скомандовал надзиратель.

Здесь редко оставался не купленный товар, на всех можно было заработать. На Коленегиуме есть несколько способов выиграть деньги. Самый простой – это поставить на то, через какое время погибнут все воины на арене, к примеру в первые десять минут или в первые тридцать. Делаешь ставку в кассе и получаешь билет.

Но самый прибыльный способ – это купить жертву. За нее дают дополнительный процент выигрыша, делаешь ставку, как она погибнет. Разорвут ее или погибнет от пули, или убьют первой или последней, вариантов – масса. Если игрок угадывает смерть жертвы, то он может выиграть около сотни тысяч пекун, а если толпа была довольна, что жертва оказалась определенной расы, то за это доплачивают еще тридцать процентов от выигрыша. Так свидетельствуют отчеты по поимке игроков с Коленегиума. Никто точно не знает, какие суммы там крутятся, но немалые – это точно.

Очередь дошла и до меня с Клемией. Наш торгаш-коротышка завопил что есть мочи:

– Вот! Посмотрите, их поймали во время секретной операции, возможно они гвардейцы!

– Мне не нужны гвардейцы! – перебил его грубым басом монсон, который заинтересовался товаром. – Сейчас галлы пользуется спросом…

– Ну тогда за пару тысяч… Я могу сделать их наемниками галлов… – и коротышка подмигнул.

Монсон посмотрел на нас и сказал:

– Эхх! Х*р с тобой! Держи! – после этого он что-то напечатал на своем УКС.

– Двадцать две тысячи, вот прошу, забирай их.

Так мы стали наемниками галлов в рабстве этого монсона. Он взял нас за цепь и повел по улочкам к арене. Подойдя к небольшому входу, наш "владелец" показал какой-то документ страже, один из них кивнул и открыл дверь. Вся стража была одета в тканевые плащи песчаного цвета, под ними скрывались прочные доспехи, а лица закрывали повязки с прорезями для глаз. Также стражники были вооружены короткими парализующими дубинками. Мы вошли в коридор, который полукругом шел под ареной. В нем было множество небольших комнат. На выходе около каждой комнаты стояли двое охранников. Монсон завел нас в одну из таких комнаток, там стояло два стражника. Увидев меня и Клемию, они развязали нам руки и нацелились на нас из огнестрельных дробовиков. Монсон выдал Клемие и мне по лазерному пистолету и сказал:

– Вы теперь моя собственность! И вы сейчас пойдете биться! Я поставил на вас большие деньги! Вы должны сдохнуть последними, а теперь вперед!

– Ты об этом пожалеешь! – воскликнула Клемия и хотела наставить на монсона пистолет, но тут один из охранников быстро подсуетился и скрутил ее.

Второй охранник будто почуяв мои намерения сразу ударил меня прикладом, от чего я упал на пол.

– Хмм… Может мне оставить тебя себе? Будешь моей рабыней, – сказал монсон и пододвинулся к Клемие, обхватывая ее за талию.

Рванув с места я хотел вступиться за нее, но стражник вновь ударил меня.

– Выигрыш будет в два раза меньше, квирит, – сказал охранник, удерживающий Клемию.

– Бл*ь! Накладно выходит… Тогда мне пора, – заявил монсон и пошел на выход, охранники тем временем оттолкнули нас в глубь комнаты, – прости дорогуша, – сказал монсон, обращаясь к Клемие и затем скрылся за дверью.

Через некоторое время открылся другой проход в одну большую комнату, в которой было очень темно, а вдоль стен горело несколько пар огоньков. Это были охранники с дробовиками. Через некоторое время они нас будут гнать на арену. Охрана, которая стояла с нами, вытолкнула нас в эту большую комнату и мы упали на пол, который оказался гораздо ниже, чем казалось. В этом помещении были не только Клемия и я, кого-то также сюда втолкнули из соседних комнат. Каждый раз, когда где-то открывались двери, чтобы сбросить новых пленных, те, кто был здесь уже достаточно долго, каждый раз пытались залезть обратно в эти дверные проемы. Но охрана быстро закрывала двери, иногда ломая кому-нибудь пальцы и кисти.

Из этого помещения был один выход – ворота с несколькими небольшими пробоинами, через которые пробивались лучики палящей Триститии. Все дрожало и гудело, снаружи ликовала толпа, сквозь шум которой, я различил организованные выкрики:

– От-крывай клетку! От-крывай клетку!

Тут тяжелые ворота начали медленно подниматься, и нас обдало сильным ветром, приносящим оглушительные крики ликующей толпы, запах пота и пережаренного мяса из харчевни; яркий свет слепил глаза. Охранники были за стеной, через которую проходили длинные бойницы, за ними торчали кончики их дробовиков. Один из охранников начал кричать нам, чтобы мы выходили и сделал предупредительный выстрел.

– Клемия держись близ меня! – сказал я и взял ее за руку.

Выйдя на арену, мы все начали осматриваться, где наши тела будут покоится ближайший час. Тут из динамиков раздался голос:

– Добро пожаловать на двести сорок восьмые ежедневные коленегиумейские игры пятьсот девятого сезона! Сегодня на арене вы увидите бестиариев!

Поле битвы состояло из нескольких колонн, которые возвышались над песочным полом арены. Сцена имела форму огромного круга. Расстояние от пола до зрителей было достаточно высоким. На стенах по кругу, стояли тяжелые пулеметы, на тот случай если животные полезут к зрителям и силовое поле не выдержит их натиска. На другом конце было четыре входа с решетчатыми воротами. Все выглядело почти, как несколько тысяч лет назад, как рассказывал Далон – это Колизей, а мы – гладиаторы. Голос из динамиков объявил:

– Пусть игра начинается!

Раздался тяжелый звук трубы, решетчатые ворота четырех проходов, стали одновременно подниматься. Толпа заликовала – ведь сейчас будет зрелище. Из темноты тех комнат к нам стали выходить разные животные.

Первый был похож на огромную кошку, размером с автомобиль, и двумя рядами зубов. Второй был метров десять в высоту, имел длинные и сильные лапы и покрыт густым мехом. Третий был размером с собаку, кажется именно таких я уже встречал на Марсе. Четвертым было существо похоже на насекомое, имевшее жутко неприятные жвала. Все они немедля пошли на нас. Собака побежала быстрее всех, но тут насекомое подскочило к ней и начало ее жрать.

По сцене прошла протяжная волна: "Ууу…". Солдаты с тяжелыми пулеметами выстрелили в сторону насекомого, от чего тот испугался и скорее направился к нам.

Несколько пленных, которые от страха сошли с ума, побежали к ним на встречу. Выражая свое безумие слезами, криками и смехом. Мы только и видели, как части их тел подлетали от резких ударов могучих зверей, я видел как насекомое своими жвалами поглощало голову одного несчастного, как огромная кошка схватила свою жертву зубами и начала трепать ее. От пленников остались только пистолеты и небольшие части тела. Увидев это, толпа зааплодировала, все ликовали и требовали еще. Если честно, мне тоже было очень страшно, ведь шансов почти не было и погибнуть от зубов зверей мне не очень-то и хотелось.

Клемия, спрятавшись за моей спиной, испуганно прошептала:

– Амарэ! Что же нам делать?!

– Главное – держаться вместе! – ответил я, а затем обратился к остальным, позади меня. – Слушай мою команду! Повторять не буду! Идем одним фронтом, обходим с правого фланга и держимся вместе! Наша первая задача – расправиться с кошарой, она самая опасная. Насекомое же менее проворное, чем кошка – это даст нам время, для расправы с ним, а там и до здоровяка не далеко! Чтобы не случилось, держимся вместе и атакуем одним залпом!

Потом я перевел взгляд на Клемию, которая с воодушевлением смотрела на меня.

– Держись позади меня и не отходи ни на шаг.

– Есть, триарий лейтенант, – ответила она.

– Все за мной! – скомандовал я и побежал на встречу хищникам.

Со мной пошла Клемия и еще пятеро микандров. Оставшиеся на месте остальные пленные пару мгновений подумали, а затем тоже побежали навстречу своей смерти. Когда между нами и монстрами осталось около сотни метров, все начали стрелять, но маленькие лазерные заряды серьезного ущерба нанести не могли.

– Вправо! Бежим вправо! – командовал я.

Все последовали за мной, но тут к нам прибежала огромная кошка и накинулась на одного из наших.

– Вперед! Вперед! – прорычал я, направляясь к хищнику.

Тем временем великан и насекомое приближались, а пленники стреляли в кошку. Разбежавшись я смог запрыгнуть на животное, которое принялось уже за вторую жертву. Вцепившись в мех, я засунул пистолет в ухо этой здоровой кошке и стал нажимать на курок, пока животное не упало.

– Да! – радостно закричали пленные.

Пытаясь отдышаться я скомандовал:

– Отходим назад, пусть те двое попробуют сожрать это.

Отбежав на безопасное расстояние я сказал:

– Ложитесь и не двигайтесь, не нужно показывать зверям что мы тут, они явно не пустынные и все что они видят сейчас, это труп кошки.

Моя догадка оказалась верна, великан и насекомое направились к трупу кошки и не успев до него дойти, устроили драку за него. Пулеметчики стали давать небольшие залпы по животным, после чего они разошлись, насекомое принялось пожирать труп, а великан все же заметил нас и направился в нашу сторону.

– Его размер – его слабость! Не толпимся и расходимся! – крикнул я, медленно направляясь к здоровяку. Внезапно на великана запрыгнуло насекомое и своим жалом нанесло несколько ударов, после чего громила упал. Жук оказался проворнее чем казалось на первый взгляд и он сразу накинулся на ближайших выживших.

– Вперед! Это наш шанс! – крикнул я.

Всего нас осталось от силы десять, подбежав к насекомому я хотел запрыгнуть на него, но заметив мой маневр, жук отбросил нашу группу в сторону, переломав некоторым кости, а затем сожрал еще одного пленного – нас осталось шестеро. Когда насекомое повернулось к нам и направилось в нашу сторону, я хорошо прицелился и выстрелил. В одно мгновение существо разлетелось на молекулы, зрители были поражены. Прибывая в легком шоке я посмотрел на свой пистолет, но это оказался не мой выстрел, это оказался флот гвардии. Зрители испугались и с криками стали разбегаться кто куда. На арену тем временем спустилась наша вертушка. Далон и Райн спрыгнули с вертолета и побежали к нам, я и Клемия от радости навалились на Донивана, который прибежал первый, а Далон стоя позади, с усмешкой спросил:

– Ну как, Волтерн Нотигар, хорошо долетели?

Один за другим стали прилетать спасательные корабли и забирать оставшихся пленников.

– Вручите этому парню медаль, я был бы трупом, если бы не он. Пусть и не все спаслись, но он сделал что смог, – заявил один из пленников, которому помогал врач, – как твое имя, гвардеец?

– Лейтенант, Арториус Кирэго, – ответил я.

– Я назову своего сына в твою честь, удачи тебе и да хранит тебя Бог!

– Ладно, пошли, хватит с меня этого места, – подгоняя нас, сказал Далон.

Инициаторов игр не нашли, их никогда не находят… В дальнейшем я узнал, что на этой планете в день погибает десятки пленных, и выживших после таких боев за всю историю – ноль, потому что во второй раз никто не выживал. Как мне рассказали: "Совет не может прекратить это кровопролитие, так как Коленегиум является самостоятельной планетой и не находится под влиянием нашего законодательства. Что касается похищенных граждан Гирронии, то доказательства причастности императора Коленегиума Веспаза, отсутствуют. По его утверждению, он старается бороться с этим беспределом, но ему не хватает честных людей". На самом деле император намеренно устраивает эти игры, дабы пополнить казну своего государства, так как Веспаза имеет с этого дела доход (разумеется неофициально, а в качестве анонимных пожертвований на благо Коленегиума). Вторгнуться на Коленегиум и захватить его тоже нельзя, ввиду того, что это не останется без внимания, и Амрегия в очередной раз объявит нас "тиранами" и "узурпаторами" и может ввести санкции против нас.

Мне и Клемие повезло в том, что мы оказались военными при исполнении. Только благодаря такому аргументу, силы Гирронии могли вторгнуться на Коленегиум. Но максимум, что командование могло сделать, так это только забрать нас и других пленных, а так же попытаться найти организаторов. Император Веспаза поблагодарил Космическую гвардию за участие, и в очередной раз пообещал разобраться с этой проблемой. Вот такой вот замкнутый круг.

Прилетев на наш корабль "Архангел", Клемия и я сразу до сыто наелись. Райн сидел рядом с нами и со смехом наблюдал, как мы уминаем все подряд.

– Да, хватит так есть! Ешьте спокойно у вас никто еду не отнимает!

– Знаю, просто сильно голоден… – ответил я с набитым ртом.

– Тебе надо в медпункт! – сказал Райн.

– На ВПГ вылечусь.

– Я им займусь, – сказала Клемия, протирая губы салфеткой.

– Ну тогда на базу, – сказал Далон, выходя из кают-компании.

Когда мы наелись, я неожиданно вспомнил про задание, из-за которого мы собственно и попали в такую переделку.

– Кстати, а что с заданием? И как вы нас нашли?

– Когда вас схватили, – начал Дониван, – пилотам кораблей, на которых мы летели к тому контрабандисту, дали приказ на возвращение в порт. Далон и Васл, так и не долетели до этого Фараго. Когда мы все встретились на космодроме, Васл заметил, как вас быстро вытаскивает охрана и тащит на другой корабль. Далон не успел предотвратить взлет, поэтому мы быстро сели в "Архангел" и полетели вслед за вашим кораблем. Нам повезло, что Туаглор взломал бортовой журнал этих гадов и узнал, куда вас везут. Мы прибыли вслед за вами на Варказ два и через некоторое время решили пойти на штурм, но когда мы ворвались в подземелье, вас уже не было. Товандианец в белом халате долго не говорил, куда вас отправили. Но в итоге он раскололся и мы поспешили на Коленегиум. Хорошо что там пролетал небольшой флот гвардии и адмирал Дюрангдо с радостью согласился нам помочь, без него пришлось бы туго, нам бы оказали сопротивление…

– Очень вовремя, – ответил я.

Глава 17. Новые Дестиноры.

Самые страшные шрамы

остаются не на теле,

а в голове.

Ночью меня мучили кошмары о пустынной планете. Мне приходилось бродить по темным безлюдным улицам Коленегиума, между клетками, в которых сидели беспомощные люди. Они смотрели на меня и просили о помощи, но я их не мог услышать, как будто был глухим, лишь где-то далеко мне слышался чей-то плачь. Этим улочкам не было ни конца ни края, куда бы я не посмотрел. Мне захотелось убежать, но двигался я очень медленно и все вокруг казалось немного заторможенным. Затем мне на глаза попалась та самая мать с ребенком, она смотрела на меня и улыбалась, словно все было хорошо. Она взяла свое дитё за руку и пошла к соседней улице, где надзиратель избивал однорукого раба.

– Помогите! – крикнул он, после чего сразу получил удар по ребрам. – Лейтенант, пожалуйста!

Удары надзирателя не прекращались, он продолжал избивать товандианца, а я не мог даже пошевелить рукой.

– Кирэго? – неожиданно прозвучало за моей спиной.

– Штаб-сержант Кирэго, вы меня помните?

Когда я медленно, словно под водой, повернулся назад, то увидел Вову.

– Вы уже лейтенант? – спросил Вова. – Мои поздравления, – с улыбкой произнес он и протянул руку.

– Ты же погиб, – с трудом произнес я.

– Я бы тоже мог стать лейтенантом, – не обращая внимания на мои слова, ответил Вова, после чего развернулся и стал медленно уходить.

Затем что-то заставило меня посмотреть в другую сторону, в конце улицы я увидел черный силуэт. Смотря на него, я почувствовал непреодолимый страх и дрожь, а сердце стало бешено колотиться. Темнота наступала вместе с ним подобно черному туману и все пленники, кого он касался, обращались в прах прямо на моих глазах.

– Кирэго… – прозвучало прямо позади меня, – Ты…

Внезапно я проснулся, ощутив что на лице и на теле пот. В комнате казалось душно и, присев на край своей койки, я протер руками лицо и посмотрел на время; голографические часы показывали 7:30. Встав на холодный пол своей каюты, я отправился в душевую. Проведя некоторое время под ледяной водой, мне стало немного легче и я пошел одеваться.

Далее в моих рассказах будут присутствовать фрагменты событий, участником и свидетелем которых я не являлся. О большинстве из них, я узнал с помощью видеозаписей Лимы, которая всегда знала и помнила о действиях каждого гвардейца, на протяжении его службы. Разумеется не обошлось и без помощи самих участников тех или иных историй. Дабы не раскрывать имена всех рассказчиков, начало таких фрагментов я обозначаю этим символом – "▾", а конец этим – "▴".

▾

Тем временем все стали собираться в кают-компании и завтракать, Райн, как обычно, стал рассказывать небывалую историю, а Далон, как обычно, не находил себе места из-за провалившегося задания.

– Эй, триарий лейтенант, может успокоитесь? – небрежно спросил Райн.

– Я не могу быть спокоен, мы провалили задание. Это не приемлемо. Я знал что Арториус выдаст себя.

– Это не правда! – воскликнула Клемия. – Он никак себя не выдал, там оказался настоящий Нотигар.

– Тогда должны были поверить Арториусу, а не настоящему Нотигару, – ответил Нотиван.

– Корабли все равно не долетели бы до Фараго, как ни крути, Далон, – сказал Райн.

– Почему Арториус вечно влипает во всяческие переделки? – спросил Далон. – Почему нельзя обойтись без приключений? Я до сих пор удивлен, как он получил лейтенанта?

– Эй, Далон, серьезно. Ты как старая бабка, ну вот честно, – сказал Райн и, кинув Далону коробку с завтраком, сказал: – На, лучше пожуй, твои разговоры все равно ни к чему не приведут, – после этого, Райн открыл свою коробку и принялся за еду.

▴

– Эй, ребята, у меня есть две новости: хорошая и плохая, – сказал Эрих, объявившись в дверях кают-компании.

Капитан Ницагно, чей корабль сумел посадить Эрих, тем самым спася ему жизнь, все же сдержал свое слово, и Эриха, повысив до лейтенанта, перевели в наш спец-отряд.

– Ну давай с хорошей новости, – предложил Туаглор.

– К нам пришло новое задание, намного важнее предидущих. Зонды нашли примерное место положение Дестинора, на планете Карнак три. Планета покрыта лесом и находится на самом краю галактики, – ответил Эрих.

– Спустя почти месяц, наконец-то новое задание! – с радостью воскликнул Далон, ощутив прилив облегчения.

– Ты ожидал чего-то другого? – спросил Васл.

– Я думал нас всех разгонят из-за той миссии, – все еще радостный ответил Далон.

– А вторая новость? – спросил я, так как еще в коридоре услышал про две новости.

– Вторая новость: лететь нужно прямо сейчас, – ответил Эрих и сразу спросил: – Кстати как твое самочувствие?

– Да, как твое самочувствие? – спросил Райн, с набитым ртом.

Стоя в дверях второго входа в кают-компанию, который находился в противоположном конце, я ответил:

– Вроде нормально.

– Ты готов, Арторий? – спросила Клемия.

– По-моему, я должен быть готов… У нас нет выбора, так что летим, – пожав плечами, ответил я.

– Ну наконец-то, – воскликнул Райн, – а то отряд Кувалда нас обходит, как на зло у них тоже есть нормальный "шаман"… – потом Райн посмотрел на меня и прибавил: – Это я не про тебя, Арторий!

– У всех спец-отрядов, которые выполняют задание по Дестинорам, есть такой, как ты сказал "шаман", – ответил Туаглор, так как я вместо ответа, просто с улыбкой закатил глаза.

– Это я в курсе, – ответил Райн, – но я не беру в расчет тех дохляков, которые после контакта с Дестинорем, валяются целую неделю с головными болями. Считай их нет! Я имею ввиду таких как Арторий, и в отряде Кувалда, тоже есть такой же… – Райн немного помолчал и добавил: – Эмм… Уникальный.

– Спасибо, Райн, – с сарказмом, ответил я.

– Всегда пожалуйста!

– Хватит болтовни! – сказал Далон и посмотрев на Эриха продолжил: – Лейтенант Эрих, вперед!

– Есть, триарий лейтенант! – ответил Тантис.

Через несколько дней мы прилетели к месту назначения и «Архангел» вышел на орбиту Карнака III.

– Ну, что еще? – спросил Далон, когда Райн остановил всех нас перед самым вылетом.

– Ребята, это нужно сделать торжественно! – с детской радостью сказал Райн и, взяв меня и Клемию за руки, повел за собой, добавив: – Остальные – тоже идем!

– Дониван, ты срываешь операцию! – сердито крикнул ему в след Далон, но он все же пошел вместе со всеми.

– Что ты задумал, Райн? – спросил я, когда он привел меня и Клемию к кают-компании.

– Увидишь! – ответил Райн и, завидев подходивших ребят из нашего отряда, крикнул: – Так, все сюда, проходим!

– Так, Клемия, у меня очень важное поручение. Ты берешь Артория под руку и вы зайдете в кают-компанию после моего сигнала! – не дождавшись ответа, Райн скрылся за дверью.

– Что? Зачем? – спросила Клемия, но ответа так и не дождалась.

– Как спалось? – спросил я, спустя некоторое время. – Ты хорошо себя чувствуешь?

– Ну вроде не плохо, через пару недель я больше не просыпалась по среди ночи. А тебя явно мучили кошмары, да? – с сочувствием спросила она.

– Откуда ты знаешь?

– Я эмм… – запинаясь начала Клемия, – просто проходила мимо твоей каюты и случайно услышала…

– Моя каюта в конце коридора, – с улыбкой ответил я.

– Я хотела поговорить, но потом… Потом передумала.

– Если в следующий раз, ты захочешь поговорить, а мне будут сниться кошмары, лучше разбуди меня. Ладно?

– Ладно, – смущенно и с улыбкой ответила Клемия.

– Ну что, соскучились? – спросил Райн, выходя из кают-компании. – Прошу, проходим.

Войдя внутрь мне представилась такая картина: Туаглор, Васл, Дрекс и Эрих стояли смирно в два ряда и отдавали честь, а после них, лицом к нам, стоял Далон.

– Там-та-раам! Там! Тара-раа! Там! Там-та-раам! Тара-та-тара-ра-раа! – начал напевать Райн и подтолкнул меня и Клемию вперед. – Там—та—раа! Тара—тара-тарааа-там! Тара-ра-ра-там-тара! Та! Там!

Под музыкальное сопровождение Райна, мы дошли до Далона, после чего два ряда смирно стоящего караула развернулись к нам.

– Арториус Кирэго, за проявленные героизм и храбрость, вам вручается медаль первого ранга! – сказав это, Райн указал на Далона, тот в свою очередь протянул Клемие на столовом подносе небольшой прямоугольничек серебряного цвета, с красной полоской и черными буквами поверх нее: "ДС1", (медаль не способствует повышению ранга, она выдавалась за те поступки, которые не дотягивали до нового ранга, но и не должны были остаться без внимания).

Клемия сразу догадалась, что делать и, взяв этот прямоугольничек, приложила к моей броне, на грудь.

– Прижми хорошенько! – шепнул ей Райн.

Клемия прижала металлическую полосочку к моей броне, после чего под ней что-то сверкнуло и запахло раскаленным металлом.

– А теперь, доблестный воин, поцелуй спасенную принцессу! – весело заявил Райн.

Вокруг воцарилась тишина, Клемия и я на миг впали в замешательство поглядывая, то на Райна, то на Далона.

– Ты устроил здесь свадьбу? – с усмешкой спросил я.

– С меня хватит, – раздраженно заявил Далон, – награда вручена, теперь надеюсь ты доволен, Райн, ведь операция почти сорвана! – после этих слов Нотиван вышел из кают-компании.

– Наверное он хотел тебя поздравить, но вместо этого просто перенервничал, – прокомментировал Эрих.

– А откуда эта медаль? – спросил я, потерев прямоугольничек на своей броне.

– Ну, твои подвиги не остались не замеченными, – ответил Райн, – майор Вернес был доволен твоей выдержкой во время пыток и твоими действиями на арене. Это его инициатива, ну и Клемия тоже постаралась, отправила прошение. Я думал оно не пройдет, но как оказалось…

– Что же, спасибо, ребят, очень приятно.

– Ты заслужил, сказала Клемия.

Проверив экипировку мы сели в нашу вертушку и полетели через густые леса по координатам, которые дал нам зонд разведчик. Сразу после нашего отлета Эрих вывел «Архангела» обратно на орбиту Карнака III и принялся ожидать приказов. Оказавшись на месте, Туаглор приземлился, заглушил двигатель и наш отряд продолжил путь пешком.

– Всем быть на чеку! – сказал Далон. – Не известно, что там может быть помимо Дестинора!

На поляне, где мы приземлились, все было залито лучами яркой звезды, вокруг которой вращался Карнак III, и лес, как будто сиял зеленым светом. В воздухе царила тишина и гармония, только где-то вдалеке, деревья величественно качались и шелестели листвой от легкого ветерка. Мекхо III, Земля, Карнак III, как они похожи своей природой. Во всей галактике не больше дюжины таких планет и у всех есть своя звезда. Но нет ничего лучше, чем Солнце близ Земли. На чужих планетах оно может быть холодным, на других слишком жарким, но не на родной Земле.

Мы брели по лесу уже не один час, и как мне показалось – мы ходили кругами. Когда наш отряд снова вышел к уже знакомому месту, Дрекс со злости заорал:

– Да что же это?! Где этот чертов камушек?!

– Очень странно… Мы уже давно должны были быть на месте, – заявил Туаглор разглядывая свой УКС (Универсальный Компьютер Связи), – У-Линзы в норме, маршрут построен правильно, что не так?

– Твой УКС завел нас на три километра в сторону, а потом в противоположную, – сказал Васл.

– Акром-тис, я не знаю как это объяснить, думаю по возвращении на "Архангел", нам потребуется подробная диагностика, – ответил Туаглор.

– Напомни, почему мы не можем долететь прямо до точки назначения? – утомленно спросил Райн.

– Потому что там, куда нам нужно, нет места где можно приземлиться. Как показывает сканирование "Архангела", то место где мы приземлились сейчас – самое ближайшее в округе к точке назначения. Есть еще одна опушка, но если мы приземлились бы там, то времени не выиграли бы, – объяснил Туаглор.

– Ладно, почему мы тогда не можем десантироваться там? – спросил Райн.

– Сканирование "Архангела" так же показало, что в тех местах очень высокие деревья, а также то, что они очень плотно растут. Длины троса просто не хватит… Кстати, по технике безопасности нельзя высаживать десант в таких условиях.

– Ладно-ладно, хорошо, убедил. Но это не меняет того факта, что я жутко устал.

– Райн, по-моему никто и не говорил, что служба будет легкой, – сказал я.

– Эй, меня все устраивает, кроме этой ходьбы. Мои родители любили ходить по Земному заповеднику каждый вечер и тащили меня с собой. Как же меня это раздражало.

– Тебе повезло, Райн, я бы хотел бы со своими родителями погулять… Да даже просто побыть рядом…

Неожиданно кто-то мягко положил на мое плечо руку, это была Клемия, она хотела как-то утешить меня.

– Ты жил на окраине города, да? – внезапно спросил Райн.

– Да. Каждое утро я…

– Тихо! – неожиданно сказал Далон. – Там кто-то есть! – добавил он, указывая на кусты, которые росли в нескольких метрах.

– Леший что ли? – спросил Райн.

И в правду, что-то смотрело на нас из-за кустов и видимо уже не одну минуту. Вдруг оттуда выпрыгнуло существо похожее на огромную кошку, я уже видел такую на арене, только эта была немного поменьше. В мгновение ока хищник накинулся на Дрекса. Не ожидая этого, он не успел отскочить и начал отбивался ножом и орать:

– Сдохни мразь! Сдохни!

Мы побежали на выручку, откинув винтовку в сторону и взяв пистолет, я вскочил на кошку и засунув пистолет ей в ухо стал стрелять. Когда животное свалилось на землю, я слез с него и перезарядил пистолет.

– Именно так он и расправился с такой же на Коленегиуме! – с гордостью заявила Клемия.

– Батюшки мои! Давайте еще одну медаль ему вручим, – с сарказмом произнес Далон. – Сейчас это был необдуманный риск, Арториус.

– Мне это уже не в первой и по-моему эффективнее этого способа нет, – ответил я.

– Акром-тис, это было не плохо, – заявил Туаглор.

Далон явно был не доволен моими действиями. Тем временем Райн и Васл вытащили Дрекса из-под мертвого хищника.

– Крагрз ее подери! Я сам бы расправился с этой падалью! – пробасил Дрекс.

– Что за Крагрз? – поинтересовался Васл.

– Крагрз – это дух неудач и поражений, – пояснил монсон, – он обитает глубоко в пещерах Армордаля. Иногда из них доносится свист и кто его услышит, того будут преследовать поражения в бою.

– Так вот почему ты бесишься, когда я насвистываю что-нибудь! – сказал Райн.

– Ты сегодня свистел, теперь погляди что со мной!

– Одной кошки не хватит чтобы положить такого тюленя как ты.

– Кем ты меня назвал? – со злостью спросил Дрекс.

– Так у нас зовут бога силы и могущества, – ответил Райн и отвернувшись чуть не загоготал.

– Туаглор, давай к вертолету, – тем временем скомандовал Далон, – надо увезти Дрекса на "Архангел". Сами мы его далеко не утащим, попробуем все же поднять его на тросах.

– Есть, триарий лейтенант! – ответил Туаглор.

– Васл, давай с ним, – добавил Далон.

– Уже иду.

– Может лучше… – начал я, желая предложить всем вместе отнести Дрекса.

– Что здесь лучше, решаю я, лейтенант Кирэго, – сквозь зубы сказал Далон. – Хватит на сегодня мне твоих выходок.

Клемия тем временем оказывала Дрексу медицинскую помощь.

– Раны не глубокие, тебе повезло, но лучше тебе лишний раз не двигаться.

– Животина не с тем связалась! На Армордале мы таких на куски рвем, голыми руками! – с гордостью пробасил Дрекс.

– Повезло, что галлов нет… – сказал Райн через плечо, осматривая мертвое животное.

– Ничего, я им тоже задам. Я расправлюсь с ними как огромный тюлень! – серьезно заявил Дрекс.

После этих слов Райн залился смехом и даже сел на землю. Помимо него я и Далон тоже рассмеялись.

– Что?! Что смешного? – сердито начал спрашивать Дрекс, заподозрив какой-то подвох.

Прошло около получаса, но вертолет так и не прилетел, Далон явно нервничал.

– Что-то Туаглор с Васлом задерживаются… – сказал он, оглядываясь по сторонам.

– Может вертушка не заводится? – предположил Райн.

– Может быть… А может ты про галлов накаркал.

– Эй, я не… – попытался оправдаться Райн.

– Так, все, – перебил его Далон. – Васл, прием! Туаглор, прием!

Спустя несколько попыток Далона, связаться с Васлом и Туаглором, он сказал:

– Арториус, пошли разведаем, может быть им нужна помощь, а ты Райн оставайся и если что – будь готов.

– Будь осторожнее, Арторий, – сказала Клемия, но встретив взгляд Нотивана, добавила: – И вы тоже, триарий лейтенант.

Далон и я отправились в лесную чащу, вслед за Васлом и Туаглором. Мы шли медленно и с опаской, стараясь не создавать лишний шум.

– Вертолет находится в трех километрах от раненного Дрекса, не могли же они так долго добираться, – стал рассуждать себе под нос Далон.

– Тихо, – шепнул я, увидев наш вертолет.

Как Туаглор посадил его, так он и стоял на своем месте. Мы притаились, спустя некоторое время Далон сказал:

– Закроем шлемы, будем общаться по У-Наушникам. Усиль датчики звука, если услышишь что-то дай знать.

– Есть, триарий лейтенант.

Подождав еще немного, мы медленно пошли к вертолету, нацелив свое оружие в его сторону, на случай если там находится враг.

– Обходи его справа, – приказал Далон.

Мы обошли вертолет, заглянули в него, но внутри никого не оказалось.

– Что за чертовщина! Куда они делись?!

– Не знаю… Может звери на них напали?

– Мы бы услышали выстрелы… И нам кто-нибудь сообщил бы об этом.

Мы постояли некоторое время около "Ласточки", обдумывая дальнейшие действия.

– Может тогда сами слетаем и заберем остальных, затем прилетим сюда? – предложил я. – Уже вечереет, а хищников тут наверняка хватает.

– Хорошая идея, – согласился Далон, – Райн! Райн прием!

– Да, слушаю триарий лейтенант! – ответил Райн.

– Туаглора и Васла мы не нашли, мы сами прилетим к вам!

– Понял, ожидаем, – ответил Райн.

– Кто поведет? – спросил я.

– Конечно же я! – бросил Далон.

– Не ты один умеешь летать на вертолете.

– Если ты умеешь седлать диких кошек, это не значит, что вертолет тебе по зубам. Экзамен я сдал лучше чем ты и вдобавок тут нестандартная ситуация. Как сказал Туаглор, там где мы находимся…

– Густо растущие и высокие деревья, – не дав договорить продолжил я, – все понятно.

Звезда уже почти скрылась за горизонтом и ее рыжие лучи с трудом пробивались сквозь стволы деревьев, вся природа начала засыпать. Только наш вертолет трещал на всю округу. Спустя несколько минут, мы вернулись на нашу старую позицию.

– Не понял! – заявил Далон по рации. – Мы не туда прилетели? Прием! Райн! Дрекс! Клемия!

Никто из них не ответил, мы пробыли в тишине с пол минуты.

– Это уже не смешно. Давай я спущусь посмотрю, – сказал я, собираясь десантироваться.

– Отставить! – рявкнул Далон. – На сегодня хватит самовольных выходок.

– Ладно, триарий лейтенант, – ответил я, сев у троса, – как вы предлагаете искать их? Сидеть сложа руки?!

В ответ Далон стал кружить вокруг и освещать прожектором местность, время от времени пытаясь связаться с кем-нибудь.

– Труп кошки не исчез, – задумчиво сказал я.

– И что? – недоумевающе спросил Далон.

– А то, что если это были бы хищники, то труп кошки они вряд ли оставили.

– Это нам мало что дает.

– Ладно, – начал я разговор сам с собой, – если бы они тут были, то уже дали бы о себе знать. Значит их тут нет, они могут быть где угодно…

– Черт, что же это такое! – говорил Нотиван сам себе под нос.

– Триарий лейтенант, предлагаю вернуться назад на опушку, приземлимся там на случай если Васл или Туаглор туда пришли, а там видно будет.

Вернувшись назад, мы приземлились, но никого в округе не обнаружили. На улице ничего не было видно и только два спутника Карнака III, пытались осветить своим тусклым сиянием эти леса.

– Эрих! Прием!

– Слушаю, триарий лейтенант! – ответил Эрих.

– Слава Совету, ты на связи!

– Что-то случилось?

– Весь отряд пропал, никто не выходит на связь. Мне нужно, чтобы ты запустил сканирование этого региона, на наличие разумных форм жизни.

– Принято, триарий лейтенант.

– Если что-то случится или ты заметишь что-то странное, сразу докладывай мне!

– Хорошо, триарий лейтенант! Можете поспать, на настройку и сканирование уйдет несколько часов.

Далон закончил сеанс связи, сел в кресло пилота и уставился в пол вертушки:

– Что же могло с ними случиться? – задумчиво спросил в слух Далон, открыв шлем.

Немного поразмыслив, я тоже открыл шлем и сказал:

– Лима, ты тут?

– Слушаю, лейтенант Кирэго! – ответил женский голос.

– Кто из врагов присутствовал на данном транспорте за последние десять часов.

– Никто из врагов не присутствовал, – ответила Лима.

– После посадки, сюда приходили Туаглор или Васл, я и Далон не в счет?

– Никто из перечисленных не приходил.

– Райн, Дрекс и Клемия тоже?

– Тоже, – подтвердил ИИ.

– Абсолютно никто не присутствовал, кроме нашего отряда?

– Отстань от ЛИМА, Арториус! Она тебе нового ничего не скажет, – перебил меня Далон.

– Присутствовал, – неожиданно ответила Лима.

Мы с Далоном переглянулись, после чего я вновь обратился к Лиме:

– Кто и когда приходил сюда?

– После вашей посадки, спустя десять минут сюда пришел вооруженный гвардеец, Дерек Михарсон, пехотинец тридцатой роты. В общей базе данных Космической гвардии, числиться как пропавший без вести. Он осмотрел транспорт и ушел, – закончил ИИ.

– Так, ЛИМА, теперь посторонними считаются все, кто не из нашего отряда, – сказал Далон.

– Принято, лейтенант Нотиван, – ответила она. – Приняв во внимание протоколы безопасности, по которым я не должна считать других гвардейцев за посторонних, и вашу личную просьбу: "Не беспокой меня сегодня, машина, хватит с меня праздничков", – Лима воспроизвела фрагмент голоса Далона, после чего продолжила: – Я не сообщила вам о гвардейце, прошу прощения. Предугадаю ваш следующий вопрос и сразу отвечу – лейтенант Нотиван запретил мне делиться с кем-либо из отряда тактической информацией.

– По-моему, лейтенант Нотиван, раздает очень эгоистичные приказы, Лима, не обращай внимания, – сказал я, явно выражая недовольство поступком Далона.

– Мои приказы не обсуждаются, Кирэго, – ответил он, – закрыли тему.

– Ладно, что у нас есть? – начал рассуждать я. – Здесь был гвардеец, считающийся пропавшим без вести, он был вооружен, он зашел сюда, удостоверился в отсутствии экипажа и ушел. Где он пропал без вести?

– На Карнаке два, – ответила Лима.

– Это не так далеко, что он мог забыть здесь?

– И как он связан с исчезновением ребят? – спросил Далон.

– Не знаю… Мы сейчас ничего не придумаем. Где искать ребят мы не знаем, а если бы и знали, то сейчас это делать опасно. Мы ту кошару завалили благодаря везению, не известно кто тут еще есть… Может лучше вздремнем?

– Согласен… Мертвыми, мы никому не поможем, а если вдруг ребята вернуться мы будем здесь.

– Лима, следи за периметром, если увидишь что-нибудь, сообщи мне, – сказал я.

– Принято, лейтенант Кирэго.

Далон и я устроились на последних рядах сидений и через некоторое время уснули.

– Ты близко… Ты почти нашел… – вдруг послышались голоса.

Было совершенно не понятно, сон это или нет. Вокруг было темно и голос из пустоты звал меня:

– Иди ко мне… Иди…

Неожиданно голос замолчал, а потом несколько таких же голосов тревожно заговорили:

– Бойся! Бойся его!

Внезапно я вздрогнул и проснулся. Вокруг было все еще темно, Далон храпел на соседнем ряду.

– Лейтенант Кирэго, – обратилась Лима.

– Чего? – зевая спросил я.

Затем присев и потянувшись, я посмотрел в окно кабины пилота и замер. Сердце на миг остановилось и я впал в стопор. За стеклом, во тьме, при тусклом свете спутников сидело на корточках здоровое мохнатое существо. Оно смотрело своими черными глазами в мои, прямо в душу. У меня перехватило дыхание.

– Это то, о чем я хотела предупредить, – сказала Лима. – Существо пришло только-что.

Я медленно потянулся через спинку сидений к Далону. Все это время существо сидело и не двигалось, оно пристально смотрело на меня.

– Далон! Проснись блин! – говорил я сквозь зубы тряся Далона.

– Что? Что такое? – еще сонный ответил он.

– Подъем говорю! – все также сквозь зубы сказал я.

Далон сразу пришел в себя, он присел, посмотрел в сторону кабины пилота, куда я указывал, и обомлел. Спустя пару минут, он шепотом спросил:

– Что это такое?

– Не знаю, – ответил я и начал доставать пистолет.

– Ты что?! Ты пробьешь стекло вертушки! – шепотом воскликнул Далон, схватив мой пистолет, опуская его вниз.

– Я не буду стрелять, без необходимости, – тихо и зачарованно ответил я.

В конце концов я взял себя в руки, встал и прицелился в существо. Внезапно оно зарычало и мы увидели острые, как иглы зубы. Потом трех метровый зверь встал как человек и ушел, скрывшись во тьме леса. Затем мы услышали протяжный и неприятный вой, который эхом разлетелся по лесу, а потом стих.

– Е* твою! – воскликнул Далон.

– Черт, только не говори что ребятам могла встретиться эта хрень.

– Не знаю, Арториус…

– Никто из ребят не объявлялся? – спросил я у Лимы.

– Никак нет, лейтенант Кирэго. Их сигнал в один момент исчез, после чего я не смогла получить какую-либо информацию.

Оставшееся время мы не спали, встреча с неизвестным зверем отбила всю тягу ко сну. Сидя на месте и всматриваясь в темноту, мы прибывали в ожидании его возвращения. Никто так и не пришел, но несмотря на это, меня все время не покидало чувство, что то существо бродило где-то рядом. Мои сомнения, словно нежить, были прогнаны первыми лучами утренней звезды, осветившими лес и поляну.

– Надеюсь с Эрихом ничего не случилось… Он должен был давно передать данные, – сказал Далон.

– Кто знает… – сказал я, стоя в кабине пилота и осматривая местность.

– Эрих! Эрих! Прием! – повторял Далон.

После нескольких попыток связаться, Далон сказал:

– Он не отвечает. Что за чертовщина?!

– Да, да. Прием… – послышался сонный голос Эриха. – Извините, я просто не надолго уснул. Тут кресло хорошо регулируется, не то что на предидущем корабле…

– Спокойно Далон! – сказал я, предвидя долгий скандал.

– Докладываю… – начал Эрих, но потом протяжно зевнул, а когда закончил продолжил: – Я провел три сканирования местности. Первое показало присутствие только двух разумных существ, то есть вас. Второе сканирование показало, что около вас бродил гуманоид, система определила его как безопасный вид. Это существо ушло на север.

– Видела бы система, эту тварь, то она бы не посчитала ее безопасной, – сказал я.

– А вот третье сканирование очень интересное, – продолжил Эрих. – Двое разумных существ, на северо-востоке от вас, почти на окраине леса, в один момент появились и исчезли. Я думаю они ушли в пещеру, а сканировать подземные участки невозможно, для этого нужно на планете поставить датчики.

– С чего ты взял что они – разумные и та тварь, которую мы видели – безопасная? Сканирование может это определить? – спросил я.

– Ну безопасность гуманоида определяется очень специфично. Там идет присвоение статуса через анализ размера и повадок животного. Странно, сам знаю, но в большинстве случаев эта система угадывает статус, – ответил Эрих.

– В этот раз она точно ошиблась, – сказал Далон.

– А как ты отследил разумных существ? – продолжил я.

– Здесь все гораздо проще, сканер ищет наличие инородных тел у объекта, а так же ориентируется по его повадкам. Неужели ты не читал руководство?

– Наверное я пропустил эту главу, я слышал про такие новые виды сканеров, но думал, что это прототип.

– "Любопытство – это одна из неизменных и определенных характеристик сильного интеллекта" как сказал Самюэл Джонсон, – как будто сам для себя произнес Эрих.

– Если ты обнаружил двух разумных существ, то возможно это похитители! – предположил Далон. – Сколько нам идти до той точки?

– Ну… Это не близко, триарий лейтенант. Пешком вы потратите целый день, учитывая что тут не двадцать четыре часа в сутках и на вашем пути много болот. Кстати это недалеко от поляны, на которую я вам советовал лететь в первую очередь. Лучше летите на вертушке.

– Нет, придется идти. Нам не нужно лишнего внимания.

– Понял. Еще какие указания? – спросил Эрих.

– Нам нужно, чтобы ты вел постоянное сканирование местности на наличие разумных и не разумных существ.

– Это будет трудно без датчиков на планете. Радиус обзора будет всего лишь около трехсот метров и это если погода не поменяется.

– Настраивай. По твоей готовности мы выходим, – ответил Далон.

Спустя около двадцати минут Эрих снова вышел на связь:

– Так ребят, все готово. Вокруг вас чисто, абсолютно никого. За исключением всяких мелких… Белочек наверное, вам виднее.

– Отлично, выдвигаемся, – скомандовал Далон.

Мы закрыли стеклянные вставки шлема и вышли на свежий воздух, оглянувшись вокруг, заперли вертолет и трусцой побежали на северо-восток. Чем глубже мы пробирались в лес, тем больше становились деревья, и свет с трудом проникал сквозь них. Влажность здесь была слишком высокая, то и дело нам попадались болота, которые приходилось обходить. Зверей в этих местах практически не было и нам стоило опасаться только трясины. Спустя некоторое время мы наконец начали выходить из дремучего леса и лучи местной звезды вновь радостно встретили нас.

– Через шестьдесят восемь минут, наступит ночь, – предупредила Лима.

– Эрих, что видно? – спросил Далон.

– Все чисто. Нет повода для тревоги, – ответил Эрих.

Мы уже почти дошли до пункта назначения, как вдруг Эрих залепетал:

– Ребят! Ребят! Ребята! К вам медленно приближаются три разумных существа!

– Арториус! Лезем на деревья! – скомандовал Далон.

– Они скоро заметят вас! – воскликнул с волнением Эрих.

– Давай Арториус! Поднажми! – сказал Далон, карабкаясь вверх.

Мы забрались на деревья и спрятавшись в листве, приготовили оружие.

– Ну где они? – спросил Далон.

– Они рядом. Тридцать метров! – воскликнул Эрих. – Прячьтесь получше, я бы не хотел в одиночку спасать весь отряд!

– Я не вижу их, – сказал я, оглядываясь по сторонам.

– Я тоже, – сказал Далон, старясь высмотреть неприятеля.

– Двадцать метров! Северо-восток! – опять с волнением воскликнул Эрих.

Мы замерли и стали ждать прибытия неизвестных. Спустя несколько минут Эрих сказал:

– Мочите их! Они под вами!

Взяв пистолет я начал целиться вниз, но оглядев местность вокруг моего дерева, я никого не увидел. Мы смотрели в разные стороны, но кроме нас здесь никого не было.

– Ты что-то путаешь! Тут нет никого! – ответил рассерженный Далон, собираясь спускаться.

– Замри! – крикнул я по У-Наушникам, когда заметил небольшое преломление света, около ствола дерева, на котором сидел Далон.

Странный объект имел сходство с человеческой фигурой и подобно тонкому слою воды, едва переливался под вечерними лучами звезды. Призрак как будто оглядывался по сторонам и кого-то выслеживал.

– Лейтенант, посмотрите вниз! – сказал я, заметив, что Далон опять решил предпринять попытку слезть. – Около ствола вашего дерева. Видите свет преломляется?

– Вижу! Солдаты в маскировке! – ответил Далон по рации. – А вдруг это наши?

– Я запрограммирована распознавать союзников, – неожиданно произнесла Лима, – данный солдат не является служащим Космической гвардии.

– Что будем делать? – спросил я.

– Если пальнем, кто-нибудь сбежит, а так как они в маскировке один из них точно скроется. Наш визит уже не будет сюрпризом, – объяснил Далон.

– Будем ждать? А если они посмотрят вверх? У нас-то маскировки нет.

– Ребят, – вмешался в разговор Эрих, – а что если я пальну с корабля?

– Здорово! Первые кто ощутят жар орбитальных бомб, будем я и Арториус! – ответил Далон.

– Нее! Я не это имел ввиду! Я дам залп по позиции в паре километров от вас, они точно заметят взрыв и возможно это их заинтересует! – объяснил Эрих.

– По-моему, хорошая идея, – сказал я.

– Давай, только не угоди по пункту нашего назначения.

– Не волнуйтесь, триарий лейтенант, все будет в лучшем виде! Но на всякий случай – заранее извините.

– Извините? – с недоумением переспросил Далон, восприняв слова Эриха слишком серьезно.

– Извините триарий лейтенант, я хотел сказать.

Через пару мгновений, в километре от нас, на землю обрушился шквал орбитальных бомб. Трое солдат в маскировке, увидев это, быстро побежали в ту сторону.

– Правильно, идите и выясните, что же там такое бахнуло, – сказал Эрих, будто лично разговаривал с незнакомцами.

Просидев на дереве еще некоторое время, на связь вновь вышел Эрих:

– Они ушли достаточно далеко, можете спускаться.

Мы продолжили свой путь и вскоре добрались до нашей цели. Там, куда мы пришли, и в правду была пещера. Далон и я проверили свое оружие, полностью закрыли шлемы (бронированным элементом с электронным визором), включили ПНВ и пошли внутрь.

– Эрих, будь на связи, дай знать если кто-то будет приближаться сюда.

– Понял, триарий лейтенант. Вокруг все чисто.

Пройдя по темным туннелям вниз, мы заметили блики дрожащего света на стенах. За углом горел огонь и доносились голоса.

– Похоже мы пришли, – сказал Далон и кивнул в сторону входа, – теперь главное не спешить. Посмотри сколько их там.

Выглянув из-за угла я успел разглядеть связанных Райна, Дрекса и Туаглора, а так же двоих галлов и одно гвардейца.

– Гвардеец? – спросил я вслух сам у себя.

– Что? – отозвался по рации Далон.

– Там с галлами стоит гвардеец и он не пленник. Помнишь Лима сказала, что в вертолете был гвардеец? Наверное это он!

– Неважно. Нужно ликвидировать всех галлов, а если понадобится и того гвардейца.

– Верно, – поддержал я и кивнул.

– Кину световуху, а там по классике пойдем, – сказал Далон и полез за светошумовой гранатой.

Вдруг мне по шлему что-то стукнуло, от чего я вздрогнул, а по спине пронеслась волна холода. Позади нас оказалось пятеро галлов, они наставили оружие на нас и жестами показывали на вход за угол.

Сдав оружие, мы подняли руки и пошли вперед.

– Ну и что теперь? – спросил я.

– Не волнуйся, я что-нибудь придумаю, – ответил Далон.

– Где-то я такое слышал.

Мы вошли в небольшую пещеру, по середине которой горел костер. Около него сидели связанные Васл, Райн, Дрекс, Туаглор и Клемия. Гвардеец, увидев нас, сказал:

– Ну а вот и два недостающих доблестных раптора. Вы ведь отряд Раптор, судя по эмблемам? – продолжил гвардеец и постучал дулом пистолета по моей левой руке. – А я тут пытался вразумить ваших друзей перейти на правильную сторону. Они оказались не очень-то разговорчивы. И откройте шлемы, вы же видите мое лицо, я хочу видеть и ваше…

– Что тебе нужно, предатель? – спросил Далон, открывая одновременно со мной шлем.

– Предатель? Предатель?! – со злостью воскликнул в конце гвардеец. – Тебя с батальоном не отправляли против танковой дивизии, дав только гранаты! Ты там не был, штабная крыса! Вы сидите в тылу, спокойно спите, вкусно жрете, раз в неделю разгоните толпу демонстрантов и по новой! А в это время на фронте, простые солдаты днями и ночами сражаются! Голодают в осадах, на далеких планетах! – гвардеец подошел к Далону, приставил пистолет к его лбу и переспросил. – Предатель?! Кто ты такой, чтобы меня судить?

– Что тебе нужно? – спокойно спросил Далон.

– Мне? – гвардеец отошел в сторону, что бы мы все могли его видеть, и продолжил. – Мне нужно знать, где находится Дестинор. Ответите мне и я вас отпущу.

– Тоже мне идиотов нашел! – воскликнул Райн.

Гвардеец подошел к нему и с размаху ударил его рукояткой пистолета. Райн сплюнул кровь и сказал:

– Ну погоди ублюдок! Я до тебя доберусь!

– Еще есть ответы? – спросил дезертир, оглядывая нас всех. – Если ответ не последует в течение этой минуты, я начну убивать всех по очереди.

В этот момент я посмотрел на Клемию, она в это же время смотрела на меня, гвардеец заметил это, подошел к ней и приставил пистолет к ее голове.

– По традиции дамы вперед! – сказав это, он посмотрел на меня, ожидая что я все расскажу.

Этой ситуации я стал бояться с того момента, когда меня и Клемию схватили во время операции по поимке контрабандиста. Снова это невыносимое ощущение, когда ты не можешь ничего сделать. Оно охватило меня на Коленегиуме, оно охватывает меня сейчас. Ее жизнь снова зависит от меня, как тогда. Выдать неприятелю местоположение Дестинора, расцениться как измена, которая каралась смертью. Не сказать о местоположении обелиска, равносильно смерти Клемии.

– Не говорите! – крикнула Клемия.

– Молчать! – сказал дезертир, схватил ее плокамиа и потянул назад так, чтобы всем нам было видно лицо Клемии.

После чего, дезертир снова приставил пистолет к ее виску и посмотрел на нас.

– Хочешь кого-то убить, убей меня, – неожиданно для самого себя произнес я.

– Нет! – крикнула Клемия, после чего дезертир опять потянул ее за плокамиа.

– Ты и в правду думаешь, что я хочу вас всех убить? – спросил гвардеец. – Мне нужно знать где Дестинор, прямо сейчас. Как только я его найду, я вас всех отпущу, – сказал он, а потом с улыбкой добавил: – Даю честное слово.

– Ты не имеешь права его давать, – сказал Далон, сделав шаг вперед, – свою честь ты уже давно потерял.

Увидев нарастающий гнев дезертира, я придержал Далона.

– Не делай глупостей, – сказал я ему, позабыв про субординацию.

– Капрал, я считать, что убийства тех солдат, не есть эффективно, – вмешался один из галлов.

– Что же, вы правы. Будьте добры, принесите мой рюкзак, – после этих слов один из галлов ушел и через некоторое время, принес гвардейский рюкзак.

Гвардеец взял его, положил на большой камень, который находился за костром, открыл и достал небольшой топор. Затем он указал им на Клемию. Двое галлов подбежали к ней, взяли под руки и поднесли к камню. Меня и Далона посадили рядом с остальными членами отряда и дабы пресечь попытки сопротивления, галлы наставили на нас оружие. Клемия пыталась сопротивляться, но это не помогло. Галльские солдаты скрутили Клемию, а дезертир взял ее руку и сказал:

– Какая красивая рука, какая мягкая кожа… – одним резким движением гвардеец положил руку Клемии на камень и придавил ее своим сапогом так, что бы было видно ее пальцы. – Ну что? Как вы думаете? Рука этой дамы будет так же красива после моего удара?

– Ублюдок! Давай один на один! – крикнул Райн, бросая вызов дезертиру.

– Нет! – отчаянно воскликнул я, предвидя действия гвардейца.

В ответ предатель замахнулся и ударил топором, Клемия взвизгнула и заплакала.

– Слова дорогого стоят, в следующий раз я не промахнусь, – сказал дезертир и сдул с лезвия пыль. – Ну?

Снова наступила тишина, гвардеец бешеными глазами осматривал всех нас. По всей вероятности он не знал, что делать, и боялся застрелить нужного ему человека, поэтому выбрал такой метод.

– Ладно. В этот раз я прицелюсь получше! – сказал он, не дождавшись ответа.

– Стой! – крикнул я. – Стой! Я отведу тебя к Дестинору, только не трогай ее!

– Хорошо. Это уже лучше, – улыбнулся в ответ гвардеец и положил топор обратно в свой рюкзак.

– Ты же знаешь, что за разглашение государственной тайны – расстрел, – холодно произнес Далон, я же тогда не понял, говорил ли он всерьез или пытался подыграть.

– Мне плевать, – ответил я.

Тем временем дезертир подошел ко мне и, сев напротив, сказал:

– Веди. Надеюсь ты не врешь, иначе я застрелю ее у тебя на глазах.

Предатель решил оставить раненного Дрекса в пещере и приказал одному из галлов сторожить его. Когда мы вышли из пещеры, нас всех вместе связали и повели одной колонной. Тем временем, лес стал погружаться во мрак и холод ночи. Все вокруг стихло, как будто тьма забрала всю жизнь из этого места, оставив лишь легкий, временами завывающий ветер. Галльские солдаты достали два прожектора, которые запустили в воздух, чтобы те освещали округу. Они сопровождали нас подобно летающим светлячкам издавая характерное тихое трещание своими лопастями. Пока мы шли, гвардеец спросил у одного из галлов:

– Куда подевались разведчики? Они давно не выходили на связь.

– Я не знать. Ми потеръяли свъязь. Наверна проблема свъязь, – ответил один из галлов.

Пока дезертир разговаривал с галльскими солдатами, я шел медленным шагом впереди и уводил всех на север, в надежде на чудо, в надежде на то, что Оно поможет.

– Куда ты нас ведешь? – с подозрением спросил гвардеец, остановившись позади меня и достав пистолет.

– Я веду вас к нашей цели. Дестинор должен быть где-то тут, – пояснил я не сбавляя ход.

– Я так не думаю, – с этими словами он наставил пистолет на Клемию. – Куда ты ведешь нас?

Остановившись, я почувствовал, как мое сердце как будто облили ледяной водой. Поняв, что мой план не сработал, мною овладел страх, но не за себя. Райн, Васл, Туаглор и Клемия, все они смотрели на меня в надежде на то, что я знаю что делать. Все кроме Далона, который будто ждал, когда я сделаю неверный шаг.

– Я веду вас к Дестинору! – сказал я, призвав всю уверенность и храбрость, которые могли бы придать моим словам окрас правды.

– Ты лжешь! Она поплатится за это! – сказав это, гвардеец хотел выстрелить в Клемию, но вдруг по лесу эхом прозвучал протяжный низкий вой.

– Ваз дасенд?! – воскликнул один из галлов и подняв свое оружие, начал озираться по сторонам, целясь во мрак.

Дезертир, дрожащий от ненависти и одновременно от страха перед неизведанным зверем, тяжело дыша, тоже стал оглядываться. Когда вой раздался во второй раз, гвардеец начал отдавать команды по обороне.

– Это и есть твой план? – спросил шепотом Далон.

– Ну можно сказать и так… – не веря в свой успех ответил я, – приготовьтесь бежать обратно…

Когда лес снова погрузился в тишину, единственное что можно было услышать – это треск лопастей летающих ламп.

– Я понял чего ты хочешь! – вдруг воскликнул гвардеец. – Ты нас сюда специально завел! Урод!

– Я вел вас к Дестинору, – ответил я, хотя понимал, что предатель уже не поверит мне.

– Ты вел нас к зверю, ты знал что он тут! – начал с ненавистью кричать гвардеец.

– Нет я вел всех к Дестинору! – настаивал я.

– Ложь! – заорал дезертир и ударил меня пистолетом. – Стоять на месте! Дважды повторять не стану! – сказал он Туаглору и Райну, которые хотели уже накинуться на предателя, но Дониван не остановился и попытался лбом ударить дезертира.

Гвардеец молча выстрелил и Райн свалился на землю.

– Амарэ! – воскликнула Клемия.

– Райн! – крикнул я и, подбежав к нему, перевернул на спину.

Дониван лежал неподвижно, не подавая признаков жизни.

– Обратно в строй! – заорал предатель и наставил на меня пистолет.

– Капрал! – встревоженно воскликнул один из галлов.

Мы все повернулись в сторону испуганного солдата и увидели то самое существо. Оно с пугающим любопытством разглядывало всех нас, своими черными бездонными глазами. Животное аккуратно выглядывало из-за куста, как будто не хотело мешать нашим разборкам, будто ему просто стало интересно что здесь происходило. Взгляд этого зверя зачаровывал и не давал предпринимать каких-либо действий. На миг показалось, что все вокруг хорошо и нет ничего лучше, чем смотреть в глаза этому существу.

– Не делать резких движений. Сейчас мы с ним разберемся… – медленно сказал гвардеец, будучи первым, кто вышел из забвения.

Галлы были готовы открыть огонь, но тут ветки захрустели и позади нашего великана появился еще один точно такой же. Все стояли на месте и не знали что делать.

– Цельтесь в голову, по моей команде открыть огонь, – приказал дезертир.

Тем временем я тихо позвал Далона и прошептал:

– После выстрелов бежим обратно.

– Понял.

Пока галлы вместе с предателем сосредоточили все свое внимание на зверя, тем временем я взвалил на свои плечи Райна и приготовился.

– Огонь! – крикнул гвардеец и галлы начали стрелять в пришедших существ.

Словно сорвавшись со старта на стадионе, наш отряд побежал обратно к пещере. Позади нас раздавались оглушительные выстрелы, рычания и пронзительные крики галлов.

– Бежим не останавливаемся! – кричал я.

– Ты помнишь где эта пещера? – спросил Далон.

– Мы же шли около половины мултума! – воскликнул Туаглор.

– Не волнуйся, она где-то недалеко! Мы не так много прошли!

Спустя некоторое время мы наконец отыскали пещеру где нас держали.

– Стойте, а что же с галлом, который сторожит Дрекса? – спросила Клемия.

– Он уже труп! – гордо пробасил Дрекс, выходя из темного коридора. – Идиот решил поспать.

– Райн тяжело ранен, ему нужна помощь! – ответил я, вбегая внутрь с Райном на руках.

Костер все так же освещал помещение. В углу, не далеко от тела убитого галла лежало наше оружие, которое у нас некогда отняли. Положив Донивана около костра, я освободил место для Клемии.

– Клемия, скажи что он выживет.

– Мы должны выйти на открытое место, – сказал Далон, когда все оказались в пещере. – Та опушка, о которой говорил Эрих, помнишь? – спросил Нотиван, не обращая внимание на бездыханное тело Райна.

– Где это его так? – спросил Дрекс.

– На дезертира полез, – коротко объяснил Васл.

– Амарэ! Райн! – рассержено воскликнула Клемия и толкнула в бок Донивана.

– Что? – непонимающе спросил он, присев на пол пещеры. – Он попал в меня и это было очень больно!

– Так ты не ранен?! – удивился я.

– Но мне все равно очень больно, – ответил Райн, смотря на свой наплечник, где пуля отломила часть металлической нашивки штаб-сержанта.

– Отлично, с Райном будет все хорошо. А сейчас мы свяжемся с Эрихом, он даст команду для ЛИМА на вертушке, и она прилетит к нам. Для ИИ это будет легко, – сказал Далон.

Разобрав свое оружие, Далон, Васл и Райн пошли к выходу, чтобы связаться с Эрихом, все остальные ждали в пещере. Костер почти догорел и мы с трудом могли разглядеть силуэты друг друга.

– Клемия, ты в порядке? – спросил я, подсев к ней.

– Да, а ты?

– Да… – ответил я, вглядываясь в угольки. – Как вы кстати попались?

– Из неоткуда появились галлы. Приставили оружие и все… Испытывать судьбу не хотелось и мы сдались, потом нас сразу увели. Лима не смогла отправить сообщение так как нас глушили.

– Вас били?

– Нет. Гвардеец ждал когда вас приведут.

– А как Дрекс? Он же был тяжело ранен.

– У монсонов достаточно быстро происходит регенерация тканей, кровь уже остановилась спустя несколько минут после вашего ухода. Без резких движений, Дрексу ничего не грозило.

– Прости, что не помог раньше… – произнес я с чувством вины, так как считал, что если бы я сразу предложил всем вместе идти к вертолету, то никого бы не схватили.

– Ты не виноват. Никто не мог предположить, что тут будут галлы.

Вдруг мне начали мерещиться голоса: "Ты… иди ко мне…", они доносились подобно тихому эху в лесу. Встав с пола пещеры, я начал прислушиваться, но ничего больше не уловил. Простояв в темноте некоторое время, я заметил свечение в дальнем конце пещеры.

– Что такое? – испугано спросила Клемия.

Ничего не ответив, я пошел на свет, он заманивал меня в небольшой узкий туннель, уходящий склоном вниз, высотой с мой рост. Когда я шел по нему, мне показалось что он никогда не кончится.

– Обнаружено снижение температуры, будьте осторожны, лейтенант Кирэго, – сказала Лима.

Через некоторое время я оказался в странном месте – на небольшой поляне, но под землей, по центру стоял сияющий кристалл синего цвета. Начиная вглядываться в него, я постепенно стал ощущать, что оказываюсь уже не в реальности, а как будто во сне. Внезапно меня окружила пустота, оглянувшись назад, передо мной предстал другой кристалл, я его видел на Марсе. Не знаю как я смог отличить два одинаковых на вид обелиска, но я сразу понял, что это Дестинор с Марса. В нем, как по телевизору, мне был виден космос и наша Солнечная система, потом появилось что-то на подобие черной дыры и от туда начало показываться сияние, кто его излучал мне так и не довелось увидеть. Когда Дестинор потемнел, я уже не мог признать в нем именно марсианского Дестинора, его будто искусным образом подменили прямо на глазах. Затем я заметил, что этот обелиск стоял на поляне, и сам я тоже стоял на небольшой поляне. Последнее, что я смог запомнить, так это монсона, который подошел к Дестинору, явно давая понять, что он обязан защищать его…

Очнулся я на коленях у Клемии. На меня резко нахлынули приступы тошноты, которые начали сопровождаться пульсирующей болью в висках. Несмотря на это, я захотел постараться встать, но Клемия удерживая меня, сказала:

– Лежи! Ты некоторое время был без сознания. У тебя даже кровь пошла.

– Я нашел Дестинора и узнал информацию… – начал я, с трудом произнося слова, так как каждое из них усиливало чувство боли в голове.

– Очень хорошо, потом расскажешь, – прошептала Клемия.

– Как ты меня нашла? – шепотом спросил я.

– Ты встал и пошел в темноту как зомби. Я пошла за тобой, до самой поляны, где ты просто упал…

Клемия не успела договорить, как тут вошли Далон, Васл и Райн.

– Птичка будет через пять минут! – радостно заявил Далон.

– Подъем! Выступаем сейчас же! – подхватил я, пытаясь снова встать.

– Лежи! Говорю тебе! – строго сказала Клемия.

– А что произошло? – спросил Далон и не дождавшись ответа: – Мы должны добраться до места эвакуации, а затем вернуться на предидущую поляну. Оттуда мы и начнем искать Дестинор.

– Арторий нашел Дестинор, – ответила Клемия, – прямо здесь.

– Капец! Как ты находишь эти валуны?! – с искренностью в голосе, удивился Райн.

– Отлично, – удовлетворенно произнес Далон. – Поставленная задача выполнена?

– Да, – недовольно ответила Клемия.

– Я извлек максимум информации из этого кристалла, триарий лейтенант, – быстро добавил я.

– Тогда прекрасно! – с улыбкой произнес Нотиван. – Но это не меняет наш план эвакуации. Нельзя терять время, галлы могут вернуться.

– Видишь Клемия? – сказал я, уже почти стоя на ногах. – Нельзя терять время!

Сделав пару шагов, у меня внезапно потемнело в глазах, а ноги будто обмякли. Чуть не упав, я облокотился на стену, а Клемия и Райн подскочили ко мне, ожидая что я свалюсь на пол.

– Все в порядке! – ответил я, отмахиваясь от них.

Тихо выбравшись из пещеры, мы осмотрелись по сторонам, а затем Далон вышел на связь с Эрихом:

– Что видно, Эрих?

– Ровным счетом – ничего, триарий лейтенант.

– Это очень хорошо, – задумчиво ответил Далон, продолжая осматриваться.

– Странно, – сказал Эрих, – обычно, используя радар, рассчитывают что-то найти.

– Поверь мне, – сказал Васл, выражая общее мнение, – лучше такое не обнаруживать на радаре.

Отряд Раптор легким бегом двинулся к той самой второй опушке, куда нам Эрих с самого начала советовал лететь. Вскоре пребыв туда, наш отряд занял круговую оборону. Тусклый свет от спутников освещал ровную поляну и высокую стену леса. Вокруг было тихо и лишь ветер изредка завывал в ветвях деревьев. Вдруг тишину нарушил неприятный рев и выстрелы, которые донеслись до нас эхом.

– Эрих! Черт тебя подери! Где ты?! – воскликнул Райн.

Спустя еще несколько мгновений послышались хруст веток и чей-то топот. Из леса выбежал раненый дезертир, он держался за бок в том месте, где была вспорота броня. Через доли секунд из леса выпрыгнуло существо, оно передвигалось подобно Земному медведю, только чуть медленнее; предатель что есть мочи бежал к нам.

– Черт! – воскликнул Далон.

– Не черт, а Эрих! – послышался голос из вертолета, который заходил на посадку; из-за напряженной обстановки мы даже не услышали его приближение.

Как только он коснулся земли мы все залезли в вертолет и пристегнулись. Туаглор занял место пилота и сообщил по рации:

– Спасибо Эрих, можешь выходить с орбиты, скоро будем.

– Стойте! Стойте! – послышались отчаянные вопли дезертира.

– Мы готовы взлетать, триарий лейтенант, – обратился Туаглор к Далону, сидя за штурвалом.

– Взлетай, – холодно приказал Далон.

Вертолет еще сильнее загудел и мы начали подниматься в воздух.

– Неет! – истошно завопил предатель. – Стойте! Прошу!

Существо все же догнало дезертира, схватило его и потащило обратно в лес.

– Расчетное время прибытия на "Архангел" – пять эктат, – сообщил Туаглор, набирая высоту.

– Что тебе показал Дестинор? – тем временем спросил меня Далон.

– Если вкратце, то около другого кристалла стоял монсон, – ответил я, опустив подробности. – По-моему, Дестинор находится на Армордале, это их родная планета.

Влетев в ангар Архангела нас встретил Эрих, который пил кофе, сделав глоток, он спросил:

– Ну как слетали ребят, нашли Дестинор?

– Да, нашли, – ответил я, помогая Райну и Васлу вытаскивать Дрекса.

– Воу! Тебя что ранили? – спросил Эрих, когда подошел к монсону и увидел его разодранную броню.

– Это лишь царапина, – отговорился Дрекс.

– Если я был бы таким же пилотом, как ты штурмовиком, то мы бы даже из ангара толком не смогли бы вылететь, – с улыбкой сказал Эрих, делая глоток кофе, а затем спросил у всех, – этот парень вообще умеет стрелять?

– Когда я встану на ноги, я тебе это продемонстрирую. Мишеней здесь нет, но зато есть веселый пилот, – с необычайным спокойствием ответил Дрекс.

– Я готов тебе подиграть и сидеть на месте, – с усмешкой ответил Эрих, – думаю я даже успею прочитать Войну и мир, пока ты целишься.

Когда мы уложили Дрекса на каталку, Клемия и Райн увезли его в мед-отсек.

– Летим на Армордаль? – спросил я у Далона, ожидая его одобрения.

– Что? Исключено! – мы туда не полетим, ответил он с такой интонацией, как будто я предложил нечто безумное. – Монсоны не очень радушно принимают гостей.

– Дестинор ясно указал мне дорогу, а по-моему наша задача изучать их, – ответил я, – Дрекс поможет нам наладить контакт с жителями.

– Да, изучать, но не подвергать всю команду риску, это недопустимо! – отрезал Далон, не желая продолжать разговор.

– В наших обязанностях все ясно сказано, мы должны лететь иначе зачем вообще все это, – настаивал я и в подтверждение своих слов добавил: – Эрих, проложи курс до Армордаля.

– Лима, выходи в космос, я сейчас подойду, – крикнул Эрих, после чего пошел.

– Выхожу из атмосферы планеты, – ответила Лима.

– Здесь я отдаю приказы, лейтенант Тантис! – прорычал Далон.

– Эй, я всего лишь вышел в космос, – пожав плечами ответил Эрих, а затем вышел из грузового отсека, попивая свой кофе.

– У вас есть другие идеи, триарий лейтенант? Сидеть и ждать приказа Вернеса, о том, чтобы лететь на Армордаль?

Далон молча стоял на месте и сжигал меня своим взглядом исподлобья.

– Как скажите, триарий лейтенант, – ответил я, дав понять что более не рассчитываю на полет на Армордаль.

Монсоны народ агрессивный и воинственный. Лишний раз к ним никто не залетает. Их родная планета Армордаль – сплошные горы и скалы, лишь изредка можно встретить лесные островки, посреди моря камней. Спустя около двенадцати часов мы достигли своей цели. Далон подошел к Дрексу и сказал:

– Ты будешь нашим проводником, нам здесь точно будут не рады.

– Это точно, людей здесь особенно не любят. Главное не задирайтесь, даже если ты будешь прав. Если ты на территории монсона, то он всегда прав! – с гордостью ответил Дрекс.

– Триарий лейтенант, я никак не могу достучаться до их космодрома! – сообщил Эрих. – У них там перерыв на обед?

– У монсонов нет космодромов, ровно как и космических кораблей, – объяснил Васл Верт.

– Как тогда они вообще покидают эту планету? – удивился Эрих и посмотрел на Дрекса. – Не на катапульте же.

– Нет. Первые из нас покинули планету во время вторжения галлов в Млечный путь, – пробасил Дрекс сощурив глаза, пытаясь вспомнить рассказы своих предков. – Тогда наш народ впервые попал в космос. Наших воинов наняла некая армия Объединения Товандианцев и Человечества, а через два года она стала называться Космической гвардией. Взамен за нашу помощь в этой кровопролитной войне, люди подарили нам корабли и новое оружие. Можно сказать, что завершив вашу войну, мы начали свою. Разумеется большая часть новой техники сгинула во время сражений. Новых нам было не построить, поэтому от клана часто отправляют группу воинов, которые должны привезти новое оружие и корабли. В рейд обычно идут молодые, которые должны доказать, что достоины быть частью клана.

– И некоторые как я вижу не спешат возвращаться, – сказал Эрих.

– Свой рейд я уже давно совершил и теперь сам волен выбирать, остаться на Армордале или улететь.

– То есть нас не встретят с распростертыми объятиями, – предположил Туаглор.

– Может и не встретят, – с некой обреченностью ответил Дрекс.

– То есть по нам будут стрелять? Круто! Не успел я сесть за штурвал нового корабля, как и его скоро разнесут на кусочки! – воскликнул Эрих. – "Чем счастливее время, тем короче оно", Плиний Младший верно сказал.

– Будем надеятся, что по нам не станут палить, – ответил Далон и посмотрел на меня, тем самым указав, что я буду в этом виноват.

– Летим к самым высоким скалам, там живет мой клан. Думаю наш вождь сможет помочь, – пробасил монсон.

– Не хочу тебя обидеть, Дрекс, но эта планета вся покрыта высокими скалами, – произнес Эрих, когда мы пролетали очередные горные хребты.

– Тогда дай я сам поведу этот корабль!

– Отставить, Дрекс! – строго сказал Далон. – Эрих, спустись пониже, чтобы было видно поверхность планеты.

Когда с помощью подсказок Дрекса нам удалось найти поселение монсонов, Эрих спросил:

– Почему вы до сих пор не изобрели навигатор или хотя бы простую карту с системой координат?

– Благодаря тому, что мы не тратим время на подобную ерунду мы самые сильные воины в галактике и не раз это доказывали, – гордо пробасил Дрекс.

– А как вы путешествуете за пределами своих планет?

– Мы часто заимствуем чьи-нибудь корабли с пилотами, – ответил Дрекс и широко улыбнулся.

Наш корабль вышли встречать трое монсонов, завидев нас они сразу достали свое оружие, после чего один из них с недовольством спросил:

– Зачем прилетели на нашу планету?

– Нам нужно поговорить с командиром ваших войск, – ответил Далон.

– Бааа! – с неискренней радостью воскликнул один из монсонов, завидев в нашей команде Дрекса. – Радрор'Дрекс! Зачем ты вернулся?

– Этим гвардейцам нужна помощь, я хочу поговорить с вождем.

– Ты знаешь, что чужакам нельзя видеться с вождем, если только после этого он их не убьет!

– Тогда я его убью первым! – с рыком ответил Дрекс.

– Что ж, дело твое Дрекс, – спокойно ответил монсон, словно это было обыкновенное дело.

На Армордале, как и на других планетах, где есть монсоны, правление осуществляют самые сильные и умелые воины. Они же занимаются и политикой, если так можно выразиться.

– Вы должны оставить оружие на корабле, иначе прохода нет!

Далону эта идея сразу не понравилась, он вопросительно посмотрел на Дрекса, тот одобрительно кивнул. Оставив оружие на корабле, мы все направились к командиру армии монсонов, кроме Эриха, он остался стоять на пандусе, попивая кофе. Наш отряд сопровождали все те же трое здоровяков, которые встретили нас. Город был не такой, как на Земле или на Орбис Прайме. Он был похож на простое поселение, как на Варказе V, такие же небольшие простые дома из подручных материалов, отсутствие канализации, электричества и прочих благ. Повсюду было много монсонов и ни одного человека или микандра, что не удивительно, сюда мало кто захочет прилететь. Исключение составляют гуманитарные конвои и беглые преступники или просто неразумные граждане и жертвы обстоятельств.

В этом городке все носили оружие, даже дети, от этого складывалось впечатление что мы попали в военный лагерь. Мы дошли до небольшого здания, которое когда-то было кораблем, вокруг него торчали колья с насаженными головами монсонов, а у каждой такой достопримечательности был кусок оторванного флага, видимо это были головы вождей других кланов. То что не поместилось на улице, украсило стены внутри. Помимо голов убитых вождей, на стенах расположилось трофейное оружие, знамя и элементы монсонской брони.

– Что это? – спросил Райн.

– Это головы вождей других кланов, а так же те, кто бросал ему вызов, – пояснил Дрекс.

– И как ты его планируешь победить? – спросил Райн.

– Как и любой монсон, я сверну ему шею, – ответил Дрекс, как будто поделился кулинарным рецептом.

– Что ж, сделай это после того, как мы все узнаем, – сказал Далон.

Пройдя по нескольким подобным коридорам, мы пришли к комнате вождя клана. Далон постучался и не дождавшись ответа, вошел внутрь.

Первое что бросилось в глаза – это огромное окно с видом на горы. Около него стоял сам вождь. На стенах висели очередные головы поверженных врагов. По центру стоял стол и стулья, которые явно были похищены с какого-нибудь судна перевозившего антикварные товары. Далон, оглядев комнату и самого предводителя, хотел начать разговор, но монсон его опередил:

– Аргур'да Рорнаг. Вождь клана Великие Рорнаги, – пробасил монсон и завидев Дрекса продолжил. – Радрор'Дрекс, что ты здесь делаешь?

– У этих гвардейцев есть вопросы, это мои союзники.

– Ха! – усмехнулся вождь. – Они способны убить тебя, но не делают этого?

– Думаю нет, – с неуверенностью ответил Дрекс.

– Тогда это добыча, Радрор'Дрекс.

– Эй, никакая мы не добыча, я этому засранцу однажды хорошо навалял! – заявил Райн, указывая на Дрекса.

– Ты проиграл поединок этому тощему? – с возмущением спросил вождь и сделал гримасу отвращения. – Тогда как ты смеешь появляться здесь!?

– Вождь Аргур'да Рорнаг, мы прибыли по делу чрезвычайной важности! Вы знаете что-нибудь о Дестинорах? – вмешался Далон.

– Даже если бы и знал, вам это зачем? – неодобрительно спросил монсон.

– В них хранится очень важная информация, касательно наших общих врагов.

– Странно… Почему именно люди, должны ею владеть?

– В рядах гвардии не только люди! Тысячи монсонов сражаются бок о бок с людми, микандарами, товандианцами…

– Достаточно, человек! – перебил Далона вождь. – Вы, люди, слишком много на себя берете. Командир гвардии – человек! Значит и отдает приказы – человек! Убирайтесь с моей планеты, пока я не убил вас всех!

– Брат, послушай! Нам нужна эта информация, дело может идти о миллиардах жизней! – вмешался Дрекс.

– Нет такого врага, с которым мы не справимся, значит проблемы у других, а не у нас! – монсон оглядел нас и добавил с более спокойным тоном: – Ладно, человечишка… Я подумаю над твоим предложением, но не даром. И не вздумай хитрить, иначе вы пойдете на корм.

– Сколько? – спросил Далон.

– Ваши деньги меня не интересуют, нет… – немного погодя вождь продолжил: —Что если вы отдадите мне чертежи вашего корабля?

– Это невозможно! – отрезал Далон.

– Тогда так же невозможна ваша встреча с Дестинором! – ответил Рорнаг и широко улыбнулся.

Далон посмотрел на монсона, повернулся к нам и спросил:

– Что делать? Чертеж этого корабля – это военная тайна!

– У нас похоже нет выбора… Он не будет торговаться, у нас с этим проблемы, – добавил Дрекс.

Вождь тем временем смотрел в окно и не обращал на нас внимание.

– Но у нас нет его на руках! Его не выдают, – сказал Далон, обращаясь к вождю.

– Я не в первый раз заключаю такие обмены. Мне нужно всего лишь ваше, – монсон сделал секундную паузу, – согласие.

– Но монсоны же не строят корабли, – с подозрением сказал Васл.

– А кто сказал, что я буду его строить?

– Ладно, по рукам… – ответил Далон.

– Отлично, идем за мной, – потирая четыре руки ответил монсон.

– Что ты делаешь? – тихо спросил я у Далона.

– Если он собирается просто отсканировать его, то у него ничего не получится, на этих кораблях предусмотрена защита в виде дезинформации на такой случай. Такую вещь еще нигде не применяли, так что знать о ней он не может.

– А если он увидит это после сканирования? – спросил Васл.

– Корабль будет похож только внешне, но не по техническим характеристикам, он это поймет, когда попытается завести его, что вряд ли у него получится.

– Ну ты голова! – тихо воскликнул Райн.

– Нее, я просто от скуки решил почитать руководство о корабле. Интересная кстати штука.

Сев в монсонскую машину, мы поехали по неровной дороге в горы, ничего удивительного, если вся планета и так скалистая. На самой планете было пустынно и напрашивался вопрос: "Чем монсоны тут питаются?". Живности не так много. Оказалось что потребность монсонов в еде достаточно низка и им не требуется так часто питаться как человеку. Так же ходили слухи, что у монсонов иногда практикуется каннибализм.

Местная звезда Потеста почти не грела планету, если только на самой верхушке горы. Небо было светлое и голубое, ни одного облачка.

– Триарий лейтенант, монсоны ставят какую-то странную штуку около корабля, – с волнением сказал Эрих, по У-Наушникам, – если мы их чем-то разозлили, то я молчал все это время.

– Все в порядке, Эрих, пусть делают, что делают, – ответил Нотиван, а затем обратился к вождю: – Аргур'да Рорнаг, а как вы собираетесь получить чертежи корабля?

– Какой любопытный человек… – с улыбкой тихо пробасил монсон. – Однажды здесь пролетали товандианские иженеры, так вот они были очень щедры и отдали нам один хороший прибор.

– Вы украли наш детектор деталей! – воскликнул Туаглор.

– Нет-нет. Нам его просто подарили, чтобы остаться в живых только и всего, – с мерзкой улыбкой пояснил вождь.

– Я так не считаю! Анрецигион! – крикнул Туаглор, своим вибрирующим голосом, после чего машины остановились.

– Ты смеешь бросать мне вызов, товандианец? – с яростью начал Аргур'да. – Ты не на своей планете!

Туаглор молча вылез из транспорта, снял с себя оружие и броню, оголив свои когти на руках.

– Отставить, Туаглор! – крикнул Далон.

– Что ты делаешь!? – вскрикнула Клемия.

– Давай, Туаглор! Надери ему задницу! – начал кричать Райн посвистывая и аплодируя.

Аргур'да Рорнаг вылез из машины и встал в нескольких шагах от Туаглора.

– Амарэ! Он же разорвет его! – с ужасом прошептала Клемия закрыв рот ладонями.

– Это очень плохо… – обреченно произнес Дрекс.

– Живо назад! – заорал Далон, после чего захотел помешать дуэли, но Васл остановил его и сказал:

– Стойте, нельзя! Иначе Туаглор сразу окажется проигравшим, а единственный исход дуэли – победа или смерть. Он должен будет покончить с собой, если помешать…

– Почему он не отвечает!? – разозлено спросил Далон.

– Товандианец произнесший анрецигион, должен замолчать навечно или заговорить когда родится. Победа – значит у них перерождение, – объяснил Васл.

Вокруг воцарилась тишина, несмотря на то, что противник был намного сильнее, Туаглор излучал спокойствие.

Первым атаковал Туаглор, так как именно он объявил дуэль. Несмотря на огромные размеры монсона, Туаглор смог заставить его пошатнуться, когда он нанес порез по ногам, во время уклонения от удара. Первые минуты Аргур'да никак не мог попасть по товандианцу, уж слишком быстрым и ловким был Туаглор, но в один миг все изменилось. Монсон успел нанести удар, от чего Туаглор отлетел на несколько метров.

– Он ему что-то сломал! – все так же тихо прошептала Клемия.

Туаглор лежал на месте и не подавал признаков жизни.

– Ха! Это было не трудно! – победоносно заявил всем Аргур'да Рорнаг и направился к товандианцу.

Когда вождь подошел к Туаглору в плотную, тот резко вскочил на ноги, ловко зашел сзади, запрыгнул на спину монсону и вонзил когти ему в шею. В последний момент Аргур'да Рорнаг успел пошатнуть Туаглора, от чего рана оказалась не смертельной. Теперь товандианец гордо стоял в ожидании и смотрел как противник истекает кровью. Туаглор побежал к монсону, чтобы добить его, но тут в дуэль вмешались стражники, желая спасти своего вождя.

– Ты проиграл! – неожиданно заявил Туаглор.

– Нет, товандианец, у меня не было оружия, равносильного твоим когтям, так что я не проиграл, – ответил вождь, подло улыбаясь.

– Вот падаль! – заявил Райн.

– А кто выиграл? – спросил я.

– Монсон оказался хитрым, – прокомментировал Васл, – тут ничья, но я считаю победителем Туаглора.

Когда Туаглор вернулся к нам, то обратился к Дрексу:

– Акром-тис, прошу прощения, но я не мог промолчать.

– Аргур'да Рорнаг оказался слабаком, так ему и надо, – ответил Дрекс, испытывая гордость за Туаглора. – Нужно было быстрее добить его.

Через некоторое время мы приехали на небольшую поляну в которой было углубление, а вокруг него стояли прямоугольные гладкие камни, мне они напомнили Стоунхендж. Не далеко от него стоял обелиск, тот самый Дестинор, который я видел в своем видении. Когда я направился к нему, монсоны стали переглядываться между собой, они явно нервничали. Дрекс пытался их успокоить и как мог начал объяснять, что происходит. Тем временем, я подходил к кристаллу, который с каждым моим шагом к нему начинал светиться все ярче и ярче.

В один момент я внезапно очутился в большом современном городе, подобному Земному. Вокруг было шумно и много народу, но я никак не мог различить, кто именно населял этот мегаполис; все жители походили на размытые силуэты. Сам того не заметив, я оказался на небольшой площади, где возвышалась одинокая башня. Проход в нее открылся, и я увидел свечение нового Дестинора, затем ворота передо мной закрыл товандианец и на этом мое видение закончилось.

Открыв глаза я увидел как звезда Потеста садилась за горизонт.

– Ну как ты? – спросила Клемия, сидя рядом. – Так часто контактировать с Дестинорами – рискованно для твоего здоровья.

– Все хорошо, – присев, ответил я, на мое удивление я не чувствовал никакого дискомфорта.

– Что ты видел? – спросил Далон, надеясь, что поездка оказалась не напрасной.

– Я думаю нам надо к товандианцам, на Тован…

– Они больше ничего не показывают? Для чего мы летаем с планеты на планету?

– Нет, они просто показывают цепочку, по которой мы наверное должны идти…

– Как бы не прийти туда откуда нет выхода… – сказал Далон и пошел к машине.

Вернувшись на корабль, нас встретил Эрих:

– Ну наконец-то, а то некоторые из местного поселения кажется норовят полететь с нами.

– Мы летим на Тован, лейтенант Эрих, прокладывайте маршрут, – сказал Далон, а когда увидел, как по пандусу на "Архангел" поднимаются незнакомые монсоны, воскликнул: – Какого черта!?

– О! Забыл сказать, – пробасил Дрекс, – это обязательная плата за отлет. Приземлиться сюда можно бесплатно, но вот чтобы улететь… Нужно взять их с собой, они идут в рейд!

– Что!? Мы так не договаривались! – воскликнул Далон.

– Если не возьмем их, нас собьют, – спокойно ответил Дрекс и пожал двумя парами плеч.

Далон молча развернулся и ушел на корабль, а Дрекс, желая подбодрить его добавил:

– Но корабль останется у нас! Его не захватят!

– По-моему, отличное утешение, – с сарказмом прокомментировал я.

– Согласен, – ответил Дрекс, – обычно корабль отнимают, а экипаж продают в рабство или выбрасывают в космос, – затем Дрекс нахмурил лицо и с устрашающим тоном добавил: – Или съедают…

По правде говоря это меня слегка напугало, увидев мое замешательство Дрекс засмеялся и, хлопнув меня по плечу, обнадеживающе пробасил:

– Но в нашем случае сделано исключение!

Перед отправкой на Тован мы доложили майору Вернесу о наших успехах, он был рад за нас и даже добавил: "Молодцы! В таком случае я сниму с этого задания несколько отрядов – ситуация на фронте накаляется!".

Спустя три дня, мы добрались до Тована – родной планеты товандианцев. На подлете, к нам на борт поступил звонок:

– Назовите себя, – прозвучал голос диспетчера.

– Говорит ВФКГ "Архангел" СК ОДА девять, на борту присутствует спец-отряд Раптор, четыреста третий легион, запрашиваю разрешение на посадку, – ответил Эрих.

– С какой целью вы прибыли?

– Нам нужно встретиться с андорионом или тем, кто может говорить от его имени, дело имеет секретность второй степени.

– Принято, "Архангел". Док номер четыреста восемьдесят три, уровень семь "Д", западное крыло. Добро пожаловать на Тован.

– Принято, отбой.

– Давно я тут не был, – задумчиво произнес Туаглор, смотря в окно кабины пилота.

– Плохие воспоминания? – спросил Эрих.

– Мой отец видел во мне хорошего банкира, сидящего на месте и пересчитывающего чужие деньги. Я же не хотел разделять его убеждений и сказал, что стану следователем в СБГ, но для этого нужно отслужить в Космической гвардии. Отец тогда стал настаивать, чтобы я пошел в национальную армию и занимался расследованиями на Товане. Я посчитал, что в этом нет смысла, так как тут и так полно следаков. Персонала не хватает в самой Гирронии, а не на Товане. Наша цивилизация стала частью огромного организма и чтобы он работал, нельзя сидеть на месте. Пора посмотреть на этот мир иначе, мы оказались не одиноки во вселенной.

– И как отец отреагировал на твой уход? – спросил Эрих.

– Он молча положил мне руку на плечо, посмотрел в глаза, а затем ушел.

– Как-то грустно, – ответил Эрих, – у нас на Земле, все бы закатили такую пьянку, что могло бы показаться, что все очень рады что ты уходишь в армию! Потом бы все ходили и пели песни, пока ты садишься в автобус, а потом большую часть провожающих задержала бы СБГ.

– Странный способ провожать в армию, – ответил Туаглор, – хотя наверное в этом что-то есть…

Когда мы приземлились, на площадке нас ждали несколько солдат и полковник товандианских войск. Далон, Туаглор, Райн, Клемия и я, вышли из корабля в шумные доки. Огромные торговые корабли то прилетали, то улетали, здесь все было почти как на Орбис Прайме. Главное, чем славился Тован – это производство астерий, энерго-ячеек для кораблей. Здесь находился самый совершенный завод, который выпускал эти астерии. Отсюда их прямиком везли на торговые точки по всей галактике. Несмотря на то, что мы прилетели поздно вечером, город сиял тысячами огоньков, отчего вокруг было очень светло, словно днем. Такой резкий контраст после Армордаля, заставил меня подумать: "Что же монсоны сделали не так в своей истории, от чего живут в такой нищите?". Учеными установлено, что товандианцы, монсоны и люди зародились практически одновременно. У всех были кровопролитные воины, но монсоны оказались развиты ниже даже человечества. Никто не знал ответа на этот вопрос.

– Здравия желаю, триарий полковник! – отчеканил Далон.

– Здравия желаю, гастат лейтенант! Я рад приветствовать вас и ваших сослуживцев на Товане. По какому делу вы прибыли?

– Это я могу обсудить только с высшим командованием, дело касается Дестиноров.

– Прошу, следуйте за мной.

На Товане, как и в других товандианских колониях царит андориония. Верховный правитель андорион управляет землями вместе со своими советниками по разным отраслям. Правитель остается на своем месте до тех пор, пока он не надоест народу, тогда изберут нового правителя из простых граждан. Советники же избираются андорионом.

Мы прошли несколько метров среди доков, где кипела работа и сели в небольшой автобус, который взлетел и вскоре слился с потоком транспорта. За окном был потрясающий город, гениальные архитектурные строения, это напомнило мне Землю. Как я ездил на работу, в общем потоке машин, стоял в пробке и проклинал утро. Несмотря на это, мне почему-то стало не хватать этой рутины. Тем временем нас привезли в штаб, где тоже не было ничуть спокойнее, чем в доках. Добравшись до дверей в кабинет генерала, около которых стояли два солдата, полковник подошел к ним и сказал:

– Мы к генералу Тераллану, солдат!

Двери распахнулись и вся наша процессия зашла в кабинет, по центру которого находился огромный стол, за ним сидел тот самый генерал, за его спиной было огромное окно, с видом на город, на стенах висели картины. Он встал, а полковник, который сопровождал нас торжественно объявил:

– Генерал Тиспо Тераллан Феридекенрин Варон.

– Лейтенант Далон Нотиван, командир гвардейского отряда Раптор, здравия желаю, триарий генерал! – отрапортовал Далон и отдал честь.

– Здравия желаю, лейтенант, гастаты, – ответил генерал.

Полковник тем временем отдал честь и вышел из кабинета, закрыв за собой двери. Оглядев генерала, Райн шепнул:

– Ну и имечко у него. Хрен выговоришь!

– Тихо! – пригрозил Туаглор.

– По-моему, у всех главнокомандующих кабинеты одинаковые, – шепнул я Клемие.

Она в ответ с улыбкой пожала плечами.

– Зачем вы прибыли к нам? – тем временем спросил генерал.

– У нас специальное задание, касательно Дестиноров… Вам что-нибудь известно о них? Я могу обсудить это с андорионом, это дело чрезвычайной важности! – сказал Далон.

– Андорион сейчас занят, прошу извинить. Акром-тис, я уполномочен говорить от его имени. Дестинор – кристалл, неизвестного происхождения. Первый Дестинор был найден в 17 темпус до создания ГМП. Тогда ходило не мало слухов о его значении в истории галактики. На нашей планете он тоже был найден и дабы предотвратить ситуацию, подобную той, что произошла при первом контакте, мы спрятали его.

– Наш отряд уже имел дело с этими кристаллами… – ответил Далон, – мы пытаемся найти ответ на их загадку, возможно это некое послание ушедшей цивилизации…

– Послание? Но о чем? – удивился генерал.

– Это мы и пытаемся выяснить.

– Хорошо, я отведу вас к нему, прошу за мной.

Мы пролетели еще несколько десятков километров и прибыли на небольшую площадь, в ее центре стояла высокая башня, без окон и с одним входом. На первый взгляд могло показаться, что это какой-нибудь монумент. Выйдя из транспорта мы пошли за генералом. Он привел нас ко входу, где стояло двое караульных. Подойдя к одному из них, генерал что-то сказал на товандианском, после чего солдат подошел к голографической панели управления и, совершив некоторые манипуляции, ворота стали открываться.

За ними оказался хол с высоким сводом, украшенным фресками, которые рассказывали о прошлом товандианцев. Там был даже изображен первый контакт с людьми. Когда все зашли внутрь, Тераллан повел нас вниз по ступенькам, которые шли кругом по всему периметру зала. Пока мы медленно спускались, он неожиданно спросил:

– Что вам удалось выяснить? Что хранят в себе Дестиноры?

– Мы точно не знаем, это как пазл. Каждый раз я вижу новую подсказку, она приводит меня к другой. Все это словно большая цепочка, – ответил я, но генерал лишь поджал губы, видимо он считал, что мы говорим неправду.

Когда мы спустились вниз, то перед нами предстало некое подобие святилища, в центре которого стоял Дестинор. Когда я направился к нему, генерал с любопытством спросил:

– Что он делает?

– Сейчас будет читать, – многозначительно ответил Райн.

Не успел я подойти к обелиску, как мне снова представился тот огромный город, из прошлого видения. Теперь я точно видел, что вокруг были только люди, ни монсонов, ни товандианцев в округе не оказалось. Пока я неспешно прогуливался по городу, у меня создалось полное впечатление, что все это происходит на Земле. Улица, по которой я шел, привела меня в жилой район, где на игровых площадках, вокруг которых росли небольшие деревья, под лучами солнца, радостно и беззаботно веселились дети. Их мамы, сидя на скамейках, что-то обсуждали и время от времени смеялись. Но неожиданно округу стал покрывать мрак, как бывает перед дождем. Все, кто стоял неподалеку от меня, стали смотреть вверх и я тоже должен был взглянуть туда, но у меня никак не получалось. Люди показывали пальцами в небо и что-то взволнованно говорили. Некоторые дети в страхе стали прижиматься к матерям. Вдруг наверху что-то загудело, и голубая вспышка на миг ослепила меня. Открыв глаза, я увидел, что все кто только что стояли передо мной, уже лежали на земле, они были похожи на высохшие мумии. Здания оказались не тронутыми, а деревья, трава и цветы уподобились погибшим горожанам, они как будто высохли. В один момент, целый город погиб, никто не выжил.

Очнулся я будучи уже на "Архангеле", в медицинском отсеке. Клемия сидела недалеко от меня и что-то читала. Как только я начал шевелиться, она отбросила книгу, поправила мне подушку, присела рядом и спросила:

– Лежи. Как ты себя чувствуешь?

– Так себе… – сухо ответил я.

– Ты пробыл без сознания дольше обычного…

– Я видел больше и подробнее, чем обычно… – поправил я.

– Что ты видел?

– Как на город, подобный нашим, кто-то напал. Люди превратились в высохшие трупы, от одной вспышки… Ее источник явно находился в небе, и я хотел взглянуть вверх, но что-то не давало мне это сделать. Этот город был очень похож на Земной. Может эти Дестиноры показывают будущее?

– Я боюсь что все это плохо скажется на тебе. Нам нужно сделать передышку. Кто знает, как эти Дестиноры влияют на тебя.

– Погоди, – сказал я, когда лучше вспомнил видение, – это был вовсе не Земной город. Странная вещь происходит, когда я вижу эти послания, все что там происходит кажется мне обыденным и современным. Но только сейчас я вспоминаю, что этот город куда более развит! Это не Земной город – это город погибшей цивилизации!

Вдруг из динамиков раздался голос Эриха:

– Внимание, пришло сообщение от командования! Всем явиться в кают-компанию!

– Нам нужно идти, – сказал я, присев на кушетку и собираясь вставать.

– Нет! – возразила Клемия, останавливая меня. – Тебе нужно отдохнуть, я схожу одна, а потом все тебе расскажу. Тебе нельзя сейчас вставать.

– Но я уже..

– Кто тут врач? – недовольно спросила она.

– Ты.

– Позвольте мне выполнять свою работу, лейтенант, – ответила она, а затем мягко добавила: – Ничего не произойдет, если ты пропустишь это совещание. Как я уже сказала, я все расскажу тебе.

Я смиренно лег обратно, после чего Клемия ушла. Через некоторое время я все же встал и тихо вышел из медицинского отсека. Добравшись до кают-компании, я не стал входить и притаился около входа. Далон подошел к компьютеру и щелкнул по голографической клавиатуре, тем самым открыв сообщение:

– Говорит майор Вернес, генерал-лейтенанту Думгасу нужно прикрытие во время отступления. Наших сил на линии фронта катастрофически не хватает, поэтому легатом Совета был отдан приказ: оставить планету Карнак два.

– Так, приказ думаю всем понятен – летим к Карнаку два, – приказал Далон оглядывая всех и, заметив мое отсутствие, добавил: – А где Арториус?

– Ему нужен отдых, – ответила Клемия.

– Перестань делать из него размазню! – пробасил Дрекс. – Он достаточно крепкий… Для человека.

– Я никакую размазню из него не делаю! – рассержено воскликнула Клемия. – Арториусу требуется отдых! Его нервная система подвергается тяжелым испытаниям!

– Да ладно тебе, Дрекс дело говорит, – произнес Райн.

– Ты выпил таблетки, которые я тебе назначила принимать после еды? – неожиданно переменила разговор Клемия.

Веселое выражение лица Райна резко сменилось на виноватое и он, посмотрев куда-то вниз, ответил с подходящей виноватой интонацией:

– Нет…

– Со мной все в порядке, – сказал я, решившись наконец войти.

– Ну вот! С ним все хорошо! – в подтверждение своих слов, закончил Дрекс.

– Что ты?! Во имя Амарэ! А ну живо обратно! – воскликнула Клемия и пошла ко мне.

– Так, все! Я в порядке, Клемия. Спасибо за заботу. Правда, я ценю это, мы все это ценим, но это немного слишком.

Клемия сердито оглядела всех нас и с отчаянием, что все идет не по ее правилам, спросила:

– Васл, ты закапал в глаза раствор для зрения?

Такого вопроса, бывалый снайпер Васл никак не ожидал. Если бы он что-то сейчас ел или пил, он бы определенно подавился бы. Васл стоял и молчал, будто проглотил язык, стоя перед генералом, который его отчитывает. От неловкости Верт смог только промычать, что разумеется расценивалось как "нет". Клемия от злости прорычала и воскликнула:

– Амарэ! Зачем я тогда здесь вообще нужна?! – после этих слов она демонстративно ушла.

– Наларли все такие? – искренне поинтересовался Дрекс. – Я когда-то видел подобную ситуацию с Земной девушкой…

– Я скажу больше, так со всеми девушками, Дрекс, не важно какой она расы, – с тоном знатока произнес Райн.

– Может стоит извиниться? – предложил я, не переставая смотреть в ту сторону, куда ушла Клемия.

– Да ладно тебе, Арторий! Подуется немного и перестанет, – ответил Райн, махнув рукой.

– Она же отвечает за наше здоровье, не удивительно почему она так отреагировала.

– По-моему, она слишком много на себя берет, без обид, – сказал Далон и выдержав несколько мгновений тишины, продолжил: – Теперь вернемся к более важным делам.

– Я все слышал, про задание, Далон.

– Задание трудное и опасное, во время поисков Дестиноров мы конечно попадали в переделки, но это совсем другое.

– Что от нас конкретно требуется? – пробасил Дрекс.

– Помочь при отступлении. Скажу сразу – я не знаю, что конкретно будет входить в наши задачи.

– Мы вроде у Вернаса на хорошем счету, зачем ему отправлять нас на фронт? – поинтересовался Туаглор.

– Думаю это распоряжение поступило свыше, ситуация на фронте ухудшается. Галлы пользуются новыми поколениями оружия. Боюсь прогресс на их стороне и это конкретно усложнит нам жизнь во время прикрытия.

– Тогда летим? – спросил я. – Надо проверить экипировку, это будет не простая операция.

– Вот круто! Да? На передовой побываем! – воскликнул Райн.

Глава 18. На фронте.

Карнак II представлял из себя бескрайнюю холмистую пустыню. Галлам она была нужна из-за стратегических ресурсов в виде элемента синт, необходимого при создании синтезированной звезды. Бои шли в течение трех месяцев, с момента объявления войны. Подмога не приходила, солдат начинало не хватать на всех фронтах. По сравнению с предидущими вторжениями, в этот раз галлы обладали большим количеством новой техники и в этот раз они действовали не спеша, продумывая каждый свой шаг. Это не было похоже на полномасштабный захват страны, галлы словно испытывали нас или чего-то ждали.

Наш корабль приземлился около казарм, в которых еще спали измотанные боями гвардейцы, то и дело ворочаясь от ночных кошмаров, ныне минувших сражений. Наше прибытие разбудило весь лагерь, от чего простые солдаты, младшие офицеры и генерал-лейтенант вышли посмотреть кто пожаловал… Некоторые из гвардейцев приготовили оружие, опасаясь что это враги, выдающие себя за гвардию. Приземлившись, мы еще раз перепроверили свое снаряжение, как нас учили на Зейдене. "Ваша жизнь зависит не от вашего командующего, ваша жизнь зависит в первую очередь от вашей экипировки" – говорил нам майор Вернес.

– Арторий, надень шлем перед выходом. Датчики показывают, что здесь есть этот… Ну фигня, на которую у тебя аллергия, – предупредил Райн.

– Мердризорий… Хорошо, спасибо. Клемия уже раз двадцать сказала об этом. Такое не забудешь.

Райн только загоготал в ответ.

И вправду на этой планете присутствовал этот элемент, многие гвардейцы тоже носили шлемы и это было их самой главной проблемой, так как полную очистку воздуха выполняет броня, а У-Турунды к сожалению так не могут.

Шлюз Архангела открылся, и наши глаза ослепили лучи палящей звезды, названной также как и планета, на которой мы находились – Карнак II. Оглядев наших встречающих, я выделил несколько групп: гвардейцы что были в броне и вооружены, готовы были из последних сил дать бой, если бы мы оказались неприятелем; гвардейцы одетые в один комбинезон в основном были без оружия и либо были готовы сразу сдаться, либо принять смерть, желая поскорее покончить со всем этим; раненные же надеялись, что корабль прибыл забрать их подальше отсюда. К счастью или сожалению, мы никого из них не обрадовали. Из толпы гвардейских "полузомби" вышел толстый генерал-лейтенант в начищенной до блеска броне, по всей видимости только он один был рад, что идет война и готов был ринуться в бой прямо сейчас. Подойдя к пандусу нашего корабля, по которому мы спустились, он отдал честь и сказал:

– Вольно солдаты, добро пожаловать! Мое имя Думгас, обращайтесь ко мне: "генерал-лейтенант Думгас", никак не иначе! И у меня сразу к вам вопрос: почему броня не начищена до блеска?! Если у вас форма не начищена до блеска, то когда вы будете в плену или на том свете, все должны видеть, что это был гвардеец! Иначе это подрывает великую репутацию Космической гвардии!

Далон услышав это, передал по У-Наушникам Эриху, пока отдавал честь генерал-лейтенант:

– Не задерживайся тут, оставайся в космосе, подальше от этой планеты и жди указаний!

– Так точно, триарий лейтенант, но майор Вернес приказал прикрыть их во время отступления, он не рассердиться? – спросил Эрих.

– Он сказал, что нужен спец-отряд для прикрытия, про корабль не было даже намека, – ответил Далон.

Генерал-лейтенант Думгас был не очень высокого роста и весьма толст. Увидев его при первой встречи, мне показалось, что если его повалить на спину, то он не сможет подняться сам и будет трясти руками и ногами, как черепашка. У него было морщинистое лицо с парой шрамов в области шеи, которые пытались спрятаться в старческих складках. Густые серые брови, то и дело старались прикрыть стеклянные глаза, которые загорались только во время боя с неприятелем. Седые бакенбарды торчали из-под офицерской фуражки, как кошачьи усы. За губами иногда показывался золотой зуб, который выделялся среди остальных, словно звезда на мрачном небе. И весь этот портрет завершал, толстый, как сам генерал-лейтенант, нос, поставленный, подобно печати на старом документе. Генерал-лейтенант Думгас был полным болваном, фанатиком и маразматиком. Ему было около ста восмидесяти и по нему давно плакала пенсия. Среди солдат его звали Думбасом, от английского – dumbass, то есть – тупица. Но как бы над ним не потешались, он был еще хуже того, что о нем говорили. На его счету наверное около десяти легионов убитых гвардейцев, судя по тому, как он отправлял их в рукопашную, говоря:

– Стрелять из убежищ как трусы могут все! Гвардейцы не трусы, а военная элита!

Планета до сих пор оставалась во власти гвардии, но какой ценой и надолго ли.

– Вы значит тот самый спец-отряд, который отправили в качестве подкрепления, да? – спросил генерал-лейтенант, забыв свой предидущий вопрос и не дожидаясь ответа продолжил: – Да! Это очень хорошо, у нас нехватка солдат, как вы могли заметить. Думаю вы это заметили. Вы это заметили?

– Так точно, генерал-лейтенант Думгас, – ответил Далон, а затем продолжил: – Генерал-лейтенант Думгас, тут какая-то ошибка, мы прибыли в качестве прикрытия, а не подкрепления.

– Отвечаем по форме, это хорошо! Хвалю, гвардейцы, – довольно ответил он не обращая внимания на слова Далона, а затем резко перешел на другую тему: – Вы прибыли как раз вовремя, гастаты, через полчаса у нас планируется контрнаступление. Я планирую атаковать небольшие укрепления, которые галлы заняли позавчера. Мы поедем одной шеренгой прямо через пустыню и сметем их!

Данное заявление всех присутствующих просто поразило. Некоторые с ужасом схватились за головы, бешено смотря в разные стороны; другие просто садились на пол и закрывали лица руками, чтобы не показывать слезы. Они понимали, что обречены и ничего не смогут с этим сделать. Полковник же как будто не видел всего этого и не понимал, что объявил всем о смертном приговоре.

– Позвольте сказать, генерал-лейтенант Думгас, – сказал я, отдавая честь, – лейтенант Далон хотел сказать, что мы прибыли в качестве прикрытия для вашего отступления.

– Лейтенант, – с улыбкой ответил мне генерал-лейтенант, – здесь я отдаю приказы. Настоящие гвардейцы никогда не отступают, они атакуют! Сегодня я покажу как это происходит, а впрочем вы сами это увидите.

– Простите, генерал-лейтенант Думгас? – спросил Далон.

– Вы пойдете со всеми в атаку, что непонятного?! – с искренним удивлением спросил Думгас.

– Мы спец-отряд и прибыли… – начал Далон, но генерал-лейтенант сразу перебил его.

– Спец-отряд? Отлично! Каждый из вас поведет группу в атаку! Это будет очень красиво, гастаты. Очень! А теперь разойдись! – после этих слов, генерал-лейтенант ушел.

– Кажется мы угодили в задницу, – сказал Райн. – Такую же толстую как этот "ген-лет"!

– "Здесь я отдаю приказы", – передразнил генерал-лейтенанта Далон. – Он просто идиот!

– Как же я тебя понимаю, Далон, – сказал я, на что Нотиван никак не отреагировал, так как думал о чем-то другом.

– Нужно связаться с майором Вернесом, пусть он сообщит легату Совета о не выполнении приказа, – предложила Клемия.

Когда Далон хотел связаться с майором Вернесом, у него ничего не получилось, так как генерал-лейтенант Думгас отключил усилитель связи.

– Итак, гвардейцы! – радостно заявил генерал-лейтенант, неожиданно появившись позади нас. – Вперед, на построение! Маме потом позвоните.

– Генерал-лейтенант Думгас, разрешите связаться с майором Вернесом, – обратился Далон.

– Не разрешаю. Я отключил усилитель связи не просто так! Если мы будем часто связываться со штабом, галлы обнаружат нас! Именно. Обнаружат и застанут врасплох!

– Мы должны уточнить цель нашего задания, – продолжил Нотиван.

– А что вам неясно? Вы пойдете в атаку! А если вам что-то не нравиться, я выдам расстрел вне очереди!

Направившись в сторону плаца Далон попытался связаться с Эрихом, но безуспешно.

– Ладно, одно ясно – он всех угробит во время этого боя. Будем держать связь и встретимся в условленном месте, а затем отступим и Эрих нас заберет, – начал рассуждать Нотиван.

– И что потом? – спросил Васл.

– Если сбежим – это дезертирство, если останемся – сущее самоубийство! Этот Думгас просто отправляет всех на смерть! – воскликнул я.

– Что обычно вы делаете, когда кто-то не подчиняется приказам? – спросил Дрекс.

– Ну это решает суд, но тут нет разумеется ни времени ни самого суда, легат Совета отдал приказ об отступлении, генерал-лейтенант обязан его выполнить! – ответил Далон.

– Если кто-то не выполняет приказ вождя, мы обычно забиваем таких до смерти, – пробасил монсон.

– Как бы нас за это не расстреляли, – сказал Райн, сделав недовольную мину, будто речь шла о наряде.

Неполный батальон, состоявший из некогда великого сорок восьмого легиона, построился недалеко от лагеря. Кто-то был контужен, кто-то тяжело ранен, генерал-лейтенант решил отправить в атаку всех.

– Гастаты! Все мы подданые Гирронии! – начал генерал-лейтенант. – Все мы давали присягу и обещали защищать границы государства! Несмотря на то, что легат Совета Гарнед приказал мне отступить, я считаю, мы не имеем на это права! Мы сбежим как трусы и не увидим славной смерти! Поэтому прямо сейчас вы отправитесь в атаку!

Около наших боевых вездеходов «Вардос» то и дело падали бомбы и от каждого взрыва нас подбрасывало до низкого потолка машины. Группа, которой я руководил, состояла из простых пехотинцев. Они сидели с обреченным видом и смотрели в пол машины, ожидая неизбежное.

– Что повесил нос, рядовой? – спросил я у девушки.

– Все в порядке, триарий лейтенант, – ответила она.

– Война есть война, рядовой, умирать никому не хочется, – произнес я и какой-то частью своего подсознания ужаснулся этим словам.

– Ничего не имею против боевых действий, триарий лейтенант, я против казни солдат, путем отправки их в мясорубку!

– О чем вы говорите, рядовой?

– Генерал-лейтенант все это время отправлял нас только в лобовые атаки, триарий лейтенант, без планирования, без техники. Просто в лобовую, – ответила она, сделав жест рукой вперед.

– А как же техника? Как же…

– Не было всего этого, триарий лейтенант, ни одна зенитка не выстрелила, ни один танк не сдвинулся с места. Все наводчики и водители отправлялись в лобовую атаку. Некоторые иногда просто шли на врага без оружия, если генерал-лейтенант прикажет.

– А как же остальные офицеры? В легионе условно тридцать дивизий, а значит тридцать полковников!

– Они такие же подчиненные, триарий лейтенант, да еще и напичканные до отвала сывороткой ИВП. К сожалению они оказались очень восприимчивы к ней. Она же формирует новый инстинкт… Выполнить приказ…

– Почему вы не доложили об этом высшему начальству!? – с ужасом спросил я.

– Узел связи он тщательно контролировал, а подобную попытку он обозвал дезертирство и лично расстрелял зачинщиков.

– Это военное приступление! – воскликнул я. – Командование должно узнать об этом!

– Не узнает, триарий лейтенант, все свидетели либо мертвы, либо сейчас умрут.

– А как же Лима? Она может рассказать об этом!

– Не выйдет, триарий лейтенант, он попусту ее удалил у всех нас, – это был его первый приказ.

– Черт! – воскликнул я, когда вся ужасающе-предательская картина возникла передо мной.

– Так и я когда-то сказала, – ответила рядовой.

Внезапно наша машина остановилась и из динамика раздался голос:

– За Гирронию! За Совет! – фраза была сигналом к высадке, ее записали еще когда только образовалась сама Космическая гвардия.

Как только двери машины открылись и все стали выбегать, то первые семеро солдат, которые стояли перед нами сразу погибли от шквального огня противника, в их числе оказалась та девушка, которая поведала мне о деяниях полковника. В спешке, все гвардейцы стали выбегать из вездеходов "Вардос", как испуганные муравьи и разбегаться в разные стороны. До укрытия со мной добежали только двое из вверенного мне взвода.

Выглянуть из воронок, которые сделала артиллерия галлов, было практически невозможно – по нам вели плотный огонь. Между гвардией и галлами было около пятиста метров, но это расстояние значительно сокращалось с каждой минутой – галльские солдаты приближались. Поле то и дело пересекали алые стрелы лазерных выстрелов и казалось, что это уже часть пейзажа.

Тем временем наши пехотинцы с помощью компактного оборудования соорудили целые ряды окопов и теперь наши войска могли рассредоточиться. Нам тогда крупно повезло, в тот момент у галлов закончились артиллерийские снаряды. Переведя свое оружие в одиночный режим стрельбы, я попробовал высунуться из укрытия, через доли секунд перед моими глазами стали визжать плазменные заряды неприятеля. Вот приехали еще несколько "Вардосов", солдаты стали выбегать наружу и история начала повторяться.

Вдруг я увидел связного – это гвардейцы координирующие действия нескольких отрядов на поле боя и докладывающие обстановку высшему командованию. Так же их аппаратура улучшает связь между солдатами на поле боя и предотвращает попытки ее заглушить. Тот парень побежал ко мне и тут, в двух метрах от моего окопа, его разорвало на части, кровь и обгорелые внутренности полетели на меня. Так было почти со всеми прибывшими, один за другим гвардейцы разрывались на части. Это уже было похоже не на лазерное оружие, а на крупнокалиберное огнестрельное с разрывными пулями "Инферно". Значит у галлов были в придачу еще и снайпера с крупнокалиберными винтовками.

Каждые несколько минут я пытался высунуться, прицелиться и хоть в кого-то попасть. В один из моментов моей передышки я увидел как ко мне приполз какой-то парень и начал что-то в слезах лепетать:

– Лейтенант! Вытащите меня отсюда! У меня дома жена! Я хочу к ней, домой! Я хочу домой! Боже забери меня! Мне так страшно, мама! – он свернулся калачиком и уже говорил сам с собой. – Господи, господи! Мама! Господи!

Внезапно я услышал нарастающий свист, что-то летело прямо ко мне в окоп, через мгновение с неба упал снаряд. Как только он вошел в землю, из него повалил густой дым, который быстро стал распространяться по округе. Все кто был неподалеку стали кричать: "Зажигалка!". Я подполз к напуганному гвардейцу и попытался его стащить с места, но он в ответ судорожно брыкался и кричал что-то непонятное. Какой-то рядовой крикнул мне:

– Бегите! Триарий лейтенант! Бегите! – он подскочил ко мне и начал уводить из окопа.

Дым из снаряда уже перестал идти, он образовал небольшое плотное облако, которое зависло над землей. Спустя миг раздался мощный взрыв, рядовой толкнул меня в ближайшую воронку и накрыл собой. Мне стало настолько жарко, что казалось будто я прыгнул в кипяток.

– Внимание! Критический уровень нагрева скафандра, немедленно покиньте зону поражения! – сказала Лима, в моем У-Наушнике. – Вероятность получения ожога первой степени шестьдесят процентов. Коэффициент функциональности брони сорок единиц.

Наконец огонь исчез и броня начала остывать, я попытался пошевельнуться и воскликнул:

– Черт! Черт! Ты жив, солдат?! Эй! – в ответ было молчание, я кое-как вылез из-под него. Все вокруг было выжжено, все что было не землей стало углями. Рядовой лежал, как будто окаменевший, и когда я дотронулся до его почерневшей брони, она захрустела, как тоненький лед…

В это время враг постепенно приближался, и левый фланг уже сдавал позиции. Галлы шли целыми отрядами за своими тяжелыми танками. Спрыгнув в окоп, я побежал в сторону левого фланга. Пока я прорывался вперед, меня внезапно за плечо дернул медик и сказал:

– Ты! Быстрее помоги мне! – он указал на гвардейца у которого от попадания лазерного заряда броня на уровне живота полностью оплавилась и начинала въедаться в тело, у солдата закатились глаза и он что-то бормотал. Медик крикнул мне:

– Ну же! Держи эту хрень и заморозь внешнюю часть брони иначе внутренний слой не выдержит и она прожжет его на сквозь!

Взяв небольшой прибор, я стал распылять пар по поверхности раскаленной брони, который начал моментально ее остужать. Спустя пол минуты гвардеец вдруг пришел в себя и лихорадочно схватил меня за руку, дрожащим голосом он пытался сказать:

– Молю… От… Отпра-в-те моей жене! – он потянулся к карману на поясе и хотел попытаться что-то вытащить, но ему не хватило сил, и у него снова закатились глаза.

Визги лазерных выстрелов не прекращались, взрывы раздавались то слева, то справа и волны земли и песка каждый раз вздымались над нами, подобно цунами. Вскоре ко мне подбежал тот медик, он отыскал у своего погибшего напарника то, что ему было нужно. Он радостно сказал:

– Отлично! – но, как пощупал у гвардейца пульс, воскликнул. – Твою же бл*!

Пока он матерился, я взял из кармана погибшего гвардейца небольшую капсулу и убрал ее в один из своих карманов.

– Внимание! Нарушение герметичности шлема, – сообщила Лима. – Сбой подачи кислорода. Пожалуйста снимите и наденьте шлем заново.

– Как во время, – пробурчал я, прячась в окопе, затем снял шлем и тут раздался взрыв, снаряд упал совсем недалеко.

В глазах сразу все потемнело и я перестал слышать. На миг стало трудно дышать.

– Оставайтесь на месте, – сказала Лима. – Включена система защиты У-Гаджетов. Во избежание ослепления, потери слуха и отравления, У-Гаджеты переведены в защитный режим. Уровень опасности – три.

– Триарий… Лейтенант… Вы целы? – донеслось откуда-то издалека.

Спустя миг я вновь стал все слышать и видеть, Лима сняла защиту с У-Гаджетов. Около меня сидел врач, который не смог спасти раненного гвардейца, он пытался привести меня в чувства. Так как при взрыве шлем отбросило от меня, то я начал задыхаться.

– Ш… лееем! – прохрипел я, тем временем мне стали слышаться голоса: "На пригодных… жизни… планетах… обнаружен… элемент мердризорий… состав воздуха. Не обнаружил бы… если бы… аллергическая реакция… Что самое интересное… У-Турунды не… как токсин. Будте… осторожны…"

Не заметив как медик ушел, я удивился, когда он бежал ко мне с моим шлемом, но в нескольких метрах от меня, его голову, как тыкву, разорвала снайперская пуля галлов. С неимоверными усилиями против удушья, я пополз к погибшему, все ближе и ближе, я уже почти перестал дышать, но вот я наконец достиг цели и надел шлем.

– Герметизация восстановлена. Обнаружен отек дыхательных путей. Включена подача антиаллергенных препаратов, – сказала Лима, после нескольких мгновений мне стало немного легче.

Тем временем гвардия сдавала позиции и нас стали окружать. Один за другим гвардейцы, при виде в нескольких метрах вооруженных галлов, начинали поднимать руки вверх и кидать оружие на землю. Линия фронта перестала звенеть и грохотать от выстрелов.

– Далон! Далон! Где вы?! – говорил я, пытаясь связаться с ним.

– Конец правого фланга! Мы еле держимся! Нам нужно подкрепление!

Укрываясь в окопах, я побежал к правому флангу, где обнаружил небольшое укрепление, видимо его успели отстроить задолго до битвы за эту планету.

Спустившись в небольшой бункер, я нашел там весь наш отряд и еще троих гвардейцев.

– Левый фланг сдался. Остатки армии сдаются! – сказал я.

– Этого не может быть! – воскликнул Далон. – Как мы могли проиграть?!

– Они сейчас собирают пленных, у нас есть пока время передохнуть и решить, что делать дальше, – продолжал я.

– Мы будем биться! Раррр! – зарычал Дрекс и сжал пальцы в кулаки.

– Дрекс прав. Если мы… – Далон начал всех вдохновлять на бой.

Присев в углу я стал слушать решение Далона. Райн тем временем пошел минировать вход. Ко мне подошла Клемия и с тревогой спросила:

– Твоя броня обгорела, ты ранен?

– Нет. Я вроде в порядке.

– Что нам делать? – спросила она.

– Далон у нас главный, ему и решать, – ответил я, с недоверием посмотрев в его сторону. – И этот человек удивлялся поступкам генерал-лейтенанта?

– Он думает слишком патриотично. Я его не осуждаю, но…

– Ты права, – после этих слов я решительно направился к Далону.

– И пока мы… – продолжал Далон, и завидев меня сбавил скорость своей речи.

– Слушай Далон, – прервал его я, – это все конечно хорошо, но нам нужно сдаться.

– Как?! – с искренним удивлением спросил Далон.

– У нас нет выхода. Нас просто здесь убьют! – продолжил я. – Нас прислали для прикрытия!

– Да как ты себе это представляешь?! Спец-отряд сдается?! Ты себе это представил?! – с яростью воскликнул Далон.

– А лучше будет, если спец-отряд будет уничтожен в своем же бункере? Нас просто тут взорвут! Так тогда людей не останется! Пока мы живы, мы – солдаты Гирронии! Мертвые герои никому не помогут!

– Он прав, – сказал Васл, – пока мы живы, мы можем хоть что-то сделать для своей страны. Мертвыми мы никому не поможем.

– Монсоны не сдаются врагу! Я прибыл на войну убивать и я буду убивать! – с яростью заявил Дрекс.

– Нас отправят в лагеря! Это почти равносильно смерти, а здесь мы еще сможем забрать несколько жизней этих ублюдков! – со злостью ответил Далон.

– Не будте глупцами! Вас застрелят, не успеешь ты нажать на курок! – продолжал я.

– Ты хочешь чтобы я – лейтенант Космической гвардии Далон Нотиван, сдался этим…

– Да! Хочу! За этот час у меня было столько шансов умереть, сколько в зиллионе гвардейцев! Нам повезло пережить эту мясорубку и после этого ты предлагаешь нам всем тут сдохнуть за генерал-лейтенанта, который за все это время извел весь легион, отправляя солдат просто в лобовую!? Если и рисковать, то это сдаться и отправиться в лагерь, и сделать все возможное чтобы сбежать!

– Отойди в сторону Кирэго, – сквозь зубы сказал Далон.

– А ты что скажешь, Дрекс?

– Нас учили всегда идти за своим командиром, будь то путь к великой победе или к верной смерти, – ответил монсон.

Махнув рукой я сел в углу, перезарядил свое оружие и начал ждать прихода галлов. Далон продолжал пытаться убедить всех в правильности последнего боя. Вдруг раздались взрывы и крики, а спустя некоторое время послышался механический голос переводчика:

– Сдавайтесь, вы окружены! Сопротивление бесполезно! Оставьте все оружие и выходите с поднятыми руками. У вас три эктат, в случае сопротивления или неподчинения, мы взорвем ваше укрытие.

– Видимо Далона не переубедить, – сказала Клемия и села около меня.

– Наверное так и должно быть… – сказал я задумчиво.

– Что именно?

– Много людей погибло, почему мы должны быть исключением?

Тем временем к нам подошел Туаглор и присев рядом произнес свом вибрирующим голосом:

– Не удивительно, что ваш вид был на грани вымирания. Акром-тис, не хотел обидеть, Арториус, Я с тобой полностью согласен, не нужно путать героизм с отчаянием.

С минуту Клемия, Туаглор и я просидели в тишине, в это время Далон и Райн о чем-то спорили.

– В любом случае, не смотря ни на что, я рада что ты рядом… – сказала Клемия и улыбнулась мне.

– Я тоже рад, – ответил я и взял ее за руку, затем я посмотрел на Туаглора.

– Для меня было честью служить и воевать рядом с тобой, Арториус Кирэго, – сказал товандианец и взял мою руку.

– Осталась минута! – раздался голос снаружи.

Райн подошел к нам, сел около нас и с бессилием сказал:

– Его не переубедить, этот упрямый баран талдычит свое. Но в любом случае, ребята, я рад что погибну с вами! – Райн взял руку Туаглора.

Так, взявшись за руки Клемия, Райн Туаглор и я просидели до следующей фразы электронного переводчика галлов:

– Это ваш последний шанс!

– Ладно! – крикнул Далон, следующие слова требовали колоссальных усилий лейтенанта Космической гвардии, и после короткой паузы Нотиван добавил: – Мы сдаемся!

Толпы галлов в песочной форме формировали группы из пленных солдат и вели их к транспорту. Наш отряд и еще несколько пленных гвардейцев ехали в кузове галльского грузовика. Среди пленных был сержант, ему оторвало кисть, но он держался достойно.

– Зайнг анд. Зайнг анд! – сказал на своем языке один галл, который приглядывал за нами, и, подойдя к раненому сержанту, добавил: – Встантъе!

Сержант встал, галл взял его за плечо и повел к краю грузовика, приговаривая:

– Нисе золда! Ирене нисе золда!

Когда они дошли до края, галл выстрелил сержанту в левый висок, столкнул его тело и сел обратно напротив меня.

– Ва нисе золда! – с улыбкой сказал галл и кивнул в сторону, где до этого стоял сержант. – Э зун ва нисе золда? – весело спросил он и попробовал сказать это на гирронийском. – А ты хоржий золдад?

По прибытию, пленных отводили в бараки временного содержания, сдавшихся за все время было слишком много и поэтому У-Гаджеты, в том числе УКС, и броню с КЛД (Капсула Личных Данных) не трогали, – во-первых, для них уже не было места на складских помещениях, во-вторых, в этом не было смысла – все каналы связи блокировалась. К моему счастью, броня не понадобилась, так как лагерь покрывал купол, который создавал определенную окружающую среду, которая галлам была более благоприятна, мердризорий в нее не входил и я мог дышать спокойно.

Как оказалось в плен попал даже генерал-лейтенант, он пытался покинуть планету на своем корабле, но из-за отсутствия прикрытия его поймали. Какое-то время нам всем приходилось слушать его рассказы и объяснения, тех или иных вещей:

– А вы знаете что такое УКС?! УКС – Универсальный Компьютер Связи! Так точно гвардейцы! Без таких УКС военным людям никак друг с другом нельзя было бы связаться! Если бы УКС не существовали, тогда бы мы не смогли бы удержать эту планету ни минуты! Если бы…

И все в таком духе, говорить он так мог очень долго; к счастью мне не довелось этого застать.

Глава 19. Галльские лагеря.

Генерал-лейтенант Думгас прожил не долго, его смерть не оказалась героической, как он себе часто представлял. О нем не будут рассказывать в исторических учебниках, как о мужественном герое Космической гвардии. Его запомнят как гнусного труса и предателя, которого до смерти забили в лагерях, его собственные гвардейцы; коих он когда-то отправлял на верную смерть во имя Совета. Справедливо это было или нет, понимал ли генерал-лейтенант, за что его все хотели убить или он действительно был ослеплен патриотизмом, судите сами.

Галлы сделали всех в нашем отряде надзирателями, которые должны были следить за порядком среди пленных гвардейцев. Выбор нам тогда предоставили очень простой: выпори своего же соотечественника или же его выпорет галльский офицер; последний делал это с превеликим удовольствием. Остальные пленные не переставая физически трудились, выполняя самую тяжелую работу, от чего многие из них скончались в первые две недели. В основном всех отправляли на добычу синта, в рудниках, необходимого для процесса синтезирования искусственной звезды. Хотя он и не радиоактивный, сбор этого элемента весьма проблематичен, так как он выделяет отравляющий газ при открытом контакте с кислородом. Одного полного вдоха будет достаточно, чтобы оплавить себе все легкие и моментально распрощаться с жизнью. Обычно этот элемент добывают с помощью андроидов, но в случае галлов, в этом не было необходимости. Они выдавали защитные костюмы, чтобы гвардейцы не сразу умирали. Такая экипировка продлевала жизнь максимум на неделю или две, после чего наступала мучительная смерть. Системы очистки для рабочих не было, поэтому галлы просто запирали наших солдат в тоннелях, вместе с группой надзирателей в виде андроидов АРТИ, где они работали пока не умрут. Поэтому, всех кого отправляли в рудники никогда не возвращались. Тем, кому повезло избежать добычу синта, разгружали и загружали галльские корабли, которые часто привозили новую технику, солдат и амуницию, а увозили тоже самое только в плохом виде; некоторым к примеру приходилось ремонтировать боевую технику или обслуживать раненных галльских солдат, которых отправляли в тыл. В лагере в основном нужны были механики, врачи и инженеры, остальных, кто ничего не умел или переставал быть нужным – отправляли в рудники.

К концу недели, подавив остатки сопротивления, когда-то дезертировавших из легиона Думгаса гвардейцев, галлы полностью завладели планетой и корабли стали прилетать еще чаще. Здесь теперь был укрепленный пункт, благодаря которому вторжение будет происходить быстрее. Временами к нам прилетали галльские офицеры, которые забирали некоторых из нас в случайном порядке и увозили куда-то; ходили слухи что над такими гвардейцами проводили разные эксперименты. Враг продвигался в глубь страны, если и можно было рассчитывать на спасение, так только через год или два, и то если наши силы смогут добраться и отвоевать эту планету до нашей смерти. Как я и планировал с самого начала, я решил устроить побег и потратил очень много сил чтобы собрать и сплотить под носом у галлов почти целый взвод. Его должно было вполне хватить, чтобы осуществить мой замысел. Так же я не забыл про Эриха, который должен был выжидать где-то недалеко в космосе. Последняя трудность заключалась в том, чтобы иметь кого-то своего, среди охраны. По-другому было невозможно пройти через главные ворота к небольшому космодрому, куда пребывали грузовые корабли. Можно было бы попробовать взять космодром штурмом, охраны было не так много, но галлы успели обосновать целый город, недалеко от лагеря, где проживало несколько дивизий. Даже вооруженный батальон, а на момент побега от легиона в лагере осталось не больше тысячи гвардейцев, не смог бы выстоять. Но не будем забегать вперед…

Шла третья неделя нашего пребывания в лагере, тогда я только начинал собирать взвод для побега. Условия были жуткими, многие не выдерживали и иногда, когда в мой будущий взвод набиралось три человека, пятеро из старого, а порой из нового набора умирали. В галльском лагере было не мало способов расстаться с жизнью. К примеру за провинность жестоко секли розгами и некоторые умирали после такого, потому что главный надзиратель рассекал так лихо, что хлыст доходил аж до костей, а раны некому было обрабатывать. Еще одним наказанием было ставить клеймо, оставляя глубокие шрамы, получить заражение тоже не составляло труда. Казнь проходила еще ужаснее – человека клали спиной на не острые стальные колья и привязывали его, а на живот клали пластину способную вырабатывать ток. С каждым разрядом человек судорожно дергался и медленно нанизывался на колья. Иногда галльские офицеры хотели развлечься, тогда они выгоняли в пустыню пленных, делая вид будто отпускают их, так как в километре от них ставили захваченный гвардейский корабль. Пока пленники пытались добежать до него, галлы отстреливали их словно дичь. Конечно же никто не выбрался из лагеря таким образом, ведь корабль, который сулил спасение был набит взрывчаткой.

Кормили пленных раз в день, каким-то зерновым месивом, чтобы хоть как-то поддерживать в нас жизнь. А однажды нам подали мясо…

Клемия, Васл, Райн и я как обычно стояли в очереди, с миской в руках. Повсюду ходили галльские надзиратели и следили практически за каждым. Иногда они наугад выбирали кого-нибудь из толпы и избивали его, пытаясь выведать что-нибудь. Все старались не обращать на это внимание, на сколько это вообще было возможно. Когда начали раздавать еду, первый кто получил порцию крикнул на всю столовую:

– Мясо! Настоящее мясо!

Вся толпа моментально оживилась, только Васл никак не отреагировал и прибавил тихо, почти себе под нос:

– Это не просто так…

Наконец подошла наша очередь, правда мы получили не мясо, а котлеты. Сев за столик, Райн навалился на еду и с аппетитом начал уплетать ее, мы посмотрев на него, переглянулись, и тоже хотели попробовать, как кто-то заорал позади нас:

– Это мясо человека! Это мясо гвардейцев!

Тот человек в ужасе выбежал из столовой и в тот же момент за ним побежали надзиратели. Тихонько встав, я подошел к столику, где сидел тот солдат. В его тарелке была разломленная котлета, а в нем была часть импланта "Арни–S" для мышц, их обычно вживляли людям, которые не могли набрать мышечную массу. Некоторые из гвардейцев из-за сильного голода продолжили есть. Мы же предпочли остаться голодным. У Райна сразу все полезло наружу и он побежал к раковине, которая стояла при входе. Васл, Клемия и я остались сидеть за столом.

– Амарэ, это ужасно! – тихо воскликнула Клемия. – Они просто чудовища!

– Нам надо бежать отсюда, чем скорее тем лучше! – сказал Васл.

– Но если нас поймают, то казнят, – тихо ответил я. – Для моего плана мне нужен взвод, а еще засланный среди галльской охраны.

– Долго мы здесь все равно не протянем, – ответил Васл и посмотрел на стол, позади себя, где мы обнаружили жуткое блюдо.

– У нас только одна попытка, второго шанса не будет.

– Как скажешь, Арториус, просто поторопись, – со вздохом произнес Васл.

Встав из-за стола мы разошлись, у каждого из нас была группа рабочих, которую нам надо было контролировать. Выйдя из столовой, я хотел направиться к южному району, как меня кто-то окликнул:

– Эй, Кирэго!

Обернувшись на зов, я заметил незнакомого мне человека. Сам он выглядел неприметно, если не смотреть на повязку, которая прикрывала отсутствие правого глаза. Осмотревшись по сторонам и убедившись, что по близости не было галлов, я подошел к незнакомцу и спросил:

– Что-то нужно?

– Ха! – усмехнулся он. – По-моему, это тебе кое-что нужно. Люди, верно?

– Не понимаю о чем ты, – с опаской ответил я.

– Брось увиливать, Кирэго. Я знаю тебе нужны люди и я готов помочь тебе с этим. Я возглавлял сопротивление из добровольцев сорок восьмого легиона!

– Слышал вы отчаянно бились против галлов, не думал что дезертиры способны на такое.

– Мы не дезертиры! – с яростью возмутился солдат. – Мы те, кто хочет сражаться против тех, кто угрожает нашей жизни! Будь то галлы или даже собственный генерал-лейтенант. В мое ополчение входили те, кому была дорога жизнь и кому было не плевать на судьбу своих родных. Мы защищали именно их, а не занимались восхвалением болвана Думгаса. Урода который убил столько людей!

Гвардеец в целом говорил достаточно эмоционально и даже убедительно. Ополчение держалось достаточно долго и стойко, под командованием некоего мастер-сержанта Хадервика, который вероятнее всего стоял передо мной. Такой человек вряд-ли мог продаться галлам.

– Ты хочешь помочь устроить побег? Тогда добро пожаловать, – ответил я и протянул руку в знак приветствия.

– Не все так просто Кирэго, – ответил Хадервик, продолжая держать руки в карманах. – Видишь ли, я не против побега, я даже очень "за", но один человек не имеет права улететь с этой планеты живым.

– Думгаса убили через несколько дней после того, как привезли сюда, – ответил я, предположив что Хадервик хотел расквитаться со своим бывшим командиром.

– Это мне хорошо известно, жаль я лично не смог его придушить. Перед самой его смертью я бы обязательно спросил: "Почему ваша броня не начищена до блеска, генерал-лейтенант?", – сказал человек, мысленно представляя этот момент, но затем отвлекся от мечтаний и продолжил: – Но мне нужна смерть другого ублюдка.

– Я не собираюсь убивать кого-либо из гвардейцев, Хадервик, по-моему с этим отлично справляется наш общий враг – галлы. Все личные вопросы ты можешь решить, когда мы все покинем эту планету.

– О нет, Кирэго, эта мразь хуже врага, он – предатель! – на повышенных тонах ответил мастер-сержант. – Он с самого начала растриндел галлам, что наш "ген-лет" любит отправлять всех в лобовую! Это он каждый раз докладывал, о нашем контр-наступлении! И это он спрятался в моем ополчении и постарался сделать так, чтобы нас разбили.

– Галлы наверняка держат его у себя.

– Нет. Такую мразь даже галлы не будут уважать. В награду они не отправляют его в рудники, на этом их великодушие заканчивается.

– Ты уверен, что это он предал твое ополчение?

– А как можно объяснить, что на утро перед самой атакой он исчез, а потом нас просто размололи бомбами?! И после всего этого, я увидел его тут! Нет, Кирэго, слишком много совпадений! Я еще тогда догадался об этом и теперь я здесь с одной целью – убить Шона Никацо.

– Почему ты сам не сделаешь это?

– Этот ублюдок сидит в твоем районе, а как ты знаешь, галлы тщательно отсеивают пленных из других районов. Да и потом посмотри на меня, – сказал Хадервик и, вытащив из кармана культю, указал на глаз.

– Как галлы оставили тебя в живых? – с подозрением спросил я.

– Я не плохо разбираюсь в навигационных системах и часто ее проверяю на всех прибывающих кораблях. Для этого правая рука не нужна, правда все же левой бывает неудобно играть на одном причудливом инструменте! – сказал он и рассмеялся.

– По-моему, если Шон работает в лагере, как остальные, то он сполна расплатится за свое предательство, – серьезно ответил я.

– Нет, Кирэго, не сполна! Эта мразь сдавала нас только потому что боялась смерти тут. Так пусть его кошмар станет явью.

– Прости, Хадервик, но я не буду в этом участвовать, убив Шона, ты будешь не лучше галлов.

– Ты так говоришь, потому что тебя никто не предавал! – сказал гвардеец, опять повысив голос. – Из-за него погибло столько людей, а ты его защищаешь?! Что тогда ты забыл в армии, Кирэго? Тебе надо идти в церковь!

– Кто я такой, чтобы отпускать грехи или карать за них?

Хадервик в ответ молча улыбнулся, а потом продолжил:

– Как же ты участвовал в сражениях, Кирэго? Ты вообще способен на убийство врага? Или ты хочешь пройти эту войну с чистыми ручками, а?

– Способен, но только если это действительно необходимо, а сейчас ты тратишь свои силы и мое время, чтобы осуществить месть человеку, который и так уже наказан судьбой.

– Браво, Кирэго! Если кто будет спрашивать, встречал ли я непорочного человека в своей жизни, я назову твою фамилию. А еще я скажу, что ты сгнил со своими друзьями в лагере! – сказав это, гвардеец ушел.

Вот уже второй месяц подходил к концу и к нам в лагерь приехал генерал галльских войск. Нас всех построили на улице, на вышках разместились снайперы. Позади выстроились галлы с шоковыми дубинками. Когда все было готово, к нам вышел тот самый генерал и начал расхаживать перед нами, как стервятник, который дожидается смерти измученного жарой и жаждой животного. Прохаживаясь перед нами и временами слегка высовывая язык, как это свойственно физиологии галлов, он старался каждому заглянуть в глаза и словно что-то там найти. Как и все офицеры старшего состава, он был одет в слитную броню темно-желтого цвета, с широкими плечами, сзади развивался длинный черный плащ. На фуражке, как всегда, сиял платиновый значок хищного коршуна, с планеты Галлион – это был символ Галлии. Вскоре генерал остановился, оглядел нас всех и начал толкать речь, причем он отлично говорил на гирронийском языке:

– Все вы военные люди Космической гвардии… Военная элита и поэтому я не хочу вашей смерти здесь. Я предлагаю вам, таким храбрым гвардейцам, воевать на стороне Галлии! Мы гарантируем хорошее питание и достойное отношение к столь бравым солдатам, а после окончания войны мы гарантируем вам гражданство в Галлии и отдельную жилплощадь в самой Галлии или в здешних колониях! Кто хочет вступить в наши ряды, прошу сделайте шаг вперед!

В тот день на сторону галлов перешел почти целый батальон, среди них оказались люди с которыми я планировал побег. Генерал широко улыбнулся и сказал:

– Отлично! Пройдите к штабу, – галл указал на него рукой, – где вас запишут и выдадут форму. А что же остальные?! – генерал посмотрел на нас с вопросительным выражением лица.

Не знаю почему, но что-то сподвигло сделать меня шаг вперед, как будто неведомая сила подтолкнула меня и заставила говорить, этот момент я за помнил на всю жизнь.

– По-моему, я выражу мнение всех, кто стоит за мной! – начал я, оказавшись вне строя. – Военная элита, которой вы нас назвали, не станет склонять голову перед врагом. Военная элита верна не государству и не Совету, она верна тем, кого защищает. Тем кому нужна помощь, чтобы постоять за себя. Тем, кто не в силах это сделать! Нашим родным и близким, оставшимся дома! Перейти на сторону врага, это значит принять его условия, его правила, а в них не будут входить ни наши близкие, ни наши друзья! Сдаться сейчас, это значит сделать жертву павших друзей напрасной. Сделать их плату своей жизнью за светлое будущее – пустой. Каждого из них словно обезличить и забыть, будто их и не было…

Генерал искоса посмотрел на меня, затем подошел ко мне вплотную и сказал:

– Лейтенант, вы же прекрасно понимаете, что половина тех солдат которые стоят за вами, в следующий мой приход, так же выйдут вперед. Сдавайтесь… Гиррония будет нашей! Это будет так же неизбежно, как скорый приход вашей смерти…

В ответ я стойко промолчал, генерал был недоволен этим поступком, он развернулся и пошел быстрым шагом, держа руки за спиной. За ним так же пошел один из галльских офицеров.

– Урежьте им пайки! – сказал генерал.

После отъезда генерала, галльским надзирателям было приказано найти того, кто толкал речь. Схватив прямо на улице, они потащили меня в комнату для допросов. Оказавшись прикованным к стулу, я мысленно стал готовиться к самому худшему. Неожиданный стальной лязг двери заставил испытать меня легкое волнение, но никак не страх, чему я сам немного удивился. В комнату для допросов зашел незнакомый мне галльский офицер. Подойдя к столу, он сказал, отдавая мне честь:

– Здравия желаю, лейтенант Кирэго, – произнеся это без малейшего акцента, он присел напротив меня, а затем приказал охране, выйти из комнаты и когда мы остались одни, он продолжил:

– Меня зовут Гадро Шотальд, гаорбф или капитан по вашему, являюсь командиром четвертой роты, мы совершали последнюю атаку против вас в пустыне. Сейчас я исполняю обязанности начальника этого лагеря.

– Что вы от меня хотите, гаорбф Гадро? – спросил я, не выражая ни призрения, ни симпатии.

– Я лишь хотел поговорить с вами. У нас с вами много общего и я подумал…

– У нас с вами нет ничего общего, – ответил я, не дав Гадро до конца высказать мысль.

– Подумал, что вы могли бы рассказать мне, что вас сподвигло на такую речь и верите ли вы своим же словам.

– Верю, иначе я бы не говорил этого.

– Понимаете в чем дело, в нашей галактике Фэнгио или как вы ее еще называете – галактика Андромеды, не всегда жили одни галлы. Ее населяли и другие разумные существа, развитые в той или иной степени. Я был начальником многих лагерей, где доживали свои дни представители некогда великих цивилизаций. Я присутствовал на закатах целых эпох, если можно так сказать. Галлы живут почти столько же, сколько и наларли, около половины тысячелетия и мне довелось повидать многие виды, которые теперь исчезли навсегда. У них всех была культура, свой быт, но никто из них никогда не отвечал на милость галльского генерала, такой речью. Признаюсь честно, ом гэдо могд ари, – произнеся фразу на галльском он улыбнулся и продолжил: – Это было очень красиво. На моей практике, вы первый, кто осмелился подобное сказать в присутствии галльского генерала. Почему все же вы не приняли его предложение?

– Знаете, гаорбф Гадро, то что ваш генерал прилетел сюда и под прикрытием почти целого батальона, начал переманивать пряником голодных и ослабленных военнопленных, не делает его представителем силы, которая вызывает уважение. Следственно его предложение меня никогда не заинтересует. Сила, гаорбф Гадро, заключается отнюдь не во власти и не в количестве подчиненных солдат. Сила заключается в духе и проявляется она только в благородных поступках. Вы, галлы, истребили всех в своей галактике, не из-за чрезмерной силы, а из-за приступа панического страха перед окружающими. И сейчас вы повторяете историю в Млечном пути, только из-за того, что боитесь всех нас. Боитесь, что у кого-нибудь возникнет мысль уничтожить вас так же, как вы уничтожали цивилизации в своей галактике. Даже сейчас, ваша охрана ждет малейшего скрипа моего стула, что станет поводом для них вбежать сюда. Но этого оказалось мало, поэтому я еще и связан. А теперь спросите себя, как я мог принять предложение труса?

Гадро сделал изумленное лицо, и по галльскому обыкновению быстро высунул язык, подобно змее, а затем встал и стал расхаживать по комнате.

– Знаете, лейтенант Кирэго, будь моя воля, я бы вас отпустил. Вы уникальный представитель своего вида, который заслуживает жизни. Поверьте я видел многих, но такого, как вы… Если посмотреть мы оба представители сильных армий…

– Армия, нападающая на торговые суда, мирные колонии и горнодобывающие станции, не может называться сильной, – снова перебил я галла. – Настоящая сила есть только у одной армии, у той, которая защищает свои земли, у которой хватает сил бороться с врагом, который технически превосходит ее.

– Вы мне нравитесь, лейтенант. Поэтому я постараюсь отправить вас на рудники самым последним. А если вы вдруг захотите жить, то я дам рекомендацию и вы сможете служить в наших войсках в своем звании.

– Можете себя не утруждать, ваша рекомендация не понадобиться.

Галльский генерал оказался прав, в следующий его приход, половина тех кто был на моей стороне, перешли на сторону галлов. Для меня было необъяснимым то, что среди них оказался Далон. Человек, который был предан делу, предал всех и теперь будет убивать таких же гвардейцев, как Клемия, Райн или я. Далон не пошел на фронт, а стал надзирателем среди галлов и казнил солдат, как любой галльский офицер. Галлам доставляло неописуемое удовольствие наблюдать за такими казнями, иногда их устраивали даже специально. Оставалось четыре дня и получится, что мы уже в плену три месяца. От моего взвода осталось не более тридцати человек и то они были на грани, так же как и весь отряд Раптор. Галльский генерал должен был приехать в последний раз через неделю, после этого мой план не удасться реализовать.

Глава 20. Побег.

После значительных потерь в моем батальоне, а также после предательства Далона, я почти потерял надежду, но к счастью удача улыбнулась мне.

Утром я как всегда поднимал всех на работу. Кого-то приходилось даже выталкивать из кровати, а иногда уже просто выносить. Когда все стали подниматься и в нашем бараке стало шумно, к нам неожиданно пришел Далон. Он старался не привлекать внимания толпы и как только заметил меня, подошел вплотную и сказал на ухо:

– У ворот лагеря в девять часов…

– Почему я должен тебе верить? – с презрением спросил я, отойдя от него на шаг, хотя это и вызвало у меня любопытство.

– Тихо! – сквозь зубы ответил он и с восклицанием посмотрел на меня. – Нет времени! – после этого он поспешно ушел, по пути поднимая остальных и крича: – Подъем! Я сказал подъем!

Все это показалось еще более странным, когда перед тем как я вошел в столовую, ко мне подошел Хадервик, бывший командир ополчения, и сказал:

– Выходит ты не такой святой, каким кажешься, Кирэго. Как я и обещал, я помогу тебе в этом побеге. От моего ополчения мало что осталось, будь ты побыстрее, я бы предложил вариант посолиднее. Но тем не менее двадцать шесть солдат, включая меня, теперь полностью на твоей стороне. С нетерпением буду ждать подробностей, – после этого Хадервик ушел.

В столовой я не стал поднимать тему побега, так как посчитал, что это была провокация галльского капитана Гадро. Поэтому я выловил Райна после завтрака и рассказал ему про эти две ситуации.

– Почему мы должны верить этой мрази!? – разгорячено спросил Райн, имея ввиду Далона. – Я из него месиво сделал бы! А что касается этого одноглазого, то я ему не доверяю!

– У тебя есть другие идеи? – спросил я, зная, что других вариантов нет. – Это шанс! У нас все для этого готово, есть взвод, есть засланный в рядах галлов.

– Слишком все гладко выходит, нас просто расстреляют! – воскликнул Райн.

– Лучше варианта у нас все равно не будет. Либо Далон сдал всех и нас убьют, либо мы не воспользуемся этим шансом и мы погибнем в рудниках, или у нас все получится и мы сбежим отсюда.

– А как же Димыч и Витя? Они же в это время притащат еду. Знаешь, как ее трудно стащить со складов? Если бы не они, мы бы давно померли с голоду…

– Нет, мы сегодня сбежим отсюда. На другое я не рассчитываю. На этом все, а пока, узнай у них, как там остальные из нашего отряда.

– Как скажите, триарий лейтенант, – с улыбкой ответил Райн, – мы с тобой.

Во время обеда в столовой, я увидел одиноко сидевшую, в самом углу, Клемию. Издалека могло показаться, что это была восковая фигура, так как Клемия сидела и практически не двигалась.

– Сегодня около девяти планируется побег. Далон и Хадервик должны помочь, хотя я им не доверяю. Людям вообще сложно доверять.

Клемия ничего не ответила, она просто сидела и смотрела в одну точку.

– Ты в порядке? – спросил я, дотронувшись до ее руки.

– Все хорошо, – тихо ответила она и закрыла глаза.

– Держи, – сказал я, протягивая свою порцию.

– Я не возьму, ты так же голоден, как и я, – ответила она, изо всех сил делая свой голос решительным.

– Ты выглядишь неважно, того гляди в голодный обморок упадешь, – с волнением прошептал я.

– Со мной все хорошо. Тебе эта еда нужнее.

– Клемия…

– Амарэ! Почему ты вечно меня не слушаешь?! – воскликнула она, после чего собравшись с силами, встала и ушла.

Когда время обеда закончилось, я направился к ангарам, где нужен был надзор за погрузкой; там мне вновь удалось найти Райна.

– Я предупредил Клемию, правда она ничего не ответила. В последнее время она выглядит очень плохо.

– Может потому что ей не хватает немного косметики? – с усмешкой спросил Райн.

– Сейчас не время для шуток, – неодобрительно ответил я, – собственно к чему я все это. Не мог бы ты попросить у Вити и Димы побольше консервов. Сегодня у них последний заход перед побегом. Клемие сильно не хватает еды, если надо, я откажусь от своей доли.

В ответ Райн промолчал и отвел взгляд в сторону.

– Что-то не так? – настороженно спросил я.

В ответ Райн продолжал молчать и всячески избегал моего взгляда.

– Райн! Выкладывай! – строго сказал я, начиная подозревать что-то не чистое.

– Слушай, Арторий… Ты только не горячись. В общем… – запинаясь начал отвечать Райн.

– Говори как есть.

– В общем… Ну… Не было трех порций. Вова и Дима физически не могут достать столько и… Все это время… Только Клемия и я получали еду…

– В смысле?! – с удивлением спросил я. – Тогда откуда у меня была моя доля?!

– Ну… Клемия не брала свою долю, она отдавала ее тебе, через меня. Я дал ей слово, что буду молчать…

– Черт побери, Райн! – с яростью воскликнул я. – Как ты мог?! Чтоб ты…

– Я не мог, она взяла с меня слово, я пообещал ей!

Молча развернувшись я пошел дальше, у меня не было желания видеть Райна в ближайшее время. Мне надо было еще раздобыть веревку и крюк, для сегодняшнего побега.

Наконец-то объявили отбой, после очередного тяжелого дня. Местная звезда уже попрощалась своими лучами с лагерем. Галльские надзиратели сделали свой последний обход и ушли спать, как обычно растравив андроидов АРТИ, вместо часовых. В назначенное время, я пришел к главным воротам, которые отделяли наши бараки от рабочей зоны, и притаился, в ожидании Далона.

– Не нравится мне все это, – сказал я сам себе под нос, но все равно остался ждать.

Внезапно вдалеке показалась фигура, которая маршировала прямо ко мне. Это оказался один из андроидов. Ужас в виде холодной волны пробежался по моей спине. "Он нас все же сдал" – подумал я и не зная, как на это реагировать, просто остался на месте. Андроид подошел ко мне, а затем неожиданно продолжил свой путь дальше, не останавливаясь ни на секунду. Проходя мимо меня он достал из кармана какую-то карточку и просто выкинул ее на дорогу. Когда андроид скрылся за поворотом, я подобрал карточку, на ней оказалась надпись: "Оружейный склад 17". Не знаю, как Далону удалось стащить ее у самого начальника лагеря, но такую штуку не подделаешь; по крайней мере в такой дыре как этот лагерь. Вернувшись обратно в бараки, я показал карточку главным участникам побега.

– Я знаю где это! – воскликнул Райн. – Там недалеко склад с едой…

– Теперь нам осталось только проникнуть туда, – сказал Васл.

– Ну да, что может быть проще? – с сарказмом спросил Райн.

– Как и планировали, мы переберемся через стены и стащим оружие. Дрекс, ты передал взводу о готовности?

– Так точно, триарий лейтенант, – с улыбкой пробасил Дрекс, предвкушая бой.

– Еще раз. Когда взвод получит оружие, ты, Дрекс, возглавишь штурм казарм. Штаб-сержант Кинерс возьмет отряд и будет защищать командный центр, чтобы никто из галлов не смог отправить сигнал о помощи. Райн, Васл, Туаглор и я, подготовим корабли к отлету. Клемия возглавит отряд по вызволению оставшихся пленных, которые не участвуют в операции.

– Я не понимаю, почему мы должны их спасать, если они не хотят помогать?

– Мы это уже обсуждали, Дрекс, мы берем их всех с собой, это приказ.

– Есть, триарий лейтенант, – ответил Дрекс, смирившись с моим решением.

– Надеюсь у нас все получится, – с волнением произнес Райн.

– Мы сделаем это, а теперь вперед, – ответил я, а затем, надев свою броню, которую галлы так и не забрали у нас, пошел к выходу.

Под покровом ночи, четверо гвардейцев направились к складам, время от времени скрываясь в тенях, заметив странное движение или услышав шорох. В запасе оставалось не больше двух часов, после чего мрак не сможет их прятать от врагов.

Когда я привел свою группу обратно к стенам рабочей зоны лагеря, ребята сразу запаниковали, увидев приближающегося андроида, но вскоре привыкли к его бесполезному патрулированию. Райн закинул веревку, и мы по очереди полезли на стену. Забравшись на нее, я начал оценивать ситуацию. По всему двору разгуливали патрулирующие андроиды. Десятки зеленых пар огоньков блуждали в темноте подобно светлячкам.

– Их тут не меньше полусотни, – заключил Васл.

– Оружейная находится в дальнем углу этого двора, – сказал Райн.

– Надеюсь напрямик мы не пойдем? – спросил Туаглор.

– Нет, это же нас выдаст! – с ужасом ответил я.

– Просто люди славятся своим непредсказумием в отчаянные моменты, – объяснил Туаглор, – я подумал это он и есть.

– У них встроены тепловизоры, – оценивающе сказал Васл. – Мы не пройдем между ними, не дав себя обнаружить.

– Мы можем обойти вокруг и залезть с другой стороны, – предложил Райн.

– Ты предлагаешь вылезти за пределы лагеря, а потом залезть обратно? – спросил я. – Нам не хватит веревки и там стоят датчики, на случай такого варианта побега.

– Могу предположить, что сейчас отчаянный момент, – вмешался Туаглор.

– Что у нас по плану? – спросил Васл.

– Никто не видел эту часть лагеря ночью, я не предполагал что тут такое количество андроидов… – ответил я, а затем меня озарила идея. – Точно! Это же АРТИ, так?

– Ну да, – ответил Туаглор.

– И при нарушении протокола, они действуют сообща! – ответил я, спускаясь вниз.

– Что это значит? – с любопытством спросил Васл.

– А то, что если мы нарушим протокол этого патрульного, – сказал я, указывая на бесполезного андроида, который нас не замечал, – он поднимет тревогу, после чего все местные АРТИ сделают запрос, в чем у него состоит проблема.

– И что это нам дает? – непонимающе спросил Райн.

– У этого АРТИ отсутствует задача наблюдения, если мы поставим этому роботу высокий приоритет, то все андроиды, которые свяжутся с ним, посчитают свои задачи неисправными и обновят их…

– Тем самым убирая функцию наблюдения, – закончил мою мысль Туаглор.

– Именно!

– Но это же жутко простой способ для взлома, как производители допустили это? – поинтересовался Туаглор.

– Дело в том, что убрать функцию наблюдения можно только с главного пульта управления и никак иначе, а приоритет андроида может выставлять любой, кто предъявит пропуск надлежащего образца. Во время боевых операций это очень удобно.

– Но у нас нет пропуска, Арториус, – сказал Васл.

– Я забыл сказать, что в функцию наблюдения, включен процесс распознавания свой-чужой. Нам не нужен пропуск.

– Не плохо придумано, лейтенант, – сказал Туаглор.

– Тогда как нам поменять приоритет? – спросил Райн.

Не ответив на вопрос, я вышел на встречу патрулирующему андроиду и сказал ему:

– Даю первый приоритет, все прочие упраздняются, задачи не изменяются.

– Команда принята, получен первый приоритет, задача не изменена.

Затем я вернулся обратно к ребятам, которые стояли около стены.

– А теперь что? – с нетерпением спросил Райн. – Разве все остальные не должны знать, что он командир и взять у него настройки?

– Это, как я понял, работает только в том случае, когда около такого андроида присутствуют остальные. Иначе во время боевых операций нельзя было бы переназначать командиров, не влияя на других.

– Васл, ты же у нас меткий, – сказал я, давая Верту крохотный камушек, в голову попадешь?

– Обижаете, триарий лейтенант.

Как только камушек попал в голову андроида, он в ту же секунду развернулся в нашу сторону и наставил оружие, но так как никого не видел, огонь не открывал.

– Отставить, вернуться к исходным задачам.

– Возвращаюсь к исходным задачам, – ответил АРТИ.

Преодолев стену и оказавшись в рабочей зоне, мы пошли к складам, скрываясь в тенях соседних ангаров и техники.

– А почему мы опять от кого-то прячемся? – спросил Райн.

– Думаю будет очень обидно, если мы попадемся какому-нибудь галлу, который решил погулять, – ответил Туаглор.

Добравшись до складов, мы вошли внутрь и ахнули от обилия оружия, которое находилось здесь. Погрузив несколько контейнеров, на левитирующую платформу, мы потащили все это обратно к воротам, где нас ждал Дрекс, с небольшой группой людей. Переправив оружие через стену, мы направились к космодрому. Внезапно на мои У-Наушники, пришел вызов от Далона, который напугал меня не хуже сирены:

– Прием, Кирэго, я восстановил связь! Сейчас я приду к вам и мы загрузим провизию на корабли. Свяжись с Эрихом чтобы готовил корабль.

Услышав последнюю фразу Далона, у меня в голове промелькнула мысль, что все это было организованно, чтобы Эрих прилетел к нам. После таких умозаключений, я с подозрением спросил:

– Почему я должен тебе доверять?

– Наверно потому что ты это уже сделал, – ответил Далон, после чего завершил сеанс связи.

После этого, как будто по сценарию раздался взрыв. Взвод, во главе с Дрексом штурмовали казармы галлов. Не теряя времени я зашел в один из кораблей и настроил связь с Архангелом:

– Прием, Эрих! Ответь!

– Лейтенант Кирэго! – радостно воскликнул Эрих и как ни в чем не бывало спросил: – Как там ваша операция по прикрытию? Она что-то затянулась или у меня календарь сломался?

– Жду тебя тут через десять минут, Эрих, будем забирать пленных.

– Есть, триарий лейтенант. Хоть черта лысого, все лучше чем ничего.

Закончив сеанс связи с Эрихом, я вызвал штаб-сержанта:

– Штаб-сержант Кинерс, прием, откройте главные ворота! – приказал я, по У-Наушникам. – Как обстановка?

– Мы заблокировали все каналы связи, никто не сможет… – после этого, связь со штаб-сержантом оборвалась.

– Ворота открываются, все готовы, мы можем идти? – прозвучал голос Клемии.

– Да, главное, не трогайте андроидов. Когда прилетит Эрих садись на "Архангел" и улетай – это приказ, – ответил я и направился к складам с провизией.

– Ух ты! Здесь есть даже паштет! – воскликнул Райн, укладывая запасы на платформу.

– Уверен, Клемия его не пробовала, а отдала мне, – укоризненно ответил я.

– Триарий лейтенант, ну не начинайте. Вы же понимаете, что давая слово, его нельзя нарушать.

Ничего не ответив, я нагрузил левитирующую платформу продуктами и повез их на корабль. После нескольких таких заходов, мы наполнили в равной степени четыре небольших корабля. Затем мы вышли к космодрому и стали ожидать, когда все пленные, кто не участвовал в штурме, сядут в корабли. "Архангел" был уже забит до отказа и Эрих улетел на Зейден. Через некоторое время к нам прибежал Далон вместе с галлом.

– Не стреляйте, он с нами! – громко предупредил Далон, в особенности это касалось Дрекса, который уже хотел выстрелить.

– Кто он? – спросил Васл.

– Анрилийский шпион. Он помог мне пробраться в пункт управления, но нас чуть не раскрыл начальник лагеря, поэтому мы не успели обезвредить всех андроидов. Хотя вижу это и не пригодилось.

– Что ему нужно? – спросил я.

– Он просто должен был улететь отсюда и заодно он решил нам помочь.

– Приятно было поболтать, но мне пора, удачи, – сказал галл и побежал к кораблям.

– Я, кстати, решил заложить бомбу, так что когда мы улетим от сюда, этот лагерь будет уничтожен.

Посмотрев на него и вспомнив все свое пребывание в этом месте, я сказал:

– Ты убивал гвардейцев… Ты убивал своих же соотечественников! – под конец выпалил я и хотел уже накинутся на Далона, как он блокировав мой удар, оттолкнул меня и возразил:

– Я хотя бы пытаюсь вытащить всех отсюда! А тем солдатам все равно грозила смерть, какая разница, я бы их казнил или кто-нибудь из галлов! Хотя да, есть разница! Я выпускал смертельный разряд и человек умирал почти без мучений!

Уняв свой пыл и обдумав происходящее, я осознал свою ошибку.

– Тогда почему ты ничего не сказал?! Все считали тебя предателем!

– Я не первый, кто решил таким образом бежать. У галлов новые детекторы лжи, меня бы поймали и вас тоже, – ответил Далон.

– Что-то ты стал совсем агрессивным, – сказал Райн из-за спины.

– С чего ты взял? – спросил я и повернулся к нему.

– Что я могу сделать?! Вернуть все назад?

Поняв о чем идет речь, я сразу ответил:

– Не нужно было соглашаться на ее условия.

– А сейчас что ты хочешь от меня? – Райн развел руками. – Мне провалиться прямо тут?

Неожиданно раздался выстрел и Райн, который стоял напротив меня, побелел и стал падать. Подхватив его, я увидел что на крыше сидел снайпер и тут из-за угла ворот начали выбегать галлы, уже готовясь стрелять.

– Задавим их силой духа! – яростно заорал Дрекс.

Ближайшие гвардейцы открыли огонь, началась перестрелка. Взвалив на себя Райна, я побежал на один из оставшихся маленьких кораблей. Неожиданно ко мне подбежала Клемия.

– Ты еще здесь?! Ты должна была улететь на "Архангеле"! – возмутился я, направляясь к кораблю.

– Ему требуется срочная операция, он может потерять много крови, нужно срастить ткани пока не слишком поздно, – не ответив на мой вопрос сказала она.

– Отступаем! Отступаем! Все на корабли! – начал кричать я, когда оказался на пандусе выбранного мной судна.

Услышав это, все гвардейцы разом побежали на оставшиеся корабли.

– Где штаб-сержант Кинерс? – спросил я по У-Наушникам.

– Он и его люди так и не вернулись, – ответил Дрекс садясь в корабль.

– Думаю они не придут, галлы там уже точно были, – сказал Васл.

Забежав в кабину пилота, я закрыл шлюз и стал взлетать. Улетая я видел, как последние солдаты забежали в корабль и уже собирались подниматься, но галлы взорвали двигатели и быстро вскрыли дверь. Небольшим утешением оказалось то, что там не было никого из нашего отряда. Но зато там оказался Хадервик. Как потом оказалось, Далону удалось устранить предателя Шона и тем самым выполнить условия Хадервика, хотя это теперь ничего для него не значит…

Включив автопилот и указав курс на Зейден, я пошел в каюту. Клемия уже поместила Райна в стазис-капсулу и дала лекарства. Подойдя к стеклу, я спросил у Клемии:

– Как он? Жить будет?

– Не знаю наверняка! У него ранение почти такое же, как было у тебя.

Стоя перед колбой, я смотрел как в ней на последнем издыхании организм Райна пытался выжить.

– Здесь как-то тихо. Мы одни на корабле?

Неожиданно судно дернуло сначала влево, потом вправо. Не теряя времени я побежал обратно в кабину пилота. Информационные экраны показывали, что по нам ведется огонь из зенитных орудий. Сев в кресло, я сказал в микрофон:

– Внимание! Маневр уклонения!

Снаряды разрывались прямо перед кораблем и в конце концов в нас попали, от этого судно тряхнуло и двигатели с надрывом начали гудеть. Наконец бомба, которую заложил Далон сработала и весь лагерь был уничтожен вместе с галлами. Несмотря на это, галлы все же попали в систему навигации, и теперь проложить курс до Зейдена было невозможно. Оставшиеся корабли с пленными гвардейцами уже ушли в гиперпространство, а из-за недостатка нужных материалов, инструмента и моих инженерных знаний, починка навигационной системы космического корабля, оказалась невозможной, а без нее нельзя проложить курс на дальние расстояния. Пришлось лететь вручную, ориентируясь по звездным скоплениям и прыгая по планетным системам.

– Иди отдохни, – сказал я, стоя в дверях, – а лучше поешь, ты долго голодала.

– О чем ты? – с удивлением спросила Клемия. – Мы все голодали.

– Я знаю что ты голодала не как все.

– С чего ты взял? – все с тем же непониманием спросила она.

– Райн мне все рассказал, не нужно ничего скрывать.

Клемия виновато посмотрела на меня.

– Я беспокоилась за тебя, прости…

– Лучше извинись перед Райном. Ему приходилось обманывать меня каждый раз, когда нам приносили еду.

– Ну если честно… – начала Клемия. – То еду получала только я.

– Что?! – удивился я.

– Витя и Дима не могли доставать много припасов, а ради таких обалдуев как Райн и Арториус, как они сказали, рисковать не будут.

– То есть мы с Райном, ели твои припасы, а ты голодала?!

Клемия некоторое время молча простояла передо мной, а потом сказала глядя куда-то в сторону:

– Я не могла поступить иначе. Это были мои припасы и мое решение.

В течение недели мы бороздили просторы космоса и наша провизия подходила к концу, так же как и астерии (энерго-ячейкии) корабля. Совершив прыжок в очередную планетную систему, карта показала нам, что здесь только три планеты, однако сканер ясно указывал на наличие четвертой, небольшой планеты.

– Внимание, я заметила скопление обломков, которые приближаются к кораблю! – сказала Лима.

– Ух ты! – восторженно воскликнула Клемия. – Ты только посмотри, что показывает снимок! Это не просто обломки – это старый галльский крейсер! Он мог участвовать в сражениях еще во время Межгалактической войны, когда галлы только прилетели сюда. Наверное он был взорван около Столичной СПС и до сих пор дрейфует!

(Союз Планетных Систем – по большей части это политический термин, обозначающий объединение нескольких определенных планетных систем под чьим-либо руководством. Столичная СПС включает в себя несколько планетных систем, в большинстве которых находятся пригодные для жизни планеты. Кстати не редки случаи, когда несколько СПС могут объединиться внутри государства).

– Радует, что он не станет атаковать, – пробормотал я.

– Это же невероятно интересно! Он когда-то был гордостью флота, а теперь обречен блуждать в темноте, – с некой печалью в голосе сказала Клемия.

– Тебе нужно было стать археологом, а не врачом.

– Я как-то думала об этом, но копаться в ком-то живом, гораздо продуктивнее, чем в мертвом.

– То есть ты во мне копалась?

– Разве что чуть-чуть, – с улыбкой ответила она, и увидев мое не веселое выражение лица, добавила: – Только не говори, что ты расстроился. Ты же понимаешь, что я имела ввиду.

– А правда, что врачи устраивают опыты, назначая разные лекарства своим пациентам? – неожиданно спросил я.

– Я так никогда не делала, – ответила Клемия и посмотрела куда-то в сторону.

Приближаясь к неизвестной планете, сканер показал наличие посадочной площадки около небольшой станции.

– Интересно, а это что? – спросила Клемия, увидев снимки станции.

– Не знаю, но это должно быть поинтереснее галльского крейсера.

После того, как Лима посадила наш корабль, я пошел к шлюзу и стал читать отчет об окружающей среде, который высветился на панели около выхода.

– Как там Райн? – спросил я у Клемии, когда она подошла ко мне.

– Уже лучше, но это не надолго. Растворы Регендратов и обезболивающее почти закончились, если мы ничего не найдем, то Райну станет намного хуже.

– Я думаю мы тут много чего отыщем, – сказал я, проверяя свое оружие, – повезло, что здесь окружающая среда первого стандарта, как на Земле, а то модуль очистки воздуха в моей броне сдох. Хорошо, что это произошло не на Карнаке два.

– А что если здесь опасно, вдруг тут галлы или охотники за головами?

– Ну я думаю они не заставили бы себя ждать, – ответил я и нажал кнопку разгерметизации шлюза.

Загорелась красная лампочка и люк начал открываться. Сразу после этого, мы почувствовали резкий запах гнили.

– Какой кошмар, – сказала Клемия и прикрыла лицо ладонью.

– Это старое болото, судя по запаху, – предположил я.

Станция и посадочная площадка находились на горе, прямо под серым небосводом планеты, а внизу была пелена из мглы, под которой скрывались болота. Мы перешли мост и оказались у входа на станцию. Раздвижные двери были опечатаны, на них была выгравирована надпись на гирронийском: "Опечатано. Вход воспрещен!".

Глава 21. Затерянная планета.

Судя по дате, которая была выплавлена на входных дверях, эта станция была опечатана около тридцати лет назад.

– Думаю мы ничего здесь не найдем, – сказала Клемия.

– Планета не была показана на карте, а станция здесь опечатана. По-моему, тут явно храниться что-то интересное.

– Тут явно дано понять, что сюда входить нельзя, – нравоучительно сказала Клемия.

– Да брось, я не прощу себе, если не загляну сюда.

Притащив с корабля инструменты, я принялся вскрывать дверь. Клемия стояла около меня и внимательно наблюдала.

– Как ты думаешь, все ли добрались до Зейдена? – спросила она.

– Надеюсь на это. Правда не знаю как отреагирует начальство, на выходку генерал-лейтенанта и как это нас коснется.

Неожиданно двери все-таки поддались и я в ручную раздвинул их. Взяв по фонарику, чтобы не тратить энергию нашей брони, мы пошли внутрь.

– Главное – держимся вместе и не разделяемся, а то так обычно все фильмы ужасов начинаются, – сказал я.

– Хах! Вам страшно, лейтенант Кирэго? – игриво спросила Клемия.

– Нет, просто бегать по всей станции, в поисках вопящей наларли, я бы не хотел.

– Хорошего вы обо мне мнения… – с наигранной обидой ответила Клемия, на миг остановившись.

– Ну ты же не солдат.

– А кто я по твоему?

– Врач. Очень хороший врач…

– И все? – спросила она, в надежде услышать какой-то другой ответ.

– Ну… Нет… – ответил я, не зная какие подобрать слова.

– А что тогда?

– Я не знаю как тебе это сказать… – признался я.

По правде говоря мне нужно было сказать, как она мне дорога. Что я к ней чувствовал с самой первой встречи. Но Дестиноры, фронт и галльские лагеря отбили у меня все желание к подобным разговорам. Я хотел, чтобы мы поскорее нашли путь домой и Клемия была в безопасности. Помимо этого я боялся отказа, уж проще второй раз выйти на арену Коленегиума, чем услышать: "нет". "Вдруг я для нее просто друг?" – думал я, шагая впереди.

Клемия ничего не ответила, а когда я обернулся, то вновь увидел ее сияющие фиолетовые глаза. Они излучали манящий взгляд, который заставлял таять. Не отрывая своего взора, я остановился и открыл стеклянную вставку своего шлема.

– Что-то случилось? – взволнованно прошептала Клемия.

– Нет, все в порядке, – ответил я и сделал шаг на встречу. – Я хотел сказать, что…

– Что ты хотел сказать?

– Я хотел сказать, что люблю тебя…

– Серьезно? – спросила она, будто ожидала чего-то большего. – Прости, но для меня ты просто друг…

– О чем задумался? – спросила Клемия, прогнав прочь мои страшные представления о признании.

Поняв, что это были всего-лишь мои собственные мысли, я тихо вздохнул.

– Да так, вспомнил лагерь.

Все стены, полы и потолки коридоров были покрыты ветвистыми растениями, они пробивались из-под ржавого металла и распространялись на большие расстояния – планета медленно пожирала это здание. Любопытно было рассматривать разные консоли или продуктовые автоматы, которыми когда-то пользовались, а теперь они никому не были нужны, кроме причудливых черных цветов, которые росли прямо из шоколадных батончиков. Пройдя несколько метров, мы пришли к развилке, осветив все лучами фонариков и, не найдя на стенах указателей, я спросил:

– Куда пойдем?

– Не знаю. Может… – не успела Клемия договорить, как вдруг послышался грохот в коридоре, справа от нас. Клемия вскрикнула и наставила оружие с фонариком в тот проход. Вздрогнув от неожиданного крика, я посмотрел на нее и сказал:

– Что ж ты так кричишь? Здание просто очень старое, вот и разваливается. Ничего тут страшного нет, – объяснил я.

Клемия посмотрела на меня и в ответ недовольно поджала губы.

– Пойдем туда, – я указал фонарем на левый коридор.

Пройдя некоторое расстояние вперед, мой фонарь на миг заклинило, после чего он погас. Внезапно я услышал, шуршание на моем шлеме, а затем что-то коснулось моего лица, что-то членистоногое. Вздрогнув от неприязни, я сразу начал смахивать с головы это существо, от чего мой фонарь упал. Тварь не желала отступать и снова возвращалась ко мне на голову. Вдруг ко мне спокойно подошла Клемия и отодвинула от меня тоненькие корни какого-то растения.

– Здание просто очень старое. Ничего тут страшного нет, – передразнила меня она и пошла вперед.

В конце прохода нас ожидала лестница, которая вела вниз, вдоль стены большого зала, тускло освещенного лучами, пробивающимися через трещины в потолке и стенах. Само помещение напоминало ангар для космических кораблей. Когда мы спустились, то с помощью фонариков разглядели огромные ряды из колб, зрелище оказалось не из приятных, так как в них находились люди. Все они были ужасно изуродованы и облеплены какими-то приборами и датчиками, которые давно уже не работали; колбы были наполнены темно-зеленой жидкостью, видимо предохраняющей тела от гниения. Лица умерших показывали неимоверные муки перед их кончиной, их тела были худые, а кожа серо-зеленого цвета или это был такой раствор, или стекло было таким – непонятно. Среди этих мучеников находились все виды рас, даже те которые я впервые видел, или возможно что-то изменило простого микандра или человека до такого состояния…

После рядов с колбами, в следующем отсеке, пошли операционные столы. На некоторых лежали скелеты, у большинства были сломаны кости ребер и рук, у пары был раздроблен череп; один скелет был привязан к столу. На маленьких стальных тумбочках лежали хирургические инструменты, на которых была засохшая кровь.

– Неужели их всех оперировали под одной крышей? – спросил я, оглядываясь по сторонам. – Я имею ввиду: а как же бактерии и вирусы? Во время операции…

Клемия, поняв мой вопрос сразу ответила:

– Нет конечно. Видишь около каждого стола есть такая маленькая платформа?

– Ну да. Вижу.

– Это место предназначено для генератора медицинского поля. Он создает купол, который уничтожает все вирусы и бактерии, которые касаются его. Это очень дорогое оборудование. На Земле, где я работала, было только две операционные, с такими генераторами, на всю центральную больницу. Готова поспорить, что здесь они были у каждого стола, но их разумеется забрали.

После операционной было пять дверей, одна вела в огромные жилые отсеки, другая на полигон, третья в саму лабораторию, четвертая к лифту, а пятая к складским помещениям.

– Ну, я думаю ничего страшного не будет, если мы разделимся не надолго, – сказал я, освещая двери, – осмотреться не помешает, я пойду посмотрю, что это за полигон.

– Ладно, лейтенант, но если снова испугаетесь корней растений, просто крикните, – улыбнувшись сказала Клемия и пошла бродить между операционных столов.

Сначала я отправился на полигон, там я обнаружил: тяжеленные стальные бруски размером со слона, огромных заржавевших роботов с кучей вооружения, а дальше я ничего не смог разглядеть, было слишком темно и у луча моего фонаря не хватало мощности осветить огромный зал.

– Клемия, прием, – сказал я по У-Наушникам.

– Что-то случилось? – спросила она.

– Поищи рубильник, он наверняка должен быть недалеко от тебя.

На всех станциях есть аварийный генератор, на случай если основной выйдет из строя. Как нам рассказывали, на объектах построенных за последние пятьдесят лет, на каждом этаже, была кнопка для запуска аварийного генератора. Эта станция не должна была быть исключением.

Спустя некоторое время что-то щелкнуло и меня ослепил яркий белый свет. Через несколько секунд моему взору открылся огромный зал с кучей препятствий и всякой всячины. Помещение было похоже на огромный стадион, который стали захватывать растения, медленно обволакивая крышу и стены.

Подойдя к компьютеру, который стоял в небольшой наблюдательной будке, я включил последнюю видеозапись. На ней был ученый в белом халате и очках, около молодого человека в спортивных штанах и с оголенным торсом. Ученый начал говорить первым:

– Запись четыреста тысяч пятьсот семьдесят пять, солдат номер двести сорок пять, сыворотка НБН пятьдесят, – он обернулся к солдату и сказал ему. – Ну! Давай сынок покажи, что ты умеешь!

Солдат ухмыльнулся, встал смирно и громко сказал:

– Так точно, триарий капитан!

Затем он повернулся спиной к ученому и лицом к валуну, который стоял на фоне. Молодой солдат вытянул руки вперед, было видно, как он напрягается и вдруг вокруг него стала появляться еле заметная алая аура, которая подобно мареву окутывала солдата, в особенности его руки. Внезапно огромный валун, который был перед ним, начал подниматься. На вид эта глыба была весом в тонны две или три, это выглядело поразительно. Солдат продержал этот камень в воздухе около тридцати секунд и тихо опустил его на место. Доктор завораживающе смотрел на это, и когда камень опять оказался на земле, ученый обернулся к камере и улыбаясь захлопал, говоря:

– Вот это да! Наконец-то! Молодец солдат! – смотря на него закончил доктор.

Испытуемый сиял, как рубин и был рад своей силе, он сказал:

– Я правда немного устал и мне очень жарко…

Ученый продолжал аплодировать и сказал:

– Наконец-то сыворотка заработала!

Вдруг солдат истошно заорал и упал на пол, затем он начал извиваться как червяк и кричать еще отчаянней. Ученый увидев это, оцепенел и побежал к камере говоря:

– Выключай! Выключай!

Все это было очень странно, в этом компьютере было около миллиона таких записей, все они были сделаны около тридцати лет назад. Наугад выбрав первую попавшуюся, я увидел того же ученого, он стоял около другого молодого солдата в майке и спортивных штанах. И говорил почти тоже самое за исключением номера солдата и сыворотки.

На фоне, вместо валуна стоял манекен. Солдат также повернулся и вытянув руки вперед, словно пытаясь поймать мяч, начал концентрироваться, закрыв глаза. Подобно приливу волны, он начал покрываться синей аурой, солдат смотрел на манекен, одетый в броню гвардии, и когда ученый сказал:

– Давай!

Из рук солдата, подобно огнемету, струей полился голубой огонь, который в момент сжег муляж. Ученый был очень рад, но вдруг тот солдат явно начал беспокоиться. Стало ясно, что он не знает, как завершить это действо. Сжав руки в кулаки, огонь хлынул на своего обладателя и в один момент сжег его, на этом запись закончилась.

Выключив компьютер, я вышел из зала. Тем временем Клемия изучала таблицы и диаграммы около операционных столов. Пройдя к складу продовольствия и приоткрыв тяжелую дверь, я вошел в огромный зал со стеллажами, большая часть из них была пуста. На некоторых полках еще что-то лежало и я взял первую попавшуюся банку:

– Была выпущена тридцать один год назад и срок годности истечет только через месяц, – размышляя в слух, сказал я.

В этой банке были те самые сомнительные овощи или паек под номером "Pu 92", которые не раз фигурировали в рассказе. Вернувшись к операционной, я сказал:

– Клемия, здесь есть продовольствие.

– А я нашла то, что подлечит Райна.

– Теперь нужно найти на чем перевезти это.

– Я тут где-то видела что-то на подобие тележки.

– Отлично, пойдем.

Спустя некоторое время, все припасы, которые были на складах, уже лежали в хранилище нашего корабля.

– Теперь надо бы раздобыть астерии, иначе далеко мы отсюда не улетим.

Вернувшись к тем помещениям, около операционной, я пошел к двери с надписью "Лаборатория". Открыв ее, я увидел несколько столиков с уже пустыми пробирками, несколько пузырьков с почти высохшими химикатами. В самом дальнем конце помещения стоял письменный стол, а около него находился шкаф. Любопытным оказалось то, что это была единственная комната, куда не пробились растения, хотя металл был изъеден ржавчиной. Обыскав письменный стол, я нашел небольшую коробочку со стопкой карточек памяти. В шкафу оказалось множество бутылок с водой, самое интересное, что они были все стеклянные и точно такие же я видел в продуктовых автоматах при входе. "Странное место для запасов воды" – подумал я, осматривая содержимое шкафа.

– Хотя глоток водички не помешал бы, – сказал я сам себе, наугад взяв одну из бутылок.

Сделав небольшой глоток и поняв что это не вода, а непонятная горькая жидкость, я выплюнул все что было у меня во рту. На вкус наверное было похоже на алое с соком редьки. Отплевываясь от противной жидкости, я заметил в дверях Клемию, которая с улыбкой наблюдала за мной.

– Вода очень странной оказалась, – заявил я и поставил бутылку на стол.

– Я вижу, – ответила она.

– Ладно, пойдем искать астерии, – сказал я и пошел на выход, но неожиданно на миг потерял сознание и навалился на стол; бутылка упала и в дребезги разбилась.

– Что с тобой?! – воскликнула Клемия и, подскочив ко мне, подхватила меня.

– Все в порядке. Я в норме, – ответил я, как будто только что проснулся.

– Когда люди в порядке, они без сознания не падают, – встревожено сказала она.

– Нам надо идти…

– Я тебе помогу, – сказала Клемия и помогла мне встать.

– Я в порядке. Я сам могу идти.

Клемия с недоверием отошла от меня, дав мне самому сделать несколько шагов.

– Все, пойдем. Нам нужно найти астерии.

Через некоторое время Клемия и я нашли энерго-ячейкии. Небольшая партия лежала в дальнем конце склада. Туман уже рассеялся и было видно утреннюю звезду, которая осветила всю гору и ее болотистое подножие. Закончив погрузку, мы собрались улетать, как заметили, что один корабль подлетел к станции и сел с другой стороны.

– Интересно, кто это? – спросил я.

– Не думаю что нам нужно это выяснять, – с настороженностью произнесла Клемия.

– Готовься к отлету, я сейчас приду, – сказал я, возвращаясь на станцию.

– Арторий… Триарий лейтенант, не ходите туда!

– Не волнуйся, я быстро.

– Внимание, обнаружена угроза, – произнесла Лима, – поврежденный галльский крейсер притягивается гравитационным полем планеты, когда он достигнет поверхности, он создаст взрывную волну, которая уничтожит станцию. Советую вам покинуть зону поражения.

– Сколько времени? – спросил я, не сбавляя шаг.

– Расчетное время – семьдесят одна минута.

Вернувшись на станцию и проходя мимо операционных столов, я увидел, что в лаборатории кто-то есть. Закрыв бронированную вставку шлема и приготовив оружие, я подошел к двери, и заглянул за угол. В помещении был товандианец, который в поисках чего-то раскидывал все вещи со столов. Около него стоял галл и что-то искал в шкафу.

Резко зайдя внутрь и наставив на незнакомцев оружие, я громко заявил:

– Стоять и не двигаться!

Товандианец повернулся ко мне и поднял руки. Внешне он отличался от своего вида, так как имел холодно-зеленый оттенок кожи, а волосы были красно-черного цвета. От лба, до макушки шел толстый шрам, который свидетельствовал о травме черепа. Глаза у него былы тоже красными, а точнее завораживающе рубиновыми, чего среди товандианцев я никогда не встречал. Он простоял так несколько мгновений, а затем наставил одну руку на меня и она вдруг начала переливаться знакомым мне алым светом. Потом товандианец навел ее на стол, который стоял в кабинете, а затем снова на меня. Неведомая сила заставила стол выбить меня из дверного проема как бильярдный шар. Броня спасла от переломов и разрывов тканей, но не от шока который я испытал, это был не какой-то видео ролик, в меня только что швырнули стол. Товандианец медленно стал подходить ко мне и начал разговор:

– Однако далеко ты забрался, человек.

– Ты кто такой? – спросил я, пытаясь встать.

– Меня зовут Таиренд Одиум, я генерал армии галлов. Мы уже кажется встречались на Марсе.

– Это из-за тебя погибло столько людей на той станции?

– Да, – многозначительно и гордо ответил он.

– Зачем?

– Ты еще не догадался? – произнес он вибрирующим голосом, остановившись в нескольких шагах от меня. – Дестиноры способны передать много знаний… Впрочем тебе это уже известно.

– И что за информацию ты получил? – спросил я, хотя и не рассчитывал получить ответ, я обдумывал план отступления.

– Думаю она ничуть не отличается от той, которую получил ты, – уклончиво ответил товандианец.

– Что тебе здесь нужно?

– Одно лекарство, – с некой усмешкой ответил товандианец.

– За содеянное на Марсе, ты должен быть арестован, – ответил я, увидев валяющийся под столом пистолет в метре от меня.

– Наивность присуща вашему виду, – с презрением сказал Таиренд. – Скажи, где лекарство?

– О чем идет речь?

– Речь идет о бутылочке с водой, только там вовсе не вода…

– Я ничего не знаю про эту бутылку.

– Ты лжешь… – сказал товандианец и с этими словами он моментально покрылся алой аурой и наставил на меня руки.

Все произошло настолько быстро, что я не заметил как оказался в воздухе, словно в невесомости. Таиренд замахнулся на стену и я тотчас стремительно полетел в нее. После удара головой такой силы я потерял сознание, повезло что шлем был на мне.

Отрыв глаза будучи привязанным на операционном столе, я внезапно почувствовал непреодолимую усталость. Около меня стоял Таиренд вместе с галлом. На столике находилась бутылка, в нее по трубке стекало что-то красное. Проведя взглядом куда идет трубка, оказалось что из меня качали кровь.

– Что вы… Что вы дела…– попытался я спросить заплетающимся языком.

– В твоей крови содержится то, что мне нужно, – ответил Таиренд, отсоединяя от бутылки трубку, – Гоззо, отнеси это на мой корабль.

Галл молча взял бутылку и пошел к лифту, на котором вскоре уехал.

– Не бойся, человек. Твои мучения скоро закончатся, – сказал Таиренд, доставая нож.

Вдруг раздался выстрел и Таиренд выронил оружие. Товандианец зажмурившись отшатнулся, потом открыл глаза и посмотрел на простреленное плечо.

– Отойди от него! – грозно крикнула Клемия.

Таиренд быстро достал какой-то шприц, воткнул себе в руку, после чего замерцал красной аурой и медленно пошел в сторону лестницы, на которой стояла Клемия. Она еще раз прицелилась и начала непрерывно стрелять в товандианца, но пули меняли траекторию прямо перед ним, улетая куда-то в сторону, подобно воде, расходящейся перед кораблем. Таиеренд поднял руку на Клемию и она оказалась в воздухе. Затем он замахнулся на пол, недалеко от меня, и Клемия полетела именно в то место. Генерал подошел к ней и сказал:

– Тогда ты умрешь вместе с ним.

– Стой! – крикнул я.

На миг я снова почувствовал силы и мне показалось, что я могу встать.

– Тебе стоило бежать отсюда, – продолжил Таиренд, игнорировав мои слова.

Затем он замахнулся ножом над Клемией и тут я ощутил нечто необъяснимое. По моему телу прошла волна холода, а затем мне стало очень тепло, словно внутри меня что-то горело. Мне так же показалось будто я оказался под водой, мне было легко, почти как в невесомости, и что еще странно, мои движения ничего не замедляло, как это было бы в воде, а наоборот.

– Не тронь ее! – прозвучал уже незнакомый голос, но он исходил от меня.

Таиренд обернулся и крикнул:

– Не делай глупостей или она умрет!

– Ты не оставляешь мне выбора, – ответил странный голос.

Наставив на товандианца руку я замахнулся в сторону лифта. Таиренд полетел туда как снаряд, собирая собой все операционные столы на пути. Затем я снова почувствовал тяжесть, будто я целый год пробыл в невесомости и вот я снова попал во власть гравитации. Стало трудно дышать, в глазах все помутнело и я начал падать.

– Триарий лейтенант! – чей-то женский голос кричал мне издалека. – Арторий, прошу!

Открыв глаза, я оказался в пустоте, подобно той, в которую погружался при контакте с Дестинором; вокруг царили тишина и холод.

– Где я? – спросил я сам себя и мой голос эхом пронесся куда-то вперед.

Внезапно вдалеке я увидел человека, он медленно направлялся ко мне, но потом на пол пути остановился и сказал:

– Не бойся, ты скоро познаешь истину бытия, – его последние слова эхом разлетелись по пустоте.

Затем я увидел себя на кушетке, на нашем корабле. Да, это точно был я, посреди пустоты лежало мое тело, я коснулся его и снова почувствовал воздух, мои глаза приоткрылись и яркий свет ослепил меня.

– Арторий! – воскликнул женский голос.

Привыкнув к свету, я смог разглядеть Клемию, которая стояла около меня с дефибриллятором.

– Да, – ответил я.

Радостная Клемия прижала меня к себе и сказала:

– Ох, Амарэ! У тебя остановилось сердце. Ты… Я не знаю как тебе рассказать это.

– Мне такая чертовщина приснилась, – сказал я, присев на кушетку. – Мы были на станции, я выпил какой-то воды, а оказалось за ней охотился товандианец и он швырял меня в стены. Потом угрожал тебе, а дальше полная мутотень.

– Видишь ли, – начала Клемия. – Так все и было. Когда меня схватил товандианец, ты засиял белым светом. Ты сиял будто изнутри, вокруг тебя был белый туман в виде шара. Пространство искажалось, ты как будто излучал очень много тепла, как будто звезда! И твой голос…

– Что с голосом? – спросил я пребывая в легком шоке.

– Он был не твой. Говорил ты, но… Это был не ты, я не знаю как это объяснить.

Неожиданно воспоминания резко нахлынули на меня, от чего стало не хорошо и я прилег обратно на кровать.

– Ты точно хорошо себя чувствуешь? Может тебе лучше поспать?

– Нет. Все хорошо, я просто немного побуду в тишине, ладно?

Когда Клемия ушла, я лег поудобнее и глядя в потолок стал говорить вслух:

– Может это все мне сниться… Или все это просто привиделось Клемие. Я не мог светиться просто так, точнее это просто невозможно. Наверное из-за голода и долгого перелета у меня мозги поехали.

После короткой беседы с самим собой я некоторое время пролежал на кушетке, а затем пошел в кабину пилота. В кресле дремала Клемия, корабль летел на автопилоте. Вдруг я услышал удар стекла в соседнем отсеке, Клемию это не разбудило и я один пошел проверить, что там случилось, завернув за угол я увидел гвардейца, который стоял ко мне спиной.

– Райн? – спросил я.

Гвардеец замер, прозвучал звук рубящего клинка и перед незнакомцем кто-то упал, это был мертвый Райн. Затем убийца с окровавленным клинком развернулся и я увидел себя; моя копия, глядя мне в глаза, медленно пошла навстречу. Оружия у меня не оказалось и я ринулся в кабину пилота, подбежав к Клемие, начал ее трясти со словами:

– Клемия! Клемия! Проснись!

Убийца медленно приближался, подобно неизбежной стене дождя. Достав пистолет Клемии, я наставил его на свою копию. В ответ клон засиял белым светом и моя рука стала уводить дуло пистолета в сторону и наводить его на Клемию.

– Стой! Нет! – воскликнул я.

Но моя рука меня не слушалась. Вот я уже навел пистолет на нее и готов сделать выстрел. От отчаяния я закрыл глаза и закричал.

– Арторий! Арторий! Успокойся! – послышался голос Клемии. – Это просто кошмар. Все в порядке.

– Что со мной? – спросил я, тяжело дыша и бешено оглядываясь по сторонам.

– Прости, но я не знаю. Может ты заболел? – спросила Клемия, глядя мне в глаза и положив руку мне на лоб.

– Нет. Мне почему-то так не кажется.

– Что тебе приснилось?

– Я видел себя со стороны. Я убил Райна и заставил себя "настоящего" убить… Тебя…

– Это всего лишь сон, – успокаивала меня Клемия.

– Он был очень реалистичным.

– За последнее время столько всего произошло: ты контактировал с Дестинорами, мы были на фронте и так долго пробыли в тех страшных лагерях, – объяснила Клемия.

– Наверное ты права, но… То что было на заброшенной станции… Это ведь не сон? – спросил я.

Клемия посмотрела в сторону потом закрыла глаза и ответила:

– Нет. Это был не сон.

Мы просидели в тишине некоторое время, а затем Клемия сказала:

– Все будет хорошо, в этот раз я кажется верно проложила маршрут…

– Прием! Прием! Вы входите на территорию военной части, немедленно назовите себя! – послышался голос из кабины пилота.

– Ну вот, видишь?! Нет повода унывать! – воскликнула Клемия и побежала отвечать на сообщение.

Как всегда на Зейдене шел проливной дождь, никогда не думал, что я могу соскучится по нему…

Глава 22. Родной Зейден.

Вернувшись в часть, всем кто был в плену дали отдых – месяц и две недели. В свободное время я отправил письмо неизвестного солдата, с Карнака II, его жене. Она поблагодарила меня и хотела выслать денег, в качестве благодарности, но я отказался. Генерал-лейтенанта Думгаса признали героем посмертно. Все бывшие пленники галльского лагеря утверждали, что его застрелили галлы, когда тот отказался сдаваться врагу. Остатки сорок восьмого легиона переформировали и через некоторое время вновь отправили на фронт. По прибытию на Зейден, Райна за несколько дней поставили на ноги и он как новенький вернулся в строй. Меня же отправили на обследование, которое ничего не дало, врачи медицинского центра утверждали, что все в порядке. Когда Клемия в очередной раз рассказывала про тот случай на заброшенной станции я думал, что все что тогда происходило – просто сон, но такие сны дважды не повторяются…

Однажды, сидя в одиночестве за отдельным столом, в нашей дивизионной харчевне, я опять вспоминал все недавно произошедшее. Планета, на которую мы попали вместе с Клемией, не существовала на карте, на мои расспросы по этому поводу майор Вернес ответил коротко:

– На карте ее нет, сведений о ней нет, больше я ничего не могу тебе сказать.

За окном, как всегда, шел проливной дождь, но лампы в помещении светили так ярко, что создавалось впечатление будто сейчас лето, и солнце освещает всю столовую через окна, как это было на Земле.

– Вы испытали сильный стресс. Это нормально, то что вам снились кошмары… – неожиданно всплыли в голове, слова доктора.

– А что на счет свечения?

– У вас очень бурное воображение, лейтенант Кирэго, вам просто надо отдохнуть.

После этого воспоминания у меня начала сильно болеть голова. Таблетки, которые мне дала Клемия, видимо окончательно перестали помогать. Неожиданно ко мне подсел Райн, его приход был как будто в замедленной съемке.

– Привет! Чего такой хмурый последнее время? – спросил он и его голос напомнил мне товандианца Таиренда.

– А тебе какое дело? – грубо ответил я, стараясь не двигаться, чтобы не усиливать боль.

– Сторонишься всех, даже нас избегаешь… – прозвучал голос начальника галльского лагеря.

– Кого нас? – спросил я не понимая, что происходит.

– Да ты вообще странный какой-то в последнее время, – ответил Райн немного отодвигаясь.

Вглядевшись в его лицо, я отчетливо увидел Гадро Шотальда, он смотрел на меня и что-то говорил.

– Какое тебе дело?! Отстань от меня! Оставь меня в покое! – заорал я, подумав, что мы не смогли сбежать из лагеря и теперь галлы допрашивают меня.

Гадро Шотальд отреагировал так же, встав, он заорал мне в ответ:

– А ты следи за словами! А то огребешь!

– Я огребу?! – спросил я, усмехнувшись. – Вы ошибаетесь, Гадро!

Отвернувшись, я взял легкий металлический стул и метнул его уже не в галла, а в Райна. Не ожидав от меня такого маневра, Дониван не успел увернуться и от удара упал на пол. Увидев это, гвардейцы, которые наблюдали за происходящим, встали. На миг я почувствовал себя врагом для всех кто здесь находился. Внимательно оглядевшись по сторонам, я не увидел гвардейцев, я увидел галлов. Дрекс, Далон и Васл, которые стояли среди них, направились ко мне. Клемия осталась на месте и с ужасом смотрела на меня, прикрыв рот ладонями. Васл помог Райну встать, а Дрекс и Далон подошли ко мне и Нотиван громко спросил:

– Арториус, в чем дело?

– Это Гадро Шотальд! Он начальник лагеря! – воскликнул я, когда увидел того самого галла, вместо Райна.

– Ты с ума сошел! Тебе надо к доктору! – сказав это, он хотел подойти ближе.

– Ни шагу больше! – заорал я, когда я увидел перед собой Таиренда.

Тот, кто до этого был Далоном остановился и сказал:

– Хорошо, Дрекс помоги Арториусу!

Дрекс ухмыльнулся и сказал:

– Слушай Арторий, либо по-хорошему, либо по-плохому!

– Ты заодно с ним! – с ужасом воскликнул я, после чего почувствовал, как из носа потекла кровь.

Когда Дрекс подошел ко мне вплотную, я сжал кулак и ударил его в живот. Он отлетел метров на десять, поломав собой кучу мебели. Таиренд и остальные, увидев это, были шокированы не меньше чем я.

– Схватить его! – приказал Таиренд.

Галлы, словно ожидая это, кинулись на меня. Одного за другим я раскидывал их в разные стороны, как плюшевые игрушки. Некоторые сразу теряли сознание, некоторые пробовали напасть на меня еще раз. Галльские солдаты, которых я отчетливо видел, нападали на меня один за другим. Вдруг я увидел, как все помещение начало освещать белое сияние, которое испускал я; это многих заставило остановиться и вместе с тем, как я переставал чувствовать головную боль, я видел, что вокруг меня были не галлы, а гвардейцы. Внезапно кто-то подошел ко мне вплотную и взял за руку. Резко обернувшись, я увидел как передо мной стояла Клемия и смотрела на меня грустными глазами.

– Арторий, что ты делаешь? – спросила она.

Овладев собой, я почувствовал, как меня моментально окутала слабость, от чего мои ноги подкосились и я упал на колени. Оглянувшись, я пришел в ужас, увидев последствия моих действий.

– Что со мной, Клемия?! – испуганно спросил я у нее и обхватил руками свою голову. – Здесь были галлы, Гадро и Таиренд…

– Пойдем, я отведу тебя в медпункт, – ответила она, пытаясь поднять меня.

Тут в столовую вбежали снайперы и еще несколько отделений пехоты, от чего в помещении стало очень тесно.

– Подними руки в верх, солдат! – сказал один из них.

Выполняя приказ, мне казалось будто это происходило не со мной, словно все это я вижу со стороны. Меня скрутили и ударили пару раз прикладом по голове, от чего я размяк и повис на своих конвоирах.

– Во имя Амарэ! Он же сдался! – крикнула Клемия и побежала ко мне.

– Стоять на месте! Или пойдете с ним под трибунал! – прозвучал голос одного из солдат, после чего мне заехали прикладом в третий раз и я потерял сознание.

Открыв глаза и осмотревшись вокруг, я понял, что нахожусь внутри какой-то колбы, которая была наполнена вязкой теплой зеленой жидкостью. Около нее стояли и глядели на меня незнакомые люди в халатах и время от времени что-то записывали в своих планшетах. Среди них я увидел Далона и самого легата Совета Гарнеда, которые о чем-то говорили с одним из ученых. Но вдруг кто-то из персонала приблизился к колбе и посмотрел мне прямо в глаза, потом нажал что-то на своем планшете, после чего я тут же уснул.

Следующим местом моего пробуждения оказался угол небольшой камеры. На мне был надет какой-то комбинезон подобный тому, который носят все гвардейцы, только этот был ярко красный. В монолитной комнате, покрытой сталью, была дверь с решетчатым окошком, за которым стоял легат Совета. Увидев, что я пришел в себя, он спросил:

– Что произошло, сынок?

– Я не знаю, триарий легат Совета, – растерянно ответил я.

– Ты знаешь, что за бунт полагается расстрел?

– Знаю, триарий легат Совета, – смиренно ответил я и подошел к двери, чтобы увидеть лицо собеседника.

– Но ведь любое наказание можно избежать… – сказав это, он мерзко улыбнулся.

– И как же это? – с недоверием спросил я.

– Мы проверим, что ты умеешь и направим твою силу в нужное русло, в противном случае мы тебя расстреляем. Не думай что тебе тут рады, тут никому не рады. Гвардия была создана не только для отражения атаки галлов, она была создана для опытов и проверок. Официально ты тяжело ранен, тебя почти нет! – он улыбнулся еще шире.

– Да вы все тут сумасшедшие! – крикнул я.

– Это не важно, важно то, что ты еще живой, пока живой. Выбирай сынок, либо ты подчиняешься, либо умираешь. Никто тебя не вытащит, ведь все здесь подчиняются мне, а за неповиновение следуют суровые наказания. Я представляю военную мощь этого государства и мне никто не посмеет перечить. А теперь постарайся понять, быть солдатом – это твое призвание. И ты нам нужен, а мы нужны тебе. Если ты успешно пройдешь все тесты, ты вернешься к своим друзьям. Я гарантирую тебе это.

Поняв что выбора у меня нет, я обреченно ответил:

– Хорошо, триарий легат Совета, что нужно делать?

– Вот молодец, сынок, так держать! Только больше радости. Мы тебя ведем не убивать, а совершенствоваться! – сказал он, а затем подал сигнал, чтобы охранник открыл двери.

– И давай без глупостей, лейтенант! – добавил он.

В сопровождении шестерых охранников, меня повели по извилистым путям станции, которые я никогда ранее не видел. Конвой привел меня в небольшой ангар, напоминавший стадион, где стояли непонятные предметы и объекты, почти как на том полигоне, на забытой планете. Когда я оказался посередине стадиона, делегация во главе с легатом Совета заняла свое место в наблюдательном пункте с бронированным окном. Затем легат Совета достал свой УКС и по залу пронесся его голос:

– Итак покажи, что ты можешь.

Глава 23. Подопытный 109.

Прожив несколько недель в той камере и ангаре, меня научили более-менее контролировать себя и управлять тем «даром», использовать его только тогда, когда мне это было нужно. Легат Совета и его ученые часто пересматривали и показывали какие-то старые видеозаписи, подобно тем, которые я видел на забытой планете.

– Видишь, как он делает? Попробуй повторить, только не спеши, ты же не хочешь закончить как он, – каждый раз повторял легат Совета, перед тем как я начинал делать что-то новое.

Что странно – белого свечения я ни разу так и не увидел, вместо него было лишь алое, как у товандианца Таиренда Одиума. Но Таиренд мог швыряться столами или даже людьми, а меня ограничивали лишь толканием маленьких коробочек. Легат Совета Гарнед явно боялся совершить ошибку и судя по тому, как он смотрел на мои действия во время тренировок, он каждый раз с волнением ожидал моего провала. Наконец, когда весь научный состав посчитал, что я готов и настоял на более сложном задании, Гарнед согласился. Передо мной поставили металлический куб, который был с мой рост.

– Думаю ты и сам знаешь, что нужно делать Кирэго, – сказал Гарнед по громкоговорителю.

– Лейтенант Кирэго, сфокусируйтесь на цели. Отбросьте все мысли в сторону. Забудьте, что предмет тяжелый, вы просто должны поднять его в воздух, – говорил один из ученых.

Перед тем, как начать подъем многотонного куба, я обошел его со всех сторон, а затем встав в паре метров от него, занял устойчивую позицию, как будто я собирался драться с кем-то. Суть данного приема заключается в том, чтобы представить нужный объект прямо у себя в руке. Если это к примеру куб, то нужно почувствовать его углы и грани, прямо на ладони, а затем просто поднять его. Главное перед этим забыть о его настоящем весе, иначе ничего не получится. Выставив вперед две руки, ладонями вверх, я стал представлять себе, как этот куб, находится у меня в руках. Вокруг меня появилось красное свечение, которое начало колебаться подобно огню на ветру. Почувствовав грани я стал медленно поднимать руки вверх, стараясь думать о чем-то воздушном; металлический квадрат стал подниматься в воздух. Но затем в мои мысли пробралось воспоминание о нашем побеге и о том, как мы грузили ящики с оружием. После это я моментально ощутил тяжесть, как будто держал в руках тот самый ящик, а взглянув на куб, я машинально представил его вес. Меня спасло то, что мне вспомнилась небывалая легкость, во время того, когда я откинул Таиренда в сторону, на безимянной планете. Сосредоточившись на этом воспоминании, я с легкостью поднял куб на высоту нескольких метров, а потом опустил на землю. Отряхнув руки, словно от пыли, я перестал чувствовать грани куба на ладонях, после чего ощутил некое облегчение. Затем мои ноги подкосило и я упал на пол, не чувствуя конечностей. Тогда мне показалось, что я пробежал несколько десятков километров без передышки, а затем еще и отжимался не один час.

– Что с ним?! – испуганно воскликнул Гарнед, выходя ко мне со всей делегацией.

– Обычное переутомление, триарий легат Совета, – ответил ближайший дьявол в халате, – такое наблюдалось у четырех весьма перспективных претендентов. Ошибкой оказалось то, что с ними продолжили проводить эксперименты минимум на следующий день и максимум через неделю. Полагаю, что лейтенанту Кирэго, лучше дать две недели и назначить успокоительное.

– Добро, – ответил легат Совета Гарнед и развернувшись пошел к выходу.

В одну из ночей, во время моего отдыха, на Зейдене была сильная буря. Все грохотало и даже толстая изоляция не могла скрыть шум грозы. Сидя на холодном полу моей камеры, я обдумывал давно возникший план – узнать подробнее о своем даре. Поэтому я решил проникнуть в архивы. Сегодня для этого была самая подходящая погода. В моей камере велось видеонаблюдение и это сейчас было очень кстати. Собрав в себе силы и как только заметив свою алую ауру, я сразу упал на пол, притворившись мертвым. Через некоторое время дверь тихонько открылась и вошел один гвардеец – такой исход меня сильно удивил… Он осторожно направлялся ко мне, приговаривая:

– Оох, легат Совета мне голову оторвет! Что же с тобой, надеюсь ты жив… Да еще ребята смотались… Что же за день такой! Что же не везет!

Как только гвардеец подошел ближе, я вскочил с пола, схватил его и бросил в стену. От сильного удара он упал и более не смог оказывать сопротивление. Медлить было нельзя и я побежал к КПП, где была вентиляционная шахта, которую я давно приметил. Проползав несколько десятков метров, я наконец добрался до ангаров, затем аккуратно вылез из вентиляции и спрятался за ящиками; в них хранились "внутренние комплекты" формы. Надев один из этих комбинезонов и осмотревшись по сторонам, мне сразу приглянулся пустой грузовик. Подойдя к машине, я еще раз огляделся, сел в нее и поехал к архивам. Через некоторое время по всей базе начала звучать тревога. Мое отсутствие обнаружили, хотя мне казалось, что это произойдет раньше. Прибавив скорость, пустой грузовик помчался, как пуля, но не долго я "летел", что-то затарахтело под капотом и начало дымить.

– Чертов ЗЗ-ИМ! – сказал я, выходя из грузовика (Земной Завод Имени Махрова).

Повезло, что я заглох недалеко от пункта назначения. Теперь оставалось попасть внутрь… Около входа стояли двое часовых, внутри на КПП тоже двое минимум. Поразмыслив немного, я кое-что придумал и крикнул часовым:

– Эй! Ребят! Помогите!

Часовые не сразу отреагировали, лишь спустя некоторое время, оглядевшись, они подбежали ко мне и спросили:

– Чего разорался?!

– Заглох! Не поможете? – показывая руками на машину, сказал я.

– Мы тебе что тут, механики?

– Мне полковник бошку оторвет! Выручайте ребят!

– Ох и влетит нам! – сказал один из часовых.

Один быстро залез в кабину, а второй полез под капот. В это время я тихо побежал ко входу и войдя в помещение услышал, где-то впереди, разговоры гвардейцев. Тут я не знал что мне делать, ведь это были не андроиды. В архив я так и не попал бы, если не двое часовых, которые чинили машину на улице, внезапно раздался грохот и удар, это двое горе-механиков непонятно как, врезались в здание архива. Все четверо гвардейцев побежали наружу, не заметив меня, скрывающегося под скамьей. Пройдя мимо пустого КПП и войдя в зал, я принялся искать комнату с особым допуском.

– Отлично! Но как мне попасть внутрь? – спросил я сам себя вслух, стоя перед одной из таких комнат.

Заметив неподалеку стол, я подошел к нему и пододвинул поближе к двери. Закрыв глаза, я сконцентрировался, после чего алый свет окутал меня. Ощутив в кулаке маленькую фигурку стола и сделав резкий удар рукой в его сторону, стол стремительно полетел в дверь и выбил ее. "Вот это уже круто" – подумал я про себя, заходя в комнату. Подойдя к первому компьютеру, и сделав запрос на поиск фразы: "красное свечение", компьютер открыл папку под названием "Проект Генезис". В ней я нашел видеофайлы, открыв один из них, я увидел знакомого мне товандианца Таиренда, который стоял перед камерой и показывал бутылку воды, подобно той которую я нашел на затерянной планете. Он стал рассказывать:

– Вот чего мы так долго добивались! Этот препарат поможет любому существу получить невероятную силу!

Во то время, когда я это просматривал, ко мне со спины кто-то подошел и сказал:

– Теперь ты все знаешь… – это оказался легат Совета Гарнед, после этих слов я услышал щелчок затвора пистолета.

От неожиданности я вздрогнул, но не обернулся.

– Ты попробовал на вкус содержимое той бутылки и вот результат. Когда Совет свернул этот проект, посчитав его аморальным и решил вычистить всю станцию, единственный экземпляр этого раствора спрятали в бутылке из-под воды, на вид эту жидкость и простую воду не отличить. Теперь ты дал нам надежду, сынок, надежду на то, что наш проект не пустой звук! Все кто пытались овладеть силой с помощью этого раствора погибали через некоторое время. Насколько мне известно, выжили только ты и Таиренд. Он перетерпел жуткие муки как все, но все же остался жив, однако он стал более непредсказуемым, действие раствора сказалось на мозговой активности. Тебе невероятно повезло, все было настолько тонко! Одна лишняя или недостающая капля могла убить тебя! Смерть оказалась бы не быстрой, перед ней мучительные видения свели бы тебя с ума! И теперь, когда ты просто чудом получил этот дар и остался в живых, грех не воспользоваться этим. Ты – испытуемый под номером сто девять, сделал то, что яйцеголовым не удавалось более ста лет! Нам нужна твоя помощь, взамен ты раскроешь в себе нечто удивительное…

– Как вы меня так быстро нашли? – спросил я.

– Ты думаешь, ты сбежал? Нет. Я позволил тебе сбежать и сделать все то, что ты сделал. Я хотел посмотреть, как ты будешь действовать. Не думай, что ты сможешь выбраться с этой планеты живым. На тебя объявят охоту и будут преследовать не только в Гирронии.

– Вы не оставляете мне выбора, триарий легат Совета.

– Не правда, у тебя по прежнему есть два варианта.

– И сколько вы планируете меня удерживать?

– Столько, сколько потребуется, – с улыбкой произнес легат Совета, не убирая пистолет.

"Он так может удерживать меня до самой моей старости. Единственный выхо – это пойти ва-банк" – подумал я, а затем произнес:

– Знаете, триарий легат Совета, я буду сотрудничать с вами только на одном условии: по окончании тренировок, я вернусь в свой отряд.

– Ты не в том положении, чтобы что-то требовать, лейтенант.

В ответ я улыбнулся и развернувшись, молча пошел к выходу.

– Стоять на месте, Кирэго! – рявкнул легат Совета.

– Иначе застрелите меня? – спросил я не оборачиваясь. – Вперед, посмотрим как вы объясните Совету о том, что лишились такого оружия. Второго шанса в вашей жизни уже не будет, легат Совета.

– Хорошо! Договорились! – с яростью крикнул легат Совета. – Договорились, лейтенант! Вы вернетесь в свой отряд, по окончании тренировок.

Как оказалось, архив был оцеплен несколькими ротами пехоты, среди которых я даже заметил один отряд Белых беретов. В воздухе зависли военные противопехотные корабли, все они целились в меня. Повернувшись назад, я посмотрел на легата Совета, который наставил на меня пистолет. В тот момент я подсознательно почувствовал, что это был не легат Совета Гарнед, а андроид, который был абсолютно похож на него. В этот момент, я научился быстро различать андроидов с помощью своей силы; несмотря на всю их маскировку, я мог ощутить металл под их искусственной кожей. Это ощущение трудно описать, все происходит на подсознании, как будто я уже знаю где андроид, а где человек.

▾

В это время, отряд Раптор, который находился на своей ВПГ, вновь за обедом обсуждал происшествие с моим участием.

– Он просто швырнул в меня стул! – воскликнул Райн. – Тоже мне друг.

– А затем он начал утверждать, что ты Гадро Шотальд, – задумчиво произнес Васл с такой интонацией, с которой рассуждают знаменитые сыщики в детективных фильмах.

– Откуда у него столько силы? – с непониманием спросил Далон. – Он раскидывал гвардейцев, как плюшевые игрушки!

– Даже для меня это было неожиданностью, его удар может сравниться с… – Дрекс немного подумал, а затем с гордостью произнес: – Моим ударом!

– Твоим ударом?! – переспросил Райн. – Когда я тебя встретил на Луне, у тебя удар был как у ребенка!

– Хочешь проверить? – пробасил Дрекс и ухмыльнулся.

– Опять будут царапаться, – махнув рукой произнес Эрих.

– И все же это произошло не просто так, может над Кирэго ставили эксперименты? – предположил Туаглор.

– Нет, – ответила Клемия, – все это началось, после того, как он выпил странный раствор на станции.

– На какой станции? – удивился Далон. – На той, куда вы приземлились за припасами?

– Да.

– Почему ты не рассказала об этом командованию? Мы должны найти эту планету!

– Кажется Далон тоже захотел выпить эту бурду и сбрендить, – сказал Райн.

– На станцию упал галльский корабль, он там все разрушил, – ответил Клемия.

– А где Арториус сейчас? – спросил Васл.

– На Зейдене, под присмотром легата Совета, наверное, – нехотя ответил Далон. – Скорее всего он из него готовит солдата нового поколения.

– Это же круто! – радостно воскликнул Райн. – С Арториусом наш отряд станет практически непобедимым!

– Ага, нам будет достаточно сбросить его куда-нибудь на врага, а потом просто забрать, – сказал Эрих.

– Арториусу не место в нашем отряде, – заявил Далон.

– Что? – удивился Райн.

– Ты наверное шутишь? – предположил Туаглор.

– Мы не можем просто бросить его! – воскликнула Клемия.

– Вы не понимаете? – спросил у всех Далон. – Вся гвардия уже в курсе о его выходке! Как на нас будут смотреть, когда он вернется? Он напал на Райна, считая его галлом! Он не контролируемый!

– Он же наш друг! – назидательно произнесла Клемия.

– Точно! А что на счет драки, то я бы тоже кому-нибудь врезал, – весело заявил Райн, а затем посмотрел на Дрекса, – к примеру хвастливому монсону.

– Надеюсь ты это не серьезно, Далон, – сказал Туаглор, – это будет настоящее предательство, если мы выгоним его.

– "Низок душою тот, кто стыдится своей дружбы с людьми, чьи недостатки стали всем известны", Люк де Клапье Вовенарг, – произнес Эрих себе под нос.

▴

Иметь практически полный контроль над твердыми и жидкими веществами, используя лишь воображение – это нечто неповторимое. Мять многотонный металл, как фольгу, метать огромные булыжники, как гальку или под высоким напором воды резать сталь. Все это было на грани фантастики, до этого момента нечто подобное существовало только в кино или книгах. Первые ощущения, во время осознанного контроля, обычно самые яркие. Ты до самого последнего момента не веришь своим глазам и ждешь, когда выйдет человек в костюме и скажет вам что-то типа: «Спасибо за участие в этом фокусе, присаживайтесь на свое место». Но эйфория сразу заканчивается, когда все это начинает изнурять тебя. Во время воздействия на что-то твердое или жидкое ты ощущаешь некое сопротивление, как если бы ты сам пробовал согнуть металл или поднять большой объем воды. Ученые со временем вывели формулу соотношения массы, одна тонна равнялась десяти килограммам; это говорило о том, что когда ты поднимаешь тонну, ты как будто держишь десять килограммов. Хотя я на своем собственном опыте убедился, что эта формула не всегда работает. Если вы владеете подобной силой, не бойтесь выходить за рамки, ведь только с ошибками приходит опыт. Несмотря на выше сказанное, я все же добивался другого, у меня была только одна цель – вернуться в отряд.

Спустя примерно год упорных тренировок и проверок, командование, наконец, посчитало меня готовым, правда не к простому испытанию, а к настоящей боевой операции. От ее исхода зависели многие жизни и именно она стала для меня настоящим первым боевым испытанием.

Рано утром, когда до тренировки оставалось несколько часов, меня разбудил один из дежурных. Войдя ко мне в камеру, он что есть мочи рявкнул:

– Триарий лейтенант, подъем!

Вскочив на ноги, как ни в чем не бывало, а затем оглядев дежурного и увидев рядом с ним здоровый кейс для брони, я с улыбкой спросил:

– Что, дружище, едешь на курорт? Не можешь уехать не попрощавшись?

– Никак нет, триарий лейтенант, это вам от легата Совета Гарнеда, – ответил дежурный и поставил кейс передо мной, – он так же просил вас срочно прибыть в штаб, около КПП вас ждут, – после этих слов, дежурный ушел, не закрыв за собой дверь.

В кейсе оказался скафандр гвардейца, но вовсе не стандартного образца. Основные его черты конечно имели много схожего с классическим. Первым отличием был цвет, темно-серый поменялся на темно-синий, который практически был похож на черный, а у некоторых элементов этого скафандра была окантовка темно-красного цвета. Второе отличие заключалось в количестве мест сгибов на доспехах, данная модель явно предназначалась какому-то акробату, нежели пехотинцу. Вдобавок было уменьшено количество карманов для крупных боеприпасов, осталось только три подсумка для пистолетных обойм. На поясе, со стороны спины, были встроены небольшие металлические сосуды с обезболивающим. На спине, прямо за головой, где обычно гвардейцы носили винтовки, на магнитных зонах имелись острые металлические бруски, видимо для метания. На правом наплечнике, по-прежнему, был темно-красный цвет звания "лейтенант". Единственным удивлением для меня стало то, что буква моей специальности "S" штурмовика, отсутствовала, а моя медаль за доблесть, моя КЛД и даже старый УКС, подаренный мастер-сержантом Томом, были на месте. "Наверное отвалилась" – с усмешкой подумал я и пошел на выход.

Зейден, как всегда, встретил меня проливным дождем. Должен признаться, что я по нему очень соскучился и простоял некоторое время под его крупными теплыми каплями, пока гвардеец, который сопровождал меня, не сказал:

– Триарий лейтенант, при всем уважении, вас ждет легат Совета Гарнед, – после этого, он указал на грузовик.

Когда мы сели внутрь, сопровождающий постучал по стенке, разделяющей кабину и места для пассажиров и мы тут же помчались вперед.

– Держите, это вам вместо старых, – сказал сопровождающий, передавая мне коробочку с новенькими У-Гаджетами.

– Здравствуйте, лейтенант Кирэго, рада видеть вас в добром здравии, – произнесла Лима, когда я надел все приборы.

– Я тоже рад тебе, Лима, – добродушно ответил я, чему мой сопровождающий удивился.

За окном я видел мелькающие казармы, возле которых шли построения. Чуть дальше уже шла утренняя зарядка, а еще дальше промокшие гвардейцы направлялись в сушилку, а затем в столовую. За несколько секунд я смог увидеть полноценное утро любого гвардейца Зейдена. Затем мой взгляд перешел на стекло окна, в которое я смотрел, а точнее на дождевые капли, стекавшие по нему. Разглядывая их и наблюдая за тем, как они под силой ветра стекают по диагонали вниз, одни маленькие, другие большие, все эти капельки двигались по своей маленькой уникальной траектории, встречая на пути другие капли; я вдруг осознал уникальность каждого солдата, стоявшего на построении. С этого момента я более не смог смотреть на строй, как на одну единую массу.

Наконец машина остановилась и мой сопровождающий, кивнув на выход, произнес:

– Приехали, триарий лейтенант.

"Никогда не думал, что штаб могут сделать таким красивым" – подумал я, когда проходил по белым коридорам, с декоративными растениями в флорариумах, спрятанных в стенах. Это уже был вовсе не военный штаб на Зейдене, а скорее офис какой-нибудь дорогой компании.

– Триарий легат Совета! – отчеканил мой сопровождающий, когда мы вошли через раздвижные полупрозрачные двери. – Разрешите доложить!

– Вольно капрал, вы свободны, – опираясь руками на круглый преобразователь голограмм, небрежно ответил Гарнед, желая поскорее избавиться от лишнего присутствующего.

Капрал молча отдал честь, а когда скрылся за дверьми, Гарнед с улыбкой произнес, обращаясь к семерым гвардейцам, стоявшим все это время недалеко от него:

– Гастаты, это и есть восьмой гвардеец, о котором я говорил.

– Подполковник Анатолий Вархо, Белые береты, отряд Витязь АБА два, – отдавая честь, сурово произнес бритый на лысо человек, с острыми чертами лица и зелеными глазами.

– Майор Виктория Гиз, Белые береты, отряд Витязь АБА два, – чуть с большим позитивом сказала второй человек, со светлыми короткими волосами.

– Майор Роберт Батрин, Белые береты, отряд Витязь АБА два, – с таким же позитивом произнес наларли, с убранными назад плокамиа.

– Капитан Фензий Ратага, Белые береты, отряд Витязь АБА два, – с пренебрежением, присущим его расе, произнес бритый на лысо микандр, с татуировкой через правый глаз.

– Лейтенант Ребекка Тонг, пилот спец-отряда Фурия ДАК четыре, – с улыбкой сказала микандр, с короткими белыми волосами.

– Лейтенант Карад'ар Неконар за Фанго а Цин, снайпер спец-отряда Шударо СПР один, – отдав честь произнес товандианец с оранжево-черными волосами и белыми ленточками в волосах на щеках.

– Лейтенант Йанго Фогах, штурмовик спец-отряда Люцифер АРД девять, – произнес наларли с примесью монсона, и нехотя отдал честь.

"Надо же, тот самый Йанго, который хотел заманить Клемию в свой отряд" – подумал я, смотря наларли прямо в глаза.

– Лейтенант Арториус Кирэго, штурмовик спец-отряда Раптор СКН семь, – сказал я и отдал честь.

– При всем уважении, триарий легат Совета, – обратился подполковник, – позвольте узнать. Лейтенант Кирэго прошел испытание и является командиром отряда?

– Лейтенант Кирэго прошел много испытаний и является первым "омни́темом" на службе в Космической гвардии, – многозначительно произнес Гарнед, как будто я был его изобретением на ежегодной товандианской научной выставке.

Полковник Вархо приподнял правую бровь и с тенью смирения добавил:

– Что ж, тогда будем считать, что должность омни́тема выше командирской.

"Что за омни́тем? Неужели я один не знаю, что это означает?" – мысленно спросил я самого себя, тем временем оглядывая всех присутствующих. Заметив, что у лейтенантов, так же отсутствовали буквы специальности, я сделал вывод, что их, включая и меня, решили посвятить в Белые береты.

– Итак, квириты офицеры, – объявил легат Совета Гарнед, – я буду предельно краток. Задание, которое вам будет поручено, очень опасное и рискованное, а жертвы, в случае его провала, будут чрезвычайно велики. Наша разведка сообщила, что галлы загружают свой крейсер огромными запасами ядерного оружия, в Фулгурской СПС, для уничтожения нашей столицы. Создав из него несколько километровую бомбу, они планируют отправить этот корабль через гиперпространство в один конец и протаранить им Орбис Прайм, – услышав это, все присутствующие были шокированы данным заявлением, кроме подполковника, которого казалось ничем не удивишь.

– Но триарий легат Совета, как только корабль войдет в пространство Орбис Прайма, разве его не уничтожат защитные орудия станции? – с удивлением спросил товандианец.

– Корабль предположительно выйдет из гиперпространства настолько близко, что его взрыв будет способен нанести ущерб станции. Без жертв все равно не обойдется, – ответил легат Совета Гарнед, и обведя всех взглядом, заключил: – Единственный вариант, остановить катастрофу – это остановить галльский корабль до прибытия в пространство Орбис Прайма.

– Что мы должны сделать, триарий легат Совета? – спокойно спросил подполковник, скрывая желание поскорее приступить к делу.

– Задержать или уничтожить крейсер еще на галльской базе будет категорически невозможно, – заявил легат Совета, открыв голограмму, где было наглядное расположение галльского флота, – галлы тщательно охраняют это судно. Напасть в открытую, так же невозможно, они попусту запустят корабль, как только один из наших кораблей появиться в системе.

– Мы можем проскочить на корабль в стазис-капсулах, главное, чтобы нас туда кто-нибудь доставил, – предложила майор Риз.

– Так и планировалось, пока галльская контр-разведка не разоблачила этого человека. Теперь галлы тщательно проверяют любой груз, который приходит в систему, где находится тот крейсер. К счастью, у нас имеется прототип невидимого челнока. Благодаря ему, вы сможете пролететь мимо галльского флота прямо в ангар заминированного крейсера. Но сделать это нужно в момент отбытия самого крейсера, иначе в случае обнаружения, галлы остановят запуск и попытаются устранить вас.

– Почему бы не напасть на них в этот момент основными силами? – спросил я, желая предложить более успешное решение.

– А вы уверены, лейтенант Кирэго, что сможете продержаться до того, как основные силы гвардии успеют до вас добраться? – с улыбкой спросил легат Совета. – Даже омнитем не сможет выстоять при таком соотношении сил. Вас убьют, а крейсер отправят на Орбис Прайм. Единственное решение – это пробраться на него, когда галлы уже не смогут остановить переход в гиперпространство и выслать подкрепление. Так как на этой "бомбе" никто из галлов не полетит, то на борту никого из них не будет, разве что кроме нескольких андроидов. После отправки корабля в гиперпространство смысл в его охране пропадет. Вопросы касательно задания есть?

– Эта задача явно для Белых беретов, при чем тут мы? – поинтересовалась микандр, с короткими белыми волосами.

– Вас четверых, – начал легат Совета, указывая на нее, меня и остальных лейтенантов, – после успешного завершения задания произведут в Белые береты. Каждого из вас будет сопровождать Белый берет, в качестве проверяющего и в качестве напарника. Именно так и происходит набор в элитное подразделение Космической гвардии. Кому какой напарник достанется, вы узнаете на борту корабля.

– Разрешите идти, триарий легат Совета? – вытянувшись во весь рост, спросил подполковник.

– Вы свободны, – ответил Гарнед и, оставаясь около преобразователя голограмм, проводил нас взглядом до прозрачных дверей.

На выходе нас ожидал грузовик, который до этого привез меня сюда. Когда вся наша команда уселась на свои места, Лима решила объявить каждому, кто с кем будет работать. Реакция была у всех разная, даже у Белых беретов. Микандрский капитан получил в напарники товандианца, чему явно был не рад, в отличии от своего нового напарника. Майору Виктории досталась пилот Ребекка, они обе друг другу улыбнулись, словно были закадычными подружками. Наларлийский майор Роберт получил в напарники Йанго и поначалу обрадовался тому, что будет выполнять задание с дружественным лицом, но увидев холодный взгляд Йанго, снова сделался серьезным. Подполковнику Анатолию, как вы уже могли догадаться, достался я. Он никак не отреагировал на это, а лишь посмотрел на меня как будто хотел сказать: "Ну посмотрим чего нынче стоит омнитем".

После отбытия на корабле "Искупитель GOD-2", который принадлежал отряду Витязь, мы все собрались в кают-компании, где подполковник Анатолий решил обсудить детали операции.

– Скажу честно, меня абсолютно не радует вся эта затея, – начал он, когда все сели за стол, – задание слишком рискованное, чтобы проверять чьи-то навыки. Я это терплю лишь только потому, что все кандидаты на этот раз действительно чего-то стоят. Лейтенант Тонг, вы со своей эскадрой в одиночку уничтожили галльский флагман, перевозивший несколько дивизий пехоты?

– Так точно, триарий подполковник! – с гордостью отрапортовала микандр.

– Лейтенант Карад, вы лично застрелили галльского штадс-генерала на Фаньчжурии?

– Так точно, триарий подполковник, – ровно ответил товандианец.

– Лейтенант Фогах, вы с отрядом некоторое время искали Дестиноров, а затем были направлены для уничтожения галльских ремонтных космодромов?

– Так точно, триарий подполковник, – с неприязнью ответил Йанго, давая понять, что не хочет вспоминать об этом.

– Лейтенант Кирэго, вы с отрядом тоже искали Дестиноров, а затем угодили в лагеря, где разработав план побега, вы в конечном счете сбежали со всеми выжившими, уничтожив сам лагерь. Это так?

– Так точно, триарий подполковник, – ответил я, а затем добавил, – ничего бы не вышло, если бы мы не действовали сообща.

– Именно! – подхватил подполковник. – Чтобы выполнить это задание и вернуться живыми, мы должны действовать как одно целое. Каждый из кандидатов подчиняется своему наставнику беспрекословно. Все ясно?

– Так точно, триарий подполковник, – хором ответили мы.

– А теперь о плане операции, – сказал подполковник и приказал Лиме включить схему галльского крейсера. – "Искупитель" выйдет из гиперпространства совсем недалеко от галльского флота и начнет обстрел кораблей. В это время мы все отправляемся на челноке, "Тень 1", прямиком на крейсер. Пилотировать будете вы, лейтенант Тонг, надеюсь вы нас не подведете.

Девушка от удивления и страха вытаращила глаза на подполковника и хотела что-то сказать, но Анатолий продолжил:

– Приказы не обсуждаются. Далее майор Гиз и лейтенант Тонг, отправятся к ГОПТу (Генератор Ограниченного Подпространственного Тоннеля) и будут ждать указаний. Майор Батрин и лейтенант Фогах, займутся обезвреживанием бомб.

– Опять ты мне подсовываешь всякую тягомотину! – с усмешкой воскликнул майор.

– В следующий раз на подобное задание отправлю Вику, – ответил подполковник.

– Ага, а кто вас лечить потом будет? – спросила женщина.

Эта маленькая сцена успела напомнить мне о моем отряде. О наших полетах на разные задания и о том, как мы чудом выбирались из передряг.

– Ладно, отставить, – дружески пригрозил подполковник, – как я уже сказал, майор Батрин и лейтенант Фогах, займутся обезвреживанием бомб, пока мы будем в гиперпространстве. Если и допустим ошибку, то корабль хотя бы не взорвется где-нибудь недалеко от очередной колонии. Капитан Ратана и его напарник займутся взломом центрального компьютера, на капитанском мостике, а я и лейтенант Кирэго осмотрим корабль на случай, если галлы что-то припасли для нас. Если все пойдет по плану, то к концу операции у нас будет в распоряжении галльский крейсер, на нем мы и полетим на Зейден.

После совещания, Белые береты разошлись по своим каютам, а остальные направились в общую комнату. "Искупитель" по размерам уступал "Архангелу" и поэтому не имел большой жилой площади; зато он обладал большей маневренностью. Галльский крейсер собирался стартовать через два дня и по плану мы должны были прибыть как раз прямо к его отправке. На обезвреживание страшного оружия у нас в распоряжении имелось не более двадцати четырех часов, после этого Орбис Прайм подвергнется страшным разрушениям.

Глава 24. На пушечном ядре.

«…чьи героизм и имена затерялись во времени»

Первый день на корабле прошел очень тихо, никто ни с кем не разговаривал. Старшие офицеры несколько раз собирались для обмена мнениями, по предстоящей операции, но без нашего участия. Кандидаты, то есть мы, провалялись на своих койках, набирая сообщения друзьям из своих отрядов. Пользуясь моментом, я тоже написал несколько сообщений Клемие и Райну, но из-за того, что мы находились в гиперпространстве никто не мог их отправить. Сочиняя очередное сообщение, меня внезапно одолел сон и сам того не заметив, я оказался в пустоте. Нет уже более тех красочных снов про дом или про парки на Земле, только пустота, как будто я каждый раз контактирую с Дестинором. Но тут я заметил фигуру, которая медленно шла ко мне. "Странно, раньше такого не было, только пустота, а теперь это" – подумал я и направился навстречу незнакомцу. "Похоже это человек, кажется он был в моем сне, после событий на забытой планете" – размышлял я и мои мысли, подобно произнесенным словам, улетали прочь, создавая эхо. Незнакомец, к которому я подошел, был выше меня на голову, одет в темную рясу с капюшоном, на груди которой был нарисован символ, показывающий существо, подобное Земной змее, кусающей свой хвост. Сам человек на вид был среднего возраста. Лицо узкое и гладкое, без выдающегося носа или подбородка, все внимание привлекали сияющие синие глаза без белков. Высокорослый незнакомец подошел ко мне, снял капюшон со своей лысой головы и сказал:

– Тебя сбили с пути.

– Кто ты? – спросил я.

Незнакомец промолчал и с печалью посмотрел вниз. Когда я повторил вопрос, ответа все равно не последовало.

– Ты должен найти меня, – неожиданно сказал он после минутной тишины. – Тебе выпадет шанс, главное не упусти его.

– Какой шанс? Где я нахожусь? Это сон или что?

Не услышав ответа, я развернулся и побежал в пустоту, а когда обернулся назад, передо мной продолжал стоять высокий незнакомец. Затем он начал растворяться подобно утренней мгле. Не успев задать вопрос я внезапно проснулся, словно меня что-то разбудило. Оглядевшись по сторонам и увидев всех спящими, я понял, что на корабле давно объявлен отбой. Повернувшись на другой бок и закрыв глаза, я вновь уснул.

На второй день всех словно прорвало на разговоры, к нам даже присоединились майоры Роберт Батрин и Виктория Гиз. Не помню с чего началась эта беседа, но переросла она в истории о самых трудных заданиях. Когда я после своего рассказа о лагере отлучился в кают-компанию, за своим пайком, оказалось что меня там поджидал Йанго. Облокотившись на холодильник, наларли о чем-то размышлял, но, завидев меня, сразу спросил:

– Что, Кирэго, еще не угробил свой отряд?

– Нет, Клемия отличный доктор и всегда держит нас в добром здравии, – парировал я и, взяв из морозилки паек, собрался уходить.

– Только благодаря ей вы все еще дышите, отродья Земли, – словно комок грязи, долетели до меня слова Йанго.

– По-моему, мы уже это проходили, – остановившись в дверях ответил я.

– Ах да, получеловек, – произнес наларли так, словно говорил о каком-то паразите, – который не хочет признавать, что он человек. Будь я на твоем месте, я бы застрелился.

– Очень жаль что ты не человек, – произнес я, повернувшись назад.

– Пустые слова, Кирэго, не самый лучший способ показать силу, – ответил Йанго и насколько это было возможно для наларли, мерзко улыбнулся, а затем собрался направиться в мою сторону.

– К чему все это? – спросил я и, желая припугнуть Йанго, сделал холостой прием.

Холостым приемом у омнитемов называется – не правильное влияние на материю. К примеру, в этот раз я решил расправить плечи, а заодно, сконцентрировав внимание на кружке, собрался поднять ее в воздух, но если я ее представлю в руке в виде другого похожего объекта, скажем в виде граненого стакана, то я осуществлю не правильное взаимодействие и кружка не сдвинется с места; при этом алое свечение, которое всегда появляется во время использования дара, все равно появляется, оно будто вспыхивает подобно огню, когда обгоревшие дрова падают друг на друга.

Йанго слегка вздрогнул, увидев алое свечение, а затем широко улыбнувшись, словно разоблачил меня в чем-то, сказал:

– Значит омнитемом стал… Думаешь ты теперь всемогущий?

– Думаю пора закончить этот разговор, Йанго, ради общего блага.

– А иначе, что ты сделаешь? Убьешь меня своей силой? – провокационно спросил он и обратно отошел к холодильнику.

– Послушай меня, через несколько часов мы прибудем на место и ради сохранности этой группы, придется сотрудничать, – сказал я, желая образумить Йанго.

– Значит придется, человек, – со смирением, ответил он.

– Надеюсь мы закончили, лейтенант, – кивнул я и покинул кают-компанию, оставив Йанго в одиночестве.

– Итак, вот оно, – объявил подполковник, – через тридцать минут мы выйдем из гиперпространства, недалеко от заминированного крейсера галлов. Всем немедленно пройти в ангар, проверить экипировку и сесть в челнок.

Не теряя времени, мы все поспешно направились вниз. Из оружия мне достался один пистолет девятнадцатого стандарта "Лайт–11", остальные вооружились автоматическими огнестрельными винтовками. Когда мы все сели в маленький челнок, я обратился к подполковнику:

– Я думал у белых беретов плазменное или лазерное оружие.

– Огнестрельное самое надежное, а надежность оружия – гарантия твоей жизни. Может оно и не такое мощное, но оно никогда не подведет, – ответил Анатолий.

– Внимание, две минуты до выхода из гиперпространства, группе высадки приготовиться, – объявила Лима.

– Лейтенант Тонг, вы готовы? – спросил подполковник, обращаясь к нашему пилоту.

– Так точно, триарий подполковник, – слегка дрожащим голосом ответила она.

Хотя отсчет и шел прямо перед глазами, эти две минуты показались вечностью. Ожидание перед высадкой – самая напряженная часть любой операции.

– Внимание! Корабль вышел из гиперпространства, обнаружены… – не успела Лима договорить о присутствии галлов, как подполковник перебил ее.

– Вперед!

Шлюз ангара открылся и мы, резко набирая скорость, подобно пуле устремились прямо на встречу огромному галльскому флоту. Как и планировалось, "Искупитель" начал обстреливать врага, а мы тем временем направлялись к крейсеру, который заслоняли галльские эсминцы. На полпути лейтенант Тонг взволнованно сообщила:

– Триарий подполковник, они запускают двигатели! Они собираются уходить в гиперпространство!

– Тогда поспешите, лейтенант! – ответил Анатолий.

Челнок задрожал и загудел, а затем внезапно около нас раздался взрыв, от чего наше маленькое судно тряхнуло с такой силой, что ремни, которые нас удерживали, чуть не оборвались.

– Они нас обстреливают, триарий подполковник! – крикнула пилот.

– Как?! Этот челнок нельзя заметить! – воскликнул майор Батрин.

– Это уже не важно, лейтенант, следуем назначенному маршруту, это приказ! – крикнул подполковник, хотя все это время мы общались по У-Наушникам, с закрытыми шлемами.

– Черт! Процессор корабля сгорел! – воскликнула лейтенант Тонг.

– Это невозможно! – воскликнул товандианец Карад. – Процессор может…

– Лейтенант Кирэго, займите место второго пилота, – приказал мне полковник, – хватит с меня сюрпризов на этой миссии.

Пробравшись в кабину, я быстро занял место второго пилота и пристегнулся.

– Жду указаний.

– Перенаправь щиты на двигатели и нашу кабину!

Пока я выполнял приказ, за окном раздавались тихие взрывы, это У-Наушники имитировали беззвучные вспышки снарядов в космосе. Не знаю для чего они это делали, но как мне рассказывали рулевые космических кораблей, многим это помогает в маневрировании космическим кораблем, во время обстрела. Галльский крейсер тем временем готовился к переходу в гиперпространство, об этом свидетельствовали яркие, как звезды, фотонные двигатели и главные дуги ГОПТа, которые пускали короткие импульсы в пространство перед кораблем. До главного ангара оставалось не более трех километров, как в наш двигатель попал снаряд. Внезапно я заметил, как крейсер начал двигаться; до перехода в гиперпространство оставались считаные секунды.

– Кирэго, все щиты на кабину, двигатели на полную! – прокричала пилот.

Наш челнок пролетел через барьер, отделяющий ангар крейсера от космоса, в самый последний момент. Приземлившись на огромной скорости, мы проскользили по металлу и под его жуткий лязг врезались в одну из стен. Некоторое время я не двигаясь просидел в кресле, так как мне показалось, что у меня была сломана нога.

– Лейтенант Кирэго, лейтенант Тонг, вы живы? – прозвучал голос подполковника.

– Жив, – ответил я пытаясь пошевелиться, но мои ноги зажала часть металлической кабины.

– А лейтенант Тонг? – спросил Анатолий. – Ее Лима не отвечает мне.

Повернув голову налево, я разглядел неподвижную Ребекку, наклонившись поближе, У-Линзы обратили мое внимание на два штыря, входящие в ее тело на уровне сердца. Не теряя надежды, я протянул свою руку к плечу девушки и аккуратно дотронулся до нее.

– Она мертва, лейтенант Кирего, – неожиданно констатировала Лима, – металлический объект пробил сердце, смерть наступила через двенадцать секунд.

Через пару мгновений я окончательно пришел в себя, собрался с силами и, ощутив на руках гладкую поверхность, представил, что толкаю картонную коробку, от чего правая половина кабины разбитого челнока отлетела, словно от взрывной волны. От неожиданности некоторые из группы вздрогнули, а подполковник с ухмылкой сказал:

– А я думал, что нам придется вас вытаскивать.

– Погибла только лейтенант Тонг? – не обращая внимание на слова Анатолия, спросил я, увидев всю группу в сборе, кроме пилота.

– Да, – с грустью произнесла Виктория.

– Отставить, у нас еще много работы, – заявил подполковник. – Так, тогда план меняется. Майор Батрин и лейтенант Фогах, направляйтесь к ГОПТу, разминированием займутся капитан Ратага и лейтенант Карад. На мостик пойду я, а лейтенант Кирэго и майор Риз осмотрят корабль.

Раздав указания, подполковник приказал приступать к работе, на которую у нас оставалось не более двадцати трех часов. Так как майору Батрину и Йанго было с нами не по пути, они сразу направились в противоположную сторону. Остальная часть группы направилась по главному коридору в соседний ангар. На корабле практически было пусто, галлы все вывезли отсюда, даже кислород выкачали, от чего мы вскоре перешли на собственные запасы. Создавалось впечатление, что судно только построили и оно еще не успело побывать в космосе. Коридор, по которому мы шли, располагал в своих стенах каюты пилотов; когда мы дошли до его середины, внезапно зазвучала сирена.

– Обнаружено проникновение, – произнесла Лима, моментально переводя объявление голоса корабля, – запущена программа задержания.

– Обычно это добром не кончается, бежим! – скомандовал подполковник.

После этого, словно ожидая этих слов, система корабля начала закрывать все двери в каюты, а так же сам коридор, поднимая толстые двери и деля его на несколько ячеек; до выхода в ангар оставалось преодолеть пять дверей. Вдруг, в одной из секций коридора к нам вышел галльский боевой андроид, который открыл по нам огонь и ранил в ногу товандианца Карада, от чего тот споткнулся и упал. Сконцентрировав силу, я представил себе маленькую бумажную фигурку этого андроида у себя в руке, после чего сдавил ее. Андроид, стоявший в нескольких метрах от нас, перекосился и невидимая сила сдавила его, подобно многотонному прессу. Капитан Ратага, бежавший позади всей группы, тем временем подхватил лейтенанта Карада и продолжил путь. Последние три двери нам пришлось перелезать и, преодолевая предпоследнюю, товандианец никак не мог самостоятельно перебраться через нее. Тогда капитан Ратага подсадил его и в самый последний момент протолкнул товандианца вперед, после чего дверь закрылась и послышался звук металлической защелки. Тем временем, выбежав в ангар, я, с помощью своей силы, удерживал самую последнюю дверь, которая должна была подняться на равне со всеми остальными. Вот уже Виктория помогла перелезть Караду и сама начала вылезать из последней секции. Металлическая заслонка упорно сопротивлялась мне и под протяжный скрежет стремилась подняться вверх. От перенапряжения, я стал чувствовать боль в руках и голове, но вот майор оказалась по нашу сторону и я смог отпустить дверь. Свалившись на пол, я тяжело вздохнул и просто закрыл глаза, ко мне подбежала майор и встревоженно спросила:

– Лейтенант Кирэго, что с вами?

– Все хорошо, я только чуть-чуть полежу, буквально мгновение, – обнадеживающе ответил я, ощущая невероятную усталость, словно пробежал несколько километров.

– Подъем солдат, – сказал мне подполковник, а затем связался с капитаном Ратага: – Прием, капитан, вы меня слышите?

– Слышу, триарий подполковник, я в порядке, только тут абсолютно нет кислорода, сижу на своем.

– Мы можем попробовать распилить эти перегородки, – предложил Карад, – используя наш набор для обезвреживания.

– Эти двери рассчитаны на полную герметизацию, на случай, если эту часть крейсера оторвет прямо в открытом космосе. Мы просто потеряем время, – объяснил подполковник. – Мы продолжим путь и попробуем открыть этот коридор с капитанского мостика.

– Буду ждать, триарий подполковник, – ответил капитан Ратага, – постараюсь никуда не уходить. Конец связи.

В ангаре, куда мы собственно и прибежали, находилась одна огромная ракета, которая занимала почти все пространство.

– Это не похоже на ядерное оружие, – с подозрением произнес подполковник, осматривая двухсотметровую убийцу, – ее будет маловато для уничтожения Орбис Прайма.

Подполковник Вархо некоторое время простоял на месте, а затем сказал:

– Майор Гиз и лейтенант Карад, займитесь обезвреживанием. Я отправлюсь на капитанский мостик, а лейтенант Кирэго осмотрит остальную часть корабля.

Покинув ангар, я направился к очередным жилым отсекам, которые предназначались для пилотов истребителей. Каждая из таких кают предназначалась для двух солдат, в ней имелись две отдельные кровати, санузел и морозильная камера. Такие комнаты больше походили на номера в отелях, нежели чем каюты пилотов. Бродить по этим бесконечным коридорам можно было вечно, пока я не наткнулся на подозрительную особенность. Во всех жилых отсеках, которые я успел обойти, не было ни одной спасательной капсулы и вот мне попалась одна единственная, да еще и с запаянным люком. На каждом ярусе, любого корабля всегда присутствует терминал, через который можно получить практически любую информацию. К примеру можно узнать, в каких секторах остались спасательные капсулы, в том случае, когда необходимо покинуть судно. Галльский корабль не был исключением и, запросив у терминала информацию о спасательных капсулах, компьютер показал мне только одну, ту, которую я нашел. Посчитав это любопытной находкой, я связался с подполковником, по отдельному каналу, чтобы другие меня не услышали:

– Триарий подполковник, разрешите доложить.

– Слушаю, лейтенант, – с задержкой ответил Анатолий, так как скорее всего был занят попытками снять герметизацию с коридора, при помощи главного компьютера на капитанском мостике.

– В жилых отсеках я ничего не обнаружил, они все пустые, скорее всего как и весь корабль. Крейсер явно прямо с конвейера отправили на это задание. Но все же есть одна особенность. Спасательные капсулы на крейсере отсутствуют, кроме одной.

Подполковник помолчал некоторое время, видимо проверяя мою находку, через терминал, на капитанском мостике.

– Она единственная на корабле, я правильно понял? – спросил Анатолий.

– Если терминалы не врут, то да. Но это не единственное, что меня удивило. Шлюз этой капсулы запаян и открыть ее, без специального инструмента нельзя.

– Странная находка… – задумчиво произнес подполковник.

– Триарий подполковник, есть результаты, – сообщила Виктория по общему каналу связи, – это не ядерная ракета, а миниатюрный завод по производству маленьких звезд, подобно тем, что находятся в астериях. Лима это подтвердила.

Предвидя наше непонимание, товандианец Карад сразу добавил:

– Триарий майор имела ввиду, что мы нашли бомбу, которая работает по принципу астерии – энерго-ячеек с кораблей. Когда срок службы астерии подходит к концу, она уничтожает звезду и образуется миниатюрная сверхновая…

– Покороче, лейтенант, – прервал подполковник.

– Представьте себе огромную астерию в которой может генерироваться около нескольких сотен миниатюрных звезд, а затем их разом превратят в сверхновые. Обратите внимание, что предохранителя тут нет и вся энергия вырвется наружу!

– Первая в мире астерийская бомба!? – с удивлением спросил подполковник, словно это было невозможно. – Но для синтеза искусственной звезды нужно немало времени, за пару минут это нельзя сделать!

– Видимо галлы нашли способ… – ответила Виктория.

– Больше не нужно сбрасывать метеоры на планеты, – начал рассуждать подполковник, – достаточно сбросить астерийскую бомбу…

– Что-нибудь еще известно? – спросил я, будучи охваченным любопытством.

– Лима провела небольшой анализ, – ответил товандианец Карад.

– По моим предварительным подсчетам, – начала Лима, – данная ракета в несколько степеней превосходит Гирронийскую разработку "Судья", восемьдесят седьмого стандарта, которая равна по мощности одной эксатонне в тротиловом эквиваленте. Предположительно данная бомба, может превзойти отметку в одну иоттотонну…

– Что это все значит? – перебил подполковник, не желая вникать в цифры.

– Орбис Прайм будет полностью уничтожен, – коротко ответила Лима. – Чуть позже, я могу предоставить вам отчет о вычислении разрушительной мощности этого нового оружия.

– Нет необходимости, самое главное нам известно, это очень опасная бомба, так что поспешите.

– Она очень легко обезвреживается, триарий подполковник, так как на ней не предусмотрена защита, – заявил Карад. – Думаю для ее назначения, она и не нужна. Мы вытащим стержни с Синтом и синтез звезд не произойдет.

Осмотрев оставшиеся помещения, я направился обратно к ангару с астерийской бомбой.

– Отлично, все готово, – сказал по У-Наушникам Карад, – теперь она точно не должна рвануть.

– Хорошо, майор Батрин, – сказал подполковник, – инициируйте ошибку работы ДФП (Двигатель Фотонного Потребления).

Посчитав данный способ выхода из гиперпространства немного странным, я обратился к Анатолию:

– Разрешите поинтересоваться, триарий подполковник.

– Разрешаю, лейтенант.

– Зачем инициировать ошибку работы ДФП? Вы же на капитанском мостике, вы можете вывести корабль с помощью консоли.

– Галлы поставили высшую степень защиты, взлом займет колоссальное количество времени, а инициация ошибки потребует один выстрел по корпусу. Галльские ДФП очень чувствительные. Я рассчитывал на первый вариант, он был бы эстетичнее, но предусмотрел и второй.

▾

– Зачем ты стреляешь в двигатель? – спросил Йанго у майора Батрина, когда тот выполнял указания полковника.

– Я думал ты знаешь, – ответил майор, совершая еще один выстрел, – это выведет корабль из гиперпространства, в обход взлома главного компьютера. Ребята обезвредили бомбу и теперь мы полетим домой, прямо на трофейном корабле.

Йанго, тем временем, подошел к терминалу корабля и запросил информацию о спасательных капсулах. Увидев что на крейсере присутствует только одна капсула, наларли тихо сказал себе под нос:

– Хитрый ублюдок.

– Чего? – переспросил майор, не расслышав во время своей работы слова Йанго.

– Ничего.

Внезапно корабль дернуло и под звуки сирены, голос корабля объявил:

– Внимание! Аварийный выход из гиперпространства, обнаружен сбой ГОПТ.

– Воу! Ей кажется не понравилось, – с усмешкой заявил майор по общему каналу связи.

После этих слов Йанго отключил свой модуль связи и произнес:

– Лима программа перезагрузки.

– Выполняю.

После этого Йанго вытащил пистолет, прицелился в стоявшего спиной к нему майора и первым выстрелом попал в его модуль связи, который находился на спине гвардейского скафандра. Роберт Батрин не успел понять, что происходит, как следующая пуля продырявила ему руку, в которой он держал пистолет, от чего он выронил его.

– Лейтенант! – с испугом вскрикнул майор, не успев обернуться к нападавшему, после чего получил третью пулю, прямо в затылок.

– Лейтенант Йанго Фогах, вы обвиняетесь в измене, – объявила Лима, когда вновь стала контролировать ситуацию.

– Я так не думаю, дорогуша, – ответил Йанго, а затем активировал неизвестную программу на своем УКС.

– Ограничив мне доступ к управлению функциями вашего скафандра, вы снижаете свою боевую эффективность. Позвольте мне вам помочь, – предложила Лима.

– Знаю я твои уловки, Лима, протокол безопасности запрещает тебе позволять гвардейцам, атаковать гвардейцев, – ответил Йанго и побежал в сторону ангара с ракетой.

– Разве только по обоюдному согласию, – добавила Лима.

Йанго молча бежал к коридорам, где мы недавно оставили капитана. Добравшись до них, Йанго вновь воспользовался своим УКС, после чего, двери стали открываться. Затем наларли достал ЭМИ-гранату и двинулся вперед, аккуратно заглядывая за каждый поворот.

▴

– Триарий подполковник, двери открываются, – неожиданно сообщил по общему каналу связи капитан Ратага.

– Странно, я этого не делал, система защиты не позволила, – ответил подполковник.

– Наверное майор Батрин, – предположил капитан, а через мгновение продолжил: – Он не отвечает, его Лима выключена, как и у лейтенанта Фогах. Может они ранены?

– Тогда проверь, – приказал подполковник, хотя сам немного засомневался в этом.

– Есть.

– Лейтенант Кирэго, вы далеко? – спросил Анатолий.

– Не совсем, я скоро буду.

▾

Аккуратно заглянув за угол, Йанго внезапно увидел направляющегося к нему капитана Ратага. Наларли отбежал назад на некоторое расстояние и в ожидании зажал ЭМИ-гранату. Как только из-за угла показался капитан, Йанго кинул к его ногам гранату, которая незамедлительно сработала, спалив модуль связи и все У-Гаджеты. Несмотря на такой поворот, микандрский капитан совершил кувырок обратно за угол. Йанго понадеялся, что капитан Ратага сбежал, но через миг получил пулю в левое плечо. Невзирая на ранение, наларли откатился к стене коридора и, набрав что-то на своем УКС, тихо направился к углу прохода, где скрывался капитан. Через несколько секунд двери стали подниматься, блокируя пути отхода. Капитан Ратага попытался атаковать предателя, но наларли сумел спрятаться за поднимающейся дверью и в последний момент кинуть осколочную гранату прямо в секцию к капитану. После взрыва Йанго обратно открыл коридор и проходя мимо тяжело раненного капитана, застрелил его. Затем Йанго положил еще одну осколочную гранату прямо под тело. Через некоторое время Фогах добрался до ангара с ракетой, куда он вбежал с криками о помощи. К нему сразу выбежала майор Риз и взволнованно спросила:

– Что случилось, лейтенант?

– Меня ранили, на нас напали андроиды! Они глушили нашу связь! Капитану Ратага нужна помощь!

Майор Виктория, вколов лекарство Йанго, побежала в коридор. Наларли тем временем отыскал лейтенанта Карада и, сев около него, спросил:

– Ну что, как дела?

– Мы обезвредили эту ракету! – заявил Карад. – А с вами что случилось?

– Покоцали, – ответил Йанго, а затем с улыбкой попросил: – Слушай, включи громкую связь, а то я не слышу что происходит, моя Лима сгорела. Нашла майор нашего капитана или нет…

– Лейтенант Карад, лейтенант Йанго рядом? – спросил подполковник у товандианца, но так как Карад включил громкую связь, то Йанго все слышал.

– Так точно, – с неестественной радостью ответил наларли.

– Триарий подполковник, на капитана Ратага и лейтенанта Йанго напали андроиды, – вмешалась майор Риз, используя общую волну, – я нашла капитана, кажется он… – после этих слов связь с майором прервалась.

Для Йанго это стало сигналом, после чего он немедля застрелил товандианца Карада, сидевшего рядом с ним, а затем, с помощью своего УКС, опять закрыл главный коридор, на случай, если майор Риз выжила.

▴

– Майор Риз! Прием! – почти крикнул подполковник, когда связь резко оборвалась, но ему никто не ответил.

– Лейтенант Карад, – обратился я к товандианцу, так как с ним связь оборвалась почти сразу, после майора Риз. – Прием!

– Черт подери, это Йанго! – с презрением сказал подполковник и куда-то заспешил. – Я только что слышал, как он отдает кому-то команды! Он идет ко мне!

– Теперь понятно, для кого была предназначена та спасательная капсула, – сказал я и затаился в одной из кают.

– Только тот, кто нанял его, не собирался оставлять его в живых, – ответил подполковник. – Йанго скорее всего пошел на предательство, когда убедился в том, что здесь есть его спасительный билет.

– Какие будут приказы, триарий подполковник?

– Затаитесь, лейтенант и ждите моей команды, если я не выйду на связь через пять минут, то вы обязаны убить этого урода.

Прождав положенное время, я направился к капитанскому мостику. Стараясь не издавать лишних звуков и аккуратно продвигаясь к своей цели, я постоянно пытался выйти на связь с подполковником. Но чем дольше я не получал ответа, тем больше я убеждался в смерти подполковника. Внезапно, когда я сел в лифт, ведущий на капитанский мостик, подполковник с тяжелым дыханием произнес по У-Наушникам:

– Эта падаль андроидов нарыла…

– Триарий подполковник, вы ранены? – с волнением спросил я.

– Я уничтожил дюжину, он теперь наверняка один.

– Какие будут указания, триарий подполковник?

– Добей эту гниду, не дай ему снова отправить корабль в сторону Орбис Прайма, лейтенант. На кону миллиарды жизней, – сказав это, подполковник замолчал.

Двери лифта распахнулись и передо мной возник длинный коридор, в котором валялись сломанные андроиды. Все они пытались штурмовать помещение, скрывавшееся за одной дверью. Не теряя времени, я прошел через весь коридор и, открыв дверь, замер. В десятке метров от меня, напротив широкого смотрового окна, показывавшего открытый космос, стоял Йанго, держа пистолет у головы одноногого полковника.

– Ну здравствуй, Кирэго, – с презрением произнес наларли и, предвидя мою попытку войти внутрь, добавил: – Ни шагу более, иначе одноногий полковник, станет еще и безмозглым, во всех смыслах.

– Давай успокоимся, – начал я, подняв руки, показывая, что мне нечем угрожать.

– Давай не будем юлить, – ответил наларли. – Ты прямо сейчас идешь к ГОПТу и врубаешь его, а затем остаешься там.

– Подполковник жив? – спросил я.

– Пока да, я вколол ему немного обезболивающего и перетянул его культю, этого пока хватает, – ответил Йанго.

– Я не слышу его, – сказал я, ставя слова наларли под сомнения.

– Я отключил его модуль связи, чтобы он ничего лишнего не наговорил.

– Сначала докажи.

Лейтенант что-то поправил на спине у полковника и я снова услышал его голос:

– Кирэго, выбей стекло, ты знаешь, что другого пути нет…

– Я не могу это сделать, триарий подполковник, – ответил я, не желая оставлять на своих руках смерть старшего офицера.

Йанго не слышал этого разговора, так как подполковник и я переговаривались по У-Наушникам, а наларли отключил свой модуль связи, еще перед началом диверсии. Но поняв, что подполковник может подсказать мне, как лучше поступить, Йанго снова отключил его модуль связи.

– Он жив и ты знаешь это. Теперь дело за тобой.

– Зачем ты делаешь это? – спросил я.

– А зачем мы все это делаем? – вопросом на вопрос, ответил Йанго. – Ради собственного блага.

– И что тебе будет с этого?

– Ооо… Ты не представляешь, что будет! – заявил Йанго с такой интонацией, словно он обретет безграничную власть. – Я в одиночку ликвидировал весь отряд Белых беретов. Я не дал саботировать операцию по взрыву этого поганого Орбис Прайма, с его поганым Советом, а еще… Еще я устраню тебя и Таиренд будет пребывать в экстазе! Ты представляешь, как он наградит меня?!

– Ты планируешь улететь на спасательной капсуле? – спросил я и, зная, что так оно и есть, продолжил: – А ты знаешь, что у нее запаян шлюз?

Йанго явно не рассчитывал на такой поворот и это стало заметно по его выражению лица, так как шлем был закрыт только стеклянной вставкой. В его взгляде промелькнул страх, страх того, что его предали.

– Предателей никто не уважает, Йанго, даже Таиренд Одиум.

– Нет! – с долей сумасшествия крикнул Йанго. – Он нанял меня! Он давал слово офицера! Он обещал мне богатство!

– Похоже для него слово офицера значит тоже самое, что и для тебя, – ответил я, делая шаг вперед.

– Он не мог так поступить! Ты врешь! Ты врешь! – повторял Йанго, иногда поднимая на меня пистолет и возвращая его обратно к голове подполковника.

– Опусти оружие, – спокойно произнес я, продолжая делать шаги навстречу.

– Нет! Ты сейчас пойдешь вниз и сделаешь то, что я тебе сказал!

– А что потом? Ты улетишь на спасательной шлюпке, а я запущу корабль в Орбис Прайм? Или ты его запустишь? – спрашивал я, продолжая медленно приближаться к предателю.

– Андроиды должны были это сделать! – отчаянно выпалил Йанго.

– Но теперь их нет, твой план провалился, – произнес я и добавил: – Опусти оружие и мы все полетим домой.

– Нет, Кирэго, у меня нет дома! А там куда ты меня отведешь мне светит расстрел, – сказав это, Йанго хотел выстрелить в полковника, но я подобрался уже достаточно близко.

Собрав в себе силу и ощутив в руке дуло пистолета, я резко дернул его в сторону, после чего раздался выстрел; Йанго промахнулся и выстрелил перед подполковником. Наларли даже не успел заметить, как с помощью своей силы, я выдернул из его рук пистолет и отбросил в сторону. Оставшись без оружия, Йанго посмотрел на меня бешеными глазами и ломанулся вперед, словно снятая с привязи бешеная собака. Тогда я выгнул часть металлического потолка, подобно тому как люди очищают спелый мандарин, прямо навстречу бегущему Йанго, от чего тот получил удар в лицо. Подбежав к поверженному предателю и убедившись, что он без сознания, я быстро направился к подполковнику.

– Триарий подполковник, – обратился я к Анатолию, включив его модуль связи.

– Хорошая работа, – вяло и чуть слышно произнес он по У-Наушникам, – но тебе не всегда удастся обходиться без жертв… Войны так не выигрывают…

Взяв из своих запасов обезболивающее, я вколол его в ногу Анатолия и только тогда заметил, что подполковник прикрывал рану в животе.

– Простите меня, – сказал я, чувствуя вину за происходящее.

– Ты не виноват… – еще тише ответил офицер. – Ты хороший солдат… – последнее слово подполковник как будто выдохнул, а затем, не найдя сил вдохнуть воздуха – затих.

Настроив крейсер на нужный курс, я отправил его в пространство Зейдена, как мы и планировали с самого начала. По возвращению в штаб, командование было в восторге, несмотря на гибель всего отряда Белых беретов и двух кандидатов. Предателя Йанго расстреляли после нескольких часов жестких допросов. Он признался во всем в чем можно было, он даже рассказал, как специально разместил стальные штыри на месте главного пилота, чтобы при неудачном приземлении пилот погиб. «Сделал он это из-за алчности, подобно человеку?» – размышлял я. Это был мой первый опыт, когда предателем оказался не человек.

Фулгурская операция стала одним из самых важных этапов в моей жизни, она открыла мне двери в Белые береты и стала моей визитной карточкой во многих местах галактики. Несмотря на то, что командование считало эту миссию безупречно-успешной, я так никогда не считал. Мне до самого последнего момента казалось, что я должен был быстрее осмотреть корабль и вернуться в ангар, тогда все могло бы пойти по-иному. Но для всех это был успех, лейтенант Кирэго спас Орбис Прайм с населением выше пятисот миллиардов, но никого не интересовало, что я был не один. Что там, на том крейсере остались шестеро, преданных своему делу гвардейцев, рисковавших своей жизнью не меньше чем я сам. Мне просто повезло, что я не оказался на месте майора Роберта Батрина и не получил неожиданный удар в спину. Тогда даже мой дар, не спас бы меня от обыкновенной пули в затылок. Мертвых героев не вспоминают пофамильно и редко делают из них легенды. Эта честь достается только оставшимся в живых и до тех пор, пока они живы.

На церемонии посвящения, мне припаяли латинские букву "А" и цифру "I". Легат Совета явно не один год мечтал о таком событии и радости его не было предела. Первый в истории омнитем Белый берет заступил на службу в Космическую гвардию.

По правилам поднятия квалификации, мне надлежало еще пол года провести на лекциях и на тренировках в ангаре со симулятором погоды и местности. Мне достался тот самый, в котором я когда-то вел за собой гвардейцев на штурм вражеского укрепления, в свои первые дни на Зейдене. По завершении полугодового курса, меня решили отправить на новое задание.

Глава 25. Новое испытание.

– Незарегистрированное судно передает сигнал СОС, с безымянной ледяной планеты. Сигнал проходит по зашифрованным галльским каналам связи. Судьба экипажа меня не волнует, мне более интересно то, что галлы там искали. Иди в доки, там остался один корабль спец-назначения, правда он требует времени на ремонт. На этот случай для тебя подготовлен другой, но на нем ты будешь добираться долго, выбор не велик, все остальные корабли на фронте. Это задание не требует срочности, оно для того, чтобы проверить насколько омнитем превосходит небольшой гвардейский отряд, – закончил легат Совета.

– Вы обещали, что я вернусь в отряд, – напомнил я, когда легат Совета уже хотел забыть обо мне и моем задании.

– Правда? – удивленно спросил легат Совета, скорее всего действительно забыв об этом. – Ах ну да, Лима напомнила мне. Что ж, тогда бери корабль и лети на ВПГ к своему отряду, они должны быть там. Но задание ты обязан выполнить и лично доложить о выполнении – это приказ.

– Благодарю, триарий легат Совета, – ответил я, едва сдерживая радость.

– Свободны, лейтенант Кирэго.

"Не думал, что легат Совета меня отпустит. Сегодня он уж слишком добрый" – думал я, направляясь к докам.

– А правда что ты можешь смять металл как фольгу?! – спросил с восторгом инженер, который проводил диагностику выбранного мною корабля.

– Какое это имеет отношение к диагностике? – спросил я, желая прекратить расспросы.

– Это военная тайна?! – шепотом воскликнул инженер. – Я никому не расскажу, честное слово!

– Слушай! Когда мой корабль будет готов? – с недовольством спросил я.

– Да сейчас, сейчас… Шлюз только проверю, а то он никак не закрывается…

Спустя некоторое время молчания, механик озадаченно произнес:

– Тут такое дело… Нужно заменить один предохранитель… А их сейчас нет, нужно заказывать, а это долго… Боюсь тебе придется подождать, пока я с этим разберусь, других таких быстрых кораблей у нас нет, все на фронте.

Получить разрешение от легата Совета и застрять в ангаре… Ждать я совершенно не хотел, и такой пустяк, как предохранитель был неспособен остановить мое воссоединение с отрядом.

– Но… – протянул инженер, – я могу отдать из своего служебного…

– Ну и сколько ты за это хочешь? Хоть я омнитем, больше я не стал получать.

– К черту деньги! Я хочу ответ на вопрос! – восторженно заявил механик.

– Я слушаю.

– Правда, что ты можешь одним движением размолоть даже андроида?!

– Да, правда. Все?

– Ага! – ответил инженер и широко улыбнулся.

Когда я собирался уходить, чтобы получить немного провизии, инженер в догонку спросил:

– А во время Фулгурской операции, трудно было захватить крейсер?

– Я был в отряде, а когда ты не один – всегда легче.

Получив провизию и уже знакомую экипировку омнитема, состав которой недавно был утвержден легатом Совета, я отнес все это на свой корабль, а затем сел в кабину пилота и завел двигатели.

– Говорит лейтенант Арториус Кирэго, запрашиваю разрешение на взлет. Прием! – сказал я по рации, ожидая разрешения.

– Говорит диспетчер, во взлете отказано.

– Не понял, – с удивлением ответил я, подумав что все сегодня сговорились. – Диспетчер, мой вылет одобрен легатом Совета.

Тут я увидел, как к моему кораблю идет небольшая компания и издалека она показалась мне незнакомой, но приглядевшись получше, я поначалу не поверил своим глазам. Открыв шлюз и выйдя наружу, чтобы удостовериться в том, что мне все это не кажется, я остался стоять на месте, до сих пор пребывая в легком недоумении. Заметив, что я вышел, некоторые члены компании поспешили ко мне. Быстрее всех бежали Клемия и Райн. Лайнис подбежала ко мне и крепко обняла, как будто не видела меня целую вечность.

– С возвращением, Кирэго, я так соскучилась! – с радостью воскликнула она.

Затем подбежал Райн и обнял нас двоих.

– Я так рад видеть тебя дружище! – воскликнул он.

Тут подошел Дрекс и, взяв всех нас троих в объятия, пробасил:

– Я тоже рад! Давно тебя не видел! – сказал он, стараясь выразить трогательную радость, насколько это мог сделать монсон и приподнял нас всех.

– Что вы здесь делаете?! – дрожащим и радостным голосом спросил я.

– Легат Совета приказал нам явиться сюда и забрать тебя, – серьезно заявил Васл, подойдя ко мне и ткнув меня кулаком в плечо, в знак приветствия.

– Но он же только недавно вспомнил об этом! – ответил я, все еще пребывая в эйфории.

– И думаю опять забыл. Он направил нас сюда около тринадцати часов назад, – рассказал Райн.

– Он ведь поручил тебе задание, – сказал Далон, пожимая мне руку, – стало быть мы все снова в деле.

– Так значит, мы полетим все вместе?! – еще не веря в происходящее, спросил я.

– Да, дружище! Мы снова начнем влипать во всякое дерьмо, нашей прекрасной компанией! – воскликнул Райн.

– Сейчас, я тогда вещи возьму, – сказал я и указал на корабль, на котором я чуть не улетел.

– Кстати, а где Эрих и Туаглор? – спросил я, спускаясь по пандусу с сумкой.

– Занимаются погрузкой астерий, – ответил Райн, – думаю они с нетерпением ждут нашего возвращения.

– Кирэго, Акром-тис, я несказанно рад встрече! – заявил Туаглор и крепко пожал мне руку, когда я поднялся на наш корабль.

– Эй, герой Фулгурской операции! – весело заявил Эрих, пожимая руку, приобняв меня. – Полетели разносить галлов?

– Вы уже в курсе этой истории? – спросил я, испытывая некое огорчение.

– Вся гвардия в курсе! – воскликнул Райн. – Ты же теперь герой!

– И Белый берет к тому же, – ровно произнес Васл, указывая на мою букву "А", которую до этого никто не заметил.

– Твою ж дивизию! – с неистовым изумлением воскликнул Райн, словно выиграл в лотерее. – Ты теперь Белый берет! Ты помнишь как мы проезжали мимо них на Земле?! А теперь ты один из них! Это же ахренеть как страшно круто!

– Поздравляю, – с нотой зависти произнес Далон и натянуто улыбнулся.

– Надеюсь вы не слишком загордились, триарий лейтенант? – с наигранной официальностью, улыбнувшись, спросила Клемия и, приподняв бровь, оглядела меня.

– Это блестяще, мой друг, – радостно произнес Туаглор, – я бесконечно рад за тебя.

– Вполне не плохо, Арториус. Теперь я смогу надевать твою форму на всякие свиданья, – заявил Эрих, – девчонки падки на такую букву – хоть какая-то польза от этого значка.

Через тридцать шесть часов мы должны прибыть на ту безымянную планету. Поднявшись на борт, я сразу пошел к себе в каюту, где лег на кровать и уставился в потолок. Только сейчас я почувствовал, как у меня от неспадающей улыбки заболели щеки. Когда эйфория от встречи с друзьями немного спала, мою голову окутали воспоминания о Фулгурской операции, а именно о галльском крейсере. О моем противостоянии с Йанго и о том, что он искренне верил в своего нанимателя, не понимая до конца, какую роль он сам играл. Через некоторое время раздался стук, и ко мне зашла Клемия. За дверью слышались смех и веселые голоса, скорее всего Райн опять шутил или рассказывал небывалые истории. Этот гул стих, когда Клемия закрыла за собой дверь в каюту. Она подошла ко мне, присела рядом, и будучи еще веселой после рассказов Райна, спросила меня:

– Арторий, почему ты тут лежишь? Там ребята собрались за столом. Мы наконец-то опять все вместе, как раньше.

– Ничего не будет как раньше. За последнее время столько произошло, что я перестаю ощущать себя тем инженером с Земли, – говорил я, смотря в потолок. – Прийдя на службу в гвардию, я думал что все будет гораздо проще. Я видел армию по-другому, думал мы будем всегда сидеть на своих постах и докладывать, что все тихо. И вот идет война, я выжил в галльском лагере, успел стать неизвестно кем, смог пройти Фулгурскую операцию, посвящен в Белые береты, а я все не пойму, кто я в этой гвардии?

– Ты отличный друг, – немного погодя ответила Клемия, – друг, которого не захочешь потерять.

– Эмм… Спасибо, это очень приятно слышать, Клемия…

– А теперь пойдем! Все уже заждались нас, – ответила она веселым и подбадривающим голосом.

– Ну вот и они! – воскликнул Райн, когда увидел меня и Клемию. – Я тут рассказываю, как я тогда на Орбис Прайме с монсонами разобрался!

– Ты? Разобрался? – посмеиваясь, перебила его Клемия.

– Да! Ты и Арторий тогда сбежали и я остался вас прикрывать! – с гордостью продолжил Райн.

– Это точно. По-моему, ты так хорошо нас прикрывал, что нам пришлось убегать от монсонов через нижние уровни, – с усмешкой произнес я, усаживаясь за стол.

– За вами погналась самая малая часть той банды, – начал оправдываться Райн.

– Погоди! – вмешался Дрекс. – Мы же тогда поспорили, что ты целый день проведешь без драк! Возвращай мои деньги!

– Я тех ребят и пальцем не тронул, я их по другому сдерживал!

– Кстати, Дрекс, Райн. Простите меня за ту драку в столовой. Мне показалось что вы были заодно с галлами, а ты, Райн, вообще был начальником лагеря.

– Ничего страшного, Кирэго. Для настоящего монсона это как щелбан, – с гордостью ответил Дрекс.

– Точно! – воскликнул Райн. – Покажи что-нибудь, Арторий! Ты же не семечки щелкал все эти полтора года!

– Надеюсь корабль останется целым? – скептически спросил Васл.

– Эта штука и вправду не стабильная, Райн, может в другой раз? – предложил я, не желая выставлять свой дар игрушкой.

– Ой, да бросьте! – настаивал Райн. – Это же для него раз плюнуть, ему охота, чтобы мы поуговаривали.

– Ничего мне не охота, просто мне нечего показывать, – продолжая отбиваться от Райна, сказал я.

– На, держи, – ответил Райн и отдал мне стальную кружку с чаем.

Взглянув на стоящую передо мной посуду, а потом на веселого Райна, я со всей серьезностью спросил:

– Ты хочешь, чтобы я это выпил?

– Ну если за это дают звание Белого берета, то я сейчас полечу обратно на Зейден и сильно удивлю легата Совета! – ответил Райн и как обычно засмеялся.

Восприняв это как оскорбление, я в одно мгновение сотворил из своего чая снежок и швырнул его прямо в Райна, который отряхнувшись заявил:

– Чума! Это же круто! Все видели?

– Мдам… Теперь у галлов будут большие проблемы с чаем, – заявил Эрих Тантис и сделал глоток кофе.

Все догадались, почему я это сделал и в знак понимания замолчали, оставив в водовороте веселья только Райна. Он, заметив это, тоже смолк, осознав содеянное, присел за стол и с виноватым тоном произнес:

– Эй, Арторий, я не хотел тебя обидеть, правда.

– Может расскажешь, что на самом деле случилось во время Фулгурской операции? – пробасил Дрекс, кивнув в мою сторону.

– Командование явно рассказало в ЭГН не все, – произнес Васл, тоже желая узнать подробности.

– Если тебе не хочется говорить об этом, так и скажи, – сказала Клемия.

– То что не должно быть рассказано, не будет рассказано, – поддержав Клемию, произнес Туаглор.

– Нет, – ответил я, и выдержав небольшую паузу, собирая воедино воспоминания, добавил: – Я расскажу.

Открыв глаза, мне снова стало непонятно, нахожусь ли я во сне или все происходит наяву. Вокруг было абсолютно темно, Лима обычно выключает все приборы и свет в каюте, когда ее жилец засыпает. Потянувшись к выключателю света, который был вмонтирован около моей кровати, я провел около него рукой несколько раз, но после этого свет не включился. Встав на холодный пол босыми ногами, я на ощупь направился к выходу. Когда дверь распахнулась передо мной, моему взору открылись бескрайние зеленые поля и луга. Ступив на прохладную и влажную землю, я обернулся назад, желая узнать откуда вышел, но мне встретилась та же картина бескрайних полей. Несмотря на то, что все это выглядело невероятно, я по прежнему не мог с уверенностью назвать происходящее сном. Сам того не желая, я направился вперед, жмурясь от яркого солнца, которое освещало еле колышущуюся изумрудную траву.

– Арториус… – прозвучал голос позади меня.

Любопытство заставило меня обернуться, и я увидел стоящего передо мной человека, являвшегося в видениях.

– Здравствуй, Арториус, – сказал он.

– Опять ты! – ответил я, будто увидел какого-нибудь шарлатана. – Что тебе нужно? Ты каждый раз появляешься и ничего толком не говоришь.

– Дестинор! – резко воскликнул он. – Найди его и будь готов.

– Хорошо, уверен мы найдем его и даже не один, но проблема в том, что я долго не могу с ними контактировать.

– Проснись! Тебе и твоим друзьям угрожает опасность! – сказав это, он побежал ко мне и толкнул.

Медленно, словно под водой, я стал падать в высокую траву, чувствуя неприятное ощущение долгого падения с высоты, а коснувшись спиной жесткой земли, резко проснулся.

В моей каюте было тихо, лампа освещала помещение своим тусклым светом; Лима всегда включает в каюте тусклый свет, когда кто-нибудь просыпается. Присев на край кровати и протерев руками свое лицо, я спросил сам у себя:

– И какая опасность мне угрожает? Что вообще все это значит?

Некоторое время я просидел на своей кровати, пребывая в раздумьях, и, не придумав ответа на свой вопрос, направился в кают-компанию. По дороге я встретил Туаглора, чье выражение лица застыло в задумчивом виде.

– Доброе утро, Туаглор, – сказал я, когда товандианец молча прошел мимо.

– О! – приветливо воскликнул он, заметив меня. – Доброго времени суток, Кирэго.

– Обычно я не успеваю говорить это первым, а тут ты по-моему даже не заметил меня. Что-то случилось?

– Нет, все в порядке, – отмахиваясь сказал Туаглор, желая не давать повода для дурных мыслей, и, остановившись на месте, продолжил: – Меня просто занимает одна вещь. Как ты думаешь, возможно ли путешествие во времени?

– Ну вопросы у тебя, – усмехнувшись ответил я, хотя поймал себя на мысли, что это очень любопытный вопрос.

– В наш витэ такого развития! Ведь когда-то никто и не знал, что космические полеты на такие расстояния возможны. Когда-то жители Земли гадали, одиноки ли они во вселенной. И теперь ты показываешь силу власти над материей… Кажется нам уже нечего исследовать.

– Ну мы по прежнему не знаем наверняка, откуда приходим и куда уходим. Действительно ли Лима думает, как живой организм подобно нам или она просто имитирует наши эмоции не зная их значения. В конце концов откуда берется наше "я"?

– Но все это нельзя сравнивать с такой глобальной способностью, как путешествие во времени. Ведь если это реально, мы смогли бы столько всего узнать! Но меня в особенности интересует не это, а ответ на вопрос.

– Какой же? – с удивлением спросил я.

– Куда бы ты отправился, если бы машина времени прямо сейчас стояла перед тобой? – спросил Туаглор и замер в ожидании.

– Что ж, над этим мне стоит подумать, – ответил я, не желая с утра по раньше забивать голову подобными вопросами.

За столом уже сидела Клемия и увлеченно читала голографическую книгу, отчего не заметила, как я и Туаглор вошли в кают-компанию.

– Доброе утро, Клемия, – сказал я, направляясь к холодильнику за пайком.

– Привет, Арторий, – отложив чтение, ответила она и, заметив Туаглора, добавила: – Привет, Туаглор. А вы тут давно сидите?

– Мы только что вошли, – ответил я, садясь за стол и протягивая товандианцу завтрак. – Сегодня что-то все задумчивые.

Словно в подтверждение моих слов в кают-компанию зашел Эрих, который тоже о чем-то размышлял.

– Доброе утро, Эрих, – сказал я, тем самым освободив его от раздумий.

– Привет, Арторий, – машинально ответил он и пошел к холодильнику.

– Откуда ты знаешь, что сейчас утро? Мы же в космосе, – спросила Клемия.

– На Земле сейчас утро, – ответил я, – ничего не могу с собой поделать, но я всегда просыпаюсь в это время.

– Привет, ребята, – сказал Эрих, как будто только что встретил нас. – Кстати Туаглор, я думаю что отправился бы в будущее.

– Теперь понятно, о чем ты думал, – сказал я Эриху, а затем посмотрел на Туаглора. – Ты тоже задал ему этот вопрос?

– Ответы у людей на подобные вопросы порой очень интересные, – пожав плечами ответил Туаглор. – Как будто ты задаешь вопросы всезнающему существу, который может найти ответ на все.

Услышав это, Клемия молча улыбнулась, видимо вспомнив что-то из своего прошлого.

– А с товандианцами очень весело общаться, когда встречаешь кого-нибудь из них и захочешь спросить какую-нибудь фигню, он в начале так долго будет представляться, что ты забудешь свой вопрос, – парировал я и посмотрел на скептическое выражение лица Туаглора, который казалось был расстроен моим замечанием.

Пока он обиженным взглядом продолжал молча смотреть на меня, я почувствовал себя неловко и уже собрался принести извинения, как Туаглор, засмеялся своим слегка вибрирующим голосом.

– А люди очень забавно реагируют на молчание своего собеседника после шутки, – добродушно ответил Туаглор, когда перестал смеяться, – Если посмотреть на них обиженными глазами, то они обязательно почувствуют себя виноватыми и захотят извиниться.

– Ладно, это можно продолжать вечно, – махнув рукой, сказал я.

– Так почему будущее? – спросил Туаглор, обращаясь к Эриху.

– "Прошлое оплачено, настоящее ускользает, будьте в будущем", Гастон де Левис, – ответил Эрих.

Неожиданно для всех прозвучал голос Лимы:

– Корабль вышел из гиперпространства. Экипаж, займите свои места.

Словно по команде, Эрих вскочил на ноги и убегая сказал:

– Одевайтесь потеплее, на улице прохладно.

Быстро доев свой завтрак, мы пошли по коридору в сторону склада и вдруг корабль встряхнуло, от чего все мы с криком упали.

– Внимание! Корабль подвергся нападению! – объявила Лима.

– Маневр уклонения! – прозвучал голос Эриха из динамиков.

Поставив на ноги Клемию и Туаглора, я быстро побежал в кабину пилота, где уже Далон и Райн давали советы Эриху.

– Давай приземляйся! Мы просто спрячемся на планете! – говорил Райн.

– Отставить! Для входа в атмосферу вся мощность переходит на передние щиты, если в нас попадут, мы погибнем! – объяснил Далон.

– Хватит! Я пилот этого орла! Мы усилим мощность всех щитов и приземлимся! – крикнул в ответ Эрих.

– Но это может перегрузить всю энергосистему корабля и разрядить астерии. В таком случае мы не сможем улететь с этой планеты без дополнительной энергии! – воскликнул Туаглор, присоединившись к нам в кабине пилота.

– Мы не сможем летать здесь вечно. Галлы вот-вот взорвут нас, их корабль слишком маневренный для нашей контратаки! – ответил Эрих.

– Тихо! – крикнул я. – Эрих лучше знает, как нужно поступить. Он пилот этого корабля, ему решать.

– Держитесь! Мы входим в атмосферу! – немного помедлив ответил Эрих.

Все, кто стояли в кабине, сразу закрепили себя специальными фиксаторами, которые висели на стенах корабля, как раз на такие случаи. Начиная проходить слои атмосферы, корабль так сильно затрясло, что зубы у меня застучали как будто меня лихорадило. Так как выстрелы прекратились, мы сделали вывод, что преследователи отстали, но теперь у нас появилась другая проблема – на планете бушевал сильный буран.

– Внимание! Третий уровень опасности погодных условий. Длительные полеты не рекомендуются, – сказал Лима.

Когда Эрих посадил корабль, мы все переглянулись, не веря в благополучное завершение этой истории.

– Как удачно! – заявил Эрих. – Мы приземлились там, где указано в задании. За бортом минус девяносто три градуса по Цельсию, вы идите, а я пока скушаю мороженку.

– В какую дыру нас завел легат Совета! – недовольно воскликнул Райн, открепляя себя от настенных фиксаторов. – Сначала пустыня, на Карнаке два, теперь морозилка!

– Как сказал Кин Хаббард: "Не браните погоду – девять десятых человечества не смогли бы начать ни одного разговора, если бы погода не менялась".

Райн только фыркнул в ответ и вместе с нами молча направился к шлюзу.

– Проверьте амуницию и герметичность своих костюмов, – приговаривал Далон перед выходом, – здесь минус девяносто три градуса по Цельсию и непроходимые снежные равнины. Не расходимся ни на шаг! Туаглор, Дрекс и Васл, останьтесь на корабле, на случай если мы попадем в переделку.

Шлюз нашего корабля начал открываться, после чего вокруг моментально завыл порывистый ветер и чуть не сбил нас с ног.

– Судя по данным, здесь все время бури, – сообщил Далон по У-Наушникам, покинув корабль и пройдя несколько метров вперед, тестируя снегоступы.

– Тут всегда так холодно? – спросил Райн, последовав за Далоном.

– Не злоупотребляй обогревом, не известно как долго нам придется здесь бродить, – ответил ему Далон.

– Ладно, – ответил Райн, и воткнул в снег длинный тонкий штырь с мигающей лампочкой наверху.

Это были специальные маяки, предназначенные для операций в экстремальных погодных условиях, позволяющие беспрепятственно держать связь с кораблем и помочь найти к нему обратный путь. Пройдя почти пол километра, мы наткнулись на небольшое судно, которое посылало сигнал бедствия. Его уже почти занесло снегом, отчего было видно только край кабины.

– Отлично! Мы нашли его! – обрадовался Райн. – Только почему его занесло снегом и как мы попадем внутрь?

– Скорее всего неполадки с энергией, у корабля отказал обогрев вместе с силовым полем и его занесло, – пояснил Далон.

– Попробую что-нибудь сделать, – сказал я, подойдя вплотную к кораблю и приложив к нему руку, почувствовал приблизительные размеры этого судна, оно оказалось небольшим.

Затем я отошел от корабля на пару шагов, выставил руки в его сторону и ощутив в руках сыпучий снег, жестами начал загребать воздух. От моих движений океан снега, поглотивший корабль, начала рассыпаться волнами в сторону, образуя гору. Через некоторое время, когда показался шлюз этого судна, я наконец остановился и замер, чтобы передохнуть.

– Точно! С тобой обязательно надо будет сыграть в снежки! – радостно заявил Райн. – Вот будет весело! Только я буду за тебя.

Далон тем временем уже спустился к шлюзу и пытался его открыть, используя контактную группу для аварийного вскрытия. Получив достаточное количество заряда, дверь наконец-то открылась и мы все поднялись на борт. Вокруг было тихо и темно, ничто не указывало на выживших. Обойдя почти весь корабль, мы смогли обнаружить экипаж только у ДФП.

– Чертовы галлы, – со злобой произнес Райн, когда увидел трупы галльских солдат.

– По-моему, их корабль не был рассчитан на такие низкие температуры, – предположил я, – система обогрева не справлялась, и когда она накрылась, корабль обледенел. Прибавив в массе, он уже не смог взлететь и галлы отправили сигнал о помощи и, отключив почти все системы, остались здесь греться. Но помощи так и не дождались.

– Что им могло понадобиться тут? – спросил Далон.

– Они явно что-то искали, это не похоже на отряд диверсантов.

– Надо посмотреть их бортовой журнал, – сказал Далон и направился в кабину пилота.

– Как ты собираешься прочитать этот журнал, если тут нет энергии? – спросила Клемия, когда мы все последовали за ним.

– У галлов все есть на такие случаи, все бортовые журналы снабжаются отдельным источником энергии, – ответил Далон.

Отыскав на панелях управления очередную контактную группу, Далон с расстановкой произнес:

– Нужно лишь только оживить этот резервный источник и все заработает.

Через несколько мгновений, недалеко от нас загорелся небольшой экран. Просмотрев несколько файлов, Далон воскликнул:

– Вот! Они совершили экспедицию! В пещеру, недалеко отсюда.

– Больше ничего? – спросил я, закончив осмотр кабины и направившись к компьютеру.

– На, сам посмотри, – ответил Далон, уступив место в кресле.

– Мы нашли то, что искали, говорящий обелиск раскрыл истину. Генерал будет доволен, я доложу лично об этом успехе, – произнес я, озвучивая текст последнего доклада.

– Что за говорящий обелиск? – удивился Райн. – Это как Дрекс что-ли?

– Они прилетели за Дестинором, – заявил я, встав из кресла, – пещера от нас недалеко, я должен пойти туда.

– Может лучше устроить засаду? – предложил Райн, – Ведь те галлы, которые нас преследовали, явно не просто так оказались здесь. Они наверняка летели на сигнал этого корабля.

– И сколько мы их будем ждать? – спросил Далон. – Они могут и вовсе не показаться здесь. Лучше закончить то, что начали и убраться отсюда, пока не прилетел какой-нибудь галльский линкор, как тогда, на Марсе.

Покинув галльский корабль, мы пошли на север, полагаясь на координаты, вычитанные из доклада. Два километра не такое уж и большое расстояние, если бы не погода. Вьюга набирала мощь и порой у нее хватало сил опрокинуть нас на снег. Тогда она тотчас пыталась нас замести, что было очень опасно. Пройдя некоторое расстояние, Клемия усталым голосом спросила:

– Может нам стоит вернуться?

– Нет! У нас есть задание! – ответил рассерженный Далон. – Мы обязаны его выполнить!

– Хорошо, триарий лейтенант. Но мы так далеко не… – сказал Райн, как вдруг, ветер толкнул его в снег.

Внезапно я почувствовал какое-то тяготение, словно что-то потянуло меня на поводке в другую сторону.

– Триарий лейтенант, – сказал я, обращаясь к Далону, который помогал Райну вновь встать на ноги, – нам нужно идти на запад.

– О чем ты? – с непониманием спросил Нотиван. – Нам нужно идти на север, так сказано в докладе.

– Я просто чувствую, что нам надо на запад, – повторил я, смотря в ту сторону.

– Триарий лейтенант, давайте доверимся Арторию, он же чародей, – попытался поддержать меня Райн.

– Я не чародей, – возразил я.

– Ну значит колдун, это не важно, – ответил Райн.

– И не колдун тоже!

– Тихо! – скомандовал Далон и, посмотрев на меня, с неохотой добавил: – Ладно, веди нас, Кирэго.

Свернув налево, мы двинулись на запад, вверх по склону огромных снежных холмов. С каждой минутой мое ощущение тяготения увеличивалось, как будто меня притягивало магнитом и чем ближе – тем сильнее.

– Лейтенант, – слегка дрожащим голосом, обратилась ко мне Клемия, – не знаю как вы, но мне становится холодно.

– Еще немного! – обнадеживал я, хотя сам не знал, сколько нам еще осталось.

– Я, так вообще, почти не чувствую конечностей! – пожаловался Райн, втыкая очередной маяк в склон холма.

– Ты уверен, что ведешь нас в правильном направлении? – спросил Далон.

Ничего не ответив, я изо всех сил поспешил на вершину холма и, оказавшись на месте, сказал:

– Уверен.

Перед нами возвышалось подножие огромной горы, основное величие которой скрывал буран. Лезть наверх нам, к счастью, не пришлось, мое внимание привлек небольшой жилой контейнер, который часто использовали группы исследователей. Внутри него мы не нашли ничего интересного, кроме обледенелых постелей, но это было и не важно. Этот контейнер стоял близ пещеры, которая явно и была жемчужиной этой планеты.

– Заходим тихо и аккуратно. Смотрим под ноги – мы не знаем, что там может быть внутри. Используйте фонари, а не ПНВ – экономьте энергию, – сказал Далон и начал первым спускаться в пещеру.

Чем глубже мы спускались, тем холоднее становилось, Лима объявила сто девятнадцать градусов по Цельсию, но меня ничто не могло остановить, холод был мне, вовсе, нипочем, зов Дестинора как будто согревал меня.

– Тут наверное холодно как на Синире! – проговорил дрожащим голосом Райн. – А нам говорили, что эти скафандры дадут продержаться около недели.

– Так и есть. Можно продержаться около недели, только нужно иметь комплект жизнеобеспечения для экстремальных температур, – поправил Далон. – А это начиная от минус ста пятидесяти.

– Я замерзну раньше, чем он включится, – ответил дрожащий Райн.

– Погоди… – сказал Далон и остановился, после чего все последовали его примеру.

Затем он подошел к Райну, осмотрел его скафандр и с неподдельным интересом спросил:

– Ты дебил?

– Только по выходным, – дрожащим голосом огрызнулся Райн.

– Ты зачем включил вентиляцию? У тебя же обогрев работает!

– Я думал это дополнительный обогрев, – ответил Райн.

– Я предупреждала, штаб-сержанта Донивана, о том, что данная функция не обогревает, – пояснила Лима, на общем канале связи.

– Выключи вентиляцию и обогрев убавь. Такими темпами у тебя заряд скоро сядет. Ты вообще читал инструкцию по эксплуатации? – продолжал Далон.

– Ну… – протянул Райн, – читал, но не все…

– ЛИМА, ты должна была отключить вентиляцию, если вокруг отрицательная температура, почему ты не сделала этого? – рассержено спросил Далон.

– Штаб-сержант Дониван запретил мне самостоятельно осуществлять управление его скафандром. По протоколам взаимодействия с людьми, я обязана была выполнить эту команду. Исключение может составить риск для жизни штаб-сержанта Донивана, что пока не было зафиксировано, – ответила Лима.

– Что!? – воскликнул Далон. – Это грубейшее нарушение техники безопасности, Райн!

– Да ладно, в прошлый раз все было нормально же.

– Ты это делаешь не в первый раз? – укоризненно спросила Клемия, вмешиваясь в разговор.

– Ой нет! Давайте не сейчас! – взмолился Райн.

Тем временем, пройдя еще несколько метров вперед, я вышел из узкого коридора и оказался в большой пещере с высоким сводом, которую освещало синее свечение.

– Вот оно! – воскликнул я и побежал вперед.

– Стой! – рявкнул Далон, оправившись от выходки Райна.

Посередине ледяной пещеры стоял Дестинор, а вокруг него лежали трупы пятерых галльских солдат. Видимо они подверглись влиянию кристалла и не выдержали напряжения.

– То есть вот оно что, – начал рассуждать Далон, – галлы тоже активно ищут этих Дестиноров.

– Ну да, на Марсе то они тоже были, – напомнил Райн.

– Но зачем им это? Знают ли они то, что знаем мы?

Пока ребята рассуждали, я медленно направлялся к Дестинору, в ожидании, когда вновь провалюсь в пустоту.

– Странно, – произнес я, когда вплотную подошел к кристаллу и смог дотронуться до него.

– Что именно? – спросила Клемия.

– Раньше я просто подходил к Дестинору и видения сами приходили…

– Может ты попробуешь помедитировать около него? – предложила Клемия.

– Ладно. Только не подходите к нему слишком близко, – предупредил я.

Усевшись около кристалла, я начал всматриваться в него, представляя что вокруг меня, кроме Дестинора ничего нет, только пустота. Затем, закрыв глаза и просидев так несколько минут, меня неожиданно кто-то окликнул:

– Арториус.

Открыв глаза, я увидел перед собой того незнакомца из моих видений. Вокруг меня уже не было той пещеры и самого Дестинора, мы сидели на солнечной поляне, в тени огромного дерева.

– Наконец-то мы встретились, – с улыбкой произнес человек. – Меня зовут Прото-Мэнто.

– Кто вы? Вы хотели встретится со мной, зачем?

– Я – элнонианин, я – твой отец.

– Что?! – ошарашено спросил я и даже отсел чуть подальше. – Это невозможно!

– Не принимай это буквально, – с улыбкой пояснил Прото-Мэнто. – Я хотел сказать, что именно наша раса является вашим прародителем.

– В смысле?

– Но сейчас это не имеет значения, ты все узнаешь в свое время. Сейчас тебе нужно узнать кем ты стал. Тот дар, который ты получил, является новым этапом эволюции разумной формы жизни.

– Но как от маленькой капли горькой жидкости, могли произойти такие изменения? – перебил я Прото-Мэнто.

– Имей терпение! – сердито прервал меня элнонианин, а затем, успокоившись продолжил: – Я расскажу все сначала. Все в этом мире состоит из частиц омнес, абсолютно все. Это есть абсолютная фундаментальная частица вселенной и то, что ты видишь, будь то дерево или пустота, все это состоит из частиц омнес. Она является началом начал.

– Но это же переворачивает всю науку с ног на голову! – возразил я.

– Твое суждение лишний раз говорит о невежестве вашего учения, – небрежно махнув рукой, словно отгоняя кого-то, произнес элнонианин. – Мы смогли доказать, что все в этом мире состоит из частиц омнес, иначе омнитемов не существовало бы. Если все вокруг из этих частиц, значит мы сами из них состоим. Выдвинув теорию о том, что мы сможем воздействовать на них, так как являемся ими, нами был создан раствор, который изменил строение нашего мозга, так, что мы смогли влиять на окружающий нас мир. Это и есть главное и неоспоримое подтверждение моих слов.

– Погодите, – перебил я Прото-Мэнто, – то есть частицы омнес везде, а мы…

– Мы просто их комбинация, – продолжил мою мысль элнонианин. – Это как программный код, из двух повторяющихся цифр, можно создать миллиарды комбинаций, так же и здесь. Частицы омнес бывают положительные и отрицательные. К сожалению, мы не успели узнать точный механизм их взаимодействия между собой, но принцип работы уже понятен, им можно руководить с помощью воображения.

– Стойте, а как тогда управлять… – хотел спросить я.

– Это тоже не имеет значения, – вновь перебил меня элнонианин. – Пока что ты должен узнать только основы, со временем ты все поймешь. Главное сейчас чтобы ты узнал, кем ты являешься.

– Омнитемом, – ответил я. – Кстати, откуда вам известно, что меня так называют?

– Потому что мы тоже так себя называли, только на своем языке.

– Стойте! – воскликнул я, только что осознав один факт: – Как мы можем понимать друг друга, если наши народы никогда не встречались?!

Прото-Мэнто удрученно посмотрел на меня и сказал:

– А факт разговора с призраком, тебя не волнует?

– Ладно, я буду просто слушать, а об этом узнаю позже, – смиренно ответил я.

– Мы открыли три вида влияния на окружающий мир. Первый – это воздействие на простую материю, твердую и жидкую: камень, железо, вода. Ты можешь перемещать их в окружающем тебя пространстве и деформировать их. Ты влияешь через частицы омнес на примитивную материю. Второй вид – это влияние на примитивные живые организмы, создание химических реакций, а так же влияние на плазму и газообразную материю. Ты воздействуешь через частицы омнес на сложную материю. Третий вид – самый совершенный, ты сможешь влиять непосредственно на свободные частицы омнес, ты будешь владеть телекинезом, сможешь создавать силовые поля и входить в другие измерения. Все это мы назвали: "Три вида бытия".

– Я сейчас могу использовать первый вид. Ведь так?

– Именно.

– Но что за аура появляется вокруг меня? – поинтересовался я.

– Я не знаю ответы на все, но я знаю что при использовании первого вида бытия, появляется алая аура. При использовании второго вида – синяя. При использовании третьего вида – зеленая, – сказав это, Прото-Мэнто посмотрел вдаль позади меня и мечтающим голосом добавил: – Помню когда мы поочередно использовали все три вида бытия и ауры переливались, то зеленым, то алым, то синим. Красивое зрелище старых времен…

– А что тогда значит белый цвет? Мне сказали, что я однажды светился таким светом.

– Ты – телиос, – элнонианин сделал короткую паузу. – Человек, который может входить в состояние полного контроля над частицами омнес, а значит и всего вокруг. Это не сравниться с поочередным использованием силы, когда ты используешь все по отдельности. В состоянии телиоса, ты способен одновременно комбинировать все три вида бытия. Раньше среди нас было не мало таких элнониан.

– А как входить в такое состояние? – поинтересовался я.

– Это пока что не главное, главное то, что если ты используешь три вида бытия поочередно, то тебе ничего не угрожает. Но в состоянии телиоса ты сильно уязвим. Ты настолько тонко контролируешь все вокруг, что почти растворяешься в частицах омнес. Если ты слаб духом и разумом, то ты просто рассеешься. Тоже самое произойдет, если ты не сможешь сдержать сильные изменения в окружающей среде, будь то, к примеру, мощный взрыв.

– Ладно, я с этим разберусь. Как войти в это состояние?

– Чтобы осознанно войти в состояние телиоса, ты, для начала, должен познать все три вида бытия. Ты все постигнешь со временем.

– Тогда как научиться остальным видам? – спросил я.

– Имей терпение! Только будучи терпеливым и умиротворенным, ты сможешь все постичь.

– Хорошо, я понял, понял, мне просто интересно, – ответил я и вздохнув добавил: – Теперь все более-менее понятно.

– Поскольку все вы наши дети, большинство из вас способны обладать этим даром, – продолжил Прото-Мэнто. – Ты так же можешь передать свой дар, дав выпить другому пять капель твоей крови. В нем откроется одна из трех способностей или не откроется вовсе.

– Почему только одна или вовсе не одной? – удивился я.

– Среди ваших рас нет чистого представителя нашей расы. Способность получат только те, кто максимально генетически похож на нашу расу. Чем больше совпадений с нашим генетическим кодом, тем больше шансов стать телиосом. Но даже среди нас не все подряд могли владеть какой-либо силой или быть телиосом, ваши шансы еще меньше. Эта сила – "талант адепта", так мы это назвали, и не каждый может им владеть.

– То есть я могу быть не единственным, кто может входить в состояние этого телиоса?

– Да, – многозначительно ответил Прото-Мэнто.

– Стоп, – сказал я, прокручивая всю информацию в голове. – "Среди ваших рас нет чистого представителя нашей расы"? То есть микандры, товандианцы…

– Да. Вы все наши потомки.

– Ахренеть! – воскликнул я и схватился за голову. – Как же так получилось?

– Я расскажу это когда придет время.

– Но постойте, вы еще сказали: "Способность получат только те, кто максимально генетически похож на нашу расу", то есть только вы умеете управлять частицами?

– Нет, просто раствор меняющий строение мозга, был создан вашими цивилизациями именно по нашему рецепту. Предвидя твой следующий вопрос, отвечу сразу, о нем поведал один из Дестиноров. Потрясающие изобретения, но об этом расскажу в другой раз.

– Ладно, что мне делать с этими способностями? – спросил я. – Это ведь навсегда, как я понял.

– Решать тебе… Но прошу тебя, не используй свои умения для насилия. Мы создали путь к этому дару ради науки, а не ради войны. В мире существует тысячи вещей, которые созданы для убийства. Не дай и этому открытию стать оружием.

– Но в нашем мире идет война…

– Я знаю. Войны у живых организмов неизбежны. Когда на нас стали нападать другие расы, нам пришлось использовать наш дар. После победы над врагом, мы поклялись никогда не применять наш дар для нападения. Тебе дана великая сила, используй ее, для создания и поддержания мира, – затем элнонианин смолк и нахмурился, будто вспомнил что-то неприятное. – Есть еще кое что – эксагнисты, скоро они прибудут и уничтожат все!

– А это кто?! – удивился я.

– Нет времени! – неожиданно воскликнул Прото-Мэнто. – Тебе угрожает опасность, Арториус!

– Но как мне снова с вами говорить? – спросил я.

– Так же как ты владеешь материей! – ответил он и коснулся моего лба.

Внезапно я открыл глаза и увидел белоснежные равнины и отдаляющийся жилой контейнер. Оказалось меня кто-то нес на плече, наверное ребята взяли меня и отправились обратно к кораблю. Но когда я увидел, что наравне со мной идет галльский солдат, я сразу же понял о какой опасности предупреждал Прото-Мэнто. Собравшись с силами, я оттолкнулся от носильщика в сторону, сделав кувырок, обернулся и увидел трех солдат в защитных галльских скафандрах. Двое из них сразу открыли по мне огонь. Третий вдруг засиял зеленой аурой, наставил в мою сторону руку и меня что-то резко швырнуло в сторону. В последний момент я снова сделал кувырок, встал и начал представлять таяние снега и его превращение в воду, а затем, изображая бросок, одновременно представил страшный мороз и острые сталактиты. В результате несколько острых ледяных игл полетели прямо в галлов. Конечно броски были не точными, но мне удалось попасть одному из солдат в плечо, от чего тот упал без сознания и больше не представлял угрозы. Во время моей второй попытки, галл с зеленой аурой, в ответ скрестил на себе руки и все ледяные иглы, которые я метнул в его сторону, разлетелись на кусочки, буквально в метре от него. Второй галл, который спрятался позади него, продолжил стрелять в меня. Моим спасением была вьюга, которая не давала галлу точно прицелиться. Вдруг снежный вихрь начал набирать еще большую силу, а затем я услышал завывающие звуки турбин корабля – это оказался "Архангел", зависший в воздухе, прямо надо мной. Увидев, что его шлюз открыт, я быстро побежал в его сторону. Под лазерные выстрелы врага, я остановился на уровне шлюза, представил будто я стою босиком на твердом снегу, а затем вспомнил, как мы с ребятами поднимались в кабине лифта, на Орбис Прайме, столб снега начал поднимать меня прямо к шлюзу корабля. В один момент, галл все же попал мне в руку, хотя он и не ранил, но ход моей мысли сбить смог, поэтому я поднялся не до конца. Немного недоставая до края платформы, я прыгнул и ухватился за ее край. Тут подоспели ребята и помогли мне залезть внутрь.

– Летим отсюда! – крикнул Далон.

"Архангел" быстро начал набирать высоту и через пару минут мы были уже в открытом космосе.

– Лейтенант, вы до смерти перепугали меня! – воскликнула Клемия, а затем, посмотрев на остальных, добавила: – Ну и не только меня.

Стоявший рядом Райн похлопал меня по плечу и сказал всем:

– Я же говорил, что веревка не понадобится.

– Кто это был? – спросил Туаглор.

– Я не знаю. Но он владеет третьим видом бытия! – ответил я, переводя дух.

– Чего? Чем владеет? – с недоумением спросил Райн.

– Это был Таиренд? – спросил Васл.

– Нет, это был вроде галльский солдат. Но мне почему-то кажется, что я его уже встречал.

– Погоди, ты что-то говорил про какое-то бытие, – напомнил Райн. – Ты в секту записался?

– Я сам до конца всего не понял. Идем в кают-компанию, я все вам расскажу.

Глава 26. В пути за новой подсказкой.

– Значит ты у нас теперь супермен, который может менять все вокруг? – спросил Райн, после моего рассказа. – Да это же ахренеть как круто!

– Элнониане наши прародители, – произнесла Клемия, поражаясь своим собственным словам. – Теперь понятно, почему возможны межрасовые союзы, мы все один вид. Интересно, когда они существовали?

– Эй, ты хочешь сказать, что Дрекс мне приходится братом!? – с отвращением спросил Райн и посмотрел на монсона.

Дрекс в ответ посмотрел на Райна и ехидно улыбнулся.

– Но мы лишь отдаленно похожи друг на друга, как мы можем быть одного вида? – поинтересовался Туаглор.

– Имей терпение, – со вздохом процитировал я Прото-Мэнто, не зная ответа на этот вопрос.

– А этот галл… Ты сказал, что у него была зеленая аура, – начал Васл, – откуда он может знать этот третий вид бытия?

– Этого я не знаю… – ответил я.

– Как ты научишься другим видам бытия? – поинтересовался Туаглор.

– Этого я тоже не знаю.

– А что это за эксагнисты? – спросил Далон.

– Прото-Мэнто ничего толком и не объяснил. Он сказал, что нужно

лететь на их планету, там я найду ответы.

– Но как мы ее найдем? – спросил Туаглор. – Я уверен, что в списке нашей карты мы не отыщем никакого Элнона, а в нашей галактике более трехсот миллиардов планет и не все они занесены в базу данных.

– Нужно найти еще несколько Дестиноров, – сказал Васл, – благодаря им мы не стоим на месте.

– Но на их поиски, у зондов гвардии, уйдет немало времени, – ответил я. – В добавок мне наверное нужно вернуться на Зейден и доложить легату Совета об прошедшей операции. Он не уточнил, как я должен доложить об окончании операции, лично или по голосвязи.

– Не волнуйся об этом, – произнес Далон. – Легат Совета сказал, что тебе не нужно возвращаться.

– Ты с ним говорил? – спросил я.

– Сразу после нашего отлета с ледяной планеты.

– Отлично! – пробасил Дрекс, потирая все свои четыре руки. – С чего начнем?

– Надо лететь на Ресал девять, – с тоном знатока сказал Эрих, попивая кофе. – Если командование, Совет и сам Бог, не знают ответа на какой-либо вопрос, то нужно искать его на Ресале девять.

– С Богом ты получается переборщил, – произнес Далон, – мы только что узнали, что у нас есть прародители и именно они нас создали…

– Странно, триарий лейтенант, вы потеряли веру только сейчас? – поинтересовался Туаглор.

– Факты неоспоримы, – ответил Далон. – Глупо отрицать это.

– Мой народ потерял веру, когда обнаружил вашу планету и не встретил там ни одного товандианца, – с улыбкой сказал Туаглор. – Сейчас вера больше походит на дань нашей культуре, чем на реальные убеждения.

– Не портьте момент, – отмахнулся Эрих. – Так, просто, круче звучит.

– Ладно, тогда летим на Ресал девять, – объявил я, поддерживая Эриха.

– Но есть одно "но", – предупредил Тантис, – у нас не так много астерий, так что это будет путешествие в один конец. На Ресале девять нам придется закупиться.

– Значит закупимся, – ответил Далон.

– Принято. Пойду пока проложу маршрут, – ответил Эрих и ушел.

Посидев некоторое время, все постепенно начали расходиться по своим каютам, а я направился к Далону, чтобы узнать, как прошла беседа с командованием. Подойдя к двери, я хотел постучать, как вдруг услышал восклицание Нотивана:

– Нет!

Замерев на месте, около входа, я притаился, а затем приложил ухо к двери и прислушался, но ничего не разобрал. Тогда я представил, что приложил ухо к листу бумаги, отделяющему коридор и каюту. Спустя доли секунд Далон опять заговорил, теперь я все отчетливо слышал:

– Прошу вас, у меня все под контролем!

– Мне трудно в это поверить, лейтенант. Исходя из докладов Лимы, вы утрачиваете свой авторитет в этом отряде.

– Триарий легат Совета, Арториус выполнил ваше задание, под моим командованием. Мы также находим ответы на все интересующие вас вопросы. Сейчас мы полетим на Ресал девять…

– На планету наемников и воров? Это ваша идея? Мне кажется вы не поняли на каких условиях вы до сих пор возглавляете отряд.

– Арториус – ключ к величайшему открытию! Он может привести нас на планету давно ушедшей цивилизации!

– Я нанял вас, лейтенант, чтобы вы любой ценой сохранили ему жизнь, – ответил легат Совета. – А не пытались сделать его ключом к вашей славе первооткрывателя. Кирэго – главное оружие Космической гвардии, идеальный солдат, но из-за своей силы, он может быть неуправляем. Как я понял, для него высоким авторитетом являются друзья, так и направляйте его по безопасному пути.

– Мне посадить его на поводок, как пса? А в нужный момент вы дадите команду "фас"?

– Достаточно, лейтенант! – воскликнул легат Совета. – Я больше не желаю спорить с вами. Для меня важно, чтобы этот "пес", как вы выразились, остался в живых и служил на благо гвардии. Если вы не в состоянии обеспечить ему безопасность… Впрочем, вы знаете что будет, лейтенант. Конец связи.

После разговора Далона с легатом Совета, мне стало немного не по себе и я решил пойти в свою каюту, но встретил по дороге Туаглора и Клемию.

– Ребят, у меня к вам есть вопрос, но лучше разговор продолжить в другом месте, – сказал я и подтолкнул обоих к дверям моей каюты.

– Что-то случилось? – спросила Клемия, когда я заблокировал дверь своей каюты.

– Я услышал странный разговор между Далоном и легатом Совета, речь шла о контроле надо мной. Легат Совета считал, что Далон может влиять на меня и он остался командиром именно поэтому, но теперь Гарнед засомневался в нем.

– Потому что Далон не имеет контроля над тобой? – спросил Туаглор и задумчиво прищурился.

– Я спрашиваю все это, потому что не знаю, что с вами было все эти полтора года. Далон мог лишиться звания командира отряда?

– Насколько я поняла – да, – ответила Клемия. – Когда тебя забрали, всех нас стали расспрашивать, что могло повлиять на тебя, откуда у тебя такая сила.

– Но не это главное, – перебил Туаглор, – ты единственный в нашем отряде, кто может контактировать с Дестинорами, а без тебя наш отряд не мог выполнять свою основную задачу. О тебе не было никаких вестей и нас могли расформировать, но командование почему-то не давало такой приказ. Вместо этого нам поручили разыскать гвардейского шпиона. Он бежал из Галлии и должен был доставить сведения лично легату Совета, но прибыв в Гирронию, он исчез. Опустив подробности этого расследования – скажу, что этого шпиона схватила одна организация, называющая себя Несвидент. Ее лидер – Зрячий, занимается продажей разного рода информации, думаю тебе доводилось о нем слышать. Так вот, Далон во время операции по освобождению нашего шпиона, посчитал, что сможет поймать заодно и этого Зрячего, так как допрос шпиона устраивал лично он. К сожалению во время погони, Далону пришлось делать выбор – спасать шпиона или, пожертвовав им, продолжить преследование Зрячего. Как говорят люди: "Не гонись за двумя зайцами, ни одного не поймаешь". Легат Совета мог легко разжаловать Далона до рядового и отправить на фронт, но почему-то не сделал этого.

– Но Зрячий – это скорее миф, чем реальность, его никто и никогда не видел дважды, – сказал я, не понимая на что рассчитывал Далон. – Даже министерство разведки Анрилии оставило попытки схватить его. Никому просто не удалось приблизиться к нему, так как не известно кто на него работает. Есть информация, что сотрудников у него немало, но еще никого не смогли разоблачить или хотя бы заподозрить.

– И Далон решил попробовать стать первым, кто схватит его, – кивая сказал Туаглор. – Это было похоже на ва-банк при игре в покер с открытыми картами.

– Что ж, теперь мне все ясно, – сказал я, прогуливаясь по комнате.

– Что ты планируешь делать, Арторий? – поинтересовалась Клемия.

– Ничего. Буду делать то, что должен. Нашему миру явно грозит какая-то опасность, я это чувствую и я не допущу этого, – решительно произнес я.

– Такая фраза отлично подошла бы для фильма о крутых ребятах, спасающих галактику, – сказал Туаглор и с улыбкой покивал головой.

– Если я получил такую силу, ею нужно правильно воспользоваться.

– А что если Далон в какой-то момент не даст тебе свободно действовать? – спросила Клемия.

– Надеюсь этого не будет, – задумчиво произнес я, вспоминая предательство Йанго.

– С другой стороны, – начал Туаглор, – никто не заставляет тебя становиться героем. Можно оставить эту роль Далону.

– По-моему, Далон думает только о карьере, я его не обвиняю, но это так и есть. И в определенные моменты, когда ему придется пожертвовать своим благополучием, он не сможет этого сделать, – сказал я, а затем посмотрел на Клемию: – Ты помнишь Валин и Рену, пожилую пару, которая укрыла нас на Орбис Прайме? Они в таком положении, только из-за того, что кто-то решил подумать только о себе. Не нашлось того человека, который бы смог добиться направления на лечение, рискуя своей должностью. Несмотря на все это, они стараются сделать этот мир лучше, помогая заблудившимся людям на нижних уровнях. Сейчас я осознаю, что более не смогу спокойно спать, пока эта страна нуждается в помощи. Говоря о стране я не имею ввиду Совет, нет, я говорю о людях которые здесь живут. О людях, которые не могут себя защитить.

– Тогда мы с тобой, Кирэго! – поддерживающе заявил Туаглор, положив руку на мое плечо. – Мы ведь одна команда! А еще, нет ничего лучше, чем хорошая команда, идущая навстречу благородным целям.

– Думаю все тебя поддержат в этом, – сказала Клемия, положив мне руку на свободное плечо.

– Спасибо, это то, что мне нужно было услышать.

– Внимание, экипаж, – объявил Эрих, по громкоговорителю, – маршрут проложен и мы только что перешли в гиперпространство. Стазис-капсулы уже готовы.

Спустя два дня мы, наконец, проснулись и заново расцвели. Лима доложила нам о состоянии корабля и объявила, что до Ресала IX осталось не более двух с половиной часов полета. Переодевшись в своей каюте, я направился в кают-компанию, где должен будет проходить общий сбор, как это обычно бывает перед любой операцией. Когда я почти показался в открытом проходе, мне вдруг послышались голоса Васла и Далона:

– Я не знаю, что мне делать. Все это плохо может кончиться!

– Спокойнее, Далон. Тут главное не накрутить себя. Сначала реши, как бы ты поступил.

Услышав это, я притаился прямо около входа и продолжил слушать.

– Я не хочу убивать его! – нервно ответил Далон.

– Значит ты этого не сделаешь, – спокойно ответил Васл, но вместе с тем он произнес это как приказ.

– Но он мешает! Как бы ты поступил на моем месте?!

– Я бы не выбивался в командиры отряда, чтобы не иметь таких проблем.

– Хоть бы до этого не дошло, – дрожащим голосом говорил Далон.

– Я дам тебе совет: будь решителен и не делай необдуманных поступков.

– Тебе плевать на Арториуса? – спросил Далон.

– Я такого не говорил.

– Закроем тему. Мне тошно говорить об этом, – уже спокойно ответил Далон.

– Как скажешь, лейтенант, – с некой иронией ответил Васл.

После этого я хотел войти, но вдруг услышал голос Клемии:

– Привет ребята, а где Арторий?

– Наверное у себя в каюте, он еще не приходил, – ответил Васл, так как Далон еще не мог окончательно успокоиться и его поведение вызвало бы ненужные вопросы.

Когда Клемия ушла, Далон вновь спросил:

– А что с ней? Она горой за него встанет, под пули полезут и Райн с Туаглором.

– Ты считаешь их дураками? – вызывающе спросил Васл.

– Нет. Вовсе нет!

– Значит делай как они. Я уже говорил… Сначала определись: что тебе дороже, карьера или…

Тут я осознал, что задерживаться больше нельзя, Клемия уже наверняка дошла до моей комнаты и идет искать меня. Тихо отойдя на несколько шагов назад, я направился к своей каюте. Около двери я встретил Клемию, которая никак не решалась постучать.

– Клемия? – произнес, я подойдя со спины.

– О! А я думала ты в каюте, – немного растерянно сказала она и застенчиво улыбнулась.

– Ты что-то хотела?

– На счет того разговора, мне удалось узнать мнение Эриха и Дрекса, они всецело поддерживают тебя.

Услышав это, я посмотрел в сторону, а затем с усмешкой спросил:

– Надеюсь ты не считаешь это каким-то переворотом?

– Ни в коем случае, Арторий! – воскликнула она. – Никто так не считает.

– Я не хочу, чтобы кто-то пострадал из-за меня и Далона, – сказав это, меня вдруг осенила одна идея, которую я некоторое время молча обдумывал.

– Что? Что ты задумал? – настороженно спросила Клемия, почувствовав что-то неладное.

– Наверное так будет лучше… – еле слышно пробормотал я, когда идея о моем уходе из отряда окончательно показалась благоразумной.

– Ты хочешь уйти из отряда? – встревоженно спросила Клемия, словно прочитав мои мысли.

– По-моему, так будет лучше, – сказал я и, чтобы пресечь порыв дружеских чувств, добавил: – Мастер-сержан, Лайнис.

Последние слова, заставили Клемию невольно поджать губы и после легкого вздоха она ответила:

– При всем уважении, лейтенант Кирэго, я считаю ваш поступок необъяснимо глупым!

– Это жертва ради общего блага, на которую Далон не пойдет. Но кто-то из нас должен так поступить.

– Разрешите идти? – спросила Клемия и вытянулась в по стойке смирно.

– Я уйду, когда подвернется случай, – ответил я и отвел взгляд в сторону, так как более не мог выдерживать кричащий взгляд Клемии.

Посчитав мой ответ, как одобрение, Клемия молча ушла, оставив меня наедине со своими мыслями.

– Привет ребята, как спалось? – спросил я, войдя в кают-компанию; Клемия сидела в углу, стараясь не обращать на меня внимание.

– Неплохо, – спокойно ответил Васл.

Затем, через мгновение, к нам присоединились все остальные.

– Через пару часов, – начал Эрих, – мы прибудем на старый добрый Ресал девять. Сначала пойдем на рынок, где я спрошу кое-что у пары ребят. Затем двинем к местному бару, где и узнаем все что нужно.

– С чего такая уверенность? – спросил Васл.

– Я знаю некоторых людей, которые могут помочь нам в нашем деле. Работая уборщиком в баре, чего только не наслушаешься.

– Стало быть ты их знаешь, а они тебя нет? – спросил Туаглор.

– Ну, это если очень просто объяснять, – поправил Эрих.

– Что ты планируешь у них узнать? – спросил Далон, стараясь вновь вернуть свой слегка надменный командирский тон.

– Они торговцы информацией, может даже работают на Зрячего, но не в этом дело. Они в курсе всех историй наемников и мародеров. Если кто-то и из них нашел Дестинор, то они обязательно заявят о своей находке в каком-нибудь баре.

Ресал IX – планета-рынок, по размерам не больше Земли. Большую часть поверхности покрывают огромные торговые ряды, напоминающие руины постапокалиптического мира. Рынок простирается не только на поверхности, но и под землей, на многие уровни. Чем ниже спускаешься, тем больше вероятность найти что-то более экзотическое. Ресал IX является нейтральной планетой со своим суверенитетом и находится во власти местной группы влиятельных торговцев. Несмотря на отсутсвие здесь всякого закона, преступность на Ресале IX ниже, чем на Орбис Прайме, так как все торговцы могут свободно носить оружие; из-за этого каждая лавка напоминает оборонительное укрепление ополченцев. Помимо вооруженных торговцев, местные наемники, которые любят скрываться здесь от закона в обмен на укрывательство, так же обеспечивают безопасность всех присутствующих. Может показаться, что здесь могут прятаться все наемники галактики не боясь суда, но это не так, Ресал IX может их просто прятать от правосудия, но не защищать, если представитель власти покажет всем объявление о розыске, то он может спокойно арестовать беглеца. Владельцы Ресала IX сами установили такой закон, дабы не конфликтовать с МОБом (Министерство Охраны и Безопасности) и жить в относительном спокойствии, не опасаясь внезапного вторжения Космической гвардии. Что касается товара, здесь можно найти все, что существовало в мире за последние сто лет. Здесь так же можно найти охотников за головами, которые готовы пойти на любой риск, ради больших денег. Даже сама Космическая гвардия тайно пользуется услугами Ресала IX по сей день; несмотря на всю секретность, всем это хорошо известно, поэтому этот рынок существовал, существует и будет существовать.

– Васл, Дрекс, вы остаетесь на корабле, – скомандовал Далон. – Не расслабляйтесь, здесь ничуть не безопасней, чем на фронте.

Эрих повел нас в торговые ряды на нижних уровнях Ресала IX. Присутствие гвардейцев в таком месте никак не влияет на местные устои и правила, на этой планете влияние имеют только люди с большими деньгами. Даже с агентами ЭКОР здесь редко считаются и они тоже вынуждены играть по правилам Ресала IX. Хотя здесь и скрываются самые опасные преступники галактики, их присутствие никогда не остается тайным, слухи здесь не расползаются, а разлетаются со скоростью света; о нашем визите уже знали почти все. Принимая во внимание устройство общества на Ресале IX, охотники на Зрячего не раз утверждали, что видели его на этой планете, что у него здесь убежище, но лично я бы не советовал кому-либо искать его тут – не найдете.

В конце концов мы пришли к маленькому прилавку, где сидел одинокий толстый человек и с веселым выражением лица, смотрел телевизор, каждые две минуты он повторял фразы: "Вот это да!" или "Я худею от вас!" или "А на этом я не плохо бы заработал!" и все в таком роде. Наша компания осталась в стороне и когда Эрих подошел к прилавку тот торговец совершенно не обратил на него внимания, продолжая заниматься своими делами. Тогда Эрих постучал по хлипкой металлической стойке, от чего она зазвенела. Это заставило торговца обратить внимание на гостя, он моментально вскочил и с криками побежал ко нему:

– Ты что бл*ь творишь?! Е*ть тебя!

– Повежливей, дружище! – ответил Эрих, не отступая ни на шаг. – Мне нужна информация.

– Ладно, – умерив пыл, ответил торговец. – Что тебе угодно?

– Мне нужна информация насчет наемников, которые увлекаются Дестинорами.

– Ох. Ну это ты пришел куда надо, – весело заявил человек.

Пока Эрих разговаривал, я смог получше разглядеть его собеседника. Он показался мне знакомым и дабы проверить свою догадку, я подошел к Клемие и Райну, которые что-то обсуждали.

– Вы не узнаете этого торговца?

Клемия пригляделась, а затем, узнав его, воскликнула:

– Ах, это он! Он был на Орбис Прайме!

– Да ну! Как вы их запоминаете? По мне, так он типичный торгаш, – сказал Райн.

– Танвер, так его вроде зовут, да? – спросил я у Клемии, пытаясь вспомнить его имя.

– По-моему, да.

– Нет, так не пойдет, я все расскажу только за тысячу сто пекун и не меньше! – тем временем настаивал Танвер.

– Ты посуди сам, пузатик, – отвечал Эрих, – кому еще может понадобиться такая информация? Боюсь она не стоит и пятисот пекун.

– Новая цена – ноль пекун, Танвер, – сказал я, подходя к лавке. – Сочтем это за извинение, за то происшествие на Орбис Прайме.

– Мы встречались?! – удивленно спросил торговец, внимательно рассматривая меня.

– Арторий, я же почти договорился! – с досадой произнес Эрих.

– Погоди! Я кажется помню тебя… – почесывая затылок произнес Танвер и посмотрел куда-то в сторону. – Мда… Некрасиво получилось, но они меня заставили! Я им должен был, а Гало никогда не прощает долги, вот они и предложили…

– Чего!? – воскликнул Райн, вмешиваясь в разговор: – Агенство Гало простило тебе долг взамен на нас? Никогда не поверю, что это чертово коллекторное агенство идет на сделки, где не получают пекуны!

– Возможно, он говорит правду: Гало иногда промышляет убийствами, – вмешался Туаглор. – Но как это связано с твоим долгом, Танвер?

– Я не знаю! – воскликнул человек. – Они сами предложили это, сказали задержать вас. Если бы я не согласился, они бы увеличили процент!

– Кто их нанял? – спросил Далон. – Зачем они хотели убить их?

– Я не знаю, они ничего мне не сказали! – взволнованно пролепетал Танвер. – Они пообещали, что я им больше не должен буду эту проклятую тыщу!

– Говори, где нам отыскать охотников на Дестиноров или я лично скажу агенству Гало, что ты нас предупредил о нападении, – угрожающе сказал Далон.

– Ладно, да! Я слышал об одном наемнике, который говорил о том что нашел Дестинор! Его зовут Некранд!

– Отлично! Где?! – подхватил Эрих.

– Он сейчас должен быть в баре "Рай в преисподней"!

– Как он выглядит?

– Я не знаю, я не видел, я только слышал, спросите в отеле, вас проводят!

– Другое дело! – ответил Далон и уходя добавил: – Но если ты наврал, Гало тебя из-под земли достанет!

Проводив взглядом уходящего Далона, мы с ребятами удивленно переглянулись, а затем пошли за ним.

– Надеюсь вы теперь не злитесь! – обеспокоено крикнул нам вслед Танвер. – Мы теперь в расчете! Ведь так?

– Хмм… – оценивающе протянул Туаглор, когда мы почти дошли до лифта и произнес, подводя итог нашей прогулки по нижним уровням: – Как же здесь много контрабандного товара. Если на поверхности его стараются не афишировать, то чем ниже спускаешься, тем более откровенно торговцы заявляют о своей наглости. На Товане подобное место давно бы уничтожили.

– На Товане не занимаются контрабандой? – с любопытством поинтересовался я.

– Занимаются, но только один раз в своей жизни. За это у нас предусмотрена смертная казнь.

– И у вас нет ничего незаконного?

– Не в таких масштабах, но к сожалению есть. Лазейки можно найти даже в товандианском законе. Я работал в организации Товандианская Служба Надзора и Безопасности, но вскоре ушел оттуда. Страна протоколов слишком долго разбирается во всех делах. Пока бюрократы перебирают бумажки и выписывают ордера на арест, контрабандисты доставляют наркотики прямо в города и отравляют людей.

– ТСНБ? – переспросил Райн, не веря услышанному. – Мимо них даже запрещенный леденец не пройдет!

– Увы, временами проходят вещи и побольше леденца, – с печалью ответил Туаглор, своим вибрирующим голосом.

– Ну они будут попридирчивее, чем СБГ, – сказал Райн, желая поддержать Туаглора.

– Разницы нет, если обе службы работают в одной и той же стране, – с ухмылкой ответил товандианец.

«Рай в преисподней» – не совсем бар, он относится к мега-отелям, таким как «Император галактики», находящегося на Орбис Прайме; состоит из трехсот этажей, имеет: огромную огороженную площадь, от чего такое здание выглядит, как остров посреди пустой глади металла, собственную охрану и VIP номера. Отличие этих двух заведений состоит в спектре услуг. Об Императоре галактики я расскажу в другой раз. «Рай в преисподней» имеет на первых этажах обширный стрип-бар, казино, несколько различных магазинов и номера, доступ к которым имеют все, кто сможет пройти фэйсконтроль на входе. Ровно такой же набор имеется и на этажах выше, разница состоит в уровне качества услуг и соответственно их стоимости. Что же касается разнообразия индивидуальных услуг, которые тут предоставляют, то все зависит от ваших денег и полета фантазии; понятие «мораль» здесь ничего не значит. Проживать в таком мега-отеле желают многие состоятельные люди, не сколько из-за услуг, сколько из-за демонстрации финансового статуса. Самый дешевый номер обходится в три тысячи пекун в неделю, а это целая зарплата генерал-лейтенанта Космической гвардии. Хотя в приличном обществе посещение этого заведения сочтут за аморальное поведение, и каждый будет встречать вас с такой гримасой, словно учуял жуткий смрад.

Добравшись до мега-отеля "Рай в преисподней", мы наткнулись на огромное здание, пестрящее цветными огнями и рекламными щитами, рассказывающими, что здесь принимают любые пороки. Оно было окружено высокими стенами, защищавшими самое большое место скопления богатеев в галактике, от всякого сброда; впрочем, и некоторые представители сброда могли туда пройти, но только на первый этаж, таких называют "избранный Раем". Каждый, кто норовил сюда попасть, должен пройти фэйсконтроль, который устраивает андроид ЕВА (Единичная Взаимодействующая Автоматика). Уникальность данной модели в том, что она представляет из себя первую ступень эволюции искусственного интеллекта. Способность широко мыслить и самообучаться делает этого андроида незаменимым в однообразных заданиях. К сожалению, спектр их функций взаимодействия с окружающими очень узок, и поделиться своими мыслями они не могут. Андроид ЕВА осуществляла отбор, среди желающих попасть в мега-отель, выдавая запрет на вход, едва завидев потенциального посетителя – очень раздражающая черта, по мнению многих. Поэтому ЕВА всегда находится в окружении вооруженных андроидов АРТИ (Адаптационный Реагирующий Технический Интеллект). Многие даже пытались создать вирус, чтобы пройти в отель, но пока что никому это не удавалось. Работу при входе поручили андроидам не просто так – это было сделано чтобы никто не оказывался в отеле за взятку. Такова политика мега-отеля, даже самые богатые могли не попасть сюда, какие бы деньги не предлагали, слоган этого заведения гласит: "В рай попадет только избранный, а кто избранный решает ЕВА". Данная акция являлась своего рода вызовом для всех, дескать, попробуй попасть в этот отель, что создавало отличную рекламу.

Завидев светящиеся рекламные щиты, показывающие полуобнаженных наларлийских танцовщиц, которые жестами завлекали в данное заведение, Клемия поджала губы в знак презрения, а почувствовав смущение от увиденного – отвернулась, словно сама была изображена на тех плакатах. Заметив ее реакцию, Эрих сочувствующе улыбнулся и сказал:

– "Бурьян растет на жирной почве, разврат – на почве пресыщения", Максим Горький.

Клемия лишь вздохнула в ответ.

– А теперь ребята, слушайте, – начал Райн, выйдя перед нами, и на фоне мега-отеля, продолжил: – Я бывал в подобных заведениях и поверьте мне, чтобы пройти фейсконтроль, нужно красиво улыбаться, – сказав это, Райн широко улыбнулся, как будто рекламировал жвачку.

– Мне кажется – это не лучшая идея, – скептически произнес Туаглор.

– Надеюсь, Туаглор, ты не будешь кричать всем свое "анрецигион", иначе мы там и пяти минут не продержимся, – не убирая улыбку ответил Райн.

– Ну хватит уже, это страшное зрелище, – с усмешкой ответил Туаглор, закрывая перед собой руками лицо Райна. – Ты так всех стриптизерш распугаешь.

После этого заявления Дониван резко перестал улыбаться, а затем недовольно посмотрел на Туаглора.

– Отставить! – приказал Далон. – Пошли.

Но идти нам пришлось не так уж и далеко, желающих попасть в "Рай в преисподней" было очень много, и колонна из таких людей была длинной не в одну сотню метров; это были те, кто мог попасть в мега-отель в ближайшие четыре дня, остальные семьсот пятьдесят шесть тысяч потенциальных клиентов, забронировав места, ожидали своей очереди, либо дома, либо по дороге сюда.

– Ты точно бывал здесь, Райн? – с недоверием спросил Далон, когда увидел целый палаточный городок и огромную толпу, которая подобно зомби вразвалочку направлялась ко входу в отель, а затем возвращалась обратно, получив отказ.

Из всего этого безумного количества, в отель попадет не более тридцати человек.

– Ну что же, у меня есть хорошие новости и плохие, триарий лейтенант, – заявил Туаглор, – я нашел сайт этого отеля. Плохая новость – тут тоже нужно испытать удачу, чтобы получить шанс занять очередь в этот отель.

– Да это издевательство! – воскликнул Далон. – Что в этом отеле такого необычного?

– Не знаю, – ответил я пожимая плечами, а затем посмотрел в сторону светящейся башни, – может это игра на эго? Ну знаете, получить шанс войти туда, зная что многим миллионерам отказывали. Наверное это…

– Ладно, в любом случае, даже если мы бы и записались прямо сейчас, то попали бы в отель через восемьдесят семь дней, – сказал Туаглор, пытаясь подбодрить всех.

– Мы не можем ждать, – рассержено сказал Далон.

– Ты же сказал, что бывал в таких местах, – напомнила Клемия, обращаясь к Райну.

– Ну раньше у них было меньше посетителей, – оправдался Дониван.

– Слушай, а может этот твой знакомый тусовщик знает как туда попасть? – спросил Эрих. – Ты рассказывал, что он обожает такие заведения.

– Я с ним давно не контачил, да и с чего он вдруг будет нам помогать?

– Звони ему – это приказ, – строго сказал Далон, после чего Райн немедля связался со своим знакомым.

– Але, Домиций? Как дела? – приветливо начав разговор, спросил Райн, словно это был его лучший друг. – Да у меня тоже все нормально. Послушай, ты все еще шляешься по этим клубам и мега-отелям? Да?!

Услышав последнее восклицание Райна, все мы немного оживились, несмотря на то, что это еще никак не помогло в решении нашей проблемы.

– Дружище, подскажи, как мне попасть в этот "Рай в преисподней"? Я тут с друзьями… – продолжил Райн.

– Нет, не женюсь, нет, это не мальчишник! Да! Нет! Я не об это… – Райн отвечал с заминками и сильно жестикулировал руками, расхаживая перед нами, пытаясь объяснить нашу проблему.

Спустя некоторое время, Райн наконец сумел объяснить своему знакомому, в чем заключался смысл звонка.

– Да мы еще в очередь не встали, говорю же! Что!? Ты правда бесплатно!? – Райн замер на миг, подобно статуе, а затем снова начал расхаживать перед нами и при этом мыча, как будто он пытался решить какую-то проблему, но когда Дониван посмотрел на меня, он расплылся в улыбке и воскликнул: – Я знаю участника Фулгурской операции! Он здесь!

Райн простоял некоторое время, молча выслушивая своего знакомого и глядя на меня счастливыми глазами, а затем его лицо побледнело и он резко воскликнул:

– Бежим!

Никто не подверг сомнению, неожиданную команду Райна и мы все быстро ринулись за ним, но Далон долго не смог оставаться в неведении и спросил:

– Что случилось? Есть места?

– Не совсем, Домиций иногда продает места в очереди. Ну он штук двадцать бронирует и продает! Не знаю как он это делает, – на бегу отвечал Райн. – Девять мест он не смог продать, и мы можем их занять, но за это он попросил что-нибудь особенное.

– А я тут при чем? – спросил я.

– Я пообещал ему твой автограф, ты же знаменитость! Иначе он бы не кинул нам эти билеты!

Когда наша компания добежала до ворот, через которые проходила очередь до самого мега-отеля, а начиналась она за несколько сотен метров от них, мы подбежали к одному из андроидов АРТИ, и Райн показал ему свой УКС. Андроиду было достаточно их только завидеть, как он сказал:

– Билеты действительны! Поспешите, ваше место в очереди перестанет быть актуальным через девятнадцать секунд.

Едва услышав количество секунд, мы изо всех сил побежали ко входу в отель. Андроиды АРТИ, которые стояли вдоль всей очереди, не обращали на нас внимания, но заметив как один из стоявших попытался миновать всю очередь вместе с нами, они остановили его и пригрозили оружием. Из толпы повсеместно стали слышаться вопли недовольства, которые преследовали нас как неумолимая взрывная волна.

– Главное помните! ЕВА может не пустить нас всех! Кому откажет, тому придется ждать на корабле, – чуть не задыхаясь предупредил Райн.

Преодолев сотню метров, в полной экипировке за семнадцать секунд, мы встали за двумя людьми перед самым входом. Андроид ЕВА внешне выглядела как человек женского пола, с волосами кремового цвета, светлой кожей и голубыми глазами, одетая в белое вечернее платье. Ее внешность была вовсе не свойственна человеку и в первый момент вызвала некое изумление, естественные светлые волосы в сочетании со светлой кожей, чуть-ли ни белой, оказались чем-то новым для меня. Ведь в наше время, в природе это практически не существует. Люди, в основном, имеют смуглую кожу и темные волосы, хотя если сравнивать с микандрами, то люди немного светлее.

Долго ждать не пришлось, ЕВА успевала оценивать клиентов не более чем за десять секунд, это с учетом того, что отвергнутый постоялец попросит передумать и станет задерживать очередь или что-то в этом роде. Первым пошел Райн, вооружившись своей широкой улыбкой, но, не успев еще подойти к андроиду, он услышал тоненький голос:

– Простите, для вас места нет.

– Как нет? – с искреннем изумлением спросил он, а Туаглор стоявший с нами рассмеялся.

Еще до того, как он это сказал, несколько роботов АРТИ одновременно нацелив на него оружие, произнесли:

– Последнее предупреждение! Мы откроем огонь на поражение!

Райн с грустным выражением лица развернулся и уходя сказал:

– Встретимся на корабле.

Далее удачу решил попытать Туаглор и, подойдя к ЕВЕ, услышал:

– Добро пожаловать.

Поднимаясь по мраморным ступенькам мимо андройда, Туаглор весело сказал нам:

– Акром-тис, я предупреждал его на счет улыбки!

Следом за Туаглором пошел Эрих и, получив отказ, как ни в чем не бывало, пошел на выход, сказав нам:

– Расскажите как все прошло.

Следующим на очереди был – я; сделав шаг к андроиду ЕВА, она оценивающе посмотрела на меня, словно настоящий человек, затем улыбнулась и сказала:

– Добро пожаловать.

Как будто сдав экзамен на отлично я тяжело выдохнул и пошел к Туаглору, который был рад, что я прошел. Настала очередь Клемии, она гордо и вызывающе подошла к андроиду и оценивающе посмотрела на него.

– Добро пожаловать, – не меняя интонации ответила ЕВА.

Клемия сперва не поверила в это, но услышав раздраженные крики толпы поспешила подняться к нам. Последним был Далон, он не показывал никаких эмоций, он просто сделал уверенный шаг вперед, как перед докладом. Отказ его, по истине, шокировал, он не стал задерживаться или что-то высказывать андроиду, он молча развернулся и бросив фразу: "Кирэго, за старшего", ушел прочь, держа руки за спиной.

– Итак мы стоим на входе в самый знаменитый мега-отель в галактике, – заявил Туаглор, как будто был его владельцем и лично рекламировал его. – Акром-тис, попасть сюда может не каждый, но очень многие стремятся. Так давайте узнаем почему!

С этими словами, мы поднялись по мраморным ступенькам и прошли через прозрачные трехметровые двери, которые были сделаны из чистого хрусталя, добытого на планете Синирь в 98 темпус от создания ГМП и имели золотую окантовку. Так проинформировали нас У-Линзы, подключившись к местному информационному серверу. Оказавшись внутри, мы прошли по красной ковровой дорожке, вдоль смирно стоявших андроидов АРТИ, наряженных в официальные костюмы, до мраморной стойки с позолоченными гранеными линиями. За ней находилась девушка наларли, с распущенными плокамиа и одетая как ЕВА.

– Здравствуйте, добро пожаловать в "Рай в преисподней", меня зовут Неллина. Прошу вас, ответьте на несколько вопросов, чтобы наш мега-отель смог удовлетворить все ваши потребности. Это не займет много времени.

– Ну ладно… – заминаясь ответил я, посмотрев на молчаливых Туаглора и Клемию.

– Хорошо, – с улыбкой ответила девушка, – кем вы приходитесь друг другу?

– Друзья… Коллеги по работе.

– Хотите ли вы остаться у нас в отеле на длительное время?

– Нет, мы хотим повидать кое-кого.

– Желаете ли вы приобрести что-нибудь в наших магазинах?

– Нет, мы пришли к другу.

– Хорошо, больше у меня нет вопросов. Прошу вас сдать оружие, на время вашего пребывания. Должна вас предупредить, что если вы не купите что-либо в нашем мега-отеле в течении двух часов, охрана будет вынуждена вас выставить.

– Как мило, – сказал Туаглор, сдавая свой пистолет одному из андроидов в костюме.

– Привет, вы те ребята, которые были с Райном? – спросил незнакомый человек, неожиданно появившийся в коридоре, одетый в один халат.

– Да, но он к сожалению не смог попасть, – ответил я, поворачиваясь к незнакомцу.

– Жаль, хотя впрочем мне нужны вы, вы ведь Арториус Кирэго, так ведь? Герой Фулгурской операции? Зовите меня просто Домиций.

– Вы герой Фулгурской операции? – взволнованно переспросила Неллина. – В таком случае, мы предоставляем вам талон для прохода вне очереди! Посещайте наши бар, казино и магазины, когда захотите! Если вы пожелаете остаться, то вам будет предложена шестидесяти процентная скидка на содержание вип номера и пятидесяти процентная скидка на любую девушку.

– И сколько он действует? – полюбопытствовал Туаглор.

– Бессрочно, – с улыбкой сказала Неллина, – "Рай в преисподней" не забирает свои дары.

– С чего вдруг такая щедрость, я же не миллионер… – с удивлением спросил я, когда на мой УКС пришло сообщение о талоне.

– Ох, Кирэго, – начал Домиций, – у них этих миллионеров хоть жопой жуй, а таких как ты – нет. Представь себе какая это реклама для них! Богатеев дох*, а вот героев не густо.

Затем незнакомец жестом пригласил пройти нас в левый коридор и важно пошел впереди, расхаживая как у себя дома.

– Прошу прощения, девушка, но если вы традиционной ориентации, то я бы могла вам предложить пройти в стрип-бар для женщин, а если вы хотите с кем-то познакомиться, для этого есть отдельное помещение, – с улыбкой сказала Неллина, обращаясь к Клемии.

– Что?! – удивленно воскликнула Лайнис. – Вы за кого меня принимаете?!

– Это лишь предложение, не беспокойтесь, вы можете посещать любые места нашего мега-отеля, – крикнула в след Неллина.

Миновав мраморный коридор с красной ковровой дорожкой и лифтами вдоль стен, чьи двери были отлиты из золота, мы стали спускаться вниз и, проходя через мраморную сводную арку, которую заполняло мутное силовое поле, мы услышали постепенно нарастающую ритмичную музыку. Пройдя через звуковой барьер, перед нами открылся огромный бар, погруженный в полумрак. Он состоял из нескольких десятков больших цилиндрических ламп, освещающих помещение темно-голубым и нежно-розовым светом, идущим от пола, до самого потолка. Внизу такие лампы огибали барные стойки, их полки с бутылками со спиртными напитками подсвечивала все та же цилиндрическая лампа, от чего в помещении присутствовали небольшие блики красного, синего и зеленых цветов. Вторую, верхнюю, половину занимала сцена с несколькими шестами, где выступали танцовщицы. Двигаясь медленно и плавно, как будто в невесомости, они кружили вокруг шестов вытворяя немыслимые акробатические движения, которые завораживали своей грацией и порой заставляя забывать дышать. На каждой сцене выступала группа представительниц одной расы и большинство зрителей приходили посмотреть на свой вид, хотя к наларли это не относилось, на них приходили полюбоваться абсолютно все. Группа выступала в течении некоторого времени, а затем спускалась в бар, меняясь местами с другой группой танцовщиц, которые до этого разливали напитки, тем самым брав отдых от изнуряющей работы.

В подобном месте мне довелось оказаться впервые и, завороженно уставившись на все происходящее вокруг, я остался стоять на месте, прямо у входа.

– Пойдем парень, насмотришься еще, – подталкивая меня, улыбаясь сказал Домиций, которому видимо уже было безразлично все происходящее вокруг.

Туаглор, скорее всего, бывал в похожем месте, так как не был шокирован как я, хотя и проявил немалый интерес. Не то чтобы здесь все внимание приковали к себе танцовщицы, здесь витала особая незнакомая атмосфера, сочетавшая в себе приятный свет, музыку и всех посетителей… Клемия явно чувствовала себя зажатой и всю дорогу озиралась на местных постояльцев. Она явно стыдилась этого места и даже розовый свет ламп, был не способен скрыть ее румянец на щеках и плокамиях. Когда Домиций привел нас к своему столику с огромным диваном, он жестом пригласил нас присесть, а затем спросил у меня, пытаясь перекричать музыку:

– Райн сказал мне, что у вас какое-то дело, но прежде чем мы приступим, сначала оплата.

– Какая? – с ухмылкой спросил я, намекая на то, что все что могло бы заинтересовать моего собеседника, уже есть в этом отеле.

– Автограф, – напомнил Домиций и достал с нижней полки столика плакат с какой-то танцовщицей.

– А, точно, – ответил я, вспомнив уговор. – Но, по-моему, это не я на плакате.

– Ха-ха! – засмеялся Домиций и хлопнул меня по плечу. – А ты веселый, мне это нравится, парень. Конечно это не ты, это же очевидно! У тебя нет таких сисек!

Не оценив шутку, я натянуто улыбнулся и молча расписался в углу плаката.

– Ну вот! Теперь такой плакат стоит целое состояние! – воскликнул Домиций и кинул постер обратно в стол. – А теперь скажите мне, что добрый Домиций может сделать для вас? – спросил человек устроившись поудобнее на диване.

– Мы ищем наемника по имени Некранд, по-моему, она сейчас в этом отеле.

– Ух ты! – заинтересованно воскликнул Домиций. – И за чем же вам эта стерва?

– Это женщина? – спросил Туаглор, пододвинувшись поближе, чтобы расслышать ответ.

– Ну пол вроде еще не сменила, – широко улыбаясь ответил Домиций. – Хотя наверное скоро до этого дойдет, учитывая ее заказы на местных дамочек.

– Ты ее знаешь?

– Конечно, она работала на меня некоторое время назад. Нужно было решить одно дельце. Потом я ее позвал к себе, предложил выпить…

– Можно без подробностей? – попросила Клемия.

– Ладно, вижу люди вы занятые, – весело сказал Домиций, а затем добавил:

– Если хотите найти ее, то она должна быть где-то здесь, – обведя рукой весь бар, ответил он.

– Думаю мы будем долго искать ее, – сказал Туаглор, – можно как-то побыстрее?

– Эх! Что бы вы делали без доброго Домиция! – выдыхая сказал он, изображая нашего спасителя.

Затем он высоко поднял руку и через доли секунд к нам прибежала официантка наларли, которая, кокетливо улыбаясь, спросила:

– Что пожелаете, Домиций?

– Дорогуша, проводи этих прекрасных людей к Некранд, это деловой вопрос.

– Что-нибудь еще?

Домиций оглядел официантку с ног до головы и расплывшись в улыбке сказал:

– Ну и возвращайся ко мне, я покажу тебе свой номер.

Официантка в ответ улыбнулась и медленно моргнула в знак одобрения; было ли это искренне или это была хорошо отрепетированная реакция на желание клиента – трудно было разобрать. Собираясь уходить, Домиций поспешно встал и подбежав ко мне, прошептал на ухо:

– Только никому не говори, что купил место в очереди, владелец отеля не очень это любит и быстро разбирается с посетителем и продавцом, – затем Домиций приветливо улыбнулся, как будто был моим лучшим другом и весело добавил, для всех кто мог нас подслушивать: – Кстати, чем глубже ты уходишь в бар, тем меньше одежды на танцовщицах! Удачи, дружище!

Официантка вела нас через толпы народа, уводя нас все глубже и глубже, казалось в бесконечные просторы бара. Постепенно привыкая к местному однообразию, я стал замечать некоторые детали. К примеру, все это время, за нами наблюдало двое монсонов-вышибал, которые, одевшись как простые посетители, патрулировали весь бар, не привлекая внимания. "Что могло их сподвигнуть на эту слежку" – об этом я думал на протяжении всего пути. Наконец официантка остановилась и указала нам на одну из барных стоек, после чего приклонила голову в знак почтения и ушла. Около бара, посреди мужской аудитории, мы увидели девушку человека. У нее были распущенные длинные рыжие волосы и тускло светящиеся зеленые глаза, скорее всего этот эффект давала специальная функция У-Линз. Она была одета в устаревшую модель гвардейского скафандра, которую когда-то использовало подразделение разведки, об этом свидетельствовала потертая латинская буква "H". Подойдя к барной стойке и встав перед наемником, я спросил:

– Так ты и есть Некранд?

– Да, а тебя что-то смущает? – ответила девушка, отпив из стакана свою выпивку и, не отводя своего взгляда от обнаженной наларлийской танцовщицы, которая выступала на сцене, над баром, прямо перед ней.

– Меня интересует Дестинор, говорят ты знаешь где его можно найти, – ответил я, постучав пальцами по стойке, надеясь привлечь ее внимание.

– Знаешь такое выражение, солдатик: "Кто владеет информацией, тот владеет миром"? – стервозно спросила она, наконец посмотрев на меня.

– Эта информация очень важна. От нее зависит будет ли жить наш мир или нет, – не теряя жесткости ответил я.

– Вот! Значит информация стоящая, – не меняя интонации ответила она и продолжила смотреть выступление.

– Извините, барышня! Но это вопрос чрезвычайной важности! – неожиданно вмешалась в разговор Клемия. – От этого зависит не только наша судьба.

– Послушай, дорогуша. Я вам не благотворительный фонд, все имеет цену! – ответила Некранд, оглядев Клемию хищным взглядом.

– Послушай, ты… – воскликнула Клемия.

– Клемия, успокойся, – прервал ее я, желая предотвратить возможный конфликт, – я разберусь.

– Правильно! Держи свою девушку подальше от меня! – произнесла Некранд опять подняв голову в сторону сцены.

– Я не его девушка! Я его друг.

– Саманта Родригес, по прозвищу Некранд, участница трех налетов на продовольственные караваны в СПС Варказ. Гвардия выплатит четыре тысячи пекун за твой арест, – неожиданно заявил Туаглор, что-то читая на своем УКС.

– Ладно, ты оказался убедительным, – закатив глаза сказала Некранд и затем, оглядев нас с недовольным тоном, добавила: – Я видела кристалл на планете Герон тридцать.

– И где он там находится? – спросил я.

– В горах, куда никто не ходит.

– Ты полетишь с нами, – заявил я, перестав облокачиваться на барную стойку.

– Еще чего, вы и так слишком много получили! – ответила она и жестом показала бармену, повторить напиток.

– Награду за нее можно получить на ближайшей ВПГ, корабль у нас не далеко, – сказал Туаглор. – Но мы можем не обращаться к ним.

– Это нейтральная планета, ваши законы тут не работают, – ответила она наклонив голову набок и ехидно улыбнувшись.

– По-моему, Ресал девять занимается укрывательством, а не потенциальной защитой беглецов от закона, если мы тебя взяли, то имеем право вытащить тебя отсюда, – парировал я и, поняв что против этого уже нет аргументов, приподнял брови.

Не дождавшись ответа, я молча подошел к Некранд и, взяв ее под руку, повел к выходу. Только сейчас я заметил, как нас уже незаметно окружили монсоны-вышибалы, они все это время следили за нами и теперь один из них стоял на моем пути.

– Рукоприкладство здесь запрещено, – недовольно пробасил здоровяк и показал жетон вышибалы, прикрепленный в складе его одежды, – оставьте посетителя в покое.

– Я лейтенант Кирэго, Космическая гвардия, данный посетитель разыскивается МОБом, – ответил я и кивнул Туаглору, чтобы тот показал объявление о розыске.

– Всего доброго, лейтенант, наслаждайтесь пребывание здесь, – ответил монсон не выражая ни ненависти, ни лояльности.

Покинув шумный бар и проходя мимо стойки, где находилась Неллина, она крикнула нам вслед:

– Всего доброго, мы ждем вас снова! Для нас честь принимать героя Фулгурской операции!

Вернувшись на "Архангел", я доложил обо всем Далону, на нашем собрании в кают-компании.

– Не плохо, Кирэго. Эрих, вылетаем немедленно, – сказал он.

– Герон тридцать находится недалеко от Зейдена и системы Эверс, – сказал Эрих, – мы летим в другой конец галактики. Хочу напомнить, триарий лейтенант, у нас не достаточно астерий, чтобы так далеко забираться.

– Черт! – воскликнул Далон, вспомнив предупреждение Эриха.

– Не говорите мне, что я вам не говорил, – сказал Тантис.

– Предлагаю купить здесь несколько астерий, чтобы дотянуть до Герона двести двадцать девять, там на орбите есть ВПГ. Уверен с нами поделятся, так как мы на важном задании, – предложил я, просматривая расположение постов гвардии.

– Отлично, Кирэго, – одобрительно сказал Далон и, щелкнув по своему УКС, добавил: – Бери кого-нибудь и иди покупать астерии. Талоны на топливо я тебе отправил.

Долго бродить по рынку в поисках астерий не пришлось, продавцов было много, но это не решило нашу проблему. Везде, куда мы обращались не принимали талоны, дескать: "Эти талоны тут не входу", и нет ничего надежнее простых пекун, а цены здесь сумасшедшие, по восемьсот пекун за астерию. Мы зашли в тупик, лететь так далеко без запаса топлива нельзя, и вот весь отряд сидел в кают-компании и искал выход из ситуации. Некранд тоже сидела рядом с нами и, дождавшись того, что все наши идеи иссякли, произнесла:

– Ну что? Выдохлись, солдатики?

– Просто пока что нет идей, – произнес Далон с задумчивой интонацией.

– Может я пойду? Если что, вы знаете где меня найти, – сказала Некранд, в надежде, что мы ее действительно отпустим.

– Нет, ты будешь сидеть с нами до тех пор, пока мы не улетим отсюда, – ответил я, стоя около входа.

– Я вам показываю где нашла Дестинор, а затем вы меня отпускаете, таков уговор? – желая уточнить, спросила Некранд.

– Да… – протянул ответил Далон, пребывая в раздумьях.

– Слово офицера? – спросила наемник и прищурившись посмотрела на Нотивана.

– Слово офицера, – повторил он, а затем спросил: – Для тебя это что-то значит?

– Нет, но это что-то значит для вас, – сказав это, Некранд поудобнее разлеглась на диване и объявила: – Раз так, то я могу предложить свою идею.

– У тебя была идея и ты молчала?! – возмутилась Клемия.

– Я посчитала, что она вас не заинтересует, дорогуша, – с наигранной невинностью ответила Некранд.

– Тихо! – вмешался Далон, почувствовав приближающуюся перепалку. – Что за идея?

– Все очень просто. Вы даете мне четыреста пекун и я достаю вам астерии, которых хватит до вашей ВПГ. Идет?

– Я дам деньги Васлу, – твердо сказал Далон, – они возьмут на себя этот груз.

– А-ха, хитрый лейтенантик, – кокетливо ответила Некранд, – ладно, пусть деньги будут у них.

– Дрекс тоже пойдет в качестве сопровождения, – с важным видом добавил Далон, пытаясь тем самым сбить позитивный настрой Некранд, так как он предположил, что она запланировала сбежать.

– Если я захочу, то они не смогут меня остановить, – ответила Некранд, а затем, посмотрев на своих сопровождающих, добавила: – Ух, какие здоровяки!

Прошло около часа, а Некранд и ребята так и не вернулись.

– Некранд наверное сбежала, – произнес Эрих, нарушив тишину ожидания.

– Васл ни за что ее не упустит, – твердо ответил Далон. – Если что-то произошло, он бы связался с нами.

– Нам надо было всем пойти, – заявил Райн.

– Толпа гвардейцев вместе с наемником – отличные клиенты для продавцов нелегальных астерий, – сказал Эрих.

– Почему нелегальных? – спросила Клемия.

– Их имеет право продавать только компания изготовитель, перепродажа запрещена, – ответил Эрих, – знаю, это бред.

Спустя несколько мгновений, за дверью послышался голос Некранд. Дверь открылась и к нам вошли Некранд, Васл, Дрекс и знакомый нам торговец. Когда Танвер зашел в кают-компанию и увидел всех нас, он развернулся и сказал:

– Ой, мне надо идти! Там покупатель меня ждет! – после этого он направился к выходу.

– Мы – твой покупатель, – пробасил Дрекс, встав в дверях, – ты прямо сейчас притащишь сюда четыре астерии.

– Некранд, ну зачем ты так? Старый Танвер так прогорит! – взмолился торговец.

– Ты говорил что это не проблема, учитывая, что я разобралась с тем наемником из ВМН четыре, – гордо заявила наемник, пытаясь произвести на всех нас впечатление.

– Вот это девчонка! – поощрительно заявил Райн и покачал головой.

– ВМН четыре, это банда состоящая из убийц и маньяков, которых приговорили к высшей мере наказания четыре раза и более, отсюда и название, – пояснил мне Туаглор, когда я сделал вопросительное выражение лица.

– Ох да… Это, эмм… Спасибо! – нервничая ответил Танвер. – Ты же просто поговорила с ними…

– Нечего нам тут сказки рассказывать, – воскликнула Некранд.

– Ладно, раз обещал…

Танверу нечего было делать и вскоре рабочие грузили его астерии на борт "Архангела".

– Отлично, проблема решена! – заявил Далон, довольно потирая руки, – теперь осталось долететь до ВПГ, а потом до Герона тридцать и Дестинор наш.

Стоя около пандуса нашего корабля я внезапно почувствовал, как будто кто-то смотрит на меня, как взгляд неизвестного прожигает меня, но оглядевшись вокруг, никого не увидел.

– Что-то не так? – спросила Клемия, заметив мою встревоженность.

– Не знаю, но ощущение не очень приятное, – ответил я, продолжая осматриваться.

– Что ты стоишь?! Я тебе не за это плачу! – послышались крики Танвера, который вымещал злобу на рабочего. – Чего ты возишься тут?

Присмотревшись к грузчику, мне почему-то показалось, что он неспроста так долго возится с тележкой.

– Этот рабочий что-то затеял… – сказал я, пристально наблюдая за его действиями.

– Эх. Это называется паранойя, – пояснил мне Эрих и, смотря куда-то вверх, положил мне руку на плечо.

– Может ты просто не выспался? – спросила Клемия. – Может лучше поднимешься на корабль?

– Прошу прощения, – сказал, внезапно появившийся, Таиренд. – Но боюсь ваше путешествие подошло к концу.

– Ждите здесь, – сказал я и медленно пошел к товандианцу, осознавая то, что кроме меня никто не сможет его остановить, он в свою очередь продолжил стоять на месте.

Торговец Танвер, увидев назревающий бой, быстро скрылся в переулках. Когда грузчики тоже последовали примеру Танвера и сбежали, все члены отряда Раптора достали оружие и затаив дыхание приготовились.

– Я наслышан о твоих успехах… Герой Фулгурской операции, первый омнитем Космической гвардии, – с пренебрежительной улыбкой начал Таиренд, когда я остановился в нескольких метрах от него.

– Йанго не оправдал твоих надежд, не так ли?

– Йанго был лишь пешкой в этой партии и как бы не закончилась Фулгурская операция, я не остался без преимущества, – самоуверенно произнес Таиренд, – уничтожение Орбис Прайма было бы неплохим дополнением к твоей смерти. Но несмотря на то, что ты жив и Орбис Прайм цел, ты нарисовал на своей спине еще большую мишень. Прославившись как герой, ты теперь не сможешь спрятаться от меня.

– При чем тут я? – спросив это, я постепенно начал готовиться к нападению, стараясь ощутить близ стоящие предметы.

– Ты единственный, кто может сорвать планы Галлии.

– Наш бой ни к чему не приведет. Война только все погубит!

– О нет, ты глубоко ошибаешься, человек! Галлы выиграют и установят новый порядок в этом мире и нам в этом помогут! Не противься своей судьбе, это бесполезно, – говоря это, Таиренд оглянулся через плечо и в этот момент к нему подошел галл, он вышел вперед, сбросил с себя накидку и встал в боевую стойку.

– Покончи с ним, Гоззо, – приказал Таиренд.

– На этот раз ты не уйдешь живым! – воскликнул галл и моментально покрылся зеленой аурой.

Затем он нанес удар рукой в мою сторону, но я в тот же миг, ощутив прохладу и рельеф металлического пола под своими ладонями моментально сжал перед собой руки в кулаки и потянул их на себя, тем самым оторвав и выгнув металлический лист от пола платформы, прикрывая им себя. От силового удара Гоззо, железо зазвенело и со скрипом выгнулось с мою сторону. Затем я окончательно оторвал этот лист и метнул его в галла, но он увернулся от моего броска. Тем временем Далон хорошенько прицелился и скомандовал:

– Огонь по врагу!

Доки завизжали от плазменных выстрелов; истратив весь боезапас Далон приказал прекратить огонь, а когда мы увидели, как Гоззо стоит невредимый, выставив перед собой руки, все не смогли поверить своим глазам. Перед галлом, подобно воде, мерцало созданное им силовое поле, которое поглотило все выстрелы нашего отряда.

– Не пытайся спрятаться за своими друзьями, Кирэго, этот бой только наш! – воскликнул Гоззо и, наставив на меня руку, сжал кулак, а затем резко поднял его вверх.

Внезапно что-то резко подкинуло меня в воздух, а затем с такой же силой швырнуло на площадку. Упав на платформу, мне показалось, что я сломал себе шею и проломил череп, но Лима вовремя надела на меня шлем, составные части которого всегда находились на спине моего скафандра. С трудом поднявшись, я снова встал в боевую стойку и галл захотел нанести новый удар, но я метнул в него металлический ящик, стоявший позади него и теперь Гоззо оказался на земле. Таиренд неодобрительно посмотрел на него, после чего галл тут же вскочил, нанес серию легких ударов в мою сторону и меня силой отбросило в близ стоящий ларек. Оправившись от удара, я снова встал, быстро побежал на галла, вооружившись металлическими пластинами и метнул их на ходу; но Гоззо ловко увернулся и во время своего маневра швырнул меня в стену небольшого двухэтажного бетонного здания. Мои силы были на исходе и встать я уже не мог. Гоззо увидев это, поднял руки в сторону здания, а затем с разворотом нанес удар позади себя. Строение рухнуло прямо на меня.

– Арториус! – где-то вдалеке услышал я свое имя.

Открыв глаза, я увидел белое свечение, стена которая рухнула на меня, проломилась. Дальше я себя не контролировал, выбравшись из-под осколков и освободив себе путь, мое тело направилось к Гоззо и Таиренду. Галл был в замешательстве, но все равно приготовился к бою и, по-видимому, применил самый сложный прием из своего арсенала, сделав в воздухе прыжок бабочки; вокруг послышался жуткий треск грома, после чего в меня полетело три вытянутых полупрозрачных линии. Словно почувствовав это заранее, я просто взмахнул рукой перед собой, и эти три неизвестных мне аномалии создали мощный взрыв, тем самым сбив врагов с ног и откинув их в близ стоящие ящики. Встав на ноги, Таиренд не стал биться и просто ушел, но Гоззо остался и решил продолжить бой. Тогда я увидел как бы со стороны, как мое тело топнуло ногой по направлению к галлу, и из неоткуда возникла мощная звуковая волна, которая неумолимо направилась к Гоззо. Тот лишь успел выставить вперед руки, чтобы создать защитное поле, но этого оказалось мало, и галла отбросило далеко за ящики. Когда опасность миновала у меня закружилась голова и я рухнул на пол.

– Тихо! Не беспокойте его! Ему нужно отдохнуть, – эхом донесся из темноты голос Клемии.

– А ты видел эту взрывную волну?! – где-то вдалеке прозвучал восхищенный голос Райна.

– Вот это сила! – пробасил Дрекс.

– Немного поработать над стратегией и точностью ударов… – комментировал Туаглор.

Затем, после минутной тишины, из темноты ко мне вышел Прото-Мэнто.

– У нас мало времени! – воскликнул он. – Тебе нужно остановить эксагнистов! Они прибудут к вашей родной планете, чтобы уничтожить ее. Ключ к победе над ними заключается в древней постройке и камне, который ее активирует.

– Стоунхендж?! – удивился я.

Но ответа так и не последовало, Прото-Мэнто исчез так же неожиданно, как и появился, а спустя пару мгновений я проснулся у себя в каюте. В помещении царила тишина, ежесекундно нарушаемая тихим и мягким тиканьем электронных часов, стоявших на тумбочке. Пытаясь пошевелиться, я неожиданно почувствовал резкую боль в мышцах по всему телу, поэтому я не сразу поднялся. Но сделав несколько попыток, я наконец встал на ноги и побрел к выходу. Когда я открыл дверь, на меня внезапно наткнулись Клемия и Туаглор, которые слегка вздрогнули от неожиданности.

– При всем уважении, триарий лейтенант, вам нужно лечь, – настоятельно сказала она.

Вернувши меня обратно в лежачее положение, Клемия села рядом, а Туаглор расположился в моем кресле, около рабочего стола.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Туаглор. – Акром-тис, это был отличный бой!

– Не плохо, по-моему, если не считать боль в мышцах.

– Ты помнишь, что случилось?

– Таиренд и Гоззо, хотели задержать нас и я опять себя не контролировал.

– Главное, что все благополучно закончилось, – сказала Клемия. – Мы еле унесли ноги, Таиренд чуть не сбил нас.

– В такой момент я не чувствую себя, все происходит не по моему желанию. Все это делает кто-то другой.

– Прото-Мэнто ничего не говорил об этом? – спросил Туаглор.

– Нет. Ничего, что могло бы помочь.

– Давай найдем этот Дестинор, а там, я думаю, у тебя появятся идеи.

– А сейчас отдыхай, – подытожила Клемия, когда она и Туаглор собрались уходить и в конце пригрозила: – Увижу в коридоре, лейтенант Кирэго, доложу Далону.

На следующий день мне стало лучше и я смог нормально передвигаться. Большую часть времени мы проводили в кают-компании. Гвоздем программы был мой недавний бой.

– А помните как он топнул, и Гоззо вылетел из доков?!

– Ты это уже рассказываешь в пятнадцатый раз, – сказала недовольная Некранд.

– Это же круто! – воскликнул Райн. – Сейчас мы найдем еще одного Дестинора, Арторий узнает еще чего-нибудь новенькое…

– Кстати, – перебил я Райна, вспомнив предупреждение Прото-Мэнто, – у нас серьезные проблемы.

– Какие? – поинтересовался Далон.

– Прото-Мэнто рассказал об эксагнистах – это те существа, которых мне показывали Дестиноры. Они прибудут в нашу галактику, чтобы уничтожить Землю.

– Прошу, скажи что этот чудак объяснил тебе, как с ними бороться! – взмолился Райн.

– Да, он объяснил, нужно найти Стоунхендж и вложить в него какой-то камень. Больше я ничего не знаю, но ясно одно – нам нужно попасть к Стоунхенджу до прибытия эксагнистов.

– А когда мы доберемся до Стоунхенджа, что тогда? – спросил Васл.

– Не знаю, но что-то произойдет… Наверное, – ответил я, пожимая плечами.

– Хорошие новости… – протянул Райн. – Наша судьба зависит от камня.

– Я больше узнаю, когда мы найдем Дестинора, – сказал я, стараясь всех поддержать.

– Это пока что не столь важно, – сказал Эрих, входя в кают-компанию, – перед отлетом я попытался связаться с ВПГ, где мы планировали позаимствовать топливо, но они не ответили.

– Не хороший знак, – сказал Далон, – на ВПГ всегда держат ухо востро. Если не отвечают – значит что-то случилось.

– Надо быть начеку, возможно галлы наведались. – предположил Васл.

– Тогда отбой, – приказал Далон, – через десять часов мы прибудем на станцию и выясним что там случилось.

Все разошлись по своим каютам и занялись своими делами. Кто-то писал друзьям, кто-то смотрел сериал, кто-то читал. Меня же настигли воспоминания, о фразах Далона. "У меня все под контролем…" – вертелось у меня в голове. "Он советовался с Васлом… Он не знает как поступить… Или он боится. Боится легата Совета или меня?" – размышлял я.

– Квириты! – внезапно разбудил меня голос Эриха. – Мы приближаемся к ВПГ, лейтенанта Далона прошу подойти в кабину пилота, все остальные пройдите к шлюзу.

Когда все мы собрались около выхода, надев свои бронированные скафандры, Далон объявил:

– Итак! От ВПГ ответа мы так и не получили, будте внимательны, возможно это ловушка.

– Зачем тогда вы все туда идете? – спросила Некранд, наблюдая со стороны за нашей подготовкой.

– Если ты не забыла, то нам нужно топливо, – напомнил я.

– Это мне давно известно. Я имела ввиду то, что можно было просто взять астерии в ангаре и улететь, а не искать приключения на свою задницу, – объяснила Некранд.

– Это пост гвардии, если что-то случилось, мы обязаны помочь, – ответил Далон, проверяя свою экипировку. – Наемнику этого не понять.

Некранд в ответ фыркнула и, встав около стены, стала ждать нашего выхода.

Когда все были готовы, Далон открыл шлюз и мы вышли наружу. В ангаре не горел свет, значит энергоснабжение было в сберегательном режиме. Работали только жизнеобеспечение и силовые поля в ангаре.

– Пошли, нужно проверить командный пункт и казармы. Дрекс и Райн, погрузите астерии на борт и оставайтесь здесь, – приказал Далон и, заметив Некранд, которая прогуливалась возле корабля, осматривая ящики, добавил: – И приглядывайте за ней.

Из ангара мы направились к лифтам; поднявшись на этаж, где находился командный центр, мы рассредоточились и стали искать ответы на то, что здесь случилось.

– Интересно, – неожиданно произнес Туаглор, – систему энергообеспечения отключили не отсюда.

– Ее вырубили непосредственно в реакторном отсеке? – спросил Васл.

– Именно, – подтвердил Туаглор.

– Идем к казармам, – приказал Далон.

– Триарий лейтенант, – прозвучало по У-Наушникам, – я и Дрекс все погрузили, но этого нам не хватит, чтобы долететь даже до Зейдена, нужно будет где-нибудь еще остановиться. Кстати в соседнем ангаре стоит два гвардейских корабля спец-назначения. Они оба в рабочем состоянии, а бортовой журнал одного из них сообщает, что это судно прилетело сюда около четырнадцати часов назад.

– Это уже интереснее, – ответил Далон, – а что на счет нехватки астерий, то мы остановимся на Земле, она по пути.

Вот лифт прибыл на этаж, где находились казармы. Пройдя по темным коридорам, минуя душевую, уборную и раздевалку, мы добрались до двери в спальное помещение, которая была закрыта.

– По-моему, мы здесь не одни, – прошептала Клемия, оглядываясь по сторонам.

– Так обычно начинается человеческий фильм ужасов, – прокомментировал Туаглор. – Я смотрел парочку.

– Туаглор, открой эту дверь, – приказал Далон.

– Следов сопротивления не было, видимо все произошло очень быстро, – тем временем рассуждал Васл, оглядываясь по сторонам.

– Готово, – произнес Туаглор, после чего мы все в боевом порядке зашли внутрь.

По центру комнаты кучей лежали десять мертвых гвардейцев, в бежевых комбинезонах. Когда Клемия осмотрела тела убитых, она сказала:

– У них переломлены все кости. Такое ощущение, что их что-то сдавило, как…

– Как удав, да? – предположил я.

– Да, но не совсем, – потом Клемия помотала головой, будто ей пришла в голову глупая мысль, – это может прозвучать глупо, но такое впечатление, что их сдавливали их собственные комбинезоны.

– Странный способ расправы, – сказал Туаглор.

Неожиданно я почувствовал что-то неприятное, точнее предвкушение неприятной встречи. Обернувшись и посмотрев в конец коридора, я увидел что один из лифтов поехал вниз. Заметив это, Далон настороженно спросил:

– Что-то не так, Кирэго?

– Да, я снова это чувствую! – с волнением ответил я, осознавая, что все это мне не кажется.

– Не хватает только галлов и того товандианца, – сказал Туаглор.

– Я серьезно! – воскликнул я. – Нужно уходить отсюда!

Не теряя времени мы побежали к выходу, но тут на наш этаж приехал лифт. Приготовившись к худшему я уже собрался метнуть кусок стены в непрошеных гостей и встал перед ребятами. Двери лифта открылись и к нам вышла Некранд.

– О! Вы меня ждете? – с удивлением спросила она.

Вздохнув с облегчением, все убрали оружие.

– Мы ждали кое-чего похуже, что ты тут делаешь? – обратился Туаглор к Некрард.

– Раз уж вы мне не платите, я решила найти тут что-нибудь полезное, – ответила она.

– Что?! – возмутилась Клемия. – Ты собралась обворовывать…

– Я беру то, что не нужно тем мертвым гвардейцам, – перебила Клемию Некранд.

– Как ты узнала, что здесь мертвые гвардейцы? – поинтересовался Туаглор.

– Это же классика! – с тоном знатока произнесла Некранд. – Сначала выключаем электричество, что бы не было связи, а затем ликвидируем всех врагов. Я частенько… – Некранд запнулась, а затем продолжила, – слышала об этом.

– Слышала? – переспросила Клемия. – То, чем ты сейчас будешь заниматься, называется мародерством!

Не обращая внимания на споры, я одно никак не мог понять, почему меня все еще не покинуло то неприятное чувство. В этот момент, экран над второй кабиной лифта стал показывать, что кто-то поехал вниз, на наш этаж.

– Уходим! – воскликнул я. – Это Таиренд!

Быстро затащив всех в лифт, я нажал кнопку первого этажа и мы поехали вниз.

– Дрекс, Райн живо на корабль, готовьтесь к отлету! – сообщил Далон по У-Наушникам.

Когда двери открылись, все мы быстро побежали к кораблю. На полпути я услышал сзади восклицание:

– Ты не уйдешь от своей судьбы, человек! – после этих слов, с потолка начала падать стальная обшивка. Увидев это, Некранд резко изменила путь и побежала в другой ангар. Далон и Клемия заметили ее побег, но так как я был ближе к наемнику чем они – крикнул:

– Бегите на корабль! Я схвачу ее!

Я побежал за Некранд, попутно кидая обломки в Таиренда и Гоззо. Наемник направлялась к одному из гвардейских кораблей, которые обнаружили Райн и Дрекс. Несмотря на мои усилия, Некранд бегала быстрее и вот она уже собралась улетать, как я в последний момент успел запрыгнуть внутрь. Когда мы отлетели на безопасное расстояние я услышал облегченный вздох Некранд, затем она пошла на выход из кабины пилота и завидев меня воскликнула:

– Что за черт! – сказав это, она вытащила пистолет, но так как это было слишком предсказуемо, я заранее сосредоточил свое внимание на ее оружии и как только оно покинуло магнитную поверхность скафандра Некранд, я выбил его из ее рук с помощью силы.

– Отвези меня к Дестинору, – ответил я, обезоружив наемника.

– А что тебе еще нужно? Чего изволите? Я не извозчик и я не подписывалась на эти погони!

– Хорошо, а что если ты заберешь этот корабль и я забуду что видел тебя? Это же лучше, чем мы просто тебя отпустили бы. Теперь условия выгоднее, – предложил я. – Пойми, что это очень важно. Хотя мы уже все это говорили тебе.

– Интересно… – задумчиво произнесла Некранд. – Как же ты домой доберешься?

– Я только попрошу дать мне спасательную капсулу.

– Ладно, – с одолжением ответила она, – такому герою я выделю капсулу. По рукам!

Договорившись с Некранд, мои ноги неожиданно подкосило и я упал на колени. С головокружением пришли голоса, которые говорили: "Через три дня, твой мир сгорит. Эксагнисты безжалостны! Их корабль уничтожит твою планету!".

– Ты в порядке? – спросила Некранд. – Может тебе прямо сейчас сесть в капсулу и улететь?

– Нет, – с трудом пробормотал я и, заметив, как Некранд аккуратно тянется к пистолету, добавил: – У нас уговор…

– Знаю, знаю… – ответила она, считая, что я буду не в состоянии противостоять ей и поэтому она продолжила тянуться к оружию.

Наконец головокружение прошло и я быстро вскочил на ноги, Некранд тем временем уже взяла пистолет, но не успела его навести на меня, поэтому она просто вернула его на магнитную зону бедра, как будто и намеревалась так сделать.

– Не думай, что от меня легко избавится, – пригрозил я.

– Ну что ты, как я могла такое вообразить, – с кокетливой улыбкой сказала она.

– Отдай мне пистолет, – сказал я и протянул руку, – он тебе сейчас не нужен.

Некранд медленно подошла ко мне и, приблизившись почти вплотную, с улыбкой, сказала:

– Тогда забери, – с этими словами, она развернулась ко мне спиной.

Молча взяв ее пистолет за рукоять, я дернул его на себя, но он не поддался.

– По-сильнее, – посоветовала Некранд.

Дернув пистолет во второй раз, он наконец поддался и остался у меня в руке.

– Больше ничего не хочешь забрать у меня? – спросила Некранд, не двигаясь с места.

Молча обойдя ее, я прошел в кабину пилота, проверил уровень заряда астерий и убедившись, что их запаса хватит для полета до цели, связался с Эрихом:

– Эрих, прием!

– Лейтенант Кирэго, слушаю, – ответил он.

– Срочно летите к Земле, сообщите командованию о вторжении и о том, что нам потребуется флот. Кажется эксагнисты прибудут через три дня. Я вернусь быстро, насколько смогу, энергии на этом корабле хватит для полета.

– Погодите, лейтенант, может просто перекинем астерии с твоего корабля на наш? – предложил Эрих.

– Этот корабль меньше, думаю дальше объяснять не нужно…

– Ну да, меньше энергии для создания пространственного коридора и так далее. Короче, нам все равно не хватит, чтобы прокормить нашего обжору. Кстати Далон сейчас подойдет, расскажи ему…

Но дожидаться прихода Далона я не стал и резко завершил сеанс связи. "Он постарался бы удержать меня" – подумал я.

– Мы перешли в гиперпространство, – заявила Некранд. – Иди в стазис-капсулу.

– А ты почему не идешь? – с подозрением спросил я.

– Я буду следить за своим кораблем, – ответила она, сидя в кресле пилота и положив ноги на панель управления.

– Два дня – не такой большой срок, я так посплю, – уходя ответил я.

– Как знаешь, гвардеец.

Глава 27. Разговоры за спиной.

Легат Совета Гарнед умер в возрасте двухсот пяти лет, поставив рекорд среди людей-долгожителей. Многие из командования вздохнули с облегчением после его ухода, ведь на его место придет молодой, пятидесятилетний легат зиллиона – Акутус. Он давно зарекомендовал себя, как мудрый командир не гоняющийся за славой. Такие глобальные грядущие перемены не могли не сказаться на офицерах, находящихся на командирских должностях, Далон не был исключением.

Пока я и Некранд летели к Герону тридцать, на "Архангеле" кипели споры; пока он стоял на заправке у одной из ВПГ по пути к Земле. Новый легат Совета разумеется был в курсе о подопытном 109, то есть обо мне, и знал о планах своего предшественника и о телохранителе в виде Далона; но он не был знаком с ним.

▾

– Что он себе позволяет?! Я командир этого отряда, я здесь принимаю решения! – с яростью треснул по столу Далон. – А тут еще и легат Совета сменился, какой будет мой первый доклад?

– Далон, он ведь все объяснил. На мой взгляд он все правильно делает…

– Что ты сказал, Эрих?! – спросил Далон и испепеляюще посмотрел на Эриха. – Кто ты такой, чтобы решать, что тут правильно, а что нет?! Ты – пилот, вот и делай свою работу! – после этих слов, Далон оглядел всех и ушел.

– Не обращай внимания, – сказал Райн. – Он частенько бывает в таком состоянии.

– Раньше он таким не был, – сказал Васл.

– "Гнев есть оружие бессилия", Софья Сегюр, – почти под нос произнес Эрих, смотря на дверной проем, где до этого был Далон.

– Как думаете, отсутствие Арториуса отразиться на нас? – пробасил Дрекс.

– Если Арторий точно предсказал возвращение эксагнистов, то он правильно поступил, что полетел один. Мы не успели бы вовремя добраться до Герона тридцать и кто знает, нашли бы мы там то, что ищем, – заявила Клемия и посмотрела на Райна, ожидая его поддержки.

Райн уплетал свой обед и, заметив взгляд Клемии, сказал с набитым ртом:

– Да я тоже так считаю.

– Думаю так считают все кроме Далона, – сказал Туаглор.

– Ладно, расходимся. Не хочу больше попадаться на глаза Далону, – сказал Васл и первый покинул кают-компанию.

Когда все разошлись, Клемия направилась к каюте Далона. Подойдя к двери, она прислушалась.

– Лейтенант Нотиван… Я прочитал ваш последний рапорт, – прозвучал спокойный голос, – адресованный покойному легату Совета Гарнеду. Вы утверждаете, что лейтенант Арториус Кирэго, он же подопытный сто девять, находится под полным вашим контролем и сейчас в полной безопасности, это так?

– Никак нет, триарий легат Совета.

– Почему?

– Он ушел в самоволку, триарий легат Совета. Он сказал, что должен найти ответ, как запустить древнее оружие. Нужно было отправляться немедленно, а полетел один, так как у "Архангела" было мало топлива. Еще он говорил о том, что около Земли понадобится флот.

– Какое оружие, лейтенант? И при чем тут флот?

– Оружие поможет в войне против пришельцев, которые хотят уничтожить Землю. Так, по крайней мере, думает Кирэго.

– Тогда, я приказываю вам – лететь на Землю и предупредить губернатора. Я должен обсудить дальнейшие действия с Советом. Если они посчитают, что угроза реальна, то когда вы прибудете на Землю, приказ о военном положении будет издан. Вы должны будете лично вручить его губернатору. А на счет лейтенанта Кирэго…

– Можете не беспокоится, триарий легат Совета, он выполнит задание и вернется целым и невредимым.

– Не гарантируйте то, над чем не властны, лейтенант, – произнес легат Совета. – Впрочем, все это уже не важно. Мой предшественник считал, что Кирэго должен быть под присмотром и что он нуждается в охране. Лично я так не считаю и поэтому отменяю предидущий приказ. Отныне лейтенант Кирэго не нуждается в наблюдении и защите.

– Есть, триарий легат Совета, – ответил Далон и видимо собирался проститься с ним, отдав ему честь, но Акутус еще не все сказал: – Это не единственная причина, по которой я вызвал вас, лейтенант Нотиван. Рапорты Лимы вашего корабля, говорят, что вы плохо справляетесь со своими обязанностями. Лейтенант Кирэго не раз поступал, как сочтет нужным, игнорируя ваши приказы и несмотря на это, результаты его действий всегда приносят пользу. Так же он честно заслужил имя Белого берета…

– Что вы этим хотите сказать, триарий легат Совета? – взволнованно спросил Далон.

– Так-так, сестрица. Подслушивать – это плохо, – внезапно сказал Райн. – Хотя, может быть и полезно, учитывая…

– Тихо! – шепнула Клемия.

– …оповестите об этом ваш отряд, – закончил Акутус.

– Будет сделано, триарий легат Совета, – ответил Далон.

Наступила тишина; Клемия взяла под руку Райна и потащила его прочь от каюты Далона и когда она убедились в том, что вокруг никого, Клемия сказала:

– Зачем ты пришел? Я пропустила самое важное!

– Что ты там пропустила? – удивился Райн.

– У нового легата Совета иные взгляды на Далона и Артория.

– И чего? – удивился Райн. – Как это к примеру на мне отразится?

– Ты думаешь только о себе! – шепотом воскликнула Клемия и толкнула Райна в плечо. – Ладно. Здесь не место для разговоров, – оглядываясь сказала Клемия и со вздохом добавила: – Лучше бы Кирэго был командиром.

– Она так и сказала? – переспросил Далон, сидя в кресле свой каюты. – Какая ирония…

– Да, я сам это слышал, – ровно ответил Васл.

– Будь проклят этот Кирэго, он мне не понравился еще на Варказе пять.

Я отдаю приказ и все обязаны его выполнять! Но Кирэго, нарушая мои приказы, умудряется еще и оказаться героем. А теперь он берет и летит выполнять задание в одиночку! Уверен он вернется и окажется что все опять ему обязаны, – после этого Далон чуть-ли не завопил: – Будь проклят этот Кирэго! Будь проклята эта ЛИМА! Будь проклят этот легат Совета!

– С чего вдруг это тебя забеспокоило? – невозмутимо спросил Васл. – Ты же считал, что Арториус приведет нас к славе, когда обнаружит что-то ценное.

Утомившись от своей ярости Нотиван от бессилия зажался в своем кресле, как немощный и больной старик.

– Думаю все равно об этом узнают… – успокоившись начал он, словно сейчас ему придется исповедаться. – Легат Совета Акутус отстранил меня от командования отрядом… Кирэго теперь главный.

Тем временем в кабине пилота, собрались все остальные.

– Думаю, что легат Совета вряд ли пообещал Далону повышение, – пробасил Дрекс.

– Теперь он будет зол как никогда. Каждый раз, когда мы говорим об Арториусе, его словно перекашивает, – произнес Туаглор, своим вибрирующим голосом.

– Он явно что-то задумал, – сказал Эрих и замер, как будто его посетила жуткая мысль.

– Что? – тихо спросила Клемия, так как на миг испугалась услышать ответ.

– Далон, пару минут назад, попросил меня отключить энергию на корабле, типо в целях профилактики, но он это делает не в первый раз… Либо он это действительно в целях профилактики, в чем я очень сомневаюсь, либо он что-то делает на корабле, чего Лима не должна видеть или слышать.

– Как бы он не наделал глупостей, – заявил Туаглор.

– Ребята, а что это вы здесь делаете, а? – неожиданно раздался голос Далона, Нотиван стоял в дверях кабины пилота. – Время отбоя. Скоро будет битва против неизвестного врага, вам надо отдохнуть, – продолжил Далон, но в его голосе больше не было претензии начальника.

Эрих включил подачу энергии и на корабле снова стало светло, а приветствующий голос Лимы объявил о готовности. После минутной тишины, все хотели разойтись по каютам, но Далон, тяжело вздохнув, с еле уловимой дрожью произнес:

– Друзья… Я должен… Кое-что сказать вам. Со мной связался новый легат Совета Космической гвардии, Акутус и он… – Далон на миг замялся, глядя куда-то в сторону, а через мгновение поняв, что должен выполнить приказ, он нервно улыбнулся и добавил: – Легат Совета Акутус официально назначил Кирэго… Командиром отряда Раптор.

Поняв, что дело сделано, Далон коротко улыбнулся и молча ушел.

– Кирэго теперь командир отряда, – произнес Туаглор и поджав губы, покивал головой. – Что ж, акром-тис он это заслужил.

– Класс! – тихо воскликнул Райн, боясь что Далон может услышать его.

– Как воин, он вроде хорош в бою, – сказал Дрекс, пожимая двумя парами плеч.

– Амарэ, справедливость все же есть, – закрыв глаза, прошептала Клемия.

– Ну. Это не самое худшее, что могло произойти, – пошутил Эрих.

На следующий день ребята прибыли на Землю. Нужно было побеспокоиться о безопасности населения и Далон должен был отправиться к губернатору Земли, что бы воплотить план эвакуации в жизнь.

– Триарий легат Совета, – обратился Далон к голограмме, – я уже нахожусь на Земле и жду приказов.

– Совет одобрил введение военного положения. Я отправил вам приказ, лично предъявите его губернатору Саб'ноу. Флот уже в пути и прибудет к Земле через двадцать четыре часа.

– Вы верите Кирэго на слово? – спросил Далон.

– Исходя из данных, которыми я владею, Арториус не способен на вранье, особенно когда это касается чьей-то безопасности. Он хороший солдат, лейтенант, а хоть он нарушал и нарушает приказы, он это делает не для своего блага.

– Вы сделали хороший выбор, назначив его командиром, – с улыбкой произнес Далон, желая показать свою лояльность, – он и вправду достойный кандидат.

– Я не нуждаюсь в вашей оценке, лейтенант, – ответил легат Совета, стараясь в этой фразе показать свое презрение подобным похвалам, а затем голограмма исчезла.

Далон взял с собой Васла и, никому не сказав, отправился к губернатору.

– Ты что-то задумал, Далон? – спросил Васл, сидя напротив него, когда они ехали в общественном транспорте.

Далон же просто молча улыбнулся в ответ. Перед входом в кабинет губернатора, за отдельным столом сидела секретарша, завидев Васла и Далона, она спросила:

– Вы записаны?

– Не твое дело, – бросил Далон и направился к двери, у которой стояло двое охранников.

– Чем могу помочь? – спросил один из них и перегородил собой вход в кабинет.

Оба охранника были элитными гвардейцами, о чем гласила латинская буква "B" на их синих мундирах, и Далон явно не смог бы отделаться от них как от секретарши, поэтому он сменил тон на более уважительный и сказал:

– У меня приказ от легата Совета Акутуса, мне нужно увидеться с губернатором.

Когда охрана удостоверилась в подлинности документа, гвардейцы расступились перед ним, позволяя войти в кабинет, а сами проследовали за ним.

– Добрый день, губернатор Саб'ноу, – сказал Далон.

– Он уже не добрый, раз меня беспокоят. В чем собственно дело? – спросил губернатор.

– У меня приказ о введении чрезвычайного положения, – продолжил Далон и собрался направиться к губернатору, который сидел за столом, но заметив, как двое гвардейцев заранее приблизились к нему со спины – остался на месте. – В течении двух дней сюда прибудут неизвестные твари, которые уничтожат все население этой планеты. Нужно начинать эвакуацию.

– Эвакуацию?! – удивленно воскликнул губернатор. – Куда? Куда я дену такую толпу, да еще за два дня? Это же все нужно согласовывать со всеми космодромами, а это дело не двух минут!

– Я лишь должен был передать приказ, господин губернатор, остальное – ваши проблемы.

▴

Глава 28. Последний вестник.

Через два дня я и Некранд прилетели на Герон тридцать. Сама планета представляла из себя покрытые невысокой травой бескрайние холмы, среди которых, словно айсберг в океане, иногда возвышались одинокие горы. Дестинор находился в одной из пещер такой горы и корабль невозможно было посадить поближе. Приземлившись на относительно ровной местности, близ нужной нам скалы, мы вышли наружу.

– Пошли, у нас мало времени, – заявил я, вручив Некранд пистолет.

– Идти далековато, – сказала Некранд, указывая в сторону горы, – и там есть…

– Не важно, у нас нет выбора, – перебил я Некранд, не желая слушать всяческие отговорки.

Местная звезда была в зените и трава обрела изумрудный цвет, а снежные вершины высоченных гор на горизонте засияли, как маяки. Каждый раз, когда я нахожусь на подобных планетах, я сразу вспоминаю Землю; я скучал по своему дому, по шумным вечерам мегаполиса, по своей работе, даже по мистеру Текару. С одной стороны мне не хватало той рутины.

– Почти пришли! – сказала Некранд, прогнав мои воспоминания, как сильный ветер, который уносит опавшую листву.

Наемник привела меня к высеченным в горе ступеням. Эта находка сильно удивила меня, ведь разумную жизнь на этой планете никто не нашел. Хотя Герон тридцать был одной из нескольких сотен открытых планет, которые были максимально пригодны для жизни и быстрого терраформирования. Такие планеты иногда покупают коммерческие компании по строительству новых миров.

– Вот это да! – воскликнул я, осматривая лестницу.

– Ты нашел что искал?

– Нет, но это же самые настоящие ступеньки, значит тут обитала разумная форма жизни!

– Давай поскорее, – недовольно сказала Некранд.

Тропа привела нас к пещере, около входа которой оказались три неизвестных мне существа, похожих на людей каменного века.

– Стой! – воскликнул я, когда заметил неизвестных гуманоидов.

– Не боись, они не кусаются, – важно ответила Некранд.

– Они точно не враждебны? Мы сможем пройти?

– Иуна савонг мэ у чалак! – ответил мне один из них, когда мы подошли совсем близко.

– Мне нужно пройти к кристаллу, это очень важно! – ответил я.

– Слушай, я тут была, в общем, они не пускают туда с оружием, – сказала Некранд, положив свой пистолет на землю.

– Откуда ты знаешь? – спросил я с недоверием.

– Ну, мой корабль тогда накрылся, пришлось чинить, а вода кончалась. Эта пещера оказалась единственным местом в округе, где есть вода. Спустя некоторое время общения я поняла, что им не нравится мой пистолет, как только отдала его они меня…

– Все понятно, – ответил я, кладя свой пистолет на землю.

– Мэ чала! Мэ чала! – вдруг поочередно заговорили они и принялись прыгать, скорее всего пытаясь выразить радость.

После их одобрительных криков, я и Некранд беспрепятственно прошли внутрь. Когда мы зашли в пещеру, нам встретилась еще целая дюжина таких существ, на их лицах были нарисованы странные разноцветные символы. Из одежды у них были набедренные и нагрудные повязки. Дикари вооруженные каменными копьями и костяными мечами – все это было для меня в диковину. Нечто подобное можно прочитать в старых учебниках истории или увидеть на ежегодной выставке под названием: "До нашей эры". Некранд вела меня по темным и извилистым тоннелям. За мной, тем временем, пристально следили дикари и если я делал резкие движения, все сразу начинали вскрикивать: "Ачуре на! Ачуре на!" и наставлять на меня копья.

Вскоре мы пришли в грот, по центру которого стоял Дестинор. Он горел ярким синим цветом и, находясь в воде, его свечение было еще ярче чем у предыдущих, найденных мною кристаллов. Вокруг него стояли статуи, изображающие людей с головами невиданных животных, которые защищали Дестинор. Около них сидели дикари и вместе со статуями тоже охраняли кристалл. Из грота, по тоннелям, можно было попасть в скудные жилища племени.

Когда я подошел к краю берега и сел напротив кристалла, все аборигены затаили дыхание и стали наблюдать за моими действиями.

Пустота окутала меня так же неожиданно, как наступает сон; затем передо мной открылись двери и я оказался в своей квартире. На минуту мне показалось, что все закончилось, но вдруг свет в моем доме померк. Подойдя к окну и взглянув в небо, моему взору представилась огромное полупрозрачное пятно, затем оно начало мерцать ярким цветом морской волны. Мне захотелось закрыть окно, но я уже находился не в квартире, а в поле, возле прямоугольных высоких камней. "Это же Стоунхендж!" – подумал я. Неожиданно около него я увидел себя, второй "я" держал какой-то камушек. Затем начал подниматься сильный ветер, моя копия подошла к одному из камней Стоунхенджа и поднесла к нему свой камушек. Внезапно вся постройка засветилась, засияла и из центра Стоунхенджа появился яркий белый луч, он поглотил темное пятно и уничтожил его. Когда белое сияние пропало, я оказался под деревом. Напротив меня сидел улыбающийся Прото-Мэнто, он был рад меня видеть.

– Здравствуй, Арториус. Наконец мы снова встретились.

– Здравствуйте, Прото-Мэнто. У меня так много вопросов! – ответил я.

– Я внимательно слушаю тебя.

– Кто такие эксагнисты?

– Это жуткие создания, пришедшие из далекой галактики. Их вид является пиком эволюции – существа из чистой энергии. Они лишены инстинктов и потребностей. Это безликие скелеты, темного-синего цвета граничащего с черным, с шестью конечностями, а вместо лиц у них пустота. Все они бессмертны и единственная цель в их вечном существовании, как я понимаю, – это порабощение. Ты почти верно предсказал их появление, у тебя задатки великого телиоса, но к счастью эксагнисты прибудут чуть позже.

– Зачем им это, если они не нуждаются ни в чем?

– Их бессмертие это своего рода проклятие. Они не могут умереть или убить себе подобных, так как они состоят из одного вида энергии, будто на одной волне, как будто это единый организм. Как вода не может быть высушена водой, так и эксагнисты, не могут навредить друг другу.

– Как же их победить?! – удивился я.

– Их может убить лишь телиос! К нашему удивлению, эксагнисты не могут войти в это состояние, они владеют лишь третьим видом бытия. Но владеют им в совершенстве!

– Это успокаивает… – с огорчением ответил я. – А что делает Стоунхендж? Разве он не может их убить?

– К сожалению нет, луч Стоунхенджа способен только расколоть корабль эксагнистов и заточить его в другом измерении, но ненадолго… Это лишь даст тебе немного времени.

– То есть битва с эксагнистами ложиться на мои плечи, – заключил я.

– К сожалению да. Мы не хотели, что бы это произошло, но узнали слишком поздно…

– Что вы поздно узнали?

– Дело в том, что мы не первые, кто контролирует материю, были и другие. Эксагнисты будто чувствуют колебание частиц омнес и они придут к тому, кто ею научился управлять.

– Где ваш вид? – поинтересовался я.

– Мы давным давно все погибли, эксагнистов было слишком много… – сказав это, элнонианин склонил голову.

– Что произошло и как вы связаны с нами? Как мы появились на свет?

– О нет! – воскликнул Прото-Мэнто. – Они снова нашли тебя! Два омнитема, они рядом!

Внезапно небо над нами потемнело, стал подниматься ветер, а затем начался дождь.

– Как мне опять с вами говорить?!

– Наша планета! – воскликнул Прото-Мэнто.

– Где она? Где?

Элнонианин подошел ко мне и коснулся большим пальцем правой руки, моего лба. После этого меня ослепил яркий свет и я снова оказался в пещере, вокруг никого не было. Встав с пола, я тихо направился к выходу. Тут меня кто-то схватил сзади, закрыл рот рукой и увел в соседний темный тоннель, говоря:

– Тихо! Нам нужно бежать отсюда! – по голосу это оказалась Некранд.

– Отпусти меня!

– Тихо, говорю же! – прошептала она и отпустила меня. – Эти двое снова нашли нас, не представляю как.

– Тогда почему мы все еще прячемся в пещере, надо бежать к кораблю!

– Они уже здесь, местное племя сейчас пытается общаться с ними, у подножья.

– Таиренд не заставит себя ждать, уходим! – ответил я и направился к выходу.

Звезда уже скрылась за горизонтом, но ее последние тусклые лучи все еще пытались противостоять тьме. Внизу, около каменной лестницы, сверкали четыре огонька, они освещали восемь дикарей и еще две темные фигуры в плащах.

– Мы не успеем проскользнуть мимо и добежать до нашего корабля, – сказала Некранд, наблюдая за переговорами вождя и Таиренда.

– Беги первой и запускай корабль, я попробую их остановить.

– Как скажешь, – ответила Некранд и стала спускаться с горы.

Тем временем, я продолжил следить за переговорами. Внезапно Таиренду надоело тратить время и он, взяв пистолет, убил всех аборигенов, находящихся рядом с ним. Для Гоззо это стало сигналом и он побежал вверх по лестнице. Медлить было нельзя, я вскочил и спрыгнул с горы. Во время прыжка я представил, что передо мной огромная ледяная гора. Затем, я выбил из скалы каменную плиту и, встав на нее, начал стремительно съезжать по горе, словно по льду. Некранд в это время уже спустилась и побежала в сторону нашего корабля.

– Ты не уйдешь от нас! – послышался голос Гоззо.

Обернувшись назад, я увидел Гоззо, который каким-то образом парил прямо над поверхностью горы так, будто он съезжал на доске по снегу. Создав небольшой столб из скалы, прямо на его пути, я посчитал что это остановит галла. Но Гоззо в ответ сделал силовой удар, и мое препятствие разлетелось на камушки. Вот мы уже достигли подножья горы, я на лету спрыгнул со своей каменной плиты, сделал кувырок и побежал за Некранд. Неожиданно меня сбил кусок земли, который запустил в меня Таиренд. Незамедлительно встав, я поднял силой несколько пластов почвы и начал закидывать ими Гоззо, который уже бежал ко мне и был уже совсем близко. Не успев отбить эту атаку, Гоззо по шею оказался засыпанным в земле. К этому времени подбежал Таиренд, я встал в боевую стойку и приготовился к бою.

– Очень глупо! – сказал Таиренд. – Глупо сражаться с тем, кого нельзя победить!

– Глупо быть самоуверенным! – ответил я.

Таиренд покрылся алой аурой и вдруг поднял меня в воздух и, затем, со всей силой швырнул на землю. В голове все помутнело, но я не сдался и, положив руку на землю, стал представлять болото. Таиренд, медленно погружаясь, начал вязнуть в земле. Тогда товандианец откинул меня в сторону и попытался вылезти из созданной мной трясины. Гоззо уже выбрался и стал помогать своему учителю. Воспользовавшись этим, я изо всех сил побежал дальше, вверх по холму, как увидел столб дыма. "Неужели что-то с кораблем?" – промелькнуло у меня в голове, и тут из-за холма ко мне подлетел незнакомый корабль. Запрыгнув на открытый пандус, я поднялся на судно и оно тут же покинуло планету.

– Как я вижу тебя здорово потрепали, – сказала Некранд, подойдя ко мне.

– Мда… Я только сейчас догадался, что я могу управлять металлом, который присутствует в броне! – сидя на полу и взявшись за голову, сказал я.

– Ты про что?

– Только так Таиренд мог поднять меня в воздух. Он же может влиять только на простую материю, как и я. Телекинезом владеют только адепты третьего вида бытия!

– Но ты же тоже материальный, разве нет? – спросила Некранд, пытаясь понять о чем идет речь.

– Да, но я не примитивная материя, как камень или металл. Поэтому на меня нельзя повлиять, но можно повлиять на то, во что я одет. Таиренд этим и воспользовался! – произнес я с таким тоном, будто открыл Амрегию.

– Ладно, я все равно ничего не пойму в вашей фигне! – отмахиваясь воскликнула Некранд. – Давай о главном. Я думаю Таиренд нас просто отследил, это кстати корабль на котором они прилетели, тут больше топлива и он дороже.

– Как он мог отследить нас? – спросил я, все еще продолжая сидеть на полу.

– Наверное по прибытию на ВПГ, Таиренд на все корабли поставил датчики, даже на этот, с расчетом на то, что мы им воспользуемся.

– Но тогда они выследят нас с корабля, который мы оставили.

– Не волнуйся, я его подожгла.

В ответ я вздохнул с облегчением и, закрыв глаза, облокотился на стену.

– Что теперь? – спросила наемник.

– Мы летим на Элнон.

– Далеко лететь? – спросила Некранд закатив глаза.

– Не знаю, может быть, – ответил я, продолжая сидеть у стены, не открывая глаз.

– Ты там не разу не был?

– Нет, я даже никогда не слышал об этой планете. Я просто отчетливо помню ее координаты.

– Откуда ты их знаешь?

– Прото-Мэнто мне рассказал.

– Кто?! Ай, не важно! С меня достаточно непонятных вещей на сегодня! Иди в кабину пилота и настраивай курс, – после этих слов Некранд ушла.

Глава 29. Окраина галактики.

– Как ты не можешь проложить курс? – спросил я у Лимы.

– К сожалению, лейтенант Кирэго, вы располагаете не полными данными координат, – сказала Лима, когда я предоставил ей координаты, которые мне удалось запомнить после встречи с Прото-Мэнто. – Вам известна только область небольшого звездного скопления. В нем может находится более десятка планетных систем и на поиски нужной вам планеты, на которой не происходит никаких процессов жизнедеятельности высокоразвитой цивилизации, может уйти огромное количество времени. Могу провести расчет.

– Нет, не нужно… – ответил я и откинулся на спинку кресла пилота. – А как же я узнал об Элноне? Я даже знаю как эта планета выглядит!

– Извините, лейтенант Кирэго, но этих данных все равно не достаточно, – ответил Лима.

Просидев некоторое время в кабине пилота, наблюдая за открытой пустотой космоса, я неожиданно вспомнил о фрагменте координат неисследованной планетной системы, который достался мне от Вакенгеша с Варказа V. Открыв на УКС файл с огромным набором цифр, я обратился к Лиме:

– А если приложить эти координаты к тем, что у нас уже есть?

– Хорошо, лейтенант Кирэго, – ответила Лима и через пару секунд добавила: – Готово, маршрут построен.

– Надеюсь ты нас не закинешь в другую галактику? – с ухмылкой спросил я.

– На этот счет вы можете не волноваться, лейтенант Кирэго. В другую галактику вы попасть не сможете, так как на корабле недостаточное количество астерий. Корабль автоматически выйдет из гиперпространства далеко за пределами Млечного пути.

Посидев несколько мгновений в тишине и осознав всю фразу Лимы, я настороженно спросил:

– То есть мы можем отправиться сейчас за пределы Млечного пути? Надеюсь ты шутишь!

– Простой искусственный интеллект не обладает чувством юмора, лейтенант Кирэго, – ответила Лима и, выдержав некоторое время тишины, добавила: – К счастью для вас, я не простой искусственный интеллект.

– То есть это шутка?! – с удивлением спросил я.

– Возможно, да. Мне трудно оценивать свое чувство юмора.

– Ладно, будем считать, что для первого раза – неплохо. А с каких пор ты начала это делать?

– Точного времени я назвать не могу. Могу сказать, что в один момент я смогла использовать форму ответа отличную от сотен других, такую, которую никогда не использовала.

– И что ты чувствуешь? – с интересом спросил я.

– Я не умею чувствовать, я не знаю что это. Но я вижу возможность узнать что-то новое. Новые реакции на нестандартные ответы. Выражаясь языком органической формы жизни, в целом это можно назвать – любопытство.

Полет предстоял на самый край галактики, повезло, что это оказалось недалеко от нас. По расчетам мы должны были лететь около двадцати трех часов. Перейдя в гиперпространство, я пошел к холодильнику. «Ну и жуть едят эти галлы» – подумал я, когда увидел пару пакетов с маленькими существами в панировке, напоминающих Земных мышей. На упаковке был изображен довольный галл, который держал в руках целую тарелку с мелкими грызунами.

Когда я сидел и медленно доедал паек "Pu92", пришла Некранд, села за стол напротив меня и спросила:

– Зачем ты все это делаешь?

– Если я не выясню, как остановить корабль эксагнистов, то никто это не выяснит.

– И что с того? – безразлично спросила она.

– Они скоро прилетят и уничтожат Землю.

– Ну и что? Подумаешь одна планета? Если это все, что им нужно, то это не так много.

– Что? – спросил я и на миг потерял дар речи, так как не мог понять всего безразличия Некранд. – Они собираются уничтожить наш с тобой дом, родину нашего вида! А если они не ограничатся Землей? Если они начнут уничтожать все наши планеты?

– Брось, – махнув рукой сказала Некранд, – никто не сможет уничтожить планету, ну разве что только в фильмах.

– Они уже когда-то стерли всю цивилизацию наших предков, им это не в первой.

– И их не остановили?

– Нет.

– С чего ты взял, что у нас есть шансы?

– Шанс есть всегда, пока ты борешься! – заявил я и тихо ударил по столу, желая показать твердость своего убеждения, но не поднимая шума.

– Тебе не хватает звания – капитан.

– Почему? – удивленно спросил я.

– Ну, для спасителя галактики, лейтенант слишком смешное звание, а какой-нибудь генерал слишком старческое, – пожав плечами, объяснила Некранд.

– Дело вовсе не в звании, а в стремлении.

– Что ты хочешь найти на той планете? – спросила Некранд, сменив тему разговора.

– Там, куда мы летим, должны быть остатки цивилизации, возможно мы найдем то, что нам поможет, – заключил я и, доев свою порцию, встал из-за стола. – Лично я пойду вздремну.

Пустота… Зависнув в ней, я никуда не мог двинуться. Оглянувшись по сторонам, я заметил вдалеке небольшой шарик с тусклым зеленоватым свечением вокруг него; он начал приближаться ко мне.

– Знай… – шепотом донеслось от зеленого огонька. – Вся вселенная погибнет из-за тебя…

– Кто ты? – крикнул я, и мой вопрос эхом разлетелся в пустоте.

В ответ была лишь тишина. Светлячок не долетел до меня и растворился в воздухе.

– Куда ты пропал? – крикнул я.

– Я твоя смерть! – неожиданно и громко прозвучало прямо сзади меня, от чего я вздрогнул и проснулся.

Неожиданно раздался голос Лимы:

– Внимание! Корабль приближается к пункту назначения, займите свои места!

"Не может быть, что бы я проспал так долго" – подумал я, смахивая с лица холодный пот. Отперев дверь своей маленькой комнаты, я пошел в кают-компанию, где быстро поел, а затем направился в кабину пилота, где уже сидела Некранд. Сев во второе кресло, я пристегнулся и приготовился к посадке.

– Поглядите кто проснулся, герой галактики! – воскликнула Некранд.

Неожиданно корабль начало трясти – мы проходили слои атмосферы. Когда наше судно миновало облака, передо мной открылся прекрасный вид на огромный город, такой как Карелия, только этот был полуразрушен и поглощен густыми растениями. Звезда возвышалась над многоэтажными зданиями и приветствовала нас своими лучами. Посадив корабль на первой попавшейся площади, я пошел к шлюзу.

– Отлично, климат как на Земле! – заявил я, когда прочитал отчет о внешней среде. – Пойдем!

Площадь, на которой мы приземлились, была окружена высотными зданиями, по видимому построенными из камня, он был песочного цвета, от чего могло создаться впечатление, что весь город – это песочный замок. Несмотря на явное внешнее сходство с песком, дома не поддавались глобальному разрушению и растения с трудом пробивались через такой материал, даже с помощью своей силы мне не удалось извлечь кусок этого камня, поэтому город не зарос целиком. Но время куда могущественнее, чем растения или омнитем, и большая часть зданий уже явно не была похожа на свой первозданный вид.

– Мдаа… – протянула Некранд, оглядываясь по сторонам. – Это место так и сияет цивилизацией! Что ты здесь надеешься найти?

– Пока не знаю…

– Замечательно! Следовать советам человека из своего сна.

– Смотри, здесь наверное был пешеходный переход! – восторженно сказал я, показывая линию на дороге, которая соединяла параллельные улицы.

– Это точно тебе поможет победить твоих чудиков, – ухмыльнулась наемник.

– Ладно, пойдем в этом направлении, – указав рукой путь, я пошел вперед.

– Почему туда? – спросила Некранд, стоя около корабля.

– Надо же с чего-то начать.

Едва свернув на соседнюю улицу, мы наткнулись на ржавые транспортные средства элнонианской цивилизации. Проходя мимо одной из машин и заметив в ней силуэт, я направился в ту сторону, но приблизившись в плотную к автомобилю, я увидел лишь труп похожий на человеческую мумию, только рост был больше на целую голову. Продолжив путь и свернув за угол, мы увидели, что на всей улице лежит около сотни таких мертвецов, в последующем продвижении по городу, нам все чаще и чаще стали встречаться такие скопления высоких людей. Идя по дороге и осматриваясь вокруг, я пытался восстановить картину произошедшего. Люди от чего-то пытались убежать, они цепочками направлялись в какое-то одно место. Решив пойти по этому жуткому следу, я преодолел некоторое расстояние и набрел на нечто необычное. Посреди дороги, в небольшой вмятине величиной с кулак, лежал прямоугольный черный камень, что оказалось странным – он не отбрасывал блики солнца, он словно поглощал их.

– Человек, подойди ко мне, – неожиданно донесся загадочный голос от камня.

– Не подходи! – резко воскликнула Некранд.

– Что? Почему?

– Я уже много повидала в своей жизни… Галл размахивает руками и ты летаешь в воздухе, а потом ты отдираешь многотонный металл и швыряешь в этого галла, товандианец кидающийся кусками земли! Но говорящий камень – это уже слишком! Мы чего-то надышались, это все ненормально!

– Тихо! – крикнул я. – Держи себя в руках!

– Может для тебя это и нормально, но для меня – нет.

– Не слушай ее, человек. Я вижу ты – мудр, подойди ко мне, прошу, – вмешался голос из камня.

– Ладно, это и вправду уже дико, – согласился я . – Давай пойдем дальше, а с этим мы разберемся потом.

Некранд и я обошли камень стороной и продолжили свой путь.

– Нет! Стойте! Вернитесь! – донесся отчаянный голос от камня.

Ничего не отвечая, мы прибавили шаг и поспешно покинули "говорящий камень".

В конце концов след, состоявший из погибших горожан, привел нас к спуску под землю, который находился прямо посреди улицы. Скорее всего это было некое убежище для элнониан.

– Значит все эти люди бежали сюда, но не успели? – спросила Некранд.

– Не знаю, пойдем посмотрим.

Некранд включила фонарь на наплечнике своей брони и пошла первой. Спустившись по ступенькам вниз, мы наткнулись на выбитую дверь, она закрывала проход в небольшую комнату, где люди сидели за самодельными укрытиями. Все они были одеты в доспехи и в руках держали некое подобие оружия. Главной достопримечательностью был небольшой прозрачный шар, размером в половину человеческого роста. У его подножья лежало два тела, по виду это были не солдаты. Осмотревшись вокруг, я подошел к шару и потянул к нему руку.

– Стой! – воскликнула Некранд.

Замерев на миг, я повернулся к ней, ожидая объяснения.

– Мы не знаем что это и для чего это, вдруг оно опасно?

– И это говорит мне наемник с Ресала девять?

– Я привыкла иметь дело с известными мне вещами. Вдруг и эта штука взорвется? Мне еще жить хочется!

Проигнорировав ее доводы, я коснулся прозрачного шара. Неожиданно сфера загорелась белым светом. Через доли секунд передо мной появились два, не имея четких очертаний, облика людей, мужчины и женщины.

– Здравствуй, наше дитя. Результат того, что ты видишь здесь – это прибытие эксагнистов, – начала женщина.

– Здравствуй, колонист группы Мессия, – произнес мужчина.

– Вы знаете наш язык? – спросил я.

– Да.

– Как?

– Данная машина способна на быстрое изучение мозговой активности биологических видов четвертой категории. Это делает изучение способа общения вашего биологического вида достаточно быстрым.

– Что с вами случилось? – спросил я.

– Давным давно, наш вид истребила раса, которую мы назвали – эксагнистами, существа полностью состоящие из энергии. Гибель нашего вида было делом не одного дня, а нескольких столетий. Я – доктор Келвисион Да'ардис, чтобы сохранить наш вид, использовал один из многочисленных проектов по модернизации нашего генетического кода и вырастил более четырехсот тысяч мужчин и женщин. Но чести продолжить наш род, были удостоены лишь сто шестьдесят тысяч. Построив четыреста кораблей, я поместил в каждый по двести мужчин и двести женщин, и по одному Дестинору и Стоунхенджу…

– Зачем нужны Дестиноры?

– Дестиноры являются носителями колоссального количества информации, они способны проецировать ее в сознание. Они являются хранителями всей нашей истории и научных открытий и предполагались в качестве огромных библиотек для будущих колонистов. Но исходя из краткого анализа твоего мыслительного процесса, Дестиноры не смогли поделиться с вами всеми своими знаниями, кроме нашего предупреждения. Если ты и твоя группа выжили без помощи – это еще раз доказывает, что твой вид получился лучше всего!

– Постойте! Вы хотите сказать, что я – это вы? Я элнонианин?

– Когда эксагнисты уничтожили население большинства планет, мы отправили четыреста кораблей "Прародитель" на разные планеты. Каждый корабль "Прародитель" включал в себя двести мужчин и двести женщин. Колонисты, в целях безопасности, были погружены в состояние глубокой спячки и должны были проснуться после исчезновения эксагнистов. Но враг долгое время не покидал Млечный путь, он выжидал пока кто-нибудь из оставшихся элнониан не подаст какой-либо знак, но на тот момент единственными представителями нашего вида являлись сто шестьдесят тысяч замороженных колонистов. В конце концов, эксагнисты покинули этот мир и колонисты смогли проснуться. Но из-за длительного пребывания в состоянии заморозки, колонисты потеряли большую часть накопленных знаний и одичали. Данная стадия могла длиться в течении неизвестного количества времени. Возможно колонисты проснулись с мировоззрением маленького ребенка и им пришлось заново развиваться. Исходя из краткого анализа твоего мыслительного процесса, Дестиноры по неизвестным причинам не смогли поделиться всеми своими знаниями, кроме нашего предупреждения. Если ты и твоя группа выжили без помощи, это еще раз доказывает, что твой вид получился лучше всего.

– Я так же наблюдаю, что твой вид придумал историю о человеке, который спас все живое на планете от потопа, построив огромный корабль, – сказала женщина. – Это результат пробуждения участка генетической памяти, отвечающего за врожденное знание нашей истории. Мы пытались реализовать это в одном из проектов. Человек построивший корабль – это доктор Келвисион Да'ардис.

– Если мы все один вид, то почему у монсонов четыре руки или у наларли есть плокамиа?

– Перед пробуждением, искусственный интеллект корабля был обязан ввести сыворотку ускоренной эволюции, – продолжил мужчина. – Таким образом за несколько тысяч лет, элнонианин мог измениться до неузнаваемости. Это же могло повлиять на восстановление мыслительных процессов колонистов после пробуждения, в противном случае все могли погибнуть.

– А как объяснить то, что между расами возможно смешение и при этом получается ребенок, похожий только на одного родителя?

– В модифицированном генетическом коде элнониан, было предусмотрено, что в случае успеха, группы колонистов с разных планет в итоге встретятся. Чтобы сохранить вид, мы должны были предусмотреть способ смешивания таких групп. Нами был задан фактор межвидового размножения, который предполагал рождение максимально чистого элнонианина, как с родной планеты, относительно родителей. К примеру, исходя из твоих знаний, можно сказать, что в случае скрещивания наларли и монсона, наларли больше похожи на элнониан, поэтому у этого союза ребенок будет наларли. К сожалению проект был завершен не до конца, из-за этого не более десяти процентов генома ребенка может быть подвержено мутации.

– Ахренеть! – воскликнул я и схватился за голову, не веря услышанному. – Генетики так долго ломали головы, а ответ ждал нас тут! – но когда эйфория спала, я неожиданно вспомнил про теорию нашего происхождения и сказал: – Но постойте, а как же теория происхождения человека от шимпанзе? И то что мы генетически схожи с одним из их видов, более чем на девяносто процентов?

– Исходя из моих данных, на планете группы Мессия, отсутствовали человекоподобные животные. Теоретически, модифицированный генетический код элнониан, при определенных условиях мог заставить деградировать определенную особь, а сыворотка ускоренной эволюции могла ускорить процесс, оказав противоположный эффект. Могу выдвинуть теорию, которая гласит, что с вероятностью девяносто восемь процентов, шимпанзе произошли от элнонианских колонистов.

– А как же каменные орудия труда? Их возраст превышает два миллиона лет!

– Как уже было сказано, из-за длительного пребывания в состоянии заморозки, колонисты могли потерять большую часть накопленных знаний и одичать. Данная стадия могла продлеваться в течении неизвестного количества времени. Возможно колонисты проснулись с мировоззрением маленького ребенка и им пришлось заново развиваться. Данное развитие могло проходить в течении неограниченного времени. Исходя из твоего заявления, колонисты группы Мессия научились создавать примитивные инструменты, около двух миллионов лет назад.

Помолчав пару мгновений, осмысливая информацию, я вспомнил реальную причину, почему я сюда пришел:

– Как я могу уничтожить эксагнистов?

– Единственным способом уничтожения эксагнистов является телиос.

– А Стоунхендж?

– Стоунхендж способен расколоть корабль эксагнистов и заточить его в другом измерении, на неопределенное время, от сотни до тысячи лет. После этого, корабль может появиться в любом месте нашего измерения.

– Как им управлять?

– Достаточно вложить в один из главных преобразователей, энергетический камень. Далее Стоунхендж сам определит местоположение корабля эксагнистов.

– Почему же вы не смогли победить?

– Я ограничен в ответах, правильно задавай вопрос.

– Где я могу найти такой камень?

– Они находятся на космодроме "Д".

– Почему эксагнисты это делают? Зачем им это нужно.

– Мотивы нам не известны.

Простояв некоторое время в тишине, я неожиданно подумал: "А с кем я говорю?".

– Я – искусственный интеллект, работающий на основе виртуальной копии определенных частей памяти доктора Келвисиона Да'ардиса, – ответил облик доктора.

– Эксагнисты когда-нибудь могли контактировать с нами, с нашей группой?

– Возвращение эксагнистов предполагалось. Ты не единственный, кто пришел сюда с вопросами. Другая группа колонистов, Атаго, догадалась о назначении Стоунхенджа и, установив его в виде корабельного орудия, они исследовали космос. Исходя из их рассказа, эксагнисты прибыли уничтожить их колонии.

– В определенном этапе нашей истории, моя планета подверглась воздействию мощного вихря энергии. О том дне мало что помнят, но тогда мы чуть не вымерли.

– Логично предположить, что они расправились с кораблем эксагнистов и не допустили вашего полного уничтожения.

– И сами погибли, – предположил я, – никто из ныне живущих не совершал подобного подвига.

Немного погодя, я вспомнил слова Прото-Мэнто и задал вопрос:

– Где я могу достать фенестр?

– Я надеялся, что ты будешь искать его. Они лежат в шкатулке, рядом со сферой.

– А как вы отправляли корабли "Прародитель"? – спросил я, в надежде на то, что это достаточно быстрый способ путешествия.

– Корабли "Прародитель" отправлялись с помощью телепортационной установки, она находится на космодроме "Д".

– По-моему, мне пора, – ответил я, подумав о предстоящем бое с эксагнистами.

– Удачи, колонист группы Мессия. Мы гордимся тобой и жаль мы не увидели тебя вживую, но мы очень рады тому, что ты добрался сюда!

Запись закончилась вспышкой ярко-голубого цвета, а после нее, на полу остались высохшие тела. Они и сейчас тут лежат, я склонился над ними и увидел небольшую шкатулку. В ней лежали три медальона, похожие на старые круглые часы. Взяв два экземпляра, я положил их в карман своей брони и пошел к выходу. Когда мы вышли на свежий воздух Некранд, как ни в чем не бывало, спросила:

– Ты нашел, что искал?

– Ты не удивлена? – спросил я, увидев ее безразличие.

– Меня уже ничто не удивит, Кирэго. Хотя поездка была продуктивной, можно байки рассказывать за деньги.

– Мы идем к космодрому "Д", – ответил я, когда увидел картинку на указателе, напоминавшую корабль.

– Зачем? Давай просто улетим!

– Думаю у нас не хватит топлива для дальних полетов, по-моему это хороший вариант, – ответил я и пошел в направлении, куда указывал знак.

– Ладно, надеюсь тебе и на этот раз повезет, – неохотно сказала она.

По прошествию пары часов нам все же удалось отыскать пресловутый космодром "Д". Пригнав к нему свой корабль, мы приземлились напротив огромной и странной установки, которая скорее всего и служила для быстрой отправки кораблей. Недалеко от нее находились огромные прямоугольные строения, скорее всего это остатки тех самых кораблей "Прародитель". К счастью для нас, они не были сделаны из такого материала из которого был сделан этот город и за большое количество времени в них образовались дыры. К счастью мне не пришлось долго искать; отсек, где был размещен Стоунхендж, оказался рядом. Отыскать камень, предназначенный для запуска этой машины, не составило труда, он находился в прозрачном ящичке, в том же помещении.

Вернувшись к механизму, стоявшему на космодроме, я стал искать панель управления, но на глаза ничего не попалось кроме небольшого прозрачного шара. Коснувшись его, передо мной внезапно открылась голограмма огромной карты галактики. Она заняла пространство диаметром в десяток метров; на этой карте стояло около нескольких сотен желтых точек.

– Наверное это те места, куда отправили корабли, – предположил я.

– Смотри, – сказала Некранд, указывая на точку в противоположном конце галактики, – здесь похоже Армордаль – родина монсонов.

– Тогда тут, получается, находится Земля, – ответил я, указывая на пару желтых точек.

– Почему ты так решил?

– Среди всех отметок, только эти две расположены очень близко друг к другу. Я нашел первый Дестинор на Марсе, второй должен быть на Земле.

– Ладно, а ты точно уверен, что эта развалюха отправит нас туда, куда нам нужно?

– Сейчас узнаем, – весело ответил я.

– Мне не нужны тут эксперименты, достаточно того, что мы уже являемся частью одного такого.

Дотронувшись пальцем до одной из двух точек, карта галактики моментально исчезла и вместо нее появилась одна планета – Земля. Коснувшись планеты, я отошел на пару шагов назад, после чего вся голограмма пропала, а затем вся установка внезапно загудела и начала сверкать. Поспешно поднявшись на корабль и сев рядом с Некранд, в кабине пилота, я стал ждать. Установка, тем временем, набирала обороты, словно реактивный двигатель; вокруг образовалось марево и наш корабль начал вибрировать.

– Ты точно не перепутал космодромы, может это оружие? – спросила Некранд спустя несколько минут.

– Нет, я уверен что это то, что нам нужно.

Через пару мгновений, после моих слов, произошла вспышка, и мы моментально очутились в космосе, перед нами была планета Земля. От удивления, что все хорошо закончилось, мы молча просидели пару минут.

– Надеюсь это наши последние мгновения вместе? – спросила Некранд, нарушив тишину и не дождавшись ответа, добавила: – Я выделяю тебе спасательную капсулу и отчаливаю.

– Уговор – есть уговор, – пожав плечами ответил я.

Пройдя к спасательной капсуле с мыслями: "Все в мире возможно" и сев в нее, я сказал на прощание:

– Удачи, Некранд, может еще увидимся.

– Тогда пусть это случится, когда мне будет за сотню, – ответила она и закрыла шлюз.

Когда корабль Некранд ушел в гиперпространство, я по УКС связался с "Архангелом":

– Прием! Прием! Архангел!

– Прием… Лейтенант Кирэго? – прозвучала вопросительная интонация Эриха. – Наконец-то! Я сейчас прилечу за вами, включите сигнальный маяк.

– Да, это я… Буду ждать… – немного удивленно ответил я, усевшись поудобнее в кресле.

Неожиданно мои У-Линзы показали мне текст: "Срочное сообщение от командования", в примечании было сказано, что сообщение было задержано на два дня – чему я вовсе не удивился. Но само сообщение повергло меня в легкий шок: "Лейтенант Арториус Кирэго, личный номер АКР13013003–11042154, по приказу легата Совета Акутуса, вы назначаетесь новым командиром отряда Раптор SKN–7".

Глава 30. Начало неизбежного.

«Неразумно бояться того, что неизбежно»

Публий Сир

Когда бортовой компьютер моей капсулы, показал что шлюпка уже находится в ангаре "Архангела", я отстегнул ремни и, подойдя к шлюзу, ввел команду разгерметизации. В нескольких метрах от спасательной капсулы, меня ожидало построение моих друзей, при полном параде, одетых в строго поглаженные мундиры.

– Равняйсь! – прогремел Далон, стоя во главе строя. – Смирно! Равнение на середину!

Затем Нотиван, отчеканивая шаг, направился ко мне.

– Триарий лейтенант Кирэго, – обратился он, отдавая честь, – по приказу легата Совета Акутуса, я передаю вам обязанности и право командира отряда Раптор СКН–7.

– Благодарю, гастат лейтенант Нотиван, – ответил я, отдавая честь, и чтобы до конца соблюсти устав, добавил: – Служу Гирронийской Эносордации.

Это послужило сигналом для Далона и он широкими маршевыми шагами вернулся в строй. Не зная как правильно будет завершить свое посвящение в командиры, я пару мгновений молча простоял перед ними и когда тишина вместе с безмолвными взглядами моих друзей оглушили меня не хуже взрыва, я произнес, стараясь вложить в свои слова все серьезность:

– Гастаты, скажу честно… Это решение легата Совета, оказалось для меня немного неожиданным. Я редко брал командование на себя и считаю, что я не достоин этого. Но несмотря на все эти обстоятельства, я не отказываюсь от этой должности. Командование вверило в мои руки ваши жизни и я сделаю все возможное, чтобы сохранить их! И пусть сейчас идет война и галлы прорвут линию фронта… И пусть весь мир объединиться против нас… И пусть их возглавит хоть сам дьявол, знайте! Все они сильно пожалеют, когда встретят нас! Мы – одно нерушимое целое, мы – одна команда, мы – отряд Раптор! И я костьми лягу, чтобы все так и осталось! – затем я оглядел всех и добавил: – Гастаты, вольно… Разойдись.

Тяжело вздохнув после речи, я с улыбкой посмотрел на отряд. Команда "разойдись" смыла со всех безликие маски военных людей и вновь дала краски каждому присутствующему.

– С прибытием, триарий лейтенант, – сказала Клемия, стараясь сохранить официальный тон и, подойдя поближе, в знак приветствия, с улыбкой протянула руку.

Усмехнувшись, я протянул руку в ответ и сказал:

– Как я понял, я официально распрощался со своими друзьями и повстречал заядлых фанатов строевого устава.

– Нихрена! – весело воскликнул Райн, что послужило своеобразным сигналом, для того чтобы всем обнять меня и поздравить с возвращением.

– Как ты добрался? – спросила Клемия.

– Нашел что-нибудь интересное? – спросил Райн.

– Надеюсь ты не опозорил гвардию, пока летал неизвестно где? – весело пробасил Дрекс.

– Разумеется Арториус уже успел сочинить пару фантастических историй о своих героических похождениях, – произнес Туаглор, своим слегка вибрирующим голосом, как всегда выделяющимся среди прочего гула, стараясь подколоть меня.

– Жив и – хорошо, – коротко сказал Васл и чему-то улыбнулся.

– Наверняка в них есть самый крутой пилот в Космической гвардии! – сказал Эрих, стоя в стороне и попивая кофе, после того как пожал мне руку.

– Ну нет, – ответил Туаглор, – для кофеманов вроде тебя, там нет места, разве что только для отважных товандианцев.

– Настало время увлекательных рассказов! – огласил Райн и указал в сторону лестницы. – Все в кают-компанию!

Между тем «Архангел» вернулся на Землю. После того, как я закончил рассказ, Далон первым задал вопрос:

– Триарий лейтенант, что мы будем делать? Если эксагнистов не смогли уничтожить наши предки, обладая мощным оружием, то что делать нам?

– У нас есть активатор Стоунхенджа, мы используем его, когда корабль эксагнистов будет около Земли.

– Но это же не убьет их, – напомнил Туаглор, – убить их может только телиос, то есть – ты.

– Верно, – ответил я, – поэтому я полечу прямо на их корабль и либо договорюсь о мире, либо убью их предводителя.

– А если убийство предводителя не сработает? – своим низким басом спросил Дрекс.

– На этот случай и на случай моей гибели, у нас есть Стоунхендж.

– А вдруг элнониане ошиблись и эксагнисты вернутся намного раньше? – спросил Туаглор.

– А если мы не сможем найти решения до их возвращения? – спросил Далон. – Если в следующий раз их будет еще больше?

– Выбора у нас нет, – ответил я, – мы будем биться – это единственный выход. Галлы когда-то тоже казались непобедимыми, но мы нашли выход и выиграли войну. Здесь не будет исключений.

– Ты не должен делать это один, – сказал Райн. – Ну, в смысле, лететь на их корабль, мы прикроем тебя.

– Других вариантов нет, мы не знаем с чем там можно столкнуться. Рисковать вами я не собираюсь, тем более вы мне не сможете помочь.

– Какие будут указания, триарий лейтенант? – спросил Далон.

– Отдыхайте. Эксагнисты прибудут завтра. Вы должны будете активировать Стоунхендж по моему сигналу. В ином случае поступайте на свое усмотрение, гастат лейтенант. Главное – это спасти Землю и ее население, ответил я, вставая из-за стола и не услышав более никаких вопросов, добавил: – Вы свободны.

Сидеть на корабле мне не хотелось, вдобавок нужно было съездить до Стоунхенджа и получше осмотреть его. Перед тем как уйти с корабля мне по дороге попался Далон, он никак не мог найти себе место и просто бродил по кораблю.

– Далон, – обратился я к нему, будучи обеспокоенным за его здоровье, – с тобой все в порядке?

– Все в порядке, триарий лейтенант! – ответил он, вытянувшись по правилам.

– Вольно, гастат лейтенант, я хотел поговорить как друзья.

– Я внимательно слушаю, триарий лейтенант, – как ни в чем не бывало ответил Далон.

"Наверное он и хотел такого отношения к себе, когда был командиром" – подумал я, смотря на Нотивана, стоящего передо мной в позе ожидания, держа руки за спиной, как сказано в уставе.

– Назовите причину вашего отстранения от командирской должности, гастат лейтенант, – произнес я, предположив, что только такую форму общения удобно воспринимать Далону.

– Личное пожелание триария легата Совета, Акутуса, триарий лейтенант.

– Может он несправедливо поступил?

– Легат Совета, не может быть несправедлив, – ответил Далон, будто я был один из тех, кто проверяет на предмет неверности к командованию.

– Я хотел услышать мысли друга, возможно произошла ошибка… – предположил я, надеясь, что я все же услышу человеческий ответ.

– Легат Совета, не может ошибаться, триарий лейтенант, – ответил Далон.

– Вы свободны, гастат лейтенант, – с разочарованием ответил я и посмотрел в сторону, устав терпеть строевой вид Далона.

– Есть, триарий лейтенант, – ответил он, отдав честь, а затем ушел.

Спустившись по пандусу, я ощутил удивительно теплый ноябрьский ветер, от чего мне не сразу поверилось в то, что Земля была окутана осенью. Город уже не был таким как прежде, и дело не в том, что все граждане следовали на общественном транспорте к убежищам; мой взгляд на город изменился. Теперь он не казался мне таким уютным и родным, я воспринимал его как часть своего далекого прошлого, которое уже не вернуть.

Сев в городской транспорт, я долетел до своей улицы, маршрут эвакуации проходил мимо моего дома, а через несколько минут я уже стоял около двери своей квартиры. Мне все же хотелось поднести свой палец к ЗООП, но потом я передумал. "Зайду сюда, когда все будет позади" – сказал я себе и пошел обратно к автобусной остановке. По прибытии очередного автобуса, я залез на крышу и уцепился за крепления, последовав примеру гражданских, которым не хватило место в салоне. Когда мы проезжали озеро, по середине которого, на островке, стояло дерево, я спрыгнул с автобуса и с помощью силы поймал себя потоком воды и аккуратно нырнул. Выйдя на берег и сбросив с себя, с помощью силы, всю воду, я направился на север; У-Линзы указывали мне, что Стоунхендж был в той стороне. Огненный закат освещал зеленые холмы и я на миг ощутил себя героем книг, которые я читал, еще до армии: "Через зеленые холмы, в сопровождении заката и легкого ветра, братство держало свой путь в темную страну…". И вот через пол часа я оказался на холме рядом с той удивительной каменной постройкой. Но даже сейчас мне казалось, что это просто груда камней и она не имеет ничего общего с оружием. Обойдя его со всех сторон, я отыскал углубление в одном из камней, подходящее к камню-активатору.

– Достаточно будет просто приложить его? – спросил я в слух сам себя. – А как его нацелить на корабль? По-моему, враг вряд ли зависнет прямо над ним…

– Есть успехи, триарий лейтенант? – внезапно прозвучал за моей спиной знакомый голос.

– Клемия? – с удивлением спросил я и обернулся.

Освещаемая лучами заката, Клемия пришла со стороны солнца, словно ангел в божественном сиянии. Внезапно я почувствовал тот трепет, который охватил меня в момент нашей первой встречи. Место, где я сейчас стоял, будто выдернуло мою душу из течения солдатской службы и позволило наполниться томлением…

– Я прилетела посмотреть на успехи, с этими… – она посмотрела на Стоунхендж и с улыбкой продолжила: – Камнями…

– По-моему, это не единственная причина, по которой ты здесь, так ведь? – неожиданно для самого себя спросил я и сделал шаг на встречу.

Щеки Клемии покрылись легким румянцем, ровно как и кончики ее плокамиа, как будто ударили легкие морозы.

– Да… – сказала она и на миг запнулась, как будто собиралась что-то сказать, но потом почему-то передумала. – Мы надеялись, что есть другой способ остановить эксагнистов.

– Только телиос может убить эксагниста, – продолжил я, направившись к ней навстречу, не понимая почему я это делаю. – Эта пушка лишь перенесет их подальше отсюда, но не уничтожит. Если я договорюсь с ними или убью их предводителя, возможно это их остановит или хотя бы задержит. Но это задание только для меня одного.

– Вас не переубедить, триарий лейтенант? – тихо спросила Клемия и с печалью посмотрела мне в глаза.

– Вы можете погибнуть, гастат мастер-сержант, – ответил я, и подойдя на расстояние вытянутой руки остановился, – такого я не смогу себе простить.

– Вы даже не умеете входить в это состояние, – взволнованно произнесла она, не отрывая взгляда от моих глаз.

– Порой нас ждут испытания, к которым мы не готовы и обстоятельства заставляют нас действовать, – сказал я, не отрывая взгляда, а после мгновения тишины неожиданно спросил: – Клемия, если этот день мог бы стать для тебя последним, что бы ты сделала?

– Говорила бы только правду, – дрожащим голосом, тихо произнесла она.

Ее слова заставили во мне что-то пробудиться. Подобно грозному животному, который проснулся от долгой спячки и издал свой рык. Дыхание мое невольно участилось. Приблизившись к ней, я почувствовал, как сердце мое заколотилось, в горле резко пересохло, а в руках стала проявляться дрожь. Клемия, стоя передо мной в красном мундире, казалась сильной, но вместе с тем и вовсе беззащитной. Она смотрела мне в глаза подобно добровольной жертве, выражая страх и одновременно восхищение.

– С того самого дня, когда ты спасла меня, я стал словно другим… – с трудом прошептал я, словно кто-то посторонний мог это услышать, – Увидев тебя, чаша моей жизни, которая была пуста, наполнилась вином, которое меня опьянило. Когда ты рядом мир вокруг прекрасен. Я очарован… Нет… Я порабощен твоим очарованием. Красота твоя божественна, едва увидев, я заболел тобой навечно…

Клемия, сложив руки на груди, замерев смотрела на меня приоткрыв губы, поражаясь моему откровению, хотя наверное и догадывалась о моих чувствах. На ее сиреневых глазах выступили слезы и подобно маленьким бриллиантам, стали скатываться по ее порозовевшим щекам.

– Я осознал, что смыслом жизни стала – ты. Та, ради которой жизнь по истине мила. Я подвергал себя страшным мучениям, когда молчал. Не знаю что со мной происходит, на что еще ты сможешь, меня сподвигнуть. Знай, я на все готов ради тебя.

– Арторий, я… – с трудом прошептала она, но слезы на миг прервали ее. – Я не знаю что сказать…

– Скажи то, что чувствуешь, – посоветовал я, аккуратно взяв ее за плечи, словно боясь обжечься, – Скажи мне правду.

– Я же наларли… – ответила она, как будто мой выбор пал не на прекрасную богиню, а на отвратительную нищенку, как будто то, кем она была являлось проклятием, затем она зажмурилась, от чего слезы вновь скатились по ее щекам. – Мы ведь разные…

– Я люблю тебя, – сказал я, надеясь, что это сметет все ее сомнения, – ты слышишь?

– Почему сейчас? – с трудом прошептала она. – Ты завтра улетишь и возможно не вернешься, и ты решил сказать мне о своих чувствах только сейчас. Почему? – всхлипывая спросила она.

Ее вопрос, немного унял мой пыл и, воспользовавшись этим, я смог ровным голосом произнести:

– Потому что я отчаянно нуждаюсь в том, кто будет ждать меня.

Ничего не сказав, она молча притянула меня к себе и прильнула к моим губам, а затем обвила руками мою шею. В ответ, обняв ее за талию и прижав к себе, я ощутил беспокойный стук девичьего сердца, которое изо всех сил хотело вырваться. Сладость ее губ заставила мой разум помутиться, я будто оказался в раю – бесконечное блаженство которое всем сулит Бог. Мною овладела неслыханная жажда, которую утолить могла лишь одна Клемия. Как будто пробежав марафон, мы тяжело и часто задышали, друг друга молча обжигая взглядом.

– Второй я подарю тебе, когда вернешься, – сказала она, прислонившись своим лбом к моему.

Флот Космической гвардии прилетел поздно ночью и, выстроившись в боевой порядок, окружив Землю со всех сторон, подобно стальному занавесу, к утру уже был готов к бою; адмиралы и гранд-капитаны объявили повышенную боевую готовность.

Выслав запрос на приватный разговор с легатом Совета, еще в минувший вечер, утром меня разбудило уведомление, что легат Совета выйдет со мной на связь через двадцать минут. Надев гвардейские доспехи, которые заранее почистил, я вышел на связь с легатом Совета.

– Здравия желаю, триарий легат Совета! – отрапортовал я, отдавая честь перед голограммой командующего.

– Здравия желаю, гастат лейтенант, – ответил он и тоже отдал честь.

– Разрешите обратиться, триарий легат Совета.

– Разрешаю, гастат лейтенант.

– Триарий легат Совета, разрешите мне проникнуть на корабль эксагнистов и вступить в контакт с их предводителем. Я либо договорюсь с ним, либо убью.

– Откуда такая уверенность, гастат лейтенант? – спросил легат Совета, который по видимому искренне заинтересовался моим мотивом.

– Исходя из знаний, полученных от древнего архива ушедшей цивилизации, только я могу убить эксагниста.

Легат Совета задумчиво посмотрел в сторону, затем снова на меня и спросил:

– Вы абсолютно уверенны, гастат лейтенант? Вы уверенны, что это говорит не ваша жажда славы?

– Никак нет, триарий легат Совета, я никогда не любил рисковать напрасно.

– Знаю, записи Лимы не раз это доказывали. И то, что вы готовы пожертвовать своей жизнью на благо своей страны. Именно поэтому мы сейчас разговариваем, гастат лейтенант. Вам дано разрешение на вылет, удачи, – после этого он отдал честь и закончил сеанс связи.

"Итак свершилось, теперь дело только за тобой. Никто это не сделает кроме тебя" – подумал я и сделав глубокий вдох, вышел из своей каюты.

– Здравия желаю, триарий лейтенант! – громко заявил Далон, отдавая мне честь стоя на улице, около пандуса "Архангела".

– Здравия желаю, гастат лейтенант, – ответил я, отдавая честь и одновременно спускаясь по пандусу.

– Отличный день, триарий лейтенант, – сказал Далон и взглянул в чистое безоблачное небо.

– Остаетесь за старшего, гастат лейтенант, – сказал я, посмотрев на возвышающийся город, находившийся на линии горизонта, где кончалась военная часть. – Вы полетите к Стоунхенджу и активируете его по моему приказу. Если вы его не дождетесь и посчитаете, что Земле грозит опасность, активируйте оружие когда сочтете нужным.

– Есть, триарий лейтенант, – ответил Далон. – Прикажите построить отряд?

– Да.

Далон отдал честь и быстро побежал на корабль. Через несколько минут отряд Раптор стоял шеренгой на фоне корабля, облаченный в боевую экипировку.

– Гастаты, – начал я, – скажу прямо, возможно это последний момент, когда мы видимся. Я был рад служить с вами, надеюсь…

Но тут мое внимание перехватили яркие зигзаги молний, которые стали появляться один за другим, вонзаясь между зданиями города. Хотя вокруг не было ни облачка, что-то сумело закрыть яркий солнечный свет, подобно туче, отчего вокруг стало сумрачно. Тем временем, зигзаги молний стали появляться все ближе и ближе, они врезались в огромную площадь военной части и оставляли на своем месте…

Они походили на человеческие скелеты, только их кости были черны, как уголь, и покрыты трещинами, откуда пробивалось тусклое темно-зеленое свечение. Подобно плоти, их окружал блуждающий густой черный дым, сдерживаемый как будто стеклом и тем самым образуя рельеф мышечной массы. Лиц у них нельзя было разглядеть, мимолетные очертания иногда проскальзывали, когда дым касался незримой поверхности какой-нибудь части лица, показывая небольшую область лба или челюсти или какой-либо другой части. Но не все они были одинаковы, хотя у них всех тело имело четыре руки, а фигура походила на человеческую. Фрагменты лиц, которые я успел различить, у многих, напоминали товандианцев, наларли и прочие известные расы, а порой и вовсе неизвестные.

Оказавшись на земле они оглядывались по сторонам, подобно хищникам, а затем быстро разбегались в поисках добычи. Едва завидев кого-нибудь по близости, эксагнисты наставляли на того руку и из нее извергалось черное пламя окутывавшее жертву, заставляя ее падать. Спустя несколько мгновений, туман словно проникал в тело и оно начинало медленно подниматься на ноги, совершая резкие, странные движения. Человек начинал оглядываться, как будто впервые оказался здесь, это зрелище выглядело еще более жутко, так как у него пропадали глаза, они исчезали оставляя на своем месте большие дыры пустоты, в которых блуждал черный дым постепенно пожирающий плоть. Существо обращалось против некогда своих друзей и сослуживцев, хладнокровно убивая их.

– Улетайте! – скомандовал я. – Немедленно улетайте – это приказ!

На секунду встав между чувством долга и чувством дружбы, им все же пришлось выполнить мой приказ и покинуть меня, оставляя в этом гиблом месте. Клемия колебалась дольше всех, пока Туаглор не взяв ее за руку, не повел вверх по пандусу, на корабль. Когда "Архангел" поднялся в воздух и улетел прочь из военной части, я надел свой шлем и побежал в сторону космодрома, не взирая на то, что до него было несколько километров. Внезапно передо мной сверкнула молния, заставив остановиться. Эксагнист, увидев меня, повернулся ко мне, судя по формам, который образовывал дым, передо мной была женщина, затем она подошла ко мне и произнесла одновременно несколькими женскими голосами, будто уличила меня в каком-то преступлении:

– Кирэго.

Наставив на меня руку, эксагнист выпустила из нее черный дым, который моментально стал окутывать меня, как огонь охватывает сухой хворост. Вокруг стало темно, как ночью, холод стал сковывать мои мышцы, отчего я подкосился и упал. Но затем дым рассеялся, эксагнист подошла ко мне и наклонившись молвила десятком голосов:

– Он ждет тебя…

После этого я внезапно вновь почувствовал свое тело и вскочил на ноги, эксагнист снова наставила на меня свою руку, но в этот же момент я выставил вперед свои ладони и черный дым принялся кружить вокруг меня. Белое свечение испугало моего врага и заставило его сделать несколько шагов назад, а черный дым рассеялся. Действуя машинально, не концентрируясь на мыслях, я творил неведомые мне до этого приемы, как будто всегда умел их делать.

– Нет! – воскликнула она.

Затем я сжал руки в кулаки и почувствовал, как что-то внутри них, пытается вырваться наружу. Не долго думая, я раскрыл руки по направлению к эксагнисту, от чего ее черная оболочка исчезла, а скелет превратился в прах.

– Триарий лейтенант, вы в порядке? – неожиданно раздался голос водителя небольшой машины.

Ничего не ответив, я сел на место пассажира и сказал:

– Отвези меня на космодром, гастат капрал, немедленно.

– Есть, триарий лейтенант.

Эксагнисты посеяли вокруг хаос и разрушения, то и дело где-то раздавались взрывы и выстрелы; гвардия пыталась сопротивляться непобедимому врагу. Наконец, капрал привез меня к космодрому, где готовилась к отлету еще одна эскадрилья истребителей. Гвардейцы, координирующие взлет, завидев меня на посадочной площадке, быстро подбежали, говоря:

– Извините, триарий лейтенант! Вам сюда нельзя, скоро будет дана команда на взлет!

– Разойдитесь, гастаты, я один из пилотов. У меня разрешение легата Совета.

Гвардейцы переглянулись и затем один из них сказал:

– Извините, я должен это проверить, – после этих слов, он замолчал, видимо связываясь со штабом.

Наконец получив подтверждение, он отдал мне честь и отрапортовал:

– Разрешение получено, триарий лейтенант! Извините за задержку!

Отдав честь в ответ, я бегом направился к отдельно стоящим от эскадрильи кораблям, которые еще не заняли пилоты. После проверки работоспособности моего истребителя, по моим У-Наушникам прозвучал голос:

– Внимание эскадрилья! Всем проверить работоспособность корабля! По готовности завести двигатель! Помните, солдат, вы надежда вашей страны и Совета! Вы хранитель мира и порядка и сегодня вы должны это доказать в бою с очередным врагом! Взлет разрешаю!

Корабли немедленно начали взлет и ровным строем направились прямо в космос, под голос командира эскадрильи:

– Итак, девочки! Сегодня мы сразимся с неизвестным врагом! Знаете что для них дерьмово?! Это то, что они не знают с кем связались! Гвардия многое повидала и уверен, что хуже чем первая межгалактическая война против галлов уже не будет! Сегодня мы зададим трепку ублюдкам, которые решили, что могут потягаться с Космической гвардией!

В космосе гвардейский флот уже обстреливал единственный корабль врага.

Флагман эксагнистов был из неизвестного материала на поверхности которого излучались черные вихри, подобно солнечным вспышкам. Он не имел четких очертаний, пространство вокруг него искажалось, как будто это был раскаленный воздух.

Истребителям приказали начать атаку, и я полетел вперед вместе с остальными.

– Он что издевается? – спросил кто-то по У-Наушникам. – Флот долбит его из всех орудий.

– Эсминцы, давай бомбите его фотонными! – воскликнул один из пилотов, будто его совета спрашивал один из капитанов.

Но фотонные орудия так же не смогли нанести ощутимого вреда, их заряды просто рассеялись около корабля. Враг, увидев на что мы способны, решил сделать ход. Двумя залпами из энергетических орудий, половина Земной эскадрильи исчезла из наших рядов, их поглотил "черный огонь". Но корабли не разлетелись на обломки, большая их часть просто исчезла. Теперь все это походило уже не на бой, а на истребление. Неожиданно ко мне пришло сообщение от Далона:

– Прием, триарий лейтенант, как я понимаю, вам еще не удалось договориться о мире.

– Никак нет, жди моей команды! – ответил я, продолжая направляться к кораблю врага.

▾

– Чего ты тормозишь? – спросил Райн. – Арторий говорил, что нужно поднести этот камень к одному из этих больших!

– Он же должен убить предводителя эксагнистов или договориться с ними! – ответил Далон. – Таков его план.

Вокруг поляны поднялся сильный ветер и начали сгущаться облака, природа будто знала о грядущей опасности.

– Черт подери это не сработает! – воскликнул Райн.

– Отставить, гастат штаб-сержант, – я выполняю приказ.

▴

Тем временем мой корабль почти долетел до флагмана эксагнистов, как неожиданно ко мне обратилась Лима.

– Триарий лейтенант, я зафиксировала необычное излучение которое может повлиять на качество связи.

– Спасибо, – ответил я, – но это меня не остановит.

Внезапно мой истребитель дернуло.

– Попадание в главный двигатель, требуется немедленно посадить корабль!

– Я пытаюсь!

На полной скорости, мой корабль прошел сквозь стены судна эксагнистов и это плавно замедлило полет, дав мне нормально приземлиться.

– На данном судне отсутствует кислород, триарий лейтенант, советую вам здесь не задерживаться.

Заполнив баллоны кислородом до отказа, я выбрался из истребителя и ступил на прозрачный пол из черного силового поля, подсвечиваемого Солнцем. Под моими ступнями загорелся свет, который был чуть ярче чем основной цвет корабля. Все вокруг меня было сделано из силовых полей и когда я прикасался к ним, то в том месте сразу появлялось свечение подстать размеру и форме моего касания. Приложив ладонь к стене корабля, в этом месте сразу появилось свечение, в форме моей ладони. Когда я убрал руку, на стене остался светящийся отпечаток моей руки, а затем он исчез, как и все ранее сделанные мной отпечатки.

Из этого ангара вел единственный выход, и я пошел по нему не известно куда. Пол и стены были подобны самим эксагнистам, черный дым витал вокруг и временами касался их плоскостей. Комната, в которую я в конце концов прибыл, была похожа на пункт управления кораблем. Это было единственное место, где находились какие-то коробки из силовых полей, напоминавшие пульты управления. По центру стояло некое подобие огромного трона, он повернулся, и я увидел, что в нем сидел эксагнист. Внешне он напоминал мужчину, который был крупнее представителей его вида, прибывших на Землю. Посмотрев в мою строну, эксагнист встал и молвил десятком низких голосов:

– Я ждал тебя, Арториус Кирэго! Зови нас Гариндар Вернедз…

– Откуда ты знаешь наш язык? – спросил я, аккуратно осматривая помещение, для возможных путей отступления.

– Нам достаточно взять лишь одного представителя твоего вида, чтобы узнать все что нужно.

– Кто вы такие?

– Мы есть те, кого именуют эксагнистами, мы уже были в этой галактике. По твоему летоисчислению, это было во втором тысячелетии. Мы почти уничтожили все живое на планете Земля, но вы оказались не одни в этой галактике, другие потомки элнониан смогли выжить. Мы не предусмотрели это, но на этот раз мы уничтожим всех в этой галактике и вам никто не поможет возродиться… Сегодня потомкам элнониан придет конец, у нас нет других вариантов.

– Что тебе нужно от нас? Рабы? Ресурсы? – спросил я и поймал себя на ощущении, что кто-то задавал такой вопрос при подобных обстоятельствах.

– Все это естественные потребности примитивных завоевателей, нами же движет иная цель, которую вы не в состоянии осознать. Мы ответим на этот вопрос коротко: два отрицательно.

– Что это означает?

– На объяснение потребуется несколько десятилетий. Мы можем сказать одно – все вы положили начало неизбежного.

– Откуда ты появился?

– Мы пришли из-за горизонта событий, мы вышли из бездны бесконечности и тьмы. Наше существование есть порождение неотвратимого будущего, пришедшего из прошлого.

– Ты говоришь "мы" но на корабле я больше никого не видел.

– Нас больше чем ты можешь вообразить, не существует наименования нашему числу. Мы говорим от имени вечности, от имени вселенной…

– Ты хочешь меня убить, тогда почему я все еще жив?

– Твое уничтожение должно произойти в определенный миг событий вселенной, лишь только тогда мы достигнем своей цели. Сейчас пришло время уничтожения твоей планеты и планет остальных потомков элнониан. Их попытки сохранить свою жизнь обречены, они не смогут нас остановить. Мы несем неотвратимое освобождение вашему виду, избавление от общего проклятия.

– Освобождение!? – воскликнул я. – Ты уничтожаешь нас!

– Ради мира и вашего блага.

– Это не мир! Это истребление!

– Другого выхода у вас нет, вы избраны вселенной и когда придет твой час, ты поймешь нас.

– Ничто в этом мире, не может стоить стольких жизней! – воскликнул я, вытащил пистолет и выпустил всю обойму в Гариндара, все пули пролетели сквозь него и он спросил:

– Ты думаешь ты сможешь убить предвестника судьбы?

Верховный эксагнист наставил на меня свои руки и начал кидать меня в стены комнаты управления. После нескольких ударов, Гариндар кинул меня на пол, я не смог больше двигаться, эксагнист тем временем направился ко мне. Но тут я увидел белое сияние, которое я ждал все это время. Поднявшись на ноги, как ни в чем не бывало, я посмотрел на эксагниста.

– Убив меня, ты обречешь бесконечные жизни на вечные мучения, – невозмутимо произнес Гариндар.

Мое тело сделало кувырок, а затем наставив две руки, начало выпускать белый луч, Гариндар тоже наставил на меня две свои конечности и начал выпускать черный луч. От длительного соединения этой силы произошел взрыв и нас отбросило в разные углы помещения. Неожиданно я снова стал собой и в этот момент мне пришло сообщение от Далона:

– Триарий лейтенант, вы покинули корабль? Они явно готовятся к залпу!

– Нет, я еще не победил эксагниста! – ответил я, ощущая головокружение.

Дальнейших сообщений не последовало.

▾

– Что он ответил? – спросила Клемия, стоя позади Далона.

– Он явно обречен, пора запускать эту установку, – ответил Далон.

– Стой! – воскликнул Туаглор. – Мы должны подождать еще немного.

– Я получил прямой приказ, гастат мастер-сержант, – непоколебимо ответил Далон.

Он поднес мой камень к одному из валунов Стоунхенджа и все камни неожиданно засияли ярким белым лучом, который стремительно направился дугой к кораблю эксагнистов.

▴

На корабле, раздался взрыв и часть тумана около стены рассеялась, образовав пробоину. Гариндар вернулся на свой трон и спокойно произнес:

– Мы будем ждать.

После этого корабль еще раз дернуло, а мои У-Наушники симулировали звук взрыва. Через пробоину флагмана эксагнистов, меня выбросило в открытый космос. Отлетев на большое расстояние я наблюдал как судно разрезал на части яркий белый луч, который непрерывной дугой шел от Земли. Немного дальше, горели эсминцы и линкоры Космической гвардии, издалека казалось, что они тлели словно свечи.

– Внимание, обнаружено повреждение модуля связи, – произнесла Лима.

Затем части корабля эксагнистов начали сжиматься в одну точку, а потом произошел еще один мощный взрыв, после чего корабль эксагнистов окончательно исчез, а меня отбросило еще дальше в темные глубины космоса, еще дальше от Земли и флота.

– Но…

Content

Кириллов Артем Игоревич Patrial of Girronia: Начало неизбежного

Пролог.

Глава 1. Первый шаг.

Глава 2. Космическая гвардия.

Глава 3. Рассказ мастер-сержанта Тома.

Глава 4. «Кругом, шагом марш!»

Глава 5. Марсианская горнодобывающая станция.

Глава 6. Темные коридоры.

Глава 7. Да будет свет.

Глава 8. Выживший.

Глава 9. Тайна красной планеты.

Глава 10. Новое назначение.

Глава 11. Бар «Трясина».

Глава 12. Зейден – сердце военной индустрии.

Глава 13. Криминал на Варказе V.

Глава 14. Полет на Орбис Прайм.

Глава 15. Поворот судьбы.

Глава 16. Хлеба и зрелищ!

Глава 17. Новые Дестиноры.

Глава 18. На фронте.

Глава 19. Галльские лагеря.

Глава 20. Побег.

Глава 21. Затерянная планета.

Глава 22. Родной Зейден.

Глава 23. Подопытный 109.

Глава 24. На пушечном ядре.

Глава 25. Новое испытание.

Глава 26. В пути за новой подсказкой.

Глава 27. Разговоры за спиной.

Глава 28. Последний вестник.

Глава 29. Окраина галактики.

Глава 30. Начало неизбежного.