Иевлев Геннадий Васильевич

Красный песок. Капитан Толлоны.

INFO

Ссылка: http://samlib.ru/i/iewlew_g_w/krasnyjpesok_kapitantollony.shtml

Автор: Иевлев Геннадий Васильевич

Почта: ievlew_gv@mail.ru

Жанр: Космическая фантастика

Размещен: 11/08/2012

Изменен: 11/08/2012

Красный песок. Книга первая. Капитан Толлоны.

Автор приносит свои извинения за случайные совпадения имен, используемых в книге, с имеющими место в реальной действительности.

Упавший на колени — это трус,

Но павший воин трусости не знает...

Убитый никогда не побеждён!

Живые побеждёнными бывают ...

(Н. Грищенко)

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ТОЛЛОНА

1

Капитан, боевого космического корабля цивилизации толлонов — весспера, Валл'Иолет, уцепившись в штурвал побелевшими пальцами своих крепких рук, будто желая раздавить его, будто у него были не человеческие руки, а механические клешни, уставившись чёрными, с жёлтым ободком вокруг тёмных зрачков, глазами, в экран сканера пространственного обзора — спора, упрямо вёл свой боевой корабль, мчащемуся ему навстречу военному кораблю кроканской цивилизации — рогатому дифференту.

Вместе с твёрдостью своего характера, для психологического давления на противника, Валл'Иолет так же пытался использовать и своё поле разума или, как его называли ученые — психотронное поле. Выбросив его наружу, он пытался дотянуться им до дифферента, чтобы понять степень агрессивности капитана чужого корабля, но перед полем была лишь пустота, видимо расстояние ещё не позволяло дотянуться ему до дифферента или Валл'Иолет чего-то не понимал, так как это была одна из немногих его осознанных попыток использования своего поля разума в пространстве, против представителя чужой расы.

Валл'Иолет имел лишь поверхностные знания о психотронном поле и потому пользовался им по своему разумению, учась на своих же ошибках. Хотя психотронное поле имели многие представители цивилизации толлонов, к которым принадлежал и Валл'Иолет, но к его глубокому изучению учёные цивилизации приступили, сравнительно, недавно, выделив психотронное поле в отдельный класс полей и потому о нём было известно ещё совсем немного.

Все носители психотронного поля обязаны были стоять на учёте в медицинском Центре планеты, а Валл'Иолет откладывал свою регистрацию. Во-первых, что является носителем психотронного поля он осознал сравнительно недавно, когда признаки обладания полем стали достоянием гласности и поле начало обсуждаться более широко в цивилизации и специалистами и дилетантами; а во-вторых — он опасался, что это может сказаться на его карьере капитана космического флота, так как носители психотронного поля проходили регулярные тестовые проверки на агрессию, которым отдавался приоритет профессиональной деятельности его носителя. И потому, как мог, Валл'Иолет сам пытался изучать и использовать на практике непонятное свойство своего разума, украдкой читая всевозможную литературу и практикуясь на механизмах своего космического корабля, когда находился на дежурстве в пространстве.

— Посмотрим у кого крепче нервные струны. — Механически шептали губы Валл'Иолета. — Я заставляю тебя свернуть, хрюкающая свинподобная тварь. Ты у меня обязательно спляшешь на своём корыте танец диких грилл. Ты у меня...

Валл'Иолет не успел полностью озвучить свои мысли, как, вдруг, его психотронное поле резко всколыхнулось, будто в него ворвался мощный энергетический сполох и в тот же момент он, скорее не увидел, а почувствовал, вспыхнувшие ярким красным цветом кончики рогатых крыльев дифферента и тут же резко толкнул штурвал вперёд. Весспер нырнул вниз. Но всё же Валл'Иолет опоздал с маневром — выскочившие из покрасневших крыльев дифферента яркие красные лучи успели сойтись где-то на хвосте его весспера.

Вспыхнувшая сочным жёлтым цветом панель на пульте управления показала, что защита корабля среагировала исправно и практически, полностью поглотила энергию атакующих лучей, но хвост весспера всё же получил тормозной импульс и нырнул вниз, заставив нос дёрнуться вверх. Весспер выровнялся и торчащий из хвоста корабля металлический нож — шип тарка, покрытый самым прочным минералом Вселенной — иштором, рождающимся в недрах планет, прошедших сквозь горнила сверхновых, скользнул по брюху модуля управления дифферента, зловещей тенью промелькнувшего по экрану спор, перед широко раскрытыми глазами Валл'Иолета.

Валл'Иолет отпустил акселератор и вернув из пространства свое поле разума, заложил глубокий вираж, разворачивая весспер и пытаясь осознать, только что произошедшее.

Его первая практика использования психотронного поля против представителя чужой цивилизации оказалась несколько двусмысленной: с одной стороны — он, явно, почувствовал всплеск чужого энергополя; с другой — это чувство оказалось несколько запоздавшим и если бы не его молниеносная реакция, то неизвестно, чем бы для него обернулась атака дифферента; с третьей — опять же, не почувствуй он всплеск энергии исходящей от дифферента, чтобы сейчас было с ним.

Весспер затормозился и развернувшись, лёг на обратный курс. Валл'Иолет окинул взглядом экран спор.

— Хаара! — Невольно прошелестели его губы грубое проклятье расы толлонов и его глаза ещё больше расширились.

Из хвоста, идущего впереди, дифферента била белая струя или газа или какой-то жидкости. Корабль кроканов шёл как-то странно, с задранным хвостом и по мере того, как белая струя становилась всё мощнее, хвост задирался всё выше и вскоре дифферент перевернулся кверху брюхом и уже не двигался поступательно, а начал катиться, подобно мячу по дороге, катясь всё быстрей и быстрей и через какое-то время яркая голубая вспышка вырвала у вечной тьмы кусочек пространства, озаряя его рукотворным светом.

— Хаара! — Вновь прошелестели губы Валл'Иолета, а выброшенная на уровень глаз рука попыталась отгородить их от вспыхнувшего света, так как светофильтры экрана спор сработали с некоторым запозданием и глаза успели получить изрядную порцию яркого света.

Что это было? Молниями замелькали у него тревожные мысли. Неужели я распорол ему брюхо? Он, что из бумаги склеен, что ли? И что теперь? Что я там у него зацепил такого, что он лопнул, как мыльный пузырь, случайно задетый ногтем? Будет оправдание моим действиям? Будь ты проклят, паршивый кроканский свин.

В зале управления потемнело. Валл'Иолет, опустил руку и ткнув пальцем в клавишу пульта управления, резко оттолкнул штурвал, который, скользнув вперёд, убрался в пульт управления и положив руки на выскользнувшие панели управления, зло толкнул рычаг акселератора вперёд и наклонив панели управления, по широкой дуге обошёл место взрыва дифферента и уже затем направил весспер к оставленному им драффту — грузовому кораблю толлонской цивилизации.

Драффт был под завязку забит криилом — обогащённым красным песком, и держал курс на родную планету толлонской цивилизации — Толлону. Из криила на орбитальной станции, висящей над планетой, получали ратан — вещество массы для конверторов космических кораблей. Валл'Иолет на своём боевом весспере сопровождал грузовик к Толлоне.

Пристроив весспер драффту в хвост, Валл'Иолет включил купольный обзор пространства и внимательным взглядом осмотревшись, хотя он прекрасно знал, что разумная техника никогда не пропустит появление какого бы то нибыло объекта естественного или искусственного происхождения в радиусе своей досягаемости и больше не увидев ни одной красной точки, идентифицирующей объект искусственного происхождения, не принадлежащей его цивилизации, переключил экран спор на внешний обзор весспера. Увиденное заставило его досадно поморщиться — откуда-то из хвоста струился лёгкий светлый дымок. Валл'Иолет пробежал взглядом по терминалам пульта управления — никаких тревожных сообщений они не выдавали. Дёрнув в недоумении плечами, он перевёл экран спор в привычный режим работы и с шумным выдохом откинулся в кресле. В тот же миг над пультом управления вспыхнула голограмма с изображением капитана драффта Гра'Дорра. Желтые ободки его зрачков ярко горели — выдавая его, даже не испуг, а страх.

— Чт-то произ-зошл-ло-ло? — Заикаясь выдавил из себя Гра'Дорр.

— Ты разве не понял?

— Я-я в-вид-дел ярк-кое пятн-но у себ-бя н-на эк-кран-не.

— Он взорвался. — Губы Валл'Иолета вытянулись в лёгкой усмешке. — Продолжим путь. Он ещё долог. — Валл'Иолет покивал головой.

— Т-ты е-его ун-ничтож-жил-л? — Продолжал воспрашать со всё тем же страхом капитан грузовика.

— Да не трогал я его! — Красивое, мужественное лицо Валл'Иолета исказилось гримасой недовольства. — Град, нам нужно поторопиться. Мы уже изрядно отстаём от графика. Останемся без вознаграждения, при следующей встрече с дифферентом я и глазом не поведу, чтобы его заметить. Будешь сам с ним разбираться.

— У т-тебя из-з хв-вос-ста д-дым.

— Я знаю. Ерунда. Не обращай внимания. Хаара! Двигай, в конце-концов.

— К-как ск-каж-жешь. — Гра'Дорр дёрнул плечами и голограмма с его изображением исчезла.

Через несколько мгновений из огромных хвостовых дюз драффта ударили мощные голубые фонтаны и он начал стремительно удаляться.

Ожидая, когда драффт, растворившись в пространстве, превратился в яркую зёленую точку на экране спор, чтобы уже затем самому пуститься за ним, так как драффт был более медленным космическим кораблём и вессперу не составляло труда поспевать за ним, а для сопровождения, по регламенту космоплавания, для своевременной реакции на опасность между кораблями должно было соблюдаться определённое расстояние, Валл'Иолет, покрутил головой — оба стоящих по бокам от него кресла, для ещё двух членов экипажа, были пусты, и потому только что произошедшее в пространстве, никто, кроме него, доподлинно не знал и противоречить ему, было некому...

В своём нормальном состоянии экипаж весспера состоял из трёх человек: капитана, он же и пилот и двух техников — один отвечал за механику корабля, другой — за его энергетическую начинку. В энергетике Валл'Иолет хорошо разбирался сам и потому энерготехника на борту его весспера никогда не было. Механик сейчас отсутствовал по той причине, что на сопровождаемом им драффте возникла проблема в гидравлике системы управления рулями и капитан грузовика Гра'Дорр попросил Валл'Иолета переправить своего механика к нему на драффт, так как техникам грузовика возникшая проблема была непонятна, а механик весспера был одним из самых опытных техников в космическом флоте толлонов. Валл'Иолет не тяготился одиночеством и без колебаний отправил своего механика на драффт.

Дождавшись появления зелёной точки в центре экрана спор, Валл'Иолет качнул панели управления, механически, нежели осознанно, тестируя реакцию рулей весспера и резко двинул акселератор вперёд.

***

Раса толлонов, к которой принадлежал Валл'Иолет, жила в одном из рукавов старой, но отлично сохранившей свою красоту, галактики Юллона, что означало — лучистая.

Так она называлась потому, что имела несколько ярко выраженных рукавов, один из которых и служил пристанищем для бывшей звезды Ураны, прошедшей через горнило сверхновой и ставшей к исходу своей жизни белым карликом. Внешние слои сброшенной оболочки уже находились далеко в пространстве, а внутренний туман частиц рассеялся и пространство вокруг белого карлика теперь было чистым. Звезда постепенно остывала и спектр её излучения уже начал смещаться в красную зону, приобретая жёлтый оттенок.

Вокруг Ураны теперь водили хоровод всего лишь четыре планеты, хотя прежде их, скорее всего, было гораздо больше, так как за чётвёртой планетой кружились по многочисленным орбитам разновеликие астероиды. Среди уцелевших планет, второй по счёту была небольшая Толлона, на которой и жила цивилизация толлонов. Вокруг Толлоны кружилась её единственная, но преданная и верная спутница — крохотная Зарна.

Первая к Уране планета была совсем крошечной и очень горячей, бешено вертящейся в своём бесконечном хороводе; следующая за Толлоной планета находилась неестественно далеко от Ураны; ещё дальше находилась четвёртая, самая большая планета и самая медлительная и неповоротливая — обе они были холодны и безжизненны.

Как толлоны оказались на своей небольшой планете, они не имели понятия. Было лишь предположение, что они представляли собой остаток очень древней цивилизации, жившей на одной из больших планет, некогда кружащейся вокруг Ураны. Но как приходит старость к людям, так пришла старость и к Уране. Выработав своё внутреннее горючее, она взорвалась, трансформировавшись в белого карлика. Древняя цивилизация, скорее всего погибла, но её споры каким-то образом попали на одну из лун дальних планет, где и сохранились. Возможно, что древняя цивилизация и сама создала хранилище своих спор в недрах небольшого космического объекта, надеясь, что когда-то, все же наступят благоприятные условия и споры прорастут, дав продолжение их жизни.

На что надеялась древняя раса, приняв такое продолжение своей жизни, было непонятно, так как риск был невероятно огромен, но скорее всего они не имели возможности покинуть свою планетную систему, так как в прежней системе Ураны не было красного песка. И всё же Природа Мироздания оказалась благосклонной к ним. Но прошли миллионы лет, прежде чем споры проросли и на Толлоне возникла жизнь. Как прежний далёкий спутник оказался рядом со звездой, осталось тайной. Да и были ли толлоны прямыми потомками древней расы или трансформировались в свою, отгадка затерялась где в глубине прошедших тысячелетий.

У некоторых астрономов была и другая точка зрения. Они считали, что Толлона, скорее всего была спутником — Хорты, самой дальней из уцелевших планет, но видимо во время взрыва прежней Ураны, Толлона была сорвана с обиты Хорты и после неведомо каких блужданий и катаклизмов, в конце-концов оказалась на орбите Ураны. Они утверждали, что Хорта в очень далёкие времена была обитаема и её орбита была гораздо ближе к Уране, но во время катаклизма она была отброшена и её водные океаны превратились в лёд, климат стал холодным и суровым и жизнь на ней прекратила своё существование. Возможно, что хорты и были предками толлонов и что это их выжившие остатки цивилизации перебрались на Толлону.

Толлоны достигли в своем развитии достаточно больших биологических высот: они в совершенстве овладели, как физической стороной своих тел, доведя продолжительность своей жизни до тысячи четырёхсот толлонских лет; так и духовной стороной своих разумов, глубоко развив медитацию и открыв в себе психотронное поле, что позволило им приступить к освоению защиты информационного поля своего разума и чувствовать не только энергополя, но биологические поля живых организмов. Конечно, использование ими психотронного поля было ещё очень и очень далеко от совершенства и не все его носители умели им пользоваться с пользой для себя, даже не все и знали, что являются его носителем, но некоторые из них уже могли общаться между собой посредством мыслей. Была у психотронного поля и вовсе непонятная особенность: если в атмосферах планет оно имело радиус действия всего несколько десятков метров, то в межзвёздном пространстве его дальность достигала десятков тысяч метров, а у некоторых толлонов и сотен километров.

Больших высот достигли и технологии толлонов: освоив сверхсветовые скорости, они взялись за изучение других звёздных систем своей галактики, коих в недалёких окрестностях Ураны насчитывалось около трёх сотен. Но быстрые скорости требовали больших энергий, а имеющиеся источники в планетной системе Ураны были быстро израсходованы. Начались поиски энергетических источников в других планетных системах Юллоны.

Силовым элементом, толкающим космические корабли толлонов была сверхтяжёлая элементарная частица фа-готт, означающая ничто иное, как тяжёлый камень. Основой же для получения фа-готтов, служил энергетический концентрат — ратан или по другому, вещество массы, которое конверторами космических кораблей преобразовывалось в эти самые сверхтяжёлые элементарные частицы. Источником для энергетического концентрата был минерал — криил, который содержится в песке красного цвета. Практически, криил есть в любом песке, только в различной концентрации, что и сказывалось на эффективности его получения.

Первый красный песок был обнаружен толлонами на третьей планете, вращающейся вокруг Ураны, изучив который и научившись выделять из него ратан, они перешагнули сверхсветовой рубеж космических скоростей и приступили к изучению окрестностей своего космического дома.

К досаде толлонов, красного песка на третьей планете оказалось не много и они принялись за поиски планет с красным песком у других звёзд. Но такой песок, характерного красно-розового цвета, оказался очень редким и поэтому им пришлось изрядно полазить по чужим, неприветливым планетам, прежде, чем их старания были вознаграждены — в одной из двойных звёздных систем и была найдена планета с красным песком, в крииле которого, содержание ратана находилось на уровне четырёх процентов его объема.

Это была, несомненная, удача цивилизации толлонов.

Условий для жизни толлонов на той планете, практически, не было: содержание кислорода в её атмосфере было очень низким, а беспрерывные пыльные бури, скорость ветра в которых достигала немыслимых значений, делали её малоприспособленной к работе на её поверхности, но толлонам все же удалось построить на ней перерабатывающую фабрику, доводящую концентрацию ратана в концентрате для движителей космических кораблей почти до семидесяти процентов.

И вскоре звездолеты толлонов, с большими запасами вещества массы, позволявшими им удаляться на пару сотен световых лет от Толлоны, понеслись от неё во все стороны, в попытках найти другие разумы в своей галактике.

Для глубокой трансформации криила в вещество массы требовался высокий вакуум и желательно, отсутствие сил тяготения и потому его переработка на поверхности планеты требовала огромных технических и энергетических затрат и поэтому толлоны приняли решение финишную трансформацию криила перенести на орбиту планеты. Первоначально криил дообогащался и из него выделялся ратан на орбите той планеты, где и добывался, но когда выяснилось, что одним из побочных продуктов технологии его трансформации является озон, то его финишная трансформация тут же была переведена на орбиту Толлоны и озон начал поступать в верхние слои атмосферы планеты, укрепляя её, так как естественный слой озона над Толлоной был тонок и к тому же изрядно нарушался частыми проходами через него космических аппаратов.

Грузовые корабли — драффты перевозили обогащённый криил с планеты на орбитальную станцию Толлоны, на которой и завершался процесс трансформации криила в вещество массы. Серая пыль, остающаяся от переработанного криила, теми же драффтами возвращалась на планету, откуда криил и вывозился.

Прошли долгие годы и эйфория у толлонской цивилизации сменилась раздражением: казавшийся бесконечным богатый криилом красный песок на планете, вдруг, подошёл к концу, а бедный песок требовал больших затрат, никак не оправдывающих его переработку, а другой такой планеты найдено не было.

Не удавалось найти и братьев по разуму — долгие и мучительные поиски результата не приносили, навевая у толлонов грустные мысли о своей единственности. Они начали задумываться о колонизации какой-то другой планеты, непременно, и только лишь, похожей на Толлону. Поблизости такой планеты не было, а для обследования дальних пространств требовалось большое количество вещества массы, которого уже не было.

Им ничего не осталось, как заняться обогащением бедных песков, переработав огромное количество которого, им удалось получить нужное количество ратана, чтобы расширить границы своего поиска. К тому же, они начали более внимательно обследовать, буквально, каждую звёздную систему, ближнего пространства, где, по их прежним предположениям, никакого красного песка быть не могло. Так они и столкнулись с другой цивилизацией своей галактики — цивилизацией кроканов.

Цивилизация кроканов стояла на, гораздо, более низшей ступени развития — у них ещё не было, не только космических технологий, но даже не было атмосферных летательных аппаратов, но кроканы были очень неприхотливы и выносливы и могли работать в таких условиях, о которых толлоны и думать даже не смели.

Обрадованные, что они, всё же, оказались не одиноки в галактике, толлоны тут же поделились своими технологиями космического кораблестроения с кроканами и вскоре цивилизации объединили свои усилия в поиске планет с красным песком. Теперь уже доминирующую роль в поисках нужной планеты играли кроканы, так как они исследовали такие планеты, к которым толлоны и приближаться не рисковали, не то чтобы высаживаться на них. И вскоре такая планета, названная Роззой из-за своего розового цвета, нашлась. Но так как теперь её разрабатывали уже две цивилизации, то красный песок таял, буквально, на глазах, а следующая планета опять, никак, не находилась.

У цивилизаций появилась подозрительность, что другая выбирает криила больше. Боясь остаться обделенной, каждая цивилизация занялась более интенсивным вывозом криила, запасы которого начали уменьшаться ещё быстрее. Подозрительность сменились раздражением и претензиями цивилизаций друг к другу, которые в конце-концов переросли во вражду. Хотя прямых военных конфликтов ещё не было, но цивилизации уже, практически, свернули все свои совместные галактические исследования и ускоренными темпами принялись строить военные космические корабли: толлоны — вессперы; кроканы — дифференты.

Кроканы оказались более хитры и изворотливы в своей милитаризации. Для удовлетворения своих амбиций они не останавливались ни перед чем. Злоба и коварство в отношении к толлонам, стали доминирующим фактором их жизни. В конце-концов, у толлонов хватило сообразительности приостановить передачу своих передовых технологий кроканам, что в какой-то мере позволило им остаться более техногенной цивилизацией. Но цивилизация кроканов уже хорошо освоила полученные технологии и теперь, вполне, могла обходиться без помощи толлонов.

У толлонов пошли непонятные перебои в работе их обогатительной фабрики на Роззе и начали исчезать драффты с криилом. Когда исчезли первые два драффта, толлоны посчитали это несчастным случаем, а когда два следующих — закономерностью. Толлоны начали подозревать, что это кроканы начали захват их драффтов с грузом криила и тогда ими было принято решение о сопровождении свои грузовиков боевыми космическими кораблями — вессперами.

И сейчас Валл'Иолет на своём весспере и вёл такое сопровождение драффта с грузом криила от Роззы к Толлоне и видимо кроканы, не зная этого, попытались осуществить очередной захват грузовика чужой цивилизации.

***

Боевой космический корабль толлонов — весспер, имел форму приплюснутого, вытянутого полуовала, с торчащими из носовой части небольшими крыльями, служащими для стабилизации его хода в атмосфере планет. Весспер состоял из двух модулей: переднего — управления и заднего — генераторного. Его основное вооружение располагалось на генераторном модуле и состояло из трёх мощных орудийных излучателей, принадлежащих импульсному лазеру; дальнобойнному зарядовому бластеру, располагающихся сверху корпуса корабля и третьего излучателя, находящегося под брюхом корпуса, выбрасывающего в пространство плотные сгустки тяжёлых элементарных частиц.

Излучатели монтировались на мощных шарнирных опорах, которые в походном режиме убирались в корпус корабля и которые вращались во всех плоскостях, и потому весспер мог вести огонь, практически, во всех направлениях, независимо от направления своего движения. Кроме мощных пушек дальнего действия, весспер имел два легких короткодействующих импульсных лазера на турелях, прячущихся в нишах модуля управления и которые высовывались из них по мере необходимости.

Вессперы были двух цветов: или серебристые или серые, в зависимости от типа применяемого защитного поля корпуса при сверхсветовых скоростях и на семьдесят процентов своей полуторасотеннометровой длины состояли из конвертора, трансформирующего вещество массы в фа-готты, позволяющие ему двигаться с девятью скоростями света и генератора энергий, позволяющего вести огонь по противнику из мощных энергетических пушек дальнего действия.

Передняя часть весспера — модуль управления, была двухъярусная: в верхнем располагался зал управления и жилые отсеки, для трёх членов экипажа с необходимыми каютами для их нормальной жизнедеятельности; на нижнем уровне находился ангар с небольшим летательным аппаратом — лорном и некоторые другие вспомогательные отсеки.

В передней части модуля управления весспера, сверху и снизу, располагались две полусферы сканера пространственного обзора — спора. Движители корабля, находящиеся в хвостовой части генераторного модуля, состояли из трёх раструбов: овального центрального — главного движения или маршевого и двух круглых боковых — маневровых и одновременно рулевых. Для дополнительной устойчивости движения в атмосфере из хвостовой части весспера выдвигалась ещё одна пара крыльев. Корабль имел два трапа, по одному в каждом модуле и восемь мощных опор, торцы которых могли принимать различные формы, в зависимости от характеристик посадочной поверхности и одновременно являющимися двигателями поперечного перемещения. Экипаж весспера состоял из трёх человек, но по желанию капитана — он мог быть и единственным членом экипажа на борту своего боевого корабля, что регулярно и делал Валл'Иолет.

***

Дифферент кроканов был похож на толстое, более, чем двухсотметровое в диаметре, приплюснутое кольцо, с вырезом спереди и торчащим напротив выреза модулем управления, и обрубленным сектором сзади, где располагались шесть раструбов движителей — три на каждое крыло, разгоняющих его до тех же, что и весспер, девяти скоростей света.

Дифферент был исполнен в зелёных, различных оттенков, тонах, имел экипаж из пяти кроканов и был вооружён двумя мощными дальнодействующими импульсными лазерами, располагающимися у основания его закруглённых крыльев и двумя короткодействующими, находящимися в модуле управления. Там же в крыльях располагались два конвертора генераторов движения и энергогенераторы для лазерных пушек, что придавало дифференту большую надёжность, так как при отказе конвертора одного крыла, он мог функционировать с конвертором другого. К тому же, эти огромные овальные крылья позволяли дифференту устойчиво двигаться в любых атмосферах планет, хотя его скорость при этом была, гораздо, ниже скорости весспера, из-за сильных продольных вибраций крыльев в плотных атмосферах.

Собственно, эта конструкция была придумана одним из кораблестроителей Толлоны, но толлоны её отвергли из-за больших размеров, огромного веса и потому некоторой неуклюжести, а кроканам она пришлась по нраву, так как она чем-то напоминала их тяжёлый характер.

Так как лазерные пушки были жёстко встроены в овалы крыльев дифферента, а крылья жёстко крепились к модулю управления, то для поражения цели дифференту нужно было подворачиваться всему. Хотя шесть раструбов движителей позволяли ему это делать достаточно быстро, но эффективность, независимо вращающихся излучателей, в бою, по предположению толлонов, была более действенной.

***

Несмотря на все старания кроканов, толлоны в своем развитии ушли гораздо дальше их, так как свои технологии разрабатывали сами, а кроканы пользовались лишь теми, которые им предоставляли толлоны, лишь их чуть модернизируя под особенности своей цивилизации.

Космические корабли толлонов были более быстры; продолжительность их жизни дольше; а психотронными полями кроканы вообще не владели, но их численность была во много раз больше. Если население толлонов составляло всего около полуторастамиллионов человек и жили они в полном достатке всего на одной, своей маленькой планете — Толлона, совершенно не желая терпеть какие-то лишения при колонизации других планетных систем, то кроканов было более десяти миллиардов и они, быстро найдя для себя ещё две планеты, на которые и начали перебираться, будучи более терпимы к невзгодам и лишениям, уже населяли три планеты в разных планетных системах своего галактического рукава.

Внешне расы отличались весьма разительно. Толлоны были под два метра ростом, стройны, но узкоплечи. Имели несколько вытянутые лица; длинные тёмные волосы на голове; очень высокий лоб; с хорошо заметной горбинкой нос; тёмные глаза с жёлтой окантовкой вокруг зрачков, вытянутые вдоль лица несколько больше, чем вширь; очень тонкие, но яркие губы — ниточки; удлинённые уши и подбородок; тонкую, высокую шею. Из-за того, что их жизнь была очень комфортна, то и физически они были не сильны, переложив весь физический труд на своей планете на плечи всевозможных автоматов. Своих двойников — клонов, они не строили, считая этот путь развития цивилизации ведущий к полному вырождению, а затем и к вымиранию своей расы.

Кроканы были невысокого роста, немногим более полутора метров; полны; круглолицы; имели очень короткие светлые волосы на голове; средних размеров безбровый лоб; узкие глаза — щёлочки; небольшой приплюснутый нос, делающий их похожими на домашнее животное толлонов — свина; большой рот с толстыми бесцветными губами, совсем небольшой подбородок и короткую, толстую шею. Были они широкоплечи и обладали большой физической силой, потому, что их планета — Крокана, была, более, чем в двенадцать раз, массивнее Толлоны.

2

Едва второй Валл'Иолета — военные космические корабли толлонов не имели названий, а носили лишь порядковые номера, а в среде службы космического флота, негласно, назывались именами их капитанов, коснулся опорами посадочного слота поля космодрома планеты, как над пультом управления вспыхнула голограмма с изображением непосредственного командира Валл'Иолета, командующего первой эскадрой боевых вессперов Толлоны, Галл'Арта — брови сдвинуты, лицо, явно, злое.

— В управление! С журналом! Немедленно! — Едва разжимая губы процедил Галл'Арт и голограмма тут же погасла.

Пальцы Валл'Иолета нервно забарабанили по подлокотнику. Выражение лица командира эскадры, однозначно, показывало, что на ожидание чего-то хорошего, можно было не рассчитывать. И конечно, виной всему — взорвавшийся дифферент кроканов.

Но ведь я же был один. Кто может достоверно подтвердить, что между нами произошло. Замелькали у Валл'Иолета тревожные мысли. Гра'Дорр? Уже успел доложить о произошедшей стычке. Но он был достаточно далеко и навряд ли достоверно видел, как мы схлестнулись. Но если бы не я его, то он меня и в придачу драффт. Я лишь честно выполнил свой долг. И что, тогда, командор взбесился? Гра'Дорр мог сказать лишь то, что я ему сказал, а я ему ничего не сказал. И выходит, что я один знаю истинную картину произошедшего. Что там у меня?

Валл'Иолет склонился к пульту управления и его пальцы пробежали по одному из рядов клавиш — над пультом управления появилась голограмма с мчащимся на него кораблём кроканов. Вот кончики крыльев дифферента вспыхнули и метнувшиеся из них красные лучи косо скользнув по голограмме, исчезли. Исчез и сам дифферент. Звёздная картина на изображении заплясала. Валл'Иолет остановил просмотр.

Этого будет достаточно. Потекли у него мысли удовлетворения своим решением. Остальное изуродую, сославшись, что часть камер была перегружена наводками энергии лазерных лучей и перестала работать. Пусть доказывают, обратное.

Его пальцы вновь забегали по клавишам и вскоре отображение звёзд в голограмме, ещё несколько раз дёрнувшись, сменилось картиной сполохов, разобрать среди которых что-то было, совершенно, невозможно. Прошло несколько минут и сполохи сменились хвостом драффта, который расцветившись яркими огнями своих дюз, исчез вдали, превратившись в яркую зелёную кляксу.

— Отлично!

Звонко хлопнув ладонью по подлокотнику, Валл'Иолет прервал просмотр и вытащив из пульта управления пластинку бортового журнала, заглушил конвертор и поднявшись, направился в ангар, располагающийся на нижнем уровне модуля управления весспера.

***

То что он сейчас сделал было, мягко говоря, незаконно. Он, просто-напросто, конвертировал часть информационного поля бортового журнала, исказив нежелательную информацию.

В принципе, кому-то из членов экипажа корабля сделать это было невозможно, так как запись бортового журнала была надёжно защищена, но у Валл'Иолета была подружка, Ир'Инна — программист, работающая в управлении космофлота с бортовыми журналами вессперов, которая знала коды доступа к их информационным полям, в том числе и код доступа бортового журнала весспера под номером два. Валл'Иолет иногда проводил с ней свободные вечера и в один из них, у себя дома, изрядно подпоив её специально приготовленным коктейлем, дождавшись, когда она войдёт в транс, вытащил из неё коды доступа в информационные поля бортового журнала своего весспера.

Ир'Инна, проснувшись наутро, накричав на него за неуважительное к себе отношение, ушла рассерженной. Более того, она заподозрила, что он что-то подмешал в коктейль недозволенное, влияющее на мозг, так как он, буквально, горел у неё и мог таким образом выведать нераспространяемую информацию. Ир'Инна даже не подозревала, что Валл'Иолет является носителем психотронного поля и ей даже не приходила мысль, что он, просто, скопировал часть информационного поля её мозга, а не сама она что-то ему выболтала. Обеспокоенная длительной болью в голове, она обратилась к специалистам, которые высказали предположение, что, возможно, было вторжение в её информационное поле, но однозначного ответа они ей дать не смогли, так как для этого требовалось её специальное и длительное обследование. Она не пошла на это. Полная негодования, Ир'Инна потребовала от Валл'Иолета объяснений, но он наотрез отказался от её обвинений и сказал, что в тот вечер пил тоже, что и она и уснул рядом с ней и тоже, совершенно, ничего не помнит и даже показал ей, какие напитки он смешивал в тот вечер. Но один их них всё же утаил. Ничего не узнав и обозлившись на Валл'Иолета, Ир'Инна долгое время не встречалась с ним. Постепенно боль ушла из её головы, но тревога осталась.

Валл'Иолет пользовался добытыми секретами очень аккуратно и в управлении космофлота даже ничего и не заподозрили. Он чувствовал, что Ир'Инна, опасаясь потерять престижную работу, о подозрениях своему руководству не сообщила. Это было видно и из того, что она в конце-концов возобновила свои времяпровождения с беспокойным для себя капитаном и сделалась очень приветливой. Валл'Иолет на её нежность лишь улыбался, понимая, что она каким-то способом попытается выведать у него нужную ей информацию. Но больше никаких коктейлей с ним Ир'Инна не пила. Валл'Иолет же по этому поводу, надёжно молчал и открываться, совершенно, не собирался, прекрасно понимая, чем это может закончится для них обеих, однозначно решив, что эта тайна умрёт вместе с ним.

***

В ангаре весспера находился двухместный лорн — небольшой летательный аппарат, способный, даже, некоторое время находиться в космическом пространстве над Толлоной, но не над более массивными планетами.

Открыв люк в полу ангара и заняв кресло пилота, Валл'Иолет вывел лорн наружу и направил его к хвосту весспера.

Верхняя часть хвоста генераторного модуля имела иссиня-чёрный цвет, однозначно показывая, что эта часть модуля была подвергнута высокотемпературному воздействию, а возвышающийся над корпусом шип тарка даже был чуть оплавлен. Именно оплавлен, а не механически повреждён и если бы не его ишторовое покрытие, то наверняка бы он сгорел в энергии лучей выстрела дифферента. Валл'Иолету, наконец, стало понятно, откуда струился дымок. Его губы вытянулись в довольной улыбке — это была его реабилитация.

Развернув лорн, он направил его в сторону здания управления космического флота цивилизации, располагающегося рядом с космодромом и посадив его на свободный слот недалеко от входа, направился в здание космопорта, где на третьем уровне располагались офисы командования военным космическим флотом цивилизации.

Едва Валл'Иолет переступил порог кабинета командира первой эскадры — старшего офицера Галл'Арта, как тот, будто подброшенный пружинами вскочил с кресла и бросился ему навстречу. Капитан драффта, Гра'Дорр уже был здесь и сидел в одном из кресел, оставшись совершенно невозмутимым на бурную реакцию командира эскадры. Валл'Иолет искренне удивился прыти капитана драффта, оказавшегося в кабинете командора быстрее его, не тратившего время на пристыковку к орбитальному комплексу.

— Хаара! — Остановившись в двух шагах напротив капитана весспера, Галл'Арт потряс кулаками перед его лицом. — Ты, хотя бы, осознаёшь, что натворил? Ты поставил цивилизацию на грань войны. — Сам же он и ответил на свой вопрос. — О чём ты думал, когда открывал огонь по дифференту и думал ли ты вообще о чём-то? — Махнув рукой, он повернулся и вернувшись к своему креслу, сел и ткнул пальцем в стол перед собой. — Бортовой журнал!

Молча достав из кармана курточки пластинку бортового журнала, Валл'Иолет подошёл к столу, положил её на указанное место и повернувшись, вернулся на своё прежнее место перед дверью.

Взяв пластинку, Галл'Арт сунул её в щель видеографа, стоящего у него на столе — над столом тут же повисла голограмма с изображением пространства, усыпанного блёстками звёзд. Взяв, лежащий рядом с видеографом пульт управления, он начал тыкать, появившейся в голограмме яркой оранжевой стрелкой в отображаемые знаки дат — изображение в голограмме так запрыгало, что даже у Валл'Иолета зарябило в глазах, заставив его отвести взгляд, но Галл'Арт будто не замечал этого, продолжая быстро листать страницы бортового журнала. Наконец мигание прекратилось. Валл'Иолет вернул взгляд в сторону голограммы: командир эскадры сидел уставившись в голограмму, где разворачивались произошедшие в пространстве события конфликта.

— Хаара! — Галл'Арт, вдруг, с такой силой швырнул пульт управления на стол, что тот, высоко подпрыгнув, улетел далеко в сторону и шлёпнувшись на пол, скользнул под одно из кресел. — Или ты врёшь или эти гнусы состряпали... — Он повернул, явно, злое лицо в сторону Валл'Иолета. — Иди сюда. — Он кивком головы подтвердил свой приказ.

Валл'Иолет, выпятив губы и состроив гримасу непонимание, подошёл к столу.

Галл'Арт вытащил из видеографа, пластинку бортового журнала второго весспера и сунул в него другую пластинку, лежащую у него на столе.

Над столом вновь вспыхнула голограмма, в которой замелькало знакомое Валл'Иолету пространство. Брови Валл'Иолета выгнулись высокими дугами — это, фактически, был тот же самый конфликт, но, видимо, снятый, участвующим в нём, дифферентом.

На Валл'Иолета, быстро увеличиваясь в размерах, мчался его весспер, который бы он узнал, в каком бы ракурсе его не показывали. Вдруг по экрану прочертились две красные линии, шедшие откуда-то из под весспера. Было очевидно — лучи шли от лазерных пушек ближнего действия. Затем по посеревшему экрану проползла серебристая поверхность корабля с отчетливо видимой цифрой — 2. Несомненно — это был номер его весспера. Затем экран потемнел и звёзды начали крутить в нём какой-то бешеный хоровод, раскручиваясь всё больше и больше и вдруг голубой фонтан ударил Валл'Иолету в лицо, заставив его вздрогнуть и механически вскинуть руки, заслоняя лицо.

Голограмма погасла. Валл'Иолет опустил руки. Галл'Арт вытащил пластинку и положил её на стол, рядом с бортовым журналом второго весспера.

— Что молчишь? — Раздался его грубый голос.

— Всё так и было. — Валл'Иолет дёрнул плечами. — За исключением того, что стрелял не я, а дифферент и попал мне в шип тарка. Можешь в этом убедиться сам, командор. Мой весспер на космодроме перед твоими окнами. Выстрел, явно, подкорректирован. И потом, откуда у них этот ролик, если дифферент, буквально, сразу же аннигилировал?

Галл'Арт вскочил и шагнув к Валл'Иолету, уставился в него злым взглядом.

Командир первой эскадры был на полголовы выше капитана второго весспера и гораздо шире его в плечах и намного старше: если Валл'Иолету недавно исполнился пятьдесят один год, что для возраста толлонов было, практически, ранней молодостью, то Галл'Арту было уже далеко за триста — пора расцвета мужчины. Очень короткий ежик иссиня-чёрных волос на голове, высокий покатый лоб с тонкими тёмными бровями, несколько необычное для толлона крупное лицо с, практически, круглыми глазами и очень тонкой жёлтой окантовкой зрачков, прямой нос, тонкие губы и массивный подбородок, с довольно толстой шеей, выдавали в нём большую физическую силу, что и было в действительности. Одет Галл'Арт был в курточку тёмного цвета, скорее всего принадлежащую не офицеру космического флота, а офицеру-десантнику, так как она была утыкана большим количеством разноформатных карманов, что неизменно присутствовало в одежде десантников.

— Я не знаю откуда у них эта дрянь. — Галл'Арт, не глядя ткнул пальцем в стол и попал в край пластинки бортового журнала второго весспера — скользнув, пластинка улетела со стола. — Но они требуют за неё непомерную цену: во-первых — тебя; во-вторых — чтобы мы убрались с Роззы, немедленно и навсегда; в-третьих — все наши вессперы. Тебя, допустим, отдать можно. — Его щека нервно дёрнулась. — Но все вессперы — это всё равно, что раздеться и голым войти в клетку с тарком.

Вдруг Галл'Арт вытянулся и замер, уставившись взглядом куда-то поверх головы Валл'Иолета. Гра'Дорр тоже вскочил со своего кресла. Состроив гримасу, Валл'Иолет оглянулся — от двери к столу шёл командующий военными космическими силами Толлоны, адмирал Нейн'Манн. Валл'Иолет развернулся в его сторону и подтянувшись, замер. Подойдя к столу, адмирал шумно сел в кресло Гарр'Арта и уставился в Валл'Иолета.

— Допрыгался, грилл. — Заговорил он негромким, но твёрдым, волевым голосом. — Они тебя даже судить не будут. В их атмосфере, через год ты высохнешь и согнёшься, а через три твои кости превратятся в труху. Даже червям нечего будет грызть. Что произошло в самом деле? Не заставляй подвергать себя психоанализу. Соннат уже рассматривает этот вопрос и уверен, санкцию одобрит. Кто тебе разрешил открыть огонь?

— Я не открывал огонь, гросс адмирал. Стрелял дифферент. Представленное кроканами событие подкорректировано. — Чётким голосом произнёс Валл'Иолет.

— Так почему же он взорвался? — Адмирал хлопнул ладонью по столу.

— Я распорол ему брюхо шипом тарка. — Признался Валл'Иолет.

— Зачем? — И без того удлиненное лицо адмирала сделалось ещё длиннее. — И как ты умудрился оказаться под ним?

Валл'Иолет глубоко вздохнул, поняв, что скрывать истинную картину событий бессмысленно, так как его судьба сейчас находится между уровней: очень и очень плохо и хуже некуда. Да и выбирать какой-то из них придётся не ему.

— Примерно на четверти пути от Роззы, на экране спор, вдруг, появилась красная отметка. Я сразу понял, что это кроканский дифферент. — Заговорил Валл'Иолет. — Вы знаете, что наш транспортный путь, проходит неподалёку от планетной системы, на периферии которой вращается астероидное кольцо и дифферент, перед появлением, скорее всего, прятался в нём. Понаблюдав за ним, я понял, что он идёт нам наперерез и направился ему навстречу. Мы шли лоб в лоб. Он выстрелил. Я нырнул, но его лазерные лучи попали мне в хвост. Хотя защита и поглотила их энергию, но их силовое воздействие столкнуло хвост весспера и он выпрямился. Так как мы уже были близко друг от друга, я не успел среагировать и весспер оказался под брюхом дифферента и распорол его шипом тарка, видимо задев какой-то важный элемент его конструкции, так как из его хвоста ударил белый фонтан чего-то. Он начал вращаться, а затем взорвался. Я вернулся к драффту. Поверьте мне, гросс адмирал. Это правда.

Адмирал повернул голову к Галл'Арту.

— Ты веришь ему?

— Да, гросс адмирал. — Командир эскадры подтвердил свой ответ резким кивком головы. — Я не вижу причины не верить капитану Валл'Иолету.

— А что говорят члены его экипажа? Почему я их не вижу? — Адмирал покрутил головой, осматривая кабинет Галл'Арта.

— При старте с Роззы у Гра'Дорра возникла какая-то проблема с рулями и он попросил помощи у моего механика. Я отправил его на драффт и там он оставался весь путь. А энергетика у меня нет, гросс адмирал. Я сам справляюсь. — Пояснил Валл'Иолет.

— Я подтверждаю, гросс адмирал. — Заговорил Гра'Дорр. — У меня появились вибрации в правом руле и мне с трудом удалось увести драффт с орбиты Роззы. Если бы не помощь механика двойки, даже и не знаю, смог бы я пристыковаться к орбитальному комплексу.

— А ты что видел? Кто из них открыл огонь?

— Это было, достаточно, далеко от меня, гросс адмирал. — Гра'Дорр мотнул головой.

— Что ж. — Адмирал покрутил головой. — Хорошего мало. А, в принципе, его и вовсе нет. Теперь, хотя бы, мы знаем, куда, действительно, исчезают наши драффты. — Он вновь повернул голову в сторону Валл'Иолета. — Я отстраняю тебя от полётов. Отправляйся домой. Ты под домашним арестом. Никаких контактов.

— Мой дом пуст. Я могу, хотя бы, заказать продукты? — Валл'Иолет развёл руками.

— Продукты? — Адмирал вскинул брови. — Хорошо! — Он махнул рукой. — В общем, делай, что хочешь. Но чтобы я об этом не знал, а ты был всегда доступен.

— Да, гросс адмирал! — Валл'Иолет кивнул головой. — Разрешите идти?

— Иди! — Адмирал повернул голову в сторону капитана драффта. — Ты тоже свободен.

Молча кивнув головами, Валл'Иолет и Гра'Дорр покинули кабинет командира эскадры.

***

Над космодромом уже опустился вечер и площадь перед управлением космофлота была пустынна. Валл'Иолет и Гра'Дорр без труда добрались до своих личных лорнов, которые сиротливо стояли на соседних слотах, показывая, что сервисная служба космодрома работает исправно и чётко отслеживает прибытие экипажей космических кораблей. Молча махнув друг другу рукой, каждый из них направился к своему летательному аппарату.

Усевшись в лорн Валл'Иолет, достал сканер связи и нажав несколько клавиш, уставился в него. Прошло достаточно долгое время, но голограмма перед ним так и не вспыхнула. Глубоко и протяжно вздохнув, он механически сунул сканер в тот же карман и взявшись за рыпп, оторвал лорн от поля слота и направил к магистральной развязке. Выбравшись на магистраль, ведущую в сторону своей усадьбы, он задал автопилоту нужный адрес, а сам, откинувшись в кресле, уставился в лобовое стекло, рассеянно скользя взглядом по пробегающему, в ярких лучах света лорна, пейзажу...

***

Толлону окружал тонкий слой атмосферы, чуть более тысячи метров, с небогатым содержанием кислорода и большим инертных газов и если бы Урана была лишь чуть возмущённым белым карликом, то, скорее всего, никакой жизни на Толлоне не было бы.

Толлона несла на себе всего лишь два небольших материка, занимающих примерно пятую часть поверхности планеты. Остальную поверхность занимал неглубокий водный океан, практически, безжизненный. Центры материков располагались в экваториальной зоне планеты, на разных её сторонах, точно напротив друг друга и синхронно вращались, будто нанизанные на одну ось, только в разные стороны. Период вращения составлял немногим больше семиста толлонских лет. Всвязи с тем, что при вращении внешние сегменты материков попадали в различные климатические зоны — жаркую, тёплую и умеренную, растительный и редкий животный миры умно мигрировали вслед за вращением, всё время оставаясь в выбранной для себя пожизненно, климатической зоне.

Были на материках и горы, но самые значимые из них находились в центральной части лишь одного из них, который и назывался — Горный материк. У другого материка в центральной части находилась огромная пустыня, где был выстроен единственный на планете космодром. Этот материк назывался — Пустынным, но с появлением на нём космодрома, его теперь чаще называли Космодромом, нежели своим прошлым названием. Имелись на материках и реки, большей частью на Горном материке, в основном, берущие свои начала от их центральных областей и несущие свои воды к океану. Больших водоёмов — морей на материках не было, но небольшие живописные озёра имели место.

Если фауна материков имела хоть какое-то разнообразие и количество, то животный мир океана был очень беден и был сосредоточен в прибрежных водах, где содержание кислорода было побогаче. В своей остальной части океан был основательно насыщен углеводородами и потому был агрессивен и безжизненен.

Толлоны, уже прошедшие путь не одного десятка тысячелетий своего развития, окончательно отказались от урбанизации и потому городов у них не было, если не считать двух небольших административных центров, по одному на каждом материке. Всё население, около полумиллиарда толлонцев, жило в своих домах-усадьбах, связанных сетью автострад, по которым жители планеты перемещались в авто или в небольших летательных аппаратах, различных конструкций, но только над автострадами, так как летательным аппаратам летать над усадьбами было запрещено, чтобы не мешать нормальной жизни хозяевам усадеб, а тонкий слой атмосферы не позволял летательным аппаратам подниматься высоко над поверхностью планеты.

Усадьба Валл'Иолета располагалась на материке Космодрома, в менее, чем двухстах километрах от него. Это был не большой, но уютный одноуровневый дом, приобретённый им всего лишь чуть более девяти лет назад, после того, как он стал капитаном весспера и у него появились достаточные средства. А до той поры, своим домом он считал дом родителей на Горном материке, где и жил до поступления на учёбу в космическую академию, которую закончил двадцать шесть лет назад в звании младшего офицера космического флота. Затем была служба пилотом на спасательном боте внутреннего космоса, где он проявил себя очень умелым и находчивым, вначале пилотом, а затем капитаном бота, много раз вытаскивая корабли оказавшиеся, по воле их неосторожных экипажей, в поясах астероидов, что послужило ему отличной рекомендацией для принятия его на курсы военных пилотов — элиты космического флота Толлоны. Три года курсантской муштры, а потом ещё столько же служба энерготехником и вкупе вторым пилотом на двойке с легендарным капитаном Рибн'Турном, закалили Валл'Иолета, как мужчину и сделали его настоящим космическим аборигеном — теперь он уже больше времени жил в пространстве, нежели на поверхности Толлоны. Затем Рибн'Турн получил повышение, став командиром второй эскадры вессперов, а Валл'Иолет, по его авторитетной рекомендации, стал капитаном двойки.

Валл'Иолет был достаточно отчаян, но не безрассуден и всегда находил наиболее оптимальные варианты для выпутывания из различных кризисных ситуаций, чем и заслужил уважение к себе, как Рибн'Турна, так и других капитанов.

Вскоре после того, как он стал капитаном весспера, жизненный уровень Валл'Иолета повысился настолько, что позволил ему приобрести усадьбу и зажить самостоятельной, полностью независимой от родителей, жизнью. В усадьбе он жил один, но проводил в ней совсем не много времени, большую часть своей жизни находясь в межзвёздном пространстве.

Ир'Инну он встретил случайно, в коридоре управления космофлота, чуть более шести лет назад. Получив очередное задание, он направлялся на космодром, углубившись в размышления, рассеянно смотря себе под ноги, как, буквально, воткнулся в какое-то препятствие. Остановившись, он, в недоумении, поднял взгляд и... На него смотрели весёлые, большие, круглые глаза милой девушки.

— Извините! — Заговорил Валл'Иолет. — У вас что-то произошло? Требуется помощь?

— Это у вас что-то произошло. — Девушка улыбнулась и стала ещё милее. — Идёте так, что невозможно разминуться.

— Мне сейчас туда. — Валл'Иолет поднял большой палец правой руки. — Задумался. Извините!

— Но вы идёте в другую сторону. — Девушка дёрнула плечами. — Если только ваш звездолёт на крыше управления.

— Странно. — Валл'Иолет вскинул брови и покрутил головой. — Действительно не туда. — Он громко хмыкнул. — Уж не вы ли, мысленно воздействуя на меня, заставили идти вам навстречу?

— Ну вот ещё. — Девушка состроила милую гримасу.

Валл'Иолет посмотрел по сторонам, но кроме них в коридоре больше никого не было.

— И все же, это вы. — Он широко улыбнулся. — Я больше никого здесь не вижу. Придётся познакомиться. Разрешите представиться: капитан двойки Валл'Иолет. — Он кивнул головой.

— Программист Ир'Инна. — Девушка дёрнула плечами. — Из отдела обработки бортовых журналов.

— Странно. — Валл'Иолет вскинул брови. — Тогда, почему я вижу вас впервые?

— Я всего лишь шестой период там работаю.

— Я сейчас, действительно, ухожу туда. — Валл'Иолет опять поднял большой палец. — К сожалению, вернусь не скоро. Но по возвращении, обязательно, сдам свой бортовой журнал только лишь вам. Договорились?

— Да, пожалуйста! — Широко улыбнувшись, Ир'Инна дернула плечами.

— Вот и отлично. — Легонько тряхнув девушку за локоть, Валл'Иолет развернулся и направился в другую сторону, к выходу из управления космофлота.

Когда он вернулся после очередного сопровождения драффта, то, действительно, сдал свой бортовой журнал Ир'Инне, хотя для этого ему пришлось приходить в отдел обработки два раза, что вызвало открытое негодование его руководителя, что, однако, не охладило пыл Валл'Иолета и в тот же вечер он уже ужинал с девушкой в одном из ресторанов материка. У них завязалась дружба, которая через какое-то время переросла в более близкие отношения.

Времяисчисление у толлонов основывалось на десятичном периоде и складывалось из времени оборота планеты вокруг своей оси — дня, который делился на двадцать тар — часов; тайма — десять дней, периода — четырёх таймов и года — один оборот Толлоны вокруг Ураны — четыре периода. Первый день года был корректировочным и был короче остальных дней, в зависимости от степени сумм возмущения других планет и Ураны на Толлону и считался праздником.

Сопровождение драффта длилось чуть менее двух лет, после чего следовали два периода — восемьдесят дней, отдыха.

Рабочий цикл у Ир'Инны имел продолжительность тайма — восемь дней работы и два дня отдыха.

Ир'Инна была гораздо моложе Валл'Иолета и жила в усадьбе родителей, которая находилась несколько дальше от космодрома и в другой стороне, нежели усадьба Валл'Иолета и ей приходилось тратить достаточно много времени на дорогу и уже в свой следующий отдых Валл'Иолет идентифицировал Ир'Инну в кодах доступа своей усадьбы и предложил ей переехать туда жить навсегда, но она приняла его предложение лишь отчасти и жила в его усадьбе лишь тогда, когда Валл'Иолет сам там жил, то есть во время его отдыха, наотрез отказавшись жить там без него.

На Толлоне, вообще-то, не приветствовались слишком вольные отношения между мужчинами и женщинами и в адрес Валл'Иолета уже раздавались упрёки родителей Ир'Инны, но между ними, вдруг, случались какие-то непонятные ссоры и девушка возвращалась в усадьбу родителей и сама никогда не искала встречи с Валл'Иолетом для возобновления отношений, а всегда это делал он, подолгу уговаривая её вернуться, заверяя в своей верности и покорности. Покапризничав, Ир'Инна возвращалась в усадьбу Валл'Иолета, но на прочный союз с ним своего согласия не давала, хотя он предлагал его неоднократно.

Теперь же, после последней, самой серьёзной, ссоры Ир'Инна на уговоры Валл'Иолета не поддавалась и жила только в усадьбе своих родителей, хотя иногда и проводила вечера с ним, но демонстративно держась холодно и неприступно.

Потому Валл'Иолет и не спешил сейчас в усадьбу, зная, что там, кроме него, никого не будет. Хотя характер Ир'Инны был не совсем таким, каким бы он хотел его знать и если бы захотел, то наверняка нашёл бы для себя более кроткую девушку, благо, он уже был, достаточно, известным космическим капитаном, но Ир'Инна была мила, умна, начитана, непосредственна и потому очень нравилась Валл'Иолету и никого из женщин рядом с собой он видеть больше не хотел и ничего с собой, по этому поводу, поделать не мог...

***

Промелькнувшая за окном развилка, заставила Валл'Иолета встрепенуться, его рука невольно легла на рыпп и автопилот, поняв намерение пилота, тут же отключился — лорн послушно повернувшись, заскользил вдоль другой магистрали, ведущёй в сторону от прежнего маршрута. Прошло ещё около часа и Валл'Иолет, свернув с магистрали, мягко опустил свой лорн на чёрную посадочную площадку перед живописной усадьбой, рядом со стоящим лорном зелёного цвета.

Выйдя из летательного аппарата и поводив плечами, больше не для того, чтобы их расправить, а увероваться в правильности своего поступка, он направился к высокой калитке, но она, вдруг открылась и в её проёме показалась Ир'Инна. Голова девушки была повёрнута в сторону, она, видимо, разговаривала с кем-то идущим позади неё и, скорее всего, Валл'Иолета не видела. Валл'Иолет сделал шаг в сторону и стал так, чтобы Ир'Инна столкнулась с ним, но она, видимо, почувствовав помеху, вдруг, остановилась и повернула голову в сторону Валл'Иолета.

— Привет Ирин! — Валл'Иолет чуть вскинул руку. — Счастлив видеть тебя.

— Хи-и! — Ир'Инна вся дёрнулась. — Сомнительно.

— Зачем ты мучаешь меня? — Валл'Иолет попытался улыбнуться, но, видимо, улыбки у него не получилась, так как лицо Ир'Инны исказилось гримасой, похожей на гримасу жалости и тогда он вытянул губы, трансформируя улыбку. — Ты ведь знаешь что произошло в пространстве? Я отстранён от полётов и отправлен под домашний арест. Я не знаю, что делать, Ирин. Меня пугает одиночество в доме. Вернись ко мне.

— Ну вот ещё.

Ир'Инна дёрнула правым плечом и шагнув в сторону, прошла мимо Валл'Иолета, направляясь в сторону зелёного лорна.

Из калитки вышел отец Ир'Инны и остановился перед Валл'Иолетом. Он был высоким плотным мужчиной с крупными чертами лица и работал научным сотрудником института проблем питания.

— Там серьёзно? — Поинтересовался он, поднимая большой палец правой руки.

— И даже очень. — Механически произнёс Валл'Иолет, продолжая следить за Ир'Инной, надеясь, что она всё же вернётся, но она подойдя к зелёному лорну, исчезла в нём.

— Это плохо. — Отец Ир'Инны шумно вздохнул.

— Хуже некуда. Извините! — Развернувшись Валл'Иолет направился к своему лорну.

Резко подняв лорн, он ткнул в клавишу автопилота, который послушно направил летательный аппарат по прерванному пути.

Валл'Иолет сидел откинувшись в кресле с грустной миной на лице. Думать ни о чём не хотелось. Как ему казалось, его жизнь зашла в тупик...

Лорн резко затормозил и свернув с магистрали, мягко опустился на зелёную лужайку неподалёку от входа в дом. Валл'Иолет выпрыгнул из лорна и войдя в дом, прошёл в комнату отдыха, не раздеваясь, лёг на спальную платформу и заложив руки за голову, уставился в потолок...

3

— Гард адмирал!

Негромкий, вежливый голос, заставил адмирала кроканского космического флота Гниза Вескари оторвать взгляд от стерео терма, стоящего перед ним посреди стола, где шла прямая трансляция смертного боя, в котором безнадёжно проигрывал боец, на которого, будучи в нём уверенным, он поставил огромную сумму и повернуть голову — перед дверью кабинета, склонившись в поклоне, стоял его адъютант, старший офицер Дзен Молло.

— Я приказал не трогать меня два часа.

Взвизгнул адмирал и вскочив и сжав кулаки, бросился к адъютанту. Он был настолько зол за утекающую из его карманов огромную сумму денег, что готов был сам отколошматить кого угодно, лишь бы остановить её поток — в молодые годы адмирал сам занимался кулачными боями и знал в них толк.

— Извините, гард адмирал. — Дзен Молло, не поднимая головы, вытянул руку в которой была зажата серебристая пластинка. — Срочное донесение от капитан Мела Дойр.

— Что-о? — Рявкнул адмирал, мгновенно останавливаясь.

— Мела Дойр сообщает, что задание выполнено с максимальным результатом. Дифферент капитана Чах Чана уничтожен. Хвала его вечности.

Гниз Вескари, возобновив свой путь, подошёл к адъютанту и взяв из его руки пластинку, припадая на левую ногу, вернулся в своё кресло и бросив пластинку на стол, выдвинул один из ящиков стола и достав из него небольшую пластиковую коробку, тряхнул. Из коробки донёсся глухой звон. Поставив коробку на стол, адмирал ткнул в её стенку своим толстым коротким пальцем — раздался негромкий щелчок и крышка коробки подпрыгнула.

— Сколько их осталось? — Произнёс он, поднимая голову на адъютанта.

— Двенадцать, гард адмирал. — Ответил Дзен Молло, поднимая голову. — Ему ведь не было ещё и тридцати.

Гниз Вескари открыл коробку и запустив в неё руку, достал горсть серебристых монет и принялся махать рукой. С каждым его махом на стол падала одна монета. Закончив махать рукой, он бросил оставшиеся монеты в коробку и закрыв её крышку, сунул коробку в тот же ящик стола, из которого и достал.

— Доставишь сегодня же. Это большие деньги. Семья ушедшего в вечность капитана должна жить в достатке. Вызови бронебагг. Иначе не довезёшь. Такое впечатление, что все кирпичи управления имеют глаза.

Подойдя к столу, Дзен Молло собрал монеты — их было двенадцать и поклонившись, вышел.

Гниз Вескари взял со стола пластинку и сунул её в прорезь терма — по экрану замелькали разноразмерные камни.

— Тупой выпь! — Невольно вырвалось у адмирала и по его лицу скользнула тень недовольства.

Будто почувствовав недовольство высшего военного чиновника цивилизации, изображение на экране сменилось: адмиралу в лицо нёсся толлонский весспер. Адмирал дёрнулся назад и вжался в спинку кресла, его узкие безбровые глаза, стали ещё уже, ноздри круглого носа раздулись, он начал шумно дышать.

Вдруг весспер дёрнулся и его хвост задрался. По экрану прочертились две красные полосы и воедино соединились где-то на хвосте весспера, хвост дёрнулся вниз и исчез за нижней границей терма, на экране остались лишь жёлтые точки звёзд, которые, вдруг, поползли по экрану, стремительно набирая скорость и через несколько мгновений закружились в бешеном хороводе. Экран потемнел.

Посмотрев на чёрный экран ещё некоторое время адмирал, полностью открыл глаза, выпрямился и ткнул своим толстым пальцем в одну из клавиш, лежащей на столе панели, утыканной разноцветными клавишами. Через мгновение в терме появилось лицо Дзен Молло.

— Ты ещё здесь? — Адмирал взмахнул подбородком и сузив глаза, показал своё недовольство.

— Бронебагг... Гард адмирал. Он ещё не пришёл.

— Шар Боне и Госсе Блада ко мне. — Произнёс адмирал резким голосом и ещё пару раз ткнув пальцем в панель с клавишами, возобновил просмотр бойцовского поединка.

Посмотрев некоторое время в экран и убедившись, что боец, на которого он поставил, повержен и уже лежит на ринге в луже крови, зло ткнул пальцем в ещё одну клавишу — терм погас. Откинувшись в кресле, Гниз Вескари заложил руки за голову и уставился в пустой экран.

Адмиралу кроканского флота было под пятьдесят, что, при средней продолжительности жизни кроканов в шестьдесят лет, было уже солидным возрастом. Он был четырнадцатым ребёнком у родителей и своего отца, совершенно не помнил — он погиб на перерабатывающем заводе криила, когда Гнизу не было ещё и пяти лет. Мать едва справлялась с оравой голодной ребятни и Гниз, практически, был предоставлен сам себе и в двенадцать лет уже профессионально махал кулаками в уличных боях, зарабатывая себе на жизнь. Он был крепким и выносливым парнем. Поняв, что настоящая жизнь на Крокане лишь для сильных, наглых и безжалостных, он всё ожесточённее и ожесточённее махал кулаками, не давая ни малейшей пощады своим противникам и в восемнадцать слава о нём, как о непревзойдённом бойце расползлась не только по всем шести континентам Кроканы, но и по двум колониальным планетам. Многие смельчаки, рискнули сразиться с ним, так как бои с его участием собирали огромные деньги, но, как только десяток из них канул в вечность, пыл претендентов угас. Гниз Вескари стал непобедимым и его жизненный уровень покатился вниз: ставить на него было бессмысленно. Гниз Вескари принялся мотаться по колониям, пытаясь там найти противников, но слава о его непобедимости и жестокости неизменно шла впереди него и сразиться с ним желающих нигде не находилось. Он начал пить. В одном из рейсов к дальней колонии, изрядно напившись, он, шатаясь по коридорам пассажирского лайнера, заблудился и попал в зал управления космического корабля. Один из офицеров зала управления попытался вытолкнуть его в коридор, но Гнизу Вескари хватило двух ударов, чтобы отправить его в вечность. Тогда капитан корабля, находящийся в тот момент в зале управления, выхватил свой клоссер и выстрелил в разбушевавшегося пассажира. Заряд попал Гнизу Вескари в правое плечо. Его рука тут же повисла плетью, но это не остановило его. Прыгнув на капитана, он с такой силой сжал его горло здоровой рукой, что у него изо рта брызнул фонтан крови. Затем Гниз Вескари безжалостно расправился и с двумя оставшимися членами экипажа, находящимися в зале управления.

Не давая себе отчёта в содеянном, Гниз Вескари объявил себя капитаном корабля и потребовал от остальных членов экипажа полного подчинения. Несколько офицеров возмутились, но он их тут же успокоил с помощью клоссера бывшего капитана. На Крокану он вернулся, как капитан космического лайнера.

Самопровозглашённого капитана тут же арестовали, но он предъявил суду свою повреждённую руку и потребовал от космического флота огромную компенсацию. Суд удовлетворил его просьбу. Руководство космического флота подало аппеляцию, но Гниз Вескари вновь выиграл дело, так как смог убедить суд, что он уже не может драться на ринге с прежним успехом — отчасти это так и было — его правая рука уже не была столь твёрдой и предложил космофлоту вместо компенсации, оставить его капитаном этого же корабля. Поразмышляв некоторое время, руководство космического флота согласилось и Гниз Вескари стал в двадцать четыре года самым молодым капитаном космического флота Кроканы.

Но капитанство Гниза Вескари на пассажирском лайнере длилось недолго — при первом же возвращении из колонии, корабль попал в мощный грозовой фронт Кроканы. Навигационные приборы дали неверный вектор пути и лайнер оказался в пустынном районе планеты. Едва корабль вышел из чёрных, нашпигованных электричеством туч, как его взяли в тиски два каких-то рогача и начали оттеснять лайнер, вновь к грозовому фронту. Подобные корабли Гниз Вескари видел впервые.

Штурман лайнера объяснил, что это военные корабли цивилизации — дифференты, которые требуют, чтобы они ушли из этого района, так как здесь находится военный космодром, куда доступ гражданским космическим кораблям запрещён.

Так как большая часть оборудования лайнера оказалась неработоспособной, то на какой-то нормальный полёт трудно было надеяться, тем более, в грозовых облаках и Гниз Вескари приказал пилоту посадить лайнер на виднеющийся внизу военный космодром. Пилот отказался, так как знал, чем это может грозить. Тогда Гниз Вескари, отправив пилота в нокаут, сам взялся за флиппы, но едва он направил корабль в сторону космодрома, как лайнер тут же получив лазерный луч в раструб движителя, задымил.

И всё же Гнизу'Вескари удалось посадить лайнер на военный космодром — не столько посадить, а сколько свалить горящий лайнер на край рыжего поля космодрома. Из двух сотен пассажиров уцелела треть, из тридцати членов экипажа — четверть.

Военные не поспешили на помощь горящему лайнеру, а посадив свои рогатые корабли неподалёку, спокойно наблюдали за самоспасением пассажиров и экипажа пассажирского лайнера.

Взбешённый Гниз Вескари, едва успев выбраться из горящего корабля, бросился к военным и парой мощных ударов, отправил одного из них, как ему показалось, самого хохочущего и наглого, не ожидающего нападения, в вечность. Другие военные похватались за клоссеры. Гниз Вескари тоже сорвал с пояса свой, и успел плюхнуться за тело поверженного им военного, прежде, чем в его сторону был выпущен первый заряд. Лежащий перед ним крокан оказался хорошим щитом, к тому же клоссер Гниза Вескари, вдруг, оказался гораздо мощнее оружия военных и вскоре ещё их пара ушла в мир вечности, что охладило пыл остальных вояк. Они бросились к трапам своих дифферентов, опрометчиво показав Гнизу Вескари свои спины, который неприменул воспользоваться подвернувшейся удачей и вскоре все, кто бежал к одному из дифферентов оказались лежащими на поле космодрома. К досаде Гниза Вескари, военные с другого дифферента успели взбежать по трапу в его чрево. Вскочив и махнув рукой, своим, уцелевшим, членам экипажа, он бросился к трапу другого дифферента. Его призыв поддержали лишь три члена экипажа его изуродованного лайнера. Как оказалось, один из них прежде работал техником по обслуживанию вессперов и немного знал их.

Поколдовав некоторое время над пультом управления, он поднял дифферент над космодромом. Гниз Вескари приказал направиться вслед за ушедшим дифферентом, намереваясь его догнать и каким-то образом расправиться с его убежавшим экипажем, но едва они отошли от военного космодрома, как перед дифферентом выросли три других дифферента, с алеющими кончиками своих крыльев.

— Шеф! — Заорал новоявленный пилот. — Они будут стрелять. От нас останутся лишь воспоминания. Нужно садиться.

— Садись! — Скрипнув от злости зубами, Гниз Вескари махнул рукой.

Пилот так грохнул дифферент о космодром, что взвыла сирена, говорящая о каком-то серьёзном повреждении. Ткнув пилоту кулаком в ухо, Гниз Вескари направился к выходу.

Когда он сошел с трапа, дифферент оказался окружен не менее, чем тремя десятками рейнджеров, с толстоствольным оружием наперевес, направленным в сторону трапа. Два дифферента продолжали кружить над захваченным боевым кораблём. От рейнджеров отделился один из них и направился в сторону Гниза Вескари. Ещё два рейнджера, с оружием на перевес пошли вслед за ним. Гниз Вескари, положив руку на висящий на поясе клоссер, остался стоять на месте.

— Что ты себе позволяешь, болван. — Заговорил, подошедший рейнджер, остановившись напротив Гниза Вескари.

Он был чуть выше и чуть тоньше, Гниза Вескари, его лоб был высок, нос тоньше, глаза уже — типичный кроканский интеллектуал: заносчивый и гордый.

— Это запретная зона для гражданского флота и нарушивший её корабль подлежит конфискации, а его экипаж — тюремному заключению. — Надменным голосом завершил свой инструктаж интеллектуал.

— Можешь забирать и корабль, и его экипаж, вместе с его пассажирами. Куча дерьма мне ни к чему. — Заговорил Гниз Вескари с широкой усмешкой на своём скуластом лице. — Взамен я оставляю себе этот. — Он похлопал рукой по поручню трапа.

— Это военный корабль и...

— Если кто-то из вас сделает хотя бы шаг в его сторону — он будет вашим последним. — Перебил высказывание интеллектуала Гниз Вескари. — Это мой корабль.

— Арестуйте его! — Интеллектуал вытянул руку в сторону Гниза Вескари.

Следующее произошло столь быстро, что интеллектуал даже не успел осознать произошедшего события — ещё не опустилась его рука, как перед ним сверкнули две красные молнии. Позади раздались громкие шлепки. Интеллектуал резко оглянулся — стоявшие за ним рейнджеры уже лежали и из их груди струился сизый дым. Интеллектуал, вновь повернулся к Гнизу Вескари — в его сторону смотрел мощный ствол клоссера. Губы интеллектуала начали нервно подрагивать.

— У меня твёрдая рука и я никогда не промахиваюсь. — С ехидством в голосе заговорил Гниз Вескари. — Или ты поворачиваешься и уходишь, или мы договариваемся. Но если кто-то из твоих выпи шевельнётся — ляжешь рядом с ними. — Он кивнул подбородком в сторону лежащих рейнджеров. — Я уже сказал: я никогда не промахиваюсь и успею выстрелить прежде, чем до меня долетит заряд, выпущенный твоими болванами.

— О чём ты хочешь договариваться? — Дрожащими губами поинтересовался интеллектуал.

— Я поступаю на службу в военный космический флот капитаном этого корабля. — Гниз Вескари вновь похлопал свободной рукой по поручню трапа.

— Это в компетенции адмирала. — Интеллектуал поднял плечи. — Я всего лишь директор службы безопасности космодрома. Я доставлю тебя к...

— Нет! — Гниз Вескари мотнул головой. — Свяжись с ним немедленно. Я хочу услышать его ответ здесь и сейчас.

Рука директора дёрнулась в сторону нагрудного кармана курточки, вслед за ней дёрнулся наведённый на него и ствол клоссера. Рука директора тут же замерла.

— Мне нужен коммуникатор. — Произнёс директор.

— Бери. — Гниз Вескари согласно кивнул головой. — Говори громко и чётко. Без эмоций.

Рука директора продолжила своё движение и через мгновение у него в руке был коммуникатор жёлто-розового цвета.

Насколько Гниз Вескари разбирался в них — это была очень дорогой и престижный аппарат мобильной связи.

Директор несколько раз ткнул пальцем в сенсорный экран коммуникатора.

— Мне не удалось взять ситуацию под контроль. — Заговорил директор громким голосом. — Он требует преференции.

Гниз Вескари не слышал ответа того, к кому обращался директор и уже дёрнулся, чтобы подойти поближе, но директор сам развернул коммуникатор экраном к нему.

— Гард адмирал желает услышать твои условия сделки. — Произнёс он.

— Условие у меня одно... — Придав своему голосу максимальную твёрдость, заговорил Гниз Вескари. — Я капитан дифферента.

Глаза уже немолодого адмирала сузились до едва видимых щёлочек. На лбу появилось нечто, похожее на морщину. Наступило длительное молчание. У Гниза Вескари сложилось впечатление, что адмирал уснул. Его губы вытянулись в ехидной усмешке. Будто поняв её, глаза адмирала резко открылись, губы шевельнулись.

— Хорошо. Я назначаю тебя капитаном дифферента. — Заговорил он тихим, будто действительно только проснувшись, голосом. — Теперь ты обязан выполнять приказы военного командования космического флота. Я приказываю тебе, в составе шестой эскадры, выступить на охрану перерабатывающего комплекса на Роззе.

Адмирал умолк. Наступило молчание. Наконец адмирал заговорил вновь.

— Не слышу подтверждения. — Голос его стал резким. — За невыполнение приказа пойдёшь под военный суд.

— Да, гард адмирал! — Гниз Вескари медленно кивнул головой. — Я готов выступить на охрану.

— Вот и отлично. — Изображение адмирала исчезло.

Директор опустил руку с коммуникатором и не сводя глаз с новоиспечённого капитана военного космического флота кроканской цивилизации, медленно повернулся и неторопливо пошёл к стоящим поодаль рейнджерам.

Гниз Вескари долго и тупо смотрел ему в спину и когда директор уже подошёл к рейнджерам, вдруг, резко повернулся и перепрыгивая через ступеньки, побежал по трапу внутрь дифферента. Блеснувшая красная молния с резким взвизгом впилась в ступеньку трапа, от которой только что оттолкнулась его нога, следующая обожгла зависшую левую ногу. Сжав зубы, Гниз Вескари резко оттолкнулся и перелетев через несколько ступенек впрыгнул в черный зев люка и упав на бок, откатился в сторону — следующая красная молния застряла в пололке ангара. Гниз Вескари вскочил, но вспыхнувшая огнём левая нога вновь повалила его на пол. Встав на четвереньки, он подполз к пульту управления трапом и ткнув кулаком в клавишу его подъёма, повернулся и замер, стоя на коленях, выставив в сторону уменьшающегося зёва люка, ствол своего клоссера.

Наконец люк закрылся и на пульте управления вспыхнул зелёный индикатор.

Гниз Вескари поднялся и пристегнув клоссер к поясу запрыгал на одной ноге на третий уровень, модуля управления, где находился зал управления.

В зале управления все сидели на тех же местах, на которых они сидели перед его уходом. Кресло занимаемое им было свободным. Допрыгав до него, Гниз Вескари шумно уселся и тут же поднял штанину — нога, в которую попал заряд была красной, будто ошпаренной кипятком. Среди красноты выделялось большое чёрное пятно, которое разрасталось, буквально, на глазах. Гнизу Вескари казалось, что в ногу сунули раскалённый железный прут.

— Нужно замораживать. — Донёсся негромкий голос.

Гниз Вескари повернул голову — говорил пилот.

— У нас часто были ссоры, заканчивающиеся дуэлью. — Продолжал говорить пилот. — За убийство не наказывали, а за ранение отправляли на хозяйственные работы и ранившего и раненого. Кому охота лизать космодром. Вот и скрывали раны. А за сокрытие — списывали. Но после такого ранения, через пару суток, если не оказывалась помощь, раненый сдыхал. В лазарет нельзя — лечились сами. Самым эффективным была глубокая заморозка. Три-четыре часа и отмирание тканей останавливается. Правда потом ещё дней десять приходилось прыгать на одной ноге и несколько недель хромать, пока ткани регинирируются. Но зато не нужно было ногу отрезать и остаёшься во флоте.

— Тогда поднимай дифферент и катись на полюс за льдом. — Процедил Гниз Вескари.

— Тот лёд не поможет. — Губы пилота вытянулись в усмешке. — Для охлаждения трубопроводов конвертора используются пеналы с низкотемпературным реагентом. Ногу нужно положить в такой пенал.

— Давай пенал. — Процедил Гниз Вескари, чувствуя, что его состояние заметно ухудшилось, ему становилось нестерпимо жарко, лицо багровело.

— Его сюда не принесёшь. Нужно идти.

— Пошли! — Гниз Вескари опустил штанину и вскочил, но воткнувшаяся в мозг игла, швырнула его назад. — Хаоса! — Процедил он и чёрная пелена окутала его мозг.

***

Гниз Вескари открыл глаза. Было темно, но откуда-то из-за головы пробивалось бледное голубоватое свечение. Пространство было наполнено негромким, но каким-то тяжелым гулом. Было холодно. Он дёрнулся, чтобы встать, но даже не пошевелился, будто был приклеен к своему ложе.

— Хаоса! — Прохрипел он и дёрнулся ещё сильнее, но лишь едва шевельнулся. — Освободите меня! — Выкрикнул он в темноту...

Время шло, но он так и оставался приклеенным к ложе. Глаза так и не смогли привыкнуть к темноте, создавая впечатление, что с их привыканием, темнота становилась ещё гуще, будто не желая раскрывать своей тайны. Его дёрганье ни к чему не приводило, лишь может чуть согрело, так как было настолько холодно, что его, стойко переносившего многие и многие невзгоды, пробрала дрожь. Тело он абсолютно не чувствовал, будто его здесь и вовсе не было, а был лишь один его разум.

Вдруг, где-то впереди мелькнула полоса яркого света и вновь наступила темнота, но этого мгновения Гнизу Вескари хватило, чтобы увидеть, что он окружён причудливыми хитросплетениями разновеликих труб.

Издалека донеслись прерывистые гулкие звуки, которые после каждой паузы становились всё громче и громче.

Вновь мелькнула полоса света. Но теперь она уже не исчезла, а заметалась по сторонам и упёрлась Гнизу Вескари в лицо, заставив его глаза закрыться.

— Хаоса! — Захрипел он. — Убери свет.

— Лежи молча!

От резкого удара в живот у Гниза Вескари перехватило дыхание. Его мозг, будто перевернулся.

Его тело начало дёргаться, будто его пытались откуда-то вытащить.

— Разорвёшь! — Донёсся резкий возглас.

— Примёрз! — Оправдался второй голос.

— Голоса вроде были знакомы Гнизу Вескари, но кому принадлежали он не мог вспомнить, будто мыслительные способности его мозга тоже заморозились.

— Протечка! Аккуратней нужно было. — Продолжил говорить резко первый голос. — Долбать нужно.

Наступила долгая тишина. Дыхание Гниза Вескари постепенно нормализовывалось, мозг восстанавливался. Он открыл глаза. В луче света, направленном куда-то в сторону просматривались нагромождения каких-то непонятных трубопроводов.

Мелькнул ещё один луч и вскоре его тело вновь затряслось. Донёсся металлических стук.

— Кажется всё.

— Хаоса! Слепой, что ли? — Выкрикнул обладатель резкого голоса. — Кусок ноги отрубил.

— Он не почувствовал. — Вновь оправдался второй голос.

— А когда отойдёт?

— Замотаем. Зарастёт. Берись.

Тело Гниза Вескари поднялось и совершив перелёт, опять опустилось, ощутимо ударившись о что-то твёрдое. Его мозг вновь перевернулся...

Гниз Вескари открыл глаза. Его взгляд упёрся в серый потолок. Он крутанул головой по сторонам — он лежал на чём-то жёстком в какой-то серой комнате, едва освещаемой тусклым светильником на стене. Он попробовал шевельнуться — это удалось. Напружинившись, он сел и повернувшись, поставил ноги на пол и поднялся, и... Ворвавшаяся в мозг боль, буквально, взорвала его и Гниз Вескари вновь провалился в темноту...

Гниз Вескари в очередной раз открыл глаза. Он лежал на полу всё той же серой комнаты. У него тут же сложилось впечатление, что кто-то иглой ковыряется в его голове.

— Прочь! — Прохрипел он и попытался махнуть рукой, чтобы отогнать обидчика, но рука лишь едва скользнула по чему-то твёрдому, причинив ещё большую боль. — Хаоса!

Опираясь на руки, превозмогая боль, Гниз Вескари привстал и провёл рукой по голове — она была на месте и никаких изъянов на ней не ощущалось. Опустив руку, он провёл взглядом по своему телу — левая нога была замотана в какую-то красную тряпку. Он осторожно дотронулся до тряпки — она оказалась влажной. Он поднёс влажную руку к лицу — она была красной.

Кровь! Догадался Гниз Вескари и тут же вспомнил слова об отрубленном куске своей ноги, произнесенные кем-то в темноте.

— Хаоса!

Опираясь на руки, он сел и попытался подняться, но тысячи острых игл тут же впились в голову, заставив оставить эту затею. Тогда, опираясь на руки, он пополз в сторону двери. Безвольная нога потянулась по полу, оставляя на нём жирный красный след.

За дверью был тусклый серый коридор, шедший лишь в одну сторону. Гниз Вескари пополз по нему. Коридор закончился идущей и вверх и вниз лестницей. На каком он сейчас был уровне Гниз Вескари не представлял, так как, едва знал дифферент. Немного поколебавшись, он пополз вниз, так как посчитал, что в ту сторону ползти будет легче. Но всё же двигаться по лестнице вниз оказалось не слишком удобным и приятным делом, так как постоянно ударяющаяся о ступеньки повреждённая нога отдавала в мозг острыми уколами, заставляя скрежетать от боли зубами.

Наконец ему удалось спуститься до широкой площадки, показавшейся ему знакомой.

Это же уровень зала управления. Наконец идентифицировал Гниз Вескари своё местоположение. Определённо, там кто-то должен быть. Я им устрою — зарастёт. Поотрываю не только ноги, но и головы. Тупые выпи. Узнают что это такое.

Переползя через площадку, он оказался в сумеречном коридоре, в стене которого выделялся чёрный проём двери. Он провёл рукой по поясу — на удивление, клоссер был на месте. Отстегнув оружие, он пополз по коридору.

Оружие, ударяясь о металлический пол, издавало громкий звук, который гулким эхом отражался от стен. Видимо этот гул услышали и находящиеся в зале управления кроканы и из проёма двери выскочили в коридор, один за другим, двое из них.

— Куда...

Крокан не успел закончить фразу, так как выскочившая из клоссера красная молния, впилась ему в грудь. Второй крокан метнулся к дверному проёму, но вошедшая ему в спину молния, бросила его на пол.

Гниз Вескари продолжил свой путь и с презрением оттолкнув с дороги, лежащие на полу тела, вполз в зал управления. В зале управления было ещё сумеречнее, чем в коридоре, но силуэт стоящего перед пультом управления человека на фоне пространственного терма выделялся отчётливо.

Гниз Вескари поднял руку с оружием, но крутанув головой по сторонам, опустил её — как ему показалось, в зале управления больше никого не было.

Это, возможно, пилот. Мелькнула у него догадка. Если убью его, придётся самому управлять кораблём. Это же абсурд. Его губы вытянулись в широкой усмешке.

— Ты пилот? — Поинтересовался он.

— Бывший пилот пассажирского лайнера. — Раздался голос, будто ниоткуда.

— Кто-то ещё есть здесь?

— Я остался один. — Пришёл негромкий ответ.

Гниз Вескари подполз к креслу и взявшись за подлокотник, попытался подняться, но ворвавшийся в мозг приступ боли, заставил его отказаться от своей попытки.

— Помоги мне забраться в кресло. — Прохрипел он.

Пилот подошёл к Гнизу Вескари и взяв его под руки, резко дёрнул в сторону. В голову Гниза Вескари тут же впились тысячи игл. Он громко вскрикнул. Пилот отпустил его и замер, будто окаменел.

— Полегче. — Проскрежетал Гниз Вескари, не разжимая зубов. — Не бревно тащишь.

Пилот вновь взял его под руки и теперь уже потянул. Гниз Вескари начал помогать ему, отталкиваясь от пола здоровой ногой. Пилоту было тяжело, его движения были неловки и повреждённая нога Гниза Вескари упёрлась в пол. Он вновь простонал. Пилот замер.

— Тяни! Хаоса!— Прохрипел Гниз Вескари.

Гниз Вескари был плотного телосложения и достаточно увесист и видимо пилоту оказалось не по силе посадить его в кресло и он принялся поддёргивать Гниза Вескари. Донеслось его шумное прерывистое дыхание. Гниз Вескари, понимая это, скрипел зубами, но молчал.

Наконец процедура водворения Гниза Вескари в кресло завершилась. Донёсся шумный и протяжный выдох пилота. Немного поёрзав, Гниз Вескари устроился поудобнее.

— Принеси воды. — Захрипел он. — Меня колотит. Сделай что ни будь.

Пилот, молча повернувшись, исчез из вида Гниза Вескари.

Появился он не скоро. К тому времени дрожь Гниза Вескари усилилась настолько, что его зубы выбивали отчётливо слышимую дробь и он уже забыл о пилоте и о том, где он находится, думая лишь об одном — сколько ему ещё осталось.

Рука пилота ткнулась Гнизу Вескари в плечо.

— Я нашёл энергетик. Выпей. Станет легче. — Произнёс он.

Рука Гниза Вескари приподнялась с подлокотника, но тут же опустилась. Он захрипел.

Рука пилота тут же оказалась перед лицом Гниза Вескари.

— Открой рот. — Раздался его, явно, недовольный голос.

Зубы Гниза Вескари несколько раз клацнули, но всё же ему удалось раздвинуть их. Ему в рот тут же плеснулась прохладная жидкость. Он глотнул, поперхнулся и начал жадно пить, с каждым глотком распрямляясь, будто пил не какой-то напиток, а бальзам жизни.

Глотнув воздух, Гниз Вескари понял, что напиток закончился.

— Ещё. — Проскрежетал он.

— Это была единственная баночка энергетика. — Ответил пилот, отступая от Гниза Вескари.

— Хаоса! — Гниз Вескари поёрзал в кресле, устраиваясь поудобнее, его самочувствие после выпитого энергетика заметно улучшилось. — Где мы?

— Следуем согласно приказа адмирала. — Ответил пилот, продолжая стоять около кресла Гниза Вескари.

— И куда нам приказано следовать?

— В составе шестой эскадры мы должны охранять перерабатывающий завод на Роззе.

— Ах, да. — Гниз Вескари поморщился, вспомнив разговор с адмиралом. — Сколько нас здесь?

— Осталось двое. — Пилот дёрнул плечами.

— А остальные? Удрали?

— Лежат в коридоре.

— Я не мог оставить безнаказанным, что они сделали со мной. — Гниз Вескари механически топнул повреждённой ногой и тут же выгнувшись, громко простонал. — Посмотри, что с ней. — Он попытался приподнять повреждённую ногу, но лишь чуть шевельнул ею, причинив себе новую боль.

Пилот бросил пустую баночку из-под энергетика в утилизатор и ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления — зал управления наполнился светом. Он присел перед Гнизом Вескари и принялся осматривать его ногу.

— Я не специалист в медицине. — Заговорил он через некоторое время. — Но нога перевязана, достаточно, хорошо и насколько я вижу, кровь уже не сочится, а даже начала подсыхать. Я советую не трогать повязку, тем более, что я не представляю, есть ли какие-то перевязочные средства на борту. — Пилот поднялся. — Нужен покой и через несколько дней всё нормализуется. Каюты на четвёртом уровне.

— Я приполз оттуда. — Лицо Гниза Вескари исказилось непонятной гримасой. — Останусь здесь.

— Но здесь неподходящие условия для быстрого восстановления.

— Мне другие не нужны. — Гниз Вескари повернулся к пространственному терму. — Выключи свет.

Пилот шагнул к креслу, которое занимал прежде и усевшись, нажал на одну из клавиш пульта управления — в зале управления стало темно.

— Где эскадра? — Донёсся в темноте голос Гниза Вескари.

— Как сказал диспетчер космодрома — они в шести-семи днях пути, впереди нас.

— Догони их.

— Мы идём на максимальной скорости. Думаю, они тоже.

— Хаоса! Сколько ползти до Роззы?

— Порядка двухсот суток.

— Тогда, убери тех, что валяются в коридоре и займись едой. Я зверски голоден.

— Да, шеф. — Пилот поднялся. — Только ничего не трогайте. — Он махнул рукой над пультом управления. — Я ещё плохо знаю управление дифферента и мы можем отклониться от курса и сгинуть в пространстве.

— Убирайся! — С отчётливой угрозой в голосе произнёс Гниз Вескари.

Ничего больше не сказав, пилот ушёл.

***

Догонять шестую эскадру пришлось не двести, а почти триста суток, уже когда на экране появилась Розза и шестая эскадра интенсивно тормозила. Она не пошла к планете, а замерла в трёх световых днях пути от неё. Едва дифферент Гниза Вескари пристроился в хвост эскадры, на пространственном терме вспыхнула врезка с изображением человека в возрасте, с волевым, надменным взглядом, одетого в тёмную курточку офицера космического флота с несколькими рядами нашивок на груди курточки.

— Как я понимаю, ты и есть новый капитан в моей эскадре. — Заговорил офицер. — Я командующий. — Он чуть кивнул головой. — Стой там где стоишь и ни во что не вмешивайся. Нужен будешь — позову.

Голограмма с его изображением погасла. Гниз Вескари повернул голову в сторону пилота.

— Кто это был? — Поинтересовался он.

— Гос Седб. Командир эскадры. — Ответил пилот.

За всё время пути, Гниз Вескари даже не удосужился узнать имя своего пилота. Рана на его ноге затянулась, но при ходьбе всё ещё отдавало сильной болью, к тому же он начал припадать на неё и потому, практически все дни пути проводил в зале управления и даже научился сносно управлять дифферентом.

Как удалось выяснить пилоту, а он оказался, весьма, толковым специалистом, дифферент был последней модификации: имел повышенную защиту и сдвоенные лазерные излучатели.

— Почему мы не идём к планете? У нас война с толлонами? — Произнёс Гниз Вескари, надеясь, что пилот знает ответ.

— Войны ещё нет, но отношения не назовёшь дружескими. На Роззе заканчивается красный песок и наше правительство заинтересовано, чтобы мы остались здесь одни.

— Тогда, тем более, нужно идти к планете и блокировать корабли толлонов, а не ошиваться на таком удалении.

— У толлонов превосходные корабли и чтобы побеждать, нужно знать их слабые места.

— Значит нужно захватить их корабль и изучить его.

— Думаю, затем мы и здесь. Просто Гос Седб решил изучить обстановку вокруг планеты, а уже затем приступить к активным действиям.

— Нет здесь никаких толлонов. Удрали, увидев нас. — Гниз Вескари хрипло рассмеялся и махнул рукой. — Двигай планете. Может ближе кого увидим, да и обстановка на планете с орбиты будет более понятна.

— Но это нарушение приказа. — В голосе пилота послышались нотки испуга.

— Плевал я на бестолковые приказы. Я сам себе командир. — Голос Гниза Вескари зазвучал зло и грубо. — Уберись из кресла.

Молча дёрнув плечами, пилот пересел в соседнее кресло, а Гниз Вескари заняв его кресло, взялся за флиппы и двинув акселератор вперёд, направил дифферент к Роззе.

Не прошло и часа их пути, как на пространственном терме вспыхнула врезка с изображением Гос Седба.

— Я не приказывал.... — Заговорил он.

— Убирайся! — Выкрикнул Гниз Вескари, перебивая его и махнул перед собой рукой, давая понять командиру эскадры, что разговаривать с ним он не собирается.

— Как ты смеешь! Я прикажу...

Гниз Вескари ткнул пальцем в клавишу прерывания связи.

— Хаоса! Рука чешется: одним бы ударом вынес ему челюсть. — Гниз Вескари резко ткнул перед собой кулаком. — Тупая выпь!

— Он прикажет уничтожить нас. Их пятнадцать.

— Пусть сунется. Тогда и ему не жить.

Прошло двое суток пути, ведомого Гнизом Вескари дифферента к Роззе, а Гос Седб со своей эскадрой так и не появился рядом с ним: видимо решил не связываться с непредсказуемым капитаном, предоставив возможность адмиралу самому разбираться с его поведением.

С началом третьего дня Гниз Вескари изменил курс дифферента и повёл его по очень далёкой орбите, вокруг всей планетной системы. Розза была первой из шести планет двойной звёздной системы и рядом с огромной красной звездой едва просматривалась, но всё же от острого глаза Гниза Вескари не ускользнула крохотное красное пятнышко, вдруг, вспыхнувшее на пространственном терме рядом с тусклым полумесяцем розовой планеты.

— Что это за пятно рядом с планетой? — Произнёс он, повернув голову в сторону пилота.

— Скорее всего какой-то корабль толлонов. — Ответил пилот дёрнув плечами. — Нам желательно уйти в тень, чтобы пытаться быть незамеченными.

— Что ещё за тень? — Гниз Вескари состроил непонятную гримасу.

— Чтобы быть невидимыми для противника, желательно куда-то спрятаться. Лучше всего затеряться во внешнем астероидном кольце.

— Я не боюсь никакого противника и прятаться не намерен. — В голосе Гниза Вескари скользнули нотки надменности. — Подойди ближе. Узнай, что это за красная точка.

Гниз Вескари поднялся и пересел в кресло, которое обычно занимал, находясь в зале управления. Пилот занял кресло управления, его руки легли на пульт управления и пальцы забегали по клавишам. В зале управления наступило молчание.

— Скорее всего — это грузовой корабль толлонов. — Наконец заговорил пилот. — Вероятнее всего направляется к Толлоне с грузом криила.

— Грузовик с криилом говоришь... — Каким-то дальним голосом произнёс Гниз Вескари.

— Точно можно установить, если подойти ближе. — Пилот покрутил головой.

— Подойди и узнай точно.

— А если это военный корабль?

— Двигай, я сказал! — Голос Гниза Вескари сорвался в крик.

Голова пилота мгновенно ушла в плечи. Его руки взялись за флиппы и дифферент, быстро набирая скорость, помчался в сторону красной точки.

***

Дифферент подходил к, уже превратившемуся из красной точки в чёрное пятно, грузовику толлонов сзади. Догонять пришлось долго, почти двенадцать суток и когда на пространственном терме проявились продолговатые контуры непонятного Гнизу Вескари корабля, у него тут же появилось желание вогнать в него заряды всех пушек, которые имелись на борту дифферента, но через некоторое время у него, вдруг, появилась мысль о захвате.

— Что это за корабль? — Произнёс он, поворачивая голову в сторону пилота.

— Я его сам впервые вижу, но если судить по иллюстрациям, которые мне приходилось видеть, это грузовой корабль толлонов — драффт. Если не ошибаюсь.

— И что он таскает?

— Криил. — Пилот дёрнул плечами. — Что ещё с Роззы можно таскать.

— Он нам нужен?

— Что? — Пилот округлил и без того круглые глаза. — Драффт?

— Этот криил?

— Естественно. — Иначе, зачем бы нас сюда адмирал отправил.

— Значит будем захватывать.

— Что, криил?

— Грузовик. Хаоса!

— Но это же военный конфликт. — Прошептал пилот.

— Не думаю, что толлоны из-за одного корабля объявят нам войну. Поорут и успокоятся. Они не солдаты. — Гниз Вескари махнул рукой.

— Но у него же пушки? — Пилот поднял плечи.

— Сколько?

— Я не знаю. — Пилот покрутил головой. — Но уверен, что есть.

— Вот и отлично. Подставься. Будет причина. Только аккуратно.

— А если не захочет остановиться?

— Бей в двигатели. Думаю — это те голубоватые пятна. Только смотри не взорви его.

— На такой скорости мы сами напоремся на свои же лучи.

— А как же тогда? — Гниз Вескари состроил гримасу.

— Или сбоку или спереди. Спереди рискованно. — Пилот покрутил головой. — Можно попытаться сбоку.

— Так пытайся. Хаоса! — Выкрикнул Гниз Вескари.

— У него мощная станция связи и думаю, он уже сообщил о нас на Роззу. Наверняка, сюда уже идут вессперы. Мы можем не успеть.

Гниз Вескари скрипнул зубами и в следующий момент, сорвав с пояса клоссер, направил его на пилота.

— Или ты его или я тебя. — Проскрежетал он.

Ничего больше не сказав, пилот отклонил флиппы и дифферент пошёл в сторону.

Прошло ещё трое суток, прежде, чем дифференту удалось подойти к грузовику толлонов сбоку и уравнять скорости. Грузовик оказался достаточно резвым и дифферент шёл почти на максимальной скорости. К тому же он оказался и агрессивным и как только дифферент застыл относительно грузовика, в его сторону тут же посыпались снопы красных лучей. Один из них даже прочертил жирную полосу по пространственному терму, заставив пилота бросить дифферент в сторону, но видимо луч был на исходе своей мощности и никакого вреда, кроме тёмного следа на экране, не причинил.

— Не шарахайся. Хаоса! — Прошипел Гниз Вескари. — Мы получили, что хотели. Открывай огонь.

Рука пилота скользнула по пульту управления и в сторону драффта метнулись четыре ярких красных луча. Грузовой корабль толлонов начал резко отставать.

— Не гони! — Прорычал Гниз Вескари, увидев, как драффт быстро сполз к краю пространственного терма и исчез из вида.

Пилот включил резкое торможение, но прошло ещё несколько часов, прежде, чем драффт выполз из-за края терма. Его хвост изрыгал в пространство мощные струи дыма.

— Хаоса! Только бы не взорвался. — Гниз Вескари повернул злое лицо в сторону пилота. — Ты перестарался, тупая выпь.

— Я даже не предполагал, что четыре луча имеют такую мощь. Видимо это из-за того, что это улучшенная модель дифферента. А я всё время удивлялся — почему наша скорость выше обычной. Думал — из-за недогруза. А это из-за модели. Класс!

— Если грузовик взорвётся, я тебе покажу, что такое настоящий класс. — Гниз Вескари постучал рукой по поясу, где у него висел клоссер, чем вызвал на лице пилота маску страха.

— Второй движитель грузовика тоже придётся сжечь, иначе он не остановится — Произнёс пилот подрагивающими губами.

— А тянуть его ты будешь? — Губы Гниза Вескари вытянулись в усмешке. — Жги, если будешь. — Он кивнул подбородком в сторону экрана.

— Но как же мы... — Лицо пилота приняло глупое выражение.

— Я от кого-то слышал, что переходные шлюзы наших и толлонских кораблей стандартизированы. Толлоны хорошо придумали. — Неторопливо заговорил Гниз Вескари. — Найди у них шлюз и пристыкуйся.

— Скорость слишком высока. — Состроив гримасу, пилот покрутил головой. — Я не смогу.

— Хаоса! — Гниз Вескари механически сорвал с пояса клоссер и стукнул его рукояткой по подлокотнику своего кресла, чем заставил голову пилота втянуться в плечи. — Будем ждать, пока их скорость не снизится. Если не снизится до приемлемой величины будем бить по второму двигателю.

— А-а-а-а-а... — Пилота, будто, заклинило.

— Будем тянуть. По очереди. — Гниз Вескари разразился громким смехом...

Прошли ещё сутки. Драффт резко тормозил. Причиной тому был взрыв повреждённого движителя. Взрывом, видимо повредило и второй движитель и голубой огонь в его раструбе едва просматривался. Скорость драффта уже была ниже световой и Гниз Вескари, не выдержал.

— Долго собираешься ждать. Он уже еле ползёт. Если появятся вессперы, я тебя пристрелю не раздумывая. — Он похлопал по пристёгнутому к поясу клоссеру.

Голова пилота поползла в плечи. Он молча отклонил флиппы и дифферент пополз в сторону толлонского грузовика.

Пилот оказался не слишком сноровистым, видимо сказывалось отсутствие больших навыков управления боевым кораблём и очень долго тыкался переходным шлюзом в поверхность драффта, раз за разом промахиваясь мимо его стыковочного узла, вызывая теттраду ругательств в свой адрес со стороны Гниза Вескари. Наконец ему удалось попасть в нужное место на корпусе толлонского корабля. Донёсся долгий протяжный стон, заставивший лицо Гниза Вескари исказиться гримасой испуга и на пульте управления тут же вспыхнул терминал, на котором побежали строки анализа состояния переходного шлюза. Прошло немало времени, прежде, чем вспыхнул зелёный индикатор. Пилот повернул голову в сторону Гниза Вескари.

— Переходный шлюз герметизирован. Можно открывать люк. — Произнёс он каким-то несмелым голосом, будто ожидая дурных последствий для себя от этих слов и оказался прав.

— Иди открывай. — Гниз Вескари кивнул головой в сторону двери.

— Я-я-я... — Голос пилота задрожал.

Гниз Вескари вскочил, будто подброшенный пружинами и сорвав с пояса клоссер, направил его на пилота.

— Двигай! Хаоса!

Пилот медленно поднялся и не сводя глаз с оружия, начал пятиться к выходу.

— Повернись и иди нормально. Ты пойдёшь туда и ты поведёшь грузовик. Другого варианта не будет.

— Гард капитан. — Пилот запнулся — он, неожиданно для себя, впервые за всё время их нахождения на дифференте назвал Гниза Вескари капитаном. — Они могут быть вооружены.

— Я их перестреляю. — Гниз Вескари тряхнул клоссером.

— Ты пойдёшь первым? — Лицо пилота посветлело.

— Первым пойдёшь ты. — Гниз Вескари ткнул клоссером в сторону пилота. — Двигай! Мне надоело тебе повторять одно и тоже. Имей ввиду — я могу не сдержаться.

— На дифференте должно быть оружие. Скорее всего где-то в ангаре. Разреши посмотреть?

— Смотри! — Гниз Вескари кивнул подбородком в сторону выхода.

Повернувшись, пилот вышел из зала управления и быстрым шагом пошёл по коридору к лифту. Гниз Вескари, припадая на левую ногу, едва поспевал за ним, но терпел. Ему хотелось поскорее захватить толлонский грузовик и начать его транспортировку к Крокане.

Оружие находилось в одном из шкафов ангара, но чтобы до него добраться, пришлось резать дверь шкафа, коды замка были неизвестны, с которой пилот провозился около часа. Наконец вырезанный кусок двери провалился внутрь шкафа и отбросив резак, пилот извлёк из него огромный, толстостволый зукк. Затем он опять заглянул в отверстие и выбравшись из него, покрутил головой.

— Больше ничего нет. — Он дёрнул плечами.

— Тебе этого мало. — Губы Гниза Вескари вытянулись в усмешке.

Пилот молча пожал плечами.

Оружие оказалось тяжёлым. Пилот щёлкнул предохранителем и индикатор батареи зукка вспыхнул сочным зелёным цветом, показывая полную зарядку. Держать зукк пришлось обеими руками, что оказалось не совсем удобно, так как обе руки были заняты. Никакого ремня на зукке не было и пилот, сняв с себя пояс, обвязал им оружие и повесил на шею. Пояс был коротковат и оружие оказалось висящим на груди, что было неудобным, но отправиться на поиски какого-то, более подходящего ремня, видя нескрываемое нетерпение Гниза Вескари, пилот не отважился. Взявшись одной рукой за оружие, он направился к переходному шлюзу.

Переходный шлюз был в полу ангара. Панель управления им находилась неподалёку на стене. Подойдя к ней, пилот нажал несколько клавиш — люк в полу ушёл вниз и в сторону, открыв круглый проём. Шагнув к проёму, пилот заглянул в него, затем поднял взгляд на Гниза Вескари.

— Поведение экипажа грузовика какое-то странное. Такое впечатление, что они хотят, чтобы мы их захватили. — Произнёс он, подняв плечи.

— Им жизнь дорога, вот и решили сдаться.

Губы Гиза Вескари вытянулись в усмешке. Он тоже подошёл к проёму шлюза и заглянул в него — вниз вела железная лестница, вдоль которой располагался ряд светильников. В самом низу ничего не было.

— Там же ничего нет. — Голосом, полным негодования, произнёс Гниз Вескари.

— А что там должно быть? — В голосе пилота послышалось удивление.

— Люк. Или что, корпус нужно резать?

— Навряд ли мы сможем резать корпус. У нас нет нужного оборудования. Если там нет люка, то я не знаю, как можно попасть внутрь грузовика. Если только боевыми лазерами прожечь дыру в корпусе. Но тогда он навряд ли будет на что-то годен. — Резюмировал пилот.

— Так узнай, есть там люк или нет. — Гниз Вескари ткнул клоссером в проём переходного шлюза. — Не тяни. Я прикрою.

Пилот вернулся к панели управления переходным шлюзом и открыв нишу под ней, достал из неё кабель с разъёмом и какой-то предмет и прицепив их к своему поясу вернулся к проёму шлюза.

— Зачем тебе верёвка? — Поинтересовался Гниз Вескари. — Чтобы я тебя вытащил?

— Это кабель питания. — Пилот тряхнул кабель. — Нужно открыть аварийный стык питания на корпусе грузовика и пристыковать кабель к нему. Тогда у нас появится возможность открыть люк грузовика, если таковой там есть. Надеюсь, они не заблокировались изнутри.

— Надейся. — Гниз Вескари махнул рукой в проём шлюза.

Присев, пилот взялся за поручни и ступил на верхнюю ступеньку лестницы. Дождавшись, когда он скроется в проёме люка, Гниз Вескари шагнул к шлюзу и осторожно заглянул внутрь, но смотревший ему в лицо толстый ствол зукка, заставил его сделать поспешный шаг назад.

Опустившись вниз, пилот отстегнул от пояса специальный ключ, открыл крышку аварийного стыка и пристыковал к нему принесённый кабель. На панели управления шлюзом тут же вспыхнул дополнительный терминал. Пилот поднял голову — Гниза Вескари видно не было.

— Шеф! Ты где? — Выкрикнул он, называя капитана более коротким и привычным званием.

Услышав окрик, Гниз Вескари осторожно заглянул внутрь шлюза и встретился со взглядом смотревшего вверх пилота.

— Шеф, там должна активироваться панель управления люком. — Заговорил пилот. — Посмотри, что на ней.

Гниз Вескари молча подошёл к панели и всмотрелся в отображаемые на экране терминала строки сообщения. Затем вернулся к шлюзу и так же осторожно заглянул в него. Пилот стоял в прежней позе.

— Что там? — Выкрикнул он.

— Терминал выдаёт, что там нет воздуха. — Ответил Гниз Вескари, не придавая никакого значения своим словам.

— Как нет? Ты не путаешь? А чем же они дышат?

— Не знаю. — Гниз Вескари дёрнул плечами. — Может он им не нужен.

— Но я там не смогу быть. — Пилот покрутил головой.

— Хаоса!

До Гниза Вескари только сейчас дошёл смысл сообщения терминала. Перед ним замаячила угроза невозможности захвата грузовика толлонов, а значит и не будет той славы, с которой он уже свыкся, как со свершившейся неизбежностью.

Нужно что-то придумать. Замелькали у него досадные мысли. Что? А если тащить грузовик? Но где взять такую верёвку? Нет. Всё же нужно посмотреть, что там происходит. А вдруг им, действительно, не нужен воздух. Хаоса! Нет! Я от своего не отступлю.

— Открывай люк. — Выкрикнул он пилоту. — Я не верю терминалу.

— Шеф, но если там, действительно, нет воздуха, меня втянет туда, как в воронку и разорвёт. Нужен скафандр.

— Какой ещё скафандр?

— Он должен быть в ангаре.

— Вылезай, ищи!

Гниз Вескари отошёл от проёма шлюза и уставился в него, в ожидании пилота.

Выбравшись, пилот снял с шеи оружие и положив его рядом со шлюзом, направился к стоящим у стен шкафам. Остановившись у одного из них, он постучал рукой по его двери.

— Если верить маркеру — скафандры здесь. — Заговорил он. — Шифра нет и потому, придётся опять резать.

— Режь! — Гниз Вескари согласно кивнул головой.

Пилот подошёл к резаку, которым он резал дверь шкафа с оружием и водрузив его себе на спину, вернулся к шкафу со скафандрами и занялся резкой его двери.

Гниз Вескари, тем временем, пристегнул кроссер к поясу и подойдя к лежащему зукку, поднял оружие. Оно оказалось тяжёлым и держать его на весу, даже ему, достаточно сильному мужчине, оказалось тяжело. Тогда он накинул привязанный к нему ремень на шею и вернулся на прежнее место. Ему стало намного спокойнее.

Вырезанная дверь оказалась на полу. За ней, действительно, был скафандр. Он был огромен. Это был тяжёлый скафандр для работы в открытом космосе. Пилот заглянул за него, затем повернул голову в сторону Гниза Вескари.

— Другого нет. — Он покрутил головой.

— Чем тебе этот не нравится? — Гниз Вескари взмахнул подбородком.

— В нём не повернуться. Я не смогу себя защитить.

— Я тебя буду защищать. Хаоса! Разберись, что там произошло. И поскорее. Мне твоя возня уже надоела.

Отвернувшись, пилот сбросил с плеч резак и шагнул к скафандру.

Скафандр, действительно, был огромен и занял почти весь шлюз. Через динамики доносилось громкое дыхание пилота, будто он выполнял непомерную физическую работу, заставляя Гниза Вескари досадно морщиться. Наконец пилот оказался внизу и раздался, усиленный динамиками, его голос.

— Шеф, нажми правую клавишу нижнего ряда на панели и когда она станет зелёной, левую от неё.

Подойдя к панели управления шлюзом, Гниз Вескари выполнил просьбу пилота и вернувшись к шлюзу, заглянул в него — люк грузовика перед ногами пилота медленно шёл вниз.

Потянуло ветром и чем больше уходил люк вниз, тем сильнее был ветер. Гниза Вескари начало тянуть вперёд. Он сделал поспешный шаг от шлюза. На панели управления вспыхнул и замигал красный индикатор.

— Разгерметизация! Разгерметизация... — Донёсся бесстрастный металлический голос. — Система безопасности активирована. Система безопасности переведена в аварийный режим работы.

— Хаоса! Что происходит? — Гниз Вескари закрутил головой, пытаясь понять смысл происходящего.

Ветер, вдруг, начал стихать и через несколько мгновений его не стало. Гниз Вескари, приподняв ствол зукка, шагнул к проёму шлюза — его не было, на том месте был пол ангара. Состроив гримасу он провёл носком ботинка по полу перед собой — ничего не произошло. Тогда он шагнул вперёд и попрыгал на месте — пол ангара так и остался полом. Дёрнув плечами, он покрутил головой: чуть в стороне лежал оборванный кабель, идущий от панели управления шлюзовым переходом. Гниз Вескари подошёл к панели управления и провёл по ней взглядом — никаких сообщений её терминал не выдавал. Ещё раз дёрнув плечами, он повернулся и направился к лифту.

В зале управления, бросив зукк в своё кресло, Гниз Вескари уселся в кресло пилота и обвёл пульт управления внимательным взглядом — никаких сообщений, могущих вызвать обеспокоенность, он не увидел. Остановив взгляд на панели связи, он принялся за её изучение: панель изобиловала разноцветьем клавиш; функциональность некоторых он знал, но среди них не было клавиш с той функциональностью, которую он хотел бы сейчас иметь. Среди незнакомых клавиш пиктограммы многих ему были непонятны, но некоторые вызвали у него определённую ассоциацию. Издав звук, похожий на хмыканье, Гниз Вескари ткнул пальцем в одну из клавиш — из пульта управления донёсся громкий шум, похожий на шумное дыхание.

— Ты где? — Механически, нежели осознанно, произнёс он.

— В грузовике толлонов. — Донёсся какой-то далёкий голос из пульта управления. — Их тут полон ангар. Восемь человек. С оружием. Я, кажется, подвернул ногу, когда падал внутрь. Тут дыра в корпусе. Думаю они ждали нас, но что-то пробило корпус и они задохнулись. Дверь, ведущая в другие отсеки корабля заблокирована. Нужно заделывать дыру, иначе не выбраться отсюда.

— Заделывай! — Прорычал Гниз Вескари.

— Мне нужен кусок металла и аппарат для сварки.

— Ищи там.

— Шеф! Где...

Донеся очень громкий шум, сопение, затем вновь раздался громкий голос.

— Аппарат, кажется нашёл. Им оснащён скафандр. Хорошо придумано. Лишь бы энергии хватило. Металл сейчас поищу.

— И побыстрей. Мне надоела твоя возня. Появятся вессперы, я сам тебя грохну, не дожидаясь, когда это они сделают.

Наступило длительное молчание, нарушаемое лишь шумным дыханием, да непонятным громкими шорохами, доносящимися из пульта управления.

— Шеф! — Наконец раздался голос пилота. — Кажется удалось заделать дыру. Не знаю насколько хватит, но давление растёт. Попытаюсь дверь открыть. — Донеслись шарканья, похожие на звуки шагов. — Да что же это. Ничего не понимаю. Ага! Кажется, есть. Шеф! Она открылась.

— Шевелись! Хаоса! — Выкрикнул Гниз Вескари.

И опять длительное время был слышан лишь громкий шум и прерывистое дыхание. Гниз Вескари беспокойно ёрзал по креслу, бросая периодические взгляды на пространственный терм, с тревогой ожидая, что на нём, вдруг, вспыхнет красная точка, которая будет двигаться в сторону дифферента, но точки пока было. Но неизвестность заставляла его сердце замирать в тревоге, при каждом взгляде на экран.

— Дышать тяжело. — Наконец раздался голос пилота. — Что-то происходит. Сейчас... Дверь... Герметична... Только бы добраться до... — Он умолк.

Гниз Вескари прислушался — из пульта управления не доносилось никаких шумов.

— Хаара! Что произошло? — Поинтересовался он.

Ответа не пришло. Подождав некоторое время, Гниз Вескари выпрямился и взялся за флиппы.

***

Шли четыреста шестидесятые сутки транспортировки Гнизом Вескари грузовика толлонов. Пилот так и не вышел на связь и дифферент тянул грузовик присосавшись к нему шлюзом. Скорость связки едва достигала половины возможной и потому путь к Крокане оказался очень долгим. Корабли толлонов Гнизу Вескари не встретились, видимо в этой части галактики они не ходили, а корабли своей цивилизации проходили мимо, будто не замечая его и лишь у границы планетной системы Крое к связке подошли два дифферента. На пространственном терме появилась врезка с изображением неизвестного Гнизу Вескари мужчины в военной форме. Скорее всего это был какой-то офицер космического флота. Гниз Вескари, прежде не имевший дел с военным космическим флотом, совершенно не разбирался в их знаках различия.

— Кто? — Офицер вопросительно взмахнул подбородком.

— Капитан Гниз Вескари. — Придав своему голосу твёрдость и надменность, заговорил Гниз Вескари. — Транспортирую захваченный корабль толлонов с грузом криила.

— Остановись! Десантники должны осмотреть корабли. — Произнёс офицер не менее волевым голосом.

— Это мой груз и делать вам тут нечего. — На толстых губах Гниза Вескари заиграла усмешка.

— Я буду вынужден уничтожить корабли. — В глазах офицера сверкнули злые огоньки.

— Свяжи меня с адмиралом.

— Адмирал умер несколько дней назад, а нового ещё не назначили.

— Тогда с Председателем.

— Много чести.

— Хаоса! Я Гниз Вескари. — Едва разжимая зубы заговорил Гниз Вескари. — И если ты не свяжешь меня с Председателем, я сам разнесу твоё корыто.

Изображение офицера исчезло и голограмма долгое время была пустой. Но вот по ней прошла рябь и в ней появилось изображение сухолицего человека в возрасте, с очень колючим взглядом и тонкими, нетипичными для крокана губами-ниточками. Это был Председатель кроканской цивилизации, в годы успешного выступления Гниза Вескари на ринге, благотворивший его, отчего Гниз Вескари был хорошо с ним знаком и потому требовал у офицера встречи с ним.

— Гниз! — Заговорил мужчина, быстрым голосом, но явно, привыкшим к тому, чтобы его лишь слушали. — Все мы обязаны соблюдать некоторые правила, чтобы не допустить хаоса в нашей жизни. Тебе следует выполнить требования капитана космической службы безопасности.

— Масса Воссари. — Я проделал столь сложную и рискованную операцию не для того, чтобы какая-то ищейка воспользовалась моим трудом. Это я захватил корабль толлонов с грузом криила. Не думаю, что этот минерал лишний для нашей цивилизации.

— Мы очень заинтересованы в крииле. — Глаза Председателя округлились. — И для нас он совсем не лишний. Но возможен ли захват толлонского корабля?

— Я доказал, что это возможно. И готов организовать массовый захват их грузовиков.

— Это то, что сейчас нужно. Я прикажу, чтобы капитан доставил тебя в столицу. Пусть эти трусы посмотрят на настоящего героя.

— А грузовик?

— Это теперь не твоя забота.

— Но...

Изображение Председателя исчезло. Гниз Вескари от злости скрипнул зубами. Его благополучие теперь зависело не от него и каким оно будет, он мог лишь предполагать, хотя Председатель, прежде и был благосклонен к нему, но сейчас он уже не прежний. Тогда было время его славных побед, а Председатель был страстным поклонником смертельных боёв и по слухам, сколотил немалое состояние на тёмных ставках в тотализаторах боёв.

Голограмма опять долгое время оставалась пустой, но вот в ней вновь появилось изображение того же офицера — капитана службы безопасности.

— Масса Вескари! — Капитан склонил голову. — За вами послан кнехт.

Голограмма погасла.

— Хаоса! — Губы Гниза Вескари вытянулись в широкой усмешке. — Теперь посмотрим, кто кого уничтожит. Массой называют, далеко, не каждого крокана.

Потому, как люк нижнего ангара был недоступен из-за пристыкованного грузового корабля толлонов и внутрь дифферента кнехт войти не мог, он пристыковался к верхнему стыковочному узлу. Гниз Вескари ни разу не поднимался на верхнюю палубу и ему пришлось приложить немало усилий и выплеснуть изрядную долю ругательств в адрес конструкторов дифферента, прежде, чем он смог открыть люк верхнего стыковочного узла.

Экипаж кнехта встретил его молчанием. Это был четырёхместный летательный аппарат: два задних кресла занимали рейнджеры в комбинезонах коричневого цвета, с лежащими на коленях зукками и Гнизу Вескари ничего не осталось, как занять кресло рядом с пилотом. Едва он коснулся кресла, как кнехт рванулся вверх и кресло под плотным Гнизом Вескари протяжно и как-то тоскливо заскрипело. Его так плотно прижало к нему, что ему с трудом удалось сделать полный вздох. Состроив злобную гримасу, он посмотрел в сторону пилота, но тот сидел уставившись в лобовое стекло и казалось, окаменел.

Ты ещё пожалеешь об этом. Проплыла у Гниза Вескари злорадная мысль.

Ускорение завершилось. Кнехт перешёл в горизонтальный полёт и Гниз Вескари смог, наконец, устроиться поудобнее, хотя, понятие — удобно, для небольшого, достаточно жёсткого кресла, было огромным комплиментом для него.

Полёт был долгим, прежде чем в лобовом стекле часть звёзд заслонилось тёмным кругом дифферента. Кнехт замедлил свой бег и скользнув вверх, оказался в полутёмном ангаре. Повисев некоторое время, он плавно опустился вниз и замер. Дверь рядом с Гниз Вескари скользнула вверх. Он выбрался из летательного аппарата и осмотрелся — чуть в стороне стоял тот самый капитан службы безопасности, который угрожал ему уничтожением. Заметно припадая на левую ногу, Гниз Вескари подошёл к нему.

— Прошу, масса Вескари. — Офицер вытянул руку в сторону дверного проёма, находящегося сбоку от него. — Я покажу вашу каюту.

Гниз Вескари лишь молча кивнул подбородком в сторону проёма, давая понять офицеру, чтобы тот шёл первым.

Постояв несколько мгновений с вытянутой рукой, офицер повернулся и шагнул к проёму.

По коридорам дифферента они шли молча. Первое время офицер шёл достаточно быстро, не оглядываясь и Гниз Вескари отстал, но, видимо, начав плохо слышать шлёпанье короткой ноги своего спутника, капитан службы безопасности пошёл медленнее.

Каюта, в которую его привёл офицер оказалась небольшой, состоящей всего из одной комнаты, но чистой, что для дифферента было нечастым явлением.

— Мне приказано незамедлительно доставить вас на Крокану, масса Вескари. — Заговорил офицер, склонив голову. — Это займёт около двух суток. К сожалению — это военный корабль и он не оснащён удобствами. Лишь необходимое. Если пожелаете — еда вам будет доставляться в каюту.

— Пожелаю! — Прохрипел Гниз Вескари. — И не забудь тоник с джутом.

— Это запрещённый...

— Может показать, где он хранится. — Губы Гниза Вескари вытянулись в широкой усмешке. — И побыстрее.

Ещё ниже склонив голову, офицер повернулся и вышел...

На космодроме Гниза Вескари встречал сам Председатель в сопровождении огромной свиты корреспондентов. Едва ноги Гниза Вескари коснулись поля космодрома, как его окружили несколько человек с видеокамерами и микрофонами.

Гниз Вескари невольно замер. Ему, конечно, хотелось в полной мере выкупаться в лучах славы, затем он и затеял свою нелёгкую историю, но уж слишком бурной волной она накатывала, выставляя его в не совсем приглядном виде, что никак не входило в его мечты.

— Вот он — герой цивилизации... Покоритель пространства... Бесстрашный воин галактики... Путь в будущее... — Донеслись возгласы и у него перед лицом оказался микрофон. — Как вам удалось совершить невозможное? — Заговорил тщедушного вида мужчина, совавший ему микрофон в лицо. — Что послужило основой вашего героического поступка?

— Я был верен в мощь своей цивилизации, создавшей более совершенную технику, нежели другие расы, позволяющую занимать высшие ступени иерархической лестницы галактики. — Заговорил Гниз Вескари, сам не зная, откуда появившимися у него словами, которые он до сих пор никогда не произносил. — Это наша галактика, наш дом и мы по праву должны стать его хозяевами. — Буквально выкрикнул он последнюю фразу и оттолкнув руку с микрофоном, заметно подволакивая левую ногу, заковылял в сторону Председателя.

Когда он оказался перед ним, то сразу же понял, что у Председателя не очень-то довольное лицо. Гниз Вескари остановился в некотором замешательстве, не зная, что тот желает от него услышать. Молчание затянулось, которое, наконец, нарушил Председатель.

— Вид у тебя, Вескари, очень... — Сухие и тонкие губы Председателя вытянулись в ухмылке. — На героя ты никак не похож. Не ожидал. Даже и не знаю... — Он покрутил головой. — Хорошо. — Его лицо сделалось очень серьёзным.

Он повернулся и махнул кому-то рукой — подзывая. Из стоявших у него за спиной сопровождающих, подбежал к нему один из офицеров свиты, с непонятными белыми нашивками на груди и вытянувшись, замер. Председатель, подался к нему и что-то заговорил. Закончив говорить он выпрямился. Офицер убежал и через короткое время, стоявшая позади официальных лиц, шеренга рейнджеров зашевелилась и все они побежали в разные стороны. Председатель шагнул к Гнизу Вескари и взял его за локоть двумя пальцами, будто опасаясь подхватить какую-то заразу.

— Поторопимся. Здесь уже обойдутся без нас.

Он покрутил головой и опять махнул рукой. Через мгновение перед ним стоял ещё один мужчина, но уже в штатской одежде.

— Привести в порядок и ко мне. — Председатель протянул локоть Гниза Вескари мужчине. — И никакой прессы. Его ещё нет. — Он отпустил локоть и повернувшись, зашагал в сторону стоящего поодаль блестящего кнехта.

***

Практически, весь остаток дня Гниз Вескари подвергался всевозможным процедурам, имеющим направленность восстановить его былой вид, но если для его отмытия и отчистки времени было достаточно, то для восстановления его физической формы, столь короткого времени, для этой цели было очень мало — он так и остался хромым. Единственное, что сделал обслуживающий его персонал — нашёл где-то разные по высоте ботинки, в которых хромота Гниза Вескари несколько скрадывалась, но появилась другое неудобство — уже привыкший хромать Гниз Вескари, постоянно спотыкался и норовил уткнуться носом в пол, для чего к нему пришлось приставить рейнджера, который, едва ли не держал его под руку. Уже поздним вечером, в обновлённом виде, Гниз Вескари вновь предстал переде Председателем.

Председатель поднялся и подойдя к Гнизу Вескари, взял его за локоть, всё теми же двумя пальцами и повернув голову в сторону рейнджера, кивнул подбородком на дверь.

— Свободен!

Молча кивнув головой, рейнджер вышел.

— Прошу, масса Вескари. — Председатель вытянул руку в сторону одного из больших кресел, стоящих перед его столом. — Есть проблема и мы должны её решить незамедлительно.

Отпустив локоть, он вернулся в своё кресло и дождавшись, когда Гниз Вескари окажется в предложенном ему кресле, заговорил опять.

— Умер адмирал и его кресло свободно. Я хочу, чтобы его занял ты, но с одним условием — мы единомышленники, одна команда, одно целое.

— Что я должен сделать? — Прохрипел Гниз Вескари.

Он, конечно, весь путь, пока тащил грузовик к Крокане, мечтал о славе, но то, о чём сейчас говорил Председатель было выше его мечты — это было круто. Стать адмиралом — такой мысли у него ещё ни разу не возникало. И ради этого, он сейчас, без колебаний, был готов уничтожить кого угодно и где угодно, тем более, под покровительством одной из самых влиятельнейших фигур цивилизации, её наивысшего должностного лица — Председателя.

— Уничтожить цивилизацию толлонов.

— Всю? — На лбу Гниза Вескари, вдруг, образовалась, неизвестно откуда взявшаяся, глубокая складка.

— До единого толлона.

— Я готов! — Гниз Вескари поднял плечи. — Тем более, они мне тоже ненавистны. Можно приступать?

— Хм-м! — Плечи Председателя несколько раз дёрнулись. — А внутренне, ты нисколько не изменился — столь же решителен, чего не скажешь внешне. Я доволен, что мы поняли друг друга и мне не придётся стоять у твоей урны с прахом.

— К-как? — Гниз Вескари поперхнулся.

— Если бы ты не согласился с моим предложением, тебя пришлось бы отправить в вечность, так как мои противники не должны, пока, ничего знать. А они влиятельны и готовы в любой момент подставить мне ногу. Но ты оказался достоин и я удовлетворён. Похвальна и твоя решительность. Но она несколько преждевременна. Раса толлонов очень сильна и сейчас мы ещё не готовы её уничтожить. Для этого нужны боевые космические корабли. Много кораблей. Очень много. Пять-семь-десять кораблей на один толлонский весспер. А у нас сейчас лишь двукратный перевес. Нужны ресурсы. Много ресурсов. Которых тоже не хватает и захваченный тобой грузовик с криилом, весьма, кстати. Думаю, нужно продолжить захват драффтов, но делать это нужно очень аккуратно, чтобы толлоны не заподозрили нас. Например: имитировать на месте захвата мощный взрыв. Пусть они думают, что их грузовики сами взрываются. Ни один грамм криила не должен попадать к ним. В галактике есть место лишь для одной цивилизации — цивилизации кроканов.

— Масса Воссари. — Гниз Вескари выпрямился. — Я полностью поддерживаю тебя. И у меня появилась интересная мысль: если нам нужно быстро построить очень много боевых кораблей, то зачем их экипажам комфорт, лишь самые необходимые функции. Остальное долой. Их экипажи — воины, а не барышни.

— А ты прав. — Председатель кивнул головой. — Обустройство систем жизнеобеспечения занимает едва ли не половину времени строительства и затрат. Реши, что самое необходимое, остальное — прочь. Приступай немедленно.

— Я! Строить? — Круглые глаза Гниза Вескари сделались ещё круглее.

— Конечно, не дело адмирала строить корабли, его дело воевать. — На лице Председателя отобразилась гримаса жестокости. — Но уж слишком наши строители неповоротливы. Им нужен твёрдый кулак, тогда они шевелятся. А у тебя он есть и ты прекрасно им владеешь. Или... — Воссари покрутил головой.

— Они будут шевелиться. — Гниз Вескари резко кивнул головой.

— Я в этом не сомневаюсь. — Председатель поднялся и сложил руки, ладонями друг к другу — жест, означавший у кроканов приветствие, согласие и вообще, удовлетворение. — Завтра Рота и я представлю тебя на утверждение в должность адмирала. Уверен, они примут тебя. Но ты уже незамедлительно приступай к работе. А сейчас тебя ждут журналисты. Цивилизация должна знать лица своих героев. — Он тряхнул сложенными руками.

— Но я же уже...

— Ты был отвратителен и я приказал уничтожить твоё интервью у трапа.

Поднявшись и ответив тем же жестом, Гниз Вескари, покинул кабинет Председателя Роты — высшего административного органа цивилизации кроканов, практически, в чине адмирала космического флота цивилизации.

4

Валл'Иолет открыл глаза. Было темно. Высвободив своё поле, он разбросил его вокруг и найдя голограф, активировал его — во вспыхнувшей напротив голограмме показывали каких-то политиков, пытающихся рассуждать о последствиях произошедшего конфликта с кроканами. Поморщившись от их занудности, он опустил руку со спальной платформы и поелозил ею по полу — пульт управления голографом был на месте. Подняв его, Валл'Иолет переключил канал — в голограмме крутился великолепный гоночный авто — цербор.

Цербор был элегантен, ярко-серебристого цвета, клиновидный, очень плоский, остроносый, с орудийной башней на хвосте, будто это был вовсе и не приземлённый авто, а космический минивесспер. Валл'Иолет невольно залюбовался им. У него нахлынули воспоминания о гонках на авто в академии космофлота.

Будущих пилотов космических кораблей заставляли практиковаться на спортивных авто со стрельбой короткими струями красного красителя, имитирующими лазерные лучи, или большими кляксами голубовато-зелёного красителя, имитирующими заряды бластеров. Это были, своего рода, имитации космических боёв. Конечно, в академии авто были не такие красавцы, какой сейчас крутился в голограмме, но всё же Валл'Иолет именно на тех гонках научился разумному риску и срезая с трассы метры углов и поворотов, умело уворачиваясь от красящих очередей, не так уж редко на финише оказывался первым, проигрывая, в основном старшекурсникам, а когда сам стал старшекурсником, равных себе уже, практически, не имел.

Если бы у меня был такой авто...

Валл'Иолет глубоко вздохнул, улыбнувшись своим воспоминаниям.

Однако следующее сообщение заставило его подняться и податься к голограмме, будто таким образом можно было лучше понять суть звучащего сообщения. В сообщении говорилось, что на этот цербор, срочно требуется пилот на предстоящую гонку, так как его прежний не может принять участие в гонке, по причине своей смерти.

***

Гонки на церборах проводились на Толлоне два раза в год, один раз на каждом материке, уже несколько веков и вызывали огромнейший интерес.

На Горном материке они проводились в горах его центральной части; на Пустынном в обширной каньонной зоне материка.

Изначально — это были экстремальные гонки на спортивных авто, но постепенно они превратились в так называемые "гонки смерти", становясь всё более и более жёсткими. Такими они стали после того, как толлоны познакомились с цивилизацией кроканов, у которой были широко распространены всевозможные поединки на грани жизни и смерти, а порой и за гранью.

По-началу гоночные болиды обзавелись оружием, стреляющим красками, но потом краска заменилась резиновыми пулями, затем пластиком, а затем пришла очередь и металлов. Вслед за стрелковым оружием начали использоваться лёгкие ракеты, терминаторы, а затем и бластеры. Лазеры были категорически запрещены, так как противолазерная защита требовала защитных мощностей несовместимых даже с необычными авто, которыми являлись церборы. Вместе с увеличением оружейного арсенала церборов, росла и их защита и они, из гоночных болидов превратились в бронированные чудовища. Пилоты же вообще были защищены статитом, который ни ракетам, ни бластерам, ни тем более пулям был не по зубам. Стрелять запрещалось лишь в зоне техобслуживания, которая всё же была надёжно защищена от всевозможных случайностей. Гибель пилота была редчайшим событием и насколько помнил Валл'Иолет, а он следил за гонками, сколько себя помнил, такие случаи были всего лишь дважды, хотя от болидов, порой, кроме кокпита с пилотом, больше ничего и не оставалось.

Всвязи с угрозой для жизни населения, трасса была защищена специальным ограждением, да и во время гонки зрителям было запрещено присутствовать в непосредственной близости от трассы, да и смельчаков получить заряд в лоб было немного и потому за гонками наблюдали, в основном, по голографам, благо камеры стояли через каждую полусотню метров. Можно было наблюдать за гонкой из специально оборудованных мест с помощью оптических приборов, но они располагались, достаточно, далеко и не пользовались у зрителей, большой, популярностью. Но всё же находились толлонцы и со съехавшей крышей, проникающие через ограждение, отчего и были случайные жертвы со смертельным исходом.

Пройти нужно было семь кругов трассы, что-то около шестисот километров и прийти первым. Вознаграждение было таким огромным, что пилоты болидов, занявшие несколько первых мест могли беззаботно жить многие годы и потому, на место выбывшего пилота, тут же находились десятки желающих занять освободившейся кокпит.

Владельцы церборов тоже не оставались внакладе, получая, как огромные рекламные гонорары, так и процент от тотализаторов, но число участников гонки ограничивалось всего лишь сорока болидами и потому, претенденты на участие в гонках были расписаны на несколько лет вперёд.

Сейчас же, видимо, происходило что-то такое, о чём Валл'Иолет не знал. Да если честно, то последние две гонки он пропустил, по причине своего отсутствия на Толлоне, а поинтересоваться их исходом, просто-напросто забыл, из-за ссоры с Ир'Инной.

***

Реклама цербора сменилась какой-то другой.

Валл'Иолет поднялся, включил освещение и достав сканер связи, нажал несколько клавиш — голограмма долго была пустой, затем в ней появилось заспанное лицо Тар'Тукка — давнего друга Валл'Иолета, тоже капитана весспера.

— Ты-ы! — Протянул Тар'Тукк. — Я понимаю, что у тебя сдвиг, но ты хотя бы на время посмотри.

— Привет и извини! — Валл'Иолет улыбнулся, он действительно, совершенно забыл о времени. — По гологрофу только что была реклама серебристого цербора. Им срочно нужен пилот. Ты не знаешь, что произошло?

— А ты, разве не знаешь? — Тар'Тукк потёр глаза.

— Я только что вернулся из сопровождения. Ты, что, не слышал, что со мной произошло?

— Слышал. — По лицу Тар'Тукка скользнула тень недовольства. — В космофлоте только это и обсуждается. Угораздило же тебя. — Он покрутил головой. — Что там произошло? Только без приукрас.

— Не по сканеру же. — Валл'Иолет повысил голос. — Приедешь — расскажу.

— Хорошо. Утром заскочу.

— Так, что там с цербором?

— В двух последних гонках два его пилота погибли. Желающих больше нет. Вот и ищут очередного смертника. Что ещё?

— В принципе, всё. Буду ждать. И захвати что-либо из продуктов. Дома хоть шаром. Получил по полной и от командора, и от адмирала и забыл про них. Тут ещё... — Он махнул рукой. — Короче — никакой.

— Не отчаивайся. Приходи в себя. Давай! — Лицо Тар'Тукка сменилось его рукой и голограмма погасла.

Бросив сканер связи на спальную платформу, Валл'Иолет направился приводить себя впорядок, так как спать он больше не хотел.

После санационной, он заглянул на кухню, но она была девственно чиста. Отпустив в свой адрес несколько нелестных эпитетов, он направился во двор и полазив по нишам дверей лорна, нашёл в одной из них изрядно примятую баночку тоника. Из освобождённого отверстия в лицо Валл'Иолета ударил мощный фонтан жидкости. Лишь благодаря тому, что его рот был полуоткрыт, туда попало пара глотков. Стряхнув на язык ещё несколько оставшихся внутри капель, он с досадой отшвырнул баночку и взяв метлу, принялся мести дорожки, так как за время его отсутствия они покрылись достаточным слоем рыжего песка, а договор, с обслуживающей усадьбы фирмой, он не заключил, понадеявшись, что Ир'Инна всё же вернётся и будет жить в ней. Но...

Тар'Тукк застал Валл'Иолета за работой — тот с таким усердием реанимировал вокруг дома изрядно подсохший естественный травяной газон, что и не услышал свиста садящегося лорна.

— Браво Лет! Ты неотразим на своём ржавом газоне.

Раздавшийся громкий голос у самого уха, заставил Валл'Иолета резко оглянуться и вздрогнуть от близкого взгляда глаз Тар'Тукка.

— Да ты, никак, стал пуглив. — Тар'Тукк сделал несколько шагов назад и поднял вверх руки в которых были большие пузатые пакеты. — Неужто кроканы вселили в тебя страх? Не отчаивайся Лет. Перебьём мы их всех.

— Тебе легко говорить, над тобой не висит возможность сгнить заживо в атмосфере Кроканы. — Валл'Иолет отключил установку реанимации газона и отряхнув руки, шагнул к Тар'Тукку. — Привет Тарту! — Он протянул руку, но осознав, что руки Тар'Тукка заняты опустил её.

— И что тебя заставляет возиться с этой ржёй. — Тар'Тукк повёл руками по сторонам. — Я закрыл двор абио и никаких проблем.

— Мне это абио в весспере вот где. — Валл'Иолет приложил руку к шее. — Хотя бы дома я могу по настоящей траве пройтись, полюбоваться настоящим цветком, вдохнуть аромат живой природы, а не её подделками и модификаторами.

— Можешь, можешь. — Тар'Тукк широко улыбнулся. — Нравится ковыряться в грязи, ковыряйся. Что произошло?

— Я отстранён от полётов и даже не представляю, что будет со мной. У меня такое чувство, что правительство готово избавиться от меня любыми способами, лишь бы задобрить кроканов.

— Брось, брось, Лет. — Улыбка слетела с лица Тар'Тукка. — Есть ещё мы — капитаны. Уж что-то мы стоим на этой планете. Мы уже обсуждали этот вопрос и решили, что никаким кроканам тебя не отдадим. Сами сгноим. — Его губы вновь вытянулись в улыбке. — Шучу, конечно. Ну посидишь какое-то время дома. Вот газон приведёшь в порядок. — Он вновь развёл руки в стороны. — Тут дело гораздо серьёзнее. Есть подозрение, что кроканы цепляются за что угодно, лишь бы вынудить нас ответить, чтобы развязать им руки. Пойдём в дом. А то мои руки, связанные пакетами, уже затекли. Расскажешь, что произошло в действительности. Болтают, что попало.

Валл'Иолет одну руку вытянул вдоль дорожки, ведущей к входу, другой взял у Тар'Тукка пакет, который, действительно, оказался тяжёлым.

— Рассказывать особенно и нечего. Всё произошло, можно сказать, до того неожиданно, что я до сих пор толком произошедшего осознать не в состоянии. Я до последнего не решался пойти навстречу этому дифференту, надеясь, что он пройдёт мимо, пока он почти не уперся в драффт. Мне ничего и не осталось, как стать между ними. Скорее всего, он не ожидал увидеть перед собой весспер или это был какой-то сумасшедший крокан. Короче: он выстрелил. Я, можно сказать, почувствовал его выстрел и нырнул вниз, но, всё же, он попал мне в шип. Видимо энергия лучей была на максимуме, что весспер даже от столь малой площади контакта изрядно дёрнулся. Я попал ему под модуль управления и скорее всего из-за того, что шип был раскалён, распорол ему брюхо, даже не почувствовав сопротивления, будто шип прошёл по воде, а не по металлу. Скорее всего, я задел какой-то важный агрегат дифферента, так как из его корпуса ударил мощный белый фонтан. Он завертелся, словно пропеллер и затем взорвался.

Валл'Иолет открыл дверь дома и пропустил вперёд Тар'Тукка.

— Но насколько я понял из того, что прислали нам кроканы — стрелял ты. — Тар'Тукк прошёл к столу и поставил на него пакет.

— Видел. — Валл'Иолет глубоко вздохнул, взял оставленный Тар'Тукком пакет и пошёл с обеими на кухню. — Галл'Арт продемонстрировал. — Донёсся его громкий голос из кухни. — События действительны, но мастерски подкорректированы. В моём бортовом журнале прекрасно видно, кто стрелял. К тому же у меня шип тарка, явно, оплавлен.

— А что говорит капитан драффта?

— Говорит, что ничего не видел. Да он и в самом деле был далековато. Меня интересует другое: каким образом откорректированное видео попало на Толлону раньше, чем здесь оказался я? Это наводит на мысль, что кроканы специально подстроили эту встречу. Им было всё равно, кто будет капитаном весспера, лишь бы был весспер. Я лишь случайно оказался её участником.

— Передать информацию от Кроканы до Толлоны не проблема. — Тар'Тукк дёрнул плечами. — Хотя мы и не поддерживаем сейчас с ними отношений, но линия ретрансляторов пока ещё не отключена.

— Но ведь от места конфликта до Кроканы не ближе, чем до Толлоны, если не дальше. Да и дифферент там был один. Я это прекрасно видел.

— Значит, чего-то ты не увидел.

Наступило длительное молчание. Наконец в дверях показался Валл'Иолет, держа в одной руке тарелку с какими-то нарезанными продуктами, в другой бутылку с усиленным тоником и большие кубы. Поставив всё это на стол, он указал Тар'Тукку на кресло.

— У меня ночью появилась интересная мысль. — Валл'Иолет сел и подождав пока усядется Тар'Тукк, наполнил кубы тоником. — Я хочу принять участие в ближайших гонках, пилотом цербора. Согласен стать моим менеджером? — Взяв один куб, он легонько стукнул им о второй и подвинул второй к Тар'Тукку. — За нас!

Он сделал несколько глотков и смотря на Тар'Тукка, начал вертеть свой куб в руках. Тар'Тукк взял свой куб и молча сделав глоток, вернул куб на стол.

— У тебя, явно, крыша поехала. — Тар'Тукк постучал пальцем себе по лбу. — Зачем тебе гонка смерти. Там же настоящие бои безо всяких правил. Тебе мало тех приключений, из которых ты ещё не выпутался? Или тебе деньги нужны?

— Деньги мне свои девать некуда и что с ними делать я не знаю. — Лицо Валл'Иолета приняло грустное выражение. — У меня всё есть. Кроме Ир'Инны.

— Вы расстались?

— Ни да, ни нет. — Валл'Иолет допил тоник и поставив куб на стол, взял с тарелки ломтик и положил в рот. — Встречаемся, но она держит меня на расстоянии. Вчера, даже, разговаривать не захотела.

— Подари ей что-либо дорогое. Может и растает.

— Куда уж дороже. — Валл'Иолет повел рукой перед собой. — Прекрасная усадьба. Забирай вместе со мной. Отказывается.

— Значит плохо предлагал.

— Да брось ты. — Валл'Иолет поморщился. — Потому и хочу на трассу. А там, как повезёт. Так ты согласен или мне кого-то ещё искать?

— Ты же знаешь, что я всегда поддерживаю все твои выходки... — Тар'Тукк взял свой куб и выпив всё его содержимое, поставил пустой на стол. — Какими бы дурацкими они не были.

— Тогда пошли. — Валл'Иолет, взяв ещё пару ломтиков с тарелки, поднялся.

— Куда? — Тар'Тукк вскинул брови.

— Заключать контракт. Пока кокпит не занял кто-то другой.

— Да в него уже дней тридцать пытаются кого-то втолкнуть. Только сумасшедшего не находится.

— Значит нашёлся. Давай! Пошли! — Положив ломтики в рот, Валл'Иолет, направился к выходу.

Взяв с тарелки ломтик и бросив в рот, Тар'Тукк с шумным вдохом поднялся и пошёл вслед за Валл'Иолетом.

***

Заключать контракт они направились на летательном аппарате Тар'Тукка. Так как следующая гонка должна проходить на материке Космодрома, то и цербор сейчас находился в ангаре зоны техобслуживания трассы по каньонам. Трасса располагалась далеко от усадьбы Валл'Иолета и они добирались до неё почти четыре часа, обсуждая всю дорогу возможные варианты развития взаимоотношений с цивилизацией кроканов.

Зона техобслуживания оказалась безлюдной и им пришлось приложить немало усилий, прежде, чем они встретили первого человека, который, узнав зачем они здесь, замер в немом оцепенении и Тар'Тукку пришлось изрядно тряхнуть его за плечо, чтобы вернуть в более или менее нормальное состояние.

— Хаара! — Тар'Тукк отпустил плечо мужчины. — В конце-концов, ты скажешь или нет, где нам найти хозяина серебристого цербора?

— Т-там. — Мужчина махнул рукой в сторону.

— Где — это там?

— Во втором ангаре.

— Все ангары закрыты.

— Там есть вызов.

Мужчина, вдруг, резко шагнул в сторону и сорвавшись с места, побежал, стремительно удаляясь.

— По-моему, у него не все дома. — Усмехнувшись, произнёс Валл'Иолет.

— И ты бы свихнулся, если бы увидел перед собой двух ходячих трупов.

— Я бы на твоём месте попридержал свой скепсис. Я чувствую успех нашего предприятия. — Валл'Иолет повернул голову в сторону ряда ангаров. — Нам туда. — Он махнул рукой в сторону откуда они шли и развернувшись быстро зашагал назад, скользя взглядом по закрытым дверям ангаров.

— Тут же сплошные асы. Они годами гоняются по этой трассе и знают каждый её метр. Уверен, любой из них пройдёт её с закрытыми глазами. — Заговорил Тар'Тукк догоняя Валл'Иолета. — Лет, поверь мне, у тебя нет шансов.

— Тарту, побереги своё красноречие для моих будущих поздравлений. Я прекрасно знаю, кто пилоты этих болидов и представляю их возможности. Я не пропустил, почти, ни одной гонки. Нам туда. — Валл'Иолет вытянул руку в направлении одного из ангаров. — Но, возможно, я могу противопоставить им то, чего у них нет.

— И чего же у них нет, по-твоему?

— Свой разум.

— У них есть свой разум и поверь мне, дорогой Лет, он не хуже твоего.

— У них не такой.

— Ты уверен?

— Увидим, дорогой Тарту. — Валл'Иолет, повернув голову в сторону Тар'Тукка, широко улыбнулся. — Трасса всех расставит по своим местам и уверен, моё будет не последним. Ты заметил совпадение — у меня опять будет второй номер?

— Ты считаешь это своим счастьем?

— Мы можем заключить пари.

— Ты вначале заберись в цербор.

— Сейчас и заберусь.

Валл'Иолет остановился перед широкой дверью с огромной двойкой и постучал ладонью по оранжевой пластинке, рядом с ней. Прошло время, никакой реакции не последовало. Он постучал ещё раз, но пластинка осталась безмолвной, хотя должна была бы хотя бы изменить свой цвет, чтобы показать, что вызов опознан.

— Хаара!

Тар'Тукк взмахнул ногой, норовя ударить в дверь ангара, но нога, вдруг, провалилась в пустоту и если бы Валл'Иолет не успел схватить его за рукав курточки, то он, наверняка бы ввалился в появившийся в двери проём. Тар'Тукк выпрямился, Валл'Иолет отпустил его рукав. Они тупо уставились в дверной проём, в котором стоял невысокий коренастый мужчина, мало походивший на толлона, а больше на крокана.

— Чем могу служить? — Наконец нарушил затянувшееся молчание мужчина.

Капитаны молча переглянулись — коренастый мужчина, явно, говорил не на чистом языке толлонов.

— Ты кто? Крокан? — Вместо ответа, произнёс Тар'Тукк, подтвердив свои слова вопросительным взмахом подбородка.

— В таком случае, разрешите откланяться. — Мужчина кивнул головой и выскользнувшая перед самым носом Тар'Тукка дверь, закрыла проём.

— Хаара! — Тар'Тукк повернул голову к Валл'Иолету. — Действительно крокан. Пошли отсюда. — Он повернулся от двери. — Теперь понятно, почему у них проблемы. Им, действительно, нужна очередная жертва. Они, что, таким образом вознамерились извести всех нас. И куда смотрит правительство? Нет. Нужно незамедлительно поставить этот вопрос на совете капитанов.

— Никуда я не пойду.

Валл'Иолет принялся вновь стучать рукой по жёлтой пластинке и прекратил это делать лишь тогда, когда перед ним вновь появился проём, за которым стоял всё тот же коренастый мужчина. Убрав руку с пластинки Валл'Иолет шагнул в проём и остановился перед мужчиной.

— Капитан Валл'Иолет. — Он кивнул головой в приветствии. — Я хочу заключить контракт на ближайшую гонку.

— Вы профессионал? Участвовали в гонках? — С заметным акцентом, поинтересовался мужчина.

— Я капитан боевого весспера. — С нескрываемой гордостью в голосе, ответил Валл'Иолет.

— Цербор наземный болид, а не космический. У вас нет шансов пройти даже один круг. — Мужчина вытянул руку в сторону проёма. — Прошу вас, господин капитан.

— Я настаиваю! — Твёрдым голосом произнёс Валл'Иолет.

— Ваша настойчивость лишена смысла. — Мужчина дёрнул плечами, продолжая указывать рукой на проём.

— Я капитан боевого весспера и только что... — Валл'Иолет умолк, вдруг, осознав, что подобное бахвальство сейчас может оказаться совсем не в его пользу.

— Поймите капитан, это не бесконечное пространство с безграничными вариантами для манёвра, а узкая трасса, с очень жёсткими условиями прохождения. Если цербор будет выведен из строя на первом же круге, нам не выплатят даже страховку и его не на что будет восстанавливать.

— Я гарантирую вам прохождение первого круга.

— Ваша гарантия ничего не стоит, господин капитан.

— Мы можем отметить в контракте, что, если я выбываю в первом круге, то полностью компенсирую восстановление цербора.

Рука мужчины опустилась. Его лицо приняло озабоченный вид.

— Я могу, даже, внести некоторый аванс, в подтверждении своих намерений. — Произнёс Валл'Иолет.

— Мы должны обсудить новые условия контракта. Вы не могли бы прийти позже? Завтра, например? — Произнёс мужчина.

— Я не хочу приходить позже. — Валл'Иолет мотнул головой. — Я хочу заключить контракт немедленно.

— Но господин капитан...

— Немедленно!

В голосе Валл'Иолета скользнула нотка, похожая на нотку угрозы, которая, вероятно, оказалась так и воспринята мужчиной, так как его лицо исказилось неприятной гримасой и он сделал шаг назад.

— Идите за мной. — Повернувшись, мужчина направился в глубь ангара.

Валл'Иолет оглянулся — проёма, через который он вошёл внутрь не было. Не было внутри ангара и Тар'Тукка. Валл'Иолет отвернулся от двери.

— Пусть войдёт мой менеджер. Без него я буду вынужден отказаться от предварительной платы. — Громким голосом произнёс он в спину удаляющегося мужчины.

— Там никого нет. — Не оглядываясь мужчина покрутил головой.

— Ты врёшь! — В голосе Валл'Иолета скользнула, явная, злость.

Мужчина остановился и повернувшись, вытянул перед собой руку.

— Мне неприятны ваши слова, господин капитан. Я привык, что мне верят. Можете убедиться. — С ответной злостью в голосе произнёс он.

Валл'Иолет оглянулся — у него за спиной был проём. Он направился к нему и выглянул наружу, там, действительно, никого не было. Он вышел и покрутился, пытаясь увидеть Тар'Тукка, но того нигде видно не было.

— Хаара! Испарился, что ли?

Валл'Иолет достал сканер связи и вызвал Тар'Тукка, но вспыхнувшая перед ним голограмма была пустой. Выругавшись ещё раз, он вернулся в ангар.

— Видимо что-то произошло. Я его позже найду. — Заговорил Валл'Иолет, останавливаясь перед мужчиной. — Я готов заключить контракт.

Ничего больше не говоря, мужчина развернулся и продолжил свой путь. Валл'Иолет последовал за ним.

Ангар был огромен и к тому же в нём царил полумрак. Его пол был завален какими-то непонятными в полутьме предметами и Валл'Иолет шёл уставившись себе под ноги, боясь за что-либо зацепиться и упасть и лишь когда рядом с ним возникло что-то тёмное и огромное, он приподнял голову и увидел его — серебристый цербор. Он невольно остановился. Даже в полумраке болид был огромен и великолепен.

Валл'Иолет тут же пожелал высказать своё восхищение великолепием болида, но повернув голову, увидел, что мужчина уже далеко. Он бросился вдогонку, но догнал его, когда тот уже входил в проём одной из дверей ангара. Валл'Иолет вошёл за ним и замер, как вкопанный — посреди зала стоял ещё больший крокан, нежели, который привёл его сюда, такой же невысокий и коренастый, смотря в его сторону.

Хаара! Куда я попал. Уж не дурной ли мне снится сон. Мелькнули у Валл'Иолета неприятные мысли.

Он закрыл глаза, а когда открыл, оба коренастых мужчины уже стояли рядом и о чём-то разговаривали. У него тут же появилась мысль, подтверждающая высказывание Тар'Тукка, почему владельцы серебристого цербора не могут до сих пор найти себе пилота — с кроканами, просто-напросто, никто не хотел сотрудничать.

Стоит ли мне тоже связываться с этими псевдокроканами? Придумал он им расу. Как будут относиться ко мне капитаны? А Ир'Инна? А если все они отвернутся от меня? Как посмотрят на мою выходку в управлении? Хаара! Всплыли у Валл'Иолета досадные мысли.

— Уже передумал? — Вдруг донёсся голос ещё большего крокана — говорил он без акцента.

— Ещё нет. — Механически выдавил из себя Валл'Иолет.

— Тогда слушай условия контракта. — Ещё больший крокан заговорил громче. — Победа — миллион толлонов; второе место — семьсот тысяч; третье — пятьсот; четвёртое — триста и пятое — сто тысяч. Всё что ниже — компенсируешь нам в размере трёхсот тысяч. Сто тысяч — твой залог.

Валл'Иолет задумался. Он слышал о больших гонорарах участников гонок, но что они такие огромные — даже не представлял. Миллион толлонов — это было огромнейшее состояние, определённо, позволявшее купить даже космический корабль среднего класса или великолепную усадьбу в престижном районе одного из материков.

Но всё же жизнь стоит гораздо дороже миллиона. Подумал он с сарказмом. Интересно, это они назвали реальные уровни вознаграждений или уверены, что я и первый круг не пройду и получат неплохую компенсацию? Если мне заплатят за последнее сопровождение драффта, то триста тысяч толлонов у меня будут, но это, практически, всё моё состояние и перспектива — остаться ни с чем, никак не привлекательна. Останусь ли я капитаном весспера или придётся пересаживаться в драффт? Да и возьмут ли ещё? Его губы тронула лёгкая усмешка. Отдать за удовольствие прокатиться триста тысяч, не слишком разумно. По лицу Валл'Иолета скользнула гримаса, так как он прекрасно понимал, что впервые участвуя в гонках и занять призовое место, нужно было быть волшебником. Нужно торговаться. Решил он.

— Не слышу согласия. — С явной усмешкой в голосе, произнёс больший крокан.

— Я его предупреждал. — Произнёс приведший Валл'Иолета сюда, меньший крокан.

— Я не совсем согласен с условиями контракта. — Медленно заговорил Валл'Иолет. — Вознаграждение за пятое место слишком мало, а мой залог слишком велик.

— Другого не будет. — Категорично произнёс больший крокан.

Интересно, а сколько достанется им? Где бы это можно было узнать? Или они уверены, что выплачивать ничего не придётся и озвучивают такое вознаграждение, от которого трудно отказаться ненормальному человеку? А нормальному? А нормальных здесь не бывает. Валл'Иолет негромко хмыкнул. Хаара! Где Тар'Тукк? Что с ним могло произойти? А если эти постарались? А что если узнать у этого?

Он осторожно высвободил своё поле и коснулся им головы большего крокана, но в тот же миг ощутимый ответный удар в голову заставил его вздрогнуть и на мгновение потерять контроль над окружающей средой. Но всё же ему удалось остаться на ногах. Он вернул свое поле. Его рука механически потянулась вверх, с намерением коснуться лба, но усилием воли он остановил её.

Губы большего крокана вытянулись в широкой усмешке.

Как-то не вяжется его неслабое психотронное поле с его принадлежностью к расе кроканов. Кто же тогда он? Замелькали у Валл'Иолета тревожные мысли — он, явно, оказался беспечен, а может и самонадеян. Видимо Тар'Тукк был прав, говоря о не простой ситуации в гонках. Теперь уж, однозначно, отказаться от гонки — признать свою, если не трусость, то уж унижение, точно. Всплыла у него досадная мысль. Нужно торговаться. Обязательно. Ставить свои условия.

— Мои условия — Заговорил он. — Двести тысяч пятое место, сто тысяч шестое, двести тысяч — моя компенсация за проигрыш и пятьдесят залог.

Всевдокроканы переглянулись.

— Мы согласны. — Заговорил больший крокан и вытянул руку в сторону стоявшего у дальней стены стола. — Контракт.

Повернувшись, он сам направился к столу и занял кресло перед ним. Меньший крокан стал у него за спиной. Валл'Иолет сел в единственное, оставшееся свободным кресло.

— Карточку. — Больший крокан одну руку протянул к Валл'Иолету, другой передвинул с края стола к себе рекогнитор.

Достав карточку уровня жизни, Валл'Иолет протянул её большему крокану. Тот вставил её в рекогниттор. Над столом вспыхнула голограмма с рядами знаков. Пальцы большего крокана забегали по клавишам рекогнитора. Количество знаков в голограмме начало быстро увеличиваться. Наконец больший крокан передвинул рекогнитор к Валл'Иолету.

— Познакомься и введи своё подтверждение. — Произнёс он.

Валл'Иолет углубился в изучение контракта.

В принципе, ничего необычного в контракте не было, если не считать названия фирмы заключающей с ним контракт — "Крокус". Таких контрактов в своей жизни он заключал уже множество. Все суммы были такими, какие и были оговорены и даже была прописана сумма компенсации при разрыве контракта со стороны "Крокуса" — десять тысяч толлонов. Тоже немалая. Единственное, чего не было отражено — где и как ему будет выплачено вознаграждение.

— Я не вижу условий получения вознаграждения? — Озвучил Валл'Иолет своё недоумение.

— Ты надеешься, что доберёшься до него? — Толстые губы большего крокана вытянулись в ехидной усмешке.

— Доберусь или нет — это второй вопрос. Первый — я должен знать, куда добираться.

Валл'Иолет толкнул рекогнитор в сторону большего крокана, пальцы которого пробежали по его клавишам и он опять подвинул рекогнитор Валл'Иолету.

"Вознаграждение должно быть переведено на карточку уровня пилота в течение часа, после, официального, утверждения результатов гонки с его участием."

Прочёл Валл'Иолет появившееся дополнение и состроив гримасу, ввёл свой идентификатор и приложил палец к панели считывания. Вернув рекогнитор большему крокану и дождавшись, когда тот вернёт ему его карточку уровня и положит на стол ещё одну карточку, с кодом контракта, убрал их в карман и откинулся в кресле.

— Я уже сегодня хотел бы познакомиться и с цербором и с трассой. — Произнёс Валл'Иолет.

— Это с ним.

Больший крокан ткнул большим пальцем себе за спину. Меньший крокан вышел из-за спины большего крокана и скрылся за спиной Валл'Иолета. Валл'Иолет почувствовал у себя на плече тяжёлую руку.

— Сегодня, так сегодня. — Рука ткнулась Валл'Иолету в лопатку.

Поняв это, как приказ на подъём, Валл'Иолет поднялся и направился к выходу, но сделав пару шагов, остановился и оглянулся.

— Забыл спросить твоё имя? — Произнёс он.

— Его — Ринб'Урн. Моё тебе ни к чему. Мы, скорее всего, больше не увидимся. — Больший крокан мотнул головой.

Громко хмыкнув, Валл'Иолет отвернулся и продолжил свой путь.

Едва Валл'Иолет оказался за дверью, как замер в изумлении — ангар был ярко освещён и посреди его сиял своим неотразимым великолепием серебристый цербор. Он подошёл к болиду и крутя головой, обошёл вокруг него.

— А где же команда обслуживания? — Поинтересовался он у подошедшего Ринб'Урна.

— Я и твоя команда, и твои техники. Цербор прошёл полное восстановление. Практически, новый и собственно, никакого обслуживания не требует. Если не будешь совать свои руки и нос в его агрегаты, он будет надёжен. — Заговорил Ринб'Урн. — Но если что-то задумаешь... — Он сжал руку в кулак, но к лицу Валл'Иолета его не поднёс, а тут же разжал. — Короче! Ничего хорошего. Гонка перенесена и состоится уже через девять дней. Потому и спешка. — Он шумно и как-то надрывно вздохнул. — За это время ты должен научиться уворачиваться от ракет и терминаторов, иначе делать тебе на трассе нечего. Бластеров, скорее всего, не будет. Ты когда-либо управлял наземным авто или только космическим кораблём?

— Я был чемпионом космической академии в трассовых гонках. Они от ваших отличаются лишь тем, что покороче и стреляют там краской, а не ракетами. Да болиды попроще.

— Быть чемпионом хорошо. — Ринб'Урн усмехнулся. — Значит сразу переходим к практике.

Валл'Иолет не видел, что и где нажимал Ринб'Урн, но фонарь цербора полз вверх, предъявляя его взору внутренности болида. Одновременно из бока корпуса выползла ступенька.

— Забирайся. — Ринб'Урн махнул рукой в сторону кокпита. — Отрегулируем кокпит под твой носитель.

Став на ступеньку, Валл'Иолет аккуратно забрался внутрь болида. Сидеть было неудобно. Он начал ёрзать, пытаясь устроиться поудобнее.

— Сиди спокойно. Не дёргайся. — Над головой Валл'Иолета навис Ринб'Урн и его рука ткнулась в пульт из которого выползла какая-то панель с клавишами, на которых были нанесены вполне узнаваемые пиктограммы, будто он очутился перед пультом управления весспера. — Отрегулируй кокпит под себя. — Палец Ринб'Урна описал кривую вокруг клавиш. — А я пока расскажу тебе о тех, кого стоит на трассе если не бояться, то хотя бы, уважать.

— Я многих знаю. — Валл'Иолет дёрнул плечами.

— Знаком лично? — В голосе псевдокрокана скользнуло удивление.

— Я видел достаточно гонок, чтобы быть в курсе.

— Тогда слушай, курсор!

Валл'Иолет дотронулся до одной из клавиш и почувствовал, как его ноги поползли вперёд. Он нажал следующую — его начало сдавливать в боках. Тогда он нажал ещё одну, одновременно вслушиваясь в слова Ринб'Урна.

— Слай'Элм или чёрная ракета. — Негромким голосом заговорил Ринб'Урн. — Чёрный цербор. Победитель прошлой гонки. Я не знаю, что он делает со своими ракетами, но они становятся, практически, невидимы для радара. Правда и их точность падает, но от этого не легче. Он пристраивается сзади и ждёт, когда тебя подбросит на кочке, и выпускает пару под днище, и ты вверх ногами. Потому, если оказался перед ним: или жмись к нему вплотную; или выбрасывай помеху и мгновенно скрывайся с его глаз.

Мег'Марр — большой мастер по терминаторам. Пять побед. Тоже чёрный цербор, но с серым кругом на капоте — стилизованным изображением терминатора. Ещё большая сволочь. Лепит на них что-то, что никакие датчики движения на них не реагируют, никакие помехи не берут. Три-четыре терминатора словишь и на прикол. Хорошо, что больше двадцати не разрешено. Но он, гад, дожидается, когда половина друг друга перекорёжит, тогда и начинает свою игру.

Ан'Гелла — настоящая змея. Три победы. Цербор сомоинтегрируется под цвет трассы. Мимо проскочишь и не заметишь. И получай заряд. Пять-шесть словил и электроника сдохла. Дальше, если только толкать. Шучу! Сидеть и не высовываться. Если бластеры, действительно, запретят, даже не представляю, что выберет. Увидим! — Он махнул рукой.

— Мел'Исса. Красный цербор. Красива стерва. Это и есть её основное оружие. Разбрасывает голограммы со своими позами: засмотрелся — получай ракету. Уже две гонки взяла.

Ври'Ккер или убийца. Чёрный цербор. Многократный победитель и потому денег не счесть. Самые мощные и арсенал и броня и агрегат. Забит под завязку. Засёк — остановись и умри. Стоячих бить запрещено. Другого совета для него нет.

Мот'Ранн или сверхсветовой. Уже несколько раз был победителем. Самый быстрый цербор. Ослепительно белый. Берёт скоростью. Даже терминаторы не успевают реагировать. Никто не знает, что там у него за силовой агрегат, но цербор будто пришит к трассе, иначе, если пролетел без контакта с ней полсотни метров, можешь двигать в ангар — будешь снят. Арсенал слабоват, но он ему и ни к чему. Ракета должна быть с большим упреждением. Иначе бесполезна. Да и не всякий бортовой вычислитель правильно рассчитает траекторию. Тут нужен под стать космическому. Если только с твоего весспера снять.

Пожалуй, это самые крутые. Остальные, примерно, на твоём уровне. Первые, обычно, их быстро перещёлкивают. Пара кругов и остаётся не более полутора десятков. Тогда и начинается настоящая игра.

— А есть, кто снимается, наслушавшись подобных наставлений? — Поинтересовался Валл'Иолет, с явной иронией, закончивший настройку кокпита и потому теперь, лишь, слушая своего наставника.

— Эта гонка идёт на двадцать четыре дня раньше регламента и хотя бы три десятка набралось. Всегда сорок. Снимаются иногда. Очередь больше сотни. Так что проблем с заменой нет.

— Тогда почему лишь тридцать?

— Потому что все ещё спят, а минус двадцать четыре дня, слишком короткое время, чтобы хорошо подготовить болид. Если бы ты не настоял и нас бы не было.

— А у "Крокуса" есть победы?

— Одно второе место и пять третьих. У нас прекрасный болид. — Ты закончил поинтересовался Ринб'Урн, видя, что Валл'Иолет больше не манипулирует клавишами на панели.

— Вроде удобно. — Валл'Иолет поёрзал в кресле.

— Удобно! — Ринб'Урн усмехнулся. — Лишь бы не пожалел, когда вылетишь на повороте.

Ринб'Урн убрал панель настройки кокпита и нажал ещё что-то — из панели выполз штурвал, буквально, копия штурвала весспера. Валл'Иолет, громко хмыкнув, занялся его изучением.

Первое впечатление оказалось неточным, штурвал цербора, разительно отличался от штурвала весспера, но всё же пиктограммы на его клавишах были более-менее понятны. Ринб'Урн стоял молча, лишь терпеливо наблюдая за действиями Валл'Иолета.

— Запуск... — Наконец, начал объяснять он, тыча своими толстыми пальцами в клавиши, то панели управления, то штурвала. — Коробка, панель оружия, управление радарами, панель защит. Некоторые клавиши дублированы под ногами, если пальцев рук не будет хватать. Вся информация с радаров будет на фонаре. Отвлекаться не придётся. Главное — не попутай панели оружия и защиты. Сейчас наш коридор времени на трассе и тебе, действительно, стоит прокатиться.

— Что за коридор? — Валл'Иолет оторвал взгляд от штурвала и посмотрел на Ринб'Урна.

— Каждая команда имеет определенное время для тренировки пилота и изучения трассы — восемь часов, через сутки. Можно и ещё выторговать. Посмотрим. Последний день тренировки запрещены. Это день загрузки арсенала, установки защит и последней доводки силового агрегата. У тебя осталось два часа. Так что поторопись. Из ангара налево.

Ринб'Урн спрыгнул с подножки. Двери ангара поползли в стороны.

— А если я не уложусь в два часа? — Валл'Иолет приподнял руки над штурвалом.

— Штраф и снимется захваченное время со следующих тренировок. — Ринб'Урн махнул рукой в сторону выезда. — Катись, давай! — Раздался его, явно, недовольный голос.

Валл'Иолет одной рукой взялся за штурвал, а пальцем другой нажал одну из его уже более-менее понятных клавиш — фонарь опустился. Он нажал следующую клавишу — цербор вздрогнул и Валл'Иолет ощутил лёгкую вибрацию. Следующая клавиша привела цербор в движение. Выведя болид наружу, Валл'Иолет повернул влево и в тот же миг мимо пронёсся чёрный болид, настолько близко, что серебристый цербор заметно качнулся от полученного воздушного удара. Буквально, через мгновение чёрный болид слился с трассой и исчез из вида. Мысленно оправив ему вдогонку несколько проклятий, Валл'Иолет вжал акселератор.

Вернулся к ангару он, как и предписывалось, ровно через два часа. Ворота были открыты, но Ринб'Урна в ангаре не было, но едва Валл'Иолет ступил на бетонный пол, как псевдокрокан вырос перед ним, будто из-под земли.

— Не дал отдохнуть. Думал, что тебя ещё пару часов не будет. — С явной насмешкой заговорил Ринб'Урн. — Но ты совершил невозможное. Насколько я вижу, цербор даже не поцарапан. Что ж, поздравляю.

— Петлял по трассе, как пьяный бур. Два раза уходил в сторону...

— Можешь не продолжать. — Лицо Ринб'Урна исказилось недовольной гримасой. — Полный телеметрический контроль. Если бы появилась угроза цербору, он был бы немедленно остановлен. Но ты справился. Отдыхай до завтра, до этого же времени. Мы взяли дополнительные часы. Игроков дефицит и время в избытке.

— Не хочу я отдыхать. — Состроив гримасу, Валл'Иолет покрутил головой. — Да и до усадьбы мне не на чем добираться. Да и далеко это. Здесь можно где-то поесть? Потом, я хотел бы заняться навигацией трассы.

— Там... — Ринб'Урн махнул рукой в ту сторону, куда Валл'Иолет ходил подписывать контракт. — Есть комната пилота. Хочешь, можешь жить до гонок. Без роскоши, но не сдохнешь. Из ангара направо — забегаловка. Дорого, но жрать захочешь — заплатишь. Советую не напиваться — лишишься всего. Если есть интерес, можешь ковыряться. — Ринб'Урн махнул рукой в другую сторону и повернув туда голову, Валл'Иолет увидел искорёженную груду металла, при большой фантазии ассоциировавшуюся с серебристым цербором. — Будешь его больше знать, будешь уверенней держаться на трассе.

— Лихо! — Валл'Иолет покрутил головой.

— Два года назад словил полтурели Ври'Ккера одним разом.

— Пилот...

— Кокпит выбросило взрывом. Тем и спасся.

— А почему погибли пилоты на предыдущих гонках?

— Зелёные. Один словил подряд три терминатора и его перевернуло. Он открыл фонарь, видимо, хотел выбраться. Зачем? — Ринб'Урн покрутил головой. — И тут ещё терминатор. Прямо под фонарь. Второй подпрыгнул и поймал ракету в колесо. Резина лопнула, но не вся слетела. Ненормальный! Вылез, видимо, хотел оставшуюся сковырнуть, чтобы докатить до зоны техобслуживания и попал под шальную пулю. Они же роями летают вдоль трассы. Сами виноваты. Запомни: стал — сиди, не высовывайся. Подгребут комиссары и оттащат за кордон. Тогда и выбирайся.

— И что же там можно наковырять? — Валл'Иолет кивнул подбородком в сторону груды металлолома.

— Навигатор не пострадал. Ты же хотел позаниматься с трассой. Вот и займись. Шарахаешься, действительно, как пьяный бур. Вернёшься из ресторана, приложи руку к идентификатору у двери. Будешь в базе. Приползешь на четвереньках, можешь больше не появляться.

Повернувшись, Ринб'Урн пошёл прочь. Дёрнув плечами, Валл'Иолет направился искать ресторан.

Идти пришлось долго и Валл'Иолет уже начал подумывать, что Ринб'Урн ошибся с направлением — зона ангаров была пуста, все их ворота были закрыты и спросить было не у кого. Наконец он дошёл до последнего ангара и только тут увидел вдалеке красивое сверкающее здание, перед которым стояли множество, как авто, так и лорнов. Шумно выдохнув, Валл'Иолет свернул к ресторану.

Внутри ресторан сиял ещё больше, нежели снаружи. Уютный зал, оформленный в зелёных тонах был заполнен едва наполовину. Звучала приятная ритмическая музыка.

Валл'Иолет направился к бару, так как очень хотел пить.

— Сильный тоник. Двойной. — Произнёс он, повернувшему в его сторону голову, бармену.

Наполнив куб почти до краёв тёмной жидкостью и подвинув его Валл'Иолету, бармен, вдруг, улыбнулся.

— Впервые вижу. Новый? — Он вопросительно кивнул головой.

— Новый, новый.

Взяв куб, Валл'Иолет направился к одному из свободных столиков, на ходу утоляя жажду, но едва сделал несколько шагов, как получил такой сильный толчок в плечо, что добрая половина содержимого куба оказалась у него на курточке. Мгновенно вскипев, он резко развернулся, намереваясь выплеснуть оставшийся тоник обидчику в лицо — это был Тар'Тукк. Позади него стояли ещё три капитана. Двух из них Валл'Иолет знал. Было видно, что они уже изрядно навеселе.

— Друзья! — Тар'Тукк вскинул руку над головой. — Разрешите представить героя Толлоны. Капитан Валл'Иолет. Это он уничтожил ржавый кроканский дифферент. Правительство от страха наделало в штаны и собирается выдать его кроканам. Не отдадим героя. Ура, Валл'Иолету!

— Ура!!! — Гаркнули, стоящие за спиной Тар'Тукка капитаны.

В зале поднялся невообразимый шум. Все повскакивали со своих мест и бросились к Валл'Иолету. Его начали хватать за плечи, руки и трясти. К тому же каждый норовил стукнуть своим кубом о его куб и выкрикнуть ура. Остатки тоника в кубе Валл'Иолета мгновенно оказался на полу, но кто-то вновь и вновь наполнял его, но уже не тоником, а вином, часть которого всё же попадала Валл'Иолету в рот и вскоре он почувствовал шум в голове и лёгкость в ногах. Зал ресторана начал растворяться...

***

Валл'Иолет открыл глаза и повёл ими по сторонам — он лежал на чём-то жёстком в небольшой серой комнате с окном почти под потолком, через котороё лился мощный поток света, показывая, что был день. В голове стоял шум. Он сел и осмотрелся: комната была, буквально, завалена упаковками с продуктами и баночками с тониками. В углу комнаты стоял холодильный шкаф с открытой дверкой, тоже забитый продуктовыми упаковками. Его кроватью была металлическая часть кузова цербора.

Дотянувшись до ближайшей баночки, Валл'Иолет открыл её и выпил содержимое. Приятный энергетический ток заскользил от живота во все уголки его тела, уничтожая неприятные ощущения. Вскоре его состояние пришло в норму. Отшвырнув пустую баночку в сторону и поднявшись, он пошёл искать санационную.

Санационная оказалась за соседней дверью. Приведя себя в порядок, он направился в ангар. Ринб'Урн и больший крокан были там и о чём-то оживлённо беседовали, стоя рядом с цербором. Судя по громким выкрикам и широким жестам их рук, беседа у них была не слишком приятной.

— Рад видеть! — Хриплым голосом произнёс Валл'Иолет останавливаясь позади них.

Псевдокроканы мгновенно оборвали разговор и одновременно повернулись к нему. Больший крокан, с явной гримасой злости на лице, не произнеся больше ни слова, ушёл. Ринб'Урн дотронулся до корпуса цербора, теперь Валл'Иолет увидел куда и фонарь поднялся.

— Можешь гоняться. — Ринб'Урн вялым движением руки, тронул фонарь и повернувшись, пошёл прочь.

— Уже время? — Поинтересовался ему в спину Валл'Иолет.

— За всё заплачено. — Не останавливаясь, Ринб'Урн молча махнул рукой.

Пожав в недоумении плечами, Валл'Иолет забрался в цербор и вызвав штурвал, запустил двигатель...

***

Валл'Иолет перестал замечать время, которое, казалось, неслось будто скоростной экспресс с единственной остановкой — несколько часов сна. Порой он даже и не ходил в отвёдённую ему комнату, а усыпал в кокпите цербора. Ринб'Урн появлялся около него лишь изредка и никак не досаждал своими наставлениями, видимо в первую ночь, после ресторана, что-то произошло, чего Валл'Иолет никак вспомнить не мог, а спрашивать не хотел и в ресторане он больше не был, так как продуктов у него теперь было больше, чем надо и ходить за ними не было необходимости. После двух-трёх кругов по трассе, которые с каждым днём у него получались всё быстрее и точнее, так как он всё лучше и лучше узнавал трассу и её особенности, оставшееся время он проводил за изучением цербора, пытаясь понять, как оптимизировать его настройки. Узнал он и где находится торговый центр оборудования для церборов и теперь с нетерпением ждал третьего дня до начала гонок, так как именно с этого дня, согласно полученным объяснениям от менеджеров, которые из-за перенесённой гонки тоже не успели хорошо подготовиться, центр должен был начать свои продажи. Попытки Валл'Иолета что-то полезного снять с искорёженного болида, ни к чему не привели — всё полезное с него уже было снято, а оставшееся было в негодном состоянии, за исключением навигатора. Но второй навигатор Валл'Иолету был не нужен. Пару раз он прошёлся по зоне ангаров, в надежде с кем-то поговорить о предстоящих гонках, но едва он вознамеривался к кому-то подойти, как тот тут же пытался куда-либо от него спрятаться, а если было некуда, то попросту убегал, а если же какие-то ворота ангара были открыты, то при его приближении тут же закрывались, будто он был источником какой-то угрозы или заразной болезни. Не удавалось ему получить какую-то информацию и у Ринб'Урна — неизменно состраивая на лице непонятную гримасу, псевдокрокан молча удалялся. У Валл'Иолета сложилось впечатление, что псевдокроканам стало, совершенно, безразлично его участие в гонке или было что-то, чего он не знал. Но всё же, когда наступил день торговли, утром он нашёл Ринб'Урна в той комнате, где они заключали контракт.

— Сегодня, наконец, открывается торговый центр. — Заговорил Валл'Иолет, подходя к столу, за которым сидел Ринб'Урн, уставившись в висящую над столом голограмму.

— Оружие будет доступно за день до гонки. — С явным недовольством в голосе произнёс Ринб'Урн.

— Я хочу усилить конструкцию цербора. А дополнительные агрегаты будут доступны уже сегодня.

— Цербор достаточно хорошо оснащён, а на усиление его конструкции нужны дополнительные средства, которых у нас нет.

— Я говорю не о средствах, а об усилении конструкции. — Повысил голос Валл'Иолет. — Нужны очень надёжные щиты. Без них рассчитывать на успех бесперспективно. Ваши слабы. Я слышал, что уже есть в продаже терминаторные отражатели и агрессивные генераторы противоракетных помех.

— Они утяжелят конструкцию и цербор станет менее динамичен. К тому же, у него стоит неплохой задний щит.

— Тот щит защищает лишь от камней и то не от всех. Нужен настоящий терминаторный отражатель.

— Есть желание, меняй. — Ринб'Урн дёрнул плечами. — Может и поможет. А настоящего противоракетного щита или щита активной противоракетной защиты нет даже у Ври'Керра. К тому же, установка активного щита потребует замены силового агрегата. Наш его не потянет. А это, считай, новый цербор. Я повторяю, у нас нет на это средств. К тому же, если ты придёшь ниже шестого, нам придётся возвращаться в пески Роззы. Даже твой ненормальный контракт не покроет наши расходы. Оптимальный вариант — если ты заглохнешь на первом же круге.

— Так вот... — Валл'Иолет сжал руку в кулак и потряс им. — Чтобы я не пришёл ниже шестого и чтобы не заглох на первом же повороте, нужны настоящие щиты. И хотите вы или нет, но я их установлю. — Повернувшись, он пошёл прочь.

Валл'Иолет решил, что тренировку сегодня он будет проводить после переоснащения цербора и потому направился в торговый центр сразу же после бестолковой беседы с Ринб'Урном, уверовавшись ещё больше, что его судьба в предстоящей гонке псевдокроканов уже не интересует. Для них теперь главное: чтобы цербор остановился, как можно скорее, чтобы получить наименьшие повреждения.

Около торгового центра не было ни одного цербора: или было ещё рано или переоснащение никому было не нужно, но внутри, напротив входа, около стенда с ракетными турелями, стояли два молодых толлона, о чём-то оживлённо беседуя. Были ли это менеджеры или покупатели определить было невозможно, но здесь больше никого не было и Валл'Иолет направился к ним.

— Мне нужен активный противоракетный щит. — Произнёс он, останавливаясь напротив беседующих.

Молодые толлоны, прервав беседу, повернули головы в его сторону. Жёлтые ободки одного из них сделались ярче.

— Что-то я тебя не помню? — Произнёс он.

Скорее всего этот толлон и был менеджер, так как был одет в униформу светло-коричневого цвета, подобную обслуживающему персоналу торговых залов.

— Пилот команды "Крокус". — Представился Валл'Иолет.

Лицо второго толлона исказилось гримасой откровенного презрения. Он сделал несколько шагов в сторону.

— Очередной. Это о тебе молва ходит. Думаешь, спрячешься. Ну-ну. — Губы менеджера вытянулись в широкой усмешке.

— Это не твоя проблема. Мне нужен активный щит.

— Щиты там. — Менеджер махнул рукой в сторону.

Валл'Иолет посмотрел в направлении взмаха — определённо, менеджер махнул рукой лишь бы отвязаться от него, так как в той стороне, собственно располагался весь огромный торговый зал, по которому шли ряды стендов. Он вновь перевёл взгляд на менеджера.

— У меня нет времени шляться по залу. — Заговорил он, вкладывая в голос, грубые нотки. — Мне нужен активный противоракетный щит, новая энергоустановка к нему и мощные терминаторные отражатели.

— Ха-а! — Менеджер взмахнул руками. — Ты хотя бы представляешь, о чём говоришь? Твой цербор стоит дешевле. — Отвернувшись от Валл'Иолета, он шагнул к своему прежнему собеседнику.

Валл'Иолет схватил его за плечо и рывком придвинул к себе.

— Я неясно выразился. — Едва разжимая зубы, процедил он.

Отошедший молодой толлон, рванулся к ним. Увидев его движение, Валл'Иолет, мгновенно высвободил своё поле и бросил его толлону в лоб. Взмахнув руками, молодой толлон рухнул на спину.

— Ты будешь наказан. — Произнёс менеджер, дёргая плечом, пытаясь высвободиться, но Валл'Иолет держал его цепко.

— Это не твоя проблема. Я не ворую, а покупаю. — Он с толчком отпустил плечо торговца. — Щиты!

Сделав пару шагов от Валл'Иолета, менеджер несколькими взмахами руки отряхнул плечо, за которое его держал Валл'Иолет, будто смахивая с него грязь и отцепив от пояса сканер связи, нажал клавишу вызова. Во вспыхнувшей голограмме появилось лицо ещё одного толлона.

— Выйди. — Процедил менеджер.

Голограмма погасла. Менеджер подошёл к лежащему на полу своему собеседнику и тронул его за плечо. Лежащий молодой толлон вздрогнул, будто его разбудили и резко сев, закрутил головой по сторонам. Затем, попытался встать, но приподнявшись, вновь плюхнулся на пол и начал усиленно тереть лоб. Торговец взял его под руки.

— Предупреждал тебя, что он ненормальный. — Заговорил он негромким, но всё же хорошо слышным Валл'Иолету голосом. — Вставай!

Он потянул его вверх. Молодой толлон поднялся, но стоял пошатываясь, продолжая тереть лоб. Валл'Иолет шагнул к нему и ткнул пальцем ему в грудь.

— Ещё раз влезешь в мой разговор — не встанешь.

Толлон резким взмахом свободной руки, отбил палец Валл'Иолета от своей груди.

— Да пошёл ты... — С нескрываемой злобой, заговорил он. — Обещаю — я изжарю тебя за первым же поворотом второго круга.

— Только не забудь. — С усмешкой, произнёс Валл'Иолет.

— Проблемы? — Раздался голос за спиной Валл'Иолета.

Все повернули головы — это был ещё один менеджер. Первый менеджер кивнул подбородком в сторону Валл'Иолета.

— К тебе.

Подошедший менеджер вопросительным взглядом уставился в Валл'Иолета.

— Мне нужны надёжные щиты. — Произнёс Валл'Иолет поворачиваясь к нему.

— Пройдёмте! — Менеджер вытянул руку в сторону.

Глубоко вздохнув, Валл'Иолет шагнул в указанном направлении. Менеджер пошёл рядом, молча вытягивая руку в том направлении, куда нужно было свернуть.

Валл'Иолет тоже шёл молча, крутя головой, рассматривая ряды стеллажей с оборудованием. Здесь были и системы управления, и кокпиты, и колёса с необычной защитой, и рогатые щиты атаки и мощные силовые установки и ещё масса, понятных Валл'Иолету и нет, узлов и агрегатов.

Наконец менеджер остановился и его рука надолго уткнулась в один из стеллажей.

Валл'Иолет тоже остановился и принялся крутить головой, осматривая представленные на стеллаже устройства. Его взгляд остановился на достаточно мощной панели. Он вытянул руку в её направлении.

— Если не ошибаюсь — это панель активной защиты.

— Вы не ошиблись.

— Я её покупаю.

— Это очень дорогой элемент защиты. — Последовал бесстрастный ответ.

— Я её покупаю.

— Сейчас уже есть ракеты способные пробить эту защиту.

— Они у вас есть?

— Ещё нет, но некоторые команды их используют нелегитимно.

— Значит их будет немного.

— Для работы этой панели нужна мощная силовая установка.

— Её я тоже покупаю. И самый мощный противотерминаторный щит.

— Я вас проинформировал о возможных проблемах. — Менеджер развёл руками. — Я не могу вам отказать в покупке. Но я должен убедиться в платёжеспособности вашей команды.

Валл'Иолет достал из кармана карточку уровня и протянул её менеджеру. Отстегнув от пояса рекогниттор, менеджер сунул в его приёмник карточку и протянул рекогниттор Валл'Иолету.

— Активируйте баланс.

Валл'Иолет несколько раз ткнул пальцем в рекогниттор. Глаза торговца заметно округлились. Валл'Иолет выдернул карточку из рекогниттора.

— Удовлетворён? — Губы Валл'Иолета вытянулись в усмешке.

— Учтите! Возврат этой защитной панели для вас будет очень дёшев — один из аспектов её непривлекательности.

— Сколько времени потребуется для переоснащения цербора?

— Два-три часа.

— Можете приступать.

— Четвёртый бокс.

Молча кивнув головой, Валл'Иолет направился из зала торгового центра.

Менеджер оказался большим оптимистом, говоря о трёх часах по переоснащению серебристого цербора — работа растянулась на долгих шесть. С установкой отражательных щитов и противоракетной защитной панели проблем не было и их монтаж занял чуть более часа. Защита оказалась весомой и цербор, практически, лёг на днище и Валл'Иолету пришлось покупать дополнительные амортизаторы. Замена же силового агрегата оказалась весьма проблемной — новая энергоустановка, несмотря на большую мощность, была меньше установленной в церборе и механикам пришлось монтировать в кузов дополнительную систему профилей, что ещё утяжелило болид. Дополнительные амортизаторы ставить уже было некуда и Валл'Иолет был раздражён и уже не был уверен в эффективности переоснащения, опасаясь за достаточность мощности новой энергоустановки, а на ещё более мощную средств у него уже не было. Единственное, что он смог придумать в сложившейся ситуации, попытаться испытать новые щиты защиты прямо сейчас, не дожидаясь гонки и если силовой агрегат не справится с нагрузкой, какую-то из защит снять. Подойдя к старшему механику, он тронул его за плечо.

— Я хочу испытать защиту.

— Мы провели все виртуальные тесты. Смонтированные щиты полностью соответствует заявленным нормам. — Механик, состроив недовольную гримасу, развёл руками.

— Это меня не удовлетворяет. — Валл'Иолет мотнул головой. — Я хочу увидеть реальное действие защит.

— Ты же видел... — В голосе механика послышалось возмущение. — Брошенный в панель активной защиты сосуд с водой мгновенно закипел и взорвался, а отражатель отвернул все тепловые шары . Защита в порядке. — Он дёрнул плечами.

— Я хочу, чтобы ты выпустил ракету.

— У меня нет ракеты.

— Выбери самую мощную. Все расходы за мной.

— Тогда тебе придётся заплатить и за турель. Но это будет возможно лишь через два дня.

— Почему? — Лицо Валл'Иолета вытянулось.

— Потому, что торговля оружием будет разрешена лишь через два дня.

— Хаара! Я не могу столько ждать. Я оплачу все издержки.

— Тогда тебе придётся оплатить и мою жизнь.

— Это, что, так опасно. Будет прямая угроза твоей жизни?

— Меня выгонят отсюда. А хорошая работа на Толлоне стоит очень дорого.

Зло ткнув кулаком механику в плечо, Валл'Иолет сел в цербор и покинул бокс.

Бы-ла уже вто-рая по-ло-ви-на дня, но сто-ян-ка пе-ред тор-го-вым цен-тром по-прежнему бы-ла пус-та. Мыс-лен-но вы-ру-гав-шись, Валл'Иолет вжал акселератор.

Опасения Валл'Иолета оказались напрасны: с новой силовой установкой цербор был великолепен. На прямых участках его скорость уверенно держалась в середине красной зоны, чего никогда не было с прежним силовым агрегатом и лишь когда Валл'Иолет включал защитную панель, скорость болида сползала к верхней границе жёлтой зоны, но и цербор начинал держаться на трассе более устойчиво, будто защита генерировала дополнительную прижимную силу. Валл Иолет наслаждался — ощущение было такое, будто он пилотировал свой весспер.

Трасса была пустой: или все уже откатались на сегодня или решили, что уже достигли оптимального уровня. Валл'Иолет прошёл, наверное, не менее трети трассы, прежде, чем на экране радара появилась красная точка. Запеленгованный цербор двигался достаточно быстро. Впереди был длинный участок прямой и Валл'Иолет вжал акселератор.

Цербор приближался и вскоре Валл'Иолет уже видел его не только на экране радара, но и воочию. Насколько он различал его на фоне желто-серой трассы — цербор был чёрного цвета.

Вдруг, чёрный цербор резко увеличил скорость и начал быстро уходить. Прямой участок трассы заканчивался и Валл'Иолет привычно сбросил скорость. Чёрный цербор исчез из вида. Валл'Иолет, скрипнув зубами, увеличил скорость и на повороте болид потянуло в сторону. Он уже хотел уменьшить скорость, но повинуясь неизвестно чему, вдруг, ткнул пальцем в клавишу активации противоракетной защиты — болид перестал скользить. На следующем повороте повторилось тоже — чуть скользнув, цербор выравнивался и мчался вперёд. Валл Иолет пришёл в восторг: непонятные свойства противоракетной защиты были великолепны.

Чёрный цербор вновь начал приближаться и скоро Валл'Иолет уже сидел у него на хвосте.

Губы Валл'Иолета вытянулись в широкой усмешке — это невольное противоборство было сродни настоящей гонке. Хотя скорость его болида была в красной зоне, но Валл'Иолет чувствовал, что может ещё добавить и вжав акселератор, повернул штурвал, намереваясь обойти чёрный цербор, но, скорее всего, видя его маневр, пилот чёрного цербора тут же бросил свой болид в ту же сторону и Валл'Иолету ничего не осталось, как отпустить акселератор. Черный цербор рванул вперёд, но Валл'Иолет вновь его догнал и всё повторилось. И затем опять и опять. Валл'Иолета захлестнул азарт. У него появилось стойкое желание: во чтобы то ни стало, обойти чёрный цербор. Лишь нужно было придумать что-то оригинальное. Вдруг, у него появилась мысль — обойти чёрный цербор на повороте, на полной скорости, тянув с включением противоракетной защиты сколько можно, до грани аварийной ситуации.

В очередной раз догнав чёрный цербор, он показал, что идёт на обгон — чёрный цербор пошёл в туже сторону, преграждая путь. Валл'Иолет бросил свой болид в другую сторону — пилот чёрного цербора сделал тоже самое. Началась игра. Увлёкшись игрой, Валл'Иолет едва не просмотрел поворот. Не сбрасывая скорости, он пошел на обгон. Чёрный цербор дёрнулся, видимо его пилот хотел притормозить, но поняв, агрессивное намерение пилота серебристого цербора, отпустил тормоз и чёрный цербор, надолго заскользил боком. Нужно было признать, пилот чёрного цербора был отменным и мастерски пытался удержать болид на трассе, но тот, оставляя жирные чёрные следы на коричневом плотнее дороги, упорно сползал с трассы и Валл'Иолет едва успел увернуть свой болид от мощного фонтана песка, брызнувшего из-под колёс чёрного цербора, в конце-концов оказавшегося на обочине. Он мгновенно ткнул пальцем в клавишу активации противоракетной защиты — скользнув по трассе, цербор выровнялся. Чёрный цербор остался позади, всё больше и больше зарываясь в песок. Валл'Иолет включил торможение, намереваясь остановиться и как-то помочь застрявшему пилоту, так как решил, что всё же он явился причиной его неприятностей, но, вдруг, увидел на экране заднего обзора яркую вспышку, исходившую от завязшего цербора.

Хаара! Молнией блеснула у него тревожная мысль. Неужели взорвался?

Ещё не успев осмыслить свою тревожную мысль, как ещё более яркая вспышка, брызнувшая ему в лицо из экрана заднего обзора, заставила его резко дернуть головой в сторону. Ощутимый толчок в спину, бросил его вперёд. Цербор, пронзительно завизжав тормозами и колёсами, остановился.

Не понимая, что произошло, Валл'Иолет поднял фонарь и выпрыгнув наружу, прошёл назад — поодаль на трассе дымился какой-то продолговатый предмет.

Хаара! Что-то отвалилось! Всплыла у него досадная мысль.

Он направился к дымящемуся предмету и чем ближе к нему подходил, тем выше поднимались его брови, тем больше он уверовался, что это не деталь его болида, а ничто иное, как часть взорвавшейся ракеты.

Остановившись около осколка ракеты, Валл'Иолет долго смотрел в сторону утонувшего в туче песка черного цербора, затем поддел почерневший осколок носком обуви, посылая её в сторону чёрного цербора и повернувшись, вернулся в свой болид — помогать пилоту чёрного цербора желания у него больше не было.

Что бы ни было, но всё же мне удалось проверить панель активной защиты. Размышлял Валл'Иолет, возобновляя прерванный путь. Она великолепна. Конечно, пилот полнейший гад и заслуживает наказания. Если организаторы захотят его наказать, пусть наказывают. Я же в этом участия принимать не намерен. Произошедшее подтверждать не буду. Ничего не заметил. Твёрдо решил он.

Остаток трассы он прошёл в спокойном темпе, но желание отключить активную защиту у него больше не возникало, хотя ни он больше никого не догнал, ни его никто не пытался обойти.

Загнав цербор в ангар и выбравшись из него, Валл'Иолет направился в офис владельцев "Крокус", намереваясь найти там Ринб'Урна и сообщить ему, что переоснащение цербора прошло успешно. Войдя, он замер у порога — за столом, в кресле, которое обычно занимал Ринб'Урн, сидел Галл'Арт, уставившись в развёрнутый перед ним голографический экран. Ринб'Урн же сидел на краешке кресла для гостей, подавшись вперёд и что-то негромко говорил, тыча пальцем в направлении экрана.

Хаара! Неужели организаторы уже разобрались в произошедшем на трассе и вызвали командора? Замелькали у Валл'Иолета досадные мысли. Быстро они работают. И что теперь? Будут снимать с гонки? Но причём здесь командир эскадры? Это же не вессперы. Да и в чём моя вина? Может пришьют, что это я затеял эту гонку и довёл пилота чёрного цербора до нервного срыва? Но кто его заставлял гоняться? Полз бы себе...

Видимо почувствовав появление Валл'Иолета, Ринб'Урн оглянулся и тут же вскочив с кресла, прошёл за спину Галл'Арта, будто прячась там от пилота серебристого цербора.

Галл'Арт, оторвавшись от экрана, повернул голову назад. Валл'Иолет увидел, что губы Ринб'Урна шевельнулись, он наверное сказал, о его приходе. Отвернувшись от Ринб'Урна, Галл'Арт посмотрел в сторону входа, затем медленно поднялся.

Будут снимать с гонки. Всплыла у Валл'Иолета досадная мысль.

— Заставляешь ждать. — С явными нотками грубости заговорил Галл'Арт, выходя из-за стола и направляясь к Валл'Иолету. — Мало тебе врагов там. — Подойдя, он поднял большой палец вверх. — Так ты их и здесь... — Галл'Арт опустил палец вниз. — Наживаешь. Ты, хотя бы знаешь, кто это был? — Он взмахнул подбородком.

Валл'Иолет молча мотнул головой.

— Ври'Карр. Не завидую я тебе. — Галл'Арт покрутил головой. — Но ты был хорош. Ничего не скажешь. Не посрамил космический флот. — Губы командира эскадрильи вытянулись в широкой ухмылке.

— Я его не заставлял гоняться. — Процедил Валл'Иолет. — Мог бы и посторониться.

— Организаторы разберутся. — Галл'Арт оглянулся на псевдокрокана. — Что ему будет? — Поинтересовался он, подтверждая свой вопрос взмахом подбородка.

— Большой штраф и дисквалификация на две гонки.

— Я всего лишь испытывал новый силовой агрегат. Докажите обратное! — Выкрикнул Валл'Иолет последнюю фразу.

— Разговор о Ври'Керре. — Заговорил, Галл'Арт, вновь поворачиваясь к Валл'Иолету. — Это ведь он стрелял, а не ты. Это, даже я могу подтвердить. Никакая фальсификация записи ему не поможет. А я на него ставил. Проиграл сотню твоему хозяину. — Галл'Арт махнул рукой. — Ты уж извини. — Он тряхнул Валл'Иолета за плечо. — Не думал, что ты стал асом не только космических трасс. Но ничуть не жалею. Искренне.

— А разве тебя вызвали не снимать меня? — Валл'Иолет вскинул брови.

— С чего? — Лицо Галл'Арта вытянулось, показывая его полнейшее недоумение.

— С гонки.

— А я здесь причём? — Галл'Арт поднял плечи.

— Не понимаю. — Валл'Иолет покрутил головой.

— Не прикидывайся. Всё ты понимаешь. — Голос командира эскадрильи зазвучал резко и грубо. — Тебе адмирал приказал быть в постоянном доступе, а я уже полдня не могу до тебя достучаться. Пришлось через весь материк сюда тащиться, чтобы тебя, дурака, не перехватили.

— Кто?

— Десантники адмирала.

— Зачем?

— Узнаешь. Пойдём! — Кивнув подбородком в сторону двери, командир эскадры, шагнув в сторону и обойдя Валл'Иолета, первым направился к выходу.

Оказавшись на улице, Галл'Арт, повернулся, к идущему ему вслед Валл'Иолету.

— Хаара! В какой стороне ваш торговый центр? Что-то я запутался.

— Что ты собрался модернизировать? Вессперы? — С усмешкой на губах поинтересовался Валл'Иолет.

— Я оставил там свой лорн. — В голосе Галл'Арта послышались нотки недовольства.

— Там! — Валл'Иолет махнул рукой в ту сторону, где находился торговый центр.

Повернувшись, Галл'Арт зашагал в указанном направлении. Валл'Иолет пошёл рядом.

— Дела дрянь. — Заговорил Галл'Арт. — Кроканы совсем распоясались. Нейн'Манн приказал теперь не только сопровождать драффты, но и нести постоянное дежурство на орбите Роззы. Создана боевая группа, которая будет отслеживать перемещения эскадр дифферентов вокруг Роззы.

— Эскадры дифферентов над Роззой? Когда они появились? Сколько? Когда я уходил оттуда, их не было.

— Если верить коменданту базы на Роззе — появились они около полугода назад. Около полутора десятков. Первое время мотались над планетой, а теперь постоянно висят на орбите над нашей фабрикой. Загрузили драффт и теперь не знают — отправлять или нет. Один весспер против десятка дифферентов — перспективы нулевые.

— Если один драффт готов к отправке, то на Роззе должен быть ещё один — для погрузки. — С долей возмущения в голосе заговорил Валл'Иолет. — Можно пустить в сопровождение и его весспер.

— Что один, что два... — Галл'Арт махнул рукой. — Вытащили на свою голову. Видно же было сразу, что это за люди. Может ты знаешь, как справиться с десятью боевыми кораблями? — Галл'Арт повернул лицо к Валл'Иолету — его губы вытянулись в широкой усмешке. — Поделился бы с другими капитанами своим опытом.

— Если бы у цербора были крылья — поделился бы. — Зло бросил Валл'Иолет.

— О церборе забудь. Пойдёшь на новом весспере.

— Как забудь? — Валл'Иолет остановился и развёл руками.

Сделав несколько шагов и поняв, что Валл'Иолет остановился, Галл'Арт тоже остановился и повернулся.

— Я же угрохал на него весь свой жизненный уровень. Мне сейчас баночку тоника не за что купить? — В голосе Валл'Иолета послышалось возмущение.

— Я тебя не заставлял лезть в него. — Галл'Арт дёрнул плечами и повернувшись продолжил путь.

— Но не сам же я отстранился от полётов. — Продолжил возмущаться Валл'Иолет, догоняя Галл'Арта.

— Ну и сидел бы в своей усадьбе. — Галл'Арт тоже повысил голос. — Разбирайся теперь сам со своими новыми хозяевами. Или ты уже не считаешь себя боевым капитаном?

— Считаю. — Тихо произнёс Валл'Иолет.

— В таком случае, сейчас на космодроме стоит новый весспер, второй модели. Займешься его изучением.

— Почему я? А моя двойка?

— Двойка уже не твоя. Освоишь, будешь ходить на новом. Вторая модель сделана всего под двух членов экипажа. В него столько напихано, что конструкторы утверждают, что ему и одного пилота много. Ты у нас любитель один шляться по галактике, вот и изучай его. В паре с тобой будет один из его конструкторов. Через месяц доложишь об успешном завершении испытания. Другого быть не должно.

— А домашний арест?

— Не до арестов. — Галл'Арт махнул рукой. — Если не начнём что-то делать, скоро все будем под домашним арестом. Дальше Ураны никто носа не высунет. Если, вообще, будет, что высовывать.

Дальнейший их путь протекал молча. Валл'Иолет с досадой думал об огромном, бесполезно утраченным, уровнем жизни и о том, каким путём можно будет получить компенсацию от псевдокроканов за модернизированный цербор. К тому же у него могла появиться ещё одна неприятность от фирмы "Крокус" — неисполнение контракта и соответственно, ему придётся выплатить им ещё двести тысяч толлонов, которых у него не было и что его никак не радовало. Выхода из этой ситуации он не видел.

Хаара! Придётся искать хорошего юриста. Мелькали у него досадные мысли. Это же ещё бешеные деньги. И как Ирин теперь будет относиться ко мне, полному нолю? За эти дни, пока я здесь, она ни разу не поинтересовалась, что со мной. Она же, наверняка, знает, что произошло. И никакого сочувствия? Это можно понимать, как конец наших отношений? Может быть мне самому стоило связаться с ней? Но в последний раз она даже не включила сканер. Хаара! Может стоит воспользоваться сканером Тарту? Но это уже похоже на подлость. Стоит опускаться так низко? А где он сам? Причина его протеста понятна — псевдокроканы. Но он ведь не Ирин, что бы так, запросто, бросить друга. И что такого произошло в ресторане, что псевдокроканы стали такими безразличными ко мне?

В размышлениях Валл'Иолет и не заметил, как дошёл до торгового центра. В реальность вернул его громкий голос Галл'Арта, пришедший откуда-то сзади.

— Далеко ты собрался?

Валл'Иолет остановился и повернул голову на голос — позади, чуть в стороне стоял лорн Галл'Арта, рядом с которым стоял он сам и какой-то невысокий, пожилой толлон. Развернувшись, Валл'Иолет подошёл к ним.

— Задумался. — Произнёс он, состроив гримасу.

— Познакомься. — Галл'Арт кивнул головой в сторону пожилого мужчины. — Слай'Элм. Конструктор нового весспера.

Брови Валл'Иолета подскочили.

Тоже сняли с гонки? Всплыла у него удивлённая мысль.

— Мой далёкий потомок. — Вдруг произнёс Слай'Элм, видимо догадавшись о причине удивления Валл'Иолета.

Слай'Элм был уже в очень зрелом возрасте и на вид ему, определённо, было за полтысячи лет. Он был сутуловат, что, видимо, и делало его не очень высоким. У него было типичное удлинённое худощавое лицо толлона, с хорошо видимыми складками морщин, очень высокий лоб, голова была покрыта короткими полуседыми волосами, посветлевшие, но очень умные глаза, прямой, уже заострившийся и загнувшийся к низу нос и тонкие губы, тонкая шея и узкие плечи, говорили, что физически он не был силён. Одет он был в серую курточку и такого же цвета брюки. Типичный представитель интеллектуалов.

— Валл'Иолет. — Назвал себя Валл'Иолет и кивнул конструктору головой, внутренне улыбнувшись, своему удивлению, так конструктор был в таком возрасте, когда уже, навряд ли, гоняются в церборе.

— Я рад, что нам придётся работать вместе. — Заговорил Слай'Элм немного хриплым, будто простуженным голосом. — По представленным характеристикам, я думал, вы старше.

— Это плохо, что молод? — С лёгкой усмешкой произнёс Валл'Иолет.

— Увидим. — Слай'Элм чуть улыбнулся.

— Повежливей! — Чуть повысив голос, произнёс Галл'Арт, перебивая, приоткрывшего рот, Валл'Иолета.

Ничего не сказав, Валл'Иолет сомкнул губы и лишь дёрнул плечами.

— Прошу, господин Слай'Элм. — Галл'Арт вытянул руку в сторону открытой двери лорна.

Несмотря на почтенный возраст, конструктор оказался энергичен и резво нырнув в летательный аппарат, уселся в кресло позади кресла пилота. Галл'Арт занял кресло пилота и повернул голову в сторону Валл'Иолета, продолжающего стоять рядом с открытой дверью.

— За шиворот нужно тянуть. — Грубым голосом произнёс Галл'Арт.

Глубоко вздохнув, Валл'Иолет молча занял кресло рядом с командиром эскадры. Двери лорна опустились и летательный аппарат скользнул вверх.

5

Лорн слегка накренился, заходя на посадку и Валл'Иолет увидел стоящий в посадочном слоте перед управлением космофлота изящный космический корабль ярко серебристого цвета с цифрами — 32 на боку генераторного модуля. Эстакада обслуживания уже была отведена и корабль был виден во всей своей красе. Жёлтые ободки зрачков глаз Валл'Иолета вспыхнули от восхищения, будто он впервые увидел космический корабль. Лорн нырнул вниз и мягко опустился у самого трапа весспера. Едва двери скользнули в сторону, Валл'Иолет выпрыгнул наружу и подняв голову, пошёл вдоль весспера, сравнивая его внешний вид с видом своей двойки. Затем поднялся на эстакаду обслуживания.

Корабли были и похожи и нет. Первое, что бросалось в глаза — излучатели у нового весспера были меньшего диаметра, но большей длины, располагались парами и было их четыре, а не два, как у первой модели, откуда сразу же напрашивался вывод, что конвертор у второй модели должен был быть мощнее, но по внешнему виду это было не особенно заметно, хотя корабль и был немного больше, но чтобы это увидеть нужно было хорошо знать первую модель. Был ещё один излучатель, возвышающийся перед шипом тарка, совершенно не похожий на другие, он был тоньше, заметно длиннее остальных и как бы, скручен в спираль.

Валл'Иолет вернулся к лорну. Слай'Элм стоял на первой ступеньке трапа, Галл'Арт, видимо, из летательного аппарата, так и не выходил.

— Через четыре дня к Роззе уходит моя эскадра. — Заговорил Галл'Арт. — Если присоединитесь — приму с удовольствием. Имей ввиду... — Галл'Арт ткнул указательным пальцем в сторону Валл'Иолета. — Нейн'Манн лично следит за испытанием второй версии весспера и от того, как ты её проведёшь зависит твоя будущая карьера. Да, скорее всего и судьба тоже.

Он опустил руку, двери лорна скользнули вниз и летательный аппарат подскочив, скользнул в сторону, выходя из-под корпуса весспера и рванувшись ввысь, исчез из вида.

Валл'Иолет повернулся к Слай'Элму.

— Нам хватит четыре дня, чтобы вывести его в пространство? — Поинтересовался он у конструктора.

— Всё зависит от капитана. — Слай'Элм чуть дёрнул плечами.

— Капитан готов, хоть сейчас... — Валл'Иолет поднял большой палец вверх.

— Тогда четыре дня хватит.

Развернувшись, Слай'Элм начал подниматься по трапу. Валл'Иолет направился за ним.

Трап привёл Валл'Иолета в ангар, который оказался меньших размеров, но более светлых тонов, посреди которого стоял незнакомый Валл'Иолету летательный аппарат, тёмно-серого цвета. Он был ниже лорна, но шире и скорее всего, покороче. Одна из стен ангара была, буквально утыкана дверными проёмами, опять же создав впечатление, что оказался не на корабле, а в непонятном административном здании. Вся передняя часть ангара была забита какими-то непонятными Валл'Иолету устройствами и аппаратами, с идущими от них во все стороны кабелями, шлангами, шлейфами и ещё чем-то непонятным.

Он поднялся на второй уровень. Если внешне весспер второй модели не слишком разительно отличался от своего младшего брата, то внутренний интерьер корабля был совершенно другим: коридоры были уже, ниже, но светлее и переменной тональности и двум человекам в таком коридоре можно было разойтись, лишь став боком. Видимо из-за того, что коридоры были уже, рёбра жёсткости не были видны, создавая впечатление, что идёшь по коридорам не космического корабля, а какого-то административного здания. Из-за низости коридоров, двери почти упирались в потолки и их было заметно больше, нежели в старой модели весспера.

Каюты же экипажа, наоборот, оказались более просторными и более уютными, отделанные в приятных жёлто-коричневых тонах. Их оказалось четыре, даже больше, чем на весспере первой модели, что вызвало у Валл'Иолета немой вопрос, так как, насколько он запомнил, Галл'Арт говорил всего о двух членах экипажа нового весспера.

Валл'Иолет медленно шёл по узким коридорам нового весспера, внимательно осматривая корабль. Слай'Элм шёл впереди, ничего не говоря, или, просто, давая возможность новому капитану корабля внимательно рассмотреть его самому, или же ожидая вопросов, чтобы ответить. У Валл'Иолета складывалось какое-то двойное впечатление об интерьере нового корабля.

Ещё большее удивление вызвал зал управления — он тоже был больше зала управления весспера первой модели и в нём стояло всего два кресла. Подойдя к ним. Валл'Иолет принялся рассматривать пульт управления, пытаясь понять, какое кресло должен занимать капитан.

— Их функциональность абсолютно одинакова. — Наконец заговорил Слай'Элм, указывая рукой на одно из кресел. — Присаживайтесь, господин капитан.

Валл'Иолет занял указанное кресло и окинул взглядом пульт управления. Его брови выгнулись высокими дугами — он был совершенно другим, нежели в его двойке.

Большую часть пульта управления занимал экран терминала, по бокам которого располагались по нескольку рядов небольших индикаторных панелей и переключателей с клавишами, но их было гораздо меньше, чем в весспере первой модели. Под терминалом располагался ряд клавиш с непонятными пиктограммами, под пультом управления виднелись привычные ниши для штурвала и панелей управления.

Валл'Иолет повернул голову в сторону второго кресла — конструктор уже сидел в нём.

Вытянув руку — Слай'Элм коснулся одной из клавиш под экраном терминала и тот расцветился рядами символов. Он нажал ещё одну клавишу и терминал разбился на прямоугольники, в которых Валл'Иолет тут же узнал привычные терминалы контроля узлов и агрегатов весспера.

— Как видишь, пульт управления весспера второй модели разительно отличается от пульта управления модели первой. — Заговорил Слай'Элм. — Это сделано для упрощения управления кораблём. Информации от всех систем корабля поступает очень много и вся она записывается в журнал системных событий, а на экран терминала выводится лишь та, которая требуется экипажу в данный момент или информация о проблемах, которая имеет приоритет визуализации и голосовое дублирование.

— А не будет такой терминал отвлекать в экстремальной ситуации? — Заговорил Валл'Иолет. — В старом весспере, где-то пискнуло и мне достаточно одного молниеносного взгляда в ту сторону, чтобы понять, в какой системе проблема и насколько она важна. Здесь же мне придётся или вглядываться в терминал, или вслушиваться в сообщение. Это может отвлечь, что обернётся огромными неприятностями, если не сказать больше, противник в этот момент меня, просто-напросто, поджарит.

— Когда вы изучите поле отображения терминала, как пульт управления старого весспера... — Слай'Элм провёл над терминалом рукой. — То будете легко интерпретировать возникшую проблему. Информационные поля отображения систем корабля располагаются на терминале в фиксированных местах и вам так же будет достаточно молниеносного взгляда, чтобы узнать проблемный узел. А ткнув пальцем в поле с отображаемой проблемой... — Конструктор дотронулся пальцем до одного из прямоугольников в терминале и его информационное поле поменялось, разбившись на другие прямоугольники. — Можно узнать более детальную информацию о проблеме, а если это возможно, то и ещё более детализированную. — Слай'Элм несколько раз коснулся экрана терминала, пока на нём не отобразилось лишь одно огромное прямоугольное поле с каким-то рисунком. — И в конечном итоге, можно даже увидеть проблемный узел и познакомиться с рекомендациями по восстановлению его работоспособности.

— Скажите, уважаемый конструктор... — Валл'Иолет чуть повысил голос. — А есть возможность отключать отображаемую на терминале информацию и тем более её голосовое дублирование?

— Конечно есть. — Слай'Элм, состроив неопределённую гримасу, ткнул пальцем в одну из клавиш и экран терминала погас. — Но вы же будете в полном неведении о состоянии узлов корабля.

— А информация о них будет анализироваться центральным вычислителем корабля?

— Безусловно.

— Вот и отлично. — Валл'Иолет широко улыбнулся. — Во время боя не до анализа проблем. А лучше о них вообще не знать. Во время боя нужно знать лишь состояние оружия и надёжность защиты. Остальное неважно. Об остальном можно узнать после боя, если останешься жив. Если такая информация, конечно, будет доступна впоследствии.

— Я уже говорил — в журнал системных событий идёт постоянный поток информации о состоянии всех узлов корабля, которую можно просмотреть в любое доступное время. Редактировать информацию бортового журнала нельзя, а проанализировать — пожалуйста. Так что, с этим проблем нет.

— А если знать коды доступа к бортовому журналу?

— На корабле, просто-напросто, эта возможность исключена на конструкционном уровне. Преградить поток информации в бортовой журнал можно, оборвав её линии, а подредактировать уже сохранённую — невозможно. В бортовом журнале используется новый тип носителя информации — так называемая, не перепрограммируемая память.

— А достаточно её объёма для...

— Её, вполне, хватит на десять лет непрерывной записи. — Перебил его Слай'Элм. — Это огромный объём.

— Так, наверное и должно быть. — Валл'Иолет дёрнул плечами. — Я хочу немедленно познакомиться с системами управления весспера.

— Я предлагаю перенести этот вопрос на завтра. — Слай'Элм посмотрел на ручной хронометр. — Наступает вечер, а у меня есть несколько нерешённых проблем. — Он поднялся.

— Я никуда не иду. — Валл'Иолет мотнул головой. — Я хочу остаться на корабле и заняться изучением его систем управления.

— Здесь есть прекрасный помощник. — Слай'Элм протянул руку к клавишам под терминалом и ткнул пальцем в одну из них — экран терминала вспыхнул разноцветьем отображаемой информации и в тот же миг над пультом управления появилась голограмма с вертящимся в ней весспером второй модели. — Он прекрасно проведёт тебя по всем системам корабля и подробно расскажет об их работе. Уверен, господин капитан, вы будете довольны.

— Вы намерены эту информацию хранить в информатории корабля. — В голосе Валл'Иолета скользнуло удивление. — А если весспер достанется врагу?

— Этот вопрос открыт и не исключено, что эта информация будет удалена из информационного поля корабля. Извините, господин капитан, мне нужно поторопиться. — Слай'Элм поднялся и направился к двери.

Проводив его долгим взглядом и дождавшись, когда конструктор исчезнет из вида, Валл'Иолет повернулся к пульту управления и уставился в экран терминала.

***

Вошедший на следующее утро в зал управления тридцать второго весспера Слай'Элм, застал Валл'Иолета спящим в кресле. Подойдя, он легонько тронул капитана за плечо.

Валл'Иолет вздрогнул и выпрямившись, крутанул головой. Увидев рядом с собой конструктора, он вопросительно взмахнул подбородком.

— Что-то произошло? — Скрипучим голосом поинтересовался Валл'Иолет.

— Надеюсь, только лишь то, что наступило утро следующего дня, господин капитан.

— Хаара! — Валл'Иолет провёл руками по лицу. — Я уснул в зале управления. Быстро же я забыл... Это недостойно капитана. — Он горестно покрутил головой и поднялся. — Пойду приведу себя в порядок. Надеюсь, на корабле можно найти воду?

— Да, господин капитан. — Слай'Элм кивнул головой, отступая от кресла Валл'Иолета. — Корабль обеспечен всем необходимым в полной мере. Каюта капитана — последняя дверь направо по коридору. Но сейчас они все пусты и вы вправе выбрать любую из них.

Больше ничего не сказав, Валл'Иолет направился из зала управления...

Когда он вернулся, Слай'Элм сидел в кресле, которое занимал вчера и разговаривал с каким-то мужчиной из голограммы. Вдруг глаза мужчины вспыхнули и Валл'Иолет почувствовал лёгкий укол в мозг. Он механически бросил под укол свое поле. Голограмма тут же погасла. Старый конструктор резко повернулся к Валл'Иолету — его лицо было скорее злым, нежели излучающим добро. Валл'Иолет понял, что его присутствие при беседе было нежелательно. Мысленно выругавшись, он занял свободное кресло и повернулся к конструктору, лицо которого уже приняло привычное, сосредоточенное выражение.

— Как прошло изучение систем корабля, господин капитан? — Первым заговорил старый конструктор, видимо желая предотвратить возможное нежелательное любопытство Валл'Иолета.

— В принципе, успешно, господин Слай'Элм. — Лёгкая усмешка тронула губы Валл'Иолета. — Но всё же некоторые вопросы остались.

— Я готов на них ответить. — Слай'Элм утвердительно кивнул головой.

— Зачем кают четыре, камбуз тоже на четверых и летающий аппарат в ангаре тоже четырёхместный, если для управления весспером достаточно экипажа из двух человек?

— Вопрос о количестве членов экипажа ещё открыт. Два — тот минимум, который должен, обязательно, быть. Но на таком, очень сложном, корабле, желательно иметь некоторую избыточность. К тому же дежурство в четыре члена экипажа — парами, видится нам менее утомительным. — Пояснил конструктор.

— Лично я — за экипаж из двух человек. — Состроив гримасу, Валл'Иолет дёрнул плечами. — Я не представляю, чем ещё можно заниматься в пространстве, кроме дежурства в зале управления.

— Вам же нужен сон, пища, уход за собой и в это время вас кто-то же должен подменять.

— Для этого есть второй член экипажа и его вполне достаточно. Двум в зале управления, в принципе, и делать нечего.

— Всё же, длительное одиночество утомительно.

— Для меня, отнюдь. — Валл'Иолет покрутил головой.

— Не все же такие. — Слай'Элм развёл руками. — Я специально изучил статистику нашего космического флота. За всё время его существования капитанов-одиночек было чуть более десяти — двенадцать, если не ошибаюсь из более восьмисот. Так что, статистика не в вашу пользу. К тому же был произведён опрос капитанов — сколько бы членов экипажа они хотели иметь. Большинство ответили, что оптимальным они видят экипаж весспера, состоящим из четырёх человек. И опять несогласие с вами, господин капитан.

— Я не против. — Валл'Иолет покрутил головой. — Пусть хоть весь ангар забивают экипажем. — Он махнул рукой. — Мне достаточно одного и желательно, такого же, как я. Второй вопрос. Как я понял — управление дублировано стопроцентно. Но кораблём, тем более в бою, не могут управлять сразу двое — это абсурд. Я не нашёл возможности отключить второе управление.

— Её нет. Принято решение, что корабль будет управляться на паритетных началах. Короче — экипаж сам должен договориться, кто, когда и какими системами корабля управляет.

— Сомнительное решение. — Валл'Иолет покрутил головой. — Вопрос об оружии и защите. И то и другое очень мощные. Хватит ли энергии у конвертора на поддержку их одновременной работы на максимальной мощности?

— Мы надеемся, что конвертор в состоянии обеспечить одновременную работу и генератора защитных полей и оружейных излучателей в любых режимах их работы. Более того, работа защитного поля и оружейных излучателей может быть синфазной, что позволит вести огонь из-под защитного поля, даже при его максимальной напряжённости. Испытания показали, что это реально при соответствующем мастерстве экипажа. Более того: предусмотрена возможность направить в излучатель всю энергию конвертора. Вы должны понимать, господин капитан, какая это чудовищная мощность и пользоваться этой возможностью нужно очень аккуратно. При неумелых действиях излучатель от такого потока энергии может и сам сгореть и повредить корабль, и чтобы его, как-то, разгрузить, он сделан спаренным. И нагрузка на излучатель ниже и температурные требования не столь жёстки. К тому же, защитное поле оптимизировано для максимальной защиты от лазерных излучателей, которыми вооружены дифференты. Есть уверенность, что другого оружия у них нет. Корабль модульный и при выходе из строя генераторного модуля, модуль управления в состоянии сам совершить посадку на поверхность планеты. Самым защищённым отсеком корабля является зал управления: два слоя активного статита в состоянии заплавить квадратный метр пробоины в течении полуминуты. К тому же в экстремальной ситуации зал управления полностью герметизируется и сам в состоянии сойти с орбиты. Так называемый неуправляемый спуск. Грубовато, но всё же лучше, чем ничего. К тому же, при посадке в неблагоприятную для жизни среду, он обеспечит дыхательной смесью и запасом продуктов двух человек в течении пятнадцати дней. И больше того, если система определит, что этих пятнадцати дней не хватит, то зал управления будет наполнен специальным газом, вводящим экипаж в анабиоз до сорока суток.

— Вы считаете это нужно? За сорок суток многое может произойти.

— Это признано необходимой функцией корабля. Командование космического флота даже попросило рассмотреть возможно оснастить подобной функцией все вессперы первой модели.

— Хм-м! Командованию лучше знать, что нужно экипажу. В вашем информационном обзоре сказано не обо всём. О возможности уничтожить самого себя — например, перегрузив излучатели.

— Мы работаем над этой проблемой и есть тенденция к её устранению. Если вы заметили, господин капитан, конвертор на второй модели меньше по объёму, чем конвертор у первой модели весспера, но его производительность выше. Удалось скрутить линию бегущей волны в спираль и тем самым увеличить её длину в полтора раза. Фа-готты гонятся дольше и потому корабль способен достигать двенадцати скоростей света. К тому же в генераторном модуле освободился некоторый объём, что позволило разместить в нём новый тип оружия — спиралоновый излучатель, который в походном режиме, тоже убирается внутрь генераторного модуля.

— Лазер оказывает тепловое воздействие и прожигает корпус... — Заговорил Валл'Иолет. — Бластер создаёт мощное энергополе, выводящее из строя электронное оборудование, а какое воздействие оказывает спиралоновый излучатель? Я этого не нашёл в информационном поле корабля.

— Это луч магнитно-силового воздействия. Он создаёт на металлическом корпусе вращающее магнитное поле огромной проницаемости, которое наводит мощные электрические токи, которые и разогревают корпус, и скручивают его, и создают вторичные электромагнитные поля с внутренней стороны корпуса, которые возбуждают в электрических цепях высокие напряжения, сжигающие эти цепи. А если спиралоновый луч попадёт в раструб движителя, он закупорит его, у фа-готов не будет выхода и они взорвут движитель. Как видишь, этот луч несёт в себе все составляющие другого оружия: и тепловое — лазера, и электромагнитное — бластера, и силовое — ионного. Скажу больше — от спиралонового луча защитное поле, которым оснащены вессперы и дифференты, не спасает. Каким оно должно быть — никто не знает. Ещё нет даже концепции его создания. — Старый конструктор покрутил головой.

— Я не совсем понял — поле экранирования осталось прежним или оно какое-то другое.

— Это, совершенно, другой тип поля. Его концепция работы полностью перестроена и весспер под экраном, теперь, вполне, зрячий.

— Прекрасно! — Валл'Иолет широко улыбнулся. — Осталось лишь всё это увидеть в действии, господин Слай'Элм.

— Хоть сейчас. — Слай'Элм дернул плечами и отвернувшись, ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления — из его ниш тут же выползли панели управления на которые он водрузил свои руки.

— Нет! — Раздался громкий возглас Валл'Иолета. — Я!

Слай'Элм посидел некоторое время в неподвижном состоянии, затем его руки сползли с панелей управления.

— Я не сомневаюсь в ваших способностях пилотирования, господин капитан. — Негромким голосом произнёс он, не глядя в сторону Валл'Иолета.

Расценив эти слова, как согласие с собой, Валл'Иолет ткнул в одну из клавиш пульта управления и выгнутая дугой светлая стена перед ним, начиная от середины, будто начала сворачиваться в два рулона, предъявляя взору, находящихся в зале управления, картину внешней среды. Валл'Иолет ткнул в ещё одну клавишу пульта управления и она замигала красным цветом, но по прошествии недолгого времени мигать перестала и перекрасилась в зелёный цвет.

— Трап поднят, модуль управления герметизирован. — Раздался из пульта управления голос с, явным, металлическим оттенком, однозначно показывая своё искусственное происхождение, вызвавший на лице у Валл'Иолета гримасу недовольства.

Он нажал на следующую клавишу и экран терминала расцветился множеством прямоугольников, в основном, зелёного цвета, корабль вздрогнул, будто его разбудили ото сна. Следующая нажатая клавиша заставила выползти из пульта управления перед Валл'Иолетом, панели управления. Он положил на них руки и чуть двинув акселератор вперёд, наклонил правую панель управления — отображаемое на экране спор здание управления космофлота медленно поползло вниз.

***

Весспер был великолепен, его динамика — превосходна. Он стремительно набирал скорость и так же стремительно переходил в отрицательный квадрант — торможения и температура корпуса при этом оставалась достаточно низкой. Описываемые им пространственные дуги при поворотах были гораздо менее радиусные, нежели дуги, описываемые весспером старой модели. Пространственный сканер был более чувствителен и дальнодейственнен и отображал, гораздо, больше пространственной информации, а испытанные Валл'Иолетом на астероидах оружейные излучатели оказались мощнее и точнее. А новый вид оружия — спиралоновый излучатель, вообще не подался воображению — выпущенный по достаточно большому астероиду невидимый луч, разнёс этот астероид едва ли не в пыль. С проверкой защитного экрана оказалось несколько сложнее. Никаких военных кораблей поблизости не нашлось и помотавшись по пространству, Валл'Иолету удалось наткнуться лишь на пассажирский лайнер.

Он повернул голову к сидящему рядом конструктору, но тот никакой реакции не высказал и Валл'Иолет, активировав защитный экран, повёл весспер к лайнеру. Но экранирующее поле достаточно сильно исказило отображаемое спор пространство и весспер прошёл недопустимо близко от лайнера, настолько близко, что Валл'Иолет услышал, как конструктор шумно выдохнул, когда лайнер остался позади, но судя по тому, что никакой реакции со стороны капитана лайнера не последовало, можно было судить, что весспер остался невидим. Несмотря на невольную ошибку, Валл'Иолет был, чрезвычайно, доволен. Единственное, что не удалось проверить — стрельбу из-под защитного экрана: шёл уже четвёртый день испытаний, а второго подходящего астероида поблизости больше не было.

Посадив к концу четвёртого дня испытаний весспер в тот же слот и опустив трап, Валл'Иолет повернулся к Слай'Элму.

— Могу сказать лишь одно — корабль великолепен во всех отношениях. Мелочи не в счёт — на моей двойке проблем, гораздо, больше. — Заговорил он. — Конечно, чтобы привыкнуть к столь огромному и информационному терминалу... — Валл'Иолет ткнул пальцем в экран терминала. — Нужно достаточное время, но у кого этот корабль будет первым, надеюсь, больших неудобств не испытает. Хотелось бы, чтобы таких кораблей у нашей цивилизации было, как можно больше.

— Надеюсь, господин капитан, вам не нужно объяснять, что это очень сложный корабль. В его строительстве используется огромное количество новейших технологий, к освоению которых наша промышленность только приступила. Этот корабль строился более трёх лет. Заложены ещё два подобных. Если, как вы резюмировали — "мелочи не в счёт", то, надеюсь, их строительство будет происходить более интенсивно.

— Я хочу присоединиться к эскадре, уходящей завтра к Роззе. Не думаю, что там вам будет интересно, господин Слай'Элм и потому хочу взять на борт своего механика с двойки.

— Я, действительно, уже стар для таких переходов. — Лёгкая усмешка тронула тонкие губы старого конструктора. — Мне уже за шестьсот. — Он поднялся и ткнув в одну из клавиш пульта управления, взял выскочившую из приёмника пульта управления жёлтую пластинку корабельного журнала. — Надеюсь совет конструкторов разрешит эксплуатацию тридцать второго. А кто будет вашим дуэте — решите сами. — Отвернувшись, он направился к выходу.

— Господин Слай'Элм. — Валл'Иолет вскочил с кресла и шагнул вслед за конструктором. — Мне необходимо сходить на усадьбу. К сожалению мой лорн сейчас там и я хотел бы воспользоваться летательным аппаратом весспера.

Слай'Элм остановился и повернулся к Валл'Иолету

— Крапп в вашем распоряжении, господин капитан. Имейте ввиду: он может двигаться, как над поверхностью автомагистрали, так и по ней. Мы решили восстановить возможность такого способа перемещения... — Он потряс пластинкой корабельного журнала. — Этот корабль, пока ещё, в состоянии ходить без бортового журнала. Код — двенадцать восьмёрок через дефис. Эта информация секретна и вы её не знаете.

— Да, господин Слай'Элм. — Валл'Иолет склонил голову. — Совершенно не представляю, о чём вы.

Когда Валл'Иолет поднял голову, старого конструктора в зале управления уже не было. Постояв ещё некоторое время, он направился в ангар. Включив механизм открывания створок люка, он подошёл к летательному аппарату и открыв его двери, заглянул внутрь.

Снаружи кажущийся не таким уж и большим, внутри крапп оказался очень вместительным и Валл'Иолет, без труда разместившись в нём, опустил дверь и взявшись за рыпп, оторвал летательный аппарат от пола и выведя его наружу, направил к автомагистрали, ведущей к своей усадьбе.

Крапп оказался под стать своему носителю — вессперу второй модификации, был резвее лорна и прошло лишь чуть больше получаса, как Валл'Иолет уже сворачивал с автомагистрали к своей усадьбе.

К его удивлению, места для посадки на лужайке перед домом не оказалось, так как там стояли два серых лорна: его и второй, весьма знакомый, но сверху Валл'Иолет никак не мог понять, где он его видел и кому он принадлежит.

Родители! Вдруг всплыла у него удивлённая мысль. Встревожились!

Третий летательный аппарат приткнуть было некуда и Валл'Иолету пришлось сесть рядом с дорогой, перед калиткой.

Но когда он поравнялся с летательными аппаратами, его удивление стало ещё больше — это был лорн не родителей и его идентификационный номер Валл'Иолету был неизвестен.

Дёрнув плечами, в полном недоумении, он вошёл в дом — в гостиной было чисто и пахло свежестью, хотя, насколько он помнил, на столе, должны были стоять тарелка с фруктами и баночка с тоником, которые они оставили с Тар'Тукком, а с агентством по обслуживанию усадеб он до сих пор, так и не связался. Собственно, он затем и стремился сюда, чтобы привести дом в порядок. Но выходило, что напрасно — в доме уже кто-то похозяйничал.

Это, наверное, хозяин лорна. Но кто это может быть? Всплыли у Валл'Иолета мысли удивления. И где он? Может прежнее агентство само догадалось похозяйничать?

Валл'Иолет обошёл все комнаты — везде было чисто и свежо, но нигде никого не было.

Полный недоумения, он вышел на улицу, намереваясь убрать машину по уходу за газоном в подвал под домом, где она всегда и хранилась. Была вторая половина дня. Небо было густо покрыто лёгкими, бело-серыми, куда-то спешащими облаками, сквозь которые тускло блестел небольшой, но чёткий кружок солнца. Это были первые предвестники дождей, показывающие, что та часть континента, где располагалась усадьба Валл'Иолета входила в более прохладный, умеренный климатический пояс, более контрастный, изобилующий как, затяжными дождями, так и сухими сезонами. Валл'Иолет часто бывал в тех частях континента, которые проходили сквозь подобные пояса. Такой климат ему не нравился своей непредсказуемостью: дождь мог идти, как по нескольку раз на день, так и несколько дней, без перерыва, как могло и сиять жаркое солнце, насыщая воздух большим количеством испаряющейся влаги, затрудняя дыхание. В этот климатический период происходил очень бурный рост флоры, которая, порой, настолько разрасталась, что перекрывала автомагистрали, затрудняя скоростное движение по ним и потому добавляя на перемещение некоторое количество дополнительного времени. Да и большая часть природных катаклизмов: ураганы, штормы происходила именно в этой природной зоне.

Валл'Иолету же, более всего нравилась прохладная климатическая зона, та, которая наступит для его усадьбы после умеренной зоны. Если умеренная зона была зоной бурного развития природы, то прохладная зона была зоной спячки, хотя её нельзя так назвать в полной мере, а ей скорее всего подходит определение — зона застоя: природа словно замирала в своём неизменном состоянии, практически не развиваясь. Климат в этой зоне был, совершенно, предсказуем и выходя утром из дома, всегда можно было сказать, какая погода будет весь день, абсолютно не пользуясь услугами климатологов. Да и ухода за растениями в такой зоне, практически не требовалось и Валл'Иолет ждал наступления того периода в своей жизни, когда ему не придётся столь интенсивно, нежели, как сейчас, ухаживать за своим дворовыми насаждениями, а лишь любоваться ими. Была и ещё одна особенность этой зоны: сломанная ветка, сорванный цветок или упавший лист дерева очень и очень долго не вяли, живя аккумулированной в себе влагой и энергией в период нахождения в умеренной зоне.

Валл'Иолет глубоко и шумно вздохнул, будто это был его последний свободный вздох и покрутил головой, скользя взглядом по невысоким кустарникам в виде разнообразных геометрических фигур, растущих по периметру его двора. Его усадьба, при нём, впервые входила в этот климатический пояс и какой она будет в его длительное отсутствие, он сейчас мог лишь гадать.

Видимо, придётся заключить более серьёзный договор с компаний по уходу за усадьбой, иначе и вход в дом не найдёшь. Всплыла у него грустная мысль.

Вдруг его внимание привлёк глухой периодический звук, идущий откуда-то из-за дома, будто там кто-то что-то вбивал в землю. Он, вдруг, увидел, что травяной газон вокруг дома весь зелёный, а не порыжевший, хотя перед уходом из усадьбы, он привёл в порядок его, далеко, не весь, да и машины по уходу за газоном, где он её оставил, не было. Выходило, что кто-то добровольно ухаживал за газоном его усадьбы.

Он направился за дом и выйдя из-за угла, буквально, остолбенел — машиной по уходу за газоном управляла Ир'Инна. Сейчас она стояла к нему спиной.

Придя в себя, Валл'Иолет быстрым шагом направился к девушке. Видимо, каким-то образом почувствовав его, Ир'Инна оглянулась и тут же выключив машину, перешла на обратную сторону, так, что машина оказалась между ней и подошедшим Валл'Иолетом.

— Рад видеть Ирин! — Широко улыбнувшись, Валл'Иолет развёл руками. — Я в полном недоумении. — Он потряс головой. — Совершенно не ожидал, увидеть тебя здесь. Я не знаю, что произошло, но я очень и очень рад.

Валл'Иолет вытянул руки, пытаясь дотронуться до девушки, но Ир'Инна сделала шаг назад, показывая свою непреклонность в их отношениях.

— Я поссорилась с родителями и мне негде жить. Тар'Тукк сказал, что ты решил заняться гонками и твой дом пуст и я решила пожить некоторое время в нём. Ты уж извини. — Состроив гримасу, она дёрнула плечами. — Так как у тебя всё здесь, весьма, запущено, то я решила привести усадьбу в какой-то порядок. Если это возможно, считай это моей платой за проживание.

— Какая плата? О чём ты? Ты меня оскорбляешь, Ирин. — Валл'Иолет опустил руки, его лицо погрустнело. — Я счастлив видеть тебя в любое время, в любом виде, безо всякой платы. Живи, сколько хочешь, делай, что хочешь. Это всё твоё. — Он широко развёл руки в стороны.

— Хи-и! — Ир'Инна капризно отставила нижнюю губу.

— Что произошло? Почему ты поссорилась с родителями? — Поинтересовался Валл'Иолет.

— Отец нашёл мне друга в своём институте, какого-то научного сотрудника и они пытались приклеить меня к нему. Я отказалась и родители пришли в негодование. Мы поссорились. — На лице Ир'Инны появилась кислая гримаса. — Но если я здесь, ты тоже не надейся на моё снисхождение. Между нами всё по-прежнему. Если будешь навязчив — уйду в отель. Ты надолго? — Её лицо приняло прежнее, решительное выражение.

— До утра. Я хотел перезаключить договор с компанией, ухаживающей за усадьбой, но вижу, этого не требуется. — Валл'Иолет покрутил головой.

— Ты голоден?

— Буду рад, если ты побеспокоишься. — Валл'Иолет широко улыбнулся.

— Приведи себя в порядок. — Ир'Инна вытянула руку, показывая на дом. — Выглядишь ты неряшливо.

Молча покивав головой, Валл'Иолет повернулся и направился ко входу в дом. Он и сам понимал, что его вид не очень свеж, так как, практически, оставался в этом виде с момента ухода из дома для заключения контракта пилотом цербора.

Когда Валл'Иолет привёл себя в порядок и появился на кухне, Ир'Инна стояла у жарочного шкафа, держась за его дверку.

— Я накрыла в холле. — Не оборачиваясь произнесла она.

— Как скажешь. — Состроив гримасу и дёрнув плечом, Валл'Иолет направился в холл.

К его удивлению, как ему казалось в санационной он пробыл не так уж и долго, стол был заставлен множеством тарелок с дымящимся и нет содержимым, будто Ир'Инна готовила еду не для его одного или их двух, а на добрый десяток человек.

Едва Валл'Иолет уселся в кресло, которое он занимал всегда за столом, в холл вошла Ир'Инна, неся в руках ещё одну тарелку с чем-то дымящимся и поставив её посреди стола, уселась напротив его.

— Я искренне удивлён, Ирин. — Валл'Иолет развёл руки над столом. — Нет, нет! Мне очень приятно, что ты здесь и что я могу побыть с тобой какое-то время. Но всё же у меня остаётся грустное чувство неопределённости.

— Я очень сердита на тебя, Лет. — Ир'Инна подвинула к Валл'Иолету одну из тарелок с дымящимся на ней содержимым. — Ешь, пожалуйста. — И наверное никогда не смогу простить тебе, что ты поковырялся в моей голове. Даже не пытайся возражать. — Она выбросила руку в сторону Валл'Иолета, уже приоткрывшего рот, чтобы, действительно, возразить. — Этим ты ещё больше осложнишь наши отношения. У меня есть доказательство. Я поставила специальные метки в последнем корабельном журнале твоего весспера, так часть из них оказалась искажена. Уже, однозначно, установлено, что ты являешься носителем психотронного поля и незаконно пользуешься им. Это наказуемо. И благодари адмирала, что ты ещё не под контролем у психоаналитиков. Не представляю, чем ты ему понравился. — Она покрутила головой. — Я никому не сказала об этом, так как не хочу доставить тебе ещё какие-то неприятности, которых у тебя предостаточно, но я хотела бы услышать подтверждение своих доводов.

— Милая Ирин! — Валл'Иолет широко улыбнулся. — Твои претензии ко мне, совершенно, безосновательны. Никакой психоаналитик никогда не найдёт в моём информационном поле ни единого пикселя информации из твоего мозга. Их там просто нет. И никто никогда не докажет обратное. Я это гарантирую. Являюсь ли я носителем психотронного поля? — Валл'Иолет дёрнул плечами и взяв вилку отправил кусочек с тарелки себе в рот. — Действительно, во мне что-то есть. Но является это психотронным полем или чем ещё — не представляю. Очень вкусно. — Он отправил в рот ещё один кусочек — это было натуральное мясо в каком-то оригинальном соусе. — Даже не представлял, что ты можешь так вкусно готовить. Нет, однозначно, мы должны быть вместе. Ирин! — Он широко улыбнулся, но видя, что лицо девушки так и осталось строгим, состроил гримасу и глубоко вздохнул. — А относительно твоих меток — я уже говорил, что искажения записи могло произойти в результате воздействия на полусферу пространственного сканера энергии, прошедших рядом с ней лазерных лучей выстрела дифферента.

— Лет, это твоя неуклюжая оправдаловка. — Ир'Инна глубоко вздохнула. — Аналитики смоделировали ситуацию — ничего похожего им получить не удалось. Запись не искажается так, как она искажена в предоставленном тобой бортовом журнале.

— У них есть дифферент?

— У них есть головы. Этого вполне достаточно, чтобы понять твою выдумку. Может в другое время тебя вывернули бы на изнанку, но нашли бы доказательства, но сейчас все понимают, что это была провокация со стороны кроканов и что стрелял не ты. Да и адмирал, за тебя.

— Все меня понимают, кроме тебя, Ирин. — Валл'Иолет наколол вилкой ещё один кусочек с тарелки о отправил в рот. — Ничего подобного до сих пор не ел. Я не думаю, что мы здесь за тем, чтобы покрыть друг друга обвинениями. Давай оставим упреки и поговорим о чём-то другом.

— Отец познакомил меня с одним из своих молодых сотрудников.

— Ты уже говорила. — Валл'Иолет кивнул головой, отправляя в рот очередной кусочек с тарелки.

— Приятный молодой человек. — Ир'Инна оттопырив нижнюю губу, подняла плечо. — Но я, вдруг, поняла, что никто мне, кроме тебя, Лет, не нужен.

Валл'Иолет застыл с кусочком мяса у открытого рта. Видимо видя его глупое выражение, Ир'Инна широко улыбнулась.

— Не пугайся, пожалуйста. — Её лицо вновь погрустнело. — Я не стану тебе досаждать.

Валл'Иолет, так и не отправив кусочек мяса в рот, положил вилку с ним на тарелку.

— Ирин! Зачем тогда мы усложняем себе жизнь. — Негромким голосом, будто опасаясь испугать девушку, заговорил он. — Ты мне нужна и если я тебе тоже нужен, давай жить вместе. В чём проблема?

— В тебе.

— Я не в состоянии тебя понять? — Валл'Иолет мотнул головой.

— Один раз поступив со мной безнравственно, ты можешь это сделать ещё и ещё. Одна мысль об этом приводит меня в бешенство.

— Милая Ирин! — Валл'Иолет поднялся и подойдя к девушке, наклонился и прижался своей щекой к её щеке. — Я чист перед тобой и мне не в чем оправдываться ни сейчас, уверен — не придётся и в будущем. Я знаю лишь одно: ты мне нужна и кроме тебя, я рядом с собой, никого не представляю.

Ир'Инна повернула голову и их губы слились воедино.

***

Валл'Иолет открыл глаза. В комнате был полумрак, что говорило об очень раннем утре. Что-то давило на грудь. Он с раздражением схватился за источник неудобства, намереваясь отшвырнуть его от себя — это оказалась что-то мягкое и тёплое.

Ирин! Волна нежности прокатилась по его телу. Аккуратно сняв руку девушки с груди, Валл'Иолет сполз со спальной платформы и направился в санационную.

Из голографического зеркала на него смотрело припухшее заспанное лицо молодого человека с торчащим на голове во все стороны ёжиком тёмных волос. Вечер с Ир'Инной удался наславу и в голове ощущалась небольшая тяжесть.

Для него вчера открылась ещё одна сторона его избранницы — она оказалась прекрасной хозяйкой, чего он даже и представить не мог, так как до этого вечера, она ему даже бутерброда ни разу не приготовила: они всегда завтракали, обедали и ужинали лишь в ресторанах, которых было в изобилии вдоль магистралей.

Тщательно приведя себя в порядок, Валл'Иолет вернулся в комнату сна. Ир'Инна по-прежнему спала. Ступая на носочки, Валл'Иолет подошёл к шкафу и вытащив из него ворох одежды, так же аккуратно вышел. Одевшись в холле, а остальную одежду засунув в большую сумку, он прошёл на кухню и выпив баночку тоника, направился к выходу, но едва сбежал с крыльца, как раздавшийся позади возглас заставил его остановиться и оглянуться — в поёме двери стояла Ир'Инна.

Валл'Иолет открыл рот от восхищения — в одежде для сна она была прекрасна. Повернувшись, он бросил сумку и вытянув руки, шагнул к ней.

— Ты считаешь, что поступаешь правильно? — Ир'Инна вытянула перед собой руку, будто строя для приближающегося молодого человека преграду. — И как я должна после этого к тебе относиться?

— Ты спала и у меня не хватило смелости нарушить твой сон. — Произнёс в своё оправдание Валл'Иолет, упираясь грудью в руку девушки. — Извини! Но я не знаю, правильного поступка в этом случае. — Он попытался преодолеть сопротивление руки Ир'Инны, потянувшись губами к её щеке.

— Я сердита, Лет. — Ир'Инна сделала шаг назад и опустила руку. — А когда я в таком состоянии, тебе лучше не прикасаться ко мне.

— Милая Ирин! — Оставшись на месте, Валл'Иолет широко улыбнулся. — Для меня ты желанна в любом состоянии. Я ухожу к Роззе. — Изобразив на лице гримасу сожаления, он глубоко вздохнул. — У меня новый весспер — тридцать второй. Это прекрасный корабль. Хотя, возможно, ты уже знаешь о нём. Я не знаю, когда вернусь, но надеюсь у тебя хватит терпения дождаться. Хотя Галл'Арт очень строгий командир, но он неплохо ко мне относится и думаю разрешит нам, хотя бы иногда, видеть друг друга на экране. — Он приподнял ногу, намереваясь, всё же, подойти к Ир'Инне.

— Нет! — Ир'Инна вновь вытянула руку перед собой. — Твоя жалость не растопит моей твёрдости. Я непреклонна.

— Что ж... — Валл'Иолет вернул ногу на место. — Я рад, что в твоей твёрдости всё же нашлась капелька аморфности, которая заставила тебя выйти и проводить меня. — Повернувшись, он быстрым шагом пошёл к калитке, за которой его терпеливо дожидался крапп, на ходу подняв, брошенную сумку с одеждой.

— Возвращайся! — Донёсся громкий голос Ир'Инны.

Валл'Иолет не замедлил шаг и не оглянулся — после этого слова, у тех, кто отправлялся в пространство, это считалось плохой приметой.

***

Хотя уже было позднее утро, но Галл'Арта в кабинете не оказалось. Валл'Иолет заглянул в двери других кабинетов в коридоре третьего уровня, которые открылись — нигде никого не было. Полный недоумения, он сбежал уровнем ниже и лишь там встретил одного из младших офицеров, настолько спешащего, что даже рывок Валл'Иолета за рукав курточки не остановил его. Валл'Иолету пришлось догонять его.

— Хаара! Что происходит? — Громким голосом поинтересовался он. — Где все?

— На космодроме. — Заговорил офицер на бегу. — Кроканы увели наш драффт прямо с космодрома Роззы. К планете срочно уходит эскадра вессперов.

— Хаара! — Процедил Валл'Иолет. — Сколько их там?

— Ещё один под погрузкой и три на пути к Роззе.

— Дифферентов?

— Комендант сообщает, что вроде бы пятнадцать.

— Со страха посчитать не могут. — В голосе Валл'Иолета скользнула ирония.

— Не знаю. — Младший офицер мотнул головой. — Видимо, что-то мешает.

Выскочив на улицу, младший офицер побежал к стоящему неподалёку большому чёрному лорну. Валл'Иолет бежал следом. Офицер с ходу юркнул в летательный аппарат. Валл'Иолет взялся руками за дверной проём, намереваясь последовать за ним.

— Некуда! — Донёсся изнутри, чей-то грубый скрежетащий голос.

Мысленно выругавшись, Валл'Иолет покрутил головой — никаких других летательных аппаратов здесь больше не было. Его крапп стоял далеко.

— Я на полу. — Он нырнул внутрь и сел на пол.

— Не положено! — Донёсся всё тот же голос.

— Не заткнёшься, выкину кого-то из вас. — Со злом в голосе произнёс Валл'Иолет.

— Хаара! Пусть болтается. Пошли! Опаздываем! — Раздался другой, явно волевой и знакомый голос.

Дверь лорна закрылась и он настолько резко прыгнул вверх и в сторону, что Валл'Иолет едва не растянулся на полу во весь свой рост. У него над головой раздались смешки. Мысленно выругавшись, он выпрямился, нащупал какой-то поручень и схватился за него обеими руками.

Полёт был достаточно долгим. Валл'Иолет не мог определить куда шёл лорн, он видел лишь облака, но когда летательный аппарат опустился вниз и замер, и его двери открылись, он увидел поодаль большое скопление офицеров и техников космического флота, за которыми стояли ряды вессперов. Часть из офицеров, в основном капитанов вессперов, шла к лорну. Среди них был и Галл'Арт. Выскочив первым из лорна, Валл'Иолет побежал ему навстречу.

— Командор! — Заговорил он, поворачиваясь и идя рядом с Галл'Артом. — Я готов следовать к Роззе. Мне только нужен...

— Никакой Роззы. — Галл'Арт резко взмахнул перед собой рукой. — В распоряжение Соната.

— Но это же боевой корабль? — В голосе Валл'Иолета послышалось возмущение.

— Приказ адмирала. Они что-то задумали. Поинтересуйся у него. Ты мешаешь. Уйди! — Буквально прошипел последние фразы Галл'Арт, отталкивая от себя Валл'Иолета рукой.

Валл'Иолет остановился и поднял голову — перед чёрным лорном стояла группа старших офицеров, среди которых был и адмирал.

Хаара! Валл'Иолет состроил мину на лице. Я сидел на полу адмиральского лорна. Даже не понял куда вломился. Угораздило же.

Он поднял руку и проведя ею по лбу, направился вслед за капитанами, только сейчас поняв, что это экипажи вессперов эскадры Галл'Арта.

Подойдя, капитаны выстроились в шеренгу перед лорном адмирала. Валл'Иолет стал последним.

— Гросс адмирал... — Донёсся зычный голос Галл'Арта. — Эскадра к выполнению поставленной задачи готова. Разрешите приступить к выполнению?

— Приступайте! — Донёсся едва слышный Валл'Иолету голос адмирала и он пошел вдоль шеренги капитанов. — Возвращайся! Произносил он, берясь каждому из них за плечо и легонько встряхивая.

Валл'Иолет стоял последним. Взяв его за плечо, адмирал приоткрыл рот, видимо желая высказать напутствие, но его брови, вдруг, выгнулись высокими дугами.

— А ты куда? — Вместо напутствия произнёс он и оглянувшись на Галл'Арта, вопросительно взмахнул подбородком. — Не понял? Что произошло?

— Он не уходит. Он в вашем распоряжении, гросс адмирал. — Произнёс Галл'Арт.

— Пойдёшь со мной. — Адмирал вновь повернул голову к Валл'Иолету и всё же встряхнул его за плечо.

— Да, гросс адмирал. — Валл'Иолет кивнул головой.

Повернувшись, адмирал направился к своему лорну. Валл'Иолет пошёл за ним. У лорна адмирал вновь повернулся и стал лицом к капитанам. Будто его разворот послужил сигналом, капитаны сорвались с мест и побежали в сторону вессперов. Ждать пришлось долго, пока вессперы начали отрываться от космодрома и стремительно уноситься ввысь. Когда ушёл последний, адмирал вытянул руку в сторону двери лорна.

— Заходи. Теперь тебе не придётся сидеть на полу.

Пригнувшись, Валл'Иолет нырнул в адмиральский лорн — его салон был пуст, если не считать пилота. Валл'Иолет замер в нерешительности.

— Что с тобой, капитан? — Раздался у него за спиной голос адмирала. — Ты, никак, боишься пустоты?

— Извините! — Выдавил из себя Валл'Иолет и шагнув к ближайшему креслу, уселся в него.

Нейн'Манн занял соседнее кресло.

— В управление! Не торопись. — Произнёс он в спину пилота и склонил голову к Валл'Иолету.

— Надеюсь, тебя уже информировали о твоём задании? — Поинтересовался он.

— Командор лишь сказал, что оно какое-то особенное. — Валл'Иолет дёрнул плечами.

— Вот именно, особенное. — Нейн'Манн глубоко вздохнул. — Обстановка над Роззой складывается очень тревожной. Откровенно говоря — кроканы наглеют всё больше и больше. Сонат заседает уже несколько дней, практически, без перерыва, пытаясь решить, что делать: или уйти с Роззы, или начать со всей серьёзностью защищать, как свою базу на планете, так и драффты. Увидев нашу эскадру над Роззой, кроканы может поостынут, а может случится и обратное. Проблема в том, что вессперов у нас всего тридцать, а по некоторым данным, дифферентов кроканы настроили уже более сотни, но скорее всего, гораздо больше, как выяснилось — они строят их в одной из колоний и без излишеств, что гораздо быстрее и в любое время над Роззой их может быть не пятнадцать, а пятьдесят. А нам ответить нечем. Проспали! — Он опять глубоко вздохнул. — Мы решили серьёзно вооружить сами драффты, доукомплектовывая их двумя независимыми лазерными турелями дальнего действия со счетверёнными излучателями. Вооружение серьёзное и при встрече с дифферентом драффт сможет за себя постоять, но он огромен, неповоротлив и тихоходен и если дифферентов будет три-четыре, то шансов у него, практически, никаких. К тому же у нас их всего десять и дисбаланс они не выправят. Мы пытаемся ускорить строительство вессперов новой модели, но это долгий процесс и я сомневаюсь, что кроканы будут спокойно смотреть на то, как мы усиленно вооружаемся.

— А вы уверены, гросс адмирал, что если мы уйдём с Роззы, они оставят нас в покое?

— А какой им прок от нашей планеты? — Нейн'Манн дёрнул плечами. — Жить здесь они не смогут. А полезные ископаемые мы сами завозим с других планет.

— А господство в галактике? Это может стать их моральным стимулом.

— Галактика огромна. Места всем хватит. Мы не собираемся мешать их колонизации. Хотя... — Адмирал вновь дёрнул плечами. — Возможно ты и прав. Гонора у них — с лихвой.

— Я уверен... — С восторгом заговорил Валл'Иолет. — Весспер второй модели способен противостоять двум-трём, а может и четырём дифферентам. Это прекрасный корабль.

— Я верю. — Нейн'Манн вновь шумно вдохнул и похлопал Валл'Иолета по лежащей на подлокотнике руке. — Но во-первых — кроканы тоже совершенствуют свои корабли, а во-вторых — дадут ли они нам полсотни лет, чтобы мы построили приемлемое количество вессперов второй модели. Я не уверен. — Он покрутил головой. — И потому Сонат принял негласное решение о поиске подходящей планеты для колонизации. Сегодня ночью на поиски такой планеты отправляется большой разведывательный корабль "Спирай". Триста человек экипажа и исследователей. Ты его будешь сопровождать. Конечно, планету нужно было найти уже давно и просто, держать её в резерве, но, произошло то, что произошло и волосы на себе рвать теперь бессмысленно. Пара планет у разведчиков есть на примете. К ним они и направятся в первую очередь. Но они очень далеко. Но "Спирай" быстрый корабль и тебе не придётся плестись за ним. Но об этом никто не должен знать. Даже самые близкие тебе люди. Ты носитель секретной информации и потому всякие контакты, с кем бы то ни было, с этого момента, тебе запрещены.

— Но я боевой офицер...

— Сейчас ты поднимешься на борт своего тридцать второго весспера и будешь готовиться к выполнению задания высшего административного органа планеты. — Голос адмирала приобрёл металлические нотки. — Это строжайший приказ. Твой экипаж, возможно, уже там.

— Мой экипаж? Но у меня кроме механика никого больше нет. Да и где он сейчас, даже не представляю.

— Ты — капитан, второй пилот, механик и энергетик. На весспере четыре каюты и вас тоже будет четверо. Штатный состав экипажа. Путь не близкий. Второй пилот — молодой, но уже достаточно побегал по пространству и опыт у него есть: механик и энергетик — молодые конструкторы весспера, хорошо его знают. — Адмирал поднял голову и крутанул ею по сторонам. — Если не ошибаюсь — это крапп с твоего весспера. Садись! — Громко произнёс он в сторону пилота.

Лорн накренился и описав неширокую дугу, опустился рядом с краппом.

— Сейчас бригада обслуживания доставит тебе всё необходимое для этого задания. Погрузишься и уйдёшь на орбиту, подальше от любопытных глаз. Дождёшься разведчика и в путь. Возвращайся! — Нейн'Манн положил свою широкую ладонь на руку Валл'Иолета, лежащую на подлокотнике и крепко сжал.

Будто получив команду от рукопожатия, дверь лорна скользнула в сторону. Молча кивнув головой, будто таким образом решив хранить доверенную ему всепланетную тайну, Валл'Иолет выскочил из адмиральского лорна и побежал к своему краппу.

***

Когда Валл'Иолет добрался до весспера, его загрузка уже шла полным ходом. Выйдя из краппа, он подошёл к одному из техников, как ему показалось, руководившему погрузкой.

— Капитан Валл'Иолет. — Представился он. — Чем прессуете?

— Как обычно. — Техник дёрнул плечами. — Вода, продукты, гигиена, энергия. Ангар приказано забить под потолок. Два дополнительных контейнера с веществом массы подвесим на внешних подвесках, а твой летательный аппарат приткнём в их хранилище. Больше некуда. — Пояснил техник.

— Я бы не хотел иметь две бомбы под брюхом. — Сыронизировал Валл'Иолет. — А если астероид попадёт?

— Аэродинамическая упаковка со статитовой оболочкой. Они так же безопасны, как и корпус весспера. — Техник махнул рукой в сторону.

Валл'Иолет повернул голову — поодаль на больших грузовых платформах стояли два огромных тупоносых цилиндра. Он вновь повернулся к технику.

— Хорошо. Что от меня требуется?

— Мне ничего. — Техник мотнул головой.

— Крапп...

— Мы сами загоним.

Молча кивнув головой, Валл'Иолет направился к трапу.

В ангаре хозяйничали несколько техников, расставляя контейнеры. Их уже было много и в ангаре было, весьма, тесно.

И что я буду делать с ними, когда они опустеют? Всплыли у Валл'Иолета досадные мысли. Таскать с собой? Не могу же я их выбрасывать. А если сжигать лучами лазеров? А может они как-то утилизируются?

Он подошёл к техникам, сгружающим с платформы очередной контейнер.

— И что мне делать с этим хламом, когда они опорожнятся? — Заговорил он, стуча кулаком по одному из контейнеров. — Я же не могу их выбрасывать в пространство, чтобы потом самому напороться на один из них.

— Когда будете выбрасывать, задействуете систему самоуничтожения и контейнер через какое-то время сгорит, не оставив от себя ничего. — Заговорил один из техников, ткнув пальцем в панель на боку того контейнера по которому постучал Валл'Иолет.

— Разумно. — Удовлетворённо кивнув головой, Валл'Иолет направился в зал управления.

Все трое его новых члена экипажа находились там: двое сидели в креслах, а третий стоял между ними и смотрел в экран терминала, куда тыкал пальцами один из сидящих членов экипажа. Экран спор был свёрнут. Сидящие в креслах выглядели, как показалось Валл'Иолету, несколько необычно, заставив его сердце неприятно сжаться.

— Рад видеть всех вместе. — Громко заговорил Валл'Иолет, входя в зал управления и останавливаясь, сделав лишь пару шагов от входа. — Разрешите представиться: капитан тридцать второго весспера, Валл'Иолет.

Сидящие тут же вскочили с кресел и все трое повернулись к нему лицом. Все они были молоды и Валл'Иолету незнакомы. Валл'Иолет на несколько мгновений остолбенел — двое из них были девушками.

— Рад видеть! — Произнёс каждый из них.

— Второй пилот Сор'Аттар. — Произнёс стоящий посередине толлон и кивнул головой в приветствии.

— Техник-механик Элл'Исса. — Произнесла стоящая слева от пилота, толлона, кивая головой.

— Энергетик корабля Терр'Итора. — Кивнула головой толлона, стоящая справа от пилота.

— Вы уже разместились по каютам? — Поинтересовался Валл'Иолет.

— Ещё нет. — Сор'Аттар мотнул головой.

— В таком случае: первая — моя, по праву капитана; вторая — механика; третья — второго пилота; четвёртая — энергетика.

Стоявшие перед Валл'Иолетом члены экипажа тридцать второго весспера молча кивнули головами.

— Первая пара — я и механик; вторая — второй пилот и энергетик. — Распределил обязанности Валл'Иолет. — Наша задача — сопровождать разведывательный корабль "Спирай" в его экспедиции по поиску подходящей планеты для колонизации. Задача понятна?

— Да, господин капитан! — Хором ответили новые члены экипажа тридцать второго весспера.

— Вот и отлично. С этого момента с весспера ни шагу. Вахта пять часов. В последствии откорректируем. Первой заступает первая пара. В зале управления, кроме дежурной пары — никого. Идеальный порядок на корабле поддерживает свободная пара. В своих каютах делайте, что хотите. Мне разрешается всё; вам — всё остальное. Можете разместиться по каютам. Для первой пары: начало вахты — конец погрузки. — Валл'Иолет отступил в сторону, освобождая путь к двери.

Экипаж ушёл. Валл'Иолет сел в ставшее уже привычным для него кресло и ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления. Зал управления погрузился в полумрак; но развернувшийся экран спор принёс в него достаточное количество света, чтобы не напрягать глаза. Откинувшись в кресле, Валл'Иолет принялся рассеянным взглядом наблюдать за погрузкой, углубившись в размышления.

Хаара! Что за карнавал устроил мне адмирал? Зачем мне такой экипаж? Как я себя должен с ними вести? А что будет, когда Ирин узнает о таком моём экипаже. Хаара! Я сомневаюсь, что она поверит в мой мужской аскетизм. Может плюнуть на всё и отказаться от задания? Но тогда уж точно мне одна дорога — в пилоты цербора к псевдокроканам. Хаара! Совсем забыл о гонках. Как там? Замену мне, навряд ли, им найти удалось. И это за три дня до старта. Валл'Иолет глубоко вздохнул. Тогда и об Ирин, однозначно и навсегда, придётся забыть. Вернулся он к прежним размышлениям. Навряд ли ей по душе придётся пилот, служащий у кроканов. А если отправить механика и энергетика на "Спирай"? Там их триста — будет триста два. Какая разница. Интересно, кто капитан разведчика? Может, действительно, так и сделать. У кого бы поинтересоваться?

Рука Валл'Иолета потянулась к панели связи, но донёсшийся у него за спиной громкий шелест заставил его отдёрнуть руку и выглянуть из-за спинки кресла — в зал управления входил тот самый техник, с которым он разговаривал под корпусом весспера. Подойдя техник, протянул ему лист скринвейра и блеснувшую в полутьме пластинку бортового журнала.

— Погрузка закончена. Контейнеры с веществом массы подвешены. Контейнеры с запасами в ангаре надёжно закреплены. Крапп в хранилище. Люк ангара закрыт. Корабль готов к старту. — Техник вытянул руку в сторону Валл'Иолета. — Бортовой журнал и опись контейнеров и схема их постановки, чтобы вам не пришлось рыться вслепую. У меня всё.

Валл'Иолет взял лист скринвейра и мельком взглянув на него, вновь перевёл взгляд на техника.

— Не ожидал, что так быстро. Благодарю!

— Возвращайтесь! — Взмахнув рукой, техник повернулся и направился к выходу.

Проводив его долгим взглядом, Валл'Иолет сунул лист скринвейра в карман, позади спинки кресла и повернувшись к пульту управления, сунул в его приёмник пластинку бортового журнала и уставился в экран спор. Дождавшись, когда техники погрузятся в стоявший у трапа лорн и тот направится прочь от весспера, он ткнул пальцем в клавишу поднятия трапа и уставился в мигающий индикатор. Но не успел ещё индикатор вспыхнуть ровным зеленым свечением, как позади кресла вновь раздался шорох.

Хаара! Кто там ещё остался? Всплыла у Валл'Иолета раздражённая мысль.

Он выглянул из-за спинки кресла — в полутьму зала управления входила механик — Элл'Исса, насколько он запомнил её имя.

— Извините, господин капитан. Вы приказали заступить на вахту после окончания погрузки. — Произнесла девушка, направляясь к свободному креслу.

Молча проводив её взглядом до кресла и дождавшись, когда она усядется, Валл'Иолет повернулся к пульту управления и ткнул пальцем в угол экрана терминала. Со вспыхнувшего на экране терминала изображения на него смотрело лицо офицера космического флота — диспетчера космодрома.

— Капитан Валл'Иолет. — Представился Валл'Иолет. — Тридцать второй просит старт.

— Старт разрешён. Триста семьдесят вертикально, восьмая орбита. Возвращайся! — Буквально скороговоркой выпалил диспетчер и его изображение исчезло, не удосужившись выслушать обязательное подтверждение капитана.

Негромко хмыкнув, неуставной торопливости диспетчера, Валл'Иолет начал тыкать указательным пальцем в клавиши пульта управления: Раздались шорохи закрываемой двери и выползающих панелей управления, свет в зале управления полностью погас и экран терминала расцветился рядами индикаторных полей. Весспер вздрогнул, будто проснулся. Валл'Иолет положил руки на панели управления и здание космопорта медленно, будто нехотя, поползло вниз.

Над пультом управления метнулась рука и по экрану терминала побежали ряды знаков. От неожиданности руки Валл'Иолета дрогнули и весспер подпрыгнул, будто налетел на кочку.

— Ещё раз так сделаешь... — Не разжимая зубов заговорил он. — Оторву руку, а тебя выброшу за борт.

— Я должна видеть работу систем корабля. Это моя обязанность. — Пришёл ответ.

— Твоя обязанность: сидеть прижавшись к спинке кресла и не шевелиться. — Процедил Валл'Иолет, медленно двигая акселератор вперёд, увеличивая скорость весспера. — Видимо ты не поняла моего предстартового инструктажа. Повторяю последний раз, буквально, по слогам. — Грубо заговорил он. — Мне, разрешено всё; вам — всё остальное; значит — ничего. Я, понятно сказал?

Ответа не было.

— Не слышу? — Валл'Иолет повысил голос.

— Понятно, господин капитан. — Негромким голосом заговорила механик. — Но, согласно инструкции, которую в меня вдолбили в управлении космофлота: у меня тоже есть обязанности, которые я должна выполнять. Иначе, моё присутствие здесь, теряет всякий смысл.

— Возможно, так и есть.

В зале управления наступило молчание. Валл'Иолет бросил быстрый взгляд в сторону механика — она сидела уставившись в экран терминала, по которому продолжали бежать какие-то бесконечные ряды знаков.

Выведя весспер на указанную диспетчером орбиту, Валл'Иолет осмотрелся — никаких кораблей поблизости экран спор не показывал, отображались несколько зелёных точек, но идентифицированные ими корабли находились очень далеко.

Или "Спирай" ещё не стартовал или неизвестно где. И как это узнать? Всплыли у Валл'Иолета раздражённые мысли. Я даже его идентификатора не знаю. Может она знает? Он бросил ещё один быстрый взгляд в сторону механика — девушка продолжала сидеть в неизменной позе, будто окаменев. Хаара! Навряд ли она что-то теперь скажет. Валл'Иолет вновь окинул взглядом экран спор, но никаких зелёных точек, идентифицирующих разведывательный корабль по-прежнему не отображалось. Буду ждать здесь. Решил он. Космодром подо мной и навряд ли он будет петлять прямо со старта.

Валл'Иолет пустил весспер в синхронный ход с космодромом и повернул голову в сторону механика.

— Если не ошибаюсь — Элл'Исса. — Заговорил он. — И каким же ветром тебя занесло на весспер? У меня большие сомнения, что ты и Терр'Итора конструировали этот корабль.

Девушка вздрогнула — будто вышла из забытья и повернула голову к Валл'Иолету. В темноте хорошо просматривались её светящиеся жёлтые ободки зрачков, выдавая её негодование.

Валл'Иолет высвободил свое поле и осторожно коснулся им головы Элл'Иссы. Его поле ткнулось не в привычное сплетение информационных полей, с которыми он неизменно сталкивался при проникновении в мозг других толлонов, а в пустоту, которая тут же ощетинилась, будто выросшими ниоткуда иглами. Это была ответная реакция психотронного поля на попытку проникновения. Психотронное поле девушки оказалось небольшим, но каким-то всклокоченным и неспокойным, видимо, подтверждая её состояние.

Пожалуй, если бы у неё был шип, как у тарка, то наверняка бы, сейчас воткнула его в меня. Всплыла у Валл'Иолета саркастическая мысль. Интересно, она почувствовала мою атаку?

Но это так и осталось вопросом, так как девушка никак больше не отреагировала. Не желая причинять ей боль, Валл'Иолет вернул свое поле.

— Нас направили после окончания академии. — С твёрдостью, и даже с какой-то гордостью, произнесла Элл'Исса.

— И ты, действительно, знакома с механикой весспера?

— У вас есть сомнения?

— Есть. — Валл'Иолет утвердительно кивнул головой.

— Это ваше право. — В голосе Элл'Иссы скользнула нескрываемая усмешка.

В зале управления наступила длительная тишина. Валл'Иолет молча смотрел в экран спор, будто забыв о своём необычном механике. Он, вдруг, пустился в размышления о превратностях судьбы, которая, то была жестока с ним, поворачиваясь спиной, то, вдруг, поворачивалась лицом и начинала мило улыбаться. То, вдруг, казалось, что жизнь его закончилась и он лишь плыл по её течению к своей последней гавани, не в состоянии хотя бы как-то замедлить её бег и казалось бы за что, за то, что он честно и добросовестно выполнил свой долг, даже не успев осознать, что это мог быть последний миг его жизни. То, вдруг, лишь одной судьбе известным причинам, течение реки его жизни повернуло вспять и помчало его в другом направлении, к свету и теплу и то, о чём он вчера лишь только мечтал с грустью, сегодня улыбается ему милой и приветливой улыбкой.

Глубоко и шумно вздохнув, Валл'Иолет вышел из раздумий и окинул взглядом экран спор — никаких особенных изменений на нём не произошло, если не считать изменения положения некоторых зелёных точек, но опять же, среди них не было той точки, которую бы он смог идентифицировать с большим разведывательным кораблём. Он бросил взгляд на цифры хронометра — шёл уже четвёртый час с момента выхода весспера на орбиту.

Может стоит поискать его? Замелькали у Валл'Иолета раздражённые мысли. Хаара! Что за секретность, совершенно не к месту. Может он уже давно в пространстве? Пожалуй, обернусь разок. Если не увижу, попытаюсь связаться с диспетчером космодрома.

Он положил руки на панели управления и двинул акселератор вперёд — бег звёзд на экране спор ускорился, весспер быстро заскользил по орбите над Толлоной.

Валл'Иолет напряжённым взглядом всматривался в появляющиеся на экране спор из-за планеты в характеристические показатели новых, знакомых и нет реестру весспера, зелёных точек, но ни одна из точек не вписывалась в предполагаемые им характеристики, могущие принадлежать огромному космическому кораблю. Весспер вошёл в тень планеты. Прошло ещё некоторое время и взгляд Валл'Иолета замер на неторопливо скользящей по экрану спор снизу вверх зелёной точке. Характеристические показатели точки впечатляли. Несомненно, это был огромный корабль. Но кроме скоростных показателей, направления и предполагаемой массы, никакой другой информации о корабле не отображалось, что говорило, что информационной базе весспера этот корабль не был знаком. Это оказалось для Валл'Иолета полной неожиданностью. Он пытался вспомнить что-либо об этом разведывательном корабле, но, вдруг, осознал, что тоже о нём ничего не знает. Он повернул голову в сторону Элл'Иссы.

— Что тебе известно о "Спирай"? Когда он был построен?

— Около полугода назад. Он задумывался, как колониальный корабль, но затем его, почему-то, отнесли к классу разведывательных. Причин я не знаю. — Произнесла девушка монотонным, будто она говорящий механизм, голосом.

— Колониальный?

Валл'Иолет отвернулся от механика и вновь уставился в растущую в размерах зелёную точку.

Корабль, идентифицированный этой точкой поднимался медленно, будто неся непосильную поклажу, еле переставлял ноги и прошло немало томительных минут, прежде, чем он из зелёной точки превратился в серую, а затем разросся в подобие огромного неправильного овала с заострённой узкой стороной, со свергающими гирляндами огней по периметру.

Валл'Иолет насчитал четыре ряда гирлянд и выходило, что корабль имел не менее четырёх уровней. Валл'Иолет знал, практически, все разведывательные корабли цивилизации, но этот видел впервые, отчего он ему и не был знаком.

Вспыхнувшая над пультом управления голограмма, застала его врасплох и видимо, поняв это, смотревший с голограммы старший офицер космического флота, усмехнулся.

— Капитан "Спирай" Шер'Данн. — Представился офицер из голограммы, кивнув головой в приветствии.

— Капитан тридцать второго весспера Валл'Иолет. — Назвал себя после некоторой паузы, Валл'Иолет, то же приветствуя капитана "Спирай" кивком головы. — Мне приказано сопровождать "Спирай". Я хотел бы знать время старта и пространственный вектор.

— Мы уже стартовали капитан, а с вектором определимся, когда выйдем из системы Ураны. А сейчас, просто, держись за мной. — Голограмма погасла.

"Спирай" медленно повернулся и Валл'Иолет увидел огромную дюзу разведывательного корабля наливающуюся синим цветом. Дюза начала отдаляться и поняв, что "Спирай" направился по одному ему известному маршруту, Валл'Иолет резко двинул акселератор вперёд.

6

Гниз Вескари, состроив гримасу недовольства на своём упитанном лице, злым взглядом покруглевших глаз, смотрел на врезку пространственного терма перед собой, где отображалось испуганное лицо капитана дифферента.

— Ты испугался, имея двукратное превосходство. Ты недостоин касты капитанов. Убирайся! — Прошипел Гниз Вескари последнюю фразу.

Изображение с врезки исчезло. Гниз Вескари ткнул своим толстым пальцем в несколько клавиш на пульте перед собой и во врезке появилось ещё одно изображение крокана, в форме капитана космического флота.

— Ты назначаешься командиром соединения. — Заговорил Гниз Вескари без всяких предисловий. — Твоя задача уничтожить все корабли толлонов в околопланетном пространстве Роззы. Розза наша и присутствие около неё любых кораблей других цивилизаций не допускается. Уничтожь их все. Выполняй!

— Будет исполнено, гард адмирал! — Новоназначенный командир соединения боевых космических кораблей кроканов кивнул головой и его изображение исчезло.

Гниз Вескари ткнул в ещё несколько клавиш на пульте перед собой — во врезке появилось изображение одного из старпов, его непосредственного заместителя в штабе флота.

— Посмотри, какое соединение можно дополнительно отправить к Роззе. Чувствую, они обделаются там по полной. Возглавишь сам. И без сантиментов. Тотальная жесть.

— Будет исполнено! — Старп резко кивнул головой и его изображение исчезло.

Исчезла и врезка, будто старп унёс её с собой.

Гниз Вескари шумно и протяжно выдохнув, откинулся в кресле и уставился в пространственный терм, развёрнутый на всю стену его адмиральской каюты, испещрённый зелёными точками дифферентов. Их было столь много, что казалось звёзды исчезли, а их место заняли военные корабли цивилизации кроканов. Наконец-то сбылось желание его адмиральской жизни — он вёл военный флот цивилизации Кроканы к Толлоне, чтобы уничтожить эту цивилизацию чистоплюев. Полностью. Не оставив от них, даже, воспоминаний.

***

Гниз Вескари торопился. Ему было уже под пятьдесят — большая часть разумной жизни уже прожита, а его мечта ещё не исполнилась: он хотел быть Хранителем цивилизации кроканов, Великим Хранителем, чтобы о нём помнило не только нынешнее поколение, а и все следующие. Все, до единого. А для этого нужно совершить великое деяние, чтобы оно ярчайшим бриллиантом сверкало во всем последующем течении времени цивилизации кроканов. И это деяние он видел в тотальном уничтожении цивилизации толлонов. А потом... Нынешний Хранитель уже стар, Председатель — тоже, а в его руках огромный флот боевых космических кораблей и после уничтожения толлонской цивилизации уже никому, ничего доказывать не нужно будет.

К тому же, он заметил одну особенность своего тела — чем больше он находился в пространстве, тем медленнее старел его организм и потому последние годы, он, буквально, жил в пространстве. Семьи у него не было и потому неудобств этот способ жизни никому, кроме экипажа флагманского дифферента не доставлял. Никому об этой подмеченной им особенности своего организма он не рассказывал, надеясь с приходом вожделенных времён, воплотить эту особенность в благо для себя. Конечно, управлять цивилизацией из пространства будет достаточно беспокойно для него и наруку его недругам, но у него есть космический флот, как наглядное пособие по усмирению непокорной цивилизации, которое он, без колебаний, продемонстрирует своим недругам.

Чтобы было, что демонстрировать — все свои, более, чем двадцать лет адмиральства он строил, строил и строил боевые космические корабли: дифференты, тангары, верши — кораблей для выполнения специфических задач. Взяв строительство космических кораблей под своё непосредственное руководство, не доверяя никому, лишь себе. Всех кораблей было построено более ста восьмидесяти и теперь боевой космический флот под руководством Гниза Вескари составлял двести тридцать единиц, двести которых сейчас, в едином порыве, двигались в сторону планетной системы цивилизации толлонов.

***

— Гард адмирал! — Негромкий голос вывел Гниза Вескари из размышлений и заставил поднять взгляд на пространственный терм, развёрнутый во всю стену адмиральской каюты флагманского дифферента космического флота кроканов — с экранной врезки на него смотрел адъютант. — Командир Гос Седб. — Адъютант склонил голову.

— Пусть говорит. — Резким, недовольным голосом произнёс Гниз Вескари.

Изображение мигнуло и во врезке появилось другое лицо, уже старого крокана, с лицом испещрённым глубокими морщинами.

— Рад, масса адмирал. — Лицо крокана ушло вниз и во врезке появился его безволосый затылок.

— Что? Говори! — Проскрежетал Гниз Вескари.

— Станция смонтирована, масса адмирал. — Крокан поднял голову. — Есть все основания утверждать — они не знают о нас.

— Никаких оснований. — Заскрипел Гниз Вескари едва разжимая зубы. — Или — да, или — нет.

— Да, масса адмирал. — Во врезке вновь появился затылок Гос Седба. — Они не знают.

Ничего больше не сказав, Гниз Вескари опустил руку и нажал на клавишу под подлокотником кресла — изображение во врезке вновь мигнуло и в ней опять появилось лицо адъютанта.

— Госсе Блада. — Произнёс адмирал.

Врезка опустела. Гниз Вескари нервно забарабанил по подлокотникам, по его скулам заходили желваки.

Наконец во врезке появилось лицо ещё одного крокана. Крокан был достаточно молод и его лицо совершенно не имело морщин. Видимо крокан находился достаточно далеко от своего экрана и потому его лицо занимало не всю врезку и по одежде было видно, что он является старшим офицером.

Это был начальник штаба космического флота кроканов — Госсе Блад, ставленник недавно умершего Председателя Лой Воссари, которого тот сделал начальником штаба флота против желания Гниза Вескари. Он был гораздо моложе адмирала и все уже поговаривали, что Председатель готовит замену, ставшему не в меру строптивому, Гнизу Вескари, но Председатель был стар и не мог жить вечно. Гниз Вескари уже вознамерился убрать Госсе Блада из флота, но тот оказался, достаточно толковым офицером, да и спесь, после смерти Председателя с него, как-то, сошла и Гниз Вескари, против своего желания, сработался с ним, так как напрямую с ним контактировал очень редко, а все его приказы, получаемые через адъютанта, начальник штаба исполнял беспрекословно.

— Контроль установлен. — Заговорил Гниз Вескари спокойным, расслабленным голосом, будто и не был только что резок и нервнен, опережая приветствие начальника штаба. — Берёшь шестую и восьмую эскадру и к Толлоне. Задачу ты знаешь.

— Будет исполнено, гросс адмирал. — Госсе Блад склонил голову.

Гниз Вескари ткнул в клавишу под подлокотником, прерывая связь и уставился в пространственный терм.

Прошло совсем немного времени и внушительный рой зелёных точек, отделился от зелёного поля космического флота и уйдя в сторону, начал медленно удаляться.

Губы Гниза Вескари вытянулись в усмешке: его терпение скоро будет вознаграждено — оттуда, куда направился Госсе Блад с двумя эскадрами, он, навряд ли уже вернётся живым.

***

Адмиральский путь Гниза Вескари оказался совсем не гладким и если бы не железная рука Председателя Лой Воссари на шее Роты, то он не продержался бы в этой должности и года.

Номинально, Председатель был вторым лицом цивилизации и отвечал за исполнение законов и указов, которые принимала Рота, а первым лицом был Ротар — глава Роты, но Лой Воссари смог протолкнуть на эту должность, пожалуй, одного из самых порочных ротов и сразу же после избрания взял его в свои крепкие объятия, фактически, погрузив его в разврат и празднества, а сам занялся управлением цивилизацией по своему разумению, собрав вокруг себя самых реакционных и коррумпированных ротов, готовых за своё кресло перегрызть горло кому угодно и не гнушающихся никакими средствами для этого. Остальная часть Роты, со страхом в глазах, лишь молча прикладывала свой большой палец к терминалу при голосовании. Хранитель был особым лицом цивилизации — хранителем традиций. Его почитали, боялись, уважали, но как таковой, власти он не имел. Если Хранителем был волевой и деспотичный крокан, то он, обычно, и становился первым лицом цивилизации, но сейчас Хранитель был уже очень стар и фактически, отошедший от дел. Он был несменяем и исполнял эту должность до последнего своего вздоха. И потому, уже долгое время Лой Воссари, фактически, был всем. Но со временем его железная хватка начала ослабевать и в его окружении появились роты, не прочь сами занять, как кресло Ротара, так и пост Председателя и потому, удачно найденный, свой адмирал с могущественным космическим флотом был превосходным аргументом у Лой Воссари в борьбе за удержание власти.

Первый год службы для Гниза Вескари был, пожалуй, самым трудным и чрезвычайно опасным. На него было организовано два покушения, а уж сколько раз его пытались купить, он, пожалуй и сказать бы не смог. Предложения были, одно заманчивее другого, но Гниз Вескари каким-то неведомым ему чутьём понимал, что лишь поддержка его Лой Воссари, обеспечит ему будущее и потому, неизменно, докладывал Председателю о всех его недругах. Лой Воссари не церемонился со своими потенциальными врагами: или обирал их, заставляя рота платить огромные суммы за своё членство в Роте или же, если это оказывался хорезматичный рот, расправлялся с ним физически, используя для этой цели, чаще всего, своего протеже — Гниза Вескари. Так они оказались связаны незримой криминальной нитью и уже ни один из них не смог бы её оборвать, без самых тяжких последствий для себя.

Когда же Гниз Вескари смог разобраться в хитросплетениях борьбы во властных структурах цивилизации и понял, что Председатель, без поддержки его флота уже не сможет удержаться в своём кресле, буквально, обнаглел и уже сам начал диктовать Лой Воссари свои желания в том или ином случае, чем не раз вызывал гнев с его стороны. В конце-концов, Лой Воссари поняв, что Гниз Вескари, практически, потерял управляемость и представляет весомую угрозу его власти, вознамерился заменить его, но Гниз Вескари уже был окружён верными ему офицерами флота и был заручён поддержкой многих ротов, из числа тайных противников Лой Воссари и на все попытки Председателя сместить его нелегальным способом, предпринимал такие эффективные меры, что Лой Воссари сам не раз, едва удерживался наплаву. Они всё дальше и дальше отдалялись друг от друга. Единственное, что их как-то продолжало объединять — животная ненависть к цивилизации толлонов, которую они готовы были задушить даже своими собственными руками, лишь бы она навсегда исчезла с галактического лица.

И вот Лой Воссари не стало, несмотря на все усилия лучших медицинских светил цивилизации. Верные Гнизу Вескари роты предложили ему занять кресло или Ротара или Председателя, но Гниз Вескари, уже понявший, что пространство очень положительно влияет на жизненные функции его организма, наотрез отказался. Да, собственно, ему это уже не было нужно — его боялись все и вся в цивилизации и безо всяких задержек предоставляли все необходимые ресурсы для жизнеобеспечения его флота. Он стал сродни Ампу — могущественному мифическому существу обитающему в далёком пространстве и вершащему судьбы кроканов. Но всё же, он втайне мечтал стать Хранителем. Но Хранитель избирался лишь всенародным референдумом и устрашения тут, не всегда помогали. Тем более, у него, пока, ещё не было того весомого аргумента, который бы затмил всех других недоносков, пытающихся занять трон Хранителя.

Гниз Вескари с ещё большим энтузиазмом взялся за осуществление плана по уничтожению чужой цивилизации. Все ресурсы цивилизации кроканов были брошены на строительство дифферентов, тангаров и верш или по другому — поджигателей, представляющих собой огромный приплюснутый цилиндр, заполняемый специальной, очень активной горючей жидкостью для выжигания органической составляющей поверхностей планет. В жидкость добавили радиоактивный компонент и получилось настоящее чудовище для уничтожения всего живого. Испытания смеси провели на одном из зелёных спутников своей планетной системы — за несколько дней из зелёного, он превратился в чёрный безжизненный уголь. Температура была такая, что выгорела вся органика в почве на глубину до трёх десятков метров. Кислорода в атмосфере осталось не более трети. Не спасали ни подвалы ни убежища. За десять последующих лет на нём не появилось ни единого зелёного росточка. Единственным недостатком жидкости была водобоязнь: молекулы горючей смеси активно присоединяли водород и она распадалась на почти нейтральные компоненты. Все попытки кроканов решить эту проблему ни к чему не привели: даже массовые репрессии среди учёных не помогли и когда нависла угроза, что и этого достижения Гниз Вескари может лишиться по причине образовавшихся брешей в научных рядах, тогда было решено — водные океаны Толлоны не обрабатывать ею. Тем более, насколько кроканы знали — в океанах Толлоны, животный и растительный мир был очень беден.

Для ускорения строительства космического флота были модернизированы и вессперы: из них было удалено, по мнению Гниза Вескари, всё лишнее.

— Комфорт расслабляет воинов. Те экипажи, которые считают корабль отелем, флоту не нужны. — Заявил он перед строем служащих космофлота и все молча опустили головы, ещё больше развязав руки адмиралу.

Вещества массы не хватало, а надежда на захват грузовиков толлонов не оправдалась — было захвачено всего лишь два драффта, один же открыл свои люки и криил оказался в пространстве. К тому же Толлоны начали сопровождать свои грузовики и Гниз Вескари, потеряв при одной из попыток захвата в противоборстве с парой вессперов три дифферента, решил больше не рисковать своими боевыми кораблями. Не удалось сорвать и работу обогатительной фабрики толлонов на Роззе: мелкие диверсии большого эффекта не давали, а крупные не проходили, так как толлоны стали её тщательно охранять.

Тогда Гниз Вескари и принялся за основательную модернизацию дифферентов. Экипаж дифферента был сокращён с шести человек до трёх, что уменьшило груз жизнеобеспечения, а значит уменьшился вес корабля. В модуле управления стало свободнее и Гниз Вескари приказал уменьшить его размеры: из четырёх палуб были оставлены две, что ещё уменьшило вес дифферента и тогда было решено силовую установку корабля сделать менее мощной. Уменьшение мощности конверторов повлекло уменьшение его размеров, в крыльях стало свободно и они тоже были уменьшены: двухсотметровый корабль трансформировался в стапятидесяти метровый. Но модернизация не была просчитана должным образом, так как велась она не по расчётам ученых, а по указаниям адмирала и силовая установка была урезана слишком основательно, что заметно снизило и скорость дифферента и мощь его лазерных пушек, хотя корабль, из-за уменьшения массы, стал более вертлявым. Гниз Вескари был взбешён результатом, как ему казалось изначально, превосходной модернизации, но после некоторых раздумий восстанавливать прежние характеристики дифферентов не стал, так как высвободившие ресурсы позволяли увеличить количество боевых кораблей, что и перевесило его решение. Единственное, что решено было сделать — вместо двух лазерных пушек, на новых дифферентах установить четыре.

На создание космического флота было израсходовано огромное количество ресурсов планеты, все, и без того скудные, социальные программы были свёрнуты — цивилизация, практически, оказалась ввергнута в нищету и хаос. Связь между Кроканой и её одной колонией была утрачена, но это не останавливало Гниза Вескари: он брал от цивилизации, что хотел и сколько хотел.

И вот сейчас всё, что было создано, под его непосредственным руководством, двигалось в сторону толлонской цивилизации.

Путь предстоял долгий...

7

Прошёл почти год монотонного хода кортежа из разведывательного корабля и весспера. Валл'Иолет уже сжился со своим необычным экипажем и вахту в паре с механиком выстаивал вполне терпеливо.

Вторая пара: Сор'Аттар и Терр'Итора, фактически, стали настоящей семейной парой и практически, не расставались. Валл'Иолет некоторое время чувствовал повышенное к себе внимание Элл'Иссы, как он понял, затем девушки и были направлены в его экипаж, чтобы образовать пары, но отнёсся к её вниманию абсолютно равнодушно, хотя не раз видел её покрасневшие ободки глаз, указывающие, что она давала волю своим чувствам, но, в конце-концов, краснота её глаз исчезла, видимо она смирилась со своей участью и оставила его в покое, лишь вовремя приходя на вахту и тут же покидая её, по истечении времени дежурства, вне вахты стараясь не встречаться с ним. Валл'Иолет даже предложил ей свободное посещение вахты, но Элл'Исса, коротким — "нет", отвергла его предложение, терпеливо вынося свои тягости дежурства. Валл'Иолет не запрещал теперь ей следить за состоянием агрегатов весспера по экрану терминала, но когда он был ему нужен, бесцеремонно убирал с него, мешающую ему информацию.

"Спирай" оказался не таким резвым кораблём, каким его представил адмирал и дальше скорости в девять, с небольшим хвостиком, лью не продвинулся, хотя Шер'Данн изначально утверждал, что его проектная скорость не ниже двенадцати, так как его движитель оснащен такими же спиральными волноводами, как и тридцать второй весспер, но впоследствии он сослался на то, что корабль недобирает скорость по причине своей перегруженности. Шер'Данн так же запретил Валл'Иолету выбрасывать пустые контейнеры, мотивируя тем, что при основании колонии на планете они будут прекрасным строительным материалом.

Куда они идут, Шер'Данн так и не сказал, сославшись, что научный сектор экспедиции, всё ещё не решил окончательно, к какой первой планете они направятся, но так как путь был не близок и по времени должен был составить не менее десяти лет, то он приказал Валл'Иолету, просто идти следом, контролируя пространство и не досаждая бессмысленными вопросами.

Все попытки Валл'Иолета выпихнуть женскую половину экипажа весспера на "Спирай", тоже не возымели успеха: Шер'Данн провел ребром ладони себе по шее, произнеся с гримасой раздражения

— У меня и так все на плечах друг у друга сидят. Сам бы, с удовольствием, тебе с десяток отправил.

— Тогда давай махнёмся. — Валл'Иолет широко улыбнулся. — Я тебе свою женскую половину, ты мне мужчин.

— Ты в своём уме. — Шер'Данн постучал себя по лбу. — Экипаж тщательно сбалансирован. Полгода, перед стартом, притирались друг к другу. А новые личности, неизменно, создадут какие-то новые связи, которые приведут к ненужным разногласиям и недовольствам. Нет уж... — Он категорично мотнул головой. — Сам со своими разбирайся.

Связываться с Толлоной Валл'Иолету было категорически запрещено. Да и сам "Спирай" работал в режиме приёма, лишь один раз в десять дней отправляя короткие шифрованные отчёты о пройденном пути.

Иногда со "Спирай" передавали сообщения и для экипажа тридцать второго весспера: в основном это была информация от родственников. Ир'Инна прислала своё сообщение всего лишь один раз — это была просто голограмма с её изображением на фоне усадьбы. Валл'Иолет, как ни думал, так и не смог придумать приемлемого ответа, что могла означать эта фотография, так как Ир'Инна до сих пор, категорически отказывала ему в своём фото. Единственное, до чего он додумался: у неё всё в порядке. Эта голограмма теперь стояла на столе в его каюте. Со своей стороны, он отправил ей тоже всего лишь одно короткое письмо со словами — "Я вернусь".

Чтобы как-то разнообразить свой путь, Валл'Иолет начал не просто идти за "Спирай", а принимался или ходить вокруг него огромными кругами, или уходил далеко вперёд на один-два дня пути, вызывая негодование Шер'Данна и затем, снижая скорость, дожидался подхода разведчика, но всегда тщательно и неукоснительно контролируя безопасность пространства.

***

Хаара! Красивое лицо Валл'Иолета исказилось гримасой недовольства, когда зелёная точка "Спирай", вдруг, исчезла с купола спор. Что-то я увлёкся, как бы не потерять. Он чуть двинул акселератор назад, снижая скорость.

Подождав некоторое время и так не дождавшись появления на экране спор зелёной точки разведчика, ещё сдвинул акселератор назад, но отклик от разведывательного корабля так и не появился. Его рука в очередной раз легла на акселератор, но тут же сползла с него.

Медленнее нельзя, догонять долго. Ещё хуже, чем убегать. Шер'Данн не будет ждать. Скользнули у него досадные мысли.

Он принялся крутить головой, осматривая купол, надеясь, что просто дезориентировался и потому потерял точку разведчика из вида, но её, действительно, нигде не наблюдалось.

Со "Спирай" никакого сообщения не приходило: на разведчике уже привыкли к подобным выходкам капитана весспера, да и его сканер пространственного обзора был гораздо мощнее и весспер всегда контролировался.

Видимо почувствовав беспокойство капитана Элл'Исса молча заёрзала по креслу, но Валл'Иолет решил не высказывать своей обеспокоенности и тоже молчал.

В очередной раз пробежав взглядом по куполу, он, вдруг, увидел бледную зелёную точку несколько в стороне от предполагаемого им нахождения "Спирай". Брови Валл'Иолета поднялись чуть ли не до ежика волос на голове.

Хаара! Я потерял ориентацию? Замелькали у него тревожные мысли. Но это же невозможно. Я не менял курс. Что же тогда? Сбой и система ориентации увела весспер в сторону? Но я бы понял это. Но на такой скорости достаточно доли секунды, чтобы уйти неизвестно куда. Теперь уже бессмысленно скрывать это от Элл'Иссы.

— Ты своим бестолковым контролем, сбила систему ориентации? — Грубым, явно, недовольным голосом, произнёс он. — Оставь терминал в покое.

— Сбоя не было. — Пришёл бесстрастный ответ механика.

— Как не было? — Валл'Иолет повысил голос. — Нас увело от курса более чем на пятьдесят градусов. Посмотри... — Он вытянул руку в направлении на отображаемую зелёную точку и будто окаменел.

Только сейчас до него дошло, что; во-первых — пространственно-скоростные показатели точки были совершенно другими, нежели те, которые неизменно отображались рядом с точкой разведывательного корабля; во-вторых — отображалось не название корабля, а его идентификационный номер "106", который мог принадлежать лишь драффту; в-третьих — зелёная точка имела какой-то, нехарактерный, красноватый оттенок.

Хаара! Куда его несёт? К нам в компанию? Он что, решил, что на "Спирай" есть обогатительная фабрика. Бред какой-то. В недоумении Валл'Иолет поднял плечи. А может я чего-то не знаю? Может на "Спирай" есть, если не фабрика, то какая-то установка по обогащению криила? Тогда выходит капитан драффта знает наш вектор и идёт на соединение с нами. Но если Шер'Данн утверждает, что сам не знает вектор, то откуда его знает капитан драффта. А если ему Шер'Данн сообщил текущий вектор? Мы ведь, практически не меняли его. Но у него скорость ниже восьми и теперь мы уж мы точно будем ползти, как дохляки. Но зачем разведчикам эта головная боль? Сколько можно получить из криила привезённого драффтом вещества массы? Пару контейнеров, не больше. Да и на обогащение требуется огромное количество энергии. Хватит её у разведчика? Гораздо же проще было взять лишние контейнеры с Толлоны. Или, хотя бы, набить ими тот же драффт и отправить вместе с нами. Никакой логики. Даже с самой больной головой такого не придумать. Хаара! Чего-то я не понимаю.

Валл'Иолет подался к экрану терминала и ткнув в него несколько раз пальцем, вызвал панель связи и найдя идентификатор сто шестого драффта, активировал его — по вспыхнувшей над пультом управления голограмме пробежали какие-то неясные тени лиц и голограмма погасла.

Что за ерунда? Валл'Иолет поднял брови. Его спор не достает? Но ведь адмирал же говорил, что станции связи драффтов заменили на самые современные.

Валл'Иолет опять ткнул пальцем в клавишу вызова сто шестого драффта, но теперь голограмма вспыхнула на ещё более короткое время, практически, лишь мигнув.

Непонятно. Валл'Иолет состроил гримасу. Если голограмма появляется, значит его пространственный сканер видит меня. Но что тогда, неисправен? Что это за красноватый ореол вокруг него? А если он потому и здесь, что заблудился? Вдруг, всплыла у Валл'Иолета тревожная мысль. Нет связи, потерял ориентацию и ползёт теперь куда попало. Он посмотрел в предполагаемую сторону, нахождения "Спирай", но его точки всё ещё не отображалось на куполе. Если "Спирай" не видно, значит до него более двух дней пути. Хаара! Угораздило же! Состроив гримасу, Валл'Иолет покрутил головой. Если верить показаниям — до драффта менее суток. Но почему весспер его только что увидел? Он что, шёл под полем скрытия? А теперь — понял, что заблудился и снял? Но я никогда не слышал, чтобы они оснащались такими полями. Или чего-то не знаю? Хаара! Сбегать? Может у него действительно проблемы и ему требуется помощь? Шер'Данн будет недоволен. Ну и пусть. Я успею вернуться. Он повернул голову к механику.

— Там наш драффт. — Валл'Иолет выставил палец в направлении отображаемой зелёной точки на куполе. — Как-то странно он себя ведёт. Такое впечатление, что у него серьёзные проблемы. Пока "Спирай" не подошёл, сбегаем узнаем.

— Это невозможно. Мы не можем нарушить приказ. — Пришёл ответ Элл'Иссы.

— Мы успеем вернуться.

Валл'Иолет двинул акселератор вперёд, увеличивая скорость и наклонил панели управления — описав дугу в пространстве, боевой корабль толлонов, круто изменив курс, помчался навстречу проблемному грузовому кораблю своей цивилизации...

Прошло несколько часов бега. Скорость весспера подошла к девяти лью, но дальше увеличивать её Валл'Иолет не решался. Он периодически вызывал драффт, но неизменно получал лишь, на мгновение, вспыхивающую голограмму. Зелёная точка, которая теперь отображалась в центре экрана спор, подросла и красный ореол вокруг неё начал как-то странно расползаться в стороны, будто у зелёной точки отрастали красные уши. Сердце Валл'Иолета дрогнуло, от закравшегося подозрения. Будто подтверждая его тревогу, красные уши драффта, вдруг резко отпрыгнули от него, превратившись в самостоятельные точки и на вспыхнувших рядом с ними информационных ярлычках побежали цифры, показывая, что красные точки, резко увеличили свою скорость и начали приближаться к вессперу быстрее точки зелёной. Лицо Валл'Иолета исказилось гримасой досады — его подозрение подтвердилось — это были дифференты кроканов.

Вот оно что. Замелькали у него мысли. Они сопровождают захваченный драффт. Потому и проблемы со связью. Интересно они сами ведут драффт или экипаж заставили? Хаара! Двое. Боятся по одному. Главное не дать зайти с двух сторон. Если драффт модернизирован, то от него лучше держаться подальше. Если его ведут кроканы, непременно откроют огонь. Значит нужно увести дифференты от него. Что ж, поиграем, посмотрим у кого нервы крепче и техника круче.

Валл'Иолет ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления и повернул голову в сторону Эл'Иссы.

— Найди вторую пару. Передай, чтобы сидели по каютам и привязались к креслам. Покувыркаемся.

— Для этого есть линия связи. Я не имею права покидать вахту. — Раздался недовольный голос девушки.

— Я их не могу найти. — Валл'Иолет вновь постучал по той же клавише.

— Я...

— Это приказ! — Повысив голос произнёс Валл'Иолет. — За неисполнение приказа, я, как капитан, имею право отстранить тебя от службы и направить под домашний арест до возвращения из рейса. Ты этого хочешь?

Ничего не сказав, Элл'Исса поднялась и направилась из зала управления.

Едва за ней закрылась дверь, Валл'Иолет тут же вызвал на терминале экран управления дверью зала управления и заблокировал её, выведя на экран информацию с камеры, стоящей над дверью в коридоре.

Прошло совсем немного времени и Элл'Исса, у Валл'Иолета сложилось впечатление, что она прометнулась по кораблю, подобно молнии, уже стояла перед дверью зала управления, хлопая ладонью по пластинке идентификации, но дверь для неё оставалась безмолвной. Наконец, видимо, поняв, что произошло, она опустила руку — её лицо приняло одновременно и глупое и гневное выражение, жёлтые ободки зрачков глаз вспыхнули.

— Я приказал сидеть всем в каютах, привязавшись к креслам. — Стараясь придать голосу твёрдость, громко заговорил Валл'Иолет. — Или приказ капитана для вас уже ничего не значит?

Элл'Исса заметно вздрогнула и её глаза заметались по сторонам, но, видимо, наконец, осознав произошедшее, повернулась и медленно пошла прочь. Валл'Иолет отключил вывод информации с камеры над дверью: он добился того, чего желал — остался в зале управления один...

Чем ближе были красные точки, тем больше они отдалялись друг от друга, подтверждая худшее ожидание Валл'Иолета — дифференты пытались зайти с двух сторон. Чтобы не оказаться между ними, он резко сместил весспер влево, стараясь оказаться ближе к одному из них. Дифференты некоторое время шли прежними курсами, но затем, тот, к которому шёл весспер, видимо понял, что оказывается в не совсем выгодном положении и метнулся в сторону, но лишь усугубил своё положение, войдя в слабо контролируемый радиус.

Красные точки приближались, стремительно превращаясь на экране спор из жирных точек в жирные серые кружочки, однозначно показывающие свою принадлежность к дифферентам кроканов. Валл'Иолет сдвинул акселератор назад и дождавшись, когда скорость снизится до приемлемой величины, вызвал штурвал и взявшись за него, включил защитное поле, активировал оружие, жирные зелёные полосы которого на терминале штурвала показывали, что его накопители энергии максимально заряжены и оно готово выбросить в пространство свои испепеляющие, всё живое и нет, лучи. Скорость весспера была несколько больше скорости атаки. Валл'Иолет намеренно держал её чуть выше оптимальной, надеясь, как на свою реакцию, так и на своё поле, которое выбросил в пространство, в направлении пытающегося увернуться дифферента. Индикаторы захвата цели оружия были ещё чёрными, показывая её недосягаемость.

Валл'Иолет скосил взгляд на красную кляксу второго дифферента, которая сползала в правую часть экрана, но дифферент был ещё достаточно далеко, он, видимо, решил обойти весспер по широкой дуге, чтобы не попасть под луч выстрела и попытаться оказаться позади.

Левый дифферент приближался, превращаясь из серого кружочка в зеленоватый серп. Видимо, поняв, что маневр оказался запоздалым, экипаж дифферента развернул корабль носом в сторону весспера и сейчас он скользил как-то неестественно — полубоком. Кончики серпа дифферента горели яркими красными огоньками, недвусмысленно показывая намерение корабля кроканов — атаковать.

Индикаторы захвата цели на экране спор весспера всё ещё молчали, показывая недосягаемость дифферента. Не приносило никакой информации и поле Валл'Иолета.

Вдруг, кончики круглых крыльев дифферента ярко вспыхнули и в сторону весспера метнулись два красных луча. Валл'Иолет не успел осознать — это сработали, наконец, датчики захвата цели оружия весспера, или — это, просто, экран спор покраснел от пришедших от дифферента лазерных лучей, но его пальцы дрогнули и вжали клавиши управления выстрелом и в тот же миг два ярких зелёных сгустка, выплюнутые бластерами, умчались прочь.

Его мозг больно кольнуло. Он тут же вернул свое поле из пространства

Экран спор порозовел и покрылся густой сетью помех. Валл'Иолет бросил взгляд на цифры хронометра, пытаясь заметить, сколько времени понадобится системе для восстановления.

— Потеря защиты десять процентов. — Раздался металлический голос из пульта управления.

— Торопишься гад. Руки трясутся. — Процедил Валл'Иолет, отправляя нелестный отзыв в адрес капитана дифферента, пытаясь сквозь помехи рассмотреть происходящее в пространстве.

— Защита восстановлена. — Вновь раздался голос из пульта управления.

— Хм-м! Неплохо! — Удивился Валл'Иолет оперативности восстановления защиты, да и вообще тому, что она способна сама восстанавливаться.

Экран принял прежний вид и Валл'Иолет увидел большую зелёную кляксу, стремительно разрастающуюся по его центру — дифферент стремительно приближался,

— Хаара!

Неужели мимо? Досадная мысль больно кольнула мозг.

Он скосил взгляд в сторону — красная точка второго дифферента отображалась в той же стороне и он был ещё далеко. Валл'Иолет вернул взгляд в центр экрана.

— Потеря защиты один процент. — Прозвучало следующее сообщение.

— Ха-а-а! — Валл'Иолет догадался, что это сдали нервы у капитана второго дифферента и он выстрелил не дождавшись сближения на нужное расстояние.

— Цель захвачена. — Прозвучало ещё одно сообщение и в тот же момент Валл'Иолет увидел, что овал, принадлежащий спиралоновому излучателю стал ярко белым. Не раздумывая, он вжал клавишу выстрела. Весспер заметно вздрогнул. В центре экрана спор вспыхнула и начала стремительно разрастаться яркая, искрящаяся голубоватая клякса.

Валл'Иолет отклонил штурвал, уводя весспер в сторону, как от мчащегося на него искрящегося клубка, так и от стремительно приближающегося со стороны, другого дифферента. Несомненно, стрельба на повышенной скорости оказалась возможной и даже эффективной. Весспер второй модели был намного эффективнее своего старшего пращура. Он скосил взгляд на накопители оружия: бластерный излучатель был заряжен, но квадрат его прицела был чёрным; накопители лазерных пушек тоже были заряжены, но их круги лишь чуть розовели, показывая на недосягаемость цели; накопитель спиралонового излучателя был на нуле.

Голубая клякса на куполе уходила прочь, продолжая сыпать фонтаны искр и было не совсем понятно — выведен дифферент из строя или он ещё может стать дееспособным.

Может добавить ему? Валл'Иолет вновь скосил взгляд на накопители. Хаара! Но тогда я на какое-то время останусь без дальнодействующего оружия. Всплыла у него тревожная мысль. Смогу я противостоять второму дифференту лишь одними лазерами? Подожду! Если появится угроза с его стороны, тогда и добавлю. Решил он, возвращая взгляд на экран спор.

Прошло несколько томительных мгновений. Искрящийся голубой шар поблек и вдруг, будто его сдуло каким-то мощным потоком, начал стремительно отдалятся, а в сторону весспера теперь мчался рогатый дифферент с разгорающимися зловещим красным цветом, концами своих полуовальных крыльев.

По спине Валл'Иолета прошёлся неприятный холодок. Не раздумывая, он вжал клавиши выстрела — закрученные невидимыми магнитными полями зелёные кляксы бластеров метнулись навстречу дифференту. Видимо ушедшая энергия была столь велика, что весспер настолько ощутимо дёрнулся, что не ожидая подобной отдачи, Валл'Иолет едва не выпустил штурвал.

Но и капитан дифферента тоже не стал ждать оптимального сближения — кончики крыльев корабля кроканов ярко вспыхнули в сторону весспера метнулись два красных луча.

Отворачивать времени не было. С экрана спор в лицо Валл'Иолету ударил мощный поток красного цвета, заставив его прищуриться, но уже в следующее мгновение сработали светофильтры и экран потемнел.

— Потеря защиты сорок процентов. — Донёсся металлический голос информационной системы весспера.

Вдруг экран спор вновь наполнился красным цветом, заставив лицо Валл'Иолета исказиться гримасой недоумения и прищуриться.

— Потеря защиты сорок пять процентов. — Раздался бесстрастный голос из пульта управления.

— Хаара!

Валл'Иолет догадался, что это пришёл выстрел от второго дифферента, капитан которого, видимо, хотя бы как-то, пытался помочь экипажу первого дифферента. Он открыл глаза и бросив быстрый взгляд на штурвал, передвинул регулятор управления светофильтрами в более агрессивную зону — экран спор потемнел и в тот же миг в его центре вырос огромный, извергающий фонтаны искр, голубой шар. Валл'Иолет рванул штурвал влево — весспер задрожал, его ощутимо встряхнуло.

— Потеря защиты семьдесят процентов. — Раздался бесстрастный голос.

Хаара! Зацепил! Молнией мелькнули у Валл'Иолета досадная мысль на свою нерасторопность. Но раз цел, значит лишь чуть. Только бы не подставить хвост второму? Появилась у него уже мысль тревоги.

Экран потемнел. Валл'Иолет прометнулся по нему взглядом: поле сражения теперь было справа от него. Ближний дифферент был окутан плотным голубым ореолом, сквозь который пробивались острые, будто иглы серые струи, несомненно, дыма. Не сворачивая, он мчался прочь. Но вот по ореолу побежали мощные волны, перекрашивая его в розовый цвет и в следующее мгновение в пространстве стремительно вырос огромный красный круг, вырвав у вечности кусочек тьмы и перекрасив его в кровавый цвет.

Негромко хмыкнув, Валл'Иолет отвёл глаза и скользнул взглядом по экрану — второй дифферент, уже был близко, так как выглядел на экране, как большой серый круг и несомненно, весспер скоро будет, в полной мере, досягаем для его оружия. Драффт был ещё далеко, хотя выглядел уже жирной зелёной кляксой.

Валл'Иолет бросил взгляд на цифры хронометра — с момента первого выстрела не прошло и полуминуты, а впечатление складывалось о времени боя целого часа. Информационные панели оружия на штурвале показывали, что заряженным был лишь один накопитель импульсных лазеров. Но это было самое короткодействующее оружие из мощных.

По спине Валл'Иолета скользнул холодок — весспер перед приближающимся дифферентом сейчас был, будто, нагишом.

— Защита восстановлена на пятьдесят процентов. — Озвучилось сообщение.

Валл'Иолет ещё больше повернул штурвал, уводя весспер в сторону от зоны взрыва и ещё раз стрельнул взглядом по терминалам оружия штурвала: лазерные пушки были готовы к стрельбе; из дальнодействующих лишь накопление энергии для бластера подходило к середине его емкости; накопитель спиралонового излучателя, практически, был пуст. Он перевёл взгляд на уровень защитного поля — он медленно подползал к шестидесяти процентам.

А если по другому? Вдруг всплыли у него слова старого конструктора, о возможности направлять в оружейные накопители повышенную мощность.

Он ткнул несколько раз пальцем в сенсорный экран терминала и вызвал панель распределения мощности конвертора — на зарядку оружия сейчас шло сорок процентов его мощности. Он ещё раз пробежался пальцами по сенсорам терминала и скосив взгляд на индикатор мощности конвертора, резко ткнул в ещё один сенсор — индикатор мощности конвертора резко подпрыгнул и заплясал красной зоне.

— Хаара! Долго он протянет в красной зоне? Мне бы только одну зарядку. — Прошелестели губы Валл'Иолета. — Ну и жрут же излучатели.

Он поднял голову и вновь скользнул взглядом по экрану, пытаясь оценить своё положение: драффт еле полз, что показывало, что в бой вступать он не собирается; второй же дифферент стремительно приближался, сверкая в вечности тьмы своими раскалёнными кончиками изогнутых крыльев. Возможно спиралоновый луч и достал бы дифферент, но его накопитель был заряжен едва на четверть, а для бластерного излучателя он был ещё далеко Но как близок был весспер излучателям дифферента, Валл'Иолет мог лишь предполагать, так как толлоны и кроканы своими военными секретами уже давно перестали делиться и о модификациях дифферентов не было известно, практически, ничего.

Если движители их кораблей имели примерно одинаковую структуру, так как работали на одном и том же принципе, да и динамику дифферента всегда можно было проанализировать со стороны, то его оружие для толлонов было загадкой и его энергетические характеристики были неизвестны, так как никаких показательных стрельб друг другу они до сих пор не устраивали. Так же мало, что было известно и о пространственных сканерах кроканов: чувствительность, дальность, разрешение были лишь косвенными догадками, потому, как это были уже далеко не те характеристики, с которыми были переданы технологии их строительства. И лишь сейчас, в результате первого осмысленного боя, Валл'Иолет уже начинал представлять: насколько эффективен будет выстрел дифферента с того или иного расстояния. И так как кроканы не отличались большим терпением и были весьма вспыльчивы, то выстрел мог произойти в любое мгновение.

Состроив гримасу, Валл'Иолет покачал головой — у его прежней двойки шансов выиграть бой у этих двух дифферентов был невелик.

И дифферент неприменул оправдать ожидание Валл'Иолета — концы его крыльев ярко вспыхнули и в сторону весспера метнулись четыре красных луча.

Это оказалось настолько неожиданным, что лоб боевого капитана толлонов стал мокрым — до сих пор было известно о двух излучателях дифферента, сколько их и было у первого, а у второго их оказалось четыре и несомненно, мощность воздействия от четырёх лучей была гораздо выше. Выходило, что кроканы тоже не сидели сложа руки, а модернизировали свои боевые корабли. Экран спор заполнился кровавым цветом, придав обстановке в зале управления признак настоящей мистичности.

— Потеря защиты восемьдесят процентов. — Донёсся металлический голос, заставивший голову Валл'Иолета невольно втянуться в плечи.

Хаара! Следующим же выстрелом он превратит меня в набор элементарных частиц. Сколько будет заряжаться его накопитель. Я же ничего не вижу! Молниями заметались в голове Валл'Иолета мысли тревоги. И куда теперь? Он замер в раздумье. А если так.

Валл'Иолет резко повернул штурвал вправо и весспер помчался вперёд став едва ли не бок. Через несколько мгновений Валл'Иолет резко повернул штурвал влево и весспер натужено прохрипев, перевернулся на другой бок. Экран потемнел и Валл'Иолет придал вессперу нормальное положение — в центре экрана спор разрастался в размерах рогатый корабль, кончики его крыльев были лишь чуть розовые.

— Что гад, поистратился! — Губы Валл'Иолета вытянулись в широкой усмешке. — Так я пополню твои накопители.

Он бросил взгляд на овал прицела спиралонового излучателя — он был белого цвета. Не раздумывая, Валл'Иолет вжал клавишу выстрела и невидимый пучок сверхтяжелых частиц вырвавшись на свободу, метнулся навстречу чужому кораблю. В следующее мгновение, дифферент, буквально, встал вертикально, будто закрывшись от опасного для себя излучения своими руками-крыльями. Его изображение приняло какой-то нестабильный характер, будто он начал вибрировать, скорость начала резко падать.

Валл'Иолет опустил взгляд и у видев, что накопитель бластера полностью заряжен, вжал клавишу выстрела — никаких изменений на экране не произошло, никакие зелёные сгустки не ушли вдаль. По спине Валл'Иолета скользнул холодок тревоги. Скорее машинально, нежели осознанно, он одновременно вжал все клавиши стрельбы импульсных лазеров — пространство озарилось красными лучами; на корпусе дифферента замигали цветные блёстки, которые становились всё ярче и ярче и наконец слились в сплошную радугу цвета, над дифферентом заструились тонкие светлые струи. Скользящий вертикально боевой корабль кроканов уже грозил врезаться в весспер и Валл'Иолет отклонив штурвал, послал весспер вниз. Огромное разорванное кольцо дифферента скользнуло по экрану, уйдя Валл'Иолету куда-то за спину и заставив его голову втянуться в плечи. Весспер сильно тряхнуло и его нос пошёл вверх.

Хаара! И я тоже становлюсь на дыбы? Молнией мелькнула у Валл'Иолета тревожная мысль и он отклонил штурвал — весспер выровнялся.

— Хаара!

Валл'Иолет повернул штурвал и описав крутую дугу, весспер развернулся. Дифферент удалялся, кувыркаясь в пространстве, будто споткнувшись о какое-то препятствие и изрыгая во все стороны яркие струи огня. Весспер лёг на обратный путь.

Валл'Иолет скосил взгляд на оружейные накопители: уровень заряда накопителя бластера стоял на нуле и создавал впечатление, что накапливать энергию он и не собирался; накопитель спиралонового излучателя быстро скользил к максимуму; уровень защитного поля застрял где-то на семидесяти процентах и стоял дёргаясь туда-сюда, будто раздумывая, стоит ли восстанавливаться до конца, если опять придётся исчезать. Валл'Иолет перевёл взгляд на индикатор мощности конвертора — тот уверенно упирался в потолок красной зоны. Состроив гримасу, Валл'Иолет несколько раз ткнул пальцем в сенсоры экрана терминала — полоса мощности конвертора, подёргавшись, поползла вниз, конвертор входил в нормальный режим преобразования.

Валл'Иолет вновь перевёл взгляд на экран спор: кувыркание дифферента замедлялось и вскоре он заскользил хвостом вперёд, с направленными концами крыльев в сторону весспера. Никаких огненных струй из него уже не извергалось. У Валл'Иолета по спине пробежал холодок и он резко крутанул штурвал, уводя весспер из-под возможной атаки, но дифферент никак не отреагировал на его маневр, продолжая скользить в неизменном положении.

— Что это я? — Валл'Иолет шумно выдохнул. — У него же кончики крыльев чёрные. — Его губы вытянулись в широкой усмешке.

Он двинул акселератор вперёд, намереваясь догнать дифферент и бросил взгляд на цифры хронометра — ещё не прошло и двух минут с начала его сражения с боевыми кораблями кроканов. Он опять уставился в экран спор.

Если я подойду вплотную, смогу проникнуть своим полем внутрь него и определить, есть ли там кто-то живой? Появилась у него мысль любопытства...

Дифферент, быстро разрастаясь в размерах, заслонял собой звёзды на экране спор. Валл'Иолет, повернув штурвал, описал вокруг дифферента круг, внимательно рассматривая его. Он впервые, так близко, имел возможность внимательно рассмотреть кроканский боевой корабль и его размеры впечатляли.

Корпус корабля кроканов был покрыт множественными искорежинками, будто нарывами, но были ли они сквозными, было непонятно. Каждое крыло дифферента было ничуть не меньше весспера. Его же центральная часть была раза в три толще крыльев и выглядела мощным прямоугольником с овальной передней гранью. Вся же центральная часть овала модуля управления, скорее всего, представляла собой огромный иллюминатор; противоположная часть была чёрной и просматривалась очень плохо. Из каждого крыла дифферента, торчали по три раструба движителя, с некоторым уменьшением от раструба у модуля управления, но никакого свечения сейчас ни из одного из раструбов не наблюдалось.

Валл'Иолет очень аккуратно подвёл весспер к модулю управления дифферента и выбросил своё поле в направлении его иллюминатора — никаких полей живых организмов за иллюминатором не чувствовалось. Он попытался просканировать своим полем пространство внутри дифферента за иллюминатором, как можно дальше, но ворвавшееся ему в голову мощное энегополе, вздыбило его мозг, будто норовя разорвать на тысячи фрагментов. Валл'Иолет тут же вывел поле из дифферента и несколько раз глубоко и протяжно вздохнул.

Может долбануть по нему ещё раз из спиралоного излучателя? Но как это будет смотреться с этической стороны? Замелькали у него противоречивые мысли. А кто об этом узнает? А моя совесть? Не будет она глодать меня всю мою оставшуюся жизнь? Как жить с такой ношей, тем более, уже одна тайна у меня есть? Не надорвут ли они мой разум?

Глубоко вздохнув, он покрутил головой, осматривая купол — чуть в стороне от центра висела зелёная точка драффта. Грузовик был неподвижен.

Схожу-ка к нему, а этот никуда не денется. Позже разберусь. Решил он, машинально взмахивая рукой.

Развернув весспер, чтобы драффт оказался в центре экрана, Валл'Иолет двинул акселератор вперёд...

Драффт оказался ни агрессивен, ни дружелюбен и никак не отреагировал на подход весспера. Описав вокруг него круг, Валл'Иолет понял, что конвертор драффта заглушен, даже рулевые дюзы были черны и не удерживали его в стабильном состоянии покоя и он неторопливо скользил в пространстве, медленно крутясь.

Валл'Иолет высвободил своё поле и попытался проникнуть внутрь драффта, как ему показалось — это ему удалось, так как он почувствовал среди нескольких слабых энергополей биополе живого организма. Но было оно какое-то странное, не похожее на биополе толлона.

А если там крокан? Появилась у него тревожная мысль. А откуда он знает наши системы? А если разобрался? А если пристыковаться? Время! Острая мысль больно кольнула мозг. Сколько же прошло, как я отклонился от вектора следования? Он бросил взгляд на цифры хронометра. Ну и ну! Почти две трети суток. Пожалуй, ещё пара часов и нужно возвращаться к "Спирай". Наверное, всё же придётся догонять. Шерр'Дан выскажет всё, что думает. Нужно осмотреться.

Валл'Иолет вернул поле и вытянув руку к экрану терминала, несколько раз ткнул в него пальцем, переключая купол с отображения пространства в режим ближнего обзора и закрутил головой осматриваясь. Увиденный в лучах света весспер заставил его лицо исказиться гримасой тревоги — бластерных излучателей не было, на их месте торчала лишь обрубленная опора. Самая верхняя часть шипа тарка была срезана будто бритвой и из него струился серый дым. В нескольких местах корпус имел не серебристый, а черный цвет, видимо защита на этом месте была всё же пробита. Скорее всего выстрелом второго дифферента.

Хаара! Теперь к дифферентам в наглую не сунешься. Запасные пушки навряд ли есть на "Спирай". Шер'Данн будет взбешён. Валл'Иолет досадно покрутил головой. Может хотя бы шип тарка его техники смогут, как-то, восстановить. Но всё же весспер показал себя превосходно. Старая модель, навряд ли бы, так легко выдержала лазерный залп от второго дифферента. В следующем бою обязательно попытаюсь воспользоваться полем скрытия. А иначе, как теперь без бластеров. А спаренные лазерные пушки у второго дифферента недурны. Тяжело будет против них нашей старой модели.

Валл'Иолет вернул экрану спор привычный вид и ткнул пальцем в несколько сенсоров экрана терминала.

— Экипажу немедленно быть в зале управления. — Произнёс он и откинувшись в кресле, вновь уставился в экран спор.

Прошло совсем немного времени и позади кресла раздался громкий шорох и быстрые шаги. Мелькнувшая Элл'Исса оказалась в своём кресле и её пальцы забегали по экрану терминала.

Валл'Иолет повернул голову в её сторону — щека девушки с его стороны была какая-то неестественно большой. Валл'Иолет развернулся вместе с креслом — в дверях стояла вторая пара экипажа весспера. У Терры'Итор через всю щеку тянулась яркая царапина, у пилота ярко алела рассечённая бровь. Губы Валл'Иолета вытянулись в усмешке.

— Я же приказал привязаться. — Он вскинул брови и повернул голову в сторону Элл'Иссы. — А ну посмотри на меня! — Громким голосом произнёс он.

Девушка крутанула головой и тут же отвернулась, но Валл'Иолету этого мгновения хватило, чтобы увидеть, что её щека сильно припухшая и вокруг глаза красуется синяк.

— Хотя вы и наказали сами себя неисполнительностью, но я подумаю, как ещё вас наказать. — Заговорил он. — Мне удалось отбить у кроканов захваченный ими драффт. — Он поднял руку и указал пальцем на экран спор. — Сейчас я пристыкуюсь к его переходному шлюзу и вы, все трое, попытаетесь открыть его и проникнуть внутрь. Если не удастся открыть переходный люк с панели драффта, подстыкуйте к нему наш кабель. Возможно у него проблемы с энергией. — Он выставил палец в направлении пилота. — Прицепи камеру, чтобы я мог наблюдать вашу работу. И все включите связь, чтобы я слышал вас. Имейте ввиду, там кто-то есть. Я думаю — это крокан. Но насколько я чувствую — он один. Вы должны с ним справиться. Из шкафа с оружием в ангаре возьмите трассы. Надеюсь, в академии вас научили пользоваться ими. Система управления драффта ничем принципиальным не отличается от системы управления весспера. Разберётесь. Выполняйте!

— Да капитан! — Вторая пара кивнула головами и повернувшись, направилась из зала управления.

Валл'Иолет повернулся к Элл'Иссе.

— Вы что-то не поняли, господин младший офицер? Это приказ. — Громким голосом произнёс Валл'Иолет.

Элл'Исса, будто подброшенная пружинами, вскочила с кресла и повернувшись, так, чтобы её лица Валл'Иолет не видел, выбежала из зала управления.

Проводив её долгим взглядом, пока она не исчезла из вида, Валл'Иолет, вместе с креслом, повернулся к пульту управления и ткнул пальцем в экран терминала — всё разноцветье его панелей осыпалось в его нижнюю часть, а его большая часть сделалась серой. Прошло достаточно много времени, пока, наконец, в серой части терминала появилось изображение круглого серого люка и донёсся голос Сор'Аттара.

— Мы у переходного шлюза, господин капитан.

— Ждите! Сейчас я пристыкуюсь.

Переведя нижнюю полусферу спор в обзорный режим работы ближнего пространства, Валл'Иолет взялся за штурвал и отклонив его, послал весспер вверх, направляясь к верхнему переходному шлюзу модуля управления драффта, так как у весспера переходный шлюз был лишь в ангаре.

Все переходные шлюзы у цивилизации толлонов имели автономные источники питания. С одной стороны — это было чрезвычайно удобно — в случае аварии космического корабля, шлюз можно было открыть и проникнув внутрь корабля, оказать помощь экипажу. С другой — этим же способом мог воспользоваться и враг и потому шлюзы имели систему опознавания свой-чужой, получающую питание от того же автономного источника.

Повесив весспер над круглым люком модуля управления драффта, Валл'Иолет включил режим синхронизации и уставился в экран, где вспыхнули два кольца: зелёное — драффта и красное — весспера, имеющие значительное смещение относительно друг друга. Активно манипулируя штурвалом, Валл'Иолет совместил кольца и они слившись воедино запульсировали ярким зелёным цветом. Включив режим стабилизации весспера относительно драффта, Валл'Иолет разблокировал люк весспера и послал команду на постройку переходного шлюза. Прошло несколько томительных минут, прежде, чем из пульта управления донёсся металлический голос.

— Переходный шлюз построен. Герметичность установлена. Переход возможен.

— Команде от капитана. — Заговорил Валл'Иолет. — Шлюз построен. Переход разрешён. Попытайтесь открыть люк драффта.

— Да, господин капитан! — Пришёл ответ Сор'Аттара и по экрану терминала замелькали его ноги идущие по лестнице.

Появился серо-зелёный круг, достаточно отчётливо выделяющийся на более тёмном корпусе драффта. Сбоку от круга торчала притопленная в корпус массивная скоба.

— Потяни за скобу и поверни вправо. — Произнёс Валл'Иолет.

— На экране мелькнула стенка шлюза и появилось изображение Терры'Итор, стоящей на ступеньке лестницы и сжимающей ручку, пристёгнутого к руке трасса, направленного вниз.

— Только не в меня. — Раздался голос Сор'Аттара и вновь по экрану промелькнула стенка шлюза и появились руки, тянущиеся к скобе.

Скоба пошла вверх и повернулась вправо. Раздался громкий щелчок и серо-зелёный круг опустившись, скользнул в сторону, открыв нишу, за которой был ещё один такой же круг. Сбоку на стенке драффта красным цветом светился небольшой терминал.

— Опустите кабель из весспера и подсоедините к терминалу драффта. — Заговорил Валл'Иолет. — Если терминал станет зелёным, ткни в него рукой.

Под руками Сор'Аттара тут же появился кабель с блестящим штекером на конце. Взявшись за штекер, Сор'Аттар воткнул его в гнездо под терминалом. Терминал тут же вспыхнул ярким зелёным цветом и рука второго пилота весспера тут же заслонила его. Нижний люк переходного шлюза драффта пошёл вниз и тут же отдалился, видимо Сор'Аттара отпрыгнул от него. Люк скользнул в сторону и в тот же миг по экрану терминала перед Валл'Иолетом сверкнул яркий красный луч.

— Ой-й-й! — Донёсся громкий женский крик и по экрану терминала мелькнуло человеческое тело, летящее вниз.

Вслед за ним замелькали стенки шлюза и затем на экране терминала появился мрачный серый коридор. Мелькнули несколько ярких красных сполохов и донеслись глухие звуки выстрелов трасса. Затем появились два человеческих тела, лежащие друг на друге. Верхнее тело, явно, принадлежало женщине и скорее всего это была Терра'Итор.

Хаара! Лицо Валл'Иолета исказилось гримасой досады. Это моя вина. Слишком беспечно ломились. Будто домой. Знали же, что там крокан.

— Она жива!? — Выкрикнул он.

Женская фигура приблизилась и по экрану терминала замелькали мужские руки — к одной из них был пристёгнут трасс.

— Кажется жива. Но без сознания. — Раздался голос Сор'Аттара. — Луч вошёл в бок и вышел через плечо.

— Крокан?

— Я всадил в него три полных заряда. Чёрнеет на глазах.

По экрану терминала скользнули мрачные стенки металлического коридора и появился чёрный зев переходного шлюза, из которого торчали ноги. Затем вновь появилось изображение Терры'Итор.

Валл'Иолет перевёл взгляд на экран спор: в его левой части появилось зелёная точка, идентифицированная, как "Спирай"; справа наблюдались три крохотных красных точки, явно, двигающихся в сторону только что произошедших событий.

Хаара! Успели вызвать подкрепление. Где-то недалеко были. На лице Валл'Иолета застыла маска тревоги, он уставился в цифры рядом с красными точками. Через тридцать часов будут здесь. А "Спирай"? Он перевёл взгляд на зелёную точку. Двенадцать часов. Хаара! А если увидят его. Он вновь перевёл взгляд на экран терминала.

— Кроканов больше нет в драффте. Опасаться некого. — Заговорил Валл'Иолет. — Оставь Терру'Итор механику, а сам найди зал управления и попытайся активировать конвертор.

— Но господин капитан...

— Поторопись! — В голосе Валл'Иолета скользнули нотки раздражения.

На экране терминала появилось изображение Элл'Иссы, склонившейся над телом Терры'Итор и расстегивающей у ней на груди комбинезон. Затем замелькали мрачные стенки коридора.

— Фу-у! — Раздался, явно, взволнованный голос Сор'Аттара. — Они все здесь.

— Кто там? Кроканы? — С тревогой в голосе поинтересовался Валл'Иолет.

— Экипаж драффта. Лежит на полу около зала управления с чёрными дырами на груди.

По экрану терминала замелькали лежащие на спинах толлоны с большими чёрными пятнами на зелёных курточках.

— Позже! Позже! Попытайся активировать конвертор.

Наконец на экране терминала отобразился пульт управления драффта.

— Центральная часть пульта управления. Верхний ряд клавиш. — Подсказал Валл'Иолет.

По экрану терминала замелькали руки и пульт управления драффта расцветился индикаторными панелями. Весспер качнулся.

— Отлично!

Валл'Иолет вскочил с кресла и бросился прочь из зала управления, направляясь в ангар.

Оказавшись у переходного шлюза, он нырнул в него и дотянувшись до коннектора, рассоединил его — нижний люк переходного шлюза драффта выскользнул из ниши и поднявшись, закрыл отверстие. Затем, взявшись за скобу, Валл'Иолет повернул её — верхний люк драффта тоже занял своё место. Щёлкнув, скоба ушла в корпус. Поднявшись из переходного шлюза в ангар, Валл'Иолет вытащил кабель и нажал несколько клавиш на терминале, рядом с шлюзом — выскользнувший из ниши весспера верхний люк занял своё место, отгородив ангар от пространства. Подождав ещё некоторое время, пока на экране терминала не вспыхнуло сообщение о том, что переходный шлюз убран и герметичность весспера установлена, он побежал в зал управления и усевшись в кресло, взялся за штурвал и аккуратно отвёл весспер от драффта. Затем перевел нижнюю полусферу в обзор пространства и пробежал по экрану спор внимательным взглядом: и зелёная точка "Спирай", и три красных точки дифферентов стали ближе. Он убрал штурвал и ткнул пальцем в экран терминала и вызвав меню связи, нашёл сто шестой объект и активировал с ним связь — над пультом управления вспыхнула пустая голограмма.

— Сор'Аттар! Отзовись! — Громко произнёс Валл'Иолет.

— Я помогаю Элл'Иссе. Луч прошёл в её теле не слишком глубоко, но всё же мы не можем привести её в чувство. Ей нужна срочная помощь. — Раздался еле слышимый голос Сор'Аттара.

— Немедленно в зал управления! Это приказ! — Со злом в голосе заорал Валл'Иолет. — Не выполнишь, я сам в тебе дыру сделаю.

Прошло несколько томительных для Валл'Иолета мгновений, пока, наконец, в голограмме появилось обеспокоенное лицо Сор'Аттара.

— Терре'Итор нужна квалифицированная медицинская помощь. — Заговорил пилот. — Её нужно срочно доставить на "Спирай".

— Вот и доставь! — В голосе Валл'Иолета продолжали скользить нотки злости. — Ты, Элл'Исса и Терра'Итор остаётесь в драффте и ведёте его к "Спирай". Пространственный вектор триста десять, сорок шесть, сорок восемь от космодрома Толлоны. Если разведчика ещё нет на экране спор, то вот-вот должен появиться. Сориентируешься. Поступаете в распоряжение капитана "Спирай" Шерр'Данна. Свяжись с ним. Код связи ты знаешь. Я ухожу.

Ткнув пальцем в экран терминала, Валл'Иолет погасил голограмму и положив руки на панели управления, сориентировал весспер на приближающиеся красные точки и резко двинул акселератор вперёд.

8

Правильно ли я поступил, ввязавшись в драку с дифферентами? Размышлял Валл'Иолет, откинувшись в кресле и уставившись в экран спор, в центре которого ярко алели три красные точки кроканских кораблей, идущих ему навстречу. Что было бы, если бы я ушёл к "Спирай", а не бросился спасать драффт. Через день, определённо, мы были бы на экранах их пространственных сканеров. Погнались бы они за нами, видя, что в охранении гражданского корабля всего один весспер? Или стали бы ждать подкрепление? Допустим, я вступил бы в бой с ними и произошло то, что произошло. Но они бы передали наш пространственный вектор и пришедшие другие дифференты могли бы пойти по нашему следу или вообще где-то перехватить нас. Их могло бы тогда быть уже не два, а пять или десять. С таким количеством я бы, однозначно, не справился. И что? Экспедиции конец. Нет! Всё же я поступил правильно — уничтожив их. Моя совесть, хотя бы чиста. Я отбил драффт и сейчас уведу в сторону от "Спирай" и эти корабли, и они ничего не узнают об экспедиции. Но куда они вели драффт? Определённо не к Крокане. Значит где-то там у них есть колонизированная планета? Но если курсы дифферентов и разведчиков пересеклись, значит мы о ней не знаем. Ерунда какая-то. Может Шер'Данн надеялся проскочить незамеченным? Плохая у него оказалась надежда. Всё же, не зря меня пристегнули к нему. Видимо знали, что придётся отпугивать кроканов? Вот я и отпугнул. И что дальше? Как отнесётся к моему поступку Шер'Данн. Доложит на Толлону? И что, посадят под домашний арест? Губы Валл'Иолета растянулись в широкой улыбке. По крайней мере, здесь, я этого не узнаю. Шерр'Дан не решится связаться со мной. Он очень ответственный и исполнительный капитан. Вот и отлично.

Валл'Иолет всмотрелся в цифры пространственных показателей приближающихся красных точек — несомненно, это были дифференты. До встречи оставалось ещё, как минимум, три часа.

На какое расстояние стоит подпустить их? Пары часов будет достаточно или рискнуть до часа? Изменил он тему своих размышлений. Что они думают сейчас обо мне? Что им навстречу идёт какой-то сумасшедший толлон? А может они думают, что это драффт возвращается под их защиту? Что передали уничтоженные дифференты? Стоило окончательно уничтожить второй дифферент или я поступил правильно, сыграв в миролюбие? А вдруг в нём команда не пострадала и теперь эти дифференты не захотят возиться со мной и направятся к нему для оказания помощи? Придётся постараться, чтобы захотели.. Лёгкая усмешка тронула губы Валл'Иолета. А если экипажу удастся восстановить корабль и он, увидев "Спирай", пустится вдогонку, да ещё и эти потянутся за ним? Да нет, пожалуй они его не догонят, скорости у них примерно одинаковы, а на долгий путь у дифферентов вещества массы не хватит. А я тогда зачем, если не вмешаюсь? Если только сообщат куда-то и другие дифференты выйдут на перехват. А справится "Спирай" с одним дифферентом, если тот, действительно, сможет восстановиться? Лазеры у него не хуже, чем у дифферентов. Да нет, всё это мои домыслы. Валл'Иолет широко улыбнулся. Сейчас, во чтобы то ни стало, нужно увести эту тройку за собой. Но как их привлечь, чтобы выглядело поэффектней? Чтобы забыв обо всём, они бросились за мной? Чтобы поверили в мою беззащитность?

Валл'Иолет вновь скользнул взглядом по экрану спор — никаких других цветных точек в обозреваемом пространстве пространственным сканером его весспера, кроме приближающихся трёх красных точек, не отображалось.

Валл'Иолет глубоко и протяжно вздохнув, двинул акселератор назад, снижая скорость весспера и чуть повернул панели управления, изменяя курс.

Время шло, а дифференты никак не реагировали на его маневр, будто не видели одинокий весспер. Прошло около получаса — весспер, ведомый Валл'Иолетом всё дальше уходил в сторону от пути следования кроканского трио. Полный недоумения, Валл'Иолет вновь изменил курс, теперь уже пытаясь по дуге обойти корабли кроканов, чтобы оказаться позади них, давая, явный, намёк капитанам дифферентов на свою решительность.

Видимо так и поняв его намерение, корабли кроканов начали перестроение: идущие крайними увеличили свои скорости и начали смещаться в сторону весспера. Средний корабль продолжал идти с прежней скоростью и прежним курсом.

У Валл'Иолета тут же появились подозрения, что средний корабль не дифферент...

Пространственный сканер толлонов — спор, видел движущиеся объекты достаточно далеко, но определяя лишь их скорость и пространственный вектор, а что-либо об их массе начинал сообщать, когда объект оказывался достаточно близко, не далее часа-двух пути до него, когда анализаторам становился доступен спектр выбросов его движителей и более-менее делался видим объём объекта. Если же он был за этим радиусом, то все объекты для спор были одинаковой массы, что вызывало раздражение у капитанов космических кораблей. Учёные Толлоны, как могли, пытались решить эту проблему с помощью различных улучшений работы пространственных анализаторов, но точность от всех этих ухищрений пока была невелика...

Хаара! Валл'Иолет недовольно поморщился. Что это может быть за корабль? Может тоже какой-то разведчик? Как это можно узнать? А если попробовать проскочить мимо него на большой скорости? Нужно только подальше увести от него дифференты.

Валл'Иолет продолжил сближаться с кораблями кроканов. У него, будто, проснулся азарт охотника, хотя он и понимал большую безрассудность этой затеи с выведенной из строя быстрозарядной бластерной пушкой. Единственным его преимуществом была скорость. Но на большой скорости о прицельной стрельбе можно было не мечтать, если вообще можно было стрелять на гиперскоростях. Такого рода боевого опыта у него ещё не было.

Не решался Валл'Иолет воспользоваться и полем скрытия, против нескольких кораблей противника, решив его эффективность вначале проверить, когда против него будет лишь один кроканский корабль или когда он окажется в более благоприятных обстоятельствах..

Главное, чтобы моя скорость на лью превышала их скорости, чтобы их лучи не догнали меня. Появилась у него мысль, как ему показалось, указывающая ему выход из возможной опасности.

Прошло ещё некоторое время. Весспер, ведомый Валл'Иолетом, уже шёл, практически, в лоб кораблям кроканов, два из которых, оставив третий, выдвигались навстречу вессперу, идя рядом друг с другом, а не расходясь, как предыдущие дифференты. Они были уже достаточно близко и отображались на экране спор не красными точками, а серыми кружочками. К тому же скорость дифферентов была оптимизирована под сражение, чего нельзя было сказать о весспере, так как его скорость была великовата для стрельбы. Но Валл'Иолет намеревался вновь вести огонь на повышенной скорости, надеясь что весспер, вновь будет эффективен. Третий корабль кроканов был далеко и всё ещё отображался красной точкой.

Сколько у них пушек на крыльях — по две или одной? Если они правильно рассчитают упреждение и выстрелят одновременно, восемью, то мне, пожалуй, придётся очень жарко. Всплыла у Валл'Иолета тревожная мысль.

Он вызвал штурвал и бросил взгляд на накопитель энергии для защитного поля, индикатор которого плясал около девяносто процентов. Что с тобой? Мысленно он обратился к накопителю, будто тот мог понять его озабоченность. Почему ты не хочешь заряжаться до максимума? Теперь и не остановишься, чтобы разобраться в проблеме. Может зря я выгнал Элл'Иссу? Хотя бы было кому разобраться в причине нарушения работы защиты. А если накопитель после первого же полученного заряда откажется дальше работать? Тогда что? Видимо, всё же много я нахватался кроканской энергии, вот защита и перегрузилась. Теперь нужно быть очень и очень аккуратным.

Вскоре серые кружочки кроканских кораблей превратились в зеленоватые кольца, с хорошо видимыми, горящими точками активированного оружия, будто глазами готового к прыжку хищника.

Пора уходить. Молнией мелькнула у Валл'Иолета мысль и он резко повернул штурвал вправо, закладывая крутой вираж.

В тот же самый миг горящие точки на крыльях дифферентов ярко вспыхнули, видимо, капитаны дифферентов поняли, что весспер сейчас уйдёт от зоны досягаемости их оружия и в сторону весспера метнулись четыре ярких луча, но скорость весспера была, достаточно, велика и лучи начали отставать от него и вскоре их красные отблески исчезли с экрана спор. В тоже время показатели скорости, отображаемые на экране спор рядом с дифферентами начали быстро увеличиваться, показывая, что корабли кроканов увеличили свою скорость, пускаясь вдогонку за весспером.

Валл'Иолет был в восторге — его затея начинала осуществляться: бросив сопровождаемый корабль, дифференты вошли в предложенную им игру.

Валл'Иолет двинул акселератор вперёд и дифференты начали стремительно отставать. Опасаясь, что они прекратят погоню, он двинул акселератор назад — весспер начал торможение.

Дифференты приближались, ярко горя в вечности пространственной тьмы кровавыми точками активированного оружия, заставляя сердце Валл'Иолета сжаться в тревоге.

А, ведь, если они выстрелят на такой скорости, то сами же и попадут в свои лучи. Вдруг всплыла у него интересная мысль. Они это понимают? Если понимают, то, в конце-концов, прекратят погоню и уйдут. Это недопустимо. Нужно ближе подпускать. Но сзади весспер очень уязвим. Компромисс. А если резко затормозить и выстрелить назад? Они успеют увернуться?

Валл'Иолет перевёл взгляд на индикатор захвата цели спиралонового излучателя, опоясывающий один из дифферентов — он был тёмного цвета, показывая, что кроканский корабль вне досягаемости оружия. Валл'Иолет, не сводя взгляда с целеуказателя, чуть двинул акселератор назад — расстояние до дифферентов начало сокращаться, отчётливее затрепетали красные сполохи их излучателей. Сердце Валл'Иолета вновь замерло в тревоге.

Вдруг, будто в экран спор попала молния, ярко вспыхнул круг захвата цели, заставив Валл'Иолета невольно вздрогнуть. Его палец интуитивно вжал клавишу выстрела и невидимый луч умчался прочь.

Неизвестно каким образом дифференты почувствовали невидимый луч, но они шарахнулись в стороны, вызвав у Валл'Иолета гримасу недоумения.

Опасаясь, что дифференты уйдут, он ещё двинул акселератор назад, ещё больше тормозя весспер.

Описав короткие дуги, дифференты вновь приблизились, но как только стали отчётливо видны трепещущиеся красные сполохи на кончиках их крыльев, Валл'Иолет тут же увеличил скорость весспера.

Валл'Иолет мог лишь гадать, находится его весспер в зоне досягаемости оружия дифферентов или нет, но выстрелы не заставили себя ждать — сполохи на кончиках крыльев дифферентов ярко вспыхнули, но прежде, чем они выплюнули свою смертоносную энергию в пространство, Валл'Иолет резко вывернул штурвал и красные лучи скользнули мимо. Губы Валл'Иолета вытянулись в широкой усмешке.

Он опустил взгляд на накопитель спиралонового излучателя, тот был заряжен лишь наполовину. Он перевёл взгляд на панель управления лазерных пушек.

А если...

Он задал для каждого лазерного излучателя свою цель и ткнул пальцем в клавишу выстрела — пара красных лучей ушла в сторону дифферентов, заставив их метнуться в стороны и лучи угасли, так и не достигнув цели, вызвав у Валл'Иолета очередную усмешку. Экипажи дифферентов были достойные противники.

Уравняв скорость весспера со скоростью дифферентов, Валл'Иолет скользнул взглядом по экрану спор: в погоне за ним дифференты достаточно далеко ушли от сопровождаемого ими корабля и теперь находились даже несколько дальше от него, чем весспер. Собственно, как он и задумывал.

Валл'Иолет громко хмыкнул — у него появился шанс оказаться около неизвестного корабля раньше дифферентов. Он резко двинул акселератор вперёд и вывернул штурвал — описав крутую дугу, стремительно набирая скорость, весспер устремился к незнакомому кораблю кроканов.

Видимо поняв свой просчёт, дифференты тоже развернулись и устремились к объекту своего сопровождения. Причём, получилось так, что весспер подходил к объекту сбоку, а дифференты спереди. Начались гонки.

Расстояние до объекта было не столь велико, чтобы Валл'Иолет мог использовать преимущество весспера в скорости в полной мере, но всё же к точке назначения весспер подошёл чуть раньше.

Когда чёрный кружёк на экране спор вырос до приемлемых размеров, Валл'Иолет узнал в нём грузовой корабль кроканов — тангар, представляющий собой огромный плоский цилиндр, по диаметру раза в два превышающий дифферент, с модулем управления, торчащим из хвостовой части цилиндра.

Тангары Валл'Иолет неоднократно видел над Роззой. Он был раза в три грузоподъёмнее драффта и соответственно увозил с планеты в три раза больше криила, но обогащение красного песка кроканами едва достигало двадцати процентов и потому эффективность преимущества тангара в грузоподъёмности была невысокой. К тому же, огромные тангары были не очень торопливы и их крейсерская скорость едва достигала шести лью.

Почему кроканы таскали к себе криил столь низкого качества толлоны могли лишь догадываться: либо они каким-то образом модернизировали технологию его переработки и не хотели, чтобы о ней узнали толлоны; либо они, просто, торопились вывезти с Роззы, как можно больше чуть обогащённого красного песка, видимо решив, что лучше больше — да хуже, так как степень обогащения имела нелинейную зависимость, как в энергии, так и во времени.

Вот оно что. Оказывается это ваша грузовая трасса. Замелькали у Валл'Иолета молнии мыслей. Но с Роззы вы ведь уходите совсем в другом направлении. Это, однозначно, установлено. Значит где-то делаете петлю. Где? А собственно, зачем мне это знать, если я теперь знаю вашу трассу. В той стороне не Крокана. Значит вы перерабатываете криил на какой-то неизвестной нам планете. Он скосил взгляд на накопитель спиралонового излучателя — он был заряжен. Что ж, замечательно. Проверю и я корпус вашего грузовика на прочность. Не всё же вам наши проверять. Нужно подойти поближе, чтобы эффект был максимальным, вероятность промаха меньше, если, вдруг, тангар, надумает увильнуть, да и дифференты навряд ли отважатся выстрелить, опасаясь зацепить свой грузовик. Второго выстрела сделать не дадут. Лишь бы пушки тангара не достали. Резюмировал он, видя, как под модулем управления тангара поворачиваются два толстых ствола лазерных излучателей.

Валл'Иолет состроил гримасу: опасность была велика. Тангар имел в своём арсенале достаточно мощные пушки ближнего боя, которые с близкого расстояния могли пробить защиту весспера. Конечно, уже можно было нанести удар спиралоновым лучом, но Валл'Иолет решил действовать максимально эффективно, а для этого нужно было подходить, как минимум, вдвое ближе начального расстояния поражения.

А что если покачаться? Вдруг, всплыла у него, как ему показалось, интересная мысль. Пусть попробует не промахнуться. Лишь бы весспер не развалился, да и самому не промахнуться.

Он крепко сжал штурвал и повернул его вправо, затем — влево и вновь вправо...

Весспер, послушно выполняя приказы системы управления, принялся описывать в пространстве зигзаги, будто идущий по дороге нетвёрдой походкой путник. Но вместе с тем появились и первые неприятные симптомы — весспер начал надсадно, противно режа слух, скрипеть, видимо огромный длинный корпус не успевал синхронно столь быстро реагировать на команды штурвала и начинал скручиваться.

Хаара! Как бы, действительно, не развалился. Мелькнула у Валл'Иолета тревожная мысль. Кроканы израдуются — сам сдох.

Он начал манипулировать штурвалом медленнее — скрип исчез, но вместо него появилась досада — весспер несомненно стал более уязвим.

Но какие-то другие маневры делать было уже бессмысленно — тангар был перед носом весспера. Его огромные раструбы излучателей смотрели в сторону корабля толлонов и синхронно качались в такты его маневров.

Валл'Иолет высвободил своё поле и выбросил его в сторону тангара — даже на таком большом расстоянии чувствовалось, что грузовой корабль кроканов шёл, ощетинившись мощными энергополями.

Валл'Иолет вернул своё поле и скосил взгляд на дифференты, они были уже неподалёку и в другой ситуации наверное уже бы открыли огонь, но сейчас, видимо, их капитаны опасались задеть своими лучами грузовик.

Губы Валл'Иолета вытянулись в широкой улыбке, всё складывалось даже успешнее, чем он задумывал.

Вдруг, Валл'Иолет почувствовал, как ему в голову, обжигая мозг, ударил мощный ток энергополя. Он, скорее механически, чем осознанно, чуть толкнул штурвал от себя — весспер нырнул вниз и в то же миг раструбы излучателей тангара ярко вспыхнули и пара сверкнувших ярких синих луча, умчались куда-то в хвост весспера.

— Потеря защиты сорок процентов. — Донёсся металлический голос информационной системы.

— Хаара! Всё же зацепил. — Процедил Валл'Иолет. — Прими ответ!

Указатель захвата цели спиралонового излучателя, уже давно сиял сочным белым цветом на корпусе тангара и Валл'Иолету оставалось лишь нажать на клавишу выстрела, что он и сделал — уровень накопителя спиралонового излучателя прыгнул до нуля, показывая, что невидимый луч умчался к цели.

Валл'Иолет резко вывернул штурвал, уводя весспер от кроканского грузовика и оглянулся — хвост тангара задирался вверх и из него бил мощный белый фонтан, в котором тонули даже шедшие ему навстречу дифференты. Валл'Иолет отвернулся и перевёл взгляд на накопитель энергии лазерных пушек — он были полон, красный круг захвата цели плясал по корпусу тангара.

Для верности. Мелькнула у него решительная мысль и он вжал клавишу выстрела — уровень энергии накопителя лазерных пушек прыгнул до нуля.

Он вновь повернул голову назад — по куполу стремительно расползалось большое светлое пятно.

Отвернувшись, Валл'Иолет до максимума вывернул штурвал, пуская весспер по широкой дуге, вокруг густого белого облака, в котором утонул тангар. Видимо досталось и одному из дифферентов, так как он, вертясь юлой, продолжал свой прежний путь, удаляясь от тангара. Второй дифферент, видимо, успел увернуться и уходил прочь по крутой дуге.

Валл'Иолет включил ближний обзор пространства, чтобы попытаться увидеть последствия атаки тангара: увиденное заставило его лицо исказиться гримасой досады — отсутствовал один лазерный излучатель и из шипа тарка струился заметный шлейф серого дыма.

Валл'Иолет со злом ткнул в клавишу управления пространственным сканером, возвращая его в привычный режим работы.

— Что за ерунда? — Прошелестели его губы.

Шип тарка, будто, притягивает к себе лазерные лучи кроканского оружия. Всплыла у него досадная мысль. Нужно, непременно, поинтересоваться у Слай'Элма этой проблемой. Хотя, уж лучше шип тарка, чем модуль управления. Мелькнула у него мысль, полная сарказма. А что это за синие лучи, которые выпустил тангар? Всплыла у него уже мысль тревоги. Определённо, они мощнее лазерных лучей дифферентов. Нужно обязательно предупредить капитанов.

Хотя... Он погримасничал губами. Возможно шип просто-напросто остывает, вот и дымит. Однако, с такой потерей оружия моё дальнейшее, эффективное, противостояние дифферентам становится, достаточно, проблематичным. Куда теперь? Вернуться к "Спирай"? Но не потянутся за мной дифференты? Теперь им уже некого сопровождать. Обозлятся, словно голодные тарки. Хотя один из них навряд ли сохранит прежнюю боеспособность, уж слишком он вертится. Но и один нежелателен. Шер'Данн навряд ли будет в восторге. Значит нужно разбираться с ним.

Он скользнул глазами по экрану спор, пытаясь увидеть, далеко ушёл оставшийся дееспособным дифферент и тут же содрогнулся — по экрану скользили ещё три красные точки, явно двигаясь в его сторону.

— Хаара! — Механически процедил он, внимательно всматриваясь в характеристические показатели приближающихся кораблей кроканов — они шли достаточно быстро и несомненно, тангара среди них не было.

У них где-то там база, что ли? Сколько их там может быть: десять, двадцать? Шер'Данн имел представление, куда вёл разведчик? Или другого пути не было? Замелькали у Валл'Иолета недоумённые мысли. Мне идти им навстречу или ждать здесь? Ждать здесь, почти без оружия, полная безрассудность. Да и что я здесь выжду? Вдруг, "Спирай" ещё не ушёл на достаточное расстояние? Нет, однозначно, нужно уводить их в сторону. Поиграю в догонялки.

Валл'Иолет толкнул от себя штурвал, который тут же скользнул в свою нишу пульта управления и вызвав панели управления, положил на них руки, двинул акселератор вперёд, разгоняя весспер и направляя его навстречу дифферентам.

Прошло несколько томительных часов. Бледные точки дифферентов на экране спор превратились в жирные увесистые алые капли. Валл'Иолет оглянулся — на куполе спор, позади его головы алела ещё одна точка: видимо уцелевший дифферент шёл за ним. Глубоко и протяжно вздохнув, Валл'Иолет резко отклонил панели управления и ещё чуть двинул акселератор вперёд, немного увеличивая скорость, надеясь вызвать у идущих навстречу дифферентов эффект своего неожиданного прозрения.

Прошло несколько минут и губы Валл'Иолета вытянулись в довольной усмешке — дифференты тоже поменяли свой курс, устремляясь в ту же сторону.

Прошло ещё некоторое время. Красные точки дифферентов ушли с передней части экрана за голову и Валл'Иолет вывел врезку заднего вида в нижнюю часть экрана спор перед собой: на врезке отчётливо просматривались четыре жирные красные капли. Он чуть двинул акселератор назад и красные точки начали медленно приближаться и когда на врезке проявились их зловеще трепещущиеся кончики крыльев, он двинул акселератор вперёд, а когда дифференты вновь превратились в красные точки, его рука опять двинула акселератор назад.

Началась игра в догонялки. Заложенного конструкторами весспера запаса скорости, вполне хватало, чтобы Валл'Иолет диктовал условия игры дифферентам, которые, видимо не знали, что толлоны построили более прогрессивный корабль и потому их усилия в этих гонках бесперспективны, но, видимо, появившийся у них злобный азарт перевешивал разумность поступка и они упорно гнались за убегающим весспером и когда им казалось, что весспер уже рядом и досягаем для их оружия, кончики крыльев дифферентов ярко вспыхивали и в сторону весспера устремлялся рой красных лучей, но Валл'Иолет за мгновение до выстрелов, руководствуясь подсказками своего разума и уже приобретённого опыта, двигал акселератор, придавая вессперу форсированное ускорение и корабль стремительно уходил вперёд и ему было любопытно наблюдать на врезке, как выпущенные дифферентами красные лучи стремительно приближались к дюзам его движителей, заставляя в тревоге сжиматься его сердце и почти догнав весспер, шли какое-то время вровень с ним и потом начинали медленно отставать и вскоре терялись из вида.

В один из моментов приближения дифферентов, Валл'Иолет, вдруг, увидел, как в левой части экрана спор вспыхнула неестественно широкая зелёная точка и тут же погасла. Не выпуская из вида дифференты, он скосил взгляд в ту часть экрана, но зелёной отметки больше не появлялось.

Не может быть это ошибкой. Там есть что-то, имеющее отношение к моей цивилизации. Замелькали у него мысли. На драффт не похоже. Может подвернуть и подойти поближе? А если действительно драффт и вся эта свора бросится на него? Один я его не смогу защитить. А если не подходить близко. Лишь до границы чувствительности. Ведь мой спор видит дальше их пространственного терма.

Валл'Иолет отклонил панели управления и описав широкую дугу, весспер помчался по новому курсу. Дифференты тоже совершили маневр и неожиданно оказались совсем недалеко от весспера, вызвав у Валл'Иолета невольную досаду за свою поспешность, которая тут же нашла своё воплощение — концы крыльев самого ближнего дифферента ярко вспыхнули и прочертившие пространство яркие лучи, уперлись в весспер.

— Потеря защиты сорок процентов. — Раздался металлический голос из пульта управления.

Рука Валл'Иолета, лежащая на акселераторе невольно дёрнулась и толкнула его вперёд — весспер мелко задрожал и Валл'Иолета вжало в спинку кресла. Мысленно отправив в свой адрес нелестный отзыв за непродуманный маневр, Валл'Иолет уставился во врезку на экране, где стремительно отставали дифференты и дождавшись, когда они превратились в крохотные красные точки, двинул акселератор назад.

Прошли сутки. Зелёная точка на экране спор как-то странно разрасталась в стороны, будто её тянули за бока, трансформируясь в овальчик. Никаких его характеристик спор ещё не выдавал. Дифференты, скорее всего, не видели её, так как продолжали идти, будто привязанные, за весспером, видимо надеясь, что капитан ненавистного им корабля толлонов ошибётся ещё раз и тогда, наконец, догнав его, они отыграются на нём в полной мере. Валл'Иолет периодически бросал взгляды на врезку, с нетерпением ожидая реакции капитанов дифферентов на появление на их экранах новой цели. И когда стало очевидным, что дифференты начали резко отставать, он понял, что их экипажи, наконец, тоже увидели необычного противника. Но они ещё не оторачивали со своего пути — скорее всего капитаны дифферентов обсуждали, что им делать дальше. Валл'Иолет продолжал двигаться в сторону зелёного овальчика. Дифференты, отставая всё дальше, пока ещё ползли за ним.

Прошло несколько часов и зелёный овальчик, мигнув, вдруг, распался на пять точек: четыре зелёные и одну красную — посреди. В тот же миг на экране вспыхнули характеристические показатели, движущихся под углом к вектору пути тридцать второго весспера, кораблей — это были три весспера, драффт и тангар кроканов. Валл'Иолет пробежался пальцами по экрану терминала и за пультом управления вспыхнула голограмма с изображением Тар'Тукка.

— Рад видеть! — Валл'Иолет вскинул руку в приветствии.

— Рад! — Перед лицом Тар'Тукка на мгновение появилась рука и его губы вытянулись в какой-то вымученной улыбке.

— Куда вы? — Валл'Иолет подтвердил свой вопрос взмахом подбородка.

— Домой.

— А откуда тангар?

— Захватили.

— Даже так. — Бровные дуги Валл'Иолета выгнулись в дугах удивления. — А дифференты охранения?

— Куда-то ушли, мы и воспользовались. Им можно — почему нам нет. — В голосе Тар'Тукка скользнул сарказм.

— Но это же... — Валл'Иолет покрутил головой.

— А что ты здесь делаешь? Насколько я знаю, ты ушёл в какую-то экспедицию. — В свою очередь поинтересовался Тар'Тукк.

— Да вот, пришлось застрять в дороге. Вначале заступился за драффт, потом пришлось подставить ногу их тангару, а теперь бегаю от их дифферентов. Могли бы и помочь.

— Ты ещё можешь побегать от них некоторое время?

— Попытаюсь. — Валл'Иолет широко улыбнулся.

Голограмма с изображением Тар'Тукка погасла. Валл'Иолет вновь скользнул взглядом по экрану спор — дифференты были достаточно далеко и видимо, больше желания гнаться за его весспером у них не было — они удалялись. Он отклонил панели управления и развернув весспер, направил его вдогонку дифферентам, которые шли назад по тому же пути, по которому только что преследовали весспер. Через какое-то время на экране спор появилась ещё одна красная точка, которая двигалась навстречу и как понял Валл'Иолет — это был второй дифферент из сопровождения подбитого им тангара. Вскоре дифференты встретились и остановились. Валл'Иолет тоже остановил весспер.

Прошло ещё какое-то время и на экране спор начали вспыхивать жирные зелёные точки, будто кто-то ставил их на нём затупившимся карандашом. Вскинув брови, Валл'Иолет сосчитал зелёные точки — их было девять. Вскоре вспыхнули и характеристические показатели точек и стало понятно, что они движутся в его сторону. Это была эскадра Галл'Арта. Красные точки дифферентов пришли в движение и начали смещаться по экрану в левую сторону, видимо пытаясь уйти из этого пространства. Зелёные точки вессперов поползли по экрану в том же направлении, видимо Галл'Арт решил повести эскадру дифферентам наперерез.

Пальцы Валл'Иолета скользнули по экрану терминала и во вспыхнувшей над пультом управления голограмме появилось хмурое лицо Галл'Арта.

— Рад видеть, командор! — Валл'Иолет вскинул руку в приветствии.

— Хаара! Ты зачем здесь? Где "Спирай"? — Грубым, даже злым голосом заговорил Галл'Арт, оставив приветствие без ответа.

— Надеюсь, уже далеко. — Состроив гримасу, Валл'Иолет дёрнул правым плечом.

— Ты нарушил приказ? Бросил его? Ты арестован! Передай командование весспером пилоту.

— Командор! — Губы Валл'Иолета вытянулись в лёгкой усмешке. — Я здесь один. Мне удалось отбить у кроканов драффт и я отправил экипаж с ним к "Спирай".

— Ты хочешь убедить меня в том, что отбил драффт у этих четырёх дифферентов? Я не поверю в этот бред.

— Их было два, командор. Потом мне удалось долбануть их тангар, а потом ко мне эти прицепились и гоняются уже вторые сутки. Может отгонишь?

— Оставайся там.

Голограмма погасла. Валл'Иолет развернул весспер так, чтобы дифференты оказались в центре экрана спор и двинул акселератор вперёд, придавая вессперу большую динамику и направляя его вдогонку кроканским кораблям.

Вскоре зелёные точки толлонской эскадры начали расползаться по экрану. Как понял Валл'Иолет: Галл'Арт решил охватить дифференты со всех сторон, чтобы не дать им уйти. Дифференты, видимо, это тоже поняли и чтобы не оказаться в кольце, развернулись и двинулись в сторону одинокого весспера Валл'Иолета.

Руки Валл'Иолета, лежащие на панелях управления, напряглись, он оглянулся на купол, пытаясь оценить пространство для маневра — к нему приближались три зелёных точки, в характеристических показателях которых он нашёл весспер Тар'Тукка. Получалось, что дифференты уже оказались в ловушке. Отвернувшись, Валл'Иолет двинул акселератор назад, притормаживая, чтобы побыстрей стать в один ряд с приближающимися вессперами.

Дифференты, набирая скорость, продолжали двигаться в его направлении, видимо из двух зол, приближающихся к ним, они решили выбрать меньшее, но проявилась инерционность их запоздавшего старта и вессперы неумолимо их опережали. Красные точки дифферентов начали расползаться по экрану спор весспера Валл'Иолета, видимо кроканы решили разорвать строй вессперов перед ними и прорываться один против одного.

Валл'Иолет вызвал штурвал и бросил взгляд на накопитель энергии спиралонового излучателя — он был полон. Его весспер шёл левым в ряду из четырёх вессперов, против движущихся им навстречу четырёх дифферентов. Ещё девять вессперов приближались к дифферентам сзади, но они запаздывали. Валл'Иолет перевёл взгляд на индикатор уровня защиты — он показывал её, почти, восьмидесятипроцентную готовность: всё же она почему-то не могла восстанавливаться в полной мере, что вызвало у Валл'Иолета чувство досады. Он вновь перевёл взгляд на экран спор. Дифференты приближались, не снижая скорости, хотя до сближения на расстояние выстрела оставалось несколько минут пути.

У Валл'Иолета, вдруг, появилось сомнение, что дифференты намерены вступить в бой. Он тут же ткнул пальцем в пульт управление и перед ним вспыхнула голограмма с изображением Тар'Тукка.

— Тарту. У меня есть сомнение, что дифференты будут с нами драться. Скорее всего — они, просто, удирают.

— Не будут драться они, будем мы. — Губы Тар'Тукка вытянулись в широкой усмешке.

— На такой скорости стрелять бессмысленно, если только лоб в лоб.

— Что ты предлагаешь?

— Уйти!

— Ты спятил!? Тогда уж давай развернёмся и зайдём сзади.

— Мы не успеем. Они слишком быстры. Галл'Арт их догонит. Его динамика выше и преимущество позиции. К тому же у него есть простор для маневра. Чтобы дифференты не задумали, он тут же отреагирует. Так что, дорогой Тарту, придётся отдать славу победы.

— Я не согласен. — Тар'Тукк мотнул головой. — Я буду...

Рядом с голограммой с изображением Тар'Тукка вспыхнула вторая голограмма, с изображением командира эскадры вессперов. Видимо она появилась во всех вессперах, так как Тар'Тукк умолк, не договорив.

— Уйдите! — Заговорил Галл'Арт недовольным голосом. — Мы догоним их.

— Мы это и обсуждали. — Произнёс Валл'Иолет вскинув брови.

— Выполняйте! — Уже рявкнул Галл'Арт и голограмма с его изображением исчезла.

Переведя взгляд на изображение Тар'Тукка, Валл'Иолет дёрнул плечами и ткнув пальцем в одну из клавиш, прервал с ним связь и резко потянул штурвал на себя — весспер мелко задрожал и описав крутую дугу, ушел с пути приближающихся дифферентов.

Тоже самое сделали и остальные три весспера. Дифферентам путь был свободен.

Прошло некоторое время. Эскадра вессперов неумолимо догоняла убегающие дифференты. Капитаны дифферентов, видимо, поняли, что оказались в ещё более невыгодном положении и скорее всего, не зная, как поступить, бросились врассыпную. Так как их было четыре, а вессперов девять, то за каждым дифферентом направились два весспера. Девятый же направился в сторону ушедшей четвёрки вессперов. По отклику на экране спор, Валл'Иолет понял, что это был весспер Галл'Арта.

Видимо, в конце-концов, поняв, что по одному уйти им не удастся, дифференты предприняли попытку вновь объединиться, но как только они двинулись навстречу друг другу, вессперы тут же нырнули в разрывы между ними и пространство озарилось разноцветьем вспышек, среди которых преобладали зелёные сполохи от бластеров вессперов.

Валл'Иолет невольно засмотрелся на рукотворную феерию цвета засверкавшую в миллиардолетии тьмы, но тут же выдворил из себя лирику, грустно вздохнув тому, что эта самая красота предваряет сейчас гибель разума, сотворившего эту красоту и возможно, эта трагическая участь может постигнуть и один из вессперов.

Сполохи погасли. Валл'Иолет пробежался взглядом по экрану спор: в месте конфликта отображалось восемь зелёных точек и три красные. Весспер Галл'Арта двинулся в сторону пространства сражения. Валл'Иолет направил свой весспер туда же.

Подойдя ближе он увидел, что три дифферента, хотя и выглядят целыми, но обильно изрыгают из себя фонтаны дыма и искр. Четвёртого дифферента видно не было, но поодаль, в пространстве расползалось огромное серое облако, которое, скорее всего и закрыло дифферент. Дымила и пара вессперов, причём один весьма обильно. Над пультом управления вспыхнула голограмма с изображением Галл'Арта.

— Все молодцы. — Заговорил он громким волевым голосом. — Но мы не дикари. Пусть остаются и вызывают своих спасателей. Девятый идёт домой с группой Тар'Тукка. Остальные возвращаются к Роззе. Тридцать второй присоединяется к эскадре и занимает место девятого.

Голограмма погасла. Громко хмыкнув, Валл'Иолет наклонил панели управления, направляя весспер в сторону начавшихся перестраиваться в походный строй вессперов эскадры, чтобы занять предписанное ему место.

Оставив дымящиеся дифференты, эскадра Галл'Арта направилась к Роззе. Через несколько часов, на экране спор перед Валл'Иолетом вспыхнула красная точка. Характеристические показатели говорили, что она движется, хотя и медленно. Эскадра направилась к ней и когда подошла ближе, точка превратилась в тангар, который дымя, куда-то полз, однако дюзы его двигателей были черны, показывая, что его движитель пассивен.

Валл'Иолет высвободил своё поле и выбросив его в сторону тангара, проник внутрь корабля и попытался найти какие-либо биополя, но мощные потоки энергополей заставили его лицо исказиться гримасой боли. Не почувствовав никаких биополей, он вернул своё поле.

Над пультом управления вспыхнула голограмма с изображением недовольного лица Галл'Арта.

— Этот? — Командир эскадры вопросительно взмахнул подбородком.

— Да, командор. — Валл'Иолет кивнул головой.

— Ты же сказал, что он дохлый.

— Я бы не сказал, что он, так уж, жив. — Губы Валл'Иолета тронула усмешка.

— Всем стоп! Седьмой и восьмой. — осмотреть тангар. — Приказал Галл'Арт и голограмма с его изображением исчезла.

Валл'Иолет резко двинул акселератор назад. От резкого торможения его бросило вперёд и ему пришлось выбросить руки и упереться ими в пульт управления. Отправив в свой адрес нелестную теттраду слов, он выпрямился и вернул руки на панели управления.

Пара вессперов устремились к тангару, но едва они приблизились из тангара в их сторону брызнул веер красных лучей, заставив вессперы броситься в рассыпную. Из хвоста одного из них повалили густой дым.

Перед Валл'Иолетом тут же вспыхнула голограмма с изображением командиром эскадры.

— Хорош дохляк! — В голосе Галл'Арта скользнули злые нотки. — Всем один выстрел лазерной пушки. Уничтожить! — Приказал он.

От вессперов в сторону тангара тут же вытянулся веер длинных красных нитей. Тангар начал краснеть, по его корпусу побежали белые разводы и в следующее мгновение, вспыхнувший рукотворный шар, брызнул во все стороны ярким красным светом, заставив Валл'Иолета прикрыть глаза.

Когда в зале управления потемнело, в том месте пространства, где находился грузовой корабль кроканов, на экране спор отображалась пустота.

Валл'Иолет широко усмехнулся — он не выполнил приказ командора, его палец не коснулся клавиши выстрела, но у него было и оправдание — дальнобойных лазерных пушек на борту его весспера уже не было.

Над пультом управления вновь повисла голограмма с изображением Галл'Арта.

— Даже не знаю, как поступить. — Командир эскадры сдвинул свои серые брови. — Нужно бы тебя отправить к "Спирай", но уж слишком от тебя сейчас след в пространстве жирный. Может ты и правильно поступил, отвлекая дифференты от разведчика, а может они бы его и не увидели. Оставим это на усмотрение адмирала. Надеюсь он сможет по достоинству оценить твой поступок и принять правильное решение. Так как девятый получил дыру, которую им самим не заделать и возвращается домой, ты, Лет, занимаешь его место. Хотя ты тоже изрядно покусан, но надеюсь, не настолько, чтобы драпануть к Толлоне.

— Я остаюсь, командор! — Валл'Иолет согласно кивнул головой.

— Жаль девятка уже далеко, иначе можно было бы тебе хотя бы механика с неё перевести.

— Я привык один, командор. Да и навряд ли кто-то из них знает мой весспер. А среди друзей мне не будет одиноко.

— Как пожелаешь. — По лицу Галл'Арта скользнула непонятная гримаса. — Мы шли по следу дифферентов, сопровождающих тангар, с намерением найти планету, куда они таскают криил, но ты оборвал его. Прошло много времени и их следы, наверняка, рекомбинировали в пространство. Не найти.

— Командор, ты вознамерился уничтожить их орбитальную перерабатывающую станцию? — Валл'Иолет вскинул брови. — Это же...

— Не твоя забота. — В голосе Галл'Арта скользнули грубые нотки. — Хаара! Придётся возвращаться и ждать над Роззой их следующий конвой.

— Но вектор...

— Никто о нём не думал. — Перед лицом Галл'Арта на голограмме мелькнула его рука. — Да и где гарантия, что они не петляли.

— Думаю, что нет. — Валл'Иолет покрутил головой. — Командор, я представляю их вектор пути, так как долгое время шёл им точно в лоб. Но для уверенности, я могу попытаться взять след. — Валл'Иолет натянуто улыбнулся. — У меня более чувствительные пространственные анализаторы.

— Что ж, ищи, следопыт! — Галл'Арт усмехнулся.

— Останьтесь на месте, пока я займусь анализом. Иначе выбросы ваших вессперов сшибут анализатору мозги.

— Действуй! — Голограмма с Галл'Артом исчезла.

Валл'Иолет пробежался пальцами рук по экрану терминала, активируя анализатор пространства на поиск ратана — экран тут же покраснел сплошным фоном, показывая присутствие в пространстве огромного количества высокоэнергичных частиц.

— Ну и ну. Хоть в контейнер засасывай.

С усмешкой на губах процедил Валл'Иолет и сориентировав весспер в том направлении, откуда шли дифференты, чуть двинул акселератор вперёд, уводя свой корабль из этой части пространства и лишь когда вессперы эскадры превратились на экране спор в зелёные точки, характеристический график анализатора на ратан начал приобретать нужный, куполообразный вид. Но пришлось пройти ещё достаточный путь, пока купол на графике превратился в узкую вертикальную полосу, соответствующую следу, оставленному одним из кораблей кроканов. Валл'Иолет покрутил весспер и нашёл два других следа, один из следов имел несколько иные характеристики.

Тангар. Догадался Валл'Иолет.

Пройдя, для уверенности ещё некоторое расстояние, Валл'Иолет развернул весспер и направив его в обратный путь, зафиксировал вектор пути и связался с Галл'Артом.

— Командор! Я нашёл следы. Среди них есть след тангара. Скорее всего того, который был уничтожен.

— Отлично Лет! — Галл'Арт скупо улыбнулся. — Веди! Мы пристроимся в хвост. Только будь внимателен. Если появится кроканский корабль — не забудь предупредить.

— Да, командор! Не забуду. — Губы Валл'Иолета вытянулись в широкой улыбке.

Голограмма с изображением Галл'Арта исчезла. Валл'Иолет резко толкнул акселератор вперёд. Его тут же вжало в спинку кресла.

9

Эскадра шла уже двести сороковой день на максимальной скорости. Следы ратана анализатор тридцать второго весспера потерял уже давно и Валл'Иолет теперь вёл эскадру руководствуясь, исключительно, пространственным вектором и произведёнными расчетами, из которых выходило, что до перерабатывающего завода кроканов должно быть от двухсот сорока до двухсот восьмидесяти дней пути. Но всё же его мозг неприятно терзала одна и та же мысль — вдруг, грузовики кроканов где-то сворачивают и он сейчас ведёт эскадру совсем не туда, но Галл'Арту о своих сомнениях не докладывал, надеясь, что кроканы вдали от Роззы уже не путают следы, а руководствуются исключительно рациональностью, которая предписывает выбирать в пространстве кратчайший путь.

Но Галл'Арт сам регулярно связывался с ним и интересовался: не следует ли притормозить, чтобы осмотреться, на что Валл'Иолет молча мотал головой. К тому же, на малой скорости была опасность подхватить лучи сканеров кроканов — командир же эскадры надеялся скрытно подойти к планете кроканов. Можно было одеть вессперы полями скрытия, но: во-первых — они были энергоёмки, а во-вторых — требовали значительного снижения скорости, иначе их просто сносило пространственным ветром с корпусов кораблей. И потому Галл'Арту приходилось выбирать: или быстрое достижение цели, но с ослабленной безопасностью; или безопасность, но с очень долгим временем пути. Пока он придерживался первого варианта, но периодически досаждал своими придирками Валл'Иолету, заставляя его нервничать и пристальнее всматриваться в экран спор, будто его глаза были дальновиднее полусфер пространственного сканера.

За это время пути Валл'Иолет, от постоянного нахождения в зале управления и пристального всматривания в экран спор, уже порядком устал и разгоняя кровь, устраивал длительные пробежки по коридорам весспера, которые помогали всё меньше и меньше, но он терпел и не просил у командира эскадры второго пилота.

Но всё же головная боль Валл'Иолета оказалась напрасной: из пульта управления, вдруг, раздался резкий, пронзительный звук и в центре экрана спор вспыхнуло бледное красное пятнышко. Тут же ткнув пальцем в клавишу связи, Валл'Иолет вызвал командира эскадры.

— Командор, крокан! — Выпалил Валл'Иолет, удивлённому взгляду Галл'Арта.

— Я ничего не вижу — Галл'Арт мотнул головой.

— Прямо по курсу. Только появился. Ещё далеко.

— Что значит — далеко? — В голосе командира эскадры скользнули нотки недовольства. — Мы не на прогулке.

— На расстоянии двух суток пути. Дальше мой спор не видит.

— Что за корабль?

— Если судить по отклику — масса довольно большая. Скорее всего — тангар.

— А если судить по реальности?

— Точно я смогу сказать лишь на расстоянии менее суток.

— А его сканер видит нас?

— Навряд ли. — Валл'Иолет мотнул головой. — Да и если судить, что его скорость неизменна — то нет. Уж не думаешь ли ты, командор, что они умнее нас.

— Не остри! — По лицу Галл'Арта скользнула тень недовольства. — Продолжай вести его. Докладывай каждый час, пока он не появится на моём экране спор. — Изображение Галл'Арта на голограмме качнулось. — Всем! Скорость к пяти. По достижении, включить поле скрытия. — Голограмма с его изображением погасла.

Валл'Иолет двинул акселератор назад — согласно инструкции, торможение требовалось производить ступенчато-линейно и на снижение скорости на одну единицу уходило около часа, а значит торможение до активации поля скрытия должно было занять около четырёх часов. Он глубоко и протяжно вздохнул, надеясь, что за это время эскадра ещё не станет доступна пространственному терму корабля кроканов...

Наконец скорость эскадры снизилась до требуемых пяти лью и Валл'Иолет включил поле скрытия весспера — корабль кроканов тут же исчез с экрана спор. Поблекли и корабли эскадры. К тому же значительно уменьшилось количество отображаемых звёзд.

Хотя Валл'Иолет и был готов к снижению чувствительности пространственного сканера из-под поля скрытия, так как несколько раз ходил под ним при испытании весспера, но то были ничего незначащие переходы, а сейчас была настоящая работа, от которой зависела, как его жизнь, так и жизнь его друзей и которая вызвала такое ненужное чувство тревоги. У первой же модели вессперов было совсем другое поле скрытия, эффективное лишь на больших расстояниях от противника, вносящее в систему слежения значительные искажения и не дающее ей правильно выбирать цель. У нового поля скрытия, в принципе, были те же самые неприятные симптомы, но и ещё требующие проверки, так как тестовые испытания не идут ни в какое сравнение с боевыми действиями. В своих предыдущих схватках с дифферентами Валл'Иолет не рискнул воспользоваться полем скрытия и потому не имел возможности оценить его эффективность. Сейчас он был не один и в случае опасности, можно было надеяться на подсказку капитанов других вессперов. Он ткнул пальцем в экран терминала, связываясь с командиром эскадры.

— Командор, крокан исчез с моего экрана, да и вы едва просматриваетесь. Я не знаю насколько эффективно моё поле скрытия. Как бы не напороться. — Валл'Иолет вытянул губы в виноватой улыбке. — Поле скрытия заметно ослабило пространственный сканер. Нужно ещё больше снижать скорость.

— Хаара! — По скулам Галл'Арта прошлись желваки. — Если ты стал плохо видеть, то мы и вовсе идём вслепую. Руководствуемся лишь связью. Одна надежда на тебя. Скорость пока снижать не будем, лишь в крайнем случае. Иначе мы тут застрянем на годы. Если потребуется сменить вектор — предупреди, иначе, действительно, порасшибаем друг друга. Так что, выкручивайся!

— Я стараюсь. — Валл'Иолет вновь натянуто улыбнулся.

— Вот и старайся. — Голограмма с изображением Галл'Арта исчезла...

Прошли сутки и большая часть вторых, когда, наконец, на экране спор перед Валл'Иолетом вновь появилась красная точка кроканского корабля. По его характеристическим показателям Валл'Иолет понял, что это тангар. Он тут же связался с Галл'Артом.

— Командор, тангар! В шести часах. Идёт прямо на нас. Один.

— Тангар, говоришь. Значит мы правильно идём. Без сопровождения. Или они такие смелые или их база, где-то, недалеко. Как думаешь, с базы они могут нас видеть?

— Насколько мне известно — нет. — Валл'Иолет дёрнул правым плечом. — Если они не придумали, что-то оригинальное.

— Что, например?

— Какой-то регистратор скрытых масс.

— Такого у нас ещё нет.

— Командор, ты считаешь, что мы умнее? — Уголки рта Валл'Иолета тронула усмешка.

— Ты сомневаешься? — Лицо Галл'Арта сделалось очень серьёзным, даже злым.

— Нисколько. — Валл'Иолет поспешно мотнул головой.

— Ну-ну! — Голограмма погасла.

Хаара! Валл'Иолет провёл рукой по сделавшемуся влажным лбу. Дёрнуло же меня съязвить. Ещё вспомнит, при случае. Позора не оберёшься.

Откинувшись на спинку кресла, он устало прикрыл глаза.

Как хочется спать? Потекли у него вялые мысли. Как натянул экран, я же ни минуту не смыкал глаз. Ожидаемое событие произошло: тангар ещё далеко и ничего не произойдёт если я час отдохну. Нужно только включить таймер.

Рука Валл'Иолета потянулась к экрану терминала, но на полпути замерла и скользнув вниз, упала на подлокотник, его голова склонилась на бок...

Валл'Иолет вздрогнул и открыл глаза — с голограммы на него смотрело строгое лицо Галл'Арта.

— Сколько можно спать? — Лицо командира эскадры исказилось недовольной гримасой. — Я понимаю — ты устал, но нужно же и совесть иметь.

— Извини, командор. — Валл'Иолет скользнул взглядом по экрану спор и увидев всего лишь одну красную точку, мысленно успокоился, но поняв по сократившемуся расстоянию до тангара, что проспал более двух часов — мысленно выругался. — Я нарушил приказ и готов понести заслуженное наказание.

— Тангар появился на наших экранах и считай, что это я разрешил тебе отдохнуть. — Лицо Галл'Арта по-прежнему осталось строгим и Валл'Иолет понял, что командир эскадры скажет что-то серьёзное. — Он идёт чуть ниже нашего курса и однозначно, не видит нас. При желании можно по корпусу рукой провести. Я приказал не трогать его. Он пустой. Пусть идёт своей дорогой.

— Я тоже так считаю, командор! — Валл'Иолет согласно кивнул головой.

— Твоё дело выполнять, а не обсуждать мои приказы. Молод ещё. — Голограмма с изображением Галл'Арта исчезла.

— Хаара! — Валл'Иолет с силой провёл руками по лицу, снимая остатки сна...

Тангар прошёл мимо, действительно, не заметив эскадру толлонских кораблей, которая продолжила двигаться прежним курсом под защитой полей скрытия, но с каждым днём напряжение в экипажах нарастало. Переданное всем предположение командира эскадры, что перерабатывающий завод кроканов где-то недалеко, заставляло экипажи вессперов пристальнее всматриваться в полупустые экраны спор своих кораблей, в надежде увидеть вокруг, долгожданную планетную систему, вздрагивая при появлении на нём отметок от блуждающих астероидов, нагнетающих неподдельный страх, так как открывать огонь по ним было запрещено. Но астероиды проносились мимо, вызывая вздохи облегчения.

Первым звезду по вектору пути увидел на своём экране спор Валл'Иолет. Звезда была оранжево-красного цвета и Валл'Иолет в первое мгновение принял её красную точку за корабль кроканов и уже вытянул руку к панели управления связью, чтобы доложить Галл'Арту, но, осознав, что рядом с красной точкой нет никаких характеристических показателей, замер. Наконец, после некоторого размышления, понял, что это достаточно массивная звезда холодного спектрального класса. Почти в центре красного кружочка звезды отображалась маленькая чёрная точка, будто в это место экрана села крохотная пылинка. Сердце Валл'Иолета вздрогнуло и вместо связи с командиром эскадры, он активировал на экране спор врезку с пространством красной звезды. Хотя изображение было туманным, но поразмышляв он понял, что чёрная точка ничто иное, как планета, проходящая сейчас перед звёздным диском; нашлась и ещё одна чёрная точка — планета находилась в стороне от звезды и была видна в чёрном пространстве лишь благодаря своему голубоватому ореолу, говорящему о наличии у неё кислородосодержащей атмосферы. Она находилась на более дальней орбите, нежели планета, находящаяся перед звездным диском. Но пространственный вектор движения эскадры вёл, именно, к планете перед звездой, до которой оставалось порядка шестидесяти часов пути.

Валл'Иолет до максимума увеличил масштаб — огромная туманная звезда с чёрным кружком планеты теперь занимала добрую половину экрана спор. Зал управления наполнился мистическим красным цветом, заставив голову Валл'Иолета невольно вжаться в плечи. Никакого цветного ареола вокруг планеты, показывающего наличие у неё какой-то атмосферы не наблюдалось, но возможно его на фоне звезды не просматривалось. Валл'Иолет активировал спектральный анализатор и направил его на чёрный кружок — необходимых компонентов атмосферы в спектре не наблюдалось. Возможно, что анализатор под полем скрытия, как и пространственный сканер тоже потерял чувствительность и теперь был не в состоянии сделать какой-то анализ. Хмыкнув, Валл'Иолет убрал врезку и связался с Галл'Артом.

— Командор! — Он вскинул брови, будто показывая своё удивление, тем, что сейчас скажет. — У меня, прямо по курсу, массивная красная звезда с планетной системой. Пространственный вектор ведёт к внутренней планете.

— Я тоже вижу красную звезду по курсу, но никаких планет. Что говорят твои анализаторы? Далеко до неё? Сколько планет? — Галл'Арт подтвердил свой вопрос взмахом подбородка.

— Около шестидесяти часов. Я нашёл две планеты. Возможно за звездой ещё есть или где-то на дальних орбитах. Анализатор молчит. Экран мешает. Мы, практически, в плоскости эклиптики. Дальняя от звезды планета с атмосферой. Та, к торой мы идём — непонятно.

— Дифференты, тангары?

— Планета прямо перед звёздным диском и что-то увидеть, совершенно, невозможно.

— Хаара! — Галл'Арт сдвинул брови. — А вторая?

— Восемь градусов вправо.

Изображение командира эскадры на голограмме дёрнулось.

— Всем! Прямо по курсу на расстоянии шестидесяти часов планетная система. Принять пять градусов влево. Информационный обмен прекратить. Скорость снизить до лью строго по регламенту, после моего сеанса.

Голограмма с изображением Галл'Арта исчезла. Валл'Иолет убрал врезку, вызвал на экран координатную сетку и наклонил панели управления влево. Дождавшись, когда пространственный вектор пути сместится влево на пять градусов, вернул панели управления в горизонтальное положение и убрав с экрана сетку координат, двинул акселератор назад в требуемое регламентом положение и тревожным взглядом уставился в красное солнце.

Чёрная точка планеты, увеличиваясь в размерах, поползла по красному диску и оказавшись в пространстве, начала удаляться от звезды в сторону и в темноте пространства стала едва различимой. Наконец прошли томительные часы пути и эскадра доползла до орбиты планеты и развернувшись, пошла планете вслед, с двухчасовым отставанием.

Валл'Иолет вновь включил анализатор — никакой атмосферы вокруг планеты не регистрировалось. Не было видно и никаких объектов вокруг неё. Он связался с командиром эскадры.

— Командор! — Валл'Иолет дёрнул плечами. — Атмосферы нет и на орбите тоже ничего не видно. Я бы убрал экран на несколько мгновений, чтобы быть уверенным.

— Нет! — Галл'Арт мотнул головой. — Глаз не спускай с планеты. Анализируй каждый метр пути. Вся надежда на тебя. Наши анализаторы молчат. — Его изображение дёрнулось. — Всем! Сближение. Предельная внимательность. Кто зевнет дифферент — самого изжарю. Ориентироваться по тридцать второму. — Его изображение исчезло.

Валл'Иолет чуть двинул акселератор вперёд и уставился в экран спор. Хотя экранирующее поле достаточно сильно искажало истинную картину пространства, но всё же понять, что таится в нём было можно.

Планета приближалась и чем ближе она была, тем вызывала всё большее удивление. Валл'Иолет вывел её на врезку и всматриваясь в туманный облик, пытался понять мотивы кроканов, подвигнувшие их на создание на ней своей обогатительной фабрики. Планета была несколько больше Толлоны. Атмосфера у неё всё же была, но очень тонкий слой, скорее всего, даже, не скрывающий макушек гор. Из-за близости к своей звезде её поверхность была горяча даже для тёплолюбивых толлонов. Её рельеф был крайне изрезан и ассоциировался с дорожкой звукового файла — будто поверхность была сплошным сонмом гор и каньонов. И что было самым непонятным — ни на одной из орбит не наблюдалось ни единого объекта искусственного происхождения, создавая впечатление, что толлонская эскадра ошиблась в объекте своей цели.

За пультом управления в очередной раз вспыхнула голограмма с изображением Галл'Арта. Командир эскадры, явно, был сердит.

— Куда ты привёл нас? — Глаза Галл'Арта сверкнули, отнюдь, не добрым блеском. — Где обогатительная фабрика? Где корабли? Вокруг пустота. А планета? На ней же живого места нет. Даже я через свой защитный экран вижу, что на ней можно изжариться. Только ненормальный может сунуться на неё. Ты, явно, ошибся.

Валл'Иолет, несколько раз моргнув, перевёл взгляд с голограммы на врезку с планетой. Его, вдруг, будто пронзил электрический разряд — за несколько часов наблюдения планета нисколько не повернулась, а была будто приклеена к своей орбите, что говорило о том, что она всегда повёрнута к своему солнцу одной стороной. Он вернул взгляд на командира эскадры.

— Командор! — Валл'Иолет вскинул брови. — А ведь она всегда повёрнута к звезде одной стороной. В области тени должны быть вполне комфортные поверхности.

— Ты уверен? — Галл'Арт подтвердил свой вопрос взмахом подбородка.

— Почти. — Валл'Иолет дёрнул плечами. — Другого объяснения их выбора у меня нет. Если разрешишь снять поле скрытия, я буду гарантированно уверен.

— Нет! — Галл'Арт мотнул головой. — Считай, я поверил. А то уже уверовал, что её ландшафт какой-то повторяющийся: вроде бы она вращается, а облик один и тот же. Всем! Планета всегда повёрнута к звезде одной стороной. Искать в тени. — Громко произнёс он и голограмма с его изображением исчезла.

Когда весспер оказался над обратной стороной планеты, Валл'Иолет задал анализатору поиск наибольшей концентрации ратана. Старый учёный был правдив, уверяя, что под новым полем скрытия возможна даже работа. Хотя пространство для анализа оказалось не слишком далеким, но чувство защищённости придавало уверенность и вселяло надежду в успех.

Вскоре облако тяжёлых частиц нашлось. Валл'Иолет двинул весспер к этой части планеты, над которой анализатор отмечал устойчивую концентрацию ратана.

Среди гор появилось небольшое плато, на котором просматривался холм розового цвета. В окружающих плато склонах гор просматривались несколько пещер. В две из них от красного холма шли трубы. Иногда между пещерами проскакивали какие-то механизмы. Валл'Иолету стало понятно, что обогатительная фабрика кроканов находится внутри гор. Песок тангарами высыпался на плато, а к фабрике подавался по трубам. Куда кроканы девали отходы было непонятно, так как серого песка нигде не просматривалось. Возможно он, просто, не просматривался на сером экране. Валл'Иолет связался Галл'Артом.

— Командор! — Заговорил он, смотря в изображение Галл'Арта. — Перерабатывающая фабрика внутри гор. Тангары сбрасывают песок на плато, ты должен у себя видеть розовое пятно чуть южнее экватора, а затем по трубоводам подают его к фабрике. Если судить, по тому, что трубовода два, то обогатительных фабрик у них тоже две или чего-то я не понимаю в их производстве.

Глаза Галл'Арта забегали, он видимо пытался найти у себя на экране красное пятно. Наконец его глаза замерли и долго оставались неподвижны. Затем он опять поднял взгляд на Валл'Иолета.

— Какие-то оружейные турели вокруг плато просматриваются?

— Я не вижу. — Валл'Иолет мотнул головой. — Если только экран их нивелирует на фоне гор.

— Будем надеяться, что их там нет. Они ведь не ждут нас здесь. Что ж, молодец Лет! — Лёгкая улыбка тронула губы Галл'Арта. — Всем! Рассредоточиваетесь над плато на высоте десять тысяч метров и закрываете его. Я опускаюсь ниже и... Короче, дальше мои проблемы. По моему приказу — уходим.

Голограмма с изображением командира эскадры погасла. Валл'Иолет наклонил панели управления, разворачивая весспер и занимая позицию над плато, мысленно отпуская в адрес командира эскадры нелестные слова, так как поля скрытия изрядно искажали пространство и была опасность столкновения с другими вессперами. Так как его весспер оказался ближе других к плато, то Валл'Иолет первым занял указанную позицию и теперь смотрел, как другие капитаны очень аккуратно выстраивались вокруг него. Над плато образовалось нечто, наподобие круга из вессперов. Оставшийся последним весспер, нырнул под круг и повертевшись под ним, раскрылся — его поле скрытия исчезло. Нос весспера смотрел в сторону одной из пещер, куда шла труба.

Неожиданно из-под него вынырнуло какое-то продолговатое тело и мелькнув, исчезло в пещере. Весспер развернулся и стал носом напротив второй пещеры с трубой и вновь, вынырнувший из-под него серый продолговатый предмет, исчез в пещере. Поле скрытия вновь накрыло весспер.

Перед Валл'Иолетом вспыхнула голограмма с изображением Галл'Арта.

— Всем! Уходим на сто тысяч. Построение — клин. — Выпалил он и голограмма с его изображением погасла.

Валл'Иолет шевельнул панели управления и весспер пошёл вверх. Круг вессперов распался.

Прошла пара минут, экран спор перед Валл'Иолетом, вдруг, посветлел. Свет шёл снизу. Валл'Иолет включил купол и опустил взгляд — над планетой разрастались два огромных жёлтых шара.

Хаара! Валл'Иолет отключил купол и двинул весспер в позицию, согласно положенного ему места на марше — крайний справа в последнем, третьем ряду.

Перед ним вновь вспыхнула голограмма с изображением Галл'Арта.

— Поздравляю всех! — Заговорил он и его губы вытянулись в широкой улыбке. — Надеюсь обогатительная фабрика кроканов уничтожена и им не скоро удастся построить новую. Лет пятьдесят здесь будет такая радиация, что никакие защитные средства не спасут. Всем за мной. Поля не снимать. Курс — Толлона.

Голограмма погасла и один из вессперов на экране спор начал стремительно удаляться. Валл'Иолет резко двинул акселератор вперёд, посылая свой весспер вдогонку убегающему вессперу командира эскадры.

10

Потянулись, казалось, бесконечные дни. Поля скрытия были сняты и эскадра шла полным ходом. Её путь пролегал в той части галактики, где толлоны не ходили и мощных ретрансляторных станций у них здесь не было и потому быстрой связи с Толлоной у эскадры тоже не было. Скорее всего это пространство не контролировали и кроканы, так как нигде не наблюдалось ни единой красной точки, да и анализатор весспера Валл'Иолета не отмечал присутствия в пространстве частиц, даже, состарившегося ратана. Чтобы как-то отвлечься, Галл'Арт заставил капитанов эскадры отрабатывать перестроение — эскадра рассыпалась в пространстве, то в горизонтальную линию, то в вертикаль, то выстраивалась в круг, ромб или треугольник, то шла спиралью, будто ввинчиваясь в пространство. Но вскоре и это занятие наскучило — перестроение было доведено до автоматизма и Валл'Иолет мог, пожалуй бы выполнять все эти маневры даже с закрытыми глазами, пользуясь лишь своим полем. Единственным его развлечением остались пробежки по коридорам весспера. Но Валл'Иолет всё же нашёл себе и другое занятие: он занялся совершенствованием работы со своим психотронным полем. Контроль пространства психотронным полем настолько его увлёк, что он порой забывал даже о том, где находится и лишь регулярные сеансы связи с ним Галл'Арта, требующего отчётов об анализе пространства, возвращали его в реальность. Трёп между экипажами, Галл'Арт запретил.

Хотя событие и ожидалось, но всё произошло, как всегда — неожиданно. Вернувшись в зал управления после одной из пробежек, Валл'Иолет вдруг увидел большое красное пятно в правой трети экрана спор. Его сердце сжалось в тревоге, уж слишком пятно было большим для одного корабля. Усевшись в кресло, он принялся манипулировать настройками. В конце-концов ему удалось разрешить пятно на отдельные точки. Пространственный сканер ещё не выдавал их характеристические показатели, но Валл'Иолет чувствовал, что это эскадра кроканских дифферентов, шедшая примерно в том же направлении, что и эскадра толлонских вессперов под командованием Галл'Арта. Он тут же связался с командиром эскадры.

— Командор! Перед нами кроканы. Чуть менее двух суток. Идут в том же направлении. — Произнёс Валл'Иолет с тревогой в голосе.

— Хаара! — Лицо командира эскадры исказилось неприятной гримасой. — Куда они могут идти? Что в той стороне?

— В той стороне Толлона, командор. — Губы Валл'Иолета вытянулись в горькой усмешке.

— Сколько их?

— Не меньше десяти. Пока ещё трудно сказать точно.

— Мы их сможем догнать?

— Дней через пять-шесть, если они будут идти с той же скоростью. Но пару лью они могут и добавить — тогда дней двадцать. Командор, я могу попытаться привлечь их. Вдруг клюнут.

— Десять не два. Сожгут и пепла не останется.

— Если догонят. Я ведь о-о-очень резвый.

— Хорошо! Действуй! Только не увлекайся. Иначе мы не успеем помочь. — По голограмме скользнула рука Галл'Арта и его изображение дёрнулось.

— Всем! — Заговорил он. — В двух днях пути перед нами кроканская эскадра дифферентов. Я не знаю куда они направляются, но их вектор пути совпадает с нашим. Мы обязаны их догнать. Если они, действительно идут к Толлоне с недобрыми намерениями, то мы должны преградить им путь. Строй — пирамида. Будьте внимательны. — Голограмма с изображением командира эскадры погасла.

Валл'Иолет шумно вздохнул и двинул акселератор до упора. Зелёные точки вессперов на экране спор поползли по экрану и вскоре скрылись за его краями.

Шло время. Красное пятно на экране спор разрасталось и всё отчётливее разрешалось на отдельные точки, но пространственный сканер всё ещё определял эту группу пятен, как одно целое. Наконец точки приняли более-менее выраженный характер и Валл'Иолет пытался сосчитать их — его сердце сжалось в тревоге, он насчитал их, восемнадцать. Выходило, что на один весспер приходилось два дифферента.

Пусть не все там дифференты, но их и полтора десятка тоже не подарок. Всплыла у него грустная мысль. Как они отреагируют, когда увидят меня?

Прошло ещё несколько часов погони. Пятно окончательно распалось и на экране спор, наконец появились характеристические показатели кроканских кораблей. Собственно, ничего нового они не принесли, лишь подтвердили прежние выводы. Оставалось одно — ждать реакции кроканов, на появление весспера на их пространственных термах.

И она себя не заставила ждать, как только расстояние сократилось до суток пути три красные точки отделились от основной группы и начали уходить в сторону. Расстояние до них стремительно сокращалось.

Всего-то! Валл'Иолет хмыкнул. Но остальные-то должны вас подождать.

И действительно, скорость основной группы точек начала падать.

— Молодцы! — Валл'Иолет широко улыбнулся. — Понятливые. И Галл'Арту будет легче.

Прошло ещё некоторое время. Идущие навстречу вессперу Валл'Иолета дифференты, вдруг, резко отвернули в сторону и помчались прочь. Лицо Валл'Иолета было вытянулось в недоумении. Он включил купол и оглянулся — над головой отчётливо отображалась россыпь зелёных точек.

Увидели всю эскадру. Он отвернулся и широко улыбнулся. Однако, героизма у вас не густо. Остальные, неужто, тоже побегут?

Но его сарказму не суждено было подтвердиться — остальные дифференты начали резко снижать скорость и развернувшись, двинулись ему навстречу.

Валл'Иолет вновь оглянулся — вессперы шли за ним с несколькими часами отставания. Он включил торможение и к месту встречи кораблей двух цивилизаций он подошёл одновременно со своей эскадрой.

Дифференты, разделившись на две группы, принялись обходить эскадру вессперов с двух сторон.

Перед Валл'Иолетом вспыхнула голограмма с изображением Галл'Арта.

— Всем! — Заговорил командир эскадры. — Их больше и потому держаться вместе. По одному они нас перещелкают, как насекомых. Построение — полукруг. Наше преимущество — поле скрытия. Используем его по максимуму. Накрываемся, подходим, снимаем покрывало, залп по одному дифференту и вновь прячемся. Капитан Валл'Иолет. Твой весспер самый эффективный. Среди нас тебе будет неуютно и потому работаешь один у них за спиной. Опыт у тебя есть. Пока мы будем перестраиваться, покрутись позади них, застав обратить на себя внимание, отвлекай, но будь аккуратен, чтобы они не достали тебя. Одевайся и пошел. Остальным тоже укрыться. Если исчезнут, раскрываемся и подходим ближе и вновь укрываемся. Начали!

Голограмма погасла. Валл'Иолет включил поле скрытия — отображение пространства на экране спор поблекло. Исчезли с экрана и дифференты. Валл'Иолет вызвал штурвал и потянул его на себя — весспер заскользил вверх.

Как бы не напороться. Скользнула у него тревожная мысль. Может для работы под полем скрытия пространственному сканеру нужны какие-то другие настройки? Хаара! Раньше нужно было подумать об этом. Слай'Элма больше спрашивать, а не сидеть болваном. Отправил он в свой адрес нелестный отзыв.

Прошло около двух часов, когда, наконец, на экране проявились несколько бледных красных точек. Они медленно ползли в его сторону. Периодически точки становились ярче, будто вспыхивали и экран прочерчивали яркие тонкие линии смертоносных лучей. Куда они стреляли, Валл'Иолет мог лишь гадать, так как зелёных точек вессперов пространственный сканер сейчас не отображал, но дифференты шли ниже и потому лучи скользили где-то под весспером. Если вессперы эскадры были накрыты полями скрытия, то, скорее всего, дифференты били наугад. Но всё же, в такие моменты сердце Валл'Иолета сжималось в тревоге, ему казалось, что сейчас дифференты его увидят и следующие смертоносные лучи, непременно, вопьются в его весспер.

Наконец точки дифферентов уползли в нижнюю часть экрана спор и скрылись из вида. Валл'Иолет развернул весспер и бросил взгляд на накопитель энергии спиралонового излучателя — он был полон.

Он ткнул пальцем в панель деактивации поля скрытия. Отображение на экране стало чётким. Девять дифферентов были под весспером настолько близко, что отчётливо просматривались голубоватые сполохи дюз их движителей. Бледные зелёные точки эскадры вессперов, блестели чуть в стороне от дифферентов. Видели ли их дифференты, можно было лишь гадать, хотя они стреляли в сторону эскадры вессперов, но скорее всего больше для страха, нежели на поражение.

Дифференты, видимо, заметили новую для себя угрозу, появившуюся сзади и бросились врассыпную, но для одного из них уже было поздно. Валл'Иолет активировал автозахват цели и в тот же миг на экране спор вспыхнул белый овал прицела, упирающийся в дифферент. Валл'Иолет вжал клавишу выстрела. Весспер вздрогнул, будто проснулся. Накопитель энергии спиралонового излучателя мгновенно опустел. Дифферент в белом овале задрожал, будто к нему подключили мощный вибратор. Белый овал погас, но тут же вспыхнул красный круг прицела лазерного излучателя. Не раздумывая, Валл'Иолет вжал клавишу выстрела оставшейся лазерной пушки и жирный красный луч упёрся в модуль управления дифферента.

Тут же ткнув пальцем в клавишу активации поля скрытия Валл'Иолет резко повернул штурвал, уводя весспер в сторону. Экран спор поблек. Красные точки дифферентов начали стремительно расползаться по сторонам и лишь одна из них осталась на месте.

— Отлично! — Губы Валл'Иолета растянулись в широкой улыбке.

Конечно, от одного залпа навряд ли дифферент сгорит, но его функциональность несомненно будет нарушена. Всплыла у него довольная мысль.

Дальнейшее произошло столь стремительно, что Валл'Иолет лишь едва успел вскинуть брови от удивления.

Бросившись в рассыпную, два дифферента оказались совсем близко от эскадры вессперов, бледные точки которых на экране спор тут же сделались ярче, видимо, увидев близко подошедшие к ним дифференты, они сбросили поле скрытия. От вессперов в сторону дифферентов протянулись яркие зелёные сполохи и красные точки дифферентов на экране спор ярко вспыхнув, превратились в большие жёлтые пятна.

Сняв с себя поле скрытия, вессперы обозначили своё местонахождение и стали видны идущим к ним с другой стороны дифферентам. Хотя расстояние было достаточно большим, но всё же дифференты выпустили яркие красные лучи, которые уперлись в одну из зелёных точек. Из-за того, что лучей было много, полученной энергии хватило, чтобы весспер превратился в огненный шар. Пространство озарилось ещё одной вспышкой.

Зелёные точки вессперов на экране спор перед Валл'Иолетом поблекли и пошли в сторону. Красные точки дифферентов двигались вслед за ними. Валл'Иолет поднял брови.

Они их видят? Но у кроканов же нет средств обнаружения полей скрытия. А если они идут по следу ратана? Догадливые! Тогда они и меня найдут. Всплыли у него тревожные мысли.

Он прометнулся взглядом по экрану, но никаких красных точек в его сторону не двигалось: разбежавшиеся от его атаки дифференты, ещё только вновь собирались в одну группу; вторая группа дифферентов шла за эскадрой вессперов, периодически выпуская смертоносные лучи из своих орудий; повреждённый выстрелами Валл'Иолета дифферент одиноко полз неизвестно куда.

Валл'Иолет повернул штурвал и направил свой весспер в сторону группы дифферентов, идущей по следу эскадры вессперов, решив повторить свой маневр.

Подойдя вплотную к одному из дифферентов, он бросил взгляд в сторону накопителя энергии спиралонового излучателя и убедившись, что он полон, снял поле скрытия и едва сработал захват цели, нажал клавишу выстрела. Дифферент задрожал и из дюз его движителей повалили густые струи дыма. Выпустив в его сторону порцию зарядов из всех лазеров, Валл'Иолет вновь закрылся экраном.

Другие дифференты группы метнулись по сторонам. И опять один из них оказался слишком близко к вессперам, которые тут же сбросив поле скрытия, ударили по нему из своих энергетических пушек. Пространство озарилось ещё одним ярким жёлтым шаром.

Но в тоже время, раскрывшись, вессперы обозначили себя и в их сторону тут же метнулась другая половина кроканской эскадры, видимо, уже пришедшая в себя от полученного потрясения. От неё в сторону вессперов вытянулись красные линии лазерных лучей, но из-за удалённости лучи оказались не столь эффективны, но всё же один из вессперов, оказавшийся ближе всех к дифферентам, задымил.

Другие вессперы, уже не прячась за поля скрытия, бросились к своему горящему кораблю, выпустив рой ответных лучей в сторону дифферентов. Корабли кроканов бросились врассыпную, но отскочив совсем не далеко, развернулись и собравшись в плотную группу, опять двинулись в сторону эскадры вессперов, ведя непрерывный огонь из своих лазерных пушек. К ним подтянулась и вторая группа дифферентов. Рядом с двумя вессперами появились светлые чёрточки, показывающие, что они дымили.

Как показалось Валл'Иолету, один из подошедших дифферентов находится в зоне досягаемости спиралонового излучателя. Убедившись, что его накопитель полон, Валл'Иолет сбросил поле скрытия и поймав дифферент в прицел, нажал клавишу выстрела. Кроканский корабль заплясал, будто попал в сильное волнение. Он оказался далеко для лазерных пушек и Валл'Иолет вновь спрятал весспер за экран.

Капитаны других дифферентов, увидев, что один из кораблей их группы вновь атакован невидимым противником, рванулись вперёд, пытаясь уйти от невидимки и оказались перед вессперами. Вессперы открыли огонь, сосредоточившись на одном из дифферентов и на его месте тут же вспыхнул огненный шар.

Видимо поняв, что оказались меж двух огней, дифференты уже не бросились врассыпную, а продолжили идти вперёд, прорываясь между вессперами, видимо, выбрав для себя зрячего противника, огрызаясь плотным ответным огнём. Вессперы начали уворачиваться и в пространстве завертелась карусель — вессперы и дифференты вертелись волчками, кувыркались и шли кругами полосуя друг друга смертоносными красными лучами своих орудий. Пространство озарилось новыми огненными шарами взорвавшихся кораблей.

Валл'Иолет решил, что теперь бессмысленно скрывать свой весспер и сбросив поле скрытия, бросил корабль к месту сражения.

Дифференты оказались весьма вертлявыми кораблями и удержать их в прицел вручную оказалось проблематичным, так как после выстрела автоматика считала утонувший в ореоле дифферент уже уничтоженным и захватывала следующий и Валл'Иолету не удавалось выпустить по предыдущему дифференту залп из лазерных пушек, чтобы нанести ему ещё больший урон.

Закончив дрожать от полученного спиралонового заряда, дымя и изрыгая огненные струи, дифферент возобновлял свои боевые действия.

В один из таких моментов, Валл'Иолет посчитал, что дифферент очень близко и что дополнительная атака лазерными пушками может вывести его из строя, отключил автоматическое слежение и вернул прицел на дрожавший дифферент. В тот же миг донёсся пронзительный вой и экран спор залило красным цветом.

— Потеря защиты семьдесят процентов. — Раздался металлических голос информационной системы.

Мысленно выругавшись, Валл'Иолет резко повернул штурвал, уводя весспер в сторону, хотя не представлял, с какой стороны был атакован. Но ему повезло: через несколько мгновений экран потемнел и он увидел, что его весспер в чистом пространстве. На экране терминала пульсировали несколько красных сегментов. Он включил камеры ближнего обзора, правое крыло было обрезано по самый корпус и из его остатка бил фейверк ярких искр.

— Хаара! — Механически прошелестели губы Валл'Иолета. — Полный болван!

Выключив камеры ближнего обзора, он прометнулся взглядом по экрану спор, намереваясь выбрать место входа в пространство сражения. Его брови выгнулись высокими дугами: сражения, как такового, уже не было — уцелевшие корабли враждующих сторон расползались из пространства конфликта в разные стороны, за многими из них тянулись шлейфы серого дыма и рассыпались яркие фейверки искр. Валл'Иолет насчитал четыре весспера и одиннадцать дифферентов. Причём шлейф дыма тянулся лишь за одним весспером. По характеристическим показателям он понял, что дымил весспер Галл'Арта.

Повернув штурвал, Валл'Иолет направил свой весспер в сторону весспера командира эскадры. Едва он оказался рядом с ним, как над пультом управления вспыхнула голограмма с хмурым лицом Галл'Арта.

— Молодец Лет. — Губы командира эскадры чуть вытянулись. — Нагнал ты на них страху. Шарахались будто ошпаренные. Насколько серьёзны твои повреждения? Фонтан из тебя приличный. Помощь нужна?

— Правое крыло срезали. В нём был твёрдый кислород для регенераторов. Вот и фонтанирует. Надеюсь, статит скоро сработает.

— Без регенераторов ты долго не протянешь.

— Во втором есть.

— Тогда держись. Сейчас посмотрим куда они двинут и тогда решим, что делать дальше. Я поймал в ангар несколько лазеров. Если статит не затянет дыру весспер придётся бросить. Тогда к тебе переберусь. А ты молодец; двоих завалил.

— Проблема не решится, пусть весь экипаж ко мне перебирается.

— Хорошо.

Голограмма исчезла. Валл'Иолет откинувшись в кресле, принялся наблюдать за дифферентами.

Целые из них крутились вокруг дымящих, из овальных крыльев которых били какие-то белые струи. Два дифферента вскоре перестали дымить. Остальные продолжали, видимо экипажам не удавалось справиться с повреждениями, а из одного и вовсе, вдруг, ударил мощный фонтан огня. Окружающие его дифференты бросились в разные стороны и пространство озарилось ещё одной рукотворной вспышкой. Опять собравшись в группу, дифференты направились в ту сторону, откуда шли изначально.

Валл'Иолет включил камеры ближнего обзора — из того места корпуса, где когда-то было крыло искры уже не сыпались, но фонтан дыма был ещё приличным.

Удовлетворённый увиденным, он переключил экран спор на режим дальнего обзора. Дифференты уже превратились в красные точки и быстро удалялись.

Вновь вспыхнула голограмма с изображением Галл'Арта. Лицо командира эскадры выглядело даже приветливо, на его губах играла лёгкая улыбка.

— Двинули восвояси. Пусть их путь будет устлан густым дымом. — Его улыбка сделалась шире. — Уходим и мы. Пробоина затянулась. Статит справился, но зыбок. Слишком дыра большая. Если статит начнёт течь, придётся тебе сопровождать меня. Вессперы сейчас слишком дороги, чтобы разбрасываться ими. Да и присматривай за пространством позади. Вдруг вернутся.

— Да, командор! — Валл'Иолет кивнул головой.

Голограмма погасла. Валл'Иолет толкнул штурвал и тот занял свою нишу в пульте управления. Вызвав панели управления, он положил на них руки и дождавшись, когда тройка вессперов займёт позицию позади корабля командира эскадры, двинул акселератор вперёд и пристроил свой боевой корабль в хвост изрядно поредевшей эскадре.

11

Эскадра дальше без приключений добралась до Толлоны. Весспер Галл'Арта выдержал переход и выдал изрядную порцию дыма лишь при входе в атмосферу. Посадку на космодром совершали глубокой ночью. Из встречающих был лишь адмирал Нейн'Манн с двумя десантниками, да техники космодрома.

Адмирал был зол. Не удосужившись выслушать Галл'Арта, он подбежал к Валл'Иолету.

— Где "Спирай"? Что с ним? — Буквально зашипел он.

— Я не знаю, где он и что с ним, гросс адмирал? — Валл'Иолет мотнул головой.

— Как не знаешь? А почему ты здесь? Почему вернулся? — Адмирал сорвался в крик.

Наш путь пересёкся с трассой, по которой кроканы возят криил. Они тоже сопровождают свои грузовики. — Начал объяснять Валл'Иолет. — Это был наш драффт в сопровождении двух дифферентов. Я решил увести дифференты от пути "Спирай" и отбить драффт. Это удалось. Гросс адмирал, я не знал, что делать с драффтом и отправил его к "Спирай". Затем был тангар кроканов. Слишком оживлённой оказалась их трасса. Я опасался, что кроканы увидят "Спирай" и увёл их в сторону. Потом я встретился с эскадрой Галл'Арта.

— Хаара! — Глаза адмирала сверкнули гневом. — Домой! И ни шагу оттуда. Как только весспер будет восстановлен, уйдёшь догонять "Спирай".

Адмирал оглянулся и кивнул рукой в сторону десантников. Один из них, подбежав, молча вытянулся.

— Сержант, лично доставишь капитана домой на моём лорне. — Нейн'Манн кивнул головой в сторону Валл'Иолета. — И больше никуда. Чтобы он ни говорил. Выполняй!

— Да, гросс адмирал. — Резко кивнув головой, десантник повернулся и вытянул руку в сторону стоящего неподалёку чёрного лорна адмирала. — Прошу, господин капитан.

Состроив гримасу, Валл'Иолет направился к летательному аппарату.

Когда лорн добрался до усадьбы уже было раннее утро. Высадив Валл'Иолета около калитки, лорн адмирала развернулся и помчался в ту сторону, откуда пришёл.

Открыв калитку Валл'Иолет вошёл во двор. Ир'Инна стояла на крыльце. Увидев вошедшего во двор Валл'Иолета она вскрикнула и выпустив из рук сумочку, побежала к нему. Валл'Иолет замер в восхищении — Ир'Инна была прекрасна. Подбежав, девушка обхватила Валл'Иолета руками за шею и начала осыпать его лицо поцелуями.

— Милый! Родной! Вернулся! Я уже и не надеялась. — Шептала она. — Любимый! Вернулся!

Коснувшись губами, губ Ир'Инны, Валл'Иолет разорвал хват её рук.

— Куда же мне ещё возвращаться. Другого дома у меня нет. И ты у меня одна. Другой тоже нет.

— Я, когда узнала, кто у тебя в экипаже... — Ир'Инна, отвернувшись, провела руками по лицу.

— Ирин. — Взявшись руками за голову девушки, Валл'Иолет повернул её лицо к себе. — Как ты могла сомневаться во мне? Нет для меня никого, кроме тебя. Неужели ты этого до сих пор не поняла? — Он дотронулся губами до её щеки. — Пойдём в дом.

— Не могу Лет. Мне на службу пора. Если опоздаю, буду наказана. Сейчас очень строго с дисциплиной. Ты надолго?

— Не знаю. — Глубоко вздохнув, Валл'Иолет мотнул головой. — Но надеюсь, два-три дня у нас есть.

— Тогда, до вечера.

— Только никому не говори, что я вернулся. Тогда накажут меня. И гораздо строже, чем тебя.

— Т-ты с-сам, тайно?

Валл'Иолет мотнул головой.

— Кому можно знать, те знают. Договорились?

— Д-да! — Ир'Инна покивала головой.

— У тебя как с уровнем? — Валл'Иолет достал из кармана свою карточку уровня жизни.

— Что-то есть, но не очень. Твоя усадьба дорога.

— Но я же заключил договор?

— Они подняли цену и аннулировали старый. А новый, без тебя... — Она покрутила головой. — У меня нет прав. Да и уровень не тот.

— Извини! Я выпустил из вида. Дай карточку. Я переведу. У меня выше крыши.

— Я тороплюсь, Лет.

— Тогда привези что-нибудь. Я голоден. А вечером я всё переведу тебе.

Молча кивнув головой, Ир'Инна обошла Валл'Иолета и подойдя к валявшейся на дорожке сумочке, подняла её и направилась к стоящему на лужайке лорну. Вскоре дверь летательного аппарата опустилась и он взмыл вверх. Проводив его долгим взглядом, Валл'Иолет вошёл в дом...

День для него прошёл незаметно: большую его часть он проспал, а оставшееся, до прихода Ир'Инны, время провёл перед экраном стерео. По всем каналам доминировала лишь одна тема — возврат потрёпанной эскадры Галл'Арта и произошедшие с ней события в далёком пространстве. Политики, аналитики и просто жители планеты пытались строить прогнозы, относительно дальнейшего развития отношений между цивилизациями. Но полноты произошедших в пространстве событий, как понял Валл'Иолет, никто из рассуждающих не знал, что порой вызывало у него даже смех, от извращения произошедшего. Увлёкшись, он и не заметил, как вернулась Ир'Инна.

— Отдыхаешь. — Услышал он далёкий, тихий голос.

Валл'Иолет прислушался, но с экрана стерео разговор шёл совсем о другом. Дёрнув плечами, он оглянулся — в дверях стояла Ир'Инна. Вскочив, он бросился к ней и обняв, прижался губами к её лицу.

— Любимая! Наконец-то! Тебя не было вечность.

— Выдумщик. — Ир'Инна широко улыбнулась. — Я уже пять минут стою в дверях, а ты даже не почувствовал этого.

— Эти болваны в стерео обсуждают, то, о чём совершенно не имеют никакого представления. — Валл'Иолет отступил от Ир'Инны и взял её под локоть. — Ты только послушай. — Он потянул её за локоть к креслу, с которого только что поднялся.

— Я это сегодня сама весь день обсуждала. — Ир'Инна села. — Выходит я тоже болванка? — Она широко улыбнулась.

— Я тебе расскажу истину, любимая. — Валл'Иолет опустился перед ней на пол и уткнул своё лицо ей в колени. — Всё, всё. Даже то, что никогда никому из них не скажу.

— И что мне с этим делать, если я никому этого не смогу рассказать? — Взяв Валл'Иолета руками за голову, она подняла её и заглянула ему в глаза. — Я же сойду с ума, храня это в себе.

— Надеюсь, это будет недолго продолжаться. Я не нашёл никакой информации о последней гонке церборов. Ты не знаешь, кто победил?

— Я не слежу за ними. — Ир'Инна мотнула головой. — Если не ошибаюсь, она была перенесена.

— Прекрасно! Значит не всё потеряно. — Валл'Иолет широко улыбнулся, вызвав немой вопрос у девушки. — Значит я их увижу. — Попытался выкрутиться он.

— Я сегодня была у адмирала.

Валл'Иолет вскочил.

— Что ему от тебя-то нужно? — В его голосе послышалось возмущение.

— Он дал нам три дня. — Тихо произнесла Ир'Инна.

— Каких ещё три дня? — Валл'Иолет сдвинул брови.

— Три дня, чтобы провести их рядом друг с другом. Или ты этого не хочешь?

— Любимая! — Валл'Иолет наклонился и дотронулся губами губ Ир'Инны. — Даже не знаю, как тебя отблагодарить за этот подарок. — Он заглянул девушке в глаза.

— Он, только, поставил одно условие.

Валл'Иолет вскинул брови в немом вопросе.

— Мы не должны никуда уходить из усадьбы.

— Я не хочу никуда уходить. — Валл'Иолет выпрямился и покрутил головой.

— Тогда перенеси пакеты из лорна на кухню. Они тяжёлые. Я опустошила свою карточку.

— Милая! — Наклонившись и ещё раз поцеловав Ир'Инну, Валл'Иолет направился к двери...

Три дня пролетели, как один миг. Валл'Иолет и Ир'Инна не расставались ни на минуту. Им казалось, что это и есть тот предел счастья, к которому они до сих пор стремились. Лорн адмирала, с тем же самым сержантом пришёл ночью, в начале четвёртого дня их счастья.

Громкая и резкая мелодия сканера связи Валл'Иолета, раздавшаяся в ночи, будто звуки набата, заставила их вздрогнуть и оторваться друг от друга. Им было понятно, кто звонит и потому никаких вопросов не было. Подавив звонок, Валл'Иолет привёл себя в порядок и одевшись, подошёл к стоявшей около входной двери Ир'Инне. Её лицо было строгим и сосредоточенным.

— Любимая! Не провожай. — Он прижался губами к её щеке. — Я не выдержу и останусь.

— Любимый! А я этого и хочу. — Она провела рукой по его волосам.

— Но это невозможно, любимая. — Он поймал губами её руку.

— Почему, любимый? — Ир'Инна прижалась к Валл'Иолету.

Вновь затрещала мелодия вызова. Валл'Иолет отстранил Ир'Инну и не доставая сканера связи, вышел...

Ир'Инна прижав руки к щекам, долго стояла перед дверью, молча смотря на неё невидящим взглядом. Ей думалось, что это был совсем не тот звонок и что сейчас дверь откроется и в её проёме будет стоять улыбающийся, её, Лет.

Ир'Инна, совершенно, не представляла, сколько времени она простояла перед дверью, но она так и не открылась и никто в неё не вошёл. Наконец, её голова повернулась — в окне брезжил рассвет. Она прошла в санационную и приведя себя в порядок, оделась и подошла к столу, чтобы взять сумочку — рядом с сумочкой лежали две карточки уровня жизни: её и Валл'Иолета.

Забыл! Молнией мелькнула у неё мысль. Значит вернётся. Её сердце затрепетало. Интересно, какой уровень у капитана космического флота? Вдруг появилась у неё мысль любопытства. Но это же нехорошо. Тут же всплыла у неё другая мысль. Но я ведь никому об этом ни скажу. Протолкнулась следующая мысль.

Любопытство взяло верх и взяв карточку Валл'Иолета, Ир'Инна подошла к экрану стерео и сунула карточку в прорезь приёмника. На экране вспыхнуло меню. Поманипулировав с секретными кодами, которые она знала по долгу своей работы, Ир'Инна вызвала уровень жизни Валл'Иолета. Её брови взметнулись на середину лба — он был нулевой.

— Как... — Вырвалось у неё.

Она оглянулась на свою карточку и всё поняла. Выкатившиеся из её больших, круглых, тёмных глаз две, первые за сегодняшнее утро, большие слезы, скатились вниз, оставив на щеках широкие блестящие следы.

***

Заканчивался двухсотый день пути Валл'Иолета. На максимальной скорости он вёл восстановленный тридцать второй весспер, по тому же самому пространственному вектору, по которому его около трёх лет назад вёл за собой "Спирай". В весспере Валл'Иолет был один. На его предложение адмиралу, о том, чтобы его механиком в этот раз стала Ир'Инна, он получил категоричный отказ. Почему адмирал был так нетерпим к Ир'Инне, Валл'Иолет не понимал.

Я обязательно вернусь. Решил он для себя. Как только "Спирай" доберётся до своей планеты, сразу же уйду оттуда...

После отказа адмирала, у него появилась мысль — тайком увезти Ир'Инну. Но как это сделать, он так и не придумал: до самого старта следом за ним, неотступно, ходил огромный сержант-десантник, не выпуская из рук оружия. Он мог бы усыпить десантника своим полем на несколько часов, так как их, особенно-то, никто и не контролировал, но как можно было незаметно уйти с космодрома, он тоже не представлял, так как никакого летательного аппарата у него не было, а воспользоваться другим, не зная кода доступа к нему, было невозможно, не вызвав нежелательного внимания. В нише хранилища весспера стоял крапп, но чтобы воспользоваться им усыплять нужно было не менее десятка техников, что являлось полной авантюрой. В конце-концов, он отбросил эту затею, решив, что, просто, вернётся, выполнив задание...

Развалясь в кресле, он смотрел на голографическое фото Ир'Инны, висящее над пультом управления, пытаясь понять, чем она сейчас занимается. Из размышлений его вывел нудный писк. Он повернул голову в сторону экрана терминала, но никаких тревожных сообщений на нём не было. Дёрнув плечами, он перевёл взгляд на экран спор: неведанная сила тут же заставила его выпрямиться — на экране алели несколько клякс.

— Хаара! — Прошелестели его губы.

Пальцы Валл'Иолета забегали по сенсорам экрана терминала: пространство на экране спор, как бы раздвинулось и четыре кляксы разрешились на крохотные красные точки. Он принялся считать точки — их было сорок. Они шли стороной, на расстоянии около полутора суток пути, что говорило, что пространственный сканер несколько потерял свою чувствительность. Несомненно — это были дифференты, шедшие на максимальной скорости в сторону Толлоны и лишь повышенная чувствительность пространственного сканера весспера новой модели позволила Валл'Иолету увидеть их.

Куда они идут? Если судить по вектору их пути, то к Толлоне? Зачем? Подобно молниям, замелькали у него тревожные мысли. С угрозой? Будут силой заставлять нас уйти с Роззы? А если ещё хуже? А что может быть хуже? Атака на планету. Но сорок дифферентов не такая уж великая сила. Три десятка вессперов перещёлкают их, как назойливых насекомых. Нет, сорок дифферентов не могут пойти на такой безрассудный шаг. А если это какой-то отвлекающий маневр: вессперы выдвинутся им навстречу; они побегут; вессперы за ними; а в это время другая эскадра дифферентов окажется у Толлоны. Адмирал говорил, что у них две сотни дифферентов. Атака даже их сотни на беззащитную планету будет чудовищной. Вероятно и в прошлый раз они шли за тем же, но мы им помешали. Теперь же они более, чем вдвое увеличили численность эскадры, чтобы уже наверняка мы их не смогли остановить. Теперь и отвлекать их бессмысленно. Пусть, даже, пятерых уведу я за собой — это не решит проблему. Единственный выход вернуться и предупредить. Моя скорость выше. Дней двадцать у Толлоны будет что-то предпринять. Валл'Иолет положил руки на панели управления. А если они идут не к Толлоне? Вдруг, всплыла у него следующая мысль. От позора не отмоюсь. Адмирал больше близко, не то что к вессперу, к космодрому не подпустит. Его руки сползли с панелей управления.

Прошёл час. Валл'Иолет не отрываясь смотрел на экран спор, пытаясь решить — продолжать путь или вернуться.

Но куда они ещё могут двигаться? Продолжил он склонять себя к варианту возврата. Да и вектор пути они выбрали неспроста: они прекрасно знают, что здесь у нас нет ни одного ретранслятора, никто их не увидит и не предупредит Толлону. Если только я.

Состроив гримасу, Валл'Иолет покачал головой и положив руки на панели управления наклонил их. Описав широкую дугу в пространстве, весспер под номером тридцать два помчался в обратный путь.

12

Когда до Толлоны осталось меньше двух суток пути, Валл'Иолет пробежался пальцами по клавишам и над пультом управления тут же вспыхнула голограмма с изображением Нейн'Манна. Брови адмирала медленно поползли вверх, будто он с трудом узнавал капитана, а по мере узнавания, всё больше удивлялся виду узнанного.

— Гросс адмирал! Кроканы! — Выпалили Валл'Иолет без требуемого уставом представления.

— Где ты? — Выдавил из себя Нейн'Манн.

— В двух днях пути от Толлоны, гросс адмирал.

— Ка-ки-х д-ня-х? — Протянул адмирал. — Ты же...

— Я вернулся. — Валл'Иолет дёрнул правым плечом.

— Ты перешёл все границы дозволенного. — Голограмма погасла.

Посмотрев некоторое время в пустоту Валл'Иолет ткнул в клавишу повторного вызова. Во вспыхнувшей голограмме опять было лицо Нейн'Манна. Жёлтые ободки его зрачков начали разгораться, будто он увеличивал подаваемое на них напряжение, показывая, что адмирал приходил в ярость.

— Гросс адмирал. Я вернулся потому, что встретил эскадру кроканских кораблей, в количестве сорока дифферентов, идущих в сторону Толлоны. Они бы меня всё равно не пропустили. Решил схитрить Валл'Иолет. Видимо мне суждено погибнуть: или от вашего гнева или от излучателей кроканских дифферентов. Я выбрал вас, гросс адмирал.

— Что-о-о! Да ты... — Лицо адмирала на голограмме увеличилось, будто он собирался вылезти из неё в зал управления весспера.

— У нас есть около двадцати дней, гросс адмирал. Через двадцать дней дифференты будут над Толлоной. — Скороговоркой выпалил Валл'Иолет, опасаясь, что адмирал вновь исчезнет и он не успеет изложить причину своего возвращения.

Лицо адмирала сделалось меньше.

— Двадцать дней. Это хорошо. Мы их встретим. Разворачивайся и догоняй "Спирай".

— Гросс адмирал, они не пропустят меня.

— Обойди стороной.

— Гросс адмирал...

— Выполняй! — Рявкнул Нейн'Манн и голограмма погасла.

Почему он так поступает со мной? Почему решил, непременно, избавиться от меня? Замелькали у Валл'Иолета грустные мысли. А если из-за Ир'Инны? Вдруг всплыла у него догадка. Потому и не отпускает её со мной. А меня гонит прочь. Подальше, чтобы не мог ни знать, ни видеть, что он тут будет делать с ней. Ну уж нет. Не получишь ты мою Ирин. Никогда. Хоть ты и адмирал. Губы Валл'Иолета вытянулись в ехидной гримасе. Что я могу сделать? Изменилось направление тока его мыслей. Около Толлоны мне появляться нельзя. Адмирал, несомненно, пойдёт на крайние меры и прикажет арестовать меня по настоящему. Идти к "Спирай" и терзаться несколько десятков лет, тем, что здесь может произойти? Но экипаж "Спирай" не терзается же? Но они же не знают. Губы Валл'Иолета вытянулись в кислой усмешке. А если поискать другие эскадры дифферентов? И польза и не придётся маячить перед адмиралом. А потом будет видно, что делать. Уверен, они где-то недалеко прячутся. Скорее всего у одной из ближних звёзд. Где они тут? Валл'Иолет пробежался пальцами по клавишам пульта управления и на экране спор появилась врезка с отображением недалёкого от системы Ураны пространства. Ага! Три звезды. Две образуют нестабильную тесную пару. Без планет. Отпадают. Около третьей есть планетная система из четырёх планет. Система Гроу. Странное название. Он вызвал на экран систему мрачной красной звезды Гроу. Все планеты необитаемые. Три газовые гиганты. Отпадают. Одна очень горячая, но повёрнута к планете всегда одной стороной. Хм-м! У них есть опыт использования подобных планет в своём пространстве. Почему бы им не воспользоваться этим и в нашем? Сколько до неё? Порядка девяноста дней пути. Наверняка у нас там даже ретранслятора нет. Его бы пришлось устанавливать, практически, на горячей стороне. Потому и нет. Да и трасс-то в том направлении у нас нет. Ничего интересного. Заброшенный, неконтролируемый район галактики прямо под носом. А если не там? Где-то подальше? Но какой им смысл забираться далеко? Вессперы могут успеть вернуться. Нет нужно искать где-то там.

Валл'Иолет развернул весспер в направлении на систему звезды Гроу и резко двинул акселератор вперёд.

***

Шёл восьмидесятый день пути. До звезды оставалось ещё около десяти дней хода и Валл'Иолет всё пристальнее, до боли в глазах, будто не доверяя системам обзора пространства, всматривался в экран спор, надеясь рассмотреть красные точки дифферентов. И хотя планета, к которой он шёл, уже просматривалась отчётливо, но мощный фон мрачной красной звезды не давал увидеть мелкие детали рядом с ней. Порой у Валл'Иолета перед глазами начинали плыть чёрные круги и тогда, встряхивая головой, будто сбрасывая их реальные очертания, он вновь, поспешно пробегал взглядом по экрану спор, будто за то мгновение, пока он тряс головой, могло произойти то событие, которое он ожидал с таким нетерпением и ради которого поставил под сомнение свою дальнейшую нормальную жизнь.

И они появились — большая россыпь красных точек выползла из-за нижнего края красной звезды. Дифференты были уже далеко от планетной системы Гроу и двигались навстречу вессперу. Сколько их было, определить было ещё невозможно, но много и главное, что они — были, полностью подтверждая догадку Валл'Иолета.

— Хаара! — Прошелестели губы Валл'Иолета.

Что вас заставило начать движение? Время или вы каким-то образом получили сообщение? Почему этот район пространства оказался бесконтрольным? Замелькали у него досадные мысли. Что ж, делать здесь больше нечего. Пора возвращаться.

Он резко наклонил панели управления и описав короткую дугу в пространстве, тридцать второй весспер в очередной раз помчался к Толлоне.

***

Едва Валл'Иолет оказался на полпути к Толлоне, как на экране спор вспыхнула какая-то красно-зелёная клякса. Он всмотрелся в характеристические показатели кляксы: она шла навстречу вессперу. Валл'Иолет насторожился. Прошло полдня. Клякса разрешилась на точки. Стало понятно: ему навстречу идут дифференты и вессперы. Среди них был и весспер Галл'Арта.

Он включил купол и оглянулся — ещё одной кляксы дифферентов, идущих к Толлоне не наблюдалось. Они, почему-то, шли не на максимальной скорости и Валл'Иолету удалось далеко оторваться от них. Он отвернулся и погасил купол. Время, чтобы предупредить, у него было.

Хм-м! Они решили действовать несколько не так, как я предполагал, замелькали у Валл'Иолета досадные мысли. Значит они решили не только увести вессперы от Толлоны, но и притащить их к основной группе, чтобы окружить и уничтожив их, уже затем разбираться с Толлоной. Какие условия они будут предъявлять? Хаара! Что ж, гросс адмирал, попался ты на уловку кроканов. Полная бесконтрольность пространства. Жаль! Но не тебя, а капитанов. Все же нужно попытаться предупредить их. Возможно они уже видят меня.

Валл'Иолет несколько раз ткнул указательным пальцем в панель связи, пытаясь связаться с весспером Галл'Арта, но вспыхнувшая над пультом управления голограмма была пустой. Переведя сканер связи в режим постоянного вызова, хотя это и требовало больших энергий, но весспер нёс пару дополнительных контейнеров с веществом массы и Валл'Иолет мог себе позволить подобное расточительство, он чуть отклонил панели управления, намереваясь обойти идущие навстречу дифференты.

Прошло несколько часов томительного ожидания, прежде, чем в голограмме появилось недовольное лицо Галл'Арта.

— Рад видеть, командор! — Валл'Иолет кивнул головой.

— Большой радости не ощущаю. — Галл'Арт ухмыльнулся. — Приказано, при встрече, гнать тебя в шею.

— В таком случае, я тебе ещё подкину головной боли. — Валл'Иолет попытался усмехнуться, но видимо у него это получилось не слишком естественно, так как лицо Галл'Арта исказилось какой-то непонятной гримасой. — Тебе навстречу идёт ещё эскадра дифферентов. Скорее всего и не одна. Их не меньше сотни. Дней через пять-шесть ты упрёшься в них. Надеюсь ты, теперь, понимаешь, что эти тянут тебя на бойню. Советую вернуться и быть поближе к Толлоне.

— Попридержи советы для себя. — Голограмма погасла.

Хаара! Да что происходит? Почему они все гонят меня? Что я сделал? До сих пор не могут простить мне уничтожение того, первого дифферента. Но если бы не я его, то он меня. Ну уж нет. Никуда я не пойду. Я останусь здесь до тех пор, пока не уйдёт последний дифферент из нашего пространства.

Между тем зелёные точки вессперов на экране спор начали дружно смещаться в сторону, но в противоположную той, в которую вёл свой весспер Валл'Иолет.

А всё таки командор, ты согласился со мной. Всплыла у Валл'Иолета довольная мысль. Только зачем же удирать от меня. Не хорошо. Ну ничего, я тебя и там догоню.

Вскоре красные точки тоже начали смещаться в сторону и именно в ту, в которую смещал свой весспер Валл'Иолет.

— Хаара! — Лицо Валл'Иолета исказилось недовольной гримасой.

Пожалуй, я не успею проскочить. Они раньше закончат разворот. Появились у него досадные мысли и он чуть отклонил панели управления, смещая свой весспер в сторону разворачивающихся вессперов эскадры Галл'Арта. Хаара! Если я так буду петлять, то не догоню их.

Догнал эскадру Галл'Арта он, действительно, лишь недалеко от границы планетной системы Ураны, но не стал присоединяться к ним, а занял позицию поодаль. На связь с ним никто не вышел и он остался этим доволен. Красное пятно эскадры кроканов появилось на экране спор его весспера лишь на восьмой день. Скорее всего две группы дифферентов объединились, иначе бы группа за которой шла эскадра Галл'Арта уже давно была бы около Толлоны. Но в полной мере оценить мощь кроканского космического флота Валл'Иолет смог лишь через сутки, когда красное пятно разрешилось на отдельные точки. Дифференты шли огромным квадратом. Их было более ста восьмидесяти. У Валл'Иолета по спине пробежали холодные мурашки. Он перевёл взгляд на зелёные точки эскадры вессперов — их было двадцать четыре. Его весспер был двадцать пятый.

Дифференты начали торможение и слоями, будто отрезаемые огромным ножом ломти, отделялись от эскадры и выстраиваясь в более мелкие квадраты, принялись расползаться по сторонам и вскоре, вместо одного огромного, эскадру вессперов окружали двенадцать небольших квадратов, по двенадцать дифферентов в каждом. Все остальные дифференты остались далеко позади. Скорее всего — это был какой-то резерв.

Вессперы тоже перегруппировались, разбившись на четыре плотных круга.

Вобщем-то замысел командора Валл'Иолету был понятен: от одновременного удара энергетических пушек нескольких вессперов, дифференту уцелеть шансов не было.

В его сторону ни один дифферент не направился, видимо они посчитали одинокий весспер слишком незначительной целью для себя и оставили разборку с ним на потом.

Валл'Иолет надеялся, что дифференты расположатся поодаль и кроканы попытаются предъявить какие-то требования к цивилизации толлонов, но дифференты шли к Толлоне не сворачивая, будто желая своим решительным видом вызвать страх у экипажей вессперов, чтобы те в ужасе разбежались, а толлонцы, увидев свои удирающие корабли, в покорности, склонили головы.

Прошло время и весспер Валл'Иолета оказался позади дифферентов, будто их он, действительно, не интересовал. Расползясь по сторонам, кроканский флот взял вессперы Галл'Арта в полукольцо. Пространство озарилось первыми вспышками. Хмыкнув, Валл'Иолет вызвал штурвал, укрыл весспер полем скрытия и направил его дифферентам в тыл.

Когда он приблизился к месту противостояния, красные лучи энергетических пушек уже вовсю метались в пространстве между эскадрами.

Так как на один весспер приходилось пять-шесть дифферентов, то шансов у вессперов было немного. Никаких групп вессперов уже не было. Все они действовали поодиночке. Дифференты, просто-напросто, разметали их, порой жертвуя собой, заставив действовать по своему сценарию. Одни из вессперов вертелись волчками, другие выписывали какие-то замысловатые пространственные фигуры, но всё же некоторые из них уже представляли собой, несущиеся в пространстве, яркие болиды. Горело и не менее двух дифферентов, но их ещё было очень и очень много.

Валл'Иолет, выбрав ближайший дифферент и убедившись, что накопители всех излучателей заряжены до максимума, отключил поле скрытия. На экране тут же вспыхнули белый овал и зелёный квадрат, указывая, что цель захвачена. Он одновременно вжал клавиши выстрела и бластеров и спиралонового излучателя. Два зелёных сгустка метнувшись вперёд, упёрлись в дифферент, который дёрнулся и задрожал, будто наскочил на невидимую преграду и оказался не в силах её преодолеть, его овалы крыльев начали краснеть, будто их разогревали мощным факелом, по ним пошли белые разводы и в следующее мгновение на месте дифферента в пространстве вспыхнул яркий жёлтый шар. Находившиеся рядом с ним другие дифференты бросились в рассыпную. Валл'Иолет укрыл весспер полем скрытия и покрутил головой, выбирая следующую цель. Она была рядом: два дифферента отскочив от взорвавшегося корабля, оказались настолько близко к вессперу, что, казалось, до них можно было дотянуться рукой. Что-то было в этих дифферентах непривычное.

Странные они какие-то, будто меньше? Прежде, так просто его было не завалить, а этот разлетелся от одного залпа. Может быть какая-то урезанная модификация? Решили взять не качеством, а количеством. Возможно, они оказались и правы. Молнией мелькнула у Валл'Иолета вереница мыслей, от удивлённых до грустных.

— Хаара! — Процедил он, наблюдая, как медленно наполняются накопители.

Дифференты начали отдаляться. Валл'Иолет заскрипел от злости зубами. Его взгляд уперся в клавиши лазерных пушек. Подвернув весспер в сторону одного из ближних дифферентов, он снял поле скрытие и вжал клавиши выстрела лазеров.

Два жирных красных луча упёрлись в крыло ближнего дифферента. Он качнулся, будто получил толчок и из его крыла ударил мощный фонтан искр и дыма. Дифферент крутнулся и в следующее мгновение в лицо Валл'Иолета смотрели раструбы его энергетических пушек. Валл'Иолет ткнул пальцем в клавишу активации поля скрытия и резко вывернул штурвал. Но пилот дифферента тоже оказался быстр и из раструба исправного крыла в сторону весспера метнулись два жирных красных луча. Весспер качнулся, экран спор покрылся сполохами розовых помех.

— Потеря защиты восемь процентов. — Раздался бесстрастный голос информационной системы весспера.

— Хаара!

Валл'Иолет прищурился, пытаясь сквозь сполохи увидеть атаковавший его дифферент. Покрутив головой он, наконец увидел уходящий в сторону, медленно вращающийся корабль кроканов. С другой стороны к вессперу приближался ещё один дифферент. Валл'Иолет скосил взгляд на накопители: они уже подбирались к половине своей ёмкости.

А если... Вдруг будет достаточно? Хотя бы хорошо встряхнуть. Мелькнули у Валл'Иолета досадные, за медленную работу генератора энергий, мысли.

Развернув излучатели в направлении на приближающийся дифферент, он снял поле скрытия и вручную наведя прицелы на дифферент, вжал клавиши выстрелов всех орудий.

Модуль управления дифферента позеленел, по нему заплясали красные лучи, он затрясся и стал вертикально, будто защищаясь руками-крыльями от смертоносных лучей. Но его реакция запоздала: из модуля управления во все стороны брызнули струи огня и экран спор перед Валл'Иолетом окрасился в сочный жёлтый цвет, заставив его прикрыть глаза.

Он ткнул пальцем в клавишу активации поля скрытия. Экран потемнел, но прошло ещё много тревожных мгновений, прежде чем на нём можно было рассмотреть происходящее в пространстве.

Пространство сражение намеренно или нет, смещалось в сторону Толлоны. Оно было огромно. Настолько огромно, что самые дальние вессперы и дифференты отображались на экране спор жирными точками, средние — зелёными и красными кляксами и лишь ближние дифференты были видны, как серые расплывшиеся кружочки и лишь самые ближние из дифферентов выглядели полуовалами в своих зелёных цветах. Зелёных клякс на экране спор заметно поубавилось. Но и красные кляксы теперь представляли собой не стройную структурированную организацию, а в большей степени разрозненные группы, мечущиеся в разных направлениях.

Во всех сторонах по пространству расползались жёлтые шары. Несколько быстрых зелёных точек шло откуда-то с нижней стороны экрана спор. Система опознавания весспера их никак не идентифицировала. Валл'Иолет чуть довернул весспер, чтобы понять, что это может быть.

Космические ракеты. Наконец понял он. Толку от них. Слишком далеко от планеты. Нужно было Галл'Арту прижиматься. Хотя бы какой-то был эффект. Но может хоть распугают и вессперам удастся воспользоваться замешательством дифферентов. Промелькнули у него грустные мысли.

В подтверждение его слов, несколько зелёных точек ракет увязались за серыми кляксами дифферентов. Дифференты начали маневрировать, но ракеты не отставали, нагоняя корабли кроканов. Но тут наперерез ракетам метнулись другие дифференты. Пространство прочертилось красными линиями энергетических лучей и зелёные точки космических ракет начали превращаться в жёлтые шары. Но со стороны планеты шли всё новые и новые ракеты и жёлтых шаров становилось всё больше и больше.

— Хаара! Далеко! Слишком далеко. — Прошелестели губы Валл'Иолета.

Вдруг он увидел, что мимо весспера проходит плотный квадрат серых кругов. Он бросил взгляд на накопители энергии — они были полны. Выбрав ближний к себе дифферент, он снял поле скрытия и вжал все клавиши выстрелов. Метнувшиеся от весспера лучи, уперлись в дифферент и через мгновение на его месте уже расползался в стороны жёлтый шар. Валл'Иолет рванул штурвал на себя, уводя весспер от зоны высокоэнергичных частиц взрыва. И...

По экрану спор ползло огромное крыло дифферента, будто намереваясь разрезать его. Не раздумывая, Валл'Иолет вжал клавиши огня короткодействующих лазерных пушек и по крылу дифферента заплясали огненные смерчи. Из него, в лицо Валл'Иолета ударил мощный фонтан огня. Мысленно выругавшись, за свою поспешную неосмотрительность, Валл'Иолет ещё больше потянул штурвал на себя, уклоняясь от огня и наконец, укрыл весспер полем скрытия.

Ближняя сторона квадрата дифферентов рассыпалась, но другие из него резко развернулись и собравшись в ещё более плотный квадрат, двинулись в его сторону. Но шли они, скорее всего, руководствуясь лишь пространством событий, а не целью, так как направление их пути было, явно, ниже весспера.

Жить надоело! Мелькнула у Валл'Иолета саркастическая мысль. Помогу расстаться.

Он отклонил штурвал, намереваясь увести весспер от возможного столкновения с квадратом дифферентами и тут же мысленно выругался: с той стороны к нему приближался ещё один квадрат из серых кругов. Он вывернул штурвал в другую сторону — оттуда тоже шёл квадрат серых кругов.

— Хаара! — Валл'Иолет выпрямил штурвал. — Какое внимание к моей персоне. Аж лестно. Но просто так вы меня не получите. Я ещё покусаюсь.

Энергично работая штурвалом, бросая весспер из стоны в сторону, он направил его на тот квадрат дифферентов, от которого только что уходил, так как он был малочисленнее из всех и не таким плотным.

Как казалось Валл'Иолету, накопители излучателей наполнялись крайне медленно, а дифференты, наоборот, приближались слишком быстро. Непрерывно переводя взгляд с индикаторов накопителей, на экран спор, он пытался держать под контролем малейшие нюансы перемен. Хотя весспер навряд ли был виден дифферентам, но когда он окажется меж них, то их пространственные сканеры, несомненно, почувствуют возмущение, которое вносит поле скрытия в окружающее пространство. И естественно кроканы заподозрят, что это и есть невидимый противник и откроют в его направлении огонь. Смертоносные лучи, в конце-концов разорвут поле скрытия, сметут защиту и разогрев корпус весспера, взорвут его.

А если пройти совсем рядом с одним из дифферентов, а за ним развернуться и ударить ему в хвост. Вдруг появилась у Валл'Иолета, как ему показалось, весьма интересная мысль. Навряд ли его экипаж быстро что-то поймёт, а когда поймёт, уже будет поздно. А другие капитаны навряд ли они станут палить по своему. А если станут? Хаара! Пусть стреляют. Другого решения у меня нет. Пока я буду гадать, они уже изрешетят меня. Но тогда нужно снижать скорость, иначе, пока развернусь, буду уже далеко от дифферента. А если всё же откроют огонь? Стоп! Уже поздно искать другое решение. Только бы не врезаться самому.

Валл'Иолет подвернул штурвал, направляя весспер на один из идущих на него дифферентов первого ряда и двинул акселератор назад, снижая скорость и скосил взгляд на накопители — они были полны.

Дифферент приближался. Валл'Иолет сидел уставившись неподвижным взглядом в его разрастающийся контур на экране спор, пригнувшись к штурвалу, будто таким способом хотел сделаться незаметнее для противника. Дифферент, вдруг, дёрнулся и в следующее мгновение метнулся в сторону.

Почувствовал, гад! Молнией мелькнула у Валл'Иолета тревожная мысль и прежде, чем он смог определиться с коррекцией своего решения, пространство вокруг него прочертилось жирными красными линиями и в тот же миг весспер подпрыгнул, будто налетел на пространственную кочку.

— Потеря защиты шестьдесят процентов. — Раздался бесстрастный голос информационной системы.

Валл'Иолет резко повернул штурвал вправо, закладывая глубокий вираж. Весспер надсадно задрожал и начал смещаться в сторону метнувшегося от него дифферента — с правой стороны экрана выползло яркое жёлтоё пятно. Валл'Иолет рванул штурвал в другую сторону.

Не пожалели бедолагу. Его губы вытянулись в саркастической усмешке.

Дифференты ещё раз выстрелили в направлении своего взорванного соратника, но, видимо, поняв, что противника там уже нет, завертелись по сторонам. Весспер уже был позади их первого ряда. Сверху уже нависал ещё один квадрат из серых кругов, третий подходил снизу.

Теперь мне не выбраться отсюда безущербным. Всплыла у Валл'Иолета грустная мысль. Ничего, я ещё покусаюсь.

Дождавшись, когда весспер развернётся, он снял поле скрытия и захватив в прицелы дюзы движителя ближнего дифферента, вжал все клавиши выстрелов — разноцветье зарядов упёрлось в центральные раструбы движителей дифферента, из них ударили фонтаны голубого огня и в следующее мгновение пространство озарилось ещё одной рукотворной вспышкой. Экран спор перед Валл'Иолетом наполнился голубым сиянием. Ближние к своему взорвавшемуся кораблю дифференты, бросились в стороны.

Но шедшие сверху и снизу дифференты среагировали вовремя. От их крыльев, в сторону тридцать второго весспера толлонов метнулся яркий сноп красные лучей. Весспер вздрогнул, будто проснулся ото сна. Экран спор покраснел, словно в него плеснули краской из ведра.

Потеря защиты сто процентов. — Бесстрастно проинформировала система оповещения.

Состроив гримасу досады, Валл'Иолет ткнул пальцем в клавишу активации поля скрытия и вжав акселератор, резко повернул штурвал — весспер надсадно задрожал, будто в него сунули вибратор и скользя боком, начал разворачиваться, согласно полученной команде. Валл'Иолет скосил взгляд на индикатор мощности конвертора — его указатель плясал около сорока процентов мощности.

— Хаара! — Валл'Иолет поморщился.

Неужели зацепили? Паршиво! Всплыла у него тревожная мысль.

Он пробежался пальцами по клавишам терминала, пытаясь вызвать экран повреждений, но экран лишь помигал розовым цветом.

Хаара! Знатный пучок словил. Всплыла у него досадная мысль. Подставился, как тупой тарк.

Валл'Иолет ещё двинул акселератор вперёд, надеясь, что более высокая скорость каким-то образом сбросит энергетическую пелену, принесённую чужими лучами, с решёток пространственного сканера, но время шло, а экран спор продолжал оставаться красным.

Как бы не воткнуться в дифферент. Мелькнула у Валл'Иолета тревожная мысль. А если...

Он резко двинул акселератор назад. Весспер дёрнулся. Валл'Иолета бросило вперёд и он, не удержавшись, лёг грудью на штурвал. Но вместе с тем, резкое торможение принесло успех, розовая пелена сползла с экрана спор. Валл'Иолет мысленно выругался, весспер шёл меж двух дифферентов, в том же направлении, куда двигались и они, потихоньку отставая от них. Судя по тому, как шли дифференты, они весспер не видели.

— Неплохо. Губы Валл'Иолета вытянулись в широкой улыбке — поле скрытия всё же не подвело. — Сейчас вы меня заметите.

Он скосил взгляд на индикаторы накопителей орудийных излучателей, они плясали около восьмидесяти процентов ёмкости и видимо, из-за пониженной мощности конвертора, это был их предел.

Жаль, конечно. Валл'Иолет глубоко вздохнул и ткнул пальцем в клавишу снятия поля скрытия.

Экран резко потемнел. Дифференты были перед весспером, повёрнутые к нему своим самым уязвимым местом — раструбами движителей. Валл'Иолет ткнул в одну из клавиш на штурвале, распределяя излучатели по двум дифферентам и едва вспыхнули указатели их захвата, вжал клавиши выстрелов. Два разноцветных пучка лучей, отделившись от весспера уперлись в раструбы движителей дифферентов, смешиваясь с их голубыми сполохами выбросов. Дифференты дёрнулись и в следующее мгновение в лицо Валл'Иолета брызнули два голубых фонтана. Экран спор посветлел.

Хаара! Валл'Иолет резко потянул штурвал на себя. Как бы не изжариться.

Весспер тряхнуло. Раздался душераздирающий скрежет. Валл'Иолета швырнуло вперёд и в следующее мгновение назад, с такой силой, что он не смог удержаться за штурвал и вылетев из кресла и сделав кульбит, грохнулся спиной на пол. Сгруппировавшись, он не ударился головой. Его глаза остались открыты и с каждым мгновением становились всё больше и больше — по тёмному экрану спор ползло, сверкая огненными разводами, огромное крыло дифферента.

Весспер качнулся, будто на него накатила большая океанская волна. По экрану спор поползли огненные змейки, словно перебрались с крыла дифферента. В следующее мгновение экран перед глазами Валл'Иолета резко перевернулся и его голова ткнулась во что-то очень твёрдое. Из глаз брызнули яркие снопы искр и он провалился в темноту.

13

Валл'Иолет шевельнулся и тут же застонал от пронзившей всё тело боли. Стараясь больше не шевелиться, он открыл глаза и повёл ими по сторонам. Откуда-то сверху шло бледное цветное свечение, едва рассеивающее мрак, создавая обстановку некоторой мистичности. Валл'Иолет лежал на спине на чём то твёрдом. Руки не чувствовались. Он попробовал шевельнуть ими — в мозг тут же впились сотни игл, заставив его опять застонать.

Валл'Иолет решил полежать спокойно, чтобы дать глазам привыкнуть к необычному свету. Прошло некоторое время. Мистерия света понемногу рассеялась, сменившись серостью, в которой проступили контуры какого-то угловатого предмета. Захотелось пить. Валл'Иолет провёл языком по губам, они были сухие и жёсткие. Жажда усиливалась.

Нужно подняться и найти воду, иначе я тут и останусь. Проползла у него вялая мысль.

Валл'Иолет вновь шевельнул руками. Вспыхнувшая боль заставила его выгнуться, что ещё её усилило, но он не остановил своего действия, а продолжал шевелить руками. Наконец он их почувствовал — они были раскинуты. Он начал их подтягивать. Ему удалось свыкнуться с болью, которая шла в мозг со всех сторон, будто само пространство её генерировало. Одно утешало — боль была, какой-то, тупой.

Подтянув руки, Валл'Иолет начал переворачиваться. После нескольких попыток, на грани болевого шока, ему удалось вначале перевернуться на бок, а затем лечь на живот.

Отдохнув, он поводил перед собой руками — перед ним был какой-то массивный угловатый предмет. Найдя за что взяться, он начал подниматься. Долгая и мучительная процедура позволила ему стать на колени. Он попытался покрутить головой — в глазах потемнело и он провалился в пустоту...

Валл'Иолет открыл глаза — он сидел к чему-то привалившись. Руки касались пола. Над головой по-прежнему был всё тот же цветной свет. Он начал медленно поднимать руки, прежней боли не было, но тело было будто чужим, будто его разум переместился в новый носитель, который пытается его отторгнуть. Уцепившись обеими руками за край предмета, Валл'Иолет начал подниматься, стараясь больше не делать резких движений головой.

Процедура оказалась долгой и утомительной, но всё же увенчалась успехом — Валл'Иолет стоял на дрожащих ногах, держась дрожащими руками за край пульта управления своего весспера, над которым висело голографическое фото Ир'Инны, создавая то самое мистическое разноцветье.

— Где ты сейчас? — Прошелестели его пересохшие губы и сердце сжалось в тревоге.

Значит я нахожусь в зале управления своего весспера. Шевельнулась у него вялая мысль. Но ведь весспер был подбит.

Он тут же вспомнил рассказ конструктора об автономности зала управления нового весспера в случае аварии корабля.

Значит зал управления отделился от корабля? Где он: в пространстве или где-то ещё. Продолжился ток его мыслей. Если судить по полу, то зал управления, практически, в горизонтальном положении. Нужно добраться до кресла. Там есть тоник.

Шаркая ногами и перебирая руками, Валл'Иолет двинулся вдоль пульта управления, периодически останавливаясь и отдыхая. Прошло немало времени, прежде, чем ему удалось добраться до кресла. Спинки у кресла не оказалось, но сидеть на нём было можно.

Усевшись, он нащупал ящик под пультом управления и потянул его на себя, тот, надсадно скрипя повернулся. Валл'Иолет сунул в него руку и пошарил внутри, ему попалась всего лишь одна баночка.

Только не пустая. Досадная мысль больно кольнула его горящий мозг.

Баночка оказалась запечатанной. Открыв, Валл'Иолет поднёс её к губам и осторожно наклонил — влага обожгла язык. Он отслонил баночку и замер. Огонь во рту погас. Он опять прислонил баночку к губам и наклонил. Огня больше не было, лишь тепло. Он сделал глоток, тепло волной пошло по телу, будто заряжая его энергией. Валл'Иолет начал пить. С каждым глотком волна тепла катилась по телу наполняя его энергией. Вернулся в реальность он лишь, когда с очередным глотком, вместо влаги, во рту оказался воздух.

— Хаара! — Валл'Иолет опустил руку с пустой баночкой. — Нужно было оставить немного. Болван!

Глубоко вздохнув, он нащупал ящик и бросив в него пустую баночку, закрыл его и положив обе руки на пульт управления, принялся водить ими, нажимая нужные клавиши.

В верхней части пульта управления вспыхнул бледная серая панель индикации. Валл'Иолет подался к ней.

"Автономный источник. Время автономии один час".

Прочёл он сообщение и мысленно выругавшись, выпрямился и ткнул пальцем в ещё несколько клавиш пульта управления — ничего не произошло, никакой индикатор на пульте управления больше не вспыхнул.

Валл'Иолет, стараясь не причинить себе большой боли, повернулся — дверь зала управления была закрыта, но рядом с ней зеленела пластинка идентификации, показывая, что доступ к двери разрешён.

А что со вторым креслом? Вдруг всплыла у него мысль.

Он повернулся — второе кресло было на месте.

Скорее всего, это я своей массой отломил спинку у своего кресла. Появилась у него догадка. От того и болит всё тело. Может в ящике второго кресла остался тоник пилота. Он часто пил во время вахты.

Протянув руку, он погасил голографическое фото Ир'Инны и открепив голограф, сунул его в карман курточки, поднялся и шаркая обувью, подошёл ко второму креслу. Открыв ящик пилота, он пошарил в нём рукой — внутри оказалась лишь одна спасительная баночка. Сунув её в карман курточки, Валл'Иолет направился к двери. Подойдя, он поднял руку, но тут же опустил.

Что за ней? Вдруг пустота? Вдруг я в пространстве? А какая разница. Он состроил болезненную гримасу. Не сейчас, так через час.

Резко выдохнув, тем самым причинив себе боль, он поднял руку и коснулся пластинки идентификации — дверь скользнула в стену.

В лицо ударил едкий запах гари. Валл'Иолет закашлялся и от приступа боли закрыл глаза.

Постояв некоторое время, дождавшись, когда боль стихнет, он открыл глаза — за дверным проёмом было нагромождение каких-то чёрных камней. Весспера не было, а, действительно, был лишь один зал управления и, несомненно, он стоял на твёрдой поверхности, но как он на ней оказался, можно было лишь гадать. Посмотрев на камни некоторое время, Валл'Иолет вытянул руку и упёршись в один из камней, попытался толкнуть его — камень шевельнулся. Тогда упёршись в камень и второй рукой, Валл'Иолет толкнул его сильнее — камень шатнулся и вывалившись из кучи скользнул вниз и юркнул у него между ног внутрь зала управления. Куча громко зашелестела и осыпалась. Валл'Иолет попытался отстраниться от проёма. Это у него получилось неуклюже и вкатывающиеся в зал управления камни больно ударяли по ногам. Их шуршание, наконец, стихло и Валл'Иолет вновь выглянул из проёма. Куча осыпалась примерно до середины его груди. За этим нагромождением были видны другие нагромождения, более высокие. Из некоторых струился серо-чёрный дым, запах гари стал ещё резче. Выше камней просматривалось страшное серо-чёрное небо.

Где я могу быть? Это Толлона или какая-то другая планета? Всплыли у Валл'Иолета тревожные мысли.

Он вновь упёрся рукой в один из камней и попытался толкнуть его — камень не шевельнулся. Тогда он попытался толкнуть его двумя руками — камень остался на месте. Валл'Иолет ещё энергичней толкнул камень, но его действие успеха не принесло, камень так и остался на месте.

— Хм-м! — Он отступил от камней и задумался.

Если нельзя сдвинуть камень, то, возможно, он выдержит мой вес, если я стану на него. Потекли у него неторопливые мысли. В таком случае, возможно и другие камни держатся прочно и мне удастся взобраться на эту кучу и осмотреться. Чувствую я себя уже, достаточно, сносно. Тоник, несомненно, восстановил мои силы. Стоит попробовать.

Валл'Иолет вновь шагнул к нагромождению камней и взявшись за два из них, попытался стать на третий. Это ему удалось — ни один из камней даже не пошевелился. Тогда он стал второй ногой ещё на один камень и опять его позиция оказалась прочной. Ободрённый, он начал, перебирая руками и становясь на камни, подниматься вверх. Когда его голова оказалась выше других каменных нагромождений, он остановился и принялся осматриваться.

Скорее всего, это место некогда было каким-то большим зданием, а теперь от него остались лишь одни развалины, среди которых сейчас и находился зал управления весспера. Несомненно — это была Толлона. Весспера или того, что от него осталось нигде не наблюдалось. Видимо зал управления был выброшен или при ударе о поверхность планеты или ещё в атмосфере, а скорее всего даже в пространстве. Во всех сторонах вверх тянулись чёрные и серые потоки дыма, которые вверху растекались по сторонам и над головой Валл'Иолета уже висело серо-чёрное тяжёлое облако. Пахло гарью, от которой слезились глаза. Какое сейчас было время суток, определить было, совершенно, невозможно. Было настолько тихо, будто всё вокруг спало. Наметив маршрут, по которому, как ему казалось, можно было выбраться из этого нагромождения камней, Валл'Иолет цепляясь руками за камни, пополз в выбранном направлении.

Выбирался из развалин он долго, настолько долго, что, когда оказался на более-менее свободной от камней площадке, было уже, достаточно, темно. Была ли это настоящая ночь или так небо было затянуто тучами, понять было невозможно. В наступившей темноте, во всех сторонах наблюдались красные сполохи, скорее всего, от пожаров. Что это горело понять было невозможно. Увидев большой камень, Валл'Иолет подошёл к нему и сев на землю, прислонился к камню спиной. Он не чувствовал себя уставшим, просто было какое-то апатичное состояние безразличия. Захотелось пить.

У меня же есть тоник. Всплыла у него вялая мысль.

Достав баночку и открыв её, он сделал несколько глотков. По телу побежала волна энергии.

Нет, нет! Достаточно!

Валл'Иолет решительно убрал баночку ото рта и поставив её на землю, подальше от себя, положил руки на камень, голову на руки и прикрыл глаза...

***

Валл'Иолет вздрогнул и открыл глаза. Было что-то похожее на серый пасмурный день, с низко нависшими серо-грязными тучами, но понять окружающую обстановку было возможно. Валл'Иолет покрутил головой — он сидел на чёрной поверхности около какого-то огромного куска строительной конструкции, несомненно, когда-то бывшего стеной, поодаль стояла баночка с тоником, по стенке которой полз большой чёрный жук, периодически взмахивая одним крылом.

— Пошёл! — Валл'Иолет сбил ногтем указательного пальца жука с баночки.

Жук упал на спину и неуклюже перевернувшись, пополз в сторону, при этом странно подпрыгивая и взмахивая одним крылом.

Что за странное существо с одним крылом? Мутант, что ли? Всплыла у Валл'Иолета удивлённая мысль. Оставил он мне что-нибудь? Он взял баночку и легонько тряхнул — по колебанию, жидкости внутри было около половины баночки. Оставил! Валл'Иолет широко улыбнулся и поднеся баночку ко рту сделал пару глотков — напиток приятно освежил рот, придал немного бодрости. Достаточно! Остановил себя Валл'Иолет и опустив баночку, медленно, помогая себе руками поднялся и осмотрелся.

Увиденное повергло его в страх. Куда бы он ни смотрел, повсюду была чёрная земля, вместо строений — обгоревшие дымящиеся развалины и ни единого живого существа, ни единого зелёного растения. То место, где он сейчас находился, насколько он мог сориентироваться было космодромом, а развалины здания некогда служили центром техподдержки космодрома.

Где-то неподалёку должны быть ангары. Появилась у Валл'Иолета догадка. Возможно там есть какой-то летательный аппарат. А возможно и кто-то из техников. Нужно только добраться до них. Где они могут быть? Он покрутился, пытаясь определиться с направлением. Кажется, туда.

Повернувшись, он медленно побрёл в выбранном направлении, обходя разрушенное здание технического центра, изредка поднося баночку ко рту и смачивая тоником пересыхающие губы.

Идти пришлось долго. Хотя небо было затянуто толи чёрными тучами, толи чёрным дымом, было жарко. Вся трава, растения и все деревья были сожжены дотла. Земля, по которой шёл Валл'Иолет была горяча и по тому, что в его голове покалывало, скорее всего, излучала.

Странно. Что здесь горело, что вызвало излучение.? А если это взорвался мой весспер? Всплыла у него грустная мысль. И это ратан всё здесь выжег. Если зал управления оказался на планете, значит и корабль упал на неё. Но почему кроканы не сожгли его в пространстве? Может он так горел, что решили — сам догорит? Сколько же я тогда провалялся без сознания? День, два, десять?

Наконец, обойдя развалины здания, Валл'Иолет оказался перед полем космодрома. Увиденное привело его в очередной ужас — космодром выглядел так, будто это был и не космодром вовсе, а полигон для испытания взрывчатых средств: на сколько хватало взгляда в этом мрачном мареве, космодром был изрыт воронками, повсюду виднелись нагромождения его вздыбленного и изломанного покрытия. По краю поля шли бесчисленные строения, некогда бывшие ангарами. Все они были разрушены, но как показалось Валл'Иолету, чем дальше они находились от того места, где он сейчас стоял, тем светлее были их развалины, будто у кого-то не хватило чёрной краски, вымазать их все, а один из них, на фоне развалин, вообще, выглядел вполне правильным прямоугольником. Он направился в его сторону.

И опять путь оказался длинным. Настолько длинным, что тоник закончился и пустая баночка была выброшена и Валл'Иолет брёл, облизывая пересохшие губы. Единственным облегчением было то, что шёл он теперь по краю поля космодрома, где было не так жарко и ноги не утопали в горячей саже, хотя порой приходилось обходить завалы от разрушенных ангаров и вздыбленное покрытие самого космодрома. Начала сказываться усталость, которая усиливалась с каждым шагом. Он несколько раз присаживался на какой-либо камень, отдыхая некоторое время. Но долго сидеть не удавалось, так как часто камни были какими-то горячими и тело быстро набиралось тепла, заставляя подниматься и идти дальше. В голову непрерывно тыкались непонятные иглы, заставляя болезненно морщиться. Руки почернели, ладони сделались твёрдыми, будто покрылись сплошным мозолем, но с другой стороны это было даже удобно, так как теперь не чувствовался жар камней, за которые вольно или нет он брался, одежда была изрядно изорвана и представляла собой лишь жалкое тряпьё. Начало темнеть и когда, наконец, он добрался до казавшегося, более-менее целым, ангара было уже настолько темно, что в двух шагах, практически, ничего не было видно — в этой стороне, видимо, уже всё выгорело и потому никаких отблесков огня видно не было и потому было темно.

— Хаара! — Вырвалось у Валл'Иолета, когда он остановился, в полной темноте уткнувшись в какой-то булыжник.

И что теперь? Здесь дожидаться рассвета? Всплыли у него досадные мысли. Хотя бы какой-то фонарь. Стоп, стоп. Он дотронулся до нагрудного кармана курточки и тут же сунув в него пальцы вытащил сканер связи. Болван! Отправил он нелестный эпитет в свой адрес. Совсем память отшибло при падении.

Валл'Иолет механически нажал на одну из клавиш — во вспыхнувшей перед ним зеленоватой голограмме отсутствовал индикатор сети. Он покрутился на месте, даже поднял руку над головой, но доступ к сети так и не обозначился. Мысленно выругавшись, Валл'Иолет повёл сканером связи перед собой — в темноте яркая голограмма сносно высветила обстановку — он стоял перед вывалившимся куском стены, видимо, того самого ангара к которому шёл. В стене зиял чёрный прогал.

Улыбнувшись своему первому в сегодняшний день везению, Валл'Иолет ещё раз всмотрелся в голограмму — значок сети так и не появился. Глубоко и протяжно вздохнув, он отвернул сканер связи от себя и используя яркую голограмму, как импровизированный фонарик, направился к прогалу.

Пробравшись через прогал, Валл'Иолет поднял сканер связи над головой: хотя издали ангар казался, как бы неразрушенным, но внутри было полно камней, видимо всё же его крыша была повреждена.

Подсвечивая импровизированным фонариком и обходя обломки крыши, Валл'Иолет двинулся вперёд. Проходя мимо очередного обломка, он увидел на полу какой-то странный предмет. Он присел и тут же отшатнувшись, сел на пол — из-под обломка торчала человеческая рука.

Поднявшись, Валл'Иолет поводил перед собой импровизированным фонариком — рядом с обломком лежал ещё один человек. Состроив гримасу, Валл'Иолет отвернулся — у человека, буквально, было снесено полголовы.

Обойдя труп, Валл'Иолет пошёл дальше, теперь уже внимательно смотря под ноги, чтобы не наступить на человеческое тело или если, вдруг, кто-то окажется живой, то помочь ему, но к счастью или нет, но больше человеческих тел у него на пути не встречалось.

После долгих плутаний между разновеликих обломков, он, вдруг, споткнулся и полетев вперёд, упёрся руками во что-то мощное и круглое. Импровизированный фонарик вылетел из его руки и он погрузился в кромешную тьму.

Валл'Иолет присел и принялся шарить руками вокруг себя: сканера связи не находилось, лишь ему удалось ощупать какой-то большой овальный конусообразный ребристый предмет, очень напоминающий лапу опоры весспера.

Блуждать в кромешной тьме было совершенно бессмысленно. К тому же, Валл'Иолет, вдруг, почувствовал себя таким уставшим, что и вставать больше не хотелось. Нащупав площадку между рёбрами конусообразного предмета, он сел на неё и прислонившись к ребру, прикрыл глаза...

***

Валл'Иолет открыл глаза. Его била мелкая дрожь. Было очень холодно. Он съёжился и отслонившись от холодного металла, покрутил головой.

В ангаре был полумрак, проникающий через многочисленные дыры в потолке и стенах серый свет всё же давал возможность сносно рассмотреть обстановку внутри. Валл'Иолет, действительно, сидел среди рёбер жёсткости лапы опоры весспера, который серой громадой нависал над головой. Его сканер связи лежал на бетонном полу перед ним, расколотый на две части. Валл'Иолет мысленно выругался и посмотрел вверх. Крыша ангара во многих местах была изрядно повреждена и угрожающе нависала, грозя вот-вот обвалиться. Через изломанные линии проёмов просматривались серо-чёрные тяжёлые облака. В двух шагах от опоры лежал обломок крыши, о который, он, видимо и споткнулся вчера.

Поднявшись, Валл'Иолет попытался помахать руками, чтобы как-то себя согреть, одновременно продолжая осматриваться.

Стены ангара тоже зияли многочисленными дырами, но особенно сильно была повреждена стена в противоположной стороне ангара, собственно, её, практически и не было. Корпус весспера изобиловал многочисленными вмятинами, видимо, полученными вывалившимися из крыши её обломками. Валл'Иолет забрался на стоящую неподалёку эстакаду — сквозных пробоин корпуса, вроде бы, не наблюдалось. Он спустился вниз и бросив досадный взгляд на разбитый сканер связи, направился к опущенному из генераторного модуля весспера трапу. От движений стало теплее. Обойдя очередные строительные обломки, он увидел несколько неподвижных человеческих тел, лежащих на полу ангара, в уже засохших больших бурых пятнах, несомненно, когда-то бывших кровью. Продолжало пахнуть гарью, но здесь она была не такой жгучей, чем снаружи и глаза, практически, не слезились и в горле не першило. Ни одного живого человека нигде не просматривалось, как и не прослушивалось ни единого звука, кроме свиста ветра на изломах. Хотелось пить. В голове ощущалось прежнее покалывание, что говорило о достаточном радиационном фоне в атмосфере. Поёжившись, Валл'Иолет остановился, решив передохнуть и поднял голову.

Что это за корабль? Всплыла у него мысль.

Он скользнул взглядом по его днищу — его сердце вздрогнуло, на нём были написаны две большие тройки.

— Тридцать третий. — Механически прошелестели его губы.

Да это же ещё один весспер последней модификации, о которых говорил адмирал. Замелькали у него мысли. Успели его собрать? На вид — вполне.

Он скользнул взглядом по днищу весспера и уткнулся в проём открытого люка загрузки контейнеров вещества массы, полностью загруженного контейнерами, будто весспер снаряжали в далёкий путь. Валл'Иолет перевёл взгляд — трап из модуля управления тоже был опущен. Его сердце встрепенулось и сменив направление, он направился к трапу в модуль управления.

Обойдя валяющийся на полу большой бетонный обломок, Валл'Иолет уткнулся в лежащего на полу лицом вниз человека. Что-то было в нём знакомо. Он присел и перевернул его — это был Слай'Элм.

— Хаара! — Вырвалось у Валл'Иолета.

Никаких внешних признаков повреждения у конструктора не наблюдалось. Валл'Иолет приложил руку к его шее, пытаясь нащупать его пульс, но все его попытки оказались тщетны — пульса не было. Валл'Иолет уже хотел подняться, но его взгляд остановился на зажатом в руке конструктора пакетике. Это был стандартный пакетик с едой, который выдавался пилотам космических кораблей. Он был не разорван. Видимо конструктор его где-то взял и шёл в корабль, чтобы утолить голод.

Валл'Иолету тут же захотелось и есть и пить. Состроив гримасу отвращения, он взялся за пакетик и попытался его забрать у конструктора, но тот держал его крепко и Валл'Иолету пришлось несколько сильно дёрнуть пакетик. Наконец пакетик выдернулся, но так как Валл'Иолет приложил к этому немалое усилие, то он не удержался и сел на пол. Мысленно выругавшись, он стал на колени, в попытке подняться — его взгляд остановился на пухлом кармане курточки конструктора.

— Надеюсь, ты меня простишь. — Произнёс он и запустив руку в карман курточки Слай'Элма извлёк его содержимое.

Там оказались: карточка уровня жизни, сканер связи и какой-то плоский, незнакомый Валл'Иолету предмет. Взяв сканер связи и сунув карточку уровня и предмет назад в карман конструктора, он поднялся и нажал на одну из клавиш на сканере связи, надеясь, что аппарат старого конструктора окажется более чувствительным и на его терминале будет отображён значок сетевой активности, но к его досаде — значка не оказалось.

Вдруг, брови Валл'Иолета сошлись к переносице. Что-то в отображаемых цифрах на терминале было необычным. Он пробежал несколько раз взглядом по ним, пытаясь осознать их странность и...

Его сердце замерло — необычной оказалась дата. На экране терминала отображался совсем не тот период даты, какой он видел на терминале пульта управления своего весспера, перед сражением.

Валл'Иолет потряс сканер связи, надеясь, что он указывает ошибочную дату и таким образом её можно будет восстановить, но как он ни старался — дата осталась прежней.

Валл'Иолет опустил руку и перевёл взгляд на мёртвого конструктора.

Значит, я жив благодаря анабиозу. Сорок дней тупой пассивности. Разве я просил вас об этом? Всплыли у него досадные мысли.

Горестно покачав головой, он сунул сканер связи в карман и направился к трапу весспера.

В ангаре весспера было достаточно светло, что показывало, что энергостанция корабля работала. Ангар наполовину был заставлен разновеликими контейнерами. Валл'Иолет принялся вчитываться в идентификаторы контейнеров — в своём большинстве это были стандартные контейнеры с продуктами, которыми снаряжались космические корабли, отправляющиеся в дальнее пространство, но некоторые оказались с какими-то промышленными деталями. Определённо, весспер готовился не к боевым действиям, а к какому-то дальнему путешествию.

Между контейнерами на полу лицом вниз лежали два человека в одежде офицеров космического флота. Присев, Валл'Иолет попытался нащупать их пульс, но его попытка оказалась безуспешной, офицеры были мертвы.

Валл'Иолет перевернул одного из офицеров — это был очень молодой человек, незнакомый ему. Никаких повреждений на нём не наблюдалось. Что послужило причиной его смерти, Валл'Иолет мог лишь гадать.

Состроив гримасу сострадания, Валл'Иолет встал и направился к лестнице, ведущей на второй уровень. Здесь был полумрак. Едва он завернул за первый угол коридора, ведущего к залу управления, уткнулся в ещё одного, лежащего на полу человека. На нём была точно такая же одежда, как и на Слай'Элме, что говорило, что это тоже учёный.

Проведя стандартную процедуру его обследования и убедившись, что он мёртв, Валл'Иолет направился к двери зала управления.

Дверь зала управления была открыта, за ней было темно. Бледного света коридора, проникающего через дверной проём едва хватало, чтобы рассеять мрак на два шага от него. Переступив порог, Валл'Иолет остановился, давая глазам возможность адаптироваться к темноте и как только проявились контуры пульта управления, тут же направился к креслу, которое привычно занимал в тридцать втором весспере.

Подойдя, Валл'Иолет осторожно провел по нему рукой — в кресле никого не было. Он шагнул к соседнему креслу и тоже пошарил по нему рукой — и там никого не было. Шумно вздохнув, он вернулся к первому креслу и усевшись в него, протянул руку к пульту управления, но ткнув него пакетом с едой, мысленно отправил в свой адрес нелестный отзыв, нащупал под пультом управления ящик для личных вещей, но жажда тут же дала о себе знать и несмотря на темноту, он принялся открывать пакет. В нём оказался тоник и бутерброд.

После расправы с ними, Валл'Иолет почувствовал себя значительно лучше — тоник оказался очень сильным и основательно взбудоражил его Он пошевелил плечами: боль, сковывающая его движения притупилась и появилась даже некоторая лёгкость.

Нащупав утилизатор, он бросил в него пустую упаковку, положил руки на пульт управления и отработанными до автоматизма движениями, нажал несколько клавиш — пульт управления расцветился индикаторными панелями, по экрану терминала побежали строки диагностики. Валл'Иолет скользнул по ним внимательным взглядом — никаких проблем не отображалось, весспер был в полном порядке. Он ткнул пальцем в ещё одну клавишу и поднял голову — темнота за пультом управления поползла в стороны, будто начала раздвигаться чёрная ширма и вскоре экран спор развернулся на всю ширину полуовальной стены зала управления. Посветлело. На экране спор появился разрушенный ангар. Валл'Иолет нажал следующую клавишу и по экрану терминала побежали ряды сообщений диагностических тестов конвертора. Весспер вздрогнул, тем самым сообщая о запуске конвертора. Валл'Иолет вызвал штурвал и взявшись за него шевельнул им, но тут же оттолкнул штурвал и заглушив конвертор, поднялся и направился из зала управления.

В коридоре он подошёл к лежащему конструктору и взяв его за шиворот потащил к комнате с подъёмником. Затащив на него безвольное тело, он послал подъёмник вниз, а сам направился к лестнице — ехать вместе с мёртвым учёным желания у него не было.

В ангаре, он перетащил тела офицеров на тот же подъёмник и открыв внешний люк, отправил подъёмник вниз, а сам направился к трапу.

Внизу он оттащил тела толлонов подальше от корабля и отправив подъёмник назад в весспер, сам пошёл по трапу — подниматься на борт корабля на подъёмнике боевому офицеру, а тем более капитану, считалось позором.

Подняв трапы и закрыв все внешние люки, Валл'Иолет вернулся в зал управления. Заняв привычное кресло и активировав конвертор, он запустил конвертор, вызвал панели управления и положил на них руки — пол ангара на экране спор пошёл вниз. Убрав в корпус весспера опоры, он медленно двинул весспер к разрушенной стене ангара и стиснув зубы от раздирающего слух скрежета, цепляющегося корпуса корабля за изломы стены, вывел весспер наружу и подняв его над ангаром, включил купол и осмотрелся.

Над ангаром, скорее всего, уже опустился вечер, который из-за нависших серых туч, видимо, наступил гораздо раньше, чем обычно. Никаких огней поблизости не наблюдалось и лишь где-то вдали, по линии горизонта простиралась нестабильная красная полоса. Сориентировав весспер на эту полосу, Валл'Иолет направил его в ту сторону.

Чем ближе он подходил к красной полосе, тем мощнее она становилась, заставляя его сердце сжиматься в тревоге. К тому же датчики регистрировали возрастание радиоактивного фона, который уже перевалил за смертельную дозу биологических организмов. Валл'Иолет не зная, что происходит над Толлоной и опасаясь внезапных угроз, от кого бы то ни было, вёл весспер невысоко от поверхности планеты. Наконец красная полоса выросла настолько, что стало понятно, что это пожар на огромной площади.

Хаара! Да это же административный центр материка горит. Вдруг вспыхнула у Валл'Иолета догадка.

Он двинул акселератор и весспер стремительно рванулся вперёд.

Но близко подойти к горящему административному центру оказалось невозможным — вся его площадь была, буквально, залита огнём, будто горели не каменные строения, а были они выстроены из сухого дерева. Даже в отдалении от пожара наружные датчики показывали температуру выше четырёхсот градусов, а радиоактивный фон был таким, будто разверзся ядерный реактор и выбрасывал мощным потоком продукты распада в атмосферу. О том, чтобы выбраться из весспера наружу, можно было не думать.

Валл'Иолет долго водил весспер по периметру административного центра, надеясь, где-то увидеть, какие-то механизмы, занимающиеся тушением пожара, но его усилия были напрасны — нигде, ни единого механизма не наблюдалось. Да и скорее всего, какие механизмы, а уж тем более люди, могли быть в этом горящем котле.

Наконец, глубоко и протяжно вздохнув от безысходности, он отвернул весспер от горящего административного центра и повёл его над одной из магистралей, надеясь увидеть на ней какое-либо транспортное средство, но сколько бы он ни шёл над ней, ни единого огонька внизу не промелькнуло.

Прожекторы он не включал, так как вначале было светло от зарева горящего города, потом от горящего леса, растущего вдоль дороги, а затем от горящих усадеб и куда бы он ни посмотрел, везде виднелись светлые точки горящих домов.

Вдруг, Валл'Иолет резко наклонил панели управления и ещё дальше двинул акселератор — развернувшись, весспер помчался перпендикулярно тому пути, по которому только что шёл. Замелькавшие в зареве горящего леса дымящиеся развалины усадеб, привели его в ужас. Валл'Иолет продолжал двигать акселератор вперёд, разгоняя весспер всё больше и больше, пока на пульте управления не вспыхнуло тревожное сообщение о перегреве корпуса, но он не стал снижать скорость, а лишь перестал двигать акселератор.

Когда замелькала хорошо знакомая местность, уже забрезжил рассвет. Валл'Иолет снизил скорость и принялся всматриваться в проползающие внизу усадьбы, в надежде увидеть свой, стоящий невредимым, дом. Нарушая закон, он вёл весспер не над магистралью, а над усадьбами, так как в угольном пейзаже все дымящиеся развалины выглядели одинаково, да и полотно магистрали было таким вздыбленным, что если идти по правилам, просмотреть нужную развилку было немудрено. Но его надежде не суждено было сбыться — наконец, впереди показалась знакомая местность и...

Сердце Валл'Иолета остановилось: перед ним, среди чёрного поля его усадьбы, дымилась почерневшая груда развалин его дома. Куда бы он ни посмотрел, нигде не просматривалось ни единого зелёного росточка.

Выбрав наименее разрушенный участок дороги, Валл'Иолет выпустил опоры и посадил весспер, особенно не заботясь, выдержит ли дорога огромный вес космического корабля. Ткнувшись опорами в полотно дороги, весспер натужено скрипнул и покосился, но затем выровнялся и вновь покосился, но уже в другую сторону. Натужено проскрипев, он вновь выровнялся и замер. Разблокировав трап, Валл'Иолет вскочил с кресла и бросился из зала управления.

В ангаре, едва дождавшись, когда скользнёт в сторону крышка люка, открывающая доступ к трапу, насколько было возможно для его ноющего тела, побежал вниз, но едва он ступил на дорогу, как его обжёг порыв настолько горячего ветра, что ему показалось, что на нём вспыхнула одежда. Бросив на себя испуганный взгляд и убедившись, что с одеждой всё в порядке, он побежал к развалинам дома, спотыкаясь о торчащие из дороги куски её потна, падая, вскакивая и вновь продолжая свой бег.

Обежав валяющийся перед развалинами искорёженный и обгорелый кусок металла, в котором он с трудом узнал некогда бывший лорн, Валл'Иолет подбежал к развалинам и схватив первый же обломок от дома, отшвырнул его в сторону. Затем следующий и следующий...

— Ирин! Ирин!... — Твердил он, будто заклинивший на одной мелодии механизм.

Пришёл он в себя, когда очередной обломок не поддался силе его рук. Остервенело подёргав его и не вытащив из завала, он распрямился и оглянулся — за ним лежали с полсотни строительных обломков, некогда бывших его домом.

К горлу Валл'Иолета подкатился ком. Подняв руки, он закрыл лицо. Его плечи несколько раз вздрогнули. Ладони вспыхнули, будто к ним поднесли пламя. Отслонив их от лица, он взглянул на них — места ладоней, омытые слезами, пузырились волдырями.

Опустив руки и отвернувшись от развалин, Валл'Иолет побрёл к вессперу, смотря перед собой невидящим взглядом, но сделав несколько шагов во что-то упёрся и замер, не понимая, что произошло. Наконец, глубоко и протяжно вздохнув, он вернулся в реальность происходящего и увидел, что стоит перед искорёженным лорном. Не осознанно, механически, он ткнул тыльной стороной ладони в обгорелый остов. Остов шевельнулся, внутри что-то застучало, заставив Валл'Иолета вздрогнуть и отступить. Мелькнуло что-то светлое и упало к его ногам. Он наклонился и...

Его отбросило назад, будто он получил энергетический удар — на обгорелой земле лежала белая кость.

Ирин! Острая мысль иглой пронзила его мозг. Она пыталась уйти.

Валл'Иолет бросился к обгоревшему искорёженному остову лорна и попытался пробраться внутрь, но лорн был настолько искорёжен и скручен, что промежутки между металлическими дугами оказались малы для него. Побарахтавшись, он, вдруг, почувствовал влагу на ладонях. Встревожившись ещё какой-то неожиданностью, он оставил попытку пробраться внутрь покорёженного остова и отступив, посмотрел на свои ладони — волдыри лопнули и находившаяся в них жидкость вышла. Ладони горели ещё больше.

Опустив руки, Валл'Иолет медленно побрёл от искорёженного остова в сторону весспера.

Вид весспера заставил Валл'Иолета встревожиться — его корпус ходил ходуном, опоры ёрзали туда-сюда, будто в зажигательном танце, трап непрерывно подпрыгивал и ерзал из стороны в сторону.

Валл'Иолет покрутил головой, пытаясь понять происходящее. Наконец до него дошло: и без того искорёженное дорожное покрытие под большим весом космического корабля вообще изломалось и опоры весспера начали уходить в землю. Система слежения, пытаясь выровнять корпус, манипулировала опорами, но тем самым лишь ещё больше вгоняя их в грунт. Видимо грунт в этом месте был очень мягким. Корабль жалобно скрипел, будто прося пожалеть его и избавить от мучений.

С опаской наблюдая за опорами, Валл'Иолет поспешил к трапу, но попасть на него оказалось проблематичным — едва он вытягивал руку, чтобы взяться за поручень, как тот резко уходил в сторону. Тогда, дождавшись, когда трап окажется напротив него, Валл'Иолет прыгнул. Трап тут же ерзнул в сторону и Валл'Иолет врезался животом в жёсткий поручень. Его отбросило. Не устояв, он полетел спиной вперед и шмякнулся на дорожное полотно. Его голова пошла назад и затылок встретился с чем-то твёрдым. Из глаз Валл'Иолета брызнул фонтан искр и он провалился в темноту...

***

Валл'Иолет открыл глаза и попробовал пошевелиться — в голове отдало резкой болью. Застонав, он прикрыл глаза и дождавшись, когда боль стихла, вновь открыл их и повёл по сторонам — он лежал на спине на полотне дороги, над ним нависал корпус весспера. Он тут же всё вспомнил и привстав, начал пятиться, пытаясь выползти из-под весспера, но, вдруг, осознал, что весспер больше не пляшет, а стоит спокойно. Он поднялся и положив руку на ноющий затылок, осмотрелся — опоры весспера ушли в грунт и видимо там найдя для себя более-менее его твёрдый слой, удерживали корабль в равновесии.

Валл'Иолет направился к трапу, который был неестественно задран и у него появилась тревога о его целостности. Подойдя, он взялся обеими руками за поручень трапа и подёргал за него — трап остался на месте, но руки вспыхнули огнём. Состроив болезненную гримасу, он посмотрел на свои красно-чёрные ладони и попытался согнуть их в кулаки — резкая боль заставила его простонать и оставить это занятие. Опустив руки, он осторожно ступил на трап и постояв немного и убедившись, что трап устойчив, пошёл в корабль. Чтобы попасть в весспер, ему пришлось согнуться пополам.

Оказавшись внутри, Валл'Иолет подошёл к панели управления трапом и ткнул пальцем в клавишу его поднятия. Раздавшийся скрежет заставил его вжать голову в плечи, но всё же светлое пятно в глубине люка начало темнеть, показывая, что трап поднимается. Наконец, выскользнувшая шторка закрыла люк и на панели вспыхнул зелёный индикатор.

Валл'Иолет шумно выдохнул и посмотрев на свои обожжённые руки, направился к лестнице, ведущей на второй уровень.

Там он направился в медлабораторию. Обработав ладони и обернув их биосалфетками, он пошёл в зал управления.

Усевшись в кресло, он механически положил руки на панели управления, но укрытые биосалфетками они не имели привычной гибкости. Состроив досадную гримасу, Валл'Иолет посидел, откинувшись в кресле, затем выпрямился, снял биосалфетки и бросив их в утилизатор, некоторое время, с тревогой смотрел на свою новою, нежную, розовую кожу на ладонях и с огорчением вздохнув, оттого, что молодая, ещё не окрепшая кожа непременно лопнет от приложенных к ней нагрузок, положил руки на панели управления и шевельнул ими — весспер натужено задрожал и медленно пополз вверх.

Ладони неприятно заныли, но подавив желание посмотреть на них, Валл'Иолет продолжил управлять кораблём.

Подняв весспер, Валл'Иолет покрутил его, осматриваясь. По хронометру была середина дня, но небо было затянуто серо-чёрными тяжёлыми облаками и куда бы не направлял он свой взгляд, повсюду вверх тянулись столбы серого дыма. Открытого огня, почти нигде не наблюдалось, говоря о том, что прошло уже достаточно долгое время с момента начала пожаров и что могло сгореть уже сгорело. Повсюду была лишь чёрная земля, без каких-то проблесков зелени. Анализатор показывал достаточно большой радиационный фон, хотя и не смертельный, но длительное пребывание на открытой местности навряд ли могло пойти на пользу биологическому организму.

Сколько же я пробыл вне корабля? Вплыла у Валл'Иолета тревожная мысль.

Он попытался проанализировать все временные отрезки сегодняшнего дня. По его подсчётам вышло, что вне весспера он провёл около шести часов. Это было достаточно много. Но он не чувствовал прежнего покалывания в голове, что показывало, что его организм каким-то образом смог нейтрализовать полученное излучение.

Поразмышляв некоторое время, Валл'Иолет пришёл к выводу, что этим нечто может быть лишь психотронное поле, продемонстрировавшее своё очередное скрытое свойство.

Чем они уничтожили всё? Что использовали такое, что так быстро уничтожило всю биологическую материю? Замелькали у него тревожные мысли. Как я оказался на планете? Видимо зал управления не разрушился и самостоятельно опустился на планету, как и говорил конструктор. И я остался жив? Странно? А что, собственно, странного. Анабиоз меня и спас. Если бы не он, тоже валялся бы лишь белыми костями, как... К горлу Валл'Иолета подкатил ком. Но сорок дней анабиоза, очень долгое время. Как его действие скажется на мне? Хаара! Он покрутил головой. Не могли они действовать спонтанно. Продолжил размышлять Валл'Иолет через некоторое время, проглотив ком. Значит готовились. И моя первая стычка в пространстве была лишь предлогом. И где они теперь? Ушли? А если кто-то выжил? Только нужно их найти. Как лучше искать? Это ведь не разведывательный корабль и мощного биосканера у него нет. И почему бы им не оснастить вессперы? Или считается, что боевому кораблю нечего искать на поверхности планеты, его удел — пространство. Хаара! Опуститься пониже. Видимо лучше всего начать с космодрома и ходить по кругу, смещаясь к океану. Да, да, конечно — это самый оптимальный вариант. Но на это уйдёт очень много времени, а помощь, возможно нужна сейчас, немедленно. Но как их найти по другому? От досады Валл'Иолет стукнул кулаком по подлокотнику. Хаара! Нет. Всё же, это наиболее оптимальный вариант сейчас. И что я жду? Болван!

Наклонив панели управления, он сориентировал весспер в направлении на космодром и двинул акселератор вперёд.

14

Валл'Иолет уже сбился со счёта, какой он день ходил кругами по Пустынному материку, которому больше подходило название Чёрный, так как внизу простиралась лишь чёрная, выжженная, излучающая поверхность планеты. Никого живого организма, нигде не просматривалось. Биосканер весспера молчал. Не было видно не только людей, но даже и животных. Дымящихся развалин с каждым днём тоже становилось меньше, последние дома и леса догорали и лишь административный центр материка, продолжал пылать неугасимым факелом, будто не угасал, а наоборот, распалялся всё больше и больше. Лишь один раз Валл'Иолет заметил на горизонте какое-то движение среди гари. Его сердце встрепенулось и он бросил весспер в ту сторону, но когда оказался над тем местом, вокруг была лишь всё та же выжженная земля, видимо, это был, всего лишь, перемещённый ветром пепел. Голубого неба тоже не наблюдалось. Повсюду клубились зловещие серо-чёрные облака.

Иногда весспер попадал в полосу дождя и тогда мутные, серые, а порой и искрящиеся крохотными молниями потоки воды текли по экрану спор, вызывая тревогу и нагоняя уныние.

Наименее пострадавшим объектом, как ни странно, оказался космодром. Его постройки: ангары, корпуса технической поддержки, командный корпус, другие вспомогательные здания и прилегающее к нему поле космодрома были основательно разрушены и сожжены, но последние ангары, в одном из которых он и нашёл весспер были лишь разрушены. Не пострадало и дальнее поле космодрома — оно практически, осталось нетронутым. Как понял Валл'Иолет — кроканы оставили его для того, чтобы смогли садиться их корабли и потому не жгли близлежащие постройки, отчего дальние ангары выглядели нереальными светлыми пятнами на чёрном фоне остального пейзажа. Но сейчас ни единого корабля, ничьей цивилизации на космодроме не находилось. Единственным зданием космодрома, которое пострадало меньше всего, оказался тот ангар, где и находился тридцать третий весспер — он оказался разрушен лишь наполовину.

Валл'Иолет несколько раз провёл весспер от космодрома до побережья и назад, в надежде, вдруг, увидеть кого-либо из жителей, случайно им пропущенного, но его надежде так и не суждено было сбыться и сейчас он вёл весспер над побережьем. Оно было таким же обгоревшим, как и весь материк. Вода океана, будто солидаризируясь с произошедшим, тоже была серой и унылой. Вдоль побережья шли высокие волны с серыми бурунами, будто океан высказывал свое негодование произошедшим. Ни единого, даже крошечного кораблика, нигде не наблюдалось.

Интересно, в воде тоже все её обитатели вымерли? Вдруг всплыла у Валл'Иолета мысль. Но как заглянуть в воду. Биосканер не пробьёт и метра её толщины. Не нырять же туда кораблём. Он шумно вздохнул. Нужно посмотреть на втором материке, а уже потом нырять. Решил он и отвернув весспер от берега, направил его через океан.

***

Ночь Валл'Иолет провёл в весспере над беспокойным океаном и лишь когда темнота растворилась в сером утре, показался берег Горного материка.

За всё время путешествия над водой, ему не удалось увидеть ни единого рукотворного огонька. Ни разу не появился и бурун морского дрога, самого крупного животного планеты, будто жизнь на Толлоне действительно прекратила своё существование, что, в какой-то степени, подтверждало и молчание биосканера.

Побережье и Горного материка тоже было чёрным и унылым. Волн не было, будто океан в этой части планеты уже смирился с произошедшим, а может наоборот, ещё не осознал события в полной мере.

Валл'Иолет ещё не успел осмыслить, как ему искать выживших на этом континенте: начать прямо от побережья, или от центральных гор, как на экране спор появилась какая-то красная точка, двигающаяся под углом к пути весспера. Валл'Иолет с замершим сердцем следил за её перемещением, пытаясь понять, с чем она может ассоциироваться: птицей или летательным аппаратом. Этот материк был более насёлён животным миром и потому птиц здесь было гораздо больше, чем на материке пустыни и большие птицы давали красную отметку на экране спор.

Если это летательный аппарат, то, вероятно, кроканов. Всплыла у него тревожная мысль.

Он вызвал штурвал и активировав лазерные турели, положил палец на клавишу выстрела.

Красная точка вскоре превратилась в серую кляксу, но, вдруг, развернулась и начала стремительно удаляться.

Догнать! Всплыла у Валл'Иолета невольная мысль.

Он сориентировал весспер и направил его вдогонку удаляющейся кляксе, которая начала приближаться и приобретать какие-то контуры и когда стало понятно, что это не птица, а непонятный летательный аппарат, из нижнего края экрана спор выполз уже рой красных точек и начал расползаться в стороны. Определённо, это были летательные аппараты кроканов. Сердце Валл'Иолета сжалось. Он резко двинул акселератор вперёд и послал весспер вверх, чтобы быть выше движущихся ему навстречу летательных аппаратов. Но и красные точки на экране спор тоже поползли вверх. Валл'Иолету стало всё понятно с ними — это, однозначно, были корабли короканов, которые сейчас уничтожали всё живое на Горном материке.

Чем выше забирался весспер, тем обширнее отображалась территория материка на экране спор и если Пустынный материк был чёрный от гари, то Горный был красный от огня — повсюду насколько хватало взгляда полыхали огни пожарищ, вверх поднимались чёрные столбы дыма, мощными зловещими облаками расползаясь по сторонам.

Хотя расстояние до красных точек было не таким уж далёким и если бы весспер находился в пространстве, то они на таком удалении, уже бы имели вполне узнаваемые очертания, но атмосфера, делала пространственный сканер, как менее дальновидящим, так и менее чувствительным.

Валл'Иолета захлестнула волна негодования. Он пробежался пальцами по клавишам управления оружие, но: вспыхнул лишь указатель уровня накопителя спиралонового излучателя. Он ткнул пальцем в клавишу активации поля скрытия — вызов остался без ответа.

Хаара! По скулам Валл'Иолета прошлись желваки. Без поля скрытия долго я не продержусь. Всплыла у него досадная мысль. Но если ваши корпуса такая же скорлупа, как и тех дифферентов, с которыми пришлось столкнуться в пространстве, то и спиралонового излучателя будет достаточно. В его мысленный ток влилась решительность. Потрепать вас, я сумею.

Он скосил взгляд на накопитель спиралонового излучателя — его зелёная полоса, на удивление, быстро скользила вверх.

— Неплохо. — Механически прошелестели губы Валл'Иолета.

Видимо из-за отсутствия других излучателей, вся энергия идёт ему. Всплыла у него догадка.

Он вжал акселератор и резко потянул штурвал на себя — весспер, став вертикально, рванулся в пространство.

Красные точки тоже развернулись и продолжили двигаться за ним, постепенно превращаясь в серые кляксы, хотя заметно отставали. Становилось очевидным — это дифференты.

На дальней орбите, Валл'Иолет перевёл весспер в горизонтальный ход и включив купольный обзор, принялся осматриваться, пытаясь осмыслить какие-то свои дальнейшие действия.

В лоб с такой армадой с одним излучателем — бессмысленно. Скорость — моё преимущество. На два-три удара меня должно хватить. Маловато. Состроив гримасу, Валл'Иолет покрутил головой. Третьего, подобного, весспера у меня нет. Значит нужно что-то другое. Он пробежал взглядом по куполу и увидел одинокую красную точку, ползущую над поверхностью материка, которая почему-то не участвовала в погоне. А если охотник? Вдруг всплыла у него интересная мысль. Уж что, что, а ужалить я смогу очень больно.

Оценив взглядом своё положение и положение идущей за ним эскадры кроканских кораблей и убедившись, что у того одинокого корабля кроканов весспер окажется, гораздо, раньше дифферентов, он резко отклонил штурвал и весспер, клюнув носом, рванулся в сторону одинокой красной точки. От быстрого входа в атмосферу по экрану спор затрепетали алые сполохи, но Валл'Иолет не обращал на это внимание, он уже был охотником, а впереди — свирепый зверь.

У самой поверхности Валл'Иолет перевёл весспер в горизонтальный полёт и двинув акселератор назад, всмотрелся в контур приближающегося корабля — это был не дифферент, а неизвестный ему корабль непонятной конструкции, больше напоминающий огромную, приплюснутую, остроносую цистерну с огромными крыльями. Корабль медленно полз над ещё оставшейся зелёной полосой материка и над тем местом, где он проходил, стеной вставал огонь. Чем и как он воздействовал на поверхность планеты издалека было непонятно, но увиденное вызвало у Валл'Иолета приступ ярости. Дождавшись, когда на непонятном корабле вспыхнет белый овал прицела спиралонового излучателя, не снижая скорости, Валл'Иолет вжал клавишу выстрела — непонятный корабль подпрыгнул, будто налетел на пространственную кочку.

Экипаж кроканского корабля, видимо, поздно понял, что идущий в их сторону летательный аппарат несёт в себе угрозу и в последний момент попытался увернуться, но времени у них хватило лишь на то, чтобы ещё больше усугубить своё положение, подставившись к приближающемуся вессперу самым уязвимым местом — раструбами своих движителей. Накачанный энергией невидимый луч, видимо и вошёл в огромный раструб движителя кроканского корабля и в следующее мгновение над Толлоной вырос огромный красный шар.

Весспер основательно тряхнуло, будто он налетел на плотную атмосферную аномалию.

Открылась ещё одна особенность атмосферы: наряду с ухудшением качества работы пространственного сканера, произошло значительное усиление последствий атаки на объект и обратного воздействия взрыва на атакующий корабль. Если в пространстве, даже значительное повреждение корабля могло и не вызвать его взрыва, то в атмосфере даже его небольшое возгорание, многократно усиливалось присутствующим в атмосфере кислородом, делая атаку более эффективной. Но в то же время, ударная волна, могла вызвать повреждение и атакующего корабля, если он атаковал объект с, опрометчиво, близкого расстояния.

Валл'Иолет рванул штурвал на себя, но всё же сила инерции оказалась велика и весспер вошёл в огненный шар. Корабль вновь основательно тряхнуло и если бы Валл'Иолет не держался крепко за штурвал, то неизменно бы вылетел из кресла. Зал управления окрасился в багровые тона. Нудно запищал терминал, возвещая о перегреве корпуса.

Мысленно выругавшись, Валл'Иолет ткнул пальцем в подлокотник кресла и выскользнувшие захваты мягко прижали его к спинке кресла. Пилотировать стало менее удобно, но теперь можно было не думать о своей безопасности.

Весспер вынырнул из огня. Экран спор очистился от красных сполохов. Валл'Иолет пробежал взглядом по куполу — рой серых клякс приближался, но был ещё далеко — видимо, не сразу осознав цель маневра весспера, дифференты опоздали с перестроением и значительно отстали. По нижней части экрана ползла ещё одна красная точка. Валл'Иолет повернул штурвал и весспер помчался наперерез траектории движения этой точки.

Точка оказалась дифферентом, ходящим по кругу. Видимо под ним что-то было, что привлекло его внимание настолько, что он, даже, не заметил приближения весспера. К тому же значительно возрос радиационный фон, будто весспер входил в какую-то аномальную зону.

Накопитель спиралонового излучателя был полон, но его овал прицела не был активен, атмосфера, досадно, сокращала расстояние для поражения цели. Опасаясь, что не успеет выстрелить, когда дифферент станет досягаем, Валл'Иолет замедлил ход весспера, с тревогой всматриваясь в экран спор, но дифферент продолжал ползти, занятый своим делом, видимо, действительно не замечая ничего вокруг. Едва вспыхнул белый овал прицела, Валл'Иолет вжал клавишу выстрела — дифферент заметно вздрогнул, будто очнулся ото сна и вдруг, начал наливаться красным светом, будто в него сунули мощный нагревательный элемент и через несколько мгновений на его месте в атмосфере Толлоны уже стремительно расползался по сторонам яркий рыжий шар.

Валл'Иолет вывернул штурвал, посылая весспер в крутой вираж и одновременно двигая акселератор вперёд.

Теперь он оказался более предусмотрительным и пришедшая ударная волна лишь чуть качнула корабль.

Серые кляксы, гоняющихся за ним дифферентов, на экране спор приняли более чёткие очертания, уже представляя собой угрозу, что дифференты неприменули показать — в сторону весспера скользнул пучок красных лучей.

Только без огня и дыма. Всплыла у Валл'Иолета тревожная мысль.

По экрану спор заскользили красные искры. Но видимо и для лазерных излучателей дифферентов атмосфера тоже была нежелательной средой, так как весспер никак не отреагировал на мощный пучок лазерных лучей, от которого в пространстве последствия были бы непредсказуемы.

— Потеря защиты десять процентов. — Донёсся бесстрастный голос информатора.

— Хаара! — Процедил Валл'Иолет, пытаясь ещё больше вывернуть штурвал, чтобы дальше отвернуть весспер от пути пересечения с уже изрядно посеревшей эскадрой дифферентов.

Серая эскадра кроканских кораблей на экране спор вновь трансформировалась в рой красных точек. Валл'Иолет шумно выдохнул, но его лицо тут же исказилось гримасой досады — с другой стороны на экран спор выполз ещё один рой красных точек. Валл'Иолет рванул штурвал на себя, ставя весспер вертикально, намереваясь увести его в пространство. Красные точки с обеих сторон потянулись за ним.

Выйдя на орбиту Валл'Иолет пробежался взглядом по куполу, пытаясь оценить степень своей опасности — две эскадры дифферентов неизменно приближались и скорее всего, вскоре должны были слиться воедино. Но...

Вдруг, Валл'Иолет увидел, как на экран спор выползла ещё одна красная точка. Она была в той стороне, откуда шла вторая эскадра дифферентов. У него тут же затрепетал азарт охотника.

Хаара! Через них не прорвёшься, изжарят не моргнув. Молниями замелькали у него беспокойные мысли. Обходить — тут же поймут. Что тогда? А если обойти по орбите? Вдруг всплыла у него интересная мысль. Догадаются или нет?

Он отклонил штурвал и описав короткую дугу, весспер помчался прочь от приближающихся дифферентов, которые вскоре скрылись за кривизной радиуса планеты.

Прошло совсем немного времени и весспер, ведомый Валл'Иолетом, обежав Толлону, подходил к той же точке с другой стороны. Красного роя дифферентов на экране спор не отображалось, не наблюдалось и одинокой красной точки и Валл'Иолет лихорадочно бегал взглядом по экрану спор, пытаясь понять, где она есть, так как она уже должна была быть. Наконец красная точка выползла из-за края пульта управления. Она шла ему навстречу. Отклонив штурвал, Валл'Иолет послал весспер в её сторону, но на полпути к ней из-за края пульта на экран спор выползли ещё несколько красных точек, идущие навстречу вессперу.

Хаара! Догадались или это уже третья эскадра? Всплыла у Валл'Иолета досадная мысль. Скоро они все за мной начнут бегать.

Он попытался оценить расстояние весспера до одинокой красной точки и дифферентов до неё. Расстояние было примерно одинаково, но точка двигалась в сторону весспера, что сокращало его время подхода. Он ещё чуть двинул акселератор вперёд, ещё больше увеличивая свой риск, так как весспер заметно завибрировал, но Валл'Иолет лишь втянул голову в плечи, будто таким образом можно было укрыться от угрозы. Но видимо кроканы уже поняли его намерение, так как красная точка начала смещаться в сторону. Усмехнувшись, Валл'Иолет ещё чуть увеличил скорость весспера. В возросшей вибрации добавился перегрев — индикация температуры корпуса на экране терминала тут же угрожающе запульсировала красным цветом.

Ничего страшного. Это не надолго. Пытался успокоить себя Валл'Иолет, переводя взгляд, то на экран терминала, то на корабль кроканов, который уже из красной точки превратился в чёрную кляксу и быстро разрастался в размерах, несмотря на то, что он уже развернулся и шёл навстречу дифферентам. Насколько Валл'Иолет понимал — это был непонятный цилиндрический корабль, который чем-то обрабатывал поверхность Толлоны, так как та поверхность, над которой он шёл была залита сплошным огнём, хвост которого тянулся несколько десятков километров, заканчиваясь где-то на горизонте чёрными столбами дыма, мощными потоками устремляющихся ввысь. Дым был настолько плотен, что на экране спор отображался сплошной чёрной стеной, экранируя всё, находящееся за ним.

Валл'Иолет нервничал, держа цилиндр в овале прицела и уже можно было бы стрелять, так как корабль неминуемо приближался к спешащим ему навстречу дифферентам, но он решил действовать наверняка, так как знал, что второго выстрела дифференты ему сделать не дадут и потому нужно было стрелять максимально на поражение, чтобы поглощение энергии атмосферой было минимальным и вся она ушла в корпус кроканского корабля.

Точки дифферентов на экране спор трансформировались и стали большими серыми кляксами.

Хаара! Дождался! Мелькнула у Валл'Иолета досадная мысль. Он мгновенно переключил захват цели на ручное управление и наведя ещё тёмный овал целеуказателя на неизвестный кроканский корабль, вжал клавишу выстрела — цилиндрический корабль подпрыгнул и начал заваливаться на бок и уже в следующее мгновение на его месте в атмосфере вырос огромный красный шар.

Валл'Иолет рванул штурвал в сторону и в тот же миг серый строй дифферентов перекрасился в красный цвет, будто вспыхнул и в весспер тут же уперлись несколько красных спиц. Корабль основательно тряхнуло. По экрану спор заструились красные разводы.

— Потеря защиты пятьдесят процентов. — Донёсся бесстрастный голос информационной системы.

Валл'Иолет рванул штурвал в другую сторону — красные разводы на экране спор, будто были какой-то жидкостью, поползли в противоположную движению сторону и собравшись в одну большую кляксу, исчезли из вида.

Хаара! Такое впечатление, что человеческой кровью стреляют? Всплыла у Валл'Иолета горькая мысль. Видимо много набрали. Его лицо исказилось кислой гримасой. Ничего и вашей тоже здесь немало останется.

Вдруг весспер два раза подряд, основательно тряхнуло.

— Потеря защиты восемьдесят процентов. — Сообщила информационная система.

Глаза Валл'Иолета с бешеной скоростью забегали по куполу, пытаясь отыскать источник угрозы и вскоре он увидел ползущие по краю экрана, уже хорошо видимые два грузовика кроканов. Тангары уже отворачивали, пытаясь избежать встречи с весспером.

Однозначно, от них и досталось мне. Всплыла у Валл'Иолета досадная мысль. Ещё один подобный зевок и... Его лицо исказилось гримасой досады.

Валл'Иолет не знал, что это за голубая энергия, которую выплёвывают из своих пушек тангары, но, видимо и она тоже в значительной степени ощутила противодействие атмосферы Толлоны и оказалась не столь эффективной, нежели в пространстве.

Хаара! Почему не работает система оповещения? Цели же нормально отслеживаются. Мелькнули у Валл'Иолета досадные мысли. Может её как-то нужно активировать? Но не сейчас же лазить по информационному полю терминала. Его лицо исказилось неприятной гримасой.

Он бросил взгляд на накопитель спиралонового излучателя и убедившись, что он полон, поймал один из тангаров в овал прицела и вжал клавишу выстрела — через мгновение в атмосфере Толлоны сиял ещё один красный шар.

Второй тангар, видимо, намереваясь уйти из зоны поражения, ещё круче отвернул и вошёл в стоявший стеной огонь, который, сотворил взорванный цилиндрический корабль.

Скорее всего пилот тангара поспешил и просчитался с маневром. Из-под грузовика ударили мощные фиолетовые сполохи — скорее всего створки трюма были закрыты не плотно и мощный огонь пробил их и загорелось содержимое трюма. Осознав свою оплошность, пилот метнул грузовик из огня, но, видимо, увидев приблизившийся весспер остановил его, пытаясь найти другой путь. Но огонь, будто изголодавшийся путник, с жадностью набрасывавшийся на подобранный кусок хлеба, набросился на грузовик, охватил его со всех сторон и в атмосфере Толлоны вырос ещё один огненный шар.

— Туда тебе и дорога. — Процедил Валл'Иолет.

Его глаза в очередной раз прометнулись по куполу — красные точки были со всех сторон. Единственное направление, где был большой прогал меж ними — была стена огня.

Хаара! Весь кроканский флот собрался, что ли? Губы Валл'Иолета вытянулись в горькой усмешке. Прорываться меж них бессмысленно. Может попытаться через огонь уйти. У меня ведь ничего в ангаре взрывоопасного нет. А контейнеры с веществом массы в хранилище? Но они ведь прочны, створки люка закрыты. Защита должна же работать в таком огне, если держит энергию лазерных лучей. Сколько я их уже получил. Успокоил он себя. Если корпус начнёт перегреваться, уйду в дым. Только бы не напороться ни на что.

Передёрнувшись, от возможного, только что увиденного исхода с кроканским грузовиком, оказавшегося в неистовом пламени, Валл'Иолет, вжав голову в плечи, направил весспер в клокочущий огонь.

По экрану спор бушевали красно-оранжевые сполохи и лишь верхняя часть купола была свободна от них. Индикаторные панели перегрева на экране терминала перемигивались будто бегущие огни гирлянды, заставляя сердце сжиматься в тревоге. Валл'Иолет скосил взгляд на верхнюю часть купола — красные точки алели над головой яркой гроздью. О том чтобы прорваться сквозь такой щит, можно было забыть. Он опустил весспер ещё ниже и купол покрылся языками пламени. Валл'Иолет опустил голову и прошёл взглядом по панелям температуры корпуса, отображаемым на терминале — температура, практически, всего корпуса была высокой, но далеко не критической, да и её рост был, достаточно, медленным. Валл'Иолет двинул акселератор назад, замедляя бег весспера. Динамика температурного роста осталась прежней.

А ведь это выход для меня. Замелькали у Валл'Иолета удовлетворённые мысли. Я могу оставаться в огне на сколь угодно долгое время, лишь бы он не стихал. Лишь бы они не сунулись в него. Уже совались. Губы Валл'Иолета вытянулись в широкой усмешке. Да, но то ведь был тангар. Что ж пусть и дифференты сунутся. Посмотрим, на что они годны. Видимо есть смысл дождаться темноты. Хотя... Его губы тронула лёгкая усмешка. Но всё же как-то спокойнее. А если огонь иссякнет, прежде, чем наступит темнота? Валл'Иолет передёрнулся. А что если сымитировать взрыв весспера? Взорвался же тангар, почему не может взорваться и весспер? Но что отдать в руки огня? Взрыв должен быть очень эффектным. Чтобы поверили. А если поверят, то и не сунутся. А может и вовсе перестанут преследовать. Но, что? Он потёр пальцами лоб. Хаара! Можно было бы выбросить крапп, но я не видел его в ангаре. Остаётся сам весспер. Он громко хмыкнул, дёрнувшись всем телом. Чтобы создать эффект взорвавшегося весспера, нужно взорвать сам весспер. Ну и ну. А если выбросить контейнер с веществом массы? Вдруг всплыла у него интересная мысль. Но у контейнера мощная тепловая защита, навряд ли она прогорит даже в этом огне. А если выстрелить в него? Но сколько я смогу продержаться на одном контейнере? Сколько смогу, столько и продержусь. Подытожил он. Если вырвусь, возьму второй из хранилища. А если огонь проникнет внутрь генераторного модуля и весспер загорится? Хаара! Другого решения всё равно нет. Его красивое лицо исказилось гримасой грусти.

Остановив весспер и поставив его на стабилизацию, Валл'Иолет спустился в ангар. В ангаре было жарко и шумно от работающей на полную мощность системы вентиляции. Он добежал до одного из шкафов и открыв его, мысленно выругался — ни одного скафандра в шкафу не было, а входить в генераторный модуль, чтобы отстыковать контейнер от конвертора, без скафандра, даже на мгновение, было равносильно самоубийству. Со злом захлопнув дверь шкафа, он вернулся в зал управления.

Сев в кресло, он тут же вскочил и забегал по залу управления.

Хаара! Если открыть люк под контейнером и убрать захваты, он ведь должен вывалиться из весспера. Это же не пространство и сила тяжести должна мне помочь. Неужели муфта соединения способна удержать такой тяжёлый вес? С досадой размышлял он. Но всё же она немаленькая. А если вырвет трубопровод из конвертора? Неужели защита не заткнёт дыру? А если будет такая, что не заткнёшь? А если он застрянет в люке? Хаара! Он поднял голову — по куполу бегали зловещие рыжие языки пламени. Сколько защита способна держать? Нужно что-то делать. Губы Валл'Иолета вытянулись в гримасе досады. Иначе вызову подозрение.

Вернувшись в кресло, он снял весспер со стабилизации и пустив его вперёд, склонился к терминалу, его пальцы забегали по сенсорным клавишам экрана.

Вдруг, его руки замерли. Он уставился в экран, которого прежде никогда не видел — это был экран управления каким-то трюмом контейнеров. Экран гласил, что в трюме сейчас находилось четыре контейнера. Ещё два располагались поодаль и были подсвечены. Если можно было судить по возможным действиям, то контейнеры можно было: загрузить, выгрузить, переместить, подстыковать, расстыковать и сбросить. Немного поразмышляв, Валл'Иолет пришёл к заключению, что это ничто иное, как хранилище для резервных контейнеров с веществом массы. Если на его прежнем весспере дополнительные контейнеры подвешивались на внешних подвесках и заменить пустой можно было только вручную, то теперь конструкторы, что-то придумали и теперь пустой контейнер должен был замениться сам, с помощью какого-то манипулятора.

Тогда, выходит, что сброс есть ничто иное, как выбрасывание в пространство пустого контейнера. Всплыла у Валл'Иолета догадка. Но согласно требованиям космоплавания: все негодные и выброшенные в пространство агрегаты должны или уничтожаться или самоликвидироваться. Контейнер должен самоликвидироваться. Таковы требования к его конструкции. Но это пустой. А если не пустой и не в пространстве? Навряд ли самоликвидация возможна в атмосфере планеты. Он провёл пальцами по лбу. Весспер должен быть остановлен или можно замену произвести и в движении? Не вижу смыла в остановке. Замелькали у него мысли. Торможение, потом разгон. Бессмысленная трата огромного количества вещества массы. Что стоит проверить. Его лицо исказилось гримасой решительности.

Посидев ещё несколько мгновений, уставившись в экран терминала, он, вдруг, ткнул пальцем в сенсорную клавишу замены контейнера — один из подсвеченных контейнеров начал мигать.

Валл'Иолет мысленно выругался — он, вдруг, осознал, что не имеет представления, как остановить запущенный процесс.

Глубоко и протяжно вздохнув, он уставился в мигающий контейнер.

Помигав некоторое время, контейнер, вдруг, исчез с экрана терминала — весспер качнулся. Тут же пришёл в движение один из резервных контейнеров. Дождавшись, когда резервный контейнер займёт место сброшенного и подсветится, Валл'Иолет вышел из экрана управления контейнерами.

Оригинально. Он покрутил головой. А поймёт программа самоликвидации, где сейчас находится выброшенный контейнер. Всплыла у него тревожная мысль. Как она воспримет это пекло? А если вообще заблокирует его, поняв, что это планета, а не пространство? А если ей помочь? Но найдёт ли пространственный сканер контейнер в такой атмосфере? Что гадать. Его лицо исказилось гримасой раздражения. Нужно действовать.

Валл'Иолет развернул весспер и принялся всматриваться в экран спор, но пляшущие по экрану рыжие сполохи огня полностью отрезали систему пространственного обзора от этого самого пространства.

Валл'Иолет вызвал на экране терминала экран управления системы пространственного обзора и перевёл огонь в разряд помех. Экран спор тут же потемнел. Вместе с огнём исчез и дневной свет, но в тоже время проявилась поверхность планеты: скорее всего на этой территории рос огромный лесной массив, который уже, практически, сгорел и сейчас выгорали корни деревьев, так как из земли били бесчисленные серые фонтаны. Видимо горела и сама земля, так как наряду с серыми фонтанами просматривался какой-то непонятный фон, будто туман. Рассмотреть среди бесконечной гари что-то было невозможно.

— Хаара! — Вырвалось у Валл'Иолета

Но ему повезло. Контейнер, видимо, попал на горящий корень, из-за чего серый фонтан из корня разделился и бил розеткой, что и привлекло внимание Валл'Иолета своей необычностью. Он вновь принялся за манипулирование настройками системы пространственного обзора и вскоре на экране спор появились более серые, нежели окружающая чёрная поверхность, контуры контейнера. Он отвёл весспер на расстояние, при котором контейнер едва-едва просматривался и наведя на него прицел лазерной пушки, вжал клавишу выстрела — выскочивший луч был невидим перестроенной системе пространственного обзора, как и сам взрыв, лишь пространство заволокло лёгкой туманной дымкой.

Весспер бросило в сторону. Вслед за ним и Валл'Иолета. Захваты больно сдавили грудь, удерживая его, но всё же живот упёрся в штурвал, вызвав мощный приступ боли. Валл'Иолет громко вскрикнул, его глаза сузились до щелочек. Штурвал жалобно заскрипел, но всё же выдержал бурный натиск человеческого тела.

Боль отступила. Валл'Иолет открыл глаза и выпрямился и выпрямил штурвал. Скользнув взглядом по пульту управления, он с досадой отметил, что конвертор быстро терял свою мощность, хотя никаких тревожных сообщений о проблемах с ним не было. Пальцы Валл'Иолета забегали по клавишам пульта управления и сенсорам экрана терминала, в попытке восстановить работу конвертора. Его взгляд скользнув по экрану спор, замер — поверхность планеты, буквально, наползала на экран. Он рванул штурвал на себя, но никаких изменений не произошло.

Лицо Валл'Иолета исказилось гримасой тревоги. Он понял, что весспер сейчас скользит брюхом по поверхности планеты, зарываясь в неё всё глубже и глубже. Температура корпуса уверенно ползла вверх.

— Хаара!

Наконец панель мощности конвертора вспыхнула бледным зелёным цветом. Весспер задрожал.

— Ну что же ты? Давай! — Прошелестели губы Валл'Иолета.

Он не отрываясь смотрел на бледную панель индикатора конвертора, не понимая, почему он не выходит на заданную мощность, хотя никаких тревожных сообщений по-прежнему не было. Вдруг, его взгляд остановился на ноге, стоящей на акселераторе — она упиралась в пол и конвертор, просто-напросто, захлебнулся в плотном потоке ратана и поняв это, защита сбросила его мощность.

Видимо, это произошло, когда меня бросило на штурвал. Мелькнула у него раздражённая мысль.

Хотя, чтобы вжать педаль акселератора, нужно было приложить достаточное усилие и он бы должен был ощутить его противодействие.

Значит не ощутил. Мелькнула у него следующая досадная мысль.

Мысленно отправив в свой адрес большую порцию нелестных слов, Валл'Иолет приподнял ногу — по индикатору мощности тут же скользнула зелёная волна и он наполнился приятным зелёным цветом.

Проведя рукой по влажному лбу, Валл'Иолет вжал акселератор вперёд — весспер вздрогнул, будто вышел из спячки и обугленная земля на экране спор начала отдаляться.

Выровняв весспер, Валл'Иолет вернул работу пространственного сканера в привычный режим работы и экран спор тут же утонул в рыжих огненных сполохах, которые, казалось, были ещё мощнее, полностью лишив Валл'Иолета какого-то контроля над пространством. Вспыхнул кровавым светом и принялся завывать индикатор уровня радиации — теперь она превышала допустимую в несколько тысяч раз. Несомненно, угрозу принёсло в атмосферу планеты взорвавшееся вещество массы. Температура корпуса приближалась к критической.

Хаара! Сейчас взорвётся. Нужно уходить. Вверх бессмысленно. Молниями замелькали у него тревожные мысли. Дым! Вдруг, мелькнула у него спасительная мысль. Хаара! Болван! Отправил он в свой адрес нелестный отзыв. Но где он? Весспер извертелся, как юла. Он несколько раз пробежал взглядом по экрану спор, но никаких признаков, указывающих направление на дым на нём не было. Хаара! Лицо Валл'Иолета исказилось гримасой досады и он принялся лихорадочно вспоминать выписанные кораблём зигзаги, во время нахождения в огне. Кажется туда. Наконец выбрал он направление. Но если высунусь....

Он покрутил головой и повернул штурвал, направляя весспер в выбранную сторону.

Почему такая радиация? Ведь фа-готты короткоживущие частицы. Они должны быстро рекомбинировать с молекулами воды атмосферы. Пара часов и от них и следа не останется. Всплыли у Валл'Иолета мысли удивления. Но это же ещё не они. В токе его мыслей появилась тревога. Это же ратан. Можно считать этот участок леса лет сто придётся обходить далёкой стороной. Его губы вытянулись в жалкой усмешке. А будет здесь что-то либо через сто лет. Здесь ведь и так сплошная радиация. А если кроканы и поливают ратаном планету? По радиационному фону весьма похоже. Оттого и огонь на десятки метров вверх. Видимо смешивают с чем-то и поливают этим раствором землю. Видать давно готовились к уничтожению Толлоны. Запаслись с лихвой. Выродки! Поверили они моей инсценировке? Сколько сейчас времени? Он перевёл взгляд на хронометр. Ещё часа три-четыре до темноты. Лишь бы корпус выдержал. Он бросил взгляд на индикатор температуры корпуса весспера — температура отдельных участков корпуса уже приблизилась к критической. Интересно, сколько ещё времени будет земля гореть? Лишь бы до темноты хватило. Валл'Иолет поднял голову и посмотрел в купол, но ничего не увидев, кроме лизавших купол рыжих сполохов, опустил голову. Хаара! Скоро уже? Ничего не видно.

Прошло ещё некоторое время. Стало заметно, что рыжие сполохи лизали экран спор уже не столь плотно и наконец они и вовсе исчезли. Температура корпуса пошла вниз. В зале управления стало почти темно. Губы Валл'Иолета вытянулись в широкой усмешке, он отпустил акселератор, останавливая весспер...

В томительном ожидании прошло четыре часа. Валл'Иолет чувствовал себя уставшим, так как от непрерывного всматривания в экран спор у него болели глаза, шея затекла настолько, что любое шевеление головой, причиняло головную боль.

Стена дыма оказалась вполне иссекаемой и как только экран спор начинал сереть, Валл'Иолет посылал весспер вперёд, вновь вводя его в чёрный дым, с каждым разом в тревоге ожидая, что с очередным посылом чёрной стены впереди не окажется и весспер окажется перед армадой дифферентов, словно на ладони.

Наконец, когда по его расчёту наступила ночь, шумно и протяжно выдохнув, он резко вжал акселератор и весспер, быстро набирая скорость, помчался вперёд. Экран спор тут же заполнился огненными сполохами. Температура корпуса поползла вверх. Валл'Иолет ещё больше вжал акселератор, стараясь поскорее выбраться из лизавших его корпус огненных языков.

Стена огня резко оборвалась и весспер вырвался на простор. На экране спор тут же вспыхнули с десяток красных точек. Все они были достаточно далеко, кроме пары, которая медленно ползла почти прямо по курсу. Скорректировав направление, Валл'Иолет навел бледный овал прицела на одну из красных точек, но до цели было ещё далеко. Он мысленно выругался — в атмосфере оружейные системы вели себя совсем иначе, нежели в пространстве. Он скользнул взглядом по куполу — несколько красных точек уже стремительно двигались в его направлении. Увеличила свою скорость и пара красных точек, к которым направлялся и он: но одна из них шла навстречу, другая же шла прочь. Как понял Валл'Иолет, навстречу шёл дифферент, а убегал, скорее всего или тангар, или приплюснутый цилиндрический корабль. Переориентировав прицел на приближающуюся красную точку, со сжавшимся в тревоге сердцем, Валл'Иолет уставился в бледный овал.

И, хотя, Валл'Иолет ожидал этого, но всё же овал прицела вспыхнул очень резко, заставив его вздрогнуть. Он тут же вжал клавишу выстрела и впервые увидел невидимый спиралоновый луч. Скорее всего, это был даже не луч, след от него — некая неоднородность в атмосфере, будто след от промчавшегося по воде быстроходного судна. След шёл в направлении на уже серую кляксу дифферента, которая тут же утонула во вспыхнувшем в ночи ярком ореоле, но рыжего шара не было.

— Хаара! Поспешил! — Вырвалось у Валл'Иолета.

Он понял, что дифферент выдержал энергию одного выстрела спиралонового излучателя: или это был какой-то корабль кроканов старой конструкции, или энерголуч оказался слаб из-за большого расстояния в атмосфере и корабль кроканов, действительно, выдержал силу его разрушительного воздействия. Конечно, навряд ли он сейчас был в состоянии произвести ответный выстрел по вессперу, но останавливаться и ждать, когда зарядится накопитель для следующего выстрела или расстреливать дифферент из лазерных пушек было слишком рискованно — со всех сторон к вессперу стремительно приближались красные точки.

Бросая быстрые взгляды на индикатор накопителя спиралонового излучателя, Валл'Иолет пустился вдогонку за убегающей красной точкой.

Проходя мимо искрящего дифферента, он всё же не выдержал и произвёл залп из лазерных турелей, но из-за большой скорости красные лучи скользнули по корпусу вражеского корабля, оставив на нём лишь жирный чёрный дымящийся след и вызвав приступ злости у Валл'Иолета.

Дифферент остался позади и у Валл'Иолета, вдруг, по спине пробежал холодок. Он осознал потенциальную опасность оставшегося за спиной вражеского корабля. Он мог в любое мгновение выйти из энергетического паралича и нанести ответный удар в самое уязвимое место весспера — кроссфлекторный канал генераторного модуля.

Нога Валл'Иолета, стоящая на акселераторе, напряглась, но тут же расслабилась.

Начнутся большие рысканья. Не удержу. Всплыли у него досадные мысли и его рука вернулась на место.

Поймав уходящий корабль кроканов в бледный овал прицела и убедившись, что он ещё далеко вне зоны досягаемости спиралонового излучателя, Валл'Иолет скользнул взглядом по куполу — красные точки были повсюду и все они приближались. Его пальцы нервно забарабанили по панели управления.

Кто? Я или они? Острая мысль больно кольнула мозг. Его взгляд уставился в разгорающуюся на экране спор красную точку, палец прилип к клавише выстрела, будто сросся с ней.

Только наверняка. Только наверняка. Непрерывно сверлила его мозг тревожная мысль.

В этот раз превращение красной точки в чёрную кляксу не испугало Валл'Иолета. Едва лишь это произошло, его палец тут же вжал клавишу выстрела.

Брызнувшие во все стороны сполохи взрыва, ярким светом ворвались в зал управления, заставив Валл'Иолета на прищуриться и заполнили собой экран спор. Валл'Иолет вывернул штурвал, уводя весспер от соприкосновения с огненным шаром. Экран спор потемнел и он тут же увидел, что пространство расчерчено яркими красными линиями лазерных излучателей дифферентов, направленных в сторону весспера.

— Потеря защиты два процента. Потеря защиты три процента. Потеря защиты четыре процента. — Протараторила система контроля.

Сердце Валл'Иолета тут же наполнилось теплой благодарностью к конструкторам весспера второй модели, заметно увеличившими мощность защитного поля. Если бы все эти лучи достигли его двойки, даже в атмосфере, то сейчас он уже был бы точно таким же красным шаром, каким только что стал цилиндрический корабль кроканов.

Будто подтверждая его мысль, один из красных лучей прочертил жирный след по экрану спор, заставив Валл'Иолета невольно вжаться в спинку кресла.

— Потеря защиты двенадцать процентов. — Донёсся бесстрастный голос информационной системы

— Хаара!

Недовольно поморщившись, Валл'Иолет скользнул взглядом по куполу — красные точки были повсюду. Но они почему-то не торопились вниз, а затеяли какое-то перестроение, видимо надеясь выстроить такой заслон для обезумевшего капитана весспера, через который он никогда не сможет прорваться. Единственное направление, где они были несколько реже, то, откуда он шёл. В той стороне, у самого нижнего края экрана спор, полыхало зарево.

Если заползу туда, то уже не выберусь. Второй раз они не поверят. Молниями замелькали у него досадные мысли. Нет смысла туда забираться. Окружат и будут ждать, когда или высунусь, или огонь погаснет. А куда тогда? Хаара!

Лицо Валл'Иолета исказилось неприятной гримасой — дифферент, в который он только что стрелял, приближался к нему сзади и определённо, должен был вот-вот выстрелить, так как его кончики крыльев полыхали в ночи, будто глаза разъярённого хищника.

Не раздумывая, он заложил крутой вираж, разворачивая весспер и в тут же пара ярких кровавых лучей упёрлась в корпус корабля. Дифферент не промахнулся. Весспер изрядно тряхнуло, он заскользил как-то неестественно, боком. По терминалу побежали строки сообщающие о повреждениях. В основном они были в верхнем слое обшивки и большей частью затрагивали поля защиты. Купол покрылся чёрными пятнами, показывая, что часть решёток пространственного сканера повреждена.

— Потеря защиты девяносто процентов. — Бесстрастно оповестила система контроля.

Ещё один выстрел и прощай весспер. Всплыла у Валл'Иолета досадная мысль.

Он скосил взгляд на накопитель энергии спиралонового излучателя — он подползал к сорока процентам уровня — выстрел с энергией ниже пятидесяти процентов запрещался из-за опасности замыкания энерголуча на корпус при его недостаточной энергии. Бледный круг прицела плясал по чёрной кляксе дифферента. Пальцы Валл'Иолета молнией пронеслись по сенсорам экрана терминала — защита накопителя энергии отключилась и овал прицела вспыхнул ярким белым цветом. Палец Валл'Иолета механически вжал клавишу выстрела — весспер подпрыгнул, будто налетел на пространственную кочку. Сердце Валл'Иолета сжалось. Но в то же время чёрная клякса дифферента на экране спор задрожала, будто к ней подсоединили вибратор и тут же утонула в мощном розовом ореоле, из которого во все стороны брызнули фонтаны ярких рыжих струй.

— Живучий гад!

Валл'Иолет громко хмыкнул и обходя фонтанирующий дифферент стороной, повёл весспер к полыхающему зареву.

С такой потерей защиты соваться в огонь весьма рискованно. Замелькали у него тревожные мысли. Тогда зачем я туда направляюсь? Но ведь больше некуда. Всплыла у него удивлённая мысль. А зачем мне туда соваться? Ведь не поверят. А если пройти поверху, над огнём? И резко вверх. Пока ещё там есть окно. Нужно увеличивать скорость. Может не будут успевать отслеживать. Теперь всё равно от чего сдохнуть: или штопором в землю, или от выстрела дифферента.

Он резко вжал акселератор. Весспер рванулся вперёд. Валл'Иолета вжало в спинку кресла. Весспер бросило в сторону и подлокотник кресла больно впился в бок Валл'Иолета. Поморщившись, он выпрямился. Весспер вновь швырнуло в сторону — атмосфера давала о себе знать, оказывая мощное сопротивление, набирающему скорость и потому ещё не стабильному объекту. И в тот же миг перед носом весспера мелькнул жирный красный луч. Валл'Иолет хотел отвернуть корабль, но его вновь бросило в сторону и подлокотник кресла в очередной раз заставил стиснуть зубы от боли.

Только бы не закрутило. Всплыла у него тревожная мысль.

Весспер шел над огнём, но не настолько близко к нему и рыжие языки пламени не лизали решётки пространственного сканера и потому их, почти не было видно на экране спор, лишь самые ненасытные из них, в погоне за жертвой вздымались высоко ввысь и лизнув корпус весспера, будто удовлетворившись полученным наслаждением, падали вниз. В такие моменты по индикатору температуры корпуса, цифры, будто пробудившись ото сна и встрепенувшись, пускались вскачь и температура корпуса начинала быстро расти, заставляя Валл'Иолета скрипеть зубами от бессильной злобы. Сердце сжималось от предчувствия, что бесстрастный голос системы, вот-вот, сообщит о полной потере защиты и весспер, раскалившись подобно угольку в костре, превратится в огненный шар. Его руки напрягались в попытке отдёрнуть весспер от жадных сполохов, но они оставались позади, температура корпуса падала и Валл'Иолет глубоко и шумно вздыхая, в очередной раз устремлял свой взгляд на купол, оценивая момент для рывка.

Наконец, решив, что дальнейшее промедление лишь усугубляет его положение, так как красные точки кроканских кораблей всей сворой помчались к вессперу со всех сторон, выбрав момент стабильного хода, Валл'Иолет резко потянул штурвал на себя, весспер заскрипел, будто выражая своё недовольство полученной командой и поначалу, словно нехотя, а затем всё стремительнее начал задирать нос. Самый проворный огненный сполох, будто почувствовав, что добыча ускользает, метнулся ввысь и свирепо лизнув экран спор, нехотя опустился вниз и растаял в огниве пожарища.

Описав короткую дугу, весспер, став вертикально, устремился вверх. Видимо поняв, что враг в очередной раз ускользает от них, дифференты принялись стрелять без разбора и остановки. В атмосфере во всех направлениях замелькали красные полосы, заставив Валл'Иолета сжаться, будто таким образом можно было уберечься от них. Но не помогло. Несколько лучей всё же впились своими жалами в корпус весспера, разбудив голос системного информатора, бесстрастно затараторившего об истощении защиты.

— Потеря защиты девяносто один процент. Потеря защиты девяносто два процента...

Валл'Иолет с содроганием ждал, что вот-вот прозвучит сообщение о полной потере защиты, но после девяносто четырёх процентов информационная система замолчала, будто поняв, что вместе с потерей защиты погибнуть может не только капитан весспера, но и она сама.

Вырвавшись из атмосферы, Валл'Иолет тут же вжал акселератор до пола. Его так вжало в кресло, что ему с трудом удалось покрутить головой, осматривая купол — рой красных точек развернувшись, мчался следом. Их было не меньше трёх десятков.

Что ж... Усмешка тронула губы Валл'Иолета. В догонялки, так в догонялки. И долго вы намерены гоняться?

Он с силой оттолкнул штурвал и дождавшись, когда он займёт своё место в нише пульта управления, положил руки на выскользнувшие панели управления...

15

Валл'Иолет в очередной раз включил купол и выглянув из-за кресла, посмотрел назад — рой красных точек уже семидесятый день настойчиво следовал за весспером. Отвернувшись, он перевёл пространственный сканер в привычный режим работы и немигающим взглядом уставился в экран спор.

И как долго вы намерены идти следом? Губы Валл'Иолета тронула кислая улыбка. Надеетесь, что у меня вещество массы закончится быстрее, чем у вас? А не боитесь ошибиться? А действительно, как долго я собираюсь таскать их за собой? Вступать в бой бессмысленно. Защиты, практически, нет. Первый же пойманный луч проткнёт корпус, как заточенный карандаш лист бумаги. Увеличить скорость и просто, уйти? Они тут же вернутся на Толлону. Вариант плох во всех отношениях. Что я могу им ещё предложить? Он принялся тереть лоб. А если затащить их в какую-либо аномалию? К нейтронной звезде, например. Слишком откровенно. Не полезут. Куда тогда? А если в пылевое облако? На пути к Роззе такое есть. Даже с небольшим секретом. Навряд ли кроканы знают о нём.

***

На пути от Толлоны до Роззы находилась небольшая, но плотная пылевая туманность, видимо из-за своей малости так и не состоявшиеся звёздные ясли, но кружащихся в пыли астероидов там было предостаточно. Капитанам вессперов и драффтов предписывалось обходить её стороной, но некоторые из них, нарушая предписание, сокращая путь, шли по краю туманности, рискуя напороться на случайный астероид. Валл'Иолет же, когда шёл к Роззе один, не просто ходил по краю, а порой залезал чуть ли не на треть в пылевое облако. В эти дни он превращался в какого-то азартного игрока, ведя раскалённый от трения о пыль весспер, будто горящий уголёк, между кружащих камней. Астероидное облако имело большую ассиметрию и если во время захода в туманность количество камней быстро возрастало, Валл'Иолет тут же уходил из него, а если они были не часты, превращался в азартного, бесшабашного мальчишку, стараясь проскочить между астероидами не снижая скорости.

***

Валл'Иолет пробежал взглядом по экрану спор, ориентируясь. Вектор пути весспера сейчас лежал несколько в стороне от вектора на нужную туманность, но ещё не настолько, чтобы коррекция ухудшила его положение, сделав досягаемым для лазерных излучателей дифферентов. Погримасничав некоторое время, он, наконец, наклонил панели управления и описав широкую дугу в пространстве, весспер лёг на новый курс...

Прошёл ещё не один десяток дней пути, прежде, чем температура корпуса весспера начала быстро расти и Валл'Иолет понял, что корабль вошёл в край пылевого облака. Он тут же двинул акселератор на себя. Скорость весспера начала резко падать.

Включив купол, Валл'Иолет оглянулся — рой красных точек, не отставая, продолжал идти за весспером, но цифры расстояния до них начали быстро уменьшаться, вызвав тревогу. Плотно сжав зубы, Валл'Иолет наклонил панели управления, посылая весспер дальше в глубь пылевого облака.

От частого оглядывания у него вскоре заболела шея, но он не решался вывести врезку с роем кроканских дифферентов на переднюю часть экрана спор, опасаясь, что они будут ещё больше отвлекать его внимание и он пропустит один из камней, которыми изобиловало пылевое облако. Красные точки дифферентов зловеще разгорались на куполе, заставляя сердце Валл'Иолета сжиматься всё сильнее и сильнее в тревоге за верность своего решения. Ему казалось, что дифференты имеют превосходную защиту и потому не испытывают большой силы трения и продолжают идти в пылевом облаке, не снижая скорости, будто не замечая его, неизменно догоняя весспер.

Наконец появились и первые камни, заставив Валл'Иолета ещё больше снизить скорость. После очередного оглядывания он с удовлетворением отметил, что красных точек на куполе заметно поубавилось, видимо пыль начала экранировать их. Вместе с тем стабилизировалось и расстояние до них, видимо дифферентам всё же пришлось снизить скорость.

Количество камней быстро росло и Валл'Иолет понял, что он начал забираться в опасную гущу туманности. Заработала противоастероидная защита весспера и впереди появились вспышки уничтоженных лазерными турелями каменных глыб. Опасность столкновения выросла до угрожающих размеров. Глубоко вздохнув, Валл'Иолет отклонил панели управления и принялся аккуратно выводить весспер из мельтешащего вокруг него каменного роя.

Прошло немало времени, когда, наконец, Валл'Иолету удалось вывести весспер в открытое пространство. Осмотревшись, он не увидел на куполе ни одной красной точки. Его губы вытянулись в широкой усмешке. Он был уверен — не все дифференты выберутся из этого каменно-пылевого мешка, если вообще выберутся. Удовлетворённо хмыкнув, он опустил голову и переведя пространственный сканер в привычный режим работы, двинул акселератор вперёд до упора, включил астронавигатор и поднявшись, направился в каюту капитана, намереваясь отдохнуть, так как на время нахождения в пылевом облаке, не покидал зал управления и сейчас чувствовал себя изрядно голодным и уставшим.

В каюте, приведя себя в порядок, он достал из холодильного шкафа баночку с тоником и большую упаковку с едой, развалился в удобном кресле и запивая огромный снед прохладным тоником, углубился в размышления.

И куда я теперь? К Толлоне? Без защиты? Бестолково. Направиться по следу "Спирай"? Но где гарантия, что выбравшиеся из пылевого облака дифференты не направятся по моему следу? Уж какой-то анализатор у них на борту, определённо, есть. Сколько будет виден мой след в пространстве? Дней десять. Не меньше. Нет, нет. Это исключено. Он механически покрутил головой. К Роззе? Зачем? Валл'Иолет дёрнул плечами. Если уж от Толлоны ничего не осталось, то на Роззе ничего нашего и подавно уже нет. И без защиты я бесполезен там. Единственно, где я могу что-то сделать, там, где меня никак не ждут. А не ждут меня на Крокане. А что я могу сделать на Крокане? А если сбросить пару контейнеров с веществом массы на какой-то из их городов? Жестоко? Нет! Пусть почувствуют, хотя бы часть того ужаса, в который они ввергли Толлону. Пока они сообразят, что происходит, я уже сделаю задуманное и уйду. Решено!

Бросив пустые: баночку из-под тоника и упаковку из-под еды на стол, Валл'Иолет поёрзал в кресле, устраиваясь поудобнее. Его веки сомкнулись...

***

Проснувшись, Валл'Иолет вскочил и сделав несколько гимнастических упражнений, направился в санационную. Выйдя оттуда, он убрал со стола остатки своего, до сонного, пиршества в утилизатор и взяв из холодильника несколько баночек с тоником, направился в зал управления, осуществлять задуманное. Чувствовал он себя, вполне, сносно.

В зале управления, усевшись в кресло, он сразу же включил купол и обвёл его внимательным взглядом: никаких красных точек нигде не наблюдалось. Удовлетворённый, он перевёл пространственный сканер в обычный режим работы и уткнулся в экран терминала. Найдя в недрах информационного поля весспера координаты планетной системы кроканов, он переслал их астронавигатору, управляющему вектором пути и откинувшись в кресле, открыл одну из баночек с тоником и уставился в экран спор, наблюдая за бегом звёзд.

Согласно полученным координатам конечной точки, описав дугу в пространстве, астронавигатор направил весспер по вычисленному им, новому вектору пути.

16

Красноватый диск звезды Крое зловеще блестел в центре экрана спор весспера. Её единственная планета Крокана не наблюдалась, видимо, была за звездой. С одной стороны — это было не совсем удобно для Валл'Иолета, но с другой — вероятно, что станции пространственного контроля кроканов его тоже не видели. Хотя было непонятно, были ли таковые у кроканов, так как пространственный сканер весспера их не видел. Но Валл'Иолет судил о возможности их присутствия по тому, что таковые были у его цивилизации и было бы глупо не иметь их другой.

Он ещё раз обвёл купол внимательным взглядом — нигде не наблюдалось ни единой красной точки враждебного объекта. Это и радовало, и тревожило.

Валл'Иолет никогда не был в планетной системе кроканов и потому знал о ней лишь по рассказам капитанов, которые приводили сюда корабли с дипломатическими миссиями толлонов. Да собственно и дипломатических миссий, за годы знакомства цивилизаций, было не более десятка, пришедшие на первые годы дружбы. Но уже скоро кроканы показали свой неприветливый нрав к толлонам и впоследствии непременно демонстрировали своё негативное отношение к их миссиям, недвусмысленно давая понять, что толлонам не место на Крокане. В отличие от них, толлоны более терпимо относились к дипломатам кроканов и их представительство достаточно долго находилось на Толлоне, хотя это были всего лишь два-три крокана, которые, практически, безвылазно жили в здании своего представительства, обильно насыщаемом кислородом и с поддержкой пониженной температуры, так как климат Толлоны для них был мало приемлем. Но в какое-то время они тоже покинули представительство и в последствии вся дипломатия цивилизаций осуществлялась на Роззе, где климат не подходил ни одной из цивилизаций, но разрабатываемый ресурс — обеим.

Весспер висел у внутреннего края мощного астероидного кольца звёздной системы Крое. Валл'Иолет с тревогой, раз за разом, пробегал взглядом по экрану спор, ожидая увидеть красную точку отклика чужого объекта, ему так и не удалось разобраться почему не работала система оповещения весспера о регистрации неопознанных объектов, но время шло, а никаких откликов на экране спор так и не появлялось.

Из рассказов старых капитанов Валл'Иолет знал, что на орбите планеты кроканов имеется орбитальная пушка дальнего действия, подаренная им толлонами в период тёплых отношений цивилизаций. Но это было очень давно. Но ни один капитан толлонов никогда не видел орбитальную пушку в действии, а технические характеристики пушки толлонами как-то забылись и потому о её мощи никакого представления не имелось. Единственное, что отмечали капитаны: у них складывалось впечатление о неуклюжести пушки — она была медлительной и неповоротливой — скорее всего такой же, какими были и первые орбитальные пушки над Толлоной, которые в какое-то время были сняты со своих орбит и переплавлены, а новые решили не ставить, посчитав, что ракетные мобильные комплексы наземного базирования более эффективны в отражении агрессии. Время их рассудило. О станциях раннего обнаружения кроканов, Валл'Иолет не слышал ни от одного из капитанов, но, возможно, что кроканы намеренно скрывали их от толлонов.

Странно они себя ведут. Неужели, действительно, не видят меня? Всплыли у Валл'Иолета саркастические мысли. А если, просто-напросто, не ожидали, что такое может произойти, что весспер может оказаться у границ их системы. Решили, что все наши корабли уничтожены и бояться некого? Потому такая и беспечность. Ну-ну! А, все же, как далеко действует их орбитальная пушка, если таковая ещё имеется? Достанет, если я вынырну из-за Крое? А если на большой скорости — успеет среагировать? Главное, самому не промахнуться. Хаара! Неужели кроканской системы нет в информационном поле этого весспера?

Валл'Иолет пробежался пальцами по сенсорам экрана терминала и над пультом управления вспыхнула голограмма с отображением системы Крое. На ней так же отображалось зелёной точкой и положение его весспера.

Хаара! И почему я раньше об этом не подумал? Валл'Иолет механически потёр лоб. Да потому, что в моей двойке этой системы не было. Нашёл он оправдание. Что ж, надеюсь удача не отвернётся от меня.

Он убрал панели управления и дождавшись, когда штурвал окажется перед ним, положил на него руки и долгим взглядом посмотрел на накопитель энергии спиралонового излучателя — он был полностью заряжен. Затем перевёл взгляд на уровень защитного поля — он колебался где-то на уровне пятнадцати процентов. Ни ему, ни системе, за долгий путь к Крокане не удалось восстановить его нормальную работу.

Второй попытки не будет. Очередная саркастическая мысль растянула его губы в широкой усмешке.

Он ещё раз обвёл взглядом купол: в отличие от защитного поля, пространственный сканер, восстановился, практически, полностью и лишь над головой зиял пустотой небольшой чёрный квадрат. Никаких тревожных отметок на куполе не отображалось.

Глубоко и протяжно вздохнув, Валл'Иолет опустил голову и резко вдавил акселератор штурвала, его вжало в спинку кресла. Стремительно набирая скорость, весспер метнулся из астероидного кольца в сторону мрачного лика звезды Крое.

***

Время тянулось столь медленно, что Валл'Иолету казалось, что весспер, просто-напросто, едва ползёт. Он механически пытался ещё больше вдавить акселератор, но нога тут же упиралась в ограничитель, показывая что предел скорости при боевом управлении достигнут. Отправляя в свой адрес нелестный эпитет, он ослаблял давление ноги на акселератор и ещё пристальнее всматривался в экран спор, стараясь, как можно дольше держать весспер в тени звезды и в тоже время, чтобы вовремя изменить вектор пути, а не воткнуться в Крое и не оказаться захваченным ею.

Едва весспер вынырнул из-за звезды, как на экране спор вспыхнул большой коричневато-голубой круг. Рядом с ним блестела яркая красная клякса без каких-то идентификационных сообщений.

— Хаара! — Невольно слетело с губ Валл'Иолета.

Его палец механически лёг на клавишу выстрела спиралонового излучателя, но бледный серый овал захвата цели упирающийся в красную кляксу, показывал, что до цели ещё далеко. Валл'Иолет несколько раз ткнул пальцем в экран терминала — над пультом управления вспыхнула голограмма, в которой отображался тёмный продолговатый объект. Вытянутая часть объекта смотрела сейчас не в сторону весспера и признаков движения в его сторону не наблюдалось.

Орбитальная пушка. Догадался Валл'Иолет. Насколько она резва? Если успеет развернуться раньше, чем я подойду на расстояние выстрела, мне конец. Его сердце сжалось в тревоге.

От постоянного перевода взгляда с голограммы на круг захвата цели на экране спор, у него вскоре заныла шея, в голове зашумело.

Неожиданный, резкий звук, заставил его вздрогнуть. Краем глаза он увидел, что изображение на экране терминала сменилось. Он перевёл на него взгляд — отображаемое сообщение гласило, что весспер подвергся интенсивному облучению какой-то непонятной частотой.

Это конец! Мелькнула у него досадная мысль, его сердце сжалось.

Прошло несколько мгновений, но весспер продолжал своё движение с прежней скоростью. Ничего не происходило.

Брови Валл'Иолета выгнулись высокими дугами. Он перевёл взгляд на голограмму — орбитальная пушка пришла в движение. Вокруг неё плясали голубоватые сполохи, видимо двигателей ориентации. Её продолговатая часть начала уменьшаться, означая лишь то, что пушка переориентировалась в пространстве. И в тот же миг вспыхнул белым цветом и запульсировал круг захвата цели. Не раздумывая, Валл'Иолет вжал клавишу выстрела — весспер вздрогнул и уже превратившаяся из красной точки на экране спор в жирный чёрный штрих орбитальная пушка начала стремительно расползаться по экрану, подобно надуваемому воздушному шару и вдруг, пространство озарилось яркой вспышкой, затмившей собой диск планеты — воздушный шар, лопнул.

Валл'Иолет шумно выдохнул и резко отпустил акселератор — сила, потянувшая его вперёд, показала, что весспер начал торможение.

Губы Валл'Иолета вытянулись в широкой усмешке. Ему стала понятна суть произошедшего: отображённая на экране терминала частота означала ничто иное, как сигнал системы опознавания свой-чужой. Видимо не получив нужного отклика, орбитальная пушка и начала переориентацию в сторону неопознанной цели. Это было настолько примитивно, что вызвало у Валл'Иолета приступ истерического хмыканья. Орбитальная пушка, действительно, оказалась примитивной и неуклюжей.

Валл'Иолет повернул штурвал вправо, уводя весспер в сторону от расползающегося в пространстве облака элементарных частиц, ещё несколько мгновений назад бывших орбитальной пушкой.

Планета занимала уже большую часть экрана спор. Валл'Иолет невольно залюбовался открывшимся пейзажем планеты. Планета была настолько огромной, что уже с такого дальнего расстояния её трудно было охватить взглядом всю сразу. Почти вся её поверхность была затянута тёмно-синими вихрями облаков, но там, где были их разрывы, просматривались: то зеленоватая вода; то рыжая поверхность; то что-то блестящее, вызвавшее у Валл'Иолета некоторое недоумение. Но вскоре у него появилась догадка, что блестящим может быть ни что иное, как город. В сторону наибольшей блестящей поверхности он и направил весспер.

Атмосферный слой Кроканы оказался очень мощным. Валл'Иолет совершенно выпустил из вида, что он таким будет и осознал это, лишь когда по экрану спор заплясали рыжие огненные сполохи. Мысленно выругавшись, он ещё больше отпустил акселератор, но экран спор уже покрылся сплошным огнём, напрочь лишив его какого-то обзора.

Тогда он потянул штурвал на себя, намереваясь вывести весспер из атмосферы и повторить вход, но тут же вспомнив, своё пребывание в огненном поле на Толлоне, выбросил руку в сторону экрана терминала и перевёл экран спор в нужный режим работы.

Экран поблек. На нём проступило лишь серое изображение, сплошь утыканное светлыми прямоугольничками, разделёнными ровными линиями. В одном месте прямоугольнички перемежевались в овалами. Никаких летательных аппаратов в сторону весспера не двигалось.

Какой огромный город. Может это их столица? Всплыла у Валл'Иолета догадка. Имею ли право решать его судьбу? Ведь погибнут сотни тысяч, если не миллионы. Как я буду... Он оборвал ток своих грустных мыслей. А кто им дал право уничтожить мою цивилизацию?

Весспер уже перешёл в горизонтальный полёт — его бег резко замедлился. Пальцы Валл'Иолета пробежались по сенсорам терминала и экран спор перешёл в нормальный режим отображения. Весспер еле полз над огромным, сверкающим в лучах своей звезды, городом, настолько широко раскинувшимся под ним, что его границы даже не вмещались в огромный экран спор, несмотря на приличную высоту весспера над ним.

Пальце Валл'Иолета продолжали бегать по сенсорам экрана терминала, активируя смену контейнера с веществом массы. Вспыхнувшая на экране терминала мнемосхема, отображала ход операции. В сбрасываемом контейнере было израсходовано лишь четверть вещества массы и потому сила его взрыва должна была быть ужасающей. Прошло несколько томительных мгновений и в нижней части экрана появился жирный серый след. Рука Валл'Иолета метнулась к панели управления оружием и круг прицела лазерных турелей, скользнув по экрану спор, послушно пополз к голове серого следа. На удивление, автозахват цели лазерных пушек сработал, будто это был не объект своей цивилизации, а вражеский летательный аппарат. Красный круг прицела упирался в центр цилиндра.

Только бы запасной контейнер успел стать на место. Молнией мелькнула у Валл'Иолета тревожная мысль.

Одним глазом следя за перемещением запасного контейнера с веществом массы по экрану терминала, а вторым за падением сброшенного, Валл'Иолет пытался угадать, какое событие произойдёт раньше: если раньше контейнер достигнет города, ему придётся выстрелить в него и будет ли взрыв над самой землёй эффективным, можно было лишь гадать. К тому же, неизвестно, как он отразится на весспере, с открытым люком генераторного модуля, в плотной атмосфере Кроканы, богатой кислородом.

Если раньше закончится смена и люк закроется, у меня будет возможность взорвать контейнер над городом и эффект от взрыва будет гораздо внушительнее, нежели он взорвётся у самой земли. Мелькнула у него удовлетворённая мысль.

Его правая рука продолжала сжимать штурвал, а левая будто молния, прыгала то к экрану терминала, то к панелям штурвала, а её пальцы, подобно сыплющимся искрам, тыкались в клавиши, вызывая к исполнению какие-то функции управления и контроля.

А если система наведения потеряет его, когда он окажется между зданий? Вдруг мелькнула у него следующая тревожная мысль. Тогда придётся сбрасывать ещё один. Скорее всего, нужно подниматься выше. В такой город трудно не попасть с любой высоты.

— Операция завершена. — Раздался громкий голос информационной системы.

Хотя Валл'Иолет и ожидал этого события, но, видимо, сказалось напряжение: его палец невольно вжал клавишу выстрела. Из-за малости расстояния, он не увидел лазерного луча и осознал произошедшее лишь тогда, когда экран спор будто вспыхнул.

— Хаара!

Невольно вырвалось у Валл'Иолета и его рука механически выбросившись вперёд, повисла между лицом и экраном, но всё же он опоздал и свет больно резанув по глазам, погрузил его в темноту. Весспер, будто он получил дополнительный толчок, швырнуло назад и грудь Валл'Иолета уперлась в штурвал, что и удержало его от вылета из кресла и он оказался в каком-то неестественном горизонтальном положении, лицом вниз.

— Хаара! — Лицо Валл'Иолета исказилось гримасой досады, он попытался выпрямиться но неведомая сила продолжала гнуть его, а вместе с ним и штурвал вниз.

Валл'Иолет понял, что хвост весспера задрался и корабль теперь несётся в атмосфере чужой планеты в неизвестном направлении, смотря носом в землю, если вообще не направляясь в неё. Ударная волна в плотной атмосфере Кроканы оказалась в разы мощнее тех волн, которые возникали в тонкой и более разряжённой атмосфере Толлоны. Валл'Иолет хотя и ожидал чего-то подобного, но результат превзошёл все его мыслимые ожидания и теперь он со страхом наблюдал, как поверхность планеты неумолимо расползается по экрану спор.

Наконец, побарахтавшись, ему удалось отстраниться от штурвала и ввалившись в кресло, потянуть штурвал на себя — весспер почти выровнялся, но всё же чувствовалось, что движется он в большей степени сторонней силой, нежели своими движителями.

Наконец защита экрана справилась с мощным потоком света и он потемнел, дав глазам Валл'Иолета возможность видеть происходящее снаружи. Он тут же ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления — экран спор развернулся в купол. В зале управления посветлело. Валл'Иолет осмотрелся — внизу стремительно расползалась по сторонам огромная чёрная волна. Усмехнувшись, он отключил купол, вжал акселератор и потянул штурвал на себя.

Едва нос весспера приподнялся, как в верхнюю часть экрана спор вползла жирная красная точка.

Ещё одна орбитальная пушка или что-то другое. Всплыла у Валл'Иолета тревожная догадка.

Он бросил взгляд на накопитель энергии спиралонового излучателя — накопитель был пуст. Брови Валл'Иолета подпрыгнули. Он постучал пальцем по терминалу накопителя, по клавишам под ним, но полоса энергии так и не появилась. Он перевёл взгляд на накопитель лазерных турелей — он тоже был пуст. Ни одно оружие не действовало.

Мысленно выругавшись, Валл'Иолет рванул штурвал на себя и утопил педаль акселератора — став вертикально, весспер помчался прочь из атмосферы чужой планеты — сверкнувший молнией белый луч, прочертив короткую линию по экрану спор, исчез в его нижней части.

Валл'Иолет громко хмыкнул, поняв, что это было ничто иное, как выстрел из того, что скрывала в себе красная точка.

Оказавшись уже далеко за пределами атмосферы, он вновь включил купол и оглянулся — будто желая показать ему содеянное, облака расступились и на коричнево-голубоватом фоне планеты сияло огромное грязно-жёлтое пятно, полностью затмив собой некогда блестящий город.

Гримаса горести исказила красивое лицо капитана боевого космического корабля цивилизации толлонов.

Валл'Иолет обвёл взглядом весь купол — чуть в стороне от планеты виднелось огромное количество красных точек. Их было столь много, что в нескольких местах они сливались в сплошное пятно. Он всмотрелся в их характеристические показатели — они, определённо, двигались ему вслед, но были настолько тихоходны, что даже при столь незначительной скорости весспера, заметно отставали.

Валл'Иолет перевёл взгляд на накопитель спиралонового излучателя — он по-прежнему был пуст. Мысленно выругавшись, он провёл пальцем по клавишам под терминалом лазерных турелей — вспыхнувший зелёным цветом накопитель, показал, что лазеры готовы к стрельбе.

Хотя бы что-то. Всплыла у Валл'Иолета саркастическая мысль.

Он шумно и резко выдохнул и перевёл взгляд на панель защиты — на ней отображалась робкая единичка. Состроив гримасу досады, Валл'Иолет зло толкнул штурвал от себя — сражаться с огромным количеством, даже тихоходных летательных аппаратов, без защиты и без оружия дальнего действия было бессмысленно. Дождавшись, когда из пульта управления выползут панели управления, он положил на них руки и резко двинул акселератор вперёд.

***

Пошёл уже двадцатый день пребывания Валл'Иолета в астероидном кольце звёздной системы Крое. Того красного роя точек, пустившегося вдогонку за весспером, почему-то не наблюдалось и он никак не мог определиться, как ему поступать дальше, толи ждать появления этих тихоходных летательных аппаратов и если их окажется не много, заманив их в астероидное поле, попытаться уничтожить по одному или же уйти, но куда, он не представлял и потому день за днём синхронно перемещаясь вместе камнями и пылью кольца, пытался определиться со своей дальнейшей судьбой, но никак не мог принять какого-то решения. Прекрасно понимая, что идущие по его следу дифференты, в конце-концов, придут сюда и он окажется бессилен против них, всё же медлил со своим решением.

Проводя эти дни в мучительных раздумьях, он одновременно пытался разобраться в причине отказа накопителя спиралонового излучателя и генератора защитного поля. Чтобы добраться до систем управления, которые находились между модулем управления и генераторным модулем, ему пришлось заглушить конвертор и лечь на синхронную орбиту астероидного кольца, так как система безопасности блокировала двери переходного шлюза во время работы конвертора.

Модули управления оказались исправны и Валл'Иолету пришлось облачаться в скафандр, который всё же нашёлся в одном из контейнеров, стоящих в ангаре, чтобы выйти в генераторный модуль, так как он был негерметичен. Причина оказалась там. У накопителя спиралонового излучателя оказался сгоревшим модуль управления буферного блока, а силовой блок генератора защитного поля был вообще весь в копоти. У Валл'Иолета сложилось мнение, что в них попал заряд, который и сжег их, так как они располагались в одной стойке. Хотя, каким образом это могло произойти, он не представлял, так как никаких пробоин в корпусе не наблюдалось. Возможно, что их повредила и мощная наводка электромагнитного поля созданная случайной комбинацией нескольких лазерных лучей от дифферентов, которых весспер получил предостаточно, а взрыв контейнера над городом Кроканы лишь завершил начатое.

Накопитель ему все же удалось наполнить — он вручную открыл буферный канал и дождавшись, когда зелёная полоса указателя энергии накопителя протянется через весь его корпус, вернул заглушку на место. На один выстрел энергия была. За следующим, опять придётся приходить к накопителю и заряжать его вручную. Починка генератора защитного поля оказалась невозможной и расстроенный, Валл'Иолет вернулся в зал управления.

Как поступить? Размышлял он, уставившись в экран спор, медленно потягивая тоник. Предпринять ещё одну атаку на планету? Есть ещё два запасных контейнера. Но смогу ли я теперь подобраться к ней? Определённо кроканы теперь не беспечны и полностью контролируют околопланетное пространство. Тот рой — это недвусмысленно показал. Такое впечатление, что они отправили в космос всё, что было в состоянии выбраться туда. Может стоит выйти и посмотреть, что они из себя представляют? Навряд ли они имеют мощное оружие. Скорее всего нечто, наподобие наших лорнов, вооружённые лёгкими лазерами. А если среди них окажутся дифференты? Да нет, навряд ли. Валл'Иолет механически покрутил головой. Они бы уже давно ползали вдоль астероидного кольца. Поняли бы, что прятаться мне больше негде. А если преследователи придут? Тогда ни о какой атаке можно и не думать. Значит нужно торопиться.

Бросив пустую баночку в утилизатор, Валл'Иолет положил руки на панели управления и двинул акселератор вперёд.

Едва весспер вынырнул из кольца астероидов, как тут же вспыхнувшие на экране спор три жирные красные точки, заставили сердце Валл'Иолета невольно сжаться. Характеристические показатели точек отмечали, что они, быстро набирая скорость, двигались в сторону весспера. Отвернувшись, Валл'Иолет двинул акселератор дальше и наклонив панели управления послал весспер прочь от астероидного кольца и чем дальше он от него уходил, тем больше становилось красных точек на куполе. Несомненно, это были те самые дифференты, которые увязались за ним в погоню от Толлоны. Хотя их было заметно меньше, но это не умаляло их угрозы.

Видимо получив информацию с Кроканы, они, прикрывшись астероидным кольцом, незамеченными для пространственного сканера весспера, рассредоточились вдоль внешней границы кольца и ждали откуда он вынырнет. И дождались.

Валл'Иолет ещё дальше двинул акселератор, но дифференты приближались. Особенно ближние три: видимо из-за того, что они не вращались синхронно с астероидным кольцом, как весспер, а шли вдоль него и потому сейчас имели большую начальную скорость.

Рука Валл'Иолета вновь двинула акселератор вперёд и он упёрся в ограничитель, достигнув своего максимума и теперь лишь вычислитель, согласно расчета безопасности конструкции весспера, ускорял его.

Проклиная себя за нерешительность, Валл'Иолет, будто заведённый, непрерывно вертел головой, стараясь уследить за всеми приближающимися красными точками. Особенно вызывали тревогу три ближние точки. Их приближение было угрожающе быстрым и они должны были вот-вот превратиться в чёрные кляксы и весспер, неминуемо, станет досягаем для их лазерных пушек.

Если я выстрелю в один, то останусь совершенно беззащитным перед оставшимися двумя. Молнией мелькали у Валл'Иолета досадные мысли. Они тут же изжарят меня. И так изжарят. Его губы вытянулись в широкой усмешке. Что ж, один, так — один. Но иначе вы меня не получите. Если стрелять, то сейчас.

Он ткнул пальцем в клавишу смены системы управления весспера, вызывая штурвал, но тот так и остался на месте, даже не подав признаков отделения от пульта управления. По спине Валл'Иолета пробежал холодок. Он ещё несколько раз ткнул пальцем в клавишу вызова штурвала, но ничего не произошло — штурвал остался неподвижен. Откинувшись в кресле, Валл'Иолет уставился немигающим взглядом в приближающиеся красные точки.

Что можно предпринять? Отвернуть? Но куда? Замелькали у него мысли с быстротой молнии. Любой маневр увеличит мой путь на радиус разворота, что неизбежно сократит путь дифферентам. Нет, поворачивать нельзя. Что тогда? Что? Что?

— А ничего! — Механически прошелестели его губы, будто подводя черту безысходности.

Ток мыслей Валл'Иолета иссяк. Время казалось остановилось для него. Его взгляд будто приклеился к трём, неминуемо приближающимся, красным точкам на экране спор...

Вдруг, Валл'Иолет вздрогнул, будто вернулся в реальность происходящего из стороннего мира и покрутил головой по сторонам — он по-прежнему находился в зале управления весспера, сидя в своём кресле. Три жирные красные точки дифферентов неизменно отображались на экране спор, но с их характеристическими показателями происходило нечто странное — цифры расстояния до них не уменьшались, а увеличивались.

Он покрутил головой, осматривая купол — рой красных точек неизменно следовал за весспером, но его скорость была заметно ниже скорости весспера и он уже основательно отстал, и не представлял собой никакой угрозы.

Состроив гримасу, Валл'Иолет дёрнул плечами.

Что со мной было? Я отключался, что ли? Всплыли у него недоумённые мысли. Как это произошло? Поле сработало? Проявилось ещё одно его свойство? Совершенно ничего не помню. Он механически покрутил головой. Когда они успели отстать. Стреляли или нет? Я ещё жив или... Мистика какая-то. Он дёрнул плечами и почувствовал себя очень уставшим. Как я устал. Он глубоко и шумно вздохнул. Думаю ничего не произойдёт, если я пару часов нормально отдохну.

Включив астронавигатор и задав ему курс на одну из далёких звёзд, Валл'Иолет устало поднялся и волоча ноги и пошатываясь, направился в каюту капитана. Войдя, он подошёл к спальной платформе, не раздеваясь упал на неё и провалился в пустоту...

***

Валл'Иолет открыл глаза — было темно. Он резко сел — мрак тут же рассеялся. Усталость ещё сохранялась в его теле.

Сколько же я проспал? Всплыла у него досадная мысль.

Он привычным движением поднёс правую руку к лицу — хронометра не было.

— Хаара! — Сорвалось с его губ.

Он опустил руку и сдвинув брови, попытался вспомнить, где он его мог оставить, но все попытки восстановить эту информацию оказались неудачными. Досадливо поморщившись, он поднялся и проведя руками по лицу, направился в санационную.

Приведя себя в порядок, Валл'Иолет вышел в центральный зал каюты и подойдя к экрану спор, вделанного в стену, ткнул пальцем в клавишу его активации, но экран остался тёмным. Он постучал по клавише пальцем, но это не возымело никакого эффекта.

Дёрнув плечами, он подошёл к холодильному шкафу и достав из него баночку с тоником и упаковку со снигом, быстрым шагом направился в зал управления.

Войдя, Валл'Иолет тут же замер — купол был включен, чего никогда не было при работе астронавигатора. С тревогой в сердце, Валл'Иолет закрутил головой, осматривая отображаемое куполом пространство, но никаких явных угроз вессперу не наблюдалось: рой красных точек был достаточно далеко и должен был вот-вот слиться воедино и не представлял никакой угрозы. Скорость весспера приближалась к максимальной и перед ним было лишь чистое пространство. Что могло заставить систему безопасности включить полномасштабное отображение пространства было непонятно. Громко хмыкнув, Валл'Иолет уселся в кресло и открыв тоник и пакет с едой, принялся утолять голод, всё же продолжая вертеть головой, надеясь увидеть какой-то признак угрозы.

Покончив с едой и опустив пустые упаковки в утилизатор и так не увидев источника угрозы, перевёл экран спор в привычный режим работы, откинулся в кресле и принялся размышлять о своём дальнейшем пути.

Без оружия и боевого режима управления идти к Толлоне бессмысленно. К своей планете кроканы теперь меня тоже не подпустят. Где их колонии я не знаю. Хотя... Это где-то на север от Кроканы. Можно было бы побегать там и поискать. Наверняка следы ратана найдутся. Но скорее всего они их теперь тоже будут защищать. Остаётся Розза. Но её то они теперь должны охранять пуще родной планеты. Не будет криила — прощай пространство. "Спирай", однозначно — нет. Значит ничего не остаётся. А если попробовать самому найти подходящую планету? Он провёл медленным взглядом по экрану спор, будто перед ним был их большой выбор. В спокойной обстановке попытаться разобраться в проблемах весспера, если удастся, восстановить, хотя бы оружие и его боевой режим управления, а уже потом начать охотиться на корабли кроканов. На ходу заниматься ремонтом, практически, бессмысленно. Сколько можно искать такую планету? Да и дадут ли они? Валл'Иолет запрокинул голову, но уткнувшись взглядом в потолок мысленно выругался и опустил голову, но купол включать не стал. Сколько они будут ползти за мной? Скорее всего пока не иссякнет вещество массы. А у меня?

Валл'Иолет подался к пульту управления и несколько раз ткнул пальцем в сенсоры экрана терминала. Изображение на нём сменилось.

Два полных и два загруженных, с веществом массы почти две трети ёмкости. Лет на двадцать пути, несомненно, хватит. Неплохо. А если заняться поиском в соседнем рукаве? Уж туда они никогда не доберутся. Да и навряд ли сунутся. Пустота страшит. Где он? Он включил купол и прометнулся по нему взглядом. Собственно, я почти в его сторону и направляюсь. Он ткнул несколько раз пальцами в клавиши пульта управления и на экране спор вспыхнула врезка с изображением части соседнего рукава галактики. Сможет навигатор рассчитать время пути, например, до этой звезды?

Пальцы Валл'Иолета вновь забегали по сенсорам терминала. Вспыхнувшая на врезке яркая оранжевая стрелка упёрлась в жёлтую звезду. Прошло несколько мгновений и под ней вспыхнули несколько рядов знаков и цифр.

— Почти восемнадцать лет. — Медленно произнёс Валл'Иолет.

Далековато. Его лицо исказилось гримасой досады. Да ещё поиск планеты. Значит лет двадцать, не меньше. Значит уже не смогу вернуться. Валл'Иолет откинулся в кресле и прикрыл глаза, но тут же встрепенулся. За первой планетой, где мы добывали криил, находится большая туманность. Старые капитаны разведчиков рассказывали, что за ней есть планетные системы и даже некоторые планеты выглядят весьма заманчиво. А вдруг, там удастся найти планету с разумной жизнью? Вспыхнула у него мысль надежды. Если они окажутся более развитой цивилизацией, то есть надежда, что помогут с ремонтом весспера, а если менее — поделиться с ними технологиями и дождавшись, когда они их освоят, с их помощью отремонтировать корабль. А если они будут такие же, как кроканы? Но навряд ли они захотят избавиться от меня, прежде, чем научатся строить космические корабли. Нужно лишь направить их в нужное мне русло, а затем уйти. Но будет ли такая возможность? Они ведь могут разобрать корабль. Нет, нет. Этого допустить никак нельзя. Но ведь есть масса способов ограничить мою свободу. Но без криила они не смогут выходить в пространство. Его ещё нужно найти. Нет, без меня им будет не обойтись. Лишь бы вырваться в пространство, а уж здесь я смогу избавиться от них. Лишь бы они нашлись. Валл'Иолет закрутил головой, в очередной раз осматривая купол. Нужно искать около оранжевых, жёлтых и красных звёзд. Заскользил у него новый ток мыслей. Нет, нет! Он мотнул головой. Красные — нет! Может в последнюю очередь, когда у первых никого не окажется. Состроив гримасу, он дёрнул плечами. Какая разница с какой. Нужно ещё добраться до них. Сколько туда ползти? Два, плюс полтора, туманность полтора, если верить капитанам, и там... Итого: лет семь-восемь. Что ж. Пусть попробуют ещё раз сунуться в туманность. А если сунутся? А если вознамерятся обходить вокруг? А хватит у них энергии на такой путь? Лишь бы оторваться от них дней на тридцать, а там ратан рекомбинирует и от меня никакого следа не останется. Можно ещё и вектор несколько раз сменить. И пусть тогда ищут.

Он подался к экрану терминала и принялся тыкать пальцами в его сенсоры. Затем вновь откинулся на спинку кресла.

— Вектор выстроен. — Донёсся через некоторое время бесстрастный голос информационной системы. — Подтверждение курса.

Валл'Иолет молча ткнул в одну из клавиш пульта управления.

— Принято к исполнению. — Сообщила информационная система.

Описав короткую дугу в пространстве, весспер устремился к намеченной астронавигатором пространственной цели.

17

Гниз Вескари был взбешён. Полный ярости, он носился по коридорам адмиральского дифферента, раздавая болезненные тычки всем, кто встречался на его пути. Поняв настроение своего командующего, экипаж попрятался по каютам и через некоторое время адмирал бегал уже по пустым коридорам, ещё больше злясь, понимая, что, что-то произошло, но никак не в состоянии осознать, что же именно.

***

Хорошее настроение Гниза Вескари улетучилось, лишь только его адмиральский дифферент оказался за астероидным кольцом его родной системы Крое. До этого всё шло так, как он и задумывал — цивилизация толлонов была полностью уничтожена. Правда, от более чем двухсот космических кораблей кроканского космического флота осталось менее восьмидесяти и половина из них, едва доползла до дома, но эти потери были ничто, по сравнению с уничтоженной галактической расой. Настроение несколько подпортил, неизвестно откуда взявшийся толлонский весспер. Складывалось впечатление, что им управлял не человек, а какая-то машина или он сам управлял собой — его выпады были внезапны, а атаки, неизменно, результативны: за сутки весспер уничтожил два дифферента, три верша и два тангара, едва не остановив процесс ликвидации биологии Толлоны. Хорошо, что он появился, когда большая часть планеты уже была выжжена, а оставшуюся удалось дожечь дифферентами: проведённому, позже, биосканированию не удалось найти никакой биологической жизни на почерневшей Толлоне и Гниз Вескари обрёл спокойствие. Брошенные на уничтожение весспера дифференты ничего сделать не смогли. Более того, капитанов дифферентов обуял какой-то страх и они даже начали уклоняться от бешеного весспера — по вессперу было произведено огромное количество выстрелов из лазерных пушек и капитаны уверяли, что их выстрелы неизменно достигали цели, так как они отчётливо видели пятна контакта лазерного луча с корпусом весспера, но с весспером, совершенно, ничего не происходило, будто он был заколдован. Не помог и показательный расстрел нескольких капитанов. Гниз Вескари готов был и дальше устраивать расстрелы устрашения, но весспер, вдруг, ушёл. Посланные ему вдогонку дифференты забрались в какое-то каменно-пылевое облако и выбраться оттуда удалось едва половине из них. Весспер же, подобно молнии, вдруг, оказался около Кроканы и практически уничтожил столицу цивилизации с её полуторамиллиардами жителей. Выжило менее трёхсот тысяч лишь на дальних окраинах столицы.

Собственно, Гниз Вескари особенно и не переживал за жителей — население Кроканы было столь огромно, что его впору было физически прореживать. Столицу было жаль — это был самый красивый, самый большой и самый цивилизованный город кроканской цивилизации. Был уничтожен космопорт и станция галактической связи, тем самым связь со всеми колонизированными планетами была потеряна. Не особенно Гниз Вескари переживал и за начавшуюся борьбу за власть на Крокане, фактически, переросшую в гражданскую войну. Собственно, Гниз Вескари в любое мгновение мог бы остановить кровопролитие и стать во главе цивилизации, но сейчас ему это было не нужно. Его мозг сейчас будоражил ускользнувший весспер. Его самолюбие было задето и он не понимал, почему такое огромное количество военных кораблей космического флота под его командованием не в состоянии уничтожить один-единственный вражеский корабль.

К тому же он понимал, что запас ратана на весспере не безграничен и он должен когда-то закончиться и ему придётся его где-то пополнять: на Толлоне его нет, на Крокане, теперь тоже, на Роззе нет обогатительных фабрик финишного обогащения. Тогда где? И Гниз Вескари, вдруг, вспомнил слова бывшего Председателя Воссари, который рассказывал ему о планете, где толлоны первоначально разрабатывали красный песок. Песок с богатым содержанием ратана они весь переработали, но там ещё остался песок с бедным содержанием и Председатель предлагал Гнизу Вескари заняться переработкой того песка, так как там осталась работоспособная обогатительная фабрика толлонов, которая была способна даже на глубокое обогащение. Гниз Вескари, вдруг, понял, что ненормальный экипаж этого весспера, определённо, знает координаты этой планеты и несомненно, придёт на неё за ратаном.

Нужно лишь найти её и дождаться его там. Хаоса! Я это сделаю. Чего бы это мне не стоило. Вопреки всему, буду жить столько, пока не раздавлю его в своих руках. Промелькнули у него мысли уверенности, в твёрдости своего решения.

Сжав кулаки, он потряс ими перед собой.

***

Наконец, немного успокоившись, Гниз Вескари направился в зал управления, где занял своё кресло. Все находящиеся здесь офицеры, замерли, буквально, втянув голову в плечи, боясь пошевелиться. В зале управления наступила мёртвая тишина. Гниз Вескари молча уставился в экран пространственного терма, на котором отображалась часть поверхности Кроканы.

Это была столица цивилизации. От ещё совсем недавно великолепного города осталось пепелище и лишь его окраины ещё как-то сохранились в полуразвалинах. И всё это сделал один-единственный весспер.

Что за бешеные толлоны им управляют? Вновь замелькали у Гниза Вескари досадные мысли. С Толлоны ему удалось уйти, но отсюда ему не улизнуть. Он повернул голову в сторону сидящего в соседнем кресле офицера связи.

— Нашли весспер?

— Две эскадры дифферентов сейчас контролируют его перемещение, гард адмирал.

— Где он был?

— Он прятался в астероидном поясе, гард адмирал.

— И-и-и...?

— С минуты на минуту, гард адмирал.

— Покажи!

Руки офицера прометнулись по пульту управления и на экране пространственного терма появилась большая врезка, усеянная зелёными точками. От центра к её верхнему краю быстро скользила одинокая красная чёрточка. За ней вслед шли три зелёные точки. Все остальные зелёные точки перемещались в разных направлениях, создавая впечатления хаоса, вызвав у Гниза Вескари гримасу раздражения, но присмотревшись, он понял, что все они тоже движутся вслед красной черточки, просто все они были рассредоточены в большом объёме пространства и теперь из его разных районов шли кратчайшими путями, что и создавало обманчивое впечатление хаоса.

— Почему нет информации? — Проскрежетал адмирал злым голосом?

— Она закроет всё поле терма, гард адмирал.

— Дай лишь весспер и ближние к нему дифференты.

Руки офицера надолго заметались над клавишами пульта управления, вызвав ещё большее раздражение адмирала.

Спишу! Появилась у него недовольная мысль. Разделаюсь весспером и долой. На Крокану. Его правая рука сделала непроизвольную отмашку.

Наконец на врезке появились бегающие столбики знаков. Гниз Вескари всмотрелся в них и чем больше всматривался, тем злее становилось его лицо: динамика роста скорости дифферентов, явно, была ниже динамики скорости весспера и дифференты, неминуемо, должны, вот-вот, начать отставать. Сейчас орудия дифферентов ещё могли достать весспер, но скоро такой возможности уже не будет.

Почему не стреляют? Уйдёт же? Мелькнули у него досадные мысли.

— Капитанов мне! — Выкрикнул он, ткнув пальцем в сторону врезки.

Руки офицера связи в очередной раз прометнулись по клавишам пульта управления. На экране пространственного терма появились ещё три врезки с изображением капитанов дифферентов. В их глазах тут же вспыхнул страх и их головы низко склонились — видимо они увидели злое лицо адмирала, не предвещавшее ничего хорошего.

— Почему не стреляете? — Зло взвизгнул Гниз Вескари.

— Слишком высока скорость, гард адмирал. — Заговорил один из капитанов, подняв голову. — Мы уничтожим самих себя.

— Не уничтожите его — не возвращайтесь. — Проскрежетал Гниз Вескари.

— Да, гард адмирал. — Пришли негромкие ответы капитанов, ещё ниже опустивших голову.

— Убери всё! — Гниз Вескари махнул рукой в сторону врезок. — Госсе Блада.

Все врезки с экрана исчезли, но тут же вспыхнула ещё одна с изображением худощавого крокана, что было не совсем привычно. К тому же, крокан имел, хотя и очень короткие, волосы на голове, которые были совершенно белого цвета, показывая немалый возраст их обладателя.

— Найди эскадру, которая может выйти наперехват. Он не должен уйти. Капитанов, упустивших его — расстрелять. Что твои штабисты придумали об его экипаже? Это один и тот же или разные?

— Минуту, масса адмирал. Я отдам приказы и вернусь. — Крокан на изображении кивнул головой и врезка опустела.

Откинувшись в кресле, Гниз Вескари уставился в пустую голограмму.

Прошло немало времени, прежде, чем в пустой голограмме вновь появилось изображение начальника штаба военного космического кроканской цивилизации. Увидев его, Гниз Вескари встрепенулся и молча, вопросительно взмахнул подбородком.

— Это один и тот же весспер, масса адмирал. Эскадра, могущая его перехватить, дислоцируется в районе Роззы. — Заговорил Госсе Блад, мягким, явно показывающим его неуверенность, голосом. — Я отправил им приказ о срочной передислокации. Если весспер не изменит свой вектор пути, он будет наш.

— А если изменит? — Взвизгнул Гниз Вескари.

— Мы его найдём, масса адмирал. Где бы он ни спрятался.

— Ну, ну! — Адмирал дёрнулся. — Что с его экипажем?

— Аналитики штаба не могут ничего достоверного сказать об экипаже весспера, он может быть каким угодно. Но о его капитане есть опредёлённая версия: предположительно — это некий Валл'Иолет, бывший капитан двойки.

— Валл'Иолет? — Гниз Вескари состроил неопределённую гримасу. — Тот, которого мы требовали у толлонов?

— Именно, масса адмирал.

— Но толлоны трусливо уверяли, что он арестован. Я им верю.

— Точно можно будет сказать лишь увидев его, масса адмирал. Но то, что мы имеем дело с весьма неординарным капитаном, это неоспоримый факт. — Госсе Блад покрутил головой. — Валл'Иолет, был таким.

— Забудь! Что внизу? — Резко переменил тему разговора Гниз Вескари, будто капитан толлонов его больше не интересовал.

— Хаос, масса адмирал. Столица, практически, уничтожена. Все институты управления тоже. Фактически, сейчас идёт война между несколькими группировками, пытающимися захватить власть. Мы можем воспользоваться ситуацией и стать во главе цивилизации. Нас все боятся.

— Пусть стреляют. — Гниз Вескари неприятно поморщился. — Чем больше перестреляют друг друга, тем легче будет дышать оставшимся. Уже столько, что шагнув, обязательно наступишь кому-то на ногу.

— Навряд ли в вони от разложившихся трупов будет легче дышать. — Госсе Блад покрутил головой.

— Нам некуда спешить. Подождём, когда вонь улетучится. — Губы Гниза Вескари вытянулись в широкой усмешке. — Наша главная сейчас задача — уничтожить капитана Валл'Иолета или кто там может быть. Зло должно быть, непременно, наказано. И я решил сам его найти и уничтожить.

— Это будет нелегко, масса адмирал. — Губы Госсе Блада тронула лёгкая усмешка. — Он очень изворотлив.

— Я знаю, как это сделать. Он сам приползёт ко мне.

— Я преклоняюсь перед вашей прозорливостью, масса адмирал. — Госсе Блад склонил голову.

— Но ты останешься здесь. — Взвизгнул Гниз Вескари. — Будешь контролировать планету. Нельзя допустить, чтобы они начали палить друг в друга ядерными ракетами. Тогда и нам здесь делать будет нечего.

— Я сомневаюсь, что они ещё где-то остались. — Госсе Блад, поднял голову. — Их все выпустили в весспер.

— Я в этом не уверен.

— Да, масса адмирал. — Госсе Блад опустил голову..

— Со мной уйдёт первая и вторая эскадры. Укомплектуй их всем необходимым по самое горло.

— Да масса адмирал. — Госсе Блад ещё ниже опустил голову, чтобы адмирал не увидел злого блеска его глаз...

Фактически, адмирал забирал себе самые лучшие и самые дееспособные эскадры, которые, практически не принимали участия в боевых действиях над Толлоной, а были в охране адмиральского дифферента, а ему оставлял одну рухлядь и если, вдруг, весспер вернётся, то вся оставшаяся свора дифферентов, навряд ли сможет ему противостоять. А если ещё предстоит укомплектовать эскадры адмирала, то в пространстве Крое останется лишь один металлолом.

Может удастся пять-шесть дифферентов привести в боевое состояние. Замелькали у Госсе Блада досадные мысли. Этого вполне хватит, чтобы держать планету под полным контролем. Лишь бы этот не возвращался подольше. Если по самое горло, значит лет на десять, а десять лет долгий путь. Мне будет достаточно...

— Больше не держу. Выполняй! — Донёсся до Госсе Блада далёкий голос адмирала, прерывая ток его мыслей...

Ткнув пальцем в клавишу прерывания связи и подождав ещё несколько мгновений, Госсе Блад поднял голову и повёл взглядом по сторонам — в каюте он был один...

***

После ухода адмиральского дифферента в сопровождении двух эскадр, Госсе Блад ещё десять суток не предпринимал никаких активных действий, а лишь из пространства наблюдал за войной враждующих группировок на Крокане. Да ему и вести действия, практически, было нечем: в нормальном состоянии остались лишь два дифферента; ещё двенадцать, полуисправные, висели на синхронной орбите без вещества массы; оставшиеся представляли собой, в той или иной степени, металлолом.

Но едва лишь сообщения от адмиральского дифферента начали запаздывать на десять дней и стали едва разборчивы, он тут же приказал капитану своего дифферента идти к космодрому. Капитан испуганно округлил глаза — даже из-за атмосферы датчики регистрировали огромный радиационный фон, стоящий над космодромом.

— Шеф! — Капитан, насколько мог, округлил свои глаза. — Космопорт разрушен. Радиация. У нас нет защиты. Не ходить же по космодрому в скафандрах. Да их и нет. Всего один на борту.

— Космопорт нам не нужен. Сядешь у западного периметра, у двадцатого ангара. Космодром там в порядке и радиации почти нет.

— В принципе, ремонт нам и не нужен. — Капитан дёрнул плечами, не понимая причины посадки корабля. — Корабль, вполне, эффективен. А если ему всунуть новые контейнеры — хоть на край галактики.

— Затем мы и идём.

— Ты надеешься, там есть вещество массы? Адмирал выгреб всё до последней бочки.

— Я сам прятал там четыре контейнера. Чувствовал, что вернёмся пустыми.

— Адмирал узнает, будет недоволен.

— Не узнает. — Госсе Блад мотнул головой. — Если ты не скажешь.

— Не доверяешь.

— Не доверял бы — не разговаривал бы. Довольно демагогий. Пошли! Заберёшь два на внешние подвески. Два других, следующим заходом заберёт Кирс Фри.

Больше ничего не сказав, капитан отклонил флиппы — накренившись, дифферент скользнул вниз.

Над космодромом была ночь. Никаких огней нигде видно не было, чему сгореть в столице уже сгорело, а оставшиеся окраины были погружены во мрак и капитану пришлось включить нижние прожекторы. По экрану пространственного терма мелькнуло несколько размытых серых теней. Дифферент завис над посадочной площадкой и капитан повернул голову в сторону сидящего в соседнем кресле Госсе Блада.

— Там кто-то есть. — Он кивнул головой в сторону пространственного терма.

— Я никого не вижу. — Госсе Блад внимательным взглядом, несколько раз, обвёл экран. — Чисто. Тебе показалось. Если только животные. Скорее всего. — Он выставил палец в угол экрана. — Там в углу. Определённого, у него четыре ноги.

— Будем надеяться, что так. Не хотелось бы встретиться с какой-то из банд.

— Тогда поторопись. И постарайся сесть ближе к воротам.

— Как скажешь.

Капитан вновь взялся за флиппы и корабль плавно заскользил вниз.

Посадку он совершил мастерски — от края крыла до ворот ангара было не более пяти метров. Но появилось и неудобство — когда открылся люк трапа, в ангар ворвалась туча, пахнущей гарью, пыли и экипажу пришлось долго стоять перед люком трапа, ожидая, когда она усядется. Госсе Блад был спокоен; капитан же нервно ходил по ангару, то и дело кладя руку на висящее на поясе оружие, будто видел перед собой врага. Наконец, пыль более-менее улеглась, хотя запах гари чувствовался отчётливо. Первым на верхнюю ступеньку трапа ступил второй пилот дифферента и выглянув наружу, взмахом руки показал, что снаружи никаких признаков угрозы не наблюдается.

Весь экипаж сошёл вниз и все остановились около входной двери ангара, с замком которой колдовал Госсе Блад, периодически разразяясь тетрадами ругательств. Площадка перед ангаром была ярко освещена прожекторами дифферента, вызывая у капитана раздражение. Он приказал экипажу стать спиной к двери и наблюдать за обстановкой. Тоже самое сделал и сам, но ещё и отстегнув от пояса оружие, которое было только у него. Наконец дверь тихонько скрипнула и ушла в сторону. Госсе Блад шагнул внутрь и через несколько мгновений одна из секций широких ангарных ворот с лязгом поползла вверх, заставив капитана втянуть голову в плечи. Он шагнул внутрь.

В ангаре был полумрак, который рассеивался лишь светом прожекторов дифферента. Сделав несколько шагов по ангару, капитан почувствовал под ногами какую-то вязкую жидкость и остановился. К нему тут же подошёл Госсе Блад.

— Хаосе! Один контейнер повреждён. Сочится. Не мог он сам разгерметизироваться. Что-то здесь произошло. Код замка был взломан. Нужно торопиться. — Увидев что капитан сжимает в руке оружие, держа палец на спусковом крючке, нервно затряс руками. — Убери пушку! Случайный выстрел и разнёсёт всё, что осталось. Хотя ратан и трудно воспламеняется, но клоссер способен на это. — Он повернулся к стоящим в дверях остальным членам экипажа и махнул рукой, подзывая к себе. — Что стали! Поторопитесь!

Восемь человек тут же оказались около него.

Там у стены платформы с контейнерами. Две тащите наружу. Очень аккуратно. Какой-то повреждён. Попробуем перекачать.

— Темно... — Заговорил один из офицеров.

— Нет! — Госсе Блад резко взмахнул перед собой руками. — Не сметь и думать. Случайное замыкание и... — Он махнул рукой. — Привода платформ не включать. Толкайте руками. Приступайте! Не стойте!...

Госсе Блад был если не самым грамотным офицером в космическом флоте кроканов, то одним из них. Его авторитет был огромен, но, в отличие от авторитета адмирала, он был завоёван не кулаками, а знаниями. В Госсе Бладе одновременно сочетались, казалось бы не сочетаемые черты характера: жестокость и человеколюбие; требовательность и уступчивость; строгость и мягкость; настойчивость и податливость, самолюбие и терпимость. Он, практически никогда не кричал, но неизменно добивался поставленной цели. Он даже не совсем был похож на крокана: был достаточно высок, худощав и имел на голове короткий ежик торчащих во все стороны светлых волос. Кто были его родители, никто не знал, как и он сам, но злые языки поговаривали, что он, тайно привезённое дитя с Роззы. Но прямых доказательств этому не было и потому Госсе Блад, относительно, спокойно жил на Крокане, умело отметая все необоснованные обвинения...

Осторожно ступая по разлитой на полу жидкости, офицеры направились к платформам с контейнерами и упершись в две из них руками, начали толкать — относительно легко, платформы поддались и заскользили к воротам.

Неожиданно снаружи раздался громкий шорох. Госсе Блад и капитан резко обернулись — за опорами дифферента мелькали неясные серые тени. Капитан приподнял клоссер.

— Не уверен, что это животные. — Произнёс он.

— Нет! — Громко зашипел Госсе Блад. — Срочно в корабль. Я закрою ангар. Найди кто это и уничтожь. Потом продолжим.

Сорвавшись с места, капитан бросился к выходу из ангара. В тот же миг в воздухе сверкнул красный луч и упёрся ему в грудь. Капитан тут же замер, будто упёрся в стену. Его рука, сжимающая клоссер, поползла вверх, но ему в грудь упёрся ещё один красный луч. Рука капитана опустилась и сверкнувший красный луч клоссера упёрся в пол и в следующее мгновение над Кроканой вырос огромный жёлтый гриб, будто над ночной стороной планеты взошло рукотворное солнце.

18

Валл'Иолет, повесив весспер над большим астероидом, наблюдал за планетой, которая большим голубоватым диском отображалась на экране спор. Астероид шёл в сторону планеты, но должен был пройти в трёх миллионах километров в стороне от неё, что вполне устраивало Валл'Иолета.

Определённо планета была обитаема, так как вокруг неё располагались несколько десятков красных точек. Несомненно — это были искусственные спутники, созданные разумом, населяющим планету, но были ли среди красных точек космические объекты военного назначения, с такого расстояния определить было невозможно.

Если судить по тому, что все эти спутники, практически, вращаются синхронно с планетой... Размышлял Валл'Иолет. То, скорее всего, они осуществляют или коммуникационные функции или климатические. Хотя, возможно, среди них могут быть и боевые станции.

Наконец, после нескольких дней наблюдений, ему удалось увидеть быстродвижущуюся в его направлении красную точку. Он механически ткнул пальцем в смену системы управления весспером, пытаясь перевести его в боевой режим, но не дождавшись штурвала, мысленно выругался и опять уставился в экран спор. Вскоре красная точка отвернула и направилась в сторону следующей по счету от центральной звезды планеты. Валл'Иолет подивился столь замысловатой траектории космического объекта, так как по его подсчёту, тот должен был пройти, более чем, втрое больший путь, чем если бы он направился к планете кратчайшим путём.

Какой-то замысловатый у него путь? Валл'Иолет дёрнул плечами. О чём это может говорить. Он некоторое время погримасничал. А скорее всего о том, что цивилизация только лишь начала осваивать космическое пространство и для своих летательных аппаратов выбирает не кратчайший путь, а оптимальный, наименее энергозатратный. Что ж, я нашёл, что искал...

***

Прошло чуть более восьми лет, после ухода Валл'Иолета из пространства кроканской цивилизации. Пустившиеся вслед за ним дифференты вскоре отстали и больше он их не видел. Пошли они за ним через туманность или нет, он не представлял. На переход через горячую туманность у него ушло немногим менее двух лет, собственно, как он и предполагал. Ему, в какой-то степени, повезло — не пришлось очень долго кружить вокруг бесчисленного количества звёзд, оказавшихся за туманностью, в поиске подходящей планеты. Это оказалась пятая или шестая звезда, в хороводе планет которой он и увидел эту голубую планету. Дальние наблюдения не выявили никаких, могущих угрожать ему признаков и тогда он решился войти во внутренний космос этой планетной системы. Он нашёл большой астероид, который сейчас двигался в сторону звезды и должен был пройти достаточно близко от голубой планеты, чтобы можно было подробно рассмотреть её пейзаж. К сожалению, астероид не летел, а как-то боком катился и потому наблюдения с его поверхности оказались затруднены и Валл'Иолету пришлось повесить весспер в нескольких километрах над ним.

После длительного наблюдения он, в конце-концов, убедился, что планета населена и цивилизация достаточно развита и есть надежда, что она сможет оказать ему помощь в восстановлении весспера. Степень агрессивности, населяющего её разума, с такого расстояния выяснить ему не удалось.

Поколебавшись ещё некоторое время, Валл'Иолет, наконец, решился и наклонив панели управления, отвёл весспер от астероида в сторону и двинул акселератор вперёд — набирая скорость, весспер понёсся в сторону голубой планеты.

Сразу заявлять о себе не стоит. Размышлял Валл'Иолет, не сводя глаз с разрастающегося на экране голубого диска. Вначале стоит узнать что-то о её цивилизации, степени её агрессии. Если они похожи на меня, то попытаться понять их язык, их технологии, а уже затем просить помощь. А если они откажутся помочь? Вдруг всплыла у него тревожная мысль. Смогу я их заставить? Восстановить весспер — это не сканер связи починить. Нужно заставить хорошо работать сложнейший многофункциональный агрегат. Здесь ремонтной мастерской не обойдёшься, потребуются усилия производственных предприятий всей цивилизации. Хаара! Смогу я их заставить или придётся искать другую цивилизацию? А если воспользоваться своим полем? А если они тоже владеют подобным? Продемонстрировать им свою мощь, взорвав контейнер с веществом массы? Но рабочие, практически пустые и навряд ли от них будет большой эффект. Использовать один из запасных, но на одном я далеко не уйду и тогда придётся остаться с ними навсегда. Нет, всё нужно будет убедить их в своих неагрессивных намерениях в отношении их цивилизации. Нужно только найти подходящее место для весспера, чтобы они не нашли его. Но они же будут видеть, как я буду совершать посадку. Значит нужно выбрать подходящий район — густой лес, например. Сверху быстро найдут. А если под воду? А будет под водой работать конвертор? Таких испытаний ведь никто никогда не проводил. Нет, всё же не стоит рисковать. Куда же тогда? А если закопаться в почву? В песок? Корабль тяжёлый, он сам в него погрузится. А смогу я его достать оттуда? Надеюсь, что да. Нужно лишь найти подходящую пустыню. Валл'Иолет внимательным взглядом обвёл бело-голубоватый диск планеты с уже хорошо просматриваемыми разноцветными вкраплениями: зелёными, рыжими, жёлтыми, чёрными. Если судить по тому большому жёлтому пятну, то это несомненно пустыня. Заключил он.

Пальцы Валл'Иолета несколько раз ткнулись в сенсоры экрана терминала и на экране спор вспыхнула врезка с увеличенным изображением планеты. Какую-то детальную информацию на поверхности планеты ещё трудно было рассмотреть, к тому же, почти вся её поверхность была покрыта густой облачностью, но её верхняя часть в какой-то степени просматривалась.

Самая вершина планеты была ослепительно белой. Но это были не облака.

Снег...

Вспомнил Валл'Иолет кроканское названия этого вида осадков, который периодически имел у них место — на Толлоне снега не было. Ниже белого полукруга, из-за облаков выглядывал большой жёлтый сегмент.

Скорее всего это и есть пустыня. Как теперь попасть на неё, чтобы они ничего не поняли? Валл'Иолет провёл рукой по лбу. А если войти в атмосферу на большой скорости? Весспер будет подобен болиду. Пусть поломают головы. Пока догадаются, корабль будет уже глубоко в песке. Пусть ищут. Появится угроза, тогда и решу, как поступить.

Валл'Иолет убрал врезку и откинувшись в кресле, уставился в разрастающийся на экране спор диск планеты.

Прошло несколько часов и в атмосферу голубой планеты ворвался яркий болид. Прочертив жирный след, он исчез где-то у её северного полюса.

Долой оковы убираю,

И ввысь лечу, и вглубь копаю...

В себя копнуть — и далеко

Уводят следствия причины.

И за личиной снять личину

Не так уж просто и легко...

(Археология)

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГИТТА

1

Новый день едва зарождался. Не было ещё не только самого солнца, но даже его лучей, а лишь с той стороны горизонта, откуда оно должно было появиться, розовел огромный переливающийся атмосферный круг, обозначая место его появления.

Сансан сидел на ещё прохладном песке, обхватив голову руками, прикрыв глаза и раскачиваясь, подобно маятнику. Его голова, буквально, раскалывалась на части, а он будто пытался таким способом удержать её от этого. Он совершенно не понимал, что с ним происходит, так как это была не привычная головная боль, а нечто непонятное, создающее впечатление, что кто-то залез ему в голову рукой и ворошит ею мозг. Вчера он прекрасно провёл вечер в кругу своих друзей — археологов и лёг спать в хорошем настроении, а сегодня проснулся с раздирающей мозг болью.

Неожиданно его головы коснулось что-то мягкое и тёплое и в тот же миг от места касания пошла волна, заглушающая боль. Сансан перестал качаться и раздвинул веки: перед ним стояла Ирна, начальник партии археологической экспедиции, его непосредственный руководитель и так же, его девушка.

— Сан! Что с тобой? Я встревожена. — Ирна убрала руку.

— Нет, нет! — Сансан поспешно поймал руку девушки и водрузил её себе на голову. — Не убирай, пожалуйста. Она у тебя волшебная.

— Да и мне и вторую для тебя не жаль. — Девушка положила и свою вторую руку на голову молодого человека. — И как, прибавилось волшебства?

Сансан приподнял голову и улыбнулся.

— Превосходно! — Он вытянул руки и обхватив девушку за талию притянул к себе. — Ты мой спаситель. — Он ткнулся головой ей в живот.

— Это уже слишком. — Ирна сняла руки с головы Сансана и положив их на его плечи, резко оттолкнула от себя молодого человека. — Здесь сплетен мне ещё не хватало. — Она отступила на пару шагов. — Объясни, что происходит? Почему не у бура? Все группы уже работают не покладая рук, а твоя игрище устроила. Не хотите работать утром, в прохладу — будете работать в полдень, но норму не выполнить, я не позволю. — В её голосе послышались металлические нотки.

— Кажется мне, действительно, стало лучше. — Сансан поднялся. — Представляешь, проснулся с дикой головной болью. И не просто боль, а будто кто-то перемешивает мои мозги. Думал от воздуха в палатке. Вышел наружу. Боль всё равно не проходит. А стоило тебе положить руку мне на голову и она тут же прошла. Ты ничего мне вечером не подсыпала в тоник?

— Х-хы-к! Я подобными глупостями не занимаюсь. Завтракать и к буру. И чтобы четыре шурфа к полудню были.

— Ирн. — Сансан вытянул руку и взял девушку за локоть. — У меня в голове сидит какая-то дурная мысль. Я не знаю, кто её туда засадил, так как прежде её не было.

Ирна округлила глаза, её лицо приняло испуганное выражение.

— Мы ведь не там копаем. Здесь ничего нет. — Сансан мотнул головой.

— Это у тебя от переворота мозгов, что ли? — Девушка шумно выдохнула. — Я полгода из архива не вылезала, можно сказать, жила там, каждую букву древних свитков помню. Они однозначно говорят, что крепость тарков была, именно, здесь. — Ирна выдернула локоть из руки Сансана и ткнула указательным пальцем себе под ноги. — Иди бури. Провидец, нашёлся.

— И всё же я настаиваю. Бурить нужно не здесь. — Молодой человек покрутил головой.

— А где, по-твоему? — Девушка вопросительно взмахнула подбородком.

— Километров на двадцать южнее. Или даже дальше.

— Глупости! — Ирна громко хмыкнула. — Там глубокие пески. Плато здесь и крепость стояла здесь. — Она опять ткнула указательным пальцем себе под ноги.

— И всё же я настаиваю. — Молодой человек широко улыбнулся и вновь вытянул руку в сторону девушки, но Ирна сделала поспешный шаг назад и не добравшись до её локтя Сансан опустил руку.

— Ты невыносим сегодня. — Девушка мотнула головой. — Забирай своих и проваливайте к... — Махнув рукой, Ирна повернулась и пошла прочь.

— Ирн, подожди! Ирн! — Сансан вытянул руку вслед уходящей девушке, но она, не вняв его призыву, продолжила свой путь, увязая по щиколотки в песке.

***

У Ирны с самого раннего утра настроение было испорчено.

Едва она проснулась и привела себя в порядок, как над её рабочим столиком в палатке вспыхнула голограмма с изображением начальника экспедиции и её непосредственного научного руководителя, профессора Урана Горова. Не распространяясь, он лишь сообщил, что намеревается сегодня посетить её площадку. Голограмма погасла, а Ирна мысленно выругалась. Визит профессора ничем хорошим для неё обернуться не мог.

Она вышла из палатки и тут же увидела, что одна буровая машина стоит не подавая признаков подготовки к работе. Пришлось идти разбираться с руководителем группы, обслуживающей бур, что ещё больше испортило ей настроение.

Едва она отошла от Сансана, как к ней подошёл её помощник по всем вопросам, кроме научных, которыми она занималась сама, а на остальные у неё ни желания не было, ни терпения не хватало.

— Тарк опять ночью был здесь. — Шёпотом, будто опасаясь, что его услышит кто-то ещё, произнёс он.

— Я же приказала немедленно доложить, как только его кто-то увидит. — В голосе Ирны послышались нотки гнева.

— Его никто не видел. — Помощник перешёл на нормальный голос и дёрнул плечами.

— Откуда тогда известно? — Возмутилась Ирна.

— Свежие следы в сторону гор.

— Догоните его!

— Они теряются.

— Займитесь делом! — Махнув рукой, Ирна направилась в сторону стоящих поодаль буровых машин.

Кто он? Что ему здесь нужно? Откуда приходит и почему только по ночам? Поползли у неё тревожные мысли. Мистика какая-то? Почему ходит именно ко мне? Шлялся бы в другую партию...

Впервые, незнакомого человека в длинном коричнево-жёлтом плаще и с глубоким капюшоном на голове, какие носит песчаный народ люпии, в расположении площадки археологических работ, заметили около двадцати дней назад. С ним столкнулась группа молодых людей, возвращавшихся в свою палатку после вечеринки, так называлось вечернее времяпровождение молодёжи, состоящее из песен и танцев, если таковыми можно было считать попытки дергаться, утопая почти до колен в песке. Увидев незнакомого человека, молодые люди, решив, что кто-то из люпий забрался в лагерь, чтобы что-то украсть, попытались задержать незнакомца. Им удалось схватить его и скинуть с головы капюшон, но что произошло с ними потом, никто из них не помнил, так как они очнулись лишь под утро в своей палатке. Они утверждали, что ночью встретили очень странного старика, не похожего ни на одну из проживающих на Гитте человеческих рас. Их рассказу никто не поверил и посчитали, что это была галлюцинация от слишком большой дозы выпитого ими крепкого тоника. Крепкие тоники в экспедиции были запрещены и Ирна приказала своему помощнику обыскать их палатку. Но ничего запрещенного найдено не было. Не было определено и никакой пропажи из лагеря. Рассказу молодых людей придали разряд глупой шутки. Но через несколько дней пара молодых влюблённых, ночью, тоже встретилась с одетым в длинный плащ, незнакомым человеком. Очнулись они утром. С их слов, они едва попытались приблизиться к незнакомцу и что было дальше, совершенно не помнили. Ирна встревожилась и приказала организовать ночное дежурство. Некоторое время, вооружённая группа молодых людей, каждую ночь, ходила по лагерю, больше пугая, нежели охраняя. Незнакомца в плаще и капюшоне, почему-то названного тарком, им встретить так и не удалось. Ночные дежурства прекратились. Во избежании нежелательных последствий, для продолжения археологических работ, о незнакомце, начальнику экспедиции, Ирна решила не докладывать. Тем более, что он исчез. И вот, его очередное появление...

И почему все несчастья на мою голову? Печальные мысли бурным потоком всплыли из глубин информационного поля Ирны и начали терзать её мозг. Стоит о тарке рассказать профессору? А если это он мстит? Неужели так опустился? Но что он этим хочет добиться? Напугать? Но он ведь сам пригласил меня сюда? А если затем и пригласил? Как неудачно начался день. Голова раскалывается. Она на ходу приложила руку ко лбу...

Ирна Шарова была сотрудником Планетного Археологического института Гитты. Ей ещё не было тридцати. Год назад она защитила диссертацию, по одной из древнейших рас, некогда жившей на Гитте — расе тарков и теперь, в ранге старшего научного сотрудника института и в качестве руководителя одной из партий археологической экспедиции, пыталась подтвердить свою диссертацию практикой.

Она была среднего роста, немного полноватой, круглолицей и круглоглазой, с длинными прямыми каштановыми волосами на голове, с небольшим курносым носом на лице и имела обворожительную улыбку: по крайней мере, для её молодого человека, именно, такой она и была.

Руководил этой экспедицией один из самых известных профессоров от археологии, курирующий в институте кафедру древней истории — Уран Горов. Он был примерно среднего роста, ещё не стар, но уже в возрасте и несмотря на свою полноту, был бодр и подвижен. Он был и куратором Ирны по научной работе и её непосредственным руководителем в институте.

Археология Ирне нравилась столько, сколько она себя помнила и после школы она выбрала для себя самый известный и престижный институт археологии Гитты. Учёба в институте давалась ей легко и как в силу увлечённости, и так в силу её прекрасной памяти и потому на неё обратил внимание один из авторитетнейших профессоров института, Уран Горов. Он начал давать ей дополнительный материал для аналитических исследований и брать в свои экспедиции. А после защиты диплома, предложил ей место ассистента на своей кафедре и аспирантуру. И тему для диссертации он тоже предложил — цивилизация тарков. Ирна была счастлива неимоверно. Сбывались её мечты — одна за одной. А после успешной защиты диссертации, ей казалось, что теперь в её жизни нет никаких преград. Как, вдруг, произошло то, о чём она, даже, никогда и не задумывалась — профессор Горов объяснился ей в любви. Она была настолько ошарашена, что не смогла проронить ни единого слова и постояв около неё несколько минут в недоумении, профессор ушёл в полном неведении.

Ирна оказалась, буквально, в шоке. Да, она прекрасно видела более пристальное внимание профессора к себе, нежели к другим студентам и аспирантам, но это никогда не было навязчивым с его стороны и как ей казалось, он никогда не переходил границ недозволенности в отношениях мужчины и женщины, был внимателен, даже в какой-то степени галантен, но в тоже время требователен и даже казался холоден. Ирна знала, что профессор не женат, но он был уже в возрасте, несколько полноват, чуть лысоват и никак не ассоциировался с её будущим избранником, о котором она старалась ещё не думать, желая прежде достичь в жизни определённых высот, а уже потом связывать себя семейными узами.

В первые дни после признания профессора, она была сама не своя. Ей казалось, что её карьере, а может и жизни, пришёл конец. Профессор сделает всё, чтобы унизить её: раскритикует её диссертацию и защиту аннулируют, а затем добьется и удаления её из института.

Шли дни, а в её жизни всё оставалось без изменений, если не считать, что профессор, практически, перестал с ней не только общаться, но и встречаться, как бы подтверждая её тревоги, что он готовит к осуществлению свои грязные замыслы. Полная отчаяния, она не находила себе места. В один из таких дней, она познакомилась с молодым человеком, как оказалось, работающим в этом же институте механиком. Молодой человек, почему-то, обратил внимание на её грустное лицо. Он оказался весёлым и общительным и ему удалось отвлечь её от тягостных мыслей. Их встречи стали частыми, а вскоре Ирне пришла в голову мысль, что если в институте все будут видеть, что у неё есть молодой человек, то возможно эти слухи дойдут до профессора и тот прекратит осуществление своих замыслов в отношении её. Через какое-то время её встречи с Сан Сановым — так звали молодого человека, приобрели более тесный характер, но была ли это настоящая любовь, та о которой пишут в книгах или та, о которой Ирна мечтала в будущем, она не могла сказать. Хотя у Сансана не было того положения в обществе, как у профессора Горова, но он был весел, общителен, у него было много таких же весёлых и общительных друзей и в их компании Ирна забывала о своих тревогах, о которых Сансану она никогда не рассказывала, таив их в себе. И в какое-то время ей показалось, что профессор, действительно, оставил её в покое и все тревоги остались в прошлом, как он, вдруг, напомнил о себе, предложив ей участие в возглавляемой им экспедиции, в район планеты, где, как предполагалось, порядка двенадцати тысяч лет назад жила достаточно развитая цивилизация тарков, доказательство существования которой и привела в своей диссертации Ирна. И теперь профессор предлагал ей подтвердить теоретические выводы, результатами практических исследований.

К Ирне тут же вернулись её забытые тревоги, что профессор, наконец приступил к осуществлению своего замысла. Она поначалу было хотела отказаться от экспедиции, но поразмышляв, решила всё же принять в ней участие, так в случае успеха, она могла бы утвердить себя уже, как вполне самостоятельным учёным, имеющим право на независимость своего существования в научном мире, а значит и выйти из под влияния профессора Горова. А в случае неудачи... Ей уже было всё равно...

***

О цивилизации тарков было известно очень мало. Прямых доказательств её существования, практически, не было. Факты её наличия находили в исторических архивах других цивилизациях и больше всего их было у цивилизации люпий или как её ещё называли — людей пустыни. На данный момент это была самая древняя цивилизация Гитты, но за свой более чем стодвадцативековой путь развития, практически, так и не ушедшей от своей полудикой жизни. У люпий до сих пор были в пользовании наконечники копий, стрел, ножи и мечи, как они утверждали, изготовленные тарками. Даже по прошествии такого огромного времени, это оружие сохраняло свою прекрасную боеспособность и активно использовалось людьми пустыни.

Согласно предположениям, цивилизация тарков жила где-то в районе кольцевых гор, кольцом окружающих северный полюс Гитты. Предполагалось, что тарки уже тогда добывали руду, плавили из неё качественное железо и владели продвинутыми технологиями по обработке металла. Технологии были настолько продвинуты, что нынешняя цивилизация, лишь в последние десятилетия, смогла повторить их. Расшифрованные древние свитки, найденные у люпий, говорили, что тарки жили где-то в крепости у гор.

Согласно тем же свиткам, причиной исчезновения цивилизации тарков стали люпии, которые были очень воинственны и активно использовали для своих набегов на другие древние цивилизации планеты оружие тарков, которое они выменивали у них на продукты: мясо своих животных — двуногих сух, прекрасно приспособленных для жизни в пустыне; и плоды, с возделываемых ими полей. Но так как оружия люпий требовалось всё больше, а тарки, по какой-то причине, не захотели удовлетворить их запросы, то люпии организовали массированный набег на крепость тарков у гор и уничтожили, пытавшихся оказать сопротивление, тарков и забрав всё оружие, разрушили крепость у гор. Дальше след тарков в истории планеты теряется.

Так как было известно, где живут люди пустыни, а они на протяжении всех известных веков своего существования, практически, не изменяли места обетования, то было и обозначено примерное местонахождение древней крепости у гор — засыпанное толстым слоем песка, каменное плато перед кольцевыми горами...

***

— Ну и хорошо! — Махнув рукой, Сансан направился в сторону своей самоходной буровой платформы, одиноко стоящей неподалёку от его палатки...

Сансану уже было за тридцать. Почему все его звали так, он понятия не имел, но привык к своему, несколько покорёженному имени и откликался на него, как на настоящее. Он работал в институте механиком и когда в какой-то археологической экспедиции был очень большой объём работ, выполняющейся техникой, а не руками археологов, то уходил с этой экспедицией, как говорили в институте — на волю.

Он был предвысокого роста, светловолос и светлолиц, и худощав во всём своём обличии, был весельчаком и быстро становился душой любой компании. Жизнь его была достаточно беззаботна, никем и ничем не связанная и внимание к себе со стороны Ирны отнёс к, вполне, закономерным, так как прекрасно знал, что является привлекательным для девушек и имел в своём активе, уже не одно разбитое женское сердце.

Он уже давно знал Ирну, так как был с ней в одной из экспедиций, но она никогда не привлекла его, так как ему нравились девушки другого склада, более весёлые и общительные. Ирна же казалась ему слишком деловой, требовательной, занаученной и потому скучной. В экспедиции, когда они собирались вечерами на отдых, она почти не веселилась, а её разговоры были лишь об одном — найденных артефактах.

После той экспедиции, он потерял её из вида и случайно встретил лишь через длительный промежуток времени, в одном из коридоров института. Она ему показалась, какой-то чересчур унылой и даже печальной. Его задел такой удручённый вид девушки и он попытался развеселить её, произнеся какую-то смешную фразу. Ирна, действительно, улыбнулась, заставив Сансана произнёсти ещё одну фразу. Девушка опять улыбнулась, хотя её глаза оставались печальными. Сансан в тот день спешил на вечеринку и ему, вдруг, пришла мысль пригласить туда и Ирну. Она не отказалась.

С этого дня они стали чаще встречаться, поначалу, в коридорах института, а затем уже и вне его. Ирна оказалась совсем не скучной. Она была начитана, умна, с оригинальным чувством юмора и обворожительной улыбкой — очень и очень интересной девушкой. И Сансан сам не заметил, как их дружба переросла в нечто большее и ему уже было скучно долго находиться без неё. Была ли это настоящая любовь — он, пожалуй, и сказать не смог бы, так как подобное чувство, возникшее у него к девушке, тянущее его к ней, даже порой, против его воли, было у него впервые...

Ещё находясь поодаль от своей группы, он услышал громкий смех. Подойдя, он увидел, что все играют в кости на щелбаны и у некоторых уже хорошо просматривались красные полосы на лбу от полученных щелчков.

— Сансан! — Валио, техник его группы махнул ему рукой. — Присаживайся. Я сегодня у ударе. — Он поднял свой толстый указательный палец.

Сансан, вытянув ногу в круг, наступил на кости.

— Ты, что? — Валио стукнул его кулаком по ноге. — Копыто отобью.

— За это сделаешь сегодня две нормы. — Сансан вытянул указательный палец в сторону Валио. — И попробуй не сделать — руки поотрываю. — С явной угрозой в голосе произнёс он.

Все поднялись и удивлённым взглядом уставились в Сансана.

— Сансан, ты, явно, не выспался? — Заговорил Ивор, самый старший член его группы и самый огромный и потому на всё имевший свои взгляды и суждения.

— Хорош трепаться. — Сансан обвёл свою группу хмурым взглядом. — Копать сегодня будем в двадцати километрах южнее и пока не сделаем норму, работу не закончим.

— Это ж, как нужно насолить, чтобы Ирна, так турнула.

С, явной, насмешкой раздался голос позади Сансана. Он обернулся, но лица стоящих позади него археологов были непроницаемы, будто фразу произнёс не человек, а сгенерировала атмосфера.

— Ну, ну! — Желваки прошлись по скулам Сансана. — Двигаем! Валио, за штурвал!

Подойдя к шнекоходу, Сансан занял кресло рядом с креслом пилота, в котором вскоре оказался Валио. Едва усевшись, он тут же взялся за штурвал и шнекоход рванулся с места. Позади раздались громкие шлепки.

— Поаккуратней! — Донёсся злой голос Ивора. — Не то руки я тебе ещё до работы поотрываю.

В салоне наступила тишина, нарушаемая лишь равномерным гулом транслятора, приводящего шнеки в движение, да шелестом, расползающегося из-под них песка. Настроение у всех, явно, было испорчено.

— Кто-то идёт навстречу. — Донёсся через какое-то время голос Валио.

— Никого не вижу. — Сансан покрутил головой, всматриваясь в лобовое стекло.

Валио молча пощёлкал пальцем по экрану обзорного сканера. Сансан перевёл на него взгляд — по экрану сверху вниз быстро скользила яркая зелёная точка.

Проклятье! Кто это так несётся? Неспроста. Всплыли у Сансана тревожные мысли. Что сегодня за день? Всё наперекосяк.

— Съешь меня дронт. — Зашипел Валио. — Горов на плазме прёт. Вот это аппарат.

Сансан поднял голову — к шнекоходу стремительно приближался, скользя над песком, летательный аппарат элегантной конструкции — плазмолёт...

Прошло лишь несколько лет, как промышленность Гитты освоила новые технологии в строительстве летательных аппаратов, переведя их движители с химической тяги на плазменную, что позволило, более чем на порядок повысить скорость перемещения летательных аппаратов, но если в атмосфере, на скорости это сказалось не так ощутимо, то в космическом пространстве — значительно и гиттам впервые удалось достичь окраин своей планетной системы и вернуться за время, соизмеримое с продолжительностью деятельности одного поколения.

В атмосферных летательных аппаратах, в большей степени, произошёл сдвиг в качественную сторону. Благодаря большой мощности плазменных движителей, началось производство совершенно нового класса средств перемещения, так называемых, летающих машин — леветов, сокращение от слов — летящий ветер, которые представляли собой, практически, те же авто, только лишь чуть шире за счёт небольших плоских выступов по бокам — стабилизаторов, да ещё одного вертикального стабилизатора — на крыше левета и вместо колёс, имеющие небольшие посадочные опоры, с лыжами в основании.

Но леветы пока ещё были очень дороги и иметь их могли позволить себе лишь богатые жители Гитты. Уран Горов не был бедным профессором и его жизненный уровень позволял иметь ему в личном пользовании левет ярко-красного цвета...

Левет шел прямо на шнекоход.

— Ослеп, что ли? — Валио резко дернул штурвал на себя, останавливая буровую машину.

Левет тоже затормозил и опустился на песок, в полуметре от шнекохода. Его повернутая к шнекоходу стенка скользнула вверх и из проёма выглянуло хмурое лицо профессора.

— Куда это вас несёт? — Громким голосом заговорил он. — Что происходит?

Сансан вышел из шнекохода и подошёл к Горову...

До него доходили слухи о непростом отношении профессора и Ирны, но на все его попытки выяснить это у самой Ирны, девушка лишь удивлённо вскидывала брови, будто не понимая вопроса и Сансан так и оставался в неведении истины...

— Здравствуйте, господин профессор. — Сансан кивнул головой.

— Куда направляетесь? — Голос Горова зазвучал грубо и резко. — Кто разрешил? Вы будете наказаны.

— Начальник партии приказала пробурить несколько шурфов двадцатью километрами южнее. — Сансан дёрнул плечами. — Туда мы и направляемся.

— С какой стати? — Брови профессора подскочили едва не до середины его лба. — Там более ста метров песка. У вас и бура не хватит, чтобы добраться до скального грунта.

— Ей виднее. — Сансан вновь дёрнул плечами.

— Ну, ну!

Профессор исчез за проёмом, двери левета скользнули вниз, он подпрыгнул и стремительно скользнул мимо Сансана, обдав его песчаной пылью.

— Дронт! — Процедил Сансан, прижмуриваясь и повернувшись, шагнул к шнекоходу.

***

Что ещё выдумала? Какие шурфы в сотне метров песка? С тридцатью едва справляемся. Замелькали у Урана Горова раздражённые мысли, едва, ведомый им левет, возобновил ход. Зря я её взял сюда. Никаких доказательств она не соберёт, если начала метаться по углам. Пустая трата средств. А сейчас новый гамма-анализатор был бы, весьма, кстати. Старый уже совсем сдох. Ничего не видит...

Уран Горов был уже в возрасте, среднего роста, полного телосложения, лысоват, но был очень подвижен и даже резок, что не совсем гармонировало с его внешним видом. Когда-то у него была семья, но одна из экспедиций поссорила его с ней навсегда и с тех пор он был один...

Это было около тридцати лет назад. Он, молодой, полный амбиций, учёный возглавлял небольшую археологическую экспедицию в район кольцевых гор, намереваясь найти крепость тарков...

***

Кольцевые горы располагались вокруг северного полюса Гитты и как считалось, образовались около полутораста миллионов лет назад от удара огромного метеорита. В месте падения образовался огромный кратер глубиной более шести километров и диаметром около восьмисот километров. Выдавленная из тела планеты порода и образовала кольцевые горы вокруг кратера. Со временем кратер заполнился водой, а когда климат на планете стал более прохладным и лучи солнца, практически, перестали попадать в кратер, вода замерзла, образовав огромный ледник. Окутанный вечным туманом, ледниковый кратер превратился в кухню погоды на Гитте, генерируя бесчисленные облака, которые расползались от него во все стороны, а из гор, к примыкающему с одной стороны материку неслись десятки рек. Но в одном месте образовалась какая-то непонятная аномалия: здесь не было ни облаков, ни рек — к кольцевым горам примыкала пустыня. Хотя исследования показывали, что такой, как сейчас, пустыня была не всегда, а ещё каких-то двенадцать-тринадцать тысяч лет назад это была вполне нормальная территория, где жила, в построенной ими крепости, одна из древнейших цивилизаций Гитты — цивилизация тарков. Тарки, практически, не знали сельского хозяйства, но были прекрасными мастерами. В этом месте кольцевые горы содержат много металла и тарки, научившись выплавлять железо, получали из него превосходные стали, а освоив совершеннейшие технологии их обработки, получали превосходные изделия, которыми торговали с цивилизацией люпий — людей пустыни, которая жила южнее, тогда ещё, в не совсем, пустыни. Потом цивилизация тарков, загадочным образом исчезла. Официальной версией считалось, что их уничтожила цивилизация люпий, в желании или поработить и заставить работать на себя под принуждением, или же, просто, решив разграбить.

Прямых доказательств существования цивилизации тарков не было. Первые косвенные доказательства были найдены около полутора веков назад, когда было найдено самое раннее захоронение люпий, в котором были найдены древние свитки письменности люпий. Более ста лет ушло у учёных на то, чтобы понять древнюю письменность. Среди этих учёных был и Уран Горов, в то время едва начавший свою научную карьеру сотрудником института археологии. Темой его диссертации и стала письменность люпий.

Узнав из свитков о цивилизации тарков, молодой кандидат наук отправился на поиски их крепости. Уж слишком странным ему показалось, что столь могущественную цивилизацию смогли уничтожить полудикие племена, в те времена ведущие стадный образ жизни.

Была известна одна особенность этой части песков — их периодическая мощная грозовая активность, происходящая два раза в год.

Год на Гитте длился четыреста двадцать суток — столько оборотов делала планета за год путешествия по орбите вокруг своей звезды — Афоны. Два раза в год, примерно по сотне дней в этой части пустыни стояла жаркая и сухая погода. Песок был желтым и сухим. Но к концу истечения сухого периода с песком начинали происходить метаморфозы — он начинал розоветь, будто насыщаться какой-то непонятной субстанцией. Её исследования однозначно показывали, что это была энергия в чистом виде, но все попытки высвободить эту энергию и превратить её в электричество у гиттов заканчивались, в лучшем случае, ничем, а в обычном — взрывом и часто с трагическими последствиями. Когда песок становился заметно розовым из-за кольцевых гор выползал серый туман и накрывал розовые пески. В тумане начинали блистать яркие молнии и звуки грозовых раскатов, сотрясающие атмосферу, слышались в сотне километров от гор. Это грозное явление природы продолжалось от сорока до шестидесяти дней. Затем серый туман уползал назад, за горы, открывая ещё более порозовевший песок и наступал сезон дождей. Собственно, дождь был один — он шёл не прекращаясь тридцать-сорок суток, превращая розовый песок, опять в жёлтый, будто вымывая из него эту самую энергию. Затем над пустыней вновь сияло яркое солнце, раскаляя атмосферу и высушивая песок.

Упоминаний об этом природном явлении в свитках люпий не было и у молодого учёного зародилось подозрение, что оно появилось, сравнительно недавно, по меркам галактического времени и могло послужить причиной гибели цивилизации тарков, если они сами и не вызвали его, своей деятельностью — добычей металла в горах, возможно, нарушив какое-то, их, равновесие...

***

Экспедиция под руководством молодого Урана Горова была небольшой, состоящей из восьми человек, шести молодых людей, двух девушек и одного шнекохода с буровой установкой.

К тому времени Уран Горов был уже женат и имел маленького сына. Жена и ребёнок остались дома. В экспедиции у него образовался роман с одной из девушек — Ирной. Как это произошло, он, совершенно, не мог объяснить.

О местонахождении крепости тарков было лишь смутное представление. Знали лишь, что люпии называли это место — крепость у гор. Зондированием поверхности планеты из космоса удалось установить, что в одном районе пустыни под песками, прилегающими к горам, на глубине около тридцати метров, находится большое твёрдое плато, с нагромождениями или камней или чего-то ещё. Археологи сочли, что эти нагромождения и есть остатки крепости.

Экспедиция началась после того, как очередной дождь, вобрав в себя энергию розового песка, закончился.

Примерно до глубины двадцати метров бурение шло легко, но глубже песок оказался очень абразивным и буры съедались им, едва они вгрызались в него. Пришлось покупать новые буры, из сверхпрочных сплавов. На это ушло немалое время и к истечению жаркого сезона удалось пробурить лишь три десятка шурфов. Никаких признаков существования крепости тарков не находилось. Плато под песком совершенно не содержало металла, ни естественного происхождения, ни искусственного — это был чистый гранит. Горову же казалось, что признаки будут в следующем шурфе, затем в следующем и он бурил их до того момента, когда из-за вершин гор выползли первые клубы серого тумана и стремительно заскользили вниз по его склонам. Бур был на большой глубине и вытащить его быстро не представлялось возможным. Тогда Уран приказал отцепить бур, в надежде вернуться сюда с наступлением следующего жаркого сезона и продолжить работы. Часть его группы занялась отстыковкой буровой платформы, а остальные начали собирать палатки и перетаскивать вещи в шнекоход. Серый туман приближался очень быстро и они не успевали с погрузкой всего оборудования. Тогда Уран приказал закончить погрузку и уходить, с чем есть. Они бежали вдвоём к уже начавшему движение шнекоходу. Ирна бежала рядом и вдруг, упала, будто можно споткнуться увязая почти по колено в песке. Когда Уран осознал, что её нет рядом и остановившись, оглянулся — Ирна лежала на песке без движений. Серый туман был уже рядом; он, бросив вещи, которые держал в руках, метнулся к девушке, но тут блеснул яркий разряд и вошёл Ирне в спину. Прежде, чем Уран ослеп, он видел, как на песке перед ним стремительно чернеет Ирна. Пришедшая ударная волна бросила его на песок, а жгучая боль, ворвавшись в мозг, окутала его мраком.

Очнулся Уран в реабилитационном центре. Ему пересадили кожу на лице, хрусталики глаз и восстановили барабанные перепонки.

На свой вопрос, что с Ирной, вытащившие его оттуда археологи сказали, что от неё на песке остался лишь чёрный овал.

Вернувшись домой, он не застал там ни жены ни сына. В оставленной ею записке она желала ему счастья с его новой подругой и просила не искать ни её, ни сына. И всё же он нашёл их, но жена осталась непреклонной. И Уран остался один. К поискам крепости у гор, он не вернулся...

Собственно, из-за своей занятости, он и не страдал от одиночества и больше не стремился связать себя семейными узами, хотя таких возможностей у него было предостаточно, но чернеющее тело девушки на песке не забывалось и ему казалось, что и с его новой избранницей, непременно, произойдёт тоже самое. И постепенно интерес к женщинам притупился, но когда в институте появилась милая молодая студентка — Ирна Шарова, уже забытое чувство, вдруг, ожило в нём и ввергло в пучину забытых страстей. Он сделал всё, чтобы Ирна оказалась у него на кафедре и подсказал ей тему для диссертации. После её защиты, посчитав, что заслужил, что долго утаивал, Уран Горов признался Ирне в любви, но вместо милой улыбки на её лице, увидел ужас в её глазах.

Он не стал ей мстить или преследовать её, так как не был ни мстителен ни злобен, а просто ушёл в сторону и больше никогда на тему любви с Ирной не говорил, хотя в первое время после своего признания, едва сдерживался от бурного выяснения отношений с ней. Переживания добавили не одну прядь седины в его уже поредевшие волосы, но всё же он заставил погаснуть в себе огонь желаний, загрузив себя бесконечной работой и впоследствии лишь глубоко вздыхал, провожая Ирну грустным взглядом, после невольной встречи, чувствуя себя уже виноватым, за доставленные девушке неприятности от свого признания и готов был покаяться перед ней, но совершенно не представлял, как это должно было выглядеть, а если бы у него была машина времени, то, непременно, вернулся бы в тот период, когда Ирна ещё ничего не знала о его чувствах к себе и никогда бы о них не узнала. Чтобы, хотя бы как-то сгладить свою вину перед ней, он и организовал эту экспедицию в одну из самых жарких и неприветливых пустынь Гитты, взвалив на себя бремя и организатора и руководителя, так как прекрасно знал, что ей бы самой, никто бы не разрешил работать там самостоятельно.

С момента того несчастья прошло уже тридцать лет и ни одной экспедиции в той части пустыни больше не было и крепость цивилизации тарков у гор, больше никто не искал.

Сейчас было уже другое время, другое оборудование для бурения, да и за кольцевыми горами велись постоянные наблюдения из космоса и о появлении серого тумана предупреждалось за несколько дней. Да и он бы не позволил Ирне оставаться в рискованной зоне до последнего мгновения, благо он работал с другой партией в сотне километров южнее, руководя раскопками захоронения люпий.

Он знал и о дружбе Ирны с механиком института. Когда он впервые узнал о её выборе, то был не столько удивлён, сколько возмущён. Сансана он знал, так как тот работал у него в нескольких экспедициях, но не считал его для себя интересным человеком и никогда не заводил с ним приятельских отношений.

Неужели она променяла меня, профессора, на идиотского, никчемного механика? Пытался осознать он выбор Ирны. От меня бы она получила гораздо больше. Всё, что не пожелала бы. Я никогда не позволил бы себе отношение к ней, могущее обидеть её или унизить. Да я бы все пылинки с неё сдувал. С возмущением думал Уран Горов.

В какой-то момент он даже хотел добиться увольнения Сансана из института, но в конце-концов, пережив очередное потрясение, решил всё оставить, как есть, уверовав себя, что Ирна вправе сама решать свою судьбу.

Единственное, что он решил — больше никогда не приглашать Сансана в свои экспедиции.

Узнав, что Ирна взяла своего возлюбленного в свою партию, он некоторое время колебался — не вычеркнуть ли его. Но тщательно взвесив свои колебания, махнул на Сансана рукой: всё же, это был выбор Ирны, хотя и оставивший глубокий след досады в его душе, и работать тот будет не с ним. А постоянно торчать на её площадке он не намеревался, побывав на ней лишь единожды, в один из первых дней начала работ. Он бы и сейчас не пошёл в партию к Ирне, но дошедшие до него слухи о странном старике, шатающимся по ночам по её площадке встревожили его и теперь он спешил узнать истину происходящего от неё самой. И если после начала путешествия настроение у него было вполне нормальным, то невольная встреча с Сансаном вызвала у него чувства досады и раздражения и чем ближе он подходил к площадке работ Ирны, тем сквернее было его настроение.

***

Ирна, с тревогой ожидая появление профессора, бессистемно шлялась по лагерю, от одной палатки к другой, сама не зная зачем это делая, бросая постоянные взгляды в ту сторону, откуда ожидалось его прибытие и потому приближающийся яркий левет, она увидела ещё издалека и направилась ему навстречу.

Левет замер около неё и мягко опустился на песок, его дверь скользнула вверх и из неё показалось хмурое лицо Урана Горова.

Злой! Тут же сделала мысленный вывод Ирна. Значит, ничего хорошего не будет.

— Здравствуйте, господин профессор. — Ирна постаралась вставить в свой голос нотку ласки и даже улыбнулась.

— Что за старик шляется у тебя по ночам? — С явным недовольством заговорил Горов, не покидая левет и не удосуживая Ирну ответного приветствия. — Почему я о нём узнаю последним?

— Я не придаю этому старику большого значения и потому решила не беспокоить вас, господин профессор. Он ничего не ворует. Шляется и только. — Ирна дёрнула плечами.

— А почему после встреч с ним твои сотрудники оказываются в неадекватном состоянии?

— Это, видимо, способ его защиты. Они ведь пытались его задержать. — Ирна развела руками. — Его можно понять. Последний раз его никто не тронул и он тоже — никого.

— Сколько раз он был у тебя?

— Его видели два... — Ирна состроила гримасу. — Если считать, что этим утром видели следы в сторону гор, то три раза.

— Вобщем, так! — Уран махнул ребром ладони, будто отрезая что-то от чего-то. — Если появится ещё раз — доложишь немедленно. Я вызову десантников для охраны лагеря. Утаишь — узнаю, сверну твои работы. Я, ясно выразился?

Ирна молча дёрнула плечами.

— Не слышу? — Выдавил Уран сквозь зубы.

— Ясно. — Ирна глубоко вздохнула.

— Что-то, подтверждающее, нахождению здесь крепости, удалось найти?

Ирна молча покрутила головой.

— По последней транскрипции — текст "крепость у гор" рекомендовано читать, как "крепость гор". На первый взгляд это не существенно, но размышления упорно приводят меня к неоднозначности этих выражений. Подумай над этим.

— Я подумаю, господин профессор. — Ирна покивала головой.

— А что это марш-бросок буровой машины в пески ты устроила? Решила всю пустыню издырявить?

— Сама не знаю. — Ирна покрутила головой. — Решила и всё.

— Ну, ну!

Уран отшатнулся, дверь левета опустилась, летательный аппарат подпрыгнул и обдав девушку порцией песка, развернулся и помчался прочь, в ту сторону, откуда и пришёл.

Проводив левет долгим взглядом, пока он не скрылся из вида, Ирна села на песок и подняв руки, уткнулась в них лицом.

Они встретились. Потому он и злой такой. Потекли у неё грустные мысли. И почему я такая несчастная?

Выкатившиеся из глаз слезинки, застряли в её ладонях.

— Шеф уже укатил? — Раздался у неё над головой негромкий голос её помощника. — Что-то нехорошее?

— С чего ты взял? — Ирна опустила руки и резко встала, стараясь не смотреть на помощника.

— У вас следы слёз на лице.

— Песок из-под левета профессора попал в глаза.

— Ну, ну! — В голосе помощника послышался сарказм.

— Займись делом! — Со злом в голосе процедила Ирна и отвернувшись, направилась в сторону работающей неподалёку буровой машины.

2

— Уже возвращается. Быстро! — Валио щелкнул ногтем указательного пальца по экрану обзорного сканера.

— Дурное дело, не хитрое. — Донёсся из-за его спины голос Ивора.

Сансан оглянулся, его взгляд сверкал гневом.

— Не кипятись, а то обожжёшь, ненароком. — Губы Ивора вытянулись в широкой усмешке. — Не знаю, что ты там подумал, но я имел ввиду, что он отругал Ирну и теперь возвращается довольный.

Ничего не сказав, Сансан отвернулся и уставился в экран обзорного сканера, по которому стремительно скользила зелёная точка.

Как бы нас не вернул. И попробуй не выполнить — вылетишь пробкой отсюда. Всплыли у него досадные мысли.

Он оглянулся, и найдя в заднем стекле приближающийся левет, начал следить за ним, пытаясь быть готовым к непрошенной встрече, но летательный аппарат прошёл мимо на достаточном удалении, вызвав у него невольный вздох.

— Пронесло. — Донёсся весёлый голос Валио. — Долго ещё будем тащиться? Не думай, что я в пекло буду у тормоза торчать.

— Ещё два-три километра. Не ной. Я постою.

— Постоишь! Куда ты денешься.

В шнекоходе наступила тишина, нарушаемая лишь шуршанием песка под шнеками.

И что за день сегодня. Потекли у Сансана досадные мысли. Неприятности с самого утра. Чего же тогда ожидать к вечеру? Если только песчаной бури. Он потёр лоб. Бред какой-то. Этого только не хватало.

— Шеф, два километра отмахали. — Раздался голос Валио. — Что дальше?

— Останови! Я осмотрюсь!

Произнёс Сансан и не дождавшись, когда шнекоход остановится, оттолкнул дверь и выпрыгнул наружу. Отойдя от машины на несколько шагов, он завертелся, осматривая местность. Вокруг, насколько хватало взгляда, были лишь одни жёлтые песчаные барханы и только лишь в одной стороне, у самого горизонта, просматривались темные изломанные очертания гор. Став к ним лицом, Сансан направился в их сторону, махнув рукой в сторону шнекохода, жестом приказывая Валио двигаться за ним.

Шёл он долго, по колено увязая в песок, который здесь оказался более сыпучим и мягким, нежели на площадке работ археологической партии и идти было тяжело. Хотя ещё не было жарко и первые лучи солнца лишь только выбились из-за горизонта, но на лбу у Сансана выступили крупные капли пота и скатываясь, висли на бровях, откуда он их периодически смахивал резким взмахом руки.

Наконец Сансан остановился и оглянулся — шнекоход послушно полз за ним. Он ткнул рукой себе под ноги и покрутил ею, показывая, что бурить нужно здесь. Шнекоход развернулся и начал пятиться в его сторону. Сансан поспешно отступил назад и когда край бура оказался перед тем местом, которое он указал, махнул рукой, давая Валио команду остановиться. Шнекоход замер. Все выпрыгнули наружу и подошли к Сансану.

— Начинаем бурить отсюда и в сторону гор. — Сансан махнул рукой в направлении на контуры гор. — Шурф через каждые сто метров.

Ивор присвистнул.

— Если до гор километров тридцать, то долго нам здесь придётся торчать. — С сарказмом в голосе произнёс он.

— Будем торчать, пока не найдём. — Повернувшись к нему, ответил Сансан.

— Что? — Ивор вопросительно взмахнул подбородком.

— Что надо? — Рявкнул Сансан и шагнул к, уже опущенной Валио на песок, буровой платформе...

На удивление, бурение шло очень быстро, так как на всей глубине был обычный песок и на один шурф уходило времени не более часа.

Пробурили четыре шурфа на всю глубину телескопа, но в поднятых кернах был лишь чистый песок и немного скального грунта. Никаких признаков человеческой деятельности не просматривалось.

— Норму выполнили! Сворачиваемся! — Громко произнёс Ивор, когда последний керн был удалён из бура и обследован. — Нет здесь ничего. Одно радует — бур идёт, как в масло.

— Так как бурение лёгкое, то делаем ещё два шурфа. — Сансан махнул рукой Валио, сидящему за штурвалом шнекохода. — Переползай!

Состроив гримасу, Валио приподнял буровую платформу и шнекоход пополз к следующей точке.

— Проклятье! — Процедил Ивор, запрыгивая на подножку шнекохода. — Ты сегодня не выносим. Если бы палатка была рядом — плюнул бы на всё и ушёл бы.

— Оставайся здесь. Без тебя справимся. Весь день, будто заноза.

Сансан махнул рукой и дождавшись, когда шнекоход поравнялся с ним, запрыгнул на подножку с другой стороны.

По скулам Ивора прошлись желваки, но он промолчал.

Пройдя требуемое расстояние, Валио остановил шнекоход и опустил буровую платформу на песок. Спрыгнув с подножки, Сансан взялся за тормозной рычаг и растормозил бур — завращавшись, тот быстро пошёл в песок.

Ивор тоже спрыгнул с подножки, но не пошёл к буровой платформе, а сел на эту же подножку и откинувшись спиной на корпус шнекохода, закрыл глаза. Два последних члена группы, техники Стив и Стен, обслуживающие бур, выпрыгнув из шнекохода, принялись готовить трубы удлинения, но их движения были вялы и уже ожидавший их Сансан, прикрикнул, с явным раздражением в голосе.

— Уснули, что ли! Шевелитесь! Пока ещё два шурфа не пройдём, не уйдём отсюда.

Техники, будто окрик и действительно разбудил их, заработали более энергично и вскоре бур вновь начал вворачиваться в песок.

Войдя в песок примерно на треть четвёртого удлинения, бур, вдруг, замер и из его привода повалил густой серый дым.

— Стой! — Донёсся истошный вопль Валио.

Сансан, до сих пор рассеянно смотревший на бур, поднял голову и увидев дым, отпустил тормоз — бур замер.

— Проклятье! Что случилось? — Он вопросительно кивнул подбородком в сторону Валио.

— Тебе лучше знать. — Валио громко хмыкнул. — Ты у тормоза. Уснул, что ли?

Стив и Стен громко рассмеялись, но увидев на себе злой взгляд Сансана, тут же умолкли и состроив гримасу, опустили головы.

Разбуженный Ивор, поднялся с подножки и подойдя к платформе, принялся водить удивлённым взглядом по лицам своих товарищей, каждому делая вопросительный кивок подбородком, но ни от кого не получив никаких объяснений, уставился в буровую платформу.

Состроив недовольную гримасу, Сансан посмотрел на цифры, показывающие заглубление бура — отметка стояла почти у шестнадцати метров. Он взялся за тормоз и включил реверс — бур пополз вверх. Техники занялись демонтажем удлинителей. Ивор принялся за осмотр керна, но кроме песка в нём ничего не было. Когда из шурфа вышла буровая головка, Сансан отпустил тормоз и подойдя к ней, принялся за её осмотр. По мере того, как он крутился вокруг неё, гримаса его лица принимала всё большее удивление. Наконец он закончил осмотр и повернувшись к Стиву и Стену, развёл руками.

— Такое впечатление, что бурили алмаз. Нижняя пластинка, буквально, расплавилась. Замените. Попробуем ещё раз. — Он перевёл взгляд на Валио. — сместись на пару метров вправо.

Техники направились к грузовому отсеку шнекохода, а Валио, приподнял платформу и взявшись за штурвал, переместил шнекоход на озвученное расстояние и вновь опустил буровую платформу на песок.

Вернулись техники и заменив на буре указанную пластинку, молча кивнули Сансану головами, давая понять, что бур исправен. Сансан взялся за рычаг тормоза и бур, завращавшись, заскользил вниз.

Стив и Стен занялись обслуживанием бура, а Сансан теперь внимательно следил за отметками глубины и при подходе бура к прежней проблемной метке, уменьшил его скорость, но ничего не происходило — бур, без задержек, продолжал вворачиваться в песок. Дёрнув плечами, Сансан увеличил скорость.

Техники сделали очередную вставку и стояли переглядываясь. Громко хмыкнув, Ивор направился к подножке шнекохода, намереваясь продолжить прерванный сон, но едва он уселся, как донёсся раздирающий слух скрежет из привода бура. Сансан тут же отпустил тормоз и бур замер. Затем он повернул рычаг тормоза в другую сторону и бур пополз вверх.

Ивор вскочил и подбежав к буровой платформе, уставился в ползущий вверх бур.

Осмотр буровой головки опять дал неутешительный результат — самая нижняя пластинка вновь была оплавлена, хотя теперь заметно меньше предыдущей.

Сансан приказал Стиву и Стену заменить её, а Валио переместить шнекоход на два метра влево от первого шурфа.

Валио выполнил приказ. Вернулись техники и сообщили, что нижняя пластинка у них последняя и Ирна, определённо, будет недовольна таким расточительством.

— Меняйте! — Сансан махнул рукой. — Не перестреляет же она нас, а другое, как-нибудь переживём.

Выполнив его приказ, техники отошли к удлинителям, готовые выполнять свои обязанности. Сансан вытянул руку в сторону рычага тормоза, но его рука, вдруг, отлетела в сторону.

— Уберись! Невезучий ты какой-то сегодня. — Раздался над ним глухой голос Ивора.

Ничего не сказав, Сансан отошёл в сторону. Завращавшись, бур пополз вниз.

Ивор был более профессионален в управлении тормозом буровой установки, так как в группе это была его прямая обязанность и потому, едва буровая головка ткнулась во что-то твёрдоё, он мгновенно её остановил и включил реверс. Оплавленным оказался лишь самый кончик нижней пластинки бура. В принципе, после небольшой доводки, она была, вполне, работоспособной.

— Сейчас чуть шлифону и можно дальше дырявить. — Ивор обвёл всех гордым взглядом.

— Дырявить больше не будем. — Сансан покрутил головой. — Там, определённо, что-то есть. Глубина шестнадцать-семнадцать метров. Может — это то, что мы ищем. — Он поднял взгляд на Валио. — Дай-ка спейс. По-моему, я его вчера на панели оставил.

Валио взял с приборной панели сканер связи и протянул его Сансану. Сансан ткнул пальцем в его несколько клавиш — раздался нудный писк вызова. Прошло достаточно долгое время, когда, наконец, над спейсом вспыхнула голограмма с изображением недовольного лица Ирны.

— У нас проблема. — Произнёс Сансан.

Брови Ирны выгнулись высокими дугами. Выражение её лица сделалось ещё более недовольным.

— На глубине ниже пятнадцати метров, мы наткнулись на что-то очень твёрдое. Бур не берёт это. Я советую притащить сюда сканер и посветить в песок.

— Чушь какая-то. — Ирна хмыкнула. — Ты решил опять меня разыграть? Что теперь болит?

— Твоё дело. — Сансан дёрнул плечами. — Но мы пожгли уже все нижние пластинки бура. — Он протянул руку и взяв с подножки шнекохода сожжённую пластинку от первого бурения, повертел её перед спейсом. — Если тебе это ни о чём не говорит, можешь оставаться там.

— Где вас найти? — Ирна вопросительно кивнула подбородком.

— Мы включим маяк.

— Ждите!

Голограмма погасла. Сансан, глубоко и протяжно вздохнув, сунул спейс в карман курточки и усевшись на подножку, откинулся к двери шнекохода и закрыл глаза.

— Я уже есть хочу. — Раздался недовольный голос Ивора.

— И я не прочь. — Произнёс Стен.

— Могу предложить лишь тоник. — Валио высунулся из салона и подал Ивору пакет. — Ты же вчера всё поел. А положить... Дядя? Свяжись с Ирной.

— Будь другом. — Ивор широко улыбнулся, беря пакет. — Свяжись сам.

— Тогда надейся, что Ирна, зная твоё обжорство, сама о тебе не забудет.

— Какие сегодня все злые. — Ивор взял из пакета баночку с тоником и бросил пакет на песок. — Аномалия преждевременно началась, что ли?

Откупоривая на ходу баночку, он обошёл буровую платформу и усевшись на подножку с другой стороны шнекохода, принялся неторопливо пить тоник.

— Как раз ты и есть самый злой сегодня. — Произнёс Стен и подняв пакет, достал из него две баночки и поставив пакет на подножку рядом с Сансаном, протянул одну из баночек Стиву. — Уж лучше что-то, чем ничего.

— Пока Ирна доберётся до сюда будет уже вечер. — Заговорил Стив беря баночку с тоником. — Можно и завтра посветить сканером. Никуда это из песка не убежит. — Открыв баночку, он с жадностью выпил тоник и бросив пустую баночку на песок, стал на неё ногой.

— Подними! — Сансан открыл глаза и ткнул пальцем в направлении ноги Стива. — Ещё раз увижу подобное, отправишься домой. Прямо отсюда.

Он поднялся и достав из пакета баночку с тоником, открыл её и выпив тоник, бросил баночку в пакет. Стив, вялыми движениями вытащил утопленную в песке баночку и отряхнув её от песка, тоже бросил в пакет. Тоже самое сделал и Стен. Ивор свою баночку бросил внутрь шнекохода. Сансан поставил пакет внутрь шнекохода и повернулся к техникам.

— Можете убираться в лагерь. Я дождусь Ирну и вернусь с ней.

— Естественно! — Громко произнёс Ивор, вставая с подножки.

— Ты это серьёзно? — Поинтересовался Валио, высовываясь из салона шнекохода.

— Вполне. — Сансан вытянул руку в его сторону. — Дай мне маяк, бласт и большой плащ.

Валио исчез в салоне. Вновь появившись через некоторое время, он протянул Сансану пенал с оружием, шест-маяк, пакет с плащом и пакет с баночками тоника.

— Держи! Там ещё три тоника есть. Бласт полностью заряжен. Проверил. Может палатку возьмёшь? Неизвестно, когда она появится.

Молча мотнув головой, Сансан взял вещи и отойдя от шнекохода, бросил их на песок и замер в ожидании.

Его группа молча забралась в салон шнекохода. Валио сложил буровую платформу и развернув шнекоход, направил его в сторону лагеря.

Дождавшись, когда шнекоход скроется за завесой, поднятого им песка, Сансан поднял шест-маяк и воткнув его в песок, активировал — маяк тут же замигал красным огоньком. Затем он поднял голову и посмотрел по сторонам: солнце уже склонилось к горизонту, предвещая скорую ночь; хотя песок был ещё горячим, но уже чувствовалось, что лучи солнца стали прохладными; линия гор едва просматривалась; нигде никого не наблюдалось. Сансан сел на пакет с плащом, откинул запоры пенала с бластом и заглянув внутрь и убедившись, что заряд батареи в верхней зелёной зоне, закрыл пенал, однако оставив запоры откинутыми и положив пенал рядом с собой, уставился в ту сторону, куда ушёл шнекоход и откуда должна была появиться Ирна со сканером.

Какой-то сегодня день, действительно, ненормальный. Принялся размышлять он. Как начался с утра головной болью, ею же и заканчивается. Проклятье! И почему утром так голова болела? Ведь вчера такой прекрасный вечер был. Даже Ирна была весела. Зачем Горов приходил в лагерь? И угораздило же встретиться с ним. Несомненно он приходил к ней. Определённо, между ними не только служебные отношения. Он ведь не женат и богат. Почему бы ему не потаскаться за ней? Вообще-то, странно, что она связалась со мной. Навряд ли у нас получится крепкая семья. Уж слишком мы разные. У неё карьера, перспектива профессора. Ни чуть не хуже, чем у Горова. А что у меня? Грязь, железки, да перспектива пенсионера на лавочке во дворе. Нет, всё же она что-то скрывает от меня. Что-то тайное происходит между ней и Горовым. Что? Навряд ли она скажет об этом. А если профессора прижать? Нет, силой его не возьмёшь. Загребут в подвал лет на десять. Тут нужна какая-то хитрость. Какая? Чем его заинтересовать, чтобы разоткровенничался? Чем? Проклятье!

За размышлениями Сансан просмотрел, что уже наступил вечер и стало прохладно. Вернул его в реальность громкий душераздирающий крик, заставивший вздрогнуть и втянуть голову в плечи. Это был крик хорра — ночного зверя пустыни, возможно, самого жестокого животного планеты, бросающегося на всё, что шевелится в ночи.

Сансан откинул крышку пенала и выхватив бласт, вскочил и завертелся на месте, пытаясь увидеть грозного хищника, но его всматривания в уже сгущающиеся над пустыней сумерки, ничего не дали. Да и увидеть жёлто-коричневого зверя на желтом песке, да ещё в сумерках было проблематично. Но в тоже время где-то вдали сверкали несколько пар жёлтых огоньков, которые, явно, приближались. Приподняв бласт и положив палец на спусковой крючок, Сансан направил его ствол в ту сторону, ожидая прихода хищников. Ему, вдруг, нестерпимо захотелось пить. Не отводя взгляда от приближающихся огоньков, он присел, намереваясь достать из пакета баночку с тоником и...

Слева, в его сторону стрелой метнулась серая тень и что-то, скользнув по спине, глухо шлепнулось на песок чуть наискось перед ним. Предмет шевельнулся и на расстоянии вытянутой руки от Сансана вспыхнула пара ярких желтых огоньков. Сансан дёрнулся и не устояв, начал заваливаться назад. Его правая рука механически дёрнулась, пытаясь стать опорой для тела. В полумраке сверкнула голубовато-зелёная вспышка и жёлтые огоньки утонули в её ореоле. Сансан, так и не успев помочь себе рукой, сел на песок. Раздался раздирающий слух нечеловеческий крик и что-то взвилось в верх. Через несколько мгновений это что-то, с глухим стуком упало перед Сансаном. Он, подброшенный, неизвестно какой силой, оказался на ногах. Перед ним, на песке, без видимых движений, лежал длинный тонкий зверь с вытянутой мордой и четырьмя лапами, из которых торчали длинные и буквально, светящиеся голубоватым цветом, когти.

Сансан никогда не видел живого хорра, но если судить по описанию — это был он. Он шагнул к зверю и ткнул ему в бок толстым стволом бласта — зверь никак не отреагировал, оставаясь лежать неподвижно.

Сансан поёжился. Его лицо исказилось гримасой от вспыхнувшей в спине боли. Отступив от зверя на несколько шагов, он выгнул руку и коснулся спины — курточка была разодрана. Его пальцы коснулись чего-то влажного. Он поднёс руку к лицу — это была кровь. Его кровь из разодранной когтями зверя спины. Ему просто-напросто повезло: будто что-то неведомое заставило его присесть, когда зверь уже прыгнул и не в состоянии скорректировать свой полёт, промахнулся. Однако спину он, видимо, разодрал основательно, она горела, будто её жгли калёным железом.

До слуха Сансана донёся монотонный гул. Он поднял голову — огни, которые он изначально приписывал глазам хищников пустыни, оказались огнями приближающейся техники. Их было четыре единицы.

Вскоре техника приблизившись, окружила его полукольцом. Здесь были две буровые машины, одна из которых его группы; роторный экскаватор и транспортёр, загруженный щитами. Из транспортёра выскочили несколько человек и побежали к нему.

Сансан вытянул руку в их сторону.

— Не приближайтесь! — Закричал он. — Здесь хорр! — Он помахал рукой в сторону лежащего зверя. — Осторожно! Возможно он живой!

Бегущие остановились и повернулись в ту сторону, куда указывал Сансан. Донеслись возгласы восхищения. Раздался громкий женский голос, по которому Сансан узнал Ирну.

— В транспортёре есть сеть. Набросьте на хорра. Мы заберём его в лагерь. Живой он или нет, но мы обязаны отдать его биологам.

Чья-то рука коснулась локтя Сансана. Он повернул голову — рядом стоял Валио.

— Ну и досталось же тебе. — Валио покрутил головой. — И как это он умудрился промахнуться.

— Случайно. Повезло. — Сансан натянуто улыбнулся.

— Пойдём к шнекоходу. В аптечке есть биосалфетки. — Валио вытянул руку в сторону шнекохода.

— Надо бы показать Ирне, где мы бурили.

— Сиси покажут. — Валио легонько подтолкнул Сансана в направлении шнекохода.

— А почему вы вернулись? — Сансан повернулся и зашагал к буровой машине.

— Ирна приказала. Мы встретились на полдороге и рассказали ей, что здесь произошло. Она обозвала нас сволочами и приказала вернуться. Она права. И всё же непонятно, как хорр промахнулся. Я сомневаюсь, что ты его видел. Гад! Видимо, он следил за нами весь день. Говорят, что они обладают биосенсорикой.

— Ты прав. — Сансан стиснул зубы, каждый шаг отдавался острой болью в спине. — Я его не видел. Я захотел пить и присел, чтобы взять из пакета баночку с тоником, а он, скорее всего, уже прыгнул и не смог скорректировать свой полёт. Он упал в песок и я механически выстрелил. Повезло. Весь день не везло, а тут повезло. Не логично, как-то.

Сансан как-то надрывно рассмеялся, но не услышав поддержки со стороны Валио, оборвал смех.

Они подошли к шнекоходу. Валио нырнул в его салон и тут же выпрыгнул назад, держа в руке сумку с белым кругом и красным крестом в нём. Поставив сумку рядом с прожектором шнекохода, он открыл её и принялся копаться внутри, что-то бормоча себе под нос.

— Ужас! — Раздался позади Сансана шипящий голос Ирны. — Тебя нужно срочно доставить в госпиталь. Я вызову коптер.

— Никуда я отсюда не уйду. — Сансан повернул голову к Ирне. — Чтобы ты присвоила себе, что я нашёл. Не выйдет. Валио сейчас залатает лучше любого хирурга.

— Снимай курточку и поворачивай спину к свету. — Раздался голос Валио.

— И всё же я вызову врача из лагеря. А хорр жив. Лишь обездвижен, а глаза так и горят. Биологи будут довольны. — Донёсся удаляющий голос Ирны.

Сансан, положил бласт на подножку шнекохода и расстегнув курточку, начал её снимать. От вспыхнувшей в спине боли, он невольно выгнулся и застонал.

— Давай я её разрежу. — Раздался голос Валио. — Всё равно уже негодная.

Сансан прекратил снимать курточку и повернулся спиной к прожектору шнекохода. По спине скользнул холодок металла, заставивший его поёжиться и в очередной раз стиснуть зубы от приступа боли. Курточка сделалась просторней и две её части, скользнув по рукам, упали на песок.

— Будет очень больно. Я бы советовал взять что-либо в зубы, чтобы не сломать их. На вот. — Перед лицом Сансана оказалась какая-то упаковка.

— Убери. Доброжелатель. Клей скорей. Холодно. — Процедил Сансан.

— Твоя воля.

Упаковка исчезла. Сансан почувствовал тепло на спине и в тот же миг у него в глазах потемнело. Его шатнуло. Он механически выбросил руки в стороны и тут же почувствовал, как кто-то схватил его за бока.

— Я предупреждал. — Раздался голос Валио.

Темнота ушла. Сансан резко выдохнул.

— Клей дальше. — Произнёс он, крепко сжимая зубы.

Поддерживающие его руки исчезли. Опять что-то тёплое коснулось спины и резкая боль вновь обожгла его мозг. Но теперь он уже был собран и в глазах даже не потемнело.

— Следы не слишком глубокие. — Говорил Валио, прикладывая к ранам биосалфетки. — Пять штук. Видимо он зацепил тебя лишь одной лапой. Если бы когти вошли на всю глубину, он бы мог разрезать тебя пополам. Ну и зверюга. Всё, заклеил. В салоне чья-то курточка валяется. Сейчас принесу.

Сансан стараясь не делать резких движений покрутился. Спина вспыхнула, но боль была вполне терпимой.

Из салона шнекохода выпрыгнул Валио и развернул перед ним курточку. Сансан узнал свою курточку, забытую им в шнекоходе уже неизвестно когда. Он улыбнулся и вытянул одну руку в сторону курточки. Валио натянул на неё рукав, затем обошёл вокруг Сансана и натянув на вторую руку второй рукав курточки, легонько её одёрнул.

— Будто тебя ждала. — Резюмировал он.

— Спасибо, Валио. — Сансан вновь улыбнулся. — Когда-либо я радолжусь.

— Да уж нет. Такого долга мне нужно. — Валио покрутил головой. — Прими безвозмездно.

— Тогда, просто, спасибо. — Сансан повел плечами. — А уже почти и не болит. Чудеса!

— Ты, что, никогда не пользовался биосалфетками?

— Хочешь верь, хочешь нет, но никогда.

— Действительно, чудеса.

Валио собрал инструменты, которыми пользовался, в медицинскую сумку и поставив её в салон шнекохода, повернулся к Сансану.

— Ты пойдёшь смотреть, что там делается? — Он вопросительно кивнул головой. — Или отдохнёшь в салоне? Я бы выбрал второе.

— Мне уже лучше. Пойду смотреть.

Повернувшись, Сансан направился в сторону чернеющей в лучах прожекторов, уставленной на песке, буровой платформы.

Оказавшись около платформы, он увидел ходящих поодаль по песку Ирну и Ивора, держащего в руках какой-то предмет. Рядом с платформой стояли лишь Стив и Стен.

— Что они там делают? — Сансан кивнул подбородком в сторону Ирны и Ивора. — Это же здесь. — Он ткнул рукой себе под ноги.

— Определяют контур. — Ответил Стен.

— Какой ещё контур?

— В песке находится какой-то массив. Они определяют его границы.

— Что за массив?

— Предположительно металл, но какой-то странный.

— Кто тебе такое сказал?

— Анализатор сканера.

— А что за странность?

— Анализатор его не классифицирует.

— И что?

— Значит он неизвестен нашей цивилизации.

— Почему?

— Возможно это метеорит.

— Такой огромный. — Сансан повёл перед собой рукой. — Тут был бы кратер не меньше ледникового. И почему он на такой глубине? Будто плавно опустился с небес на песок, а не врезался в него.

— Выкопаем узнаем. — Стен дёрнул плечами.

— А где остальные? — Сансан покрутил головой, но поблизости больше никого видно не было.

— Готовятся копать.

— Сейчас? Ночью? Нельзя утра дождаться?

— Ирна сказала, что утром нужно продолжать прежние работы. А здесь — вне графика.

— Бред какой-то. — Сансан зашагал в сторону уже удалившихся Ирны и Ивора.

— Ты действительно собираешься ночью копать? — Поинтересовался Сансан, догоняя Ирну, которая держала в руке карандаш, которым что-то вырисовывала на планшете, который лежал у неё на ладони второй руки. — Это, что... — Он ткнул рукой себе под ноги. — До утра убежит? Оно тут тысячи лет лежит и ещё столько же пролежит.

— Тысячи лет оно, допустим, не лежит, иначе оно было бы на другой глубине. Но сотню лет или полсотни — вполне вероятно. — Заговорила Ирна не поворачивая головы в его сторону. — Сюда пришли лишь добровольцы и утром им нужно продолжать основные работы. Если ты против, можешь уйти в лагерь. Ты своё дело сделал — нашёл и можешь отдыхать. — Она бросила быстрый взгляд на Сансана. — Тем более в твоём состоянии. Сейчас здесь будет врач.

— Мне уже лучше. — Сансан повёл плечами. — Валио прекрасный лекарь. И потому, никуда я не уйду. Я тоже хочу знать, что там. — Он вновь ткнул рукой себе под ноги. — Кстати, что показывает анализатор и что ты там рисуешь?

— Тебе ничего это не напоминает?

Ирна повернула в сторону Сансана планшет, на белом листе которого карандашом был нарисован контур. До смыкания линий контура осталось совсем немного, но уже можно было определить, что это нечто грандиозное, похожее на огромный обрубленный с одной стороны овал, с торчащими по бокам отростками. Сансан погримасничал, пытаясь сопоставить контур с каким-то из грандиозных предметов Гитты.

— Пожалуй, я бы сравнил его с субмариной. — Произнёс он.

— Хм-м! — Ирна отвернула планшет и нанесла очередную линию, согласно слов, произнесённых Ивором. — Но как субмарина оказалась здесь? Ведь поблизости нет никаких водоёмов.

— А там? — Сансан ткнул указательным пальцем себе за спину. — Внутри кольцевых гор.

— Там сплошной лёд.

— А если это одна из установок, которой когда-то пытались растапливать лёд?

— Я сомневаюсь. — Ирна дёрнула плечами. — Мы бы о ней знали. Да и спутник бы её показал. А это нечто анализатор едва улавливает.

— Мои техники говорят, что это метеорит.

— Навряд ли. — Ирна вновь хмыкнула. — Такой метеорит был бы очень нестабилен в атмосфере. Он бы развалился. И что он, по-твоему, спланировал сюда из космоса? Да и навряд ли бы он остался незамеченным.

— Я им тоже самое сказал.

— Кому?

— Техникам.

— А-а-а!

— Если это не субмарина, тогда космический корабль. — С широкой улыбкой произнёс Сансан.

— Один из сошедших с орбиты. — Ирна подняла плечи. — Возможно. — Но он огромен. Разве у нас были такие корабли?

— Те, что ходят к границам нашей системы — огромны, возможно, даже, больше этого. Но я не слышал, чтобы какой-то из них падал с орбиты.

— А сколько их?

— Насколько мне известно — два. Да и выглядят они иначе.

— А если это какой-то недостроенный упал?

— Об этом было бы известно. Да и его бы уже давно откопали бы. А если это не...

— У меня всё. — Раздался голос Ивора. — Весьма интересный получился контур.

Ирна остановилась и повернула голову в сторону Ивора, который держал сканер, повёрнутый экраном в её сторону. Она наклонилась к экрану и принялась крутить головой, смотря, то на экран, но на лист своего планшета.

— Подобно. — Произнесла она выпрямившись. — Думаю начнём копать отсюда. — Она ткнула пальцем в экран. Иди к ротору. Я сейчас подойду.

Молча кивнув головой, Ивор ушёл. Ирна повернулась к Сансану.

— Что ж, милый, надеюсь, скоро узнаем, что ты нашёл. И если это то, о чём мы думаем, ты... В общем, скоро узнаем.

Широко улыбнувшись, она повернулась и направилась вслед, широко шагающему по песку, Ивору.

3

Работы оказалось больше, чем предполагала Ирна и к утру едва удалось углубиться на десять метров. Песок оказался очень сыпучим и щиты в котлован пришлось устанавливать, буквально, вслед за колесом ротора, что в ночи было достаточно рискованным делом и очень тормозило работы. К тому же, прибывших добровольцев не хватало, для работ такого объема и к концу ночи все уже едва держались на ногах. Даже прибывшая врач включилась в работу, разнося тоник и бутерброды. К тому же пришлось отвлекаться на организацию охраны зоны раскопок, так как неподалёку в песке была замечена странная ползущая тень и было решено, что это ещё один хорр. Пришлось осветить не только зону работ, но и достаточное пространство вокруг неё и было рекомендовано за границу освещённой зоны не выходить. Спали по очереди — полтора-два часа.

Едва забрезжил рассвет Ирна подошла к Сансану, пристыковывающему к опалубке котлована очередной щит.

— Сан! Мне нужно в лагерь. — Громко заговорила она, стараясь перекричать урчащий рядом ротор экскаватора. — Остаёшься старшим. Врач пойдёт со мной. Попытаюсь найти ещё добровольцев, но не уверена.

— Сами справимся. — Сансан оставил щит и подался к Ирне. — Осталось часа на три работы. Лишь бы щитов хватило. Только не забирай больше никого.

— Если Горов не примчится с разносом, то на сегодня все останутся. Я заберу транспортёр и загружу его щитами. Они всё равно там не нужны.

— Хорошо! И еду с тониками не забудь. — Кивнув головой, Сансан отстранился от Ирны и опять взялся за щит.

Повернувшись, Ирна направилась к транспортёру и вскоре, таща за собой шлейф песчаной пыли, он помчался прочь.

Щиты закончились, когда раздался скрежет ротора экскаватора. Он был мгновенно остановлен и поднят. Ивора с анализатором опустили вниз, держа на привязи, чтобы вытащить в любое мгновение, так как стены котлована укреплять было нечем и песок, пойдя лавиной, мог засыпать его. По прежним показаниям анализатора, кроме песка, здесь ничего не должно было быть, так как до границы того, что находилось в песке было ещё около двух метров.

— Что у тебя? — Прокричал Ивору Сансан, когда тот некоторое время походил с анализатором по дну котлована.

— Чисто! — Подняв голову, Ивор развёл руками. — До предмета ещё больше двух метров.

— Ерунда какая-то. — Сансан состроил недовольную гримасу. — А что тогда ротор скребёт?

Ивор молча дёрнул плечами.

Сансан покрутил головой, скользя взглядом по окружающим его рабочим. Его взгляд остановился на паре Сиси.

— Вниз! — Он ткнул пальцем в сторону техников. — Привяжите их. Поковыряйтесь лопатами. Это по вашей части. Может что и отроете. Только поаккуратнее там.

Техников обвязали верёвками и они, опустившись вниз по верёвочной лестнице, принялись лопатами осторожно отбрасывать песок от той части котлована, где слышался скрежет, но песок тут же осыпался. Повозившись некоторое время и ничего не добившись, будущие археологи подняли головы и развели руками.

— У меня есть пустая бочка. — Заговорил машинист экскаватора, тронув Сансана за локоть. — Если вырезать верх и дно, то она вполне сгодится, как круглый щит.

— Тащи! — Сансан согласно кивнул головой.

Машинист тронул рукой одного из рабочих и они ушли. Вскоре раздались высокотональные звуки работающего инструмента и через какое-то время машинист и техник вернулись, неся в руках цилиндрическую трубу длиной порядка метра. Привязав к ней верёвку, трубу опустили вниз и Сиси с помощью Ивора принялись вдавливать её в песок, выбрасывая его из середины. Зашедшая в песок на две трети своей длины труба, вдруг, остановилась. Было понятно, что она уперлась во что-то твёрдое. Сиси принялись лихорадочно выбрасывать из неё песок.

— Есть! — Раздался крик одного из них.

Все, стоящие наверху перевесились через щиты, пытаясь заглянуть внутрь трубы, чтобы увидеть, что же там "есть", но в трубе было темно, да и заглядывающие в неё археологи мешали видеть.

— Что там? — Прокричал кто-то самый нетерпеливый.

— Здесь что-то очень острое. — Заговорил один из Сиси, выпрямляясь и поднимая голову. Похожее на огромный нож, лежащий лезвием вверх.

— На нём должен быть след от ротора. — Прокричал машинист экскаватора.

— Лезвие, скорее всего чёрного цвета. Выглядит идеально. Никаких следов. — Прокричал в ответ Сиси.

Машинист, сорвавшись с места, убежал. Сансан и Валио переглянувшись, пожали плечами.

Буквально через минуту машинист вернулся.

— Одна лопатка ротора перерезана почти пополам. — Заговорил он, шумно дыша. — Ну и силища. — Он наклонился к котловану. — Неужели никакого следа?

— Абсолютно. — Пришёл ответ снизу.

— Ивор, что показывает анализатор? — Поинтересовался Сансан.

— Ничего не показывает. — Ивор развёл руками. — Он не видит лезвие.

— На первый взгляд: такой же метал, как и наконечники стрел люпий. — Заговорил Стен. — Лезвие немного шире диаметра бочки. Можно сплющить её и выгрести песок вокруг лезвия, и попробовать вытащить его из песка.

— Я бы ничего не тащил. — Заговорил Валио, поворачиваясь к Сансану. — Нужно сообщить Ирне. Может здесь и есть то... — Он ткнул рукой в котлован. — Что она ищет там. — Валио махнул рукой в сторону.

— Оставьте всё, как есть. — Произнёс Сансан и достав спейс, нажал несколько клавиш.

Прошло немало мгновений, прежде, чем во вспыхнувшей голограмме появилось лицо Ирны. В её глазах застыла тревога.

— Что произошло? — Едва слышно произнесла она. — С кем?

— Все целы. — Сансан дёрнул щекой, показывая недовольство. — Где щиты? Забыла?

— Транспортёр уже уходит. — В голосе Ирны скользнули нотки некоторой лести, будто она извинялась за задержку. — Через час они будут у вас.

— Советую тебе вернуться. Мы добрались до этого. Думаю тебе это будет интересно. Возможно оно принадлежало таркам.

— Т-т-таркам... — Брови Ирны выгнулись высокими дугами. — Я выхожу.

Голограмма погасла.

— Сейчас примчится. — С широкой улыбкой заговорил Сансан, пряча спейс в карман. — Слово тарк на её действует магически.

— А если это действительно оставили тарки? — Произнёс Валио.

— Тогда завтра весь институт будет здесь, а мы отправимся по домам. — Губы Сансана вытянулись в жалкой усмешке. — Мы свою работу выполнили. Песок, теперь, не техники экскаватором, а студенты руками будут разгребать.

— Скажешь тоже. — Валио покрутил головой. — Это же мы нашли и можем предъявить права на эту находку. А уж ты, однозначно.

— Не городи чепухи. — Сансан махнул рукой. — Получишь... — Он громко хмыкнул. — Отдельную кровать в доме умалишённых. Всем отдых! — Громко заговорил он. — Через час придёт транспортёр со щитами, тогда и продолжим.

— Мы ещё покопаемся. — Донёсся из котлована голос одного из Сиси.

— Нет! — Сансан категорично махнул рукой. — Вытащите их! — Повернувшись в сторону техников, он махнул рукой снизу вверх.

Привязанные к Сиси верёвки натянулись и те, нехотя направились к верёвочной лестнице.

Так как солнце уже вышло из-за горизонта, то археологи нашли себе место в тени машин и почти все, кроме Сиси, тут же уснули. Взбудораженные увиденным, друзья уснуть не могли.

— Все спят. Полезли. — Шепотом произнёс Стен, приблизив свою голову к голове Стива.

— Сансан проснётся — отправит отсюда, восвояси. — Ответил Стив.

— Мы недолго. Полчасика поковыряемся. — С жаром шептал Стен.

— У нас же ничего нет. — Стив состроил гримасу.

— Мы сомнём бочку, как я и предлагал. Она не намного уже ножа. Может он не широкий и удастся вытащить его. — Стен толкнул Стива в спину. — Полезли!

Стив, изобразив на лице мину страдания, поднялся и глубоко вздохнув, направился к верёвочной лестнице.

Спустившись вниз, техники выдернули цилиндр бочки из песка и сдавив его до ширины ножа, принялись заглублять в песок уже не круглую, а овальную конструкцию. Так как теперь овал был значительно уже прежнего круга, то и работать внутри него было труднее и работа продвигалась медленнее. Но даже когда они углубили бочку на всю её длину, то и тогда края ножа достичь им не удалось, который торчал из песка почти на половину длины бочки. Всё же желая добраться до его края, Стен решил влезть внутрь бочки, но во время протискивания, его рука, неловко, скользнула по лезвию. Он громко вскрикнул — в темное лезвие ударила красная струя. Стив, с расширенными от ужаса глазами смотрел, как лезвие окрашивается в красный цвет. Стен обмяк и его тело неуклюже сползло внутрь бочки. Стив заорал.

Прошло несколько мгновений. Получив толчок, орущий Стив отлетел в сторону. Кто-то огромный наклонился над бочкой и уже через мгновение тело Стена оказалось на дне котлована.

— Верёвку! Скорее! — Раздался зычный голос Ивора.

К его ногам тут же упал конец верёвки. Обвязав верёвкой безвольное тело Стена, Ивор взмахнул рукой.

— Тащите!

Тело Стена поползло по стенке котлована вверх. Вниз потекла яркая красная струя. Ивор повернулся к Стиву.

— Цел? — Он вопросительно взмахнул подбородком.

— Ц-це-ел-л. — Прошелестели побелевшие губы Стива.

— Что произошло?

— Р-ру-к-ка. — Стив провёл пальцами правой руки, по ладони левой.

— Проклятье!

Ивор шагнул к бочке и наклонился над ней. Затем лег на живот и протянул внутрь руку. Поднявшись, он протянул Стиву отрезанную часть ладони друга, которую держал за палец.

— Держи! На память!

Глаза Стива закатились и он рухнул Ивору под ноги.

— Ещё верёвку! — Уже со смехом прокричал Ивор.

К его ногам опять упал конец верёвки. Сунув обрезок руки Стиву в карман курточки, Ивор обвязал верёвкой бесчувственное тело будущего археолога и взмахнул рукой.

— Пошёл!

Тело Стива, скользнув по песку, поползло вверх по пластиковой стене котлована.

Поднятому наверх Стену, Валий наложил жгут на руку. Сансан вновь связался с Ирной.

— Вызови коптер. Один из Сиси отрезал себе найденным ножом пол-ладони. — С усмешкой на губах произнёс он.

— Вы что там, с ума посходили! — Прокричала Ирна.

— Приедешь, узнаешь. И поскорее.

— Максимум, полчаса вы можете потерпеть?

— Попытаемся.

Сансан отключил сканер связи и сунув его в карман, обвёл хмурым взглядом всех стоящих перед ним.

— Все работы прекратить. Ещё кто-то сунется в котлован, сам на нож посажу. — Он остановил свой взгляд на Валио. — Не пришли ещё в себя? — Поинтересовался он.

Валий молча покрутил головой.

— Жалко парня. — Произнёс один из археологов. — Трудно будет без руки.

Валий оглянулся на говорящего.

— Почему без руки. Пришьют, без проблем. — Он перевёл взгляд на Сансана. — Надо бы найти её и поместить в термос.

— Она у него в кармане. — Ивор ткнул рукой в сторону лежащего без сознания Стива.

— Так это твоя проделка. — В голосе Сансана скользнули нотки злобы. — Не можешь без приключений.

— Я всего лишь подал ему руку друга. — Подняв плечи, Ивор развёл руками, затем шагнул к Стиву, наклонился, сунул руку ему в карман и выпрямившись протянул Сансану окровавленный обрубок. — Может и ты туда же? — Его губы вытянулись в широкой усмешке.

— Нашёл, чем шутить. — Протянув руку, Валий забрал обрубок и ушёл.

Остальные расселись в тени машин и принялись за обсуждение произошедшего события. Сансан подошёл к Стиву и наклонившись, ткнул рукой ему в грудь — техник шевельнулся и резко сев, закрутил головой. Увидев рядом лежащего друга, вскочил и сделал несколько поспешных шагов от него.

— Сейчас придёт коптер. Захочешь, пойдёшь с ним. Что у вас произошло внизу? — Поинтересовался Сансан.

— Мы хотели добраться до края ножа. Стен полез в бочку и задел нож рукой. — Виноватым голосом произнёс Стив.

— Я же приказал отдыхать.

— Интересно было. — У Стива было такое лицо, будто он хотел расплакаться.

— Идиоты! — Махнув рукой, Сансан направился к вылезшему из шнекохода Валио.

— В термос для тоников засунул. — Отчитался Валио, едва Сансан оказался около него. — Надеюсь обойдётся.

— Узнает Горов, точно, отправит отсюда. — С грустью в голосе заговорил Сансан, садясь в тень шнекохода. — Итак злой, а тут ещё это. Служба безопасности теперь задолбает. — Он с маской сожаления на лице, покрутил головой.

— Ирна вступится. — Произнёс Валио, присаживаясь рядом.

— Если Горов саму не отправит прочь.

— Что за пессимизм? Не похоже на тебя.

— Сам не знаю. — Сансан кисло улыбнулся. — Какая-то полоса проблем. Может самому смыться.

— Не хандри!

Больше ничего не сказав, Сансан откинулся на корпус шнекохода и прикрыл глаза. Через несколько мгновений его голова склонилась на бок.

***

Транспортёр с Ирной и коптер прибыли к котловану одновременно. Так и не пришедшего в себя Стена погрузили в коптер и подняв тучу песка, тот ушёл. Стив не пошёл с другом, но о произошедшем оповестил его родителей. Ирна была зла и резко отчитала Сансана за расхлябанность и разгильдяйство, на что тот обозлился и молча махнув обеими руками, полез в котлован, стараясь оказаться от неё подальше, где это было здесь возможно. С Ирной пришли ещё пятеро рабочих. Они принялись натягивать над котлованом тент, так как солнце уже пекло нещадно.

Теперь работали, в основном, молча. С одной стороны работа шла быстрее, но напряжённость довлела и потому чаще совершались несуразные ошибки, которые вместо улыбок, вызывали ещё большее раздражение. Наконец песок был выбран до нижнего края бочки и её убрали. Кровь Стена отёрли и перед археологами предстало великолепие торчащего из песка чёрного остро заточенного предмета. Одна вертикальная сторона предмета была прямой и тупой, другая же овальной и такой же острой, как и его горизонтальная часть. Все, по очереди слазили вниз и выражая своё восхищение, потрогали предмет.

Не была исключением и Ирна. Она даже пыталась, с помощью спектрального анализатора, узнать состав материала ножа, но мощная разрядная дуга анализатора лишь скользила по предмету, не нанося ему совершенно никакого повреждения и не выбивая из него ни единой молекулы. Ирна была в полном недоумении, так как до сих пор, дуга такой мощности испаряла любой известный ей минерал и со спектральным анализом у неё никогда проблем не было.

— Ничего не понимаю. — Крутя головой, заговорила она, выбравшись из котлована и повернувшись к подошедшим археологам. — Не верится, что дуга, почти, в четыре тысячи градусов, не в состоянии выбить из него ни одной молекулы. Нонсенс. Это, однозначно, не метеорит.

— А он может принадлежать таркам? — Поинтересовался Валио.

— С наконечников стрел и копий тарков, хотя и на большой мощности, но спектральный анализ берётся. — Ответила Ирна.

— Если он разрезал ротор, как масло, то чему удивляться. — Произнёс машинист экскаватора.

— Достаточно гадать. — Заговорил Ивор. — Копаем дальше. — Отвернувшись, он шагнул к котловану и полез по верёвочной лестнице вниз.

Прошли ещё пара часов напряжённого труда, по ручной выемке песка из котлована, прежде, чем форма лезвия начала меняться, оно начало утолщаться по кривой во все стороны. Сошла на нет его передняя острая кромка. Начал меняться и его цвет — оно стало светлеть.

Наступил полдень. Работы были приостановлены и все с удовольствием разлеглись в тени машин и занялись утолением голода. Вниз спустились Ирна со спектрометром и Ивор с анализатором. Сансан и Валио расположились вверху, на краю котлована, глубина которого уже приближалась к пятнадцатиметровой отметке.

— Ещё около метра до чего-то. — Заговорил Ивор, водя анализатором вокруг лезвия. — Возможно, это то, к чему лезвие крепится.

Ирна поднесла спектрометр к посветлевшей части лезвия. Блеснул яркий голубой разряд. Ирна громко хмыкнула, затем отодвинула спектрометр от лезвия и провела по нему пальцем. Донеслось ещё одно её хмыканье. Она поднялась и подойдя к верёвочной лестнице, полезла наверх.

— И что заставило вас выразить своё негодование, госпожа учёный? — С улыбкой поинтересовался Валио, когда Ирна оказалась около них.

— Идентификации нет. — Ирна покрутила головой. — Это неизвестный нашей цивилизации материал.

— Его, наконец, удалось укусить? — Улыбка Валио стала шире.

— От такого разряда должен был остаться след, но я ничего не нашла. — Ирна дёрнула плечами. — Скорее всего удалось выбить лишь несколько микрочастиц.

— Значит копаем дальше. — Заговорил Сансан. — Скоро вечер. Опять ночь работать я не хочу. — Он оглянулся на сидящих археологов. — Хорош балдеть! Копаем!

Археологи зашумели и лениво поднявшись, медленно поплелись к котловану.

Прошёл ещё час сосредоточенной работы. Чувствовалась усталость и потому работали, в основном, молча. Лезвие становилось все толще и четверым в котловане становилось теснее. Наконец его изгиб сделался настолько пологим, что на нём уже пришлось стоять. Последние горсти песка были выбраны и перед взором археологов предстала серебристая площадка, с возвышающимся на ней почти на два метра обелиском лезвия.

Все сочли нужным спуститься вниз и поводить по лезвию руками. Оно было холодным. Хотя в котловане тоже было прохладно, но создавалось впечатление, будто лезвие охлаждается изнутри. Такой же холодной была и площадка, на которой оно стояло.

Ирна сделала спектральный анализ площадки. Спектрометру удалось выбить лишь несколько микрочастиц. И вновь материал прибору гиттской цивилизации оказался незнаком, но набор химических элементов, присутствующих в серебристой площадке, всё же, выдал. Выбравшись из котлована Ирна подошла к, стоящим кругом, археологам.

— Что дальше, госпожа начальник? — Заговорил Ивор. — Может пора лагерь сюда переносить. Однозначно — эта вещь не нашей цивилизации.

— И не тарков. — Добавил Валио.

— Ино-пла-не-тян. — Протянул с широкой усмешкой машинист экскаватора.

— Я сейчас доложу о находке и результате анализа начальнику экспедиции и как он скажет, так и сделаем. — Заговорила Ирна. — Скажет перенести сюда лагерь, будем перебазироваться; скажет нет — займёмся прежней работой.

— А котлован засыпем.— Пошутил один из археологов.

Смерив его строгим взглядом, Ирна достала спейс и нажала несколько клавиш на нём. Во вспыхнувшей над ним голограмме было сосредоточенное лицо Урана Горова, будто он ждал этого звонка.

Ирна вызывала коптер через профессора, но об истиной причине происшествия не сказала. Не сказала и о находке и сейчас её сердце сжималось в тревоге: как Горов отнесётся к её своеволию.

— Ещё раз здравствуйте, господин профессор. — Заговорила Ирна. — Я разрешила одной из бригад проверить некоторую догадку и она подтвердилась. Они обнаружили нечто, определённо, принадлежащее не нашей цивилизации.

— Что за нечто? — Брови Горова подпрыгнули чуть ли не до середины его лба.

— Что-то вроде огромного лезвия на постаменте.

— Где это?

— Километрах в двадцати пяти южнее лагеря.

— Это куда ты вчера отправила бригаду?

— Да, господин профессор.

— Обозначьте артефакт маяком. Я сейчас буду.

— Да господин профессор.

Голограмма погасла. Ирна убрала спейс в карман и обвела всех археологов усталым взглядом.

— До прихода профессора все отдыхают. Надеюсь, больше никто тайком копать не будет?

Рассмеявшись, археологи разошлись в тень машин.

***

Прошло не меньше часа томительного для Ирны ожидания, прежде, чем донёсся характерный тональный писк плазменного движителя и рядом с роторным экскаватором на песок опустился изящных обводов, но достаточно большой летательный аппарат красного цвета. Его двери скользнули вверх и из него вышли четверо мужчин. Все они были профессорами института археологии, но, кроме Горова, хорошо известен Ирне был лишь один из них. Двух других она знала лишь в лицо. Но насколько ей было известно — их не было в экспедиции Горова. У неё тут же появилась тревога, что приход сюда столь внушительного учёного десанта не случаен и что сейчас, здесь, могут произойти весьма значимые события в её жизни. Она подошла к ним.

— Здравствуйте, господа! — Произнесла Ирна, останавливаясь и медленно кивая головой.

— Здравствуйте, госпожа Шарова. — Произнёс Горов.

Остальные ответили ей лишь быстрым кивком головы.

— Что вы нашли? — Горов шагнул к Ирне и взяв её за локоть, придвинул своё лицо к её лицу. — Это члены научного совета института и прибыли к нам с инспекцией. — Шёпотом заговорил он. — Если они сочтут твою находку полезной, то можно ожидать дополнительного финансирования. Постарайся удивить их. — Он отстранился от Ирны. — Ваше сообщение вызвало достаточный интерес. — Перешёл он на громкий голос. — Показывайте свой артефакт. — Он отпустил локоть Ирны и сделал шаг в сторону.

— Прошу вас. — Ирна повернулась и вытянула руку в сторону котлована.

Прибывшие профессора повернули головы в ту сторону. Ирна опустила руку и направилась к котловану сама. У его края она остановилась и ткнула рукой вниз.

— Здесь!

Раздавшийся позади неё присвист, застал её врасплох и даже заставил вздрогнуть. Она оглянулась и насколько поняла, это сделал один из профессоров, так как его губы были сложены как-то неестественно.

Профессор был достаточно высок, тёмноволос, но с уже хорошо видными седеющими прожилками в волосах, моложав, по сравнению с остальными прибывшими профессорами, худощав и имел, правильные, даже красивые, для мужчины черты лица.

— Я хочу спуститься вниз. — Заговорил профессор, подтверждая вывод Ирны. — У вас есть какие-либо анализаторы?

— Это опасно, господин профессор.

— Я не ребёнок. — Профессор направился к верёвочной лестнице. — Так, анализатор есть? — Его голос прозвучал властно и грубо.

— Ивор, принеси анализатор и помоги профессору. — Ирна кивнула рукой в сторону стоящих позади профессоров археологов.

Не дожидаясь археолога, профессор начал спускаться по верёвочной лестнице. Делал он это весьма проворно и чувствовалось, что хорошо натренирован в этой процедуре.

Оказавшись внизу, профессор шагнул к лезвию и принялся трогать его руками. Вдруг, он ойкнул и замахал одной из рук. Затем достал из кармана салфетку и обмотал ею один из пальцев.

— Осторожно! — Прокричала Ирна. — Лезвие очень острое.

— Я уже убедился. — Пришёл ответ профессора.

— Это профессор Смолн. — Раздался позади Ирны голос Горова. — Заведует кафедрой геоанализа. Очень молод и весьма энергичен. Светило! Будущий академик.

Ирна оглянулась.

— Такое впечатление, что вы сватаете его мне, господин профессор. — Произнесла Ирна с лёгкой усмешкой.

— Он женат. — Прозвучал резкий ответ Горова.

Внутренне сжавшись, Ирна отвернулась. Она, вдруг, поняла, что своей фразой задела самолюбие Горова и это может иметь последствия для неё.

Ивор уже спустился в котлован и протягивал Смолну анализатор. Взяв прибор и поманипулировав с ним, профессор поднёс его к лезвию. Блеснул голубой разряд. Профессор долго смотрел на экран анализатора, затем поднёс его к другому месту лезвия. Вновь блеснул разряд, затем ещё в нескольких местах лезвия. Закончил он свои исследования серебристым постаментом. Затем поднял голову и махнул рукой.

— Господин Берст. Уверен — это по вашей кафедре. Спускайтесь сюда.

Позади Ирны раздалось шумное дыхание. Она оглянулась, в сторону верёвочной лестницы, переваливающейся походкой шёл, пожалуй, самый старый из прибывших профессоров. Насколько Ирна знала, в институте он заведовал кафедрой физики. Подойдя к спуску, он начал неуверенно хвататься за его поручни. Догадавшись, что этот профессор весьма боязлив, а возможно и никогда не лазил по верёвочным лестницам, Ирна покрутила головой и увидев Сансана, кивнула ему рукой.

— Сансан, помогите профессору.

Сансан и Валио подбежали к профессору и обмотали его верёвкой. Валио остался держать верёвку в руках, а Сансан помог профессору стать на первую ступеньку верёвочной лестницы. Берст начал медленно опускаться и казалось, прошла вечность, пока он оказался на серебристой поверхности. Ивор помог ему развернуться и подойти к лезвию. Смолн что-то начал говорить Берсту, регулярно тыча пальцем в экран анализатора. Старый профессор лишь кивал головой и лишь однажды, дотронулся пальцем до лезвия. Потом Смолн поднёс анализатор к лезвию и в котловане сверкнул ещё один яркий разряд. Смолн вновь принялся тыкать пальцем в экран анализатора. Покивав головой, Берст медленно повернулся и шагнул к верёвочной лестнице. Валио и Сансан активно помогали старому профессору. Выбравшись из котлована, Берст торопливо зашагал прочь, подальше от котлована, даже не дожидаясь, когда от него отвяжут верёвку и Сансан это сделал, когда он оказался около Горова. Выбрались из котлована и все остальные. Смолн отдал анализатор Ивору и пошёл к учёным. Ирна повернулась к ним. Остальные археологи, тоже, придвинулись поближе.

— А вы господин Горов, не желаете взглянуть, что там, внизу? — Поинтересовался Смолн.

— Я прекрасно вижу, что это не артефакт, которому тысяча лет и уж подавно, не десять тысяч. — Заговорил Горов. — И потому для меня он не представляет большого интереса.

— А вы? — Смолн повернул голову к последнему профессору, стоявшему даже с какой-то миной скуки на лице.

— Я согласен с господином Горовым. — Произнёс профессор, крутя головой.

— А что скажете вы, господин профессор? — Смолн повернул голову в сторону Берста.

— Однозначно, это нужно достать из песка и доставить в лабораторию. — Продолжая шумно дышать, ответил старый профессор.

— Мы пришли к согласию с господином Берстом, что этот предмет не может принадлежать ни к какой из наших цивилизаций, когда-либо обитавшей на Гитте. — Заговорил Смолн. — Профессор Горов прав: артефакт достаточно молод. Более того: он прибыл сюда из космоса. И не из ближнего, а очень далёкого, возможно пройдя путь в сотни световых лет.

— Вы намекаете, что это космический корабль? — Поинтересовался Сансан.

— Я говорю лишь о результатах сделанного анализа. — Смолн обернулся на Сансана и ткнул указательным пальцем в анализатор. — Материал, из которого сделан этот предмет не знаком анализатору, а значит и нашей цивилизации. Хотя анализатор и слабоват, но всё же его погрешность не столь велика, чтобы ему нельзя было доверять. В полученном спектре есть линии, которые имеют происхождение от ударов об этот предмет частиц очень высоких энергий, которые в наших лабораториях ещё не достижимы. И я подозреваю, что предмет побывал в каком-то космическом катаклизме. Надеюсь я понятно изложил свою версию? — Не удосужившись выслушать, уже открывшего рот Сансана, Смолн отвернулся.

— В таком случае, вам решать, что с ним делать. — Горов развёл руками. — Он лежит вне плоскости моей компетенции.

— Данной мне властью, я назначаю руководителем работ по извлечению артефакта из песка и доставки его в институт археологии, профессора Смолна. — Заговорил Берст. — Вся археологическая партия доцента Шаровой, с этого момента, передаётся в ваше распоряжение, господин Смолн.

— Но у меня нет техники для таких работ. — Состроив гримасу, Ирна подняла плечи и развела руками. — Всего лишь один роторный экскаватор и небольшая партия щитов, которые уже все задействованы здесь. Буровые машины навряд ли пригодны для карьерных работ.

— А у вас? — Поинтересовался Берст у Горова.

— У меня нет техники. — Горов покрутил головой. — Есть немного щитов. Как вернусь, сразу же отправлю сюда.

— В таком случае, я сегодня же закажу ещё три экскаватора и большие щиты. — Продолжил говорить Берст. — А вы начинайте работы теми механизмами, что есть, господин Смолн. И подготовьте буровые машины для транспортировки. Коптеры доставят сюда экскаваторы и заберут их. До начала аномалии, примерно, месяц. Это и есть ваше время. Будет жаль, если не уложитесь.

— Вы сворачиваете мою работу? — В голосе Ирны послышалось возмущение.

— К сожалению, госпожа Шарова. Если пожелаете, сами можете присоединиться к партии профессора Горова. — Берст перевёл взгляд на Горова.

— Надеюсь, мы сами решим этот вопрос, господин профессор. — Горов кивнул головой.

— Вот и хорошо. — Берст перевёл взгляд на Смолна. — Уже поздно. Нам пора в обратный путь. Но надеюсь завтра, господин Смолн вы вернётесь и продолжите работы.

— Я хотел бы остаться, господин Берст и продолжить работы немедленно. — Смолн повернулся к Горову. — Господин Горов, если вас не затруднит, переправьте сюда со щитами и мой саквояж.

— Непременно, господин Смолн. — Горов кивнул головой.

— Я рад, что все поняли друг друга. До свидания господа. — Берст повернулся к Горову. — Нам пора!

— Прошу, господин профессор. — Горов вытянул руку в сторону левета и дождавшись, когда Берст направится к летательному аппарату, пошел рядом с ним.

4

Профессор Смолн оказался достаточно энергичным человеком: отправив Ирну и часть рабочих сворачивать и перебазировать лагерь, с оставшимися занялся раскопками. Песок начал выбрасывать из определённой им зоны работ не только роторный экскаватор, но Смолн задействовал и шнекоходы — привязанными к ним щитами, они сгребали верхний слой песка. Работали, как и предыдущую ночь, отдыхая урывками и когда ранним утром на место работ прибыла вся партия Ирны, двухметровый слой песка, над находящемся в нём предмете, уже был сдвинут далеко в сторону. Восхищённая проделанной работой Ирна подошла к профессору.

— Даже не представляла, что за одну ночь можно сделать столько работы, господин Смолн. — Заговорила она. — Вернулись все и надеюсь, работа теперь пойдёт ещё быстрее.

— Должен вас огорчить госпожа Шарова. — Смолн широко улыбнувшись, развёл руками. — Мы выполнили самую лёгкую часть работы. Дальше будет сложнее. К сожалению щитов, больше нет и укреплять склоны котлована нечем. Хорошо, что господин Горов выполнил своё обещание и в полночь от него прибыл транспортёр со щитами.

— Но насколько я вижу, очищенная площадь гораздо больше, того, что находится в песке. — Заговорила Ирна, разведя руками. — Если её сжать, то щитов хватит ещё на один ряд.

— Мне рассказали историю с отрезанной ладонью и потому я решил увеличить площадь раскопок. — Смолн широко улыбнулся. — Вдруг какое-то лезвие будет торчать в бок.

Ирна, восприняв эту шутку, как укол в свой адрес, плотно сжала губы и сделалась серьёзной. Видимо поняв, что задел её самолюбие, Смолн тоже посерьёзнел.

— Госпожа Шарова. — Заговорил он. — Я не против, если вы останетесь здесь, но так же и не против, если уйдёте к Горову. Уверен, там для вас более интересная работа. И даже не против если вы с частью археологов продолжите свои работы. Но только не более двух бригад с буровыми машинами. Я мотивирую их задержку, надобностью.

— Спасибо, господин профессор. — Ирна кивнула головой. — Я могу подумать?

— Сколько угодно, госпожа Шарова.

Отвернувшись друг от друга, они пошли в разные стороны...

А она и в самом деле ещё та штучка. Колючая будто остин. Поневоле поверишь слухам. Размышлял Смолн, шагая к котловану. Навряд ли мы сработаемся. К тому же, как сказал Горов, здесь её поклонник. Конечно, можно отправить их обоих отсюда своей волей, но как бы это решение не вышло мне боком — всё же это она нашла это и имеет все права первооткрывателя и может продолжить раскопки. Да и Горову это может не понравится, а он в хороших отношениях с Берстом. Проклятье! Пусть делает, что хочет, лишь бы не слишком мешала. Смолн механически махнул рукой...

Гонора выше макушки. Размышляла Ирна, шагая к отдыхающей под навесом группе археологов, среди которых был и Сансан. Не успел появиться, а уже себе находку присвоил. Как ты будешь оправдываться, когда журналисты узнают истину? Может плюнуть на всё и уйти отсюда? Чтобы там ни было, мне это неинтересно. Упомянут — хорошо, нет — и не надо. А как же Сансан? В принципе — это ведь он предсказал, что здесь что-то есть и право первооткрывателя, несомненно, принадлежит ему. Сможет ли он противостоять Смолну? Но он ведь был не один: Валио, Ивор, Сиси. Нужно, обязательно, поинтересоваться, как там Стен. Кому поверят журналисты: профессору или простым археологам? Нет, непременно, нужно остаться здесь и увидеть, что это в полном обличии. Если это действительно нечто, то нужно бороться за права Сансана и его группы; если действительно брошенная некогда установка по переработке льда, тогда может и нет смысла, что-то доказывать...

Зайдя под тент, Ирна уселась на один из свободных стульчиков, стоящих под ним.

— Что-то случилось? — Сансан, повернувшись к ней, вопросительно взмахнул подбородком.

— Что ты имеешь ввиду? — Ирна вскинула брови.

— Уж слишком вид у тебя грустный. Того и гляди, слёзы брызнут.

— Я бы посмотрела на тебя, когда бы у тебя всё отобрали?

— Смолн вроде ничего мужик. Как трактор пахал всю ночь с нами.

— А я не пахала прошлую ночь? — Голос Ирны прозвучал резко и даже грубо.

— Пахала. Ничего не скажешь. — Сансан дёрнул плечами. — Но ты женщина и мы тебя оберегали. А он, будто такой же как и мы.

— Дурак! — Ирна вскочила и пошла прочь.

Под тентом раздался сдавленный смех. Сансан поднялся и обведя всех растерянным взглядом, побежал догонять Ирну.

— Ирн! — Догнавший Ирну Сансан взял её за локоть, останавливая. — Ты что, обиделась?

— Нет! — Выдернув локоть из руки Сансана, Ирна продолжила свой, непонятно куда, путь.

***

За прошедший день котлован углубился ещё на метр и дальше работы, из-за отсутствия щитов, остановились. Профессор Смолн несколько раз связывался с Берстом, но тот отвечал лишь одно.

— Ждите!

Ещё день какие-то работы велись, а на третий — замерли.

Утром пришёл Горов на левете. Посетовав, что помочь бессилен, он сказал Ирне, что пришёл за ней, чтобы забрать её в свою партию, но Ирна, сославшись, что здесь ей очень интересно, отказалась. В недоумении дёрнув плечами, Горов ушёл. Забравшись в свою палатку, Ирна, вдруг, разревелась и уснула.

Проснулась она лишь к полудню. Приведя себя в порядок, она выбралась наружу. Было жарко. Никого нигде видно не было: лишь на краю котлована стоял одиноко профессор Смолн, смотря в котлован, да вдали работал роторный экскаватор, подальше отбрасывая от котлована вынутый из него песок. Смолн начал поворачиваться. Боясь, что он её увидит и затеет расспросы, Ирна нырнула в палатку. Усевшись на стульчик, она принялась размышлять, что ей делать. Вдруг полог откинулся и в палатку вошла врач её партии. Ирна уставилась в неё недоумённым взглядом.

— Что-то ты, госпожа Шарова совсем расклеились. — Заговорила врач, усаживаясь на свободный стульчик. — Я заглянула раз, мне показалось, что ты плачешь. Решила не мешать. Подумала: выплачется, станет легче. Женщинам это часто помогает. Заглянула ещё раз — ты спишь. А сейчас вижу — выбралась наружу и вновь спряталась. Что с тобой? Ты расстроилась, что Берст свернул твои работы?

— Всего понемногу. — Ирна постаралась улыбнуться, но улыбка у неё получилась какой-то неестественной, вымученной. — Как-то накопилось, вот и не сдержалась. Но уже всё прошло. Ты права, мне это помогло.

— Насколько я слышала, Берст обещал, что техника будет здесь завтра. Все женщины решили уйти отсюда с коптерами. Смолн не против, но меня не отпустил. Мне он тоже не нравится: не профессор, а непонятно кто. Мужик!

— А кому он ещё не нравится? — Ирна решила схитрить и пока не высказывать своё впечатление о профессоре.

— Всем женщинам. Надеюсь, тебе тоже?

— Мне он ничего плохого, пока, не сделал. — Состроив гримасу, Ирна дёрнула плечами.

— Как ничего? — В голосе врача послышалось возмущение. — Он же теперь здесь руководит.

— Это не его прихоть, а Берста.

— Хм-м! — Врач поднялась. — Так ты уходишь со всеми?

— Нет! — Ирна мотнула головой.

— Как знаешь.

Врач ушла. Ирна, практически, весь оставшийся день просидела в палатке, просматривая свои записи в электронном ежедневнике, лишь изредка выходя наружу, чтобы привести в чувство затекшие ноги. Один раз в палатку заглянул Сансан, но она его прогнала, даже не позволив войти. Ночь прошла для Ирны спокойно — она, видимо, утомлённая нервным напряжением, проспала её всю. Разбудил её громкий гул. Быстро приведя себя в порядок, она вышла из палатки: поодаль, поднимая тучи песка, опускались три коптера. Весь лагерь, двинулся к ним.

— Госпожа Шарова!

Раздался за спиной Ирны голос, в котором она узнала Смолна и который заставил её вздрогнуть. Она оглянулась. Её, действительно, догонял профессор. Она остановилась и повернулась к нему. Смолн стал напротив неё.

— Извините, госпожа Шарова! Не подумал, что доставлю вам неприятное ощущение. — Он широко улыбнулся. — У меня появилась проблема и я прошу вашей помощи в её разрешении.

Ирна вскинула брови.

— Дело в том, что все женщины вашей партии решили покинуть лагерь. Я дал всем своё согласие, кроме врача. Сами понимаете...

Ирна молча кивнула головой.

— А сегодня я, вдруг, осознал, а кто же будет ухаживать за мужчинами в лагере: готовить еду, заниматься другими бытовыми проблемами? Ведь здесь работ не на один день. Может быть вы возьмётесь решить эту проблему?

— Готовить? — Ирна состроила гримасу крайнего удивления.

— Уговорить кого-то из женщин остаться. А если вы не против занять должность моего помощника по решению бытовых проблем, я вам буду, весьма, благодарен.

— У меня был помощник по бытовым вопросам. Предложите ему. Я же археолог.

— Я не знаю, кто это. — Смолн, мотнул головой. — Да меня это и не интересует. Пожалуйста, госпожа Шарова.

— Я поговорю. — Повернувшись, Ирна продолжила свой путь к, уже совершившим посадку, коптерам...

Смолн был недоволен. Коптеры доставили всего два роторных экскаватора и щиты. Прибывшие экскаваторы оказались больше того, что был на раскопках и Смолн попросил пилотов одного из коптеров опустить их в карьер. Выполнив его просьбу и забрав буровые машины, одну Смолн всё же оставил и шесть из восьми женщин, двум Ирна, буквально, приказала остаться, коптеры ушли.

Работы возобновились и теперь шли и днём и ночью. Один экскаватор работал по углублению котлована, выбрасывая песок в его середину; второй выбрасывал песок из котлована, а третий, самый маленький, уже отбрасывал его от котлована подальше.

Прибывшие экскаваторы были очень производительные и уже на третий день работ углубились на двенадцать метров, до вершины лезвия, которое вновь оказалось засыпанным, когда убрали щиты из изначального котлована. Середину котлована Смолн теперь приказал расчищать с помощью прицепленных к двум транспортёрам щитов. Экскаваторы ходили теперь лишь по периметру котлована, куда сгребался песок с середины котлована. Хотя теперь работали, практически все, интерес подстёгивал, но работа заметно замедлилась. Лезвие росло. Но щиты заканчивались и Смолн требовал от Берста новых, но тот отделывался лишь обещаниями. Последний щит был установлен в тот момент, когда из песка появился темный овал и вовсе не рядом с лезвием, а почти на противоположной стороне котлована.

Профессор приказал уйти транспортёрам к периметру, а дальнейшие раскопки вести лишь вручную. Работы ещё больше замедлились. Песок вручную сгребали к периметру, откуда его наверх выбрасывали экскаваторы.

Овал постепенно увеличивался в размерах, расползаясь во все стороны. Наконец он перешёл в горизонтальную часть и теперь площадка на которой стояло лезвие и площадка овала представляли собой почти единое поле серебристого цвета, почти сто метровой длины и пятиметровой ширины и лишь в трети этого поля ещё находился песок, создавая впечатление, что оно состоит из двух частей, хотя анализатор отмечал, что под песком тоже есть поверхность примерно на метровой глубине. В пяти метрах от лезвия поверхность была несколько покорёжена, создавая впечатление, что здесь была большая дыра, которую зашили подходящим листом такого же материала, из которого состояло и всё серебристое поле. По крайней мере спектрометр показывал на схожесть их структур. В нескольких местах анализатор отмечал нарушение целостности поверхности предмета в форме кругов. Скорее всего, это были какие-то люки, но они так идеально были подогнаны к поверхности, что совершенно не определялись ни на взгляд, ни на ощупь. Но как бы не велико было желание узнать, что дальше скрывает песок, Смолн всё же остановил все работы, так как песок активно сыпался из под щитов и была опасность ослабления жесткости щитовой конструкции и её обрушения.

Все археологи собрались вокруг выбравшегося из котлована профессора.

— Вы, наверное, ждёте моей версии? — Заговорил Смолн, скользя взглядом по лицам археологов. — Но вы же сами прекрасно всё видите. Если судить по лезвию — это, весьма, напоминает аэрожир. Предположение о его инопланетном происхождении сохраняется. Однозначно, он побывал в больших передках, так как поверхность не идеальна. Я не хочу пускаться в рассуждения. Завтра придут щиты и всё узнаем. Всем отдых. Я запрещаю опускаться в котлован. Нарушители будут незамедлительно отправлены отсюда восвояси. Буду рад, если вы организуете что-то, похожее на весёлую вечеринку. У меня всё.

Переговариваясь, археологи разбрелись по своим палаткам. Сансан и ещё несколько человек отцепили от шнекохода буровую площадку и водрузили на неё несколько дополнительных прожекторов, так же, как это делалось в прежнем лагере.

Вечером, когда зажгли прожектора, на импровизированной танцплощадке, действительно, собрались все занятые на раскопках и веселье затянулось далеко за полночь. Смолн веселился наравне со всеми. Четыре женщины были нарасхват и им пришлось вертеться, буквально, волчками. Разошлись все весёлыми и довольными.

Но Сансан ни разу не потанцевал с Ирной. С того момента, как она не пустила его в свою палатку, он больше не подходил к ней. Все эти дни она была чрезвычайно занята: как она ни противилась, но ей всё же пришлось помогать двум оставленным ею женщинам и она потеряла Сансана из вида. И сейчас, шагая к своей палатке в окружении Смолна и врача, Ирна, вдруг, осознала этот факт и теперь пыталась его осмыслить.

Неужели он ничего не понимает? Размышляла она, совершенно безучастная в разговоре профессора и врача и на их обращения к себе, лишь молча кивая головой, чаще невпопад, вызывая их смех, но никак не реагируя на него. Мне же тогда было очень плохо. Я совершенно никого не хотела видеть. Ну и что, что прогнала? Не на всегда же? И что, мне теперь самой идти с повинной? Не слишком ли он себя возомнил? Я уже столько раз была первой, могу и подождать.

— Ирна! Ирна! — Донеслось до неё.

Выйдя из размышлений, Ирна покрутила головой и осознала, что стоит у входа в свою палатку. Она оглянулась: с улыбкой во всё лицо, за ней стояли профессор и врач.

— Да что с тобой? Что за печаль? — Заговорила врач. — Куда ты торопишься? Какой прекрасный вечер. Мы хотим ещё погулять.

— Я, нет! — Ирна мотнула головой. — Н-нет! Извините! — Откинув полог, она нырнула в свою палатку.

А они стали, весьма, дружны. Как она изменила своё отношение к профессору. А как была нетерпима. А теперь не отходит от него ни на минуту. Ну и ну! Всплыли у Ирны мысли, когда она улеглась на своё импровизированное ложе. Кроме меня, это ещё кто-то заметил? Она широко зевнула и провалилась в пустоту.

***

Коптер со щитами прибыл только к полудню. Смолн изнервничался, то и дело связываясь: по-началу с Берстом; затем с военной базой, с которой должен был отправиться коптер и старт которого, без объяснений военных, задерживался, а затем уже с пилотами самого коптера, которые почему-то направились к захоронению люпий, где работала партия Горова и уже после согласования с командованием военной базы, изменили курс.

Археологи же, растянувшись в тени машин и навесов, обсуждали причину ночного визита странного старика в балахине люпий. С одной стороны несколько человек утверждали, что его видели, но конкретно показать место, где они встретились с ним, были не в состоянии, будто у всех их образовался какой-то провал в памяти на пространственную ориентацию.

Ирна сидела под навесом в обществе врача, которая без умолку о чём-то говорила, думая о своём. Периодически под навес приходил Смолн, но едва присев на стульчик, тут же вскакивал и хватаясь за спейс, убегал. На посещение лагеря стариком он никак не отреагировал и даже отмахнулся, лишь бросив в сторону Ирны.

— Госпожа Шарова, разберитесь, пожалуйста.

Выслушав несколько противоречивых объяснений археологов, Ирна, уяснив, что никакой цельной картины составить не возможно, решила, что угрозы лагерю визит старика не представляет и потому не стоит ему уделять дальнейшего внимания, расположилась под навесом, где и окунулась с головой в свои размышления.

Вернули её в реальность громкие крики археологов. Она поднялась и покрутила головой — врача под навесом уже не было; археологи, дружной толпой, двигались в сторону огромной песчаной тучи, волчком вертящейся вдали. Только сейчас до неё донёсся мощный гул работающих двигателей. Это не был привычный гул коптера, высокий, закладывающий уши, а какой-то глухой, нерезкий, но в тоже время заставляющий дрожать всё, чего он касался. Дрожал и песок, на котором она стояла. Ирна направилась вслед за археологами.

Когда она подошла к месту событий, туча песка уже улеглась, а на песке стоял огромный четырёхвинтовой коптер из которого выпрыгивали люди в чёрном, с оружием на шее и становились в ряд перед ним. Их было не менее двух десятков. Никто из археологов близко к коптеру не подошёл, что удивило Ирну. От выстроенной шеренги, в сторону археологов, направился один из людей в чёрном. От толпы археологов, в его сторону, направился Смолн. Встретившись, они о чём-то долго говорили, затем развернувшись, каждый пошёл назад. Вернувшегося профессора, тут же окружили археологи.

— Я доложил утром господину Берсту о появлении мистического старика и он попросил военных организовать охрану лагеря. Из-за чего, собственно и произошла задержка. — Заговорил Смолн. — Десантники будут стоять отдельным лагерем и в наши дела вмешиваться не будут. Единственное, что они сделают — выгрузят щиты и доставят их к котловану. Их командир попросил, чтобы мы не мешали им с разгрузкой и не лезли ни в коптер, ни в их лагерь. Надеюсь, вы будете благоразумны Я попросил, чтобы они начали разгрузку незамедлительно, а уже затем обустраивали свой лагерь. Командир обещал выполнить мою просьбу. Это всё. Возвращаемся в лагерь и ждём первые щиты.

Смолн шагнул в сторону своего лагеря. Археологи расступились, пропуская его и потянулись следом.

Командир, действительно выполнил просьбу профессора и ещё археологи не дошли до своего лагеря, как их обогнал низкий приземистый транспортёр, везущий партию щитов. Археологи заторопились за ним.

Десантники оказались высокими, поджарыми, молодыми людьми, одетыми во всё чёрное, с эмблемой белой молнии на рукаве. Работали они очень споро и несмотря на жару никто из них не снял ни единого атрибута своей одежды и даже ни у кого из них не было замечено и капли пота на лице. У них оказалось два транспортёра и гора щитов рядом с котлованом быстро росла, но они всё появлялись и появлялись из чрева коптера и казалось им не будет конца. Закончились они, когда солнце склонилось уже к горизонту.

Археологам до темноты удалось углубиться меньше, чем на метр, но Смолн приказал не останавливать работы и копать круглосуточно. Приближался сезон аномальной погоды, до которого оставалось уже меньше месяца и хотя, по полученным наблюдениям прошлых лет, до района котлована аномальная погода могла и не добраться, но дожди здесь ожидались обильные и продолжительные и могли нанести раскопкам много вреда, чего Смолн не хотел и потому торопил археологов.

Как только стемнело десантники, на расстоянии полусотни метров, кольцом окружили котлован. Первые часы археологи подсмеивались над этим непривычным для себя окружением, но вскоре приняли, как должное и даже начали работать более уверенно, так как теперь не приходилось постоянно оглядываться, опасаясь появления странного старика или ещё хуже — хорра.

Где-то в полночь среди десантников началась беготня. Мимо котлована промчались транспортёры. Один из них скрылся в темноте, другой остановился рядом с котлованом, но никто из него не появлялся. Смолн, в сопровождении двух вооруженных археологов направился к транспортёру, но выскочивший из транспортёра военный побежал к ним навстречу. Это оказался командир отряда.

— Мы договорились, что не будем вмешиваться в дела друг друга. — Произнёс он, останавливаясь напротив профессора.

— Я подумал, что вам, возможно, нужна медицинская помощь, а в лагере есть хороший врач. — Ответил Смолн. — По ночам здесь шастают эти ужасные твари...

— У нас есть прекрасный реаниматор, господин учёный. — Заговорил командир, не дав договорить профессору. — Прошу вас вернуться в свой лагерь.

— Как пожелаете.

Дёрнув плечами, Смолн и его спутники вернулись в лагерь археологов...

За ночь работ археологи углубились в песок ещё на два метра. Так как предмет рос в размерах, всё больше принимая очертания аэрожира и занимал всё большую площадь в котловане, то песка теперь приходилось вынимать меньше, что ускоряло работу, но за полночь начала сказываться усталость и Смолн, на пару часов, приостановил работы, которые возобновились, едва забрезжил рассвет. Когда достаточно рассвело, стало возможным в полной мере оценить уже хорошо обозначившийся, однозначно, летательный аппарат. А что это был летательный аппарат, не принадлежащий цивилизации Гитты — уже ни у кого не вызывало сомнение.

Летательный аппарат представлял собой огромный, более, чем в сто пятьдесят метров длинны неправильный овал, серебристого цвета, с обрубленной, со стороны лезвия частью. Несомненно — это был хвост, так как из обрубленной части торчали раструбы, весьма похожие на раструбы реактивных двигателей: один раструб огромный овальный и два по бокам от него, большие круглые. Спектральный анализ продолжал упорно показывать, что летательный аппарат побывал в дальнем космосе. Да и видать судьба у него была непростая, так как во многих местах на корпусе просматривались неровности, напоминающие вмятины и большие тёмные пятна, будто следы от огня. Но что это мог быть за огонь, можно было лишь гадать ,так как высокотемпературная дуга спектрометра оставляла на корпусе, едва видимый серый след.

Утром к военным пришёл коптер. Явно, в него погрузили пару десантников, поддерживаемых своими товарищами. Коптер ушёл. В лагере зашушукались. Смолн опять направился к десантникам и вновь на полпути к лагерю, его остановил командир отряда.

— Мы встревожены. — Стараясь придать голосу нотки сердитости, заговорил Смолн. — Все тем и занимаются, что смотрят на ваш лагерь. Что у вас происходит? Вдруг это произойдёт и у нас? Это отвлекает нас от работы. Такая охрана нам не нужна. Ваша личная жизнь нас не интересует, но если вы не будете предоставлять информацию о происшествиях, я буду вынужден просить руководство, чтобы вас отозвали.

— Мы не знаем причины, но два десантника ночью были подвергнуты психотропной атаке. Они ничего не помнят и ничего сказать по этому поводу не могут. Я вызвал коптер и отправил их на базу. Это всё, что я могу сообщить.

— Странно! — Смолн дёрнул плечами. — В нашем лагере с подобным мы никогда не сталкивались. Хорр являются носителями психотропного поля, но, насколько известно, оно не такое мощное, чтобы нанести вред человеку. Мелких животных оно способно парализовать, но человека... — Он мотнул головой. — Никогда о подобном не слышал. Возможно ваши люди переутомились и поле хорр наложилось на их усталость?

— Это исключено, господин учёный. Десантники хорошо тренированы и им неведома усталость. Честь имею! — Командир резко кивнул головой.

— Что ж, спасибо за информацию. Мы будем иметь её ввиду.

Отвернувшись друг от друга, профессор и командир десантников направились в свои лагери.

Едва Смолн оказался на территории лагеря, как его окружили археологи.

— Ничего серьёзного. — Громко заговорил Смолн, крутя головой. — Два десантника переутомились и потеряли сознание. Скорее всего не выдержали зноя. Командир отправил их назад. Думаю, чтобы не позориться перед нами. Всего лишь.

Пересмеиваясь, археологи разошлись. Работа возобновилась.

Выбрав момент, когда Смолн остался один, к нему подошла Ирна.

— Я почему-то уверена, что вы не сказали всей правды о произошедшем с десантниками, господин профессор. — Произнесла она.

Погримасничав некоторое время, Смолн пересказал ей свой разговор с командиром, добавив.

— По пустяку, они бы не вызвали коптер. Тем более, по утверждению командира — у них прекрасный реаниматор. Как думаешь, может стоит прекратить ночные работы?

— А если это старик? — Вдруг произнесла Ирна.

— Ты хочешь сказать, что он является носителем такого мощного психотропного поля, что способен нанести ощутимый ущерб человеку. Но он же не раз был в твоём лагере и никто не жаловался на серьёзную потерю памяти.

— Потери были, но лишь связанные с контактами с ним. Возможно, военные оказали на него большее давление, за что и поплатились. — Ирна развела руками.

— В таком случае, нужно сказать всем археологам, чтобы избегали контактов с ним при встрече. Шляется и пусть шляется. Как я понимаю, вреда от него нет.

— Пока нет. — Лёгкая усмешка тронула губы Ирны.

— Не будем гиперболизировать ситуацию, госпожа Шарова. — Смолн перешёл на официальный тон. — Пожалуйста, найдите возможность передать археологам моё предостережение. И думаю, не стоит им говорить об истине произошедшего у военных.

— Это не украсит нас, господин профессор.

— Хотя бы, пока. — Смолн взял Ирну за предплечье. — Если подобное повторится, тогда и примем окончательное решение. Договорились, госпожа Шарова? — Легонько тряхнув Ирну, он опустил руку.

— Да, господин профессор. — Отвернувшись, Ирна направилась под навес, помогать женщинам готовить завтрак.

Работы уже с утра приобрели какой-то бурный характер. Заинтригованные непонятным объектом, практически, все археологи спустились в котлован и остервенело отбрасывали песок от корпуса летательного аппарата, который, буквально, рос на глазах.

Даже на обед никто не хотел идти и женщинам пришлось сделать бутерброды и насильно раздавать их в котловане.

К вечеру корпус летательного аппарата был, практически освобождён. Его вид восхищал всех, без исключения. Видимо поняв, что у археологов происходит что-то необычное, к котловану подошли десантники. Начался неконтролируемый процесс съёмки летательного аппарата и передачи изображения родственникам по мобильной связи. Смолн связался с Берстом и показал ему летательный аппарат. Берст, выразив своё восхищение, пообещал назавтра прибыть к раскопкам лично. Но уже скоро он сам связался со Смолном. Его вид был грозен.

— Я запрещаю какие бы то ни было съёмки аппарата и передачу информации кому бы то ни было Стерео уже захлёбывается от её обилия. — Буквально заорал он. — Все из котлована вон! Находка приобрела степень секретности. Где командир десантной группы? Предоставь возможность переговорить с ним.

Смолн направился к лагерю военных. Командир вышел ему навстречу. Профессор протянул ему свой спейс.

— С кем имею честь? — Берст подтвердил свой вопрос взмахом подбородка.

— Капитан Лооп. — Командир резко кивнул головой.

— Профессор Берст. — Назвал себя учёный. — Данной мне властью, я приказываю вам выгнать всех из котлована и никого близко к нему не подпускать. Любая съёмка объекта запрещается. Дополнительную информацию получите у своего командования. Выполняйте!

— Да, господин профессор. — Лооп кивнул головой.

Голограмма погасла. Состроив гримасу, капитан вернул спейс профессору.

— Извините, господин учёный. Я должен связаться с базой. — Повернувшись Лооп направился к своему лагерю.

Проводив его долгим взглядом, Смолн направился к своему лагерю, но не успел он ещё дойти до него, как позади раздался гул. Он оглянулся — от лагеря десантников, в сторону лагеря археологов, на полной скорости мчались транспортеры с военными. Остановившись, он дождался, когда транспортёры промчатся мимо него и медленно побрёл дальше, поняв, что дальнейшая судьба находки от него уже зависеть не будет. Когда он вернулся в лагерь, его, в очередной раз, окружили возмущённые археологи.

— К сожалению, дальнейшая судьба этого летательного аппарата от нас уже не зависит. — Заговорил Смолн, крутя головой. — Что будет дальше, я не знаю, но надеюсь завтра ситуация прояснится. Рекомендую к котловану не подходить. Военным приказано никого туда не пускать и всех любопытных отгонять силой. Думаю, они церемониться не будут. Отдыхайте. Если есть желание, устройте вечеринку.

Археологи разошлись. Вечеринки не было.

5

Едва забрезжил рассвет, воздух наполнился гулом винтокрылых машин. Первыми прибыли четыре таких же огромных коптера, как и тот, что привёз десантников. Из них начали выпрыгивать военные. Казалось им не было конца. Они всё выпрыгивали и выпрыгивали из летательных аппаратов и разбегаясь по сторонам окружали лагерь археологов плотным кольцом из своих тел. Последним из каждого коптера выскочил левет, но не красного цвета, как у Горова, а чёрного и все они направились к лагерю археологов.

Проснувшиеся археологи, повыскакивав из своих палаток, сбились в кучу и вертя головами наблюдали за происходящим. На все их вопросы профессор Смолн лишь молча пожимал плечами и вместе со всеми крутил головой.

Леветы, не доходя до котлована, остановились. Их двери поднялись и из каждого вышли по паре военных. Они сошлись и направились к котловану. Судя по тому, как вытянулись десантники, стоявшие вокруг котлована и как подбежавший к ним их командир, тоже вытянулся, это были весьма важные военные чины.

Смолн взял Ирну за локоть.

— Думаю, нам стоит подойти к ним. — Наклонившись к Ирне, прошептал он.

Выпрямившись, Смолн направился в сторону важных военных чинов, увлекая Ирну за собой. Ирна, молча, пошла рядом с профессором.

— Здравствуйте господа.— Произнёс Смолн подойдя к военным.

— Здравствуйте! — Произнесла Ирна.

Военные дружно повернули головы в их сторону. Их лица были непроницаемы.

— Профессор Смолн, руководитель археологических раскопок. — Смолн кивнул головой. — Мой ассистент, доцент Шарова. — Смолн взял Ирну за локоть и подтолкнул вперёд.

— Здравствуйте! — Повторила Ирна своё приветствие.

Ничего не произнеся, военные дружно отвернулись и продолжали стоять молча. Молчали и Смолн с Ирной, лишь иногда переглядываясь. Смолн при этом дёргал плечами. Наконец к ним повернулся ближний к ним военный с несколькими большими ромбами на груди, с левой стороны курточки.

— Объект перешёл под юрисдикцию военного ведомства. — Заговорил он с нотками надменности в голосе. — Вашему лагерю требуется немедленно передислоцироваться за оцепление. В случае невыполнения приказа к вам будут применены насильственные меры. Мы вас не задерживаем.

— Но это наша находка и по закону мы имеем все права на неё. — Стараясь придать голосу твёрдость, произнёс Смолн.

Военный отвернулся от Смолна и повернулся в сторону стоявшего на вытяжку капитана десантников.

— Капитан! — Громким голосом произнёс он.

Лооп, двумя широкими шагами подошёл к военному.

— Да, господин генерал. — Он замер и казалась вытянулся в нечто, наподобие оструганной доски.

— Снимите оцепление вокруг котлована и помогите эвакуироваться господам археологам за внешнее оцепление.

— Да, господин генерал. — Чётким голосом произнёс Лооп и резко кивнув головой, сделал шаг в сторону и оказавшись напротив Смолна, вытянул руку в сторону лагеря археологов. — Прошу вас, господа.

Молча переглянувшись, Смолн и Ирна повернулись и пошли к своему лагерю, но едва они прошли полпути, как за их спинами раздался дружный топот. Они оглянулись — за ними длинной цепью шли десантники.

— Впервые сталкиваюсь с подобным. — Заговорил Смолн отворачиваясь. — Никогда не испытывал такого, откровенного, неуважения. Не думал, что военные столь заносчивы.

Ничего не сказав, Ирна шумно вздохнула.

Отпуская в адрес военных нелестные эпитеты, археологи начали неторопливо переносить свой лагерь за внешнее оцепление. Десантники не вмешивались в их работу, лишь шеренгой отгородив им путь к котловану и никак не реагируя на остроты археологов, будто были глухи. К полудню перебазирование было завершено. Лишь два роторных экскаватора остались в котловане. Командир десантников, на обращение к нему Смолна, ответил, что ему по экскаваторам никаких приказов не поступало и помочь он ничем не может. Смолн связался с Берстом, но тот лишь посоветовал, ни во что не вмешиваться. Мысленно выругавшись, профессор последним из археологов перешёл границу внешнего оцепления.

Едва археологи расположились на новом месте, как над песками вновь раздался стрёкот коптеров. Теперь это были обычные гражданские летательные аппараты, но их было не менее десятка, из которых высыпала внушительная толпа разновеликого и разноодетого народа. Все они направились в сторону оцепления, но к котловану была пропущена лишь малая часть из них, остальные направились к лагерю археологов. Это оказались журналисты и стереонщики. Развернув свои камеры они принялись снимать лагерь археологов и брать у них интервью. Ирна решила воспользоваться, как ей показалось, очень удачным моментом. Она сама подошла к одной из журналистских групп.

— Я хочу сделать заявление. — Произнесла она.

Камера тут же была направлена на неё.

— Я Ирна Шарова, доцент института археологии, заявляю решительный протест действиям военных. — Заговорила она. — Они не имеют совершенно никакого отношения к найденному летательному аппарату и теперь нагло пытаются присвоить его себе. Этот объект был найден группой археологов под руководством, господина Сан Санова. Господин Сан Санов сам вычислил местонахождение этого объекта, что и подтвердили последующие археологические раскопки. Согласно законам цивилизации Гитты, господин Сан Санов имеет приоритетное право на этот объект, которое у него, в грубейшей форме, пытается отобрать военное ведомство. Так как господин Сан Санов работает в институте археологии и именно сотрудники института помогли ему раскопать этот объект, то и институт так же имеет права на объект.

— А кто такой господин Сан Санов? Его можно увидеть? — Поинтересовался один из журналистов.

— Конечно можно и даже нужно. — Ирна покрутила головой и увидев стоящих поодаль Сансана и Валио, вытянула руку в их сторону. — Вон тот высокий молодой человек в зелёной курточке и есть господин Сан Санов.

Стоящие перед ней журналисты, подхватив свою технику, дружно побежали к Сансану.

— Что здесь происходит, госпожа Шарова? — Раздался у Ирны за спиной голос Горова.

Ирна оглянулась — позади неё стояли Берст, Горов и Смолн. За ними стоял красный левет Горова.

— Я посвятила журналистов в предысторию находки, сказала, кто является её первооткрывателем.

— И кто же, по вашему? — Поинтересовался Берст.

— Сотрудник нашего института, господин Сан Санов.

Горов громко хмыкнул. Губы Смолна вытянулись в широкой усмешке.

— Вы не думаете, госпожа Шарова, что поторопились с заявлением? — Произнёс Берст.

— Нет, господин Берст. — Твердым голосом заговорила Ирна. — Я это сделала вовремя.

— Что ж, ваше право. — Берст развёл руками. — Как считаете? — Он повернул голову в сторону Горова и Смолна.

Профессора молча покрутили головами.

— Сюда прибыла большая группа специалистов, для изучения найденного объекта. — Продолжил говорить Берст. — Военные разрешили нам тоже принять участие в его обследовании. И вам, госпожа Шарова, в том числе. Относительно господина Сан Санова разрешения я не получал. — Берст развёл руками. — Я не буду против, если вы сами побеспокоитесь об этом.

— Хорошо, господин Берст. — Ирна кивнула головой.

— Вот и отлично. — Берст повернулся к Смолну. — Организуйте отправку археологов. Мне сказали, что военные помогут нам. Даже назвали имя. Кажется капитан... Хм-м! — Состроив гримасу Берст, покрутил головой.

— Возможно вы имели ввиду, капитана Лооп, господин Берст. — Произнёс Смолн.

— Возможно. — Берст кивнул головой.

Повернувшись, Смолн направился в сторону стоявших толпой археологов и журналистов.

Берст вытянул руку в направлении котлована.

— Прошу вас господа.

Ирна заторопилась вслед за Смолном, но видя что не догоняет его, окликнула. Смолн оглянулся на ходу и увидев Ирну, остановился.

— Господин профессор! — Заговорила Ирна подходя к нему, глубоко и шумно дыша. — Кто даёт разрешение на обследование летательного аппарата.

— Учёный совет под руководством академика Медины.

— А где его можно найти?

— Где-то здесь. — Смолн дёрнул плечами. — Что-то серьёзное?

— Я хочу добиться, чтобы группу Сансана, нашедшую этот объект допустили к его обследованию.

— Думаю — это, абсолютно, безнадёжное предприятие. Состав исследователей уже утверждён. Он очень тщательно отбирался и случайных людей там нет. К тому же группа Сансана не имеет никакого опыта научной работы. Уверяю вас, госпожа Шарова — это бессмысленно.

— Сансан не случайный человек. — В голосе Ирны скользнуло нескрываемое возмущение — повернувшись она пошла от профессора прочь.

Возмутительно! Человека, нашедшего этот объект, самым наглым образом устраняют от него. Я должна выступить по стерео и рассказать всю правду о происходящем здесь. Это вопиющее нарушение закона цивилизации. С возмущением думала Ирна, быстро шагая, совершенно, не смотря куда.

Вдруг она во что-то упёрлась и от неожиданности вздрогнула. Мотнув головой, будто сбрасывая с себя наваждение, она увидела выставленные руки десантника из оцепления, которые и остановили её шествие.

— Извините! — Заговорил десантник, опуская руки. — Здесь нельзя пройти. Вам туда. — Он показал рукой в сторону.

Ирна повернула голову и увидела вереницу людей, стоящих перед оцеплением. Ничего не сказав, она повернулась и направилась в ту сторону. Это оказался пропускной пункт. Вереницы уже перед ним уже не было и она шагнула в проём, меж двух десантников, но стоявший сбоку офицер вытянул руку, преграждая ей путь.

— Вашу карточку! — Произнёс он.

Ирна оглянулась, позади неё стоял незнакомый мужчина, держа в руке карточку гражданина цивилизации. Отвернувшись, она достала свою карточку и протянула её офицеру. Взяв карточку, тот сунул её в рекогниттор, на котором тут же вспыхнул зелёный индикатор. Вытащив карточку из аппарата идентификации, офицер протянул её Ирне.

— Пожалуйста, госпожа Шарова.

Оказавшись за оцеплением, Ирна тут же окунулась в какую-то непонятную суету палаточного лагеря. Незнакомые люди суетливо бегали туда-сюда с какими-то непонятными приборами. Поодаль она увидела о чём-то разговаривающих меж собой Берста и Горова. Не зная зачем, она подошла к ним и остановилась в молчании, вдруг осознав, что совершенно не представляет, зачем она оказалась около них. Видимо почувствовав её присутствие, они прекратили разговор и повернулись к ней.

— Госпожа Шарова, вы желаете быть с нами? — Поинтересовался Берст.

— У меня есть выбор? — Ирна вскинула брови.

— Вы вольны в своём выборе. — Берст поднял плечи. — Я не думаю, что общество двух старых брюзг вам интересно.

— Конечно, господин Берст. Ой-й! — Ольга состроила гримасу. — Извините, господин профессор. Я... Я...

— Не стоит, госпожа Шарова. Вы правы. Извините, что не сможем составить вам компанию. — Кивнув головой, Берст опять повернулся к Горову.

Отвернувшись, Ирна направилась к котловану.

Подойдя, она остановилась завороженная. За это утро произошло заметное изменение в котловане. Вниз теперь вели не верёвочные лестницы, а два подъёмника: одним спускались в котлован, другим — поднимались. Вокруг летательного аппарата сновало большое количество людей. Он весь был опутан какими-то проводами. На его корпусе периодически вспыхивали блёстки ярких разрядов. Часть песка из-под его корпуса была вынута и было видно, что в образовавшемся тоннеле тоже находятся люди.

Ирна подошла к подъёмнику и спустившись в котлован, подошла к летательному аппарату. Никто не обращал на неё, совершенно, никакого внимания. Понаблюдав некоторое время за работающими исследователями, она подошла к одному из них — мужчине, которому, как ей показалось, нужна была помощь, так как он манипулировал какими-то проводами, идущими от аппарата, стоящего на песке, но двух рук ему, явно, не хватало.

— Я вижу, что вам не хватает свои рук. — Заговорила она. — Я хочу вам предложить свои. На время, конечно.

Мужчина оглянулся. Это был человек скорее среднего возраста, нежели молодой, ближе к темноволосому, немногим выше Ирны роста, почти круглолицый, с тёмными глазами, пухлыми губами, в принципе, приятной внешности и с очень редким атрибутом для мужчин Гитты — тёмными усами.

— Буду признателен. — Заговорил мужчина, достаточно низким мужским голосом. — Мой партнёр ушёл, а я решил не сидеть попусту. Но как вы заметили, рук у меня, действительно не хватает. Присоски, почему-то не держатся на корпусе. Такое впечатление, что он какой-то пористый. — Он полностью повернулся к Ирне. — Профессор астрофизического института Корот Вирт. Астрофизик.

— Ирна Шарова, доцент института археологии. Археолог.

— Госпожа Шарова. Будьте добры... — Астрофизик улыбнулся. — Пожалуйста, подержите эти присоски, а я поколдую с анализатором.

— Не стоит меня упрашивать, господин Вирт. Я затем и подошла. — Ирна взяла присоски из рук астрофизика и прислонила их к корпусу летательного аппарата. — Плотно прижимать. — Поинтересовалась она.

— Будет достаточно, если вы их лишь чуть прижмёте.

Следуя рекомендации, Ирна чуть прижала присоски.

— Достаточно.

— Прекрасно, госпожа Шарова. — Астрофизик наклонился над своим анализатором и Ирна почувствовала лёгкую вибрацию в руках.

— Надеюсь эти вибрации не отразятся на моей психике и сделавшись агрессивной, я не наброшусь на вас. — Произнесла она с улыбкой.

— Это, всего лишь звуковые волны, госпожа Шарова.

— Можно, просто, Ирна. — Произнесла Ирна.

— В таком случае, зовите меня тоже просто, как зовут друзья — Корот. — Астрофизик улыбнулся. — Это звуковые волны. Я пытаюсь с их помощью отбить атомы космической пыли от корпуса корабля, чтобы проанализировать их.

— Вы уверены, что это космический корабль.

— Это неоспоримый факт, госпожа Ирна. Переместите, пожалуйста, присоски на полметра влево.

Ирна шагнула влево и опять прислонила присоски. Вновь в руках появилась вибрация.

— Ещё шаг влево, госпожа Ирна.

Ирна выполнила просьбу. Так они прошли порядка тридцати шагов. Затем перешли на другую сторону корабля и повторили операцию. Потом забрались наверх и Ирне пришлось уже на коленях проползти по корпусу. Было обследовано и лезвие. Ирна и Корот обращались друг к другу уже на ты и лишь по именам.

— Благодарю! — Произнёс Корот, забирая у Ирны присоски, через час их совместной работы. — Ты оказалась прекрасным помощником.

— А где же твой настоящий помощник? Или это была уловка? — Ирна хитро улыбнулась.

— Он тоже работает. — Ответил Корот, укладывая присоски и закрывая анализатор. — Я сказал ему, что у меня есть отличный помощник и что он может заняться другим анализом. Что он и сделал. — Выпрямившись, он широко улыбнулся. — Или ты уже жалеешь, что помогла мне?

— Да нет. — Ирна пожала плечами. — Я свою работу выполнила и теперь мне, собственно-то и делать нечего.

— А какая была твоя работа?

— Моя группа нашла этот летательный аппарат и освободила его от песка.

— Это ты его нашла?

— Я не говорила — я. Я сказала — моя группа. — В голосе Ирны послышались металлические нотки.

— Какая разница. — Корот Вирт развёл руками. — Мне всё равно приятно, что я познакомился, с одним из тех, кто нашёл этот космический корабль.

— Но сегодня мою группу отправили домой. — Ирна глубоко и шумно вздохнула. — Военные полностью взяли всё здесь под свой контроль. Теперь будут говорить, что это они нашли этот объект.

— Не удручайся. — Корот взял Ирну за предплечье и легонько тряхнул. — Не думаю, что у них это получится. По стерео уже было достаточно много информации об археологах, раскопавших этот космический корабль. Я сам некоторые из новостей видел. Вы теперь известны всей планете и военные уже ничего не присвоят себе. Поверьте мне. — Он ещё раз тряхнул Ирну за предплечье и опустил руку. — Да меня и самого сегодня ночью оторвали от телескопа и приказали двигать сюда. Может ты и меня уже считаешь своим недругом?

— Причём тут ты? Я о военных. Ведут себя нагло, дерзко, а нас вышвырнули, будто ненужную вещь. — В её голосе скользнуло нескрываемое возмущение.

— Я понимаю твоё возмущение. Но давай рассуждать здраво. — Корот сложил анализатор и взявшись за его ручку, попытался катить его по песку, но его колёса глубоко увязли и от каждого дёрганья, анализатор перемещался лишь на десяток миллиметров. — Хм-м! — Астрофизик остановился и достал сканер связи.

— Я помогу. — Ирна взялась за ручку.

— Что ж, давай попробуем вместе.

Корот Вирт тоже взялся за ручку и совместные их усилия оказались более значительны и аппарат более-менее сносно покатился по песку.

— Что я хотел сказать. — Продолжил говорить астрофизик. — Эта находка уже приобрела планетарную значимость и если её не взять под охрану, то уверен, завтра от неё ничего не останется. То что не удаётся нам, учёным, сделают туристы. Уверяю!

— А что нам, учёным, не удаётся?

— Насколько я понимаю, пока не удаётся проникнуть внутрь корабля. Насколько удалось установить... — Астрофизик указал на тоннель под корпусом корабля. — В нижней части корпуса есть люк, за которым предполагается нахождение трапа. Но открыть этот люк никак не удаётся. Сейчас наверху готовится площадка, чтобы вытащить на неё корабль и если никакой люк, чтобы проникнуть внутрь корабля, открыть не удастся, то будет вырезано отверстие в корпусе.

— Откуда тебе это известно?

— Была летучка исследователей, перед тем, как ты подошла ко мне и там было принято такое решение.

— Жаль портить такой корабль.

— Мы ведь не знаем по каким технологиям он создан и потому надеяться, что он запросто откроет свои тайны, более, чем наивно.

— И всё равно, жаль. — В голосе Ирны скользнули твёрдые нотки.

— Ты знаешь другие способы? — Корот Вирт остановился и повернулся к Ирне.

— Я не знаю. — Ирна, тоже остановилась и повернувшись к астрофизику, подняла плечи. — Но можно было бы подумать, хотя бы, несколько дней, а не несколько часов.

— Все опасаются, что сезон аномальной погоды вот-вот начнётся и работы придётся остановить. Военные предлагают вообще перебазировать корабль на одну из их баз, но без его повреждения, это сделать, навряд ли, удастся. У цивилизации нет такой техники, способной поднять и переместить его. Если только разрезать на части.

— Какой ужас. — Ирна провела руками по щекам. — Хоть берись и закапывай.

— Что сделаешь, госпожа Ирна. — Улыбнувшись, Вирт отвернулся и взялся за ручку анализатора. — К сожалению, мы ещё не доросли до этого корабля.

— А что показал твой анализатор? — Ирна тоже взялась за ручку и они покатили аппарат дальше. — Действительно этот корабль побывал в космосе?

— Несомненно. Я сегодня же отправлю анализатор в лабораторию института и после более точных исследований собранных частиц, возможно, даже удастся определить пространственный вектор его пути.

— Зачем он вам?

— Направив в ту сторону телескоп, может быть удастся найти его отправную точку, а, возможно и вступить в контакт с его создателями.

— Ты это, действительно? Не шутишь?

— Нет, конечно. У нас есть прекрасный телескоп. Очень дальнозоркий. Надеюсь, ты слышала о большом орбитальном телескопе — СОТА.

— Слышала. — Ирна кивнула головой.

— Прекрасно! — Астрофизик остановился. — Вот и пришли.

Ирна тоже остановилась и покрутила головой — они стояли перед подъёмником.

Они поднялись наверх. Ирна помогла астрофизику дотащить анализатор до его палатки.

— Благодарю, госпожа Ирна. — Астрофизик выставил руку в сторону входа в палатку. — Входи. Будешь нашей гостьей. Украсишь наше холостятское жилище.

— Все так говорят, когда оказываются вдали от семейного очага. — Ирна широко улыбнулась.

— К сожалению... — Состроив гримасу, Вирт покрутил головой. — Я искренен. Кому нужны отшельники. — В глазах астрофизика появилась грусть.

— Странно? — Брови Ирны выгнулись высокими дугами.

— Отнюдь. — Корот улыбнулся. — Мы или на орбите у СОТА, или на вершине горы, у его наземного брата. Полдня спишь, ночь в звёзды пялишься.

— Жалеть я вас не буду, да и не хочу. — Ирна мотнула головой. — И потому, прощайте.

— Жаль, конечно. — Астрофизик дёрнул плечами. — Но если надумаешь — мы будем рады.

Состроив гримасу, Ирна повернулась и пошла прочь. Над пустыней уже опускался вечер и она намеревалась ещё засветло добраться до своей палатки.

Ещё издали она увидела, что на том месте, где ещё утром располагался лагерь археологов — совершенно пусто. Она ускорила шаги, но зрение её не обмануло. Подойдя ближе, она не увидела ни одной палатки.

Как же так? Состроив гримасу, Ирна часто заморгала. А куда же мне?

— Ирн. — Вдруг раздался позади неё тихий голос.

Она оглянулась — за её спиной стояли Сансан и Валио.

— Мы перенесли наши палатки... — Сансан вытянул руку в сторону. — В общий лагерь. Здесь мы оказались одни и опасаясь, что станем неплохой добычей для хорр, решили убраться отсюда.

— А разве вы не ушли домой? — Ирна подняла брови.

— Моя группа решила остаться. У нас не хватает одного человека и мы предлагаем тебе стать членом нашей группы.

Сансан говорил это с серьёзным выражением лица и Ирна совершенно не могла понять, действительно, он делает ей такое предложение, или же шутит, таким образом.

— А спать я тоже с вами должна? — Произнесла она, первое, что пришло ей в голову.

— По желанию. — Сансан дёрнул плечами. — Если ты выберешь для сна нашу палатку, а не свою, мы потеснимся.

— М-моя п-палат-тка т-тоже зд-десь? — Выдавила из себя Ирна.

— Здесь. — Повернувшись, Сансан направился в сторону палаточного лагеря.

Ирна пошла рядом.

— Вам не дали разрешение...

— Не стоит, Ирн. Я всё знаю. — Перебил её Сансан. — Смолн рассказал. Не связывайся. Ты ничего не добьёшься.

— Это тоже Смолн сказал.

— Это и так понятно. Нас уже показывали по стерео. Мы с Валио хохотали от души. — Он на ходу потряс Ирну за локоть.

— Жаль! — Ирна глубоко и протяжно вздохнула.

Пройдя ещё немного, она увидела свою палатку и направилась к ней. Подойдя, она оглянулась — Сансан и Валио шли в другую сторону, хотя их палатки в той стороне не наблюдалось. Негромко хмыкнув, Ирна нырнула внутрь своей палатки. Её лицо тут же исказилось гримасой досады — все её вещи были свалены в кучу посреди палатки.

Надо бы разобрать их. Всплыла у неё грустная мысль. Она подошла к куче вещей, села рядом на пол, прислонила голову к неразобранной куче и провалилась в темноту.

***

Ирна открыла глаза. Она лежала на чём-то мягком. Её окружал полумрак. Она села и осмотрелась — она находилась в своей палатке. Сквозь щель полога двери внутрь пробивался узенький лучик света. Она сидела рядом с кучей свих вещей на которых и уснула. Поднявшись, Ирна начала разбирать вещи. Наведя порядок в палатке и приведя в порядок себя, она вышла наружу. Было раннее утро, но работа в лагере была уже в разгаре. Были видны значительные изменения, которых вчера ещё не было и которые, видимо, произошли ночью, когда она крепко спала. Левета Горова нигде не наблюдалось.

Ирна направилась поближе к месту событий. Пройдя процедуру идентификации, она прошла внутрь кольца оцепления.

Неподалеку от котлована была расчищена от всего большая площадка, по которой сейчас медленно ползли несколько аппаратов странной конструкции — перед ними были насыпаны длинные бурты песка; за ними тянулась широкая тёмная полоса.

Ирна тут же вспомнила, что вчера Корт говорил о готовящейся площадке для космического аппарата. Видимо это она и была.

Стена котлована в направлении на готовящуюся площадку уже была срезана и представляла собой пологий спуск от готовящейся площадки до летательного аппарата, который сейчас, с помощью небольшого коптера, рабочие выкладывали толстыми квадратными плитами.

Внизу, вокруг летательного аппарата суетились с десяток человек.

У Ирны тут же сложилось впечатление, что она проспала не ночь, а вечность, так как, казалось невероятным, что такой объём работ можно было сделать за одну ночь.

Хотя, возможно, что-то сделалось и вчера днём, просто, я так устала, что этого не увидела. Всплыла у неё, оправдывающая её невнимательность, грустная мысль.

Не зная, чем себя занять, она решила спуститься в котлован и посмотреть, может быть среди суетящихся внизу людей находится и астрофизик, с которым она вчера познакомилась. Она направилась к подъёмникам, но её внимание, вдруг, привлёк, сидящий поодаль, у самого края котлована, человек, в каком-то странном одеянии грязно-жёлтого цвета, с накинутым на низкоопущенную голову капюшоне. Складывалось впечатление, что он спал.

Ужас! Сердце Ирны дрогнуло. Да он же может упасть вниз.

Быстрым шагом она подошла к сидящему человеку и протянула к нему руку, намереваясь дотронуться до него и разбудить, но тут же отдёрнула её, вдруг, подумав, что от прикосновения человек может вздрогнуть и не сориентировавшись, податься вперёд и упасть в котлован.

— Господин. — Тихо заговорила она. — Господин, проснитесь. Вы можете упасть в котлован.

Человек шевельнулся. Его голова начала поворачиваться. Край капюшона отвернулся и на Ирну глянула пара больших чёрных глаз с жёлтой окантовкой зрачков. Ирна отшатнулась — что-то необычное было в этих чёрных глазах. Подняв руку, она провела ею по любу, пытаясь осознать странность глаз, но её ноги, вдруг, подкосились и она рухнула вниз.

***

Ирна открыла глаза. Её взгляд упёрся в светлый потолок.

Где я? Всплыла у неё тревожная мысль. Я никогда не видела подобного потолка.

Она повернула голову. Определённо, это была большая палатка, только очень светлого цвета. Рядом с тем местом, где она лежала стоял столик с каким-то прибором, по экрану которого бегали изломанные линии, каких-то графиков. Рядом со столиком стоял стул, на котором сидел мужчина в белой курточке, с небольшим красным крестиком на груди. Его голова была опущена и подбородок упирался в грудь. Глаза закрыты. Несомненно, он спал.

Это он! Я в его лаборатории! Замелькали у неё мысли ужаса. Что он со мной делает? Изучает? Зачем?

Она зашевелилась, пытаясь отодвинуться от сидящего мужчины в белой курточке. Мужчина вздрогнул и поднял голову — на Ирну смотрели серые глаза гитта, без каких-то жёлтых ободков. Его губы шевельнулись.

— Проснулись, госпожа Шарова. — Донёсся до Ирны низкий мужской голос. — Вы нас сильно встревожили, но, надеюсь, всё теперь позади.

— Где я? — Произнесла Ирна тихим голосом.

— Это полевой госпиталь, госпожа Шарова.

— Зачем я здесь?

— Вас нашли вчера утром без чувств на краю котлована. Удивительно, как вы не упали в него.

— А он где?

— Кто? — Брови мужчины подпрыгнули.

— Там был странный человек в жёлтом плаще и кап...

Ирна замолкла. Она, вдруг, вспомнила рассказы о странном старике в жёлтом плаще, посещавшем по ночам её лагерь.

Так вот, значит, он какой. Замелькали у неё тревожные мысли. И что теперь? Что говорить? Поверит мне кто-то или начнут насмехаться, как и насмехались над теми, кто после встречи с ним оказывался без чувств.

— Вам плохо, госпожа Шарова? — Мужчина поднялся со стула и наклонившись над Ирной взял её за руку.

— Нет, нет! — Ирна дёрнула руку. — Со мной всё в порядке.

Мужчина отпустил её руку и она, получив свободу, отлетела назад и сильно ударилась в стенку палатки, которая затряслось. Ирна механически втянула голову в плечи, ожидая, что палатка сейчас рухнет на неё. Стенка успокоилась. Ирна резким движением села и покрутила головой, осматриваясь.

Она находилась на узкой, довольно жёсткой, даже ей, привыкшей к невзгодам полевой жизни, спальной платформе. Палатка была достаточно просторной и в ней стояли ещё три такие же спальные платформы, но все они были пусты. Посреди палатки стоял высокий стол заставленный всевозможной аппаратурой.

Повернувшись, Ирна опустила ноги на пол и встала. Мужчина отступил в сторону. Ирна опустила взгляд, она была одета в свою одежду, но стояла босиком. Её взгляд скользнул по полу, рядом с кроватью стояла её обувь. Она шагнула к ней, её шатнуло, перед глазами всё поплыло. Она замерла и выбросив руки в стороны, закрыла глаза. В тот же миг твердая рука схватила её за локоть.

— Возможно, вы рано поднялись, госпожа Шарова. Вам нужен более длительный отдых. — Раздался мужской голос.

— Нет, нет! — Ирна открыла глаза, приподняла руку и высвободив её из твёрдого хвата, провела рукой по лбу. — Всё в порядке. Видимо, я, просто, долго лежала.

— Я провожу вас до вашей палатки, госпожа Шарова.

— Мы её сами проводим. — Раздался со стороны дружный хор.

Ирна повернула голову — у входа стояли Сансан и Валио.

— Спасибо! — Она улыбнулась.

— Мы ещё не заработали его. — Произнёс Сансан и повернулся к мужчине в белой курточке. — Мы можем её забрать?

— Если она не против, забирайте. — Мужчина дёрнул плечами.

Сансан подошёл к Ирне и взял её под локоть. Валио подошёл к обуви Ирны и взяв её, поставил перед ногами девушки. Обувшись, с помощью археолога, Ирна, поддерживаемая под локоть Сансаном, вышла наружу.

Было утро. Даже после светлой палатки госпиталя, на воздухе было очень светло и Ирна прищурилась.

— Подожди. — Она дёрнула назад руку, увлекаемую Сансаном. — Слишком яркий свет.

Сансан остановился. Постояв некоторое время, Ирна раскрыла глаза. Смотрелось приемлемо. Она осмотрелась.

Они сейчас находились в лагере военных, так как вокруг стояли большие одинаковые палатки песочного цвета. Поодаль хорошо просматривалась большая чёрная площадка, вокруг которой суетились военные. Впереди площадки стояло какое-то огромное сооружение.

— Быстро они работают. — Произнесла Ирна.

— Кто? — Поинтересовался Сансан.

— Военные. Всего за день выстроили площадку.

— Всё делается наспех, госпожа Шарова. — Заговорил Валио. — Покрытие тонкое. Я думаю, что оно не выдержит веса космического аппарата и лопнет. Жалко будет, если космический аппарат повредится.

— Я слышала, что его всё равно собираются резать.

— Твёрдолобые вояки больше ни на что не способны. — В голосе Валио послышалась досада.

— Так решили учёные. Они не могут проникнуть внутрь. Хотя... — Она натянуто улыбнулась. — Я так долго проспала, что уже всё невозможное могло произойти.

Ирна шагнула в сторону чёрной площадки.

— Нам нужно уходить. — Заговорил Сансан, отпуская локоть Ирны. — Нас пропустили под личную ответственность Берста, всего на час, чтобы проститься с тобой.

Ирна остановилась и повернулась к Сансану.

— Что значит проститься?

— Мы уходим. Наши запасы на исходе. Работы для нас здесь нет. Журналистов прогнали и гонораров тоже нет. Остаётся: или падать в голодный обморок, как ты; или уходить. Мы выбрали второе.

— Что за бред. Кто тебе сказал, что я упала в голодный обморок?

— Военные. Они нашли тебя около котлована и сообщили Горову. Берст и Горов тут же примчались сюда. Военные и сказали им, что ты упала в голодный обморок. Профессора были очень недовольны и сказали, что финансирование твоих исследований закрыто и нам они ничем помочь не могут. Пойдём с нами. Пока жива.

— Это был не голодный обморок. — Ирна усмехнулась. — Я видела его лицо.

— Чьё? — Брови Сансана подскочили до середины его лба.

— Старика в плаще люпий. Я увидела его сидящим на краю котлована и подошла. Он посмотрел на меня и... Очнулась я в полевом госпитале.

— Странно. Выходит, военные врут? — Произнёс Сансан.

— Думаю, они его, просто, не видели и придумали голодный обморок. — Произнёс Валио.

— А как же он проник за их оцепление? — В голосе Сансана послышалось возмущение.

— Я почему-то уверена, что никакое оцепление для него не является преградой. — Заговорила Ирна. — В принципе, ничего особенного в нём нет, за исключением глаз. Они у него вдоль лица и с каким-то жёлтым ободком.

— Как это — вдоль лица? — Воскликнул Валий.

— У нас так... — Ирна провела пальцами горизонтальные линии вдоль своих глаз. — А у него так. — Она провела вертикальные линии.

— Как у птиц, что ли? — Вставил Сансан.

— Что-то похожее.

— А какие черты его лица вы ещё увидели? — Поинтересовался Валио.

— Честно говоря... — Ирна мотнула головой. — Не помню. Лишь чёрные глаза с жёлтым ободком вокруг зрачков.

— Жаль? — С досадой в голосе воскликнул Валио.

— Странно. — Ирна провела рукой по лбу. — Такое впечатление, что я побывала внутри кольцевых гор. Какие-то пещеры. — Она легонько тряхнула головой. — Что это?

— О чём ты? — Поинтересовался Сансан.

— Так, ничего. А где сейчас профессор Берст?

— Все они должны быть около пропускного пункта. Они что-то обсуждали с генералом.

— Проводите меня к ним.

Сансан взял её за локоть.

— Нет. — Ирна резко дёрнула руку. — Я сама.

Дёрнув плечами, Сансан повернулся и направился в сторону пропускного пункта. Ирна пошла за ним. Валио — за Ирной.

Берст, Горов и Смолн, действительно были там, но никакого генерала рядом с ними не было. Увидев, вышедшею из зоны охранения Ирну, они дружно шагнули ей навстречу.

— Здравствуйте! — Произнесла Ирна, останавливаясь.

— Здравствуйте, госпожа Шарова. — Заговорил Берст, другие профессора лишь кивнули головами. — Мы рады видеть вас в сознании. Тут такое наговорили, что мы сами едва не лишились чувств. — Берст широко улыбнулся. — Надеюсь, с вами всё в порядке. Как вы себя чувствуете? Может есть смысл и вам уйти от сюда?

— Я встретилась с ним, господин профессор.

— С кем? — Берст подался назад, будто произнесённая Ирной фраза обожгла его.

— С тем странным стариком, который посещал мой лагерь. Он здесь. И это он лишил меня чувств.

— Он ударил вас?

— Нет, конечно. Это было какое-то психическое действие.

Берст обвёл взглядом других профессоров, но они лишь дёрнули плечами. Он вновь повернулся к Ирне.

— Госпожа Шарова, может быть вам есть смысл пройти обследование у специалиста?

— Я себя хорошо чувствую, господин профессор.

— Институт возьмёт на себя все расходы, госпожа Шарова. Это будет лучший специалист планеты.

— Вы меня обижаете, господин профессор. — Лицо Ирны погрустнело.

— Что за вздор. У меня и мысли такой не было. Я обеспокоен вашим состоянием и искренне хочу помочь.

— Если хотите помочь, господин профессор. — Ирна, вдруг, улыбнулась. — Помогите организовать экспедицию в пещеры кольцевых гор.

Берст повернул голову в сторону Горова.

— Что за пещеры?

— Я знаю лишь об одной пещере. — Горов поднял правое плечо. — Но она достаточно хорошо изучена и не представляет археологической ценности.

Берст вновь перевёл взгляд на Ирну.

— В таком случае, я вас не понимаю, госпожа Шарова. — Он мотнул головой.

— Другие — не нашли. Они скрыты.

— А поиск крепости тарков вас больше не привлекает?

— Нет никакой крепости. — Ирна покрутила головой. — Видимо перевод свитков люпий не точен. Над ними нужно ещё поработать.

— Странно! — Берст вскинул брови и вновь перевёл взгляд на Горова. — Что ты на это скажешь, господин профессор.

— Госпожа Шарова права. Над ними ещё нужно поработать. Я, только, за.

Берст вновь повернулся к Ирне.

— Что ж, если профессор не против, я тоже. Работайте. Представите результаты в научный совет. Там и решится ваша инициатива.

— Я могу остаться здесь? — Поинтересовалась Ирна.

— Пожалуйста! — Берст поднял плечи. — Узнав о происшествии, мы привезли немного продуктов. Они в вашей палатке. Думаю, мы ещё будем сюда наведываться. Но вы должны понять — наши возможности небезграничны.

— Спасибо, господин профессор.

— Желаю удачи! — Берст повернулся к Горову и Смолну. — Нам пора.

— Да, да! Конечно. — Горов вытянул руку в сторону. — Прошу вас, господин Берст.

Ирна повернула голову в сторону вытянутой руки — вдалеке виднелся красный левет. Профессора направились в его сторону.

Ирна покрутила головой — ни Сансана, ни Валио рядом с ней не было. За разговором она и не увидела, когда они ушли. Хмыкнув и дёрнув плечами, она направилась к своей палатке.

Подойдя к ней, она осмотрелась, но так и не увидев палатки археологов, глубоко и протяжно вздохнув, нырнула в свою палатку.

Посреди палатки стоял небольшой контейнер-холодильник, какие неизменно использовались в археологических экспедициях. Шагнув к нему, Ирна открыла его и достав первую же упаковку, закрыла контейнер и сев на стульчик, разорвала упаковку: в ней оказались тоник и бутерброд. Открыв тоник она принялась за еду: запивая холодный бутерброд, холодным тоником.

Откуда я знаю про пещеры внутри кольцевых гор? Даже вижу их галереи, будто была в них не один раз. Потекли у неё неторопливые мысли. Что это за наваждение? Такое впечатление, что кто-то вложил в мой мозг информацию о них. Военные? Но откуда они знают о пещерах? Да и зачем я им? Если бы что-то знали о них, определённо бы выбрали кого-то посолиднее. А если это сделал тот старик? Но зачем ему это нужно? Кто он? Почему он прячется ото всех? Почему его прежние экспедиции не видели? А если это он подсказал Сансану об этом космическом корабле? Но откуда он сам о нём знает? А если видел, как он падал в пустыню? И поняв, что сам не может завладеть им, решил рассказать о нём. Но почему выбрал Сансана? Случайно? Ерунда какая-то. Определённо, у меня что-то с головой. Ирна провела рукой по лбу.

Неожиданно её привлёк шум, проникнувший сквозь полотно палатки. Она вылила остатки тоника в рот и поставив пустую баночку на контейнер, вышла наружу. Приложив руку ко лбу, она всмотрелась в направлении шума — в той стороне наблюдалось большое скопление народа. Это была подготовленная площадка для летательного аппарата. Она направилась к пункту пропуска и пройдя идентификацию, зашагала к тёмной площадке.

Вдоль площадки, в паре метров от неё, был натянут трос. Свободное место перед тросом оказалось достаточно далеко от котлована. Ирна и не представляла, что здесь сейчас работает такое огромное количество народа. Наблюдения ни к чему её не привели: она совершенно не поняла, что происходит. Единственное, что ей удалось увидеть: два толстых троса, идущих от стоявшего в основании площадки механизма в котлован. Она тронула за локоть стоявшего рядом с ней мужчину. Мужчина оглянулся — это был астрофизик Корот Вирт. Его лицо тут же расплылось в широкой улыбке.

— Рад видеть! — Он кивнул головой. — Я слышал, что с тобой что-то произошло, но раз ты здесь, значит всё в порядке.

— Здравствуйте, господин профессор. — Ирна улыбнулась в ответ. — Не думала, что обо мне уже сплетничают.

— Я слышал о какой-то психотропной атаке. Значит, это сплетня?

— Думаю, что нет. Но это между нами. — Ирна вытянула руку в сторону тёмной площадки. — Что здесь происходит?

— Пытаются вытащить космический корабль из котлована.

— Этими тросами? — Она провела рукой перед собой.

— С помощью лебёдки и двух тросов. — Астрофизик указал на механизм.

— А они не порвутся? — В голосе Ирны послышалась тревога.

— Не думаю. — Астрофизик мотнул головой. — Хотя я согласен — двух тросов, определённо, маловато. Но лишь бы корабль не разорвался, когда его будут затягивать на платформу.

— Жаль если так произойдёт. — Ирна глубоко вздохнула.

— Его попытаются затащить на специальный каток, а уже потом их вместе вытащить из котлована.

— А когда начнут тащить?

— Уже больше двух часов тащат.

— Но троса стоят на месте.

— Они движутся очень медленно. Спешить нельзя. К вечеру вытащат.

Астрофизик отвернулся и уставился в сторону котлована. Ирна тоже повернула голову в ту сторону, но там ничего не происходило и вскоре ей стоять в ожидании, неизвестно сколько, наскучило и она направилась вдоль толпы к котловану, в надежде, что удастся подойти поближе к месту непосредственных событий, но её надеждам не удалось сбыться — все близкие подступы к площадке были заняты, а вокруг котлована стояло оцепление из десантников и что творилось внизу было не видно.

Покрутившись в выборе направления своего дальнейшего движения, Ирна, вдруг, увидела в противоположной стороне котлована, стоящего меж двух десантников, человека в жёлтом плаще с накинутым на голову капюшоне. Её сердце бешено заколотилось. Она закрутила головой, в надежде увидеть кого-то из знакомых, чтобы показать ему человека в жёлтом плаще, но такого поблизости не оказалось и она быстрой походкой направилась в сторону механизма, где должен был находиться астрофизик. Он, действительно, стоял на своём прежнем месте, уставившись взглядом в чёрное поле площадки. Ирна схватила его за локоть.

— Он там! — Выпалила она, запыхавшимся голосом.

Астрофизик заметно вздрогнул и оглянулся.

— Что-то произошло? — Он взмахнул подбородком. — У тебя очень испуганный вид, госпожа Ирна.

— Он там. — Ирна вытянула руку в сторону котлована.

— Ещё да. — Астрофизик дёрнул плечами. — Я же говорил — это долгий процесс.

— Я о старике. Он там. На противоположной стороне котлована. Вы должны мне помочь. — Ирна шагнула в сторону от площадки и потянула астрофизика за локоть.

Подведя астрофизика к тому месту, с которого она увидела старика, Ирна вытянула руку, указывая на противоположную сторону котлована.

— Вон он, между... — Она умолкла и закрутила головой. — Ушёл. — Тихо произнесла она и её рука опустилась.

— Я думаю, ты устала и тебе нужно отдохнуть. — Заговорил астрофизик, в свою очередь, беря Ирну за локоть. — Я тебя провожу.

— Не нужно меня никуда провожать. — Ирна выдернула локоть. — Извините, господин профессор.

Со стороны стоящих вдоль площадки людей донёсся громкий шум. Ирна и Корот повернули головы.

— Давай вернёмся на своё место. — Астрофизик вытянул руку в ту сторону, откуда они пришли. — Иначе мы самое интересное пропустим.

— Согласна. — Ирна кивнула головой и направилась в ту сторону, куда указывала рука астрофизика.

Когда они оказались на своём месте около площадки и повернули голову в сторону котлована, то увидели, что из него показался нос космического аппарата...

Прошло ещё долгих четыре часа ожидания, прежде, чем космический корабль был вытащен из котлована и помещён на подготовленную для него площадку. Здесь он был ещё более величествен, нежели в котловане. Его тут же окружили наблюдавшие за его вытаскиванием исследователи, перебравшись через натянутый ограничивающий трос.

За время ожидания Корт пару раз ходил за тоником. Ирна же предпочла никуда не ходить, благо, день выдался не слишком жарким, хотя солнце и светило нещадно, но дувший со стороны ледника, достаточно сильный ветер, принёс прохладу, предвещая скорые перемены в погоде.

Корот и Ирна перешагнув через трос, взобрались на платформу и подошли к кораблю. Ирна осторожно провела рукой по его корпусу.

— Хм-м! — Она состроила гримасу. — Он очень холодный. Гораздо холоднее атмосферы. Вам не кажется это странным?

Корот тоже приложил руку к его корпусу.

— Ты права. Хотя этот феномен можно объяснить большой отражательной способностью его корпуса. Иначе и не может быть. — Он дёрнул плечами. — Однозначно, его скорость сопоставима со скоростью света. А при такой скорости его корпус должен быть идеален, иначе он сгорит от трения о пространство.

— Но ведь там же ничего нет. — Ирна подняла руку, указывая в небо. — Какое может быть трение?

— Для такого большого объекта, движущегося со скоростью света, там много чего есть. — Улыбнувшись, астрофизик положил свою руку на руку Ирны и опустил её вниз. — И когда скорости наших кораблей приблизятся к таким скоростям, мы, непременно, столкнёмся с этой проблемой и её разрешение, будет одной из главных задач нашего здвездоплавания. Уж поверьте мне, госпожа Ирна.

— Я вам верю, господин профессор. — Ирна улыбнулась. — Что же мне ещё остаётся.

— О-о-о! Стереонщики пожаловали. — Астрофизик кивнул подбородком перед собой. — Теперь тебе скучать не придётся.

— Почему мне? — Ирна вскинула брови.

— Как первооткрывателю. Насколько я слышал, твоё заявление вызвало большой резонанс и теперь стереонщики, непременно, захотят узнать отзыв.

— Я в последние дни не смотрела никаких новостей и даже не представляю, что творится на планете. — Ирна развела руками. — Может обойдётся и они не тронут меня.

— Как знать. — Астрофизик дёрнул плечами.

— А что будет с кораблём?

— Если до завтра не удастся проникнуть внутрь, то будут резать отверстие в корпусе.

— А это не опасно? Вдруг он взорвётся и над планетой появится огромное радиационное облако? Об этом подумали?

— И думали и думают. Но есть надежда, что этого не произойдёт. Придётся уйти. — Он кивнул подбородком в сторону носа корабля.

Ирна повернула голову: от носа корабля к его корме, вдоль платформы, шёл офицер, за ним двигалась шеренга десантников.

— Осмотр закончен. — Слышался зычный голос офицера. — Все, кто не занят в исследовательских работах, пожалуйста, пройдите за ограждение. Пожалуйста, пройдите за ограждение.

Останавливаясь перед каждым, офицер вытягивал руку в сторону ограждения и шёл дальше лишь тогда, когда любопытный выполнял его просьбу. Идущие за ним десантники становились в цепочку вдоль натянутого троса.

Корот и Ирна отошли за ограждение. Рядом с ними тут же оказалась пара стереонщиков с камерой и микрофоном.

— Госпожа Шарова. Что вы можете сказать о находке? Это действительно космический корабль пришельцев? А где, тогда, они сами? Среди нас? — Протараторила молоденькая девушка в микрофон и подставила его к губам Ирны.

— Я археолог, а не футуролог. — Ирна подняла руку и отвела микрофон от лица.

— Извините, но здесь очень шумно. — Стереонщица попыталась вновь вернуть микрофон в прежнюю позицию, но выставленная рука Ирны не дала ей это сделать.

— Извините, я не компетентна в этих вопросах. — Ирна отвернулась.

— Жаль!

Опустив микрофон, стереонщица повертела головой и направилась прочь. Вскоре она уже совала микрофон под нос кому-то другому.

— Извините, госпожа Ирна, но я вынужден покинуть вас. — Заговорил астрофизик. — Извините! — Повернувшись, он пошёл прочь.

Постояв ещё некоторое время, Ирна направилась в свою палатку.

Войдя внутрь, она почувствовала себя, крайне, уставшей и едва прилегла на свою импровизированную спальную платформу, как сразу же провалилась в пустоту...

6

Ирна проснулась от громкого шума. Вскочив, она шагнула к выходу и откинув полог, выглянула наружу. Было очень раннее утро: солнца ещё не было и сумерки едва-едва разомкнули свои объятья.

От ближних палаток все бежали в одну сторону. Ирна не стала поддаваться сиюминутному стремлению, а вернувшись в палатку, привела себя в порядок, выпила тоник и уже затем вышла наружу. Никто уже никуда не бежал, но помня прежнее направление бегущих, Ирна повернулась в ту сторону и остолбенела — поодаль над песком возвышался космический корабль. Он был огромен. Не сводя с него глаз, не смотря под ноги и потому постоянно спотыкаясь, Ирна направилась к нему.

Вблизи корабль был ещё огромнее и грациознее. Он стоял на восьми опорах, которые заканчивались огромными тумбами. Платформы под ним не было. Из его чрева на чёрную площадку был опущен трап, рядом с которым стояли несколько военных, а перед ним толпа исследователей. На ступеньках трапа, кто-то стоял, но в серости раннего утра трап, находясь в тени корабля, ещё плохо просматривался и кто это был, понять было невозможно.

Ирна протиснулась ближе к трапу и когда оказалась напротив, её сердце бешено заколотилось — это был тот самый старик в жёлтом плаще люпий, но сейчас капюшон с его головы был сброшен, его лица, практически, видно не было и лишь горящие жёлтые ободки зрачков сияли на нём подобно ночным светлячкам.

Старик повернул голову в её сторону — у Ирны всё поплыло перед глазами. Она закрыла лицо руками и пошатнулась. Чья-то сильная рука схватила её за локоть.

— Тебе плохо? — В раздавшемся голосе, она узнала астрофизика.

— Это он. — Ирна опустила руки. — Он посмотрел на меня и мне показалось, что узнал. Мне не по себе. Что он здесь делает? Неужели никто больше не чувствует его негативного действия на себя?

— Если верить в произошедшее, то это он и оторвал корабль от платформы и поставил его на опоры.

— Его уже разрезали? Когда? Ночью?

— Я не знаю, где ты была, но вечером здесь произошла целая история. — Астрофизик отпустил локоть Ирны.

— Я спала, как дурёха и только что проснулась от шума. Что здесь произошло?

— Вечером из института пришли результаты анализа частиц, которые мы с тобой собрали с корпуса корабля. Они подтвердили предположение, что корабль очень долго находился в пространстве и прошёл не один десяток парсек, добираясь до Гитты. К тому же, я просил просмотреть все записи за последние пятьдесят лет о неклассифицированных космических объектах: есть одна интересная запись, примерно, десятилетней давности, о входе в атмосферу Гитты странного болида, который не был замечен в космосе ни одной из наблюдательных станций. Проанализированная тогда траектория, показывала, что он упал внутри кольцевых гор. Естественно, там его никто не искал. Мы оказались не точны.

— Ты считаешь, что тот болид и есть этот корабль?

— Не исключено. — Вирт мотнул головой. — Я направился искать руководителя научной группы, чтобы познакомить его с выводами. В палатке его не оказалось и я направился сюда. Подхожу и вижу стоит этот старик в жёлтом плаще, а вокруг него десантники и всё руководство исследованиями. Старик что-то говорит, оживлённо жестикулируя. Я протиснулся поближе и как понял, он утверждал, что сможет открыть люк корабля и опустить трап. Руководство же сомневается в его возможностях. Но старик упорно доказывает, что он сможет это сделать и просит ночь для этого. Тем более, что утром уже собрались резать корпус. Я не знаю, сколько они до меня препирались, но мне пришлось ещё около часа дожидаться научного руководителя. Мне показалось, что старик был даже агрессивен и готов был пойти на что угодно, лишь бы получить доступ к кораблю. В конце-концов руководство уступило его просьбе, но приставило к нему офицера, для наблюдений за ним. Старик и офицер направились к кораблю, а я познакомив руководителя исследований с результатами анализа, направился отдыхать. Спал этой ночью, как убитый. Вообще-то я плохо сплю ночью, в силу своей профессии и просыпаюсь, буквально, от каждого шороха, а этой ночью со мной произошло что-то непонятное. Проснулся от шума. Выглянул — корабль стоит на опорах. Моя палатка недалеко. Я сюда. Платформы нет, позже выяснилось, что она в котловане. Старик стоит на ступеньках трапа, офицер его охраны около трапа. Я к нему. Что произошло? Как старику удалось? А офицер лишь крутит головой. Оказалось, он тоже проспал всю ночь и понятия не имеет, что делал старик. Подошли другие. Оказалось, что все этой ночью спали и никто ничего не видел и не слышал. Мистика какая-то. — Астрофизик потряс головой.

— И что дальше? — В голосе Ирны скользнули нотки испуга.

— Сейчас организуется группа для обследования корабля. Вначале войдут десантники и если там нет ничего враждебного, то начнут работу исследователи. Если пожелаешь, я посодействую, чтобы и тебя включили в группу моим помощником. Я захватил портативный сканер-анализатор. — Он достал из кармана какой-то прибор и покрутив, убрал назад. — Вдруг удастся что-то интересное найти.

— Я не против. — Ирна покрутила головой. — А старик будет с нами?

— Не знаю. — Корот дёрнул плечами. — Неужели он так пугает тебя?

— Я боюсь его взгляда.

— Спрячешься за мою спину. — Широко улыбнувшись, астрофизик, легонько тряхнул Ирну за локоть.

— Это не остроумно.

— Но я, действительно, другого ничего не могу предложить. — Корот развёл руками.

Ирна глубоко и протяжно вздохнула.

— Десантники пошли. — Астрофизик взмахнул подбородком. — Подойдём ближе. Иначе без нас обойдутся.

Повернувшись, он быстро пошёл в сторону опущенного трапа, обходя стоявшую перед ним толпу. Ирна пошла за ним, периодически переходя на бег. Чтобы добраться до трапа им пришлось обогнуть одну из опор, которую Ирна и Корот вдвоём, наверное, не смогли бы обнять и Ирна в полной мере оценила мощь космического корабля.

— Какая огромная. — Заговорила она указывая рукой на опору. — Наверное, он очень тяжёлый.

— Да уж не лёгкий. — Губы астрофизика вытянулись в усмешке. — Но опоры, скорее всего пустотелые.

Вскоре они подошли к трапу с обратной стороны, но десантники не пропустили их ближе и Вирт окликнул большого полного мужчину, незнакомого Ирне, который, видимо, был руководителем, стоящих перед трапом, исследователей. Увидев астрофизика, мужчина повернул голову в сторону стоящего рядом с ним офицера и что-то произнёс. Офицер тут же повернулся в сторону десантников и сделал отмашку. Десантник стоящий рядом с астрофизиком отступил в сторону. Корот и Ирна подошли к трапу. Старика на нём не было и Ирна вздохнула с облегчением. Мужчина оказался академиком Медины — научным руководителем происходящих здесь исследований.

Офицер, стоящий рядом с Медины, держал в руке сканер связи из которого доносились длинные и короткие теттрады слов. Ирна прислушалась. Вскоре ей стало понятно, что это говорят десантники, обследующие корабль изнутри.

Насколько она понимала: ни одну дверь внутри корабля открыть не удавалось.

Прошло ещё достаточно много времени, пока, наконец, в проёме люка, из которого опускался трап, показались ноги в высоких чёрных ботинках и шестеро десантников сбежали по трапу и вытянулись перед офицером.

— Ничего подозрительного обнаружить не удалось. Так же не удалось открыть ни одной двери. Все коридоры пусты. — Произнёс ближний к офицеру десантник.

— Свободны! — Офицер кивнул головой.

Повернувшись, десантники убежали. Офицер повернулся к научному руководителю и развёл руками. Медины повернулся к, стоящим за ним, исследователям.

— Приступайте! Но всё же, соблюдайте осторожность.

Исследователи направились к трапу. Корот и Ирна, оказавшись к трапу ближе всех, ступили на него первыми: первым шёл Корот, а за ним, с замершим сердцем, Ирна.

Поднявшись, они оказались в достаточно большом, практически, пустом, сером, высоком помещении. В нём было светло, хотя никаких источников света нигде не наблюдалось, будто светился сам воздух. В нескольких местах из стен торчали кронштейны с прикреплёнными к ним шлангами и кабелями, заканчивающимися разъёмными соединениями.

— Чем бы это могло быть? — Произнёс Вирт, проведя рукой перед собой.

— Я думаю — это ангар для летательных аппаратов. — Ответила Ирна.

— С чего ты взяла?

— Во-первых, так пишут в книгах; во-вторых — эти пятна правильной геометрии на полу, недвусмысленно указывают, что на них что-то должно стоять, а эти хоботы, торчащие из стен, несомненно, используются для их обслуживания.

— Возможно. — Корот поднял плечо. — А ты наблюдательна.

— Без этого в моей профессии делать нечего. А почему здесь светло, господин профессор? Это уже по вашей части.

Астрофизик достал из кармана анализатор и приподняв его на уровень своего лица, поводил по сторонам.

— Не совсем понятно. — Он опустил анализатор и повернул голову к Ирне. — В воздухе что-то есть. Какая-то непонятная субстанция.

— А если она опасна? — Глаза Ирны сделались большими.

— Не думаю. Видимо, она инертна.

В стенах ангара было несколько дверей. Корот направился к одной из них. Ирна неотступно следовала за ним. Вошедшие вслед за ними исследователи, разбрелись по ангару и принялись за какие-то манипуляции, с принесённым своим оборудованием.

Подойдя к двери, Ирна увидела на стене рядом с ней, на высоте своего плеча жёлтый прямоугольник.

— Идентификатор. — Произнесла она, непроизвольно слетевшее с её языка слово и приложила руку к прямоугольнику.

Ничего не произошло. Хмыкнув, она опустила руку.

— Ты знакома с системами безопасности инопланетян? — Раздался удивлённый голос Вирта. — Надеялась, что прописана в базе данных корабля? — В его голосе послышалась насмешка.

— Ни на что я не надеялась. — Ирна глубоко вздохнула. — Просто, я иногда читаю фантастику.

— А я её пишу.

— Я не большой знаток фантастики и не знаю такого автора.

— Я размышляю о природе Мироздания, Вселенной, причинах зарождении разума в ней и его доменантности.

— Это наверное больше философия, а не фантастика.

— Скорее всего, где-то между ними.

— Я больше склонна думать о прошлом, а не о будущем. Если не знать прошлого, не будет и будущего.

— Ты права. Однако, мы отвлеклись и пора вернуться в реальность настоящего.

Астрофизик надел сканер на ладонь своей правой руки и прислонил её к жёлтой пластинке. По небольшому экрану сканера побежали ряды знаков.

— Однако! — Корот принялся тыкать пальцами левой руки в сенсорный экран сканера. — Однако... Однако...— Затараторил он одно и тоже слово, тыча пальцами в сенсоры сканера.

Наконец его рука опустилась. Он повернулся к Ирне и молча покрутил головой.

Состроив гримасу, Ирна, так же молча, дёрнула плечами.

— Сканер показывает, что в пластинке есть энергия и что она обладает порциональными свойствами, что говорит о её кодированности. Идентификатор, как ты его назвала, чувствует внешнее воздействие, скорее всего, биополе человека и пытается его проанализировать. К сожалению, моему сканеру не понятны его сигналы или коды. Он их не идентифицирует.

— Жаль! — Ирна глубоко вздохнула.

— Смотри! — Корот вытянул руку перед собой. — Лестница.

Ирна повернула голову — в широком дверном проёме противоположной стены виднелись серые ступеньки лестницы, ведущей вверх.

— А ведь инопланетяне похожи на нас. — Произнесла Ирна.

— Ты уверена?

— Трап. Эта лестница. Это же для ног. Значит они у них такие же, как и у нас. Или очень похожие.

— Разумно. — Астрофизик вытянул руку перед собой. — Посмотрим, что у них наверху.

— Посмотрим. — Ирна согласно кивнула головой.

Опустив руку, Корот направился к лестнице, лавируя между исследователями. В ангаре уже наблюдалась некоторая толчея, исследователей, которые толкая и таская всевозможные аппараты и лестницы, подносили свои анализаторы ко всему, до чего можно было дотянуться.

Лестница оказалась винтовой и достаточно крутой. На нескольких первых ступеньках Ирна споткнулась и наконец, поняв в чём дело, стала выше поднимать ноги.

— Они, или высокие, или длинноногие. — Громко произнесла она, пытаясь догнать астрофизика, который, видимо, не испытывая неудобства, уверенно шёл по лестнице.

— Возможно. — Не оглядываясь ответил он.

— У них ступеньки выше. — Пояснила свой вывод Ирна.

— Я это заметил.

Лестница вынесла их в чуть более светлый коридор следующего уровня, но был ли он светлее от более яркого освещения или таким был сам по себе, понять было невозможно. Исследователей видно не было, видимо они ещё не добрались сюда и Корот с Ирной неторопливо зашагали по коридору, крутя головами.

Коридор был гораздо ниже ангара и не слишком широк и двоим идти рядом было непросто и Ирна шла чуть позади профессора, однако настолько близко к нему, что касалась своим плечом его спины.

Ирна, в какой-то степени, оказалась удивлена. Коридор не совсем соответствовал описаниям коридоров космических кораблей, о которых она читала в фантастических романах или видела в фильмах и больше напоминал коридор официального учреждения, а не футуристического покорителя пространства: здесь не было неизменного атрибута коридоров космического корабля — усилителей конструкции, которые в фильмах наличествовали в огромных количествах; но в верхней части коридора стояли решётки, которые, несомненно, были частью воздуховодов; по потолку шли две широкие белые полосы, которые могли служить источником света; углы коридора были скруглены; двери находились лишь с одной стороны коридора — внешней, если так можно было сказать о двух его стенах, длинной и короткой, с неизменной жёлтой пластинкой рядом, но все они были закрыты. Напротив каждой, они останавливались и Вирт подставлял к пластинке свой анализатор и опуская через некоторое время руку, неизменно, крутил головой.

Коридор оказался кольцевым и Корот с Ирной вновь оказались перед лестницей, по которой и поднялись сюда.

— И что вы можете сказать, об увиденном, госпожа археолог. — Поинтересовался Корот, останавливаясь напротив лестницы. — Соответствует оно фантазиям авторов фантастических романов?

— Вполне, господин астрофизик. — Ирна развела руками. — Такое впечатление, что ожил один из фантастических романов и мы стали его действующими лицами.

— Хм-м! — Состроив гримасу, астрофизик покрутил головой. — Занятно! Может быть в нём есть подсказка, как открыть одну из дверей корабля?

— Стоит над этим подумать. — Ирна дёрнула плечом. — Я чувствую себя уставшей.

— Анализатор отмечает пониженное содержание кислорода внутри корабля. Из-за этого и усталость. — Вирт шагнул к лестнице и медленно пошёл по ступенькам, повернувшись вполоборота к Ирне, идущей следом. — Что-то мешает выравниванию атмосфер. Возможно, какая-то невидимая нам завеса над трапом. — Продолжил говорить он. — Анализатор отмечает перемещающиеся энергополя в коридоре. Несомненно, это токи энергии. Значит энергия на корабле есть и она вполне соответствует нашим физическим законам. Это ещё одно подтверждение, возможной, идентичности инопланетян. Думаю, дверь, не корпус и одну из них можно вырезать.

— Жаль портить такой прекрасный корабль. — Ирна глубоко вздохнула. — Может стоит потерпеть и специалистам удастся раскодировать одну из пластинок?

— Если бы его удалось оттащить на ближайшую базу военных, проблем бы со временем не было. Но он очень тяжёл и громоздок и думаю, даже десять грузовых коптеров его не поднимут.

— Жаль! — Ирна вновь глубоко вздохнула.

Едва они оказались в ангаре, как Ирна схватила профессора за локоть и прижалась к нему. Астрофизик, подняв брови, уставился в девушку — в его голове, пронёсся бурный рой противоречивых догадок, но он всё же счёл нужным высказать свою озабоченность, её столь бурному выражению своего чувства.

— Госпожа Ирна, вы слишком эмоциональны. Здесь это не совсем уместно. — Стараясь придать голосу строгость, произнёс он, пытаясь лёгким движением выдернуть локоть из рук Ирны, но она держала его таким хватом, что сделать это легко было невозможно.

— Он здесь. — Прошелестели губы Ирны и она так плотно прижалась к астрофизику, что тот почувствовал её упругую грудь.

— Но это...

Корот Вирт дёрнулся, от столь бурного натиска девушки и чтобы устоять, сделал шаг вперёд, его голова повернулась и взгляд упёрся в старика в жёлтом плаще люпий, стоящего в нескольких шагах перед ним. Рядом со стариком стояли несколько исследователей. Старик что-то говорил и по обрывкам долетающих фраз, можно было понять, что он чем-то недоволен.

— Он не смотрит на нас. Стань за мою спину. — Вирт резко дёрнул свою руку и Ирна отпустила его локоть. — Я хочу подойти к нему и узнать о чём он говорит. Он, явно, недоволен.

Астрофизик подошёл к старику и исследователям. Старик тут же умолк.

— Что за проблема? — Поинтересовался Вирт, смотря на одного из исследователей, подтверждая свой вопрос взмахом подбородка.

— Он не даёт резать дверь. Ещё угрожает. — Заговорил исследователь с усмешкой на губах. — Кто он, вообще-то, такой?

Вирт повернул голову к старику.

— Объясните причину вашего несогласия, господин.... Извините, но я не знаю вашего имени.

— Валлиолет Лампарт. — Произнёс старик, довольно, странное имя.

— Корот Вирт. Астрофизик. — Назвал себя Вирт. — Так в чём проблема, господин Лампарт?

— Я считаю неразумным применять насильственные действия к элементам конструкции корабля. — Заговорил старик и Вирт отметил проскальзывающий акцент, хотя старик, скорее всего, пытался говорить очень правильно, что было неудивительно лишь в том случае, если он был люпий, хотя внешне похож он на него не был. — Я уверяю — есть способ открыть двери корабля более традиционным методом.

— Я нисколько не сомневаюсь, что он есть, господин Лампарт. — Вирт улыбнулся. — Но, к сожалению, нам он неизвестен.

— Я найду его. — В голосе старика послышались твердые нотки уверенности, его жёлтые ободки зрачков, вдруг, вспыхнули, заставив сердце Вирта неприятно вздрогнуть.

— Возможно, мы бы и сами его нашли, но время нас торопит, господин Лампарт. Совсем скоро наступит сезон аномальной погоды, а нам бы не хотелось бросать корабль в пустыне. Есть опасность, что он будет повреждён или вовсе, безвозвратно потерян.

— Мне достаточно одной ночи. Я уверен, что найду способ. — Голос старика прозвучал очень резко, будто с угрозой.

— Хотелось бы вам верить, господин Лампарт. — Вирт поднял плечи. — Но я вас не знаю. Вы очень странный человек и прежде, чем принять какое-то решение, я хотел бы узнать что-либо о вас. Вы не похожи на люпий.

— Я родился с отклонением в психическом развитии и люпии хотели меня умертвить, но моя мать убежала со мной в горы, в пещерах которых я и прожил всю свою жизнь. Мои глаза трансформировались и теперь хорошо адаптированы к темноте.

— И что же особенного люпии нашли в вас, что заслуживало смерти?

— Я этого не знаю. Мать не раскрыла этой тайны.

— А где ваша мать сейчас?

— Она давно умерла.

— А вы не пытались вернуться к своему народу?

— Пытался! — Лицо старика исказилось неприятной гримасой. — Но моя внешность ввергла их в ярость и я едва спасся.

— Хм-м! — Вирт провел левой рукой по лицу. — Хотелось бы верить вам, господин Лампарт. Почему нужно ждать ночи? Прямо сейчас и займитесь вашими исследованиями. И мы вам поможем. Возможно, что совместными усилиями и успех придёт быстрее.

— Я уже сказал — дневной свет мешает мне сосредоточится.

— Разве? — Вирт вскинул брови. — Но, насколько я понимаю, здесь и ночью будет такое же освещение. — Он оглянулся. — Вы как думаете, госпожа Шарова? — Вирт вопросительно кивнул головой, стоявшей за ним Ирне, с прижатыми к лицу руками так, что они закрывали глаза.

— Я не знаю. — Ирна, не опуская рук, покрутила головой.

— Н-да! — Вирт вновь повернулся к старику. — Я не против, господин Лампарт. Но я должен информировать руководителя научной группы. Скажите условия, на которых вы согласны нам помочь?

— Вы не должны применять насильственные действия к элементам конструкции корабля. Это моё единственное условие.

— Где вас найти?

— Я буду здесь.

Вирт повернулся к Ирне.

— Пойдёмте, госпожа Шарова.

— Я хотела бы задать вопрос господину Лампарту, если не ошибаюсь. — Произнесла Ирна, опуская руки и гордо вскидывая голову.

— Я слушаю! — Раздался у Вирта за спиной голос старика.

— Зачем вы преследуете меня? — Голос Ирны прозвучал твёрдо и даже, как-то, властно.

— Я подумаю над ответом. — Произнёс старик.

— Как долго?

— Тебе это будет известно.

— Хм-м! — Ирна резко повернулась и направилась к трапу.

Астрофизик догнал Ирну, когда она уже была внизу.

— Ну и прыть! — Заговорил он. — Еле догнал. Это старик тебя так стимулировал? Ты куда сейчас?

— К себе! Я очень устала и хочу отдохнуть. — Практически выкрикнула Ирна, не поворачивая головы.

— Как пожелаешь. — Дёрнув плечами, Корот Вирт повернулся и пошёл в другую сторону.

***

Ирна открыла глаза. Было темно и тихо. Она вытянула руку и нащупав на столике ночной светильник, включила его — палатка наполнилась голубоватым мистическим светом. Она рывком села и провела ладонями по лицу. В голове неприятно шумело.

Вернувшись, после посещения корабля, Ирна достала из своих тайных запасов баночку крепкого тоника и выпив, легла на свою импровизированную спальную платформу, свернувшись комочком. Она была взволнована; её колотило; сердце норовило, буквально, выпрыгнуть из груди. Она даже сама не понимала, каким образом у неё хватило смелости взглянуть старику в глаза и задать ему такой прямой вопрос.

Поднявшись, Ирна взглянула на себя в прикрепленное к стенке палатки зеркало: на неё смотрело припухшее лицо, с растрёпанными волосами и сонным взглядом. Глубоко и протяжно вздохнув, она начала приводить себя в порядок.

Покончив с туалетом, Ирна вышла наружу. Было очень раннее утро и было прохладно. Из-за горизонта лишь едва показался краешек алой зарницы и на небосводе ещё было полно ярких звёзд. Дул лёгкий ветерок. Ирна повернула лицо ему навстречу и он, приятно лаская, уносил с собой остатки шума, от выпитого перед сном лёгкого хмельного напитка. Дышалось легко и свободно. Подняв голову, она посмотрела на звёзды.

От какой из них он прибыл к нам? Вдруг всплыла у неё любопытная мысль. Видна она с Гитты или надёжно спрятана от нас за какими-либо туманностями? Удастся узнать когда-нибудь о ней? Странный старик. Вчера я не почувствовала его психотропного действия. Может он испугался, что я знаю об этом и решил больше не издеваться надо мной? Это ведь наказуемое действо. А может, просто, в присутствии большого количества народа не решился на атаку моего мозга? А как он ответит на мой вопрос: словами или это будет очередное воздействие? Как наказание? Ирна передёрнула плечами и опустила голову. Интересно, ему разрешили этой ночью работать внутри корабля? Вдруг ему и в самом деле удастся открыть одну из дверей? Вот будет весело: ученые со своими супер анализаторами бессильны, а какой-то люпий — всесилен. Она широко улыбнулась. Пройтись, что ли, до корабля и поинтересоваться у десантников?

Глубоко вздохнув, Ирна направилась в сторону, высившегося тёмной громадой, инопланетного космического корабля.

Проходя мимо палатки астрофизиков, она, сама не зная почему, замедлила шаг. Будто почувствовав это, полог палатки откинулся и из неё вышел профессор Вирт. Ирна остановилась.

— Здравствуйте, господин профессор. — Произнесла она.

— А-а-а! Госпожа археолог! — Корот шагнул к Ирне. — Здравствуй, здравствуй! И куда же ты направляешься в такую рань? К старику Лампарту на медитацию?

— Вы смеётесь надо мной, господин профессор, а мне, совершенно, не смешно. Я вчера так испугалась его, что проспала весь остаток дня и всю ночь.

— А он ждал тебя.

— Вы шутите? — Ирна вскинула брови.

— Думаю, что нет. Он до ночи просидел около котлована в какой-то непонятной позе, смотря в сторону палаток. Определённо, ждал тебя. Но сказал, что занимался медитацией.

— Вы не разрешили ему открыть двери? — В голосе Ирны послышалось возмущение. — Жаль!

— Почему не разрешили. — Корот дёрнул плечами. — Если уж ты здесь, то можно пойти и поинтересоваться результатами его работы. Я как раз и намеревался это сделать.

— Я буду рада, если вы возьмёте меня с собой. — Ирна улыбнулась.

— Тогда идём смотреть. — Корот вытянул перед собой руку и сам шагнул в указанном направлении.

Когда они подошли к трапу, то у стоявших около него десантников был, явно, заспанный вид. Они совершенно никак не отреагировали на подошедших учёных. Окинув их недовольным взглядом, Вирт начал подниматься по трапу. Ирна последовала за ним.

Оказавшись в ангаре, она шагнула в сторону, обходя остановившегося археолога и тут же замерла сама — все двери ангара были открыты и в нём было гораздо светлее, нежели вчера, хотя источника света, по-прежнему, видно не было.

— Ну и ну! — Произнесла Ирна и покрутила головой — старика в ангаре не было.

Может он в одной из комнат. Всплыла у неё мысль и её сердце невольно сжалось от возможной встречи с ним.

Вирт направился к той же самой двери, к какой первой они подходили и вчера. Подойдя, он осторожно заглянул внутрь. Затем, повернувшись, молча кивнул Ирне рукой, давая понять, чтобы она подошла. С замершим сердцем, Ирна подошла к астрофизику.

— Он там? — Тихим голосом, будто боясь того, кто находится внутри помещения, произнесла она.

— Никого здесь нет. — Заговорил Вирт не оборачиваясь. — Здесь лишь какой-то механизм. Я предлагаю осмотреть его.

— Я не против. — Произнесла Ирна и глубоко вздохнув, шумно выдохнула.

— Впечатление, будто ты камень сбросила с плеч. — Корот оглянулся и широко улыбнулся.

— Возможно, так и есть. — Ирна ещё раз глубоко вздохнула.

Хмыкнув, Вирт отвернулся и шагнул внутрь помещения. Ирна шагнула следом.

В помещении было очень светло — свет шёл от большого белого круга на потолке, прибавляло света и то, что его стены были светло серых тонов, будто отражающих свет. Помещение было небольшим. Посреди него стоял какой-то полуовальный аппарат с креслом перед ним. На стенке полуовала, повернутой к креслу был чёрный квадрат, несомненно, это был какой-то экран, под которым располагался ряд небольших разноцветных панелек.

Вирт подошёл к аппарату и склонился к цветным панелькам. Ирна сделала тоже самое.

Брови Ирны взметнулись вверх — на панельках были нанесены какие-то угловатые знаки. Они ни с чем не ассоциировались. Были ли это знаки письменности или какие-то пиктограммы, понять было невозможно.

Вирт, вдруг, вытянул руку и ткнул указательным пальцем в одну из пиктограмм. Ирна вздрогнула. Но ничего не произошло. Тогда Вирт провёл пальцем по всем клавишам. Никакого эффекта это не возымело — аппарат остался безмолвен. Вирт сел в кресло и откинувшись на спинку, покрутился вместе с ним и подняв голову, посмотрел на Ирну. Его губы вытянулись в широкой улыбке.

— Достаточно удобно. Видимо, ты права — они, весьма, схожи с нами.

— Я надеюсь.

Ирна отступила от передней стенки аппарата и пошла вокруг него. Обойдя, она остановилась рядом с креслом, с другой стороны.

— И как? — Вирт вопросительно взмахнул подбородком.

— Да никак! — Ирна мотнула головой в ответ.

— Вот и отлично, что никак. — Вирт поднялся. — Посмотрим в других комнатах. — Он направился к двери.

Молча дёрнув плечами, Ирна пошла за ним.

Выйдя в ангар, Вирт вдруг повернулся к дверному проёму и подняв руку, приложил её к жёлтой пластинке — с лёгким свистом выскользнувшая из стены дверь, отгородила его от комнаты. Отстранив руку и подождав несколько мгновений, он вновь приложил её к пластинке идентификации — дверь осталась на месте. Он постучал рукой по пластинке — никакого эффекта это не возымело.

Повернувшись к Ирне, Вирт, состроив гримасу, поднял плечи и разведя руками, замер.

— Вы верите ему? — Произнесла Ирна.

— Кому? — Астрофизик вернулся в нормальную позу.

— Старику.

— В какой-то степени. А что у тебя вызывает сомнение?

— Уж слишком правильно он говорит.

— Как понять? Если ты имеешь ввиду его речь, то она внятна и толкова, хотя, если прислушаться, можно уловить нехарактерные признаки неестественного произношения. Если его биографию, то она, вполне, правдива.

— Он слишком чётко выговаривает слова. Как-то не верится, что он всю жизнь провёл, здесь, в песках. Так говорят лишь преподаватели словесности.

— Что здесь плохого? — Корот дёрнул плечами. — Человек следит за своей речью. Возможно, это и нам бы не помешало.

— И всё же, я не уверена, что он люпий.

— Это пустой спор. Когда-либо узнаем, кто он. — Вирт вытянул руку в сторону. — Пойдём осмотрим другие комнаты, пока здесь спокойно и не набежали другие любопытные.

— Пойдём! — Ирна дёрнула правым плечом, показывая, что осталась при своём мнении.

Следующая комната была пустой. Ещё в одной на полу лежал какой-то агрегат, ассоциирующийся с небольшим движителем летательного аппарата. В этой комнате было несколько шкафов, в которых находились, определённо, инструменты для работы. Была и ещё одна находка, которая утвердила версию Ирны и Корота, что инопланетяне похожи на гиттов — это был комбинезон тёмно-серого цвета с многочисленным карманами. Комбинезон был достаточно большой, что однозначно указывало на большой рост, того, кто его некогда одевал и он был покрыт большим количеством разноразмерных тёмных пятен., что говорило, что им достаточно интенсивно пользовались.

— Даже не знаю, кому бы он был в пору. — Заговорила Ирна, расправляя висящий в шкафу комбинезон. — Если только Ивору.

— Если ему под два метра. — Резюмировал Корот.

— Мож-жет бы-ыть. — Протянула Ирна, оставляя в покое комбинезон и отходя от шкафа.

— Поднимемся на второй уровень. Надеюсь, там интереснее. — Произнёс Вирт и повернувшись шагнул к выходу.

Едва они поднялись на второй уровень, как лицо Вирта исказилось гримасой недовольства — виднеющиеся от лестницы двери били закрыты.

— Проклятье! — Повернувшись, он направился назад, в ангар.

— Что-то неприятное? — Поинтересовалась Ирна, прыгая по ступенькам, вслед за ним.

— Он не открыл двери второго уровня. — Бросил Вирт, не оглядываясь.

— Почему?

— Я бы это сам хотел знать.

— И куда мы?

— К нему.

Ирна мгновенно остановилась.

— А где он?

— Думаю, там же, где и вчера.

— Где это? — Нога Ирны замерла над следующей ступенькой лестницы.

— На песке... — Удалось разобрать Ирне лишь часть удаляющегося голоса астрофизика.

Она заторопилась, но когда спустилась в ангар, то Вирта в нём не было. Состроив гримасу недоумения, она направилась к ближней открытой двери в ангаре: астрофизика там тоже не было. Она заглянула во все комнаты: Вирта нигде не было. Глубоко и протяжно вздохнув, она направилась к трапу.

Внизу астрофизика тоже не было. Предрассветное время уже сменилось ранним утром и от палаток в сторону корабля шли несколько человек, неся свои исследовательские приборы и атрибуты.

Ирна посмотрела в другую сторону — фигура астрофизика была уже в районе хвоста космического корабля и он быстро удалялся. Повернувшись, Ирна направилась ему вслед.

Выйдя из-под хвоста корабля, она остановилась. Её сердце забилось учащённо: метрах в тридцати на песке сидел старик, с наброшенным на голову капюшоне; Вирт стоял напротив него, его руки находились в постоянном движении, он, видимо, что-то энергично говорил, но старик оставался неподвижен. Ирна перешла с быстрого шага на медленный.

Что он пытается ему доказать! Стоит мне подходить или подождать профессора здесь? Принялась размышлять она. Вдруг старик опять посмотрит на меня своим неприятным взглядом и я опять просплю уже весь сегодняшний день? Как эти взгляды отразятся на моём здоровье? А если я начну сходить с ума? Ирна закрыла лицо руками.

— Тебе плохо?

Ирна почувствовала прикосновение к руке и вздрогнула. Она резко опустила руки. Перед ней стоял астрофизик. Её глаза сверкнули.

— Ты бросил меня! — Со злом в голосе заговорила она. — Я рассержена!

— Я... Бросил... — Состроив гримасу, Корот поднял плечи. — Извини. Но я... — Он покрутил головой. — Мои обязанности требуют...

— Это недопустимо! — Выкрикнула Ирна, перебивая астрофизика и повернувшись, пошла прочь.

— Остановись!

Раздался голос у неё в голове. Звук, именно, пришёл к ней прямо в мозг, а не через уши. Неосознанно выполняя полученную команду, она остановилась и замерла.

— Я не хочу тебе причинять неприятностей. — Продолжил звучать у неё в голове тот же голос. — Они лишь от того, что твой мозг несовершенен. Тут я бессилен помочь. Но я пытаюсь сделать всё, чтобы их было, как можно меньше.

Ирна подняла руки и ощупала голову. Никаких изъянов в ней не прощупывалось. Она опустила руки и повернулась: Корот продолжать стоять на том же месте, с какой-то непонятной гримасой на лице; старик был на ногах, капюшон с его головы был скинут и даже в таком отдалении было видно, как сверкают жёлтые ободки его зрачков.

— Кто вы? — Произнесла Ирна первую же, сформировавшуюся у неё, мысль.

— Я-я? — Гримаса на лице Корота стала ещё выразительнее.

— Можешь не произносить слов. Лишь чётко обозначай, какую мысль ты хочешь озвучить. — Прозвучали в голове Ирны следующие слова.

— Кто вы? — Шевельнулись губы Ирны, но голоса не последовало.

— Просто, думай! — Полученная фраза оказалась очень громкой и больно кольнула мозг Ирны, заставив её лицо исказиться болезненной гримасой.

Я думаю. Ирна плотно сжала губы от негодования. И хотела бы знать, кто вы и зачем преследуете меня? Попыталась она оформить свою мысль в понятный вопрос.

— Для всех, я Валлиолет Лампарт — люпий с отклонением в психическом развитии. Для тебя: Валл'Иолет — капитан боевого весспера толлонской цивилизации.

— Валл-и... — Шевельнулись губы Ирны.

Её ноги, вдруг, подкосились и она рухнула на песок...

***

Ирна почувствовала приятную прохладу на лице и открыла глаза — её взгляд упирался в незнакомое лицо.

Опять он! Острая мысль больно кольнула её мозг и она дёрнулась, пытаясь отстраниться от чужого лица.

Лицо, действительно отдалилось. Прохлада с лица, тоже исчезла. Чьи-то руки влезли Ирне подмышки и приподняли. Она оказалась сидящей.

— С вами всё в порядке, госпожа Шарова? — Раздался над головой Ирны и знакомый и нет голос.

Она подняла голову — на неё смотрел тот самый мужчина из полевого медицинского госпиталя.

Ирна подняла руки и принялась ощупывать голову.

— С моей головой всё в порядке? — Произнесла она, опуская руки.

— Внешне — да. — Мужчина усмехнулся. — Если не считать песка в ваших волосах.

— Да, да. Конечно. — Ирна принялась энергичного трепать свои волосы, пытаясь вытряхнуть из них песок. — Помогите встать. — Она подняла руки и кто-то, сзади взяв за них, поставил её на ноги. — Где он? — Она, закрутила головой.

Перед ней стоял мужчина в белой курточке, держа в руках какой-то предмет; за ним — астрофизик, по бокам — два десантника, которые, видимо и подняли её. Старика не было.

Сделав несколько шагов, Вирт стал рядом с мужчиной.

— Я вас слушаю, госпожа Шарова. — Произнёс он.

Подняв брови, Ирна уставилась ему в лицо.

— Да, что с вами? — Произнёс через несколько мгновений Вирт, дёрнув плечами. — Может вы переутомились, госпожа Шарова и вам стоит покинуть лагерь? Отдохните! — Он повернул голову в сторону мужчины. — Доведите её до палатки, помогите собрать вещи и ближайшим коптером отправьте в госпиталь. — Зазвучал его твёрдый голос. — Выполняйте!

— Да, господин Вирт. — Мужчина кивнул головой.

Повернувшись, астрофизик обошёл Ирну с десантниками и скрылся у неё за спиной.

— Прошу вас, госпожа Шарова. — мужчина вытянул руку перед собой.

Ирна оглянулась голову и увидела сидящего на песке старика, с накинутым на голову капюшоном.

Помогите мне капитан Валл... Она прервала свою мысль, пытаясь вспомнить вторую часть имени старика, но она никак не вспоминалась.

— Капитан Валл'Иолет. — Прозвучали слова в её голове и капюшон старика шевельнулся.

Пожалуйста, остановите их капитан Валл'Иолет. Попыталась Ирна придать своей просьбе понятную осмысленность. Я не хочу покидать лагерь.

Слов в голове Ирны больше не было. Подумав, что старик не в состоянии выполнить её просьбу, она отвернулась от него, но, вдруг, мужчина и десантники, повернулись и пошли прочь. Подняв брови, Ирна проводила их долгим, недоумённым взглядом, затем развернулась в сторону сидящего на песке старика.

Я могу подойти к вам? Постаралась она послать мысль в его направлении.

— Если для тебя это имеет значение. — Прозвучала в голове Ирны фраза.

Имеет! Ещё какое. Ирна попыталась придать своим мыслям недовольство.

— Как пожелаешь.

Ирна подошла к старику, но тот никак не отреагировал на её приближение, продолжая сидеть в прежней позе, с накинутым на голову капюшоном. Куда он смотрел, Ирне было сложно определить.

— Мне сложно подобное общение. — Заговорила она. — У меня складывается впечатление, что я ненормальная и разговариваю сама с собой. Мы можем разговаривать традиционным способом? Или, хотя бы, я?

— Как пожелаешь. — Прозвучала в голове Ирны фраза старика, какой-то безразличной интонации.

— Зачем вы преследуете меня? Во мне нет ничего особенного. Я такая же, как и миллионы других гиттов. Здесь есть более умные люди, занимающие более важные посты в иерархической лестнице нашей цивилизации. — Выпалила Ирна на одном дыхании.

Ты не поверила в мою легенду?

Озвучилась в голове Ирны колючая фраза. Она, совершенно, не поняла, толи старик спросил её, толи, просто, констатировал своё умозаключение. Она на какое-то время задумалась.

А я ведь и в самом деле не придала значения его представлению себя. Всплыла у неё мысль. Он пытается внушить мне, что он инопланетянин и что, возможно, прилетел на этом корабле. Но почему тогда он так поступил: никуда не пошёл и не сказал об этом официальным лицам, а ведёт себя очень скрытно? Есть причина для этого? Какая? А вдруг он преступник? Как мне реагировать на его легенду? А если рассказать обо всём профессору Вирту? Но поверит ли он мне, после всего, что со мной здесь уже произошло? Не посчитает мои слова бредом и не прикажет меня связать и на более жёстких условиях отправить отсюда? Может лучше помолчать? Посмотреть, как старик будет себя дальше вести? Но что-то ему ответить, всё же, нужно.

— Я ещё не решила: верить вам или нет. Я не вижу достаточных оснований ни для того, ни для другого. Я прошу вас лишь об одном — прекратите меня преследовать.

Старик вдруг поднялся и сбросив с головы капюшон, уставился в Ирну. Его жёлтые ободки зрачков ярко горели. Ирну сковал страх. Она стояла не шевелясь, уставившись в лицо старику. Шло время, но с ней ничего не происходило, не чувствовалось никакого покалывания в голове, ни какого-то другого неприятного чувства.

— Есть чувство, которое не управляется разумом, как бы мы этого не хотели, оно идёт от сердца, которому, как известно — не прикажешь. Думаю, это чувство и у вас — гиттов, такое же сильное, как и у нас — толлонов. Оно способно заставить человека, как совершить подвиг, так и превратиться в ничтожество. — Произнёс старик, чётко выговаривая слова.

Находясь сейчас очень близко к старику, Ирна впервые рассмотрела его лицо. У неё сложилось крайне противоречивое мнение о старике.

Он был достаточно высок, глаза Ирны смотрели ему куда-то в шею и ей пришлось поднять голову. Хотя кожа его лица была морщинистой, но она не была дряблой, это не были морщинки прожитых лет, а будто их кто-то искусственно создал на его лице; зачесанные назад волосы, спускающиеся ниже плеч, были несколько спутаны и неряшливы, но они были черны и блестящи; черны были и его брови, ресницы длинны и даже привлекательны; губы тонки и ярки и когда он их сжимал, то просматривалась твёрдость и воля его характера; подбородок и шея были тонки, наталкивая на мысль, что в этом человеке, возможно, нет большой физической силы, всё его тело скрывал очень широкий плащ и понять, как оно выглядит, было совершенно, невозможно, были видны лишь его удлинённые узкие руки; уши были чуть длинноваты, но, возможно, это удлинённые мочки делали их таковыми; несколько неестественно выглядел нос старика — он был прямым и длинным и его кончик, загнувшись вниз, неприятно нависал над его верхней губой, делая его лицо, если не уродливым, то с какими-то элементами мистики; но самыми необычными на его лице были глаза. Ирне, наконец, удалось понять их необычность — они были птичьими и жёлтый ободок вокруг зрачков, тоже был птичьим.

При столь близком рассмотрении, старика делал стариком лишь его неприятный нос, всё остальное в нём было достаточно молодо. Было несомненно, старик никак не походил на люпия и если они его, действительно, преследовали, то было за что.

— Я понимаю, что я неприятен. — Продолжил говорить старик. — А возможно и отталкивающь, что написано на твоём лице и потому не стану утомлять тебя. Хочу лишь сказать: то что ты ищешь, находится совсем в другом месте. Тарки жили в пещерах гор, которые, возможно, сами и выдолбили. Но вход в их пещерный город найти очень трудно и думаю, вы его никогда не найдёте, если только не снесёте сами горы и лишь я один знаю его. Но покажу ли его — зависит, лишь, от тебя.

Старик сделал несколько шагов назад и накинув на голову капюшон, опустился на песок. Капюшон склонился вниз, приняв, почти, горизонтальное положение.

— Что я должна сделать? — Поинтересовалась Ирна.

Прошло некоторое время, но старик оставался безмолвен, будто уснул. Глубоко и протяжно вздохнув, Ирна повернулась и пошла прочь.

Что он хотел этим сказать? Потекли у неё раздражённые мысли. Что покажет мне вход, лишь, когда я пересплю с ним? Не слишком ли он возомнил из себя неотразимого хельда. Да за такое... А если... А кому я могу об этом сказать? Её лицо погрустнело. И Сансан и Ивор уехали. Сказать Вирту, так он непременно прикажет связать меня и отправить отсюда силой. Нет, только самой. Неужели он думает, что я, действительно, добровольно приду к нему? Наглец! А если он ночью заберётся ко мне в палатку? У меня же есть парализатор. Ирна улыбнулась. Поставлю его на максимальное напряжение. Пусть только сунется. Но всё же, как, тогда, по другому заставить его поделиться информацией? Нет, уходить отсюда, пока не стоит. Вдруг что-то действительно, удастся узнать.

Она подняла голову и увидела, что около её палатки стоят двое мужчин. Её сердце сжалось, она замедлила шаг.

Десантники! Пришли отправлять! Острая мысль, больно кольнула мозг. Может не стоит идти туда? Куда же мне тогда? А если на корабль? Она, вдруг, осознала, что стоящие мужчины не похожи на десантников: одеты они были по другому и у них не было оружия. А если это Вирт со своим партнёром? Появилась у неё следующая мысль. Пришёл высказать своё недовольство. По-ду-маешь!

Она ускорила шаг и когда подошла ближе, то поняла, что около палатки стоят Горов и Смолн.

— Здравствуйте госпожа Шарова. — Заговорил Смолн, когда Ирна остановилась напротив них. — Мы сейчас встретили господина Вирта и он сказал, что вы переутомились и решили покинуть лагерь. Мы пришли, чтобы помочь вам собрать вещи.

— Здравствуйте господа! — Ирна кивнула головой. — Это профессор Вирт так решил. Я чувствую себя прекрасно и никуда уходить не собираюсь. — Она повернулась к Горову. — Господин Горов. Мне стали известны некоторые факты из жизни тарков и я хотела бы внести коррективы в дальнейшие поиски их города.

— Сейчас я бессилен вам помочь, госпожа Шарова. — Горов развёл руками. — Предоставьте свои выводы научному совету и если он найдёт их убедительными, то, надеюсь, пойдёт вам навстречу и в следующем сезоне вы сможете продолжить свои поиски по уже скорректированному плану. Тем более, что вчера я свернул свою экспедицию, а значит, официально и вашу. Финансирование закрыто. Профессор Берст просил меня, поговорить с вами, чтобы вы ещё на некоторое время остались здесь, как представитель нашего института, так сказать, на свои средства. Позже институт компенсирует ваши затраты, в разумных пределах, конечно. У меня остался небольшой запас продуктов и я оставил контейнер с ними в вашей палатке. Если вы пожелаете, мы встретимся с руководителем научной группы этой площадки, академиком Медины и возможно, он сможет вам чем-то помочь.

— Спасибо за продукты, господин профессор. — Ирна склонила голову. — А в остальном, надеюсь, проблем у меня не будет.

— Что ж, госпожа Шарова. До встречи в стенах института. — Кивнув головой, Горов повернулся и пошёл прочь.

— До свидания! — Произнёс Смолн и развернувшись, побежал догонять Горова.

Проводив профессоров долгим взглядом, Ирна шагнула ко входу в палатку и откинув полог, заглянула внутрь — прямо у входа, занимая изрядное пространство, стоял большой контейнер. Она вошла внутрь, но чтобы пройти дальше, ей пришлось, буквально, протискиваться мимо контейнера. Протиснувшись, она взялась за ручку и попыталась оттащить контейнер в сторону — он оказался тяжёлым.

Идиоты! Не могли поставить в стороне от входа. Отправила она нелестную мысль в адрес профессоров. Я, что, транспортёр. Что он туда насовал, камней из захоронения. Чтобы хоть как-то досадить.

Поусердствовав, она немного отодвинула контейнер от входа и изрядно уставшая, подошла к своей импровизированной спальной платформе и прилегла. Её глаза тут же закрылись...

***

Ирна вздрогнула и открыла глаза. Громкий треск заставил её вскочить со спальной платформы и выбежать из палатки. Вдали сверкнула яркая вспышка и заставила её прикрыть глаза, а пришедший через несколько мгновений мощный раскат — втянуть голову в плечи. Когда раскат грома стих, Ирна открыла глаза и осмотрелась — около всех ближних палаток стояли их обитатели и смотрели в сторону гор. Она тоже повернулась в ту сторону — хотя до гор было достаточно далеко и их вершины едва просматривались, но было отчётливо видно, что над ними нависла мощная иссиня-чёрная облачность, в которой то и дело вспыхивали яркие сполохи молний и через несколько мгновений, затем, доносились глухие раскаты.

— Вот и дождались. — Сорвалось с её губ.

Видимо разобравшись в происходящем, стоявшие около палаток люди стали исчезать. Ирна достала спейс и взглянула на экран — был полдень местного времени. Сунув спейс в тот же карман, она нырнула в палатку, привела себя впорядок и опять выйдя наружу, направилась к космическому кораблю.

Весспер цивилизации толлонов. Вдруг всплыли у неё в голове слова старика. Вирт знает об этом? Нужно поинтересоваться. Если нет — сочтёт он мои слова бредом от усталости?

Вокруг корабля было достаточно много народа, который сновал туда-сюда, держа в руках какие-то приборы. Астрофизик стоял у трапа и разговаривал с кем-то по спейсу. Остановившись поодаль, Ирна дождалась, когда он закончит говорить и затем подошла к нему.

— Господин Вирт. — Негромко произнесла она.

Астрофизик повернулся к ней, его брови выгнулись высокими дугами.

— Ты, здесь? — Он сдвинул брови. — Я же приказал...

— Я решила остаться. — Перебила его Ирна. — Я имею право, как руководитель археологической партии, нашедшей корабль и как представитель археологического института планеты.

Лицо Вирта исказилось гримасой недовольства.

— Я не бюро находок. — Проскрежетал он.

— Я знаю, что это за корабль. — Лёгкая улыбка тронула губы Ирны.

— Может ты знаешь и как он оказался на Гитте?

— Ещё нет, но надеюсь, что буду знать.

— И что же это за корабль? — Вирт постучал рукой по трапу.

— Боевой весспер цивилизации толлонов.

Брови астрофизика вновь выгнулись высокими дугами.

— Бред какой-то. — Он покрутил головой. — Это тебе приснилось или раскат грома принёс?

— Считайте, как хотите. — Отвернувшись, она шагнула к трапу и неторопливо направилась внутрь корабля.

В ангаре всё было без изменений, если не считать с десяток исследователей, снующих туда-сюда, с какими-то аппаратами. Закрытая утром астрофизиком дверь, так и оставалась закрытой. Старик тоже был здесь. Он изваянием стоял около одной из стен, со сброшенным с головы капюшоном и смотрел перед собой, будто в пустоту. Но едва Ирна повернула голову в его сторону, как тут же почувствовала лёгкий укол в мозг.

Вы делаете мне больно. Это недостойно капитана, не только нашей цивилизации, но думаю, и вашей. Постаралась она послать недовольные мысли в сторону старика.

Извини! Зазвучал у неё в голове его голос. Я никак не могу адаптироваться к твоему информационному полю. Оно очень слабое и очень открытое.

Я не вычислительная машина, а человек. Послала Ирна мысль, не лишённую гордости.

Человек, такая же вычислительная машина и у него есть информационное поле. Если его нет, значит он мёртв. Получила она мысль, полную иронии.

Видимо в наших цивилизациях разные представления о разуме? Послала она следующую мысль.

Вы ещё не познали свой разум. Ваши знания о нём примитивны. Таковы и суждения. Пришла Ирне следующая ироническая мысль.

Мы-ы! Да мы уже живём почти сто пятьдесят лет, а о мозге знаем столько, что стоим на пороге его искусственного создания. Послала Ирна мысль полную возмущения.

Там вы и останетесь. Эта мысль больно кольнула мозг Ирны, заставив её поморщиться.

Как вы смеете так говорить о нас!?... Ирна начала распаляться. Не зная нас, нашей культуры, наших достижений!?

Я уже достаточно хорошо изучил вашу цивилизацию. И если бы не... Голос старика оборвался и Ирне показалось, что в нём скользнули нотки горести.

Что было бы? Поинтересовалась Ирна.

Она долго прождала ответ, но его не было. Решив, что это неприятный для старика разговор, она сменила тему.

А как вы попали на Гитту? Поинтересовалась она.

Случайно. Пришёл ответ.

Заблудились? И как долго вы блуждали среди звёзд, господин капитан? В её мыслях опять появилась ирония.

Очень долго.

Звёздный капитан заблудился среди звёзд. Разве такое возможно?

Возможно.

Ирна, вдруг, осознала, что старик своими односложными ответами не принимает её игру. Ей стало неловко.

Какая же я, однако, невоспитанная. Ирна принялась журить себя. Человеку, мне неприятному, я сама стала неприятна. Что такого, что он фантазёр. Вирт тоже фантазёр, но это ведь не повод, чтобы смеяться над ним. Хороша! Я обязана извиниться перед ним. Иначе, кто я после этого. Она подошла к старику.

— Извините, господин Валлиолет. — Заговорила Ирна. — Я была несдержанна.

Это моя вина, Ир-ин-на.

Ирна увидела, как жёлтые ободки глаз старика заметно потускнели.

Хм-м! Как он меня назвал? Ирина? Или даже, Иринна. Какое странное имя. Странное — тоже два "н". Хм-м! А оно звучит, даже, мелодично. Ирна — как-то грубовато. Иринна — гораздо приятнее. А если выбросить одну "н". Ирина — вообще прелесть. Если у меня будет дочь, обязательно назову её так. Ирина. Проклятье! Ирна плотно сжала губы. Он же понимает мои мысли. Ещё взбредёт в голову неизвестно что. Пора уходить.

— До свидания! — Поспешно буркнула она и отвернулась, намереваясь уйти, но тут же упёрлась в стоящего позади неё астрофизика.

— О-й-й! Извините! — Ирна сделала поспешный шаг назад.

— Я вижу, вы нашли общий язык? — Вирт вскинул брови.

— Ну вот, ещё! — Ирна состроила строгое лицо.

— А как же легенда о звёздном страннике?

— Каком страннике? — Пришла очередь уже удивляться Ирне.

— Ты же сама, только что пыталась меня убедить, что это военный корабль чужой цивилизации.

— Хм-м! — Ирна оттопырила нижнюю губу. — Я не знаю. Мне так показалось.

— Значит, всё же приснилось. — Вирт сдвинул брови. — Ну, ну! — Он повернул голову в сторону старика. — Господин Лампарт, вы не могли бы показать, как открывается эта дверь? — Астрофизик вытянул руку в сторону закрытой им утром двери. — Я её закрыл случайно и теперь не могу открыть.

— Она должна открыться. — Раздался голос старика. — Возможно, ты неправильно приложил руку к панели идентификации.

— Вот так. — Дёрнув плечами, астрофизик выставил перед собой ладонь. — Нужно, как-то иначе.

— Возможно, ты неплотно прикладывал ладонь. Попробуй ещё раз. — Произнёс старик.

Состроив гримасу недоумения и держа руку перед собой, астрофизик направился к двери. Влекомая любопытством, Ирна пошла следом. Подойдя, Вирт приложил ладонь к пластинке — дверь, с лёгким свистом скользнула в стену. Он, а за ним и Ирна — вздрогнули. Вирт отдёрнул руку и затряс ею, будто обжёгся.

— Горячо! — В голосе Ирны послышался испуг.

— А-а! Нет! — Вирт опустил руку и прижал её к ноге. — Неожиданно, как-то. Утром я чуть кожу на ладони не стёр, возя ею по пластинке, а тут... — Он покрутил головой. — Хитрит старик, хитрит. Но ничего. — Он повернулся к Ирне. — Мы найдём способ распознать его хитрости.

Астрофизик вернулся к старику.

— Господин Лампарт. Вы почти весь день здесь, без еды и воды. Я предлагаю пойти со мной. У нас прекрасная кухня. Она вам обязательно понравится. Да и сидя за столом, разговор у нас будет более приятным. — Он вытянул руку в сторону трапа. — Руководитель экспедиции, академик Медины, запретил какое бы то ни было механическое воздействие на корабль и вам не о чем беспокоиться.

— Я не против. — Плащ на старике дёрнулся.

— Прошу! — Вирт шагнул в сторону трапа.

Повернувшись, старик пошёл за ним.

— А я? — Произнесла им вдогонку Ирна.

— Как пожелаешь? — Выкрикнул Вирт, не оглядываясь.

Состроив гримасу, Ирна направилась вслед за стариком.

Ирна никогда не была в палатке, где питались исследователи и оказавшись в ней, с интересом принялась рассматривать помещение. Палатка была достаточно большой, даже можно было сказать — огромной. В ней находилось не менее десятка столиков, накрытых белыми скатертями. Около потолка висели несколько светильников, излучающих жёлто-голубоватый свет, негромко звучала какая-то ритмичная мелодия, было прохладно.

Вирт подошёл к столу в центре палаточного зала, который выглядел основательно и наверное был самым большим в палатке и выдвинул из-под него стул.

— Прошу вас, господин Лампарт. Можете снять ваш плащ. Здесь не холодно.

Старик подошёл к стулу и провёл рукой по передней складке своего плаща. Он распахнулся и Ирна увидела, хотя уже заметно поношенную, но всё ещё сохраняющую своё великолепие тёмно-серую курточку с висящими жёлтыми хвостиками на плечах и непонятными тёмными знаками на груди. Её рот приоткрылся от удивления.

— Нет! — Произнёс старик и тут же запахнув плащ, сел на стул.

Вирт, скорее всего, не видел курточки, так как смотрел в другую сторону, крутя головой, видимо кого-то высматривая. Подняв руку, он кивнул ею, кого-то подзывая. Откуда-то из глубины палатки выбежал мужчина в белой курточке, скорее всего стюард и подбежал к Вирту. Астрофизик придвинул своё лицо к его лицу и принялся что-то шептать. Голова стюарда качалась в знак понимания услышанных слов. Наконец, астрофизик выпрямился.

— Да, господин Вирт. — Произнёс стюард и повернувшись, побежал в ту сторону, откуда и прибежал.

Вирт выдвинул ещё один стул и тоже сел.

— Присаживайтесь, госпожа Шарова. — Астрофизик кивнул подбородком на стул напротив себя. — Разговор предстоит долгий.

Негромко хмыкнув, Ирна выдвинула стул и усевшись, упёрлась спиной в его спинку и замерла. Вокруг стола установилось молчание.

Что-то невяжется эта курточка с внешним видом старика. Размышляла Ирна, уставившись в стол перед собой. Откуда она у него? Ничего подобного у люпий никогда не было. А если это курточка военного офицера? Но я никогда подобной не видела. Уж такую красоту, непременно бы, вывесили в стерео. А если он говорит правду и действительно прилетел на этом боевом корабле из другой звёздной системы? А где же остальной экипаж? Не мог же он один управлять таким огромным летательным аппаратом. Экипажи наших кораблей составляют десятки человек. Если судить по курточке, то прибыли они, достаточно, давно. А если остальные погибли при посадке? Но внутри корабль идеален, нет ни единого подозрительного пятна. А если у них нет крови или она какая-то другая? Чушь! Не может быть она другой, если он похож на нас.

Вдруг Вирт вскочил и шагнув в сторону, выдвинул из-под стола последний стул. Ирна повернула голову — к столу шёл академик Медины. Она поднялась. Старик никак не отреагировал на приближение научного руководителя лагеря исследователей, будто его не видел.

— Садитесь, садитесь. — Подойдя, академик махнул рукой в сторону Ирны. — Впредь не стоит вскакивать. Мы не в аудитории и вы, всё же, женщина.

Он остановился около предлагаемого ему стула и уставился в Ирну. Состроив гримасу, лишь одними губами, Ирна села и приняла свою прежнюю позу. Академик тоже сел. Вирт повернул голову и взмахнул рукой, будто подзывая кого-то. В тот же миг из дальней стороны палаточного зала показались четверо стюардов, неся в руках подносы. Вирт сел. Подойдя, стюарды принялись составлять на стол тарелки с едой и напитки и раскладывать столовые приборы.

Ирна была основательно удивлена: здесь было запеченное мясо; аппетитные кусочки рыбы; соусы; несколько гарниров; прекрасного вида овощные салаты; сочные фрукты и какие-то незнакомые ей тоники.

— Прошу вас, господа. — Вирт развёл над столом руками. — Всё свежее и только что приготовленное. Господин Лампарт... — Он повернул голову к старику. — Надеюсь вы по достоинству оцените мастерство наших кулинаров.

Старик взял со стола вилку и наколов кусочек рыбы, но не положил его на свою тарелку, а поднёс к носу. Затем открыл рот и запихнул туда весь кусок. Ирна успела отметить потемневшую эмаль его зубов, тут же констатировав, что он действительно старик. Следующий кусочек рыбы старик макнул в соус, а уже затем отправил в рот.

Странно! Он прекрасно знает каким столовым предметом нужно брать рыбу. Знает, какой соус для неё самый пикантный. Замелькали у Ирны противоречивые мысли. Неужели у разных цивилизаций так много общего? Но в тоже время и не слишком культурен, принявшись есть из общей тарелки. Как люпий, но на люпия он, совершенно, не похож. К тому же, у них нет рыбы и они не знают, что это такое. Они едят лишь мясо, а он на мясо даже и не взглянул.

Отправив в рот с десяток кусочков рыбы в соусе, старик положил вилку и взяв баночку с тоником, открыл и выпив, поставил её пустую на стол и откинувшись в кресле, неторопливым взглядом обвёл сидящих за столом гиттов.

— Замечательный сниг. У вас прекрасный кулинар. Передайте ему мою благодарность. — Произнёс он, останавливая свой взгляд на Вирте.

— Я рад, что сниг, вам понравился, господин Лампарт. — Вирт широко улыбнулся. — Я обязательно передам кулинарам вашу благодарность. Господа... — Вирт развёл над столом руками. — Вам не нравится наш стол? Пожалуйста, господа. Иначе, что я передам кулинарам от вас?

Негромко хмыкнув, Ирна переложила несколько кусочков мяса на свою тарелку, полила их соусом и принялась за еду. Академик Медины положил себе на тарелку кусочек рыбы. Вирт взял один из фруктов, но есть не стал, а принялся вертеть его в руке.

— Господин Лампарт. — Заговорил Вирт. — Как вам удаётся то, что не удаётся всем другим.

— О чём ты? — Едва разжав губы поинтересовался старик, но его слова прозвучали отчётливо.

— Открывать двери на космическом корабле. — Пояснил Вирт.

— Я их вижу.

— Мы их тоже видим. — Вирт дёрнул плечами.

— Мы их по разному видим.

— Мы хотели бы научиться вашему видению.

— Этому нельзя научиться. Это либо есть, либо нет.

— А что это: поле, чувство, нюх — в конце-концов.

— Это невозможно объяснить. Возможно, всё вместе.

— Господин Лампарт. У нас к вам большая просьба. Вы не могли бы как-то ускорить открытие дверей? Начинается сезон атмосферной неустойчивости и мы опасаемся, что грозы могут повредить корабль. Мы готовы вам помогать столько, сколько вы пожелаете.

— Я не нуждаюсь в вашей помощи. У меня к вам лишь одна просьба — не мешайте. А грозы мне не помеха. — Старик поднялся, накинул капюшон и повернувшись, направился к выходу.

— Проклятье! — Вирт с явным негодованием бросил фрукт назад в тарелку. — Надеюсь времени нам хватило.

— Будем надеяться. — Академик положил пустую вилку и поднялся. — Рыба, действительно, прекрасная. Как он её назвал? Снег... Нет — сниг. Странное название. Не мешало бы поинтересоваться, какому из древних народов оно принадлежит. Передайте кулинарам и мою благодарность. — Повернувшись, он тоже направился к выходу.

— А на что нам должно хватить времени? — Поинтересовалась Ирна: она уже давно съела мясо и выпив тоник, просто сидела, слушая разговоры мужчин.

— Так, ерунда. — Вирт поднялся. — Ты будешь передавать свою благодарность повару?

— Если вас это не затруднит, господин профессор. — Ирна дёрнула правым плечом и тоже поднялась.

— Хорошо! — Повернувшись, Вирт направился в ту сторону куда ушёл обслуживающий персонал этой столовой или ресторана.

— А плата? — Поинтересовалась Ирна, смотря астрофизику в спину.

Вирт не оглянулся и вскоре скрылся, где-то в дальнем углу палатки.

Ирна долго стояла у стола, дожидаясь его, но он так больше и не появился. Не появились и стюарды, чтобы и убрать со стола. В палатке стало заметно шумно, видимо наступило время ужина. Глубоко и протяжно вздохнув, она направилась к выходу.

Оказавшись снаружи, Ирна увидела, что над палаточным лагерем уже опустился вечер и по его периметру зажглись фонари. Она посмотрела в сторону корабля — его трап был ярко освещён. Она подняла голову и посмотрела на уже вспыхнувшие яркие звёзды.

Откуда ты капитан Валлиолет? Неужели и в самом деле от одной из этих звёзд? Замелькали у неё мысли. Если это действительно так, то зачем пришёл к нам: установить контакт дружбы или узнать, как поработить нашу планету? Бред какой-то. Она опустила голову. Что за фантазии. Ни с дружбой, ни с войной так не приходят. А может он и не капитан вовсе, а действительно, не совсем обычный люпий, а все его рассказы, ничто иное, как плод его фантазий? А что задумали Вирт и Медины? Лишь бы не какую-нибудь пакость. А я совсем неинтересна профессору Вирту.

Глубоко и протяжно вздохнув, Ирна направилась к своей палатке.

7

Пора!

Валл'Иолет поднялся со своего песчаного ковра и осмотрелся — была глубокая ночь. Периметр лагеря был ярко освещён. Так же хорошо был освещён и трап весспера. Он поднял голову — небо было усыпано яркой россыпью звёзд, но их было значительно меньше, чем над Толлоной и были они совершенно другими, будто какими-то чужими, так и не ставшими для него за эти десять лет ближе. Он попытался найти туманность, за которой скрывалась система Ураны, но его блуждание по небосводу не увенчалось успехом — она сейчас оказалась не видна. Вдохнув прохладный, но тяжёлый его организму воздух, он направился обходить палатки.

Валл'Иолет всегда обходил палатки лагеря гиттов, прежде, чем приступал к работе с весспером, так как не хотел присутствия рядом с собой глаз гиттов. Собственно, он толком и не знал, чего он хотел...

***

Валл'Иолет, до сих пор, так и не принял окончательного решения о сотрудничестве с гиттами, хотя время всё настойчивее торопило его, так как атмосфера планеты, насыщенная кислородом и большая сила тяжести, за эти десять лет, до такой степени трансформировали его тело, что он превратился в тысячелетнего старика. Он чувствовал, что силы покидают его и ему всё труднее становится поддерживать свой жизненный уровень. Он всё больше и больше думал о невозможности своей дальнейшей жизни на этой планете и уже задумывался о том, чтобы покинуть её, так как цивилизация гиттов казалась ему слишком воинственной, чтобы доверить им технологии космического масштаба и вернуться на Толлону, чтобы заняться возрождением своей цивилизации, в надежде, что кроканы покинули её. Но до весспера сам он добраться не мог — пески уже надёжно спрятали корабль, а заставить тех же люпий работать на себя, было рискованно. Цивилизация гиттов полностью контролировала поверхность планеты из космоса с помощью спутников и любые крупномасштабные работы на её поверхности сразу же привлекли бы их внимание. Можно было воспользоваться периодом аномальной погоды и под её прикрытием откопать корабль, но у люпий не было мощной техники, для работы с песком, а копание котлована вручную могло занять слишком долгое время, гораздо дольше сезонов тумана и дождя. Но Валл'Иолету, вдруг, повезло — около шестидесяти дней назад, выйдя ночью из своего укрытия, чтобы дойти до ближнего оазиса люпий и пополнить свои истощавшие запасы продуктов, он увидел яркие огни в песках. Влекомый любопытством, он направился к огням. В конце-концов, ему удалось выяснить, что археологическая экспедиция пытается найти под песком то, чего там никогда не было — крепость тарков.

Насколько он узнал за эти годы: крепость тарков, которая никогда и не была-то крепостью, находилась в пещерах гор, в которых он жил все эти десять лет, с момента посадки на Гитту. От избытка свободного времени, он занялся изучением письменности цивилизации тарков и даже начал использовать их методы добычи пищи, среди, как казалось, этих мрачных, лишённых жизни гор. Но оказалось, что горы не такие уж неприветливые, а если приложить старание, то можно добраться до их кладовых, что и сделали тарки. И потому был удивлён столь глубоким заблуждениям гиттов и ещё большей их некомпетентностью в изучении древней истории своей планеты.

Валл'Иолет начал регулярно наведываться в лагерь археологов и вскоре уже более-менее разбирался в их иерархии — для него, за ночь преодолеть три-четыре десятка километров по песку, было не проблемой. Его удивило, что начальником партии была девушка по имени Ирна. Его огрубевшее сердце, вдруг, встрепенулось и он начал присматриваться к девушке.

Ирна была совершенно не похожа на Ир'Инну ни внешне, ни внутренне, но как говорится, сердцу не прикажешь и вскоре Валл'Иолет понял, что эта милая, круглолицая девушка уже начинает доминировать в его сердце.

Он начал размышлять о том, стоит ли помочь ей и указать настоящее место жизни тарков, но у него, вдруг, появилась мысль: использовать её партию для достижения своей главной цели — освободить весспер из песка.

Валл'Иолет принялся искать способ, чтобы заставить Ирну заняться раскопками в другом месте и уже хотел было вложить эту информацию в её информационное поле — информационные поля гиттов совершенно не имели никакой защиты и манипулирование с их информацией не составляло никакой проблемы для него. Он уже научился манипулировать информационными полями люпий и знал, что для них это довольно болезненная процедура, а ему не хотелось причинять Ирне боль. После некоторых колебаний, как ему показалось, он нашёл более лучший вариант — вложить эту информацию в голову друга Ирны — Сансана. Как он понял, Сансан был не просто другом Ирны и у него появилось стойкое желание избавить Ирну от него и потому жизнь Сансана ему была безразлична. Вложить же информацию об истинном месте обитания тарков в информационное поле Ирны он решил, по мере того, как весспер будет освобождаться от песка, делая это постепенно, чтобы не причинять ей больших страданий. В одну из ночей, появившись в лагере, он и исполнил своё намерение, вложив нужную информацию в мозг Сансана о новом месте поиска, но не конкретизировав её, решив, что будет неподалёку и если Сансан начнёт искать не там и не так, скорректирует поиски, но гитт оказался понятливым и быстро нашёл весспер.

Хотел ли Валл'Иолет физического устранения Сансана, он, пожалуй, навряд ли бы сказал, но и не стал бы мешать, если бы кто-то попытался это сделать. Он чувствовал, что, к оставшемуся одному в пустыне, Сансану крадётся хищник и не отпугнул его. Корил ли он себя за это? Навряд ли, так как уже давно забыл об этом. По крайней мере, после неудачной охоты хорра, он тут же попытался избавиться от Сансана другим способом, более гуманным и как Валл'Иолету показалось, может быть даже более надёжным: вложив ему в мозг толику сомнений в правильности выбора спутницы своей жизни. И кажется, оказался прав.

Поняв, что в песке находится что-то неординарное, гитты активизировались. Валл'Иолет не вмешивался в ход их работ, до тех пор, пока не понял, что их действия начали представлять угрозу целостности весспера. Столь быстрое решение гиттов оказалось неожиданным для него. Он встревожился и в какой-то степени, перестал контролировать свои действия. С одной стороны: он уже горел страстным желанием покинуть планету и не хотел, чтобы вессперу был нанесён какой-то ущерб; с другой — Ирна все больше и больше довлела над его разумом, не давая покоя и он не хотел покидать планету без неё. Валл'Иолет оказался в замешательстве: ему нужно было или самому открыть корабль для гиттов и впустить их внутрь, чтобы они не начали разрушать его или уйти с планеты, но Ирна привязывала его к себе всё больше и больше и он начал мечтать, чтобы она тоже обратила на него внимание и потому, похищать её не хотел. После тягостных раздумий, он решил впустить гиттов в весспер, но под полным своим контролем.

Найдя руководителя исследовательской группы, он заявил, что сможет открыть люк и добраться до трапа, не нарушая целостности корабля. Ему не поверили, но он был настойчив и категоричен и в конце-концов ему разрешили походить вокруг корабля ночью в сопровождении офицера. Он остался доволен.

С наступлением ночи, Валл'Иолет усыпил своего спутника, обошёл весь лагерь и тоже усыпил в нём всех до единого человека, после этого открыл стыковочный люк и войдя в зал управления, подал питание на системы управления весспера и запустил конвертор. Много возни доставила ему платформа — пришлось лазерной турелью аккуратно пережечь троссы, удерживающие её и она скатилась в котлован. Затем он поставил весспер на опоры, заглушил конвертор и опустил трап. Потом обошёл корабль и закрыл все до единой двери, решив в начале узнать реакцию гиттов на своё первое действие, а уже затем решать, стоит им дальше открывать тайны своей цивилизации.

Гитты оказались не слишком настойчивы и быстро не сумев открыть ни одной внутренней двери, тут же собрались их резать, мотивировав своё решение предстоящей непогодой. У Валл'Иолета их поспешность вызывала раздражение. С цивилизацией, не имеющей желания заняться серьёзными исследованиями, а имеющей склонность к спонтанным решениям, у него всё меньше оставалось желания к сотрудничеству. Если бы не его вспыхнувшее чувство. И опять Валл'Иолету пришлось вмешаться. И вот, очередная ночь.

***

Правильно я поступил, рассказав о себе Ирне? Размышлял он, шагая между палаток и усыпляя ещё бодрствующих в них исследователей. Даже и не представляю. Он механически покрутил головой. Похоже, что мои слова, о моем истинном происхождении, совершенно, не произвели на неё никакого впечатления. А чего я ждал? Что она бросится ко мне в объятья? А давно ты на себя смотрел в зеркало, капитан Толлоны? Валл'Иолет вознамерился глубоко вздохнуть, но тут же остановил себя. Вчера ночью и смотрел. Он усмехнулся. Тысячелетний старик. И что теперь? Заставить её, как заставлял других гиттов верить в то, что считал нужным? Но тогда придётся всю жизнь держать её под постоянным контролем. А это уже нельзя назвать жизнью. Это неволя. Да и нужна ли она мне в неволе? Навряд ли. Он мотнул головой. А как поступить? Отказаться? Но я уже по уши... Его лицо исказилось гримасой досады. Доказать, что я чего-то стою в их мире. Как? Подарить их цивилизации весспер? Но поймут ли они мой подарок? Помочь понять? Но возымеет ли это на неё нужное действие? И зачем, мне такие проблемы? А затем, что я, тоже человек. Его губы вытянулись в грустной улыбке. Но двери зала управления, пожалуй, пока не стоит открывать. Пусть, пока, побегают по кораблю, научатся в нём ориентироваться. Уж слишком они торопливы. Подумаешь, атмосферные неустойчивости. Весспер через такие неустойчивости прошёл, какие вам и не снились ещё.

Валл'Иолет подошёл к трапу. Два десантника, стоящие перед ним, шагнули в стороны и вытянулись, будто подошёл их командир. Валл'Иолет аккуратно коснулся их голов своим полем. Десантники тут же сели и прислонились спинами к трапу. Их подбородки уперлись им в грудь. Валл'Иолет поднялся на несколько ступенек и развернувшись, обвёл лагерь гитов внимательным взглядом — никого из них, нигде, видно не было. Усмехнувшись, он повернулся и неторопливо зашагал внутрь весспера.

Поднявшись в ангар, он покрутил головой — ничего подозрительного не наблюдалось.

А ведь они что-то задумали? Вдруг всплыла у него догадка. Ведь не просто так они приглашали меня в свой палаточный ресторан. По крайней мере, не затем, чтобы, именно, там обратиться с просьбой, чтобы я открыл остальные двери корабля. Это они могли бы сделать и здесь. А скорее всего, мне, в очередной раз, пришлось бы выпрашивать у них разрешение. Что они задумали? Валл'Иолет провёл рукой по лбу. А ничто другое, как пытаются установить за мной слежку. Усмешка тронула его тонкие сухие губы. Но навряд ли они сами попрятались за углами коридоров. Значит камеры.

Валл'Иолет разбросил свое поле по ангару и тут же почувствовал несколько точечных источников энергии. Его губы вытянулись в широкой улыбке. Сконцентрировав своё поле, он принялся тыкать им в точечные источники, которые тут же угасали.

Погасив все энергетические источники гиттов в ангаре, Валл'Иолет направился на второй уровень весспера.

Поднявшись в коридор второго уровня, он тут же остановился и разбросил своё поле по коридору — он изобиловал большим количеством точечных источников энергии, будто гитты создали ковёр из него. Состроив гримасу недовольства, Валл'Иолет принялся уничтожать их. Для уверенности, он несколько раз обошёл все коридоры второго уровня, чтобы не пропустить ни одного точечного источника энергии. Убедившись, что не чувствует больше ни одного из них, он принялся очищать информационные поля дверей, оставляя их открытыми. Как он понял по двери ангара, биополя гиттов несколько отличались от биополей толлонов и сенсоры информационной пластинки нечётко реагировали на биополя чужой цивилизации и потому требовалась дополнительная адаптация, которую, он решил провести с помощью информационного поля Ирны, а не Вирта, с которым он пошутил, помогая ему открыть одну из дверей ангара своим полем, когда учёный касался пластинки.

Единственное информационное поле двери, которое Валл'Иолет оставил нетронутым, было информационное поле двери зала управления. Более того, он опустил внешнюю шторку, которая закрыла собой и дверь и пластинку идентификации, трансформировавшись в ничем не примечательный участок стены коридора.

Оставшись довольным проделанной работой, Валл'Иолет решил, всё же, ещё раз обойти коридор, для убедительности. Проходя мимо своей каюты, он, вдруг, остановился и повернувшись к проёму, дотронулся рукой до пластинки идентификации. Выскользнувшая из стены дверь, закрыла каюту.

Пожалуй, её не стоит оставлять открытой. Всплыла у него раздражённая мысль. Здесь моя жизнь и незачем гиттам копаться в ней. Пусть ковыряются в других каютах, а здесь — нет. Состроив гримасу, он мотнул головой и вошёл в информационное поле пластинки идентификации — было пустым не только оно, но и деактивирована программа идентификации. Хаара! Поторопился. Болван! Обругал себя Валл'Иолет. Теперь придётся идти в зал управления. Перестраховщик! Но я же хотел, чтобы они случайно не внесли туда кого-то и тем самым не заблокировали дверь. Попытался он оправдать свои действия.

Повернувшись, Валл'Иолет шагнул в направлении зала управления, но тут же вернулся к двери своей каюты.

А ведь можно включить программу изнутри каюты. Там же тоже есть система идентификации. Всплыла у него запоздавшая догадка.

Ткнув ладонью в пластинку идентификации, Валл'Иолет перешагнул порог образовавшегося проёма и повернувшись к нему, протянул руку к, почти такой же, пластинке идентификации, что и снаружи, лишь с той разницей, что под ней было несколько дополнительных жёлтеньких квадратиков сенсорной клавиатуры. Он приложил руку к пластинке и несколько раз ткнул пальцем в сенсоры. Донёсшийся из пластинки металлический голос попросил его убрать руку и повторить операцию. Выполняя требование системы защиты, Валл'Иолет убрал руку и затем опять приложил её к пластинке.

— Информация отсутствует. — Донёсся металлический голос информационной системы.

Продолжая держать руку прислоненной к пластинке, Валл'Иолет ткнул пальцем другой руки в ещё одну клавишу.

— Биополе считано, система опознавания сконфигурирована. — Сообщил всё тот же бесстрастный голос.

— Вот и отлично! — Валл'Иолет улыбнулся и отстранив руку, затем опять приложил её к пластинке.

Выскользнувшая из стены дверь закрыла проём. Отвернувшись от двери, Валл'Иолет осмотрел каюту.

Всё здесь осталось таким же, каким он и оставил. Сбросив плащ, он направился в санационную. Приведя себя в порядок средствами гигиены своей цивилизации, запах которых уже забыл, он оделся и посмотрел на себя в зеркало. Его губы тронула лёгкая усмешка, от воспоминаний, что чуть было не выдал себя, вчера в ресторане. Но, видимо, Ирна всё же успела заметить его необычную одежду, что отразилось на её лице, по которому он, собственно, и понял, что совершил необдуманное, скорее механическое, действие, вознамерившись снять плащ люпий.

Выйдя из санационной, он осмотрел каюту и остановил свой взгляд на голографическом фото Ир'Инны, стоящем на столике, посреди каюты. Его сердце невольно сжалось. Подойдя к столику, он взял голограф и сев в кресло, уставился в фото.

— Ир'Инна! — Произнёс он с грустью в голосе.

И тут же волна отчаяния накрыла его мозг и две крупные слезы повисли на его ресницах.

Валл'Иолет долго сидел, смотря невидящим взглядом на голограмму, потом поднялся, вернул голограф на стол и подойдя к стене, куда был встроен прямоугольник экрана спор, включил его и пробежался пальцами по его сенсорам. По экрану побежали жёлтые точки звёзд. Валл'Иолет вернулся в кресло и откинувшись в нём уставился в экран. Наконец бег звёзд остановился и в центре экрана замерцала лишь одна из них, совсем крохотная, едва видимая белая точка.

— Урана. Увижу ли я тебя когда-либо ещё? — Прошелестели его губы.

Валл'Иолет, вдруг, почувствовал себя невообразимо уставшим. Он прикрыл глаза...

***

Валл'Иолет открыл глаза. Его окружал полумрак. Откуда-то со стороны доносился шум. Он повертел головой, осматриваясь и тут же вспомнил — где он. Вскочив, он схватил плащ и набрасывая его на себя, шагнул к двери. Его рука потянулась к пластинке идентификации, но тут же опустилась — шум шёл из-за двери. Высвободив своё поле, он попытался проникнуть им через дверь. Это удалось, но коридор контролировался лишь на небольшом расстоянии, видимо дверь имела хорошую защиту. Но и этого Валл'Иолету хватило, чтобы почувствовать рядом с дверью несколько биополей гиттов.

Хаара! Сколько же я проспал? Какое сейчас время? Мелькнули у него досадные мысли.

Он отвернулся от двери и подойдя к экрану спор, нажал на несколько его сенсоров, переводя в режим внешнего обзора: на экране тут же появилось пространство вокруг весспера. Скорее всего уже было позднее утро, так как горизонт был ярко освещён.

Валл'Иолет вернулся к двери и вновь выбросил своё поле через неё — в коридоре рядом с дверью, по-прежнему, чувствовались колеблющиеся чужие биополя, обладатели которых, скорее всего, пытались открыть дверь, прикасаясь к пластинке идентификации. Знакомых Валл'Иолету биополей среди них не было. Видимо, это были какие-то очень любопытные исследователи.

Только бы не вздумали резать дверь. Мелькнула у него тревожная мысль. Нужно чуть подождать, может уберутся?

Валл'Иолету, вдруг, захотелось пить. Подойдя к встроенному в стену каюты холодильному шкафу, он достал баночку с тоником, открыл её и выпив освежающий энергетический напиток, который прекрасно сохранил свои свойства за все годы своего хранения, подошёл к утилизатору и бросив в него пустую баночку, вернулся к двери. Биополя по-прежнему находились в коридоре, за дверью.

— Хаара! — Прошелестели его губы.

А если попытаться отпугнуть их. Всплыла у него интересная мысль. Они близко. Вдруг, получится.

Он выбросил свое поле в коридор и принялся им касаться находящихся за дверью биополей.

Прошло несколько мгновений и биополя за дверью начали быстро удаляться.

Валл'Иолет, удовлетворённо вздохнув и убедившись, что поблизости никаких биополей больше нет, вернул своё поле и ткнул ладонью в пластинку идентификации. Дверь скользнула в сторону. Он шагнул в коридор и осмотрелся — поблизости, действительно, никого не было, но из-за угла уже выходили двое гиттов, неся меж собой какой-то габаритный предмет.

Хаара!

Валл'Иолет молниеносным движением дотронулся до пластинки идентификации — выскользнув из стены, дверь закрыла проём. Валл'Иолет остался стоять на месте.

Подошедшие гитты, выдвинули из своей ноши телескопические опоры и поставили предмет на них. Один из них склонился над принесённым предметом, второй, шедший первым, шагнул к двери, но так как Валл'Иолет стоял прямо перед ней, то гитт остановился перед ним.

— Не поддаётся? — Гитт покрутил головой.

— Что? — Валл'Иолет взмахнул подбородком.

— Дверь. Я видел, как ты ткнул рукой в пластинку, но как вижу, дверь так и осталась закрытой. — Лёгкая усмешка тронула губы гитта. — Может позволишь нам попытаться открыть её?

Валл'Иолет шагнул в сторону, освобождая дверь.

Хаара! А они оказались внимательны. Всплыла у Валл'Иолета досадная мысль. Что за ящик они приволокли? Вообще-то на джеттер он не похож, но, всё же, посмотреть на него нужно, чтобы потом не сожалеть.

Обойдя, водящего по двери руками, гитта, Валл'Иолет подошёл к предмету и уставился в него. Сверху он был похож на тёмный экран с несколькими яркими разноцветными клавишами под ним.

— Что это? — Валл'Иолет ткнул рукой в предмет.

— Анализатор излучений. — Ответил гитт, тыкающий пальцами в яркие клавиши.

— А какое излучение вы вознамерились анализировать?

— То, что за дверью.

— А там оно есть? — Валл'Иолет вскинул брови.

— Вот и узнаем, есть оно там... — Гитт поднял голову и посмотрев на Валл'Иолета, широко улыбнулся. — Или нет его.

— Вам это обязательно нужно знать? Сколько дверей открыты... — Валл'Иолет взмахнул рукой вдоль коридора. — Изучайте. Анализируйте.

— Но ведь эта не открыта! — В голосе гитта послышалось возмущение. — Держи! — Он протянул гитту у двери какой-то плоский предмет.

— Что за... — Валл'Иолет не договорил оскорбление, вдруг, осознав, что может показать себя не стой стороны, с какой он представлялся гиттам до сих пор.

Взяв предмет, гитт приложил его к двери и принялся водить им по ней. Гитт у анализатора уставился в его чёрный экран. Валл'Иолет тоже уставился в экран. Присмотревшись, он увидел скользящие по нему серые контуры, в которых, при большом воображении, можно было распознать предметы обстановки в его каюте. Вдруг, по левету скользнул большой светлый прямоугольник.

Хаара! Это же экран спор. Нужно было его выключить. Мелькнули у Валл'Иолета досадные мысли.

— Стоп! — Выкрикнул гитт у анализатора. — Там что-то есть. — Светлый прямоугольник замер в нижней части экрана. — Подними выше. Медленно. — Прямоугольник заскользил вверх. — Стоп! — Выкрикнул гитт, когда он оказался в центре экрана.

Прямоугольник замер. Исследователь принялся тыкать пальцами в клавиши под экраном — светлый прямоугольник расползся на весь экран.

— Странно. Что это может быть? — Гитт склонил голову в одну сторону, затем в другую. — Достаточно энергоизлучающий предмет. — Он поднял взгляд на Валл'Иолета. — Что вы можете сказать господин... — Состроив гримасу, он умолк.

— Экран пространственного сканера. — Не зная зачем, Валл'Иолет сказал правду.

Брови гитта взметнулись до середины его лба.

— Там капитанский мостик? — Произнёс он.

— Там каюта капитана. — И вновь Валл'Иолет сказал истину.

— Вы хотите сказать, что капитан отсюда может управлять кораблём?

— Лишь контролировать. — Произнёс Валл'Иолет очередную истину.

— Вы уверены?

— Да!

— Почему?

Валл'Иолет уже открыл рот, чтобы произнести очередную правдивую фразу, как раздавшийся со стороны голос остановил его и заставил повернуть голову в ту сторону — к ним подходил Вирт.

— Что-то интересное? — Повторил подошедший астрофизик свою фразу, устремляя взгляд на экран анализатора. — Исследователи внизу сказали, что здесь какое-то излучение, вызывающее галлюцинации и страх.

— Господин... — Гитт у экрана кивнул подбородком в сторону Валл'Иолета. — Говорит, что за дверью каюта капитана.

— Здравствуйте господин Лампарт. — Вирт перевёл взгляд с экрана на Валл'Иолета. — Вы, действительно, так считаете, или...? — Он на мгновение умолк. — Знаете?

— Так считаю. — Произнёс Валл'Иолет. — Быть откровенным с Виртом, ему, почему-то, не хотелось.

— Но что там может быть за излучение. — Толи спросил, толи, просто, произнёс Вирт.

Валл'Иолет, промолчал, не сочтя нужным ответить.

— Там какой-то энергетический источник. — Произнёс после длительного молчания гитт, проводя рукой над светлой частью экрана. — Но не думаю, что это он излучает волны страха. Иначе, мы бы тоже убежали отсюда.

— Вам не удалось открыть дверь этой каюты, господин Лампарт? — Поинтересовался Вирт.

Валл'Иолет молча покрутил головой.

— Что ж. — Вирт глубоко вздохнул. — Это вполне объяснимо. Каюта капитана должна иметь более надёжную защиту, нежели другие каюты и потому открыть её не так просто. А с источником, думаю, мы, со временем, разберёмся.

Валл'Иолет молча дёрнул плечами.

— Резать? — Произнёс гитт у анализатора, выгнув брови высокими дугами.

— Нет! — Резко и громко произнёс Вирт. — Займитесь другими каютами. В них достаточно, не менее, интересного. — Он повернулся к Валл'Иолету. — Благодарю вас, господин Лампарт. Эта ночь тоже была плодотворной для вас и думаю, вам нужен отдых. Я хочу предложить вам прекрасную палатку, где никто не помешает вашему отдыху. А то вы на песке и солнцепёке. Вы нам помогаете, а мы не проявляем о вас никакой заботы. Нам стыдно за себя.

— Я не нуждаюсь в вашей заботе. Надеюсь на ваше благоразумие. — Произнёс Валл'Иолет своим чётким голосом и шагнув в сторону и боком протиснувшись мимо анализатора и гиттов, направился к лестнице, ведущей в ангар, по пути строя недовольные гримасы от того, что во всех открытых каютах, мимо которых он проходил, сейчас находились гитты.

Я же сам этого хотел. Чем же теперь недоволен? Пытался успокоить себя Валл'Иолет, проходя мимо очередной каюты с открытой дверью за которой мелькали гитты.

Ангар был, на удивление, пуст и Валл'Иолет подойдя к трапу, сошёл вниз. Кроме двух десантников около трапа, которые сделали поспешный шаг назад при его появлении, поблизости больше никого не было.

Валл'Иолет осмотрелся: в стороне гор клубились тяжёлые серые тучи, периодически расцвечиваясь яркими сполохами, видимо от молний, но грома слышно не было. Тучи шли вдоль гор и их стремлений вырваться в пустыню не просматривалось. С другой стороны, над горизонтом вовсю сияло местное солнце. Ветра не было и потому, уже чувствовался его горячий нрав.

Накинув капюшон плаща на голову, Валл'Иолет направился к своему, уже ставшему законным, месту рядом с котлованом и опустившись на песок, подобрал под себя ноги, чему научился у люпий и скрестив руки на груди, отстранился от окружающей реальности. Подобному способу отрешения от всего, научил его один из ведунов люпий. Ведун называл этот способ очищением сознания, но Валл'Иолету он помогал просто забыться, действительно, полностью отрешаясь от всего. Никакого очищения ни от чего, после многих часов отрешения, он не ощущал и всегда выходил из забытья с тем же грузом проблем...

***

Громкий треск, раздавшийся прямо над головой, заставил Валл'Иолета вернуться в реальный мир. Он поднял голову, над ним стоял край тёмно-серой тучи, который, вдруг озарился яркой вспышкой и ещё один треск мощной волной вошёл в его уши, заставив лицо исказиться болезненной гримасой. Мощный порыв ветра, ударил ему в бок и если бы он не успел опереться на руку, то, непременно, оказался бы на песке. Порыв ветра стих. Валл'Иолет поднялся и повернулся в сторону гор, его глаза расширились — неподалёку от котлована стояла клубящаяся серо-чёрная стена, по которой скользили белые спирали вихрей и струились яркие жёлтые разводы, будто раскалывающие серую стену на части, но вслед за разводами, откуда-то снизу, как бы подпитываемая песком, шла тёмная волна вихрей, заглаживая разводы и тем самым не давая стене развалиться на части.

За десять лет, проведённых в пещерах, Валл'Иолет свыкся с атмосферными аномалиями над кольцевыми горами. Но тогда он неизменно находился в какой-то из пещерных галерей, а грозы бушевали над горами и он их, практически, ни разу не видел, вот так, как сейчас, со стороны и не представлял, какой у атмосферного возмущения может быть эффектный и в тоже время угрожающий вид.

Все жё близость чёрной тучи была обманчивой. Она была достаточно далеко, а эффект близости создавало её величие. Да и треск от грозовых разрядов, происходящих внутри неё приходил с некоторым запозданием и песок, насколько хватало взгляда был почти спокоен и лишь у самого нижнего края тучи было видно, как он клубится мощными вихрями.

Новый порыв ветра пошатнул Валл'Иолета. Он не устоял и сделал шаг назад и уже не смог остановится: его плащ превратившись в парус, туго наполненный ветром, потащил его вдоль котлована в сторону весспера, едва давая возможность переставлять ноги.

Ветер стих, так же внезапно, как и появился. Сделав ещё несколько шагов, Валл'Иолет остановился.

— Хаара! — Шевельнулись его губы.

Нужно подняться в весспер, иначе унесёт неизвестно куда. Всплыла у него досадная мысль.

Он поднял голову, намереваясь скорректировать свой путь и увидел, как на палаточный лагерь гиттов, кружась в лучах предзакатного солнца, опускаются какие-то тёмные волнистые предметы, создавая вид нашествия на лагерь каких-то невиданных летающих монстров.

Монстры уже было коснулись вершин палаток, как налетевший порыв ветра подбросил их вверх и они, кружась в бешеном вихре, унеслись прочь, но вот ветер вновь стих и они появились вновь, кружась и по широким спиралям опускаясь на лагерь.

Что ещё за представление? Брови Валл'Иолета взметнулись вверх. Да это же палатки. Тут же догадался он. Наверное вверху более мощные вихри, если тяжёлые палатки крутит, как лёгкие бумажки. Ну и ну. Вот растяпы. Если не в состоянии укрепить палатки, то что вы можете серьёзное построить? Нелестно отозвался он о гиттах. Ловите теперь свои жилища. Усмехнувшись, он направился в сторону трапа, плотно обернув плащ вокруг себя, чтобы очередной порыв ветра не унёс его, так же, как носил сейчас палатки.

Оказавшись на трапе, он быстро зашагал вверх, но когда его голова оказалась перед люком, он, вдруг, оглянулся — над лагерем продолжали кружиться сорванные палатки, никого из гиттов видно не было и лишь один человек, стоя где-то посреди лагеря, смешно вскидывал руки вверх, будто прося у небесных сил, какого снисхождения для себя.

Валл'Иолет улыбнулся наивной странности человека, но, вдруг, осознал его странность, над человеком кружила палатка и он, подпрыгивая и вскидывая руки, видимо, пытался дотянуться до неё.

— Чудак! — Валл'Иолет улыбнулся, но тут же развернулся и побежал вниз: он узнал человека — это была Ирна.

Подгоняемый порывами ветра, Валл'Иолет быстро оказался рядом с девушкой и уже вытянул руки и вознамерился подпрыгнуть, чтобы дотянуться до края кружащейся палатки, как порыв ветра вновь погнал палатку ввысь. Глубоко вздохнув от досады, Валл'Иолет опустил руки и повернулся к девушке — она стояла приложив руки ко лбу и подняв голову, видимо, следила за зигзагами сбежавшего объекта своего вожделения.

— Улетела! — Громко произнёс Валл'Иолет, широко улыбнувшись.

Ирна заметно вздрогнула и сбросив руки, повернулась к Валл'Иолету, на её лице застыл испуг.

— Извини! — Валл'Иолет приложил руку к своей груди. — Я хотел помочь, но опоздал.

— Здравствуйте! — Ирна попыталась улыбнуться, но улыбка у ней получилась какой-то неестественной и даже грустной. — Это всё что осталось от моего дома. — Она развела перед собой руками. — Хотела вернуть хотя бы его стены, но, увы. — Она глубоко и шумно вздохнула.

Валл'Иолет опустил голову — перед ним, на трепещущем ковре стояли два разновеликих ящика и большой белый предмет, похожий на холодильный шкаф. Да и ковёр бы, наверное, тоже улетел, если бы не был прижат к песку этими самыми ящиками.

— Невесело. — Валл'Иолет покрутил головой, переводя взгляд на девушку.

— Да уж куда веселее. — Ирна истерично хмыкнула и посмотрела на Валл'Иолета. — Теперь мне придётся на песке, рядом с вами, жить.

— Да я не против. — Валл'Иолет вновь покрутил головой. — Места хватит.

— А я, против! — Выпалила Ирна и её глаза сверкнули гневом.

— Жаль! — Валл'Иолет дёрнул плечами, но из-за широкого плаща у него вышла лишь какая-то нелепость. — Я бы научил тебя отрешению. Очень помогает восстановиться.

— Нужно оно мне. — Ирна громко хмыкнула.

— В таком случае, я предлагаю тебе более прочное жилище, нежели, которым была твоя палатка.

— Пещеру! Там! — Повернув голову, Ирна взмахнула подбородком в сторону клокочущей серо-чёрной тучи.

— Каюту капитана. Здесь! — Валл'Иолет вытянул руку в сторону весспера.

— Каюту капитана? Техники сказали, что вы не открыли её и они уже полдня ковыряют её дверь, пытаясь открыть.

— Хаара! — Невольно вырвалось у Валл'Иолета. — Если они вздумают резать, я им руки поотрезаю их же джеттером. — С явной угрозой в голосе произнёс он. — Где сейчас господин Вирт?

— Не знаю. — Ирна мотнула головой. — Может на корабле, может в своей палатке.

— Ты знаешь его палатку?

— Знаю. — Ирна дёрнула правым плечом.

— Пойдём!

— Я не брошу свою палатку.

— Ты отказываешься от каюты капитана?

— Здесь результаты работы моей экспедиции. — Ирна ткнула рукой в один из ящиков. — Если я не предоставлю их научному совету меня выгонят из института.

— И правильно сделают. — Валл'Иолет широко усмехнулся. — Ты же не нашла, что искала.

— Откуда вы знаете, что я искала.

— Я всё знаю.

Валл'Иолет шагнул к металлическому ящику и взяв его за ручку, поднял. Он оказался тяжёлым, но отступать было не достойно боевого капитана толлонов. Ирна шагнула к ещё одному ящику и схватила его, но оторвав от ковра, тут же поставила назад.

— Ух-х! — Она мотнула головой, но ручку ящика не выпустила, выгнув спину дугой и намереваясь вновь повторить свою попытку.

Валл'Иолету ничего не осталось, как присесть и взять тот же ящик за вторую ручку. Поднявшись, он взмахнул подбородком.

— Поторопимся. — Произнёс он.

Молча кивнув головой, Ирна выпрямилась и направилась в сторону палатки астрофизика. Стараясь не подавать вида, что ему тяжело, Валл'Иолет шёл рядом.

Палатка астрофизиков была на полпути между весспером и палаткой Ирны. Она, видимо, была укреплена более надёжно и потому оставалась на своём месте, хотя и нещадно трепетала.

— Вот! — Ирна взмахом подбородка указала на трепещущуюся палатку, с которой они поравнялись. — Я посмотрю. — Произнесла она, отпуская ручку ящика и ныряя в палатку.

Уставшему Валл'Иолету, брошенный Ирной ящик, оказался неимоверно тяжёлым и он не удержал его. Ящик плюхнулся в песок. Тогда он бросил в песок и второй ящик и попытался сжать руки в кулаки — это оказалось, почти, невозможно. Приподняв руки, он посмотрел на свои ладони — через них пролегали вздувшиеся белые полосы. Такое с ним было впервые и что с этим нужно было делать, он не представлял.

— У вас проблемы, господин Лампарт. — Услышал Валл'Иолет перед собой голос Вирта.

— Нет! — Валл'Иолет опустил руки. — Господин Вирт, я предлагаю вам переждать атмосферную нестабильность внутри корабля. Это более безопасно, нежели, в грозящих улететь палатках. Места там на всех хватит.

— Вы уверены, что на корабле более безопасно? А вдруг молния попадёт в него и он загорится. Успеют ли все исследователи покинуть корабль? — С беспокойством в голосе, произнёс астрофизик.

— Я гарантирую вашу безопасность, господин Вирт. Я могу даже поднять трап, чтобы изолировать корабль от внешней среды.

— Спасибо, господин Лампарт. Но я не могу единолично принять такое решение. Я должен посоветоваться с руководителем научной группы.

— Как пожелаете. Только, советую поторопиться. — Валл'Иолет повернул голову к Ирне. — Продолжим?

— Продолжим. — Ирна дёрнула правым плечом.

— О чём это вы? — Брови Вирта взметнулись вверх.

— Мою палатку унёс ветер и господин Лампарт предложил мне перебраться в каюту капитана. — Заговорила Ирна. — Мы переносим туда мои вещи. — Она указала рукой на ящики.

— Но они же тяжёлые. — Астрофизик состроил гримасу. — Теперь я понимаю, что с вашими руками, господин Лампарт. — Он улыбнулся. — Я попрошу десантников и они доставят их на корабль.

— Мы сами! — Вдруг выпалила Ирна.

— Мы сами справимся. — Валл'Иолет покивал головой.

— А разве каюту капитана удалось открыть? — Поинтересовался Вирт.

— Удалось!

Валл'Иолет кивнул головой и присев, взялся за ручки ящиков. Ирна наклонилась и взялась за ручку того же ящика, который и несла. Валл'Иолет поднялся, Ирна выпрямилась.

— Поторопитесь! Скоро будет темно и атмосферная нестабильность может усилиться. — Произнёс Валл'Иолет и шагнул в сторону корабля.

— Поторопитесь! — Вторила ему Ирна, делая шаг вслед за Валл'Иолетом.

— Поторопимся! — Произнёс им в спину Вирт и повернувшись, нырнул в трепещущуюся палатку.

Когда они донесли ящики до трапа, Валл'Иолет совершенно не чувствовал своих ладоней, будто их не было у него вовсе. Поставив ящики у трапа, он, практически, не разгибая пальцев, просто-напросто с силой выдернул ладони из их ручек.

— Чуть рука не оторвалась. — Ирна замахала перед собой рукой, которой несла ящик.

Валл'Иолет, стыдясь своей немощности, лишь улыбнулся.

— Трап же узкий. — Заговорила Ирна, состроив гримасу. — Как же мы их понесём в корабль?

Валл'Иолет прекрасно понимал, что именно сейчас, ящики поднять по трапу, он уже не в состоянии. Ему нужен был отдых. Но он так же понимал, что навряд ли Ирна согласится оставить их у трапа без своего присмотра. Да и как он будет выглядеть в её глазах, бросив с ними здесь. Он мог бы открыть люк весспера и поднять ящики в ангар подъёмником, но, это могло бы стать немалым потрясением для гиттов.

Валл'Иолет покрутил головой, обведя взглядом, стоящих у трапа десантников. Ему, вдруг, пришла мысль, сыграть на любопытстве десантников: после первого дня, потом ни один из них не поднимался на борт весспера и наверняка, они горят желанием это сделать.

— Вы не могли бы помочь девушке и отнести эти ящики к её каюте? — Произнёс он.

Десантники переглянулись.

— Нам запрещено покидать пост. — Произнёс один из них.

— Здесь нет вашего командира. — Продолжил аргументировать Валл'Иолет. — Да и сделаете вы это очень быстро. И корабль посмотрите. А я побуду за вас. Если кто-то появится, я отвлеку его. Девушка вас проводит. — Он повернулся к Ирне. — Эта та самая дверь второго уровня, которую пытаются открыть исследователи. — Он опять повернулся к десантникам. — Вы откажете девушке?

Десантники переглянулись и молча шагнув к ящикам, взяли их по одному и повернулись к Ирне.

— Только быстро! — Произнёс один из них.

Ирна пошла по трапу вверх. Десантники направились за ней. Валл'Иолет, подождав, пока они не исчезнут внутри весспера, начал прохаживаться перед трапом, потирая занемевшие и припухшие ладони и размышляя о правильности своих поступков.

Прошло какое-то время. Вернулся один из десантников.

— Что-то произошло? — Поинтересовался Валл'Иолет.

— Там все двери закрыты. — Произнёс десантник, дёрнув плечами. — Через полчаса у нас смена караула.

Хмыкнув, Валл'Иолет направился по трапу внутрь весспера.

Ящики он увидел на углу коридора второго уровня совсем не в той стороне, где находилась каюта капитана. Подойдя, он увидел, что второй десантник стоит за углом, рядом с закрытой дверью, отнюдь не каюты капитана. Ирны рядом с ним не было.

— Где она? — Произнёс Валл'Иолет крутя головой.

— Ушла! — Десантник состроил неопределённую гримасу.

— Я — этот, ты — тот. — Валл'Иолет кивнул подбородком на ящик. — Иди за мной! — Валл'Иолет наклонился и взялся за ручки того ящика, который он нёс до весспера один.

— Класс! — Раздался громкий возглас десантника.

Валл'Иолет хотел приподнять голову на десантника, чтобы поинтересоваться мотивом его возгласа, но его взгляд остановился на распахнутом плаще, из-под которого виднелась курточка боевого капитана толлонов. Он выпрямился, запахнул плащ и посмотрел на десантника.

— Ты забыл об этом. — Произнёс Валл'Иолет чётким, волевым голосом.

— Я забыл об этом. — Повторил десантник и наклонившись, поднял ящик.

Взяв ящик, Валл'Иолет пошёл по коридору. Громко топая, десантник шёл сзади.

Выйдя из-за угла, Валл'Иолет увидел, что Ирна стоит напротив двери каюты капитана и хлопает ладонью по пластинке идентификации. Насколько мог, он ускорил шаг.

Видимо услышав топанье десантника, Ирна повернула голову — её рука тут же опустилась и она повернулась к приближающимся мужчинам.

Подойдя, Валл'Иолет поставил свой ящик на пол и взмахом руки, приказал десантнику тоже поставить свой ящик на пол. Молча поставив ящик, десантник повернулся и быстро пошёл назад. Валл'Иолет, дождавшись, когда он скроется за углом, коснулся рукой пластинки идентификации — дверь каюты скользнула в стену.

— Входи! — Он вытянул руку в проём.

Посмотрев на Валл'Иолета покруглевшими глазами, Ирна, вытянув шею, заглянула внутрь каюты, затем вновь посмотрела на Валл'Иолета, затем опять в проём и наконец, переступила порог каюты.

Валл'Иолет перенёс ящики в каюту, выключил экран спор и шагнул к проёму двери.

— Устраивайся. Я открою закрытые двери и вернусь.

Произнёс он и выйдя из каюты, ткнул ладонью в пластинку идентификации и зашагал по коридору, прикладывая руку к тем пластинкам идентификации, двери которых были закрыты.

К его удивлению, в одной из кают находились те самые два гитта, которые утром пытались проанализировать каюту капитана. Они стояли со своим анализатором перед дверью и тыкали пальцами в клавиши под его экраном. Услышав свист отрывшейся двери, они разом подняли головы — их лица исказились гримасой страха. Усмехнувшись, Валл'Иолет пошёл дальше.

Вернувшись в каюту капитана, Валл'Иолет застал Ирну сидящей в кресле с голографом в руках, над которым отображалась голограмма с Ир'Инной.

— Это ваша дочь? Красивая, но немного странная для нашего мира. — Подняв голову на вошедшего Валл'Иолета, заговорила Ирна. — Как её зовут?

— Ир'Инна. Она погибла. — С грустью в голосе ответил Валл'Иолет.

— О-о! Ужас! — Сердце Ирны сжалось.

Это её именем он назвал меня тогда. Мелькнула у неё грустная мысль.

— Жаль! — Она глубоко вздохнула.

Валл'Иолет перенёс ящики от двери в свободный угол своей каюты, пока он обошёл все коридоры второго уровня, белые припухшие рубцы на его руках почти разгладились. Затем сбросил плащ и подошёл к двери.

— Давай попытаемся внести тебя в реестр идентификатора. — Произнёс он указывая пальцем на пластинку рядом с дверью. Если повезёт, ты сможешь сама входить и выходить из каюты, когда захочешь.

Ирна поднялась и вернув голограф на стол, подошла к Валл'Иолету и окинула его пристальным взглядом.

Хотя Валл'Иолет был гораздо выше её, но он был уже заметно сутуловат и несколько худ, и его великолепная одежда сидела на нём мешковато. Откровенно диссонировала с одеждой, его обувь, которая выглядела очень старой и такой изорванной, что в некоторых местах были видны ноги их носителя. Обувь, несомненно, была изготовлена мастерами людей пустыни, что вызвало у Ирны немалое удивление.

Кажется, он назвал себя Валлетом. Нет, нет, гораздо длиннее. Валлилетом. Как-то так. Странное имя. Но навряд ли он им станет для меня. Старик! Другое имя ему и не подходит. Промелькнул у неё грустный сонм мыслей.

— И насколько я выгляжу? — Губы Валл'Иолета вытянулись в снисходительной усмешке.

Щёки Ирны залил лёгкий румянец. Не зная, что ответить, она перевела взгляд на пластинку идентификации, куда указывал палец Валл'Иолета.

— Мне едва семьдесят, по продолжительности жизни моей цивилизации, а живём мы более тысячи лет, а по уровню вашей — мы, примерно, ровесники. — С заметной иронией в голосе, произнёс он.

— Этого не может быть. — Прошелестели губы Ирны — она, вдруг, поняла, что девушка в голограмме, совсем не дочь этого, совсем, не старика, если можно было верить его словами и потому, её подозрения, о повышенном внимании его к себе, могут быть, вполне, реальны.

— К сожалению, это так. — Валл'Иолет ткнул пальцем в один из цветных квадратиков под жёлтой пластинкой идентификации. — Приложи ладонь к пластинке идентификации.

Ирна молча приложила ладонь к жёлтому прямоугольнику, он оказался заметно длиннее её ладони. По краю прямоугольника пошла зелёная волна, потом ещё одна и ещё... Лицо Валл'Иолета исказилось какой-то непонятной гримасой.

— Назовите имя. — Прозвучал металлический голос на языке толлонов.

Рука Ирны отпрыгнула от пластинки — с немым страхом в глазах, она уставилась в старика.

— Тяжелый случай для идентификатора. — Валл'Иолет улыбнулся. — Он всего лишь сказал: "назови своё имя". Произнеси: Иринна. Иринна.

— Иринна. — Произнесла Ирна.

— Мягче и протяжнее. Иринна. — Потребовал Валл'Иолет.

— Ирин-нна. — Попыталась протянуть слово Ирна.

— Это не слова песни, а имя. Язык моей цивилизации мягче и протяжнее языка твоей. Постарайся. Иначе идентификатор тебя не правильно поймёт. Он посчитает тебя за животное. Иринна.

— Иринна. — Ирна попыталась произнести слово более высоким голосом.

— Что-то похожее. — Валл'Иолет шумно вздохнул. — Только, когда вновь прозвучит тот же вопрос, не убирай руку от пластинки идентификации, а произнеси своё имя, как это сделала сейчас. Сколько идентификатор попросит, столько раз и произнеси. Прикладывай! — Он кивнул подбородком в сторону пластинки.

Ирна вновь приложила ладонь к пластинке идентификации и вновь по краю пластинки побежали зелёные волны. Вскоре прозвучали те же протяжные звуки, которые вновь испугали Ирну и её рука невольно дрогнула, но всё же она смогла удержать её, прижатой к пластинке.

— Иринна. — Произнесла она своё модернизированное имя высоким, протяжным голосом.

Прошло несколько мгновений и вновь прозвучали те же звуки.

Рука Ирны теперь не дрогнула.

— Иринна. — Постаралась произнести она своё модернизированное имя ещё мягче.

Зелёный цвет мигнул по всему контуру пластинки и вновь прозвучали звуки, но они теперь были другими. Рука Ирны не дрогнула и она уже открыла рот, чтобы опять произнести своё имя, но, вдруг, осознав, что звуки были совсем другими, с открытым ртом уставилась в старика.

Валл'Иолет ткнул пальцем в один из цветных квадратиков, рядом с рукой Ирны.

Вновь прозвучали какие-то не понятные Ирне звуки и опять они были другими.

— Идентификация закончена. Можно опустить руку. — Произнёс Валл'Иолет.

Ирна отстранила руку от пластинки и повернув ладонь к себе, посмотрела на неё, затем перевела взгляд на старика.

— И что теперь? — Поинтересовалась она.

— Приложи руку к пластинке и мы увидим, что теперь.

Ирна осторожно приложила руку к пластинке идентификации. Прозвучал набор звуков. Ирна наморщила лоб, пытаясь сопоставить их с уже слышанными. Ей показалось, что они ближе всего соответствовали тому набору, когда система идентификации спрашивала у неё имя. Она перевела взгляд на старика, но тот молча покрутил головой.

— Иринна. — Произнесла Ирна, повернувшись к пластинке.

С лёгким свистом, дверь скользнула в сторону.

— Ой-й! — Рука Ирны отлетела от пластинки — она уставилась в образовавшийся проём, затем перевела взгляд на старика. — Я могу выйти? — С удивлением в голосе, поинтересовалась она.

— Безусловно. — Лёгкая улыбка тронула губы Валл'Иолета. — Но, надеюсь, не сейчас. — Он ткнул ладонью в пластинку идентификации и выскользнувшая из стены дверь закрыла проём. — Тебе нужно отдохнуть. — Валл'Иолет указал на то кресло, в котором Ирна уже сидела.

Девушка прошла к указанному креслу и усевшись в него, откинулась на спинку, внимательно следя взглядом за стариком, который подошёл к одной из вделанных в стену дверей и открыв её, что-то достал и пройдя ко второму креслу, повернулся, но не сел, а протянул руку в сторону Ирны, заставив её напрячься.

— Это тоник моей цивилизации. Очень полезен. Уверяю, тебе понравится. — Произнёс он.

Ирна взяла баночку и принялась вертеть её в руках. Собственно, она мало, чем отличалась от баночек с тониками, её цивилизации, если не считать, что была чуть не так вогнута к середине, но в руке лежала более удобно и видимо, была чуть длиннее привычной взгляду баночки её цивилизации, но механизм её открывания был, совершенно, другим. Она перевела взгляд на старика, но тот уже пил из своей баночки и казалось не смотрел в её сторону. Тогда Ирна попыталась поддеть ногтем, находящуюся на крышке овальную пластинку, но она оказалась очень жёсткой и кроме боли в пальце, никакого результата попытка не принесла.

— Поверни! — Раздался голос Валл'Иолета.

Ирна подняла на него взгляд, старик уже сидел в другом кресле, с широкой улыбкой смотря на неё.

— Поверни пластинку. — Он шевельнул своим, самым длинным пальцем.

— Куда, в какую сторону? — Ирна потрогала пластинку.

— В любую. Смелее, это не больно.

Состроив гримасу, Ирна попыталась сдвинуть пластинку, она шевельнулась. Она приложила большее усилие и пластинка повернулась. В тот же миг из под неё выскочила небольшая кнопочка, заставив Ирну вздрогнуть. Она перевела испуганный взгляд на старика.

— Нажми на кнопку. — Валл'Иолет потряс тем же пальцем, имитируя нажатие.

Ирна осторожно нажала на кнопку. Внутри баночки что-то глухо щелкнуло, заставив Ирну вновь вздрогнуть, то место, где была кнопочка, с вертушкой, стало боком и из баночки выскочил небольшой хоботок. Ирна уставилась в серебристый хоботок.

— Проблема решена. Можно пить. — Донёсся голос старика.

— Очень сложно. Трудно понять, если привык к другому. — Произнесла Ирна, поднимая взгляд на Валл'Иолета.

— Но надёжно и гигиенично. Не приходится слизывать грязь.

Хмыкнув, Ирна поднесла хоботок ко рту и осторожно наклонила баночку — в язык ударила лёгкая струя жидкости. Она тут же опустила баночку. Во рту посвежело и появился, достаточно, приятный запах. Ирна проглотила напиток. По телу тут же побежала приятная прохлада.

— Что это? Фрукт, овощ, или что-то искусственное? — Поинтересовалась она.

— Сок большого оранжевого плода, с каплей стимулятора.

— А капля на полбанки? — Ирна широко улыбнулась.

— Около сотой части объёма.

— А я не начну бегать по потолку от этой сотой части?

— Я же от ваших тоников не бегаю. — Валл'Иолет дёрнул плечами.

Ирна поднесла хоботок ко рту и наклонила баночку — упругая струя ударила ей в язык. Она начала глотать жидкость и с каждым глотком её тело будто наполнялось энергией и бодростью. Струйка закончилась. Ирна опустила баночку и весёлым взглядом посмотрела на Валл'Иолета.

— Такое впечатление, что у меня появились крылья. Сейчас взлечу. — Она рассмеялась и вытянув руки в стороны, замахала ими. — Лечу-чу-у-у!

Откинувшись в кресле, Валл'Иолет широко улыбнулся.

Вдруг, весспер резко дёрнулся. Валл'Иолет выпрямился и состроив гримасу, покрутил головой, будто источник толчка находился здесь, в каюте капитана. Весспер дёрнулся вновь. Валл'Иолет поднялся и бросив баночку в кресло, шагнул к двери.

— Сиди здесь! — Резким, грубым голосом произнёс он.

— Не-ет! — Ирна вскочила и завертелась, не зная куда деть баночку, но затем шагнула к столу, поставила баночку и бросилась к двери, в проёме которой уже стоял Валл'Иолет.

Едва Ирна оказалась в коридоре, как проём исчез — дверь едва ли не чиркнула ей по спине, заставив её сердце на мгновение, буквально, остановиться.

Толчки продолжались. Валл'Иолет быстро шёл по коридору и Ирне пришлось перейти на бег, чтобы его догнать, но догнав и перейдя на шаг, она тут же отстала и ей опять пришлось бежать. По ступенькам же лестницы, ведущей в ангар, старик настолько быстро спускался, будто скользил по ним и она безнадёжно отстала, а едва сделала пару шагов по трапу, как старик уже оказался лицом к ней, шагая назад в корабль.

— Слот разваливается. — Первым заговорил он. — В зал управления. Взлетаем!

Он грубо развернул Ирну и подтолкнул вперёд. Ирне ничего не осталось, как вернуться в ангар. В ангаре, взяв Ирну за локоть, Валл'Иолет, повел её к лестнице на второй уровень, где продолжил подталкивать в спину, заставляя энергичнее подниматься по ступенькам.

В принципе, после выпитого тоника, Ирна чувствовала себя приободрённой и не противилась слишком энергичному вниманию со стороны старика.

На втором уровне, Валл'Иолет вновь взял её за локоть и быстро зашагал по коридору, так энергично подталкивая, что Ирне пришлось, буквально, бежать.

Остановившись напротив стены, Валл'Иолет отпустил локоть Ирны и приложил руку к стене — часть стены коридора, скользнула вверх, заставив Ирну тихо ахнуть. Перед ними была дверь с пластинкой идентификации рядом на стене. Валл'Иолет приложил руку к пластинке и дверь скользнула в сторону. Упёршись Ирне рукой в спину, Валл'Иолет втолкнул её в полутёмную комнату.

Отпустив девушку, Валл'Иолет прошёл к одному из кресел зала управления и усевшись, нажал несколько клавиш — свет полностью погас и пульт управления расцветился разноцветьем индикаторов. Валл'Иолет ткнул ещё в несколько клавиш. Корабль в очередной раз вздрогнул, но более ощутимее.

Схватившись руками за голову, Ирна уставилась обезумевшим взглядом перед собой — она оказалась висящей высоко над лагерем. Ей показалось, что её сердце остановилось.

— Сядь в свободное кресло... — Донёсся в темноте голос старика. — И пристегнись. Взлетаем!

— Я-я-я! Я же-же у-уп-пад-ду. — Дрожащими губами произнесла Ирна.

Прошло мгновение и Ирна почувствовала, как рука старика опять схватила её за локоть и куда-то потащила. Она шла затаив дыхания, ожидая, что её следующий шаг будет последним и она провалится в какую-то пропасть и полетит вниз.

Сделав несколько шагов ужаса, Ирна, вдруг, почувствовала, как старик взяв её за оба локтя, толкнул назад и она полетела спиной вперёд.

Ирна закрыла глаза. Что-то жёсткое обхватило её нижнюю часть груди и она оказалась прижатой к чему-то спиной и затем почувствовала, что повернулась и осталась в таком положении. Боли не было.

Я упала на песок, но не разбилась? Всплыла у неё тревожная мысль. А старик? Он тоже упал вместе со мной?

Ирна резко открыла глаза и...

Она сидела в кресле, чем-то жёстким прижатая к его спинке, перед каким-то устройством с массой светящихся индикаторов, за которым, внизу, как на ладони, в лучах яркого света простирался лагерь исследователей. Большинства палаток уже не было. Оставшиеся так трепетались, что казалось вот-вот взлетят. Несколько видневшихся исследователей стояли шатаясь, повернувшись в её сторону.

— Всем перейти в весспер. — Донёсся до неё твёрдый голос старика. — На площадке находиться опасно, она начала разрушаться. Всем быстро подняться на борт космического корабля.

Яркая вспышка, окружившая Ирну со всех сторон, заставила её втянуть голову в плечи и закрыть глаза. Её бросило в сторону и если бы она не была прижата к спинке кресла, то непременно бы вылетела из него, подобно брошенному камню. Раздался надсадный скрежет, заставивший сердце Ирны сжаться в комочек. Наступила тишина.

Это конец? И где же я сейчас? Всплыли у неё очередные мысли тревоги.

Ирна открыла глаза и покрутила головой. Она по-прежнему висела над лагерем, сидя в кресле, прижатая к его спинке. Лагерь внизу уже выглядел, как муравейник, со всех его концов в её сторону бежали исследователи. Соседнее кресло было пустым. Старика не было. Корабль продолжал вздрагивать и его толчки становились всё ощутимее. Вспышки света, одна ярче другой, периодически освещали лагерь внизу, заставляя её съеживаться и плотнее прижиматься к спинке кресла.

Это, действительно, конец. Всплыла у Ирны очень грустная мысль и она закрыла глаза.

Две прозрачные слезинки беспомощности выкатились из глаз девушки и скатились вниз, оставив на щеках широкие блестящие следы.

***

— Хаара! — Проскрежетали губы Валл'Иолета.

Да они, просто, боятся. Замелькали у него досадные мысли, при виде того, как гитты уже не бегут в сторону корабля, а пятятся от него. Нельзя же быть такими бестолковыми. Корабль утонет в песке и опять его придётся откапывать.

В очередной раз зал управления наполнился ярким белым светом. Светофильтры едва справлялись с его, таким мощным потоком. Весспер дёрнулся, зашатался и вновь застонал, заставив лицо Валл'Иолета в очередной раз исказиться гримасой досады.

Как только сильные колебания утихли, он вскочил и бросив на Ирну внимательный взгляд и убедившись, что она надёжно прижата захватами к креслу, выбежал из зала управления.

Едва его голова выскользнула из проёма трапа, как яркий свет залил всё пространство, заставив его схватиться обеими руками за поручень трапа и закрыть глаза. Пришедший через мгновение оглушительный треск, заложил уши, а мощный толчок подбросил его вверх и ноги оказались выше головы и если бы он не держался за поручень, то непременно слетел бы с трапа, подобно стряхиваемой с одежды пылинки. Через мгновение энергия толчка иссякла и Валл'Иолет свалился на трап, больно ударившись спиной о поручень. Спазм боли охватил всё его тело. Громко вскрикнув, он кое-как поднялся и держась обеими руками за поручень, практически, заскользил по нему вниз.

Оказавшись внизу, он попытался бежать в сторону стоящих поодаль, на песке, нескольких гиттов, как в военной, так и в гражданской одежде, но это у него получилось весьма коряво и видимо решив, что ему плохо, двое десантников бросились ему навстречу и подбежав, схватили под руки и буквально поволокли в сторону остальных гиттов. Валл'Иолет едва успевал переставлять ноги. Подтащив его к человеку в гражданской одежде, они остановились перед ним, продолжая поддерживать Валл'Иолета под руки.

Валл'Иолет оказался перед Виртом, глаза которого были круглыми, будто их специально огранили циркулем, а его брови едва не касались волос на голове.

— Я сам! — Громко произнёс Валл'Иолет и повёл плечами, давая понять, чтобы его отпустили — десантники опустили руки, но продолжили стоять рядом. — Всем подняться на борт космического корабля. Быстро! — Заговорил он хриплым голосом, но неизменно, очень чётко, выговаривая слова. — Посадочный слот начал разрушаться и если вы не поторопитесь, корабль провалится в песок и поднять его будет не просто.

— Господин Лампарт? — Едва расслышал Валл'Иолет шелест губ Вирта. — Вы, вы капитан...

— Поторопитесь, господин Вирт. — Процедил Валл'Иолет.

— К кораблю едва ли можно подойти, господин Лампарт. Его невообразимо трясёт. — Подняв плечи, Вирт потряс головой. — Вы же сами едва удержались. Сюда уже идут мощные транспортёры. Они скоро заберут нас.

— Оставаться здесь очень опасно. Уже почти все ваши палатки унесло. Не думаю, что помощь будет скоро, да и пробьются ли к вам транспортёры через час-полтора. Вы не продержитесь. Я приподниму корабль, а вы запрыгивайте на трап. Иного я не могу предложить.

— И всё же мы намерены дождаться помощи.

Яркая вспышка накрыла всех стоящих перед Валл'Иолетом гиттов. Ярчайшие белые зигзаги электрических разрядов заплясали по лагерю. Наэлектризованные волосы стали дыбом. Оглушительный треск вновь заложил уши. Песок под ногами задрожал и ноги Валл'Иолета поползли в разные стороны.

Валл'Иолет, вдруг, шагнул впёред и взяв Вирта за курточку, тряхнул его.

— Если вы не подниметесь на борт добровольно, я заставлю вас силой. И я это сделаю! — Он отпустил курточку Вирта. — Не вынуждайте меня.

— Попытаемся. — Вирт дёрнул плечами.

Развернувшись, Валл'Иолет, насколько мог, побежал к трапу.

Когда его тащили от трапа десантники, он как-то не слишком замечал, как истрескана посадочная площадка, а сейчас, перепрыгивая через трещины, ужаснулся её виду — на ней уже, буквально, не было живого места. Не меньший ужас вызывали и видневшиеся ближние опоры весспера, которые плясали так, будто исполняли какой-то зажигательный танец и если бы не их интеллектуальное отслеживание поверхности, то весспер, наверняка бы, уже лежал на боку.

Попасть на трап оказалось большой проблемой — он ходил ходуном и казалось вот-вот должен оторваться и улететь. Дождавшись, когда он окажется напротив, Валл'Иолет прыгнул.

Удар в бок поручнем оказался такой силы, что у него в глазах потемнело, но всё же он успел схватиться за него и не упал. Механически перебирая руками и едва переставляя ноги, он поплёлся внутрь весспера.

Внутри трясло меньше. Пелена с глаз ушла, боль немного утихла, позволив Валл'Иолету двигаться гораздо быстрее и всё же очередной сильный толчок бросил его на пол у самых дверей зала управления. Уже не вставая, на коленях, он дополз до кресла и забравшись в него, запустил конвертор, вызвал панели управления и чуть двинув акселератор вперёд, наклонил их — весспер остался на месте.

Хаара! Трап! Догадка, больно кольнула мозг Валл'Иолета. Пока он не поднимется, весспер не оторвётся. Но если трап поднять, потом не опустить, пока опоры не коснутся поверхности. Хаара! Блокировки. И почему решено, что весспер не должен участвовать в никаких наземных операциях? Только лишь пространство. Что за выдумки конструкторов?

Валл'Иолет вспомнил, как в свои первые годы космоплавания на спасательном боте, помогая попавшим в нештатную ситуацию кораблям, не раз садился и взлетал с опущенным трапом. Блокировка на спасательном боте находилась в ангаре, в панели управления трапом и достаточно легко снималась — для этого требовалось лишь открутить панель и переставить шунтирующий мостик.

А ведь, собственно, панели управления трапом стандартны. Всплыла у Валл'Иолета догадка. Нужно лишь найти ключ.

Ткнув в клавишу убирания панелей управления, он, едва они скользнули в пульт управления, повернулся вместе с креслом и вскочив, бросился из зала управления.

Очередной удал стихии застал его на последних ступеньках лестницы в ангар. Подобно брошенному камню, он слетел с лестницы и заскользил на животе по полу ангара, лихорадочно тормозя локтями и коленями. Затормозившись, он, будто подброшенный пружинами, вскочил и побежал к двери мастерской. Открыв один из шкафов, он пробежался взглядом по его нишам — ключи были на месте. Выхватив их, он побежал к панели управления трапом и принялся лихорадочно откручивать его крепления. Работал он настолько лихорадочно, что совершенно не замечал — трясёт или нет. Ключ постоянно вылетал из головок болтов, заставляя Валл'Иолета нервничать и отпускать в адрес создателей корабля нелестные отзывы. Наконец, болты были откручены и панель повернулась — шунтирующий мостик был на месте. Переставив его и лишь прикрыв панель, он, швырнув ключи в сторону двери мастерской, побежал на второй уровень. Очередной удар стихии застал его на лестнице между уровнями, но упёршись руками в стены, Валл'Иолет устоял.

Оказавшись в своём кресле зала управления, он запустил конвертор и механически ткнул пальцем в клавишу вызова штурвала и с остолбеневшим взглядом уставился в нишу из которой тот выполз.

— Хаара! — Прошелестели его губы. — Каким образом? Тряска освободила?

Чуть вжав акселератор и взявшись за штурвал, он потянул его на себя — весспер мелко задрожал и качнувшись, стабилизировался, будто атмосферный катаклизм, вдруг, исчез и природа успокоилась.

Валл'Иолет скользнул взглядом по экрану спор, пытаясь усомниться в произошедшем. Будто желая подтвердить его сомнение, зал управления наполнился ярким светом и по экрану спор заструились яркие разводы, но весспер лишь чуть качнулся. Валл'Иолет пробежался пальцами по экрану терминала и на экране спор появилась врезка с видом на нижнюю часть трапа.

Трап был спокоен и висел примерно в метре над посадочной площадкой, которая ходила под ним волнами — видимо тяжёлый космический корабль, как-то, стабилизировал её, а теперь, лишившись его, она превратилась в штормовое море.

Хаара! Валл'Иолет сжал зубы от негодования. Они не отважатся. Нужно стать самоубийцей, чтобы ступить на такую площадку. А если...

Он чуть отклонил штурвал и тёмная, неспокойная поверхность посадочной площадки поползла в сторону.

Но едва на врезке появилась жёлтая полоса песка, как появилась и новая проблема — ударившие в песок струи тяги из дюз вертикального подъёма, расположенные в опорах, подняли в воздух тучи такого песка, что они напрочь заслонили собой лагерь.

Валл'Иолет мысленно выругавшись, подался к терминалу и несколько раз ткнул пальцами в его сенсоры. На экране появилась поле из восьми жёлтых кругов, обозначающих опоры. Он ткнул пальцем в четыре средних круга — через несколько мгновений они загорелись зелёным цветом, означающим, что опоры убраны. Но вместе с тем, весспер стал менее стабилен: его начало качать, будто он опустился на лоно волн.

Валл'Иолет поднял голову и скользнув взглядом по экрану спор — тучи песка оседали и часть лагеря уже сносно просматривалась — трап висел в метре над песком. К нему бежала толпа гиттов.

***

Ирна сидела будто в каком-то зале ужасов. Периодически появляющиеся вспышки и встряски, заставляли её закрывать глаза, а когда она их открывала, в соседнем кресле сидел старик, в прекрасной серой курточке, но очередная вспышка, заставляла её вновь закрыть глаза, а когда она их открывала старика не было. Затем всё повторялось. Её начал охватывать ужас. Ей хотелось вскочить и убежать из этого зала ужасов, но прижатая захватами, она могла лишь чуть шевелиться, что вселяло в неё ещё больше страха. Ей казалось, что она всеми забыта и покинута и никакого спасения нет.

Но, вдруг, при очередном появлении старика, корабль перестало трясти.

Ирна покрутила головой, перед ней на экране было изображение трапа, висящего над песком. Вдали, к трапу бежали люди.

Мы улетаем? Куда? Он решил похитить нас? Зачем? Чтобы изучить у себя и затем захватить нашу цивилизацию? Мысли ещё большего ужаса сковали её мозг.

На экране появилось ещё одно изображение, заслонившее часть лагеря. Было видно, как из проёма в полу появляются и появляются люди, как в гражданской одежде, так и в военной и разбредаются по большой комнате, которая Ирне была, вроде бы, знакомой.

— Всем оставаться в ангаре. — Донёсся до неё правильный голос старика. — Кто-то должен остаться у трапа и проследить, чтобы все поднялись на борт и дать отмашку.

Это же ангар корабля. Догадалась Ирна. А разместятся все в нём? Там же около двухсот военных и более сорока исследователей.

Двое военных, буквально, легли на живот около проёма в полу и начали смотреть вниз. Прошло достаточно много времени прежде, чем военные поднялись с пола и замахали руками над головой.

В тот же миг, на стене, рядом с проёмом трапа, вспыхнул и замигал красный свет. Военные поспешно отошли от проёма.

Ирна увидела, как вскоре отверстие в полу исчезло. Красный свет погас.

— Всем сесть на пол. — Заговорил старик. — Офицера десантной группы жду в зале управления на втором уровне.

Все, находящиеся в ангаре начали садиться на пол, но двое военных в центре ангара остались на ногах. Затем один из них направился к стене и исчез из вида.

Корабль заметно задрожал и будто закачался на воде.

Откуда здесь вода? Появилась у Ирны тревожная мысль.

Она закрутила головой, такое ощущение она испытывала всегда, когда поднималась на борт морского пассажирского лайнера, но никой воды внизу не наблюдалось. В тоже время изображение на экране становилось отчётливее, а лагерь, с кружащимся по нему песком, как бы начал отдаляться.

— Я могу войти? — Раздался позади Ирны громкий голос.

— Войди и стань за моим креслом. — Заговорил старик. — Здесь два кресла и оба заняты. Будешь корректировать курс.

Вскоре лагерь остался далеко внизу и стал едва различим. Исчезли и яркие вспышки, хотя в общем стало светлее. Тревоги, вдруг, исчезли и Ирна принялась за осмысленное осознание своего положения.

Тут же нашлась и причина её спокойствия — она уже не висела над пустыней, а сидела в большом кресле, прижатая к его спинке какими-то захватами, которые ощутимо стесняли движения и под ногами был серый пол, а не жёлтый песок. Перед ней был серый пульт с массой разноцветных клавишей и индикаторов, центр которого украшал большой экран, по которому скользили строки с какими-то непонятными знаками. На всю стену перед ней был развёрнут ещё один экран, большой и овальный, чуть заходящий ей за спину, над головой был белый полусферический потолок. Метрах в полутора справа стояло второе кресло, которое занимал старик — Валлиолет, наконец Ирна вспомнила его правильное имя.. Его руки держались за странное сооружение, похожее на штурвал аэрожира, который она видела во всевозможных видеообзорах, но только более насыщенный всевозможными клавишами и даже индикаторными панелями. Позади кресла Валлиолета стоял высокий мужчина в военной одежде, держась одной рукой за спинку кресла. Насколько она видела, Валлиолет не был прижат захватами к своему креслу.

— Мне очень неудобно сидеть в таком положении. — Громко заговорила Ирна, стараясь окрасить свой голос нотками недовольства. — Я хочу сидеть свободно. Освободите меня.

— Под левым подлокотником, впереди, клавиша. Нажми и захваты освободят тебя. — Произнёс Валлиолет, не поворачивая головы.

Ирна опустила левую руку и принялась ощупывать нижнюю часть подлокотника. Нащупала она не менее десятка выпуклостей.

— Их тут тьма. — С негодованием воскликнула она.

— Первая. — Пришёл ответ Валлиолета.

— С какой стороны? — Продолжала возмущаться Ирна.

— Ты невнимательна.

Ирна почувствовала себя оскорблённой. Она плотно сжала губы и вернув руку на подлокотник, уставилась в большой экран.

Он ведь сказал, впереди под левым подлокотником. Вдруг всплыла у неё догадка. Какая же я, дура!

Ирна опустила левую руку и нащупав первую выпуклость, надавила на неё — чуть отпрыгнув, захваты бесшумно скользнули куда-то назад. Ирна тут же вздохнула полной грудью.

— Можешь уйти в каюту. — Раздался голос Валлиолета. — Там тоже есть экран, на котором будет отображаться, практически тоже самое, что и здесь. Дотронься до него и он станет активным. Господину офицеру совсем некомфортно стоять за моей спиной.

Громко хмыкнув, Ирна попыталась подняться, но пульт не дал такой возможности и она попыталась боком выкарабкаться из кресла, но и эта затея ей не удалась. Её щёки покрылись лёгким румянцем. Она оказалась сконфуженной.

Спокойно, спокойно! Принялась она успокаивать себя. После того, как старик посадил меня в кресло, оно повернулось. Значит оно поворачивается. Молниями замелькали у неё догадки. Что надо сделать, чтобы оно повернулось — может, просто, упереться ногами в пол?

Она упёрлась обеими ногами в пол и попыталась повернуться вместе с креслом — и действительно, кресло легко повернулось. Ирна поднялась и ни на кого из мужчин не взглянув, вышла в коридор.

Фу-у! Какой позор. Размышляла она, быстро шагая по коридору. Как он мог со мной так поступить — опозорить перед офицером? Будто я его... Фу-у! Об этом сегодня же будет знать весь лагерь. Начнут шушукаться за спиной. Уйти отсюда! Уйти немедленно!

Ирна, вдруг осознала что стоит. Она подняла голову и увидела, что стоит перед открытой дверью, в проёме которой виднелась обстановка той каюты, в которую её привёл Валлиолет. Она механически переступила порог. Донёсшийся за спиной лёгкий свист заставил её вздрогнуть и оглянуться — проём был закрыт дверью. Развернувшись, она приложила руку к пластинке идентификации, но дверь осталась на месте.

— Я не хочу, не хочу быть здесь! — Закричала она, стуча рукой по пластинке, не обращая внимания на доносящиеся откуда-то из под руки протяжные звуки. — Не хочу! Выпусти меня!

Прошло достаточно много времени, когда, наконец, поняв, что ей из каюты не выбраться, Ирна опустила руку и отвернувшись от двери, обвела каюту медленным взглядом. Оставленная ею на столе баночка из-под тоника, лежала на полу, голографическое фото инопланетной девушки было у самого края стола, скинутый стариком жёлтый плащ люпий валялся на полу. Почти вся противоположная стена была тёмной, контрастируя с более светлыми стенами.

Это наверное и есть экран. Мелькнула у неё мысль.

Подойдя, она коснулась рукой тёмной поверхности и в тот же миг экран расцветился — на нём отображалась пустыня. Ирна присмотрелась, показавшееся ей вначале статичное изображение пустыни, двигалось. Отвернувшись от экрана она продолжила осмотр каюты: в левой и правой стенах были дверные проёмы: левый был закрыт дверью; правый — нет.

Не зная почему, она направилась к закрытому дверью проёму. на двери была круглая ручка. Взявшись за неё, Ирна подёргала дверь — она осталась на месте. Хмыкнув, Ирна, вдруг, поняла, что все двери на корабле не вертятся, а скользят. Оно толкнула дверь и она скользнула в сторону. Ирна заглянула внутрь комнаты: скорее всего, это был санузел, так как на одной из стен висел предмет, похожий на зеркало, под ним, нечто, напоминающее кран для воды, дальше за полупрозрачной полуоткрытой ширмой, видимо, был душ, да и все другие предметы могли находиться лишь в санузле.

Ей, вдруг, захотелось взглянуть на себя в зеркало. Подойдя, и заглянув в него, она увидела себя, достаточно, растрёпанной и даже на лбу была какая-то тёмная полоса. Решив умыться, она протянула руки к рану из которого тут же потекла струйка прозрачной жидкости. Ирна мгновенно отдёрнула руки, но несколько капель всё же попали ей в левую ладонь. Поднеся руку к лицу, она принялась рассматривать прозрачные капли. Несомненно — это была вода. Намочив указательный палец правой руки в каплях, она подняла голову и смотрясь в зеркало, провела пальцем по тёмной полосе на лбу — полоса посветлела. Стряхнув с левой руки оставшуюся воду, она провела влажной ладонью по лбу и отвернувшись, вышла из комнаты. Затем направилась к дверному проёму напротив.

В этой комнате стояло кресло, крохотный столик и видимо, спальная платформа. Она, вдруг, почувствовала себя уставшей.

Интересно, как удобна их спальная платформа? Всплыла у неё любопытная мысль. Удобнее нашей или нет?

Шагнув к спальной платформе, она потрогала её рукой. Спальная платформа показалась ей несколько жестковатой. Она присела на неё и попрыгала. И опять было ощущение излишней жёсткости. Тогда она легла на спину. Спальная платформа оказалась достаточно широкой и Ирне даже удалось раскинуть руки. Она уже не казалась жёсткой.

Как приятно! Всплыла у неё ленивая мысль.

Глаза Ирны закрылись и она провалилась в пустоту...

***

— Присаживайтесь, господин офицер. — Валл'Иолет взмахом подбородка указал на освободившееся кресло. — Я жду вектор пути.

— Какой ещё вектор? — В голосе офицера послышалось нескрываемое удивление.

— Координаты посадочного слота?

— Я не пилот и не совсем понимаю вашу терминологию. Мои задачи, всегда, наземного характера.

— В каком направлении идти, хотя бы это ты можешь сказать? — Со злом в голосе произнёс Валл'Иолет.

— Градусов семьдесят влево от лагеря. Точнее не знаю. Все летательные аппараты ушли, примерно, в том направлении, как только ударила первая молния.

— Садись! — В голосе Валл'Иолета послышались недовольные нотки.

— Извините!

Офицер шагнул к свободному креслу и сев, уставился в экран, на котором отображались, казалось бесконечные пески, но присмотревшись, он понял, что песчаная картина меняется, показывая, что корабль движется. В верхней части экрана сияло красноватое солнце, заставляя щуриться, отчего в зале управления было достаточно светло. Ярких вспышек молний больше не было, видимо, атмосферная аномалия осталась где-то позади.

— У тебя есть сканер связи? — Поинтересовался Валл'Иолет.

— Сканер? Как это сканер связи? — С нескрываемым удивлением воскликнул офицер.

— Какое-то средство связи у тебя есть с собой? — Повысил голос Валл'Иолет.

— Есть! — Офицер достал из нагрудного кармана прямоугольный предмет. — Спейс. — Он протянул предмет Валл'Иолету.

— Свяжись с командиром того объекта, куда мы идём и предупреди о нашем прибытии. Пусть подготовят прочную посадочную площадку. Далеко до объекта?

— Около трёхсот километров. Это северная военная база.

Офицер повернул спейс к себе и несколько раз ткнул в него пальцем — во вспыхнувшей перед ним голограмме отображалось чье-то волевое лицо.

— Капитан Корта, господин генерал. — Офицер резко кивнул головой. — Докладываю! Инопланетный космический корабль держит курс на северную базу. Его пилот просит подготовить прочную посадочную площадку.

— Вы, что на себе его несёте? — Губы генерала вытянулись в усмешке.

— Никак нет, господин генерал. Пилот поднял его в воздух и он идёт своим ходом.

— Какой ещё пилот? Что ты несёшь? Кто вам приказал покинуть лагерь? — В голосе генерала послышались угрожающие нотки.

— Я не знаю, кто он, господин генерал, но он похож на того старика, который опустил трап корабля. Он же и приказал покинуть лагерь. Там такое началось... — Офицер медленно поднял плечи.

— Ты бредишь капитан. Я приказываю, немедленно, вернуться в лагерь и ждать моих указаний.

Голограмма погасла. Капитан Корта опустил плечи и повернул голову в сторону Валл'Иолета.

— Мне приказано вернуться в лагерь, господин пилот. Высадите нас. — Нетвёрдым голосом произнёс он.

— Я могу лишь выбросить вас, открыв люк. — В голосе Валл'Иолета послышалась ирония.

— Это приказ. Я его обязан выполнить. — Голос Корта прозвучал уже твёрдо.

— Вернуться — значит погубить корабль. Я этого не могу допустить.

— Я приказываю вернуться и высадить нас! — В голосе Корта послышались металлические нотки.

— Ты не мой командир и я не подчиняюсь твоим приказам. — Продолжил иронизировать Валл'Иолет.

Кресло, на котором сидел Корта, резко повернулось. Он вскочил, его рука метнулась к поясу и в следующее мгновение в сторону Валл'Иолета смотрел ствол оружия.

— Я приказываю, немедленно посадить корабль. — Громким, чётким голосом заговорил Корта. — Или я буду вынужден применить силу.

Валл'Иолет повернул голову в сторону гитта, его губы вытянулись в широкой улыбке.

— И как ты это сделаешь? — Заговорил он, едва не смеясь. — Убьёшь меня из своего оружия и сам посадишь корабль? Ты ещё не успеешь нажать на спусковой механизм своего оружия, как будешь мёртв. Желаешь убедиться?

Рука капитана, сжимающая оружие, дрогнула и разжалась — оружие с грохотом упало на пол и закувыркалось в сторону. Другая рука Корта, продолжающая держать спейс, приподнялась и палец нажал на одну из клавиш, но в тот же миг из спейса брызнул сноп искр. Рука Корта дёрнулась и спейс полетел в сторону, и упав на жёсткий пол, завертелся волчком — из него выскользнула спираль серой струйки дыма и устремилась к потолку. Корта бросился к проёму двери, но перед самым его носом выскользнувшая из стены дверь, закрыла проём. Корта резко повернулся и сделав шаг назад, упёрся спиной в дверь — в его сторону смотрел ствол оружия, сжимаемого рукой пилота.

— Как видишь, моё оружие ничуть не меньше твоего... — Заговорил Валл'Иолет. — А по эффективности, думаю, намного превосходит его.

В воздухе сверкнула яркая синяя молния и на голову и плечи Корта посыпался синий дождь, заставивший его отпрыгнуть от двери и начать отряхиваться, будто от упавших на одежду капель дождя. Он поднял голову — стена над дверью, горела синим пламенем и вниз, буквально, лил поток синих сполохов и ударяясь о пол, блестящими искрами разлетался во все стороны, заставляя Корта пятиться от двери всё дальше и дальше.

— Корабль сгорит! — Выкрикнул он.

— Это холодная плазма. — Раздался голос Валл'Иолета. — Над дверью нет никаких энергоисточников и корабль не пострадает. Но от тебя навряд ли бы что-то осталось. Если только обгоревший скелет. Но это всего лишь игрушка. — Он отвёл руку за спину и когда она вновь появилась, то оружия в ней уже не было. — У меня есть более эффективное оружие и уверяю, более страшное. Так что, сядь. — Валл'Иолет кивнул подбородком в сторону соседнего кресла и корректируй курс. Сядем, я постараюсь сам объясниться с твоим генералом. — Он отвернулся и положив руки на штурвал, уставился в экран спор.

Подняв оружие и пристегнув его к поясу, Корта, так же поднял, уже не дымивший, спейс и вернулся в покинутое кресло. Усевшись и откинувшись на его спинку, он тоже уставился в бегущий по экрану песок.

Прошло некоторое время. Корта, вдруг повернулся и выглянул из-за спинки кресла — никакого пламени над дверью уже не было, но место, где бушевала холодная плазма, всё же просматривалась тёмным пятном. Он повернул голову в сторону пилота.

— Извините, господин пилот, но я не знаю ни вашего звания, ни имени. — Произнёс он.

— Капитан Валл'Иолет. Хотя... — Валл'Иолет громко хмыкнул. — Какой я теперь капитан. Просто Валлиолет Лампарт. Так и зови — Валлиолет Лампарт.

— Господин Лампарт. — Корта натянуто улыбнулся. — Уверен, если вы в состоянии управлять этим космическим кораблём, несомненно, человек вы военный, может и в прошлом, но это не имеет значения и прекрасно знаете, что бывает за невыполнение приказа. Однозначно, я буду разжалован и отправлен в такую глушь, что эти дни службы в пустыне можно будет назвать комфортными.

— Я могу лишь посочувствовать тебе капитан. — Произнёс Валл'Иолет.

— Я не прошу сочувствия, господин Лампарт. Я прошу меня понять и извинить за невольную вспышку агрессии.

— Я не видел никакой агрессии с твоей стороны, капитан. — В голосе Валл'Иолета появились нотки иронии. — Ты попросил меня продемонстрировать моё оружие. Что я и сделал.

— Извините, господин Лампарт, а можно, так сказать, подержать в руках ваше грозное оружие.

— Без проблем. — Правая рука Валл'Иолета метнулась в сторону и в следующее мгновение он протягивал Корта трасс. — Держи.

Взяв оружие, Корта принялся вертеть его в руках, внимательно рассматривая.

Оружие было тёмного цвета и весьма напоминало его оружие, но было несколько больше и гораздо тяжелее, но видимо было превосходно сбалансировано и отлично лежало в руке. Рукоятка была посередине массивного овального верха, с выглядывающим из него, несомненно, неметаллическим стволом. Через всю рукоятку шли зелёная и красная полосы. Спусковой механизм не был похожим на привычный курок, а представлял собой подобие какой-то большой клавиши. Никаких других кнопок или рычагов, могущих служить блокираторами выстрела не наблюдалось. Корта повернул ствол к себе и попытался рассмотреть его. Скорее всего, это был не ствол, а нечто, похожее на стержень и его край выглядел, будто обожжённым. Корта попытался поцарапать ствол, определённо — это был неметалл.

— Как называется это оружие? — Поинтересовался он.

— Трасс.

— Тяжёл. — Корта потряс рукой с оружием. — Видимо, непросто с таким управляться.

— Отнюдь.

— Я не вижу никак блокировок. Это же небезопасно?

Корта приподнял оружие и направив его на Валл'Иолета, попытался нажать на клавишу — раздался негромкий щелчок и овальный верх, подпрыгнув, скользнул в строну и оказался на полу. Донёсся глухой звук упавшего предмета. Корта, с замершим сердцем уставился в оставшуюся в его руке рукоятку с какими-то зигзагообразными выступами и блестящими жёлтыми прямоугольниками меж них.

— Чтобы из него выстрелить, нужно родиться толлоном. — Заговорил Валл'Иолет с нотками сарказма в голосе. — К тому же, сейчас он настроен только лишь на моё биополе. Верни! — Валл'Иолет вытянул руку в сторону капитана.

Повернувшись вместе с креслом, Корта наклонился и подняв с пола верхнюю часть оружия, попытался пристроить её к рукоятке, но его руки заметно дрожали и зигзагообразные выступы рукоятки никак не хотели входить в пазы круглого верха.

— Разреши, я покажу. — Произнёс Валл'Иолет.

Корта, подрагивающей рукой протянул Валл'Иолету обе части оружия.

— Всё очень просто. — Валл'Иолет убрал со штурвала и вторую руку и взял в руки по одной части трасса. — Это интеллектуальная батарея. — Он приподнял рукоятку, демонстрируя её Корта. — Её емкости хватает на тридцать выстрелов стопроцентной мощности. — Он провёл пальцем по зелёной и красным полосам. — Зелёная остаточная емкость, красная — мощность. — Жмешь клавишу, вставляешь... — Он соединил обе части оружия. — Или пальцем этой же руки или пальцем другой устанавливаешь мощность выстрела. — Он провёл пальцем этой же руки, которой и держал оружие по красной полосе и она стала на три четверти короче. — Выбираешь цель. — Валл'Иолет навёл оружие на Корта, глаза которого мгновенно увеличились до неимоверных размеров. — И жмёшь на спуск.

Выскочивший из трасса синий сполох вошёл капитану гиттов в левое плечо. Корта дёрнулся, затем выгнулся и обмяк. Его голова опустилась и подбородок упёрся в грудь. Валл'Иолет громко хмыкнул.

— Отдохни. Чересчур уж нервный.

Пристегнув оружие к поясу, Валл'Иолет вновь взялся обеими руками за штурвал и уставился, в бегущий в нижней части экрана спор, песок...

***

Прошло около получаса пути в полном молчании. Неожиданный резкий звук пришедший откуда-то сбоку, застал Валл'Иолета врасплох и заставил вздрогнуть. Он так резко повернул голову на звук, что шейные позвонки громко хрустнули, заставив его лицо исказиться гримасой досады.

Находящийся в соседнем кресле капитан гиттов, трясущейся правой рукой, что-то вытаскивал из нагрудного кармана своей курточки: его левая рука висела плетью; лицо постоянно искажалось гримасами боли и было видно, что каждое движение приносит ему большие страдания. Наконец, Корта удалось вытащить предмет — это оказался нудно пищащий спейс — их теперь было у него было два: один лежал на колене; второй он держал в руке. Капитан нажал одну из клавиш спейса и перед ним тут же вспыхнула голограмма с отображенным в ней лицом прежнего грозного гиттского генерала.

— Мы наблюдаем приближающийся к северной базе большой летательный объект. — Заговорил генерал твёрдым голосом. — Это тот космический корабль?

— Да, господин генерал. — Произнёс Корта и его лицо исказилось гримасой боли.

— Как я понимаю, ты находишься на его борту?

— Да, господин генерал.

— Я поднимаю аэристры. Передай тем, кто пилотирует корабль, чтобы они неукоснительно выполняли все приказы пилотов, иначе корабль будет уничтожен.

Корта повернул голову в сторону пилота. Валл'Иолет вытянул руку в его сторону.

— Сканер связи! — Грубым, резким голосом произнёс он.

Корта протянул спейс, его лицо исказилось мучительной гримасой боли.

Взяв сканер связи, Валл'Иолет повернул его к себе — лицо генерала в голограмме тут же заметно уменьшилось, видимо он отшатнулся от своего средства связи.

— Не советую ставить мне условия, генерал. — Продолжил говорить Валл'Иолет резким голосом. — У меня на борту более двухсот гиттов и их гибель будет на твоей совести. К тому же у меня большие сомнения, что тебе удастся уничтожить мой корабль. Навряд ли приборы наведения твоей цивилизации правильно определят его координаты и однозначно, все выпущенные в его сторону заряды пройдут мимо. Я же, не промахнусь! Подумай, прежде, чем принять необдуманное решение. Советую приготовить мне хороший, прочный, посадочный слот, не такой, который вы сляпали в пустыне и который раскрошился будто стекло от удара камня и мне едва удалось поднять с его осколков корабль. Сопровождение не помешает, чтобы я не кружил бестолку над твоей базой. — Не удосужившись выслушать генерала, уже открывшего рот, Валл'Иолет швырнул сканер связи Корта на колени, заставив того дёрнуться и громко простонать. — Ещё одна выходка, капитан и следующий заряд будет сидеть в твоей голове. Я не шучу! — Завершил свой монолог Валл'Иолет резким, чётким голосом.

Взяв спейс, Корта повернул его к себе.

— Как я понимаю — он рядом с тобой. — Заговорил генерал уже не прежним надменным голосом, а каким-то вкрадчивым, будто просящим. — Пусть следует за аэристрами. Так всем будет спокойнее. Посадочная площадка готова.

Голограмма погасла.

Корта убрал оба сканера связи в один карман курточки и опять уставился в экран.

Прошло совсем немного времени. По экрану спор скользнули два продолговатых летательных аппарата и исчезли из вида, но через несколько мгновений появились вновь и устроившись перед весспером, начали уходить влево.

Наверное это и есть аэристры. Всплыла догадка у Валл'Иолета.

Следуя рекомендации генерала, он повернул штурвал влево и вскоре увидел, как с левой стороны экрана начала выплывать огромная тёмная площадка. Валл'Иолет снизил скорость весспера.

Пожалуй бы, проскочил. Всплыла у него саркастическая мысль.

Вскоре тёмная площадка заполнила всю нижнюю часть экрана спор. На ней повсюду виднелись разновеликие или летательные аппараты или какие-то другие механизмы гиттов. Валл'Иолет внимательно всматривался в тёмную поверхность, ища большую свободную площадь. Вдруг он увидел два аэристра, описывающих круги в воздухе над чёрной поверхностью.

Видимо указывают на посадочную площадку. Решил он и повернул штурвал, направляя весспер в сторону кружащих аэристров и действительно, под ними находилось большое свободное тёмное поле.

Выпустив опоры, Валл'Иолет аккуратно опустил весспер на посадочную площадку. Пробежавшись пальцами по экрану терминала, он заглушил конвертор и дал команду трапу опуститься и толкнул штурвал от себя. Дождавшись, когда тот займёт своё место в нише пульта управления, Валл'Иолет повернулся вместе с креслом, поднялся и ткнув пальцем в одну из клавиш пульта управления, вытянул руку в сторону образовавшегося проёма двери.

— Прибыли, капитан. Прошу покинуть корабль.

Капитана гиттов ему было совершенно не жаль и если бы сейчас от него исходила угроза, не колеблясь уничтожил бы его.

Повернувшись вместе с креслом, Корта поднялся и поддерживая правой рукой левую, пошатываясь побрёл к выходу.

Выйдя вслед за ним в коридор, Валл'Иолет закрыл дверь зала управления и чтобы Корта напрасно не плутал по коридорам уровня, проводил его до лестницы, ведущей в ангар и дождавшись, когда тот скроется из вида, направился в каюту капитана.

Едва дверь каюты капитана скрылась в стене, как с кресла вскочила Ирна и шагнула к Валл'Иолету. Её вид, недвусмысленно, показывал, что она рассержена.

— Я уже почти сошла с ума. — Заговорила она громким, резким голосом. — Почему вы заперли меня? Я не могу выйти отсюда.

— Разве? — Валл'Иолет шагнул внутрь и приложил руку к пластинке идентификации — выскользнувшая из стены дверь, заслонила собой проём. — Покажи, как ты пыталась выйти отсюда?

Ирна шагнула к пластинке идентификации и став напротив, приложила к ней правую руку. По периметру пластинки прошла зелёная волна и донеслись протяжные мягкие звуки. Ирна, вскинув брови, повернула голову в сторону Валл'Иолета.

— Ты забыла своё имя? — Валл'Иолет сдвинул брови.

— Нет!

Периметр пластинки на мгновение вспыхнул красным цветом.

— Как видишь — ты его забыла. — Валл'Иолет вытянул губы в усмешке. — Система безопасности такого имени не знает. Придётся повторить. Убери и вновь приложи руку к пластинке идентификации.

Ирна, плотно сжав губы от негодования, отстранила руку от пластинки и тут же приложила её вновь — донеслись те же протяжные звуки.

— Иринна. — Ирна постаралась, как можно более мягче произнести своё модифицированное имя.

Дверь, скользнув в сторону, исчезла в стене. Валл'Иолет шагнул в сторону, освобождая проём. Стрельнув в него взглядом, полным негодования, Ирна шагнула в проём и каблуки её обуви быстро застучали по полу коридора.

Вздохнув, Валл'Иолет подошёл к столу и поправил стоящее на ней голографическое фото Ир'Инны. Затем подошёл к холодильному шкафу и открыв дверь, достал баночку с тоником и открыв, выпил. Затем собрал все пустые баночки, которых оказалось неожиданно много на столе и бросив их в утилизатор, осмотрел каюту: ящики Ирны стояли там же, куда он их и перенёс; скинутый им плащ люпий, валялся на полу около кресла, показывая, что Ирна не удосужила себя наведением порядка в каюте, что несколько раздосадовало Валл'Иолета. Подойдя к плащу, он поднял его.

Вот и нет больше надобности в тебе. Валл'Иолет глубоко вздохнул. Правильно ли я поступаю? Он дёрнул плечами. В который уж раз я задаю себе этот вопрос?... Его губы вытянулись в усмешке. Сотый, тысячный? И не нахожу ответа. Иду по следу случайных событий. Вот и сейчас: если бы не атмосферная аномалия, привёл бы я сюда весспер? Не знаю. Он механически покрутил головой. А если бы Ирна не пришла в пески со своей экспедицией, произошли бы все эти события? Скорее всего, нет. Всё было бы по другому. Он глубоко и протяжно вздохнул и тут же захлебнулся в кашле от переизбытка кислорода.

— Хаара! — Сорвалось с его губ, когда кашель стих.

Нужно отрегулировать фильтры, слишком много воздуха Гитты стало в каюте. Всплыла у него досадная мысль.

Аккуратно свернув плащ, он положил его на верхний ящик, принадлежащий Ирне и выйдя в коридор, закрыл дверь каюты и направился к лестнице, ведущей в ангар.

Оказавшись в ангаре, Валл'Иолет с удивлением увидел, что в нём нет ни одного гитта. Громко хмыкнув, он шагнул к трапу и медленно пошёл вниз. Едва его голова вышла из корпуса весспера, он тут же остановился.

Перед трапом, полукольцом стояли десятка два военных с висящим на шее каким-то оружием, которое сжимали их руки. Перед полукольцом стояли ещё трое гиттов, в военной одежде. В центре стоял, тот самый, надменный генерал, с которым он разговаривал во время перехода. За полукольцом стояли несколько летательных аппаратов чёрного цвета, похожие на тот красный аппарат, который он неоднократно видел в лагере исследователей, за которыми стояла толпа, видимо, прибывших на корабле гиттов. Ирны среди них видно не было.

Валл'Иолет провёл руками по курточке, будто разглаживая её, хотя она была сшита из немнущегося материала, незаметно убеждаясь, что оружие находится на поясе. Так же убедившись, что его психотронное поле активно и готово нанести сокрушительный удар любому, кто проявит к нему агрессию, возобновил свой путь.

Оказавшись внизу, он шагнул к военным и остановился напротив генерала.

— За нападение на офицера вооружённых сил и за нарушение воздушного пространства Гитты, вы арестованы. Корабль конфискуется. — Заговорил генерал громким властным голосом. — Сдайте оружие и назовите все коды допуска к управлению кораблём.

— Вообще-то я надеялся на твоё благоразумие генерал, но видимо эта черта характера в дефиците у носителей разума вашей цивилизации. — Заговорил Валл'Иолет с усмешкой на губах. — Я отказываюсь контактировать с тобой и надеюсь у вас найдётся более здравый человек для разговора. Никаких агрессивных действий ни ко мне, ни к кораблю советую не применять. Я в состоянии одним взглядом умертвить всех здесь стоящих, а оружие корабля способно превратить вашу базу в такую же груду обломков, которую сейчас представляет покинутая кораблём посадочная площадка рядом с котлованом. Подумай! Но со мной, советую, больше не встречаться. Прощай, генерал!

Повернувшись, Валл'Иолет направился к трапу. Медленно поднимаясь в корабль, он был подобен сжатой пружине, готовый по малейшему шороху за спиной распрямится и нанести ответный сокрушительный удар всеми имеющимися у него средствами защиты, но как он ни вслушивался, за спиной была мёртвая тишина, которая нарушалась лишь громким стуком его обуви о ступеньки трапа. Оказавшись в ангаре, Валл'Иолет зло ткнул кулаком в клавишу подъёма трапа и дождавшись, когда он займёт своё место в нише весспера, медленно побрёл в зал управления.

Куда она делась? Размышлял он об исчезнувшей Ирне, поднимаясь на второй уровень по винтовой лестнице. Мы ведь, почти, одновременно вышли наружу. Может военные спрятали её в один из своих летательных аппаратов? Но почему она так поступила? Неужели я так страшен? А собственно, почему они должны броситься ко мне с распростёртыми объятиями? Кто знает, что у меня на уме? Но я ведь старался быть доброжелательным к ним, чего не скажешь о них. А если это такая же воинственная раса, как и кроканы? Неужели я, как и мои предки, ошибся в своих выводах. Видимо, нужно быть более осторожным и сдержанным при общении с ними. А я им все двери нараспашку: смотрите, куда хотите; берите, что хотите; делайте, что вздумается. Нет, однозначно, этого больше не будет. Только лишь разговоры с официальными лицами А может, действительно, уйти? Но куда? К Толлоне или дальше блуждать? А где гарантия, что следующая цивилизация окажется менее враждебной? Да и есть ли она? А Ирна? И почему мне так навезёт с женщинами? Какие только выходки Ир'Инны я не терпел. И опять, такая же невыносимая и своенравная. Ведь в лагере же она была не одна. Несомненно, там были более приятные девушки — внешне и не такие строптивые — внутренне. А я — вновь на те же грабли. Почему? За что мне такое наказание?

Оказавшись в зале управления, Валл'Иолет уселся в своё кресло и включив купольный обзор, принялся наблюдать за происходящим вокруг весспера.

За это, совсем недолгое, с момента посадки время, обстановка вокруг весспера заметно изменилась. Если при посадке, посадочная площадка была пуста, то теперь вокруг весспера стояло плотное кольцо из военных, с висящим на шее оружием. Вдали, по направлению к вессперу, двигалось большое количество техники и насколько Валл'Иолет понимал — это была, отнюдь, не гражданская техника. Нечто похожее он видел в музее техники Толлоны — самоходные орудийные установки, давно прошедших тысячелетий.

Наивные. Пытаются запугать. Он громко хмыкнул. Хотя, если начнут методичный обстрел, то дыр могут наделать изрядно. И самовосстанавливающий статит не справится. Может огрызнуться?

Пальцы Валл'Иолета пробежались по клавишам пульта управления и из него выскользнул штурвал. Положив на него руки, он нажал ещё несколько клавиш. На экране спор перед ним появилась врезка с изображением нижней части весспера. На врезке было отчётливо видно, как из днища корабля торчит турель с лазерным излучателем. Валл'Иолет покрутил пальцем по сенсорной панели управления турелью, которая начала вращаться, синхронно с движениями его пальца. Жирная красная точка прицела заплясала по курточкам десантников и они, выставив в сторону турели своё оружие, попятились. Точка лазерного прицела скользнула по уже близко подошедшей технике, которая тут же поползла назад. Усмехнувшись, Валл'Иолет убрал палец с сенсорной панели и ткнул им в клавишу деактивации оружия. Турель исчезла в корпусе весспера, оружейный люк закрылся. Исчезла и врезка с экрана спор. Он толкнул штурвал и тот занял своё место в нише пульта управления.

И что дальше? Валл'Иолет покрутил головой, осматривая складывающуюся обстановку вокруг весспера, которая, никакого оптимизма не внушала.

Самоходных орудий вокруг весспера становилось всё больше не только на земле, но и в воздухе: над весспером висела пара огромных коптеров, а выше, насколько он видел, кружили две пары аэристров, а возможно их было и больше. Большое количество аэристров стояли вдалеке на посадочных площадках, вокруг которых мельтешили какие-то точки, видимо обслуживающий персонал. Вдалеке виднелись несколько высоких зданий и бесчисленное количество низких строений.

Солнце уже было у самого горизонта, предвещая наступление скорой ночи.

Покрутившись некоторое время вместе с креслом, Валл'Иолет, вдруг, почувствовал, что очень устал.

А почему я должен спать сидя в кресле, а не у себя в каюте, на удобной спальной платформе? Задал он себе уместный вопрос. Что может произойти? Предпримут попытку ночной атаки на весспер? Так он и так у них в руках. Подходите, держитесь. Он медленно пожал плечами. Проникнуть внутрь вы не сможете, а остальное, сколько угодно.

Валл'Иолет поднялся и ещё раз окинув взглядом обстановку вокруг весспера и не увидев реальных угроз, направился в свою каюту. Там он достал из холодильного шкафа упаковку с едой и баночку с тоником, поужинал и бросив пустые упаковки в утилизатор, прошёл в комнату для сна, разделся и вытянувшись на спальной платформе, с удовольствием потянулся...

***

Валл'Иолет открыл глаза. Было темно. Он прислушался: никаких звуков слышно не было. Полежав некоторое время и дождавшись, пока глаза привыкнут к темноте, он рывком сел и опустив ноги на пол, поднялся. В комнате тут же посветлело. Поёжившись, от, вдруг, появившейся прохлады, он направился в санационную.

Тщательно приведя себя в порядок, он вышел в холл и подойдя к одному из встроенных шкафов, открыл его и провёл рукой по висящей в нём одежде. Выбор был невелик: всего два полных комплекта капитана и кое-что из нижнего белья.

Он не знал, для кого изначально предназначалась эта одежда и оказалась она ему впору лишь сейчас, когда атмосфера Гитты иссушила и согнула его тело. С обувью же проблема, как была, так и осталась — она ему была безнадёжно мала.

Валл'Иолет с досадой вспомнил о своих полностью изношенных макасах, некогда добытых у люпий вместе с плащом и глубоко вздохнув, переодел лишь нижнее бельё и направился в спальную комнату, одеваться в верхнюю одежду.

Нужно попытаться у Гиттов добыть себе ботинки. Всплыла у него мысль, при виде дыр на обуви. Но ведь у меня нет их уровня. Если только Ирна сжалиться. Его губы вытянулись в снисходительной усмешке. Где она теперь?

Одевшись, он подкрепился тоником и содержимым одной из упаковок холодильного шкафа и выйдя из каюты, направился в зал управления, так как на экране спор каюты, обзор был непривычен, да и обстановка снаружи выглядела, как-то странно.

В зале управления было светло, но не от яркого освещения внутри, а от света, приходящего снаружи.

Заняв своё кресло, Валл'Иолет провёл взглядом по экрану спор: как он понял — светло было от множества прожекторов, направленные на весспер. Никого движения вокруг весспера не наблюдалось, но в одном из мест, между прожекторами что-то маячило. Валл'Иолет пробежался пальцами по экрану терминала и увеличил маячивший предмет. Его брови тут же выгнулись высокими дугами — это были Вирт и ещё какой-то гитт. Вирт непрерывно махал у себя над головой рукой, периодически меняя её: видимо они стояли уже долго и руки у него устали от махания.

Валл'Иолет ещё раз осмотрел территорию вокруг весспера, ни людей, кроме этих двух, ни техники, кроме прожекторов, поблизости больше не наблюдалось.

— Хм-м! — Валл'Иолет погримасничал.

Они, определённо, обращаются ко мне. Видимо, хотят о чём-то поговорить. Замелькали у него догадки. Будут предлагать сдаться? Наверное к ним я не пойду. Всё же ночь и можно ожидать чего угодно: навалится с десяток десантников и сделать ничего не успеешь. Пусть идут сюда. Подниму трап. Так будет надёжнее. Если появится кто-то ещё около трапа, тогда будет, однозначно, ясно об их агрессивных намерениях.

Он пробежался пальцами по сенсорам экрана терминала. На экране спор тут же появилась врезка с изображением опускающегося трапа. Трап мягко коснулся посадочного слота.

Прошло некоторое время и перед ним появились Вирт и второй гитт, который, явно, был в возрасте. Вирт указал рукой на трап и гитт, ступив на его нижнюю ступеньку, несколько раз дёрнулся, видимо, проверяя прочность трапа, чем вызвал у Валл'Иолета громкое хмыканье и наверное убедившись в его надёжности, неторопливо пошёл вверх. Вирт пошёл следом. Больше никто к трапу не подошёл.

Валл'Иолет поднялся и быстрым шагом направился в ангар.

Когда он вышел в ангар, пожилой гитт и Вирт стояли в двух шагах перед люком трапа, видимо решив дождаться его там. Но Валл'Иолет подошёл не к ним, а стене, где находилась панель управления трапом и нажал на одну из его клавиш — трап быстро поднялся и люк за спинами гиттов закрылся. Уже затем Валл'Иолет подошёл к гиттам.

— Вынужденные меры предосторожности. — Он развёл руками, останавливаясь перед ними. — К сожалению. — Его губы вытянулись в усмешке.

— Здравствуйте, господин Лампарт. — Вирт кивнул головой. — Вы имеете на это полное право. Это полностью наша вина. Так сказать: расплата за гостеприимство. — Он развёл руками. — Искренние извинения. — Опустив руки, он склонил голову и постояв в молчании несколько мгновений, выпрямился и вытянул руку в сторону пожилого гитта. — Разрешите представить вам старейшину Регистра — высшего органа власти Гитты, господина Ральфа Селлура. Собрание Регистра уполномочило нас провести с вами переговоры, господин Лампарт. А проще говоря, господин Лампарт, мы хотим предложить вам сотрудничество с нашей цивилизацией. Правда мы не знаем, что мы можем предложить вам, но сами хотели бы получить от вас технологии воспроизводства подобного космического корабля.

— Думаю, разговор у нас будет длинный. — Валл'Иолет повернулся к гиттам боком и вытянул руку в сторону лестницы, ведущей на второй уровень корабля. — И потому, прошу в мою каюту. — Повернувшись, он первым пошёл в указанном направлении.

Гитты направились за ним. Весь их путь до каюты капитана прошёл в молчании. Валл'Иолет пытался осознать суть перемены отношения гиттов к себе, а старейшина Регистра весь путь безостановочно крутил головой, с любопытством рассматривая корабль и вслушиваясь в тихий рассказ Вирта о том, как они пытались подсмотреть за Валлиолетом Лампартом и что из этого у них, совершенно, ничего не вышло.

— Присаживайтесь. — Указал Валл'Иолет гиттам на кресла, когда они оказались в каюте капитана.

— Но здесь всего два кресла, господин Лампарт. — Впервые заговорил старейшина и уже по его первым словам Валл'Иолет понял, что этот человек не простой — его голос был твёрд и спокоен и однозначно показывал, что его владелец, человек большой воли. — Это будет нетактично с нашей стороны — сидеть перед тобой.

Ральф Селлур на вид был человеком в возрасте, примерно среднего роста, с уверенно обозначенным животом. Одет он был в светло-коричневую курточку и такие же брюки и светлую обувь; его верхняя часть головы была без волос, а оставшиеся были разнотонального серого цвета; видимо его лоб прежде был высок, но теперь из-за отсутствия волос его границу определить было сложно; прямой, правильный нос; достаточно пухлые щёки, но уже с заметной дряблостью, полноватые губы; обычный подбородок, с большой жировой складкой под ним; мощная шея; но самой выразительной частью его лица были глубокопосаженные глаза, никак негармонирующие с его пожилым возрастом — они были тёмного цвета, блестящие, живые и очень, очень умные.

— Кажется, решение проблемы есть.

Улыбнувшись, Валл'Иолет прошёл в спальную комнату, взял лёгкое кресло и вынес его в холл.

— Это моё любимое кресло для отдыха. — Произнёс он с широкой улыбкой.

Поставив кресло перед двумя другими креслами, он сел, положив ногу на ногу и махнул рукой, призывая гиттов, тоже сесть и дождавшись, когда они усядутся, вопросительно взмахнул подбородком.

— Что, конкретно, интересует вашу цивилизацию?

— Нас интересует этот корабль и возможность повторения его конструкции. — Заговорил Селлур. — Опиши его технико-тактические возможности, класс. Уверен — это не, совсем, гражданский корабль.

— Это многоцелевой корабль. — Лёгкая улыбка тронула губы Валл'Иолета. — Максимальная скорость двенадцать лью или по другому — скоростей света, автономное стандартное пребывание в пространстве восемь лет, но с дополнительными контейнерами оно может быть сколь угодно долгим. Экипаж четыре человека, но я предпочитаю одиночество, в чём вы имеете возможность убедиться.

— Ты сказал, дополнительные контейнеры. Что за контейнеры? И сколько их основных? — Поинтересовался Селлур.

Лёгкая усмешка тронула губы Валл'Иолета. На — ты, к нему обращались лишь люпии, собственно, у них другого и не было, отчего и он привык так обращаться вначале к ним, а затем и ко всем остальным гиттам, хотя в лагере к нему все обращались лишь на — вы. Услышанное сейчас приятельское обращение к себе от одного из высокопоставленных гиттов, его несколько удивило.

Или он хочет расположить меня к себе, или показать свою значимость. Всплыли у Валл'Иолета догадки. Чтобы он ни задумал, это всё равно не изменит моего отношения к ним.

— Контейнеры с ратаном — веществом массы для конвертора. Основных два, массой... — Валл'Иолет провёл рукой по лбу. — Порядка тридцати тонн каждый, если перевести в вашу систему мер. Дополнительных — до четырёх.

— С одной стороны масса не так уж и велика для такого корабля. — Состроив непонятную гримасу, Селлур пожал правым плечом. — Нашим кораблям, чтобы достичь лишь окраин нашей звёздной системы нужно более шестисот тонн расходного материала. Но с другой — столь низкая автономность это может объяснить. Как я понимаю, корабль способен удаляться от своей планеты на расстояние не далее трёхсот светолет. Выходит твоя цивилизация не так уж и далеко.

— Но если принять во внимание инерционное движение в пространстве, то удалённость может достичь сколь угодно больших расстояний. — Произнёс Вирт.

— Господин Вирт, вы не учитываете пространственное трение. — Селлур перевёл взгляд в сторону астрофизика. — На такой скорости оно реально и быстро сведёт скорость корабля на досветовую. — Он вновь повернулся к Валл'Иолету. — Или я не прав, господин Лампарт?

— Прав! — Валл'Иолет согласно кивнул головой. — Оно ощутимо. Но всё же, основная убыль вещества массы идёт при разгоне, торможении и маневрировании. К тому же, большое значение имеет концентрация ратана: чем она выше, тем эффективнее вещество массы и тем больше его можно залить в контейнер и тем дольше будет автономность.

— Это жидкая субстанция? — Селлур вскинул свои серые брови.

— Несомненно. — Состроив гримасу, Валл'Иолет дёрнул плечами, будто недоумевая непонятливости гитта. — Для кораблей разведывательного направления, концентрацию ратана доводят до восьмидесяти пяти процентов и их автономность повышается раза в три.

— Выходит концентрация ратана в контейнерах твоего корабля около тридцати процентов?

— Около шестидесяти.

— Явно, прослеживается какая-то нелинейность. — Селлур развёл руками.

— Вторичные минералы, а проще — примеси, снижают эффективность конвертора и чем их больше, тем ниже производительность.

— Логично! — Селлур согласно кивнул головой. — Как я понимаю, получить концентрированный ратан не просто?

— Примерно до двадцати процентов концентрации — не сложно, до шестидесяти — затраты возрастают на порядок, восемьдесят пять... — Валл'Иолет покрутил головой. — Даже затрудняюсь сказать: два порядка — минимум.

— Если не секрет — что служит исходным материалом для получения вещества массы?

— Криил.

— Криил? Это минерал, жидкость или что-то иное?

— Красный песок.

— Красный песок? — Одновременно воскликнули Селлур и Вирт

Состроив гримасу, они переглянулись.

— У нас огромные залежи этого красного песка вокруг кольцевых гор. — Вирт широко улыбнулся. — Там, где нашли ваш корабль. Господин Лампарт, а вам известна технология переработки красного песка?

— Известна. — Валл'Иолет кивнул головой. — По долгу службы, я был связан с перерабатывающими предприятиями.

— Прекрасно! — Вирт широко улыбнулся. — И сколько будет стоить ваша информация?

— В каком смысле? — Валл'Иолет вскинул брови.

— За какую сумму или что там на планете у вас ценится — золото, алмазы, вы продадите нам технологию переработки красного песка.

— Мне не нужны ваши суммы. — Валл'Иолет громко хмыкнул. — Алмазы, золото... — Он покрутил головой. — У меня всё есть. Если только ботинки. — Он мотнул ногой. — А другого... — Он ещё раз покрутил головой.

— Ты отказываешься? — В голосе Селлура скользнули нотки досады.

— Совсем нет... — Подняв плечи, Валл'Иолет широко улыбнулся. — Но это очень сложное производство. И если я сказал, что двадцать процентов концентрации получить не сложно — это совершенно ничего не значит. Уверен, вам придётся построить то, о чём вы ещё никогда и не задумывались. Тем более, что вещество массы высокой концентрации предпочтительнее получать на орбите, иначе очень сложно разложить субстанцию криила на фракции. Да и озон не придётся вывозить за пределы атмосферы.

— Озон?

— Он вам неизвестен? — Валл'Иолет выгнул брови высокими дугами. — Это один из компонентов отхода переработки криила. Он полезен в высоких слоях атмосферы.

— Дело в том, господин Лампарт, что у нас большие проблемы с озоновым слоем. — Заговорил Вирт. — Мы прекрасно знаем, что такое озон. Всвязи с интенсивной космической деятельностью, эффективность озонового слоя Гитты ощутимо снизилась и мы прикладываем титанические усилия, чтобы поддерживать его на приемлемом уровне. А если верить вашим словам, мы можем получить сразу две нужные технологии: получение очень эффективного расходного материала для космических кораблей и улучшить состояние защитного слоя нашей планеты от губительного излучения.

— У нас есть несколько орбитальных станций и думаю, одну из них возможно переоборудовать под обогатительную фабрику. — Заговорил Селлур. — Вопрос, что такое, этот ратан? Его формула?

— У меня есть почти пустой контейнер с веществом массы. Я охотно предоставлю его вам для исследований. — Валл'Иолет развёл руками.

— Мы его можем забрать? — Лицо Вирта как-то посветлело, будто озарилось каким-то внутренним светом.

— Вам его завернуть. — Валл'Иолет несколько раз дёрнулся от сдерживаемого смеха. — Даже пустой он весит около десяти тонн. Заберёте в любое время. Только будьте аккуратны. От сильного удара или мощного теплового воздействия ратан может сдетонировать и тогда ваша база на сотни лет превратится в чёрную заражённую зону.

— Через пару дней, господин Лампарт, если это вас не затруднит. — Вирт натянуто улыбнулся.

— Да не вопрос. — Валл'Иолет вновь несколько раз дёрнулся от нахлынувшего смеха.

— А весь корабль? — Селлур сдвинул брови, показывая свою серьёзность. — Мы хотели бы обсудить вопрос приобретения, или аренды, или чего-то другого, по использованию твоего корабля для наших исследовательских целей.

— Я сомневаюсь, что став собственником моего корабля, вы сможете извлечь от этого какую-то пользу. — Лёгкая усмешка тронула губы Валл'Иолета. — Аренда, в принципе, возможна, но только вместе со мной. В каких исследовательских целях, вы намереваетесь использовать нас?

— В четырёх световых годах от Гитты находится планетная система Гроза, похожая на нашу. — Заговорил Вирт. — Так она названа потому, что по одной из её планет иногда проскакивают какие-то белые искры, подобные электрическим разрядам грозовых молний. У нас не стихают споры о возможности разумной жизни там. Наблюдения в орбитальный телескоп не позволяют нам сделать однозначный вывод. Мы даже не можем сказать, насколько пригодна атмосфера планет системы Грозы для биологической жизни. Всё там неоднозначно. С появлением же такого великолепного корабля, мы хотели бы попытаться удовлетворить своё любопытство. Как вы смотрите на то, чтобы сходить туда с нашими исследователями? Это наша вожделенная мечта.

— Хоть сейчас. — Валл'Иолет поднял плечи.

— В таком случае, мы начнём готовить экспедицию. — Селлур склонил голову в знак благодарности. — Сколько человек ты сможешь взять на борт? Какой груз?

— На корабле четыре каюты. Я один. Значит ещё трое. Одно условие — в группе должна быть госпожа Ирна. Если не ошибаюсь, она археолог.

— Вы имеете ввиду, госпожу Ирну Шарову? Доцента из института Планетарной Археологии? — Поинтересовался Вирт.

— Возможно. — Валл'Иолет кивнул головой.

— Ты не сказал о грузоподъёмности корабля. — Повысил голос Селлур.

— Для вас, порядка ста тонн. На большее трудно рассчитывать.

— А нельзя в каюте разместиться двум человекам? Я видел здесь и какие-то специализированные каюты. Да и ангар у вас очень большой. — Заговорил Вирт. — Всё же двое исследователей очень мало для такой миссии.

— В таком случае, вы должны, очень тщательно, позаботиться о продовольствии с двойным запасом, чтобы им не пришлось есть друг друга, в случае задержки. В пути всякое может произойти. К сожалению, у меня нет какого-то другого средства передвижения и я советую взять в экспедицию хотя бы один летательный аппарат. Хотя бы подобный тому, который я видел в лагере.

— Вы имеете ввиду левет или коптер? — Вирт вскинул брови.

— Скорее всего — левет. Коптер, может оказаться бесполезным.

— Господин Лампарт. — Селлур поднялся. — От имени старейшин Регистра, я хочу поблагодарить тебя за то, что ты вывез наших людей из зоны аномальной нестабильности. Неизвестно, что было бы с ними, когда к ним пришла бы помощь. Да и смогла бы она, вообще, туда добраться, так как лагерь из космоса сейчас уже не просматривается. Огромное спасибо! — Селлур склонил голову.

— Думаю, находясь в подобной ситуации, так же поступил бы любой нормальный человек. — Валл'Иолет тоже поднялся. — Это нужно было бы сделать раньше, но я не думал, что атмосферная аномалия окажется такой мощной.

— В этот раз она превзошла все прежние. — Заговорил Вирт, вставая. — Никогда ещё такой мощной не наблюдалось.

— Ещё, я хотел бы извиниться перед тобой за командира этой военной базы, за все причинённые им неприятности. — Продолжил говорить Селлур. — Военное ведомство цивилизации уже рассматривает вопрос о его дальнейшем статусе и он больше не будет досаждать тебе, но всё же мы будем охранять твой корабль. Неизвестно, сколько ещё подобных генералов есть в нашей цивилизации и вдруг, кому-то из них захочется захватить этот корабль. Я приношу свои извинения.

— Возможно ты прав. — Валл'Иолет дёрнул плечами. — Единственная моя просьба: я хотел бы иметь возможность прогуливаться, хотя бы вокруг корабля.

— Никто не будет ограничивать твои перемещения, господин Лампарт. Но ты должен понять... — Селлур развёл руками. — Есть определённые нормы поведения и если ты их будешь придерживаться, никаких проблем у нас не будет. И ещё... — Селлур сунул руку в карман своего костюма и достал из него небольшой плоский прямоугольник. — У всех гиттов есть карточки уровня жизни. Думаю, тебе она тоже не помешает. Мы решили зарегистрировать тебя капитаном космического корабля своего Центра Космических исследований. Господин Вирт доставит тебя до Центра и поможет зарегистрироваться и получить свою карточку уровня. Только с оружием у нас ходить по планете не принято. — Селлур указал пальцем на пояс Валл'Иолета. — Тебе его придётся оставлять здесь.

— У меня есть похожая карточка уровня жизни. — Валл'Иолет сунул руку в нагрудный карман курточки и тут же состроив гримасу, опустил руку. — Я её оставил... — Глубоко вздохнув, он махнул рукой и протянув руку к поясу, отстегнул оружие. — Это трасс. Стреляет энергетическими зарядами. Его принцип работы похож на принцип работы энергетической системы корабля.

Он вытянул руку в сторону двери и нажал на клавишу выстрела — раздался громкий шелест и над дверью каюты вспыхнуло яркое голубое пятно и через мгновение вниз полил голубой дождь, заставивший гиттов попятиться. Валл'Иолет опустил оружие и повернувшись к гиттам, отсоединил батарею и протянул обе части оружия пожилому гитту.

— Если вы сможете повторить его конструкцию, то сможете построить и корабль, подобный этому.

— Весьма эффективно. — Селлур взял части оружия и повертев в руках, протянул их Вирту. — Отдай военным. Пусть поломают головы. — Он вновь повернулся к Валл'Иолету. — Вы очень любезны, господин Лампарт.

По, ему одному известной, причине, Селлур, вдруг перешёл на — вы, в обращении к Валл'Иолету, вызвав у него очередную усмешку.

— О-о-о! — Валл'Иолет поднял палец. — Вспомнил. — Он сунул руку в карман своей курточки и достал из него тонкий продолговатый предмет. — Сканер связи моей цивилизации. К сожалению, источник иссяк и он, навряд ли, представляет какую-то ценность.

— Для нас всё ценно. — Селлур взял сканер связи и сунул его себе в карман. — Но не смогли бы вы оказать ещё одну любезность и показать мне свой корабль? — Закончил говорить Селлур со своей новой блажью в обращении, перейдя на "вы".

— Не вопрос. — Валл'Иолет сделал перед собой круг руками. — Это каюта капитана. Здесь созданы все условия, как для отдыха, так и для контроля систем корабля и внешнего пространства. — Он указал рукой на небольшой экран спор. — Капитан в любое мгновение может получить всю интересующую его информацию. — Он вытянул руку в сторону двери. — Прошу!

Селлур и Вирт вышли в коридор. Валл'Иолет вышел за ними и остановившись, махнул рукой перед собой.

— Это коридор модуля управления и жилой части второго уровня. — Продолжил говорить он, направляясь по коридору, впереди гиттов. — По этой стороне коридора, кроме каюты капитана, расположены ещё три каюты, других членов экипажа, посреди уровня находится зал управления корабля. По этой стороне... — Он указал на противоположную сторону коридора. — Спортивный зал, кухня, медицинский зал. Если пройти по одному из боковых коридоров вперёд... — Валл'Иолет махнул рукой на стену. — Можно попасть в коридор вспомогательных отсеков: всевозможные складские помещения, холодильники. — Он остановился напротив открытой двери и вытянул руку в её проём. — Зал управления. Мозг корабля. Прошу!

Пропустив гиттов, он попытался войти сам, но так как в зале управления был полумрак, гитты остановились прямо у двери и Валл'Иолету пришлось, буквально протиснуться у них за спиной.

Уходя на встречу с гиттами, Валл'Иолет оставил купол включенным и сейчас на нём отображалась обстановка вокруг корабля. А так как сейчас над базой была ночь, по неизвестной Валл'Иолету причине, все, до селе работающие, прожектора были выключены, то и в зале управления был полумрак, рассеиваемый лишь некоторыми работающими индикаторами пульта управления и потому купол сиял великолепием звёзд галактики.

— Какая красота. — Раздался голос Вирта. — Нам о таком мечтать и мечтать.

— Но удобно ли управлять кораблём с таким обзором? — Заговорил Селлур. — Даже страшновато.

— Всё относительно. — Валл'Иолет подошёл к пульту управления и ткнув пальцем в одну из его клавиш, погасил купол и теперь экран спор был развёрнут лишь на полуовале передней стены зала управления. — При желании экран можно сделать сколь угодно малым.

Он положил палец на ещё одну из клавиш пульта управления и экран начал уменьшаться, будто сворачиваясь с боков в рулоны. Уменьшив его наполовину, Валл'Иолет ткнул пальцем в ещё одну из клавиш и экран вообще погас. В зале управления посветлело. Валл'Иолет вытяну руку в сторону кресел.

— Это кресла пилотов. Прошу!

— Но здесь всего два кресла? — В голосе Селлура послышалось удивление. — Не слишком утомительно двум членам экипажа управлять такой сложной техникой?

— Для оперативного управления кораблём, вполне, достаточно двух членов экипажа. — Валл'Иолет улыбнулся. — Прошу, прошу. — Дождавшись, когда гитты сядут в кресла, он продолжил говорить. — Кораблём можно управлять, как с панелей управления. — Валл'Иолет ткнул пальцем в большую клавишу в нижней части пульта управления и из него перед креслом, в котором сидел Селлур, выползли панели управления, заставив того поднять руки. — Так и при помощи штурвала.

Валл'Иолет ткнул пальцем в ещё в несколько клавиш: панели управления скользнули в пульт, а из него выполз штурвал, заставив гитта вжаться в спинку кресла. Положив руку на штурвал, Валл'Иолет с силой толкнул его и он занял свою неизменную нишу в пульте управления.

— Весьма оригинально. — Селлур вернул руки на подлокотники и поднял голову на Валл'Иолета. — Но в тоже время здесь... — Он провёл рукой над пультом управления. — Очень немного органов управления и контроля. Не возникают трудности в управлении? Корабль, всё же, очень сложный механизм.

— Вся информация здесь и дополнительные функции управления тоже.

Валл'Иолет ткнул пальцем в экран терминала и на нём появились несколько информационных панелей. Он ткнул в одну из панелей и на экране появилось изображение какого-то непонятного механизма с графиками и знаками письменности под ним.

— Энергостанция корабля и параметры её нагрузки. — Прокомментировал Валл'Иолет изображение. — К тому на корабле мощная система контроля, которая не только информирует, о даже незначительном нарушении в работе узлов корабля, но и старается сама ликвидировать возникшую проблему. Если же она окажется сложной для неё, выдаст рекомендации. — Валл'Иолет ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления и на весь полуовал стены развернулся экран спор. — Чувствую себя неуютно, когда экран свёрнут. Будто без глаз. — Пояснил он.

— Прекрасный обзор. — Произнёс Селлур, медленно скользя взглядом по экрану спор. — И какова же дальность пространственного обнаружения?

— Радиус двух суток, на максимальной скорости.

— Н-да! — Селлур покрутил головой. — Нам и не снилось.

— К сожалению, дальность станции связи такая же. — Валл'Иолет развёл руками.

— Не понял? — Лицо Вирта вытянулось. — Если вы удаляетесь от планеты более, чем на двое световых суток, то теряете с ней связь?

— Я имел ввиду быструю связь. — Пояснил Валл'Иолет. — Дальше следуют задержки на количество суток удаления.

— В чём заключается проблема? И одна ли она? — Поинтересовался Селлур.

— В энергии. Мощность, для создания конуса луча связи имеет нелинейную зависимость от расстояния.

— И даже ратановый конвертор не способен решить проблему?

— Если только с вашу планету величиной. — Валл'Иолет широко улыбнулся.

— А его можно увидеть?

В голосе старейшины скользнули нотки лукавства, будто он уже знал, что в просьбе будет отказано, но всё же, на всякий случай, решил поинтересоваться. Но Валл'Иолет не собирался утаивать конвертор от гиттов.

— Конечно! — Он дёрнул плечами. — Он работал всего около часа и надеюсь в его модуле уровень радиации не достиг опасного значения.

— А, что, на корабле нет скафандров. — Поинтересовался Вирт.

— Скафандров? — Валл'Иолет, состроив гримасу, мотнул головой. — Вообще-то, по требованиям устава, один должен находиться на борту. Но не для всего экипажа. — Он опять мотнул головой.

— А если потребуется выход в открытое пространство нескольким членам экипажа? Мало ли что может произойти. — В голосе Вирта послышалось возмущение.

— У меня такой нужды ещё не было. — Валл'Иолет дёрнул плечами. — Хотя, практика была.

Он не счёл нужным сказать гиттам, что, когда уходил с Толлоны было не до скафандров да и нужды в нём у него, до сих пор, не было.

— Прошу! — Валл'Иолет вытянул руку в сторону двери.

Гитты вышли в коридор. Валл'Иолет вышел за ними и направился к лестнице, ведущей в ангар.

— Как видите... — Он широко развёл руки. — Я здесь один: и механик, и энергетик, и пилот, и техник и прочее, прочее, прочее. Ваши специалисты получат всю интересующую их информацию. Мне нечего утаивать. Я буду рад, если вы сможете построить подобный корабль. В нашей галактике появится ещё одна достойная уважения цивилизация. И вы сможете в полной мере оценить величие и красоту своего огромного звёздного дома — галактики. Единственное, что я не разрешаю, нарушать целостность корабля. Это категорически недопустимо. — Он резко взмахнул перед собой рукой.

— Но как мы сможем узнать строение узлов корабля, без их разборки? — Возмутился Вирт.

— С помощью сканеров. — Ответил ему Селлур. — Я тебе гарантирую точность, не хуже прямых замеров.

— Я расскажу о всех технологиях, применяемых в строительстве кораблей этого класса. — Заговорил Валл'Иолет чётко выговаривая слова. — К тому же, в информационном поле корабля есть подробнейшее описание работы всех его узлов и механизмов, с массой графической информации.

— Но тогда вам придётся или перевести всю информацию на язык гиттов или обучить нас своему языку. — Произнёс Селлур.

— Я не прочь сделать и то и другое.

— Мы завтра же организуем группу.

— Пожалуйста!

Оказавшись в ангаре, Валл'Иолет направился к его дальней стенке, где не было никакой двери. Остановившись, он приложил руку прямо к стене — мощный усилитель конструкции тут же пополз вверх. За ним оказалась дверь и жёлтая пластинка рядом с ней. Валл'Иолет ткнул ладонью в пластинку, дверь медленно уползла в сторону. Она была очень массивна. За ней был коридор метра в четыре длиной, в конце которого была ещё одна дверь. В боковых стенках коридора тоже были двери. Валл'Иолет направился к противоположной двери. Рядом с ней пластинки идентификации не было, а светилась индикаторная панель с рядами непонятных гитам знаков зеленого цвета. Под панелью было несколько клавиш с такими же непонятными гиттам знаками. Валл'Иолет нажал пальцем одну из них — дверь перед ним поползла в сторону. За ней оказался ещё один такой же коридор с дверью и зеленой индикаторной панелью рядом. Валл'Иолет направился к той двери.

— И через сколько подобных дверей нужно пройти? — Поинтересовался Селлур.

— Это последняя. — Произнёс Валл'Иолет, останавливаясь перед дверью и поворачиваясь к гиттам. — За этими дверьми... — Он указал на двери в боковых стенках. — И дверьми в предыдущем коридоре, находятся системы управления и контроля. Общая толщина защитного блока около пятнадцати метров. Толщина каждой стенки около метра. Внутри восстанавливающий статит под давлением, который мгновенно герметизирует любую появившуюся брешь. Такая же система защиты используется и во внешней оболочке модуля управления. Генераторный модуль статитовой защиты не имеет. Он даже не герметичен. Но защищён многослойными, очень прочными намагниченными углеродно-стальными листами, выдерживающими температуру на внешней поверхности до пяти тысяч градусов.

— А что это за острый нож на верхней части корпуса? — Поинтересовался Вирт. — Многие из нас были неаккуратны при контактах с ним. Особенно в первое время, когда корабль был в песке.

— Это шип тарка. В определённых ситуациях мощное и эффективное оружие корабля.

— Тарка? — Воскликнул Вирт. — Вы знакомы с цивилизацией тарков?

— Так называется одно из животных моей планеты. Оно носит на спине очень острый шип, служащий ему прекрасной защитой. Шип тарка имеет и второе назначение — он служит стабилизатором, при перемещении в атмосферах планет.

— Странное совпадение. — Состроив гримасу, Вирт дёрнул плечами.

Валл'Иолет отвернулся

— Если в генераторном модуле опасное излучение, информационная панель будет красной. Информация на ней носит лишь предупредительный характер и экипаж сам решает — входить или нет в опасную зону. — Произнёс он и ткнул пальцем в одну из клавиш под панелью и дверь медленно уползла в стену.

Оказавшись за перегородкой, он отступил в сторону и долго дожидался, пока гитты очень медленно, вначале заглянув, вошли в генераторный модуль весспера. Войдя, они замерли, толи в восхищении, толи в недоумении.

Комплекс весспера по преобразованию вещества массы в энергию движения был очень внушительным и совершенно открытым — все его основные узлы не имели внешнего обрамления, придающего узлам и агрегатам законченный вид, чего нельзя было сказать об агрегате открытом.

Генераторный модуль представлял собой сплетение каких-то блестящих, матовых, совершенно прозрачных и нет трубопроводов, вьющихся вокруг огромной спирали из четырёх мощных блестящих труб, выходящих из мощного конусообразного агрегата, расположенного над головой у гиттов и упирающихся в агрегат эллипсовидной конструкции. Многие трубопроводы были снащены какими-то цветными индикаторами, которые перемигивались, будто разноцветные гирлянды.

— Впечатляет! — Селлур покрутил головой. — Мне и в голову не приходило создать открытую конструкцию. Обязательно, всё упрятал бы в кожуха.

Повернув голову в сторону старейшины Регистра, Валл'Иолет поднял брови в немом вопросе.

— Господин Селлур один конструкторов космических кораблей Гитты. — Заговорил Вирт. — Плазменные движители, его изобретение.

— И с какой же скоростью они двигают ваши космические корабли? — Поинтересовался Валл'Иолет.

— Почти триста километров в секунду. — Ответил Вирт.

— Н-да! — Состроив гримасу, Валл'Иолет покачал головой. — Эти сплетённые в спираль огромные трубы... — Он указал рукой на мощный спиралепровод. — Являются ускорителями фа-готов — линия бегущей волны. Фа-гот — это тяжёлая, сверхбыстрая, короткоживущая элементарная частица. Собственно: гот, на нашем языке означает — единственный камень, фа — тяжесть и фа-гот, ничто иное, как один тяжёлый камень. Этот конус... — Он указал на конусообразный агрегат. — Ничто иное, как генератор фа-готов. Ратан попадает в испаритель, где разогревается магнитными полями до сорока тысяч градусов, испаряется, делится на два пучка и под большим давлением подводится к пушкам следующей камеры, где пучки ратана сталкиваются. При взаимодействии друг с другом ратан регенерирует фа-готы. Отсюда и требование к чистоте ратана: чем он чище, тем больше фа-готов. А примеси лишь тормозят ратан и препятствуют преобразованию. В камере конуса стоят протонные отражатели, которые направляют пучки фа-готов в спиральный ускоритель — линию бегущей волны. Ускоряясь спиральными магнитными полями, они попадают в эллипсный излучатель — кроссфлектор, где получают дополнительное ускорение и откуда выбрасываются в пространство, тем самым толкая корабль. Для маневрирования, часть фа-готов, отобранная из основного потока протонными ловушками, направляется в рулевые излучатели, расположенные по краям от эллипсного.

— Как я понимаю, для медленного торможения, достаточно перейти в инерционный полёт, развернуть корабль точно по курсу и вновь запустить движитель. — Заговорил Селлур. — А если нужно быстро затормозить? — Поинтересовался он.

— Спиральные поля приобретают другую форму, в результате чего фа-готы получают круговую составляющую движения, которая уже не толкает корабль, а отбирает у него энергию движения, что и тормозит его.

— Не совсем понятно, если не сказать по другому. — Селлур покрутил головой. — Это просто невероятно. Этого, просто-напросто, не может быть.

— Но всё же — это так есть. — Усмешка тронула губы Валл'Иолета.

— Где же контейнеры с ратаном? — Поинтересовался Вирт.

— Здесь. — Валл'Иолет указал на цилиндрическую конструкцию вдоль пола. — Они загружаются снизу через люки, с помощью подъёмных механизмов.

— А что служит источником электрической энергии? Ведь для всего того, что мигает и светится... — Селлур указал на ближний к себе яркий зелёный индикатор. — Требуется обычная электрическая энергия.

— Она вырабатывается нуклеиновым генератором. — Валл'Иолет показал на мощное прямоугольное основание, на котором покоился конус преобразования ратана. — Его автономная работа рассчитана на несколько сотен лет. Но её можно считать бесконечной, так как генератор способен работать на той грязи, которая содержится в веществе массы. Да, собственно, он способен работать на чём угодно, что можно разложить на элементарные частицы.

— Вся Вселенная построена из элементарных частиц. Даже вакуум наполнен ими. — Произнёс Вирт.

— Значит генератор способен работать и на вакууме. — Валл'Иолет развёл руками.

— Возможно нам и удастся что-то понять. — Селлур покрутил головой. — Но всё это, совершенно, невероятно. А разве фа-готы не загрязняют атмосферу планеты? — Поинтересовался он.

— Это очень короткоживущие частицы и атмосфера даже не успевает в полной мере почувствовать их.

— Но во что-то же они превращаются?

— Должен вас огорчить — этим я никогда не интересовался. — Валл'Иолет покрутил головой. — Знаю лишь, что они не представляют опасности для биологической материи, если, конечно, биоматерия не попадёт под работающий излучатель до нескольких сотен метров от него. И мне этого достаточно, для удовлетворения своего любопытства.

— Тут масса каких-то трубопроводов. — Вирт махнул рукой вдаль.

— Это всевозможные возбудители, охладители, утилизаторы и прочие агрегаты, несущие вспомогательные функции. Например, для вертикального подъёма корабля. Генератор масс, для создания силы тяжести в пространстве.

— А на чём основан принцип работы генератора масс? — Поинтересовался Селлур. — Не создаёт же он массу, соизмеримой с массой планет. Или вам удалось обуздать гравитоны?

— Это комбинации нескольких полей. Я расскажу о них при конкретном изучении генераторного модуля специалистами. Сейчас же, насколько я понимаю, вами движет лишь любопытство.

— Возможно, возможно. — Селлур провёл пальцами руки по щекам. — Однако, нам пора. — Он опустил руку. — Я благодарю вас, господин Лампарт, за, весьма, интересную и содержательную экскурсию. Даже в голове не укладывается: возможно — невозможное. Это невероятно. Что ж, будем разбираться. — Он повернулся к Вирту. — Завтра же окажи господину Лампарту помощь с регистрацией карточки уровня жизни. Надеюсь пары дней вам должно хватить. Я тем временем определюсь с группой исследователей и начнём готовится к экспедиции.

— Я не против. — Вирт покрутил головой.

Селлур вновь повернулся к Валл'Иолету.

— Проводите нас!

— Прошу! — Валл'Иолет вытянул руку в сторону дверного проёма...

Едва гитты спустились с трапа, Вирт взмахнул рукой над своей головой, будто кого-то подзывая. И действительно, из-за стоящего поодаль здания, тут же выскочил летательный аппарат и помчался к кораблю. Лихо описав вираж вокруг трапа, он, на удивление Валл'Иолета, мягко опустился рядом с ними. Его двери скользнули вверх.

— До свидания, господин Лампарт! — Кивнув головой, Селлур нырнул в летательный аппарат.

— Собственно, уже и прощаться не к чему. — Вирт развёл руками. — Часа через три-четыре я вернусь и мы отправимся в Центр Космических исследований. Это очень далеко отсюда, более двух тысяч километров. Так, что путь не близкий. — Он сунул руку в карман своей курточки и достав оттуда какой-то предмет, протянул его Валл'Иолету. — Это спейс. Я свяжусь по возвращении.

Валл'Иолет молча взял сканер связи. Повернувшись, Вирт шагнул к летательному аппарату и исчез в нём. Двери летательного аппарата опустились и подпрыгнув, он умчался прочь.

Дождавшись, когда летательный аппарат скроется из вида, Валл'Иолет повернулся и ступил на нижнюю ступеньку трапа.

Вот и всё. Скоро я стану полноправным гиттом. Значит, я буду должен жить по их законам. Принялся размышлять он, медленно поднимаясь по ступенькам в корабль. Но стоит ли гордиться этим. Мне ведь придётся выполнять их приказы, а значит они могут забрать у меня корабль или приказывать — куда лететь и с кем. И что помешает им распилить его? Меня ведь будет легко посадить под домашний арест. Кстати, нужно не забыть поинтересоваться способами приобретения дома. Или продолжить жить в весспере? Но тогда, однозначно, придётся забыть об Ирне. А у меня есть надежда? Валл'Иолет усмехнулся. Если бы я ей был интересен, она бы не улетела отсюда лазерным лучом. Интересно, как она воспримет предложение, отправиться в экспедицию? А если не согласится? Мне тоже отказаться? Бред какой-то. Валл'Иолет остановился и тряхнул головой. Не поведут же они сами весспер?

Увидев, что стоит перед проёмом двери каюты капитана, глубоко и шумно вздохнув, он переступил её порог.

Бросив сканер связи гиттов на стол, он уселся в кресло и откинувшись, прикрыл глаза. Спать не хотелось, что-то делать тоже. Хотелось просто, сидеть и сидеть...

8

Валл'Иолет открыл глаза и поморщился. Резкий, неприятный звук больно ввинчивался в мозг. Он повернул голову в сторону шедшей боли — на столе мигал и звенел сканер связи гиттов. Валл'Иолет подался в сторону стола, взял его — спейс, вспомнил он гиттское название сканера связи и дотронулся до клавиши подтверждения — перед ним тут же вспыхнула голограмма с изображением Вирта.

Валл'Иолет видел спейс у знати людей пустыни и даже несколько раз заглядывал им в руки, когда они пользовались им, пытаясь понять суть его работы, но неизменно отгонялся, так как у люпий субординация состоятельности соблюдалась неукоснительно, но всё же некоторое представление о работе со спейсом у него было.

— Я вас разбудил, господин Лампарт. — Вирт изобразил на лице виноватую улыбку. — Извините! Я жду вас у трапа.

— Что-то произошло? — Валл'Иолет состроил гримасу.

— Мы планировали сегодня провести регистрацию вашего гражданства. Или... — Брови Вирта выгнулись высокими дугами.

— Сейчас буду!

Ткнув пальцем в клавишу прерывания связи, Валл'Иолет бросил спейс на стол и поднявшись, направился в санационную, приводить себя в порядок...

Правильно ли я поступаю, очень быстро согласившись сотрудничать с гиттами? Ведь ещё несколько дней назад такого желания у меня не было. И зачем мне такая проблема? Смогу я когда-либо вызвать у неё ответное чувство? Надеешься, что капитан грозного корабля растопит лёд её сердца? Чушь! Если бы такое было возможно, оно бы уже растаяло. Размышлял Валл'Иолет, шагая по коридорам и лестницам весспера. Как-то неестественно они ведут себя: то готовы арестовать, то предлагают сотрудничество, совершенно не интересуясь ни мной, ни моей цивилизацией, а лишь кораблём. Арест, пожалуй, выглядел бы более естественно, нежели неизвестно, чем обоснованное сотрудничество. Может они таким образом хотят научиться управлять весспером, чтобы, затем, захватить его? Тогда всё естественно. Лёгкая усмешка тронула губы Валл'Иолета. Поняв, что арест ничего не даст, они решили действовать более изощрённым способом. Что ж, увидим, что у них выйдет из их ухищрений.

Едва глаза Валл'Иолета оказались ниже корпуса весспера, он тут же увидел у трапа ярко красный летательный аппарат, точно такой же, какой он видел в лагере исследователей.

Левет — вспомнил он название этого летательного аппарата.

Теперь придётся запоминать много названий, вполне привычных предметов. Как бы не запутаться в них. Скользнули у него досадные мысли.

Передние двери летательного аппарата были подняты, но Вирта, ни рядом с леветом, ни внутри видно не было. Валл'Иолет в недоумении закрутил головой, но гитта так и не увидел и лишь, когда оказался внизу и отошёл от трапа, увидел его за ним — подняв голову, Вирт что-то высматривал на корпусе весспера. Валл'Иолет подошёл к нему.

— Какая-то проблема? — Произнёс он, тоже поднимая голову и пытаясь понять куда смотрит Вирт, но кроме серебристого цвета обшивки корпуса, там больше ничего увидеть было невозможно. — Интересно, что там можно увидеть? Лишь металл корпуса. — Валл'Иолет опустил голову и дёрнул плечами.

— Здесь всё интересно. — Заговорил Вирт, тоже опуская голову и вытягивая руку в сторону летательного аппарата. — Прошу, господин Лампарт.

Валл'Иолет занял кресло впереди, рядом с креслом пилота, Вирт сел в кресло пилота и проделал некоторые манипуляции на пульте перед собой, не совсем понятные Валл'Иолету, но всё же он воздержался от расспросов, ограничившись наблюдением.

Плавно оторвавшись от посадочной площадки, летательный аппарат, развернулся и быстро набирая скорость, помчался, в известном Вирту направлении.

Ничего не говоря, Валл'Иолет, покрутил головой, с интересом осматривая салон левета.

Салон был отделан в светло-коричневых тонах. Хотя стёкла были небольшие, но внешний обзор был неплох. Кресла, в салоне их было четыре, видимо были тщательно просчитаны и Валл'Иолету в нём сиделось даже удобнее, чем в кресле своего лорна. Для управления летательным аппаратом использовался механизм, весьма похожий на штурвал весспера, только чуть меньше и так же был усеян большим количеством всевозможных разноцветных клавиш. В полу была единственная педаль, на которой в первое время стояла нога Вирта, но вскоре после старта он снял её и теперь нога стояла на полу. Как понял Валл'Иолет — это был акселератор и сейчас левет управлялся автопилотом, так как Вирт, достаточно, вальяжно сидел в кресле и его руки, просто, лежали на штурвале. В панели за штурвалом перед Виртом было вделано несколько красивых терминалов. Насколько Валл'Иолет понял, они показывали скорость летательного аппарата, высоту, крен, курс и ещё какие-то параметры, которые были непонятны.

— С того момента, когда я увидел твой корабль, я всё больше убеждаюсь и ужасаюсь тому, как нам ещё очень и очень далеко до развитых галактических цивилизаций. — Заговорил Вирт, прерывая осмотр Валл'Иолета. — Десантники говорили, что откуда-то из днища корпуса выскакивал ствол какого-то оружия, но я совершенно не увидел никаких швов на корпусе корабля. Неужели возможна такая идеальность?

— Не будь её, корабль уже бы давно сгорел в пространстве от трения. — Ответил Валл'Иолет, устремляя свой взгляд в лобовое стекло.

— Даже не верится, что мы сможем построить подобный корабль.

— Если постараетесь.

— А твоя цивилизация сама создала этот корабль или так же, как будем пытаться и мы — скопировала?

— Сама.

— А вам известны другие цивилизации?

— Думаю, что тарки, которых вы пытаетесь найти — и есть другая цивилизация. — Попытался уйти от ответа Валл'Иолет.

— Чем обоснован такой вывод? Наши археологи утверждают, что это одна из первых рас, некогда живших на Гитте, наравне с люпиями. Но причина их исчезновения пока непонятна.

— Я долго жил в пещерах кольцевых гор. Там есть некоторые странности, которые не ассоциируются с твоей цивилизацией.

— Тарки исчезли около двенадцати тысяч лет назад и об ассоциации нас с ними трудно говорить.

— Они были, просто, другими.

— Ты хочешь сказать, что это была инопланетная раса?

— Вам решать.

— А мы можем найти эти пещеры? Или это невозможно?

— Всё зависит от вас, вашего желания, настойчивости.

— А от вас?

— От меня? — Громко хмыкнув, Валл'Иолет пожал плечами. — Если вы считаете, что моя помощь уместна... — Он вновь дёрнул плечами.

— Господин Лампарт. — Вирт бросил беглый взгляд в сторону Валл'Иолета, его губы вытянулись, будто в виноватой улыбке. — В Регистре очень бурно обсуждался вопрос о сотрудничестве с вами. Мы ведь не знаем всей подоплёки вашего появления на Гитте. Старшины не пришли к единому мнению. Но всё же — это лишь моё любопытство и заверяю вас, это останется во мне — вы тарк?

— Я толлон.

— Как я понимаю — это одна и та же раса?

Валл'Иолет, ничего не ответив, отвернулся к боковому стеклу рядом с собой и положив на него голову, принялся рассматривать пробегающий мимо пейзаж.

Не дождавшись ответа, Вирт повернул голову к Валл'Иолету, но увидев его затылок, негромко хмыкнул и отвернувшись, уставился в лобовое стекло...

Было раннее утро планеты. Небо было безоблачным и вышедшее из-за горизонта солнце предвещало жаркий день. Левет шёл не слишком высоко, что позволяло Валл'Иолету хорошо рассматривать пробегающий внизу пейзаж. Ландшафт той местности, над которой сейчас шёл летательный аппарат разительно отличался от того места, где жили люпии и где все эти десять лет прожил он. Там были почти сплошные пески с редкими зелёными оазисами, за которые велась постоянная вражда между семьями люпий; здесь же — сплошная зелёная поверхность с многочисленными вкраплениями голубоватых блюдец водоёмов, соединяемых тонкими синими водными нитями и непонятными тёмными прямоугольниками: насколько понимал Валл'Иолет — это была или голая земля безо всякой растительности, либо какие-то посадочные площадки, непонятно для каких летательных аппаратов. В некоторых местах, между водоёмами, вместо водных нитей, тянулись широкие полосы лесов. Иногда в зелени ландшафта наблюдались тёмные точечные вкрапления. Присмотревшись, Валл'Иолет понял, что это стада животных. В некоторых местах зелёный пейзаж прорезался тёмными нитями автострад, идущими из ниоткуда, в никуда, так как совершенно не было видно, населённых пунктов их соединяющих и лишь иногда вдоль дорог, где они пробегали мимо чёрнеющих прямоугольников, стояли какие-то строения. Но всё же ниток автострад, по сравнению с густой сетью магистралей Толлоны, было совсем немного. Да и транспорта, движущегося по автострадам, практически, не наблюдалось, лишь редкие единичные механизмы, непонятного происхождения. Да и воздухе летательных аппаратов было совсем немного — за уже долгий путь их серебристые цилиндры лишь несколько раз проносились в отдалении: или Вирт намеренно вёл левет по безлюдным местам или планета, действительно была малонаселённой. Но спрашивать Валл'Иолет не хотел. Ему, собственно, было всё равно, какова численность населения Гитты.

С одной стороны, своей зеленью и немногочисленностью лесов, пейзаж Гитты напоминал пейзаж Толлоны, но малочисленность автострад удивляла.

Вдруг впереди что-то блеснуло. Валл'Иолет всмотрелся вдаль — создавалось впечатление, что кто-то обронил серебряную ленту, которая, змейкой упав на зелёную траву, теперь ярко блестела в лучах солнца.

Валл'Иолету стало любопытно и он даже выпрямился в кресле, пытаясь понять, что это за чудесная лента. Лента становилась всё шире и шире и наконец Валл'Иолету стало понятно, что это широкая река, с крутыми и обрывистыми берегами. Он покрутил головой, пытаясь проследить взглядом откуда и куда несёт свои воды столь величественная водная артерия, но это оказалось невозможным — река была огромна, как в ширину, так и бесконечной в длину. Таких огромных и полноводных рек на Толлоне не было.

Левет замедлил свой бег: Вирт будто давал возможность своему спутнику, вдоволь, налюбоваться нерукотворной красотой цивилизации Гитты.

Вместе с появлением реки, разительно изменился и пейзаж: из зелёного, перекрасившись в какой-то коричнево-серый. По реке скользило большое количество белых и серых транспортных средств. За многими тянулся широкий и долгий след, обозначая их большие размеры. Через реку был переброшен огромный двухуровневый мост: по верхнему уровню бежали разноцветные точки авто; по нижнему молнией скользнула длинная золотистая змейка и тут же исчезла из вида. Левет наклонился и Валл'Иолет увидел, что вдали река делала поворот, как бы охватывая с двух сторон огромное количество высоких строений. Их было столь много, что они терялись в рассветной дымке. Дорога по противоположному берегу реки, от моста, вела к этим строениям, но Вирт, явно, вёл левет минуя их.

— Какое-то большое производство? — Произнёс Валл'Иолет ткнув пальцем в стекло.

— Сестар. Один из стамиллионников. — Ответил Вирт, бросив беглый взгляд в ту сторону.

— Что такое Сестар и почему стомиллионник?

— Город Сестар, с количеством жителей более ста миллионов. На Гитте есть четыре города с количеством жителей более ста миллионов, по одному на континенте, их главные мегаполисы. Двенадцать городов с пятьюдесятью миллионами жителей. И так далее. Всех девяносто восемь городов, почти с шестью миллиардами жителей. Уже несколько десятилетий никак не можем построить ещё два города, чтобы их было сто. — В голосе Вирта послышались насмешливые нотки. — Серьёзные проблемы с демографией.

— Впервые вижу такую огромную реку. — Произнёс Валл'Иолет.

— У нас столетия не стихают споры, как называть эту водную артерию: река или пролив. Она тянется белее, чем на две тысячи километров; соединяет два океана и отделяет два материка друг от друга. Да и название у неё соответствующее — Межа.

— Как я понимаю, нам не в этот город?

— Да. Немного южнее. Ещё около двухсот километров. Совсем небольшой городок. Миллионник при космопорте. Арктар.

— Я видел какие-то чёрные прямоугольники, где мы шли. — Валл'Иолет ткнул большим пальцем себе за спину. — Посадочные площадки? Для чего? Я не увидел на них ни одного летательного аппарата.

— Это поля. На них энтузиасты выращивают овощи и некоторые другие культуры для гурманов, питающихся лишь натуральными продуктами, выращенными традиционным способом, а не в теплицах и оранжереях. Цивилизация никак не может изжить этот пережиток прошлого. Уже и загнали этих любителей в самые необжитые места, но они никак не сдаются.

— Странный запрет.

— Отнюдь. Это не запрещено. — Вирт так энергично дёрнул плечами, что левет дёрнулся, заставив Валл'Иолета схватиться за поручень двери. — Но это считается никчемным пережитком, нетехнологичным трудом, бессмысленной тратой времени, которое можно использовать на совершенствование своего интеллекта.

— Весьма интересно. И каким образом вы совершенствуете свой интеллект?

— Специальные тренинги, гипнотические сеансы, медитация.

— Занятно! — Валл'Иолет хмыкнул. — Я очень много времени в последние годы провёл в медитации, но это никак не сказалось на совершенстве моего интеллекта, если не наоборот. Может я не так медитировал?

— В принципе, я согласен. Медитация — скорее для укрепления внутреннего состояния человека, его воли, духа, стойкости характера.

— Возможно! — Состроив гримасу, Валл'Иолет кивнул головой. — Я почти не видел домов вдоль автострад. — Валл'Иолет изменил тему разговора. — Где же вы все живёте?

— В городах.

— Разве можно в городе жить? Это место для работы, а не для жизни.

— Хм-м! У нас созданы все условия для прекрасной жизни в городе: накачивать мышцы — спортивные залы и стадионы; просвещаться — видеотеки, театры и музеи; отдыхать — парки с водоёмами и скверы. Только ненормальные не понимают блага цивилизации и живут будто дикие звери. Собственно, таких немного.

— А люпий вы тоже считаете дикими?

— А кто же они ещё. — Вирт вновь хмыкнул. — Настоящие дикари.

— А почему же вы их не приобщаете к благам своей цивилизации?

— Они не хотят этого. — Вирт дёрнул плечами. — Хотя многими её благами охотно пользуются: связью, например.

Валл'Иолет ничего ответил, вновь уставившись в окно рядом с собой.

Город Сестар остался позади и внизу вновь потянулся зелёный пейзаж, но озёрных блюдец уже было меньше, а лесов больше, заметно прибавилось и автострад со скользящими по ним авто, а чёрные прямоугольники полей, как и постройки около них, исчезли вовсе.

Валл'Иолету стало неинтересно и он, отвернувшись от окна, откинулся в кресле и прикрыл глаза.

Правильно ли я поступаю, доверяя, ещё неокрепшей цивилизации, столь высокие технологии? Смогут ли они перепрыгнуть через несколько ступенек своего естественного развития и безболезненно влиться в плеяду цивилизацией космического масштаба? Не овладеет ли их умами гордыня и не затмит ли их разум высокомерие своего величия и не столкнут ли они их на путь агрессии для доказательства законных прав на это своё величие? Замелькали у него тревожные мысли. Ведь цивилизации толлонов никто таких подарков не делал. Мы всего достигли своими: умом, трудом и настойчивостью. Но где теперь цивилизация толлонов? Нет её! Почему мы не смогли отстоять своё право на существование? Были недостаточно развиты? Нет! Слабы? Нет! Не величественны? Да нет же! Всего этого у нас было в полном достатке. А если не доставало, той самой, агрессии, о наличии которой в гиттах я пекусь? Возможно её нам и не хватило в должной мере, чтобы отстоять свою жизнь. А у кроканов её в избытке. Вот они и стали хозяевами галактики. Так уж пусть у гиттов её будет в избытке, чтобы они руками, ногами, зубами, в конце-концов, могли отстоять своё право на существование. Нет! Всё же правильно я поступаю, передавая им высокие технологии. Может быть повзрослев, они отомстят кроканам за толлонов. И этим я внесу хотя бы какую-то лепту в акт мщения. Валл'Иолет состроил гримасу решительности на лице. Но ведь есть же ещё "Спирай". Вдруг всплыла у него неожиданная мысль. Конечно, это был запоздалый шаг, но вдруг колония сможет быстро вырасти. Но уж слишком их мало? Но ведь у них нет жёстких демографических рамок. И окрепнув, она сможет отомстить кроканам и однажды, уже, они отправят колониальный корабль к Толлоне и уже колонисты возродят свою утерянную Родину. Правильно ли я поступил, покинув "Спирай"? Но я ведь это сделал для того, чтобы кроканы не увидели не только его, но и не смогли обнаружить его путь. Но я ведь не вернулся, затем, к нему. Верен ли мой этот поступок? Почему адмирал упорно гнал меня с Толлоны? Неужели из-за Ир'Инны? Старый идиот! Неужели тебе мало было других девушек? Почему ты выбрал, именно, её? Моя Ир'Инна! Почему я не взял сразу тебя с собой? Но я ведь рассчитывал вернуться. Нашёл Валл'Иолет себе оправдание. И лишь впоследствии понял, что этому, возможно, не суждено будет сбыться. Потому и вернулся за ней. И почему не забрал? Разве что-то изменилось бы от того, если бы я не принялся отвлекать кроканов? Абсолютно ничего. Судьба Толлоны уже была предрешена. Состроив гримасу, он покатал голову по спинке кресла. У толлонов не было шансов. Никаких. Нужно было раньше беспокоиться о своей безопасности. Ведь прекрасно была известна неуёмная агрессивность кроканов, которая с каждым годом становилась всё отчётливее и отчётливее. Будь сейчас со мной Ир'Инна, мы, возможно, смогли бы попытаться зародить кусочек цивилизации толлонов, здесь, на Гитте. А смогу ли я это сделать с одной из гитток? Сомневаюсь. Да это будут уже и не толлоны вовсе. Да и захочет ли Ирна связать со мной свою судьбу? А если отправиться сейчас на поиски колонии? Я ведь знаю вектор пути "Спирай". Но я ведь уже принял решение: поделиться технологиями с гиттами. Кто же я буду, когда уйду? Может быть позже, когда они построят свой первый корабль? Хаара! Правилен ли избранный мной путь? Не будет он тупиком? Может стоит остановиться и вернуться на Толлону? Энергии вессперу ещё хватит. Не хватит — дойду по инерции. Но время...

Торможение потянуло Валл'Иолета вперёд, заставив прервать размышления, открыть глаза и упереться рукой в панель перед собой. Он закрутил головой, пытаясь осмотреться — левет заходил на посадку на широкую площадь перед каким-то огромным величественным зданием.

— Уже прибыли? Что это за красивое здание? — Поинтересовался он.

— Арктар. Управление космофлота. — Пояснил Вирт.

— Процедура моей регистрации длительна?

— Надеюсь, нет. — Вирт мотнул головой. — Рассматривалось решение этого вопроса без вашего присутствия, но тогда пришлось бы создавать специальные терминалы, только лишь, для обслуживания вашей карточки уровня. Согласитесь, это не реально. — Левет мягко коснулся посадочной площадки и Вирт повернулся к Валл'Иолету. — Для регистрации требуется ваше биополе. Можно было бы доставить необходимую аппаратуру на ваш корабль, но есть вероятность того, что ваше биополе может быть не понято нашим регистратором и потребуется его какая-то перестройка, либо волевое решение какого-то ответственного лица. Потому и было принято решение, чтобы доставить вас к месту регистрации, чтобы при возникновении проблем, попытаться разрешить их, как можно быстрее и корректнее.

— Разумно! — Валл'Иолет дёрнул плечами. — Собственно, я и без этой причины, с удовольствием принял бы приглашение к путешествию, так как дальше оазисов люпий ещё нигде не был.

— Я рад, что смог показать хотя бы часть моей красивой планеты. Надеюсь, она не хуже вашей.

Вирт широко улыбнулся, но улыбка тут же сошла с его лица, так как глаза Валл'Иолета сверкнули каким-то зловещим блеском и лицо исказилось неприятной гримасой. Поспешно отвернувшись, Вирт перегнулся через кресло и вытянув руку назад, взял какой-то пакет с заднего кресла и протянул его Валл'Иолету.

— Здесь обувь, господин Лампарт. Возможно какая-то пара придётся вам впору.

Валл'Иолет взял пакет. Вирт ткнул пальцем в клавишу открывания дверей и едва дождавшись, когда образуется достаточный проём, выскользнул наружу.

Дождаться капитана толлонов ему пришлось долго. Когда Валл'Иолет, наконец выбрался из левета, на его ногах красовались туфли серого цвета, под цвет его одежды.

— Благодарю! Прекрасная обувь. Если покажешь утилизатор, я отнесу старые. — Произнёс Валл'Иолет.

Лёгкая усмешка тронула губы Вирта — глазомер не подвёл его.

— Пусть валяются в левеете. Вернёмся, я их выброшу. Прошу! — Произнёс он и вытянул руку в сторону величественного здания и первым шагнул в его сторону.

Их, по-видимому уже ждали, так как едва Вирт и Валл'Иолет вошли в вестибюль к ним тут же подошли мужчина и женщина элегантного вида.

— Здравствуйте господа! — Одновременно произнесли они. — Пожалуйста, проследуйте за нами. — Произнёс мужчина, а женщина широко и приветливо улыбнулась.

Повернувшись, они неторопливо пошли вглубь вестибюля. Вирт вытянул руку им вслед, показывая Валл'Иолету, чтобы он пошёл за ними. Валл'Иолет ничего не произнеся, направился за мужчиной и женщиной. Сделав несколько шагов, он оглянулся — Вирт остался стоять на прежнем месте. Сострив гримасу непонимания, Валл'Иолет, отвернулся и продолжил путь.

Из вестибюля, мужчина и женщина свернули в коридор и остановились по сторонам одной из двойных дверей. Когда перед дверьми остановился Валл'Иолет, они скользнули в сторону и мужчина вытянул руку в образовавшийся проём.

— Прошу вас, господин Лампарт.

Женщина вновь широко и приветливо улыбнулась.

Молча кивнул головой, Валл'Иолет шагнул в образовавшийся проём.

Зал, куда он попал был не большой, но светлый, отделанный в светлых зелёных тонах и даже уютный. Напротив двери у стены располагался стол, перед которым стоял моложавый мужчина в такой же элегантной одежде, как и тот, который сопровождал Валл'Иолета до этого зала.

Едва Валл'Иолет сделал шаг от двери, мужчина шагнул ему навстречу и вытянул руку в сторону.

— Господин Лампарт, пожалуйста, подойдите к регистратору и положите правую руку на его экран. — Громким и чётким голосом произнёс мужчина.

Валл'Иолет повернул голову в направлении вытянутой руки и увидел стоящий на столе у стены белый предмет, похожий на прямоугольный ящик с тёмными передней и верхней стенками — видимо это были экраны.

Ничего не говоря, Валл'Иолет подошёл к регистратору и положил правую руку на его верхнюю тёмную сторону. Молодой мужчина тоже подошёл к регистратору и стал сбоку. Прошло достаточно много времени регистратор оставался безмолвным. Мужчина несколько раз ткнул пальцем в боковую стенку аппарата напротив себя. Валл'Иолет наклонил голову — на боковой стенке аппарата располагался ряд больших клавиш с какими-то непонятными пиктограммами. Молодой мужчина периодически тыкал пальцем в самую верхнюю клавишу. После каждого тычка, клавиша вспыхивала ярким красным цветом.

— Я вам сочувствую. — Заговорил Валл'Иолет, убирая руку с экрана и от его слов молодой мужчина заметно вздрогнул и резко поднял голову, в его глазах блеснул испуг. — Как я понимаю, регистратор не в состоянии прочитать моё биополе. Видимо потребуется какая-то другая процедура моей регистрации.

— Да, да! Конечно!

Молодой мужчина несколько раз кивнул головой и повернувшись, вернулся к столу и ткнул пальцем в его крышку, над столом повисла голограмма с чьим-то изображением. Так как человек на голограмме был повёрнут к Валл'Иолету спиной, то он не видел его лица, но по форме головы и серым волосам, было понятно, что это мужчина уже в возрасте. Молодой мужчина молча покрутил головой. Голограмма погасла. Молодой мужчина вытянул руку в сторону кресла, стоящего перед столом.

— Присядьте пожалуйста. Извините! Вам придётся подождать.

— Я никуда не тороплюсь. — С лёгкой усмешкой на губах, Валл'Иолет покрутил головой. — Я достаточно долго просидел в левете, добираясь сюда и если ты не против, я постою.

— Как пожелаете. — Молодой мужчина дёрнул плечами и шагнул к своему рабочему креслу, но тут же остановился и так остался стоять около него.

Наступило длительное молчание. Молодой мужчина стоял уставившись в крышку своего стола. Валл'Иолет, продолжая стоять у регистратора, рассматривал зал. Собственно, в нём и рассматривать было нечего, так как кроме тех вещей, которые он уже видел, здесь был ещё лишь тёмный шкаф с несколькими дверками на всю стену напротив. Даже третьего кресла не было: видимо здесь принимали, лишь строго, по одному посетителю.

Наконец входная дверь скользнула в сторону и в образовавшемся проёме появился уже немолодой, невысокий, полный мужчина. Насколько Валл'Иолет мог судить по серым волосам на его голове — это был мужчина из голограммы. Войдя, мужчина направился к столу, но видимо осознав, что кресло перед ним пустое, крутанул головой и увидев Валл'Иолета, повернулся и шагнул к нему.

— Здравствуйте, господин Лампарт. — Заговорил мужчина низким, но твёрдым волевым голосом, вытягивая руку с выпрямленной ладонью в сторону Валл'Иолета.

Вскинув брови, Валл'Иолет уставился в замершую перед ним руку.

— Ах, да! — Мужчина, усмехнувшись, опустил руку. — Разрешите представиться — распорядитель сегмента, Маракс. — Он кивнул головой. — Мне жаль, господин Лампарт, что наш регистратор, не смог понять ваше биологическое поле. Это несколько осложняет ситуацию. Дело в том, что мы можем выдать вам карточку уровня без защиты, но, к сожалению, наша цивилизация не идеальна и у нас ещё достаточно много нечестных людей, которые могут выкрасть вашу незащищённую карточку и воспользоваться её уровнем. В принципе, подобным образом мы выдаём карточки уровня народу люпий, но в таком случае, мы снимаем с себя ответственность за легитимность её использования.

— Я собственно, и сам, практически, люпий. — Лёгкая усмешка тронула губы Валл'Иолета. — Я даже не знаю, нужна ли она мне. — Он дёрнул плечами.

— Без карточки уровня сложно жить в нашем мире. Возможно, когда наша цивилизация станет идеальной, надобность в ней и отпадёт. А на данном этапе...

Маракс покрутил головой и шагнув к регистратору, ткнул в одну из клавиш на его боковой стенке, верхний экран тут же трансформировался в символьное поле. Пальцы распорядителя сегмента пробежались по символам и Валл'Иолет прочёл в нижней части экрана своё имя, придуманное им, когда он впервые попал к народу люпий и ему пришлось как-то назвать себя.

— Я правильно отобразил ваше имя. — Маракс провёл пальцем под набранным текстом.

— Правильно! — Валл'Иолет кивнул головой, так как совершенно не представлял, как оно должно выглядеть в транскрипции цивилизации гиттов, так как ни разу, до селе, не видел его.

Маракс провёл рукой над символьным полем.

— Пожалуйста, наберите слово из шести символов. Это и будет ваш код доступа, который вам придётся вводить, чтобы воспользоваться своим уровнем. Это неудобно, но это наиболее приемлемое сейчас решение. Если пожелаете, мы можем разместить ваше фото на карточке, что несколько увеличит её защиту. Конечно, если вы согласны? Если нет — мы будем искать другое решение.

— А символьное поле всех терминалов аналогично этому? — Валл'Иолет кивнул подбородком в сторону экрана с символьным полем.

— Абсолютно! — Маракс согласно кивнул головой.

— В таком случае, без фото. — Валл'Иолет шагнул к регистратору и протянув руку, шесть раз нажал на самый верхний левый символ и отступил на прежнее место. — Надеюсь это в рамках допустимого. — Произнёс он, переведя взгляд на Маракса.

— Это ваш выбор и мы его не имеем права не принять.

Маракс нажал на ещё одну клавишу на боковой стенке регистратора и через несколько мгновений из прорези, рядом с клавишами выполз цветной прямоугольник. Взяв прямоугольник, распорядитель сегмента, протянул его Валл'Иолету.

— Ваша карточка уровня, господин Лампарт. — Маракс широко улыбнулся. — Поздравляю, вы стали полноправным гражданином нашей цивилизации.

— Благодарю! — Взяв карточку, Валл'Иолет кивнул головой. — Я могу идти?

— Конечно! — Маракс дёрнул плечами. — При пропаже карточки, не забудьте, как можно быстрее сообщить об этом. Желаю успеха.

Валл'Иолет отвернулся и направился к двери. Оказавшись перед ней, он скользнул взглядом по стене, намереваясь увидеть какой-то идентификатор, чтобы открыть дверь, но она сама скользнула в сторону. Негромко хмыкнув, он вышел в коридор. К нему тут же шагнули сопровождавшие его сюда мужчина и женщина.

— Следуйте за нами. — Произнёс мужчина, видимо дежурную фразу.

Повернувшись, он и женщина пошли по коридору. Валл'Иолет, сунув карточку уровня в нагрудный карман курточки, поспешил за ними.

Вирт дожидался его стоя на том же самом месте, будто был приклеен к нему и отклеился, когда Валл'Иолет оказался рядом.

— И как? — Вирт вопросительно кивнул головой.

— Надеюсь, как и должно было быть. — Валл'Иолет дёрнул плечами.

— Я знаю уютный ресторанчик неподалёку и предлагаю заглянуть. — Вирт вытянул руку в сторону входной двери. — Жажда уже достала.

— Как пожелаешь. — Валл'Иолет вновь дёрнул плечами.

Вирт повернулся и шагнул к выходу. Валл'Иолет направился за ним.

Оказавшись на улице, Вирт пошёл не к левету, а в другую сторону. Валл'Иолет бросил продолжительный взгляд в сторону летательного аппарата. Видимо поняв его озабоченность, Вирт заговорил сам.

— До ресторана недалеко, пару кварталов. Я устал сидеть и хочу пройтись. К тому же леветы у нас ещё редки и совсем не многие общественные заведения имеют посадочные площадки. Да и чтобы построить её, нужна кардинальная городская реконструкция. Это дело будущего. А сейчас, граждане, прибывшие в город в леветах, в большинстве своём, должны оставлять их на городских окраинах, где нет проблем с местом для посадочных площадок, а по городским улицам путешествовать в авто.

— Это, весьма, не практично. — Единственное, что произнёс Валл'Иолет.

Его сейчас начала беспокоить не проблема гиттов с посадочными площадками внутри их городов, а излишнее любопытство гиттов к себе, так как та улица, по которой они шли, была достаточно многолюдна и многотранспортна и за ними уже неотступно шла группа из пары десятков человек и многие авто прижимаясь к тротуару, тоже следовали за ними.

— Господин Вирт, ещё далеко? — Заговорил Валл'Иолет. — Может быть есть смысл воспользоваться каким-то авто?

— Ресторан за углом. Но если у вас сильная жажда, мы можем зайти в ближайший...

— Меня беспокоит толпа, идущая следом. — Перебил его Валл'Иолет.

Вирт оглянулся.

— Проклятье! — Вирт отвернулся и взяв Валл'Иолета за предплечье, ускорил шаг. — Поторопимся, господин Лампарт. Я не подумал, что здесь будет так много любопытных. Но вы должны понять: не каждый день на Гитту заглядывают инопланетяне. А по существу — вы первый. — Говорил Вирт, подталкивая Валл'Иолета. — Я даже не знаю, правильно ли поступает Регистр, скрывая вас? Как вы сами считаете?

— Правильно! Я не готов к широким встречам с вашим народом и уже сожалею, что отправился сюда.

— Пришли! — Вирт вытянул руку в сторону красивого блестящего, отделанного в тёмных тонах, двухуровневого здания, стоящего между двух высоких домов.

Валл'Иолет свернул на дорожку, ведущую к двери здания, мимо небольшой площади, заполненной авто. Но площадь была столь небольшой, что на ней едва уместилось десятка два авто, подтверждая слова Вирта, о проблемах со стоянками транспортных средств. Подойдя к двери, он оглянулся — заметно возросшая толпа зевак шла за ними в ресторан.

Войдя в вестибюль, Вирт не стал задерживаться в нём, а сразу же направился ко входу в зал, продолжая подталкивать Валл'Иолета перед собой, хотя перед входом в зал стояли несколько человек. Стоявшие у двери двое молодых людей в идеальной чёрной одежде, приоткрыв рот и вытаращив глаза, будто окаменев, проводили их немым взглядом.

Зал был небольшой. В нём царил полумрак и насколько видел Валл'Иолет, свободных столиков не было. Но Вирт, не задерживаясь, продолжал подталкивать Валл'Иолета куда-то к виднеющемуся в противоположной стене дверному проёму. Сидящие за столиками, провожали их взглядами, нескрываемого любопытства. Но едва они прошли дверной проём, как им навстречу шагнул высокий мужчина в белой одежде.

— Сюда нельзя! — Негромким, но волевым голосом произнёс он.

Отпустив локоть Валл'Иолета, Вирт шагнул к нему и вытянул свои губы к его уху. Так как мужчина был выше его почти на полголовы, то Вирту пришло приподняться на цыпочки. Он что-то зашептал и чем дольше продолжался его шёпот, тем больше разворачивалась голова мужчины в сторону Валл'Иолета. Наконец Вирт отстранился от мужчины и опустился на полные ступни.

— Да, да, конечно. Идите за мной. — Мужчина повернулся и пошёл вглубь коридора.

В конце коридора была лестница. Они поднялись на второй уровень. Здесь был ещё один коридор, отделанный в светлых коричневых тонах, утыканный множеством дверей. Подойдя к одной из дверей, мужчина отодвинул её в сторону и вытянул руку в образовавшийся проём.

— Прошу! Сейчас вас обслужат.

Дождавшись, когда Вирт и Валл'Иолет войдут внутрь, он закрыл за ними дверь.

Но ждать им пришлось достаточно долго, когда, наконец вновь откроется дверь и в неё вкатится многоуровневая тележка, заставленная разновеликими тарелками и напитками, мгновенно распространив в комнате гамму вкусовых ароматов. За ней в комнату вошёл элегантный стюард и молча кивнув головой, составил тарелки на стол и ещё раз молча кивнув головой, удалился, забрав и тележку.

— Прошу вас, господин Лампарт. — Вирт развёл руками над столом. — Все эти блюда и напитки только из натуральных продуктов. Честно говоря, я не знаю их названий, но уверен — они вам понравятся.

Валл'Иолет обвёл внимательным взглядом стоящие перед ним тарелки. Висящие над столом запахи и напоминали запахи продуктов Толлоны и были совсем другими. Если можно было судить по внешнему виду лежащего на них, то здесь было: и мясо; и рыба и что-то ещё, под какими-то разноцветными соусами, какие-то плоды, напитки. Собственно, есть Валл'Иолет не хотел, но жажда настойчиво требовала своего утоления.

Вирт уже активно ел, что-то с тарелки перед собой, запивая прозрачной жидкостью из высокого стакана.

Валл'Иолет тоже взял стакан с такой же прозрачной жидкостью и сделал несколько глотков — скорее всего, это была лишь тонизированная вода. Поставив стакан, Валл'Иолет, взяв вилку и нож, отрезал кусочек от лежащего перед ним на тарелке чего-то коричневого и поднёся ко рту, вздохнул — в нос вошёл приятный терпкий запах. Ему, вдруг, захотелось есть. Он осторожно положил кусочек на язык и раздавил. Несомненно — это был продукт моря. Покончив с содержимым этой тарелки, Валл'Иолет принялся со содержимое следующей. Там было что-то мясное. Расправившись с ним, Валл'Иолет взялся за высокий стакан с каким-то оранжевым напитком.

За проведённые годы на Гитте, он уже привык к её продуктам и не опасался последствий, но решил, что съеденного будет вполне достаточно. К тому же, он всегда обходился минимумом и отходить от этого порядка вещей пока не намеревался.

Напиток оказался приятным на вкус и прекрасно утоляющим жажду. Конечно, того прилива бодрости, который он, неизменно, ощущал после выпитого тоника, не было, но и жажды тоже.

Поставив пустой стакан на стол, Валл'Иолет уставился в стол перед собой, так как Вирт продолжал есть.

— Вам не понравились наши блюда, господин Лампарт? — Раздавшийся голос Вирта, заставил Валл'Иолета поднять на него взгляд.

— Отнюдь! — Валл'Иолет мотнул головой. — Они прекрасны и если судить по их вкусу, то, видимо, очень дороги.

— Если вас волнует плата, то это не должно вас беспокоить, господин Лампарт. — Вирт широко улыбнулся. — Нисколько.

— Проблема не в плате, господин Вирт. — Лёгкая усмешка тронула уголки губ Валл'Иолета. — Я привык к умеренному потреблению пищи и уже никогда не смогу иначе.

— Жаль! — Вирт положил свою вилку на тарелку перед собой и взяв один из стаканов с розовой жидкостью, опорожнил его и вернув на стол, выпил жёлтое содержимое ещё одного из стаканов и поставив стакан на стол, поднялся. — В таком случае — нам пора.

— Я не хочу идти до летательного аппарата. — Заговорил Валл'Иолет, продолжая сидеть. — Я не хочу чувствовать за спиной толпу зевак.

— Авто уже ждёт, господин Лампарт. — Вирт вскинул брови. — Мы выйдем из ресторана через заднюю дверь. Но может вам стоит немного отдохнуть, прежде, чем мы отправимся в обратный путь?

— Нет! — Валл'Иолет энергично мотнул головой и поднялся. — Я хочу сегодня же вернуться на корабль.

— Как пожелаете. — Состроив гримасу, Вирт указал рукой на дверь. — Прошу!

Едва Валл'Иолет и Вирт оказались в коридоре, как к ним тут же подошёл, тот же самый, мужчина, который их сюда и привёл, будто материализовавшись из воздуха.

— Надеюсь вам понравилась наша кухня! — С улыбкой на губах, мужчина склонил голову.

— Она прекрасна. — Вирт улыбнулся.

— Да, да, конечно. — Валл'Иолет кивнул головой, в подтверждение слов Вирта.

— Я могу сослаться на ваши слова? — Мужчина широко улыбнулся Валл'Иолету.

— Пожалуйста! — Валл'Иолет, состроив непонятную гримасу, дёрнул плечами.

— Чтобы мы напрасно не плутали, проводите нас, пожалуйста, к выходу. — Произнёс Вирт.

— Следуйте за мной.

Повернувшись, мужчина пошёл по коридору. Вирт вытянул руку ему вслед и дождавшись, когда Валл'Иолет направится за мужчиной, пошёл за ним.

Несмотря на уверения Вирта, любопытных, пока они дошли до выхода из ресторана было предостаточно — буквально, когда они проходили мимо какой-то двери, она, вдруг, открывалась и из неё показывалось, чаще всего, не одно любопытное лицо.

Авто их, действительно, ждало в двух шагах от выхода и едва они вышли из ресторана, как его боковые двери тут же поднялись. Валл'Иолет занял кресло заднего ряда, Вирт сел впереди. На удивление Валл'Иолета, в авто оказался ещё один человек, который и повёл его по улицам города.

Валл'Иолет покрутил головой, смотря по окнам — вокруг них спешили другие авто, но как ему показалось, ни одно из них, их не преследовало. Успокоившись, он откинулся на спинку кресла, но едва начал размышлять о своих дальнейших действиях, как авто остановилось и дверь рядом с ним поднялась. Хмыкнув, он выбрался наружу. Авто стояло рядом с леветом. Через несколько мгновений вышел и Вирт. Двери авто опустились и оно, взвизгнув шинами, умчалось прочь. Двери левета открылись и Вирт махнул рукой в сторону образовавшегося проёма.

— Садитесь, господин Лампарт. Жаль, что мы не отдохнули. Придётся идти на автопилоте. Лишь бы птиц не было. — Явно уставшим голосом заговорил он. — Я намеревался показать вам нашу кричащую долину, где расположен наш радиолокационный комплекс. Более ста радаров, непрерывно слушающих пространство. Хотя, мне больше нравится название — поющая долина. Это в семидесяти километрах южнее Арктара. А ещё через сто километров, ближе к побережью, космодром. На этом же материке и мой телескоп. В горах — Сатт Алатау. Правее Арктара, километрах в четырёхстах, есть небольшой город — Легран, названый в честь создателя астрофизического комплекса Сатт Алатау, академика Леграна — город астрономов, физиков и астрофизиков, один из научных центров планеты. Там и проходит моя отшельническая жизнь. — В голосе Вирта послышались нотки грусти.

— Я хочу вернуться на корабль. — Заговорил Валл'Иолет своим правильным чётким голосом. — Если ты устал, я поведу. Я себя чувствую превосходно.

— Я понимаю, что вы прекрасный пилот... — Вирт высоко вскинул брови. — Но ведь это летательный аппарат другой цивилизации. Да и знаете ли вы — куда? — Он махнул ребром ладони перед собой.

— Не думаю, что принцип управления вашими летательными аппаратами, кардинально отличен от управления тех летательных аппаратов моей цивилизации, которые мне пришлось водить и у меня прекрасная зрительная память.

— Пожалуйста! — Состроив гримасу, Вирт дёрнул плечами и обойдя левет, занял кресло, которое занимал Валл'Иолет и тут же откинувшись в нём, прикрыл глаза.

Валл'Иолет занял кресло пилота и повернул голову в сторону Вирта. Астрофизик продолжал сидеть с закрытыми глазами, но спал или делал вид, Валл'Иолет мог лишь гадать. Не осознавая своего поступка, он высвободил свое поле и осторожно коснулся им головы Вирта — астрофизик тут же встрепенулся и широко открыв глаза, закрутил головой.

— Мы уже разбились? — Буквально, выкрикнул он.

— Почему? — Усмехнувшись, Валл'Иолет убрал своё поле из головы Вирта.

— Я почувствовал, что больно ударился головой.

— Видимо, ты уснул.

— Я не спал.

— Тогда, не знаю. — Валл'Иолет мотнул головой и ткнув пальцем в клавишу запуска движителя, чуть вжал акселератор и взявшись за штурвал левета, потянул его на себя.

Летательный аппарат так резко взмыл вверх, что, буквально, заскрипел. Валл'Иолет скосил взгляд в сторону Вирта, тот сидел уцепившись побелевшими пальцами в подлокотники своего кресла. Переведя взгляд в лобовое стекло, Валл'Иолет перевёл левет в горизонтальный полёт и сориентировав его в нужном направлении, вжал акселератор до упора. Быстро набирая скорость, летательный аппарат гиттов помчался вперёд.

Валл'Иолету уже надоело это путешествие и он хотел поскорее добраться до весспера. Утром он видел, что Вирт не дожимал акселератор. Возможно астрофизик не имел навыков быстрого пилотирования, а может левет не мог быть более быстрым и максимум был ему противопоказан или же Вирт приберегал его. Сейчас же Валл'Иолету было всё равно — он хотел лишь одного, как можно быстрее оказаться на северной базе гиттов.

Через некоторое время он перевёл взгляд на Вирта: астрофизик сидел с упирающимся в грудь подбородком; его глаза были закрыты: теперь он, действительно, спал.

Когда Валл'Иолет посадил левет рядом с трапом весспера, была уже ночь. Вирт проспал две трети пути, а треть, видимо приходил в себя и потому весь их обратный путь прошёл в полном молчании. Так же молча, открыв дверь левета, Валл'Иолет вышел наружу и пружинистой походкой, давая ногам повышенную нагрузку поднялся по трапу в весспер. Подняв трап, ему было, совершенно, всё равно, куда направится ночью астрофизик, он прошёл в свою каюту и раздевшись, с удовольствием вытянулся на спальной платформе...

9

Валл'Иолет открыл глаза. Резкий нудный писк неприятно резал слух.

Что-то случилось?

Мелькнувшая молнией мысль сбросила его со спальной платформы. Он выбежал в холл каюты и завертелся, пытаясь осознать, откуда идёт звук, так как экран спор каюты был тёмен и никаких тревожных сообщений не показывал. Наконец он понял, что писк идёт со стола. Шагнув к нему, он взял пищавший спейс, оставленный ему Виртом и ткнул пальцем в клавишу подтверждения — из вспыхнувшей над сканером связи голограммы на него смотрело, явно, сердитое лицо Ирны.

— Здравствуйте, господин капитан. — Громким резким голосом заговорила девушка. — Я не хочу участвовать ни в какой экспедиции, ни на какую планету и вы меня, никаким способом, не заставите туда лететь. Имейте это ввиду.

— Как пожелаешь. — Валл'Иолет состроил гримасу, которая, видимо оказалась неприятной для Ирны, так как в её глазах мелькнул испуг и её лицо в голограмме заметно уменьшилось, скорее всего она отшатнулась. — Но это ещё нескорая экспедиция и есть время для размышлений.

— Никаких размышлений, не будет! — Буквально, выкрикнула Ирна.

— Жаль! — Валл'Иолет дёрнул плечами. — Ты забыла на корабле результаты работы своей археологической экспедиции. Можешь забрать их в любое время.

— Они никому не нужны. Выбросьте их.

Голограмма погасла. Глубоко и протяжно вздохнув, Валл'Иолет бросил спейс на стол и пошёл в санационную приводить себя в порядок, так как, сумбурный звонок Ирны основательно взбудоражил его мысли и о сне теперь можно было забыть.

Когда он появился в зале управления, то был весьма удивлён — экран спор показывал, что уже наступил если не день, то, несомненно, было уже позднее утро. На посадочном слоте перед весспером стояли несколько больших авто, определённо, служащих для перевозки грузов, вокруг которых суетились не менее пары десятков человек. Валл'Иолет тут же развернулся и направился в ангар.

Опустив трап, он сошёл вниз. Тут его ждало ещё одно удивление — левет, на котором он вчера ходил на регистрацию, стоял на том же самом месте, где он его и покинул. С одной стороны его двери были подняты. Валл'Иолет заглянул внутрь летательного аппарата — он был пуст. Он выпрямился и закрутил головой, пытаясь увидеть астрофизика и тот, действительно, тут же появился перед ним, будто вырос из покрытия посадочной площадки. Его вид был не совсем свеж.

— Поступил первый груз, господин Лампарт. — Заговорил Вирт каким-то, будто чужим голосом. — Вы не могли бы открыть люк ангара, чтобы мы начали погрузку?

— Как я понимаю, ты никуда не уходил? — Высказал своё предположение Валл'Иолет.

— Мне теперь некуда идти. Я уже получил новое назначение — начальник экспедиции к Грозе и моё обиталище теперь здесь. — Вирт вытянул указательный палец в нависающий над ними корабль. — Если вы не против, конечно.

— Мог бы и вчера предупредить. — Валл'Иолет дёрнул плечами.

— Это произошло после вашего ухода. Даже не знаю, как и сказать. — Вирт опустил руку и потёр ею лоб. — Вобщем, госпожа Шарова отказывается участвовать в экспедиции. Может быть есть какой-то компромисс? — В голосе Вирта скользнули жалобные нотки.

— Я подумаю. Я хотел бы встретится с ней.

— Мы не можем связать её и доставить сюда. Это противоречит нашим нормам морали.

— Доставьте меня к ней.

— Это гораздо дальше, чем, где вы были вчера. На другом континенте, через океан.

— Я никуда не тороплюсь.

— Но я не смогу пойти с вами.

— Мне без разницы, кто будет за штурвалом летательного аппарата.

— Но мы хотели бы начать погрузку.

— Корабль в вашем полном распоряжении. Все каюты, кроме каюты капитана свободны. Пришлите в ангар пару техников. Я покажу, как управлять платформой погрузки. — Повернувшись, Валл'Иолет шагнул к трапу.

Едва он оказался в ангаре, как его догнали два гитта.

— Господин Лампарт. — Заговорил один из них, огромного телосложения и видимо такой же силы — Валл'Иолету показалось, что он его уже, даже, где-то видел. — Господин Вирт направил нас для обучения погрузочным работам.

— Идите за мной.

Валл'Иолет направился к лестнице, ведущий на второй уровень. Поднявшись туда, он дошёл до своей каюты и открыв двери, шагнул внутрь и подойдя к ящикам с результатами работы археологической партии Ирны, взял плащ и кивнул подбородком на ящики.

— Отнесите их вниз и бросьте около трапа. Затем вернётесь в ангар.

Гитты молча подошли к ящикам и взяв по одному, ушли. Валл'Иолет покрутил плащ люпий в руках, затем шагнул к утилизатору и швырнув в него плащ, вышел из каюты, закрыл за собой дверь и направился в ангар.

Дождавшись, когда гитты вновь появятся там, молча кивнул им головой и направился к стене ангара, где была вмонтирована панель управления платформой погрузки. Подойдя, он нажал несколько клавиш — створки люка пола перед ним уползли в стороны и с потолка ангара вниз скользнула платформа на тросах.

— Управляется, как отсюда. — Валл'Иолет провёл пальцем вдоль ряда клавиш на панели управления. — Так и отсюда. — Он наклонился и поставив вертикально, лежащую на платформе штангу с рядом клавиш, выпрямился и провёл тем же пальцем вдоль клавиш на штанге.

Тут же отвернувшись от платформы, Валл'Иолет пошёл прочь.

— А какая клавиша, что включает? — Выкрикнул ему в спину громила.

— Разберётесь! — Произнёс Валл'Иолет не оборачиваясь...

— Ну-у-у!. — Протянул ему вслед громила и шагнув к штанге с клавишами, наклонился и принялся их рассматривать. — Ничего я не понял в этих уголках. — Произнёс он выпрямляясь. — Может ты разбираешься в их закорючках?

— Ивор, что в них разбираться. — Заговорил второй, присланный Виртом гитт — Вейлор Пит. — Жми на все подряд.

Он подошёл к штанге и нажал на самую верхнюю клавишу — платформа пошла вверх. Отпустив эту — он нажал на следующую — платформа двинулась вниз. Следующие две управляли перемещением платформы вдоль ангара. От двух следующих никакой реакции не последовало, как Вейлор ни жал на них. Последняя клавиша блокировала все движения.

— Ничего удивительного. — Вейлор Пит махнул рукой, возвратив платформу к люку. — Всё, как и у нас. Даже не интересно.

Оба гитта стали на платформу. Вейлор коснулся второй сверху клавиши на штанге и платформа скользнула в проём люка...

Поднявшись на второй уровень, Валл'Иолет зашагал по его коридорам, открывая все двери, на ходу пытаясь выработать модель своего нового поведения, но как ни размышлял ничего конкретно придумать не смог. В конце-концов, махнув рукой, ещё раз обошёл коридоры и убедившись, что каюта капитана закрыта, направился в ангар.

В ангаре гитты уже стягивали с грузовой платформы какие-то контейнеры. Валл'Иолет подошёл к стене с несколькими закрытыми дверьми и открыв их, махнул рукой в направлении ближнего проёма.

— Размещайте! Не забывайте о крепеже. Если хотя бы один сдвинется, выброшу все, вместе с вами. — Произнёс он и повернувшись, направился к трапу.

— Прикручивать к полу болтами, что ли? — Раздался позади него голос здоровяка.

— В полу есть пазы. — Произнёс Валл'Иолет, не останавливаясь и махнул рукой, выставив указательный палец в пол.

На раздавшиеся позади возгласы, он не стал вслушиваться.

Внизу, рядом с трапом стояли уже два левета — красный и чёрный, с полностью затенёнными стёклами. Никого рядом с ними не было. Валл'Иолет осмотрелся — Вирт стоял под открытым люком весспера и подняв голову, энергично жестикулировал руками. Валл'Иолет направился к нему. Будто почувствовав его приближение, Вирт, бросил жестикулировать, опустил голову, оглянулся и тут же развернувшись, направился к Валл'Иолету.

Когда мы можем получить контейнер с ратаном и что для этого нужно? — Поинтересовался он, остановившись перед капитаном.

— В любое время. — Валл'Иолет дёрнул плечами. — Нужен транспорт для восьмиметрового цилиндра, весом около пятнадцати тонн. Я уже говорил, он почти пустой.

— Чёрный левет в вашем распоряжении, господин Лампарт. — Вирт махнул рукой в сторону летательного аппарата. — Там опытный офицер. Ему известен адрес госпожи Шаровой.

— Благодарю! — Кивнув головой, Валл'Иолет повернулся и направился к чёрному левету.

Едва он оказался рядом с летательным аппаратом, как его двери скользнули вверх и выскочивший из него гитт в одежде военного, вытянулся рядом.

— Капитан Таров. — Чётким резким голосом, заговорил он, кивнув головой в приветствии. — Летательный аппарат в вашем распоряжении, господин капитан.

Лёгкая усмешка тронула губы Валл'Иолета.

Опять два капитана. Всплыла у него саркастическая мысль и он бросил взгляд на пояс капитана гиттов — оружия на поясе капитана не наблюдалось.

Ничего не сказав, он нырнул в левет и уселся в кресло заднего ряда, так как совершенно не хотел видеть, каким путём капитан гиттов доставит его до нужного адреса и откинувшись, прикрыл глаза, но не полностью, а чтобы, всё же, видеть реакцию капитана гиттов на своё действие.

Некоторое время капитана гиттов видно не было, скорее всего, он надеялся услышать какой-то приказ от Валл'Иолета, но, видимо не дождавшись, заглянул в летательный аппарат. Его густые чёрные брови полезли вверх и замерли, едва не коснувшись чёрного ёжика волос на голове. Постояв несколько мгновений в полусогнутом положении, он вытянул руку в сторону Валл'Иолета, но тут же её отдёрнул и резко повернувшись, оказался в кресле пилота. Двери опустились и в следующее мгновение левет подпрыгнул, будто подброшенный пружинами и резко рванулся вперёд. Валл'Иолета прижало к креслу. Левет резко затормозил и Валл'Иолет не ожидая подобной выходки от капитана гиттов, ткнулся носом в высокую спинку переднего кресла. Из его глаз, буквально, посыпались искры. Он невольно выругался и со злом оттолкнувшись от спинки кресла, выпрямился.

Левет опустился на землю и между спинок передних кресел показалось лицо капитана гиттов.

— Извините господин капитан. Вывернулся грузовик. Мы в...

— Именно! — Упредил его вопрос Валл'Иолет, совершенно не ощутивший, чтобы мимо левета прошло какое-то транспортное средство и опять прикрыл глаза.

Левет вновь взмыл вверх и рванулся вперёд.

Правильно ли я поступаю? Зачем я добиваюсь её? Зачем заставляю обратить на себя внимание, заставляю влюбиться в себя? Поползли у Валл'Иолета грустные мысли. Зачем ей, молодой, прекрасной девушке, уродливый старик, неизвестного происхождения? Разве могут уроды кому-то нравиться?

Валл'Иолет глубоко вздохнул и тут же закашлялся от тяжёлого для своих лёгких воздуха, мысленно проклиная себя за забывчивость. Между кресел тут же появилось лицо капитана гиттов, с испуганным взглядом, но, видимо, увидев, что пассажир сидит с закрытыми глазами и, наверное решив, что это тому что-то приснилось, отвернулся, ни проронив ни звука.

Что я могу дать ей? Да всё что она пожелает. Валл'Иолет беззвучно хмыкнул. Несомненно, сейчас я нужен цивилизации гиттов и за весспер они готовы отдать, что угодно. Интересно, какое значение у них имеет уровень жизни и как он может быть высок и какое положение занимаю гитты с высоким уровнем? Является ли он показателем преуспевающего гитта? Скрывают его или же наоборот? Как у люпий? Они живут в городах, но смогу ли я жить в городе? Может в обмен на новые технологии, потребовать у них усадьбу? Вчера ведь Вирт показывал их. Почему бы и мне не оказаться среди этих ненормальных, который я и есть, по сути?

Валл'Иолет открыл глаза и посмотрел в боковое стекло, надеясь вновь увидеть аккуратные чёрные прямоугольники и строения около них, но за стеклом оказались лишь белые облака, видимо, капитан гиттов, совершенно не горел желанием показывать своему пассажиру красоты планеты и вел левет за облаками. Валл'Иолет отвернулся от окна.

Но захочет ли она жить в усадьбе? Может найти для себя другую гитту, менее капризную? Хаара! Зачем мне она? Я привык к одиночеству и смогу ли терпеть кого-то рядом с собой долгое время? А сможет она переносить моё длительное отсутствие? Может, действительно, уйти отсюда и попытаться найти более комфортную для себя планету? Сколько я ещё проживу здесь: десять, двадцать лет. А если потребовать атмосферную среду с нужным мне воздухом? Хотя бы в том объёме, где я буду жить? Пусть постараются. А смогут ли они, долгое время находиться в атмосфере корабля? Скорее всего придётся искать какой-то компромисс, создавать какую-то среднюю атмосферу.

Путь, действительно, оказался неблизкий и занял более шести часов беспосадочного времени. Валл'Иолет не один раз смотрел в окно, пытаясь увидеть, поверхность планеты, но за бортом была лишь сплошная облачность и отворачиваясь он вновь погружался в свои бесконечные размышления о правильности своих решений, либо пытался выработать манеру своего поведения при встрече с Ирной, но все его размышления, чередой вопросов, не находящих ответов, неизменно заводили его в тупик и он лишь строил гримасы, не представляя, что ему делать при встрече с Ирной.

Наконец левет нырнул вниз и Валл'Иолет увидел впереди огромный город. Как он понял, шли они по ходу солнца и когда капитан гиттов посадил левет перед одним из зданий города, было лишь начало дня.

Двери левета скользнули вверх и выпрыгнувший наружу капитан гиттов, принялся крутиться и выгибаться, выполняя что-то, похожее на гимнастические упражнения. Валл'Иолет был нетороплив и выбирался из летательного аппарата долго и даже как-то вальяжно, будто нехотя, будто это, вовсе, было и не его желание оказаться здесь. Пару раз, лениво дёрнув ногами и взмахнув руками, он поднял голову и принялся рассматривать дом.

Дом был многоуровневый, серовато-белого цвета, с бесчисленным количеством одинаковых прямоугольных окон с тёмными стёклами.

И как можно жить в этом ужасе? Всплыла у Валл'Иолета мысль изумления и он, невольно передёрнув плечами, опустил взгляд.

На первом уровне, через равные промежутки были серые двери. От посадочной площадки, где кроме левета стояли ещё несколько разноцветных авто, к дому вела коричневая дорожка, по сторонам которой росли невысокие зелёные шаровидные кусты. Вокруг дома, в тени пирамидаидального вида деревьев, шла широкая аллея.

Валл'Иолет перевёл взгляд на капитана гиттов.

— Как мне увидеть госпожу Ирну? — Поинтересовался он.

— Восьмой этаж, квартира сто сорок. — Чётким голосом произнёс Таров, на мгновение прекратив своё верчение.

— Я не понимаю, что такое этаж и что такое квартира. — С явным раздражением заговорил Валл'Иолет. — Потрудись показать мне, где живёт госпожа Ирна.

— Но у меня не было приказа: посетить её квартиру. — Капитан гиттов дёрнул плечами и состроил какую-то непонятную, уродливую гримасу. — Хорошо! Но только под вашу ответственность. Я провожу вас до двери её квартиры. Насколько меня информировали — в это время она всегда дома.

Повернувшись, он направился к дому. Валл'Иолет пошёл следом.

Подойдя к одной из серых дверей, капитан быстро пробежал пальцами по пластинке с клавишами, вделанной прямо в дверь. Внутри двери что-то негромко щёлкнуло и капитан потянул дверь на себя.

— Прошу! — Капитан вытянул руку в сторону образовавшегося проёма.

Валл'Иолет вошёл внутрь и сразу же остановился. Перед ним была широкая лестница в несколько ступенек, выходящая на площадку. Таров протиснулся за его спиной и двумя широкими прыжками взлетел на площадку. Валл'Иолет неторопливо зашагал следом.

Вверх они поднимались в лифте. Валл'Иолет с интересом рассматривал внутреннее убранство подъёмного устройства гиттов. На Толлоне, он очень редко пользовался лифтом управления космофлота, который внутри был небольшим, строго серого цвета и без всяких рекламных плакатов. Лифт же гиттов, в котором он сейчас находился был ярких, зелёно-коричнево-серых тонов с большими рекламными проспектами, в основном, одежды и обуви. Едва Валл'Иолет попытался вникнуть в суть одного из рекламных плакатов, как лифт замер и его двери открылись. Таров вытянул руку в сторону образовавшегося проёма.

— Насколько я сориентировался, номер сто сорок направо. — Заговорил он. — Я буду вас ждать внизу. Если ваш визит будет долог, я прошу сообщить об этом.

— Надеюсь — нет. — Прохрипел Валл'Иолет и выйдя из лифта повернул по коридору направо.

Дверь с нужными цифрами оказалась второй от лифта. Валл'Иолет остановился напротив двери и принялся за её осмотр. Дверь была светло-коричневого цвета с жёлтой ручкой и странной, выпуклой, небольшой, белой пластинкой идентификации, справа на уровне его груди. Медленно подняв руку, он дотронулся до пластинки — ничего не произошло. Постояв в недоумении несколько мгновений, Валл'Иолет вновь дотронулся до пластинки и опять ничего не произошло. Состроив недовольную гримасу, он с силой ткнул в пластинку рукой — пластинка подалась вперёд. Рука Валл'Иолета, будто получив энергетический укол, отлетела от пластинки.

— Хаара! — Невольно прошелестели его губы.

Я испортил идентификатор. И что теперь? Подняв брови и вытянув лицо, он уставился в пластинку, которая к его, ещё большему недоумению, выглядела так же, как и прежде.

Вдруг, дверь пошла на него. Валл'Иолет сделал поспешный шаг назад. Дверь стала к нему ребром — в её проёме стояла Ирна. Тёмные брови девушки медленно ползли вверх.

— Как вы... — Зашептали губы девушки, но в следующее мгновение она гордо вскинула голову. — Я уже довела до вас своё решение. И другого — не будет! — Буквально, выкрикнула она последние слова.

— У вас принято друзей держать перед входом? — Произнёс Валл'Иолет.

— Друзей... Нет! — Ирна мотнула головой и отступив, стала к двери боком. — Входите!

Валл'Иолет вошёл внутрь и сделав пару шагов, остановился и повернулся к Ирне. Девушка выглянула в коридор, покрутила головой и громко хмыкнув, закрыла дверь и повернулась к Валл'Иолету.

Ирна была одета в серо-чёрное красивое платье, элегантно подчёркивающее все прелести её фигуры. Её длинныё каштановые волосы красивыми волнами лежали у неё на плечах.

— Как вы меня нашли? — Поинтересовалась она. — Вам повезло: меня могло и не оказаться дома.

— Значит я везучий. — Валл'Иолет попытался улыбнуться, но увидев, как глаза Ирны наполняются испугом, тут же подавил улыбку. — Ты была слишком эмоциональна, при нашем последнем разговоре и я решил убедиться воочию, в достоверности твоих слов.

— Напрасно вы пришли сюда. — Состроив гримасу, Ирна дёрнула плечами. — Других слов не будет. Их, просто, нет!

— Жаль! — Валл'Иолет вздохнул и развёл руками. — Может быть мне, всё же, удастся убедить тебя в обратном?

— Нет! И не надейтесь. — Ирна покрутила головой. — Мне скоро уходить и я хочу выпить стакан сока аппы. Могу и вам предложить, тоже самое.

— Предложи! — Валл'Иолет всё же улыбнулся, чем неминуемо вызвал испуг в глазах Ирны.

— Проходите! — Буркнула Ирна и отведя взгляд, прошла боком мимо Валл'Иолета.

Повернувшись, Валл'Иолет направился за ней. Ирна свернула в первую же по коридору дверь. Вошёл в неё и Валл'Иолет.

Он оказался в небольшой комнате, по обстановке напоминающей гостиную комнату дома его усадьбы, только меньших размеров: небольшой коричневый стол посреди комнаты, с четырьмя небольшими креслами вокруг него; напротив входа почти на всю стену окно; вдоль другой стены ряд шкафов; вдоль третьей в коричневых ящиках стояли два каких-то зелёных растения, с длинными красивыми резными листьями; а с той стороны, где сейчас стоял он, была лишь дверь.

— Садитесь! — Ирна выдвинула из-под стола одно из кресел и ткнула в него рукой. — Я приготовлю сок.

Подойдя к указанному креслу, Валл'Иолет сел и принялся следить за девушкой.

Ирна открыла дверку одного из шкафов и достала из него два высоких стакана. Затем достала из второго шкафа прозрачную ёмкость с оранжевой жидкостью и наполнив жидкостью стаканы, примерно, на две трети их высоты, поставила их на стол: один перед Валл'Иолетом второй на противоположной стороне стола. Затем выдвинула кресло напротив стакана, села и взяв стакан, поднесла ко рту, но тут же отставила его.

— Вы боитесь, что я отравлю вас? — Произнесла она, вскинув брови.

— Почему? — В свою очередь вскинул брови Валл'Иолет.

— Вы не пьёте сок.

— Ах, да!

Валл'Иолет взял стакан и поднеся ко рту, сделал несколько глотков. Сок был густым, прохладным, приятного кисловато-сладкого вкуса. Вернув стакан на стол, он провёл кончиком языка по губам.

— Прекрасный тоник. — Резюмировал он.

— Это не консервант, а сок из настоящих фруктов. Я рада, что он вам понравился. — Так и не сделав ни глотка, Ирна поставила свой стакан на стол и поднялась. — К сожалению, я должна идти. Нет смысла ждать моего возвращения, оно будет нескорым.

Она шагнула в сторону двери. Валл'Иолет вскочил и поспешно шагнул в сторону уходящей девушки. Но она уже была в дверях и желая её остановить, он вытянул руку, намереваясь положить её на плечо Ирне, но её одежка оказалась из какого-то скользкого материала и рука Валл'Иолета заскользила по плечу. Поняв, что не достиг желаемого, Валл'Иолет сжал руку. В его руке оказалось верхняя часть рукава платья. Ирна, не останавливаясь, с силой дернула плечом, пытаясь выдернуть рукав, но Валл'Иолет держал крепко и... Застёжка на груди девушки, скрепляющая её одежду, лопнула и платье распахнулась. Остановленная хватом Валл'Иолета, она повернулась и из распахнутого отворота одежды показалась упругая девичья грудь.

— Как ты смеешь, мерзкий...

Выкрикнула Ирна и схватилась за отворот, пытаясь спрятать свою грудь, её взгляд встретился со взглядом Валл'Иолета, вокруг зрачков глаз которого ярко пылали жёлтые ободки. В голове Ирны, вдруг, всё закружилось, поплыло, её ноги подкосились...

Ирна открыла глаза. Её взгляд упёрся в склонившегося над ней старика, с горящими, жёлтым цветом, ободками вокруг тёмных зрачков его глаз. Она попыталась отстраниться и поняла, что лежит на спине и старик держится за её платье. Ирна дёрнулась и энергично заработала ногами, пытаясь отползти от него. Она хотела крикнуть и уже открыла рот, но в тот же миг жёлтые ободки глаз старика резко приблизились к её лицу и она утонула в их необъяснимом блеске...

Ирна резко села и поняв, что совершенно голая, схватив, что первое попалось ей под руку, прикрыла наготу. Старик сидел у неё в ногах, обхватив голову руками, на краю кровати её спальни. Он был без курточки. Она валялась на полу, рядом с её платьем. Схватив платье, Ирна принялась лихорадочно одеваться. Старик сидел не шевелясь, будто находясь в ином измерении.

Кое-как натянув платье, она спрыгнула с кровати и выбежав в соседнюю комнату, схватила свою сумочку и достав из неё спейс, принялась лихорадочно тыкать в него пальцами. Вдруг, слёзы брызнули из её глаз, рука со спейсом опустилась и она едва переставляя ноги, вернулась в спальную комнату. Старик продолжал сидеть в прежней позе. Хотя он выглядел скорее худым, нежели иначе, но бугры мышц на его согнутых руках говорили, что некогда, он обладал достаточной физической силой.

— Я сейчас вызову службу безопасности. Не думай, что если ты инопланетянин, то произвол сойдёт тебе с рук. — Срывающимся голосом произнесла она, тряся перед ним рукой с зажатым спейсом.

Валл'Иолет опустил руки и подавшись вперёд, взял с пола курточку, поднялся и одевшись, достал из кармана свою карточку уровня жизни и протянул её Ирне.

— Я уже не инопланетянин. — Заговорил он негромким но своим неизменно чётким, правильным голосом, подтягиваясь. — Разрешите представиться: капитан космического флота цивилизации гиттов Валлиолет Лампарт. — Он резко кивнул головой.

Ирна немым взглядом уставилась в протянутую карточку.

— Здесь очень высокий уровень. — Продолжил говорить Валл'Иолет. — Он твой.

— Ты... Ты... Ты... — Ирна попятилась и остановилась, лишь когда её спина во что-то упёрлась. — Ты решил, что я вещь и меня можно купить? Да за это... За это.. Жизнью платят! — Выкрикнула она и с такой силой швырнула спейс на пол, что звонко пискнув, он разлетелся на несколько частей.

— Тогда я предлагаю себя, в качестве платы. — Продолжил говорить Валл'Иолет негромким спокойным голосом, опуская руку с карточкой. — Можешь делать со мной, что пожелаешь: сдай службе безопасности, сама убей, или найми кого-либо. Здесь хватит на любого наёмника. — Он вновь протянул карточку Ирне. — Твоё право.

— Ну уж нет. — Глаза Ирны сверкнули. — Это слишком лёгкая для тебя смерть. — Она помахала перед лицом Валл'Иолета указательным пальцем. — Я пойду с тобой в эту экспедицию. Я буду жить с тобой в одной каюте. Я буду есть с тобой из одной тарелки. Буду спать с тобой на одной кровати. Но только попробуй дотронуться до меня... — Она ткнула тем же указательным пальцем себе в грудь. — Я собственными руками вырежу твои вонючие внутренности и развешу их по твоей каюте.

— Как пожелаешь. — Дёрнув плечами, Валл'Иолет спрятал карточку уровня в карман курточки. — Надеюсь, у тебя это получится.

— Жди за дверью! — Ирна вытянула руку в сторону дверного проёма. — Я соберу вещи.

Повернувшись, Валл'Иолет вышел из комнаты и остановился за дверью.

— На лестничной площадке! — Выкрикнула Ирна.

Валл'Иолет подошёл к двери, через которую Ирна впустила его в квартиру и остановился, рассматривая периметр вокруг неё, пытаясь найти похожую пластинку, той, которая была снаружи, но ничего похожего вокруг двери не было. Состроив гримасу непонимания, он продолжал и продолжал скользить взглядом вдоль двери.

— Хорошо! Жди здесь! — Раздался у него за спиной голос Ирны. — А то сбежишь ещё. — В её голосе скользнули нотки иронии.

Валл'Иолет перестал водить глазами вокруг двери и уставился в одну точку перед собой...

***

Грудь девушки всколыхнула внутренний мир Валл'Иолета, он глубоко вздохнул и замер, будто получил удар парализатора. Что было дальше он и сам не понимал, так как перестал контролировать свои действия, будто кто-то неведомый, спавший в нём долгие годы, вдруг проснулся и захватил контроль над его разумом.

Высвободив свое поле, он легонько коснулся им мозга Ирны — ноги девушки подкосились и она начала падать. Валл'Иолет едва успел подхватить её на руки.

Подняв девушку он, он закрутился с ней на руках, пытаясь сориентироваться, куда бы её положить. Перед ним были два дверных проёма. Шагнув к одному из них, он заглянул внутрь — это был средних размеров светлый зал, но ничего похожего на спальную платформу в нём не было. Тогда он шагнул к другому проёму. Этот зал был выполнен в светлых зелёных тонах. Около одной из стен стояла спальная платформа, около которой стоял небольшой столик. Напротив платформы стоял светлый шкаф.

Протиснувшись в дверной проём, Валл'Иолет подошёл к спальной платформе и положив на неё девушку, склонился над ней, пытаясь понять, насколько глубоко она впала в транс и нужно ли её приводить в чувство или она придёт сама. Его взгляд упал на расстёгнутые застёжки её платья. Он взялся за одну из них, пытаясь понять, как её можно застегнуть — Ирна, вдруг, шевельнулась и подалась назад, платье на её груди приподнялось и Валл'Иолет вновь увидел её прекрасную грудь. Его дыхание остановилось, он поднял взгляд на Ирну и утонул в её огромных глазах.

Происходившее дальше, он уже не контролировал: будто кто-то неведомый вновь перехватил управление его разумом и направлял его действия, согласно своей прихоти.

Очнулся Валл'Иолет, когда всё было закончено. Ещё толком не осознавая произошедшее, он поднялся, надел брюки, обулся и усевшись на край спальной платформы, обхватил голову руками. Реальность произошедшего загнала его в тупик, из которого он не видел выхода. Единственное, что он понимал — его дальнейшая судьба на этой планете, теперь целиком и полностью зависела от Ирны. Всё другие мысли покинули его разум — в голове была пустота.

Вывел его из забытья громкий, резкий голос Ирны. Он не знал, как поступают в подобных случая гиттские мужчины и потому решил действовать, согласно первым же, появившимся у него мыслям. Но Ирна сама выбрала ему дальнейшую стезю жизни, которая его полностью устраивала.

***

Прошло достаточно много времени, когда за спиной Валл'Иолета раздался громкий шум. Он повернулся — из одного из дверных проёмов выходила Ирна, держа в каждой руке по большой сумке.

— У вас не принято помогать женщинам? — Произнесла она, бросая сумки на пол коридора.

Валл'Иолет молча подошёл к сумкам, взял их — они оказались не тяжёлыми, но габаритными и ему пришлось основательно подёргаться, пока он развернулся с ними в коридоре. Подойдя к двери, он замер.

— Решили остаться? — Раздался через несколько мгновений за спиной Валл'Иолета насмешливый голос Ирны.

— Я не знаком с вашими дверными механизмами, а разрушать его своим полем, не хочу. — Ответил Валл'Иолет, не принимая во внимание насмешку Ирны.

— Жа-аль! — Протянула Ирна и кое-как протиснувшись мимо одной из сумок, ткнула во что-то рукой и толкнув дверь, вышла в коридор. — Прошу! — Она провела рукой от дверного проёма наружу.

Валл'Иолет вышел в коридор и направился к лифту. Через несколько мгновений за его спиной застучали каблуки обуви девушки. Перед дверью лифта, он остановился.

— Неподвластны наши замки чужому разуму. — Раздался всё тот же, шутливый голос Ирны.

Из-за спины Валл'Иолета выскользнула женская рука и её палец устремился в сторону белой клавиши, около двери лифта. Решив, всё же доказать гитте, что её суждения о чужом разуме ошибочны, Валл'Иолет мгновенно высвободил своё поле и всю его мощь вонзил в панель, на которой белела клавиша управления двери лифта — раздался треск и из-под клавиши выплеснулся сноп ярких искр.

— О-о-й-й!

Донёсся рядом с Валл'Иолетом громкий возглас и рука девушки дёрнувшись назад, исчезла из его поля зрения. Как бы нехотя, будто стоявшие перед ней потенциальные пассажиры были нежелательны для транспортировки, двери лифта медленно скользнули в стороны.

— Это не я! — Выкрикнула Ирна.

Усмехнувшись, Валл'Иолет шагнул внутрь и развернулся лицом к двери. Вошедшая следом Ирна, ткнула в нижнюю клавишу на стене лифта. Лифт дёрнулся и свет в нём погас, но двери остались открыты. Ирна постучала пальцем по этой же клавише, но никакого эффекта это не возымело.

— Сломался. — Раздался её тихий голос.

Валл'Иолет молча дёрнул плечами.

— И что же теперь? — Ирна осторожно нажала на другую клавишу, потом на следующую, на следующую и через мгновение уже барабанила по всем клавишам подряд. — Да что же это...

— А можно каким-то другим способом оказаться внизу? — Поинтересовался Валл'Иолет.

— По лестнице. — Не оборачиваясь, заговорила Ирна. — Но лестница на один этаж с одной стороны коридора, на следующий — с другой. Даже не представляю, какой идиот так спроектировал дом. Самого бы заставить побегать.

— И часто приходится бегать?

— Мне впервые.

— Зачем же тогда проклинать конструктора?

— Чтобы в следующий раз думал, тем местом, которое для этого и предназначено, а не другим. Мог бы предусмотреть второй лифт.

— Это могло быть не рационально, потому и не предусмотрел. Как я понимаю, лифт не скоро будет приведён в действие и нам, всё же, придётся пойти по лестнице.

— Хорошо!

Ирна отвернулась от панели с клавишами и выйдя из лифта, быстро пошла по коридору. Валл'Иолет направился следом.

Когда они оказались внизу, Валл'Иолет чувствовал себя несколько уставшим, так как беготня по коридорам и спуск по узким лестничным межуровневым переходам, по которым, из-за габаритных сумок ему приходилось идти боком, его измотали не столько физически, сколько морально и прыгая по ступенькам, он не раз отправлял нелестные мысли в адрес гиттов, нежелающих жить в личных усадьбах, а лезущих в облака. У него на лбу даже выступила небольшая испарина.

Капитана Тарова они застали прохаживающимся по тенистой алее вокруг дома — благодаря тому, что в момент их появления его путь проходил неподалёку, он увидел их первым и подойдя, вытянул руки в сторону сумок.

— Разрешите, господин капитан.

— Мне нужен тоник. — Произнёс Валл'Иолет, с удовольствием разжимая руки.

— В левете есть сок аппы. — Ответил Таров.

— Хорошо! — Валл'Иолет согласно кивнул головой и повернувшись, зашагал в сторону левета.

Поставив сумки в багажное отделение, Таров протянул Валл'Иолету баночку с напитком.

— Ваш сок, господин капитан.

Открыв баночку, Валл'Иолет, не отрываясь выпил прохладный напиток, который заметно взбодрил его.

— Популярный тоник. — Произнёс он, крутя головой, ища, какой-либо утилизатор, на ничего похожего нигде не наблюдалось. — Куда её? — Поинтересовался он, останавливая свой взгляд на Ирне.

— В карман! — Губы Ирны вытянулись в широкой ухмылке. — Предложить глоток женщине у инопланетян не принято? Вместе, ведь, шли.

Валл'Иолет так плотно сжал зубы, что его выступающие скулы на лице, стали видны ещё отчётливее. Ему и в голову не могла прийти такая мысль — предложить ей тоник из своей баночки. Такого поступка он никогда в своей прошлой жизни не совершал, даже для Ир'Инны, хотя он, вдруг, вспомнил, что дома Ирна наливала им тоник из одной и той же ёмкости. Видимо подобные поступки имели место у гиттов. Он поревёл взгляд на Тарова.

— А ещё... — Валл'Иолет протянул Тарову пустую баночку.

Капитан гиттов взял пустую баночку и повернув вверх дном, щёлкнул по нему ногтем указательного пальца. Донеслось лёгкое шипение. Резко взмахнув рукой, капитан бросил баночку под ближний шарообразный куст

— Через несколько часов она растворится. — Произнёс он и его освободившаяся рука, скрылась в багажном отделении левета, но через мгновение уже появилась с новой баночкой.

Взяв её, Валл'Иолет протянул напиток Ирне.

— Я, не просила! — Ирна отмахнулась от напитка.

Состроив гримасу, Валл'Иолет протянул баночку Тарову.

— Извини! — Процедил он, едва разжимая зубы.

Дёрнув плечами, Таров взял баночку, открыл её, выпил содержимое и щёлкнув пальцем по донышку, швырнул её под другой куст и закрыв багажное отделение, замер в ожидании.

— Так и будем стоять. — Первой нарушила молчание Ирна. — Я устала.

Шагнув к боковой двери, Таров нажал на защёлку и дверь скользнула вверх.

— Прошу вас, госпожа Шарова. — Таров отступил в сторону и вытянул руку в образовавшийся проём.

— Прошу, господин Валл'Иолет. — Чётко произнесла Ирна настоящее имя Валл'Иолета, вытягивая руку в проём.

Валл'Иолет молча шагнул к креслу, которое стояло рядом с креслом пилота.

— Нет, нет, господин Валл'Иолет. — Ирна шагнула к левету и положила руку на кресло заднего ряда. — Сюда! Теперь мы всегда и везде будем рядом. Не забывайте об этом.

Так же молча, Валл'Иолет шагнул к указанному креслу и усевшись, откинулся и прикрыл глаза — Ирна, вдруг, стала чересчур назойливой и переступила через приемлемый для него рубеж общения, который его никак не устраивал и который требовал тщательного осмысления.

Левет качнулся и пошёл вверх. Руки Валл'Иолета что-то коснулось. Он открыл глаза — на его руке лежала рука Ирны.

— Чтобы тебе не было скучно, я буду твоим гидом. Буду рассказывать о нашей прекрасной планете.

Заговорила Ирна, начав обращаться с ним на ты, с чем Валл'Иолет не был против, но он не привык, чтобы ему указывали на порядок его поступков женщины и оказался не готов к такой перемене и зная причину, не знал, как ему поступать и потому промолчал, решив о наступившей перемене в своей жизни поразмышлять, как-нибудь, оставшись наедине с собой.

Мой город называется Минтар. — Продолжала говорить Ирна. — Здесь, до эпохи объединения народов, было небольшое государство, которое населяли минтары. Мои далёкие предки были минтарами и я — минтара.

— Я тоже минтар. — Раздался голос капитана гиттов. — Извините!

Вот откуда он хорошо знает город. Тут же всплыла у Валл'Иолета догадка. Не исключено, что они и знают друг друга. Хотя: их встреча тогда была бы несколько иной.

Валл'Иолет перевёл взгляд на окно — левет медленно шёл над островерхими крышами домов.

— В Минтаре проживает около пятнадцати миллионов жителей. — Продолжила говорить Ирна. — Тебе тоже здесь понравится и несомненно, ты захочешь стать одним из нас.

— Я уже зарегистрирован в Арктаре. — Произнёс Валл'Иолет отворачиваясь от окна.

— Хм-м! Вот значит где. — Раздался громкий возглас Ирны. — Но это не проблема исправить.

— А жить я хочу в своём доме, на своей усадьбе. И не иначе.

— Архаизм жизни люпий выветрится не скоро...

Валл'Иолет прикрыл глаза и постарался отстроиться от голоса Ирны. Голос девушки начал стихать, будто удаляться и вскоре превратился в едва слышимый шелест листьев, в которых заблудился лёгкий шаловливый ветерок.

И в зале управления она будет теперь надоедать? Поплыли у него беспокойные мысли. Это недопустимо. В каюте пусть делает что хочет, но в зале управления нет. Однозначно. Её там быть не должно. Чтобы она ни пыталась делать. А её угроза серьёзна или лишь вспышка эмоции? Да нет, навряд ли она сможет сделать такое. Ножом убить человека не так просто. Даже врага. Одно дело на расстоянии, не видя его лица. А смотря ему в глаза, нужно иметь ледяное сердце или не иметь его, вовсе. Смог бы я убить, смотря в глаза? Не знаю. Его губы вытянулись в лёгкой усмешке. Хотя, если поставить перед выбором — кто-кого...

Голова Валл'Иолета склонилась на бок...

Валл'Иолет открыл глаза — его взгляд упирался в стекло, за которым стремительно проносились белые клочковатые облака. Он повернул голову в другую сторону — в соседнем кресле, боком, забравшись в него с ногами и свернувшись, спала Ирна. Валл'Иолет подался вперёд и просунул лицо между кресел переднего ряда — Таров сидел откинувшись в кресле и его руки лежали не на штурвале, а на подлокотниках. Валл'Иолет поморщился — он себе никогда не позволял сна, сидя за штурвалом.

— Далеко ещё? — Поинтересовался он негромким голосом, одновременно стараясь и разбудить капитана гиттов, и не разбудить Ирну, надеясь что от его негромкого голоса она не проснётся.

— Полпути. — Тут же пришёл односложный ответ, показывая, что Таров выполняет свои обязанности исправно.

Валл'Иолет опять откинулся в кресле и вновь углубился в размышления, пытаясь выработать план предполётного осмотра весспера, хотя диагностика никаких сбоев в работе его систем не находила.

Функциональность штурвала восстановилась, что, несомненно, придаст достаточную уверенность в пилотировании корабля; о восстановлении защитного поля, скорее всего придётся забыть, гиты ещё не доросли до него, так же как и о полноценном функционировании спиралонового излучателя, но профилактический осмотр не помешал бы, всё же десять лет достаточно долгое время, хотя песок внутри корабля и не наблюдается, но его неожиданное появление в пространстве, совсем нежелательно. Размышлял он. Да и нужно бы начинать учить управлению весспером одного-двух гиттов. А это лучше всего начинать с профилактики.

Валл'Иолета вывел из размышлений толчок в локоть. Он повернул голову — Ирна уже нормально сидела в кресле, повернув голову к нему и уставившись в него своими большими тёмными глазами.

— Я полпути рассказывала в пустоту. — Заговорила она, явно, возмущённым голосом. — Весь запас своего красноречия истратила.

— Извини! — Валл'Иолет постарался улыбнуться, но увидев, как лицо Ирны начало искажаться гримасой, тут же подавил улыбку. — Я, кажется, уснул.

— Я это поняла. И рассердилась. — Ирна отвернулась и уставилась в окно рядом с собой, но через несколько мгновений опять повернула голову в сторону Валл'Иолета. — Скоро будет темно. Бессонная ночь мне обеспечена.

— Почему? — Валл'Иолет вскинул брови.

— Потому что, благодаря тебе, я уже выспалась.

— Повторишь то, что я не услышал здесь. Время и станет незаметным.

— Спасибо — нет! — Ирна отвернулась от Валл'Иолета. — Господин офицер, долго нам ещё ползти? — Громко произнесла она в спинку кресла, в котором сидел капитан гиттов.

— Около часа. Внизу уже поздний вечер. Потому я и держусь над облаками.

Ирна откинулась в кресле и отвернувшись к окну, умолкла. Валл'Иолет тоже отвернулся к окну рядом с собой и выпрямился лишь, когда левет пошёл вниз и за окном начало стремительно темнеть.

Когда левет коснулся своими короткими опорами-лыжами посадочной площадки, было уже заполночь. Около, освещённого прожектором, трапа весспера стояли два десантника, подтянувшиеся, как только капитан гиттов выпрыгнул наружу. Дождавшись, когда он выставит из багажного отделения левета сумки, Валл'Иолет, взяв их, неторопливо поплёлся по трапу: торопиться было некуда, спать не хотелось.

К его удивлению, ангар почти весь был заставлен разновеликими контейнерами. Поднявшись на второй уровень, Валл'Иолет дошёл до каюты капитана и поставив сумки перед дверью, повернулся к Ирне.

— Откроешь — будешь отдыхать в каюте, нет — в коридоре. Я — в зал управления. Твои ящики внизу у трапа. — Обойдя, застывшую с полуоткрытым ртом девушку, он быстро зашагал в сторону зала управления.

Никаких изменений в зале управления не было. Усевшись в своё, неизменное кресло, Валл'Иолет, отработанным до безусловного рефлексоризма взглядом, провёл по экрану спор и не увидев ничего, что могло бы привлечь его внимание откинулся в кресле и прикрыл глаза. Спать не хотелось, думать — тоже...

Из забытья его вывело лёгкое дуновение воздуха. Он открыл глаза и приподнял голову — рядом с креслом стояла Ирна.

— А ты неплохо пристроился. — Произнесла она с явным негодованием. — Я уже устала торчать перед твоей дверью и тыкать в неё рукой. Я уже охрипла от бесконечного повторения своего исковеркованного имени.

— Мне нечего добавить к сказанному у двери. — Валл'Иолет вскинул брови. — Если ты вознамерилась жить со мной в одной каюте, то потрудись и научиться открывать её дверь. Здесь... — Валл'Иолет ткнул пальцем в подлокотник. — Тебе нет места.

— Как это? — Ирна состроила гримасу. — Мне везде...

— Это, не обсуждается. — Валл'Иолет покрутил головой. — Да же, если я увижу свои внутренности в твоих руках.

Ирна сдвинула брови. Её лицо сделалось серьёзным.

— Хорошо! — Заговорила она после длительного молчания. — Я уступаю. Здесь мне, действительно, делать нечего, так как у меня нет никакого желания тыкать пальцами в эти клавиши. -Она махнула рукой над пультом управления. — Да и при виде звёзд, я не замираю от восторга. Но это будет моей единственной слабостью. А сейчас, пожалуйста, открой дверь каюты. Я очень устала, хочу пить и хочу отдохнуть в нормальных условиях, а не на полу коридора.

Валл'Иолет молча поднялся и выйдя в коридор, быстрым шагом дошёл до каюты капитана и ткнул рукой в пластинку идентификации — дверь скользнула в сторону. Войдя в каюту, он подошёл к холодильному шкафу, достал две баночки с тоником и поставив одну на стол, вышел из каюты и так же молча пройдя мимо, подходившей к каюте, Ирны, опять направился в зал управления.

Вновь заняв своё кресло, он открыл баночку, выпил тоник и бросив пустую емкость в утилизатор под пультом управления, откинулся в кресле и уставился в одну точку экрана спор. Никаких мыслей не было...

***

Гитты появились, вместе с восходом солнца. По экрану спор скользнули несколько леветов, среди которых был и красный, и исчезли в его нижней части. Валл'Иолет поднялся и встряхнувшись, будто сбрасывая с плеч осевшую на них за ночь пыль, направился в ангар и едва оказался там, как из проёма люка трапа показалась голова Вирта. Валл'Иолет шагнул к нему.

— Здравствуйте, господин Лампарт. — Вирт вытянул руку в сторону Валл'Иолета, но увидев, что руки капитана остались на месте, состроив гримасу губами, опустил её. — Я рад, что госпожа Шарова будет участвовать в экспедиции. — Продолжил говорить он. — Надеюсь, что вскоре вы познакомитесь и с остальными членами экспедиции. Сейчас я хотел бы проконсультироваться по поводу размещения этих контейнеров. — Он провёл рукой перед собой. — Без вас мы не решились...

— Мне нужен пилот. Я хочу познакомить его с вес... — Щека Валл'Иолета нервно дёрнулась. — С кораблём. Он должен почувствовать его. Другие мне неинтересны.

— Ваш вчерашний пилот в Минтар, капитан Корт Таров и будет пилотом корабля. — Вирт дёрнул плечами. — Это один из лучших офицеров космического флота цивилизации. Надеюсь, он вам понравился.

— Если ненавязчивость будет при нём всегда, мы сможем терпеть друг друга. Где он?

— Внизу.

Валл'Иолет шагнул в сторону, намереваясь обойти Вирта и спуститься на посадочную площадку.

— И всё же, господин Лампарт. Я прошу у вас консультацию по поводу размещения контейнеров. — Несколько повысив голос, произнёс Вирт.

Валл'Иолет остановился.

— В чём проблема? — Не поворачивая головы, я явным недовольством, заговорил он. — Размещайте что хотите, где хотите и как хотите. Где нельзя размещать, я озвучил. О креплении, уже сказал. Добавить мне нечего.

— Мы хотели бы разместить оборудование в ангаре, а продукты и личные вещи в жилом отсеке, но лестница очень узкая. А таскать упаковками весьма нетехнологично. Согласитесь? Может есть какой-то загрузочный люк вверху.

— Странно, что ты не увидел платформу. Иди за мной!

Повернувшись, Валл'Иолет направился в дальний конец ангара, лавируя между контейнерами. Напротив одного из дверных проёмов он остановился и молча вытянул в него руку. Вирт вошёл внутрь комнаты. Сунув внутрь лишь руку, Валл'Иолет, не глядя, ткнул пальцем в одну из клавиш — пол комнаты, вместе с Виртом, пополз вверх. Повернувшись, Валл'Иолет пошёл прочь, не обращая внимания на вопли Вирта.

Внизу, около трапа стояли десятка полтора гиттов и гитт. Среди них Валл'Иолет увидел и вчерашнего пилота левета. Оставляя без внимания приветствия, он подошёл к Тарову, который заметно подтянулся и кивнул головой, приветствуя капитана инопланетного корабля.

— Торв, если не ошибаюсь. — Произнёс Валл'Иолет.

— Таров. Корт Таров. Надеюсь, вы меня будете звать, просто — Корт. — Капитан гитов резко кивнул головой.

— Я покажу тебе корабль. Иди за мной. — Чётко и правильно выговаривая слова, произнёс Валл'Иолет и повернувшись, пошёл к хвосту весспера.

— Учить тебя языку своей цивилизации я не намерен. — Заговорил Валл'Иолет, останавливаясь около последней опоры в хвосте весспера. — В этом нет смысла, так как ваши корабли будут иметь информационное поле на вашем языке, а этот корабль скоро уйдёт в небытие и потому запоминай, всё, что я буду говорить и показывать. Мы будем проводить вместе очень много времени и если ты будешь таким же ненавязчивым, как и вчера, проблем у нас не будет.

— Да, господин капитан! — Таров кивнул головой.

— Это один из самых быстрых кораблей тех цивилизаций, которые я знаю. — Валл'Иолет взмахнул рукой над своей головой — его скорость около двенадцати скоростей света. Изначальным сырьём для его генератора движения служит криил — обогащённый красный песок. Красный песок достаточно редок и вашей цивилизации, ещё предстоит найти планету с ним. Это нелёгкая задача.

— У нас есть шанс? — Поинтересовался Таров.

— Шанс всегда есть, нужно только использовать его правильно. Корабль модульной конструкции: генераторный модуль и модуль управления. — Валл'Иолет два раза ткнул рукой в разные части весспера. — Генераторный модуль имеет более простую защиту, но достаточно надёжную. Модуль управления защищён очень хорошо... — Валл'Иолет надолго умолк. — А стоит ли... — Наконец вновь заговорил он. — Пойдём в зал управления. — Повернувшись, он быстрым шагом направился к трапу.

В зале управления Валл'Иолет занял своё кресло и махнул рукой в сторону соседнего.

— Садись! Это будет твоё кресло. Для тебя существует одно правило, которое ты должен соблюдать неукоснительно — никогда, ни при каких обстоятельствах ты не должен занимать моё кресло. Наказание будет очень неприятным для тебя, даже жестоким. Я понятно сказал?

— Да, господин капитан! — Таров в очередной раз кивнул головой. — Я могу сесть?

Валл'Иолет, вскинув брови, посмотрел на капитана гиттов долгим взглядом. Затем шумно выдохнул.

— Старайся всё понимать с первого раза. — В голосе Валл'Иолета заскользили жёсткие нотки. — Не заставляй меня повторяться. Я этого, не терплю и делать, не буду.

— Да, господин капитан!

Таров резким движением занял кресло и повернулся с ним к пульту управления. Его голова задёргалась, вслед за взглядом, осматривающим пульт управления и чем дольше он на него смотрел, тем выше поднимались его брови. Наконец он повернул голову в сторону Валл'Иолета.

— Мне разрешается говорить или только слушать? — Поинтересовался он.

— Говори!

— Всвязи с тем, что здесь, сравнительно, немного клавиш и панелей для управления... — Он провёл руками над пультом управления. — Я подозреваю, что есть что-то ещё, несущее в себе более насыщенную составляющую управлением корабля?

— Терминал... — Валл'Иолет ткнул пальцем в экран терминала и он расцветился несколькими рядами разноцветных прямоугольников. — Несёт в себе основную информационно-управленческую составляющую корабля. На нём отображается вся, имеющаяся на борту информация.

Он ткнул в один из прямоугольников и экран терминала покрылся рядами других прямоугольников. Ещё один тычок и прямоугольники стали другими и наконец, после следующего тычка экран покрылся разноцветьем графиков и диаграмм.

— Экран потребления энергии узлами корабля от начала сегодняшнего дня. Самым энергоёмким узлом сейчас является ангар... — Валл'Иолет ткнул пальцем в один из графиков и тот мгновенно вырос на весь экран. — И зал управления. — Он ещё несколько раз ткнул в экран и график сменился.

— Извините, господин капитан. — Заговорил Таров. — Вы очень быстро манипулируете сенсорной панелью терминала и я не в состоянии достоверно отследить ваши манипуляции. Я прошу разрешить или снимать ваши манипуляции стерео, чтобы потом я мог просмотреть информацию или зарисовывать экраны, с расшифровкой информационных полей. Второй вариант более утомительный, но более предпочтительный.

— Терминал имеет более десяти тысяч информационных полей. — Валл'Иолет вскинул брови.

— Насколько мне известно, наша экспедиция будет длиться около года. — Таров натянуто улыбнулся.

— Как пожелаешь. — Валл'Иолет дёрнул плечами. — Тем более, что у меня нет желания, чтобы на меня непрерывно пялился чей-то зрачок. Пусть даже это и механизм.

— В таком случае, разрешите мне сходить за альбомом и грифелями.

— Надолго?

— Вниз! Я уже всё приготовил.

— Хорошо! — Валл'Иолет поднялся и направился к выходу.

Оказавшись в коридоре, он направился к своей каюте. Подойдя к двери, он остановился и высвободив своё поле, постарался аккуратно проникнуть им через дверь. Это, в какой-то степени удалось: за дверью отчётливо ощущалось неспокойное биополе Ирны, которое постоянно перемещалось — Валл'Иолет уже хорошо знал её биополе, но чем она занималось, было непонятно. Вздохнув, он спрятал своё поле и дотронулся ладонью до пластинки идентификации — дверь скользнула в сторону.

Ирна стояла к двери боком, что-то держа в руках. Она была лишь в нижнем белье. Видимо, почувствовав, что дверь открылась, она повернула голову в её сторону. Вещь тут же выпала из её рук и она прижала руки к груди.

— Стучаться надо! Я не одета! — Произнесла она резким, сердитым голосом.

Валл'Иолет шагнул внутрь и дотронувшись до пластинки идентификации, закрыл дверь.

— Это твои проблемы. — Заговорил он спокойным голосом. — Я пришёл в свою каюту, чтобы привести себя в порядок. И впредь, буду приходить сюда, когда это мне будет нужно.

Повернувшись, он направился в санационную. Приведя себя в порядок, он вышел в холл. Ирна, уже одетая, сидела в кресле, уставившись в него немым взглядом своих больших глаз. Валл'Иолет подошёл к холодильному шкафу и достав из него две баночки с тоником, и какие-то две упаковки, одну баночку и упаковку поставил на стол и открыв другую баночку и разорвав упаковку, неторопливо съел её содержимое, запивая тоником, затем шагнул к шкафу-утилизатору и бросив в его приёмник пустые баночку и упаковку, повернулся к Ирне.

— Вирт уже сказал, что он будет руководителем вашей экспедиции. Я не знаю какой статус они определят в ней в тебе, но мне он и не интересен. Сюда пригласил тебя я и другого знать — не хочу. — Он покрутил головой. — Пищевые брикеты и тоник в холодильнике. Я не знаю, приемлема ли тебе моя пища, но другого предложить ничего не могу. Это утилизатор. — Он взмахнул подбородком в сторону шкафа, в который сунул баночку из-под тоника и упаковку. — Мне нужен лишь минимум из продуктов, который у меня есть, но если ты сможешь предложить что-то другое — не откажусь. Кухонной утвари у меня нет, так что позаботься о ней сама. Возможно, что-то есть на кухне. Я в зале управления и когда приду — не знаю.

Валл'Иолет шагнул к двери и приложил ладонь к пластинке идентификации. Дверь скользнула в сторону. Он шагнул в образовавшийся проём.

— Оставь дверь открытой! — Раздался голос Ирны.

— Я не привык жить за стеклянными стенами. — Заговорил Валл'Иолет, останавливаясь в проёме, но не оглядываясь. — Я заблокирую проверку подлинности, видимо, ты не исправима. Но если кто-то, кроме тебя, без моего согласия, войдёт в каюту, будет жестоко наказан и я вновь поставлю дверь на идентификатор.

Шагнув в коридор, он ткнул ладонью в пластинку идентификации и не оглядываясь, направился в зал управления.

Корт уже был там и сидя в своём кресле, что-то вычерчивал в лежащем у него на коленях альбоме, бросая частые взгляды на пульт управления.

Валл'Иолет сел в своё кресло и начал молча тыкать пальцами в экран терминала. Таров было начал что-то быстро зарисовывать в альбоме, но вскоре его рука с грифелем замерла и он лишь смотрел, не моргая, за бегом пальцев Валл'Иолета по экрану терминала.

Найдя экран управления дверями каюты капитана, Валл'Иолет отменил запрос доступа и вернув экран терминала в начальное состояние, скользнул привычным взглядом по экрану спор и не увидев снаружи ничего, что могло бы угрожать вессперу, опустил взгляд на экран терминала.

— Это первый экран. — Заговорил он, неизменно, чётко и правильно произнося слова. — На нём отображаются главные узлы корабля...

Прошло несколько часов неторопливого монолога Валл'Иолета, прежде, чем он повернул голову в сторону капитана гиттов.

— Сколько экранов я описал? — Поинтересовался он.

— Двадцать девять, господин капитан. — Ответил Таров, отрывая голову от альбома.

— Ты с закрытыми глазами должен манипулировать, с не менее тремястами экранов. На сегодня достаточно. Определись с каютой, чтобы я не искал тебя по всему кораблю. Завтра в тоже время. — Валл'Иолет поднялся и вытянул руку в сторону выхода. — Прошу!

Глубоко и протяжно вздохнув, Корт Таров захлопнул альбом и поднявшись, направился из зала управления. Выйдя за ним, Валл'Иолет приложил руку к пластинке идентификации. Выскользнувшая из стены дверь отгородила их от зала управления. Повернувшись, Валл'Иолет направился в сторону своей каюты, но едва сделал пару шагов, как раздавшийся за спиной возглас заставил его остановиться.

— Господин Лампарт!

Валл'Иолет оглянулся — по коридору, в его сторону, шли Вирт, Ирна и ещё одна женщина. Он повернулся к ним.

— Господин Лампарт. — Заговорил Вирт, останавливаясь напротив Валл'Иолета. — Мы хотели поинтересоваться кухней на корабле. Какая у вас есть утварь, агрегаты для приготовления пищи и можно ли приспособить под корабельную сеть наши кухонные комбайны? Эти женщины: госпожа Ирна Шарова... — Вирт указал рукой на Ирну. — И госпожа Таис Тийе. — Он показал на другую женщину, выглядевшую несколько старше Ирны, но, несомненно, будучи более привлекательной: высокой, с круглым каштановым лицом, тёмными блестящими глазами, яркими губами и пышной копной средней длины чёрных волос. — Любезно согласились готовить еду всему экипажу на время экспедиции.

Молча дёрнув плечами, Валл'Иолет повернулся и зашагал по коридору в другую сторону.

Кухня на весспере была очень маленькой и предполагала одновременное нахождение в ней всего двух человек и потому четверо в ней, едва поместились. Посреди кухни стоял небольшой столик с двумя креслами. Пройдя к стене напротив двери, Валл'Иолет, повернувшись сильно, толкнул плечом остановившегося позади него Вирта, который сделал шаг назад и налетел на Таис и так сильно толкнул её, что она, не удержавшись на ногах вывалилась из кухни и оказалась в коридоре на полу. Вирт бросился к ней и помог подняться. Поднявшись, девушка, скорчив болезненную гримасу, принялась гладить свой правый локоть.

— Тебе здесь нет места. — Заговорил Валл'Иолет, уставившись в начальника экспедиции.

— Но у меня есть много вопросов к вам, господин Лампарт. — Вирт, подняв плечи и разведя руками, покрутил головой.

— Жди в коридоре! — Валл'Иолет отвернулся от Вирта и провёл рукой вдоль стены кухни утыканной разновеликими дверцами. — Штатно, экипаж корабля составляет четыре человека, которые дежурят парами и потому кухня спроектирована для двоих. — Принялся объяснять он. — На этой панели смонтированы все необходимые аппараты для приготовления пищи: можно выпечь хлеб... — Он открыл одну из дверок. — Приготовить мясные блюда... — Он открыл другую дверку. — Поджарить... Запечь... Разогреть... Остудить... — Говорил он, хлопая дверками. — Каждый шкаф... — Он открыл и закрыл все дверки стены и провел пальцем рядом с одной из них и вслед за пальцем засветился ряд индикаторов. — Имеет панель управления, с помощью которой можно задать ту или иную программу приготовления пищи. — Он вновь провел пальцем рядом с той же дверкой и индикаторы погасли. — Откровенно говоря: я умею пользоваться лишь двумя аппаратами. — Он ткнул пальцем в две дверки. — Подогрев и охлаждение. Другие в своей жизни даже и не включал никогда. Здесь... — Он повернулся и провёл рукой вдоль другой стенки кухни, тоже утыканной дверками, но гораздо больших размеров. — Холодильные камеры. — Он открыл одну из дверок, за которой оказались полки, заполненные какими-то упаковками. — Здесь... — Он закрыл дверку и провёл пальцем над ней. — Панель управления камерой. Если перевести показания индикаторной панели на ваш язык, то в камере сейчас шесть единиц холода. — Он повернулся в другую сторону и провёл рукой вдоль третьей стенки, с ещё одними рядами разновеликих дверок и открыл одну из них, за которой оказались полки с предметами похожими на стеклянные кастрюли. — Здесь кухонная утварь. Сами разберётесь. — Он закрыл дверку и повернувшись к девушкам, развёл руками. — Это всё, что я знаю.

— Не разгуляешься. — Заговорила Таис, продолжая потирать локоть. — Либо придётся есть по очереди, либо здесь лишь готовить и потом разносить по каютам.

— Ещё чего. — Ирна состроила гримасу. — Готовить, да. Но пусть сами приходят и: или становятся в очередь в коридоре; или уносят и едят, кому, где нравится.

— Никто, нигде, кроме кухни есть не будет. — Заговорил, стоящий за проёмом двери, Вирт. — Установим очерёдность.

— Одному достаточно и десяти минут, а другому и полчаса мало. — С усмешкой в голосе произнесла Таис.

— Регламентируем какое-то среднее время: пятнадцать-двадцать минут, например. Не уложился — твои проблемы. — Строгим голосом произнёс Вирт.

— Регламентируйте.

Валл'Иолет сделал шаг в направлении выхода, но на пути оказалась Таис и он, остановившись, уставился в неё немигающим взглядом.

— Господин Лампарт! — Заговорила Таис приятным высоким голосом. — Вы научите нас своему языку?

— Нет! — Валл'Иолет резко мотнул головой.

— Но как же, тогда, мы разберёмся в программах ваших кухонных агрегатов? — Брови Таис выгнулись высокими дугами.

— Поинтересуйтесь у пилота.

— Он уже знает? — На лице Таис отобразилось удивление.

Больше ничего не сказав, Валл'Иолет сдвинул брови. Схватившись за голову, Таис попятилась и около двери, став боком, пропустила Валл'Иолета, но едва он оказался в коридоре, как перед ним вырос Вирт.

— Господин Лампарт! — Вирт приподнял руку, будто хотел дотронуться до Валл'Иолета, но тут же опустил её. — Я хотел поинтересоваться каютой оказания медицинской помощи. Есть ли такая на корабле и какое там оборудование?

— Это спортивный зал.

Повернувшись, Валл'Иолет шагнул к следующей двери коридора и ткнул ладонью в пластинку. Дверь скользнула в сторону. Он вытянул руку в проём.

— Здесь достаточно различных тренажёров, чтобы во время экспедиции экипаж чувствовал себя в прекрасной форме.

Он прошёл к следующей двери и открыв её, шагнул внутрь. Вирт последовал за ним.

Они оказались в небольшой светлой идеально белой комнате. Посреди комнаты стоял узкий стол, рядом два кресла, повёрнутые друг к другу, напротив стеклянная стена за которой виднелись полки с какими-то упаковками, рядом с боковыми стенками стояли две продолговатые полусферы.

— Я всего лишь несколько раз был в медлаборатории. — Заговорил Валл'Иолет с широкой усмешкой на губах. — И совершенно не представляю, что здесь и зачем, да зачем она вообще на ве... — Щека Валл'Иолета дёрнулась. — Единственное, что мне известно... — Он вытянул руку в направлении полусфер. — Это аппараты для реанимации. В них можно создать любые условия для длительного пребывания раненого или заболевшего человека, пока он не будет доставлен на планету, для оказания ему более квалифицированной помощи.

— И всё же, господин Лампарт. — Вирт изобразил на лице нечто, похожее на виноватую улыбку. — Проблема языка вашей цивилизации выходит на первый план. Не изучив его, мы не сможем пользоваться оборудованием корабля. — Он провёл рукой, указывая на оборудование медлаборатории. — А чтобы адаптировать своё оборудование к бортовой энергосети корабля потребуется огромное количество времени, средств и исследований. Мы считаем это напрасной тратой времени. В прежние времена, когда наша цивилизация была многонациональной был разработан аппарат для быстрого обучения языкам межнационального общения. Конечно, сейчас этот аппарат выглядит несколько архаично, но мы готовы на некоторые неудобства и согласны вновь сунуть голову в шлем этого аппарата, лишь бы познакомиться с языком, культурой, технологиями вашей цивилизации.

— Это исключено. — Валл'Иолет резко мотнул головой. — Вопрос с управлением уже решён; вопросы быта могут быть решены госпожой Ирной, если она этого пожелает; вопросы технологий сейчас бессмысленны, а после возврата экспедиции, уверен, тоже будут решены.

— Жаль! — Вирт состроил гримасу.

— Я устал и хочу отдохнуть. — Заговорил Валл'Иолет резким голосом. — Некоторое время не беспокойте меня.

— Хорошо! — Вирт дёрнул плечами. — Пришёл транспортёр под контейнер. Ждать?

— Ждите!

Выйдя из медлаборатории, Валл'Иолет направился в свою каюту.

Ирна уже была там. Едва Валл'Иолет показался в проёме двери, она вскочила с кресла и шагнула ему навстречу.

— Ты голоден? — Поинтересовалась она.

— Нет. — Валл'Иолет мотнул головой. — Но от тоника не отказался бы.

Повернувшись, Ирна подошла к холодильному шкафу и взяв из него тоник, подошла к Валл'Иолету.

— Я умею готовить. Хотя, я этого стараюсь не афишировать, так как не нахожу это занятие очень интересным. — Заговорила она, протягивая ему тоник. — Мои друзья утверждают, что у меня это хорошо получается. Я хочу научиться пользоваться кухонными агрегатами твоей цивилизации. Но языковой барьер мешает этому.

— Сожалею. — Взяв баночку, Валл'Иолет прошёл к креслу, сел, открыл баночку, выпил тоник и поставив пустую баночку на стол, откинулся в кресле. — Корт уже придумал для себя способ, как обойти языковой барьер. Ты умная женщина и у тебя это тоже получится. А сейчас, я хочу отдохнуть.

Поднявшись, он сбросил с себя курточку и направился в комнату для сна...

Проснулся Валл'Иолет от прикосновения. Было темно. Он мгновенно высвободил своё поле и разбросил по сторонам — рядом чувствовалось непонятное биополе. Он шевельнулся. Биополе метнулось в сторону.

— Кто здесь? — Прохрипел он.

— Я-я! — Донёсся протяжный звук, в котором он с трудом узнал голос Ирны.

— Что происходит?

— Я ложусь спать.

— Хаара! — Произнёс Валл'Иолет на языке толлонов. — Почему? Нельзя дождаться ночи? — Перешёл он на язык гиттов.

— Уже ночь.

Валл'Иолет рывком сел, затем поднялся со спальной платформы и тут же почувствовал горячий воздух дыхания девушки, напротив своей груди. Шагнув в сторону, он обошёл Ирну и вышел в холл, который тут же наполнился бледным светом. Приведя себя в порядок в санационной, он оделся и направился к двери.

— Ты куда? — Раздался голос Ирны.

— Пойду посмотрю, что делается на корабле. — Не оглядываясь ответил Валл'Иолет.

— Ночь ведь! — В голосе Ирны послышалось возмущение. — Все ушли отдыхать.

— Я посмотрю, как устроились.

— Они в отеле базы. Здесь же никаких удобств. На корабле лишь мы.

— Что за ерунда. А какие вам нужны удобства?

Валл'Иолет повернулся и увидел стоящую в проёме двери спальной комнаты Ирну, лишь в нижней одежде. Его сердце встрепенулось. Она была прекрасна.

— И как вы намереваетесь обходиться без них в экспедиции? — Заговорил он, когда его невольное возбуждение пошло на убыль. — Где Вирт? Все должны жить здесь. — Он ткнул пальцем в пол. — Привыкать к кораблю. Пока ещё вы не в пространстве. Там сложнее адаптироваться. Я не собираюсь нянчится с вами и при первом же психозе, поверну корабль назад.

— Я могу вызвать на корабль господина Вирта. Выскажешь всё это ему. Я, всего лишь, рядовой член экспедиции и живу здесь. — Ирна подошла к креслу, где лежали её вещи и достав спейс, приподняла его и уставилась в Валл'Иолета. — Так, что? — Поинтересовалась она, после длительного молчания.

— Утром ему сама выскажешь мое негодование.

Повернувшись, Валл'Иолет шлёпнул ладонью по пластинке идентификации и вышел в полутёмный коридор.

Что за легкомысленное отношение к экспедиции? Они, несомненно, должны жить здесь, чтобы адаптироваться к замкнутому пространству. С досадой размышлял Валл'Иолет механически шагая по коридору. Мне понадобилось не меньше года, чтобы свыкнуться с безмолвием пространства и такими скоростями. К тому же у нас тысячелетние традиции. А они? Ещё нос ни разу не высовывали дальше своей системы, а ведут себя, будто старожилы. Нет! Не буду я их нянькой. Пусть только пискнет кто-то — мгновенно все будут дома.

Осознав, что стоит около открытой двери, он заглянул внутрь — это был зал управления. Развёрнутый в стандартном режиме экран спор был чёрен и лишь его верхняя часть была усеяна блёстками звёзд. Валл'Иолет попытался найти среди них звёзды своего пространства, так как был уверен, что некоторые из них видны, но его старание оказалось безуспешным — это были звёзды чужого звёздного неба, с ещё плохо знакомой ему конфигурацией, хотя многие из них, он уже прекрасно знал.

Шагнув из проёма назад в коридор, он направился к лестнице, ведущей в ангар.

Нужно, обязательно, познакомиться с их звёздными картами. Перевёл он свои мысли в другое русло. Какой же я капитан, если не буду ориентироваться, пусть и в чужом пространстве? Каким авторитетом я буду для Корта? Несомненно, он поделится своими наблюдениями со всем экипажем. Начнут шушукаться. Позор, для звёздного капитана!

Выйдя в ангар, Валл'Иолет с досадой увидел, что контейнеров будто стало ещё больше. У него тут же сложилось впечатление, что гитты вообще ничего не делали весь день.

Хаара! День спали и ночь спят. Тут же всплыла у него недовольная мысль.

Протиснувшись между контейнерами, он подошёл к трапу и направился вниз.

Поле посадочного слота вокруг корабля было хорошо освещено. По бокам трапа стояли два десантника, которые тут же вытянулись, как только Валл'Иолет сошёл с последней ступеньки и покрутил головой — ящиков Ирны, рядом с трапом, не было. Молча кивнув десантникам головой, он, неторопливой походкой, направился вокруг корабля.

Хотя внутри весспера было не жарко, но здесь, внизу было ещё комфортнее. Ветра совершенно не было. По периметру посадочного слота стояли прожектора, но освещали они верхнюю часть корабля, и потому не доставляли неудобств. Дышалось легко, но Валл'Иолет старался не делать глубоких вздохов, прекрасно чувствуя, как его лёгкие готовы разбухнуть от переизбытка кислорода.

Он вышел из-под весспера и запрокинув голову, посмотрел вверх — свет прожекторов мешал видеть звёзды и потому просматривались лишь яркие из них. Опустив голову, он осмотрелся и направился в пространство между двух прожекторов, где, как ему казалось, было наиболее темно. Но и за прожекторами оказалось не так темно, как ему хотелось бы и он направился ещё дальше.

Сколько Валл'Иолет шёл, запрокинув голову, он не представлял. Остановила его какая-то преграда, в которую ткнулась его нога при очередном шаге. Он опустил голову и осмотрелся — вокруг была темнота и лишь вдали, за его спиной верх устремлялся широкий поток света. Перед ним было нечто, напоминающее или невысокий забор или высокий бордюр. Усевшись на сооружение, Валл'Иолет вновь уставился в звёзды.

Пожалуй вот тот звёздный сгусток не что иное, как периферия галактического ядра. Принялся рассуждать он. Само ядро не видно. Это естественно, иначе бы здесь жизни не было. Хотя и задворки, но излучения ядра было бы достаточно, чтобы здесь была голая пустыня. А это должна быть та самая туманность? Он остановил свой взгляд на небольшом участке неба, совершенно лишённом звёзд, хотя вокруг, их было предостаточно.

— Толлона!

Прошелестели его губы. Он опустил голову и закрыл лицо руками...

Валл'Иолет очнулся от громкого шума. Он опустил руки и поднял голову. Видимо было очень раннее утро. В своих тягостных размышлениях, он и не заметил, как прошла ночь. От стоявшего поодаль, песочного цвета, авто в его сторону шли трое гиттов в военной одежде. У двух, идущих позади, на шее болтались какие-то большие предметы. Валл'Иолет поднялся со своей импровизированной скамейки и уже поднял ногу, чтобы направиться навстречу военным, но увидев перед собой широкую полосу взрыхлённой земли, вернул ногу на место. Перед ним, через полосу земли шли глубокие следы обуви его ног. В темноте он и не заметил, что несколько метров шёл глубоко проваливаясь в рыхлую землю. Не дойдя до него, гитты остановились перед полосой земли.

— Люпий, что ли? — Заговорил первый военный высокомерным голосом. — Ты проник на территорию военного объекта и будешь арестован. Не вздумай убегать. Пристрелим без сожаления. Иди сюда! Пойдёшь с нами! — Военный махнул рукой.

Стараясь ступать в свои ночные следы, Валл'Иолет перешёл взрыхлённую полосу и остановился перед высокомерным военным. Насколько Валл'Иолет уже разбирался в иерархических знаках различия военных цивилизации гиттов, перед ним был младший офицер.

— Куда идти? — Он подтвердил свой вопрос взмахом подбородка.

— Куда надо! — В глазах офицера сверкнули недобрые огоньки.

Губы Валл'Иолета вытянулись в лёгкой усмешке. Ему тут же захотелось сбить спесь высокомерия с этого зарвавшегося вояки. Высвободив своё поле, он ткнул им офицеру в голову — обхватив голову руками, офицер опустился перед ним на колени. Его голова затряслась, будто в неё сунули вибратор. Валл'Иолет убрал своё поле и сделал шаг назад.

— Офицеру плохо! Помогите ему! — Произнёс он чётким волевым голосом.

Стоявшие за спиной офицера военные — это были обычные десантники, бросились к офицеру и подхватив под руки, подняли его, но ноги не держали офицера и он повис на руках десантников. Из уголков рта офицера показалась жёлтая пена.

Хаара! Перестарался. Всплыла у Валл'Иолета досадная мысль.

— Быстро доставьте офицера в медицинское учреждение. — Произнёс он, всё тем же волевым голосом.

— Ты арестован! Пойдёшь с нами! — Хриплым голосом произнёс один из десантников.

— Смерть офицера будет на вашёй совести. — Продолжил говорить Валл'Иолет. — Потом вернётесь за мной.

— Оставайся здесь! — Произнёс тот же десантник. — Мы тебя из-под земли достанем.

— Я буду ждать. — Валл'Иолет согласно кивнул головой.

Развернувшись, десантники потащили офицера к авто.

Дождавшись, когда авто песочного цвета скроется из вида, Валл'Иолет зашагал в сторону виднеющегося вдали весспера.

Далеко же я забрался. С усмешкой на губах размышлял он, быстро шагая по твёрдому чёрному покрытию. Они, действительно, вернутся? А будут искать меня, не застав там? А поймут, что произошло с офицером?

Когда он подошёл к трапу уже было совсем светло. Около трапа было очень оживлённо и подойти к нему было невозможно, если только не растолкать стоящих перед ним гиттов. Остановившись позади, большей частью военных, Валл'Иолет попытался услышать долетавшие от трапа слова. Что-то связанное понять не удалось, но всё же он понял, что собираются что-то искать. Он тронул за плечо стоящего перед ним десантника.

— Что произошло? — Поинтересовался он, подавшись к уху десантника.

— Капитан пропал. — Ответил десантник не оборачиваясь.

— Капитан Таров пропал? — Удивился Валл'Иолет.

— Нет! Другой капитан. Настоящий!

Десантник оглянулся, его лицо мгновенно вытянулось и приобрело глупейшее выражение. Он попятился, отступая от Валл'Иолета и при этом толкая других десантников, которые желая выразить свое неудовольствие, начали оглядываться на толкающегося десантника, но увидев пропавшего капитана корабля, тоже принимались пятиться и вскоре перед Валл'Иолетом уже образовался свободный коридор, до самого трапа. Он направился по нему.

Около трапа стояли Вирт, Таров и Ирна. Они что-то оживлённо обсуждали, повернувшись друг к другу и совершенно не видя, что происходит вокруг них. Валл'Иолет остановился позади Вирта.

— Какие-то проблемы? — Громко произнёс он.

Стоявшая к нему лицом Ирна подняла голову и тут же, бросившись вперёд, оттолкнула Вирта и прижалась к Валл'Иолету, но уже в следующее мгновение отступила назад и покрутив головой, шагнула к трапу и побежала по нему в корабль. Вирт повернулся к Валл'Иолету — в глазах начальника экспедиции был нескрываемый страх.

— На базу проникли люпии. — Заговорил он, явно, взволнованным голосом. — Вас нет. Мы подумали, что вас похитили. В воздух уже подняты коптеры, которые прочёсывают пески. Сейчас десантники начнут прочёсывать базу.

Состроив гримасу, Валл'Иолет дёрнул плечами и повернулся к Тарову.

— Через полчаса жду в зале управления.

Шагнув к трапу, он неторопливо пошёл в корабль...

Ирна была в каюте. Она сидела в кресле, уткнув лицо в ладони, её плечи вздрагивали. Видимо услышав шорох отрываемой двери, она подняла голову и тут же проведя ладонями по лицу, вскочила и повернулась к Валл'Иолету спиной.

— Зачем люпии проникли на базу? — Заговорил Валл'Иолет снимая с себя курточку и бросая её в то кресло, в котором только что сидела Ирна. — Им что-то нужно? Оружие? Оно у них очень ценится. Так дайте им сколько они хотят. Насколько я их знаю, вам никакого вреда от этого не будет. Лишь благодарность от них. Оружие, как это ни парадоксально — залог их процветания.

— Я проснулась — тебя нет. — Заговорила Ирна негромким голосом. — Оделась и дошла до зала управления — там тоже тебя не было. Я сошла вниз. Десантники сказали, что ты ушёл уже очень давно. Я позвонила тебе, но ты не отозвался. Я позвонила Вирту. Он прискочил, накричал на меня и вызвал десантников. Тут позвонили из штаба базы и сообщили, что на территорию базы проникли люпии. Вирт тут же решил, что они тебя похитили и приказал поднять коптеры и организовать погоню.

— Я часто бывал в их оазисах и даже некоторое время жил в одном из них. Многие из них знают меня. Навряд ли я представляю для них интерес. У меня ведь нет оружия. — Валл'Иолет дёрнул плечами. — Да и не по зубам я им. Надеюсь, они это хорошо помнят.

— Я испугалась! — Резким голосом произнесла Ирна, повернувшись к Валл'Иолету.

— Извини, если доставил тебе неприятность. — Валл'Иолет дёрнул плечами. — Была чудесная ночь и я решил познакомиться с вашим звёздным куполом. Видимо увлёкся. Извини! В следующий раз возьму с собой спейс. Я хочу привести себя в порядок.

Глубоко вздохнув и тут же на несколько мгновений задержав дыхание, он, наконец, выдохнул и с гримасой досады, покрутив головой, направился в санационную.

Выйдя из санационной, он застал Ирну сидящей в том же кресле. Его курточку она держала в руках. При его появлении она поднялась, но курточку ему не протянула.

— У тебя есть ещё какая-то одежда. — Заговорила Ирна. — Я хочу привести эту курточку в порядок.

— А какой ей нужен порядок? — Валл'Иолет поднял плечи и вскинул брови. — Она сшита из не мнущегося материала.

— На ней есть пятна и её края потёрты.

— Прежде, через какое-то время, я отправлял свою одежду в утилизатор и надевал новую. Куда она шла из утилизатора после посадки, не имею понятия. — Валл'Иолет покрутил головой. — К сожалению, такой возможности у меня сейчас нет.

— И как часто ты оправлял свою одежду в утилизатор? — Поинтересовалась Ирна.

— Верхнюю — прядка шестидесяти дней, нижнюю — через несколько. Когда и чаще.

— Наша цивилизация ещё не достигла такого уровня. — Ирна усмехнулась. — Так у тебя есть другая курточка? И брюки, если возможно?

— Сейчас посмотрю.

Валл'Иолет, вдруг, осознал, что Ирна стала совершенно другой, более нежной, ласковой и даже, какой-то мягкой.

А нужна она мне такая? Всплыла у Валл'Иолета мысль досады. Ведь понравилась она мне совершенно другой: решительной, волевой, хорезматичной. Но тогда я ей был не нужен. Я же и добивался, чтобы она стала другой, ко мне. Болван! Что же тебе тогда нужно? Я и сам не знаю.

Молча покрутив головой, он подошёл к одному из шкафов и открыв его дверки заглянул внутрь.

— Кажется есть.

Валл'Иолет достал из него пакет и расстегнув, бросил его на свободное кресло. В шкафу остался лишь один комплект одежды капитана толлоннской цивилизации. И что будет, когда он износится, Валл'Иолет не представлял.

Если только Гитты сошьют мне свою. Всплыла у него грустная мысль.

Закрыв дверь шкафа, Валл'Иолет взял с кресла одежду и направился в санационную, так как переодеваться перед Ирной ему не хотелось. Приведя себя в порядок и переодевшись вышел в холл. Если его прежняя одежда была тёмно-серого цвета, то теперь она была светло-коричневая и определённо, была великовата. Да и серые туфли теперь не гармонировали с ней.

— Такое впечатление, что она не твоя. — Произнесла Ирна, вскинув брови.

— Меня устраивает. — Уголки губ Валл'Иолета вытянулись в усмешке. — Другой, всё равно, нет. Старая в санационной. Советую её, всё же, выбросить. Я в зале управления.

— Скажи дорогой, а как тебя звали родители, друзья твоей планеты. — Тихим голосом заговорила Ирна. — Уверена, что не твоим полным именем.

— Лет. — Валл'Иолет дёрнул плечами.

— Лет! — Ирна повысила голос. — Я разговаривала со специалистами. Они готовы тебе помочь...

— Что за бред? — Валл'Иолет поднял брови. — Я не нуждаюсь в вашей помощи.

— Они попытаются остановить прогресс твоего старения. У нас прекрасные специалисты пластической медицины. Нужно, лишь, пройти обследование.

— Нет! — Валл'Иолет мотнул головой. — Исключено!

Повернувшись, он шагнул к двери.

— Завтрак?

— Я не голоден. Позже!

— Я передала твоё негодование господину Вирту. С сегодняшнего дня экипаж будет жить на корабле.

— Как пожелаете. — Валл'Иолет дёрнул плечами.

— Как? — В голосе Ирны послышалось возмущение. — Но ты же...

Не дослушав её, Валл'Иолет ткнул ладонью в пластинку идентификации и вышел в коридор.

Сделав по коридору несколько шагов, он увидел около зала управления несколько стоящих гиттов. Он ускорил шаг и вскоре понял, что около входа в зал управления стоит Вирт в окружении нескольких десантников.

Что там ещё?... Всплыла у Валл'Иолета недовольная мысль.

Гитты, видимо, почувствовали его приближение и все, разом, повернулись в его сторону. Два десантника сделав шаг в сторону, прижались спинами к стенам коридора, освобождая подход к Вирту. Валл'Иолет не стал протискиваться меж ними, а остановился поодаль.

— Это он. — Раздался голос десантника, стоящего у Вирта за спиной.

— Служба безопасности обвиняет вас в нарушении пограничной зоны базы. — Заговорил Вирт срывающимся голосом. — Они утверждают, что вы люпий и требуют вашей выдачи.

— Я предупреждал, что буду совершать прогулки вокруг корабля. — Заговорил Валл'Иолет, скользя взглядом по лицам десантников и отмечая, что два десантника, встретившиеся ему у той самой полосы находятся здесь. — То, что отдалился от корабля — слишком увлёкся. Больше, мне сказать нечего. Освободите дверь зала управления. Вы мешаете.

Валл'Иолет сделал шаг в направлении Вирта, тот попятился и упёрся в стоящего позади десантника, заставив того отступить. Десантники стоящие у стен заскользили боком в сторону Вирта и протиснувшись мимо него, остановились позади. Дверь зала управления была свободной. Валл'Иолет шагнул к ней.

Оказавшись в зале управления, не глядя, он хлопнул рукой по пластинке идентификации — выскользнувшая из стены дверь отделила его от оставшихся в коридоре гиттов.

При его появлении, уже находившийся в зале управления Корт, вскочил и даже вытянулся. Валл'Иолет прошёл к своему креслу и усевшись, повернул голову к будущему пилоту весспера.

— Продолжим. — Произнёс он, немного уставшим голосом...

Прошло несколько часов. Наконец Валл'Иолет, ткнув пальцем в одну из панелей сенсорного экрана терминала, вызвал главную страницу отображения и поднялся.

— Можешь позаниматься с зарисованными экранами. — Произнёс он, отходя от пульта управления. — Ты должен знать каждый миллиметр корабля, иначе ты не будешь его понимать и никогда не станешь настоящим пилотом.

— Я стану настоящим пилотом, господин капитан! — Гаркнул Таров, вскакивая и вытягиваясь.

— Ну, ну!

Подойдя к двери, Валл'Иолет приложил ладонь к пластинке идентификации и через появившийся проём вышел в коридор.

В коридоре никого не было. Покрутив в недоумении головой, он направился к лестнице, ведущей в ангар.

Ангар оказался наполнен какой-то непонятной суетой и гомоном, что, искренне, удило Валл'Иолета. Увидев промелькнувшего между контейнерами Вирта, он направился в ту сторону и вскоре столкнулся с ним, едва ли не лоб в лоб.

— Что за суету вы затеяли? — Поинтересовался Валл'Иолет с явным недовольством в голосе. — Я такой никогда не видел. Что происходит?

— Мы решили взять с собой водно-кислородную генераторную станцию. Если проще — это атмосферная станция. Она довольно громоздкая и мы никак не можем решить куда её смонтировать. — С досадой в голосе произнёс Вирт.

— Что за станция? — Валл'Иолет вскинул брови.

— Да вот она. — Вирт вытянул руку и сам шагнул в сторону вытянутой руки.

Валл'Иолет шагнул за ним и пройдя меж контейнеров, оказался перед блестящим цилиндром, гораздо выше его роста, опутанным массой всевозможных трубопроводов.

— И сколько же весит эта станция? — Поинтересовался Валл'Иолет.

— Заряженная: четыре тысячи сто килограмм. — С нотками гордости в голосе ответил Вирт.

— А не оптимальнее бы было взять четыре тысячи килограмм воды и простой регенератор? — С широкой усмешкой заговорил Валл'Иолет. — И сможет ли она работать от энергосети корабля?

— Станция имеет автономный энергогенератор, который мы намереваемся использовать и для питания других своих приборов.

— Делайте, что хотите. — Валл'Иолет махнул рукой. — Но если вы сегодня не наведёте порядок в ангаре, я все ваши контейнеры и станции из корабля выброшу. Больше, подобного беспорядка... — Он провёл перед собой рукой. — Я терпеть не намерен. Приготовьте транспорт под контейнер.

— Он готов. Куда подавать.

— Я окрою люк. Увидите.

— Повернувшись, Валл'Иолет направился к дальней стене ангара, лавируя между контейнерами.

Войдя в генераторный модуль, он подошёл к панели управления контейнерами, открыл люк под одним из рабочих контейнеров и задействовал его отстыковку. Из-под пола донеслись негромкие звуки работающих механизмов обслуживания контейнера. Прошло достаточно долгое время, пока, наконец на терминале панели управления вспыхнуло сообщение о завершении операции. Ткнув пальцем в клавишу закрытия люка, Валл'Иолет направился в зал управления. Корта там уже не было, что вызвало удивление Валл'Иолета. Усевшись в свое кресло, он вызвал на экран терминала программу смены контейнера и сделав её активной, поднялся и направился в свою каюту.

Ирны в каюте не оказалось. Громко хмыкнув, Валл'Иолет вышел из неё и пошёл по коридору, заглядывая за все двери подряд. Ирна оказалась на кухне — стоя перед стеной с кухонной техникой, она тыкала пальцем в панель управления одного из аппаратов, и видимо была настолько увлечена, что даже не услышала подошедшего капитана корабля.

— Как успехи? — Поинтересовался Валл'Иолет.

Рука Ирны заметно дрогнула и будто обжегшись, отлетела от панели управления.

— Ой-й! — Она резко повернулась и попыталась улыбнуться, но улыбка у неё получилась на грани испуга. — Я кажется испортила её.

— А что это? — Валл'Иолет взмахнул подбородком в сторону аппарата.

— Какая-то печь. — Ирна дёрнула плечами.

— Это холодильный шкаф, для быстрого охлаждения напитков. — Губы Валл'Иолета тронула лёгкая улыбка. — Ты задала режим глубокой заморозки и дверь шкафа теперь не откроется, пока температура внутри не опустится до заданного значения. Таковы выбранные тобой условия его работы. — Валл'Иолет подошёл ближе и вытянув руку, ткнул пальцем в панель, где отображались знаки письменности толлонов. — Заданная температура — минус девяносто три, фактическая — минус двадцать восемь. — Он ткнул пальцем в другое место информационной панели. — Блокировка до достижения. — Он ткнул пальцем в ещё одну строку панели.

— И что теперь? — Ирна округлила глаза.

Валл'Иолет несколько раз ткнул пальцем в сенсоры панели управления шкафа и опустив руку, глубоко вздохнул.

— Здесь восемь аппаратов. — Он описал перед стеной круг. — Я буду рассказывать тебе каждый день об одном из них. Хочешь — запоминай, хочешь — записывай. — Он ткнул пальцем в дверь правого нижнего шкафа, а затем провёл пальцем по строке символов над ней. — Сушка. Что и зачем здесь сушится, не имею представления. — Он ткнул пальцем в тёмный кружок рядом с дверью и в тот же миг под кружком вспыхнула информационная панель с красными символами. — Температура... — Валл'Иолет щёлкнул пальцем по верхней строке символов. — Время... — Он щёлкнул пальцем по нижней строке. — С этой стороны сенсоры ниже... — Он провел пальцем по панели. — С этой — выше. — Он провёл пальцем с другой стороны. — При включении, по умолчанию стоят нули. Значит возможно только увеличение. — Он ткнул двумя пальцами сразу в два сенсора управления и значки, отображения на индикаторной панели заплясали. — Двадцать градусов, двадцать минут. — Произнёс он, взмахнув рукой перед индикаторной панелью и ткнул пальцем в тёмный круглый сенсор. — Выключение. Прошу! — С улыбкой, Валл'Иолет вытянул руку в сторону панели управления.

— Что я должна сделать? — Ирна подняла плечи.

— Включи шкаф и высуши что-либо.

— Я-я!

— Ты. — Валл'Иолет дёрнул плечами. — Мне это не нужно.

Ирна ткнула пальцем в тёмный кружок и рядом с дверью тут же вспыхнула информационная панель.

— Вообще-то, нормальный человек, прежде, туда, что-то ставит. — Произнёс Валл'Иолет с усмешкой.

Хмыкнув, Ирна взялась за утопленную ручку двери и дёрнула — дверь осталась на месте и из неё донёсся резкий писк. Ирна отдёрнула руку.

Валл'Иолет глубоко и протяжно вздохнул.

— Попробуй выключить. — Произнёс он уставшим голосом.

Ирна ткнула пальцем в тёмный кружок и вновь взялась за ручку двери — дверь открылась — внутри шкафа стояло какое-то блестящее проволочное сооружение. Взявшись за него, Валл'Иолет потянул на себя и сооружение выползло наружу. Оно представляло собой нечто, похожее на многоуровневую этажерку, скользящую по направляющим.

— Кладёшь, что-нибудь... — Валл'Иолет оглянулся и вытянув руку к одной из дверей другой стены открыл её и что-то взяв, бросил на этажерку — это оказалось нечто, похожее на двурогую вилку. — Задвигаешь. — Он толкнул этажерку и она скользнула внутрь шкафа. — Закрываешь дверь и задаёшь режим. — Он закрыл дверь и сделал шаг назад.

Ирна открыла дверку сушильного шкафа, взялась за проволочную этажерку и вытащила её наружу. Осмотрев этажерку со всех сторон, она повернула голову в сторону Валл'Иолета.

— А вода?

— Что вода? — Валл'Иолет вскинул брови.

— Чем моется посуда? Такое впечатление, что её здесь нет.

— Если не ошибаюсь, здесь не вода. Что, никогда не интересовался. — Валл'Иолет мотнул головой.

Ирна задвинула назад этажерку и закрыв дверку, ткнула пальцем в тёмный кружок — под ним тут же вспыхнула информационная панель. Она оглянулась на Валл'Иолета.

— Но я не знаю вашего языка. — С возмущением в голосе произнесла она.

— Странно! — Валл'Иолет состроил гримасу, но тут же подавил её. — От нуля вверх. По порядку. Десятичная система счисления. Справа от точки десятые доли, слева — целые. Хочешь узнать соотношение, сунь внутрь свой термометр. Есть ещё вопросы?

— Хм-м! — Ирна отвернулась и ткнула пальцем в один из сенсоров панели управления.

— Вообще-то, я голоден. — Произнёс Валл'Иолет.

Палец Ирны, упирающийся в сенсор, замер.

— Извини! Но нам ещё не разрешили пользоваться продуктами из контейнеров. — Не оборачиваясь, заговорила она. — Мы питаемся в ресторане базы. Тебе нужно обратиться к господину Вирту.

— Благодарю! — Повернувшись, Валл'Иолет вышел из кухни и направился в свою каюту.

В каюте, съев содержимое одной из упаковок из холодильного шкафа, и запив её тоником, он прошёл в комнату для сна и сняв курточку и обувь, с удовольствием вытянулся на спальной платформе...

Проснулся Валл'Иолет от сильного толчка. Он открыл глаза и увидел склонившуюся над ним Ирну. Видимо поняв, что он проснулся, девушка выпрямилась.

— Ты, определенно, попутал день с ночью. — С усмешкой на губах заговорила она. — День валяешься, а ночью тебя нет.

— Там будет лишь ночь и привыкать придётся вам. — Заговорил Валл'Иолет, вставая со спальной платформы. — А я, уже ко всему привык.

— Ты не пришёл ни к обеду, ни к ужину и я принесла тебе ужин сюда. Он на столе или ты будешь ужинать на кухне?

— Я не голоден. — Произнёс Валл'Иолет, беря курточку и всунув ноги в туфли, шагнул к двери.

— Но ты же... — Голос Ирны стал резок. — Я передала твою просьбу господину Вирту и он приказал доставлять тебе еду на корабль.

Валл'Иолет вышел в холл и увидел на столе этажерку из нескольких блестящих предметов, напоминающих кастрюльки.

— Это термосы. — Донёсся голос Ирны у него за спиной. — Ничего разогревать не нужно. Всё горячее.

— Я буду на кухне. — Валл'Иолет оглянулся на Ирну. — Вместе с тобой.

— Я устала и хочу отдохнуть. — Ирна состроила гримасу усталости.

— Отдохнёшь, отнеси ужин на кухню. В каюте не должно быть ненужных предметов.

— Я буду ждать тебя на кухне.

Ирна шагнула к столу и взяв этажерку, подошла к двери и ткнув ладонью в пластинку идентификации, выскользнула через образовавшийся проём в коридор. Валл'Иолет направился в санационную...

Когда он появился на кухне, Ирна сидела в одном из двух кресел, положив руки на стол, а на них голову. Этажерка стояла на столе, рядом с её головой. Решив, что она спит, Валл'Иолет попятился, намереваясь уйти, но Ирна тут же подняла голову и сонно прищурившись, уставилась в Валл'Иолета, будто видя его впервые.

— Извини! — Попытавшись изобразить на лице улыбку, Валл'Иолет, чуть взмахнул руками. — Я не подумал...

— Да, нет. Ничего. — Ирна поднялась и покрутив головой, взялась за этажерку. — Садись! Будем ужинать.

Валл'Иолет уселся в свободное кресло, а Ирна занялась ужином. По кухне распространился такой аромат, что Валл'Иолету захотелось нестерпимо есть. Он тут же вспомнил усадьбу своих родителей и мать, которая прекрасно готовила и её кухня всегда была наполнена приятными ароматами всевозможных пряностей.

— Здесь мясо птицы, морская рыба, немного салата, поджаренные хлебцы. — Говорила Ирна, расставляя перед Валл'Иолетом блестящие кастрюльки. — Сок. — Она достала из одной из кастрюлек две цветные баночки. — Всё натуральное. Если большинство населения планеты питается гибридами откормочных комплексов и оранжерей, то для нас Регистр приказал готовить пищу только из натуральных продуктов, скупаемых у фермеров. Из-за чего и задержки с поставками. Попробуй — это очень вкусно. Прекрасные соусы, пряности. — Ирна подвинула кастрюльки ещё ближе к Валл'Иолету.

Валл'Иолет заглянул в кастрюльки — в двух лежали по два аппетитных кусочка; ещё одна наполовину была заполнена чем-то зелёным, вторая — розово-жёлтым; в последней, лежали золотистые кусочки, видимо это и были хлебцы. Взяв вилку, он поменял по одному аппетитному кусочку в кастрюльках и более-менее располовинил салаты и отодвинул кастрюльки к Ирне.

— Ты угрожала есть со мной из одной тарелки, но я считаю, что это не совсем гигиенично и потому будем есть одно и тоже, но из разных тарелок. — Произнёс он.

— Но я уже ужинала и не голодна. — Ирна покрутила головой.

— Не заставляй меня, заставлять тебя есть силой. Это может негативно сказаться на твоём состоянии.

Хмыкнув, Ирна села и взяв вилку и кусочек золотистого хлебца, подвинула к себе кастрюльку с салатами и принялась энергично есть, вызвав у Валл'Иолета неподдельное удивление. У него тут же сложилось впечатление, что Ирна, отнюдь, не сыта.

Валл'Иолет подцепил на вилку один из аппетитных кусочков, поднёс его к носу — аромат был превосходный. Он откусил немного — видимо это была рыба, так как натуральное мясо Гитты он знал, так как, в основном, им и питался на протяжении десяти лет жизни на планете. Рыба была приготовлена превосходно и буквально, таяла во рту, наполняя его неизвестным ему, пряным вкусом.

— Расскажи мне о вашей экспедиции. — Заговорил он. — Кто в ней?

— Меня и Вирта ты хорошо знаешь. — Заговорила Ирна быстро жуя. — Тарова, надеюсь тоже. С Таис ты уже встречался, она биохимик, но ещё будет исполнять обязанности врача и повара. Есть ещё одна женщина — Ушрат. Она ботаник, зоолог и вообще специалист по всему, что растёт, летает, ползает и прочей живности. Хоремхеб — её муж, механик, энергетик и всё остальное, что связано с обслуживанием исследовательской аппаратуры. Но жить они будут в разных каютах: Ушрат с Таис, а Хоремхеб с Мериаманом, последним, кого я ещё не назвала. Он геолог и терроформист. Они будут жить в каюте рядом с нами, затем каюта Ушрат и Таис и в первой, самой близкой к залу управления, Вирт и Таров. Кажется все. — Ирна отодвинула от себя пустую кастрюльку и двинула кастрюльку с аппетитными кусочками в сторону Валл'Иолета, так как тот уже доедал ароматный кусок прекрасно прожаренного мяса. — Это я не хочу.

Валл'Иолет тут же подвинул к ней свою кастрюльку с салатами.

— Я ещё не привык к этой пище. Может быть, со временем, когда не будет выбора. — Валл'Иолет широко улыбнулся.

— Салат очень вкусный и очень полезный. Он из овощей выращенных в естественных условиях, на естественной земле. Такие салаты стоят очень и очень дорого. Ты не пожалеешь. — Ирна покрутила головой.

— Вот и съешь его, чтобы не пришлось выбрасывать. — Валл'Иолет подвинул к себе кастрюльку с двумя другими аппетитными кусочками. — Мне очень понравились мясо и рыба и я с удовольствием съем и эти. — Он подцепил кусочек из кастрюльки и откусив от него, покрутил головой от удовольствия.

Ирна принялась есть салат.

Покончив с аппетитными кусочками, Валл'Иолет положил вилку в кастрюльку, выпил сок и промокнув губы салфеткой, поднялся.

— Было очень вкусно. Если в экспедиции будет такая же кухня, я буду считать, что она удалась. — Произнёс он.

Ирна тоже поднялась.

— Я не знаю, какой она будет. — Ирна покрутила головой. — Насколько знаю — будут готовые продукты в вакуумной упаковке. Разогрел и блюдо готово.

— И на том спасибо. — Повернувшись, Валл'Иолет шагнул к двери.

— Я могу воспользоваться сушкой? — Произнесла ему в спину Ирна.

— Как пожелаешь. — Не оглядываясь, произнёс Валл'Иолет и вышел в коридор.

Спустившись в ангар, Валл'Иолет увидел, что в нём более-менее свободно: контейнеры придвинуты к стенам, а атмосферная станция стоит в одном из углов, ангара. Было однозначно, гитты, просто-напросто, замыливают ему глаза. Мысленно отпустив в их адрес несколько нелестных слов, он направился к трапу.

К его удивлению, около трапа стояли Вирт и старшина Регистра Селлур, о чём-то разговаривая. Видимо их разговор был негромким, так как их лбы почти упирались друг в друга. Спустившись по трапу, Валл'Иолет подошёл к ним. Гитты заметили его присутствие не сразу, так как ещё некоторое время стояли смотря друг на друга, но видимо почувствовав подошедшего, разом повернулись к Валл'Иолету.

— Мы рады видеть вас, господин Лампарт. — Произнёс Селлур склонив голову. — Благодарим за контейнер. Мы приложим все усилия для изучения вещества массы.

— Откровенно говоря, я не пониманию вашей подготовки к экспедиции. Я привык к более чёткой и понятной организации. У вас же полная хаотичность. Я совершенно не понимаю, что происходит. — Произнёс Валл'Иолет вместо приветствия.

— Мы приносим самые искренние извинения, господин Лампарт. — Селлур вновь склонил голову. — Единственным объяснением столь несуразной организации нашей экспедиции, является то, что она первая, столь серьёзная и несколько спонтанная. Мы прилагаем все усилия, чтобы она состоялась в намеченное время и без каких-то серьёзных недостатков. Уже завтра будут доставлены недостающие продукты хорошего качества и я уверяю, что вся эта неразбериха пойдёт на убыль.

— Имейте ввиду: хотя на корабле создаётся искусственная сила тяжести, но большинство ваших контейнеров придётся оставить здесь. Они нестандартны и те их крепления, которые я видел, не внушают уверенности в их надёжности. Я не хочу получить пробоину от вылетевшего из ненадёжного крепления, при развороте, контейнера. Станция должна быть закреплена очень тщательною. Где она сейчас, ей там не место. Переместите её в переднюю часть ангара, по центру, там нет никаких люков и надёжно закрепите.

— Непременно, господин Лампарт. — Заговорил Вирт. — Все ваши указания будут в точности выполнены.

Ничего больше не сказав, Валл'Иолет повернулся и пошёл под корабль.

Вернулся назад он, опять, под утро. Теперь его никто уже не ждал у трапа. Ирна спала и на его появление в каюте отреагировала лишь глубоким сонным вздохом. Посмотрев несколько мгновений на неё, непринуждённо разметавшуюся по спальной платформе, нежным, но грустным, завистливым её молодости взглядом, Валл'Иолет достал из холодильного шкафа баночку с тоником и направился в зал управления, где усевшись в кресло, включил купол и уставился в перемигивающиеся блёстки звёзд чужого, но теперь уже, юридически, ставшего его, неба, неторопливо наслаждаясь тоником.

Я ведь ещё совсем молод. Не намного старше Ирны. Потекли у него грустные мысли. А создаю впечатление глубокого старика. Может в самом деле воспользоваться её предложением и пройти обследование у гиттских специалистов? Может быть у них есть какой-то способ приостановить прогресс моего старения? А зачем мне молодость? Что я хочу? Как толлон, жить тысячу лет среди гиттов? Зачем? Здесь я чужой. Да и нужен ли я ей. Может это, лишь временная блажь? Как только они построят свой корабль — я им стану не нужен. Они тут же отвернутся от меня, да ещё и вспомнят все полученные обиды. Нет, не нужна мне вечная жизнь. Пусть всё идёт своим чередом.

Допив тоник, Валл'Иолет бросил пустую баночку в утилизатор и откинувшись в кресле, уставился в отображаемые на экране спор, чужие звёзды...

10

Как ни старались гитты, но всё же их подготовка к старту растянулась на сорок пять дней и только лишь к исходу сорок шестого дня, Вирт, зайдя в зал управления, где Таров, при содействии Валл'Иолета, постигал управление кораблём, доложил, что все приготовления завершены и можно отправляться в путь.

— "Фогет"... — Так Гитты, для себя, назвали этот корабль, в честь самой быстрой птицы своей цивилизации. — Полностью загружен и к старту готов. — Произнёс Вирт с нотками гордости в голосе.

— В таком случае, старт через час. — Заговорил Валл'Иолет, взглянув на цифры хронометра. — Все обязаны быть в своих каютах.

— Но мы хотели бы видеть старт на экране. — В голосе Вирта послышалось возмущение.

— В каждой каюте есть небольшой экран спор.

Ничего больше не сказав, Вирт ушёл, явно, недовольный.

Валл'Иолет пробежался пальцами по экрану терминала, переводя его в основной режим работы и ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления — клавиша запульсировала зелёным цветом, по экрану терминала побежали ряды символов.

— Идёт тест систем генераторного модуля. — Пояснил Валл'Иолет. — Порядка пятнадцати минут.

— А если нужен срочный взлёт? — Поинтересовался Таров.

— Если конвертор горячий — тест займет всего несколько мгновений. В других случаях нужно беспокоиться заранее.

— А как определяется степень горячести?

— Система управления сама определяет степень готовности корабля и сообщает о проблемном агрегате.

— А если случится так, что система не разрешит старт?

— А голова тебе зачем? — В голосе Валл'Иолета скользнули нотки раздражения. — Трап не поднят — успеешь остаться.

Таров отвернулся и плотно сжал зубы. Он понял, что своей невольной назойливостью вызвал недовольство капитана и теперь ждать его снисхождения придётся долго. Он, как мог, мысленно поносил себя, за торопливое любопытство. Хотя с другой стороны, он жаждал, как можно скорее освоить управление инопланетным кораблём и прилагал к этому, порой, как ему казалось, невероятные, для обычного человека усилия...

Для достижения своей цели он даже, в какой-то степени, подружился с Ирной. Хотя их отношения навряд ли можно было назвать дружбой — просто, отношения чуть шире обычного "здравствуйте". Они сошлись на почве изучения знаков письменности родного языка Валл'Иолета. Свёл их случай: как-то Вирт поинтересовался у него, как идёт освоение управления кораблём? Корт посетовал, что очень тяжело, так как капитан немногословен, а его родного языка он не знает и только-только научился понимать отдельные, короткие слова. В этот момент мимо них проходила Ирна и Вирт, остановив её, поинтересовался, как у неё идут дела с освоением кухонной техники корабля. Ирна с явной гордостью сообщила, что уже разобралась с порядком инопланетных цифр и теперь может самостоятельно задавать некоторые режимы работы кухонных агрегатов. Вирт тут же предложил Корту и Ирне объединить усилия, по изучению инопланетной письменности.

Ирна казалась Тарову очень странной девушкой, будто сама себе на уме, но она, действительно, смогла разобраться в числовой последовательности инопланетной письменности и охотно поделилась своими знаниями. Корт тоже рассказал ей о своих успехах и они даже смогли прочесть и сопоставить со своим языком названия нескольких кухонных агрегатов.

Встречались они не часто. Обычно инициатива исходила от Корта, когда ему удавалось осилить какие-то новые слова инопланетного языка. Словарь понятных инопланетных слов постепенно расширялся и к моменту старта составлял уже более четырёх сотен. Капитан к их изучению языка толлонов никакого интереса не проявлял, будто не замечая их усилий...

Наконец бег сообщений системы контроля прекратился и вспыхнули две индикаторных панели управления — одна перед Валл'Иолетом, вторая перед Кортом. Корт всмотрелся в строки сообщений индикатора, но они были совершенно непонятны и ему ничего не осталось, как глубоко вздохнуть.

Валл'Иолет несколько раз ткнул пальцами в клавиши под вспыхнувшей панелью и кресло под Кортом заметно вздрогнуло и он, тут же, почувствовал его мелкую дрожь, поле индикатора перед ним покрылось сплошным зелёным цветом.

Запустился конвертор. Всплыла у Корта догадка. Что он там нажимал? Левую, следующую, следующую... Хм-м! Да по порядку, начиная слева. Оригинально.

Валл'Иолет нажал ещё одну из клавиш пульта управления — прошло достаточно длительное время и она вспыхнула зелёным цветом.

— Трап поднят. Герметичность установлена.

Донёсшиеся из пульта управления непонятные звуки заставил Корта вздрогнуть. Ему открылась ещё одна неизвестная страница инопланетного корабля — оказалось, что он мог говорить. Хотя звуки были непонятны: они были протяжны и очень чётки, и у Корта возникло сомнение, что они могут принадлежать человеку, но тут же вспомнив, очень правильную речь капитана, попытался представить, кто мог так говорить и склонился к мысли, что голос принадлежал мужчине.

Валл'Иолет ещё несколько раз ткнул пальцами в клавиши пульта управления: свет в зале управления медленно угас и даже индикаторы пульта управления пригасли и Корт оказался висящим над посадочным слотом северной базы. Его ноги невольно приподнялись, но тут же мысленно обругав себя, он вернул их на пол. Хотя он уже не раз сам включал купольный обзор, но его сердце всегда замирало, от вида пустоты под креслом.

Корт покрутил головой, осматриваясь. Солнце уже скрылось за горизонтом и на базу стремительно опускался вечер. На небосклоне появились несколько, самых ярких звёзд. Прожекторы, прежде освещающие корабль, были выключены, но Корт отчётливо видел поодаль довольно большую группу провожающих, стоящих в пятнах света. Вдали сияло многочисленными огнями здание штаба базы, но не было похоже, чтобы оно служило теми пятнами света, в которых стояли провожающие. Его удивление, вскоре сменилось догадкой, что сейчас включены габаритные огни корабля, а возможно и какие-то его более сильные источники света.

Как ещё много нужно узнать. Всплыла у него грустная мысль.

Корабль заметно вздрогнул, вибрация усилилась. Провожающие заволновались и попятились, стало видно, как затрепетала их одежда.

Пошла энергия в двигатели вертикального подъёма. Всплыла у Корта догадка. Наверное, совсем, небольшая. Тут же решил он, так как никакого движения окружающей обстановки снаружи не наблюдалось.

— Всем! До старта тридцать минут. — Заговорил Валл'Иолет своим чётким правильным голосом, смотря перед собой. — Отсчёт на экранах спор кают. Всем занять кресла и пристегнуться. О возможности перемещения будете информированы. Примерно, через час после старта.

Валл'Иолет закончил говорить и нажал ещё на одну из клавиш пульта управления — из него неторопливо выползли два кронштейна, усеянные всевозможными клавишами, панелями и рычажками. Валл'Иолет опустил на них руки и его пальцы пробежались по сенсорам панелей управления — над пультом управления появилась голограмма с причудливой конструкцией, вся в голубоватом свечении.

Корт поморщился пытаясь понять, что это такое, так как конструкция, вроде бы, была знакома.

Генераторный модуль. Наконец, понял он. Интересно, как он выглядит во время работы на полную мощь?

Но изображение сменилось, не дав ему возможности развить своё воображение: теперь в голограмме отображалась серебристая поверхность, которая пришла в движение.

Корпус корабля. Догадался Корт. Этого он ещё не показывал мне. Видимо неплохо у них поставлена визуальная диагностика. Можно любой закоулок обсмотреть. Нам бы такое. А то или догадывайся или выбирайся наружу.

Вскоре изображение опять сменилось и теперь в голограмме отображалось большое помещение. Потом появился коридор с несколькими дверными проёмами.

Ангар, коридор этого уровня. Отмечал Корт узнаваемые помещения корабля. А каюты отсюда тоже можно увидеть? Ну и ну. Но его ожидания не подтвердились — голограмма погасла.

Пальцы Валл'Иолета пробежались по сенсорному экрану терминала и по нему заскользили какие-то графики. Корт попытался по уже знакомым символам определить, какие процессы они отображают, но ему показались они незнакомы. Его, вдруг, охватил ужас — ему казалось, что вся его учёба пошла насмарку, он ничего не запомнил и теперь не в состоянии ни в чём разобраться и что теперь с ним будет, он даже не мог и представить.

Корабль, вдруг, ощутимо вздрогнул и будто закачался на волнах. Брови Корта подскочили вверх — подобного ощущения он ещё не испытывал. Он оторвал взгляд от экрана терминала и тут же увидел в нижней части экрана спор удаляющиеся огни.

Старт! Сердце Корта вздрогнуло и забилось учащённо. Он перевёл взгляд на капитана — тот сидел откинувшись в кресле, смотря перед собой, его руки лежали на панелях управления. Повинуясь неведомому инстинкту, Корт отвернулся и занял точно такое же положение, лишь с той разницей, что свои руки ему пришлось положить на подлокотники.

— Посадочные опоры убраны. — Пришло сообщение системного информатора корабля, на которое Корт отреагировал вскинутыми бровями, так как оно было им не понято.

— Опоры убраны. — Вдруг, раздался голос капитана. — Старт!

Корта начало вжимать в спинку кресла. Скользнув по нижней части экрана спор, огни исчезли и в тот же миг Корт оказался среди звёзд. Его голова невольно ушла в плечи. Он повел глазами по сторонам — звёзды были везде. Он опустил взгляд — под ним, вместо пола, скользили бесчисленные огни. Ощущение было столь сильным, что его ноги невольно приподнялись.

Проклятье! Ну и мощь, уже на орбите! Наконец догадался Корт. А ощущение? Такое бы в наши корабли. А то сидишь будто истукан. Интересно — видят всё это в каютах?

Огни быстро удалялись. Темнота сгущалась, проступили голубоватые контуры атмосферы, окаймляющей планету. Корт сидел с заворожённым взглядом, уставившись в удаляющуюся Гитту, несмотря на то, что у него уже было полтора десятка стартов на космических кораблях своей цивилизации, но столь впечатляющую картину, он видел впервые. Край голубой планеты уполз куда-то за кресло и в тот же миг в зале управления заметно посветлело.

Афона. Догадался Корт.

Но тут же освещённость стала прежней. Корт покрутил головой, не понимая, что произошло и куда исчезло солнце. К его удивлению солнце было на месте, с правой стороны от его кресла.

Сработали светофильтры. Догадался он. Но как-то запоздало. Он состроил непроизвольную гримасу. При сильной вспышке света за бортом можно и ослепнуть. Он бросил быстрый взгляд в сторону капитана, но тот сидел в прежней позе — откинувшись на спинку кресла и смотря перед собой, будто отрешившись от реальности происходящего. Но если капитан до сих пор не ослеп, значит чего-то я ещё не знаю. Корт глубоко вздохнул. Буду ли я когда-либо таким же уверенным и безэмоциональным? Откинувшись в кресле, он уставился в экран спор.

Прошёл час после старта. Время Корт определял по своему ручному хронометру, хотя и понимал время, отображаемое хронометром корабля, но как сопоставить его со временем своей цивилизации понять никак не мог, так как оно казалось ему нелогичным, а задавать вопросы капитану он старался, как можно реже, помня его самое первое пожелание в свой адрес.

Нарушая все каноны космоплавания гиттов, корабль шёл поперёк эклиптики и сейчас на экране уже отображались четыре планеты огромной Афонской системы, состоящей из двенадцати планет. Корт впервые, воочию, видел её со стороны — крохотную песчинку своего огромного звёздного галактического дома, во всей её красе и сидел не отрывая заворожённого взгляда от экрана спор.

— Разрешаю покинуть кресла. — Раздался спокойный голос капитана. — Искусственная тяжесть на корабле около трети вам привычной. Будьте аккуратны.

Корт бросил быстрый взгляд в сторону капитана, но тот продолжал сидеть в прежней позе, будто говорил и не он, вовсе. Будто почувствовав на себе сторонний взгляд, капитан повернул голову в сторону Корта.

— Активируй верхнюю левую клавишу. — Произнёс Валл'Иолет.

Уже приученный автоматически выполнять все команды капитана, Корт механически выбросил руку в левую часть пульта управления и коснулся нужной клавиши — в тот же миг из пульта управления в сторону его кресла быстро поползли две панели. Корт сжался, но тут же вспомнив, что такие же панели соединяют пульт управления и кресло капитана, мысленно выругал себя и приподняв, руки, замер в ожидании. Чуть не достав до подлокотников, панели замерли. Корт перевёл взгляд на капитана.

— Они не кусаются. — Раздался достаточно грубый голос капитана. — Это твои основные органы управления перемещением корабля в пространстве, управлением пространственным обзором и связью. Правая панель управляет перемещением, левая задаёт скорость. Кроме акселератора, на левой панели располагаются клавиши управления экраном спор и клавиши связи — нижний ряд, согласно номерам кают экипажа. Левая нижняя — каюта капитана. Органы управления обеих кресел идентичны. Кораблю задан вектор и ускорение. Автопилот включен. Через двенадцать дней его скорость будет максимальна. Разгон не агрессивный, чтобы не вызвать у вас неприятных ассоциаций. Если намереваешься достичь цели — органами перемещения не манипулируй. Трудно предположить, что система контроля подумает о тебе. После стабилизации скорости, начнёшь учиться управлять кораблём. Обзор, связь — по своему усмотрению. Кораблём управляют держа руки на панелях, а не над ними. — Произнёс капитан, непривычно для него, высоким голосом. — Или тебе их привязать?

— Извините, господин капитан. — Ответил Корт, сдавленным голосом, резко опуская руки.

Опуская, он отдёрнул руки назад, чтобы они оказались на подлокотниках, но его движение оказалось слишком резким и левая рука, ударившись локтем в кресло, отскочила назад и самый длинный палец ткнулся в одну из клавиш — над пультом управления вспыхнула пустая голограмма. Сердце Корта остановилось. Прошло несколько мгновений и в голограмме появилось удивлённое лицо Вирта.

— Что-то произошло? — Раздался, явно, обеспокоенный голос начальника экспедиции.

В зале управления воцарилось молчание.

— Я обеспокоен. — По лицу Вирта скользнула тень испуга.

— Вызвал, объяснись! — Раздался грубый голос капитана. — Это не игра!

— Извините, господин Вирт. — Сдавленным голосом заговорил Корт. — Случайно!

— Хм-м! — Плечи Вирта дёрнулись. — И всё же?

— Я изучаю органы управления корабля, господин Вирт. — Начал объяснять Корт. — И случайно активировал связь с вашей каютой. Извините!

— Надеюсь, это не будет системой. — Губы Вирта тронула лёгкая усмешка. — И каково же состояние корабля? Мы доберёмся до цели?

— Да, господин Вирт. Непременно! — Корт покивал головой. — Состояние корабля — превосходное.

— Вот и отлично. — Вирт широко улыбнулся, его голова опустилась и заметалась по голограмме. — Как это отключается? — Донёсся его глухой голос.

— Тот же сенсор. — Раздался голос капитана.

— Но я не... — Голова Вирта в голограмме покачалась из стороны в сторону.

Проклятье! Это же ко мне относится. Мелькнула у Корта мысль и он соразмерив положение своих пальцев и клавиш, ткнул длинным пальцем в клавишу перед ним — голограмма погасла.

— Теперь ты всё знаешь. Повнимательней к астероидам — их здесь ещё предостаточно. Дальше они будут реже. — Капитан ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления и панели управления перед его креслом скользнули в пульт управления, его кресло повернулось и он поднялся. — Я пройдусь. Посмотрю, всё ли на месте.

Повернувшись, он направился к выходу и скрылся за дверным проёмом.

Проводив его долгим взглядом, Корт наклонился к панелям управления. Корт видел, как капитан несколько раз вызывал их, но он никогда не объяснял их предназначения.

Панель управления движением состояла из устройства, напоминающего часть сферы, торчащей из панели и двух рядов по четыре клавиши над ней с непонятными пиктограммами. Корт аккуратно положил руку на сферическую поверхность, но тут же отдёрнул её, будто обжёгся. Положив руку перед сферой, он повернулся к другой панели. Почти через всю панель, по её краю была прорезь из которой торчал рычаг примерно на высоту его ладони, который сейчас находился почти в самом переднем краю прорези. Акселератор — догадался он. Вдоль прорези располагались пять рядов, по четыре в каждом, разноцветных клавиш с такими же непонятными пиктограммами. В верхней части панели располагался какой-то рычажок, безо всяких знаков обозначения. Корт уже знал многие пиктограммы и теперь попытался сопоставить свои знания с пиктограммами на клавишах, чтобы понять их функциональное назначение, но к его разочарованию, большинство пиктограмм оказались цифрами. На всех остальных клавишах красовались пиктограммы, которые он мог сопоставить с чем-то понятным, но являлись ли его догадки истиной, ему ещё предстояло узнать. Корт откинулся на спинку кресла и аккуратно положил левую руку на панель управления. По крайней мере, предназначение четырёх нижних клавиш, он уже знал и потому ткнул пальцем в одну из клавиш нижнего ряда — со вспыхнувшей над пультом управления голограммы, на него смотрело удивлённое лицо Таис.

— Привет! — Губы Корта расползлись в широкой улыбке.

— Привет! — Таис громко хмыкнула. — Ты где?

— В зале управления.

— А капитан?

— Ушёл.

— Ты сам ведёшь корабль? — Брови Таис выгнулись высокими дугами.

— Как видишь. — Корт дёрнул плечами.

— Я как-то уже не уверена, что мы доберёмся до Грозы. — Таис состроила на лице игриво-испуганное выражение.

— Я шучу. — Корт улыбнулся. — Кэп поставил корабль на автопилот и ушёл проверить — ничего при старте не отвалилось.

— И как прошёл старт?

— Класс! — Корт состроил гримасу восхищения. — Сколько уже раз поднимал свои корабли, но такую красоту вижу впервые.

— Так ты, действительно, один?

— Иначе, мы бы не трепались. — Корт покрутил головой.

— Иду к тебе.

— Ты что. — Корт состроил серьёзное лицо. — Появится кэп, оба, своим ходом, отправимся обратно.

— Как это, своим ходом?

— Узнаешь! — Корт хмыкнул. — Всё! Привет!

Ткнув пальцем в туже клавишу, он прервал связь и глубоко и протяжно вздохнул.

Пронесло!

Он опять склонился к клавишам левой панели управления и принялся строить догадки сопоставления пиктограмм на них с возможными командами. Увлёкшись, он даже не услышал, как вернулся капитан. Вернул его в реальность происходящего громкий голос капитана. Корт поднял голову и увидел над пультом управления голограмму с изображением начальника экспедиции.

— Летательный аппарат имеет недостаточную устойчивость. — Говорил капитан, явно, недовольным голосом, чётко произнося слова. — Он сместился.

— Но мы же закрепили его на растяжки. Никуда он не улетит. — Вирт покрутил головой.

— Это не аргумент. — В голосе капитана послышался скрежет, говорящий о его крайнем недовольстве. — Он должен быть неподвижен.

— Хорошо, господин капитан. — Вирт покивал головой. — Мы немедленно займёмся его устойчивостью.

Голограмма погасла. Валл'Иолет повернул голову в сторону Корта.

— Как успехи? Дай врезку заднего пространства.

— Я-я-я...

Лоб Корта мгновенно покрылся испариной.

— Что ж... — Лицо капитана исказилось неприятной гримасой. — Это тоже результат. Ты пилот! — Его голос зазвучал громко и резко. — Во время перемещения в пространстве, у твоих рук, в зале управления, есть лишь одно место — панели управления. Снял — тебя нет...

11

Наступил сотый день пути экспедиции. Система Грозы величественно сияла во всей своей красе на экране спор зала управления. Звезда жёлтого цвета имела в своём хороводе четыре планеты, которые сейчас располагались в разных сторонах от своего солнца, чем вызвали недовольство Вирта, который явился в зал управления, чтобы высказать своё негодование капитану, чем вызвал у того широкую улыбку.

— В чём проблема, господин Вирт? — Валл'Иолет поднял плечи. — Это имеет существенное значение для изучения планет?

— Лишня суета. Время. Да и затраты энергии, господин Лампарт. — Вирт шумно вздохнул, и приложив, предложенную ему капитаном, баночку с тоником к губам, сделал глоток.

— Ваши опасения абсолютно не обоснованы. — Валл'Иолет покрутил головой. — Энергии в контейнерах предостаточно. Времени ещё больше. Если уж мы преодолели расстояние в несколько световых лет, то несколько световых минут, надеюсь, не станут для нас преградой.

— Хотелось бы, чтобы так и было. — Вирт опять шумно вздохнул и вновь приложив баночку с тоником к губам, сделал большой глоток энергетического напитка толлонов...

***

Тревога Вирта была обоснована. Хотя внешне, по Ирне, это ещё не было заметно, но уже все на корабле знали, что она носит в себе ребёнка...

Первой об этом узнала Таис, которая настояла на обследовании Ирны, всвязи с участившимися у той головными болями, начавшимися где-то, после двадцатого дня экспедиции. Ирна несколько дней отказывалась от обследования ссылаясь на влияние пониженной силы тяжести, но в один из дней головная боль была такой сильной, что Ирну вырвало. Вмешался Вирт и приказал Ирне добровольно пройти обследование или, в противном случае, пригрозил он, оно будет принудительным. Расплакавшись, Ирна направилась с Таис в медлабораторию. Первый же анализ привёл Таис в замешательство. Она тут же заподозрила причину недомогания Ирны, но сама мысль о ней, привела её в оторопь. Все женщины перед стартом были проверены на отсутствие беременности и предупреждены о её нежелательности во время экспедиции. Таис, более всего опасалась за Ушрат, так как она, почти всё свободное, от дежурств, время, проводила с мужем — они часто, даже, спали в одной каюте. Но от Ирны этого она никак не ожидала, так как они, практически, не расставались, тоже живя в одной каюте — в каюту капитана Ирна уже и не ходила. Капитан, практически, не вылезал из зала управления и Ирна решила, что одной в его каюте ей делать нечего. В каюту капитана, фактически, перебрался Вирт, оставив Корта в своей каюте одного и тот в свободное время, зачастил в каюту к Таис и Ирне и юлой вертелся вокруг Таис, но она держала его на дистанции, не давая даже намёка на какие-то близкие отношения, сама, в глубине души, пылая страстью к инопланетному капитану Валлиолету Лампарту. Она совершенно не представляла, чем ей был мил этот уродливый старик и втайне, искренне, завидовала Ирне, наблюдая, как они, хотя бы иногда, о чём-то беседовали. Такого удовольствия ей, капитан, за всё время экспедиции, не предоставил ни разу, хотя она и не раз пыталась завязать с ним беседу, но наткнувшись на строгий взгляд его чёрных, с жёлтым ободком вокруг зрачков, глаз, прерывала свой, едва начавшийся, монолог и уходила, в душе проклиная инопланетного истукана. Ирна же с Кортом была весела и приветлива и они часто оставались наедине, делясь своими успехами в познании языка цивилизации толлонов.

Таис тут же заподозрила Корта в отцовстве ребёнка Ирны и даже пришла в негодование, помня о его ухаживаниях, но, в конце-концов, смирила свой гнев, осознав, что если капитан узнает об измене Ирны, тут же расстанется с ней и тогда непременно обратит внимание на неё. Но чтобы доказать отцовство Корта ей нужна была капелька его крови.

Сделав несколько дополнительных анализов Ирне и окончательно убедившись в своих подозрениях, Таис, ничего не сказав о беременности Ирне, а всего лишь выдав ей упаковку таблеток, и посоветовав почаще спать, занялась разработкой плана по добыче крови Корта. И удача вскоре улыбнулась ей, безо всякого плана — за обедом, когда она подавала Корту столовые приборы, тот вознамерился взять её за руку, но она, отдёрнув руку, задела ножом локоть Корта, царапнув его. Этого хватило, чтобы из локтя выступила капля крови. Схватив салфетку, Таис промокнула каплю и мотивируя, что будет наказана, если Вирт увидит окровавленную салфетку на кухне, убежала прятать её в утилизатор своей каюты, а в действительности, понеслась в медлабораторию.

Сделанный анализ обескуражил Таис — в крови Корта не было тех странных молекул, которые присутствовали в крови Ирны. Догадка больно кольнула мозг Таис — отцом ребёнка Ирны мог быть капитан. Полная уныния, она направилась к Вирту.

Сообщение Таис, буквально, ввергло начальника экспедиции в шок. Некоторое время он сидел с открытым ртом и вытаращенными глазами и Таис уже забеспокоилась о его адекватности и ей, вдруг, пришла в голову нелепая мысль, что это он отец ребёнка, так как Ирна рассказывала ей, что они, одно время, даже дружили, когда вместе вытаскивали корабль из песка. Но, наконец, придя в себя, Вирт разразился пространным монологом о своей несчастной жизни.

— Это конец экспедиции. — Запричитал Вирт, схватившись за голову. — Нужно поворачивать назад. Сколько у нас есть времени? — Он вопросительно взмахнул подбородком, смотря на Таис.

— Если учесть, что беременность длиться триста пятьдесят дней, а в пути мы лишь двадцать шестой и навряд ли это произошло с ней задолго до экспедиции, иначе бы она в неё не попала, то времени ещё предостаточно.

— Она бы попала в любом случае. — Вирт махнул рукой. — Только вместо тебя был бы другой специалист. — Он вскочил и забегал по каюте, если бегом можно было назвать, три шага вперёд, три — назад. — Кто знает об этом? — Поинтересовался он, останавливаясь напротив Таис.

— Мы двое. — Таис дёрнула плечами. — Даже она ещё, толком, не догадывается, что с ней.

— А как же женские признаки беременности?

— До шестидесяти дней они могут не проявляться.

— Значит, где-то за шестьдесят, если проявились. И как на Гитту сообщать? — Вирт шумно вздохнул и усевшись в кресло, откинулся в нём и закрыв глаза, замер...

Корот Вирт прекрасно чувствовал себя в этой экспедиции. Было появившаяся скука, в первые дни экспедиции, вдруг, прекрасно разрешилась: заглянув как-то в зал управления, он был поражён видом звёзд, отображаемых на экране спор, а когда Корт продемонстрировал ему купол, пришёл в восторг. Вид звёзд на небольшом экране, в его каюте, Вирта нисколько не тронул, а здесь же, в зале управления, было их завораживающее величие.

Капитан Лампарт, на удивление Вирта, оказался сговорчивым и Вирт с этого дня, по несколько часов, просиживал в зале управления, записывая видео, а порой и делая зарисовки звёздной картины с экрана спор. Корабль шёл уже с максимальной скоростью и звёздная картина на экране спор приобрела некоторый динамизм, состояние, до сих пор незнакомое Вирту, привыкшему к более статичной картине звёздного отображения. Уже накопленный материал позволял ему даже мечтать о придании своим работам академической направленности и неизменном повышении своего научного имиджа. И вдруг, такая неприятность.

Какой академик! Горестно размышлял Вирт. Я стану посмешищем. Не смог удержать экспедицию под контролем. Да мне теперь и аспиранта не доверят. Позор! Но, вдруг, его мысли встрепенулись. Одно спасение — если отцом ребёнка, действительно, окажется Валлиолет Лампарт. Медики меня на руках будут носить. Придётся сократить обследование планетной системы. Быстро соберём материал и назад. Главное, чтобы с Ирной ничего не произошло...

Вирт открыл глаза и выпрямился.

— Скоро всё равно этого не утаишь, так что, можешь сообщить всем. — Заговорил он твёрдым голосом. — Капитану, думаю, не стоит. Хочет, пусть сама говорит. Глаз с неё не спускай. Это теперь твоя основная задача в экспедиции. Вы подруги и надеюсь, проблем у тебя не будет. — Вирт поднялся. — Иди занимайся. — Он кивнул подбородком в сторону двери.

— Вы думаете, что отец — капитан? — Произнесла Таис, тоже вставая.

— Надеюсь. Иначе... — Вирт махнул рукой. — Или спроси у неё самой, или, если сможешь, точно определи продолжительность её беременности. Тогда будем знать с большей достоверностью. Иди! — Он вновь кивнул подбородком в сторону двери. — Мне нужно поразмышлять, прийти в себя, наконец.

— Да, господин Вирт. — Кивнув головой, Таис ушла.

Но сказала Ирне о беременности, она лишь через три дня, когда у той вновь была рвота. Все эти три дня, Таис пыталась найти способ, чтобы раздобыть капельку крови капитана, но все её усилия оказались тщетны, все эти дни, будто что-то чувствуя Валлиолет в столовую не приходил. Таис уже вознамерилась, намеренно, уколоть его чем-то при встрече. Такая встреча у них произошла на третий день её мытарств, но капитан, вдруг, таким взглядом посмотрел на неё, что она и не помнила, как они разминулись. Поняв, что её затее не суждено осуществиться, она направилась к Ирне.

После выслушанного сообщения, немного смуглая кожа Ирны мгновенно сделалась белой, её ноги подкосились и она села на пол. Подняв руки, она уткнула в них лицо. Её плечи затряслись.

Таис присела рядом и взяла Ирну за плечи. Резким движением Ирна сбросила руки медика с плеч и вскочив, выбежала из каюты. Когда Таис выбежала следом, Ирна уже стояла у каюты капитана, прикладывая руку к пластинке идентификации. Когда Таис оказалась у каюты, выскользнувшая из стены дверь закрыла проём. Постучав рукой по пластинке идентификации, но так ничего и не добившись, она вернулась в свою каюту.

С этого дня Ирна сделалась замкнутой и практически, перестала выходить из каюты капитана. Таис опять направилась к Вирту. Выслушав её, Вирт махнул рукой.

— Пусть делает, что хочет. Если смылась к капитану, пусть тот о ней и заботится. Может затем и вернулась в его каюту. Может увидев её состояние, сам поймет, что происходит. А может уже и понял, потому и держит сейчас двери своей каюты заблокированными — не попадёшь. Даже не знаю, что и сказать ещё. — Глубоко и шумно вздохнув, он взял Таис за локоть. — Надеюсь на корабле уже все об этом знают. Прошу лишь об одном — никаких насмешек. Будто ничего не произошло. Договорились? — Он кивнул головой.

— Да разве я против. — Таис подняла плечи. — Все мы... — Повернувшись, она пошла прочь.

Жизнь на корабле пошла своим чередом, лишь с той разницей, что капитан стал чаще уходить из зала управления, для прогулок с Ирной по коридорам корабля, к восторгу Корта, у которого появилась отличная возможность, как можно лучше, узнать корабль и управление им.

***

— По нашим наблюдениям, первая и последняя планеты однозначно безжизненны. — Принялся рассуждать Вирт, сидя в кресле Корта в зале управления, выставив указательный палец в сторону экрана спор. — Вторая и третья — возможно. Хотя на второй должно быть достаточно жарко, а на третьей — холодновато. Но меня смущает их цвет: очень красная и красная. Голубая составляющая едва просматривается. Если бы можно было высунуть наружу анализатор и направить в их сторону. — В голосе начальника экспедиции послышались просящие нотки.

— Это исключено, господин Вирт. — Губы Валл'Иолета вытянулись в усмешке. — На такой скорости ваш анализатор ничего не увидит. Более того, он, просто-напросто, сгорит. Да и целостность корабля окажется под угрозой. Появившаяся брешь станет непреодолимой помехой для системы контроля пространственного скольжения. Корпус корабля может оплавиться. Это катастрофа. Не стоит рисковать. Через девять-десять дней мы будем на месте и вы, не подвергая себя опасности займётесь исследованиями.

— Я никак не могу решить, кукую планету первой выбрать для обследования.

— Положись на свою интуицию.

— О какой интуиции можно говорить, господин Лампарт, если это первая экспедиция нашей цивилизации к другой планетной системе. Уж если кому и говорить об интуиции, то вам. Наверняка вы уже были во многих мирах?

Ничего не ответив, Валл'Иолет ткнул в одну из клавиш пульта управления — вспыхнувшая над пультом управления голограмма оказалась пустой. Он ткнул пальцем в другую клавишу — в голограмме было лицо Корта.

— Сейчас буду, господин капитан. — Произнёс Корт, без предисловий и голограмма тут же погасла.

Повернувшись вместе с креслом, Валл'Иолет поднялся.

— Господин Вирт, я предлагаю тебе решить этот вопрос с пилотом. Мне без разницы, какая из них будет первой.

Он шагнул к выходу, навстречу, уже показавшемуся в проёме двери, Корту Тарову...

***

Первой была вторая планета. Так решил Валл'Иолет, так как Вирт, тяготимый состоянием Ирны, так и не смог определиться, как и остальные члены экспедиции — планеты, примерно были равнозначны и к какой из них направиться первой, никто не мог дать твёрдого обоснования.

Валл'Иолет, когда скорость весспера снизилась до безопасной, для хождения в достаточно запылённом пространстве планетной системы Грозы, просто, направил корабль ко второй планете, так как она сейчас двигалась по своей орбите навстречу вессперу и потому время подхода к ней было на несколько минут меньше. Он ткнул пальцем в одну из клавиш связи на панели управления — из вспыхнувшей над пультом управления голограммы, на него смотрели испуганные глаза Вирта.

— Перед нами вторая планета. Можете высовываться со своим анализатором и начинать исследования, господин Вирт. — Заговорил Валл'Иолет. — Я приоткрою створку люка ангара. Только скафандр у меня один. И не забудьте пристегнуться, чтобы не выдуло.

— Мы идём ко второй планете? — Скороговоркой выпалил Вирт, вскинув брови.

— У тебя есть другое предложение? — Валл'Иолет взмахнул подбородком.

— Нет, нет, господин Лампарт. Как скоро мы будем на её орбите?

— Часов через пять. Планетная система содержит много пыли и пришлось значительно снизить скорость.

— Что ж, если мы уже определились, то нет смысла рисковать. — Губы Вирта вытянулись в непонятной виноватой улыбке. — Начнём изучение планеты с её орбиты. А пока приготовимся к встрече с инопланетным миром.

Молча дёрнув правым плечом, Валл'Иолет прервал связь...

Корот Вирт, с выражением досады на лице смотрел в экран спор своей каюты, на расползающуюся по нему рыжую планету. Досада была на себя, что не смог сам определиться с выбором; на Валлиолета Лампарта, который, возможно, ошибся с выбором планеты; на Ирну, которая своею выходкой поставила экспедицию в критическое положение, а теперь и вовсе, сделалась, практически, неуправляемой и категорично, отказывалась проходить обследования у Таис и потому о течении её беременности, почти ничего не было известно. У Вирта уже не раз появлялось желание: прервать экспедицию и вернуться. В такой момент он, неизменно, шёл к Таис и та, своими уверениями, что с Ирной всё в порядке и оснований для беспокойств нет, вселяла в него на несколько дней спокойствие, по прошествии которых, в него вновь вселялась хандра, избавляться от которой он, неизменно, шёл к Таис.

Какая там может быть жизнь... Размышлял Вирт, стоя перед экраном. Сплошные пески. Температура не ниже восьмидесяти. Атмосфера — скорее всего один азот. Воды нет. Нет и гроз, которые наблюдались в телескопы. Их, вообще, нет ни на одной планете. Что это, оптический обман от далёкого расстояния? Но почему тогда у других планет он не наблюдался? Проклятье! Может не стоит и переться к ней. Какая теперь разница. Он поморщился. Все равно уже мимо идти. Третья с другой стороны от Грозы.

Вспыхнувшая врезка в экране спор его каюты с изображением капитана, вывела его из размышлений.

— Господин Вирт, мы подходим. Ты определился с орбитой?

— Орбита? — Вирт сдвинул брови. — Что она нам даст? То что можно узнать, уже узнали. Я предлагаю сразу идти на посадку. Да и устали все от пространства. Хочется постоять на поверхности. Сделаем быстрый анализ и к третьей. Уверен, ловить здесь нечего.

— Я пока не вижу подходящей площадки для посадки. — Валл'Иолет покрутил головой. — Всё же придётся покрутиться.

— Сами решайте, господин Лампарт. — Вирт махнул рукой. — Только не тяните. И постарайтесь найти её в южном полушарии: там сейчас должно быть прохладнее.

Врезка исчезла. Посмотрев ещё некоторое время на изображение рыжей планеты на экране спор своей каюты, Вирт отвернулся и направился к выходу, намереваясь с Мериаманом и Ушрат обсудить порядок действий на месте посадки...

Только лишь на четвёртом витке, Валл'Иолету удалось высмотреть подходящую поверхность в южном полушарии планеты — из песка выступало широкое плато. Валл'Иолет в очередной раз, с досадой, посетовал на отсутствие анализатора поверхности планет на военных кораблях толлонов. Приходилось уповать на свою проницательность и интуицию. Плато было немного изогнуто и рассматривая его с высоты орбиты, Валл'Иолет пытался определить, достаточно ли будет высоты опор, чтобы весспер не лёг на брюхо, что могло грозить его деформацией при достаточной твёрдости плато. Ни к чему не придя, он связался с начальником экспедиции.

— Я нашёл плато. Оно перед нами. Но оно, в значительной степени, неровно.. — Заговорил он, отвечая на немой вопрос в глазах Вирта. — Может кто-то из вас определит перепад высот на нём? Если больше пяти метров, придётся искать другое.

— Сейчас поинтересуюсь у терроформиста. — Произнёс Вирт и голограмма опустела.

Валл'Иолет, в ожидании, откинулся в кресле. Корт последовал его примеру.

За время пути он уже, вполне, освоился с пилотированием корабля и уверенно совершал пространственные маневры, но посадку капитан ему не доверил и Корту ничего не осталось, как копировать его поведение, благо, он уже понимал, что означает, то или иное, действие капитана. Но несмотря на все старания Корта, капитан оставался к нему холоден и никаких намёков на дружбу меж них не давал. И сейчас Корт был раздосадован, что капитан не поинтересовался у него состоянием плато, а обратился к начальнику экспедиции, хотя Корт мог бы с уверенностью сказать, что плато, вполне, пригодно для посадки и перепад высот на нём едва ли превышает три метра.

— Господин Лампарт! — Донёсшийся голос начальника экспедиции заставил Корта перевести взгляд на голограмму. — По нашим оценкам — перепад высот на плато не превышает пяти метров. Это однозначно. Более точно можно будет сказать, когда окажемся над ним и можно будет просканировать его лазером.

— Тогда садитесь в кресла. — Валл'Иолет махнул рукой. — Через три минуты посадка.

Голограмма погасла.

Корт уставился в капитана, но тот сидел изваянием, не предпринимая никаких действий.

Ждёт! Понял Корт.

В зале управления не было хронометра, что удивляло Корта, лишь иногда цифры времени появлялись или на экране спор, или на терминале, но капитан всегда чувствовал ход времени и Корт искренне завидовал этой его способности. Он, как мог, развивал в себе такой же навык, но если чувствовать короткие промежутки времени ему, ещё как-то удавалось, то с длинными у него были проблемы, он, неизменно, терял его чувство и вздыхая с досадой, переводил взгляд на свой ручной хронометр..

Корт не понимал, зачем капитан убирал хронометр с экрана спор, а спросить, так и не решился.

Может думает, что я не понимаю его или не хочет, чтобы понимал? Углубился он в размышления. Но цифровую последовательность письменности его цивилизации я уже хорошо знаю и научился понимать ход времени его мира. Может таким образом он тренирует своё чувство времени?

Желание что-то спрашивать самому, капитан погасил у него в первые же дни старта и сам объяснял, когда хотел и что хотел. Но в последующие дни капитан замкнулся и казалось, перестал замечать присутствие пилота в зале управления. Корт связывал это с взбудоражившей экспедицию новостью, что у Ирны будет ребёнок и не исключено, что отец ребёнка — капитан.

Это событие даже изменило жизнь экспедиции: сложившиеся пары вдруг распались и все разошлись по тем каютам, которые им предназначались изначально. Таис тоже замкнулась и на все попытки Корта поухаживать за ней, лишь хмыкала и тут же уходила от него. Ирна же, практически перестала покидать свою каюту одна и гуляла по коридорам корабля, лишь в сопровождении капитана и тот, даже, сам носил ей еду из кухни. Нет, нервозности не было, но каждый, вдруг, стал, сам по себе. Мужская половина экспедиции, в последнее время, даже перестала мяч гонять по ангару, чем прежде, неизменно, занималась каждый день...

Вдруг корабль клюнул носом и Корта потянуло вперёд. Уцепившись в подлокотники, он остановил своё перемещение и перевёл взгляд на капитана — тот сидел уже выпрямившись и было видно, что его руки напряжены. Корт перевёл взгляд на экран спор — поверхность планеты стремительно приближалась.

Наконец! Всплыла у Корта довольная мысль.

Появилась мелкая неприятная дрожь. Корт стиснул зубы и бросил быстрый взгляд в сторону капитана, но тот продолжал сидеть в прежней позе, видимо он не стал слишком заботиться о состоянии экипажа, а решил поскорее совершить посадку. В зале управления как-то неестественно посветлело. Корт вновь перевёл взгляд на экран спор — по нему бежали рыжие разводы, мешая видеть пространство.

Ну и ну! Корт состроил гримасу. Прямо, как у нас при посадке. Он намеревается размазать нас по плато или у него тоже есть двигатели мягкой посадки? Мысленно сыронизировал он.

Вскоре разводы превратились в рыжие сполохи, которые заполонили весь экран, их отблески заплясали по пульту управления. Зал управления наполнился неприятным цветом, заставившим Корта внутренне сжаться. Он вновь повернул голову в сторону капитана, но тот продолжать сидеть в своей прежней позе, будто не осознавая происходящего. Корт отвернулся и опять уставился в экран спор.

К его удивлению, рыжие сполохи вскоре начали бледнеть, а в зале управления темнеть. Экран спор быстро очистился и пожелтел. На нём отображался лишь песок.

Впереди показалась возвышенность. Корабль шёл к ней.

Плато. Догадался Корт.

Насколько он мог оценить, плато возвышалось над песком не менее тридцати метров. Видимо, оно когда-то было скалой, но время и песок сгладили её вершину. С орбиты плато было не столь величественно, как сейчас и Корт невольно засмотрелся на него.

Корабль замедлил свой бег и зависнув над плато, медленно опустился.

Корта бросило в сторону и он едва успел удержался в кресле, чтобы не вылететь из него. Затем пошёл сильный крен в другую сторону. Донёсся надсадный скрежет, заставивший сердце Корта съёжиться. Он перевел взгляд на капитана: тот сидел уцепившись за подлокотники обеими руками. Следующий крен был уже не таким резким, следующий ещё меньше и покачавшись, корабль, наконец, замер. Прошло некоторое время и из пульта управления донеслись непонятные звуки.

Корт посмотрел в сторону капитана. Кресло с капитаном повернулось и он поднялся.

— Не думаю, что вам удастся выйти наружу. — Произнёс он и шагнул к выходу.

Повернувшись, Корт вскочил и направился следом. Оказавшись в коридоре, он увидел выглядывающего из своей каюты начальника экспедиции.

— Что? — Произнёс Вирт.

— Прибыли! — Корт дёрнул плечами и ускорил шаг, пускаясь вдогонку, за уже скрывшимся за поворотом коридора, капитаном.

Но догнал капитана он, лишь, в ангаре, тот стоял около панели управления трапом и тыкал пальцами в её клавиши. На терминале панели бежали ряды непонятных Корту знаков. За его спиной раздалось шумное дыхание, он скосил взгляд — рядом с ним стоял Вирт.

Убрав руки от панели управления трапом, капитан резко повернулся.

— Атмосфера не опасна, но для вас она непригодна. Кислорода всего восемь процентов. — Заговорил он. — Остальное азот и немного метана, что несколько необычно при таком климате. Очень сухо; влажность всего три процента; температура пятьдесят три; давление чуть более четырёхсот единиц. Сухая, безжизненная планета. — Подвёл он итог своему сообщению.

— Это оттуда? — Вирт указал рукой на панель управления.

— После посадки, прежде чем разблокировать трап, система контроля анализирует атмосферу и если находит её пригодной, снимает блокировку. — Пояснил капитан.

— А атмосферу этой планеты она сочла пригодной? — Поинтересовался Вирт.

— Сочла! — Валл'Иолет кивнул головой. — Но она имела ввиду меня, а не вас.

— Я хочу выйти и постоять на земле. — Раздался негромкий женский голос.

Все повернули головы — за спиной Вирта стояла Ирна. Её лицо было бледным и каким-то уставшим. Корт тут же отметил, что она заметно пополнела.

— Здесь нет земли, лишь песок. — Произнёс Вирт.

— Мне всё равно. — Тихо ответила Ирна.

— Если я опущу трап, атмосфера корабля быстро улетучится. Завеса трапа не сможет противостоять. Она слаба. Корабль не имеет системы для нивелирования атмосфер. Он не пред... — По лицу Валл'Иолета скользнула неприятная гримаса. — Об этом нужно было побеспокоиться вам самим. Там вы долго не продержитесь. — Резюмировал он.

— А если мы сами попытаемся блокировать атмосферу... — Произнёс Вирт с непонятной интонацией, толи предлагая это сделать, толи, просто, интересуясь.

— Если вы сможете уравновесить наружное давление, блокируйте. — Валл'Иолет дёрнул плечами.

— Мы форсируем работу своей атмосферной станции и создадим завесу. — Вирт вытянул руку в сторону стоящего у дальней стены ангара агрегата. — Надеюсь его производительности будет достаточно, чтобы уравновесить наружную среду.

— Я хочу выйти сейчас. — Раздался тихий голос Ирны.

Все повернулись к ней.

— Думаю, через час-полтора это будет возможно. — Произнёс Вирт.

— Я больше не могу сидеть взаперти. — Настаивала Ирна.

Корт и Вирт повернулись к капитану.

— Могу предложить скафандр. — Произнёс Валл'Иолет.

— Мне всё равно. — Ответила Ирна.

— Прошу! — Валл'Иолет вытянул руку в сторону одной из дверей ангара.

Повернувшись, Ирна направилась в указанном направлении. Валл'Иолет догнал её и пошёл рядом.

— Он же, только что, сказал, что вся атмосфера улетит. — Произнёс им вслед Корт.

— Надеюсь капитан не настолько безголов, чтобы противоречить своим словам, даже для неё. — Негромко заговорил Вирт. — Значит есть что-то, чего мы не знаем.

— Будем подсматривать? — В голосе Корта послышалась ирония.

— Несомненно! — Вирт кивнул головой и шагнул в направлении атмосферной станции.

— А почему у нас нет скафандров? — Поинтересовался Корт, направляясь туда же.

— Мы же шли к пригодной для жизни планете. Никто о них и не подумал. Спешка! Думали не успеем воспользоваться случаем. Да и капитан сказал, что у него есть один и этого вполне достаточно. — Вирт громко хмыкнул. — Полные идиоты!

— Каким случаем? — Корт вскинул брови.

— Думали, что капитан смоется вместе с кораблём. Вот и торопились. — Вирт махнул рукой.

— Н-да-а! — Корт покрутил головой.

Когда Вирт и Корт подошли к атмосферной станции, в ангар спустились и все остальные члены экспедиции и тоже подошли к атмосферной станции.

Вирт повернулся к Мериаману.

— Ты, как термоформист, лучше всего знаком с атмосферными процессами. Мы хотим блокировать выход воздуха из корабля в атмосферу. Насколько я знаю — это возможно с помощью воздушных завес большой плотности. Надеюсь наша атмосферная станция способна создать такую завесу.

— Конечно способна. — Терроформист дёрнул правым плечом. — Иначе, зачем бы мы тащили её с собой. Что блокировать?

— Люк трапа. — Вирт вытянул руку в сторону люка, за которым скрывался трап.

Мериаман повернулся в указанном направлении и смерил взглядом расстояние от атмосферной станции, до люка.

— Если воздуховода не хватит, придётся станцию перебазировать. — Произнёс он.

— Что гадать. — Вирт состроил недовольную гримасу. — Разворачивай воздуховод. Определимся по месту.

Мериаман подошёл к одной из стен атмосферной станции и повернул несколько рычагов на ней — с громким шуршанием стенка станции разделившись на две части, расползлась по сторонам. В проёме стояла большая массивная рама.

— Потащили! — Произнёс Мериаман, взявшись за раму.

За второй край рамы взялся Хоремхеб. Выполненная из сплавов, она оказалась не тяжёлой. Вытащив раму из станции, они понесли её в сторону люка, выделяющегося на полу ангара более серым прямоугольником, нежели сам пол. Рама оказалась лишь чуть больше прямоугольника.

— Угадали! — Вскинув брови произнёс Вирт.

— Для его же и собрана. — Чуть повысив голос ответил Мериаман.

— А для этого? — Вирт описал в воздухе круг в направлении на большой люк в полу ангара.

— Времени не хватило. — Мериаман покрутил головой. — Да и компрессор нужен мощнее. Если только к следующей экспедиции.

— Ещё куда-то? — Поинтересовался Хоремхеб.

— Это мои фантазии. — Губы Мериамана вытянулись в широкой усмешке. — Пошли за воздуховодами. — Он кивнул головой в сторону атмосферной станции.

Взявшись за торчащий снизу станции большую чёрную гофрированную трубу, они подтащили её к одной из сторон рамы, из которой торчал патрубок и насадив на него, защёлкнули замок, затем тоже самое проделали с обратной стороной рамы.

Мериаман вновь направился к атмосферной станции. В это время из дверей ангара показался капитан и человек в скафандре. Стекло шлема было затенено и лица человека невозможно было рассмотреть и если бы гитты не знали, что облачаться в скафандр направилась Ирна, то узнать её было бы невозможно, так как скафандр был достаточно большой и было непонятно, как среднего телосложения девушка управлялась со столь внушительным одеянием. Прекратив работу, гитты уставились в Ирну. Молча дойдя до стены ангара, капитан приложил к ней руку и часть стены скользнула вверх. За проёмом было темно. Капитан и Ирна шагнули в темноту и опустившаяся часть стены отгородила их от ангара.

Все гитты разом повернули головы к Корту.

— Что там? — Вирт вытянул подбородок в сторону двери, за которой скрылись капитан и Ирна. — Я впервые вижу, что эта часть стены движется.

— Не имею представления. — Корт мотнул головой.

— Так узнай! — Вирт повысил голос. — Ты же имеешь доступ ко всем системам корабля. И вообще, чем ты занимаешься в зале управления? Что ни спроси: или не видел, или не знаю.

— Я едва знаком с десятой частью корабля. В основном, изучаю, лишь, генераторный модуль, будто я техник, а не пилот. — Губы Корта вытянулись в виноватой улыбке. — Капитан, практически, нем. Спрашивать нельзя, а сам он, нечасто, снисходит для пояснения своих действий. Что удалось понять из его манипуляций, то и моё. Едва снизошёл, объяснить управление. Посадку не доверил, сам сажал. Что-то прочитать невозможно. Я лишь, едва, пару тысяч слов, да цифры, научился понимать. Причём, цифры у них имеют двойное значение: вначале нужно понять, к чему они относятся, а уже потом читать их. Одни догадки. Того и гляди — куда-то влезешь. Порой жмёшь на клавишу и сердце останавливается. Вот и учись! — Он с досадой на лице, махнул рукой.

— Весьма странная личность. — Негромким голосом, будто опасаясь, что капитан его услышит, заговорил Хоремхеб. — А если он сбежавший, из своей цивилизации преступник и его разыскивает галактическая служба безопасности. Найдут и нас не пожалуют.

— Городишь... — Вирт с гримасой недовольства посмотрел на механика. — Был бы преступник — мы бы тут не были. Попёрся бы он неизвестно куда, дрожа, что поймают в любое мгновение.

— Но что-то, всё же произошло. — Заговорила Таис. — Ирна как-то проговорилась, что он капитан какого-то весспера у себя в цивилизации.

— Могла бы и расспросить. — С упрёком в голосе, произнёс Мериаман.

— Расспросишь... — Уголки губ Таис тронула лёгкая усмешка. — Один другого стоит.

— Прекращаем бессмысленную дискуссию. Не затем мы здесь. — Вирт взмахнул ребром ладони перед собой. — Ты сможешь опустить трап или ждать капитана? — Он посмотрел в сторону Корта.

— Надеюсь, что смогу. — С усмешкой на губах, Корт направился в сторону панели управления трапом.

— Не торопись! — Выкрикнул ему в спину Мериаман. — Ещё завесы нет.

Мериаман подошёл к панели управления атмосферной станции, расположенной рядом с проёмом и принялся тыкать в неё пальцами. Вскоре раздался лёгкий свист, который всё усиливался и усиливался, в конце-концов превратившись в достаточно мощный гул, над рамой заструились белые разводы, которые вскоре затянули всё пространство рамы, превратив его в белое полотно. Все гитты отошли от рамы подальше.

— Так и будет реветь? — Поинтересовался Вирт, подойдя к Мериаману. — Думаешь нас на долго хватит? Оглохнем!

— Я не знаю какие силы будут действовать на завесу и потому вывел её на максимальный режим. Если капитан сказал, что там четыреста единиц, а здесь около шестисот, то немалые. Откроется люк — тогда и определюсь. — Он махнул рукой Корту. — Давай!

Отвернувшись, Корт ткнул пальцем в клавишу опускания трапа — на панели управления замигал красный индикатор. Прошло достаточно томительных мгновений и красный индикатор сменился мигающим зелёным — створки люка внутри рамы поползли в стороны. Гитты попятились ещё дальше, с затаённым дыханием уставившись в раму. Индикатор на панели управления трапом, мигнув последний раз, остался гореть ровным зелёным цветом. Из панели управления донеслись протяжные звуки.

— Трап опущен! — Выкрикнул Корт, стараясь перекричать гул завесы.

Мериаман принялся тыкать пальцами в панель управления атмосферной станции — гул начал стихать, но вместе с тем белое полотно в раме начало выгибаться наружу, а когда гул превратился во вполне терпимый свист, полотно выгнулось настолько, что казалось вот-вот должно было лопнуть и вдруг, исчезло. В проеме люка виднелись ступеньки трапа. Все уставились в Мериамана.

— Я ожидал худшего. — Заговорил термоформист. — Можно даже не надевать защитную одежду. Будет неприятно проходить через завесу, но, вполне, терпимо.

— А где завеса? Через что проходить? — Поинтересовался Вирт.

— А где она должна быть. — Состроив гримасу, Мериаман поднял плечи. — Внутри рамы. Где же ещё.

— Но она же исчезла? — В голосе Вирта послышалось возмущение.

— Да нет! Этого не может быть! — В свою очередь возмутился Мериаман и подойдя к раме, наклонился и опустив внутрь руку, поводил ею вдоль рамы. — Завеса есть. Держит. — Произнёс он, распрямляясь.

— А белое полотно где? — Продолжал расспросы Вирт.

— Это был синтетический дым. С ним удобно оценивать форму завесы. Он больше не нужен и я его убрал. Можно выбираться наружу. — Мериаман махнул рукой в сторону трапа.

— Вот и двигай первым. — Корт взмахнул подбородком в сторону рамы. — Покажешь, насколько будет терпимо. А уж потом мы решим, выбираться нам или не стоит.

— Корт и Таис остаются. — Заговорил Вирт. — Остальные начинают работать. Анализ атмосферы, почвы и всего, прочего, что можно найти и увидеть.

— Я тоже хочу подышать свежим воздухом. — Возмутилась Таис.

— Мы вернёмся — выйдешь вместе с Кортом и подышишь. Если будет чем. — Категоричным голосом произнёс Вирт.

Таис глубоко вздохнула, но промолчала.

Исследователи направились к одной из дверей ангара и вскоре появились обвешанные всевозможными приборами. Больше всех приборов висело на Мериамане, никак не меньше десятка; меньше всех у Вирта — лишь небольшой переносной телескоп, да штанга в руке.

Первым в проём рамы шагнул Мериаман и едва переступил несколько ступенек, как остановился и подняв голову, посмотрел на начальника экспедиции.

— Очень жарко. Такое впечатление, что вхожу в печь. Мы не сможем работать.

— Всем вернуться и одеть защитные костюмы. — Произнёс Вирт, обведя обвешанных приборами гиттов хмурым взглядом и повернувшись, направился к той же двери ангара, где хранились приборы.

Корт остался стоять на месте, а Таис подошла к раме и стала перед ней, с противоположной от Корта стороны. Корт беззвучно хмыкнул.

Ушедшие Гитты вскоре вернулись. Мужчины были одеты в защитные костюмы оранжевого цвета, единственная женщина среди них — ярко-зелёного. На головах были одеты прозрачные шлемы. Мериаман, опять, первым начал спускаться по трапу. Когда его голова опустилась до уровня пола, он остановился и поднял голову.

— Терпеть можно. — Раздался его глухой голос.

Опустив голову, он продолжил путь. За ним направился Вирт, потом Ушрат и последним ушёл Хоремхеб.

***

Прежде, чем ступить на жёлтое плато, Вирт, хотя терроформист уже стоял там, несколько раз ткнул в него штангой, затем осторожно потрогал его носком обуви, затем стал всей ногой, попрыгал на ней, а уже затем поставил на плато вторую ногу, вызвав сдавленный смех Мериамана. Бросив на терроформиста недовольный взгляд, Вирт сделал несколько шагов от трапа и начал осматриваться.

Было очень жарко, даже несмотря на вентиляцию в защитном костюме. Несколько спасала тень от нависшего над головой корабля, но проникающий через фильтр наружный воздух был настолько горяч, что, буквально, обжигал лёгкие. Корабль стоял на достаточно изрезанной твёрдой поверхности. Неровность плато исследователи определили, вполне, правильно — перепад высот составлял не более трёх метров. Капитану удалось посадить корабль на достаточно плоский участок плато, лишь одна опора была неестественно задрана; все другие стояли, почти, на ровной поверхности. Вокруг простирался бескрайний песчаный океан. Песок имел красноватый отлив, оттого, видимо и планета из космоса выглядела красноватой. Поодаль от трапа, из днища корабля, в плато, упиралась странная чёрная конструкция, рядом с которой стояли капитан и Ирна в скафандре. Влекомый любопытством, Вирт направился к ним.

Подойдя, он отметил, что всегда, немного, бледное лицо капитана сейчас красного цвета и было видно, что ему тяжело дышать. Как себя чувствовала Ирна определить было невозможно, так как стекло шлема скафандра было затенено.

— Господин Лампарт, что это? — Поинтересовался Вирт трогая рукой прямоугольную конструкцию. — И почему вы воспользовались ею, чтобы выйти наружу, а нам пришлось спускаться по трапу?

— Это переходный шлюз. — Заговорил капитан. — Он не предназначен для использования в атмосфере и может повредиться.

— Но вы-то воспользовались им?

— Это исключительный случай, господин Вирт и он уже подошёл к завершению.

Вирт не увидел, какой части шлюза коснулся капитан, но в нём, вдруг, появился неширокий проём. Капитан взял Ирну за локоть и подтолкнул к проёму.

— Нам пора!

Ничего не ответив, девушка шагнула к проёму и с трудом протиснувшись в него, исчезла из вида. Капитан шагнул за ней и проём в стенке шлюза исчез. Шлюз пошёл вверх и скрылся внутри корабля. Выскочившая створка люка закрыла проём в днище корабля, сделав совершенно неопределяемым то место, куда только что спрятался шлюз. Состроив гримасу недовольства, Вирт вернулся к планетным исследователям.

— Мне нечего добавить, к виденному вами. — Заговорил он. — У них свои проблемы, у нас — свои. Пока мы не позадохнулись, берём пробы всего, до чего сможем дотянуться: плато, песок, атмосфера. Я попытаюсь осмотреться.

Сняв с шеи телескоп, он установил его на штангу и поставив штангу на плато, прильнул к окуляру и начал медленно поворачиваться вместе с телескопом. Остальные занялись сбором образцов местного ландшафта.. Вдруг Вирт отстранился от телескопа и покрутил головой по сторонам, подёргал носом, будто почувствовал какой-то запах.

— Странное что-то там. Такое впечатление, что что-то горит. — Громко произнёс он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Стоящий неподалёку Хоремхеб, тут же подошёл к нему.

— Далеко? — Хоремхеб вопросительно взмахнул подбородком.

Вирт молча подвинул ему телескоп. Взявшись за аппарат, Хоремхеб прильнул к окуляру. Поводив трубой туда-сюда, он отстранился от прибора и вернул его начальнику экспедиции.

— Это не дым. — Он покрутил головой. — Сюда идёт песчаная буря. Я советую убраться в корабль.

— Проклятье! — Вирт опять прильнул к окуляру.

— Шеф! — Заговорил подошедший Мериаман. — Плато очень прочное. Нам удалось отколоть лишь крошечный кусочек.

Вирт отстранился от телескопа и повернул голову в его сторону. Мериаман разжал перчатку, на которой лежал крохотный кусочек красно-коричневого камня.

— Очень высокое содержание кремния хорошего качества. — Продолжил говорить Мериаман. — Нужен бур. Да и песка здесь почти нет. Ушрат колени потёрла, чтобы лишь щепотку наскрести. Нужна верёвка, чтобы опуститься с плато вниз и зачерпнуть песка.

— Сейчас песка у вас будет по уши. — С явным смехом заговорил Хоремхеб. — Песчаная буря идёт.

— Большая? — Поинтересовался Мериаман, сжимая перчатку в кулак, на которой лежал камешек.

— Такое впечатление, что весь песок поднялся в воздух. — Заговорил Вирт, снимая телескоп со штанги.

Будто подтверждая его слова, ударил такой мощный порыв ветра, что выбил телескоп из рук Вирта и прибор, ударившись о плато, покатился по нему кувырком.

— Проклятье!

Вирт бросился вдогонку за телескопом, но следующий порыв ветра подбросил прибор и ударил его в опору корабля с такой силой, что во все стороны брызнули его обломки. Самого Вирта тоже бросило вперёд и если бы он не успел упереться штангой в плато, то, определённо, покатился бы по нему, подобно своему разбитому прибору. Подбежавший Хоремхеб ухватил Вирта за предплечье.

— Шеф! — Закричал он, пытаясь перекричать следующий порыв ветра. — Нужно убираться. Унесёт!

— Да, да! Уходим!

Вирт развернулся и помогая себе штангой, направился к трапу. С другой стороны к трапу спешили взявшись друг за друга Ушрат и Мериаман.

Следующий порыв принёс с собой песок, который громко забарабанил по стеклу шлемов, по защитной одежде. Порыв был настолько сильным, что заставил Вирта и Хоремхеба остановиться и уцепиться друг за друга. Ушрат и Мериаману было несколько легче — ветер гнал их к трапу и им нужно было лишь успевать переставлять ноги и они вскоре уже поднимались в корабль, между тем, как Вирту и Хоремхебу между порывами ветра удавалось сделать лишь два-три небольших шага, а до трапа было ещё не менее двадцати метров.

Потемнело. Но это была не привычная темнота, а нечто серое. Ветер усилился настолько, будто его последний порыв стал непрекращающимся. Звук от ударяющегося о шлем и защитный костюм песка превратился в сплошной гул и уже начинал больно жалить тело, норовя прорвать защитный костюм, по которому скользили какие-то белые зигзаги, но это были не молнии, а нечто непонятное. Дышать стало, практически невозможно. Трап едва-едва просматривался и Вирт с Хоремхебом двигались, уже, практически наугад, едва передвигая ноги.

Вдруг, что-то тёмное ткнулось в начальника экспедиции. От неожиданности Вирт вздрогнул и выпустил штангу из рук, на которую опирался и которая тут же исчезла в серой мге. Оказавшееся без опоры тело пошатнулось и если бы его не схватили чьи-то руки, то он, непременно, бы улетел вслед за своей штангой. К шлему Вирта приблизился другой шлем — это оказался Мериаман.

— Хватайся за верёвку.

Донёсся до Вирта далёкий, едва слышимый голос и в его руки ткнулось что-то мягкое. Чужие руки начали подталкивать его вперёд. Перебирая верёвку, Вирт пошёл по её ходу. Вскоре его нога ткнулась во что-то твёрдое. Его схватили ещё одни руки и начали подталкивать вперёд. Трап понял Вирт и выпустив верёвку из рук, схватился за поручни и как можно энергичнее пошёл вверх.

Последним в корабль поднялся Мериаман. Стоявший у пульта управления трапом Корт, тут же включил его подъём. Вирт взялся за шлем, намереваясь его снять, но на его плечо легла рука Мериамана. Терроформист покрутил головой, давая понять, что снимать шлем не стоит. Только тут Вирт заметил, что Корт тоже стоит в защитном костюме, рама завесы лежит в стороне, а перед люком насыпана немалая горка красно-коричневого песка, который приличным фонтаном бьёт из проёма люка. Но вот фонтан песка начал ослабевать и вскоре прекратился. Выскользнувшая створка, закрыла проём люка, но через мгновение ангар наполнился пронзительным прерывистым визгом и на панели управления трапом запульсировал яркий красный индикатор.

Все уставились в Корта, который непонимающим взглядом водил по панели управления, пытаясь понять, что произошло, но вспыхнувшие на терминале ряды слов, большей частью, были ему непонятны, хотя подспутно он догадывался, что причиной создавшейся аварии могла быть проблема с трапом. Вдруг перед шлемом Корта мелькнула тень и красный индикатор погас, прекратился и пронзительный визг. Корт повернул голову — рядом с ним стоял капитан.

— Нарушена герметизация. — Заговорил капитан. — Скорее всего песок мешает трапу плотно войти в свою нишу. Придётся чистить, иначе, будут серьёзные проблемы.

— Чем? Как? — Корт поднял плечи.

— Руками! — Голос капитана стал резок. — Заберёшься в межкорпусное пространство и займёшься чисткой.

Корт уставился в капитана недоумённым взглядом. Резко повернувшись, Валл'Иолет быстрым шагом подошёл к Вирту.

— Если вы не займётесь очисткой трапа от песка, я буду вынужден уйти без вас. Потерять корабль я не хочу. Уж лучше вы, чем корабль. — Очень чётким, резким голосом произнёс Валл'Иолет.

— Что мы должны сделать, господин Лампарт? — Поинтересовался Вирт, голосом, полным тревоги.

— Откройте внутренний люк и очистите трап от песка. Иначе это придётся делать на орбите и я сомневаюсь, что там это получится в должной мере. К тому же, там мы потеряем много атмосферы.

— Может быть есть какие-то механизированные средства для этих работ? — Поинтересовался Вирт.

— Есть! Руки! — Валл'Иолет поднёс свои руки к шлему Вирта, потряс ими, и повернувшись, пошёл прочь.

Проводив его долгим взглядом, до тех пор, пока он не скроется в проёме, ведущем к лестнице на второй уровень корабля, Вирт обвёл, находящихся в ангаре исследователей, хмурым взглядом.

— Будем работать по очереди. — Заговорил он. — Я иду первым. Посмотрю, что там за проблема и много ли песка. — Он подошёл к серому прямоугольнику люка на полу и поднял взгляд на Корта. — Не тяни! Открывай!

Корт несколько раз ткнул пальцем в панель управления трапом, но никаких изменений с люком не произошло, он остался на месте. Отвернувшись от пульта управления, Корт молча поднял плечи и развёл руками.

— Заклинило, что ли!

Вирт поднял ногу и занёс её над серым прямоугольником, намереваясь ткнуть в него, как люк, вдруг, скользнул в сторону. Нога Вирта дёрнулась и чтобы устоять, он отчаянно замахал руками.

— Проклятье! — Процедил он выпрямляясь и делая шаг назад.

Остановившись, он заглянул внутрь проёма — песка на ступеньках трапа было предостаточно. Он в очередной раз обвёл исследователей хмурым взглядом.

— И что стоим? — Он вопросительно взмахнул подбородком и вдруг, резким движением стянул с головы шлем и отбросил его в сторону и уставился в Мериамана — его примеру никто не последовал и шлем не снял. — Тебе песок был нужен. Так получи... — Вирт ткнул рукой в проём люка. — С доставкой. Лезь выгребай. — Он перевёл взгляд на Корта. — А ты что стал? За работу! — Он ткнул ногой в кучу песка на полу ангара. — Займись уборкой. — Вирт перевёл взгляд на Хоремхеба. — У нас где-то есть большие пластиковые пакеты. Тащи. Повезём на Гитту. Я не помню, что бы у нас был такой. Вдруг окажется полезен.

— А если ею собрать? — Корт кивнул в сторону атмосферной станции. — Там же есть компрессор.

— Дуть бессмысленно. — Мериаман покрутил головой. — Да и капитан сожрёт. А сосать, ещё хуже. Песок очень жёсткий, все фильтры будут в клочья. Загубим станцию.

— Значит, руками. — Вирт категорично взмахнул рукой.

Все принялись за работу. Песка на трапе было много и Мериаману пришлось изрядно попотеть ползая в межкорпусном пространстве на четвереньках. Воздуха не хватало и вскоре он почувствовал себя, весьма, измотанным.

Вирт с Кортом принялись собирать песок в пакеты.

— Что здесь произошло? — Поинтересовался Вирт.

— Первый же ворвавшийся в ангар песок сразу же разорвал завесу и почти весь воздух из ангара улетучился. Громким голосом заговорил Корт. — Таис оказалась не готова к произошедшему и впала в полуобморочное состояние и я на руках потащил её наверх. Думал сдохну. Сам еле ноги передвигал. Поднимаюсь — второй уровень закрыт. Я и не знал, что там есть люк. Назад её тащить уже сил нет. Оставил на ступеньках, а сам вниз, за защитным костюмом. Выползаю, навстречу капитан, лицо красное, смотреть страшно и Ирна в скафандре. Я рассказал, что произошло. Он приказал мне надеть защитный костюм и ждать вас, а сам с Ирной пошёл наверх. Что там было — не представляю. — Шлем Корта покачался. — Залез в защитный костюм и оттащив в сторону, ставшую ненужной, раму для завесы, выглянул из люка, чтобы посмотреть, что происходит снаружи. Увидев поднимающихся Мериамана и Ушрат — помог им. Подождали немного, но вы так и не появились. Тогда Мериаман обмотался верёвкой, второй конец привязали к поручню трапа и он направился на ваши поиски. Он видел в какой стороне вы были и блуждать ему долго не пришлось.

— Проклятье! Только бы с Таис ничего не случилось. — С досадой в голосе произнёс Вирт.

Возиться с песком пришлось долго. Песчинки были крупные и имели неприятное свойство — были очень твёрдыми, настолько твёрдыми, что их даже был не в состоянии раздавить пресс вошедшего в нишу трапа и исследователям, всё же, пришлось задействовать компрессор атмосферной станции, высасывая песчинки из всех крохотных щелочек вокруг трапа. Если в ангаре буря не ощущалась, то в межкорпусном пространстве шум от ударяющихся от корпус песчинок создавал какой-то мистический фон. Даже чувствовалось дрожание корпуса, заставляя сердце Мериамана съёживаться в комочек. Ему казалось что вот-вот трап упадёт вниз и он, скатившись по нему в пучину инопланетного катаклизма исчезнет в ней навсегда.

Наконец, весь песок был собран, а рама водворена на место, в атмосферную станцию. На полу ангара стояли около двух десятков больших пакетов, полных песка. Исследователи в изнеможении повалились на пол. Атмосферная станция уже в какой-то мере восполнила потерю атмосферы и дышалось теперь, вполне, сносно. Все стащили с себя защитные костюмы.. Вирт поплёлся в зал управления, так как связаться с капитаном по спейсу ему не удалось.

Едва Вирт переступил порог зала управления, замер, уставившись в экран спор, который представлял собой однородное серо-жёлтое полотно, с бегающими по нему светлыми разводами. Ему тут же вспомнились споры между астрономами Гитты по поводу молний в системе Грозы, будто бы доказывающих о наличии пригодных условий, для проживания там биологической жизни.

Никаких условий здесь нет. Замелькали у Вирта досадные мысли. Мы ещё совершенно ничего не знаем о природе на других планетах и потому пытаемся подогнать её под свои стандарты, а она, оказывается, может быть совершенно другой. Конечно, не мешало бы изучить эти светлые разводы, но однозначно, это не молнии, хотя, вероятнее всего, тоже имеют какое-то отношение к электричеству. Но навряд ли сейчас высунешь нос наружу, да и капитан не согласится опустить трап. Странный корабль. Совершенно не приспособлен для исследовательских работ. Ну и на том спасибо, что удалось увидеть воочию чужой мир. Будет ли когда-либо у нас свой подобный корабль. Вирт глубоко и протяжно вздохнул.

В тот же миг, будто услышав вздох, из-за спинки кресла появилось лицо капитана.

— Весь песок убран, господин Лампарт. — Громким голосом произнёс Вирт.

— Пилота сюда! — Своим чётким правильным голосом заговорил капитан. — Остальным, по каютам.

— Вы намерены взлететь в такую непогоду? — Брови Вирта подскочили почти до волос на голове. — Это же... — Он покрутил головой.

— Здесь нас никто не найдёт. — Произнёс капитан и его лицо исчезло за спинкой кресла.

Ещё раз глубоко вздохнув, начальник экспедиции направился назад, в ангар...

Корабль надсадно дрожал. Валл'Иолет чуть наклонил панели управления, намереваясь оторвать корабль от плато, но его тут же затрясло вместе с креслом. Корабль потянуло в сторону.

— Хаара!

Прошелестели губы Валл'Иолета и он вернул панели управления на место. Корабль затих. Посидев несколько мгновений неподвижно, Валл'Иолет опять наклонил панели управления и вновь сильная тряска заставила его вернуть их на место.

Плотно сжав губы, Валл'Иолет невидящим взглядом уставился перед собой.

Такого старта у него ещё никогда не было. Прежние старты всегда проходили при более-менее нормальных погодных условиях: из непогоды мог быть или чистый дождь на Гитте; или грязный на Роззе. К тому же, всегда можно было переждать непогоду или хотя бы дождаться её ослабления. Но какая бы непогода не была, всегда можно было отстроиться от неё, сделав экран спор более-менее чистым. Такая же мощная пыльная буря при старте, полностью экранирующая пространственную информацию, была у него впервые.

Хаара! Что предпринять? Если бы не было таких перепадов на плато, проблем бы, не было. Плато очень прочное. Зацепишь опорой выступ и её непременно заклинит. Если это не конец, то его начало. А если ещё и перевернёт? Но и оставаться здесь крайне опасно. Частички песка очень прочные и несомненно, будут портить защитный слой обшивки весспера и в конце-концов пробьют его. Тогда уже о гиперсветовой скорости можно забыть. А если резко вверх? Может не успеет снести? Всё же весспер достаточно тяжёл. Интересно, какова мощность бури: три, пять километров вверх? Собственно, какая разница, только бы не зацепиться опорой, а там пусть несёт.

Шумно выдохнув, Валл'Иолет толкнул акселератор вперёд и резко вжал панели управления: весспер затрясло, будто к нему подключили вибратор и в следующее мгновение он так резко пошёл вверх, что Валл'Иолета вжало в кресло, будто ему на плечи положили многокилограммовый груз, руки настолько отяжелели, что казалось ещё больше вжимали панели управления, заставляя весспер ещё больше ускоряться.

Корабль потащило в сторону. Валл'Иолет внутренне сжался, ожидая, что вот-вот мощный толчок, от зацепившейся за плато опоры, выбросит его из кресла, но мгновения шли за мгновениями, а толчков никаких не было, лишь весспер плясал из стороны в сторону, будто за бортом была не мощная песчаная буря, а океанский шторм.

Между тем экран спор начал темнеть. Темнота шла сверху, будто осыпался прилипший к нему песок. Валл'Иолет выправил панели управления и тут же, будто, груз свалился с плеч, дышать стало легко и свободно.

Вдруг, он убрал панели управления, повернулся вместе с креслом и поднялся.

— Возьми управление! — Резким голосом произнёс он и повернувшись, шагнул к выходу...

Едва открылась дверь капитанской каюты, Валл'Иолет тут же развернулся и побежал по коридору. Остановившись около одной из дверей, он приложил руку к пластинке идентификации — дверь скользнула в сторону.

— Ирна! Скорее! — Выкрикнул он, не входя в каюту, будто знал, что в ней находится тот, кто ему нужен.

Таис, будто подброшенная пружинами, вскочила с кресла и бросилась к выходу, оттолкнув стоящего в проёме двери капитана.

Вбежав в каюту капитана, Таис на мгновение замерла, затаив дыхание, но тут же шагнула вперёд и опустившись на колени перед распростёртой на полу Ирной, приложила палец к её шее. Затем наклонилась к её лицу. Отстранившись, от Ирны, она покрутила головой — в проёме двери стоял капитан.

— Кислород! Срочно!— Выкрикнула Таис.

Но капитан остался на месте, будто не слыша Таис.

— Да что же это за...

Таис вскочила и выбежала из каюты, по пути, опять оттолкнув капитана.

Вернулась она очень быстро, держа в руках генератор кислорода. Капитан стоял уже не в проёме двери, а внутри, рядом с лежащей на полу Ирной. Опустившись на колени, Таис положила маску на лицо Ирне и включила кислородный генератор: прошло несколько мгновений, грудь Ирны высоко поднялась, её веки дёрнулись и раздвинулись, глаза заметались по сторонам. Таис убрала маску.

— Где я? — Донёсся тихий хриплый голос Ирны.

— У себя в каюте. Что произошло? — Поинтересовалась Таис.

— Я сидела в кресле. Вдруг, что-то навалилось на меня. Я попыталась подняться и... Дальше ничего не помню. — Ирна качнула головой.

— Что происходит? — Раздался голос Вирта.

— Ирне стало плохо. — Негромким голосом заговорила Таис. Ей нужен уход.

— С этого мгновения не отходишь от неё ни на шаг. — Резким категоричным голосом заговорил Вирт. — Никаких возражений, ни с чьей стороны.

Он обвёл взглядом находящихся в каюте, остановив свой взгляд на капитане. Ничего не сказав, Валл'Иолет повернулся и вышел из каюты. Вирт направился следом.

— Господин Лампарт! — Произнёс он в спину, уходящему капитану.

Валл'Иолет остановился, но не повернулся. Вирту пришлось подойти самому.

— Может объясните, что произошло с госпожой Шаровой? — Поинтересовался Вирт. — Почему она на полу?

— Резкая перегрузка. — Своим чётким, правильным голосом, заговорил Валл'Иолет. — Иначе было нельзя. Корабль мог опрокинуться и повредиться. Мы бы остались здесь навсегда.

— Такой огромный корабль? Перевернуться? — Вирт поднял брови.

— Опора могла зацепиться за выступ плато. Камень очень прочный.

— Корабль не смог бы взлететь, оказавшись на боку?

— Возможно. Неизвестно, сколько будет продолжаться эта буря. Обшивка могла получить серьёзные повреждения. Нас могло засыпать. — Голос Валл'Иолета прозвучал резко и грубо.

— Странная планета. — Вирт глубоко вздохнул. — Будто ждала, когда мы появимся.

— Она не ждала. Вход в атмосферу вызвал нарушение её равновесия и она пришла в движение.

— Вам уже встречались подобные планеты?

— Отчасти.

— Хм-м!

Вирт состроил гримасу. Ответ капитана его озадачил, но переспросить он не осмелился, решив поразмышлять над странным ответом на досуге.

— Мы уже на орбите? — Поинтересовался он.

— Надеюсь. — Лёгкая непонятная гримаса, скользнула по лицу капитана.

— Я вас не понимаю, господин Лампарт? — Вирт поднял брови. — Где же мы, тогда?

— Сейчас узнаем.

Валл'Иолет продолжил свой путь. Вирт последовал за ним.

Войдя в зал управления, Валл'Иолет прошёл к своему креслу и усевшись, обвёл взглядом экран спор — красноватый диск планеты плыл в нижней части экрана, большая же его часть была покрыта блёстками звёзд.

— К третьей планете. — Раздался в темноте зала управления голос начальника экспедиции. — Там решим, что делать. Долго до неё добираться?

— Часов восемь-десять. Как спешить. — Пришёл ответ капитана.

— Поаккуратней. — Произнёс Вирт, с непонятной интонацией в голосе, затем донёсся шорох и его удаляющиеся шаги.

— Выполняй! — Произнёс Валл'Иолет и откинувшись на спинку кресла, прикрыл глаза.

Хаара! Правильно ли я сделал, что взял Ирну в экспедицию? Захотел утешить себялюбие? У них ведь нет истории дальних космических перемещений. И что теперь? А если это скажется на её плоде? Замелькали у него тревожные мысли. Как у них протекает его вынашивание и сколько оно длится? Вдруг рождение произойдёт на корабле? Сможет ли их врач оказать необходимую помощь? По её виду этого не скажешь. Уж слишком она несерьёзна. Что делать? Прервать экспедицию и вернуться на Гитту? Но Вирт сам в этом заинтересован. Два-три дня что-то решат? Не знаю. Его голова покаталась по спинке кресла. Возможно. Но ведь им то, должно быть лучше известно об этом. Если они не бросаются в панику, значит есть время. Может стоит поговорить об этом с Виртом? Кажется, он не очень доволен течением экспедиции? Но это, ведь, не исследовательский корабль. А если рассказать им всю правду о моей цивилизации. Как они воспримут её? Нет, нет. Он опять покатал головой по спинке кресла. Только не сейчас. Они ещё не готовы Может быть, когда-либо....

***

Выйдя в коридор, Вирт направился к каюте капитана. Дверь каюты была открыта. Он остановился в проёме. Ирна сидела в кресле; Таис стояла рядом и проделывала какие-то манипуляции с её рукой. Присмотревшись, Вирт увидел в одной руке Таис какой-то прибор, в другой — видимо, датчик, которым она водила по руке Ирны.

— Есть проблемы? — Поинтересовался он, продолжая стоять в дверях.

Таис выпрямилась и повернула голову в сторону двери.

— Ещё нет, но если не следить за собой, то, непременно, будут.

— Вот и следи!

Недовольным голосом произнёс Вирт и сделав шаг назад, повернулся и направился к каюте Мериамана. Каюта оказалась пустой. Дёрнув плечами, Вирт вновь вышел в коридор и покрутив головой, направился к лестнице, ведущей в ангар. В ангаре был прежний беспорядок, но никого из исследователей видно не было. Состроив гримасу недоумения, Вирт уже повернулся, чтобы вернуться на второй уровень, как его внимание привлекли глухие человеческие голоса, доносившиеся из какой-то открытой двери, противоположной стены ангара. Вирт направился к противоположной стене. Исследователей он нашёл в комнате, в котором хранилось оборудование. Мериаман, Ушрат и Хоремхеб стояли вокруг стола, на котором находился какой-то прибор и видимо смотрели на его экран и о чём-то негромко переговаривались. Вирт подошёл к оставшейся свободной стороне стола и заглянул в экран, который был заполнен разноцветными рядами знаков и цифр. Исследователи, прервав свою беседу, повернули голову в его сторону.

— В чём проблема? — Вирт вопросительно кивнул головой.

— Мы положили в анализатор песчинку с планеты. — Заговорил Мериаман. — Выводы анализатора оказались весьма впечатляющи. Песчинка содержит кремний очень высокой чистоты, тулон и ещё какой-то минерал, испускающий фотоны. — Он провёл указательным пальцем по одной из строк на экране. — Кремний на тулоне. Странное сочетание.

— Это же готовые исходники для электронной промышленности. — Заговорил Хоремхеб. — Наши лаборатории прикладывают титанические усилия, чтобы добиться чего-то подобного. А они тут в таком контакте, что никаким топором не разделишь.

— Значит нужно вернуться и загрузить ангар песком. — С усмешкой произнёс Вирт. — Экспедиция и окупит себя.

— Всё не так просто. — Мериаман покрутил головой. — Вероятнее всего, минерал тоже прочно связан с тулоном и возможно, их разделение окажется не простой задачей. С одной стороны минерал, явно, лишний в этом триумвирате, с другой — ничего непонятно. Однозначно, требуются серьёзные исследования. К тому же, не все песчинки испускают фотоны. Мы проанализировали их около двух десятков и всего четыре испустили фотоны. Остальные почему-то молчат.

— А что за минерал? — Вирт обвёл исследователей внимательным взглядом.

— Он не известен нашей цивилизации. — Мериаман вновь покрутил головой. — По крайней мере, анализатор его не идентифицирует.

— А ты, что скажешь? — Вирт повернул голову к Ушрат.

— Увы! Мои знания здесь оказались не нужны. — Ушрат покрутила головой.

— Мы направляемся к третьей планете. Часов десять у нас есть, чтобы обсудить произошедшее. Господин Лампарт предполагает, что это мы, своим появлением, стали причиной возникновения песчаной бури. Вы верите в это?

Ушрат молча покрутила головой. Хоремхеб, состроив гримасу, поднял плечи и остался в таком положении, будто отключился. Мериаман, принялся с такой силой тереть лоб, будто намеревался протереть в нем дыру и достать оттуда нужную информацию.

— Возможно, в его предположении и есть доля истины. — Наконец заговорил Мериаман, будто, действительно, смог достать из своей головы нужную информацию. — Планета небольшая. Её атмосфера достаточно разряжена и находится в шатком равновесии. Нарушение этого равновесия способно привести её в движение, вызвать сильный ветер. Собственно наш корабль и стал причиной нарушения этого равновесия. Его вход в атмосферу был достаточно агрессивен. Я не знаю, что побудило капитана к такому действию, видимо, у него была на это причина, но такой вход оставил в атмосфере, достаточно, большой след с пониженным давлением, куда, собственно и устремилась атмосфера, чтобы его заполнить. За ней потянулся и песок. Что мы собственно и наблюдали: песчаная буря пришла, будто, со всех сторон.

— Если ты объяснил, возможную причину возникновения песчаной бури, то я, пожалуй, смогу объяснить, что за грозы мы наблюдали в атмосфере планеты в свои телескопы. — Заговорил Вирт. — Если вы утверждаете, что песчинки способны испускать фотоны, то, скорее всего, находясь в движении, они испускают их ещё в большем количестве, чем в спокойном состоянии. А когда их много, отсюда и световые сполохи, принимаемые нами за грозовые разряды.

— А что, по твоему, вызывает нарушения атмосферного равновесия? Сюда часто наведываются инопланетяне? — Поинтересовалась Ушрат.

— Насколько часто сюда наведываются инопланетяне я не знаю, но метеориты, уверен, на планете, достаточно, частые гости. Планетная система очень запылена и камней в ней предостаточно. — Вирт широко улыбнулся. — А образовавшиеся кратеры тут же засыпает, вызванная их прохождением через атмосферу, песчаная буря.

— Хм-м!

Мериаман, вдруг, повернулся у шагнул от стола. Подойдя к одному из шкафов, стоящих у стены, он открыл двери и пошуродив в нём, вернулся к столу и вытянув руку над столом, разжал ладонь — на ней лежал небольшой камень рыже-коричневого цвета.

— Это единственный камешек, который удалось отколоть от плато. — Заговорил он. — Уверен — это производная песка.

— Как это понять? — Ушрат вскинула брови.

— Вероятнее всего, некогда, если не всю, то значительную часть планеты занимали горные массивы. Что послужило начальным толчком к их разрушению, трудно предположить, хотя, возможно, что некоторое количество песка на планете было. Вызванные падениями метеоритов, вначале атмосферные бури, а затем уже песчаные, постепенно разрушили горы. Потому капитану с трудом удалось найти одну из них, уже, практически, уничтоженную песком. Не исключено, что на планете когда-то была и флора и фауна, но перед натиском столь жестоких песков, они не смогли устоять и погибли. Мы опоздали. — Состроив гримасу, он покачал головой. — Скорее всего через сотни, может несколько тысяч лет, планета будет представлять собой сплошной песчаный океан. — Мериаман сжал руку с камешком и сунул его в карман курточки.

— Слишком грустно. Аж, плакать хочется. — Губы Ушрат тронула лёгкая усмешка.

— Возможно ты и прав. — Вирт дёрнул плечами. — Но я не уверен, что окажись мы здесь вовремя, смогли бы помочь местной природе.

— Не доросли ещё до подобных деяний. — С явной иронией произнёс Хоремхеб. — Думаю и капитан со своей цивилизацией не помог бы.

— Откуда такая уверенность? — Вскинув брови, Ушрат посмотрела на мужа удивлённым взглядом.

— Не знаю. — Хоремхеб мотнул головой. — Уверен и всё.

— Что ж... — Вирт обвёл исследователей внимательным взглядом. — Считаю, что экспедиция к этой планете прошло вполне успешно. Конечно, мы не нашли, что искали, но что-то всё же нашли. Что... Выясним дома. — Он кивнул головой и остановил свой взгляд на Ушрат. — Скорее всего Таис и Ирне сейчас не до кухни, так что, придётся побеспокоиться о мужчинах тебе. Приготовь что-либо настоящее, для мужчин. Мы должны отметить свою первую экспедицию в другой мир. А Хоремхеб тебе поможет. Я знаю, у вас есть чем. Договорились? — Вытянув губы в широкой улыбке, он кивнул головой.

Ушрат глубоко вдохнула и посмотрела на мужа.

— Проболтался!

— Я-я-я! — Хоремхеб состроил удивлённую гримасу.

— Это моя тайна. — Вирт помахал перед собой рукой. — Мне, как начальнику экспедиции, положено знать если не всё, то многое. Как — не скажу. — Он мотнул головой.

— А капитан, как он отнесётся к нашей вечеринке? — Поинтересовалась Ушрат. — Вдруг, воспротивится?

— Капитаном я займусь сам. — Повернувшись, Вирт направился к выходу из комнаты...

Вечеринка удалась. Капитан не был против и даже не только принял в ней участие, но и предоставил свою каюту, как самую большую на корабле. Разместились все: кто сидя; кто стоя. Приняли участие и Таис с Ирной. Хотя Ирна была бледна, но иногда, даже пыталась шутить. Единственный, кто оказался обделён, был Корт, который появлялся в каюте набегами и вина не пил. А его было выпито две бутылки — весь тайный запас семьи Хаппер. Но они нисколько не жалели, так как вечеринка, будто, вновь сдружила, уже развалившихся на кланы, исследователей.

Всё ушли отдыхать и лишь Валл'Иолет, когда все гитты разошлись по каютам: закрыл люк между уровнями и облачившись в скафандр, пристегнул себя к одному из кронштейнов в ангаре, открыл люк к трапу, приопустил трап и тщательно выдул оставшийся в нише трапа песок, так как не хотел, чтобы шов люка, вдруг, вспыхнул, когда весспер наберёт максимальную скорость.

12

Планета медленно росла в размерах. Корабль вёл Корт и потому очень старался, опасаясь, что, вдруг, выполнит какой-то необдуманный маневр и капитан отберёт у него управление кораблём, которое он передал ему, как только корабль оказался на орбите планеты песчаной бури и выгонит из зала управления, навсегда.

Что-то произошло с капитаном. Планета на него так подействовала или состояние Ирны? Пытался рассуждать Корт, о произошедших метаморфозах в поведении капитана. По мне, его меланхолия, пусть бы продолжалась до самого возвращения на Гитту. Может он разрешит мне посадить корабль, на эту планету. Я, хотя бы, по настоящему, почувствовал бы его. Ведь взлёт и посадка способны придать полную уверенность пилоту, дают возможность в полной мере осознать объект управления. Как я буду обучать других пилотов, если сам не умею управлять кораблём. Может с Ирной попытаться договориться? Что ей стоит, хотя бы, иногда покорчиться. А мне, какая бы была польза...

Передав управление пилоту гиттов, едва весспер выбрался из песчаной бури, Валл'Иолет, действительно, больше ни разу не прикасался к панелям управления, лишь иногда приходя в зал управления, чтобы окинуть рассеянным взглядом пульт управления и убедившись, что никаких серьёзных отклонений в работе систем весспера нет, вновь удалиться в свою каюту, чтобы в очередной раз предастся размышлениям о правильности своих поступков. В таком состоянии, он плохо контролировал своё поле и оно больно жалило всех, кто находился рядом.

Видимо, не выдержав непрекращающейся, непонятной ей, головной боли, Ирна ушла в каюту Таис, которая, вдруг, оказалась очень довольна поступком Ирны и порхала вокруг неё, будто мотылёк вокруг источника света, болтая без умолку, будто и не было у неё никогда, никакой обиды на подругу.

Что меня удерживает здесь? Вновь и вновь терзал себя одними и теми же вопросами Валл'Иолет. А если на Толлоне кто-то выжил и сейчас нуждается в моей помощи? У меня ещё хватит энергии для возврата, если нет — можно добраться инерционным ходом за разумное время, а чем дольше я буду у гиттов, тем призрачнее будет моя возможность для возврата. А что будет с Ирной? Вдруг, это, действительно, мой ребёнок. Какой он будет? Смогут ли гитты оказать Ирне нужную помощь. Вдруг, начнутся какие-то осложнения и для поддержание её жизненных функций потребуется моё поле? Имею ли моральное право покинуть её в такое время? Пока с ней всё в порядке и все её недомогания не критичны для её жизни. А если станут критичны? Какой же я буду мужчина, если брошу её в такое время? Хаара! Смогут ли гитты понять наши технологии? Сколько времени им нужно будет для этого? Смогу ли я быть им полезен? Я ведь боевой капитан, а не конструктор. Будет от меня какая-то польза в освоении ими технологий кораблестроения? Не слишком ли они агрессивны? Но я ведь затем и искал их, чтобы они смогли отомстить за мою цивилизацию. А какой толк от их миролюбия? Но как они отреагируют, узнав истинную причину моего сотрудничества с ними? Вдруг, захотят избавиться от меня? Они уже поняли, какие перспективы открываются перед ними с помощью весспера. Корабль им нужен, его они не тронут. Меня, могут. Смогу ли я остановить их? Одного, десять, но не всех. Я ведь, совершенно, не знаю их истинной силы. Ну и что, что у них нет прогрессивных космических технологий, но у них могут быть прогрессивные военные технологии и если они не демонстрировали их до сих пор, то лишь по той причине, что им были нужны и я и весспер. А когда осознают потенциальную угрозу, принесённую мной в их цивилизацию? Нет-нет! Рано ещё оглашать истину. Не время. Пусть всё идёт своим чередом. Хаара! Что он так ползёт?

Валл'Иолет поднялся и в очередной раз направился в зал управления...

Услышав чёткие уверенные шаги, так ходил по кораблю лишь Валл'Иолет, Ирна встрепенулась и оглянулась; её сердце невольно сжалось — дверь кухни была открыта.

Увидит открытые двери и войдёт. Замелькали у неё тревожные мысли. Что с ним происходит? Почему он стал таким невыносимым? Может потому и стал, что я его больше не интересую? Растолстела, подурнела. Сплошные проблемы. А Таис вся в цвету. Так и ищет возможность, чтобы повертеться перед ним. Но ведь, это его ребёнок. Он же должен понимать моё состояние. Оно же не вечно. А какими становятся женщины его цивилизации при беременности? Вдруг они, совершенно, не меняются внешне? Потому ему и не понятно моё состояние. Но я ведь не могу восстать против природы. Что есть, то есть. А ведь дальше я буду выглядеть ещё хуже. Что это со мной? Прикрыв глаза, Ирна покрутила головой. Почему столько мыслей о нём? Ну и что, что это его ребёнок. Половина детей на планете воспитываются без отцов. Чем я хуже этих матерей? Я смогу дать своему ребёнку всё необходимое. И даже больше. Никто мне не нужен: ни Сансан, ни Горов. Я сама. Что со мной происходит? Он ведь не выходит из моей головы? Неужели это настоящая любовь? Не та, которая основывается на внешней атрибутике: одежда; обувь; цвет волос или разрез глаз; овал лица, а та которая основывается на внутреннем мире человека: его интеллекте; эрудиции; знаниях; красоте его души. Сними с оного одежду и что, останется любовь, когда проявится его тщедушная нагота? А внутренний мир не зависит от того, что на нём одето или он вовсе не одет.

Ирна прислушалась — шагов слышно не было. Стараясь ступать бесшумно, она подошла к проёму двери и выглянув в коридор, покрутила головой по сторонам — в коридоре никого не было. Глубоко и протяжно вздохнув, она шагнула внутрь и закрыла дверь...

Войдя в зал управления, Валл'Иолет увидел, что его кресло занято Виртом. Он остановился, пытаясь осознать: шёл он сюда, чтобы занять своё кресло и принять управление весспером или лишь движимый инстинктом, выработанным за годы проведённые за пультом управления. Не придя ни к какому решению, он окинул экран спор быстрым взглядом — никаких изменений на экране, кроме выросшего диска планеты, не наблюдалось.

Ещё часа четыре будут ползти. Сопоставил он отображаемые рядом с планетой цифры своей цивилизации, со временем цивилизации гиттов и повернувшись, вышел в коридор...

Услышав за спиной шорох, Вирт оглянулся и увидел в проёме двери спину капитана. Он уже приоткрыл рот, чтобы окликнуть его, но капитан, шагнув в коридор, резко повернулся и исчез из вида.

Проклятье! Вирт отвернулся от двери и посмотрел в сторону Корта, но пилот сидел уставившись в экран и казалось, окаменел. Не услышал... Решил Вирт и тоже уставился в экран.

Почему он ушёл ничего не сказав? Странный он какой-то стал в последнее время. Замелькали у него невольные мысли. Ходит будто тень. Ни с кем не разговаривает. Даже управление забросил. Справится ли Корт? Он вновь бросил взгляд в сторону пилота, но тот продолжал сидеть изваянием. Такое впечатление, что заколдован. Губы Вирта тронула лёгкая усмешка. Может планета напомнила капитану о своём доме? Продолжил он свои размышления. А если, действительно, так и есть и нет у него сейчас своего дома. Потому и торчит у нас, что подеваться некуда? Ну и пусть торчит. И подольше. Чтобы у нас хватило времени построить такой же корабль. Да и у меня есть возможность увидеть звёзды с другой стороны. Жаль, конечно, что нельзя воспользоваться телескопом. На сверхсветовых скоростях понятно, но почему нельзя им пользоваться сейчас? Неужели на корабле нет ни одного люка, через который можно высунуть его наружу? Странный корабль. С одной стороны, Лампарт, вроде бы и не против, поделиться технологиями, но с другой — явно, что-то скрывает, чего-то недоговаривает. Может зря мы либеральничаем? Может следует жестче быть с ним? Он сам вторгся на нашу планету и мы имеем право знать — зачем и почему? Что мы теряем? Корабль! Корабль держит нас за горло. Будь он... Нет, нет! Только не это. Вирт механически потряс головой. Корабль нельзя потерять ни в коем случае. Это наш шаг на новую ступень развития, через ступень, десять ступеней. Переход в следующую категорию космических цивилизаций. Переход сегодня, сейчас, а не через сотни или, даже, тысячи лет. Нет! Ни в коем разе нельзя угрожать Валлиолету Лампарту или как он там зовётся у себя на Родине. Сцепить зубы, сжать губы и терпеть. Терпеть все его выходки. Пусть он хоть сотню детей произведёт на свет. Если ему нравится это занятие, пусть занимается. Только бы корабль оказался в наших руках. Сами разберёмся! Технологии межзвёздного кораблестроения обязательно будут нами поняты и воспроизведены. А хватит у нас ресурсов? Окажутся ли нужные материалы для постройки подобного корабля? Ведь за все эти месяцы путешествия не было ни одного столкновения ни с метеоритом, ни с астероидом. Как корабль уходит от них или отводит их от себя? Корт понял это? Должен понять. А всех его детей мы возьмём под контроль. Это будут уже наши дети. А если они будут носителями такого поля, какое есть внутри него? Сможем мы тогда взять их под контроль? Видимо это будет сделать не просто. Но уверен, что возможно. Уж слишком неприятно это поле. В начале экспедиции оно совершенно не чувствовалось у него, а сейчас — хоть не подходи. Будто подушка нашпигованная иглами. Прислонишь голову и тут же нанижешься. Нет Валлиолет Лампарт, никуда мы тебя не отпустим, откуда бы ты не прибыл, чтобы ты ни делал, пока не построим свой первый корабль, никуда ты от нас не уйдёшь.

Успокоившись, Вирт, в очередной раз, посмотрел на Корта — тот продолжал сидеть в своей неизменной позе...

***

Грязно-жёлтая планета уже занимала всю центральную часть экрана спор. С близкого расстояния она оказалась совсем не красной, такой её делали, по-видимому, преломлённые и отражённые в пространство, лучи её солнца. Валл'Иолет смотрел на неё рассеянным взглядом, совершенно ничего не думая. Кораблём управлял Корт и он же выбрал орбиту для предварительного анализа. Хотя Валл'Иолет последний час находился в зале управления, но он, совершенно не вмешивался в действия пилота, хотя прекрасно чувствовал, что тот бросал в его сторону непременный взгляд, после каждого манёвра, но, видимо, видя, его безразличное отношение к происходящему, лишь дёргал плечами и отворачивался.

Единственное, что счёл нужным сделать Валл'Иолет: он сообщил пилоту результаты работы пространственного сканера по анализу появившегося перед ним объекта, которым являлась планета.

Отображаемые на экране спор строки сообщения, рядом с изображением планеты, гласили, что атмосферы у планеты нет вообще и температура её поверхности ниже ста сорока градусов, хотя по размерам, она превосходила предыдущую, более, чем, в три раза.

В каких градусах капитан измерил температуру поверхности планеты Корт не стал интересоваться. Да собственно и какая была разница — он и сам уже понял, что планета очень холодная.

Вдруг, над пультом управления вспыхнула голограмма с изображением начальника экспедиции.

— Как я понял, мы на орбите. — Заговорил он. — Что нас ожидает внизу?

Корт бросил очередной взгляд в сторону капитана, но тот сидел уставившись перед собой, будто и не было никакой голограммы. Дёрнув плечами, Корт поревёл взгляд на изображение начальника экспедиции.

— Со слов господина капитана... — Заговорил Корт, внутренне сжавшись. — Планета в три раза больше предыдущей, атмосфера отсутствует, температура минус сто сорок.

— Проклятье! — Лицо начальника экспедиции исказилось гримасой недовольства. — Даже не знаю, стоит ли садиться? — Его плечи дёрнулись. — Наши защитные костюмы не предназначены для таких условий работы.

— Шеф! — Корт поднял брови. — Зря мы сюда тащились, что ли? Я бы сел. Вдруг что-то полезное найдём.

— Вот ты и пойдёшь наружу. Посмотрим, насколько тебя хватит и что найдёшь. — Губы начальника экспедиции вытянулись в усмешке.

— Скафандр корабля в вашем распоряжении. — Прозвучал бесстрастный голос капитана.

— Тогда проблема решена. Выбери подходящую площадку и садись. — Вирт кивнул головой и голограмма погасла.

Поверхность планеты медленно приближалась, заполняя всё большую часть экрана спор. Корт совершал посадку, практически, вертикально, отчего корабль заметно дрожал. Дрожал и сам Корт, а может потому и корабль дрожал, что дрожал его пилот.

Валл'Иолет всё же выдвинул свои панели управления и положил на них руки, но в управление кораблём не вмешивался, но готовый это сделать в любое мгновение. Он вспомнил свою первую самостоятельную посадку на космодром Толлоны — она проходила более драматично и он с такой силой долбанул опорами в посадочный слот, что у инструктора клацнули зубы и голова ушла в плечи, чуть ли не до ушей. Пилот же гиттов пилотировал, достаточно, аккуратно и претензии к нему были лишь в том, что он был, уж слишком, аккуратен, что даже раздражало. Но Валл'Иолет терпел, сам не понимая — зачем.

Корабль мягко качнулся и замер. Из пульта управления донеслись непонятные Корту резкие, будто произнесённые механизмом, звуки. Он повернул голову в сторону капитана.

— Система контроля корабля сообщила о посадке. — Произнёс Валл'Иолет, не поворачивая головы, но будто почувствовал на себе сторонний взгляд. — Трап не опускать. Выход через шлюз. Здесь тихо и угрозы не предвидится.

— Но я не знаю его управления. — Немного повысив голос, произнёс Корт, будто выражая своё возмущение тем, что капитан не познакомил его с работой всех узлов корабля.

— Оно не сложнее управлением трапа.

— Я могу уйти? — Поинтересовался Корт.

— Как пожелаешь. — Валл'Иолет дёрнул плечами, так и не удосужившись повернуться к пилоту.

Негромко хмыкнув, Корт убрал панели управления, повернулся вместе с креслом и поднявшись, направился из зала управления. Едва он вышел в коридор, как рядом с ним оказался Вирт, будто вырос из пола.

— Капитан с осторожничал. Не сравнить с прошлой посадкой. — Заговорил он. — Уверен, никакой пыльной бури здесь не будет.

— Это я посадил. — Лёгкая усмешка тронула губы Корта.

— Ну и ну! — Вирт потряс головой. — Я то уже подумал, что капитан изменил себе. Придётся извиниться перед ним. А тебя поздравляю. — Вирт тряхнул Корта за плечо. — Теперь я спокоен за нашу экспедицию.

— Полно вам, господин Вирт. — Губы Корта вытянулись в большей усмешке. — У меня по спине ручьи от страха бежали. Однако, странное кресло. — Корт погримасничал губами. — Будто всасывает пот. Моя одежда совершенно сухая. Видимо они прекрасно знают, что может произойти с пилотом. Всё предусмотрели.

— Наружу пойдёт Мериаман. — Изменил тему Вирт. — От него больше там пользы. Если никаких угроз не будет — попытаемся прогуляться в левете. Зря мы его, что ли, таскаем с собой. Где капитан? Пусть выпустит Мериамана.

— Он сказал, чтобы мы сами разбирались. — Состроив гримасу, Корт дёрнул плечами.

— Может и правильно. — Вирт покивал головой. — Что ж, пойдём разбираться.

Повернувшись, он направился в сторону лестницы, ведущей в ангар. Корт пошёл следом.

Выйдя на середину ангара, Вирт покрутился, будто попал сюда впервые, затем достал спейс и нажал несколько клавиш — во вспыхнувшей перед ним голограмме, было лицо Мериамана.

— Спускайся! Мы ждём! — Явно недовольным голосом, произнёс Вирт и тут же прервал связь, не удосужившись выслушать терроформиста, уже открывшего рот для оправдательной речи. — Если не ошибаюсь — скафандр там. — Он вытянул руку в сторону одной из дверей ангара и сам направился в её сторону.

Комната оказалась достаточно просторной и хорошо освещённой. Посреди стоял большой стол, вокруг которого стояли четыре широких, но жёстких кресла. Вдоль одной из стен стоял длинный белый шкаф с четырьмя двустворчатыми дверками, вдоль другой — два странных сооружения, отдалённо напоминающих стилизованную человеческую фигуру.

Вирт сразу же направился к шкафам и открыл первую же дверь — скафандр оказался за ней. Он открыл следующую дверь — шкаф был пустой. Пустыми были и остальные шкафы. Скафандр, действительно, был один. Он был идеально белого цвета, с широким серым поясом, утыканным большим количеством блестящих или кнопок или заклёпок.

Вирт принялся его осматривать и ощупывать.

— И что? — Раздался у него за спиной голос Мериамана.

— А то! — Вирт отступил в сторону и ткнул пальцем в скафандр. — Натягивай и на выход. Найдёшь что интересное — тогда и мы сходим посмотрим. Даже, попытаемся левет выгнать.

— А как им управлять? — Поинтересовался Мериаман, становясь напротив скафандра.

— Не знаю. — Вирт резко мотнул головой. — Разберёшься!

— А если не успею? — В голосе Мериамана скользнула ирония.

— Почему это? Куда-то торопишься? — Вирт вскинул брови. — Корт поможет.

— Задохнусь прежде, чем научусь им управлять. Там Корта не будет.

— Ирна же была в нём. — Произнёс Корт.

— С ней был капитан. — В голосе Мериамана скользнул сарказм.

Корт, плотно сжав губы, промолчал.

Вирт и вышел из комнаты — посреди ангара стояли все остальные исследователи, крутя головами, видно пытаясь понять, где могут находиться пришедшие сюда ранее гитты. Ирна была среди них. Капитана в ангаре не было. Вирт окликнул Ирну. Она направилась к нему, за ней пошли остальные.

— На предыдущей планете ты была в скафандре. — Заговорил Вирт, смотря на, остановившуюся перед ним, Ирну. — Господин Лампарт объяснил, как им управлять.

— Он всё делал сам. — Ирна покрутила головой.

— Но ты же видела, что он делал? — В голосе Вирта послышалось возмущение.

Ирна молча покрутила головой.

Состроив гримасу недовольства, Вирт перевёл взгляд на Хоремхеба.

— Иди к Мериаману. Там и Корт. Не разберётесь — никакого выхода не будет. Поторопись! — Перебил он, уже открывшего рот механика.

Прошло не менее двух часов исследований Мериаманом, Кортом и Хоремхебом скафандра, прежде, чем терроформист решился влезть в него и нажать на первую клавишу на поясе. Ему усердно помогал и Корт, уже немного знающий письменность чужой цивилизации и достаточно хорошо понимающий их числовые последовательности. Удалось отрегулировать подачу воздушной смеси и установить поддержку приемлемой температуры внутри скафандра. Остальное решили считать несущественным. Спейс, отключив визуализацию, повесили Мериаману на шею, почти под самый подбородок. Вирт и Корт поставили свои спейсы на постоянную связь с терроформистом.

Скафандр даже для высокого Мериамана оказался великоват, что говорило о очень высоком росте представителей цивилизации капитана. Возможно скафандр имел какие-то регулировки по размеру, но искать их у исследователей терпения не хватило. На удивление, скафандр оказался очень лёгким, что вызвало некоторое недоумение у Мериамана — достаточно ли у него запаса энергии и воздуха. Никто ему ничего сказать по этому поводу не смог и состроив недовольную гримасу, он, повесив на себя несколько анализаторов, направился к переходному шлюзу, с пультом управления которого пытался разобраться Корт.

Собственно, капитан был прав, управление шлюзом не слишком разнилось с управлением трапом. Что означали выскакивающие на индикаторной панели сообщения, Корт не совсем понимал, но ему удалось опустить шлюз и когда к нему подошёл Мериаман, облачённый в скафандр, он разобрался, как вернуть шлюз и сейчас тот поднимался в корабль.

— Ты уверен, что сможешь быстро забрать меня, когда станет невмоготу? — Поинтересовался Мериаман — связь через скафандр работала превосходно.

— А ты уверен, что правильно натянул его? — Корт дёрнул за рукав скафандра.

— Я бы с радостью уступил первенство кому-то ещё. Вдруг связи не будет. Что-то случится... — Мериаман махнул рукой.

— Я включу внешний обзор в зале управления. Если почувствуешь себя плохо или надумаешь вернуться, помаши обеими руками. Если всё будет хорошо — махни одной.

— Помашу, если смогу. Опускай!

Корт повернулся к Вирту.

— Я бы убрал отсюда женщин.

Вирт шагнул к женщинам и вскоре Ирна и Таис направились в сторону лестницы, ведущей на второй уровень. Ушрат осталась.

Вирт вернулся к Корту.

— Еле уговорил. Начинай! — С раздражением в голосе произнёс он.

Но лишь дождавшись, когда Ирна и Таис скрылись за поворотом лестницы, Корт нажал на панели управления одну из клавиш и дверь шлюза скользнула в сторону.

— Входи! — Корт вытянул руку в сторону проёма. — Оставь двери шлюза открытыми. Только больше ничего не трогай. Я опущу стену здесь. Надеюсь она герметична.

Мериаман заглянул внутрь.

— А как я выйду? — Раздался его голос.

— Слева от двери панель управления. Окажешься внизу, нажмешь одну из клавиш. Сам разберёшься, там их три, всего. Дверь откроется. Выйдешь, но, повторяю, снаружи ничего не трогай, пусть дверь останется открытой. Там ещё в полу есть панель управления для торцевой двери, не наступи на неё.

— Какая клавиша? Вдруг не откроется. — В голосе Мериамана послышалось недовольство.

— Не знаю! — Корт мотнул головой. — Сам разбирайся.

— Проклятье!

Мериаман шагнул внутрь. Корт нажал на одну из клавиш — выскользнувшая дверь закрыла проём шлюза. Он нажал ещё одну клавишу и зашелестев, шлюз пополз вниз. Прошло несколько мгновений и из панели управления донёсся резкий голос и замигал красный индикатор.

— Жму на всё — дверь не открывается. — Раздался из спейса Корта голос Мериамана.

— Нет герметизации. — Корт поморщился. — Сейчас опущу стену.

Он нажал на едва различимый серый квадрат на стене и опустившийся кусок стены, отгородил шлюз от ангара.

— Жми! — Произнёс Корт в спейс.

Прошло достаточно много томительных мгновений, прежде, чем из спейса Корта вновь раздался голос Мериамана.

— Еле разобрался. Открылась! Выхожу!

Сорвавшись с места, Корт побежал в зал управления. Заняв своё кресло, он пробежался пальцами по экрану терминала и на экране спор появилась врезка с изображением поверхности планеты и чёрной конструкции шлюза на ней. Человек в белом скафандре стоял неподалёку от него.

— Вижу тебя! — Заговорил Корт. — Что внизу?

— Очень холодно. Такое впечатление, что термостабилизация скафандра не работает. — Заговорил Мериаман. — Дышать трудно. Явно, кислорода не хватает. Даже не знаю, смогу ли работать.

Корт повернул голову в сторону соседнего кресла — оно было пустым. Мысленно выругавшись, он вновь уставился в экран спор.

— Не стой. Двигайся. — Раздался голос Вирта. — Попытайся подобрать несколько камней и можешь возвращаться.

— Сейчас! Только посмотрю, что тут есть. — Мериаман приподнял один из анализаторов, висящих у него на груди и принялся крутиться, водя им перед собой. — Странно... — Продолжил говорить он. — Атмосфера есть. Из аммиака. Но очень разряжённая. Давление около пятидесяти. Температура — минус сто тридцать один. — Он присел и в воздухе сверкнула голубоватая вспышка. — Грунт очень прочный. Видимо скальная порода. Металла, практически, нет. Очень сильное затухание. Воды тоже нет. Ни грамма и складывается впечатление, что никогда не было. Ни единой органической молекулы. Думаю, планета совершенно безжизненна и не пригодна для жизни. И терроформинг не поможет. — Мериаман поднялся и запрыгал. — Ух-х! Как холодно!

— Довольно! — Раздался голос Вирта. — Возьми несколько камней и возвращайся.

— Сейчас. — Мериаман закрутился. — Попробуй ещё найти. При посадке всё вымело. Кажется есть. — Сорвавшись с места он побежал куда-то в хвост корабля и исчез со врезки.

Корт принялся тыкать в сенсоры терминала, но фигура человека в скафандре, едва появившись на экране терминала, тут же исчезала, вызывая раздражение у Корта.

— Далеко ты разогнался? — Не выдержав, заговорил он. — Я не успеваю отслеживать.

— Вот-вот! Пара шагов. — Пришёл ответ Мериамана.

Наконец он остановился и наклонившись, что-то поднял и выпрямился.

— Всё больше не могу. — Донеслись его едва понятные слова.

Довольно! Возвращайся! — Послышался грубый голос Вирта. — Я приказываю!

Мериаман повернулся и побежал назад, но его движения уже были не столь энергичны, к тому же его сильно шатало.

Камень, что ли тяжёлый? Всплыла у Корта тревожная мысль.

— Да брось ты его! — Выкрикнул он.

— Что происходит? — Донёсся голос Вирта.

— Он камень не может дотащить. — Пояснил Корт.

— Пусть возьмёт другой.

— Как бы его самого не пришлось бр-р...

Корт замер с открытым ртом — Мериаман, вдруг, споткнулся и грохнувшись на поверхность лежал, не делая никаких попыток подняться.

— Шеф! Шеф! Он не встает! — Завопил Корт.

Никакого ответа ни от кого не пришло. Вскочив, Корт выбежал из зала управления и направился к лестнице, ведущей в ангар. Вирт и Хоремхеб стояли около панели управления трапом и тыкали пальцами в его клавиши. Корт подбежал к ним.

— В-в-вы, что? — Выдавил он из себя.

Вирт оглянулся.

— Опусти трап. — Он постучал пальцем по панели управления. — Затащим его внутрь по трапу.

— Но там же нет воздуха. — Корт покрутил головой.

— Мы быстро.

Корт шагнул к панели управления и ткнул пальцем в одну из клавиш — из панели управления донеслись какие-то резкие звуки. Состроив гримасу, Корт вновь ткнул пальцем в туже клавишу и опять раздался тот же самый набор звуков.

— Трап заблокирован. — Раздался чёткий голос капитана. — Займите свои места в каютах. Мы уходим.

Все разам повернулись. У дальней стены ангара, где был шлюз, стоял капитан.

— Но там же... — Вирт вытянул руку в сторону люка, скрывающего трап и потряс ею. — Мы должны забрать его.

— Он мёртв и останется здесь.

— Да как ты...

Вирт сорвался с места и побежал к капитану, но на полпути, вдруг, споткнулся и грохнулся лицом на пол.

— Пилот! Если ты не займешь своё место в зале управления, то больше туда никогда не попадёшь. — Своим чётким бесстрастным голосом произнёс капитан и быстрым шагом пройдя по ангару, скрылся за дверным проёмом лестницы, ведущей на второй уровень.

Корт повернул голову в сторону Хоремхеба, механик стоял с открытым ртом и остекленевшим взглядом. Корт попятился от него, затем сделал шаг в сторону лестницы, ведущей на второй уровень, затем, ещё один и затем, побежал. Пробегая мимо начальника экспедиции, он увидел, что тот уже делает попытку подняться; его лицо было залито кровью, на полу алело большое красное пятно. Стиснув зубы, Корт пробежал мимо и перескакивая через ступеньки, побежал наверх.

— В нашей цивилизации не принято бросать товарищей в беде. — Заговорил он твёрдым голосом, останавливаясь рядом с креслом капитана. — Это недостойно цивилизованного человека.

— Он уже мёртв. А твои слова пустая бравада. — Не поворачивая головы заговорил капитан своим четким твёрдым голосом. — Вы отправили его во враждебную среду, не удосужившись, даже, изучить работу скафандра. Никто вас не торопил. У меня есть большие сомнения, относительно вашего разума. Займи кресло, пилот! И готовь корабль к старту!

— Но в ангаре же люди! — В голосе Корта скользнули высокие нотки. — Это бесчеловечно.

— Объяви пятнадцатиминутную готовность. Я устал от твоей болтовни.

— Но...

— Убирайся! — В голосе капитана скользнула нескрываемая угроза.

— Он прав, господин Таров. — Раздался за спиной Корта тихий голос начальника экспедиции. — Мы ещё не созрели для межзвёздных экспедиций. Слишком торопливы и безрассудны. Мы вернёмся сюда на своём корабле и заберём Мериамана. Даже через сто лет ничего, здесь, с ним не случится. Он останется точно таким же и на том же месте. Готовь корабль к старту. Возвращаемся домой. Извините нас, господин Лампарт, за невежество и безрассудность

Ответа от капитана не последовало. Корт оглянулся — начальник экспедиции уже выходил в коридор. Он отвернулся, шагнул к своему креслу и усевшись, ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления.

— Объявляется пятнадцатиминутная готовность. — Сдавленным голосом заговорил он. — Просьба, всех занять свои кресла.

Ткнув пальцем в клавишу прерывания связи, он начал готовить системы корабля к старту, тыча пальцами в клавиши пульта управления. Убедившись в готовности всех систем, он нажал на ещё одну клавишу и положив руки на выскользнувшие панели управления откинулся на спинку кресла и уставился в цифры хронометра, отображаемые на экране терминала.

Прошли пятнадцать минут.

— Внимание! Старт! — Громким голосом произнёс Корт и чуть двинув акселератор вперёд, отклонил панели управления — корабль вздрогнул и жёлтая поверхность чужой планеты, медленно поползла по экрану спор вниз...

13

Мягко коснувшись опорами посадочного слота на северной военной базе, корабль замер. На базу опускался вечер — солнце уже стояло у самого горизонта. Корт ткнул пальцем в клавишу опускания трапа, затем в клавишу корабельного оповещения.

— Прибыли! Прошу на выход! — Повышенным голосом, явно волнуясь, произнёс он и механически повернул голову в сторону соседнего кресла — оно было пустым.

Убрав панели управления, он отключил ненужные сейчас системы корабля и поднявшись, потянулся и окинув взглядом зал управления и найдя его в полном порядке, шагнул к двери.

Он уже и не помнил, когда последний раз видел в зале управления капитана рядом с собой, который, казалось потерял интерес к происходящему на корабле и большую часть времени проводил один, в своей каюте, приходя в зал управления лишь один раз в сутки на несколько часов, чтобы дать отдых пилоту, неизменно выгоняя его из зала управления, будто боясь, что тот выведает какие-то его секреты управления. Последние же трое суток он и вовсе не появился и Корту пришлось просить начальника экспедиции, подежурить некоторое время в кресле капитана, чтобы он смог, хотя бы, немного отдохнуть.

Сам он, помня самое первое наставление капитана, за всё время экспедиции, ни разу не занял его кресло, хотя видел, что в пульте управления перед ним, есть нечто, чего не было в пульте управления перед его креслом.

Для Корта такое поведение капитана было неудивительно и собственно, он был не против. Он сам вёл корабль, сам корректировал курс, сам вывел его на орбиту Гитты и сам совершил посадку. Хотя его маневры были не столь быстры, как у капитана, но управлял кораблём он уже, вполне, уверенно. Корт был доволен и скорее всего, он был единственным счастливым гиттом на корабле, хотя, зная настроение экипажа, старался не показывать вида, своего счастья.

Их обратный путь прошёл тихо и спокойно. Над всеми довлела смерть Мериамана и потому в коридорах корабля не было слышно ни смеха, ни громких голосов. Каждый занимался тем, что счёл для себя нужным и интересным.

В отсутствие в зале управления капитана, Вирт, неизменно, занимал его кресло, ведя наблюдения за звёздами. Корт научил его делать врезки и астрофизик часами наблюдал за ближними звёздами, часто делая какие-либо зарисовки в своём альбоме. Конечно, система пространственного обзора корабля была не дальнозорка и ей было далеко до хорошего телескопа, но она была привязана к динамике перемещения корабля и потому у Вирта была возможность видеть звёзды под другими углами, нежели с орбиты Гитты и он имел большее представление об объёмности своего галактического дома, так как их путешествие шло не вдоль галактического рукава, а поперёк.

Связи с Гиттой не было с момента старта корабля, так как толлонны не успели, за короткий срок, адаптировать свои станции связи, к обмену энерговолнами со станцией связи инопланетного корабля и скорее всего экспедицию не ждали так скоро, так как корабль никто не встречал, хотя посадочный слот оказался свободным и никто не помешал приземлению.

Хоремхеб, в течении времени экспедиции, много раз пытался встроить станцию связи своей цивилизации в корабельную информационную систему, проводя бесчисленное количество времени в ангаре, пытаясь разобраться в работе доступных ему узлов и агрегатов, но все его попытки оказались тщетны, выход наружу для своей станции связи он так и не смог найти, а её работа изнутри надёжно экранировалась корпусом корабля, но всё же кое-что из работы аппаратов чужой цивилизации ему понять удалось и у него не было причины быть недовольным собой.

Таис и Ирна вновь стали неразлучны и большую часть времени проводили вместе. Таис оставила свои попытки привлечь внимание капитана и при встрече с ним лишь глубоко вздыхала и опускала голову. Ирна, ещё больше располневшая, иногда приходила в каюту к Валл'Иолету, но большей частью встречая его холодный взгляд, тут же уходила. Она уже смирилась с его подобным отношением к себе, так как совершенно не представляла, чего от него можно было ожидать в следующее мгновение, со всё большим волнением думая о своём будущем ребёнке, но по словам Таис, её беременность протекала без осложнений и причин для беспокойств не было.

Больше всех недовольной результатами экспедиции была Ушрат, так как её знания, никому не пригодились.

Когда Корт появился в ангаре, все остальные члены экспедиции уже были там. Не было лишь капитана. Видимо гиттам, в отличие от капитана, нетерпелось покинуть корабль и ощутить под ногами привычную надёжную опору. Трап уже был опущен.

— А капитан? — Вирт вопросительно взмахнул, подошедшему пилоту подбородком.

— Ты у меня спрашиваешь? — Корт вскинул брови.

— Проклятье! — Сорвалось у Вирта и состроив гримасу досады, он стрельнул взглядом по лицам исследователей, но не увидев ни у кого на лице тревоги, успокоился.

— Капитан всегда последним покидает корабль и потому, думаю, нет смысла его ждать. — Произнёс Хоремхеб.

— Окрой большой люк. — Заговорил Вирт, останавливая взгляд на Корте. — Никто нас не встречает и потому придётся воспользоваться своим леветом.

— Я не хочу никакого левета. — Явно повышенным голосом заговорила Ушрат. — Я хочу пройтись по родной планете. Пешком!

— Это недопустимо. Никто никуда не уйдёт. — С ещё большей тональностью заговорила Таис. — Мы обязаны пройти карантинную обработку. Неизвестно какую гадость мы могли притащить с собой.

— Но я хочу постоять на земле. — Ушрат топнула ногой.

— Все правы. — Заговорил Вирт, стараясь придать своему голосу твёрдость и непреклонность. — И потому никто, никуда не уйдёт. Не думаю, что от нас больше вреда, чем от корпуса корабля и потому разрешаю сойти вниз и постоять у трапа. Но не более. Нарушившие приказ будут немедленно возвращены на корабль. Я попытаюсь связаться с командованием базы.

Повернувшись, он шагнул к трапу и вскоре его голова исчезла из вида. За ним направились остальные...

Прошло не менее получаса, после связи Вирта с командиром базы, прежде, чем со стороны штаба базы показались несколько чёрных леветов. Бродящие под корпусом корабля исследователи, услышав высокотональный свист, тут же прекратили свои хождения и потянулись к трапу. Но леветы не стали приближаться к кораблю, а поодаль разместились вокруг корабля. Выскочившие из них десантники быстро рассыпались вокруг корабля, взяв его в кольцо. Лишь двое, одетые в защитные костюмы, направились в сторону исследователей.

— Интересно — на планете капитана также встречают своих космических вояжёров? — Произнёс Хоремхеб, крутя головой.

— Тебе не терпится разнести заразу по планете? — С явным сарказмом ответила ему Таис.

— Ты же не раз обследовала нас. Ничего на нас нет. Тем более, мы были в защитных костюмах. — Хоремхеб махнул рукой. — Их и пусть обследуют.

— Но костюмы-то на корабле и кто знает, какую скрытую угрозу они могли распространить по кораблю. — Заговорил Корт. — Думаю, не стоит обсуждать этот вопрос. Нужно не противиться, а максимально ускорить наше обследование.

— Тогда я первый. — Губы Хоремхеба расползлись в широкой усмешке.

Подошедшие гитты в защитных костюмах, остановились не доходя трапа несколько шагов. Вирт направился к ним.

— Бактериологическая защита. — Заговорил один из гиттов. — Нам приказано произвести ваше поверхностное обследование. Если никаких угроз обнаружено не будет, вы будете доставлены в Бактериологический Центр.

— Что, тогда, стоите? Обследуйте! — Недовольным голосом произнёс Вирт.

Защитники шагнули к Вирту и принялись водить, сжимаемыми в руках, анализаторами по его одежде. Делали они это настолько тщательно, что процедура обследование заняла не менее четверти часа, вызвав на лице начальника экспедиции явное раздражение.

— Чисто! — Наконец произнёс один из защитников и сделал шаг назад.

Второй защитник отступил от Вирта молча.

— Что дальше? — Поинтересовался Вирт.

— Проследуйте в левет. — Защитник обернулся и вытянул руку в сторону, стоящего поодаль, чёрного летательного аппарата.

Вирт оглянулся — исследователи гуськом стояли позади него. Первым был Хоремхеб.

— Будешь последним. — Недовольным голосом заговорил Вирт. — Сейчас идёт госпожа Шарова.

Уже открывший рот, чтобы возразить, Хоремхеб, вдруг, плотно сжал губы и повернувшись, отошёл к трапу и усевшись на его ступеньку, поставил руки на колени и положив на них голову уставился перед собой бессмысленным взглядом. К нему подошла Ушрат и став рядом принялась гладить его по голове.

— Нам тоже стоит подумать о своём ребёнке. — Тихо заговорила она. — Сколько уже можно откладывать.

— Подумаем. Обязательно подумаем. — Заговорил Хоремхеб не поднимая головы. — Вернёмся домой и сразу же подумаем.

— Неуместная острота. — Ушрат глубоко вздохнула.

— Я серьёзно.

— Что-то не верится.

— Зря...

Наконец поверхностное обследование всех членов экспедиции было завершено и все они расселись по креслам левета. Видимо левет предназначался для специальных операций, так как пилот был ограждён от пассажирского салона мощной прозрачной перегородкой. Один из защитников снял свой защитный костюм и отдав его второму, занял кресло рядом с пилотом, двери левета опустились и летательный аппарат, мягко скользнув вверх, развернулся и быстро набирая скорость, помчался прочь от космического корабля...

Центр был далеко от северной базы и до него добирались почти четыре часа. Исследователи оказались не готовы к столь длительному переходу, были раздражены и выглядели гораздо более уставшими, нежели, когда сошли с корабля. В начале пути все оповестили своих близких и знакомых о своём возвращении и куда сейчас направляются, о смерти Мериамана Вирт запретил говорить и теперь все сидели в креслах с полузакрытыми глазами. Говорить никому не хотелось. Лишь один Вирт проговорил почти весь путь, связываясь с известными всем гиттами и нет, докладывая о завершении экспедиции и требуя ускорить процедуру их карантина, так же требуя принять дополнительные меры по обследованию Ирны, всвязи с её беременностью. О гибели Мериамана он сообщил, лишь, старшине Регистра Ральфу Селлуру, при своей последней связи, видимо вызвав у того, даже, некоторый шок, так как его взгляд, после услышанного, выражал, явный, испуг.

— Никто не ждал вашего, столь быстрого, возвращения и потому, никто вас и не встречал. — Наконец, справившись с собой, заговорил Селлур. — Карантин вынужденная, необходимая мера и с этим нужно смириться. Для вас будут созданы все условия. Об этом и не думайте. Чтобы, как дома. Очень жаль, что погиб Мериаман. Жаль! — Селлур глубоко и протяжно вздохнул. — Господин Лампарт себя хорошо чувствует?

— Он остался на корабле. — Вирт покрутил головой, непонятно, что этим выражая.

— Н-да! — Селлур состроил гримасу досады.

— Я хочу встретиться с тобой, сегодня же. — Категоричным голосом произнёс Вирт.

— Скоро ночь. — Старшина Регистра вскинул брови. — Вы наверняка устали. Может есть смысл отложить разговор до завтра?

— Боишься заразиться? — Губы Вирта вытянулись в широкой усмешке. — Я столько наотдыхался, что теперь нескоро захочу спать.

— Что ж, тогда я немедленно вылетаю в Бактериологический Центр.

Голограмма с изображением Селлура погасла. Сунув спейс в карман курточки, Вирт откинулся в кресле и прикрыл глаза...

Едва весспер коснулся опорами посадочной площадки перед Бактериологическим Центром, как был тут же окружён плотным полукольцом десантников. Их цепь простиралась до входа в Центр, перед которым стояли несколько человек в защитных костюмах.

— Опя-я-ять! — Протянул Хоремхеб.

— Это только начало. — Корт несколько раз весело хмыкнул. — Обследуют не только твоё тело, но и твои внутренности. Кто знает, что ты там мог заглотить.

— Не умно! — Воскликнула Таис.

— Почему, тогда капитана никто не проверяет? — С возмущением воскликнул Херемхеб. — Он ведь тоже покидал корабль. И без защитного костюма. И вообще! Кто знает, откуда он появился и что там творится?

Будто по мановению дирижёра, все исследователи, разом, повернули головы в сторону Ирны, лицо которой тут же сделалось пунцовым, глаза опустились, но ни единого слова не слетело с её губ.

Прервал напряжённую обстановку в салоне шелест открываемой двери.

— Здравствуйте, господа! С возвращением! — Заговорил приятным мужским голосом, заглядывающий в салон человек в защитном костюме. — Приношу извинения за вынужденные неудобства. Но это необходимая мера и я надеюсь на ваше понимание и сотрудничество. Уверяю — это ненадолго. Прошу! — Он сделал шаг в сторону и став боком вытянул руку в сторону входа в Бактериологический Центр.

Первым вышел Вирт и остановившись протянул руку в салон. Будто получив мысленный сигнал, Ирна привстала со своего кресла и шагнула к выходу.

Процедуры поверхностного обследования не было. Каждого исследователя, взяв за локоть, увёл один из встречающих в защитном костюме. Их разместили в больших белых палатах. Едва провожающие ушли, как в стерео палат появилось изображение мужчины в белом халате. Мужчина, представившись директором Центра, рассказал о намеченных обследованиях. В принципе — это было такое же обследование, как и перед уходом в экспедицию.

— Говорит начальник экспедиции Корот Вирт. — Заговорил Вирт, не дождавшись окончания монолога директора, опасаясь, что тот исчезнет с экрана стерео. — Я требую немедленной аудиенции с вами. Повторяю — немедленной! — Повысив голос, произнёс он последнюю фразу.

— Общение с вами ограничено, господин Вирт...

— Не появитесь — я буду вынужден сам направиться к вам. — Перебил его Вирт.

— Хорошо. Сейчас что-либо придумаем.

— Немедленно! — Процедил Вирт, вкладывая в голос нотки злости.

Изображение директора исчезло. Состроив гримасу раздражения, Вирт шагнул к двери и открыв её, вознамерился выйти из комнаты, но перед ним тут же выросли два огромных десантника в защитных костюмах с парализаторами на поясе.

— Не положено! — Раздался голос одного из них.

Вирт покрутил головой, пытаясь осмотреться — это был длинный коридор со множеством дверей. Через одну дверь, перед ними, стояли по два десантника.

Боятся, что мы будем общаться? Тут же всплыла у Вирта досадная мысль. Знал бы что так встретят, пожалуй, отказался бы от экспедиции.

В конце коридора показалась группа людей в белых халатах, явно, идущая в его сторону. Вирт присмотрелся — впереди шёл тот самый мужчина, что представился директором Центра. Когда до Вирта осталось пять-шесть шагов, директор Центра остановился.

— Директор Бактериологического Центра Морристар. — Заговорил мужчина, волевым громким голосом. — Насколько понимаю — вы начальник вернувшейся экспедиции. Чем вызвана ваша настойчивость?

— Соизвольте подойти ближе. — В голосе Вирта скользнули злые нотки. — Я не могу орать на весь ваш Центр.

— Это исключено, господин Вирт.

— Госпожа Шарова беременна. Я уже докладывал, но, видимо, это не дошло до вас. Немедленно покажите её специалистам. Вся ответственность за её состояние лежит на вас и я не рекомендую игнорировать этим.

Вирту было хорошо видно, как лицо директора Центра заметно побелело. Он резко повернулся и уже поднял ногу, чтобы вернуться в комнату, но громкий возглас заставил его замереть и оглянуться — с другой стороны коридора в его сторону быстро шёл Ральф Селлур. Вирт повернулся в сторону старшины Регистра. Не доходя пары шагов до Вирта, Селлур остановился.

— С возвращением! Рад видеть целым и невредимым. — Через глубокие вздохи, показывающие его спешку, произнёс старшина Регистра.

— Ты тоже боишься заразиться? — Вместо ответного приветствия, произнёс Вирт.

— Я уже ничего не боюсь, но, всё же, должен быть какой-то порядок. — Селлур покрутил головой.

— Если бы мы что-то подхватили, уже давно передохли бы. — Вложив в голос нарочитую грубость, заговорил Вирт. — А как ты верно заметил — я себя, прекрасно чувствую.

— Хорошо, хорошо! — Селлур поднял обе руки перед собой. — Я согласен с тобой. Но всё же, давай пока воздержимся от прямых контактов. — Он обвёл взглядом стоящих перед Виртом десантников. — Пропустите меня! — Он развёл руки, показывая, чтобы десантники расступились.

— Я вам не советую этого делать. — Раздался голос директора Центра.

Селлур повернул голову в его сторону.

— Немедленно займитесь госпожой Шаровой и приготовьте для меня карантинную палату.

Нижняя челюсть директора Центра опустилась, но он больше ничего не произнёс. Селлур отвернулся и взмахнул перед собой рукой.

— В сторону! Или не понятно?

Десантники сделали по шагу в стороны.

— Входи! — Селлур взмахнул подбородком. — Или здесь будем продолжать пререкаться?

Молча повернувшись, Вирт вошёл в палату и остановился посреди её. Войдя за ним, Селлур прошёл к одному из кресел, сел и шумно вздохнул. Вирт повернулся к нему.

— Стар стал. Устаю. Вроде бы и немного прошёлся быстрым шагом, а еле дышу. — Каким-то тихим, уставшим голосом заговорил Селлур. — Садись! — Он кивнул подбородком в сторону пустого кресла.

— Я не чувствую себя уставшим. — Вирт мотнул головой. — Отдохнул на много лет вперёд. — Но всё же подойдя к креслу, он сел и откинувшись, положил ногу на ногу

— Рассказывай! Что там с вами такого произошло, что нетерпит отсрочки? — Селлур взмахнул подбородком.

— Я уже сказал директору Центра — Ирна Шарова беременна и её нужно немедленно показать специалистам.

— Слышал! — Лицо Селлура исказилось гримасой недовольства. — Мы же всех вас предупреждали, чтобы никаких... — Он покрутил головой.

— Это произошло ещё до начала экспедиции. Ты же прекрасно знаешь, как она попала в неё. Мы уверены: он — отец её ребёнка.

— Час от часу нелегче.

Селлур достал из кармана спейс и нажал несколько клавиш. Через несколько мгновений над сканером связи вспыхнула голограмма в которой было изображение директора Бактериологического Центра.

— Немедленно обследуйте госпожу Шарову. — Резким голосом заговорил старшина Регистра. — Если никаких признаков заражённости не обнаружите — отправьте её в Центр Матери и Ребёнка. Если что-то найдёте — вызовите их специалистов к себе.

— Но мы ещё...

— Немедленно! Через час проверю. — Процедил Селлур и погасил голограмму.

— И что теперь с этим прикажешь делать? — Селлур вопросительно взмахнул подбородком.

Губы Вирта вытянулись в широкой усмешке.

— Ты уверен, что я знаю? — Вирт рассмеялся.

— Не до смеха. — Селлур покрутил головой.

— Когда я узнал об этом, то хотел даже прервать экспедицию и вернуться. — Заговорил Вирт, прекратив смеяться. — Но она себя чувствовала вполне нормально и я приказал врачу экспедиции установить за ней постоянное наблюдение и принять решение о возврате при ухудшении её состояния. Но всё обошлось. Никаких патологий не было и она благополучно вернулась на Гитту.

— Представляю! — Селлур покрутил головой. — Я бы не выдержал и точно бы, вернул экспедицию.

— Врач оказалась и прекрасным специалистом и хорошим человеком. Практически не отходила от неё. Они даже подружились. Я долго размышлял, что с этим делать и в конце-концов, пришёл к мысли, что это может быть, даже, благом для нашей цивилизации.

— Оригинально! — Селлур состроил гримасу. — С чего бы это?

— Господин Лампарт является носителем какого-то непонятного психотропного поля. Это неоспоримо. — Вирт взмахнул руками перед собой. — Я сам познал его воздействие на себе. Будто кувалдой по башке. И темнота. К тому же я подозреваю, что Лампарт воздействует им не только на людей, но на объекты, являющиеся носителями энергии. Я не раз замечал за ним некоторые странности. Я сомневаюсь, что он раскроет нам секрет этого поля. А если его ребёнок тоже будет носителем такого же поля. Мы сможем его изучить и если окажется возможным — использовать. Уверен, в изучении чужих миров — это превосходнейшее оружие.

— Хм-м! — Селлур покрутил головой. — Какие у тебя далёкие мысли. Прямо, стратег вселенского масштаба.

— Ты не согласен? — Вирт развёл руками.

— Да нет. Почему же. — Селлур поднял одно плечо. — Я полностью согласен и поддерживаю тебя. — Правда, здесь много если: если — то; если — сё... Что ж, будем следить за ребёнком, госпожи Шаровой.

— Однажды, мне пришла в голову достаточно банальная мысль. — Вирт широко улыбнулся. — Как бы сделать так, что бы у господина Лампарта был не один ребёнок на Гитте.

Селлур открыл рот и так замер, видимо не найдя сразу, что ответить астрофизику.

— Врач экспедиции, буквально, не сводила с него глаз. — Заговорил Вирт с лёгким смехом. — Вот и пусть, господин Лампарт, постарается ещё раз.

— Ну это, знаешь ли... — Селлур покрутил головой. — Ни в какие рамки морали не вписывается.

— Ради блага цивилизации, можно и поступиться моралью, в отдельных, конкретных случаях.

— Хорошо, если для блага. Поступишься раз, два и уже не остановишься.

— Не преувеличивай! — Вирт махнул рукой.

— А ты гарантируешь, что произойдёт не наоборот?

— Но ведь ситуация будет под нашим контролем и мы всегда сможем отреагировать на её ухудшение.

— Уверен, что сможем?

— Уверен, не уверен. — Вирт повысил голос. — Если не будем рот раскрывать, то уверен, что не произойдёт того, что произошло с экспедицией.

— Что-о? — В глазах Селлура мелькнул испуг.

— Мы не взяли с собой ни одного скафандра. И потому произошло, то, что произошло. Мериаман влез в скафандр чужой цивилизации и вышел наружу. К нашему стыду, мы не разобрались, в должной мере в работе скафандра и не неправильно поставили его на термостабилизацию и Мериаман, просто-напросто, замёрз. И видимо, с дыхательной смесью была проблема: если судить по атмосфере корабля, им нужно меньше кислорода и скафандр, скорее всего, их норму и выдавал.

— Он выходил в открытый космос?

— Планета, на которую мы опустились, не имела атмосферы и была очень холодна. Своего скафандра у нас не было и господин Лампарт предложил нам свой, но в его работе предложил разобраться самим. Это его кредо: разбирайтесь сами, а я посмеюсь. У нас же, как всегда — спешка. Будь она неладна. Домой торопились. — Вирт, состроив гримасу досады, махнул рукой. — Лампарт не дал нам забрать Мериамана, мотивировав тем, что на корабле нет условий для транспортировки умерших. С одной стороны — он прав. С другой — как-то бесчеловечно. Если бы, вдруг, с кем-то из нас произошло подобное в пространстве, он, что, выбросил бы тело за борт?

— Ты у меня спрашиваешь? — Селлур вскинул брови.

— Какая разница. — Вирт поморщился. — У себя. Это моя вина. Нужно было вернуться сразу же, как только стало известно о беременности Шаровой. — Он махнул рукой. — Всё равно от экспедиции никакой пользы не оказалось.

— Почему? — Брови Селлура взлетели вверх.

— Нет там никакой жизни. Планета, к которой шли, совершенно непригодна для жизни. Сплошной песок. Пустыня. Очень жарко. Мы привезли немного песка. Очень странный. Такое впечатление, что готовые исходники для микроэлектроники. Не мешало бы его посмотреть.

— Где он? — Селлур взмахнул подбородком.

— На корабле, в ангаре. Там и все наши вещи. Тоже не мешало бы забрать.

Старшина Регистра приподнял спейс и нажал несколько клавиш. Над сканером связи тут же вспыхнула голограмма с изображением гитта в возрасте. Вирту он показался знакомым, но быстро вспомнить, кто он, он никак не мог.

— Рад видеть! — Селлур кивнул головой. — Вернулась экспедиция с Грозы и привезла какой-то необычный песок. Это по твоей части.

— Ты уверен, что он мне будет интересен? — Пожилой гитт состроил удивлённое лицо.

— Господин Вирт утверждает, что это готовый компонент для микроэлектроники.

— Вот как. — Лицо гитта сделалось очень серьёзным. — Где он? Сколько?

Подняв взгляд на Вирта — Селлур вопросительно взмахнул подбородком.

— Порядка стапятидесяти килограмм. — Произнёс Вирт, поняв, что хочет услышать старшина Регистра.

— Он в ангаре корабля. Корабль на северной базе. Сколько — ты слышал. — Произнёс Селлур.

— Я распоряжусь, чтобы им, сегодня же, занялись. — Пожилой гитт кивнул головой и голограмма погасла.

— Что ты ещё привёз? — Поинтересовался старшина Регистра.

— Ничего. — Вирт мотнул головой.

Брови Селлура выгнулись высокими дугами.

— Я же сказал: там один песок. Мы пробыли на поверхности планеты не более получаса. Началась очень мощная песчаная буря и мы едва смогли убраться оттуда.

— Странно! А что же за грозы мы наблюдаем на ней?

— Это не грозы. Некоторые песчинки во время песчаной бури испускают фотоны, а когда их много образуются световые потоки, которые мы и наблюдаем. По утверждению Мериамана, когда-то планета могла быть пригодна для жизни, но этот странный песок уничтожил на ней всю биологию и теперь она мертва.

— Если я правильно понимаю, вы были на двух планетах?

— На двух. — Вирт кивнул головой. — Но вторая оказалась ещё менее привлекательной: без атмосферы и очень холодна. На ней мы пробыли ещё меньше. А Мериаман остался навсегда. — Вирт махнул рукой. — Я опасался за Шарову, потому и торопился. Проклятье! Нужно было вернуться. — Состроив гримасу сострадания, он покрутил головой и принялся подробно рассказывать о произошедших в экспедиции событиях...

Беседа растянулась на несколько часов. Селлур периодически задавал вопросы, если что-то ему было непонятно. Иногда, согласно услышанного, принимался с кем-то связываться, через спейс и требовал принять какие-то меры.

— Теперь ты знаешь всё. — Произнёс Вирт в заключении.

— Думаю, экспедицию нельзя назвать такой уж, безуспешной, хотя она была и безрассудной. А что могло быть в такой спешке? — Неторопливо заговорил Селлур. — Но всё же: мы удовлетворили своё любопытство в отношении системы Грозы; Таров научился управлять кораблём, по крайней мере, у нас теперь есть свой пилот; у Шаровой, если повезёт, будет уникальный ребёнок. Жаль, что погиб Мериаман. Очень жаль. — Он долго крутил головой. — Но, видимо, это неизбежная часть исследования галактики, если нам такая возможность представится, конечно. Сколько человек погибло, пока мы, более-менее, освоили свою планетную систему. Десятки. Если уже не перевалило за сотню. А здесь, такие масштабы. Надеюсь, что мы его никогда не забудем и если представится возможность, обязательно заберём оттуда.

— Но есть проблема, которая меня сейчас тревожит, всё больше и больше.

Брови Селлура подпрыгнули.

— Господин Лампарт в последнее время впал в меланхолию. Даже кораблём перестал управлять. Назад его привёл Корт. Боюсь, как бы он не смылся вместе с ним.

— Кто, Таров? — Брови Селлура полезли ещё выше.

— Лампарт со своим кораблём. — Лёгкая усмешка тронула губы Вирта. — По словам Таис: Ирна, как то обмолвилась, что у себя на Родине, Лампарт является капитаном боевого весспера. Корабль очень странный. Он никак не приспособлен для исследовательских работ. А если это и есть тот самый весспер? Мало какие конфликты могли у него произойти в своей цивилизации. Вот и сделал ноги. Корабль быстрый, попробуй догони. Нашёл нас и спрятался. А сейчас одумался и думает, как бы вернуться.

— Скажешь, тоже. — Селлур махнул рукой, но в его глазах, вдруг, появился, хорошо заметный, испуг.

— Ещё хуже будет, если к нам придут с десяток их боевых кораблей. — Продолжил нагнетать сюжет своего рассказа Вирт.

— Подожди! — Селлур потряс руками перед своим лицом. — У меня сейчас каша будет в голове. Хоть становись на колени и проси прощения.

— У кого, Лампарта? — Вирт вскинул брови.

— Тебе лучше знать. Твоя выдумка.

— Я не против, если бы она, таковой и осталась.

Мелодичный звук, раздавшийся из спейса, который Селлур сжимал в руке заставил его прервать свой диалог с Виртом. Он нажал клавишу ответа на вызов — над спейсом вспыхнула голограмма в которой было изображение гитта в возрасте, того самого, которому он рекомендовал забрать песок из корабля.

— Господин Селлур! Я связался с командованием базы: корабль закрыт. Десантники не могут в него войти — Быстрым голосом, несопоставимым со своим возрастом, выпалил гитт.

Селлур поднял взгляд на Вирта и вопросительно взмахнул подбородком. Вирт дёрнул плечами, но, вдруг, достал из кармана спейс и нажал на нём несколько клавиш — вспыхнувшая над ним голограмма долго была пустой. Наконец на ней появилось бледное лицо Валл'Иолета.

— Господи Лампарт. — Заговорил Вирт, стараясь отчётливо произносить слова. — Наши специалисты хотят забрать привезённый песок из ангара и наши вещи. Опустите пожалуйста трап, чтобы они смогли это сделать.

Голограмма тут же погасла. Вирт поднял взгляд на Селлура и дёрнул плечами.

— Всегда так. — Он покрутил головой. — Совершенно непонятно, что от него ожидать в следующее мгновение. Пусть ждут.

— Ждите! — Бросил Селлур в голограмму своего спейса и прервал связь.

— Что, в конце-концов, решил директор Центра с Шаровой? — Вирт вопросительно взмахнул подбородком. — Его осторожность начинает действовать на нервы. Уж слишком она излишня.

— Не стоит осуждать его. — Селлур нажал ещё несколько клавиш на своём спейсе. — Уж лучше перестраховаться, чем потом сломя голову разгребать...

Появившееся в голограмме изображение директора Бактериологического Центра не дало ему закончить фразу.

— Что с Шаровой? — Несколько грубым голосом поинтересовался Селлур.

— Пришёл автожир из Центра Матери и Ребёнка. — Заговорил директор Центра. — Мы готовим её к транспортировке.

— Что-то нашли?

— Это длительный процесс, господин Селлур. — Заговорил директор Центра, крутя головой. — Он займёт нескольких дней. Возможно и больше.

— За это время я умру у вас. — Губы Селлура вытянулись в широкой усмешке.

— Если у вас не было прямых контактов, думаю, вас нет смысла держать у нас. — Директор Центра, как-то виновато улыбнулся.

— И на том спасибо! — Селлур прервал связь.

— Нет на нас ничего. — Вирт махнул рукой. — Нас там такая песчаная буря продезинфицировала, что и всё привёзенное с собой повышибила.

— Будем надеяться. Видимо придётся строить какую-то станцию санации на орбите. Лампарт ничего не говорил — есть у них такая? — Поинтересовался Селлур.

— Нет. — Вирт покрутил головой. — Я даже не задумывался об этом. Удалось с чем-то из их технологий разобраться в наше отсутствие? — Поинтересовался он.

— Что ты имеешь ввиду?

— С теми предметами, которые были взяты из корабля перед его уходом. Оружием, например?

— Батареи хватило лишь на четыре выстрела. Вначале ничего не получалось — стоило нажать на клавишу выстрела, как излучатель отстреливался. Догадались прижать его скобой к батарее. Получилось! Хотя и с задержкой, но начал стрелять. Видимо и у их конструкторов бывают недоработки. — Селлур усмехнулся. — Заряд представляет собой какое-то непонятное состояние энергии. Что-то, вроде, насыщенной холодной плазмы. Воздействует лишь на биологическую материю, но не жжёт её, а будто растворяет. Скорее всего — материя распадается. Четыре выстрела, конечно, очень мало, чтобы понять структуру плазмы, тем более, такой короткоживущей. Когда батарея села, решили изучить её. Хорошо, догадались одеть защитные костюмы. Как рассказывают исследователи, толком они ничего и не поняли — вспышка света и мрак. Ни звука, ни запаха. Оба, полгода лежали в реанимации. Три раза меняли на них кожу передней части тела. Чернеет, будто обугливается. Последняя вроде держится, пока. Глаза спасти не удалось. Теперь на суррогатах. Сейчас пытаемся разобраться в излучателе. Работаем очень и очень аккуратно. Но скорее всего, перестраховываемся. Трудность в том, что излучатель находится в какой-то очень прочной оболочке и неразборный. Полтора десятка спиралей переменного шага в сверхпроводящей среде: или жидкость или очень плотный газ. Видимо, формируют магнитное поле для фокусировки и ускорения плазмы.

— А плазма откуда берётся? — Вирт вскинул брови.

— Или прямо из батареи, или из блока, который находится в торце оружия. Но к нему только подобрались. Хотя, он может оказаться блоком управления оружием. Если это микроструктурный модуль, то скорее всего, он так и останется тайной. Пытаемся просветить различными анализаторами, но разобраться в микроструктуре миллиардов активных элементов — дело жизни не одного поколения исследователей. В одной из кают нашли пластик, похожий на нашу карточку уровня жизни. Господину Лампарту не стали показывать. Может это та, которую он вознамерился нам показать, но её не оказалось.

— А если без неё, его не смогут опознать у них?

— Придётся писать опровержение. — Селлур усмехнулся. — Пусть это будет на нашей совести.

— И что в ней? — Вирт взмахнул подбородком.

— Всё как и у нас — микрочип в пластике. Но есть и контакты: три, из очень прочного благородного металла, что-то, вроде легированной платины. Скорее всего, сплав получается в невесомости. Видимо, орбитальный завод на далёкой орбите. Из карточки удалось получить информацию, но что она собой представляет, скорее всего может сказать, лишь господин Лампарт. Попытаемся поинтересоваться. Но судя по твоему рассказу — надежды... — Селлур покрутил головой. — Его спейс представляет собой моноблок. Видимо — источник вышел из строя — он, просто-напросто, выбрасывается. Спецы уже пилят его. Дистанционно. Изучили одежду, найденную в ангаре. Ткань, явно, искусственная, с тончайшей углеродной нитью, но свойства нитей ткани, максимально, приближены к естественным волокнам. Ткань очень прочная; хорошо держит тепло тела; практически, не смачивается, не мнётся. При нагревании ведёт себя несколько странно: долго нагревается, будто впитывает тепло, но затем, будто насытившись, идёт резкий разогрев. Мы исследовали ткани с нескольких одежд: тип нитей, практически, во всех одинаков, разница, лишь, в их толщине и дополнительной нити, придающей ткани, будто ощущение. Были ещё несколько металлических предметов. Но с ними особых проблем не было. Часть сплавов весьма интересна и неизвестна нам. Металлурги колдуют. Может и удастся повторить. Однозначно — цивилизация очень развита технологически и нам до неё ещё, очень и очень далеко.

— Да уж — однозначно. — Губы Вирта вытянулись в широкой улыбке. — Если мы не в состоянии разобраться в достаточно простых вещах, то как же мы собираемся повторить их корабль?

— Не знаю. — Селлур покрутил головой. — У нас всего два пути: или пытаемся или нет. Я за первый. — Он поднялся. — Засиделись мы. Почти утро. Приляг отдохни. Я попытаюсь в левете уснуть. Здесь у меня, навряд ли получится. — Повернувшись, он шагнул к выходу.

— А с ратаном что? Удалось, что-то выяснить? — Произнёс ему в спину Вирт, тоже вставая.

— Ратан! — Селлур остановился и повернулся к астрофизику. — Как залезть в контейнер, поняли, практически, сразу, но достать каплю вещества долго не получалось, что ни совали, тут же растворялось. В конце-концов поняли, что контейнер внутри зеркальный — идеальная отражательная поверхность, да ещё какой-то мощнейший ферромагнетик. Пока создали своё, что-то подобное, прошло более полугода. Взяли несколько капель. Сейчас физики ломают головы. Какая-то концентрированная энергетическая субстанция. Втыкай лампу и будет светиться. Шучу, конечно. За что ни возьмись: энергия, энергия и энергия. -Селлур мотнул головой и повернувшись, продолжил свой путь.

***

Исследователи пробыли в Бактериологическом Центре десять суток.

Вирта измучили всевозможными процедурами по смыву и соскребанию инозвёздной пыли с его одежды, тела, взятию проб выдоха. Никаких сторонних бактерий сотрудникам Центра найти не удалось, но его директор упорно стоял на своём: что бактерии могут проявить себя через более поздний срок и лишь вмешательство Регистра, несколько охладило его страсть к исследователям.

В какой-то степени повезло Ирне: в Центре Матери и Ребёнка её, буквально, носили на руках и никто не скрёб её кожу. Её плод развивался без осложнений. Прошло уже более двух третей срока беременности и уже знали, что это будет мальчик. Один раз в Центр прилетал Валл'Иолет, но, буквально, взглянув на Ирну, тут же ушёл. Ирна даже не успела понять — расстроилась она или нет. Собственно, она уже не слишком тяготилась воспоминаниями об инопланетном капитане, всё больше и больше предаваясь мыслям о своём будущем малыше. Она была бы и не против, чтобы Валл'Иолет был рядом с ней, но и его отсутствие не угнетало её. Больше всего её доставали журналисты, которые, неведомо какими путями, периодически проникали сквозь заслоны из десантников и задавали свои любознательные, порой неприятные, вопросы, заставляя её вновь и вновь переживать тревожные периоды своей жизни...

Выйдя утром одиннадцатого дня из своей палаты, после продолжительного препирания с директором Центра, Вирт сразу же отметил, что в коридоре нет ни одного десантника. Он заглянул в ближнюю каюту, где находился Корт — она была пуста. Дёрнув плечами, Вирт направился к выходу из Центра, но едва вышел из дверей Бактериологического Центра, как тут же оказался в окружении толпы журналистов. От неожиданности он попятился, но упершись спиной в массивную стеклянную дверь Центра — замер. Он, совершенно, выпустил из вида возможную встречу с пишущей братией, хотя, собственно, был и не прочь что-то рассказать об экспедиции. Но что будет столько желающих это услышать, он не ожидал.

Вопросы сыпались, как из рога изобилия. Вирт даже не успевал их осмысливать и отвечал в какой-то степени невпопад, вызывая новый шквал вопросов, порой острых и щекотливых.

Видя, что через толпу журналистов ему не пройти, он уже вознамерился вернуться в Центр, как, вдруг, увидел, что на площадь перед Центром совершает посадку изящный чёрный левет, который показался ему знакомым. Замолчав, он уставился в левет. Видимо, осознав, что за их спинами что-то происходит, журналисты, будто по команде, отвернулись от Вирта.

— Селлур! Селлур! Старшина регистра! — Раздались их возгласы.

Вирт тут же вспомнил, что это за левет. Часть журналистов побежала в сторону, совершившего посадку, летательного аппарата. Оставшиеся, вновь повернулись к Вирту, но ему наконец удалось нащупать дверь и он, приоткрыв её, вернулся в здание Центра.

Журналисты, было метнулись за ним, но к его недоумению, удержать дверь закрытой оказалось очень легко — достаточно было подставить ногу под механизм её поворота, чтобы застопорить его, что он и сделал. Журналисты начали толкать дверь, но их усилия оказались тщетны. Перестав обращать на них внимания, Вирт принялся наблюдать за леветом.

Дверь летательного аппарата открылась и на площадку выпрыгнули три десантника и став в линию, расставили руки в стороны, преграждая путь приблизившимся журналистам. Журналисты остановились. Уже затем из левета вышел Селлур. Как только он подошёл к десантникам, два сразу же пошли вперёд, выставив руки и достаточно бесцеремонно расталкивая журналистов; Селлур пошёл за ними; третий десантник шел за его спиной. Насколько видел Вирт, старшина Регистра шёл молча. Как только десантники оказались у двери, Вирт убрал ногу от поворотного механизма — дверь открылась. Пропустив старшину Регистра, десантники тут же преградили путь журналистам.

— Рад видеть! — Вирт шагнул к Селлуру и протянул ему руку. — Надеюсь, теперь ты не откажешься от рукопожатия.

— Не откажусь. — Селлур сунул свою руку в ладонь астрофизика, но едва их руки соприкоснулись, тут же опустил её.

— Круто ты с ними. — Вирт кивнул головой в сторону журналистов за дверью.

— Они достали своей настырностью. Уже всё рассказано и перерассказано, а им всё мало. Хоть небылицы начинай выдумывать. Чуть опоздал. Извини! Замотался и едва не забыл, что вас сегодня выписывают. Хорошо, догадался охрану захватить. Знал, что просто так тебе не уйти. А где остальные? — Он покрутил головой, осматривая вестибюль.

— Даже не знаю. — Вирт покрутил головой. — Скорее всего, родственники позабирали. Я последний. Пытался добиться истины у директора Центра, вот и задержался. К тому же, у меня никого нет.

— Добился? — Губы Селлура вытянулись в усмешке.

— Какое там. — Вирт махнул рукой. — Скорее всего он и сам в неё не верит. Лишь строит лицо своей значимости.

— Ну ты слишком то, не злорадствуй. — Селлур вытянул руку в сторону двери. — Он прав и даже дважды прав. Ваша удача, что там не оказалось органической материи, иначе, неизвестно, чтобы вы притащили оттуда.

Они вышли на улицу. Два десантника опять пошли впереди, раздвигая журналистов.

— И что дальше? — Поинтересовался Вирт.

— Что ты имеешь ввиду? — Ответил вопросом Селлур.

— Корабль? Мы намерены его повторить?

— Вне всякого сомнения. Попытаемся договориться с господином Лампартом, чтобы взять пробы материала корпуса корабля, его двигателя, пробы его выхлопов, да и вообще, провести его структурный химический анализ. Мы хотим сопоставить свои возможности и необходимые требования конструкции корабля. Придётся осваивать производство большого количества новых материалов. Это дело не одного дня. Скорее всего, понадобятся годы. Может быть удастся как-то разговорить Лампарта и он откроет секрет своего происхождения. Свозит нас, на свою планету.

— А если они окажутся не столь дружественны, как нам хотелось бы их видеть? Господин Лампарт совершенно непредсказуемая личность.

— Боюсь, что тогда наша цивилизация прекратит своё существование. — В голосе Селлура скользнули нотки, будто какой-то безысходности.

— Безрадостная картина.

— Но реальная.

— Куда уж, куда реальней. — В голосе Вирта скользнул сарказм.

— У меня тут возникла одна интересная для тебя мысль. — Селлур, вдруг, остановился и покрутил головой, будто смотря, нет ли кого поблизости, что бы никто не услышал, то, что он сейчас хочет сказать, но видимо увидев за своей спиной толпу журналистов, прислонил свою голову к голове Вирта и заговорил шепотом. — Я хочу предложить господину Лампарту ещё одну экспедицию, более далёкую и продолжительную. Чем прозябать на северной базе, пусть свозит нас ещё куда-либо.

— И куда же ты собрался? — Брови Вирта выгнулись высокими дугами.

— Это уж тебе решать. — Селлур отстранился от астрофизика. — Найди интересную для нас планету. — Он вновь прислонил голову к голове Вирта. — Чтобы можно было создать там нашу колонию. Если уж мы решили стать настоящей галактической цивилизацией, у нас обязана быть колония. Иначе, что мы за цивилизация. И для безопасности не помешает её иметь.

— Шутишь? — Прошипел Вирт.

— Отнюдь. — Селлур выпрямился и покрутил головой. — Поищи. Очень тщательно поищи. — Он вытянул руку перед собой и Вирт увидел, что они уже стоят перед открытой дверью левета. — И не затягивай.

Вирт и Селлур уселись в задние кресла, но едва левет перешёл в горизонтальный полёт, как глаза Вирта закрылись...

Сколько он проспал, он не представлял, но когда проснулся и осмотрелся, то увидел, что левет мчится над каким-то огромным лесным массивом, без конца и края.

— Где мы? — Прохрипел он, повернув голову к сидящему в соседнем кресле Селлуру и смотрящему перед собой, неизвестно куда, так как перед ним была, лишь, высокая спинка кресла пилота.

— Проснулся. — Селлур повернул голову в сторону астрофизика. — Во сне не нашёл планету? Если нет, примерно час ещё у тебя есть.

— А куда мы?

— В столицу. Куда же ещё. — Селлур дёрнул плечами. — Выступишь в Регистре.

— Не хочу! — Вирт мотнул головой. — Я тебе рассказал все подробности и добавить мне нечего. Сам и выступай. Отвези меня в южную обсерваторию. Хочу заняться твоим предложением.

— И даже не отдохнёшь? — Селлур поднял брови.

— Ты же сам просил, поторопиться. Тем более, что я прекрасно отдохнул в Центре.

— Я просил не затягивать, а не торопиться. Хотя бы домой загляни.

— Обсерватория и есть мой дом.

— Как пожелаешь. Легран! Южная обсерватория! — Громким, властным голосом произнёс Селлур.

Левет тут же накренился и описав короткую дугу помчался по новому маршруту.

Прошло не менее двух часов, прежде, чем Вирт начал узнавать местность — это было предгорье Сатт Алатау — старой горной гряды Гитты, на одной из плоских вершин которых располагалась южная обсерватория планеты — представляющая собой огромный комплекс всевозможных телескопов и внепланетных анализаторов. Один из самых больших телескопов планеты и был рабочим местом Вирта.

Горы Сатт Алатау были, потому выбраны для астрономического комплекса, что они были старыми горами, но ещё достаточно высокими и землетрясений здесь никогда не было и можно было не опасаться за судьбу очень дорогого оборудования.

Левет взмыл вверх и сердце Вирта дрогнуло — вдали показались величественные белые купола телескопов и среди них выделялся самый величественный купол, к которому он сейчас и направлялся и с которым была связана вся его жизнь, на котором им были сделаны самые значимые открытия в его астрофизической жизни.

— Какой захватывающий вид: ослепительно-белые купола в чистом граните. Впервые здесь. Я даже завидую тебе. — Раздался голос Селлура. — Чистый воздух, тишина и покой. Что может быть лучше для вечной жизни. И почему бы здесь не выстроить оздоровительный комплекс для восстановления состояния людей пожилого возраста. Год прожитый здесь, как минимум на три года продлит жизнь.

— Строй! Только не здесь. — Заговорил голосом повышенной тональности Вирт. — Иначе, об обсерватории придётся забыть.

— Потому и не построили до сих пор. — Селлур глубоко вздохнул. — Я загляну к тебе дней через пять-шесть. Здесь есть какая-то гостиница?

— Прекрасный семизвёздный отель. Для таких как ты.

— Не понял юмора? — Селлур вскинул брови.

— Не знаю, кому взбрело в голову выстроить здесь такой отель, но цены в нём под стать высоте гор. Говорят, комфорт, едва ли не лучший на планете. Ни разу не был. Поселишься — пригласи оценить.

— Или ты выдумываешь или я чего-то не понимаю. Не может такой отель пустовать. — Селлур покрутил головой. — Он разорит кого угодно.

— Нельзя сказать, что он пустует. — Вирт ткнул пальцем в боковое стекло. — Вон он на соседнем плоскогорье.

Взглянув в указанном направлении Селлур увидел на плоской зелёной вершине невысокое белое полуовальное здание.

— Да он и небольшой, вовсе. — Вырвалось у него.

— Что-то около двадцати номеров.

— А вы где живёте?

— Есть сарайчик барачного типа. Но в основном, под своими аппаратами.

Описав дугу, левет опустился на большую посадочную площадку, где стояли с десяток различных летательных аппаратов и столько же разноцветных авто. Его двери скользнули вверх.

— Вот в сарайчике и найдёшь мне место. — Произнёс Селлур, повернувшись к Вирту.

— У меня там есть квартира. В ней и поселишься.

— Вот и прекрасно. Через пять дней у нас летние каникулы. Вот и проведу их у тебя.

— И долго они будут длиться?

— Двенадцать дней.

— Думаю, вытерплю! — Вирт широко улыбнулся.

— Вот и договорились. До встречи!

— До встречи!

Вирт поднялся и молодецки выпрыгнул наружу. Дверь левета опустилась и взмыв вверх, он помчался прочь. Проводив его долгим взглядом, пока он не превратился в крохотную чёрную точку, Вирт развернулся и направился к самому величественному куполу южной астрофизической обсерватории...

14

— Как за него можно взяться? Он же совсем... Даже не знаю... — Вирт, подрагивающими руками, осторожно взял ребёнка из рук Ирны. — Никогда прежде не держал детей. Да он совсем невесомый. — Он заглянул малышу в лицо. — Спит? — Он поднял взгляд на Ирну — девушка молча кивнула головой. — Какой прекрасный малыш. — Вирт улыбнулся спящему малышу. — Щёчки розовые, губки алые. Будто с картинки. Жаль глазки не видны.

Будто желая удовлетворить любопытство взрослого человека, веки малыша поднялись. Вирт, отшатнулся, будто его пронзил электрический разряд — на него смотрели глаза Валлиолета Лампарта: черные, с тонким жёлтым ободком вокруг зрачков. Вирту мгновенно стало жарко. Он вернул малыша Ирне.

— Как ты его назвала?

— Лет.

— Странное имя. Никогда такого не слышал. — Вирт покрутил головой. — Что оно, хотя бы означает?

— Не знаю. Лет и всё. А что оно означает нам неведомо. Правда солнышко? — Ирна улыбнулась малышу.

— А где ты его откопала. Я и слово то это, слышу впервые.

— Валл'Иолет сказал, что его так звала его мама.

— Но оно может означать у них, что угодно.

— Ну и пусть. — Ирна ещё раз улыбнулась малышу, который лежал у неё на руках чуть покряхтывая и водя своими странными глазами туда-сюда.

— А он видел его? — Вирт подбородком указал на малыша.

— Видел. Два дня назад.

— И что?

— Что, что?

— Как отреагировал? Брал на руки, как я? Улыбался ему?

Ирна молча покрутила головой.

— Мельком взглянул и тут же ушёл. Не изменил себе и на этот раз. — Она глубоко и протяжно вздохнула.

— Что ты имеешь ввиду?

— Он всегда так приходит. Будто желает убедиться, что я ещё существую. — Ирна, приподняла руку и резко провела ею по лицу. — Молча зайдёт в палату, постоит мгновение, тут же поворачивается и уходит.

— Я не знаю, что тебе сказать. — Вирт покрутил головой. — Я не психолог, а астрофизик. А звёзды, как известно — не разговаривают.

— Да нет, всё прекрасно. В одно из посещений он попросил мою карточку уровня и ушёл с ней. Через несколько часов вернулся и молча вернул её. Я встревожилась и тут же направилась к ближайшему терминалу. Никогда не думала, что у человека может быть такой огромный уровень жизни. Он перевёл на мою карточку, наверное, его весь. Он продал нам свой корабль?

— Это Селлур. Старается, хотя бы, как-то удержать его. Если уж т-т... — Вирт запнулся и махнул рукой.

— Я теперь немыслимо богата. — Ирна широко улыбнулась. — Могу купить, всё мыслимое и немыслимое. Наверное целый город. Так что, мне неначто жаловаться. — Она покрутила головой. — Здесь прекрасные специалисты. Для меня созданы все условия. О такой жизни можно лишь мечтать. Таис часто приходит. Болтаем по нескольку часов подряд. Она сказала, по секрету, что готовится ещё одна экспедиция. Ты нашёл какую-то новую планету. А он согласен?

— Таис права. — Вирт кивнул головой. — Он согласен. Я, Корт, он и кто-то четвёртый. Терроформист. Ещё не назначен. Полтора года туда, полтора оттуда. Сколько там? Как сложится.

— А когда же мы свой корабль будем строить?

— Он уже строится. — Лёгкая улыбка тронула губы Вирта. — Изучаем материалы из которых построен корабль инопланетян. Пытаемся получить что-то подобное в своих лабораториях, разрабатываем новые технологии. Работа кипит.

— И как? Скоро выкипит?

— По разному. — Вирт дёрнул плечами. — Что-то получается, что-то, пока, нет. Но будем надеяться, что, в конце-концов, получится. Иначе нельзя. — Он поднялся. — Утомил я тебя. Извини! Это наверное за вами? — Он кивнул подбородком в направлении дорожки, идущей по парку.

Ирна повернула голову — в их сторону шли две женщины в белых халатах.

— Да! Сына пора кормить. Нет, что вы, господин Вирт. — Ирна широко улыбнулась. — Я очень рада, что вы меня не забываете. Несколько дней назад Ушрат и Хоремхеб были. У них тоже, скоро будет ребёнок. Я очень рада вам. Когда уходит экспедиция?

— Ещё нескоро. Пять-шесть месяцев. Пытаемся всё предусмотреть. Если это, конечно, возможно.

— Желаю удачи!

— Спасибо! Но надеюсь, что ещё не раз увидимся. До свидания Лет! — Вирт наклонился к малышу, но встретившись с его взглядом отшатнулся.

Состроив гримасу и ничего больше не сказав, он повернулся и быстро зашагал по коричневатой дорожке парка Центра Матери и Ребёнка к выходу.

***

И всё же Ирна оказалась провидицей — больше Вирт с ней не виделся. Подготовка к экспедиции замотала его настолько, что он даже потерял счёт дням.

С одной стороны, казалось бы, что такое экипаж из четырёх человек; много ли им нужно. Но оказалось, что много. В некоторой степени удалось разговорить Лампарта и он постепенно раскрывал тайны длительного пребывая в пространстве. Оказалась, что жизненные запасы должны, даже не вдвое превышать требуемые, а для уверенности — втрое и потому Вирту пришлось заново заниматься этим вопросом, размещая дополнительные заказы на продовольственных фабриках, существенно увеличивать запасы воды и воздуха. Отход экспедиции был отложен ещё на полгода. Регистр нескупился и стеснений в средствах Вирт не испытывал. Селлур объяснял это обеспокоенностью старшин демографическим состоянием цивилизации, хотя Вирт прекрасно знал, истинную, причину экспедиции.

Население Гитты уже приблизилось к своей критической численности, которую могли поддерживать ресурсы планеты в достатке и уже разрабатывались очень непопулярные меры по сдерживанию его роста. Находка в песках быстроходного инопланетного космического корабля оказалась весьма кстати. Корабль позволял начать эру космической экспансии гиттов, позволял воплотить, казалось, их, прежде, несбыточные мечты о колонизации, в какую-то реальность. Пусть это было ещё дело далёкого будущего, но уже была приподнята нога цивилизации для первого шага в этом направлении и осталось лишь опустить ногу на твердь, пригодной для жизни гиттов, планеты. И Регистр решил не жалеть для этого средств. Хотя, среди старшин было много и скептиков...

Проводы экспедиции были очень короткими и немноголюдными, даже в какой-то степени тайными. Присутствовали: два старшины Регистра, Селлур занемог и потому отсутствовал; несколько высших военных чинов, неизвестно зачем; один стереокоментатор и несколько исследователей разных направлений. Корабль и провожающие были окружены плотной стеной десантников, гораздо более плотной, чем обычно.

Члены экипажа стояли на ступеньках трапа: на самой нижней Вирт, за ним Корт, затем терроформист Атар Мелландер и последним — капитан корабля Валлиолет Лампарт.

Уже были сказаны последние слова напутствия и выстроившийся на ступеньках трапа экипаж, последним взглядом окидывал свою родную планету. Вдруг, внимание Вирта привлёк шум, донёсшийся откуда-то из-за спин провожающих. Его глаза заметались по сторонам — огибая провожающих с правой стороны, в сторону трапа корабля, спешила женщина в светлой одежде, держа на руках ребёнка. Вирт окаменел — это была Ирна. Он тут же вспомнил своё далёкое обещание навещать её, которому так и не суждено было сбыться. Он, в принципе, был в курсе, как растёт её необыкновенный малыш, иногда видя его по стерео, тут же вспоминая о своём обещании, навещать их, но тут же забывал об этом, едва экран стерео исчезал из его поля зрения. За Ирной шли два огромных десантника. Один из них постоянно хватал Ирну за локоть, видимо пытаясь остановить, но она резко дёргала рукой, отчего ребёнок у неё на руках тоже дёргался и вырывая локоть, она шла дальше. Видимо десантник не прикладывал больших усилий, чтобы задержать её, но и не выполнять своих обязанностей он, тоже, не мог и потому разыгрывалась эта нелепая сцена. Неожиданно один из старшин сделал шаг в сторону этой процессии и взмахнул рукой — десантники тут же замерли. Ирна продолжила свой путь одна. Вирт сошёл с трапа и поспешил ей навстречу.

— Здравствуйте, госпожа Шарова. — Вирт остановился напротив Ирны. — Я понимаю, что мои оправдания будут бессмысленны, но всё же прошу извинить меня, что больше ни разу не навестил вас и вашего чудесного ребёнка.

— Это лишнее, господин Вирт. Я вас прекрасно понимаю и потому никаких извинений от вас не требуется. Я и Лет решили, что будет негоже, если не проводим вас. Вот и пришли за тем. Едва не опоздали. Никто ничего не знает. Лишь господин Селлур смог сказать что-то вразумительное. А вон и твой папа. Помаши ему ручкой. — Ирна взяла малыша за руку и принялась махать ею.

Вирт отступил и повернул голову в сторону капитана, который стоял в прежней позе, не проявляя никаких эмоций, будто это и не его сын пришёл проводить его в далёкий путь.

Держа руку сына, Ирна направилась к трапу. Стоящие на нём Корт и Атар быстро сошли вниз. Ирна подошла к трапу и аккуратно ступая, поднялась по ступенькам к Валл'Иолету и протянула ему ребёнка, но Валл'Иолет стоял не шевелясь, будто окаменел. У Ирны выкатилась непрошеная слеза и повисла на реснице.

— Это ведь твой сын, Лет. — Тихим голосом заговорила Ирна. — Неужели тебе не хочется взять его на руки, прижать к груди. Сказать — я вернусь.

Валл'Иолет заметно вздрогнул, будто, действительно, до сих пор стоял окаменевшим и только сейчас ожил, и резко повернувшись, пошёл внутрь корабля. Ирна прижала малыша к себе, уткнулась лицом в его одежду и развернувшись, ступила мимо ступеньки. Стоявший ближе всех к трапу Атар, в молниеносном порыве перелетел через несколько ступенек трапа и успел подхватить падающую Ирну под локти и помог ей сойти вниз. Внизу, он отпустил её и Ирна, продолжая держать лицо уткнутым в одежду сына, пошла прочь, едва переставляя ноги, совсем в не ту сторону, откуда пришла...

Как же так, как же так... Ползли в голове Ирны тягостные мысли. Это ведь его сын. Неужели ему не хочется взять его на руки, прижаться губами к его щёчке? Размышляла она, уткнувшись лицом в одежду сына и совершенно не смотря, куда ступают её ноги...

Атар, в недоумении уставился в Вирта, который, вдруг, сорвался с места и подбежав к Ирне, взял её под локоть, развернул в нужную сторону и пошёл рядом с ней, корректируя её путь.

Из-за спин провожающих выскочил десантник и побежал в их сторону. Вирт протянул подбежавшему десантнику локоть Ирны и повернувшись, пошёл назад.

— Пора! — Резко бросил он и повёл обеими руками в сторону трапа.

Исследователи повернулись и быстро начали подниматься в корабль. Не оглядываясь, Вирт пошёл следом.

Дождавшись, когда поднимется трап и закроется его люк, он пошёл вслед за Кортом на второй уровень. Перед дверью зала управления Корт остановился и оглянулся на начальника экспедиции.

— Его здесь нет. — Пилот покрутил головой.

— Кого? — Вирт вопросительно взмахнул подбородком.

— Капитана.

Вирт в свою очередь заглянул в зал управления — оба кресла были повёрнуты ко входу боком и оба были пусты. Он шагнул внутрь и обвёл зал управления внимательным взглядом — он был пуст. Вирт шагнул в коридор и стал напротив пилота.

— Надеюсь, ты не утратил навыка управления кораблём. — Заговорил он крутя головой. — Сколько можно зависеть от его настроения? Запускай требуемые предстартовые процедуры и поднимай корабль.

— Как скажете, господин Вирт. — Корт дёрнул плечами.

— Я уже сказал. — Резким голосом произнёс Вирт. — А чтобы тебе не было одиноко, я займу свободное кресло.

— А если он будет недоволен?

— Это его проблемы. Входи! — Вирт кивнул головой в сторону дверного проема зала управления.

Глубоко и протяжно вздохнув, Корт шагнул в проём...

***

Валл'Иолет сидел откинувшись в кресле своей каюты, держа в руках голограф с фото Ир'Инны, прикрыв глаза и плотно сжав губы. От глаз, вниз, через всё его лицо протянулись две блестящие полосы.

Что я делаю? Зачем я пришёл на эту планету? Они ведь, совершенно, чужие мне. Медленно текли в голове Валл'Иолета грустные мысли. Зачем я мучаю эту девушку? Мы ведь совершенно разные. Почему я не хочу сказать ей об этом? Не хочу или не могу? Когда её нет рядом, мне хочется её увидеть, но стоит увидеть... А малыш? Я не могу дотронуться до него. Если возьму его на руки, то уже никогда не верну его матери. Голова Валл'Иолета качнулась по сторонам. Ир'Инна! Я никогда не смогу тебя забыть. Прикасаясь к гитте, я предаю тебя. А я не хочу этого. Ты навсегда останешься со мной. И никто не сможет тебя заменить. Почему я не взял тебя с собой? Что мне мешало? Совершенно же ничего. Ведь весспер никто не контролировал. Я мог без проблем провести тебя на борт и сейчас мы были бы вместе. И возможно отсюда возродилась бы цивилизация толлонов. Это моя вина, что тебя нет и только лишь моя. Я никогда не прощу себе этого — ты никогда не простишь меня за это. Моя Ир'Инна! Сможет ли память о тебе когда-либо простить меня? Никогда! Ток мыслей Валл'Иолета замер. А будет ли сын гитты желанным возрождением цивилизации толлонов? Вновь потекли у него мысли. Навряд ли. Ведь с молоком матери гитты, он впитает в себя и образ гитта, а не толлона. Даже если я заберу его, то где найду ему молоко толлоны? Нет, он родился гиттом — им и останется. Зачем она пришла? Чтобы сделать мне ещё больнее? Валл'Иолет опять остановил ход своих мыслей, но уже через несколько мгновений встрепенулся. Но есть же ещё колония. Правильно ли я поступил, оставив её? Конечно, правильно. Валл'Иолет механически кивнул головой. Я ведь тысячи раз думал об этом. Может стоило уйти к ним, а не сюда? Нет, нет! Тогда, однозначно, нет. Я мог привести кроканов за собой. А сейчас? Мы ведь направляемся в ту сторону. Ещё пять-шесть лет пути и будет Толлона. Ещё хватит энергии? Но это путь в один конец. А как же мой сын? Я ведь хотел, чтобы он стал капитаном. Капитаном весспера. А если не будет весспера, каким же он будет капитаном? Его лицо исказилось гримасой досады. Что со мной произошло? Я стал чересчур сентиментален. Ведь раньше такого не было. А может то и произошло, что моя жизнь приближается к своему завершению и все совершённые мной неприглядные поступки начинают терзать мой мозг, лишая покоя. Правильно ли я поступил, убежав со своей планеты? Нужно было сражаться до конца. Но мой корабль был повреждён, оружие не действовало. Какой был смысл лезть под смертоносные лучи излучателей с распахнутой рубашкой на груди? Чтобы показать свою браваду. Но кому она нужна? Толлонам? Нет! Кроканам? Тем более — нет. Кроканам нужна лишь моя смерть, а толлонам — смерть кроканов. Затем я и пришёл сюда, чтобы найти смерть для кроканов. Но есть ли она здесь? Сейчас, однозначно — нет. А в будущем? А когда, оно наступит здесь — это будущее, да и наступит ли? Что же тогда я здесь делаю? Пытаюсь найти то, чего здесь нет. Голова Валл'Иолета качнулась из стороны в сторону. Замкнутый круг. Остаётся одно: дождаться, когда гитты освоят производство вещества массы и загрузив полные контейнеры в весспер, направиться на поиски колонии. Но я могу и не дождаться этого. Значит нужно помочь им. Нужно заставить их работать быстрее. Что же тогда я сижу здесь? Нужно действовать!

Валл'Иолет открыл глаза, провёл руками по щекам, удаляя следы своей горести и поднялся. Это удалось с трудом. По его лицу скользнула тень недоумения.

Старт! Молния догадки обожгла его мозг. Поставив голограф на стол, он выскочил в коридор и широкими шагами направился в зал управления.

Шагнув в проём двери, он привычным взглядом окинул экран спор — голубоватый сегмент планеты стремительно скользил к нижнему краю экрана. Он шагнул к своему креслу — оно оказалось занято. Не задумываясь, Валл'Иолет ткнул иглой своего поля в голову сидящего в кресле гитта. Тот вскрикнул и схватился за голову обеими руками. Посидев так несколько мгновений, гитт поднял голову — это был начальник экспедиции, Корот Вирт.

Увидев рядом с креслом, капитана, со сверкающими ободками вокруг зрачков глаз и плотно сжатыми губами, непредвещающими ничего хорошего, Вирт опустил руки и повернувшись вместе с креслом, поднялся и отступил в сторону. Валл'Иолет молча занял освободившееся кресло, повернулся вместе с ним к пульту управления и ткнув пальцем в одну из его клавиш, вызвал панели управления.

Руки Корта, молча наблюдавшего за действиями капитана, подскочили вверх, будто он получил от своих панелей управления электрический разряд, но руки капитана не легли на панели управления, а так и остались лежать на подлокотниках. Он откинулся в кресле и казалось, окаменел. Не сводя глаз с капитана, Корт медленно вернул свои руки на панели управления и повернулся к экрану спор...

***

Прошло несколько дней пути. Разогнанный до максимальной скорости весспер, шёл, ведомый автопилотом и в зале управления присутствия ни капитана, ни пилота, по большому счёту, теперь, не требовалось, но Валл'Иолет, изрядно истосковавшийся по пространству, всё же по долгу просиживал здесь, в своём кресле, наблюдая бег звёзд на экране спор и размышляя, как о своём прошлом, так и своём будущем.

Хаара! А как я намереваюсь им помогать? Я ведь, практически ничего не смыслю в технологиях. Медленно текли у него тревожные мысли. Видел, как добывается криил, как он обогащается до ратана, как ратан заполняет контейнеры, знаю, как контейнеры установить в весспер, но я же, совершенно, не представляю тонкостей технологии превращения криила в ратан: что там с чем смешивается, что плавится, что остаётся. Да и где они возьмут красный песок? Его, ведь, ещё нужно найти. Хотя... Валл'Иолет оттопырил губы. А что если сходить на первую планету? По словам старых капитанов, там осталось ещё достаточно красного песка. Пусть он и беден криилом, но вполне технологичен. Ведь в последние годы, мы, даже, сами хотели возобновить его переработку. Всего лишь, больше времени уйдёт на обогащение. Это не смертельно, можно и подождать. Другого, ведь, всё равно, нет. Плохо, что утащили оттуда орбитальный завод. Но туда ещё добраться нужно. Лет пять пути от Гитты. Сейчас идти бессмысленно. Нужны техники, контейнеры. Вернуться из экспедиции и затем? Но оставшейся энергии определённо не хватит. Парадокс. Чтобы туда добраться, нужна энергия. Энергию можно взять лишь там. Но туда нужно как-то добраться. Значит ничего не остаётся, как ждать, когда гиттам удастся что-то выплавить из своего песка района аномалии. Будет польза от моего возврата сейчас? Навряд ли. Весспер не дотянет туда три десятка техников с ресурсами. Песок возить в ангаре. Чушь какая-то. Много его увезёшь. Лицо Валл'Иолета исказилось неприятной гримасой. Одна лишь от меня сейчас польза — здесь, в пространстве. А что если, по пути, попытаться поискать красную планету? Нужно лишь разработать критерий поиска. Вот пусть, господин Вирт, его и разрабатывает, вместо того, чтобы бестолку пялиться в звёзды.

Валл'Иолет выпрямился и повернувшись вместе с креслом, поднялся и шагнул к выходу.

Вирта он нашёл в каюте нового члена экипажа. Валл'Иолет запомнил лишь его имя — Атар. Гитты сидели в креслах, уставившись в небольшой экран вделанный в стену каюты и о чём-то негромко разговаривали. Видимо услышав шорох открываемой двери, они разом оглянулись и тут же поднялись. Сделав полшага от двери, Валл'Иолет остановился и уставился в Вирта — в глазах начальника экспедиции вспыхнул испуг.

— Чтобы ваши будущие корабли могли ходить в пространстве, требуется вещество массы. — Чётко и правильно произнося слова, заговорил Валл'Иолет. — Для этого нужен красный песок. У вас его нет, поэтому, его нужно найти на других планетах. Ты связан с физикой звёзд и планет. Разработай критерий поиска такой планеты в пути экспедиции. Такие планеты находятся в планетных системах звёзд, ставших сверхновыми. Они не часты. Их трудно найти. Но они есть.

Развернувшись, Валл'Иолет вышел в коридор и вернулся в зал управления.

15

Вирт, с замершим сердцем смотрел на экран спор, на котором разрасталась в размерах, приближающаяся сине-зелёная планета. Даже невооружённым взглядом было понятно, что планета пригодна для жизни. В какой степени — можно было гадать, но то, что на ней есть вода и кислородосодержащая атмосфера было очевидным.

Это была четвёртая планета, из четырнадцати, водящих свой замысловатый хоровод вокруг большого ярко-жёлтого солнца. Скорее всего это была двойная звёздная система, так как, чуть в стороне, виднелась небольшая тёмно-красная звезда с крошечной блёсткой рядом с собой. Была ли эта блёстка ещё одной звездой или какой-то необычной планетой, с такого расстояния, определить было невозможно. Была и ещё одна странность, которая никак не укладывалась у Вирта в голове — первой планетой у жёлтой звезды, была огромная чёрная планета, настолько огромная, что он в первое время, когда увидел её, то посчитал звездой, но присмотревшись, понял, что она водит хоровод наравне с другими планетами этой яркой звезды. Огромная планета была очень близко к звезде и потому её перемещение становилось хорошо видимым уже через несколько минут наблюдений. К тому же её орбита была несколько наклонена относительно эклиптики, что подталкивало Вирта к мысли, что эта планета родом не из этой солнечной системы. Ему теперь стала понятна, та странность, которая вызывала недоумение астрономов, при наблюдении за этой планетной системой в телескоп, с поверхности Гитты.

Вирт был горд и доволен собой: ведь именно он нашёл эту планету и смог убедить Регистр, что именно к ней нужно организовать экспедицию, хотя было ещё несколько кандидатов на посещение, от других обсерваторий. Помогла и поддержка Селлура, одного из самых уважаемых старшин высшего административного органа Гитты.

Вирт повернул голову в сторону соседнего кресла — Валлиолет Лампарт изваянием сидел в своём кресле, держа руки на панелях управления и смотря перед собой. Что у него было в голове — Вирт мог лишь гадать.

После старта с Гитты, капитан разительно переменился и все эти, почти полтора года пути, практически, не покидал зал управления, едва ли не живя здесь. Корту доставались лишь короткие часы дежурств, а остальное время он бесцельно бродил по кораблю, так как капитан, при своём появлении в зале управления, его неизменно выгонял оттуда, будто пилот, чем-то навредил ему и это было его плата за нанесённую обиду. Да и с другими членами экипажа, капитан, практически, не общался, словно не замечая их, будто на корабле он был один. Единственный, кому он разрешал находиться рядом с собой, был Вирт. Но терпел он его, скорее всего, по той причине, что Вирт, через экран спор, пытался найти планету с красным песком, пользуясь портативным спектрометром. По его просьбе, капитан выводил на экран спор врезку с тем или иным районом галактики и Вирт, изучая спектр звёзд, пытался найти среди них ранние сверхновые, чтобы затем, по возвращении, оказавшись на орбите Гитты, с помощью орбитального телескопа, попытаться увидеть около них красные планеты, но, скорее всего на такой скорости и с не слишком высокой дальностью пространственного сканера, сделать это было очень трудно и за время пути, Вирту, так и не удалось найти ни одной звезды, уже очень и очень давно пережившей стадию сверхновой и превратившейся не только в белого карлика, но уже и изрядно остывшего...

***

Корабль пробил облачность и медленно шёл над водной гладью. Местное солнце находилось в стороне и практически, не мешало хорошему обзору поверхности планеты. По всей видимости, над океаном дул несильный ветер, так как волны были небольшие. То тут, то там вверх вздымались потоки брызг и из воды показывалось огромное тёмное тело морского обитателя. Даже с высоты нескольких километров было видно, что морские животные имеют внушительные размеры, но был ли это один их вид или разные, можно было лишь догадываться. По экрану спор не раз проносились и воздушные обитатели планеты, широко раскинув свои неподвижные крылья: они были под стать морским обитателям — огромны. Но никаких рукотворных аппаратов нигде не наблюдалось.

Вирт был в восторге. Его правая рука то и дело взлетала над подлокотником и он направлял её в сторону появляющегося на экране очередного морского или воздушного обитателя планеты, одновременно поворачивая голову в сторону капитана, но тот продолжал сидеть изваянием, смотря перед собой и будто, совершенно, не видя, что происходит за бортом корабля. Состроив недовольную гримасу, Вирт отворачивался и вновь устремлял свой взор в сторону экрана спор.

Казалось, океану не будет конца, хотя Вирт прекрасно видел с орбиты, что планета имеет три больших континента и несколько, приличных размеров, островов. Он уже начал думать, что капитан специально ведёт корабль так, чтобы эти континенты никогда не им встретились, как, вдруг, из-за линии горизонта выползла и начала разрастаться широкая зелёная полоса.

— Земля! — Невольно вырвалось у Вирта.

Будто испугавшись своего невольного эмоционального всплеска, он механически втянул голову в плечи и бросил быстрый взгляд в строну Валлиолета Лампарта, но капитан сидел в своей прежней позе, будто ничего и не услышал. Вирт вновь уставился в экран.

Прошло совсем немного времени и он понял, что капитан всё же ведёт корабль к этой земле.

Вскоре зелёная полоса разрешилась на деревья и корабль заскользил над бесконечным лесом. Что скрывалось под его сенью можно было лишь гадать, но количество воздушных обитателей планеты значительно увеличилось: они по одиночке и большими группами, подобно ярким брызгам краски, выпущенным из распылителя, носились над кронами деревьев.

Вирт, даже, подался вперёд, вглядываясь в экран, надеясь среди деревьев рассмотреть хотя бы какую-то небольшую площадь, лишённую каких-либо зарослей, пригодную для приземления, но вокруг был, лишь, один сплошной лес.

Континент закончился так же как и начался — лесом до самой воды и вновь по экрану заскользил бесконечный океан. Экран спор начал стремительно темнеть.

Наступает ночь. Всплыла у Вирта тревожная мысль. Как же мы найдём посадочную площадку в темноте?

Будто поняв тревогу начальника экспедиции, на экране спор появилось яркое голубовато-жёлтое пятно, в котором отчётливо проявилась водное пространство, которое уже было не столь спокойно, как прежде, а изобиловало, приличной высоты, серыми волнами, с отчётливыми белым бурунами на своих гребнях. Никаких представителей фауны, среди катящихся в бесконечность волн, не наблюдалось. Не наблюдалось и предметов, могущих, как-то, наталкивать мысли Вирта на своё рукотворное происхождение.

Настроение Вирта поднималось с каждым пройденным километром: планета была пригодна для жизни и если на ней была разумная жизнь, то навряд ли она была высокоразвита. Это, конечно, создавало проблему для её колонизации, но неразрешимую.

Волны исчезли так внезапно, что сердце Вирта невольно съёжилось от замелькавших в луче света каких-то изуродованных чёрных коряг, напоминающих выползших из земли чудовищ. Он повернул голову в сторону капитана.

— Странная местность. — Заговорил он. — Такое впечатление, что все деревья здесь уничтожил огонь.

— Это болото. — Впервые за несколько последних часов услышал Вирт голос Валлиолета Лампарта.

— Не думаю, что на болоте можно найти подходящую посадочную площадку. — Вирт покрутил головой. — Да ещё ночью.

Капитан не ответил, но корабль, вдруг, резко накренился вправо и вскоре в пятне яркого света вновь замелькали серые высокие волны.

Постепенно светлело. Волны на водной глади, как-то, незаметно исчезли. Когда, Вирт и не заметил, только вдруг осознал, что нет ни пятна света, ни волн, а корабль мчится над водой, покрытой лёгкой рябью, из которой то тут, то там взмывали ввысь, будто надеясь допрыгнуть, до скользящего над ними непонятного предмета, морские обитатели.

Он, что возвращается на заросший лесом материк? Замелькали у Вирта мысли недоумения. Но там же ногу некуда поставить, не то, что корабль посадить. Можно, конечно и на деревья — корабль тяжёлый, но как там работать? Деревья валить, чтобы расчистить площадь для лагеря? Но у нас и оборудования такого нет. Проклятье! Опять что-то упустили. Но может на корабле оно есть, потому Лампарт и возвращается?

Прошло ещё не менее часа пути, как Вирт начал отмечать, что цвет воды поменялся: из серо-голубой она превратилась в какую-то желтоватую. Исчезли и выпрыгивающие из воды морские обитатели, но вместе с тем в воде появились большие тёмные пятна. Присмотревшись к ним, Вирт понял, что это никто иные, как морские обитатели, плавающие в воде огромными стаями. Косяки — вспомнил он слово из терминологии рыбаков. Подобных косяков рыб прежде не наблюдалось и выходило, что корабль сейчас скользил совсем над другим районом океана.

Из-за горизонта показалось местное солнце и в зале управления заметно посветлело. Корабль шёл прямо на него, что тоже говорило о том, что капитан вёл его не обратным курсом, а совершенно другим. Экран потемнел, что показывало, что он имел светозащитный фильтр, но включился ли он автоматически или его включил капитан, Вирт мог лишь догадываться.

Мы идём к третьему континенту. Наконец понял он и начал пристальнее всматриваться в линию горизонта, в надежде увидеть новую землю.

Совсем вскоре его ожидания возымели успех — из-за горизонта показалась жёлтая полоса, которая стремительно разрасталась, быстро заполняя собой экран спор.

Пустыня! Всплыла у Вирта грустная мысль.

Но его предположение не сбылось — это оказалась горная гряда. Корабль скользнул вверх и Вирт увидел за горами бесконечный лес. Корабль круто повернул и заскользил над грядой. Вскоре Вирт увидел впереди широкое пространство, лишённое деревьев и механически вытянул руку в его направлении, но, видимо, капитан и сам его увидел и корабль направился в его сторону и через несколько мгновений уже висел над плато.

Плато имело небольшой уклон и корабль, вначале став по его уклону, качнулся и медленно выпрямился. Пальцы капитана пробежались по клавишам пульта управления и Вирт оказался висящим над плато. Его ноги невольно приподнялись, но мысленно выругавшись, он вернул их на пол и принялся осматриваться.

Плато было, достаточно, широким и до ближайшего горного склона было не менее трёх тысяч метров, но в тоже время, оно, навряд ли, было более полукилометра в длину. Лес подступал к плато со всех сторон, кроме гор, но плато было выше его и над ним виднелись лишь одинокие макушки самых высоких деревьев. Местное солнце было высоко и не мешало осмотру окрестностей.

Вдруг, Вирт заметил неподалёку от корабля какое-то шевеление. Его сердце замерло.

Человек ползёт. Молнией блеснула у него тревожная мысль. Корабль окружают. Он покрутил головой, но с других сторон никакого шевеления не наблюдалось. Разведчик. Решил он и начал пристальнее всматриваться в шевелящийся предмет.

Вдруг предмет так резко вырос в размерах, что Вирт невольно вжался в спинку кресла. Предмет развернулся и стало понятно, что это какое-то рыжее пресмыкающееся стоящее на большом количестве высоких, тонких ног: по крайней мере, их было не менее шести с одной стороны. Быстро-быстро перебирая ногами, пресмыкающееся добежало до края плато и скрылось из вида: видимо оно спало, греясь в лучах солнца, а приземлившийся корабль, разбудил его и увидев страшное чудище, животное убежало.

Вирт шумно выдохнул и широко улыбнувшись своим неоправдавшимся тревогам, повернул голову в сторону капитана. Будто почувствовав на себе сторонний взгляд, капитан развернулся вместе с креслом и поднявшись, молча шагнул к выходу. Вирт поспешил за ним.

Когда они оказался в ангаре, Корт и Атар уже были там. Капитан подошёл к панели управления трапом и нажал на нём несколько клавиш — по экрану терминала побежали ряды символов. Наконец, они замерли и капитан повернулся к гиттам.

— Атмосфера пригодна для длительного пребывания в ней. — Заговорил он, правильно и чётко произнося слова. — Кислорода в воздухе более тридцати процентов; много аммиака; температура около сорока ваших градусов, давление в полтора раза выше вашего стандартного, как и сила тяжести, так как планета более чем в полтора раза больше Гитты; очень сухо — скорее всего из-за близости к горам. Защитные костюмы не нужны. Но это вам решать. Ходить советую вдвоём. Для меня условия мало-комфортные и потому я воздержусь от прогулок. Животный мир здесь достаточно богат и навряд ли миролюбив и потому советую брать с собой оружие. У меня оружия нет. Я активирую лазерную турель для защиты трапа. Не советую попадать под её луч. Будьте внимательны.

Он отвёл руку назад и не глядя ткнул пальцем в одну из клавиш панели управления трапом — створка люка, закрывающая трап медленно поползла в сторону...

Вирт, дойдя до последней ступеньки трапа остановился и покрутил головой, осматриваясь — его голова невольно вжалась в плечи, поодаль, из люка корабля, прямо ему в лицо, смотрел толстый чёрный стержень лазерного излучателя с тускловатым красным торцом, готовым в любое мгновение испепелить любой, непонравившийся ему, биологический организм. Поёжившись, Вирт отвернулся.

Каким критерием будет руководствоваться лазерная пушка, защищая трап, он не представлял и потому его тревога была, вполне, обоснована.

Местность вокруг корабля, здесь, внизу, выглядела несколько иначе, нежели из зала управления: горы были дальше, чем казались сверху; макушки деревьев были невидны; а плато было более жёлтым и совершенно не имело налёта пыли, будто его кто специально пропылесосил, готовя к посадке инопланетного корабля.

Дышалось легко и свободно, но в тоже время, как только Вирт делал глубокий вздох, сухой горячий воздух обжигал бронхи и потому, сделав несколько глубоких вздохов, он отказался от этой затеи и начал дышать неглубоко, но почаще. Отчётливо чувствовался запах гнили, что подтверждало большое содержание аммиака в воздухе. Было очень тихо. Насколько хватало вида из-под корабля, повсюду было синее небо, но несколько темнее, нежели безоблачное небо Гитты. Никаких облаков нигде не наблюдалось. Судя по тени от корабля, солнце было где-то над ним, видимо, потому и было очень жарко. Складывалось впечатление, что они находятся не за десятки светолет от дома, а на родной планете на широте экватора. Вирт оглянулся на стоящего позади терроформиста, вдоль и поперёк увешенного различными приборами.

— Может стоит воспользоваться леветом? — Он вопросительно взмахнул подбородком.

— Давай мы расставим анализаторы по плато, здесь же недалеко. Сделаем некоторые анализы. — Заговорил Атар крутя головой. — Я хочу узнать сейсмоактивность, этих гор. Может отсюда нужно поскорее убираться. А потом уже начнём путешествовать в левете.

— Как скажешь.

Вирт отвернулся и отстегнув от пояса баррет, небольшой аналог десантного бласта, оружия, специально разработанного для этой экспедиции, опустил ногу на плато и легонько постучав по нему носком обуви, будто сомневаясь в его прочности, затем опустился на всю ступню и наконец, став второй ногой и приподняв оружие, закрутился, осматриваясь. Убедившись, что поблизости никого и ничего нет, что могло бы вызвать тревогу, он отошёл от трапа и махнул рукой терроформисту.

— Никого!

Атар сбежал вниз и быстро пошёл в сторону гор. Держа приподнятой руку с оружием и беспрерывно крутя головой, Вирт пошёл в том же направлении, но чуть в стороне.

Пока они шли под кораблём, было ещё терпимо, но когда вышли из его тени, Вирту показалось что ему на голову положили горящее полено. Его лицо исказилось гримасой боли. Атар достал откуда-то белую панаму и водрузил её себе на голову. Вирт вспомнил, что у него должен быть носовой платок. Пошарив по карманам и найдя его, развернул и положил себе на голову. Стало чуть легче. Ветра не было и потому платок не спадал.

Сделав около трёхсот шагов от корабля, Атар принялся расставлять по плато анализаторы. Работал он быстро и скоро пять приборов стояли широким полукругом вокруг корабля. Закончив, он направился к кораблю.

Вирт шёл за ним, но едва они сделали несколько шагов, как Вирт заметил, что ближний край плато шевелится. Он остановился. Шевеление тоже прекратилось. Негромко хмыкнув, он шагнул к краю плато и в тот же миг над плато материализовался какой-то высокий продолговатый предмет и метнулся ему навстречу. Вирт замер от неожиданности, но уже в следующее мгновение выбросил руку с оружием навстречу мчащемуся на него длиннотелому коричневому животному и нажал на спусковой крючок. Громкий хлопок разорвал тишину. Вирт не понял, попал он в животное или нет, но оно продолжало столь стремительно приближаться, что казалось не бежит, а летит, хотя было прекрасно видно, как по плато переступают его бесчисленные ноги. Вирт выстрелил ещё и ещё. Он отчётливо видел, как над животным взметались тёмные фонтанчики, что говорило, что он попадал в него, но животное продолжало бежать, будто с ним ничего не происходило. Вирт уже отчётливо видел его плоскую оскаленную морду с двумя рядами больших острых белых зубов, настолько больших, что, вдруг, появившийся страх, будто парализовал его. Он замер с протянутой рукой, совершенно не в состоянии пошевелиться. Его мозг, будто, опустел.

Блеснула яркая красная молния и вместо мчащегося на Вирта одного животного, уже неслись десятки его мелких фрагментов. Вирт вновь обрёл способность двигаться, но его реакции хватило лишь на то, чтобы повернуться. В следующее мгновение, получив ощутимый толчок в бок, он оказался лежащим на плато. От удара руки вспыхнули огнём, оружие вылетело из рук ещё, когда он падал. По его телу забарабанили увесистые мягкие камни.

Наконец, толчки исчезли. Вирт приподнял голову — вокруг него валялись красно-коричневые куски плоти, жёлтое плато перекрасилось в яркий красный цвет.

— Ужас!

Раздался над ним чей-то хриплый голос. Вирт повернул голову — это был Атар. Вирт опираясь на горящие руки, принялся вставать. Руки терроформиста дёргались в его сторону, но тут же возвращались назад, видимо, он не решался взяться за него. Вирт поднялся сам и принялся осматриваться. Его лицо исказилось гримасой отвращения — одежда, которая касалась плато, была чистой, остальная же была мокрой и красной, с прилипшими кусками чужой плоти.

— Ну и тварь! — Продолжал хрипеть Атар. — Я как увидел, что она несётся на тебя, буквально, остолбенел.

— Я сам остолбенел.

Вирт расстегнул курточку и принялся стягивать её, но мокрая, она плохо поддавалась, заставляя его остервенело дёргать её, что наоборот, замедляло его усилия.

Где-то вверху раздался громкий резкий крик. Вирт и Атар разом подняли голову — над ними кружили две большие тёмные птицы. Было видно, что с каждым кругом они опускаются всё ниже и ниже.

— Сматываемся! — Выкрикнул Атар и осторожно взяв Вирта двумя пальцами за полу курточки потянул на себя.

— Оружие! — Вирт закрутил головой.

— Скорей! — Атар дёрнул за полу. — Позже заберёшь.

Раздавшийся негромкий треск заставил их вздрогнуть и повернуть головы — по плато, в их сторону кувыркалась длинное коричневое тело. Вновь мелькнула яркая красная молния и в воздух взвилось ещё одно коричневое тело. Они закрутили головами — на плато стояли ещё два животных и наблюдалось явное шевеление его края, что однозначно показывало, что их здесь немалое количество.

Вирт и Атар, со всех ног, бросились к кораблю.

Остановился Вирт, когда оказался в ангаре. Во время своего стремительного бега он видел, как ещё несколько раз мелькала красная молния над плато, но кого она уничтожала, останавливаться и рассматривать ему было недосуг. Атар был помоложе его и побыстрей и в ангаре оказался раньше. Не раздумывая, Вирт бросился к панели управления трапом и ткнул пальцем в клавишу его подъёма. Вскоре створки люка сомкнулись, отгородив корабль от оказавшегося негостеприимным, чужого мира.

Из проёма двери, ведущего на второй уровень выскочил Корт и остановившись, закрутил головой, осматривая Вирта и Атара. Затем направился к начальнику экспедиции.

— Ну и вид у тебя шеф. — Корт покрутил головой. — Вонища-то какая. — Он зажал нос пальцами. — Теперь десятью днями в Бактериологическом Центре, точно не обойдёшься. Как бы там жить не пришлось. — Загундосил он, отступая от Вирта. — Шесть тварей пришлось грохнуть. Никогда не видел, чтобы животные так быстро бегали. Еле успевал отслеживать.

— Так это твоя работа? — Вирт принялся стягивать с себя курточку. — Помоги! — Он вытянул руку в сторону Корта.

— Ну уж нет. — Корт отпустил свой нос и отступил ещё дальше. — Шеф, не нужно здесь раздеваться. Пройди в санационную. Там и разденься.

Состроив недовольную гримасу, Вирт направился в санационную, которая теперь была, предусмотрительно, организована гиттами в одной из комнат ангара. Корт подошёл к шумно дышащему терроформисту.

— Анализаторы успел расставить? — Он вопросительно взмахнул подбородком. — Эти многоножки не утянут их?

— Успел! — Атар кивнул головой. — Пригвоздил намертво. Не утянут. Если бы не любопытство шефа, думаю, ничего бы не произошло.

— Это, когда он направился в сторону этой твари? Я едва успел указать пушке на неё, как она бросилась на шефа. Если бы не интеллектуальность пушки, не знаю, что было бы.

— Что за интеллект у железки?

— Отслеживание цели. Я задал глаз — глаз чётко и отслеживался.

— А капитан?

— В зале управления. Сидит и молчит. В своей тарелке. — Шепотом произнёс Корт последнюю фразу. — Впервые уступил мне своё кресло. Там, оказывается, есть штурвал с управлением оружием. Классная вещь. — Корт покрутил головой. — Но позволит ли изучить. — Глубоко вздохнув, он дёрнул плечами.

— Пойду к станции контроля. Может что-то интересное уже есть.

Отвернувшись от Корта, Атар направился в одну из комнат ангара, где находилась система обработки данных, получаемых от анализаторов. Корт направился за ним.

В комнате, усевшись в кресло перед системой контроля, Атар принялся за манипуляции с клавиатурой — по экрану терминала станции побежали графики и строки с данными.

— Состав атмосферы соответствует ранней стадии развития биосферы планеты. Сейсмоактивность имеет место, но не критична. — Заговорил терроформист через некоторое время, бросив взгляд на стоявшего рядом пилота. — Несомненно, планетная система этой звезды, очень молода.

— Моложе нашей? — Корт вскинул брови.

— Гораздо! — Усмешка тронула губы Атара. — Миллиарда на три.

— Это слишком. — Корт покрутил головой. — С чего ты взял?

— Анализ атмосферы: большое содержание аммиака показывает на достаточную тектоническую активность, большой процент кислорода — значит его много производится и мало потребляется; анализ скального грунта показывает, что в нём большое содержание изотопов — это говорит о том, что их распад ещё далёк от завершения.

— Мы можем получить большую дозу? — В голосе Корта послышалась тревога. — А как же тогда эти твари здесь живут?

— Всё здесь в порядке. — Усмешка тронула уголки губ терроформиста. — Радиоактивность лишь в три раза превышает наши нормы, но это совершенно не опасно. Можешь выйти и попрыгать. Просто, всё говорит о том, что планета молода и незапятнанна.

— Ты хочешь сказать, что здесь нет никакой разумной жизни? — Раздался голос Вирта.

Атар и Корт повернули головы — начальник экспедиции стоял в дверях, одетый в лёгкий спортивный костюм.

— Возможно какие-то зачатки и есть. — Атар дёрнул плечами. — Но если судить по этим тварям — их жизни не позавидуешь.

— Они, может, живут там, где нет этих тварей. — Произнёс Корт, повернув голову в сторону терроформиста.

— Всё может быть. — Атар дёрнул плечами. — Но без левета соваться из корабля, навряд ли, больше стоит. К тому же, наше оружие здесь, малополезно. Хлопушки. Нужно было взять что-то поосновательней.

— Установку залпового огня из прошлого. — Вирт широко улыбнулся.

— А если лазерную турель попросить у капитана и смонтировать её на левет. — Произнёс Корт.

— А заряжать чем будешь? Своими соплями. — Атар громко хмыкнул.

— Значит так. — Вирт рубанул ладонью воздух. — Ходить будем на левете. Корт, за штурвалом и один из нас. Если удастся найти другую посадочную площадку, перебазируемся туда, если там не будет этих тварей или каких-то других. Желание есть — можете отправляться хоть сейчас на поиски. Если судить по солнцу, сейчас середина дня и можно вдоволь налазиться. Я ещё не отошёл, до сих пор дрожу.

— Я согласен. — Корт кивнул головой.

— Я тоже не против.— Атар дёрнул плечами.

— Тогда я к капитану, чтобы он выпустил вас.

Но искать капитана ему не пришлось. Повернувшись, он уткнулся в Валл'Иолета, который стоял у него за спиной.

— Господин Лампарт. — Заговорил Вирт, делая шаг назад. — Мы решили, что безопаснее ходить на левете. По крайней мере, пока, в какой-то степени, не изучим флору и фауну планеты. Мы сейчас подготовим летательный аппарат. Вы не могли бы выпустить его?

— Меня интересует сейсмическая активность плато. — Заговорил Валл'Иолет, словно не расслышав вопроса. — Планета молода и землетрясения можно ожидать в любой момент.

— Сейсмограф не отмечает критических колебаний почвы, господин Лампарт. Активность соответствует периоду застоя. — Заговорил Атар. — Я не вижу опасности. — Он покрутил головой.

— После выхода, люк должен быть закрыт. Я не хочу, чтобы эти твари загадили корабль.

— Непременно, господин Лампарт. — Вирт покивал головой.

— Я следующий на выход. — Повернувшись, Валл'Иолет пошёл прочь.

— Люк?... — Вирт вытянул руку ему вслед.

— Шеф! Разрешение получено. А как им управлять, я покажу. — Произнёс Корт с широкой улыбкой.

— Тогда за работу.

Вирт вышел из комнаты и направился к закреплённому в дальней стороне ангара, двухместному летательному аппарату...

***

Выведя левет наружу, Корт повесил его над кораблём и покрутил, осматриваясь.

— Думаю, в сторону гор незачем переться. — Заговорил он, поворачивая голову к Атару. — Или вдоль них, или лес.

— Давай над лесом. — Терроформист махнул рукой в сторону леса. — Не может он быть бесконечным. Континент большой и здесь все ландшафтные зоны должны быть. Я включу камеры. — Он ткнул пальцем в несколько клавиш в пульте управления перед собой. — Пусть пишут.

— Слушаюсь, шеф! — Корт повернул штурвал и вжал акселератор.

Атар оказался прав, на континенте был и другой ландшафт, но чтобы его увидеть, им пришлось пройти около ста тридцати километров, прежде, чем лес закончился.

Впереди простиралась бескрайняя водная гладь.

— Океан, что ли? — Атар поднял плечи.

— Скорее всего, или море, или большое озеро. — Принялся объяснять Корт. — Если судить по планете, мы шли почти с юга. Я прекрасно помню, что вдоль берега идёт непрерывная горная гряда на несколько сотен километров. Это внутренний водоём.

— Стоит тащиться через него. Может вдоль берега. — Атар вытянул левую сторону в направлении береговой линии. Всё же, более интересно, чем пялиться в воду.

— Как скажешь. — Корт повернул штурвал и левет помчался вдоль берега водоёма.

Прошли ещё около сотни километров, вдоль достаточно высокого и обрывистого берега прежде, чем лес начал редеть и берег сделался пологим. Впереди сверкнуло яркое зелёное пятно и вновь синева. Берег резко отвернул в сторону.

— Опять море? — В голосе Атара скользнула досада.

— Это река и её пойма. — Корт вытянул руку и ткнул ею в лобовое стекло. — Далеко, далеко, у самого горизонта. Её второй берег. Как дальше: через реку или вдоль?

— Давай вдоль, с полсотни километров и нужно возвращаться. Иначе Вирт загрызёт.

Корт резко повернул штурвал и левет заскользил вдоль берега реки.

Ландшафт стал более живописный. Стало видно, что по реке плавают какие-то большие птицы, большое их количество стояло и среди зелени поймы. Иногда они резко взмывали вверх и было видно, что в том месте, где они только что стояли, бегает какое-то животное.

— Смотри, тоже многоножка. — Атар ткнул пальцем в лобовое стекло.

— Похоже. — Корт согласно кивнул головой.

— А вон! У леса. Смотри, смотри! — Атар постучал пальцем по стеклу. — Стоит! Назад! Скорее! — Он затряс руками.

Корт быстро развернул левет и медленно повёл его назад, тем же путём.

— Стой! Стой! — Атар постучал ладонью по подлокотнику кресла и уткнулся головой в лобовое стекло, будто норовясь выдавить его. — Ниже! Человек!

Корт остановил левет и опустив его, даже, ниже макушек деревьев, сам уставился в ту сторону, куда смотрел Атар.

Рядом с одним из деревьев опушки леса, действительно, кто-то стоял, высокий, в тёмной одежде.

— Ты можешь ближе подойти? — Прошептал Атар, будто боясь спугнуть этого некто.

Корт двинул левет к опушке. Некто, в тёмной одежде, вдруг стал ниже и стремглав бросился в глубь леса, со всех четырёх ног.

Корт громко рассмеялся.

— Четырёхлапый мохнатый гуманоид. — Со смехом в голосе заговорил он. — Смотри Вирту не проболтайся — засмеёт.

— Да ну тебя! — Атар откинулся на спинку кресла и махнул рукой. — Возвращаемся!

Когда они вернулись к кораблю, солнце уже скрылось за верхушками гор и начало смеркаться. Едва левет опустился на пол ангара и его дверь скользнула вверх, в её проёме, тут же, появилось недовольное лицо Вирта.

— Совсем обнаглели. Не одни! — Произнёс он грубым голосом.

— А разве мы уже уходим? — Корт вскинул брови.

— Нет ещё. — Вирт отступил от левета. — Но нужно и совесть иметь. Другим тоже хочется пройтись.

— В чём проблема, шеф? — Корт поднял плечи. — Завтра ваш день. Или вы отправитесь ночью? Имей ввиду — эти твари везде есть. — Он выпрыгнул из левета и потянулся. — Не мешало бы что-то съесть.

— Я тоже голоден. — Произнёс, подошедший Атар.

— Тогда наверх. — Вирт дёрнул плечами. — Расскажете: где были, что видели.

— Все камеры были включены. Можем и показать. — Атар кивнул подбородком в сторону левета.

— Показывайте! — Развернувшись, Вирт пошёл в сторону лестницы, ведущей на второй уровень.

Сняв с левета одну из камер, Корт и Атар тоже направились на второй уровень модуля управления.

После кухни, все собрались в каюте капитана, что, собственно, он и предложил.

Атар, по его мнению, показал лишь самое интересное видео: охоту многоножки и мохнатое животное.

Вирт остался доволен увиденным, Валл'Иолет, лишь дёрнул плечами.

— Несомненно, мы нашли, то что искали. — Заговорил Вирт. — Планета пригодна для проживания и есть все предпосылки, чтобы в недалёком будущем основать здесь колонию. Она недалеко и у нас будет возможность организовать быструю доставку сюда колонистов и всех необходимых грузов. Полтора года — ничто. Это всё равно, что улицу перейти или сходить в магазин, в соседнем доме, за продуктами. Можно сказать — нашей цивилизации неслыханно повезло, что рядом с нами оказался пустой и уютный дом. Будет огромной ошибкой, если мы его не займём первыми.

— А кто-то на него ещё претендует? — Произнёс Корт, выгнув брови.

Голова Вирта дёрнулась в сторону капитана, но он тут же повернул её в сторону Корта.

— Я уверен, что мы не одни в нашей галактике. — Он, вдруг, плотно сжал губы и состроив непонятную гримасу, умолк.

— У сменяя большие сомнения, насчёт уюта в этом доме, господин Вирт. — Произнёс Атар.

Все повернули головы в его сторону.

— Что тебе здесь не нравится? — Поинтересовался Корт.

— Атмосфера. Пройдёт не одна сотня лет, а может и тысяча, прежде, чем процент аммиака снизится настолько, что он перестанет ощущаться. А на том континенте, где болота, думаю, вообще не продохнуть.

— Вот и работа для тебя. Ты же терроформист. Оставайся и приводи атмосферу в порядок. — С широкой улыбкой произнёс Корт.

— Никто тут оставаться не будет. — Вирт махнул рукой в сторону пилота. — Здесь три континента. Десять дней на один континент, думаю, вполне достаточно. Итого: тридцать дней. Один, уже пройден. — Он повернул голову в сторону Валл'Иолета. — Вы согласны со мной, господин капитан?

— Вам решать. — Валл'Иолет мотнул головой.

— Значит достаточно. — Вирт глубоко вздохнул. — Здесь, значит, осталось девять. Завтра иду я и господин капитан. Вы на хозяйстве. После завтра, идёте вы.

— Не мешало бы отловить эту многоножку и в зоопарк Гитты её. — Произнёс Корт.

— А кормить полтора года, ты её чем будешь? Сам к ней в клетку залезешь? — Атар рассмеялся.

— Мы её усыпим.

— Исключено! — Капитан мотнул головой. — Никого и ничего на корабле быть не должно.

— Но что-то из флоры... — С долей мольбы в голосе, произнёс Вирт.

— Нет! — Голос капитана зазвучал резко и категорично. — Принесёте — выброшу самих! Снимайте, сколько хотите.

— Континенты большие. Далеко ли на левеете ускачешь. Каждый день елозить по одной территории? — Состроив гримасу, Атар покрутил головой.

— Вместе с обследованием территории и присматриваем посадочную площадку. Как только появится, будем перебазироваться. — Вирт опять перевёл взгляд на капитана, но тот лишь молча пожал плечами. — Значит, решено. А теперь, спать. — Повернувшись, Вирт вышел из каюты капитана и направился в свою, по соседству.

***

Двадцать девять дней пролетели будто один. Исследователи, практически, не вылезали из левета, носясь в нём по континентам с раннего утра, до позднего вечера, все свои путешествия снимая на стерео. Ничего приносить в корабль капитан не разрешал: ни единого листочка, ни единой травинки, заставляя гиттов ежедневно, не только чистить левет и выдувать пыль из ангара, но чистить одежду и обувь, вызывая у них немое недовольство.

Новых посадочных площадок нашлось большое количество и потому проблем с перебазированием корабля не было.

Все три континента, разительно отличались друг от друга. Горный, где корабль совершил первую посадку, был самым контрастным. Он был самым маленьким из трёх, имел форму огромного неправильного овала и имел на себе, пожалуй все климатические зоны: от жарких тропиков юга, до холодной зоны севера, где лежал вечный снег. Он имел две гряды гор: южную и центральную. Центральная гряда, как бы делила континент пополам: на тёплую половину — южную и холодную — северную, куда, почти не проникали тёплые воздушные потоки и где было постоянно холодно, что сказывалось на флоре и фауне. Деревьев там было мало, в основном, лишь, низкорослая жёсткая трава и стелющиеся над ней низкорослые кустарники. Все животные имели очень толстые шкуры, с очень длинным мехом. Птиц, в холодной зоне, почти не было. Почти не было и рек, лишь несколько небольших, идущих вдоль горной гряды.

Южная же часть материка была намного привлекательнее. Она имела два огромных моря, с десяток разновеликих озёр и большое количество рек, сбегающих с гор и затем разбредающихся по лесам и низменностям континента, неся свои воды в моря и озёра. Вдоль южной гряды простиралась огромная пустыня, с, казалось, нескончаемыми песчаными бурями, которые шли по ней какими-то странными кругами, будто выход им из пустыни был запрещён каким-то неведомым могущественным колдуном. И даже был один действующий вулкан, который неспешно курил рядом с пустыней, периодически выпуская из себя небольшие струйки серо-бурого дыма.

Самым неприятным оказался болотный материк. Он имел форму вытянутого полукруга. Почти треть его, действительно, занимало болото, хлюпающее и булькающее. Остальную часть материка, в основном, занимали степи и прерии, с натыканными, будто рукой сеяльщика, небольшими лесами и перелесками. Гор на материке не было, но возвышенностей и впадин было предостаточно. Грунт не был прочным и потому посадочную площадку удалось найти всего лишь единожды, на одной из каменистых возвышенностей и потому исследователям пришлось совершать очень длительные прогулки, чтобы, хотя бы, как-то изучить континент. Рек было много, но все они были неширокие, неглубокие и не длинные, и в основном, переносили воды из одного озерка в другое, которых на континенте было бесчисленное множество. Все эти речушки изобиловали пресмыкающимися, а между ними паслись, казалось, бесчисленные стада, парнокопытных. Часто по ночам, доносился громкий вой, видимо, хищники выходили на свою кровавую охоту. К болоту даже на левете близко подойти на не удалось, кроме отвратительного запаха, неизвестно, как проникшего в салон, за леветом потянулся след из ярких сполохов и сидящий за штурвалом Корт, поспешил увести левет оттуда, восвояси.

Исследователи иногда сажали левет и выходили из него, но тут же становились вожделенными объектами для какой-либо голодной твари, стремящейся, даже ценой своей жизни, заполучить их плоть и потому, приходилось тут же запрыгивать в летательный аппарат и взлетать.

Самым же привлекательным был лесной материк. Он был огромен, имел, почти круглую, хотя и очень изрезанную форму, изобилующую огромным количеством заливов и прибрежных морей и почти весь был покрыт лесом, но все же на нём имелось и большое количество лугов, вдоль рек и озёр. На этом континенте всё было самое большое: и самые высокие горы; и самые большие моря и озёра; и самые большие и самые полноводные реки; и самые высокие деревья; и самые мощные животные. Холодных климатических зон на континенте не было и всей флоре и фауне здесь жилось весьма комфортно. Да и запах аммиака здесь, практически, не чувствовался.

Но ни на одном материке, никакого гуманоида, увидено не было.

***

— Вот и всё! — Заговорил Вирт, когда гитты собрались в конце тридцатого дня пребывания на планете, в ангаре, рядом с леветом. — Домой!

— А я бы ещё остался. Лет на пять. — С грустью в голосе заговорил Атар. — Построили бы себе большой деревянный дом и занимались бы изучением флоры и фауны. Мы ведь, практически, ничего толком и не узнали. Почти нигде не были. Возможно где-то и есть, здесь, человек разумный. Только его нужно найти.

— Оставайся. — Корт дёрнул плечами. — В чём, проблема. Оставим тебе левет. — Он хлопнул ладонью по корпусу летательного аппарата. — Будешь жить в нём, пока не построишь дом. Пищи здесь вдоволь. Изучай, узнавай, исследуй, ищи. Лет через десять заглянем.

— Никуда мы через десять лет не заглянем. — В голосе Вирта скользнула грусть.

— Через сто! — Корт поднял плечи.

— Хорош трепаться! — Вирт махнул рукой в сторону пилота. — Видеоматериала накоплено столько, что и обратного пути не хватит, чтобы весь его обработать. Закрепляем левет и на отдых. Утром старт. Да и капитану, видимо, надоело здесь сидеть. Третий день из своей каюты не выходит.

Развернувшись, Вирт направился к комнате, где находился весь их инструмент и хранились растяжки для крепления левета...

Но Валл'Иолет не стал дожидаться утра. Как только гитты разбрелись по своим каютам и уснули, он направился в зал управления. Там, заняв своё кресло, запустил предстартовые тесты и дождавшись их окончания, запустил конвертор, вызвал панели управления и положив на них руки, вывел весспер на орбиту. Ему, действительно, уже опротивела эта безымянная планета. Сориентировавшись в пространстве, он включил ускорение, затем задал автопилоту координаты Гитты и откинувшись в кресле, уставился в экран спор, в который раз углубившись в размышления, о своей дальнейшей жизни среди гиттов.

***

Корт открыл глаза от нудного писка. Вокруг было темно. Писк шёл откуда-то со стороны. Он сел — в спальной комнате тут же посветлело. Потянувшись, он сполз со спальной платформы и вышел в холл. Писк был здесь. Он повернул голову — с экрана на него смотрело лицо капитана.

— Что-то...

— В зал управления! — Произнёс капитан и его изображение исчезло.

Корт уставился в двигающиеся по экрану звёзды. Ничего не понимая, он тряхнул головой, надеясь, что ему, просто, снится сон, но бег звёзд не остановился. Он тут же почувствовал, что весспер движется. Он уже хорошо это чувствовал. Но сейчас это чувствовалось, даже, очень хорошо, так как его заметно тянуло вниз.

— Проклятье! — Сердце Корта дрогнуло. — Сколько же я проспал? — Он поднял руку и уставился в хронометр — с того момента, как он пришёл в свою каюту, прошло лишь три часа. — Может, день не тот? — Он уставился в дату — новый день лишь начинался, но это был следующий день по дате и год был тот же.

В недоумении дёрнув плечами, Корт опустил руку и направился в санационную.

Едва он вошёл в зал управления, кресло с капитаном повернулось и он поднялся.

— Корабль на автомате. — Заговорил капитан. — Трое суток разгона. Повнимательней! Корпус горячий! Пыль!

Ткнув рукой в один из терминалов пульта управления, капитан вышел в коридор.

Усевшись в своё кресло, Корт, вытянув шею, уставился в терминал, на который указал капитан. Он отображал температуру корпуса. Почти все верхушки его полосок диаграмм, были жёлтого цвета. Корт вчитался в отображаемые цифры, тут же переводя их значения в понятные значения температур своей цивилизации. Его брови полезли вверх — большая часть корпуса имела температуру выше шестисот градусов и его температура продолжала повышаться. С такой температурой корпуса Корт впервые вёл корабль и как к этому нужно было относиться, он не имел представления. И до какой степени нужно было быть внимательным, тоже не знал.

— Что произошло? — Раздался у него за спиной, голос Вирта. — Ещё же не утро? Куда ты торопишься?

— Капитан отправился в обратный путь. — Оглянувшись, произнёс Корт с лёгкой усмешкой. — Не выдержал. И тебя разбудил? — Он вопросительно взмахнул подбородком.

— Сам проснулся. — Вирт мотнул головой. — Давит на грудь. Не пойму что. Вышел в холл, а по экрану звёзды ползут. Вот и решил узнать. Значит сам. Ну-ну!

Он сел в кресло капитана и повернувшись, уставился в экран спор.

— А что так давит? — Поинтересовался он, через несколько мгновений.

— Слишком быстрое ускорение. Капитан торопится. Знать бы куда. — Корт глубоко и шумно вздохнул. — Корабль сейчас, будто болид в атмосфере. Далеко видать. И ещё будет ярче.

— Нельзя по нормальному. А если сгорим? — В голосе Вирта послышалась тревога.

— Вот сходи и узнай, почему, нельзя.

Резко повернувшись с креслом, Вирт поднялся и направился к выходу...

16

Прошла первая сотня дней пути. Корабль шёл с максимальной скоростью, его корпус уже был не так горяч, как при старте и имел температуру всего лишь около трёхсот градусов.

Валл'Иолет и Корт Таров несли вахту на паритетных началах. Хотя капитан был, по-прежнему, молчалив, но стал, как-то теплее, что придало отношениям среди экипажа, какую-то непринуждённость. Атар Мелландер занимался обработкой отснятых видеоматериалов, А Корот Вирт возобновил свои поиски ранних сверхновых...

Была вторая половина дня и на вахте был Корт. Вдруг, его внимание привлекла крошечная красная точка.

Как долго она, уже, отображалась на экране он не мог сказать, так как до сих пор смотрел на него рассеянным взглядом, размышляя о том, будут их встречать, как героев, всё-таки они нашли пригодную для колонизации планету, и будет среди встречающих Таис или встреча будет такой же, как и проводы, серой и унылой.

Он вчитался в отображаемые рядом с точкой ряды символов, но из всех отображаемых строк, понял лишь то, что точка приближается.

А, вдруг, это та самая планета, которую ищет Вирт. Вдруг всплыла у него мысль.

Он тут же ткнул пальцем в одну из клавиш левой панели управления — из вспыхнувшей над пультом управления голограммы, на него смотрело лицо начальника экспедиции.

— Шеф! Зайди! — Произнёс Корт.

Брови Вирта выгнулись в немом вопросе.

— Зайди! Зайди! Это интересно! — Лёгкая усмешка тронула уголки губ Корта.

Голограмма погасла. Корт поднял голову и вновь уставился в красную точку на экране спор.

Прошло достаточно времени, пока за его спиной раздались легкие шаги. Корт выглянул из-за спинки кресла — перед дверью стоял начальник экспедиции.

— Это не то, что ты ищешь? — Корт вытянул руку в сторону экрана спор.

Вирт повернул голову в направлении руки — на экране алела яркая точка.

— А что это, по твоему? — Вирт, не в состоянии понять, что обозначают несколько рядов символов располагающихся рядом с точкой, повернул голову к пилоту.

— Я думаю, что это планета с тем самым красным песком, которую ты никак не можешь найти.

— Но когда мы шли сюда, её не было.

— Капитан на пару минут изменил курс.

— Зачем? — Вирт вскинул брови.

— Не знаю. — Корт дёрнул плечами. — Вчера он долго, колдовал с терминалом... — Он ткнул пальцем в экран терминала. — А затем скорректировал курс. Я думал, что мы сбились, но когда он ушёл, тщательно пересчитал прежний курс. Мы шли правильно. Затем появилась эта точка. Я, вдруг и подумал, что он решил помочь тебе.

— А что обозначают знаки около неё?

— Она приближается.

— Мы идём к ней?

— Скорее — мы сближаемся.

— Не подражай капитану. — Голос начальника экспедиции стал резок. — Потрудись объяснить, что происходит?

— Единственное, что я понимаю. — Корт поднял плечи. — Наш корабль и эта точка идут под углом друг к другу и примерно через сутки наши курсы должны пересечься.

— Немедленно меняй курс. — Сжав руки в кулаки, Вирт потряс ими перед собой. — Немедленно! — Проорал он.

— Капитану это не понравится. — Выгнув брови высокими дугами, Корт покрутил головой.

— Закрой зал управления. — Вирт оглянулся — дверь зала управления была открыта. — И заблокируй двери. Когда уйдём с курса, тогда и откроем.

— Шеф! Я не понимаю тебя? — Корт вновь покрутил головой.

— Он решил сдать нас. Я в этом уверен. — Захлёбываясь, заговорил Вирт. — Плен и затем захват Гитты. Теперь мне всё понятно. Они ждали нас. Он специально...

Вдруг Вирт умолк и схватившись за голову, замер. Корт оглянулся — в дверях стоял капитан, жёлтые ободки вокруг его зрачков ярко сияли, будто наполненные недоброй энергией. Корт отвернулся и вжался в спинку кресла.

Это конец. Досадная мысль больно кольнула его мозг.

— Прочь! — Раздался голос капитана и послышался громкий шлепок.

Повернувшись вместе с креслом, Корт вскочил, намереваясь, согласно полученному распоряжению капитана, уйти из зала управления, но увидев лежащего без движения на полу начальника экспедиции, отшатнулся и сел в кресло. Его взгляд замер, он, будто, окаменел...

Валл'Иолет, буквально, влетел в своё кресло и резко повернувшись к пульту управления, вчитался в характеристические показатели красной точки.

— Хаара! — Невольно слетело с его губ.

Дифферент! Нашли или случайность? Замелькали у него тревожные мысли. В случайность не слишком верится. Значит нашли. А если это какая-то другая цивилизация! Нет, нет! Его голова механически качнулась. Они бы уже, давно, нашли гиттов. Несомненно — это дифферент. Неужели пришёл по моему следу. Но сколько уже лет прошло, от него не осталось ни единого атома в пространстве. Да он и в стороне от моего пути. Значит, случайно забрёл. А может дошёл до сюда, а здесь след потерял. Потому и рыщет в стороне. Как бы он здесь ни оказался, выпускать его отсюда нельзя. Только бы он был один. Один выстрел я смогу сделать. Нужно только попасть. Он на перехвате. Уйти не удастся. Хаара! Почему пространственный сканер его только увидел? Что с ним? А если пропустил? Хаара! Стал совсем невнимателен. Пора списывать. Его губы вытянулись в усмешке. При таких траекториях его положение окажется предпочтительней. Нужно менять курс. Идти навстречу. Может он не понимает, кто перед ним? Если вздумает уйти, время на маневр, превосходство будет у меня, однозначно. Нужно только успеть зарядить накопитель. Ни рано, ни поздно. Хаара! Скафандр? Гримаса недовольства исказила лицо Валл'Иолета. Придётся воспользоваться скафандром гиттов. Атар высокий и худой. Его должен подойти.

Он ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления и в сторону его кресла скользнули панели управления. Положив на них руки, он чуть двинул акселератор назад и наклонил панели управления — описав широкую дугу в пространстве, весспер изменил вектор своего пути, идя теперь так, чтобы при встрече, оказаться позади красной точки.

За спинкой кресла донеслась какая-то возня. Валл'Иолет выглянул из-за спинки — Вирт пытался подняться с пола. Валл'Иолет перевёл взгляд на Корта — тот сидел с побелевшим лицом, вжавшись в спинку кресла.

— Помоги ему! — Валл'Иолет кивнул головой в сторону начальника экспедиции. — И приготовь мне скафандр Атара. Он мне скоро понадобится. — Отвернувшись, он вновь уставился в экран спор.

Ещё больше побледнев, Корт с трудом встал с кресла, на дрожащих ногах подошёл к Вирту, помог ему подняться и поддерживая под руку, повёл из зала управления...

Атар носился по каюте начальника экспедиции; Корт и Вирт сидели в креслах. Пилот был ещё бледен и крутя головой, сопровождал беготню терроформиста, Вирт сидел неподвижно, запрокинув голову и закрыв глаза, и казалось, спал.

— Он приказал приготовить твой скафандр. Несомненно, собирается перейти в тот корабль. — Произнёс Корт тихим, дрожащим голосом.

— Я предлагаю напасть на зал управления и захватить капитана. Дверь открыта. — Негромким голосом говорил Атар. — Пока ещё корабли не сблизились и у нас есть время, чтобы уйти. Чем дольше будет длиться наша нерешительность, тем меньше у нас остаётся шансов.

— Каким образом, ты намереваешься захватить его? — Ещё более тихим голосом заговорил Корт. — Он же чувствует всё что делается вокруг него за десять метров. Ты и близко не подойдёшь.

— У нас есть оружие. Подстрелим его. И подходить не нужно будет.

— Ты сможешь выстрелить в него?

— Я-я... — Атар на несколько мгновений замер. — Смогу! — Он решительно рубанул ладонью воздух и возобновил хождение. — Когда вопрос стоит: кто — кого, не до жалости.

— Иди стреляй!

Корт взмахнул подбородком в сторону двери, но дверь, вдруг, скользнула в сторону и в её проёме появился капитан. Пилот замер с открытым ртом. Атар остановился и уставился в капитана немигающим взглядом.

— Мне нужен твой скафандр. — Заговорил капитан, смотря на терроформиста. — Он готов?

Подняв плечи, Атар молча покрутил головой.

— Хаара! Где он? — Голос капитана прозвучал, резко, будто выстрел, заставив Атара и Корта вздрогнуть.

— В-в ан-г-г-гаре. В-в шк-ка-ф-фу. — Запинаясь, выдавил из себя Атар.

— Пойдём, покажешь, как работает.

— Сам разберёшься! — Раздался, вдруг, твёрдый голос Корта.

Валл'Иолет повернул голову в сторону пилота.

Корт вздрогнул, пространство перед ним зашаталось и начало растворяться.

Сделав шаг назад, Валл'Иолет вышел в коридор и быстро пошёл в сторону лестницы, ведущей в ангар.

Атар, будто влекомый неведомой силой, поспешил за ним.

Скафандр пришёлся капитану впору. Облачение прошло достаточно быстро. Атар юлой вертелся вокруг капитана, закрывая застёжки и открывая нужные клапаны.

Облачившись, Валл'Иолет подёргал плечами: скафандр был несколько неудобен и гораздо тяжелее скафандра его цивилизации. К тому же на стекле шлема не отображалось никакой информации, что никак не придавало комфорта. Несколько раз глубоко вздохнув, он направился к переходному шлюзу в генераторный модуль.

Едва последняя дверь переходного шлюза скользнула в сторону, как тысячи игл впились в тело Валл'Иолета. Он на мгновение замер, но затем решительно шагнул в дверной проём.

Если я сделаю всё очень быстро, то, возможно, не получу серьёзного облучения. Мелькнула у него тревожная мысль. Открою клапан, заряжу, закрою и сразу назад.

Быстро дойдя до накопителя спиралонового излучателя, Валл'Иолет оттянул заслонку клапана накопителя и в тот же миг по корпусу накопителя поползла зелёная полоса указателя энергии. Он привычным движением опустил руку к поясу и тут же мысленно выругался — привычного пояса у скафандра гиттов не оказалось. Мысленно отпустив нелестный эпитет в адрес цивилизации гиттов, он продолжал стоять держа заслонку одной рукой, другой продолжая шарить по поясу, а глазами наблюдая, как зелёная полоса медленно ползёт по корпусу накопителя. Держать заслонку одной рукой, в не слишком гибкой перчатке, было тяжело, к тому же, заслонка скользила в перчатке, норовя вырваться из хвата. Валл'Иолет, стиснув зубы, взялся за неё и второй рукой.

Иглы излучения терзали его тело всё больше и больше. Наконец, боль стала нетерпимой. Отпустив заслонку, Валл'Иолет, насколько быстро позволял двигаться скафандр, направился к переходному шлюзу. Зелёная полоса лишь чуть переползла за половину емкости накопителя.

Оказавшись в ангаре, он направился не в ту комнату, где до этого висел скафандр гиттов, а в ту, где хранились скафандры его цивилизации. Ждавший в ангаре Атар, состроив на лице гримасу удивления, пошёл за ним.

Около шкафа, Валл'Иолет провёл рукой по своей шее, давая понять гитту, чтобы тот снял шлем. Но едва Атар коснулся шлема, как его руки утонули в голубоватом свечении. Он тут же отдёрнул руки и отступил от Валл'Иолета.

— Хаара! Снимай! — Прохрипел Валл'Иолет, вновь проводя перчаткой по сочленению шлема и скафандра.

Он не понял, услышал его гитт или нет, так как его уши услышали лишь какой-то громкий хрип, но, всё же, Атар вновь шагнул к нему и осторожно, лишь двумя пальцем, провёл по сочленению шлема и костюма. За пальцами протянулась широкая голубая полоса, раздавшийся треск больно ударил Валл'Иолету в уши. Шлем качнулся. Тут же схватив его обеими руками, Валл'Иолет, буквально, сорвал его с головы и швырнул в шкаф.

— Хаара! — Захрипел он. — Спишь, что ли? Шевелись!

Он ткнул перчаткой терроформисту в живот и в тот же миг по одежде гитта побежали голубые змейки. Атар сделал поспешный шаг назад. Мысленно выругавшись, Валл'Иолет принялся водить второй рукой в перчатке по сочленению первой и костюма. Гитт, видимо поняв, что у капитана ничего не выходит, шагнул к нему и дотронувшись теми же пальцами до замка, провёл по нему — перчатка отпрыгнула от костюма. Взмахнув рукой, Валл'Иолет отправил её в шкаф и принялся водить освободившейся рукой по замку второй перчатки с костюмом, ему удалось увидеть, как это делал гитт и теперь он пытался повторить его жест. В конце-концов, ему удалось это сделать и вторая перчатка полетела в шкаф. Затем он отстегнул башмаки и наконец провёл рукой по мощному замку на груди. Выбравшись из скафандра, он швырнул его в шкаф и закрыв его двери, ткнул пальцем в клавишу деактивации и развернувшись, широкими, быстрыми шагами направился к лестнице, ведущей на второй уровень, совершенно не обращая внимания на оставшегося стоять около шкафа гитта, округлившимися глазами смотрящего на свои покрасневшие пальцы, которыми он касался замков скафандра.

Зал управления был пуст, заставив лицо Валл'Иолета исказиться гримасой недовольства. Ещё в дверях он прометнулся взглядом по экрану спор — красная точка ярко алела чуть в стороне от центре экрана, что показывало, что она тоже изменила вектор своего пути. Никаких других изменений на экране спор не наблюдалось. Усевшись в кресло, Валл'Иолет уставился в характеристические показатели красной точки. Его брови поползли вверх: красная точка уже не шла на сближение с весспером — она отворачивала.

— Наконец-то! — Механически прошелестели губы Валл'Иолета и по его лицу расползлась довольная усмешка.

Он понял, что, пока, совершал вояж в генераторный модуль, дифферент сблизился с весспером настолько, что его экипаж смог понять, что за корабль перед ним и решил уйти от встречи. Но, несомненно, экипаж дифферента запоздал с маневром и положение весспера с каждым мгновением становилось предпочтительнее. Широко усмехнувшись, Валл'Иолет вызвал панели управления и положив на них руки, чуть скорректировал вектор пути и немигающим взглядом уставился, в начавшую приближаться, красную точку. Маневр дифферента, явно, выполнялся в спешке и его траектория была далеко от оптимальной, отчего силы инерции оказались велики и радиус огромен. Весспер быстро настигал, застрявший в перестроении корабль кроканов, красная точка которого быстро увеличивалась в размерах на экране спор и вскоре начала тускнеть, превращаясь из красной в серую и в тот же миг её курс резко начал меняться.

Видимо, в конце-концов, экипаж дифферента понял, что уйти ему не удастся и он затеял ещё один маневр. Пальцы Валл'Иолета пробежались по сенсорному экрану терминала и на нём вспыхнуло изображение рогатого корабля кроканов. Он медленно разворачивался краями своих крыльев в сторону весспера. Валл'Иолет резко рванул акселератор на себя — его бросило на пульт управления и даже слетевшие с панелей управления руки не смогли удержать его и край пульта управления больно вжался ему в грудь, гримаса боли исказила лицо Валл'Иолета.

Позади его кресла раздался громкий шорох и затем глухой удар. Преодолевая силы инерции, он повернул голову — рядом с соседним креслом барахтался Корт.

Стало чуть легче и Валл'Иолету удалось выпрямиться. Он скосил взгляд на экран терминала — с крыльев дифферента на него смотрели два ярких зловещих огонька.

Хаара! Старая модель. Всплыли у Валл'Иолета мысли досады. Придётся повозиться.

Валл'Иолет машинально ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления — панели управления скользнули в пульт, а из под него выполз штурвал.

Пальцы Валл'Иолета забегали по клавишам штурвала. Вспыхнул индикатор накопителя спиралонового излучателя — его заряд составлял пятьдесят три процента емкости. Валл'Иолет недовольно поморщился — стрелять нужно было наверняка, так как второго раза не будет.

Он поднял взгляд на экран спор — в его центре быстро разрасталось в размерах серое пятно, по краям которого трепетали крохотные, но уже хорошо видимые, красные сполохи. Не глядя, он ткнул пальцем в клавишу захвата цели — вокруг пятна вспыхнул белый овал прицела спиралонового излучателя — дифферент находился в зоне поражения.

— Ближе! Ближе! — Зашелестели губы Валл'Иолета. — Ещё ближе.

Дифферент выстрелил первым. По экрану спор скользнули два ярких красных луча и ушли куда-то вниз. Весспер качнуло, будто он налетел на пространственную неоднородность, на пульте управления вспыхнул красный индикатор повышенной температуры корпуса.

Поторопился, гад! Губы Валл'Иолета вытянулись в широкой усмешке. Сам, напросился. Получи!

Он резко вжал клавишу выстрела. Весспер ощутимо вздрогнул. Отображение звёзд на экране спор заплясали, будто неведомая сила, взявшись за край пространственного полотна, попыталась стряхнуть их. Серое пятно кроканского дифферента задрожало и начало быстро расползаться по экрану, будто он налетел на пространственное образование огромной плотности и начал растекаться по нему блином. Во все стороны из блина ударили яркие жёлтые струи.

Валл'Иолет толкнул штурвал от себя и фонтанирующий дифферент скользнув по экрану спор, исчез где-то за головой. Он вызвал купол и зал управления растворился в пространстве.

Резко вывернув штурвал, Валл'Иолет поднял голову — серое пятно, изрыгая в пространство мощные струи огня, катилось прочь.

Описав дугу, весспер развернулся и пошёл вслед за уходящим дифферентом. Прошло немало томительных мгновений, прежде, чем Валл'Иолету удалось догнать корабль кроканов, который уже не изрыгал языки пламени, а шёл медленно крутясь, вместе с окутывающим его серым облаком, быстро снижая скорость.

Хаара! Лицо Валл'Иолета исказилось гримасой досады. Никакой выдержки. Он ведь выстрелил и у меня, несомненно, было время, чтобы подойти ближе и ударить наверняка. Совсем потерял навык. Какой же я теперь, боевой капитан. Гримаса досады на его лице сменилась гримасой жалости. Бросить и уйти? Но где гарантия, что он не восстановится и тогда, здесь их будет армада? И что, Гитта станет второй Толлоной? Нет! Нельзя его оставлять. Но что у меня есть? Пара лёгких лазеров. Долго ими придётся долбать. Если только попробовать в раструб одного из движителей. Хотя бы обездвижить. Где другие? Не верится, что он здесь один? Валл'Иолет поднял голову и осмотрел купол, но больше нигде, никаких красных точек не наблюдалось. Зачем он здесь? Меня ищет или заблудился? Какая, собственно, разница. Уйти отсюда, он не должен.

Валл'Иолет ткнул пальцем в одну из клавиш штурвала и на серой кляксе кроканского дифферента вспыхнула яркая красная жирная точка прицела. Подведя весспер почти вплотную к дифференту, Валл'Иолет нажал на клавишу выстрела и две ярких полосы лазерных лучей, прорезав пространство, уперлись в серое пятно. Ничего не произошло. Валл'Иолет ещё раз нажал на клавишу выстрела — блеск красных линий и вновь безрезультатно.

Хаара! Валл'Иолет состроил гримасу досаду. Нужно бить в раструб. Но где...

О не успел закончить своё размышление, как серое облако, вдруг, резко расширилась и из него выскочил дифферент. Кончики его крыльев зловеще трепетали кровавыми сполохами.

Валл'Иолет даже не успел осознать, каким подсознанием он заставил руки толкнуть штурвал от себя — весспер клюнул носом и в тот же миг две жирные красные линии прочертили пространство и скользнув у Валл'Иолета над головой, ушли куда-то за спину. По экрану спор заплясали яркие сполохи. Ситуация менялась столь стремительно, что Валл'Иолет не успевал осознавать происходящих перед ним в пространстве событий, лишь увидел, как зелёная, зловещая, рогатая тень, закрыв на мгновение звёзды, скользнула над головой и в тот же миг, раздирающий слух скрежет, больно ударил по ушам. Зал управления наполнился ярким светом. Весспер дёрнулся и его нос круто пошёл вверх. В зале управления потемнело. Преодолевая сопротивление, Валл'Иолет поднял голову: из шипа тарка бил яркий фонтан огня, за ним расползались в стороны две половины кроканского дифферента.

— Разгерметизация нижнего уровня. Отказ системы восстановления. Большая утечка атмосферы. — Раздался бесстрастный голос системного информатора.

Валл'Иолет механически ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления.

— Герметичность верхнего уровня восстановлена. — Произнёс через несколько мгновений бесстрастный голос.

Описав в пространстве круг, весспер пошёл на второй. Все попытки Валл'Иолета, штурвалом выровнять корабль, ни к чему не приводили. Зло толкнув от себя штурвал и дождавшись, когда тот займет своё место в пульте управления, он вызвал панели управления и принялся манипулировать ими: весспер начал подавать признаки послушания, но всё же прошло немало времени, прежде, чем его положение стабилизировалось.

Осмотревшись и не найдя в пространстве больше никаких тревожных признаков, Валл'Иолет сориентировал корабль в направлении прежнего курса и резко толкнул акселератор вперёд. Его вжало в спинку кресла.

Сбоку раздался громкий шорох. Валл'Иолет резко повернул голову — в соседнем кресле ерзал Корт, смотря в его сторону, глазами полными страха.

— Уверен, объяснять не надо, что произошло. — Своим чётким, правильным голосом заговорил, Валл'Иолет. — Это был дифферент — боевой корабль цивилизации кроканов. Надеюсь, он был один и не смог сообщить флоту кроканов о нашем местонахождении. Весспер... — Валл'Иолет ткнул пальцем в пульт управления. — Боевой корабль цивилизации толлонов, получил серьёзное повреждение. Насколько серьёзное — сейчас сказать не могу. Нижний уровень разгерметизирован и доступ туда заблокирован. В пространстве мы не сможем устранить проблему. Можно вернуться на зелёную планету и там попытаться что-то сделать, но я решил продолжить путь к Гитте. Прими управление. Я к себе.

Валл'Иолет убрал свои панели управления и повернувшись вместе с креслом поднялся.

— Начальнику экспедиции нужна медицинская помощь. — Тихим голосом заговорил Корт. — Я не уверен в его адекватности.

— Видимо, я перестарался. — Неприятная гримаса исказила лицо Валл'Иолета. — Но я не потерплю какого бы то ни было обсуждения действий капитана весспера со стороны гражданского экипажа. Я попытаюсь ему помочь, но я боевой капитан, а не реаниматор.

— Да, господин капитан. — Корт склонил голову...

***

Неприятности начались, едва скорость весспера перевалила за четыре лью — на панели управления вспыхнул и замигал красный индикатор перегрева корпуса. Нёсший вахту Корт, тут же ткнул пальцем в клавишу связи с каютой капитана.

— Повышенная температура корпуса, господин капитан. — Быстрым голосом заговорил он. — Я включил торможение.

Будто подброшенный пружинами, Валл'Иолет вскочил с кресла и бросился в зал управления.

Едва он оказался в своём кресле, как его пальцы забегали по сенсорам экрана терминала, по которому заскользили ряды температурного анализа корпуса корабля.

Лишь бы в зоне анализатора оказался. Всплыла у Валл'Иолета тревожная мысль о месте повреждения.

Сеть температурных панелей стояла лишь на модуле управления, а генераторный модуль имел лишь отдельные термодатчики на важных участках корпуса и если повреждение было там, то его истинное место могло оказаться и недоступно анализатору.

Первые часы ускорения, Валл'Иолет опасался, что повреждённый шип тарка не даст разогнать весспер, так как было отчётливо видно, как с него периодически срывался серый шлейф дыма, но через какое-то время он исчез и сейчас у него, вдруг, всплыла мысль, что это он и есть. Но так как шип тарка вообще не имел ни одного температурного датчика, то определить степень проблемы не представлялось возможным: он будет разогреваться, передавая тепло корпусу.

Но, в какой-то степени, повезло — выстроенная анализатором красная полоса шла вдоль нижней стороны люка-трапа модуля управления.

Хаара! Лицо Валл'Иолета исказилось гримасой досады. Видимо удар о дифферент был столь мощным, что деформировалась самая слабая часть корпуса и при высокой скорости электронный газ не в состоянии защитить образовавшийся шов в полной мере. Что с того, что я теперь знаю место повреждения. Хорошо, что не стал возвращаться на зелёную планету — было бы бессмысленно. Он поднял плечи и повернул голову в сторону Корта.

— Скорость четыре лью. — Заговорил он, проведя пальцем по красной полосе на экране терминала. — Так как ангар недоступен, вводится строжайший режим экономии всего: вода, воздух, продукты. Ползти до Гитты придётся около трёх лет, если не больше.

— Да, господин капитан. — Раздался негромкий голос Корта.

Больше ничего не сказав, Валл'Иолет повернулся вместе с креслом, поднялся и покинул зал управления.

Едва он оказался в коридоре, как увидел медленно идущего навстречу Вирта. Сделав шаг назад, он ткнул ладонью в пластинку идентификации двери зала управления и тут же выскочившая дверь, закрыла в него вход.

Куда шёл начальник экспедиции с улыбкой на губах и блестящим взглядом, он и сам не смог бы, наверное, сказать, но присутствия его в зале управления, Валл'Иолет, категорически, не хотел.

Сделав шаг в сторону, в намерении, обойти Вирта, Валл'Иолет, вдруг, шагнул на прежнее место и замер, поджидая начальника экспедиции. Он вспомнил слова пилота и решил сейчас, попытаться выяснить степень неадекватности Вирта.

Видимо осознав, что капитан поджидает его, Вирт остановился, его глаза округлились, в них вспыхнул страх. Он попятился.

— Стой! — Выкрикнул Валл'Иолет и поспешил за уходящим начальником экспедиции.

Вирт вздрогнул и замер, будто окаменел.

Подойдя к нему, Валл'Иолет высвободил своё поле и осторожно вошёл начальнику экспедиции в мозг. Вирт вздрогнул и схватился руками за голову. Валл'Иолет тут же убрал своё поле.

В принципе, ему было всё понятно — в мозге начальника экспедиции зиял большой чёрный провал, который не излучал никакой энергии, сопутствующей мозговой активности, будто от спелого плода был откусан аппетитный кусок.

Обойдя, замершего, с прижатыми к голове руками, Вирта, Валл'Иолет продолжил свой путь.

Даже не представляю, что можно сделать. Размышлял он, шагая к своей каюте. Я учился убивать, а не возрождать. Хотя, вероятно, с помощью психотронного поля, можно, если не восстановить информацию мозга, то хотя бы как-то вернуть к активной деятельности повреждённый участок. Но как? Кто-то может знать, как это сделать? Здесь, конечно, нет. Его лицо исказилось неприятной гримасой. Но дотянет ли он до Гитты? Его состояние заметно ухудшается. Что скажут гитты? Это ведь я являюсь причиной его состояния. Хаара! Незачем было вопеть во всё горло о моём предательстве. Сам виноват! Но как оправдываться о терроформисте? Где он? Если только остался в ангаре? Зачем? Не смог подняться на второй уровень? Получил большой уровень облучения от скафандра? Но я ведь получил гораздо больший? Как они слабы! Странно, я совершенно не чувствую боли, хотя мои внутренние органы уже должны были бы превратиться в кашу. А если психотронное поле каким-то образом защищает меня? А если во время нахождения в зоне радиации активировать его, может тогда и никакой защитный костюм мне не будет нужен? Нужно будет как-то проверить эту мысль.

За размышлениями Валл'Иолет и не заметил, как оказался около своей каюты и сколько он уже стоял напротив двери, не имел представления. Дёрнув в недоумении плечами, он ткнул ладонью в пластинку идентификации и вошёл внутрь.

Потянулись, казалось, бесконечные, как две капли похожие друг на друга, дни...

17

Над северной военной базой Гитты была глубокая ночь. Противореча себе, Валл'Иолет осторожно опускал весспер на посадочный слот базы. Бортовые прожекторы не работали, видимо, они оказались повреждены и он ориентировался, исключительно, полагаясь на своё поле, которым пытался прощупать обстановку за бортом весспера, интуицию, редкие огни базы и удачу, на то, что посадочный слот не занят. Однозначно, гитты их не ждали.

На предложение Корта, о том, чтобы дождаться, когда над базой встанет рассвет Валл'Иолет, отреагировал ярким блеском ободков вокруг зрачков своих глаз и вызвав свои панели управления, повёл корабль на посадку.

Корту ничего не осталось, как, с досадой, убрать руки со своих панелей управления и лишь наблюдать за действиями капитана. Он, практически, с места сражения, сам привёл корабль к Гитте и здесь так оплошал. Возможно, он бы и рискнул посадить корабль в темноте, но из восьми опор действовали только шесть, что и заставило его высказать своё нелепое предложение. Связи с Гиттой не было, так станция связи находилась в ангаре, люк к которому капитан разблокировал лишь, когда корабль оказался в нижних слоях атмосферы планеты. Корт не увидел, когда и как он это сделал, а понял это по лёгкому свисту свежего прохладного воздуха, ворвавшегося в открытую дверь зала управления. Ему тут же захотелось вскочить и сбежать по лестнице в ангар, чтобы, наконец, узнать, что произошло с Атаром, но взглянув на ярко светящиеся в полумраке зала управления глаза капитана, тут же подавил свое желание...

Из коридора донёсся громкий стук и в тот же миг корабль резко накренился. Корт мёртвой хваткой вцепился в подлокотники. Корабль выпрямился, но тут же накренился в другую сторону и если бы Корт не держался за подлокотники, то неминуемо бы вылетел из кресла. Затем корабль накренился в третью сторону, затем в четвёртую и принялся плясать, будто попал в штормовое море. По экрану спор, в каком-то бешеном танце, плясали несколько далёких огней. Из коридора доносились закладывающие уши звуки, будто рвущегося по живому металла.

Корт с трудом повернул голову в сторону капитана — тот сидел одной рукой держась за подлокотник, а пальцами второй тыча в сенсорный экран терминала, но, видимо, попасть в нужный сенсор ему удавалось не всегда, так как периодически раздавались его громкие, непонятные Корту, возгласы.

Прошло немало, как казалось Корту, бесконечного времени, прежде, чем амплитуда колебаний начала уменьшаться и наконец, резко дёрнувшись, корабль замер.

Убрав панели управления, Валл'Иолет, повернулся вместе с креслом и поднявшись и не проронив ни слова, ушёл.

Корт, долго сидел один, всматриваясь в тёмный экран спор, в надежде увидеть приближающиеся огни летательных аппаратов, Но ничего так и не дождавшись, наконец, тоже убрал свои панели управления, повернулся вместе с креслом, поднялся и ещё раз, скользнув внимательным взглядом по тёмному экрану спор и ничего, кроме нескольких далёких огней, не увидев, направился из зала управления.

В ангаре было темно и его пространство едва просматривалось. Корту пришлось постоять некоторое время в дверях, давая глазам возможность привыкнуть к темноте, прежде, чем он смог без опаски войти в ангар. Что-то отыскать в нём, сейчас было, весьма, проблематично. Как он понял, капитана в ангаре не было, хотя трап не был опущен, но большой люк в полу был открыт, выделяясь серым пятном и отсутствовал левет. Дёрнув плечами, Корт подошёл к панели управления трапом и нажал клавишу его опускания: донёсшийся, раздирающий уши скрежет, заставил его голову втянуться в плечи. Наконец скрежет стих, дверь люка трапа несколько раз раздёрнулась, прежде чем поползла в сторону. Наконец, на панели управления вспыхнул зелёный индикатор, показывающий, что трап опущен.

Подойдя к краю люка, Корт попытался заглянуть в его проём — вниз вела цепочка бледных огоньков. Глубоко и протяжно вздохнув, он ступил на верхнюю ступеньку трапа.

Сойдя вниз, он принялся осматриваться, насколько это было возможно в свете далёких огней штаба базы. После некоторого блуждания под брюхом корабля, ему стала понятна возможная причина столь странной посадки корабля: две опоры вообще не вышли, а под одной оказался, оставленный кем-то на посадочном слоте транспортёр, который корёжился, когда опора становилась на него и система стабилизации пытаясь найти для опоры твердый грунт, видимо, несколько раз опускала и поднимала опору и не в состоянии устоять на оставшихся опорах, корабль кренился, пока транспортёр не оказался, практически, расплющенным и опора, почувствовав под собой более-менее твёрдый грунт, успокоилась. Хорошо, что ещё его энергоустановка транспортёра не взорвалась.

Громко хмыкнув, Корт вернулся к трапу и усевшись на последнюю ступеньку, прислонился к его стенке и прикрыл глаза...

***

Корт летел вниз по какой-то шахте, отчаянно махая руками, пытаясь ухватиться за скользящие мимо него стенки, но они были настолько гладки, что пальцы лишь скользили по ним, ни за что не цепляясь. Дно шахты стремительно приближалось.

Вот и мне пришёл конец. Острая мысль, больно кольнула мозг Корта. Он всех нас уничтожил. Зачем? Чтобы мы не смогли никому рассказать о произошедшем в пространстве? Зачем? Что ему нужно от нас?

Его руки последний раз скользнули по гладким стенкам шахты и в тот же миг лицо коснулось дна...

Корт вздрогнул и открыл глаза — его лицо упиралось во что-то твёрдое.

Я жив? Удивлённая мысль теплой волной обволокла его мозг.

— Жив! — Донёсся громкий возглас где-то у него над головой.

Насколько это оказалось возможным, Корт приподнял голову, лицо неприятно горело — рядом стояла пара человеческих ног в больших тёмных ботинках.

— Поднимите!

Донёсся второй возглас у него над головой и в тот же миг две пары сильных рук, схватив Корта под руки, рванули вверх — его ноги вначале повисли, затем он почувствовал под ними твёрдую опору.

— Можешь сам стоять? — Раздался, всё тот же, громкий голос, больно кольнувший в барабанные перепонки.

— М-м-могу! — Корт покивал головой и подняв руку, провёл ею по лицу — одна щека была горячей, но ссадины, вроде бы не было.

Его поддержка исчезла и он пошатнулся, но тут же выбросив руки в стороны и отставив одну из ног, устоял и медленно покрутил головой.

Видимо было очень раннее утро, так как рассвет, лишь еле-еле разбавил собой мрак ночи. Он стоял рядом с трапом корабля. На ступеньках трапа, перед ним стоял незнакомый офицер, неизвестно, как и когда туда попавший, который, скорее всего, ногой и столкнул его с трапа, отчего Корт и оказался лицом в посадочном слоте. По бокам от него стояли два огромных десантника. Поодаль, под корпусом, стоял транспортёр, перед которым стояли ещё несколько десантников, с висящим на шее оружием и с широкими усмешками на лицах. Никого другого поблизости не наблюдалось.

— Это запретная зона. — Заговорил офицер. — Как ты сюда попал?

— Сверху! — Корт поднял палец.

Офицер поднял голову, затем опустил её. Даже в серой утренней мгле было видно, как неласково сверкнули его глаза.

— Шутить изволишь. Пьянь! Ты арестован и будешь доставлен в изолятор службы безопасности. Пусть они слушают твои шутки. — Раздражённым и явно, злым голосом, произнёс офицер.

— Немедленно свяжите меня со старшиной Регистра, господином Селлуром. — Стараясь придать голосу твёрдость, произнёс Корт.

— Господин Селлур умер полтора года назад.

— Как... — По скулам Корта прошлись желваки. — Тогда с командиром базы.

— Он ещё не прибыл к месту службы. Может ты хочешь связаться с самим Регистратом? — Губы офицера вытянулись в широкой ухмылке. — Встряхните его так, чтобы вся пьяная дурь из него, разом, вылетела.

— Не стоит! — Корт выставил руки навстречу, шагнувшим в его сторону десантникам. — Связывайте с кем хотите, только доложите, что мы вернулись.

— Не нужно никому докладывать. — Раздался за его спиной негромкий голос.

Офицер резко поднял голову и тут же коснувшись своей рукой лба, опустил руку. Корт оглянулся — в нескольких шагах, за ним стоял незнакомый невысокий мужчина в возрасте в гражданской одежде. Поодаль стоял тёмный левет, но какой был его истинный цвет, в предрассветной мгле, понять было невозможно. Корт развернулся. Мимо него пробежал офицер и остановившись перед мужчиной вытянулся.

— Командир патрульной группы Вейлор Пит. — Заговорил офицер чётким, отрывистым голосом. — С рассветом мы увидели незнакомый летательный аппарат и подошли к нему. На ступеньках трапа сидел человек. Видимо, ночью, пьяный, пробрался на базу и присев, где нашел место, уснул. — Он кивнул головой в сторону Корта. — Я коснулся рукой его плеча, он упал. Ещё не протрезвел.

Вот гад! По скулам Корта прошлись желваки. Я запомню твою руку, будешь столько на животе ползать, пока мозоль не натрёшь.

— Происходит выяснение его личности. — Офицер резко кивнул головой. — Он будет немедленно доставлен в изолятор базы.

— Не нужно ничего выяснять. — Заговорил мужчина всё тем же негромким, спокойным голосом. — Это пилот этого корабля, Корт Таров. — Он сделал несколько шагов вперёд и остановился перед Кортом; его правая рука дёрнулась в направлении Корта, но тут же возвратилась на место. — С возвращением, господин Таров. Мы уже потеряли все надежды.

— Спасибо! — Корт кивнул головой. — Извините, но я вас не знаю.

— Советник Доминикали. — Мужчина кивнул головой. — К сожалению, старшина Селлур ушёл от нас на вечный покой и Регистр возложил на меня его обязанности по контролю за экспедицией. К тому же я астрофизик и долгое время работал в одной обсерватории с господином Виртом. Где он? С ним можно встретиться?

— К сожалению... — Состроив гримасу, Корт покрутил головой. — Он умер по пути домой.

Брови советника взлетели почти до середины его лба.

— Ты вернулся один? — Прошелестели его губы.

— Вдвоём. Капитан покинул корабль и где находится, мне неизвестно.

— Подозреваю — экспедиция была непроста. — Доминикали покрутил головой. — Удалось найти планету?

— Да, господин советник. — Корт кивнул головой. — Планета пригодна для колонизации. Её флора и фауна весьма богата, но разумной жизни нет. Отснятые видеоматериалы находятся в одной из кают корабля.

— Извините, господин Таров. — Советник повернулся к офицеру. — Немедленно вызовите ещё несколько подразделений и организуйте охрану корабля. Без моего личного разрешения никто не должен подниматься на его борт. Свяжитесь с командиром базы и от моего имени передайте ему мои слова. Выполняйте!

— Да, господин советник. — Резко кивнув головой, офицер махнул рукой десантникам у трапа и все они побежали к своему транспортёру.

Доминикали повернулся к Корту.

— Вам нужно пройти карантин в Бактериологическом Центре, господин Таров. Это необходимое... — Советник на несколько мгновений умолк. — Но я предлагаю вам другой путь, отдых в моём доме. Это недалеко отсюда, около двухсот километров. Прошу! — Он вытянул руку в сторону и развернувшись шагнул в направлении своей вытянутой руки.

— А капитан? — Выкрикнул ему в спину Корт.

— Мы, обязательно, найдём его. — Заговорил советник остановившись и поворачиваясь к Корту. — Но не думаю, что вы заразны. Иначе, вас бы здесь не было.

— Где-то в ангаре находится Атар Мелландер. Он мёртв. Его нужно найти и перенести в криокамеру медицинского зала. В одной находится господин Вирт, вторая свободна.

— Это уже не твоя забота. Поторопимся! — Доминикали, повернулся и продолжил свой путь к левету.

Дёрнув плечами, Корт заторопился советнику вслед.

— Когда у меня появляется возможность отдохнуть, я всегда выбираю для отдыха свой дом. Он небольшой, но очень уютный. — Заговорил советник, когда Корт догнал его. — Он далеко от городов, над ним очень прозрачная атмосфера, у меня есть хороший телескоп и я, по старой привычке, провожу ночи за ним. Вот и этой ночью: выбирая объект для наблюдения, я, вдруг, увидел тёмный предмет движущийся в сторону Гитты. Я подумал, что это какой-то астероид, но как ни старался, так и не смог вспомнить, чтобы было какое-то предупреждение от станции астероидного контроля о возможном контакте планеты с достаточно крупным космическим объектом. Я подумал, что наблюдатели просмотрели его, но затем отмёл эту мысль, как невозможную быть. К тому же объект шел правильно, что является для астероида нехарактерным явлением. Вдруг, вспомнил о вашей экспедиции и незамедлительно сел в левет и направился сюда, на базу. Моя догадка оказалась верна. Честно говоря, мы уже, практически, потеряли надежду на ваше возвращение. Что-то произошло? Где? В пути или на планете?

— В пути. — Корт глубоко вздохнул. — Даже не знаю, что и сказать.

— Как было так и скажи. — Советник вытянул руку в проём двери левета, к которому они подошли. — Прошу!

Корт занял место в салоне и дождавшись, когда советник займёт место пилота и поднимет левет, заговорил.

— Когда мы прошли часть пути домой, нам встретился какой-то рогатый корабль. Перед этим капитан изменил курс корабля и мы, гитты, решили, что он это сделал намеренно. Мы подумали, что это корабль цивилизации капитана, который поджидал нас с какой-то враждебной, для нашей цивилизации, целью. Корабль первым увидел я и вызвал в зал управления начальника экспедиции, господина Вирта. Капитана в тот момент в зале управления не было. У меня и господина Вирта завязался спор на тему предательства капитана. Тут появился он сам и атаковал начальника экспедиции своим полем. Атака была столь сильной, что господин Вирт не смог справиться с полученными повреждениями мозга и вскоре умер. Мы поместили его в криокамеру медзала. Оказалось, что это был военный корабль враждебной цивилизации для капитана — цивилизации кроканов. А капитан принадлежит к цивилизации толлонов. Как я понял, эти две цивилизации враждуют друг с другом. Корабль кроканов атаковал наш корабль первым. Как-то странно всё происходило, совершенно не так, как показывают в фантастических фильмах. Но капитан всё же уничтожил рогатый корабль. Но весспер тоже получил повреждение и уже больше четырёх скоростей света развивать не смог, из-за чего мы и задержались. Как погиб Атар Мелландер я не знаю. Он и капитан были в ангаре и оттуда капитан вернулся один. Что между ними произошло?... — Корт покрутил головой. — От места сражения до Гитты весспер вёл я. Капитан или сидел в своей каюте или бродил по коридору. Ещё бы два-три месяца и... — Корт громко хмыкнул. — Кто-то, кого-то бы съел. У нас продукты заканчивались. Перед посадкой выяснилось, что над базой ночь, а у нас не работают ни прожектора, ни габариты. Я предложил капитану дождаться утра, но он отстранил меня от управления и сам посадил корабль. Я думал — корабль развалится, такие начались колебания после посадки, но это под одной из его опор оказался транспортёр. Капитан ушёл из зала управления и больше я его не видел. Я наверное больше часа ждал, что кто-то подойдёт к кораблю, но так и не дождался. Спустился в ангар — там не было ни капитана, ни левета и где они сейчас — не представляю. — Корт покрутил головой. — Вот и все наши приключения.

— Как ты назвал корабль? — Поинтересовался советник.

— Какой?

— На котором ходил в экспедицию?

— Весспер. — Корт дёрнул плечами. — После боя, капитан, вдруг, разоткровенничался и немного рассказал о себе и своём корабле. Он капитан весспера, боевого корабля военного флота толлонов. Что является оружием весспера, я, честно говоря не понял. — Корт покрутил головой. — Но то, что капитан стрелял из него — однозначно, так как корабль кроканов начал дымить. Скорее всего — это был какой-то невидимый луч. К тому же, во время боя, капитан управлял весспером с помощью штурвала, похожего на этот. — Корт ткнул указательным пальцем в сторону штурвала левета.

— А второй корабль стрелял?

— Да. — Корт кивнул головой. — Какими-то яркими красными лучами. Скорее всего тепловые. Может быть мощный лазер, так как система контроля доложила о сильном нагреве корпуса весспера. Потом корабль кроканов или каким-то полем закрылся или что-то другое. Капитан пытался стрелять в него из лазерных турелей, но, как я понял, не смог пробить защитное поле дифферента. В конце-концов, вражеский корабль сбросил свое поле и пошёл на нас в лоб. Капитан увернул весспер, но всё же полностью столкновения ему избежать не удалось или... — Корт высоко поднял плечи. — Хотя, у меня сложилось впечатление, что он намеренно подставил весспер. Но сделал это так умело, что корабль кроканов развалился на части. Хотя и весспер пострадал.

— Не радостное событие ты изложил. Совсем не радостное. — Произнёс с явным раздражением в голосе советник, повернув голову в сторону Корта, отчего его рука, державшаяся за штурвал дёрнулась и левет бросило в сторону. — А что, если капитан в своё время ушёл от того корабля и спрятался на нашей планете и тот корабль все эти годы искал его?

— Капитан был не многословен. — Корт дёрнул плечами. — Но о том, что корабль кроканов может быть не один, он предполагал. Но или он, действительно, был один или капитан увёл весспер от встречи с другими кораблями кроканов, я не знаю. — Корт мотнул головой. — Но больше никаких встреч, ни с кем у нас не было.

— Конфликт двух развитых космических цивилизаций. Нечто из мира фантастики, которая стала явью. Ну и ну! — Советник покрутил головой. — И мы меж ними. Незавидная участь. Даже мурашки пошли по спине.

В левете наступило молчание. Корт поёрзал в кресле, устраиваясь поудобнее. За лобовым стеклом было темно. Лучи прожекторов левета били куда-то вниз и чтобы увидеть куда, нужно было выпрямиться, но Корту не хотелось этого. Ему хотелось покоя. Хотя последние годы пути назад прошли вполне спокойно, но постоянное напряжение, ожидания какого-либо тревожного события, изрядно истощили его нервную систему и сейчас он, вдруг, почувствовал, что чрезвычайно устал и измотан и несколько дней покоя ему будут весьма кстати. Он прикрыл глаза...

Корта сильно трясло. Состроив гримасу крайнего раздражения, он нехотя раздвинул веки: было светло, но это, явно, был не дневной свет. Он медленно повернул голову в сторону того плеча, которое тряслось особенно сильно — в дверном проёме было лицо советника с изображением гримасы снисходительности. Его рука лежала на плече Корта.

— Я очень устал и хотел бы немного отдохнуть. — Корт вяло прикрыл ладонью невольный зевок. — Извините!

— Я это и предлагаю тебе. — Гримаса на лице советника сделалась ещё снисходительнее. — Только в более комфортных условиях. Пойдём в дом. — Он отшатнулся и исчез из проёма.

Корт глубоко вздохнул и осмотрелся — левет стоял на небольшой, ярко освещённой, площадке. Неподалёку возвышалось одноэтажное строение с крутой крышей. Видимо, это и был дом советника. В темноте, детально, рассмотреть дом было затруднительно, но скорее всего он был немаленьким, как представил его советник. Корт медленно выбрался из летательного аппарата и невольно потянулся.

— Извините! — Скороговоркой выпалил он, съёжившись в следующее мгновение, вдруг, увидев перед собой советника.

— Это вполне закономерно. — Губы советника вытянулись в широкой усмешке. — Эта дорожка приведёт тебя к входной двери. Дом открыт. — Он махнул рукой и посмотрев в ту сторону, Корт увидел дорожку, выложенную плиткой. — Дом небольшой, но вполне уютный. Три комнаты: кухня, гостиная и комната отдыха. Чердак — моя обсерватория. Располагайся. Я не пойду туда, так как немедленно возвращаюсь. Зайду на базу, отдам необходимые распоряжения и в столицу. Твой рассказ меня очень озаботил. Сегодня же перескажу его Регистрату. На кухне большой холодильный шкаф. Дней на десять-двенадцать продуктов тебе, гарантированно, хватит, если ты даже не будешь отходить от него. Условие одно — отсюда никуда. Будем считать это, твоим карантином. Неподалёку лес, река, большой луг. Можешь бродить сколько угодно. Соседний дом в полукилометре, но советую не распространятся, кто ты. Всего лишь арендуешь дом на время отдыха. Ты ведь пилот наших космических кораблей, вот и побудь им для соседей. В доме есть станция связи. Думаю разберёшься с ней сам. Но опять же — никаких координат о своём местонахождении. Есть стерео. Думаю, тебе будет интересно узнать, что произошло в твоё отсутствие. Надеюсь, дней через семь-восемь я вернусь за тобой. Договорились?

— Договорились! — Корт дёрнул плечами.

— Вот и отлично!

Обойдя вокруг левета, советник сел в летательный аппарат, его двери опустились и он плавно взмыл вверх. Дождавшись, когда огни левета растворятся в ночи, Корт повернулся и медленно побрёл к дому...

***

Прошёл отведённый советником период времени для карантина, но ни он, ни кто-то другой в усадьбе так и не появился. Хотя продуктов в холодильном шкафу кухни было ещё много и голод Корту в ближайшие дни не грозил, но беспокойство, всё же, охватило его. К тому же, за все эти дни, проведённые им на невольном отдыхе, стерео ни разу не сообщило о возврате экспедиции, что было, как-то, неестественно. Выходило, что кроме советника и десантников северной базы, которым, скорее всего, приказали молчать, больше никто не знал о возврате инопланетного корабля, Возможно о возврате экспедиции знали какие-то высоко поставленные чиновники, но Корт мог об этом лишь гадать. Не смог Корт разобраться и со станцией связи, находящейся в доме. Или советник слукавил, говоря, что она в рабочем состоянии, или Корт, чего-то не понимал в её работе, так как она просто-напросто, даже не включалась. Свой спейс он забыл в весспере, карточка его уровня, почему-то не опознавалась стерео и потому, никакой связи у него не было.

Собственно, если никто не знает о возврате экспедиции, то навряд ли кто-то обратит на меня внимание, если я появлюсь в Минтаре. Принялся размышлять он, прогуливаясь ранним утром по дорожке вокруг дома. Но как добраться до города? А соседи? Вдруг вспомнил он о живущих неподалёку соседях. Вдруг у них есть летательный аппарат?

Не откладывая осуществления своего замысла, он свернул с дорожки и напрямую направился к виднеющемуся вдали дому.

Соседний дом оказался гораздо меньше дома советника и к тому же участок вокруг него, явно обрабатывался, так как был поделён на одинаковые прямоугольники, на которых зеленели какие-то, незнакомые Корту растения. Корт впервые видел, как выращиваются овощи и потому не пошёл искать дорожку к дому, идущую с улицы, а пошёл к нему, лавируя между прямоугольниками, с интересом рассматривая растущие на них культуры, пытаясь сопоставить их плоды, со знакомыми ему овощами: некоторые угадывались, но большинство были незнакомы. Обходя один из прямоугольников, он, вдруг, столкнулся лицом к лицу, с выросшим будто из зелени прямоугольника, мужчиной средних лет и среднего роста, с грубоватыми чертами, явно, рассерженного лица. В руке мужчина сжимал какой-то предмет похожий на палку с приделанным к ней ножом. Корт остановился и механически провёл рукой по поясу, но не было ни пояса, ни оружия. Мысленно выругавшись, он опустил руку.

— Кто вы? — Заговорил мужчина, приподнимая палку с ножом и ударяя ею по ладони своей второй руки. — Я знаю всех соседей, но вы незнакомы.

— Я астронавт. Пилот космического корабля. — Заговорил Корт. — У меня отпуск после длительной экспедиции и я арендовал соседний дом на пару десятков дней. Но не рассчитал и у меня закончились некоторые продукты, а левет придёт за мной ещё через несколько дней. Я решил узнать, может быть вы намереваетесь посетить ближайший город и хочу напроситься к вам в попутчики, чтобы пополнить свои запасы?

— Я сегодня собираюсь в Летавр отвезти партию овощей. Если тебя устроит четырёхчасовая тряска на грузовом транспортёре, не откажусь от попутчика. Всё же веселее. А хочешь, можешь выбрать овощи с любой грядки. — Мужчина повел рукой в сторону. — И ходить никуда не нужно.

— Я отвык от натуральных продуктов и потому, навряд ли смогу разобраться с ними. Уж лучше привычная еда.

— Как пожелаешь. — Мужчина бросил на зелёный прямоугольник своё орудие труда. — Жена должна уже упаковать овощи. Пойдём посмотрим. Если они готовы, лёгкий завтрак и в дорогу. Думаю, чашка настоящего сока тебе не повредит.

— Я согласен. — Корт дёрнул плечами.

Повернувшись, мужчина направился в сторону дома, порой не обходя грядки, если растения на них были не высокими, а просто перешагивая через них. Корт старался, в точности, повторять его путь, чтобы ненароком не наступить на какое-то зелёное растение.

Около дома была небольшая лужайка на которой стоял достаточно древнего вида грузовой транспортёр, грузовая платформа которого, частично была заполнена ящиками. Ещё несколько ящиков стояли на лужайке рядом с ним. Над одним из ящиков стояла, склонившись, женщина. Видимо услышав шаги, она выпрямилась. Её губы вытянулись в широкой улыбке.

Она была, примерно, среднего возраста, невысокого роста, чуть полновата, темноволоса, темноглаза, с короткой стрижкой и красивым круглым лицом, которое улыбка сделала ещё привлекательнее.

— У нас гость? — Её тёмные брови выгнулись высокими дугами.

— Пилот космического корабля. — С гордостью в голосе, заговорил мужчина. — Арендует соседний дом на время отпуска. — Закончились продукты и он просится в попутчики до Летавра.

— Так вы голодны! — Женщина всплеснула руками. — Что же мы стоим. Прошу в дом. — Она указала рукой на дом. — Я приготовила овощной суп.

— Да я и не голоден, вовсе. — Корт приложил руку к груди.

— Ну что вы. Я же вижу обратное. — Женщина вытянул руку в сторону Корта. — Прошу вас!

— Что с грузом? — Мужчина вопросительно взмахнул подбородком.

— Остался последний ящик. — Женщина указала рукой на ящик, с которым она возилась.

— Хорошо! — Мужчина махнул рукой. — Сам закончу. Идите!

— Прошу, прошу!. — Женщина указала рукой на дом. — Извините, не знаю как вас зовут?

— Корт. — Корт кивнул головой. — Я могу помочь с погрузкой. — Он показал на стоящие на лужайке ящики.

— Не стоит. — Мужчина ещё раз махнул рукой. — От неё теперь не отвяжешься. Идите!

— Прошу вас, господин Корт. — Женщина вновь мило улыбнулась.

Дёрнув плечами, Корт шагнул к дому.

Женщина оказалась очень словоохотлива и говорила без умолку, казалось, не особенно заботясь о том, понимает её собеседник или нет. Корт и в самом деле, мало что понимал из её слов, о растущих на грядках овощах, собранном урожае и прочих огородных премудростях., но регулярно кивал головой и поддакивал. Видимо, женщине, просто-напросто, нужно было выговориться.

Дом, действительно, оказался небольшим, всего из двух комнат, но очень уютным, гораздо уютнее большого дома советника. Чувствовалась в нём какая-то теплота, чего не было в комнатах соседнего дома. Заставив Корта вымыть руки, женщина усадила его за стол и вскоре перед Кортом стояла большая тарелка, наполненная желтоватой жидкостью с плавающими в ней зелёными листочками и веточками. Из тарелки шёл такой аромат, что у Корта даже перехватило дыхание. Женщина подала ему ложку и несколько хлебцев.

— Пожалуйста, господин Корт. — Она в очередной раз приветливо улыбнулась.

— Даже не знаю. — Корт поднял плечи и покрутил головой. — Хотя нам часто дают натуральные продукты в экспедицию, но такого запаха я никогда не чувствовал.

— Так в чём же дело? — Женщина развела руками.

Корт опустил ложку в тарелку и остановился, лишь когда показалось её белое дно. Вдруг, осознав, что съел весь суп, он медленно поднял взгляд — женщина продолжала стоять на том же месте, с улыбкой смотря на него.

— Извините... — Корт приподнял и опустил руки. — Я, кажется, всё съел.

— Вот и прекрасно. — Женщина потянулась рукой к тарелке. — Я ещё налью.

— Нет, нет. — Опережая её, Корт схватился рукой за тарелку и притянул её к себе. — Суп очень вкусный, но мне достаточно. В самом деле.

— Тогда, сок!

Женщина забрала пустую тарелку и ушла, но вскоре вернулась с чашкой. Поставив её перед Кортом, она отступила на своё прежнее место. Корт взял чашку, она была наполнена какой-то розовой жидкостью, но тут же поставил её на место.

— Мне неловко. — Он натянуто улыбнулся. — Я доставляю вам столько беспокойств.

— Что за глупости. — Взмахнув руками, женщина широко улыбнулась. — В нашу глушь редко кто заглядывает и я очень рада, если кто-то на это отваживается. Какие же это беспокойства, это праздник.

— И как? Удалось накормить гостя? — Раздался мужской голос.

— Суп очень вкусный. Большое спасибо! — Опережая хозяйку, произнёс Корт.

— Погрузку я закончил, можем отправляться.

— Я приготовила термос с соком. — Заговорила женщина, поворачиваясь к мужчине. — Сейчас принесу. — Она ушла.

Выпив сок, Корт поднялся из-за стола и шагнул к двери.

— Я готов!

Вернулась женщина и подала мужчине большой термос. Взяв его, мужчина развернулся и шагнул в проём двери. Корт последовал за ним...

Транспортёр долго петлял по извилистой дороге, пока, наконец, вышел на широкую прямую трассу. Его бег, заметно, ускорился.

— А почему так долго нужно везти овощи. Разве нет города ближе? — Поинтересовался Корт.

— Километрах в восьмидесяти есть небольшой городок, но туда везут продукты почти все фермеры, а их здесь около пятнадцати и нужно приложить изрядную сноровку и изобретательность, чтобы сбыть урожай. — Своим грубоватым голосом заговорил фермер. — А до Летавра втрое дальше. Не каждый отважится туда переться. А я и рад этому. Город большой, натуральные продукты пользуются хорошим спросом. Да и цены гораздо выше. Поездка, с лихвой, окупается.

— Всё же далеко. — Корт покрутил головой. — Утомительно.

— Совсем наоборот — будто оживаю, смотря на бегущую дорогу. — В грубом голосе фермера скользнули весёлые нотки. — Я бывший рулевой океанского лайнера и привык к дальним дорогам. Двадцать лет простоял за штурвалом.

— А почему здесь? Это же не океан?

— Видеть стал хуже. Солёная вода сделала своё дело. Списали. А я не могу в городе. Шумно, тесно. А здесь простор. Будто океан.

— А жена не против? Всё же никого рядом, а она у вас не прочь поболтать.

— Мы с одного лайнера. — Взглянув на Корта, мужчина широко улыбнулся. — Она кок. Суп понравился?

— Прекрасный! Я, пожалуй, такого никогда не ел. Даже не заметил, как дно тарелки увидел.

— Можешь каждый день приходить. Ещё не такие блюда попробуешь. А скучать нам не приходится...

Голова Корта склонилась на бок, глаза прикрылись. Монотонно скользящая дорога, неторопливый рассказ фермера, к тому же, видимо, сказался и съеденный суп, превосходно поспособствовали его умиротворению...

Проснулся Корт резкого толчка. Открыв глаза, он выпрямился и покрутил головой. Транспортёр стоял напротив большого белого здания. Мужчина уже был вне его и определённо, намеревался, уйти. Корт резким движением выпрыгнул из транспортёра и шагнул к мужчине.

— Проспал всю дорогу. — Заговорил он. — Плохой из меня оказался попутчик. Извините!

— Я был рад и такому. — Мужчина, улыбнувшись, похлопал Корта по плечу. — Пара часов у тебя есть, чтобы приобрести продукты. В соседнем здании. — Он вытянул руку в сторону. — И в обратный путь.

— Не стоит меня ждать. — Корт покрутил головой. — Я прогуляюсь по городу, поглазею. Отвык за несколько лет от цивилизации, нужно как-то приспосабливаться. Может быть и заночую в гостинице. А как надоест, найму какой-либо транспорт. Вы, уж, извините.

— Дело твоё. — Состроив гримасу, мужчина дёрнул плечами. — Но если передумаешь, через два часа, здесь же.

Отвернувшись, он зашагал к белому зданию.

Проводив мужчину долгим взглядом, Корт направился в ту сторону, куда тот указал ему путь за продуктами. Едва он оказался на улице, как увидел неподалёку стоянку городских такси, на которой стояла пара авто.

— Аэропорт! — Коротко произнёс он в открытое окно авто.

Ничего не говоря, водитель кивнул головой в сторону соседнего кресла и вытянув руку в сторону, открыл дверь. Обойдя авто, Корт уселся в соседнее с водителем кресло.

Аэропорт оказался где-то на противоположном конце города и авто больше часа петляло по его улицам. Корт никогда не был в Летавре и с любопытством рассматривал пробегающие за окном здания. Город, видимо, был средних размеров, улицы его были не столь широки, как улицы больших городов, к которым привык Корт, но было очень много зелени, столь много, что создавалось впечатление, что дома и улицы города расположены в лесу, прямо между деревьев. Видимо благодаря обилию деревьев было не жарко, хотя солнце стояло в зените. Водитель, в отличие от фермера, оказался молчалив и за весь путь не проронил ни слова. Молчал и Корт. На площади перед аэровокзалом было столь много разновеликих авто, что водителю пришлось проявить изрядную сноровку, чтобы приткнуть свой. Корт молча протянул ему свою карточку уровня и бросив взгляд на вспыхнувшие цифры платы на табло рекогнитора, дёрнул плечами от её малости и ткнул пальцем в пятно идентификации. Дождавшись, когда табло погаснет, забрал карточку и невнятно буркнув слово благодарности, покинул авто.

Или в городе было какое-то неординарное событие или здесь всегда было так, но аэровокзал, буквально, был забит людьми и Корту пришлось отстоять немало времени к одному из терминалов. К его удивлению, до Минтара ходили воздушные такси и на ближайшее отправление, было два свободных места. Не раздумывая, он купил их оба и менее чем через полчаса Летавр удалялся в окне воздушного такси, рядом с которым сидел Корт. Возвращаться назад, в усадьбу советника, он не собирался.

Воздушный извозчик оказался не столь быстр, как Корту хотелось бы и до Минтара полз больше шести часов. Утешением его неторопливости были две миловидные стюардессы, которые пытались предугадывать любое желание своих пассажиров и стремглав бросались к ним, едва кто-то из них открывал рот, благо, их всех было девятнадцать, так как двадцатое кресло, рядом с Кортом, пустовало.

Спать Корту больше не хотелось и потому, коротая время, он безразличным взглядом смотрел в экран стерео, вделанный в спинку кресла перед ним, выбрав для себя канал, на котором обсуждались новые технические достижения цивилизации. Собственно, технические достижения его мало интересовали, он лишь надеялся, что на этом канале будут обсуждаться достижения в области космического кораблестроения и проскользнёт сообщение о возврате экспедиции, но как он ни ждал, ни о космическом кораблестроении, ни о возврате экспедиции не было произнесено ни слова.

Наконец, описав короткую дугу, воздушное такси, мягко опустилось в посадочный слот аэропорта Минтара. Над городом уже опускался вечер и видимо, потому в здании аэровокзала было не столь людно, как в Летавре. Корт привычным движением сунул руку в карман курточки, но не почувствовав спейс, мысленно выругался и направился к киоску покупать новый, так как явиться к Ирне без предупреждения, посчитал невежливым. Да и захочет ли она его, ещё видеть...

Ирна долго смотрела из голограммы на Корта оцепеневшим взглядом, словно заколдованная, но наконец, будто вернувшись в реальный мир, потребовала, чтобы он немедленно ехал к ней на квартиру. В сердце Корта тут же закралась тревога. Не раздумывая, он взял такси и уже через полчаса стоял перед дверью квартиры Ирны с огромным букетом белых цветов.

— Где он? — Первое, что произнесла Ирна, открыв дверь.

— Разве не здесь? — Поинтересовался Корт, с чувством огромнейшего удивления.

— Когда вы вернулись? — В свою очередь поинтересовалась Ирна, отступая вглубь коридора.

— Девять дней назад.

— Карантин...

— Закончился. — Попытался успокоить её Корт. — Если бы что-то было, меня бы здесь не было. Это тебе. Настоящие. — Он протянул Ирне цветы.

— Спасибо! — Ирна уткнула лицо в букет. — Какая прелесть. Проходи. Прямо по коридору. — Донёсся её глухой голос из букета.

Корт поднял взгляд — коридор заканчивался распахнутой дверью. Подойдя к её проёму, он переступил порог и тут же замер — на полу комнаты сидел малыш, увлечённо вертя в руках какую-то игрушку. Насколько Корт разбирался в детях, ему было не более трёх лет.

У неё ещё один ребёнок? Вплыла у него удивлённая мысль. Ну и ну! И кто же этот счастливый...

Корт не успел сформировать свою мысль, как малыш поднял голову и резкая боль, ворвавшаяся в мозг Корта, бросила его на пол...

***

Голова Корта так тряслась, будто из неё пытались вытрясти мозг. Он открыл глаза, его взгляд упёрся в широкооткрытые, испуганные глаза Ирны, стоящей перед ним на коленях. Он резко сел и покрутил головой по сторонам — малыш продолжал сидеть на полу, увлечённо крутя в руках свою игрушку.

— Что с тобой? — Срывающимся голосом заговорила Ирна. — Вызвать врача?

Корт быстрым движением встал на ноги и подал руку Ирне, помогая подняться и ей.

— Не стоит меня обманывать. Он у тебя. — Резким голосом заговорил он.

— О ком ты? — Ирна вскинула в удивлении брови.

— О капитане Лампарте. Я прекрасно знаю силу его поля и ни с чем другим, её не спутаю.

— Я не обманываю. — Ирна покрутила головой. — Как ты можешь? — Её глаза повлажнели.

— Но как же... — Корт поднял плечи. — Я только что, от атаки его поля, оказался на полу. От последствий подобной атаки умер Вирт. Я ещё не знаю, легко ли я отделался.

Ирна оглянулась на сына. Затем подошла к нему и взяв его на руки, подошла к Корту.

— Это Лет. Он так приветствует, всех, кто приходит к нам. — Она провела рукой по голове малыша. — Я сама, иногда, чувствую непонятные боли в голове.

Малыш засмеялся и жёлтые ободки зрачков его глаз посветлели.

— Это сын капитана Лампарта? — Корт состроил гримасу удивления. — Но ведь ему же уже...

— Он очень медленно растёт, но по умственным способностям, даже, опережает своих сверстников. — Ирна шумно вздохнула. — Видимо дети у толлонов растут медленнее наших.

— А на коком языке он говорит: нашем или его.

— Он молчит. — Ирна покрутила головой и выкатившаяся из её глаза слеза, скользнув по лицу, повисла на подбородке. — Только, только начал ходить. — Резким движением она смахнула слезу.

— А о каких его способностях, тогда ты говоришь?

— Разреши, моё солнышко. — Ирна взяла из рук сына игрушку и протянула её Корту. — Думаю, тебе потребуется не менее часа, чтобы разобраться в ней и построить первую фигуру. Ему, примерно, столько же.

Взяв игрушку, Корт принялся её вертеть, пытаясь понять смысл её конструкции. Она была ему незнакома и с беглого взгляда понять смысл, торчащих во все стороны, геометрических фигур было не возможно. Дёрнув плечами и состроив гримасу, он вернул игрушку Ирне.

— А инструкция к ней прилагается?

— Лету не нужна инструкция.

Взяв игрушку, Ирна вернула её сыну, который, как только она оказалась у него в руках, принялся быстро двигать геометрические фигуры, бессмысленный набор которых, буквально, на глазах Корта, превращался, толи в космический корабль, толи в необычный летательный аппарат. Скорее всего, это была игрушка-трансформер, но очень высокой степени сложности.

— Что же мы стоим. — Ирна вытянула руку в сторону одного из кресел, стоящих в комнате. — Проходи! Садись! Ты наверное очень устал? Я сейчас что-либо приготовлю.

— Я не голоден. — Корт улыбнулся. — Но от стакана сока не откажусь.

— Располагайся. Я возьму Лета с собой.

Ирна с сыном на руках, ушла. Корт подошёл к указанному креслу и усевшись, уставился перед собой невидящим взглядом. Того, кого он надеялся найти, здесь не оказалось и теперь он пытался осмыслить свои дальнейшие действия.

Ирна вскоре вернулась, продолжая держать сына на руках и протянула Корту высокий стакан, с оранжевым напитком.

— Это сок аппы. Натуральный. Я даю Лету, только, натуральные продукты.

Дождавшись, когда Корт возьмёт в стакан, она села в соседнее кресло и посадила сына на колени, который продолжал крутить игрушку, выстраивая что-то непонятное и грандиозное.

— Но это же очень дорого? — Корт принялся вертеть стакан с соком в руках, мысленно ругая себя за своё желание и не решаясь выпить сок.

— Не заморачивайся об этом. — Ирна усмехнулась. — Мой уровень столь высок, что... — Она махнула рукой. — Валл'Иолет перед экспедицией весь свой уровень на меня перевёл. Я ушла из Центра Матери и ребёнка и воспитываю Лета сама. Они так достали своим ненавязчивым сервисом, что стало невыносимо. Сколько можно быть подопытным животным. Сейчас я работаю. Правда, пока лишь в институте. Изучаю древние архивы. Но надеюсь, когда Лет подрастёт, организую свою экспедицию, и всё же найду крепость тарков или их пещеры, как утверждал Валл'Иолет.

— Он с тобой в институте весь день? — Корт кивнул подбородком в сторону малыша и сделал глоток сока, который оказался очень вкусным.

— Утром приходят гувернантка и кто-то из Центра. Гувернантку я оплачиваю, а Центр сам содержит своего сотрудника. Я не против. — Ирна мотнула головой. — Сотрудник занимается с малышом. Лет не противится. Это самое главное. Он умный и совсем не капризный. Думаю им не слишком тяжело с ним. Сейчас уже вечер и они ушли. Расскажи об экспедиции. Почему вы задержались? Почему ничего не сообщалось о вашем возвращении. Как остальные? Удалось найти обитаемую планету?

Выпив сок, Корт привстал и поставив пустой стакан на столик, стоящий неподалёку, вернулся в кресло.

— Это очень длинный рассказ и боюсь, что и ночи на него не хватит.

— А мы никуда не спешим. Тем более, завтра выходной день. Оставим тебя на ночь. Верно солнышко? — Ирна провела своей щекой, по голове сына.

— Да-а!

Выдохнул малыш и брови Корта выгнулись высокими дугами — даже в этом едва понятном слове, он узнал голос капитана Лампарта.

— Мне не хочется вас утомлять и потому расскажу самое главное. — Корт натянуто улыбнулся. — К тому же, я очень хочу попасть в свою квартиру, где не был более шести лет. Если она ещё моя, конечно.

— Этого я не знаю. — Ирна мотнула головой. — А где она?

— Совсем недалеко от отсюда. Я ведь уже говорил, что тоже минтарец.

— Да, я вспомнила. — Ирна кивнула головой.

— Если коротко. — Заговорил Корт откинувшись в кресле. — Туда мы добрались без приключений. Планетная система несколько необычная. Одна из планет, с кислородной атмосферой и богатой флорой и фауной. Но разумной жизни нет. Вирт это объяснил её молодостью. Но животные...

Монолог Корта уже длился более двух часов. Ирна слушала лишь изредка перебивая, уточняя момент, который ей был не совсем понятен. Малыш уснул, прижав своё недостроенное сооружение к груди и Ирна сидела мерно покачивая его у себя на коленях.

Раздавшаяся, вдруг, в тишине приятная, но громкая музыка, заставила малыша вздрогнуть и выпустить игрушку из рук, которая полетела вниз. Корт механически выбросил руку в сторону летящей на пол игрушки, но рука оказалась короткой и ударившись о пол, игрушка рассыпалась на фрагменты, которые, подобно искрам, разлетелись по комнате во все стороны. Корт поднял полный досады взгляд на Ирну, но она уже была занята сыном, который принялся вертеться у неё на коленях, будто что-то ища и в конце-концов сполз с колен матери на пол и увидев, что произошло с конструктором, принялся лазить по полу, собирая его и пытаясь приладить детали друг к другу. Корт с удивлением наблюдал за ним, вдруг, осознав, что малыш, действительно, очень не по годам развит, так как рассыпавшееся сооружение, понемногу, начинало приобретать первоначальный вид.

— Господин Таров!

Громкий, голос заставил Корта, так резко, повернуть голову, что его шейные позвонки болезненно хрустнули — в проёме двери стоял советник Доминикали.

— Кто вам разрешил покинуть усадьбу? — Вместо слов приветствия, произнёс советник.

Корт поднялся и шагнул к нему.

— Вы не вернулись по прошествии обещанных дней. — Заговорил он негромким голосом. — Я не смог с вами связаться, так как ваша станция связи не работает и решил, что, что-то произошло...

— Станция связи в полном порядке. — Перебил его советник. — Я лично проверил. Следуйте за мной. — Резко повернувшись, он упёрся в Ирну. — Извините, госпожа Шарова. Мы обязаны уйти. — Произнёс он, уже более спокойным голосом.

— Где он? — Поинтересовалась Ирна.

Советник молча мотнул головой и сделав шаг в сторону, обошёл Ирну и направился по коридору к выходу. Корт, глубоко вздохнув и состроив Ирне гримасу недоумения, в глазах которой застыла тревога, направился вслед за советником.

Доминикали почему-то не стал пользоваться лифтом, а пошёл вниз по ступенькам лестницы. Он шёл очень быстро, видимо, для него это было привычным занятием и Корту пришлось прикладывать немалые усилия, чтобы не отставать от него. Заговорил советник, лишь тогда, когда они оказались в левете.

— Тебе не следовало приходить сюда и тем более, что-либо рассказывать госпоже Шаровой. — Заговорил Доминикали, явно, недовольным голосом. — Это может осложнить и без того нервную обстановку в Регистре. — Он положил руку на плечо пилоту. — В столицу! Площадь Собраний! — Откинувшись в кресле, он повернул голову в сторону Корта. — Господина Лампарта нигде нет. Если бы не твоё утверждение, мы бы подумали, что он не вернулся. Регистр встревожен. Мы не знаем, что ожидать оттуда. — Он ткнул указательным пальцем вверх.

— Откуда? — Корт состроил гримасу полнейшего недоумения.

— Оттуда, откуда вы вернулись. Регистр, крайне, обеспокоен произошедшим конфликтом весспера с чужим кораблём. Вдруг и в самом деле, он был не один и по вашему следу, в любое мгновение, здесь будет их армада. И что тогда?

— Я не знаю. — Корт покрутил головой.

— Если не знаешь, зачем тогда рассказываешь всем подряд о том, что произошло?

— Ирна, не все подряд. — Корт повысил голос. — Она была в первой экспедиции.

— Это не имеет значения. — Советник стукнул ладонью по подлокотнику кресла. — Неизвестно, как она перескажет случившееся и какими небылицами, затем, обрастёт этот рассказ. Неизвестно, каким страхом будет объята цивилизация. Это недопустимо. У нас должна быть чёткая и согласованная позиция.

— Извините, господин советник. — Корт глубоко вздохнул. — Я не принял это во внимание. Я сейчас же свяжусь с Ирной и попрошу её не говорить никому о конфликте.

— Связывайся и проси. Немедленно! Иначе, её придётся изолировать.— Советник отвернулся и уставился в окно.

Корт достал спейс и ткнул пальцем в номер Ирны: через мгновение на него смотрели испуганные глаза Ирны.

— У меня к тебе большая просьба. — Корт натянуто улыбнулся.

— Что-то серьёзное. Ты знаешь где он? — Выпалила Ирна.

— Не нужно, пока, никому говорить о нашем разговоре. Да и вообще, о том, что я был у тебя. Договорились?

— А что произошло?

— Иначе, у меня будут очень большие неприятности. И у тебя.

— Но ведь это, в конце-концов, станет известно.

— Я могу на тебя рассчитывать?

— Конечно, можешь. — Ирна дёрнула плечами.

— Благодарю! — Корт прервал связь и сунув спейс в карман курточки, повернулся к советнику. — Я верю ей. — Произнёс он.

— Вот и хорошо. — Ответил советник, продолжая смотреть в окно.

Состроив гримасу, Корт отвернулся и тоже уставился в окно рядом с собой.

Дальнейший их путь до столицы прошёл в полном молчании.

18

Прошло ещё несколько дней официального молчания, прежде, чем в новостях одного из центральных каналов, появилось сообщение об успешном возврате второй межзвёздной экспедиции и уже на следующий день изображение корабля, одиноко стоящего на северной базе, не уходило с экранов стерео.

Советник Доминикали поселил Корта в отеле Регистра, куда журналистам попасть было совсем непросто, да они и не знали, что он там живёт, так для экипажа был объявлен строгий карантин, но всё же один из корреспондентов, каким-то образом узнал, некоторую часть истины и смог проникнуть в отель, и дождавшись, когда утром Корт окажется в вестибюле, засыпал его своими вопросами. В принципе, Корт был готов к подобному развитию событий и старался отвечать на вопросы взвешенно и продуманно, не произнося ничего лишнего, лишь то, что было согласовано с советником Доминикали. Хотя, ему было разрешено говорить всё, кроме военного конфликта и местонахождения капитана, для которого был придуман очень строгий карантин. Спасла Корта от журналистского засилья охрана, которую приставил к нему всё тот же советник и которая отгородив его от, не в меру любопытного, корреспондента, доставила в один из закрытых военных центров столицы, где он проводил ежедневные конференции для учёных, рассказывая и показывая им видеоматериалы о планете Вирта, доставленные из корабля в Центр.

Вирта — так учёные решили назвать эту планету, в честь погибшего астрофизика, собственно, им и найденную.

Среди учёных тут же образовались две коалиции: одна утверждала, что нужно немедленно начать колонизацию планеты, пока там ещё нет своей разумной жизни или хуже того, её не нашла какая-то другая цивилизация; другая же доказывала, что нужно организовать ещё несколько экспедиций, чтобы всесторонне и тщательно изучить все пространственные аспекты чужой планетной системы, затем создать на Вирте небольшую колонию и если той удастся интегрироваться в природную среду планеты, уже тогда начать готовить массированную колонизацию. И отводили для этого мероприятия не менее ста лет, с чем первая сторона никак не соглашалась и требовала начать колонизацию немедленно.

Корту, собственно, было всё равно, так как он прекрасно понимал, что при любом развитии событий, к планете будет организован не один рейс весспера, пилотом которого, непременно, будет он. Единственное, что его тревожило: запас энергетического концентрата на весспере, так как капитан не раз сетовал, что он стремительно уменьшается.

В Регистре же, действительно, кипели нешуточные страсти, по поводу, произошедшего в пространстве, вдруг, ставшим недалёким, события. О колонизации старшины даже и не упоминали, спор шёл лишь о защите планетной системы Афоны от возможного вторжения инопланетян. Старшин не меньше тревожило и исчезновение Валлиолета Лампарта.

Служба безопасности искала его всюду. Коптеры безостановочно барражировали над кольцевыми горами, десантники прочёсывали все подряд оазисы народа люпий, но он будто испарился.

Прошёл месяц после возврата экспедиции и в конце-концов, решив, что он исчез безвозвратно, Регат принял решение о начале разборки весспера, чтобы приступить к строительству его копии, так как из-за того, что экспедиция не вернулась вовремя, разработки новых технологий очень замедлились, а после смерти Селлура и вовсе прекратились. Корабль всё равно, нуждался в ремонте, а как к нему подступиться, никто из гиттов не знал и потому было решено, его, просто разобрать и попытаться создать копии деталей, из которых он построен.

Будто почувствовав реальную угрозу своему боевому кораблю, Валлиолет Лампарт пришёл сам...

В очередное утро, спустившись из своего номера в вестибюль отеля, Корт, вдруг, с удивлением отметил, что находящиеся там журналисты не бросились ему навстречу, а продолжили стоять плотной группой, отвернувшись, будто он потерял для них всякий интерес. Их в этот день было намного больше, нежели в прошлые дни его проживания в отеле. Корта это озадачило. Он аккуратно подошёл к журналистам и остановился позади. Ему показалось, что где-то впереди них кто-то разговаривает. Он прислушался — голос показался ему знаком, но шум, создаваемый журналистской братией, мешал Корту, как опознать по голосу говорящего, так и суть произносимых им слов. Попытка раздвинуть спины журналистов у Корта не удалась, они стояли, подобно, монолитной стене. Тогда он принялся обходить их и уже когда оказался перед ними, то увидел стоящее перед журналистами кресло, в котором кто-то сидел. Кресло было глубоким и с высокой спинкой и полностью скрывало сидящего в нём человека. Видны были лишь его ноги, торчащие из кресла, которые были прикрыты жёлтым плащом. Насколько Корт знал, подобный плащ носили люди пустыни. Он уже состроил гримасу удивления, недоумевая, какой такой интерес вызвал люпий у журналистов, что затмил даже его персону, как донёсшийся голос из кресла заставил его сердце замереть. С силой толкнув одного из журналистов, он просунулся к креслу и положил руку на плечу человеку в жёлтом плаще. Голова человека повернулась — на Корта смотрели черные глаза капитана Лампарта с жёлтыми ободками вокруг зрачков.

— Господин капитан... — Выдавил из себя Корт срывающимся голосом.

Валл'Иолет поднялся и повернулся к Корту.

— Я решил помочь твоей цивилизации в строительстве вашего весспера, пилот. — Заговорил Валл'Иолет своим чётким, правильным голосом. — Мне необходимо попасть в высший административный орган цивилизации гиттов.

Корт молча достал спейс и ткнул пальцем в номер советника — во вспыхнувшей, через мгновение, голограмме было изображение лица Доминикали.

— Господин советник, он нашёлся. — Произнёс Корт.

— А что мы искали? — На лице советника отобразилась мина удивления.

— Капитана Лампарта.

— Где он? Немедленно в столицу.

— Он в вестибюле отеля Регистра. Рядом со мной.

— Оставайтесь там. Я сейчас буду.

Будто почувствовав, что их объект внимания сейчас исчезнет, журналисты оттолкнули Корта и вплотную приблизились к Валл'Иолету, который опять уселся в кресло. Корт, не сопротивляясь, отошёл в сторону. Ему было всё равно, что капитан говорит журналистам, тем более, что запретить ему это, он, однозначно, не смог бы.

Не прошло и получаса, как в вестибюль, буквально, влетел советник в сопровождении четырёх десантников. Будто почувствовав, что у них сейчас будут очень большие неприятности, журналисты бросились в рассыпную и через мгновение перед Валл'Иолетом их ни одного не было, будто у каждого из журналистов было своё укромное и надёжное укрытие в вестибюле. Корту ничего не осталось, как широко улыбнуться.

Покрутив головой и видимо, не увидев, того, кого хотел увидеть, советник подошёл к Корту.

— Где он? — Доминикали вопросительно взмахнул подбородком.

— В кресле. — Корт, состроив удивлённую гримасу, дёрнул плечами.

— Этот старый люпий, капитан Лампарт? — Советник вскинул брови.

Корт оглянулся — в кресле сидел, будто согнувшийся под непомерной тяжестью лет, человек в жёлтом плаще люпий, с наброшенным на голову капюшоне. Корт вновь повернулся к советнику и состроив гримасу, поднял плечи.

Доминикали подошёл к креслу.

— Если не ошибаюсь, господин Лампарт? — Произнёс он чётким волевым голосом.

Валл'Иолет медленно поднял голову, затем также медленно поднялся с кресла.

— Я буду говорить, лишь, с официальным представителем высшего административного органа цивилизации. — Своим, неизменно чётким и правильным голосом, произнёс он.

— Третий советник Регистрата, высшего административного лица цивилизации, Доминикали. — Советник кивнул головой. — Уполномочен Регистратом на любые действия, касающиеся освоения космического пространства и деятельности представителей инопланетного разума на Гитте.

Резким движением Валл'Иолет сбросил с себя плащ. Теперь он стоял перед советником в превосходной серой курточке капитана военного космического флота цивилизации толлонов — последней курточки из каюты капитана весспера.

— Капитан космического флота цивилизации толлонов, Валл'Иолет. — Валл'Иолет кивнул головой. — Я пришёл в вашу цивилизацию с мирной миссией и хотел был изложить её мотивы.

Брови Корта взлетели чуть ли не до ежика его волос на голове. Слова капитана толлонской цивилизации поставили его в тупик: никогда, ни о какой мирной миссии, ни о её мотивах капитан не упоминал.

А что же тогда произошло в пространстве? Плечи Корта невольно поднялись. Тот корабль, что, хотел помешать мирной миссии капитана толлонов? Всплыла у него мыль крайнего удивления.

Но дальше поразмышлять ему не дал советник.

— Вестибюль отеля не лучшее место для официальных переговоров. — Заговорил Доминикали, вытягивая руку в сторону выхода. — Прошу вас, господин капитан, проследовать в Собрание Регистра, где мы сможем обсудить все, интересующие обе стороны, вопросы.

— Я готов! — Валл'Иолет кивнул головой.

— Пойдёшь с нами. — Произнёс советник, бросив быстрый взгляд в сторону Корта и повернувшись, вытянул руку в сторону выхода.

— Прошу вас, господин капитан. — И дождавшись, когда Валл'Иолет поравняется с ним, пошёл рядом.

Корт пошёл за ними, за ним — десантники.

В большом и комфортном левете советника, Корт оказался в кресле, рядом с Валл'Иолетом. Едва левет взмыл вверх, он наклонил голову в сторону капитана Лампорта.

— Как вы нашли меня, господин капитан? — Громким шёпотом поинтересовался Корт.

— Я увидел тебя у люпий на экране стерео. Ты стоял в отеле, в окружении журналистов. Когда же я узнал, что гитты намереваются разобрать корабль, незамедлительно направился на северную базу. Я не могу потерять свой корабль. Это недопустимо. Закрыв и заблокировав все двери весспера, отправился искать тебя. — Чётко и правильно выговаривая слова, ответил Валл'Иолет.

— Но ведь весспер хорошо охраняется? — В голосе Корта скользнуло крайнее удивление.

— Нет ничего невозможного, пилот.

— А зачем вы поменяли курс перед встречей с кораблём кроканов?

Ответа не пришло. Подождав некоторое время и больше не услышав от капитана никаких слов, Корт выпрямился и повернул голову в сторону Валл'Иолета, капитан толлонов сидел откинувшись в кресле, закрыв глаза. Корт прекрасно чувствовал — капитан не спал.

***

Когда Валл'Иолет вошёл в зал Собраний Регистра, в сопровождении Доминикали, Корта советник, ещё в коридоре, отправил на балкон, находившиеся в зале старшины, дружно поднялись, будто вошёл сам Регистрат.

Валл'Иолет не стал усаживаться в предложенное ему советником кресло, а пройдя переднюю часть зала, повернулся лицом к старшинам и склонив голову, постоял так несколько мгновений. Затем выпрямился и смотря перед собой, заговорил.

— Я хочу рассказать вам короткую историю моей цивилизации — цивилизации толлонов. Вы можете поверить моим словам, можете нет, так как ни подтвердить их, ни опровергнуть, здесь и сейчас, некому.

По залу пробежал тихий шум, будто, вдруг, ворвавшийся в зал лёгкий ветерок, поиграл, лежащими на столах перед старшинами, листами бумаги.

Моя цивилизация — цивилизация толлонов, зародилась в галактике Юллона, что значит — лучистая, так мы называем нашу с вами галактику, намного тысячелетий раньше вашей цивилизации и достигла в своем развитии достаточно больших высот: мы, в совершенстве, овладели физической стороной своих тел, доведя продолжительность своей жизни почти до полутора тысяч лет, по своему летоисчислению, что соответствует примерно шестистам годам жизни вашей цивилизации и начали постигать духовную сторону своего разума, посредством изучения его психотронного поля, что позволило организовать защиту информации мозга, общаться между собой без каких-либо средств связи, посредством мыслей и чувствовать не только электромагнитные и биологические поля живых организмов, но и понимать их информационные поля. Огромных высот достигли и наши технологии — освоив сверхсветовые скорости, мы принялись за изучение своей галактики. Но быстрые скорости требовали огромных затрат энергии, а имеющиеся источники в нашей планетной системе звезды Ураны, были быстро израсходованы. Начались поиски энергетических источников в других планетных системах.

Основой для получения энергетического концентрата или по другому вещества массы, служащего источником энергии движителей наших космических кораблей, является ратан, вещество, которое содержится, практически в любом песке, только в различной степени концентрации, что и сказывается на эффективности его получения. Поэтому мы вели поиски песков с очень высоким содержанием ратана. Но к сожалению, такой песок встречается очень редко и поэтому нам пришлось изрядно помотаться по другим планетным системам, соседних звёзд, прежде чем наши старания были вознаграждены — была найдена планета с красным песком, содержание ратана в котором находилось на уровне четверти его объема.

Условий для жизни на той планете, практически, не было: её атмосфера почти не имела кислорода и затяжные мощные песчаные бури, делали работу на её поверхности малопригодной, но нам все же удалось построить там обогатительную фабрику и через какое-то время наши звездолеты, с большими объемами ратана, позволявшими им удаляться на сотни световых лет от планетной системы Ураны, понеслись по галактике во все стороны.

Прошли годы и эйфория у нашей цивилизации сменилась раздражением — казавшиеся бесконечными, красные пески, вдруг, подошли к концу, а другой такой планеты найдено не было. Долгие и мучительные поиски результата не приносили. Нам пришлось значительно расширить район поиска и в одной из планетных систем мы столкнулись с другой цивилизацией — кроканов, которая стояла на очень низкой ступени своего развития, гораздо ниже вашей. Но мы были чрезвычайно рады, что оказались не одиноки в галактике и начали передавать кроканам свои космические технологии, практически, не разобравшись в характерах кроканов и по прошествии нескольких десятков лет цивилизация кроканов, буквально, вторглась в космическое пространство. Нужно сказать, что кроканы, по своей природе, обладали большей физической силой, были более неприхотливы в жизни, чем мы, были более выносливы и могли жить и работать в таких условиях, которые для нас были невыносимы, а порой и смертельны, но к сожалению, они обладали и другими признаками своих характеров, очень и очень негативными, которые в полной мере толлоны осознали очень поздно, когда назад возврата уже не было.

Цивилизации объединили свои усилия по поиску планеты с красным песком и вскоре такая планета нашлась, но так как теперь её разрабатывали уже две цивилизации, то песок таял, буквально, на глазах, а следующая планета, опять, никак не находилась. Всё же такие планеты очень редки и оптимального алгоритма их поиска выработать нам так и не удалось.

У цивилизаций появилась подозрительность, что другая выбирает песка больше. Боясь остаться обделенной, каждая цивилизация занялась более интенсивной разработкой песка, запасы которого начали уменьшаться ещё быстрее. Подозрительность сменились раздражением и претензиями друг к другу, которые в конце-концов переросли во вражду. Начались вооруженные столкновения, вначале над планетой красного песка, а вскоре и везде, где пересекались пути двух цивилизаций. Началась космическая война двух цивилизаций.

На каком-то этапе сотрудничества, нам хватило ума задуматься и остановить передачу своих самых прогрессивных технологий кроканам, и потому, преимущество в космических технологиях оставалось за нами. Но это оказался, крайне, запоздалый шаг. Но кроканы имели преимущество в другом — в своей численности. Если наше население составляло всего около полутора сотен миллионов и жили мы в полном достатке всего на одной, своей родной планете Толлона, совершенно не желая терпеть какие-то лишения при колонизации других планетных систем, то кроканов было более десяти миллиардов и с нашей помощью, они быстро колонизировали ещё две планеты, около других звёзд, благодаря чему, численность кроканов стремительно росла.

Через какое-то время, стычки между цивилизациями из космического пространства переместились и к их родным планетам. Но так как кроканы уже жили в нескольких планетных системах, у нас не оказалось достаточного количества космических кораблей, чтобы держать их все под контролем, а кроканы бросили, практически, всю свою космическую армаду на маленькую Толлону и прошло совсем немного времени, как планета из цветущего космического оазиса превратилась в черную безжизненную пустыню и моя цивилизация — цивилизация толлонов, прекратила свое существование.

Я, Валл'Иолет — таково моё настоящее имя, а Лампарта я придумал себе, оказавшись на вашей планете, был капитаном весспера — военного космического корабля цивилизации толлонов и сколько мог, защищал свою планету. Но силы были не равны — космический флот толлонов насчитывал всего около тридцати боевых кораблей, а флот кроканов — более двухсот. Хотя дифференты кроканов были не такие мощные и быстрые, как наши вессперы, но когда один весспер попадал в окружение нескольких дифферентов, надежды на спасение у него, практически, не было.

Так случилось и с моим весспером — я попал в окружение нескольких десятков дифферентов, которые и расстреляли меня из своих лазерных пушек.

Очнулся я на обугленной поверхности Толлоны. Как я оказался на поверхности планеты не представляю. Скорее всего зал управления корабля смог уцелеть после взрыва весспера и самостоятельно совершил посадку на планету — последняя модель весспера обладала подобной возможностью.

Выбравшись из обломков, я направился в ту сторону, где, как мне казалось, земля была меньше выжжена и идти было легче. Я шел и не узнавал своей планеты — вокруг, на сколько хватало моего взгляда, простиралась черная безжизненная пустошь. В конце-концов, я оказался в полуразрушенном ангаре, где стоял, практически, неповрежденный весспер — разрушения не затронули ту часть ангара, где он находился. Весспер не принимал участия в боевых действиях, так как был недостроен, но он был полностью подготовлен к вылету, видимо несколько толлонов намеревались уйти на нем в пространство, но взрыв повредивший ангар, убил их, так как они в тот момент были вне весспера. Я попытался запустить конвертор весспера — это удалось. Хотя многие системы корабля функционировали не в полной мере или вовсе не функционировали, я всё же отправился искать оставшихся в живых толлонов. Но как ни старался, сканеры весспера не нашли ни единого биополя. Планета была мертва. Кроканы использовали для обработки поверхности Толлоны какую-то радиоактивную горючую смесь и вся поверхность планеты очень сильно излучала и если кто и остался в живых, после пожаров, так как горела, буквально, вся поверхность планеты, навряд ли выжил в радиоактивной среде.

Мои планы по поиску выживших толлонов прервали кроканские боевые корабли, которые, продолжали уничтожать ещё уцелевшие уголки планеты. Я сражался, насколько хватило боеспособности весспера. Уничтожил несколько кроканских кораблей, но их было очень много.

И тогда я решил уйти, в надежде, что где-то в далеком районе галактики, где никогда не видели никаких инопланетян, найти для себя новое пристанище. Я решил: если цивилизация окажется на более низкой ступени развития, то я, поделившись с ней своими знаниями, поспособствую её прогрессу, если же такой же, как цивилизация толлонов или более развитой, то постараюсь стать её полноправным жителем.

Но я решил уйти не просто так. Я пришёл на родную планету кроканов и сбросил на один из их городов контейнер с веществом массы и поджёг его. Я не знаю, выжил ли кто-то из горожан в том пекле, но они вынудили меня это сделать. Я поступил очень жестоко, так как это были мирные жители, но я хотел, чтобы они, хотя бы в малой степени, познали тот ужас, в какой ввергли мою планету.

Проблуждав несколько лет по галактике, я, наконец, наткнулся на планетную систему, имеющую разумную жизнь — это была ваша цивилизация. Спрятав весспер в песке одной из пустынь планеты, я поселился в пещерах ближайших гор, где прожил в уединении около десяти лет, изучая вашу цивилизацию.

К моему глубокому сожалению, атмосфера планеты оказалась не совсем приемлемой для меня, уж слишком быстры в ней окислительные процессы и мой организм стремительно старел. По меркам жизни вашей цивилизации мне нет ещё и пятидесяти, а выгляжу я, на все сто пятьдесят.

Я долго размышлял: уйти мне или открыться вам. Не скрою: у меня были большие сомнения, так как моя цивилизация уже имела негативный пример, того, что происходит, когда прогрессивные технологии попадают в нечистые руки, которыми управляют недобрые разумы.

Но всё же, в конце-концов, уверовавшись в достаточной развитости и миролюбивости вашей цивилизации, убедившись, что полученные знания позволят вам сделать рывок в освоении совершенно новых для себя технологий, которые никоем образом не приведут к порабощению или уничтожению других миров, я приступил к реализации своего замысла, вложив в голову одного из археологов, ведущего раскопки неподалеку от гор, информацию о спрятанном в песке космическом корабле.

Когда корабль был найден, и я с досадой для себя понял, что вы, всё же, ещё не так сильны, чтобы разобраться в его строении и решили просто-напросто разрезать его, мне пришлось выйти из своего укрытия, чтобы помочь вам — резать весспер я бы, в любом случае, не дал.

Узнав вас ближе, я решил всё же не сразу, а постепенно раскрывать вам некоторые технологии своей цивилизации, по крайней мере, те, которые не имеют явной военной направленности: как устроены движители корабля; как из ратана конденсируется вещество массы; как устроена защита корпуса, чтобы корабль не сгорел при ходе на сверхсветовой скорости; как работает пространственный сканер — спор и многое другое, что позволило бы вам стать на более высокую ступень в освоении своей галактики. Я не пытался вас торопить, хотя вы сами торопились, буквально, взахлёб, порой, совершенно, не понимая, с чем имеете дело. И что скрывать, я вознамерился покинуть вашу цивилизацию.

Но произошедшие события, в течении последней экспедиции, заставили меня пересмотреть свою позицию и вернуться.

Встреча с кораблем кроканов в этой части галактики встревожила меня. — Продолжил говорить Валл'Иолет после глубокого и продолжительного вздоха, будто он израсходовал весь запас, имеющегося у него в лёгких, воздуха и теперь вобрал его новую порцию. — Это показывает, что все эти годы они искали меня и уверен — и сейчас продолжают искать. Хотя, это был всего лишь одинокий корабль кроканов, иначе весспер навряд ли бы так просто отделался, но у меня нет уверенности, что кроканы не знают, куда он направился и если по прошествии какого-то периода лет он не вернётся, то в этот район пространства может отправиться уже не один дифферент, а их эскадра — пятнадцать-двадцать боевых кораблей. Они начнут прочесывать этот район галактики и их сканеры, в конце-концов, найдут вашу цивилизацию.

Мне тревожно говорить, но выбор у вас небольшой: или ждать кроканов и выдав меня, надеяться на их снисхождение, в наказание за сотрудничество со мной; либо попытаться, как можно быстрее, освоить новые технологии и создав свой космический флот, постоять за себя, в случае угрозы. Если ли же вы намерены смиренно ждать кроканов, я уйду и поищу для себя другое пристанище. Не думайте, что вам так просто удастся меня остановить — живого меня вы не получите, в любом случае. Да и корабль — тоже. Если же вы примете моё предложение о сотрудничестве, то я с окажу вам всякую помощь в строительстве космического корабля, подобного вессперу и даже покажу планету, где мы первоначально добывали ратан. Там осталась законсервированная, вполне работоспособная, обогатительная фабрика и хотя красного песка на планете осталось совсем немного и он беден, и путь до неё не близок, но на первое время, того песка вам будет, вполне, достаточно.

Возможно у вас и получится арестовать меня, чтобы затем выдать кроканам и покаяться перед ними. — С нескрываемой иронией заговорил Валл'Иолет. — Но в таком случае, навряд ли кроканы захотят поделиться с вами своими технологиями и при малейшем подозрении в нелояльности к ним, вы тут же будете наказаны и я уверен — это будет продолжаться до тех пор, пока вы не канете в небытие, как и мы — толлоны. А я могу и не дожить до того момента, когда вы станете перед кроканами на колени, атмосфера Гитты мне мало приемлема — большое содержание в ней кислорода и малое инертных газов, большая, чем на Толлоне сила тяжести, активизируют окислительные процессы в моем организме, что ускоряет его старение. Менее, чем за два десятка лет, проведенных мной на Гитте, я состарился, так, как за тысячу лет жизни на Толлоне. А кораблем моей цивилизации, сами, вы не сможете воспользоваться, как бы не хотели. Вы ещё не доросли до него. Да и навряд ли кроканы оставят его вам. Пройдет не одна сотня, а может и тысяча лет, прежде, чем вы начнете понимать наши технологии.

Валл'Иолет умолк и обвёл зал Собраний медленным взглядом в котором стояла полная тишина. Затем, он неторопливо прошёл к одному из свободных кресел и усевшись, уставился своим горящим взглядом в какую-то, ему одному известную, точку зала.

В зале появился едва слышимый шум, который лёгкой волной прошёлся по нему из конца в конец и будто там, отразившись и усилившись, покатился в обратную сторону, уже более сильной волной, становясь всё мощнее и мощнее и вскоре уже зал Собраний Регистра гудел, будто растревоженный пчелиный улей.

***

Ещё не закончилось Собрание Регистра, а все каналы стерео планеты, раз за разом, крутили интервью Валл'Иолета, данное им в вестибюле отеля. Регистру ничего не осталось, как полностью показать и монолог капитана толлонов, произнесённый им зале Собраний.

Цивилизация гиттов была, буквально, ошарашена услышанной историей. Многие и многие гитты призывали к расправе над инопланетным капитаном и бесследном уничтожении его космического корабля.

Валл'Иолет хранил молчание и больше никаких интервью, никому, не давал. К тому же, на улице ему находиться стало небезопасно: где бы он ни появлялся, тут же, стихийно, собиралась толпа гиттов, начинавшая кричать угрозы в его адрес.

Несколько дней после своего выступления в зале Собраний, Валл'Иолет жил в отеле Регистра, но всё более накаляющаяся обстановка вокруг него, заставила его задуматься. В конце-концов, тайно покинув отель глубокой ночью, он на авто добрался до городской окраины, где на стоянках находилось достаточно много леветов и усыпив пилота одного из них, отправился на северную базу, чтобы подняться на борт весспера и уйти на орбиту планеты, и уже там дожидаться решения Регистра о своей дальнейшей судьбе на Гитте и тут же уйти из цивилизации, в случае отказа гиттов от сотрудничества с ним. Но к его досаде, весспер надёжно охранялся, как несколькими кольцами десантников, расположенными достаточно далеко друг от друга, видимо, чтобы он не мог их всех, разом, накрыть своим полем, так и постоянно висящими над весспером боевыми коптерами. Проанализировав обстановку вокруг весспера, Валл'Иолет нашёл, как ему казалось, слабое место в оцеплении, но поразмышляв, решил повременить с захватом корабля, так как не хотел накалять и без того взрывоопасную обстановку на планете, потому что в результате его замысла, непременно, погибнет большое количество десантников.

Он решил, что своим полем введёт в транс пилотов коптеров. Летательные аппараты, потеряв управление, упадут на десантников и взорвавшись, вызовут большую панику на базе, чем он и воспользуется. План был рискованный, но ему было не привыкать к риску.

***

Мелодичный звук звонка входной двери, заставил Ирну оторваться от игры с сыном и подойти к двери. Обзорная камера не работала, о её замене она вспоминала, лишь когда кто-то приходил к ней и потому, кто это мог быть в столь поздний час, она могла лишь гадать. Она никого не ждала, но в последние дни к ней несколько раз наведывался Корт, сообщая ту или иную новость из Регистра, но обычно, он предупреждал о своём визите по спейсу. Постояв некоторое время перед закрытой дверью, она разблокировала замок и решительно толкнула дверь от себя — перед её проёмом стоял, явно старый человек, так как была заметна его сутулость, в жёлтом плаще люпий, с глубоко надвинутым на голову капюшоне. Люпии были нередки на улицах городов Гитты и их оригинальная одежда, уже не вызывала удивления у горожан. Брови Ирны взметнулись вверх.

Что ему нужно от меня? Молниями замелькали у неё мысли. Если только они ещё что-то нашли в своих песках? А вдруг город...

Она не успела додумать свою мысль, как человек быстрым движением руки скинул с головы капюшон. Сердце Ирны остановилось — перед ней стоял Валл'Иолет, очень и очень постаревший и лишь его горящий взгляд выдавал его прежнего.

— Я могу войти? — Произнёс Валл'Иолет вместо приветствия.

Молча кивнув головой, Ирна отступила вглубь коридора. Валл'Иолет переступил порог и пройдя по коридору, свернул в ту комнату, где находился малыш, будто всю свою жизнь жил в этой квартире и прекрасно в ней ориентировался.

Ирна, закрыв дверь, буквально, побежала по коридору, её сердце сжалось в страхе.

Вбежав в комнату, она замерла: посреди комнаты стоял Валл'Иолет уже без плаща, который валялся у входа, держа на руках маленького Лета, который гладил отца по щеке своей маленькой рукой, при этом отчётливо произнося какие-то непонятные звуки.

— Чт-то? Что он говорит? — Выдавила из себя Ирна.

— Он говорит, что папа хороший и он рад ему.

— Но как? Он же почти ничего... — Ирна покрутила головой. — Что ты сделал с ним?

Она бросилась к Валл'Иолету и схватив сына, попыталась забрать его, но малыш, вдруг схватил отца за шею и крепко прижался к нему.

— Нет! — Отчётливо произнёс он.

Руки Ирны опустились. Она подошла к валяющемуся плащу люпий, подняла его и дойдя до кресла, села и положив плащ на колени, уставилась на отца и сына.

— Я ничего не понимаю. — Тихо заговорила она, крутя головой. — Зачем ты пришёл? Что теперь с нами будет?

— Весспер заблокирован и я не могу в него попасть не наделав новых жертв, а я, по крайней мере, сейчас, не хочу осложнять и без того непростую обстановку вокруг себя. — Валл'Иолет шагнул к другому креслу и усевшись, посадил сына на колени. — Жить в отеле Регистра я не хочу, это всё равно, что жить на ладони. И потому, я выбрал тебя. К тому же, я хочу передать сыну хотя бы часть своих знаний, чтобы он знал, когда вырастет, кто он такой, настоящий.

— Но ты не спросил, хочу ли я этого? — Голос Ирны зазвучал твёрдо и резко. — А я, этого не хочу. Это мой сын и он гитт. Настоящий.

— Ты ошибаешься. — Усмешка тронула губы Валл'Иолета, сделав его лицо неприятным. — Он толлон. И ты это прекрасно знаешь, хотя пытаешься противиться этому. Это бессмысленно, Иринна. И хочешь ты того или нет, но я сделаю задуманное.

— Ты очень жесток. Я не знаю, таковы ли все толлоны, но если да — я сожалею, что ты нашёл нас, хотя, искренне, сочувствую твоей цивилизации.

— Сколько противоречий сразу. С таким грузом нелегко жить. Теперь уже мне приходится сочувствовать тебе.

— Я не нуждаюсь в твоём сочувствии.

— Сожалею. — Лицо Валл'Иолета сделалось серьёзным, его жёлтые ободки вокруг зрачков глаз ярко блеснули, заставив Ирну невольно сжаться. — Хочешь ты или нет, но тебе придётся принять мои условия. Я останусь здесь. И не вздумай никому сказать об этом. Надеюсь, это продлится недолго, пока, наконец, Регистр примет какое-то решение, сотрудничать со мной или отказаться. Если нет — я уйду. Навсегда!

— А если — да?

— Я тоже уйду. Но, тогда, надеюсь, что не навсегда.

— Но ко мне каждый день приходят гувернантка и учёный-воспитатель из Центра Матери и Ребёнка. Они же...

— Отмени их визиты. — Перебил Ирну Валл'Иолет.

— Но я не могу доверить тебе сына. — Подняв плечи, Ирна потрясла головой. — Я не выдержу такого напряжения.

— Оставайся с нами.

— Но у меня работа...

— Прерви её на время. Уверен — это возможно, даже, не выходя из дома.

— Но смогу ли я готовить тебе еду? Приемлема будет для тебя наша пища?

— Ты уже забыла об экспедиции?

— Но ты всегда готовил себе сам.

— Не всегда. — Валл'Иолет покрутил головой. — Мне нужны лишь натуральные соки и мясо. Если у тебя проблемы с уровнем жизни... — Валл'Иолет достал из кармана курточки свою карточку уровня жизни и протянул её Ирне. — Это всё твоё. Несмотря на всё, гитты исправно повышают мой уровень жизни.

— Я не знаю что делать с тем уровнем, который ты оставил мне. — Ирна покрутила головой. — Верни мне сына. — Она вытянула руки в сторону малыша.

Малыш тут же вытянул руки в её сторону. Валл'Иолет отпустил руку, которой придерживал сына. Вскочив, Ирна схватила малыша и прижала его к себе.

— Солнышко! — Она поцеловала сына в щёчку. — Моё солнышко!

— Мама! — Отчётливо произнёс малыш.

Ирна уткнула лицо в мягкую курточку сына.

***

Валл'Иолету пришлось жить у Ирны гораздо дольше, чем он предполагал, так как планета бурлила, никак не успокаиваясь и Регистру пришлось назначить срочный референдум, по вопросу сотрудничества с цивилизацией толлонов.

Привычный к замкнутому пространству, Валл'Иолет без проблем жил в квартире, никуда не выходя, много времени проводя с сыном, аккуратно вкладывая ему в мозг образы из жизни цивилизации толлонов. Нашлось у них и превосходное занятие — игрушки-трансформеры. Из той игрушки, что была у них дома, Валл'Иолет сконструировал корабль, чрезвычайно похожий на весспер. Так как других игр не было, то он уже начал разбирать его, но Ирна, вдруг, воспротивилась этому и заказала в Дом игрушек полтора десятка таких же трансформеров, которые и были доставлены ей на квартиру.

Отец и сын, казалось, забыв обо всём, увлечённо создавали причудливые сооружения, напоминающие всевозможные здания, машины или какие-то непонятные, Ирне, механизмы. Маленький Лет, даже на прогулки, теперь, выходил с большой неохотой. Каждую законченную конструкцию, Ирна тут же забирала у них и водружала куда-либо на видное место, подолгу, затем, рассматривая конструкцию, пытаясь её сопоставить с чем-либо известным ей. Если это не удавалось, то она тут же соотносила её с цивилизацией толлонов, пытаясь расспрашивать Валл'Иолета об этой конструкции, подспутно желая узнать что-то о его цивилизации, но Валл'Иолет был очень скуп на слова и отвечал лишь короткими фразами, хотя с сыном он разговаривал очень часто и по долгу, на непонятном Ирне языке. Ирна, хотя, внутренне и злилась на это, но не препятствовала их разговорам, надеясь, что сын, когда-либо расскажет, то, о чём он разговаривал с отцом. Маленький Лет, с каждым днём, говорил всё увереннее и даже, на языке гиттов, да и расти начал, как-то очень заметно, будто желая наверстать упущенное.

Первые дни Ирна, неотступно, была рядом с сыном, не оставляя его с отцом наедине, ни на мгновение. Но видя, что Валл'Иолет не наносит сыну никакого вреда, она начала сама ходить за покупками, а не заказывать их на дом. К тому же, ей было любопытно узнать, что говорит улица о толлонах и сотрудничестве с ними, а не только довольствоваться тем, что говорится с экрана стерео, потом пересказывая услышанное Валл'Иолету, который, однако, оставался абсолютно равнодушным к услышанному, будто цивилизация гиттов обсуждала и не его вовсе.

В один из поздних вечеров, когда маленький Лет уснул, Ирна не стала ложиться вместе с ним, а вернулась в комнату, где оставался Валл'Иолет, которого она застала, сидящим, откинувшись в кресле и смотрящим куда-то в потолок. Она уселась в свободное кресло и повернулась к Валл'Иолету.

— Лет! У меня к тебе есть просьба. — Заговорила Ирна, негромким голосом. — Расскажи мне, что ты знаешь о тарках. Когда Лет подрастёт, я хочу организовать экспедицию в кольцевые горы и всё же, попытаться, найти их.

Валл'Иолет повернул к ней голову и жёлтые ободки зрачков его глаз вспыхнули, заставив сердце Ирны вздрогнуть.

— Я, ведь, обещал тебе рассказать о них. — Валл'Иолет попытался улыбнуться, но увидев, как лицо Ирны наполняется испугом, подавил улыбку. — Когда весспер оказался над песком, я, с помощью посадочных дюз опор выдул из под корпуса песок и опустил в образовавшийся котлован корабль. Взяв необходимые вещи и немного продуктов, я быстро покинул корабль и поспешил отойти подальше, чтобы меня не засыпал песок, который тучей стоял над котлованом и сыпался вниз, подобно проливному дождю и вскоре весспер был уже не видим, хотя котлован ещё оставался заметен, но первая же песчаная буря полностью скрыла его о всех глаз. — Принялся рассказывать Валл'Иолет, неизменно, чётко и правильно произнося слова. — Осмотревшись и никого поблизости не увидев, я направился к горам. Было раннее утро. Идти пришлось долго. Когда я добрался до них, уже опускался вечер. Я изрядно устал, хотя мне и не привыкать к жаркой погоде, но обилие кислорода и сила тяжести делали свою работу исправно. Мне нужен был отдых. Ночевать на открытом пространстве на незнакомой планете, было не лучшим выходом и я решил найти какое-либо небольшое ущелье в подножье гор, чтобы иметь хотя бы какую-то защиту со спины. В одном из мест, что-то похожее и наблюдалось. Я направился туда. Когда подходил ближе, то в последних лучах заходящего солнца, вдруг увидел, будто какую-то тень, мелькнувшую в ущелье. У меня был трасс. Я не хотел причинять какого-то вреда, обладателю тени, но рассмотреть, кто это, было желательно, да и показать, что смогу за себя постоять, тоже не мешало. Я выстрелил. Заряд плазмы ударился в стену ущелья и как всегда, начал гореть, немного рассеяв мрак. Никого я не увидел, но сыпавшиеся искры вызвали у меня удивление — падая вниз, часть из них летела перед стеной, а часть их исчезала, будто за стену. Влекомый любопытством, я подошёл ближе и увидел, что за стеной ущелья есть нечто, похожее на галерею. Отстегнув от пояса источник света, я попытался пройти по галерее, но она оказалась неширокой и идти по ней можно было лишь боком. Я был уставший и в ночи не рискнул заниматься своими исследованиями. Найдя в ущелье укромный уголок, я устроился на отдых и уснул. Никто на меня в ту ночь не нападал, возможно, я, действительно, кого-то отпугнул выстрелом, а может быть там никого и не было, а всего лишь игра теней заходящего солнца. С рассветом я направился по галерее и изрядно поплутав, вышел в широкую пещеру. Несомненно, там когда-то была жизнь...

Говорил Валл'Иолет несколько часов, не останавливаясь, будто читал книгу. Ирна слушала затаив дыхание, боясь пропустить не то, чтобы слово, даже букву из рассказа Валл'Иолета, не задавая совершенно никаких вопросов.

— Теперь лишь мы вдвоём знаем, как найти вход в пещеры. — Валл'Иолет всё же улыбнулся, но, видимо, под впечатлением услышанного, Ирна никак не отреагировала на неприятное искажение его лица. — От котлована, где находился весспер, идёшь к горам никуда не сворачивая и упираешься в небольшое ущелье и идёшь прямо к его задней стене, и попадаешь в галерею. Уверен — это искусно вырубленный руками человека в стене ущелья, ход. Галерея сделана столь мастерски, что найти её, практически, невозможно. Мне помог случай. — Резюмировал Валл'Иолет свой монолог.

Спать легли они, лишь под утро...

Наконец, прошёл референдум. Всё же верх взяла прогрессивная точка зрения — большинство гиттов высказались за сотрудничество с капитаном толлонов и овладение новыми технологиями, открывающими гиттам пути в дальний космос и к освоению других миров.

На следующий, после референдума день, Валл'Иолет ушёл от Ирны. Уже привыкнувшей к нему, Ирне, стало и грустно, и в тоже время, будто камень свалился у неё с плеч. С одной стороны — её жизнь вернулась в своё привычное русло; с другой — тревога за судьбу сына усилилась, хотя за дни, проведённые с отцом, он будто вырос, стал более весёлым и не раз его заливистый смех наполнял теплом сердце Ирны.

Она принялась энергично готовить его, практически, к первой встрече со своими сверстниками, так как новый ученый год начинался совсем скоро и по возрасту, Лет попадал в подготовительный класс при школе...

Регистр не стал тянуть с организацией сотрудничества с цивилизацией толлонов, хотя и в лице её единственного представителя: быстро мобилизовав нужные научные и производственные центры для возобновления работ, по созданию своего межзвёздного космического корабля. К тому же, он предложил Валл'Иолету Лампарту возглавить будущий военный космический флот цивилизации — стать его адмиралом.

Валл'Иолет, без колебаний, согласился.

19

Гитта, в очередной раз, забурлила — теперь же, каждый гитт хотел оказаться причастным к освоению новых космических технологий, предлагая для их реализации, порой, полные абсурда, идеи. Но уже через непродолжительное время, эйфория гиттов сменилась их разочарованием — технологии толлонов отказывались им раскрываться, настолько они оказались сложны и непонятны и гиттам, пришлось, практически, изобретать их самим, создавая нечто подобное, своё. Да и Валл'Иолет преувеличил свои познания — он был искусным военным тактиком, хорошим энергетиком, неплохим механиком, но отнюдь не технологом, в чем его знания оказались, весьма, поверхностны и уж, тем более, не физиком. Конструкцию линии бегущей волны и кроссфлекторов весспера гиттам ещё удалось, как-то, скопировать; удалось создать ускоряющие и отражающие магнитные поля, а разобраться в его электронной начинке оказалось не по силам и потому им пришлось разрабатывать свою электронную систему для новых кораблей, та что использовалась ими на своих космических кораблях, оказалась слишком примитивной.

Валл'Иолет прикладывал максимальные усилия, старался, как мог, помогая гиттам, но всё же полностью разбирать весспер не разрешал. Только лишь, когда гитты снимали копию с какой-то одной детали корабля и возвращали её на место, он разрешал снимать следующую.

Самой сложной конструкцией оказался конвертор. Он представлял собой моноблок и какие в нём протекали процессы, было, абсолютно, непонятно. Сканирование конструкции ничего не давало: физические процессы внутри конвертора не опознавались анализаторами гиттов. К тому же конвертор представлял собой единый блок с нуклеиновой энергостанцией и кто из них, кому и какую энергию передавал было непонятно.

Потратив несколько лет впустую, делегация учёных и конструкторов Гитты, направилась к Валл'Иолету на дом...

Атмосфера Гитты брала своё и Валл'Иолет неумолимо старел. Не помогали даже специальные комнаты с микроклиматом, приближенным к климату Толлоны, которые гитты выстроили для Валл'Иолета на многих предприятиях, где он бывал чаще всего. Не старели у него, лишь, глаза, неизменно вспыхивающие, когда он был чем-то недоволен и его психотронное поле, которое, как бы наоборот, становилось всё колючее и колючее для гиттов и многие из них, при его появлении на каком-то производстве, прикладывали максимум усилий, чтобы уклониться от встречи с ним.

Единственное место, где Валл'Иолет чувствовал себя вполне комфортно, был построенный для него гиттами дом, чуть в менее сотни километров от северной базы, которая так и осталась космодромом для весспера. И чем дальше шло время, тем он больше времени проводил у себя дома...

Делегация оказалась внушительной: восемь гиттов, с советником Доминикали во главе. Такого количества кресел в холле Валл'Иолета не было и части гиттов пришлось стоять.

— Господин Лампарт. — Заговорил Доминикали, когда все приветствия были произнесены. — Все наши усилия, понять принцип работы конвертора, зашли в тупик. Мы не в состоянии, косвенно, понять происходящие в нём процессы. Те законы физики, которые нам известны не в состоянии описать их. Или вы разрешаете, хотя бы в малой степени, разобрать его, или мы вынуждены будем свернуть свои работы по его изучению. Это решение далось нам непросто, но другого у нас сейчас, к сожалению, нет. Здесь... — Доминикали повёл рукой вдоль гиттов. — Одни из лучших физиков, химиков, конструкторов планеты. Все они готовы изложить свои проблемы по изучению конвертора.

Откинувшись в кресле, Валл'Иолет прикрыл глаза. В гостиной наступила полная тишина. Казалось, что гитты, даже, перестали дышать. Прошло очень много времени и гиттам, показалось что Валл'Иолет, просто, уснул. Переглянувшись, они зашевелились, намереваясь уйти, как веки Валл'Иолета дёрнулись и в следующее мгновение раздвинулись.

— Разбирайте! — Буквально выдохнул, Валл'Иолет и жёлтые ободки вокруг зрачков его глаз, ярко вспыхнули...

Гитты разбирали конвертор очень и очень осторожно, начав с той его стенки, которая не имела ни одного трубопровода, снимая и озвучивая, каждое мгновение своего действия. Конструкция оказалась очень и очень сложной и состояла из двадцати четырёх камер, порой, едва поддающейся осмыслению конструкции, насколько они были замысловаты, окружённых сплошными магнитными полями сложнейших конфигураций.

Не менее сложной проблемой оказалось получение ратана, хотя он и был у них в наличии и его физическая и химическая составляющие были поняты. Красных песков у Гиттов не было, но после комплекса исследований удалось установить, что пески рядом с кольцевыми горами, во время аномальной погоды насыщаются энергией и по своей структуре становятся близкими к красным пескам. Гиттами была построена обогатительная фабрика на границе аномальной территории, чтобы максимально ускорить доставку ещё розового песка на установку обогащения. Красный песок на фабрику доставляли беспилотные транспортёры, которых немало сгорело от полученных молний. Обогащение песка до небольших концентраций наладить, как-то удалось, но дальше работа, практически, застопорилась — уж слишком сложными оказались формулы преобразования для молодой галактической цивилизации.

Но, всё же, многие блоки Валл'Иолет разобрать не разрешил: зал управления, обшивка модуля управления, экран спор и полусферы пространственного сканера, остались нетронутыми, так как Валл'Иолет считал, что системы управления и контроля гитты могут создать сами.

Мало понятным оказался и статит. Посчитав этот компонент корабля не существенным, гитты заменили его своим наполнителем, который они использовали в своих космических кораблях.

Как работал спиралоновый излучатель и генератор поля скрытия, Валл'Иолет не имел представления и надеялся, что гитты смогут разобраться в них сами и воссоздав сгоревшие блоки, восстановить их работу, но это им сделать не удалось, так как спиралоновый излучатель представлял собой моноблок, который, чтобы восстановить его работу, нужно было резать. Поколебавшись, Валл'Иолет дал на это согласие, но поразмышляв, гитты не стали этого делать, отложив изучение спиралонового излучателя на будущее. Модуль генератора поля скрытия был сгоревшим настолько, что разобраться в том, каким должно быть, это самое поле, возможности не было. Валл'Иолет был, крайне, недоволен. Посетовав, гитты решили оснастить свой первый корабль лазерным излучателем и мощным бластером, производство которых ими уже было освоено и этими видами оружия они оснащали свои космические корабли, ходившие к границам планетной системы Афоны...

***

Валл'Иолет поднял голову и покрутил ею по сторонам — доносившийся до его слуха звук, был очень слабым и явно, его источник находился не в этой комнате. Он поднялся и шагнул к двери. Едва он открыл дверь своего рабочего кабинета, как звук стал громким и отчётливым — кто-то звонил во входную дверь.

Валл'Иолет никого не ждал и его лицо исказилось гримасой досады, от возможного прерывания его отдыха, который он позволил себе на некоторое время, устав от бесконечных препирательств с конструкторами гиттов.

Войдя в холл, он подошёл к столу и положив стереовизор, который держал в руках и с помощью которого он изучал ту часть галактики Юлонны, которая наблюдалась с Гитты, он направился к входной двери — Валл'Иолет всегда держал входные двери своего дома плотно закрытыми, чтобы агрессивная атмосфера Гитты, не нарушала создаваемый в доме, приближенный к Толлоне, микроклимат.

Занятый своими мыслями, Валл'Иолет открыл дверь холла и шагнув, как он называл, в переходный шлюз, механически открыл его двери.

— Здравствуй, отец!

Высокий звонкий голос, заставил Валл'Иолета вздрогнуть и опустить взгляд — по ту сторону проёма двери стоял худощавый мальчуган, лет двенадцати, с копной тёмных волос на голове, с падающей на лоб чёлкой, закрывающей его глаза.

Ничего не говоря, Валл'Иолет вытянул руку и резким движением сбил чёлку мальчугана в сторону — на него смотрели чёрные глаза с жёлтым ободком вокруг тёмных зрачков.

— Лет! — Брови Валл'Иолета высоко подпрыгнули. — Входи!

Став боком, Валл'Иолет вытянул руку в сторону двери холла.

— Я не Лет!

Донёсся тот же звонкий голос, который заставил Валл'Иолета опять повернуться к мальчишке лицом, с гримасой полнейшего недоумения...

Ни своего сына ни Ирну, Валл'Иолет, после референдума, больше ни разу не видел. Почему? Он и сам не смог бы объяснить. Хотя Корт, с которым он продолжал общаться больше всех из гиттов, не раз говорил ему, что на северную базу приехала Ирна и сыном и хочет с ним встретиться, но Валл'Иолет неизменно отказывался от встречи, лишь иногда спрашивая у Корта, как выглядит сын. Об Ирне, он, будто, забыл.

Порой, он находил оправдание такому своему поступку — он не хотел, чтобы сын увидел его в таком неприглядном виде, очень состарившимся, а хотел, чтобы знал его прежнего. Из-за чего он перестал общаться и с журналистами, сделав это одним из условий своего сотрудничества с гиттами. О нём стали говорить всё меньше и меньше и через какое-то время, он словно исчез из цивилизации.

Корт не раз говорил ему, что у Лета проблемы с его сверстниками, так как он, при конфликтах с ними, часто, использует своё психотронное поле, которое у него достаточно мощное и что из-за этого у Ирны сплошные проблемы со службой безопасности. Специально для Лета, в одном из научных Центров Минтара, была организована лаборатория, чтобы он мог там учиться, но Лет, как мог, противился своему заточению в ней, регулярно убегал оттуда и приходя домой, требовал от матери, чтобы она вернула его в обычную школу. Ирна, неизменно, уступала ему, так как видеть сына наездами, ей самой было невыносимо. Но едва проходило несколько дней, как в службу безопасности, вновь, поступала жалоба от кого-то из родителей детей школы и Лета, в очередной раз, водворяли в лабораторию, из-за чего он едва-едва осваивал школьную программу, хотя учёные Центра отмечали его незаурядный ум и сообразительность. Ирна, как могла, воспитывала у сына положительные качества, но с каждым побегом из Центра, он всё меньше и меньше внимал её словам, начав превращаться в подобие изгоя, так как все сверстники сторонились его, опасаясь получить болезненный укол его поля, из-за чего не только друзей, но и товарищей у него не было. Ирна пыталась привить ему любовь к археологии, но Лет бредил лишь космосом, а на слова матери, что капитаном межзвёздного космического корабля может стать лишь образованный, умный и исполнительный человек, закрывался в своей комнате или вовсе, убегал на улицу и подолгу, бесцельно бродил по городу. Чтобы его никто не узнавал по глазам, он отрастил себе длинную чёлку, полностью закрывающую глаза.

От безрадостных рассказов Корта, Валл'Иолет лишь морщился. Он не представлял, что он должен сделать, чтобы обуздать сына, так как чувствовал, что порой и сам не контролирует своё поле, невольно нанося болезненные уколы, работающим с ним, гиттам, проклиная их за их слабость и неумение защитить себя и своё информационное поле...

— Моё имя, Валл'Иолет. — Громко произнёс мальчишка.

— Что ж, Валл'Иолет, входи.

Валл'Иолет вновь стал боком и вытянул руку в сторону входной двери в холл.

Мальчишка, прошмыгнув мимо него, прошёл переходный шлюз и вошёл в указанные двери.

Валл'Иолет вышел на крыльцо и покрутил головой — был вечер; нигде никого видно не было. Дёрнув плечами, он шагнул внутрь и закрыв двери, вошёл в холл. Сын сидел в его кресле, держа в руках голограф, над которым висело изображение Ир'Инны, проводя пальцем через голограмму, отчего голографическая фотография неприятно искажалась. Подойдя к нему, Валл'Иолет протянул руку к голографу.

— Разреши! — Строгим голосом произнёс он.

— Кто это? — Поинтересовался Лет, протягивая голограф Валл'Иолету.

— Ир'Инна.

— Но это не мама? — Волосы на голове Лета приподнялись от резкого мотания головой, открыв его блестящие глаза, со вспыхнувшими ободками вокруг зрачков.

Ничего не сказав, Валл'Иолет вернул голограф на стол и сев в свободное кресло, повернулся к сыну.

— Рассказывай! — Твёрдым, волевым голосом, произнёс он.

— Я не хочу быть археологом, а хочу стать капитаном весспера. — Произнёс Лет.

— Похвальное желание. — Валл'Иолет кивнул головой. — Но здесь не академия космического флота, где готовят капитанов, а обычный дом. И я не знаю, чем тебе помочь. — Он покрутил головой.

— Скажи маме, чтобы она никогда не брала меня с собой в археологическую экспедицию. Я не хочу ковыряться в песке. Я хочу смотреть на звёзды.

— И вновь, хорошее желание. — Валл'Иолет дёрнул плечами. — А где сейчас мама?

— Где-то в горах.

— А почему ты здесь?

— Я ушёл оттуда.

— К-как, ушёл? — Брови Валл'Иолета взметнулись. — Пешком? Четыреста километров?

— Нас туда привёз коптер. Когда все вещи выгрузили, я незаметно пробрался в него и спрятался под креслами. — Начал рассказывать Лет, крутя головой. — Коптер долетел до базы, где стоит наш весспер. Когда пилоты ушли, я выбрался и пошёл к тебе.

— Ты прошёл пешком девяносто километров?

— Я привык ходить пешком. — Лет дёрнул плечами. — Это же не трудно.

— Хаара! — Невольно вырвалось у Валл'Иолета. — И сколько же дней ты шёл?

— Наверное, два. — Мальчишка вновь дёрнул плечами. — День, когда шёл от весспера, ночь и ещё день.

— Как ты нашёл мой дом? Это же не легко?

— Дома я изучил карту и знал куда идти.

— Но ведь... — Валл'Иолет оборвал свой возглас и поднялся. — Ты голоден? — Поинтересовался он.

— Голоден! — Лет кивнул головой. — И очень хочу пить. Но я умею терпеть.

— Пойдём на кухню.

Валл'Иолет вытянул руку в сторону сына и дождавшись, когда тот встанет и шагнёт к нему, приподнял руку и подтолкнул его в спину, в направлении двери кухни.

Понаблюдав некоторое время, как сын стремительно расправляется с теми продуктами, которые оказались перед ним на столе, Валл'Иолет вернулся в холл и взяв, лежащий на столе спейс, нажал несколько клавиш — из вспыхнувшей перед ним голограммы, смотрело лицо Корта.

— Найди Ирну! Немедленно! — Резким голосом произнёс Валл'Иолет и прервал связь.

Держа спейс в руке, он вернулся на кухню — сын продолжал есть, хотя его движения скулами были уже не столь энергичны и видимо, делал это он, скорее, механически, нежели осознанно, так как его голова, периодически, резко падала. Он вздрагивал, поднимал голову и вновь принимался жевать, но тут же его голова снова дёргалась и он опять вздрагивал.

Подойдя к столу, Валл'Иолет взял у сына из руки еду, которая, буквально вывалилась у того из руки и положив её на тарелку, положил руку на плечо Лету.

— Пойдём отдыхать. Негоже будущему капитану весспера спать за обеденным столом.

Лет вскочил, будто подброшенный пружинами.

— Да, господин адмирал! — Выкрикнул он звонким громким голосом и подставив руку ко лбу, резко опустил её.

— Вот и пойдём. — Валл'Иолет указал рукой на дверь.

Едва они вышли в холл, как из руки Валл'Иолета донёсся резкий звук. Он поднял руку, сжимающую спейс и нажал клавишу подтверждения — из вспыхнувшей голограммы на него смотрело припухшее лицо Ирны, с большими чёрными глазами, полными слёз.

— Он у меня! — Произнёс Валл'Иолет и тут же прервал связь.

Будто получив энергетический удар, Лет резко отпрыгнул от отца.

— Я не вернусь туда! — Выкрикнул он.

— Капитан Валл'Иолет. — Валл'Иолет опустил руку со спейсом и остановившись, подтянулся. — Я приказал тебе, отправляться на отдых. За невыполнение приказа, ты будешь строго наказан. И я, сделаю это! — Чётким и твёрдым голосом произнёс Валл'Иолет.

— Да, господин адмирал. — Уже негромким голосом произнёс Лет и не прикладывая руку ко лбу, его взгляд потух.

— Прошу! — Валл'Иолет вытянул руку в направлении двери, ведущей в комнату для отдыха.

Валл'Иолет долго смотрел на спящего сына, который, как ему показалось уже уснул, даже ещё не коснувшись головой подушки, затем повернулся и выйдя в холл, взял со стола стереовизор и усевшись в кресло, вновь углубился в изучение звёздных карт...

Звонок во входную дверь раздался уже за полночь. Валл'Иолет, состроив недовольную гримасу, поднялся, бросил стереовизор в кресло, в котором сидел, дошёл до комнаты отдыха и заглянув в неё и убедившись, что сын продолжает спать, направился открывать дверь переходного шлюза. Перед проёмом двери стояла Ирна.

— Где он? — Выкрикнула она и резким движением оттолкнув Валл'Иолета, шагнула внутрь.

Валл'Иолет устоял, выбросив руку в сторону и упёршись ею в стенку переходного шлюза.

— Он спит. Не стоит его будить. — Произнёс он, поворачивая голову вслед Ирне.

Уже дойдя до двери холла, Ирна остановилась и повернулась к Валл'Иолету. Её глаза были полны гнева.

Валл'Иолет повернулся ко входной двери, в её проёме стоял Корт.

— Спасибо! Не смею задерживать, капитан. — Чётким голосом произнёс Валл'Иолет.

— Но я должен доставить госпожу Шарову обратно в лагерь. — Состроив гримасу, Корт поднял плечи.

— У меня есть левет. — Валл'Иолет кивнул головой.

— Да, господин адмирал! — Резко кивнув головой, Корт повернулся и побежал к стоящему на посадочной площадке, перед домом, левету.

Закрыв входную дверь, Валл'Иолет повернулся, к продолжающей стоять в шлюзе, Ирне.

— Прошу! — Он вытянул руку.

— Зачем ты увёз его? — Лицо Ирны исказилось неприятной гримасой. — Совесть проснулась? Сыновней ласки захотелось? Ты же его не знаешь. Какой ты отец! — Выпалила она, на одном дыхании.

— Он сам пришёл Прошу, прошу! — Валл'Иолет потряс перед собой рукой, будто не услышав гневных слов. — Коридор, не место для дискуссий.

— Я не намерена дискутировать. Верни мне сына и я уйду. Навсегда! — Но всё же повернувшись, Ирна вошла в дверь холла.

Войдя вслед за ней, Валл'Иолет закрыл дверь, подошёл к креслу, на котором прежде сидел и взяв с него стереовизор, вытянул руку в сторону свободного кресла.

— Прошу!

— Где он? Я хочу увидеть его! — Продолжила говорить Ирна голосом, повышенной громкости.

— Там! — Валл'Иолет кивнул подбородком в сторону комнаты для отдыха. — Не трогай его. И говори потише. Не думаю, что ты сейчас разбудишь Лета, но всё же неприятно.

Ирна подошла к указанной двери и постояв некоторое время в её проёме, провела обеими руками по лицу и повернувшись, подошла к указанному креслу и усевшись, опять провела руками по лицу, но всё же следы слёз остались на нём хорошо видными. Валл'Иолет тоже сел.

— Я с ума сошла. — Заговорила Ирна, уже, тихим голосом. — Вся партия, вместо работы занялась его поиском. Мы решили, что на него напал хорр. Но должны же были остаться какие-то следы, а их не было. Тут позвонил Корт и просил позвонить тебе. Я сразу догадалась. Как ты мог?

Слёзы потоком полились из глаз Ирны, тело её затряслось от рыданий.

— Я прекрасно понимаю, что я очень плохой отец, а возможно и вовсе никакой. — Заговорил Валл'Иолет, когда Ирна немного успокоилась. — Но я не имею никакого отношения к произошедшему. Лет сам пришёл ко мне вечером. Я накормил его и уложил спать. Он очень устал, так как прошёл пешком девяносто километров от северной базы до моего дома. А хорр навряд ли бы что-то сделал с ним. Лет, уже может за себя постоять.

— А как он попал на северную базу? — Ирна повернула голову в сторону Валл'Иолета и посмотрела на него, глазами, полными слёз.

— Говорит, что вернулся на том коптере, который доставил вас к горам, спрятавшись в нём.

— Ты даже не представляешь, как он бредит тобой. Мне приходится постоянно выдумывать какие-то невероятные истории о твоей занятости. Никто не хочет с ним дружить. Я уже на пределе. — Хотя голос Ирны был негромким, но он был очень резким, показывая её возбуждённое состояние.

— Я многое о вас знаю. — Валл'Иолет качнул головой. — Не всё, но многое. На Толлоне у меня не было детей. Не успел. — Он глубоко и протяжно вздохнул. Я, практически, всю свою жизнь провёл в пространстве и понятия не имею, как воспитываются дети, хотя, когда-то сам был ребёнком. — Неприятная гримаса исказила его лицо. — Но когда, ко мне вчера вечером пришёл Лет и произнёс всего лишь несколько слов, я понял, что нужно сделать, чтобы он стал тем, кем мечтает быть. И поверь мне, он станет, настоящим, звёздным капитаном.

Ирна глубоко вздохнула, но так и застыла с открытым ртом.

— Оставь его мне, насколько это возможно. — Продолжил говорить Валл'Иолет. — Конечно, здесь не город, но здесь тишина и возможно, это то, что сейчас и нужно Лету.

— Ты его хочешь сделать таким же дикарём, как и сам. — В голосе Ирны послышалась злость.

— Ты права. Я не такой, как вы и потому вы, не желая понять меня, мой мир, отвергаете меня, считая чужим. Дикарём. И постоянно напоминаете об этом. Я никогда не пытался доказать обратное. — Валл'Иолет приподнял руки и вновь опустил их на подлокотники. — Вы ещё не доросли, чтобы понять мой мир. Да и дорастёте ли. — Его лицо исказила гримаса грусти.

— Я имела ввиду, говоря — дикарь, не твой внутренний мир, а твою жизнь. — В гневе выпалила Ирна.

— И я о том же. — Валл'Иолет глубоко вздохнул. — Сколько времени ты разрешаешь Лету находиться рядом со мной?

— Каникулы продляться ещё пятьдесят дней. Я очень долго не решалась организовать экспедицию к кольцевым горам. Боялась, что Лет ещё маленький и потеряется там. — Заговорила Ирна тихим голосом. — Когда ему исполнилось одиннадцать, я, наконец, решилась. Думала, что побыв там, он станет нормальным ребёнком, как его сверстники. И вдруг, такое. — Из её глаз выкатились две крупные слезы и скатившись по щекам, упали на колени, растворившись на её светлых брюках огромными тёмными пятнами.

— Он и есть нормальный ребёнок. Иди отдыхать. В кабинете есть диван. — Валл'Иолет взмахнул подбородком в сторону двери своего кабинета. — Завтра я отвезу тебя к горам и покажу вход в пещеры тарков, чтобы ты не блуждала, понапрасну.

— А Лет? — В голосе Ирны скользнула тревога.

— Он будет со мной. Все пятьдесят дней...

Прошло пятьдесят дней. Ирна свернув свою экспедицию, отправила результаты её работы в институт Археологии Гитты. Она была довольна проделанной работой и пребывая в хорошем настроении, позвонила Корту и тот, тут же примчался к месту работы экспедиции, в левете.

— Извини меня! — Ирна приложила руку к груди, когда левет опустился рядом с ней и из поднявшейся двери показалось лицо Корта, с выражением тревоги. — Отвези меня, пожалуйста, к Валл'Иолету домой. Я тогда была в таком состоянии, что совершенно не видела дороги и не представляю, где его дом. Я очень соскучилась по Лету и хочу его, сейчас же, увидеть.

— Как скажете, госпожа Шарова! — Губы Корта вытянулись в широкой улыбке. — Прошу! — Он вытянул руку в сторону соседнего кресла...

Едва дверь левета скользнула вверх, Ирна выскочила из него и быстро дойдя до входной двери дома, приложила руку к пластинке идентификации. Прошло несколько мгновений и дверь распахнулась — перед Ирной стоял высокий юноша, с коротким ежиком волос на голове и яркими жёлтыми ободками вокруг зрачков его тёмных глаз...

***

Несмотря на огромнейшие трудности, гитты не опускали руки и прошло всего лишь полтора десятилетия и первый их крейсер, под командованием капитана Корта Тарова, оторвался от, специально построенного для военного космического флота цивилизации, космодрома и вышел в открытое пространство...

Весспер же так и не был восстановлен, даже не в той мере, в какой этого хотел Валл'Иолет, а даже до состояния, в котором он находился перед экспедицией к планете Вирта: одна опора, так больше ни разу и не вышла из его корпуса, а шов трапа, хотя и удалось пригладить, но уже к восьми лью, он нагревался настолько, что сиял на корпусе весспера, подобно габаритному огню...

Крейсер получился, в большой степени, корявым и далеко не дотягивал до параметров весспера толлонов: скорость едва достигала пяти лью; вооружение — лишь лазерные пушки различных калибров, да пара небольших бластеров; пространственный сканер — вивв, едва пробивал расстояние в десять часов пути света; экипаж двадцать человек. Не было у крейсера и шипа тарка, так как иштор, которым покрывался шип, толлоны находили лишь на планетах с красным песком, в тех местах, где энергетическая концентрация песка была максимальной и он уже был не красным, а чёрным. К тому же, едва-едва удалось получить нечто, похожее на ратан, чтобы чем-то заполнить контейнер, питающий конвертор крейсера, разбавив им вещество массы, последний запасной контейнер с которым им отдал Валл'Иолет.

Да и не был крейсер похож на весспер, а представлял собой огромный, вытянутый в одну сторону, остроносый треугольник, с полусферами пространственного сканера, расположенными посреди крейсера.

Но гитты были чрезмерно счастливы, считая, что они, действительно, сделали широчайший шаг в своем развитии и с гордостью причислили себя к настоящей галактической цивилизации, ставшей в один ряд с цивилизацией толлонов.

Единственный, кто не разделял их бурную радость, был Валл'Иолет. Чем дальше шло время, тем тревожней ему становилось. Он понимал, что цивилизации гиттов ещё очень и очень далеко, не только до цивилизации толлонов, но и до гнусных кроканов и в случае военного конфликта, их, наверняка, ждет судьба толлонов. И был уверен — кроканы, когда-то, их, обязательно, найдут.

***

Дождавшись, когда трап крейсера гиттов коснётся посадочного слота нового космодрома, Валл'Иолет неторопливо сошёл вниз и направился к стоящему поодаль чёрному левету. На полпути к летательному аппарату его догнал Корт.

— Господин адмирал! — Громким голосом заговорил капитан гиттов. — Я считаю, что испытания можно считать успешными. Не так уж и плох у нас получился корабль. Ещё совсем недавно мы о таком даже и не мечтали. Всё же пять лью, это не пятьсот километров, которые имеют наши остальные корабли.

— Полный отстой это, а не корабль. — Валл'Иолет резко махнул рукой. — Любой дифферент догонит его даже не запалившись. Пять лью — это на смеси концентратов, а что, лишь, на вашем? Едва за лью переполз. К тому же, мне не нравится ваша защита: корпус перегревается. А на десяти он будет, словно, болид в атмосфере. По нему и стрелять не нужно — сам сгорит. Я неудовлетворён.— Он ещё раз махнул рукой.

— И всё же, я не согласен с вами. — Состроив гримасу, Корт дёрнул плечами. — Вполне, хороший корабль.

— А нужен, отличный.

— Следующий и будет отличным, господин адмирал. Я уверен.

— Не будет следующего корабля.

— Как... — Корт от удивления даже остановился, затем опять догнал адмирала. — Мы больше не будем строить крейсера? А что же тогда?

— Сейчас у советника и узнаешь, что.

— А куда вы намерены направиться?

— Мы немедленно идём в столицу, к Доминикали. У него и решим, что делать дальше.

— И что?

— Там узнаешь! — В голосе Валл'Иолета скользнули нотки раздражения.

Дальнейший их путь, как до левета, так и по пути к столице, прошёл в молчании. Корт пытался угадать, что такого придумал адмирал, что будет требовать прекращения строительства следующего крейсера, а Валл'Иолет пытался выработать концепцию очень быстрого строительства задуманного им корабля, так как считал, что без него, дальнейшее строительство космического флота гиттов, бесперспективно.

Едва левет совершил посадку в один из слотов посадочной площадки Регистра, как рядом с ним появился, будто, материализовавшись из атмосферы, советник Доминикали. Его лицо выражало, явное, беспокойство.

— Рад видеть, господа. — Первым заговорил советник, едва Валл'Иолет и Корт оказались перед ним. — Я готов немедленно выслушать вашу обеспокоенность.

— Вы уже знаете? — Корт поднял брови. — Ну и ну!

— К сожалению, пока ещё радиоволны распространяются быстрее наших летательных аппаратов. — Советник натянуто улыбнулся. — Я верен?

— Вы, как всегда, правы, господин советник. — Валл'Иолет склонил голову. — Я неудовлетворён полученным на ваших предприятиях веществом массы. Оно не соответствует даже минимальным требованиям для нормального функционирования конвертора. Даже генератор масс едва способен создать треть нужного тяготения. Степень очистки криила очень и очень низка. Побочные продукты присутствующие в веществе массы, оставляют в пространстве хорошо видимый и долгосохраняемый след, по которому вас можно будет найти без всяких усилий, даже не прибегая к услугам пространственного анализатора.

— Но, господин адмирал! — Советник развёл руками. — Вы же прекрасно понимаете, что мы прикладываем все усилия, чтобы концентрация вещества массы достигла приемлемых параметров. Но на данном этапе, это выше наших возможностей. Уверен, с началом функционирования орбитального завода, концентрация ратана в веществе массы, значительно повысится.

— Я говорю не о концентрации ратана в веществе массы, а присутствии в нём побочных продуктов. Степень очистки должна быть повышена, минимум, на порядок. Для этого достаточно существующего производства.

— Мы незамедлительно рассмотрим ваше замечание, господин адмирал. — Лицо Доминикали приняло строгое выражение. — Грязь! Не ожидал, что она окажется столь значимой. — Он покрутил головой.

— Я рекомендую приостановить строительство следующего крейсера. — Вновь заговорил Валл'Иолет. — А срочно построить два-три грузовых корабля.

Брови Доминикали выгнулись высокими дугами.

— Я уже, как-то, говорил: моя цивилизация некогда разрабатывала красный песок на одной из дальних планет. — Валл'Иолет поднял указательный палец над головой, будто точно знал в каком направлении находится эта планета. — Богатый песок мы выбрали, но там ещё достаточно бедного песка. Он гораздо эффективнее песка вашей планеты. Там осталась законсервированная обогатительная фабрика. Я настаиваю на организации экспедиции к этой планете.

— Это для этих целей, нужны грузовые корабли? — Поинтересовался Доминикали.

— Именно!

— Но как далеко эта планета и хватит ли у нас энергии, чтобы добраться до неё?

— Пять-шесть лет пути. Грузовики можно тащить и тогда энергии для них потребуется минимум. На обратный путь их загрузим концентратом, произведённым на обогатительной фабрике.

— Но их ещё нужно построить. — Доминикали провёл рукой по лбу. — Это, ещё лет десять.

— Обычные емкости с пристыкованным движителем. Я видел ёмкости для горючего, которые вы используете для вывода на орбиту своих больших космических кораблей. Они огромны и вполне подойдут. Им не нужна мощная защита. Я предлагаю использовать движители, которые сейчас строятся для крейсеров. Одного-двух годов будет, вполне, достаточно, чтобы грузовики стали вполне пригодны для транспортировки криила. Я рекомендую заняться ими немедленно. Время, не терпит.

— Что ж. — Доминикали поднял плечи. — Я немедленно доложу Регистрату о вашем предложении. Думаю, он пойдёт вам навстречу и даже, не дожидаясь решения старшин, немедленно привлечёт к началу работ соответствующие институты.

— Я удовлетворён, что нашёл понимание в вашем лице. — Валл'Иолет склонил голову.

— Если уж кому и испытывать чувство удовлетворения, так это нам, господин адмирал. Разрешите откланяться. — Советник в свою очередь склонил голову.

— До свидания. — Произнёс Корт, больше всех поражённый произошедшим разговором.

***

Прошло, лишь, чуть больше года и два грузовых корабля — лэйтера, величественно стояли на новом космодроме гиттов. Они были не столь вместительны и скоростны, как драффты, но Валл'Иолет считал, что и того объёма, криила, который они доставят на Гитту, будет вполне достаточно, чтобы снарядить в следующий рейс более внушительную экспедицию.

В экспедицию шли: весспер, под управлением Валл'Иолета и с новым пилотом, так как Корт Таров вёл теперь свой крейсер в эту же экспедицию, будучи его капитаном и два грузовика с экипажами по четыре человека. Техники, для работы на обогатительной фабрике, шли в крейсере. Валл'Иолет, кроме пилота, больше никого в весспер брать не захотел, да гитты и не настаивали.

Проводы были короткими. Среди провожающих были и Ирна с Летом, который, уже, был курсантом военно-космической академии гиттов.

Увидев их среди провожающих, Валл'Иолет подошёл к ним.

— Отец! — Лицо Лета исказилось гримасой досады. — Почему ты не берёшь меня с собой?

— Но у меня нет для тебя корабля. — Валл'Иолет поднял плечи. — Все должности капитанов заняты.

— Я готов быть кем угодно: пилотом, штурманом, техником. — Со страстью в голосе произнёс Лет.

— Но я не готов к этому, Лет. — Валл'Иолет положил руку на плечо сына. — Я вижу тебя, лишь, капитаном Валл'Иолетом. Или ты забыл об этом?

— Нет, господин адмирал!

— Видишь тот корабль? — Валл'Иолет повернулся и вытянул руку в сторону стоящего поодаль, в окружении эстакад, строящегося крейсера.

Направив взгляд в ту сторону, Лет кивнул головой.

— У него ещё нет капитана и надеюсь, к моему возвращению, ты им, непременно, будешь. И в следующую экспедицию, мы пойдём уже вместе, как два капитана Толлоны. — Вновь повернувшись к сыну, он ещё раз тряхнул его за плечо и опустив руку, шагнул к Ирне.

— Дом в полном твоём распоряжении. — Произнёс он.

— Я не смогу в нём жить. — Ирна покрутила головой. — Вместе с ней.

— Её там нет. — Валл'Иолет, в свою очередь, тоже покрутил головой. — У толлонов, при проводе экипажей в далёкие экспедиции принято говорить — возвращайся. Я не знаю, как вы напутствуете своих звёздных капитанов, но скажу так: я — вернусь.

— Возвращайся, капитан Валл'Иолет. — Ирна шагнула к Валл'Иолету и обняла его. — Мы будем ждать.

Отступив от Валл'Иолета, она быстрым движением руки смахнула, катившуюся по лицу слезу...

20

Пальцы командующего космическим флотом гиттов, адмирала Валл'Иолета Лампарта нервно барабанили по подлокотникам кресла. Звук из-под пальцев вылетал слишком громким и рваным, чем вызвал настороженность пилота, сидевшего в соседнем кресле и с регулярностью заведенной механической игрушки, поворачивающего голову в сторону адмирала.

— Жирная кроканская свинья. Меня ты просто так не получишь. Подавишься! — Донесся негромкий, скрипучий голос адмирала.

Он прекратил стучать и сжав кулаки, покрутил ими по подлокотникам, словно подтверждая делом, только что произнесенные слова в адрес врага, практически, всей своей сознательной жизни, кроканского адмирала Гниза Вескари. А то, что перед ним был именно он, со своими эскадрами, Валл'Иолет не сомневался.

Пилот вскинул брови. По его лицу скользнула тень недоумения, но уже через мгновение, когда смысл произнесенных адмиралом фраз, видимо, был им осознан, недоумение сменилось маской страха. Его голова пошла вниз, будто он собирался спрятать её в плечах, надеясь, что таким образом замаскировавшись, станет невидим для противника и избежит участи адмирала, который наоборот, выпрямился, словно решив избавить своего врага от трудностей в его поиске и расправив плечи, уставился немигающим взглядом в экран спор, где отображался рой жирных красных точек, указывающих местонахождение кроканских дифферентов.

Плотно сжав губы, адмирал Валл'Иолет Лампарт бегал взглядом по экрану спор, считая красные точки.

— Двенадцать. — Прошелестели его губы.

Немного же вас осталось. Даже полной эскадры не наберётся. А ведь, прежде, вы, почти, всем флотом гонялись за мной. Мелькнули у Валл'Иолета мысли, полные сарказма. Значит не зря тот дифферент был там — искал ты меня, Гниз Вескари. Не забыл. Что ж и на том, спасибо.

Он приподнял голову и оглянулся на купол, — за весспером замерли два лэйтера гиттов с грузом обогащённого криила, за которыми стоял их крейсер. Усмехнувшись, адмирал вновь перевел взгляд на эскадру дифферентов. Уходить было бессмысленно, дифференты приближались очень быстро, и несомненно, догонят лэйтеры, когда грузовики, ещё не смогут набрать, даже световую скорость. Да и куда было уходить? К Гитте, чтобы притащить за собой кроканскую эскадру и обречь цивилизацию? А идти к другой планете, где можно было бы затаиться, было поздно и потому, он принял решение, как посчитал, достойное капитана толлонов.

Валл'Иолет почувствовал дифференты своим полем, ещё до того, как их точки отобразились на экране спор, едва его крохотная эскадра гиттов вышла из тени красной планеты. Почувствовал странное возмущение пространства, движущееся в сторону планеты, которое прежде никогда не чувствовал. Его сердце тут же сжалось от боли. Дифференты шли через эклиптику планетной системы, где орбиты астероидных колец чередовались с орбитами планет и потому оказались видны после выхода лишь из последнего астероидного кольца. Астероиды содержали большое количество железа и потому обладали большим рассеянием, затеняя некоторое пространство за собой.

Это лишь моя вина и мне одному держать ответ. Слишком уж беспечен я стал. Совсем одряхлел. Потекли у Валл'Иолета досадные мысли. Что стоило крейсеру висеть над планетой. Что уж теперь кориться. Что случилось, то случилось. Что ж, господин адмирал Гниз Вескари, ты оказался более прозорливым, нежели я думал о тебе. Хотя ты и рисковал — я ведь мог и не появиться здесь никогда. Не оправдал ты моих надежд. Что ж, на этот раз счастье тебе улыбнулось.

Валл'Иолет пробежался пальцами по клавишам панели управления и над пультом управления тут же вспыхнули три голограммы, с изображениями капитанов кораблей гиттов.

— Всем! К планете приближается эскадра кроканских дифферентов. — Заговорил он спокойным голосом, обведя взглядом капитанов. — Приказываю, остановиться и оставаться на месте, не предпринимая никаких действий, чтобы не происходило. Вас это, совершенно, не касается. Ни один корабль не должен стронуться со своей позиции, пока кроканы не уйдут. А я уверен — они уйдут. Но с грузом криила придется расстаться. Не препятствовать! Экипажам лэйтеров быстро перейти в крейсер. Крейсеру быть готовым к старту. Приказ понят?

— Да, господин адмирал! — Раздался хор капитанов.

— Выполняйте!

Ткнув пальцем в клавишу прерывания связи, Валл'Иолет, вновь, уставился в разрастающиеся на экране спор красные точки.

Где ты Гниз Вескари? Где твой флагманский дифферент? Вот мы и встретились. Сколько же лет прошло? Да уже более тридцати, наверное. Пожалуй, ты уже глубокий старик, под стать мне. Замелькали у Валл'Иолета торопливые мысли. Не забыл меня. И я тебя нет, трусливая свинья. Посылал он нелестные мысли в адрес своего врага. Я ведь теперь, тоже, адмирал. Давай сразимся один на один, адмирал против адмирала, мой весспер против твоего дифферента.

Перед глазами Валл'Иолета всплыл образ кроканского адмирала Гниза Вескари: толстощекого, с маленькими глазами-щелочками, далеко оттопыренными, ушами, чуть ли не перпендикулярно его безволосой голове, широким, круглым носом и толстыми, яркими, дергающимися, словно непрерывно что-то сосущими, губами.

Нет! Не будешь ты сражаться один на один. Смелости не хватит. Продолжился у Валл'Иолета ток мыслей. Ты смел, когда десять или двадцать на одного. По другому ты, наверное, и не можешь?

Валл'Иолет убрал панели управления, вызвал штурвал и окинув взглядом терминалы оружейных накопителей, широко усмехнулся, все они были пусты — лишь тонкие полосы накопителей двух лазерных турелей, показывали их готовность к бою. Но ему было достаточно и этих пушек, как средства доставки самого совершенного оружия, которое придумала сама природа и которым он решил воспользоваться впервые в своей жизни, для атаки на корабли противника. Вжав акселератор, он направил весспер навстречу приближающемуся вражескому флоту, намереваясь встретить его, как можно дальше, от кораблей гиттов.

Вскоре красные точки дифферентов на экране спор превратились в серые, затем разрослись в серые кляксы и наконец материализовались в узнаваемые рогатые корабли кроканов — дифференты. В центре приближающейся эскадры шёл, несколько больший, чем все остальные дифференты, корабль. Определённо — это был их флагман, на котором и находился адмирал кроканской эскадры.

Был ли в нём, действительно, адмирал Гниз Вескари, Валл'Иолет мог лишь гадать, но ему хотелось, чтобы он был там и он в это верил.

Валл'Иолет направил весспер ему навстречу.

В тот же миг четыре дифферента вырвались из строя эскадры и бросились наперерез вессперу. Еще четыре дифферента метнулись ему в хвост, видимо, отрезая от кораблей гиттов.

Вот и отлично. Губы Валл'Иолета вытянулись в легкой усмешке. Только бы ты не передумал, Гниз Вескари. Я так надеюсь на твою прозорливость.

Корабли кроканов все ближе и ближе подходили к вессперу Валл'Иолета, окружая его со всех сторон. Кончики их крыльев зловеще трепетали красными сполохами, словно налитые кровью глаза хищников. Но они почему-то не торопились открывать огонь, словно ожидая от противника того момента, когда страх затмит его разум, он не выдержит и пустится бежать и тогда они, будто стая хищников, в азарте охоты, бросившись за ним, со страстным удовольствием, превратят его своими смертоносными лучами в облако элементарных частиц.

Валл'Иолет оглянулся. Корабли гиттов исчезли из вида, превратившись в крохотные красные точки на купольной части экрана спор весспера — он так и не оснастил весспер опознавателем гиттов и потому их корабли имели красный отклик на экране спор. Он перевел взгляд на пилота, который уставил свой неподвижный взгляд на него.

Жаль! Неприятная гримаса исказила лицо Валл'Иолета. В чём его вина? Лишь в том, что оказался со мной в одном весспере. Тут же нашёл он ответ.

Отвернувшись, он вновь уставился в центр экрана спор. Дифференты уже перегородили путь вессперу к своему флагману и дальше двигаться было бессмысленно. Валл'Иолет остановил весспер и активировал одну из лазерных пушек — вспыхнувший на экране спор яркий красный кружок замер на модуле управления флагманского дифферента, показывая, что он доступен для поражения. Дифференты приближались, их кольцо сжималось всё плотнее и плотнее.

Да вы, никак решили заполучить меня. Меня или весспер? Всплыли у Валл'Иолета удивлённые мысли. Что ж, ни себя ни весспер, мне для тебя не жалко, трусливая свинья.

Усмехнувшись, он вжал клавишу выстрела и в тот же миг, сконцентрировав всю мощь своего психотронного поля в иглу, метнул её в энергоканал, связывающий накопитель энергии с лазерным излучателем. Канал лопнул и вырвавшийся на волю поток энергии, хлынул внутрь весспера.

Яркое красное облако разорвало миллиарднолетнюю тьму пространства и мгновенно распространившись во все стороны, поглотило стаю кроканских дифферентов, так и не дождавшихся мига своей охоты.

***

— Гард адмирал. — Неестественно высокий и худощавый для крокана, щеголеватый офицер кроканского космического флота склонил голову в приветствии. — Пространственный сканер дал красный отклик. Это он.

— Я не сомневался — рано или поздно он появится здесь. Когда-то вещество массы у него должно было закончится. — Толстые, бесцветные губы Гниза Вескари вытянулись в широкой усмешке. — Он, наверное, думал, что мы не найдём планету, где они брали криил. Тупой выпь. Значит не просто так, где-то здесь, исчез дифферент. Его работа! Хаоса! Не зря мы сюда шли.

— Я не сомневался в вашей прозорливости, гард адмирал. — Офицер склонил голову.

— Не стрелять, до моего приказа. — Адмирал сдвинул складки лба, так как бровей у него не было. — Взять живым! — Его складки подпрыгнули. — Если нашелся один, могут быть и другие. Мы должны вытянуть из него всю информацию. Выпь! Я сам выдавлю из него всё. Узнать и раздавить! — В воздухе мелькнул маленький розовый кулак Гниза Вескари. — Всех, кому мы опрометчиво позволили жить. В галактике должна быть лишь одна раса. Раса кроканов! Другим здесь, нет места!

— Да, гард адмирал! — Резко кивнув головой в знак принятого приказа, офицер развернулся и вышел из адмиральской каюты.

Повернувшись к развернутому в его каюте экрану пространственного терма, Гниз Вескари уставился в него своим немигающим, покрасневшим от возбуждения, взглядом.

Ему уже было под девяносто лет, столько, сколько ни один крокан ещё не жил, но Гниз Вескари знал причину своего долголетия и никому её не раскрывал. Он стал очень толст, и практически, не ходил, а передвигался по дифференту в специальном механизированном кресле, из которого, почти никогда, не вылезал.

Вскоре красная точка на экране начала расплываться и затем распалась на несколько точек. Складки дряблой кожи на лбу адмирала высоко поднялись. В его глазах мелькнул испуг. Он положил руку на сенсор связи, встроенный в подлокотник его кресла.

— Что за ерунда? — Он вопросительно кивнул головой изображению того же офицера, появившемуся в экранной врезке.

— Мы наблюдаем четыре корабля, гард адмирал. — Заговорил офицер. — Один из них — несомненно, толлонский весспер, остальные — предположительно, какие-то другие корабли. Один имеет характеристические отклики близкие к вессперу, но это не он, два — вероятнее всего, небольшие грузовики. Вероятно, это корабли какой-то неизвестной нам цивилизации.

— Ха-а! — Складки на лбу адмирала поднялись ещё выше. — Они поделились своими технологиями с галактическими сорняками.

— Вы правы, гард адмирал. — Голова офицера на изображении склонилась. — Я уверен — это жалкое подобие кораблей толлонов.

— Кто они?

— Пространственный анализатор не идентифицирует их характеристические отклики. Это неизвестные нам корабли, неизвестной цивилизации, гард адмирал. Скорее всего, откуда-то с окраин.

— Но они не могли пройти слишком большое расстояние. — Кулак Гниза Вескари, поднялся и опустился на подлокотник. — Они где-то рядом. — Его лицо исказилось неприятной гримасой.

Офицер молча склонил голову, но врезка с его изображением не исчезла.

Характеристические показатели красных точек на экране пространственного терма каюты Гниза Вескари начали быстро изменяться, показывая, что один из кораблей чужой эскадры начал быстро приближаться, вскоре превратившись на экране пространственного терма в вытянутый полуовал толлонского весспера.

— Торможение! — Громко произнес адмирал.

Его тело подалось вперед, в такт начавшемуся торможению дифферента. Когда дифферент остановился, Гниз Вескари перевел взгляд на врезку, с изображением офицера.

— Это он? — Адмирал вопросительно кивнул головой.

Изображение офицера исчезло. Адмирал, откинувшись в кресле, нервно стучал ладонями по его дорогой обшивке.

Наконец во врезке, вновь, появилось лицо того же офицера.

— Начальник штаба утверждает, что это тот самый весспер, гард адмирал. Детали корабля трудно рассмотреть, но один из капитанов, передал знаки его идентификации — они те же. Да и судя по неадекватному поведению и его капитан, тот же. Кирс Фри утверждает, что это Валл'Иолет, гард адмирал.

— Жив ещё, выпь. Я его сам... — По лицу адмирала скользнула тень раздражения, его кулаки нервно застучали по подлокотникам.

В тот же миг, словно он ждал, когда о нем доложат Гнизу Вескари, весспер скорректировал свой путь, явно, направляясь в сторону дифферента адмирала.

— Первая и вторая группа, взять! — Выкрикнул Гниз Вескари. — Живым!

Через мгновение восемь дифферентов, сорвавшись со своих мест, метнулись к вессперу, окружая его со всех сторон. Их кольцо сжималось все плотней и плотней, пытаясь помешать движению корабля толлонов, который, словно не замечая угрозы, скользил вперед.

Лицо Гниза Вескари то и дело искажалось злобной гримасой. Он пытался мысленно проиграть план своего первого допроса капитана толлонов, которого он, упорно, искал почти тридцать лет и наконец, нашёл. Даже смерть, казалось отступила от него, давая ему возможность исполнить своё, самое заветное, желание.

— Что ж, выпь — вот мы встретились. Я не дам тебе быстро умереть. Буду медленно и медленно пить твою жизнь, наслаждаясь каждой каплей твоей крови; вырывая куски твоей плоти и с упоением слушая твои вопли. Твоя смерть будет бесконечной. — Бесцветные губы Гниза Вескари вытянулись в широкой усмешке.

Стиснутый плотным кольцом дифферентов, весспер, наконец, остановился.

— Понял выпь, что проиграл. — Гниз Вескари с довольным видом стукнул кулаком по подлокотнику.

Но весспер, вдруг, вспыхнул ярким красным цветом, будто ударом кулака Гниз Вескари включил внутри него такой мощный светильник, что его свет пробил стенки весспера и в следующее мгновение на том месте, где он находился, образовался яркий красный шар и стремительно разрастаясь во все стороны, поглотил окружающие его дифференты.

— Кто-о-о? — Гниз Вескари заревел, словно раненый зверь.

Как ни был далек его флагманский дифферент от места событий, но красный свет, хотя светофильтры сработали четко, все же залил каюту кроканского адмирала, заставив его глаза сузится до нитевидных щелочек, полностью растворив в себе её пространство.

Прошло долгое время, пока красный свет, наконец, рассеялся и пространственный терм в каюте адмирала потемнел, проявляя пространство, но то место, где произошла катастрофа, зияло пугающей пустотой, словно взрыв поглотил не только корабли, но и часть пространства. Врезки с офицером на экране терма не было.

Адмирал нервно постучал по подлокотнику, где была встроена панель вызова. На экране тут же вспыхнула врезка с изображением того же офицера.

— Весспер толлонов самоликвидировался, гард адмирал. — Поспешно заговорил офицер, не дожидаясь вопроса от адмирала. — Это скрытое оружие толлонов, о котором мы ничего не знаем. Все восемь дифферентов, окружившие его, уничтожены, два перед флагманом, серьезно повреждены. Один неизвестный...

— Как самоликв... Живым. Жив...

Кроканский адмирал, вдруг выгнулся, его нежные розовые руки скользнули по подлокотникам кресла. Он обмяк...

Вбежавшие в каюту адмирала: начальник штаба кроканского флота Кирс Фри и реаниматор, бросились к адмиральскому креслу. Реаниматор схватил нежную адмиральскую руку и надев на неё браслет, уставился во вспыхнувшую над ним голограмму. Через несколько мгновений, сняв браслет, он отпустил руку.

— Адмирал мёртв. Реанимация невозможна. — Реаниматор покрутил головой.

Кирс Фри поднял голову и уставился во врезку на которой отображалось лицо личного офицера связи Гниза Вескари.

— Что с противником? — Наконец произнёс он. — Где они?

— Один неизвестный корабль быстро уходит. Два висят на месте. Заговорил офицер связи. — Прикажете уничтожить галактический мусор?

А если эти повторят то же. Вдруг мелькнула у Кирса Фри тревожная мысль. Сейчас, я ещё смогу стать Председателем.

— Довольно шляться! Уходим домой! — Твёрдым голосом произнёс он.

— Два дифферента серьёзно повреждены, гард... — Офицер запнулся. — Адмирал. — Наконец выдавил он из себя. — И требуют серьёзных восстановительных работ.

— Бросить! — Выкрикнул Кирс Фри и его лицо исказилось злобной гримасой. — Доберёмся и до мусора, если, к тому времени, сам не засохнет. — Его губы вытянулись в зловещей ухмылке.

Врезка исчезла. Прошло совсем немного времени и два дифферента, развернувшись, направились прочь, из такого враждебного им пространства, поглощающего дифференты, будто ненасытный хищник.

***

Яркий красный свет резко залил врезку заднего вида, на экране вивв крейсера. Брови капитана Корта Тарова выгнулись высокими дугами. Он тут же двинул акселератор назад. Крейсер начал резкое торможение. Прошло несколько минут и красное пятно с экрана исчезло. Из тринадцати красных точек, до сих пор отображающихся на врезке, осталось лишь четыре. Прошло ещё некоторое время и две красные точки начали стремительно удаляться. Оставшиеся две, не подавали никаких признаков движения. Две зелёные точки лэйтеров, оставались на прежнем месте. Корт отклонил рыпп и крейсер, описав широкую дугу, лёг на обратный курс. Сидящие в соседних креслах пилот и штурман, уставились в Корта тревожными взглядами.

— Адмирал приказал уходить. — Негромким голосом заговорил штурман. — Это приказ!

— Мы сбились с курса и возвращаемся, чтобы восстановить его. — Губы Корта вытянулись в снисходительной усмешке.

— Это невозможно. — Штурман поднял брови.

— Запомни, нет ничего невозможного.

Когда крейсер оказался рядом с лэйтерами, терминал анализатора пространства плясал сплошными красными сполохами, показывая, что пространство заполнено большим количеством высокоэнергичных частиц, интенсивно бомбардирующих его корпус, неумолимо повышая температуру обшивки.

— Корпус нагревается. — Произнёс штурман. — Мы сгорим.

— Не ной! — Корт ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления. — Экипажам лэйтеров приготовиться к возвращению на борт своих кораблей.

По очереди подойдя под грузовики и пристыковавшись к ним, Корт дождался когда, экипажи перейдут из крейсера в свои корабли и затем направил крейсер в сторону, продолжающих алеть на экране вивв, красных точек. Едва красные точки трансформировались в зеленоватые кружки, его сердце дрогнуло — это были дифференты.

— Проклятье!

— Лицо Корта исказилось гримасой тревоги и он тут же ткнул пальцем в несколько клавиш пульта управления — со вспыхнувших перед ним двух голограмм, на него смотрели лица капитанов лэйтеров.

— Уходите! Немедленно! — Корт махнул рукой перед лицом, будто таким образом можно толкнуть тяжёлые корабли и придать им импульс движения.

— А вы? — Лицо одного из капитанов вытянулось в недоумении.

— Пойду сзади.

Прошло несколько мгновений, лэйтеры медленно развернулись и неторопливо поползли в сторону планетной системы Афоны.

Корт шёл сзади, не сводя глаз с врезки заднего вида на экране вивв до тех пор, пока красные точки кроканских дифферентов не исчезли с экрана.

***

Три корабля цивилизации гиттов неторопливо опустились на космодром Гитты. Едва трап крейсера коснулся посадочного слота, сбежавший вниз Корт Таров, быстрым шагом направился в сторону большой группы встречающих. Его глаза метались по сторонам, будто хотели увидеть кого-то, конкретно. Наконец, увидев высокого гитта в курточке офицера космического флота и стоящую рядом с ним женщину, он направился к ним. Не доходя несколько шагов, он остановился и опустившись на одно колено, склонил голову. Женщина, тут же, повернулась к высокому офицеру и уткнулась лицом в его курточку. Офицер обнял её за плечи, жёлтые ободки вокруг чёрных зрачков его глаз вспыхнули.

— Он навсегда останется в наших сердцах, мама. — Заговорил офицер негромким голосом. — Капитаном Валл'Иолетом; боевым капитаном Толлоны; самым лучшим отцом.

— И моим, единственным, мужем. — Тихо добавила женщина.

Белгород 2012.

С О Д Е Д Е Р Ж А Н И Е

ГЛАВА ПЕРВАЯ. ТОЛЛОНА .................................. 3

ГЛАВА ВТОРАЯ. ГИТТА ........................................ 297

Иевлев Геннадий Васильевич. Красный песок. Капитан Толлоны

Белгород. 2012

559

Content

Иевлев Геннадий Васильевич
Красный песок. Капитан Толлоны.

INFO

Красный песок. Книга первая. Капитан Толлоны.