Манольсон Гила

Волшебное прикосновение

.

Гила Манольсон

Волшебное прикосновение

.

Издатель: «Мишпаха кеалаха»

Перевод с английского: Пинхас Зидман

Редактор: Цви Вассерман

Компьютерная верстка: Пинхас Зидман

адрес для обращений:

«Мишпаха кеалаха»

[битая ссылка] mishpacha01@gmail.com

факс: +972-50897-4063

© «Мишпаха кеалаха»

Иерусалим, 2011

ISBN 978-965-91847-0-5

Благословение

Благословение

нашему дорогому и многоуважаемому другу, раву Моше Фима, да продлятся его годы, который спонсировал издание этой книги.

Пусть благословит его Всевышний во всем, даст ему счастье и богатство, здоровье и всякое благо,

и да преуспеет он во всех своих делах, удостоится распространять Тору и увидеть приход Машиаха!

Об организации «Мишпаха кеалаха»

Организация Мишпаха кеалаха («семья по еврейскому закону») ставит своей целью поощрять, помогать и способствовать всему, что связано с укреплением еврейской семейной жизни.

В рамках своей деятельности Мишпаха кеалаха находится в постоянном контакте с различными общинами и организациями во всем мире, чтобы получать своевременную информацию обо всем, что требует исправления и помощи в этой сфере.

Наша организация использует все достижения современной технологии, чтобы донести до каждого сына и дочери Израиля знания о том, как строить семью по-еврейски. Специалисты нашей организации постоянно трудятся над созданием новых путей усиления еврейского самосознания в этой области.

Наша организация помогла многим парам значительно улучшить качество семейной жизни, а многим молодым людям – получить важную информацию, которая обязательно поможет им, когда они должны будут принимать судьбоносные для себя решения.

Основные сферы деятельности:

– проведение семинаров для молодежи и молодых пар;

– база данных желающих построить еврейский дом – помощь в поиске пары;

– распространение записей лекций о семейной жизни, воспитании детей и т.п.

– проведение хупы (еврейской свадьбы);

– публикация книг по еврейскому закону и мировоззрению; – специальный проект перевода книг.

Цель организации: продолжать развиваться в избранной сфере деятельности на благо всего еврейского народа.

Мы будем рады вашим обращениям, связанным с деятельностью организации.

e-mail: mishpacha01@gmail.com

fax: +972-50897-4063

Израиль +972-72276-1020

Беларусь: +375-29-1060818

США: +1-718-887-9179

Предисловие издателя

Наше поколение можно определить, как «поколение ищущих» – стремление людей к поиску смысла жизни и ее содержательности ощутимо почти физически.

Люди хотят понять, что стоит за каждым явлением, что является движущей силой и причиной различных событий. Стремление к поиску истины придает человеку особые силы, которые помогают ему преодолеть сложности и препятствия, стоящие на пути искателя.

Люди готовы пожертвовать многим и приспособиться к различным, зачастую странным, формам бытия, иногда двинуться к неизвестному, исключительно ради надежды, что где-то там, за горизонтом, их ждет обетованное счастье.

Сегодня нет недостатка в информации: она передается каждое мгновение по тысячам каналам, и каждый, кто желает, может узнать обо всем на свете. Но, несмотря на очевидный прогресс в знаниях и науке, есть сферы, где имеет место явный регресс и деградация по сравнению с прошлым. Возьмем, к примеру, понятие еврейской семьи, которая, вне всякого сомнения, хранила наш народ на протяжении всей его нелегкой истории. Ведь семья, по всеобщему убеждению, – это ключ к продолжению существования любого народа. Но ирония судьбы состоит в том, что именно эту важнейшую сферу нашей жизни мы оставили, в определенном смысле, прошлому, и она не только не развивается вместе с глобальной модернизацией, но, наоборот, может значиться первой в списке потерпевших от модернизации и прогресса. У многих понятие семьи уже давно потеряло свою ценность и внутренний смысл.

Именно поэтому весьма желательно посвятить немного времени и внимания размышлению об особом жизненном пути, который завещали нам предки, и который они самоотверженно хранили на протяжении многих поколений. Его результаты не разочаровывают вот уже тысячи лет.

Мы рады предложить вам оригинальное произведение, плод труда известной писательницы, которая внятно и увлекательно обсуждает некоторые основания, на которых с самого начала строится крепкая еврейская семья. И пусть обдумает их каждый человек, желающий обрести семейное счастье.

Мы желаем вам приятного чтения и надеемся, что книга окажется вам весьма полезной.

Мы благодарим автора, г-жу Гилу Манельсон, за любезное разрешение перевести книгу на русский язык. Пусть Всевышний даст ей долгие годы и удачу во всех делах.

Содержание

Предисловие

Введение

Глава первая. Суперцемент человеческих отношений

Глава вторая. «Вот оно есть – и его уже нет»

Глава третья. Сверхмощный любовный эликсир

Глава четвертая. Поставьте своей целью самое лучшее

Глава пятая. Раны, шрамы и самовоспроизводящееся пророчество

Глава шестая. Мы, женщины, с Венеры, а мужчины… напомните мне еще раз, откуда?

Глава седьмая. В защиту незнания того, что вы теряете

Глава восьмая. «Но…»

Риск несовместимости?

«Не помучишься – не научишься»?

А, может, после помолвки?

Не слишком ли много вы от нас требуете?

А где же романтика?

Глава девятая. Великие ожидания

Глава десятая. «Но мы же просто друзья…»

Глава одиннадцатая. Волнует ли вас другой человек?

Глава двенадцатая. Показывать путь

Послесловие

Об авторе

Предисловие

Эта книга написана с точки зрения еврейского закона, но вместе с тем она отражает и мои личные чувства, и размышления, возникшие в ходе моей многолетней работы в области еврейского образования. А раз речь идет о личном, я бы хотела сначала рассказать вам немного о себе и о причинах, побудивших меня написать эту книгу.

Я родилась в ассимилированной еврейской семье на северо-востоке США. После того как я окончила колледж и поработала годик, меня обуяла жажда странствий, и я отправилась в Европу. Путешествие завершилось в Израиле, где я и познакомилась с иудаизмом. В мое время не существовало семинаров для людей с улицы, на которых демонстрировалась историческая точность библейских пророчеств или скрытые в Торе коды. Мой интерес к иудаизму был вызван исключительно тем, что я видела в нем мудрое руководство к содержательной жизни. А поскольку я, как и многие другие, считаю отношения между людьми центральным вопросом нашего существования, – именно подход иудаизма к этой важнейшей части нашей жизни подвигнул меня к исследованию Торы. Мало-помалу и другие части «пазла» собрались вместе, и, в конце концов, я стала соблюдать Тору полностью.

В каком-то смысле, начало этой книге положил мой первый Тиша бе-Ав (день траура о разрушении Первого и Второго Иерусалимских Храмов). Это было около двух часов ночи. Я сидела на крыше старого здания, откуда открывался вид на Котель (Стену Плача). Незадолго до того я узнала, что в Талмуде написано: каждый, кто оплакивает разрушение Храма, удостоится возрадоваться его восстановлению. Такой подход мне понравился, и я сидела и смотрела на Храмовую гору, пытаясь ощутить потерю Храма и по-настоящему почувствовать горе, может быть, даже пролить несколько слез. Размышления о прекратившейся службе коэнов в Храме, о которой я мало что знала, никак не способствовали этой задаче, а, будучи вегетарианкой, я не слишком горевала о том, что не могу приносить животных в жертву. Так что вместо того я попыталась размышлять об удручающей деградации, которая произошла в отношениях между людьми.

Почти сразу же мои мысли перешли на отношения между мужчинами и женщинами. Чем больше я об этом размышляла, тем больше поражалась тому, насколько в обществе отсутствует какая-либо ясность в этом вопросе. Я поражалась иллюзиям, с которыми столь многие люди вступают в отношения, и боли, которая приходит, когда такие отношения неизбежно рушатся. Я была благодарна Небу за то, что избежала стольких бед, от которых другие тяжко страдали. В то же время, я думала о многих знакомых мне хороших, искренних и чувствительных людях, которые искали чего-то настоящего, осмысленного и продолжительного, но – жертвы нашего времени – потерпели неудачу и были несчастливы. Даже те, кто внешне никак не выражал своей боли, ощущали трудноуловимый, но непоправимый ущерб, который прошлые отношения нанесли их чувствительности и доверию к людям. И все это было настолько лишним… Внезапно эта страшная человеческая беда переполнила меня, и я заплакала.

Много лет прошло с тех пор. Я все еще живу в Иерусалиме, замужем за замечательным человеком, и счастлива в семейной жизни. Я много работала в кируве (приближении евреев к Торе), и мы с мужем приняли за это время несчетное количество гостей на субботу. Я обнаружила, что во всех ситуациях именно отношения являются одной из наиболее важных тем, занимающих мысли людей.

Несколько лет назад, ободренная поддержкой моего мужа и ведомая моей собственной любовью к разговорам, я стала преподавать на курсах об отношениях между людьми, которые стали частью широко известной сегодня программы «Дискавери». В те времена семинар «Дискавери» предлагался нерелигиозным туристам; тем не менее, часто случалось, что и выпускники религиозных школ, ощущая недостаток чего-то вдохновляющего, меняли свои кипы на бейсболки, или задирали повыше юбки, и проскальзывали внутрь. Таким образом, на моих курсах всегда присутствовали люди самого разного происхождения и жизненных устоев. Одной из важнейших концепций, которые я там обсуждала, была шмират негия, воздержание от физического контакта с противоположным полом до свадьбы. Это было чем-то неслыханным и радикальным для светской публики, и знакомой, но спорной темой для тех, кто пришли из религиозных семей. Но почти все реагировали на нее одинаково: «Хм… это действительно представляется разумным. Мне никогда ранее не объясняли эти вещи в таком разрезе». Что приводило меня к вопросу: «Как случилось, что выпускники религиозных школ никогда не слышали об этом? И если такой подход представляется столь логичным, не должны ли о нем знать больше людей?»

И вскоре после этого я вернулась домой с одной из моих лекций и сообщила моему мужу Аврааму, что собираюсь написать книгу о шмират негия. Зная, что я никогда не писала ничего бóльшего, чем статью для местной газеты,

Авраам отреагировал на мою декларацию ухмылкой, которая означала: «Ты серьезно?!» Я сказала ему, что да, я серьезно, и чтобы доказать это, я спросила его, есть ли у него какие-то идеи по поводу названия. В конце концов, он понял, что я не шучу. Я ожидала от него какого-то блестящего заголовка, который сможет привлечь внимание и продать миллион экземпляров.

Авраам отклонился назад на своем стуле: «Как насчет «Убери руки, приятель»?»

Очень смешно. «Нет, нет, нет», – ответила я терпеливо. – Это так негативно! Я хочу чего-то позитивного, светлого, воодушевляющего…»

Он усмехнулся: «Я понял. Как насчет «Как прекрасно сказать: Убери руки, приятель»?

Название может подождать. Между тем, я начала писать. И после долгой работы родилась книга под заголовком «Волшебное прикосновение: откровенный взгляд на еврейский подход к отношениям», который тоже предложил Авраам.

К моей несказанной радости, Волшебное прикосновение продавалось лучше, чем ожидалось по самым оптимистичным прогнозам, и некоторые школы даже сделали ее частью своей программы. Она была переведена на французский язык, а карманное издание на иврите широко распространялось в Израиле. Очевидно, эта книга заполнила собой какую-то пустующую нишу.

Тем временем, я продолжала преподавать, и мне постоянно задавали новые вопросы, на которые, как я чувствовала, книга должна была ответить. Дополнительный материал, который я собрала вследствие этого, умноженный на успех первого варианта книги, убедил меня опубликовать новую, пересмотренную и расширенную редакцию книги, которая включает в себя еще больше идей и реальных историй, иллюстрирующих силу великой еврейской концепции.

В этой новой версии Волшебного прикосновения я хотела бы поделиться с вами мыслями, которые я делилась с участниками программы Дискавери и других программ на протяжении многих лет. Многие из них, хотя и не столь печальные, берут свое начало с того памятного Тиша бе-Ав, проведенного на крыше с видом на Стену Плача.

Г.М.

Иерусалим

Введение

Эта книга – о прикосновении (на иврите негия). Невозможно отрицать, что прикосновение – одна из наиболее приятных вещей в жизни. Оно может быть и одной из самых проблематичных вещей. Ведь сила прикосновения, как бы легкомысленно ни относились к нему во многих кругах, намного больше, чем большинство из нас предполагает.

Иудаизм, который всегда был проницательным наблюдателем за сценой человечества, считает, что мужчины и женщины, не являющиеся близкими родственниками, должны быть чрезвычайно сдержанными в выражении взаимного расположения через прикосновение. В двух словах, иудаизм провозглашает: если вы не женаты, не делайте этого. Легко понять, что многих людей такая крайность поражает. Соответственно, в то время как шмират негия является такой же обязанностью, как соблюдение субботы или кашрута (законов о пище), многим религиозным евреям гораздо труднее исполнять ее. Но для каждого, кто желает получить максимум возможного в отношениях, имеет смысл соблюдать шмират негия.

В этой книге объясняется – почему.

(Примечание: хотя я изменила имена фигурирующих в книге персонажей, сами рассказы – чистая правда).

Глава первая

Суперцемент человеческих отношений

Представьте себя в следующей ситуации: вы вступили в острый спор с другим человеком. Страсти накаляются, и вместе с ними – уровень децибелов, так что дело доходит до того, что вы попросту кричите друг на друга. Понимая, что ситуация выходит из-под контроля, ваш оппонент спохватывается: «Подождите, давайте попробуем успокоиться». Это не срабатывает. Вы все еще взбешены. Тогда он или она наклоняется вперед, кладет руку на ваше плечо и говорит: «Минутку». И вдруг, по совершенно непонятной причине, вы чувствуете, что у вас нет больше сил кричать. Ваш гнев стихает, и вы соглашаетесь – быть может, даже не переставая возмущаться, – с этим предложением.

Теперь представьте, что вы находитесь в магазине. Вы всегда боитесь заходить в этот магазин, так как обычно в нем можно здорово застрять из-за огромных очередей. Сегодняшний день не стал исключением: вы прождали, как кажется, целую вечность, чтобы заплатить за покупку. В конце концов, ваша очередь подходит. Вы расплачиваетесь с кассиром, который еле-еле поворачивается. Обычно вам швыряют сдачу на прилавок, но сегодня кассир кладет ее в вашу руку, и на какое-то мгновение вы чувствуете тепло его (или ее) руки. И вот, уже выйдя из магазина, вы чувствуете нечто странное: совершенно непонятно почему, вы испытываете к этому магазину гораздо более теплые чувства, чем ранее.

Еще одна ситуация. Вы только что закончили обедать в ресторане. Обслуживали вас чрезвычайно медленно. Ваш официант, Дейв, наконец-то приносит счет. «Я надеюсь, еда была вкусной», – говорит он, улыбаясь и дружески похлопывая вас по плечу. Вы наблюдаете за тем, как он возвращается на кухню, и неожиданно, в приступе щедрости, оставляете гораздо больше чаевых, чем собирались. Уже уходя, вы бросаете управляющему фразу насчет того, как мало зарабатывают официанты при такой тяжелой работе. «Смотря кто, – отвечает тот. – Возьмите, например, этого новичка Дейва. Мы не знаем, как он это делает, но он получает, как минимум, на 30 процентов больше чаевых, чем остальные».

В каждой из вышеописанных ситуаций (основанных на реальных событиях), вы стали жертвой чрезвычайно тонкой, но вместе с тем мощной силы в человеческих отношениях: прикосновения.

Обратите внимание, что ни в одном из случаев контакт не был чувственным или даже нежным. Тем не менее, прикосновение возымело действие, которое невозможно отрицать. Оно пробудило в вас теплоту и восприимчивость – сознательную или подсознательную – по отношению к другому человеку. Даже бесстрастное прикосновение приблизило вас к другому человеку, и ваша с ним связь укрепилась.

Прикосновение можно назвать суперцементом человеческих отношений. Возьмите две чистые поверхности, и суперцемент немедленно склеит их вместе. Прикосновение работает так же. Возьмите двух людей, которые не должны были бы чувствовать близость друг к другу, и взаимное прикосновение, как по волшебству, сделает их ближе.

Если даже простое прикосновение производит такой эффект, представьте себе, что будет, если оно будет сопряжено с изрядной дозой физической привлекательности. Теплые чувства, вначале слабые, как рябь на воде, могут превратиться в эмоциональную приливную волну.

Давайте попробуем представить себе еще одну ситуацию. Вы сидите за столиком в кафетерии вместе с несколькими людьми. Среди них есть человек противоположного пола, который уже давно вас привлекает, и он/она сидит близко от вас. Поскольку вы не замечали никаких признаков того, что он или она чувствует что-либо подобное по отношению к вам, вы никак не обнаруживали своих чувств, молча страдая от безответной страсти. И вот, безо всякого предупреждения, он или она поворачивается в вашу сторону, улыбается и, потянувшись за солью, внезапно касается вашей руки. Если бы вы вдруг превратились в Барбару Стрейзанд, вы могли бы разразиться восторженной песней, празднуя ту дрожь, ту искру, которая пробежала между вами при этом прикосновении (которое, как вы уверены, не могло быть случайным), восхищаясь тем, что мир стал таким живым и сияющим, и провозглашая: «ВСЕ ТЕПЕРЬ НЕ ТАК, КАК РАНЬШЕ!!!»

Да, может быть, я преувеличиваю. Возможно, преувеличивала и Стрейзанд, когда записывала «He Touched Me» – ту самую песню, которую мы подразумевали выше. Но песня «He Touched Me» включена в альбом ее лучших хитов, так что, как видно, очень многие люди знают, О ЧЕМ она поет в ней.

Теперь «вернитесь в себя» и представьте, как бы вы отреагировали, если человек, к которому вас тянет, дал бы вам нечто более приятное, чем невольное прикосновение… Куда там Барбаре Стрейзанд!!

Почему столь незатейливое славное действие ошибочно интерпретируется как нечто большее в умах многих людей (особенно, женщин, как мы увидим далее)?

Если вы хотите чего-то достаточно сильно, вы можете начать обманывать себя, поверив, что у вас это уже есть. И это при том, что у вас есть лишь внешнее подобие желаемого. Бог создал нас такими, что, будучи одинокими, мы ощущаем свою неполноту. Следовательно, одно из сильнейших наших желаний – ощутить полноту, которая приходит с истинной близостью с другим человеком. Поскольку вы хотите быть близкими, а физический контакт дает вам почувствовать себя близкими, вы склонны поверить, что вы близки – в то время как ощущать себя близкими и быть близкими на самом деле – это две большие разницы. Прикосновение может затуманить ваше восприятие действительности настолько, что вы примите контакт кожи за контакт сердец, что оставляет вас с иллюзией интимности, в то время как настоящей интимности нет как нет.

Со столь сильным средством необходимо обращаться осторожно. Суперцемент может соединить два осколка разбитой тарелки или… два ваших пальца. Подобно этому, прикосновение, а особенно «непростое» – заставит вас ощутить себя ближе к кому-то, независимо от того, кто этот человек, и есть ли в действительности вероятность, что вас что-то и когда-то будет связывать.

Если бы прикосновение изготавливали на производстве, на упаковке нужно было бы напечатать большими красными буквами: «ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ИСПОЛЬЗУЙТЕ ЧРЕЗВЫЧАЙНО ОСТОРОЖНО! Связывает без разбора и незамедлительно!»

Инструкции были бы столь же недвусмысленны: «Использовать только после свадьбы. Тогда прикосновение будет выражать и укреплять вашу подлинную связь. При употреблении до свадьбы прикосновение вызывает чувства иллюзорной близости».

А это – игра с огнем.

Глава вторая

«Вот оно есть – и его уже нет»

Прикосновение создает привязанность. Если вы разумны, то, прежде чем привязываться к другому человеку, вы должны убедиться, что это привязанность отражает нечто подлинное, и поэтому вы действительно ее хотите. Чтобы добиться такой ясности, вы должны очень хорошо представлять, кто он (или она) есть на самом деле. Это требует объективности. К сожалению, для большинства людей объективность столь же естественна, как велосипедные прогулки – для бегемотов.

Представьте себе, что вы на вечеринке болтаете с двумя представителями противоположного пола. Один из них кажется вам чрезвычайно привлекательным, а второй – нет. Вы что-то говорите, и они отвечают одними и теми же словами. Чей ответ понравится вам больше?

Если просто вид симпатичного человека заставляет вашу объективность пойти покурить, то когда вы его касаетесь, – объективность уходит на обед. С этого момента вы видите то, что хотите видеть – и ничего более.

Событие, происшедшее много лет назад, запечатлелось в моей памяти навсегда, поскольку оно отчетливо раскрывает самообман, создаваемый физической близостью. После колледжа я взвешивала возможность начать изучать психологию. Мой дядя, психотерапевт, пригласил меня получить впечатление об этой профессии из первых рук: поучаствовать в проводимой им сессии групповой терапии. Большая часть вечера была посвящена девушке примерно 25 лет, которая поделилась с нами своими болезненными и противоречивыми чувствами к своему бойфренду.

«Иногда он ведет себя со мной замечательно, а иногда относится ко мне, как к грязи, – объяснила она сквозь слезы. – Я знаю, что люблю его, но половину времени я страшно на него зла. Один день я мне кажется, что у нас все прекрасно, а на следующий день я хочу порвать с ним и никогда больше его не видеть».

Очевидно, что этот парень был не слишком милым, и отношения с ним не отличались лучезарностью, но ни у кого не хватило смелости заявить ей об этом. В конце концов, мой дядя высказался.

«Этот парень для тебя подобен яду, – сказал он напрямик. – Разве ты сама этого не видишь?»

Захваченная врасплох его напором она сразу же отреагировала: «Но иногда я чувствую себя так здорово, так замечательно с ним!»

«Вдумайся во все, что ты сама сказала, – настаивал мой дядя. – Невозможно назвать такого человека хорошим парнем, а ваши отношения – здоровыми».

Она посмотрела на него непонимающим взглядом. «Но я чувствую себя такой близкой к нему, так привязана…»

Короче говоря, она оказалась совершенно неспособной услышать правду.

Люди попадают в ловушку «нездоровых» отношений и запутываются в них по несчетному количеству различных причин. Но почти в каждом случае важнейшим осложняющим фактором становится вовлечение физической близости уже на самом раннем этапе. Как только такая близость, на любом уровне, происходит – с неба спускается уже знакомое всем розовое облако, и обволакивает все в приятную теплоту интимности. После того как такая привязанность возникла, вы можете попрощаться с объективным взглядом на вещи. К тому времени, как эта девушка обнаружила в своем бойфренде серьезные недостатки, их физическая связь так привязала ее к нему эмоционально, что она уже была не в состоянии отступить на шаг назад и взглянуть в лицо реальности.

Во время семинара Дискавери, когда я обсуждала идею поддержания объективности через сохранение дистанции с человеком, одна из участниц подняла руку.

«Вы знаете, – сказала она мне, – в недавней статье в Космополитен сказано то же самое. Статья называлась «Как найти м-ра Правильного», и в ней приводилась следующая рекомендация: если вы хотите обладать максимально ясной информацией о парне, вы не должны допускать существенной физической близости с ним на протяжении первых тридцати свиданий».

«Надо же!» – подумала я. Светский журнал взял на вооружение крупицу еврейской практической мудрости, которая может быть применена не только в еврейском мире. Может ли Космо стать провозвестником возврата к сексуальному консерватизму?! Я улыбнулась самой себе. Если бы семинар Дискавери и Космо когда-нибудь стали сотрудничать, наши возможности были бы безграничными…

Глава третья

Сверхмощный любовный элексир

Мы видели, что прикосновение может создать иллюзию близости, которая помутит ваш объективный взгляд на партнера и ваши с ним (или с ней) отношения. Воздержание от физического контакта производит прямо противоположный эффект. Оно создает пространство для развития чего-то настоящего и пространство для вас – чтобы оценить эту реальность. Одна из причин этого – удаление со сцены одной из основных психологических игр.

Когда два человека знают, что развитие физической близости является частью сценария их отношений, в воздухе как бы возникает огромный транспарант, на котором большими буквами написано «Расписание ожидаемой возрастающей физической близости».

Вы, возможно, ухмыляетесь, прекрасно понимая, что я имею в виду. Если все же нет, позвольте мне объяснить. В типичных отношениях мужчины и женщины подразумевается, что физическая сторона дела будет прогрессировать согласно определенному «расписанию», в соответствии с нормами, принятыми в вашем социальном круге. Если вы отличаетесь исключительным целомудрием и старомодностью, этот процесс может течь весьма медленно и даже так и не преступить определенной черты до свадьбы. На противоположном полюсе, иногда внушительное количество активности сжато по времени в одну или две случайные встречи. Но, кем бы вы ни были, существует Расписание. Поэтому, когда дело идет к вечеру, вашу голову все больше и больше занимает мысль: о'кей, это свидание номер Х, а это означает, что рано или поздно, мы должны заняться физическим действием Y. И это пред-н положение вызывает целый шквал мыслительной деятельности: («а что если он…», «а что если она не…», «должен ли я…», «не должна ли я…»), кульминацией которой является один большой вопрос (который обычно является вопросом только для женщины): «Хочу ли я?»

Вот здесь-то и начинается настоящая игра. Если вы парень, то ваша задача, где и когда сделать правильный ход. Если же вы девушка, ситуация сложнее. Ибо в этой атмосфере ожидания, что бы вы ни сделали, может быть истолковано – верно или неверно – как красный или зеленый свет. Например, молодая женщина, которая предпочитала более медленное Расписание, чем большинство ее сверстниц, рассказала мне: «Когда я стала встречаться с парнями, я вначале была самой собой – теплой и добродушной – но внезапно стала замечать блеск в глазах парня. Поэтому я поняла, что должна сдерживать свое естественное дружелюбие, если не хочу быть «неправильно понятой». Но как мне делать это так, чтобы он не подумал, что я не хочу продолжать с ним отношения?» Когда прикосновение – это часть картины, все что угодно может «означать» нечто физическое, и это может препятствовать вам быть самим собой из страха, что это может что-то «означать».

Более того, даже прямое высказывание «Ты мне нравишься, но я не хочу…», как правило, воспринимается как часть игры (чем оно, в действительности, зачастую и является). Парень может предположить: «О'кей, она играет в «попробуй меня переубедить». Девушка может предположить: «О'кей, он играет в «давай посмотрим, смогу ли я преодолеть ее защиту». Другими словами, предварительные заявления редко воспринимаются серьезно. Как однажды сказала мне подруга: «Самой славной вещью, которую когда-либо сказал мне парень на свидании, было следующее: «Я хочу, чтобы ты знала: у меня нет никаких ожиданий по поводу того, куда это может привести – я просто получаю удовольствие от того, что я рядом с тобой». Но и тогда я ему не поверила».

В итоге, единственный способ избежать таких психологических игр – это воздержаться от физического контакта. Только тогда вы сможете довести до конца наиболее важный этап формирования отношений и, в то же время, насладиться одним из величайших жизненных удовольствий: узнать другого человека по-настоящему.

Договоренность не прикасаться друг к другу ведет к настоящим отношениям и другими путями. В частности, она помогает вам идентифицировать объект всех ваших теплых чувств. Конечно, вы предполагаете, что это другой человек. Но когда вы начинаете физический контакт, это зачастую вы сами.

Один мой знакомый раввин рассказывает об этом следующим образом. «Я хочу рассказать вам кое-что, – обращается он к группе студентов. –Я люблю курятину. Моя жена готовит замечательную курочку. Я не знаю, как она это делает, но получается очень вкусно, и мне это нравится. Но значит ли это, что я люблю курицу? Конечно, нет. Если бы я ее любил, я не хотел бы ее съесть! Я хотел бы надеть на нее теплый свитер, чтобы ей не было холодно зимой; я бы заботился о ней. Поэтому, когда я говорю, что «люблю курицу», что на самом деле имеется в виду? Мне нравится, как я себя чувствую, когда я ем курицу. Другими словами, «я люблю курицу» означает «я люблю себя».

После этого он поворачивается к одной из девушек в группе. «А теперь позвольте мне спросить вас, – говорит он с улыбкой. – Когда парень говорит: «Я люблю тебя», какую именно любовь он имеет в виду?»

Прикосновение – приятное чувство. Даже более приятное, чем поедание курицы. Когда прикосновение становится частью отношений прежде, чем развивается более глубокая привязанность, замечательное ощущение, которое вы испытываете, может казаться любовью к другому человеку, в то время как на самом деле в нем нет ничего большего, чем любовь к тому, как замечательно вы себя чувствуете, когда вы с ним или с ней. Говоря без обиняков, это любовь к себе.

В конце концов, воздержание от прикосновений ведет к много более глубокой связи, чем это обычно бывает в противном случае. Я могла бы рассказать об этом побольше, но вместо этого предоставлю слово Энди.

Я встретила Энди, молодого человека 25 лет, на семинаре Дискавери. Меня радовало его присутствие на моих уроках: он задавал хорошие вопросы и старался внимательно во все вникать. После этого мы кратко поговорили, и он произвел впечатления весьма умного и тонко чувствующего человека. Позднее я услышала, что он остался в Иерусалиме, чтобы поучиться еще, а мой муж, который тоже встречался с Энди, уверял меня, что тот находится на пути к религии.

В один из дней, спустя недолгое время после нашей первой встречи, Энди появился на моем пороге.

«Я чувствую, что обязан был вас посетить, – сказал он вполне серьезно, – потому что со мной произошло нечто поразительное, и это напрямую связано с тем, о чем Вы говорили на Вашем уроке».

«Вы меня заинтриговали, – сказала я с улыбкой. – Давайте послушаем».

«Прежде всего, – сказал Энди, – если я не говорил вам раньше, все, что Вы сказали о встречах с противоположным полом, представляется вполне разумным. Я не был готов реализовывать все это на практике – особенно ту часть, которая касалась воздержания от физического контакта, – но я должен признать, что я вижу в этом логику».

Он глубоко вздохнул.

«Как бы то ни было, пару недель назад я познакомился с девушкой по имени Дебора. Она стала религиозной около года назад еще в США и приехала сюда, чтобы продолжить обучение. Она выглядела весьма умной и дружелюбной, и поскольку я интересуюсь всем этим, я спросил ее, как и почему она пришла к иудаизму. Мы стали общаться. Она произвела на меня сильное впечатление. Мы проговорили два часа. Это было замечательно. Мы прекрасно понимали друг друга и подружились».

«Я хочу сказать, что сначала я вообще не заинтересовался этой девушкой. По правде говоря, ее внешний вид не произвел на меня впечатления. И я даже не представляю, как она выглядит под этим похожим на мешок от картошки нарядом, в который она была одета».

Я с трудом сдержала улыбку. Я представила, какой стиль одежды имел в виду Энди: популярный среди будущих мам.

«Но она реально понравилась мне как человек. И поскольку она была религиозной, между нами не было никакого физического контакта. Для меня было странно не иметь возможности дотронуться до нее даже мимоходом – даже похлопать по плечу – но я отнесся с уважением к ее убеждениям. На следующий день мы шесть часов проговорили обо всем на свете. И на следующий день тоже, и через день…

Прошло уже две недели, и мы провели не знаю сколько времени вместе. В субботу мы не спали до пяти утра, просто общаясь друг с другом, и ни один из нас не хотел останавливаться. И все это время, клянусь, я даже не дотронулся до ее руки».

«Вы знаете, – продолжал он с небольшим оттенком смущения, – Я не хочу хвастаться, но в общем-то у меня репутация бабника. Я всегда встречался со многими привлекательными женщинами, в принципе – с кем бы ни пожелал. Вы должны были бы видеть мою последнюю подругу. Она была сногсшибательна. И я думаю, излишне говорить, что мои отношения совсем не подходили под определение «руки прочь». Я предполагаю, что большинство из них также не были особо глубокими».

«Но сейчас, в первый раз в жизни, случилось прямо противоположное. Как я уже говорил, вначале я вообще не считал эту девушку особо симпатичной. Меня привлекли ее ум и личность. Но теперь я схожу с ума и по ее внешности. Вот, позвольте показать ее фотографию. Я ношу ее с собой всегда. Посмотрите, разве она не милая!?»

Энди вытащил фото из кармана рубашки, взглянул на него с чувством и протянул мне. С фото мне улыбалась девушка весьма средненького внешнего вида. Я тоже не могла сказать, как она выглядит под своим «картофельным мешком».

«Она милая», – согласилась я.

Он просиял и взглянул на фото еще раз, прежде чем положить его обратно в карман.

«Но суть не в этом, – продолжил Энди после паузы, как если бы ему самому надо было переварить мысль, которой он собирался поделиться. – Что на самом деле поразительно – так это то, что я никогда прежде не относился к женщине с таким уважением. И я никогда не испытывал таких чувств к кому-либо за такое короткое время. Признаюсь, честно: я люблю ее. Я знаю, – поспешил он добавить, не желая, чтобы его слова выглядели неубедительными, – это, должно быть, ничто по сравнению с любовью, которую вы ощущаете после нескольких лет брака. Но все же, – тут он выразительно наклонился вперед, – у меня нет никакого сомнения, что это не сиюминутное увлечение. Это что-то настоящее. Когда – я имею в виду «если» – я стану религиозным, я хочу жениться на этой девушку. И я все еще не знаю, как она выглядит под этой мешковатой одеждой. И мне, на самом деле, все равно».

«Ух ты, – подумала я. – «Еще один упавший вниз»… Мои друзья и я всегда были согласны, что одним из самых убедительных доказательств истинности Торы является ее способность превращать парней в Человека с большой буквы.

«Я просто хотел рассказать вам все это, – заключил Энди в заключение, – потому что я поражен. У вас есть что-то действительно сильное. Как вы это называете: шмират негия? Я должен сказать, что это мощнейший любовный эликсир».

Уже спускаясь по ступенькам, он повернулся ко мне. «Вы знаете что? – сказал он. – Вы должны разливать это по бутылкам и продавать. Я не шучу».

Глава четвертая

Поставьте своей целью самое лучшее

Я помню интересную беседу, которую вела много лет назад. Это было во время моего первого посещения США, после того как я, совершенно непредсказуемо, стала религиозной в Израиле. Одним из старых друзей и знакомых, которым я позвонила, был 24-летний Рик. Рик, мягко выражаясь, вел не особенно духовный образ жизни и не поддерживал глубоких отношений с женщинами. Но, несмотря на все, что я считала неприятным в нем (и на все, что он считал странным во мне, как например, мои поиски смысла жизни), мы всегда находили общий язык на интеллектуальном уровне и часто затевали жаркие дискуссии.

На этот раз основной темой были физические отношения. Рик просто не мог понять, как я могу хотеть, когда-нибудь в будущем, выйти замуж за человека, до которого никогда не дотрагивалась. Это был абсурдом. Это было сумасшествием. Либо мне промыли мозги, либо я свихнулась.

«Рик, – оборвала его я, – могу ли я задать тебе вопрос? Имел ли ты когда-нибудь чисто дружеские отношения с женщиной, которые только намного позже превратились в романтические?»

Он задумался на минутку и ответил: «Да, один раз». «Ну, – продолжила я, – в первый раз, когда ваши отношения перешли на физический уровень, чувствовал ли ты что-то особенное, отличное от того, что чувствовал с другими женщинами? Значило ли это для тебя намного больше?»

На другом конце провода воцарилось молчание. «Да, – признал он нехотя, – Так оно и было».

«Ну, так я собираюсь сделать то же самое. Но поскольку я пойду еще дальше, я собираюсь получить от этого еще больше».

Опять молчание. Я почувствовала, что тронула в нем какую-то чувствительную струну.

«О’кей, я понял тебя», – сказал он. Еще одна пауза.

И тогда он признался: «Ты знаешь, когда я встречу женщину, которая мне действительно понравится – я имею в виду, что в этом действительно будет что-то особенное – я, пожалуй, не хочу, чтобы отношения слишком быстро перешли на физический уровень. Мне кажется, это может разрушить их».

В религиозном еврейском мире, мы не только не хотим «разрушить» отношения – мы хотим получить от них максимально возможное. Мы вообще хотим получить от всей жизни по максимуму. Большинство людей, вероятно, согласятся с иудаизмом в том, что «максимальное» имеет отношение к качеству, а не количеству; глубине, а не ширине. Другими словами, люди на самом деле хотят от жизни не максимального, а наилучшего. Они готовы пропустить несколько средненьких удовольствий ради немногих действительно глубоких. Это особенно верно в отношениях с противоположным полом. В идеале духовно чуткие люди хотят одного партнера на всю жизнь, с которым они могут почувствовать уникальность и исключительность.

Иудаизм хочет, чтобы отношения были особенными.

Истинная исключительность имеет место, когда два человека переживают вместе то, что они никогда раньше не испытывали. Конечно же, особость начинается с эмоций. Чем исключительное ваши чувства друг к другу, тем уникальнее ваш союз. И поскольку ваши физические отношения черпают большую часть своей силы из этих эмоций, то, чем уникальнее и исключительное чувства, тем мощнее будет интимность, включая прикосновение. Но эта связь распространяется еще дальше, порождая ощущения, которых Рик, к сожалению, никогда не испытывал. Ибо ничего не может быть исключительное той физической близости, которую вы познали только друг с другом!

Моя близкая подруга как-то рассказала мне свою историю. Рахель в социальном плане вела типичную светскую жизнь до того, как впервые встретилась с иудаизмом в возрасте 20 с лишним лет. Через некоторое время после возвращения к религии, она встретила человека, за которого хотела выйти замуж. Все то время, пока они были женихом и невестой, она и ее будущий муж строго соблюдали ала-ху (еврейский Закон), и в первый раз дотронулись друг до друга только после хупы (свадебной церемонии), в комнате уединения (куда отводят жениха и невесту сразу после свадебной церемонии). Я спросила Рахель, как она может описать это было ощущение – наконец-то, дотронуться до человека, с которым она собирается прожить всю оставшуюся жизнь, – и что именно они там, в комнате уединения, делали (это, конечно, не мое дело, но все же…)?

Рахель улыбнулась и даже немного покраснела, но была рада ответить (как я и предполагала).

«Ну, – сказала она, очевидно теша себя воспоминаниями, – я не могу говорить за других людей. Я представляю себе, что они, вероятно, ждут не дождутся, когда смогут обнять и поцеловать друг друга. Но наши ощущения были столь сильны, что ни один из нас не чувствовал необходимости делать это – по крайней мере, прямо сейчас. Долгое время мы просто держались за руки и стояли, пристально вглядываясь друг в друга».

Я посмотрела на нее с недоверием. Ты ждешь несколько месяцев, чтобы, в конце концов, дотронуться до человека, за которого выходишь замуж, и вот когда этот момент наступает, ты просто стоишь там, держа его за руки?! Но когда мой первоначальный шок прошел, я поняла: это простое прикосновение было столь потрясающе, поскольку Рахель и ее муж впервые испытывали такие сильные чувства. И внезапно я поняла, насколько они оба желали бы, вспоминая тот день (и ночь): «Ах, если бы все было тогда в первый раз…»

Все мы хотим пережить нечто особенное. Но даже самое потрясающе чудесное, что было в ваших первых романтических отношениях, становится гораздо более банальным после нескольких связей… С каждой новой связью и увлеченностью, ваша чувствительность притупляется. И в результате, самые важные для вас взаимоотношения не станут особенными и исключительными. Почему же тогда большинство людей вступает в физические отношения, которые, как они знают, могут и не длиться долго, и, тем самым, сокращают и преуменьшают то высочайшее ощущение, которое могут испытать впоследствии?

Есть много ответов на этот вопрос. Исходя из своего опыта в преподавании иудаизма для начинающих, я могу сказать, что большая часть людей достигают смертного одра, так ни разу и не задумавшись, что есть самое лучшее в жизни, а тем более – как его достичь. Во-вторых, даже думающий человек, скорее всего, не будет рассматривать вариант, который кажется ему абсолютно чуждым, даже если он и представляется разумным. (Может ли Космополитен когда-нибудь предложить не вступать в интимные отношения до свадьбы?) В-третьих, даже если он или она станут обдумывать такой вариант, общество не даст им с легкостью плыть против течения. Есть почти непреодолимый прессинг быть «нормальным», как бы эта «нормальность» не определялась на данный момент. (В светском мире может быть невыносимо зазорно и стыдно не иметь «опыта» к определенному возрасту. В результате, многие люди переживают свой первый – и не особенно волнующий – сексуальный опыт не потому, что «это был тот самый человек», а потому, что, как кто-то мне однажды сказал, пожимая плечами, «пришло время»). И самое очевидное: даже если человек достаточно уверен в себе, чтобы отличаться от других, он не всегда может противостоять соблазну немедленного удовлетворения желаний, даже если оно незначительно по сравнению с тем наслаждением, которую он или она приносит в жертву в долгосрочной перспективе.

Наука «побеждать» в жизни, следовательно, требует ясного понимания ваших целей и стратегии их достижения, мужества, чтобы отстаивать свои убеждения, и самодисциплины. Вооружившись этими достоинствами, вкупе с простым стремлением получить от жизни только самое лучшее, вы уже не пойдете на компромисс. Вы не скажете: «Какого черта?! Ну, так я сейчас поваляю дурака и принесу в жертву определенную долю исключительности и неповторимости, которая могла была быть позже с человеком, с которым я проведу оставшуюся жизнь. Сколько исключительности останется, столько останется – этого для меня достаточно».

Иудаизм не одинок в своей поддержке поиска глубочайших (а не поверхностных) жизненных наслаждений. Но что отличает иудаизм – это то, что он не ограничивается пустыми словами во славу этого идеала («Ну, да, я бы хотел, чтоб все было исключительным, но…»). Он настаивает на том, чтобы вы не соглашались на меньшее. Требуя от вас отказаться от физической связи сейчас ради самых главных отношений в жизни, иудаизм направляет вас к самому лучшему из того, что жизнь может предложить.

Глава пятая

Раны, шрамы и самовоспроизводящееся пророчество

Человеческие существа чрезвычайно уязвимы. Если вы упадете лицом вниз, вам может понадобиться наложение швов. Один неверный поворот на лыжах, – и можно оказаться со сломанной ногой. Слава Богу, организм способен к самоизлечению; но даже с надлежащей медицинской помощью человек все равно может остаться инвалидом или со шрамами на всю жизнь.

То же самое верно по отношению к вашим эмоциям. Детская травма может повлиять на всю взрослую жизнь, и даже недавние душевные раны могут залечиваться годами. Как бы вы ни были хрупки физически, вы зачастую еще более хрупки эмоционально.

Как-то раз, когда я представила себя и свой предмет в студенческой группе, я заметила ужасно серьезное выражение на лице одной женщины. Я начала, как обычно, рассказывать, что религиозный подход к знакомствам построен так, чтобы отбить охоту вкладывать свои эмоции в обреченные отношения. Та женщина откинулась назад на стуле, сложила руки, и сидела с напряженным выражением лица, как будто бы испытывала боль. Я привела пример таких тупиковых отношений, в которых только один партнер стремился к принятию на себя каких-то обязательств. Ее лицо потемнело, и она почти незаметно для самой себя кивнула. «Хм…, – подумала я. – Кажется, именно это с ней и произошло». Я привела второй пример, когда отношения, в конце концов, болезненно разрывались из-за того, что цели партнеров не совпадали. Она сделалась еще несчастнее, тяжело вздохнула и кивнула опять, на этот раз вполне заметно. «Ой, – удивилась я, – и это тоже?!» Я сомневалась, стоит ли мне продолжать, но у меня не было выбора. Поэтому я глубоко вздохнула и привела последний пример нездоровых отношений. Я не была готова к тому, что случилось потом: из ее глаз брызнули слезы, она встала и вышла из класса.

Эта женщина испытывала сильную боль. Если бы ее страдания были физическими, ее, вероятно, поместили бы в больницу. И если бы она предполагала, что ее может настигнуть боль такой силы на физическом уровне, она, несомненно, проявила бы много большую осторожность.

Большинство людей прекрасно отдают себе отчет в рисках физического мира. Например, они не прыгнут с трамплина, не убедившись, что в бассейне под ним есть вода. С другой стороны, чувства неосязаемы и неуловимы. Поэтому эмоциональные опасности гораздо труднее распознать и сложнее отнестись к ним серьезно.

Печальная правда заключается в том, что, поскольку эмоциональный ущерб трудно уловить и измерить, несчетное количество людей забывают об осторожности и «прыгают в бассейны без воды», а потом ходят с «открытыми ранами» и «сломанными конечностями». По большей части, эти жертвы даже не знают, насколько их раны серьезны. Но боль сердца не менее сильна, чем боль тела. И хотя время может вылечить все раны, шрамы остаются.

Если бы вас в утробе матери посетил ангел и предложил бы все, чего ни пожелаете, одним из самых бесценных благословений, которые вы могли бы попросить, был бы позитивный взгляд на жизнь. Некоторые люди с ним рождаются, хорошее родительское воспитание может весьма способствовать его укоренению, и ему даже можно научиться. Но многое зависит от событий, которые вы пережили, от вашего жизненного опыта.

Поскольку отношения занимают центральное место в нашей жизни, они во многом определяют и наше отношение к жизни. Когда вы успешны в отношениях, вы чувствуете, что жизнь удалась. Но каждый раз, когда вы эмоционально подавлены, к вам приходят отчаяние и безнадежность, которые приводят вас к заключению, что такой оптимизм – это только опиум для дураков.

Однажды я познакомилась с очень несчастливой 18-летней девушкой. У нее была серия серьезных отношений с рядом парней, которые приходили и уходили из ее жизни. Когда я встретилась с ней, она как раз приехала к своему последнему бойфренду в Израиль. Через короткое время после ее прибытия, он порвал с ней. Она была в отчаянии. Мне больно было ее слышать.

«Хватит отношений! – сказала она в слезах, и горечь, которая слышалась в ее словах, шокировала меня своей глубиной и резала меня, как нож. – Я не хочу иметь ничего общего с мужчинами всю мою жизнь!»

Я уверена, что и другие молодые девушки выражают подобные настроения сразу же после расставания. Но я никогда не видела такого полного разочарования у человека ее возраста. Мне казалось, что я выслушиваю измучившуюся немолодую женщину, которая успела несколько раз побывать замужем за дурно обращающимися с ней и неверными мужчинами. Но эта девушка едва достигла совершеннолетия. Если бы она выросла в другой среде, то сохранила бы позитивное и доверительное отношение к жизни и связям с противоположным полом. Я знала, что была свидетельницей трагедии, которой можно было бы избежать.

Если мы хотим иметь здоровыми не только органы тела, но и психику, мы должны заботиться о своих душах так же, как о телах. Мы должны опасаться эмоциональных обрывов не менее, чем материальных, и четко осознавать, как просто перешагнуть через край.

В жизни есть мало областей, которые содержат бόльшее эмоциональное напряжение, и поэтому бόльшую степень риска, чем отношения мужчины и женщины. Когда вы вовлечены в отношения с кем-либо, вы убираете защитный барьер, который всегда ставится при контакте с другими людьми. Вы раскрываете свои эмоции. Вы позволяете себе быть уязвимыми. Даже если физический контакт не присутствует, вам есть много чего терять. Но добавьте мощную связь, которую создает физическая близость, и на кону будет стоять неизмеримо бόльшее.

Каждый раз, когда отношения рвутся, вы платите цену. Вы становитесь менее уверены в своей способности отделять реальность от фантазии. Вы теряете веру в постоянство отношений и в добродетель других людей, особенно противоположного пола. И, в конце концов, вы утрачиваете оптимизм, который сам по себе является непременным условием счастья.

Это крушение уже достаточно печально. Но оно может еще и привести к возникновению порочного круга. В следующий раз, когда вы встретите кого-то, вы уже будете на страже. Вы уже не будете доверять другому человеку настолько, чтобы сблизиться с ним. Другой же человек, в свою очередь, может почувствовать вашу закрытость и уклониться от развития отношений, нанеся еще один удар вашему доверию к другим. Тогда вы еще глубже закапываетесь в свою защитную оболочку, тем самым, еще больше затуманивая перспективы будущего успеха.

Таким образом, крушение иллюзий порождает фатализм, который становится самовоспроизводящимся пророчеством.

Одна из наиболее эффективных стратегий избегания боли: не привязываться к человеку, пока вы не уверены, что это безопасно. Приберечь физическую близость до того момента, когда вы достигнете характерной для постоянных отношений уверенности в партнере, означает защитить свое счастье – и свое будущее.

Глава шестая

Мы, женщины, с Венеры, а мужчины… напомните мне еще раз, откуда?

Предупреждение: Я понимаю, что половые различия – это острый вопрос. Если вы свирепеете, когда люди допускают обобщенные высказывания о мужчинах и о женщинах, эта часть, несомненно, вас разозлит. Но все же прочтите ее.

Как-то раз я шла по Старому городу Иерусалима, и молодой человек остановил меня, чтобы спросить дорогу. Внезапно он прищурился и спросил с подозрением: «Погодите минутку, не вы ли Гила Манольсон, которая написала Волшебное прикосновение?»

Вероятно, он когда-то присутствовал на одной из моих лекций. «Да, это я», – ответила я с веселой улыбкой.

Молодой человек, однако, совсем не выглядел веселым. «За эту книгу вас нужно расстрелять!» – сообщил он.

«Э-хе-хе, – подумала я. – Многие девушки говорили мне, что книга им понравилась…»

После такого предисловия уместно вставить несколько слов о разнице между полами. Как и гласит предупреждение, я буду допускать обобщенные высказывания (на самом деле, и многим парням моя книга понравилась), но полагаю, что они вполне обоснованы. И хотя вы, возможно, слышали их и ранее, стоит о них напомнить. Несмотря на то, что в этой части речь пойдет в основном о женщинах, она будет точно так же интересна и для всякого мужчины, которому не безразличны другие люди.

А пока что, для тех, кто еще не понял, почему для многих парней я нахожусь на первых местах в «списке разыскиваемых преступников», следующая история прояснит это. Я читала лекцию о знакомствах нескольким десяткам восемнадцатилетних парней из умеренно религиозных семей. До этого я читала лекции только в женских или смешанных аудиториях. Как обычно, я хотела начать с противопоставления светских знакомств и знакомств еврейских, ориентированных на женитьбу.

«Почему светские юноши и девушки встречаются с особами противоположного пола?» – спросила я.

Некоторые присутствующие обменялись смущенными взглядами.

«О’кей, – сказала я, – позвольте задать другой вопрос. Я предполагаю, что, несмотря на то, что никто из вас пока не думает о женитьбе, большинство из вас встречается с девушками. Так что скажите мне: почему вы встречаетесь?» Абсолютная тишина. Я, однако, заметила, что смущенные взгляды сменились на сдержанные ухмылки.

«Хм, – подумала я, – не ожидала, что эта группа окажется столь застенчивой». «Ну, давайте, – попыталась я их подтолкнуть. – Говорите, для чего вы встречаетесь?»

То же заговорщическое молчание. Больше ухмылок.

Я была удивлена: что случилось с этими парнями? Когда я задавала этот вопрос девушкам, они не затруднялись с ответом:

«Это прикольно». «Любопытство». «Все это делают».

«Потому что мужчины меня привлекают». «Чтобы не быть одинокой».

«Чтобы иметь близкого человека».

Это была моя первая чисто мужская аудитория, и в первый раз я наблюдала такую таинственную реакцию. Внезапно я поняла, что происходит, и что мои слушатели должны были услышать.

«О’кей, парни, – сказала я, – давайте будем реалистами. Что бы вы ни сказали, меня ничто не сможет шокировать. Так что просто скажите мне правду: для чего вы встречаетесь?»

Одна храбрая душа подняла руку и сказала, осклабившись: «Для коллекции!» Волна облегчения и смеха прокатилась по аудитории, несомненно выражая консенсус.

Такого ответа женщины не давали никогда. Женщина может сказать: «Гормоны». Но «для коллекции» отражает именно мужскую позицию относительно знакомств. Будучи женщиной в возрасте 30 с хвостиком, имеющей здравое представление о реальности, я знаю, как мыслят мужчины. Но мне понадобилось долгое загадочное молчание этих шестидесяти молодых людей, прежде чем я вызвала это в памяти. Если бы никто их них не сказал правду, я посчитала бы их просто тихими скромниками и, ничего не заметив, продолжила бы лекцию.

Что с очевидностью доказывает: мы, женщины, никогда не учимся! Где-то в своих мозгах мы записали информацию, что мужчины не такие, как мы, но зачастую мы теряем доступ к этой информации. Может быть, это блок на интеллектуальном уровне: мы просто не в состоянии воспринять, как другое человеческое существо может функционировать совершенно отличным от нашего образом. Может быть, это эмоциональный блок: мы так хотим верить, что мужчины относятся к нам точно так же, как мы относимся к ним, или, по крайней мере, «этот – не такой, как все». Как бы то ни было, мы страдаем повторяющейся амнезией.

Факт остается фактом: мужчины запрограммированы больше сосредотачиваться на физическом аспекте отношений. А женщины запрограммированы на то, чтобы об этом забывать.

Более того, «пополнение коллекции», к которому стремятся парни, это обычно нечто большее, чем то, на что готова пойти девушка. Известный преподаватель Давид Орловский выражает это следующими словами:

«Еще не родился такой парень, – говорит он обычно группам скептически настроенных молодых женщин, – который шел бы по улице, держа девушку за руку и думая при этом: “О, какое блаженство! Я так счастлив просто ходить с ней взявшись за руки!” И ни один мужчина на свете, увидев красивую женщину, еще не сказал себе: “О, как я хотел бы подержать ее за руку!” Выкиньте это из головы!» (Классическая песня Битлз “I Wanna Hold Your Hand” ста-с ла хитом именно потому, что женщины западали на нее).

Само собой разумеется, в этом нет ничего нового. Полторы тысячи лет назад Талмуд (Ктубот 64б) в своем типично прямолинейном стиле следующим образом описывает разницу между мужской и женской сексуальностью: «Посмотри на рынок блудниц: кто кого нанимает?» Другими словами, мужчины исторически платили за мероприятие, которое, для большинства женщин, того не стоило.

И у мужчины, и у женщины играют гормоны. Но обычная женщина не может относиться к мужчине исключительно внешним образом. Чтобы вступить с ним в связь на физическом уровне, ей нужно почувствовать нечто большее. Ему – нет.

Одна моя знакомая преподавательница как-то объяснила эту мысль следующим образом:

«Дамы, – обратилась она к женской части аудитории, – представьте себе следующее. Вы сидите в ресторане, и за столик рядом с вами садится мужчина со сногсшибательной внешностью. Он открывает рот – и вы слышите, что он говорит нечто очень глупое. Через минуту он опять открывает рот, и снова высказывает чрезвычайно бестолковое суждение. Внезапно, его привлекательность в ваших глазах резко падает, и любые отношения с ним, о которых вы уже успели нафантазировать, тают как дым. Я права?»

Женщины энергично кивают.

«А теперь, парни, – продолжает она, – представьте в ресторане себя. Вдруг в ресторан входит невероятно красивая женщина и садится за соседний столик. Она открывает рот… и говорит глупость. Открывает рот еще раз – очередной «перл». И третий раз. И четвертый. И пятый. Вы, возможно, не захотите на ней жениться, но я готова биться об заклад: она все еще выглядит так же сногсшибательно».

Смущенные улыбки.

Если бы каждый парень, которому мало что есть предложить, кроме внешности, был бы любезен сразу же при встрече говорить глупости, женщинам жилось бы намного лучше. К сожалению, это не всегда случается. И здесь мы подходим к ключевому моменту: кроме того, что женщины забывают, как устроены мужчины, они еще и наделены ярким и богатым воображением. В результате, пока привлекательный парень не наговорит явных глупостей, девушка будет приписывать ему всякого рода положительные качества этого мужчины, чтобы как-то оправдать собственный гормональный всплеск. (А после того как она уже достигла этого конечного пункта, все его глупые замечания могут даже казаться милыми).

Вывод таков: женщины больше мужчин подвержены этому виду самообмана, и неминуемо страдают от его последствий. Если вы женщина, то больше вероятности, что вы будете хотеть что-то увидеть, поверите, что увидели это, и, основываясь на этой иллюзии, посвятите себя физически и эмоционально человеку, который столь же подходит вам, как Кинг-Конг. И в конечном итоге, когда из этого ничего не получится, и он скажет: «Спасибо, все было здорово, и я надеюсь, что ты не относилась к этому слишком серьезно», – именно вы испытаете боль.

Я знаю, что парням тоже нелегко. Точно так же, как необходимость эмоционального контакта для женщины ставит ее в невыгодное положение эмоционально, мужской тестостерон ставит его в невыгодное положение биологически. Говоря прямо, вы, возможно, хотите чего-то от женщины больше, чем она хочет это дать. Поэтому вы зачастую вынуждены додумываться, чего же, черт побери, хотят женщины, и затем адаптировать себя к их желаниям (по крайней мере, внешне), в попытке добиться того, чего хотите вы. Я никогда не была мужчиной, поэтому не могу говорить из личного опыта, но это, должно быть, весьма удручающе.

Однако не менее реален тот ущерб, который вы наносите, когда поощряете эмоциональную вовлеченность женщины в недостаточно серьезные отношения. Хотя вы, возможно, не вводите ее в заблуждение намеренно, или не «используете» ее умышленно, но именно это и происходит. А ваши потери – это пониженная чувствительность к другим людям – качество, которое, по всей вероятности, проявится и в других областях жизни и сделает вас худшим человеком, чем вы могли бы стать.

Поэтому я хочу призвать представителей обоих полов: будьте осторожны. Женщины, отдавайте себе отчет в том, что вы более ранимы, чем думаете. Мужчины, знайте, что женщины чрезвычайно страдают, будучи неспособны исключить эмоции. Самое безопасное – оставить отношения платоническими. Без физического контакта, у женщины будет меньше причин обманывать себя, а у мужчины будет меньше причин позволять ей это делать. Шмират негия защищает сердце женщины – и чувствительность мужчины.

Глава седьмая

В защиту незнания того, что вы теряете (или «Благословенно неведение»)

Вот, вы уже дочитали до этого места. Возможно, вы согласны с чем-то или даже со всем, что я написала. Но, вместе с тем, вы продолжаете считать, что, проявляя воздержание до свадьбы, вы теряете что-то важное, что отказ от физических отношений представляется значимой жертвой.

Однажды я выступала перед группой девушек из религиозных семей и говорила о ценности воздержания от физических контактов до свадьбы. Одна из девушек уставилась на меня с каменным выражением лица и через какое-то время неожиданно прервала меня:

«Вам легко говорить, – резко возразила она. – Люди, которые не были воспитаны в религиозных традициях, успели повеселиться. А мы нет!»

«Правильно!» – присоединилась к ней другая девушка, и прежде чем я успела глазом моргнуть, целый женский хор жаловался в унисон.

Самая бойкая из них заключила: «Вы не понимаете! – сказала она. – Мы даже не знаем, что теряем!»

Все они ждали услышать, что я скажу на это.

«В этом-то все и дело, – ответила я. – В долгосрочной перспективе, вы не теряете ничего. Более того, вы приобретаете».

Недоверчивое молчание. Как такое может быть? Зачастую к не-самым-окончательным-отношениям людей ведет подсознательное поклонение Опыту. В относительно здравомыслящем обществе, такая позиция может означать рассмотрение физического контакта до свадьбы как необходимого для личностного роста и развития фактора. Но многие поклонники Опытности ударяются в крайность, предполагая, что чем больше они попробуют и испытают всевозможных приключений, которые может предложить жизнь, тем более мудрыми, незашоренными и обогащенными впечатлениями они станут. Отсутствие опыта приравнивается к проигрышу. Но, на самом деле, гораздо больше можно сказать в пользу невинности.

Мне известно, что невинность в последнее время не входит в список добродетелей. Особенно в среде светской молодежи: популярность и невинность не идут рука об руку. Я помню, как в десятом классе был популярен «тест», в котором вы получали очки за сексуальную «опытность», употребление наркотиков и т.п. Шкала результатов начиналась с младенческой неопытности и заканчивалась головокружительными высотами действительно взрослого, обаятельно самоуничтожительного поведения. Она была примерно такой: 0-5 – «чистый как свежевыпавший снег», – невыносимый конфуз; 6-10 – «все еще ребенок в колыбели»; 11-20 – «теряющий свою наивность»; 21-30 – «на пути к испорченности»; 31-50 – «испорченный»; и более 50 – желанное «реально испорченный». Некоторые участники получили столь низкий балл, что тайком добавили себе десять-двадцать баллов, чтобы не «опозориться». А другие небрежно приписывали себе что-то около 75 баллов, а были и такие, что кичились результатами, с которыми вряд ли смогли бы конкурировать все Rolling Stones вместе взятые.

Надо сказать, что накал подростковых претензий на «крутость» затухает после того, как юноши взрослеют. А сегодня, после появления таких «веселых» феноменов, как бурное распространение СПИДа и наркомании, некоторые тенденции даже дали задний ход, и консерватизм снова становится социально приемлемым (до тех пор, пока ты все еще остаешься «клевым»). Но хотя определенные пороки уже более не прославляются, «приобретение опыта» все еще занимает центральное место в системе жизненных ценностей.

Очевидно, что жить – это испытывать, чувствовать, переживать, приобретать опыт. Но иудаизм против экспериментирования без разбора, против эксперимента ради эксперимента. Экспериментирование должно быть очень выборочным средством для высокой цели: стать лучшей, более чувствительной духовно и, в конечном итоге, более счастливой личностью.

Я предполагаю, что, в отличие от некоторых светских подростков, бόльшая часть людей, выросших в относительно здоровых семьях, не стремятся к жизни, состоящей из «секса, наркотиков и рок-н-ролла». Но всякое влечение, которое вы можете чувствовать к чему-то «неизведанному», даже, на первый взгляд, столь невинное, как милые, не заходящие слишком далеко физические отношения, вполне может быть скрытым проявлением того самого желания «не пропустить» чего-нибудь. Соблазн «расширить горизонты» через безобидный, на первый взгляд, опыт – особенно заманчив, и многие поддались ему. Сделайте себе одолжение. Не втянитесь.

Если вас все еще одолевают сомнения, спросите нескольких духовно чувствительных и честных по отношению к себе баалей тшува (людей, пришедших к религии в зрелом возрасте): если бы у них была возможность прожить жизнь заново – изменили бы они в ней что-нибудь?

Я наблюдала за многими людьми, продвигающимися по пути Торы, – от первых шагов и до момента, когда они уже «устоялись», и я видела у всех одну и ту же эволюцию мысли, завершающуюся почти что универсальным выводом.

Новички в иудаизме часто говорят: «Я рад, что пришел к Торе в этот период моей жизни, а не ранее. Я не хотел бы пропустить многого из того, что делал до сих пор. Я не обменял бы эти замечательные впечатления ни на что». На следующей стадии их видение прошлого несколько изменяется. Они говорят: «Было бы лучше, если бы я не совершал многое из того, что я делал до того, как стал религиозным. То есть, мой жизненный опыт в чем-то оказался полезным, и я знаю, что без него я бы не понимал и не ценил иудаизм так, как сейчас. Но, несомненно, было бы лучше, если бы я мог выучить все уроки прямо из Торы и пропустить весь этот хлам».

Еще позже, особенно после женитьбы, сдержанное отношение к «прошлой жизни» развивается в нечто подобное следующему: «Ох, я иногда думаю о некоторых вещах, которые я делал, прежде чем прийти к религии… Я знаю, что у Б-га есть свои причины, почему Он заставил меня пройти этот путь. Но я все бы отдал, чтобы родиться религиозным. Слава Б-гу, что мои дети не должны будут проходить через все, что прошел я». (Как жаль, что идеальным зрением отличается только взгляд в прошлое).

Нигде неприятие «принципа Опыта» не может быть сильнее, чем в отношениях. Почему? Прежде всего, есть огромная проблема утраты чувствительности и неповторимости, которую мы уже обсуждали. Каждое воспоминание о давнишних встречах, лежащее на дне памяти, выхолащивает уникальность отношений с мужем или женой, к которой мы все так стремимся.

Однажды я беседовала с человеком, ощутившим эту потерю острее, чем кто-либо другой из встреченных мной в жизни людей. После моей лекции об отношениях с противоположным полом одна девушка попросила поговорить со мной наедине.

«Я считаю себя хорошей религиозной девушкой, – начала она, – и я всегда соблюдала шмират негия (отказ от физического контакта до свадьбы). В этом году я начала встречаться с молодыми людьми. Несколько недель назад я стала общаться с очень славным мальчиком, который, однако, не столь религиозен, как я. Мы друг другу очень нравимся и довольно быстро сближаемся. Недавно он начал намекать, что ему становится тяжело соблюдать со мной эти ограничения… Он знает о моих принципах на этот счет и уважает меня за это, но ему все равно очень хочется меня поцеловать».

«Сейчас начнется настоящая исповедь», – сказала я себе. «Ну, – продолжала она, и краска стыда залила ее щеки, – на прошлой неделе, вечером, мы гуляли по парку… и вокруг никого не было… и все было очень романтично… и внезапно, он меня поцеловал. И я ему позволила». Она опустила глаза в замешательстве.

Судя по тону ее голоса, такой опыт не был ей неприятен. «Это хорошо, – подумала я. – Она нормальна».

Последовала длительная пауза. Когда она снова подняла голову, ее лицо приняло жалкое выражение.

«И теперь… – сказала она грустно, – теперь… я чувствую себя использованной вещью!»

Во мне боролись две противоположные реакции на ее слова. «Детка, – с некоторой долей скептицизма прозвучал мой до-религиозный внутренний голос, – ты чувствуешь себя «использованной вещью», хотя все, что ты сделала, – это кого-то поцеловала? Ты, должно быть, относишься к какому-то вымирающему виду». В то же время мой нынешний религиозный голос печально шептал: «Бедная девочка. Она права». И у меня щемило сердце за нее.

Слова этой девушки были для меня очень дороги. В мире, где все так мало значит, она знала, что потеряла нечто важное, потому что ее муж уже не будет первым человеком, которого она поцелует. Некоторые могут считать это милым, иные – смехотворным. А я думаю, что это достойно зависти. Поскольку, если она столь чувствительна к тому, что потеряла, то, выйдя замуж, она будет так же чувствительна к тому, что имеет. И с вот этим никакой «опыт» не может сравниться.

Еще один источник разочарования в «принципе Опыта» – это неприятная склонность к сравнениям. Хотя в процессе выбора супруга очень важна объективность, после свадьбы работает только субъективность. В идеале, вы хотели бы чувствовать, что никто не может сравниться с вашим невероятно чудесным мужем (или женой). Но каждая добрачная связь открывает дорогу к бесчисленным сравнениям между вашим супругом и каким-нибудь бывшим бой– или герлфрендом. И, само собой разумеется (поскольку ваш муж или жена, какими бы потрясающими они ни были, вполне вероятно, будут в чем-то уступать им), такие сравнительные оценки не принесут ничего хорошего ни вам, ни вашим отношениям.

Женщина по имени Хана, которая преподавала в Дискавери, однажды поделилась со мной замечанием, сделанным одним из слушателей. Хана указала на тот факт, что отсутствие прошлых партнеров, с которыми можно было бы сравнить вашего супруга, укрепляет брак, в то время как воспоминания могут только породить проблемы. Тут же некий мужчина (чья жена, я предполагаю, не присутствовала в зале) отпустил (при всех!) следующий очаровательный комментарий:

«Я знаю, что вы имеете в виду. Я женат два года и действительно люблю свою жену. Но – особенно в самые интимные моменты – я не в состоянии перестать думать о моей предыдущей подруге».

Когда Хана рассказала мне это, я поежилась. Если бы я была женой этого человека и подслушала эти его слова, я почувствовала бы себя опустошенной. И каждый раз, когда я цитирую их на моих лекциях, выражение лиц слушателей свидетельствует о том, что я не одинока. Практически единодушная реакция – «тьфу!» (Те, кто не говорят «тьфу!», обычно выглядят, как люди, испытывающие явный дискомфорт – вероятно, ощущая примерно то же самое, что и этот мужчина).

К сожалению, люди не понимают того факта, что их опыт будет влиять на всю их оставшуюся жизнь. Один 18-летний студент религиозной школы как-то продемонстрировал этот близорукий взгляд:

«В своем подходе к встречам с девушками я выделяю две стадии, – объяснил он. – Первая стадия такова: мне 18, и я не думаю о женитьбе. Поэтому я собираюсь весело проводить время, если вы знаете, что я имею в виду. Вторая стадия начнется, когда мне будет, скажем, 22 или 23, и я буду готов к женитьбе. Тогда я буду играть по правилам: найду хорошую девушку, буду шомер негия, и смогу получить все те выгоды, о которых вы говорите. Другими словами, – триумфально заключил он, – я собираюсь «и невинность соблюсти, и друзей приобрести», «содрать с одного вола две шкуры»!

Когда я представила эту философию аудитории, состоящей из молодых женщин, те пришли в ярость. «Что это за козел? Он получит чистую девочку, а она получит парня, который таскался по всем тем другим женщинам?! Это несправедливо!!»

Прежде чем они кинулись сжигать чучело этого парня, я рассказала им, что я ему ответила. Ибо его взгляды были не просто «несправедливыми». Этот молодой человек совершенно не отдавал себе отчета в крайней ошибочности своей логики.

«Простите, что ваш мыльный пузырь сейчас лопнет, – ответила я ему, – но вы не понимаете одного. Когда вы подойдете ко второй стадии, вы уже не будете тем человеком, которым были бы, обойдя первую стадию. Вы вступаете в семейную жизнь с целым складом воспоминаний о бывших подругах и с корродированной чувствительностью. Вы уже содрали шкуру со своего вола, и он сдох. Пути назад нет. Вы поняли?»

Короче говоря, его подход может обмануть его будущую жену, но точно так же, если не более, он несправедлив по отношению к нему самому.

На самом деле, люди, нашедшие родственную душу, не очень-то лелеют свои воспоминания о прошлых отношениях. Тем не менее, они остаются в памяти навсегда и всплывают в самый неподходящий момент, как назойливые мухи. А если предыдущие отношения были случайными или не очень удачными, сама мысль о физической связи с этим человеком может смущать. Серьезные баалей тшува, даже вступив в удачный брак, были бы счастливы, если можно было бы мановением руки стереть все их воспоминания о прошлых отношениях – как хорошие, так и плохие. Одна женщина с полной серьезностью сказала мне, что, если бы какой-нибудь нейрохирург мог стереть в ней воспоминания обо всех, кроме ее мужа, она пошла бы на операцию.

Ясно, что именно ошибочно в мысли о том, что вы «что-то теряете». Вы ничего не теряете, не делая чего-то сейчас, если позднее вы почувствуете облегчение от того, что не сделали этого. Когда вы будете счастливы вместе с тем, с кем разделите свою жизнь, вы не будете сожалеть о всех тех опытах, которые вы «пропустили». Вы будете абсолютно уверены в том, что единственное «пропущенное» вами ждет вас впереди.

Глава восьмая

«Но…»

Многие люди, выслушав аргументы за то, чтобы отложить все физические контакты с противоположным полом до свадьбы, переживают сильный конфликт между интеллектом и эмоциями. Для большинства взрослых и думающих индивидуумов эта идея представляется разумной. Однако мысль о том, чтобы осуществить такое на практике, наводит на них ужас. Для некоторых подобная перспектива вызывает в воображении такие «успокаивающие» картины, как прыжок с обрыва в ледяную воду. У других даже мысль об отказе от физических контактов может вызвать приступ паники (обычные симптомы: затрудненное дыхание, давление в груди и временный ступор).

Но, кроме шуток: хотя почти все сопротивление религиозному подходу к отношениям питается не интеллектуальными возражениями, а «страхом перед неизвестным», светские люди зачастую поднимают несколько серьезных вопросов, на которые должен быть дан ответ. Ниже перечисляются наиболее часто задаваемые вопросы.

Риск несовместимости?

Вопрос: Откуда вы знаете, что совместимы физически, если сначала не попробуете?

Формулируя этот вопрос, я специально избегала указаний на степень физической интимности. Это потому, что вы можете определять ее, как пожелаете, в зависимости от вашего образа жизни, но как вопрос, так и ответ все равно будут теми же самыми. В стародавние времена, когда мужчины и женщины обычно создавали семьи будучи еще довольно невинными, люди, вероятно, удивлялись: «Как можно жениться на девушке, которую ты даже не поцеловал?» В 1950-х, когда уровень интимности, позволяемой «хорошей девочке» студенческого возраста, был «все, кроме…» (с серьезным бойфрендом), вопрос, несомненно, стоял так: «Как ты можешь жениться на ком-то, с кем ты не обжимался по углам»? Сегодня, конечно, нормой считается делать все и со всеми, не говоря уже о человеке, на котором ты думаешь жениться. Соответственно, вопрос сегодня задается так (с оттенком недоверия): «Как можно жениться на ком-то, с кем у тебя не было полноценных интимных отношений??»

Я пытаюсь отметить – на данном этапе просто в качестве первоначального наблюдения – что нет ничего объективного в «необходимости» испытать что бы то ни было с будущим супругом. Это просто зависит от эпохи. В пятидесятых годах прошлого века средняя незамужняя девушка не испытывала никакого особого беспокойства из-за того, что она оставалась «хорошей девочкой», а средний парень не тревожился по поводу женитьбы на ней. Даже без интимного опыта друг с другом, мужчины и женщины, очевидно, чувствовали себя уверенными в своем выборе. И, вероятно, люди были не менее уверены в своем выборе, когда, в силу социальных норм, были еще более ограничены в досвадебном опыте, или же такового не было вовсе. Раз так, то почему же люди сегодня непременно должны «попробовать» что бы то ни было – от поцелуев до много большего – прежде чем принять на себя обязательства?

«Э… – может перебить скептик, – а имели ли эти стародавние девственники хорошие интимные отношения после свадьбы? Учитывая предубеждения против развода в те времена, множество фрустрированных людей просто застряли по жизни с партнерами, которые, как это стало известно (слишком поздно), оказались столь же «замысловатыми» в чувственной жизни, как бизон.

Другими словами, бедным прошлым поколениям не предоставили санкционированной обществом возможности раздобыть ценнейшую информацию о потенциальном супруге, и они, несомненно, страдали от последствий этого. А мы, живущие в просвещенное время, имеем доступ к такой информации, так почему же не воспользоваться ею для собственного блага?

Однако общераспространенная потребность «попробовать» происходит из чего-то намного большего, чем нежелание упустить эту замечательную возможность получить нужную информацию. На самом деле, почти все мы являемся, в той или иной степени, жертвами неестественного и нездорового отношения современного общества к сексуальности.

Для светского человека предыдущее высказывание кажется перевернутым с ног на голову. «Подождите минутку, – возразит он, – именно у нас имеется здоровый взгляд на сексуальность. Мы чувствуем себя свободными само-выражаться, с кем захотим. Именно религиозные люди делают все это чем-то неестественным со всеми вашими запретами и предписаниями! Как вы можете говорить, что у нас нездоровое отношение?!»

Я могу так говорить, поскольку достаточно ясно, что современный светский подход к сексуальности отражает серьезное непонимание человеческой натуры. В результате, он не способен производить большое количество глубоко счастливых и реализовавшихся людей.

Фатальная ошибка современного общества заключается в том, что оно отделяет телесное от духовного, которое им движет. Этот достойный сожаления феномен особенно заметен в области медицины, где врачи зачастую лечат тело, мало или вообще не обращая внимания на душу, и не понимая при этом, насколько ментальное и духовное состояние человека влияет на его физическое здоровье.

Иудаизм рассматривает человека как единое целое. Тело и душа предназначены для совместной работы, как нечто единое: душа определяет идентичность человека, а тело отражает его. Только тогда мы можем быть самими собой. Рассматривая вещи в этой холистической перспективе, мы можем наметить базисный вывод относительно сексуальности: физическая интимность, лишенная эмоциональной интимности, не является истинным выражением самой себя. Но многие наивно полагают, что мы в состоянии развести душу и тело. Предполагается, что мы можем засунуть наши обременительные эмоции в шкаф (например, «я ничего особенного к нему не чувствую») и проплывать по улице как освобожденные тела, не ощущая, что мы оставили свое истинное «я» дома. Во многих кругах это разделение между душой и телом так укоренилось, что человек может мимоходом спросить другого «как хорошо вы целуетесь?», будто это точно такой же вопрос, как «сколь хорошо вы играете в теннис?», и не почувствовать принципиальной разницы между этими двумя вопросами. Это происходит потому, что сексуальность сама по себе рассматривается теперь как нечто чисто физическое, не связанное с духовным, – деятельность, которую можно холодно измерить в терминах эффективности и рабочих характеристик, подобно спорту.

Теперь мы можем понять, почему люди так боятся принять на себя обязательства на всю жизнь по отношению к человеку, чья способность к «эффективному исполнению» стоит под большим вопросом. В конце концов, подпишетесь ли вы на пожизненную игру в теннис с партнером, которого вы ни разу не видели с ракеткой в руках?

Эта критическая ошибка, конечно, проистекает из чрезвычайно нереалистичного (если не сказать примитивного) сравнения. Физическая сторона отношений, в какой бы форме она ни выражалась, не спорт и не исполнение, чтобы какой-то сторонний критик мог оценивать ее в баллах. Это первичное средство самовыражения, которое не может быть рассматриваемо в отрыве от человека в целом. Короче говоря, тем, кто защищает популярные взгляды на сексуальность, я бы ответила, что превращение людей в раздвоенные личности – неестественно и нездорово. Когда я дохожу до этого момента на своих лекциях, моя позиция, как правило, выглядит похожей на правду. И тогда я подвожу людей к самостоятельному ответу на вопрос о риске несовместимости.

«Что, как вы думаете, – спрашиваю я, – способствует хорошим интимным отношениям?»

Люди немедленно предлагают ответы:

«Доверие».

«Забота».

«Коммуникация».

«Ощущение настоящей связи и близости».

«Желание сделать другого человека счастливым».

«Большинство из вас, как видно, чувствует, что основная составляющая – это эмоции», – замечаю я. Они кивают.

«Что-нибудь еще?»

Неизменно, кто-то (обычно это тот самый человек, который и задал вопрос изначально) добавляет с ухмылкой: «техника!»

На лицах, сидящих в зале появляются улыбки, которые можно расценить, как согласие.

«О’кей. Сейчас я опишу два сценария. А вы мне скажете, в каком из них вы предпочли бы оказаться.

В сценарии номер один вы решаете создать семью с человеком, с которым вы были интимно близки на протяжении ваших отношений. Физически, вы точно знаете, что получаете и что сами должны дать. С другой стороны, вы принесли в жертву значительную часть объективного взгляда на вашего партнера, и различные нефизические аспекты ваших отношений не развились даже на половину того уровня, которого они могли бы достигнуть.

Теперь вы женаты, и у вас есть удовлетворяющие вас физические отношения, которых вы ожидали. Но вы начинаете видеть в вашем супруге определенные вещи, которых раньше не замечали или упускали из виду. В конце концов, вы приходите к выводу, что глубоко укорененные аспекты его или ее личности серьезно вас беспокоят или расстраивают, и что он или она страдает отсутствием качеств, без которых вы не представляете свою жизнь. Это понимание, в свою очередь, начинает уменьшать удовлетворение от интимной жизни, поскольку за физическим удовольствием вы уже не чувствуете той близости, что была раньше. Это сценарий номер один».

Я делаю паузу. Обычно воцаряется молчание, и выражение лица многих людей говорит мне, что они (даже не будучи женатыми) знакомы с этим сценарием.

«А вот сценарий номер два, – продолжаю я. – Вы решаете создать семью с человеком, с которым у вас не было физического контакта. В немалой степени именно по этой причине вы были способны объективнее судить о том, что он или она собой представляет, и у вас было время и пространство для глубокого развития отношений на интеллектуальном, эмоциональном и духовном уровне. С другой стороны, вы не знаете, чего ожидать в физическом плане от вашего супруга или, если вы неопытны, от себя самого. Теперь вы женаты, и, как вы и предполагали, у вас отличные отношения на духовном и эмоциональном уровне, и со временем они только улучшаются. Но ваша интимная жизнь не могла бы заслужить места на Доске Почета. Итак, в какую ситуацию вы предпочли бы попасть?» Большинство людей делают свой выбор без долгих размышлений. «Технике» (и даже более элементарным вещам) можно научиться, быть личностью – нет. Вы можете с легкостью научить кого-либо целоваться (как и научиться самому), подобно тому, как вы можете сказать другу, где и как сильно почесать вам спину, когда она чешется. Но практически невозможно научить кого-то, как стать тем человеком, с которым вы почувствуете то, что хотите почувствовать на гораздо более глубоком уровне при этом поцелуе.

Я бы сказала, что эмоциональная связь между вами и другим человеком ответственна как минимум за девяносто процентов удовольствия и удовлетворения, которые вы испытаете в интимных отношениях. Эта связь основана на том, что каждый из вас является таким человеком, которого другой может любить. Быть достойным любви обычно означает обладать определенными симпатичными для всех качествами: добротой, готовностью отдавать, чувствительностью и т.п., и в дополнение к этому – теми особенностями, которые важны для привлекательности в глазах данного конкретного партнера. Не обязательно прибегать к физической близости, чтобы определить, наличествуют ли эти девяносто процентов.

Оставшиеся десять процентов можно отнести к инструкциям для «чайников» типа «Как сделать то-то и то-то». Их легко можно подучить и после свадьбы, если у вас есть здоровое отношение к сексуальному самовыражению, желание доставить удовольствие партнеру, минимум интеллекта и готовность к обучению и коммуникации.

Предыдущий сексуальный опыт в принципе не нужен для успеха в семейной жизни и может даже помешать ему. Ибо настоящая физическая интимность – это не больше и не меньше, чем телесное воплощение эмоциональной интимности. Поэтому, если вы получили ответы на свои вопросы о будущем супруге, а также достаточно хорошо знаете самого себя, вы можете расслабиться, поскольку на подавляющее большинство ваших вопросов о будущей интимной жизни также найдется ответ.

«Не помучишься – не научишься»?

Вопрос: Разве боль от неудачных отношений не является необходимым условием личностного роста? Не советуете ли вы людям убегать от реального мира?

Этот вопрос может быть задан, только если предположить существование такого понятия, как «Реальный мир» – некой универсальной социальной реальности, в которой, кроме всего прочего, для оптимального личностного роста необходимо определенное количество душевной боли.

На самом деле, «Реальный мир» – это субъективная концепция, которая определяется той степенью риска, физического и эмоционального, с которой сопряжен образ жизни конкретного индивидуума. Точно так же, как мы склонны считать фанатиком каждого, кто более религиозен, чем мы сами, и еретиком – каждого, кто религиозен менее, наше понимание «Реального мира» вертится вокруг нашей личной реальности. Например, если вы выросли в обычной семье среднего класса, то вы относитесь к жизни в Гарлеме как к эпизодам из фильмов ужасов, а относительно старомодные группы людей, например, амишей (общину консервативных протестантов в США), полагаете живущими в искусственном пузыре. Ваш же образ жизни, разумеется, – самый естественный и нормальный. В то же время, подросток из Гарлема считает, что ваша жизнь не более реалистична, чем жизнь младенца в манеже, а в мире амишей к вашему обществу относятся с той же опаской, как вы – к Гарлему.

Каждое общество, основываясь на своих ценностях, создает свою собственную социальную реальность. Культура, которая ценит, к примеру, искушенность, обучение методом проб и ошибок, и переживание эмоциональной боли как путь к взрослости, создаст один вид существования для своих членов. Культура, которая ценит невинность, не видит смысла обязательно учиться именно на собственных ошибках, и относится к эмоциональной боли очень серьезно, создаст совершенно другой вид реальности. Дело не в том, что существует объективный «реальный мир», а в том, из чего данная социальная группа хочет составить свой «реальный мир». Соответственно, решающий вопрос не в том, какое созданное человеком существование более «реально», а какое больше способствует эмоциональному здоровью и счастью.

Следовательно, мы должны одинаково скептически относиться к любым заявлениям по поводу того, сколько и какой боли нужно человеку испытать в жизни. Это определение будет в любом случае столь же субъективным. В то время как вы, несомненно, рассматриваете страдания гарлемского подростка как ненужные, он, вероятно, сомневается, повзрослеете ли вы когда-либо, находясь в своем маленьком коконе. В то же самое время, представитель общины амишей может жалеть вас из-за всего того, через что заставляет вас пройти ваше общество, а вы не можете себе представить, как их отшельнический стиль жизни не останавливает их личностного роста.

Так что мы должны спросить себя: откуда мы знаем, что боль, сопровождающая секулярную жизнь, так уж необходима?

Конечно, каждый раз, когда я представляю этот вопрос светским слушателям моих лекций, они выскакивают на защиту системы. «Я бы никогда не стал тем, кем являюсь сегодня, если бы не пережил страдания в жизни, – на разные лады звучит рефреном. – Я получил пользу от всего, через что прошел».

Я не спорю с утверждением, что человек (как мы надеемся) учится и растет через страдания. Я спорю с той мыслью, что вследствие этого человек должен ставить себя в ситуации, которые с большой вероятностью принесут боль. Если бы меня сбил трамвай, и я должна была бы провести целый год в гипсе с головы до ног, я приобрела бы несравненное понимание хрупкости и ранимости человеческого тела. Это не значит, что я завтра выйду и встану на пути, ожидая первого утреннего трамвая.

Все выученное через страдание имеет свою цену: неизбежное и зачастую постоянное повреждение тела или – что гораздо хуже – сердца. В большинстве случаев, мы не можем предвидеть, какой будет цена, и стоит ли ее платить, особенно, когда речь идет о наших эмоциях. Слишком часто цена намного превышает пользу.

К примеру, я предполагаю, что даже самая либерально настроенная мать не предложит своей дочери стать проституткой для приобретения полезного жизненного опыта. А если такая мать узнает, что ее дочь уже удачно подвизается в этой отрасли, она не ограничится простым вздохом: «Ну, я думаю, это все часть процесса взросления». Крайнее падение, заключающееся в проституции, перевешивает все ее «образовательное» значение.

Ясно, что не все ситуации столь очевидны. Но именно здесь мы должны быть очень осторожны. Мы говорили об эмоциональной цене разбитых отношений в терминах падения чувствительности и отчаяния. Когда мы участвуем в отношениях, которые выглядят безвредными, но должны будут закончиться, достаточно ли мы мудры, чтобы знать, что после них станем лучше, а не хуже?

Для еврейского ума, который чтит чувствительность и эмоциональную целостность, многие секулярные «полезные для жизненного опыта переживания» совсем не так хороши, как их превозносят. Они могут развлекать и приносить временное удовлетворение, но, в конечном счете, «овчинка не стоит выделки». Поэтому еврейский закон защищает своих последователей от многих страданий светского мира. Бог позаботится о том, чтобы мы все прошли через боль, которая необходима нам для развития, – не больше и не меньше, – и нам не нужно специально искать ее.

Подход иудаизма к отношениям не связан со сверхопекой и избыточной защитой. Он просто более разумен. Что объясняет, почему все больше людей делают еврейский мир своим «реальным миром».

А, может, после помолвки?

Вопрос: Если весь смысл в том, чтобы подождать, пока вы найдете своего человека и примете на себя обязательства, то почему бы не перейти на физический уровень после того, как вы помолвлены?

Если бы иудаизм давал помолвленным парам зеленый свет на физическую близость, время между первой встречей и помолвкой существенно бы сократилось, а количество помолвок стало бы беспрецедентным (и разорванных помолвок, и новых помолвок, и новых разорванных помолвок…) Из-за естественного и сильного желания физической близости с противоположным полом, мужчины и женщины обманывали бы себя, заставляя себя поверить, что нашли своего человека, чтобы отпраздновать помолвку и начать уже испытывать эти приятные ощущения. Подсознание способно и на большие уловки, а эта – просто детский лепет.

«Ну, если вы опасаетесь, что люди отметят помолвку только, чтобы иметь физические отношения, нет ли риска, что они и поженятся по этой же причине?»

Несмотря на нашу склонность к самообману, мой ответ на этот вопрос – нет. И это потому, что помолвка и свадьба – это две большие разницы. Позвольте мне проиллюстрировать это следующей историей.

В середине 70-х лихорадка самообмана все еще владела американским обществом (ее еще не остудил цинизм конца 80-х). За нашим домом жила женщина в возрасте 30+ по имени Аня. Она недавно развелась с мужем. Как-то я заметила, что молодой парень 20 с чем-то лет зачастил в ее дом. Однажды я увидела его на заднем дворе Ани, бросающим мячик в корзину. Я подошла к забору, разделяющему наши дворы, и стала болтать с ним.

«Я часто вижу тебя в последнее время, – начала я невинно, – ты переехал в наш район?»

«Да, – ответил он небрежно, – я живу с Аней».

Как довольно наивная 16-летняя девочка, я несколько опешила. Но, будучи также прямолинейной, я спросила: «Почему же вы не поженитесь?»

Он, как видно, расценил мою тупость как вызов и решил меня подучить. «Нам не нужно жениться, – нанес он встречный удар. – Жить вместе – это то же самое. Мы знаем, что любим друг друга, и мы преданы друг другу. Нам не нужна бумажка, чтобы это доказать».

Он пару раз провел мячик и забросил его в корзину. «Кроме того, – добавил он, – я еще не готов жениться».

Только позже я уловила противоречие: жить вместе – это то же самое, что быть женатыми, но он все еще не готов жениться. Вот когда я поняла, что кто-то тут обманывает сам себя.

Точно так же как бойфренд Ани глубоко внутри прекрасно знал, что есть большая разница между «быть женатыми» и «жить вместе», так и мы все знаем разницу между «быть помолвленными» и «быть женатыми». Женитьба влечет за собой юридическое и духовное соединение с другим человеком, неизмеримо углубляя ваши обязательства. Мысль о том, чтобы сломя голову вступить в неудачный брак, а затем стоять перед необходимостью его расторжения, вызывает значительный страх, как сознательный, так и подсознательный. Развод может причинить невыразимую эмоциональную боль, и оставить не только отметки в паспорте, но и шрамы в душе. Помолвка же, с другой стороны, это просто устная договоренность, и нарушить ее – гораздо менее серьезно. Хотя, несомненно, это весьма огорчительно, тем не менее, отменить свадьбу можно просто и быстро, и это не конец света. Никогда не следует недооценивать силу подсознательного: оно прекрасно осведомлено об этом различии.

Если бы все, что нужно было сделать, чтобы дать волю своим гормонам – это объявить себя женихом и невестой, вы гораздо легче поддавались бы соблазну перепутать их с «чем-то настоящим». И тогда, если вы станете жертвой такого самообмана, вы едва ли будете в лучшем положении, чем, «живя» так, как это принято в светском обществе. Вы столкнетесь с теми же рисками – принесение объективности в жертву, потеря возможности развития чего-то более глубокого, болезненное расставание и т.д. – с одним лишь различием: чтобы начать движение вниз по спирали, вы должны были называть себя «помолвленными» (а не просто «встречаться с кем-то»). А если вы все же смогли преодолеть путь от помолвки до свадьбы, вы с такой же вероятностью можете вступить в брак не с тем человеком из-за собственных иллюзий.

Короче, помолвка – это не окончательные обязательства, а просто «обязательства позже принять на себя обязательства». Только сам брак, настоящая и тотальная вовлеченность, пронизывающая все уровни сознательного и бессознательного, может обеспечить оптимальные рамки для испытания физической близости с меньшими рисками и большей радостью.

Не слишком ли много вы от нас требуете?

Вопрос: Разве «шмират негия» не приводит к конфликту с человеческой природой? И даже если нет, разве наше общество не делает его фактически невозможным?

Каждый человек всю свою жизнь ведет внутреннюю битву между двумя великими драйвами: побуждением к немедленному удовлетворению и желанием достичь гораздо большего удовольствия в долгосрочной перспективе. Как бы ни было неловко это признавать, какая сторона выиграет – и, соответственно, глубина счастья, которое мы вследствие этого испытаем, – зависит, как правило, от одного фактора: взрослости.

После того как я представила аудитории все практические причины быть шомер негия, один двадцатилетний парень поднял руку.

«О’кей, все, что вы говорили, представляется разумным, – признал он с вызывающим, однако, выражением лица. – Но, послушайте, не слишком ли это трудно?»

«Слишком трудно?! – возразила я. – А что произойдет, если вы учитесь на адвоката и должны выбирать между вечеринками каждый вечер и экзаменом на получение лицензии? Оставите ли вы учебу, потому что «это слишком трудно»? Быть шомер негия – это не изолированный тест. Жизнь полна ситуаций, в которых вы должны отложить получение удовольствия, – и таки да, это тяжело. Но если вы не научитесь это делать, вы станете лузером.

Его улыбка померкла.

«Однако, я знаю человека, которого нельзя назвать лузе-ром, несмотря на то, что, когда он чего-то хочет, он должен получить это прямо сейчас, – обратилась я к аудитории. – Кто может угадать, о ком идет речь?»

Никто не смог догадаться.

Я повернулась к задавшему вопрос. Его лицо выражало надежду. Я посмотрела на него строго, и в то же время по-доброму, и сказала: «МОЙ ДВУХЛЕТНИЙ СЫН!»

Не знаю, хватило ли у этого парня решимости измениться, но он, по крайней мере, понял идею.

Нет, быть шомер негия непросто. Много вещей в жизни непросты. Но если оно того стоит – вы это делаете.

Эта аксиома справедливо безотносительно к времени и месту, в котором вы живете. Каждая эпоха и каждое общество создает духовные вызовы. Для бедных евреев – новых иммигрантов в Нью-Йорке в начале 20 века испытанием было добывать себе пропитание и, в то же время, продолжать соблюдать субботу. Каждое воскресенье означало поиск новой работы после увольнения из-за того, что человек не появился на работе в субботу. Если вы не религиозны, вам это ничего не говорит. Но из-за того, что у этих людей была внутренняя сила пройти испытание, многие из их праправнуков остались евреями. Возможно, вы – один из них.

Сегодня наши духовные вызовы в основном относятся к области морали, и в частности сексуальной. В светском мире отношения мужчины и женщины приходят в упадок, и, если мы хотим, чтобы наши отношения были успешны, мы должны вести себя в жизни по-другому.

К сожалению, многие люди поддаются состоянию беспомощности. «Все это так замечательно звучало, когда я сидела на вашей лекции в Иерусалиме, – написала мне женщина из Штатов, – но здесь другой мир. Я знаю, что система не работает, и большинство людей несчастливы. Но быть шомер негия просто неосуществимо в этом обществе».

Я как раз тогда закончила читать интересную и очень волнующую книгу о женщинах в китайской традиции.

«Представьте себе, – я написала ей в ответ, – что вы путешествуете по Китаю и заехали в маленькую деревушку, где люди живут так же, как сто лет назад. Там вы встречаете неграмотную пятнадцатилетнюю девочку. В течение года ее заставят выйти замуж за человека, которого ее родители выбрали уже давно, и который ее не интересует. От нее ожидают, что она будет обслуживать его, как рабыня. И в этом, в принципе, будет заключаться ее жизнь.

Она с широко раскрытыми глазами слушает, как вы описываете ей ваш мир. Вы рассказываете ей, что женщины в вашем обществе образованны и могут найти себя в любой области. Они выбирают, за кого и когда им выходить замуж, и стремятся к отношениям, основанным на взаимоуважении и любви.

«Все это выглядит так здорово, – говорит она с вздохом, – но здесь другой мир. Я знаю, что система несправедлива, и вряд ли я буду счастлива. Но получить образование и выйти замуж так, как вы описываете, просто неосуществимо в этом обществе».

Я думаю, что вы ответите: «Послушай меня! Речь идет о твоей жизни! Если ты не можешь получить того, чего хочешь, здесь – беги отсюда!».

Как ни трагично, для китайской девушки может быть практически невозможно собраться и бежать, а если даже она сделает это, социальные последствия ее поступка будут невыносимы. Но, в отличие от нее, у большинства из нас есть довольно большая степень свободы. Вопрос лишь в том, используем ли мы ее. Когда «система не работает», мы можем плыть по течению или же грести самим по направлению к обществу людей, которые ведут более разумную и стоящую жизнь. Как наши прадедушки, мы можем ассимилироваться в окружающей культуре или посметь быть иными, со всеми положительными последствиями такого выбора. Это зависит только от нас.

А где же романтика?

Вопрос: Разве отношения не будут холодными и стерильными без физического контакта? Где же романтика?

«Романтика» – это одно из тех слов, которыми мы так часто слышим, в то время как точное определение их неясно. На самом деле, оно может иметь много значений. Есть классическая романтика, современная романтика, и то, что я называю подлинной романтикой. Поэтому, прежде чем даже пытаться ответить на животрепещущий вопрос: «Могут ли Давид и Дебора соблюдать шмират негия и, тем не менее, изведать романтику?», мы должны выяснить, о каком именно виде романтики мы говорим. Давайте, прежде всего, проследим появление ее классической разновидности. Для этого нам нужно перенестись назад, в средние века.

Возьмем одного Рыцаря и одну Прекрасную Даму. Рыцарь, как и большинство мужчин, явно предпочитает красивых женщин. Однако религиозная часть его натуры диктует ему, что благородно любить только нечто достойное и чистое (в противоположность тому, что просто приятно для глаза). Чтобы удовлетворить запросы, как религии, так и своей мужской психики, Рыцарь изобретает гениальную стратегию: он задействует свое воображение, чтобы придать внешней красоте различные добродетели. Молочная кожа превращается в душевную чистоту, царственная осанка – в достойное поведение, а грациозная походка – во внутреннее изящество и так далее, пока он не сможет боготворить не только внешний вид Прекрасной Дамы, но и ее дух.

Но теперь перед Рыцарем стоят две запутанные проблемы. Во-первых, физическое выражение его страсти к Прекрасной Даме лишит ее той самой чистоты, которая оправдывает эту страсть. Во-вторых, его фантазия о физическом и духовном совершенстве Прекрасной Дамы будет разбита, если он хоть раз приблизится к ней настолько, чтобы разглядеть прыщики под ее румянами.

Решение обеих проблем? «Люби издалека». Вот каким образом рождается классическая романтика! Можно назвать ее нереализованным страстным увлечением – основным ингредиентом будет являться полностью иллюзорный взгляд на любимую.

Таким образом, традиционно романтика даже не включала в себя физической близости. Однако с тех пор, когда целомудрие и сдержанность более не значатся в списке главных добродетелей, «любовь издалека» потеряла свою привлекательность. Сегодня, когда два человека «готовят» отношения, они обычно приправляют их доброй мерой физической интимности – отсюда и популярная современная версия романтики.

Но современная романтика – сложное дело, поскольку слишком долгая близость, в конце концов, разрушает весь покров таинственности, являющейся плодородной почвой для иллюзии. Таким образом, задача заключается в том, чтобы привнести достаточное количество физической интимности для того, чтобы раздуть пламя страсти и при этом не потушить его. К сожалению, с этим очень сложно справиться, если вы делите друг с другом горести и радости жизни. Ибо скоро вы обнаружите, что ваши отношения имеют больше шансов сохраниться, если вы ограничите их встречами по выходным или даже рандеву раз в месяц. Вы также захотите создать ощущение пребывания в другом мире. Среди предпочтительных мероприятий такого рода – ужин при свечах (когда физические недостатки блекнут в тени), прогулки по берегу моря или под звездным небом и т.п. Мероприятия, которых нужно избегать, включают в себя вынос мусора, перемена грязных пеленок, подстригание газона – короче говоря, все, что напоминает реальность. Современная романтика может быть отличной сценой в фильме, но в реальной жизни она не работает.

Иудаизм последовательно защищает реалистичный взгляд на действительность, но вместе с тем признает, что небольшая доля иллюзии очень помогает отношениям. Весь вопрос в том, на каком этапе вводится иллюзия и включает ли она физическую близость?

Мы говорили ранее о поддержании объективности при встречах с противоположным полом. Отдавать себе отчет в реальном положении дел совершенно необходимо, когда вы знакомитесь с человеком, с которым, в итоге, можете создать семью. Ваши ноги должны твердо стоять на земле, вы не должны витать в облаках. Поощрять иллюзии было бы глупо и опасно. И если этот реализм исключает «романтику», это, безусловно, лучше, чем вступить в брак с не, тем человеком из-за романтической фантазии.

Когда же, в таком случае, вы можете пережить «романтический период»? После помолвки. Конечно, эта романтика не будет включать в себя физического аспекта, но, как мы уже видели, физическая близость все равно не существенна для романтики. В любом случае, после того как вы оба решили провести остаток жизни вместе, уже нет никакой нужды рассматривать друг друга столь объективно. Я не говорю, что вы не должны обращать никакого внимания на несовершенства друг друга: в конце концов, после того как вы поженитесь, частью вашей задачи будет помогать партнеру в личностном росте, а это требует определенного осознания его недостатков. Но теперь уже нет смысла подробно останавливаться на них. Вот этот человек у вас есть, и именно его вы хотите. Теперь – время наслаждаться позитивом. Восхищайтесь тем, что прекрасно в человеке, которого вы выбрали для брака. Позвольте себе быть мечтательным, идеалистическим и наивным. И – во что бы то ни стало – оставайтесь таким после свадьбы (и тогда, конечно, вы сможете добавить и физический аспект). Нет ничего нездорового в том, чтобы чувствовать, что ваш супруг (или будущий супруг) – самый замечательный человек на свете.

Но как ни приятен этот вид романтики с вашим партнером на всю жизнь (или будущим партнером), есть нечто много лучшее. И, в отличие от классической и современной романтики, это не фантазия. Наоборот, именно сама реальность делает ее такой чудесной. Все просто: это сильное осознание того факта, что вы оба решили соединиться на всю жизнь, основываясь не на розовых иллюзиях, а на том, что вы видели достаточно хорошего (и даже не так уж хорошего) друг в друге, чтобы понять и оценить, кто он на самом деле – ваш партнер. Это – подлинная романтика. Никакое другое чувство не может быть столь всеобъемлющим, столь радостным – или столь реальным. И хотя физическая близость – это определенно один из самых чудесных способов выразить его, она даже не является необходимой. Такого рода связь крепка сама по себе. Что не удивительно, поскольку физическая близость никогда не определяла ее с самого начала.

Нефизическая романтика – прекрасное средство для того, чтобы сфокусироваться на самых привлекательных сторонах человека, с которым вы помолвлены. Физическая романтика – это еще лучший способ сфокусироваться на самых привлекательных сторонах человека, с которым вы состоите в браке. Но лучше всего, когда ваша страсть друг к другу питается подлинной романтикой – такой, что развилась в отсутствие физической близости, той, что реальна.

Подлинная романтика – это именно то, что имел в виду Энди, когда назвал шмират негия «сверхмощным любовным эликсиром». В конце концов, ничто не может сравниться с реальностью.

Глава девятая

Великие ожидания

Предположим, что вы признали мудрость, заключенную в еврейском подходе к отношениям, и реализовали его на практике. А теперь вы встретили кого-то особенного. Розовые очки остались в футляре, что способствовало более объективному взгляду на этого человека и на ваши отношения. И в пространстве, созданном физической дистанцией, которую вы соблюдали, укоренилось и расцвело нечто подлинное. Сейчас, глядя на человека, который с вами, и возникшее между вами чувство, вы знаете, что нашли своего человека. Вы готовы к величайшей духовной одиссее: браку.

Как и другие люди, вы вступаете в семейную жизнь с ожиданиями, как сознательными, так и подсознательными. Эти ожидания могут создать или разрушить ваш брак. Некоторые из них порождены вашими отношениями с родителями и их отношениями между собой. Другие идут от ваших представлений о браке, собранных из книг, фильмов, мнений друзей и ваших собственных размышлений. Но все эти ожидания будут зависеть от ощущения реальности (или его отсутствия), которому вы позволили наполнить ваши отношения с самого начала.

Жизнь – это не волшебная сказка. Как категорично выразился один мой знакомый, «жизнь – штука приземленная».

При этом мне известно, что у этого человека замечательный брак, чудесная семья и приносящая хороший доход профессия, которая оставляет время для изучения Торы, приносящего ему еще большее моральное удовлетворение. Его высказывание не шло от негативного отношения к жизни. Так что же он имел в виду?!

Большая часть жизни не является ни чем-то новым, ни чем-то захватывающим в обычном смысле слова. В то время как многие из нас принимают как должное «приземленность» наших домашних обязанностей или даже нашей работы, мы почему-то думаем, что с браком ситуация должна быть иная. Само собой разумеется, брак не должен стагнировать, застаиваться, становиться инертным; он не должен быть тем же самым год за годом. Чтобы любая вещь оставалась живой, она постоянно должна меняться и расти. Но существуют разные виды изменения и роста, и они создают различные виды новизны и волнения.

Когда ребенок рождается, он изменяется фактически каждый день. Родители (я могу сказать по собственному опыту) фотографируют его постоянно, а дедушки и бабушки, если они живут далеко, обижаются, если не получают новые фотографии каждые пару недель. Но когда ребенок становится взрослее, изменения замедляются. Разница между пятилетним и шестилетним намного меньше, чем между новорожденным и четырехмесячным ребенком.

То же самое и в отношениях. В начале, каждый день раскрывает новые миры в вашем супруге и в вас самих. Но когда проходит время, эти открытия становятся реже и меньше, поскольку вы уже находитесь на знакомой территории. И тогда эта «территория брака» может показаться слишком большой, но, если вы готовы к этому, вы можете приветствовать такую метаморфозу. Ведь, хотя иудаизм снабжает нас способами периодически заново ощущать острые ощущения новобрачных, брак предлагает нечто гораздо большее. Большая часть радостного волнения, которое вы ощущали когда-то, должно, в идеале, преображаться во что-то более спокойное и глубокое: вас восторгает уже не новизна, а ощущение, что вы медленно, но верно, сливаетесь в одно целое.

Чтобы почувствовать радость отношений, длящихся всю жизнь, вы должны быть способны находить воодушевление в каждодневной жизни – в обыденной реальности. Эта способность придет сама собой, если вы воспитаны в атмосфере реальности, в атмосфере, основанной на реалистичном взгляде на партнера и ваши отношения. И именно шмират негия, как мы видели, помогла вам создать такую атмосферу.

Еврейский мир построен на счастливых браках. Хотя для того, чтобы заставить систему работать после свадьбы, необходимы время и усилия, иудаизм дает нам способ еще во время знакомства увеличить вероятность достижения этого удачного, продолжающегося всю жизнь союза. Возможно, этот реализм и есть квинтэссенция еврейского подхода к отношениям.

Глава десятая

«Но мы же просто друзья…»

Мы обсудили преимущества шмират негия в романтических отношениях. Но даже если «не-трогание» представляется разумным, когда вы встречаетесь в рамках романтических отношений, как насчет ситуации, когда вы не «встречаетесь», а просто общаетесь? Что плохого в дружеском прикосновении, объятии или поцелуе между парнем и девушкой, которые «просто друзья»?

Здесь мы погружаемся в туманную область феномена, известного как «платонические отношения». Есть несколько их видов, и ни один из них не прост. Это потому, что Б-г создал мужчину и женщину так, что они привлекают друг друга. Поэтому, даже если вы и ваш друг или подруга не делаете ничего физического, ваши настоящие чувства – это совсем другой вопрос.

Первый вид «платонических отношений», к которому относят свои отношения большинство людей, – это когда ни одна из сторон никак романтически не заинтересована в другой. На самом деле, такое полное отсутствие гормонов встречается крайне редко. Если бы это было не так, то население земного шара составляло бы незначительную часть нынешнего. Более того, даже если допустить существование таких отношений в реальности, они с очевидностью тяготеют к нестабильности, поскольку в один прекрасный день один из вас или вы оба можете обнаружить, что другой человек стал вас привлекать. И ваши отношения переходят в нечто иное.

Второй вариант более сложен: одного из вас физически привлекает другой, а второго – нет. Если вы – это тот, кто чувствует притяжение, вы, несомненно, храните молчание: или потому, что боитесь разрушить отношения, или вследствие собственной трусости. В то же время (особенно если вы – мужчина) вы, вероятно, испытываете значительную фрустрацию. Я вспоминаю одну очень приветливую знакомую, которая часто прощалась с своим приятелем продолжительными теплыми объятиями. В конце концов, он не мог этого больше выносить. «Ты знаешь, – сказал он ей, – когда ты меня так обнимаешь, я чувствую больше, чем ты думаешь, и это непросто». («Платонические отношения» – это еще одна область, в которой женщины с удобством для себя забывают, как функционируют мужчины).

Если ваши чувства глубже и романтичнее, вы ощущаете еще более сильную боль. Когда вы встречаетесь с вашим «другом» или «подругой», вы, вероятно, чувствуете, будто нож проникает в самое сердце. А когда он или она прощается с вами с дружеским поцелуем в щечку (вместо того поцелуя, о котором вы мечтаете), нож входит в сердце еще глубже, и вы обливаетесь кровью.

Тем временем, давайте попробуем заглянуть в голову вашего «друга». Хотя на первый взгляд он не обращает внимания на ваше истинное к нему отношение, обычно все же он чувствует, что происходит, но предпочитает не признавать этого. Например, одна моя знакомая женщина была удивлена, когда узнала, что мужчина, с которым она дружила несколько лет назад, на самом деле был в нее влюблен. Но когда она задумалась об этом, она поняла, что какая-то часть внутри нее всегда знала об этом, но она не хотела сознаться себе самой, так как боялась осложнить дружбу. Бывает, что ваш друг полностью осознает масштаб и направление ваших чувств, но, строя из себя невинность, получает от этого удовольствие. Женщины обычно признают, что им весьма приятно греться у огня симпатии друга-мужчины. Женщина может даже сознаться, что ей нравится сила, исходящая из ее решения не отвечать на это влечение. Я подозреваю, что мужчина, у которого имеются подруги – тайные поклонницы, находит это столь же отрадным. В любом случае, чье-то эго возвышается за счет чувств другого человека.

Конечно, влечение может и не остаться неразделенным. Что приводит нас к третьему виду «платонических отношений»: вы оба привлекаете друг друга сексуально, но по какой-то причине (зачастую потому, что ни один из вас не знает точно, что чувствует другой), никто ничего не предпринимает по этому поводу. В таком случае, когда правда выйдет наружу – а это только вопрос времени, – будет ужасно тяжело сохранить ваши «просто дружеский» характер ваших объятий и поцелуев. Хотя самоконтроль – это добродетель, постоянно испытывать его на прочность означает искать себе проблемы.

Подведем итог: любые отношения между мужчиной и женщиной могут быть платоническими только на первый взгляд. Под поверхностью всегда происходит нечто большее.

Если вы, несмотря на это, ищете «платонических отношений» с привлекательным человеком, мы можете попробовать выключить свои более-чем-дружеские инстинкты. Однако, поскольку сексуальное влечение между мужчиной и женщиной – самая естественная вещь, которая может быть, притворяться, что его нет – нездорово. А на социальном уровне, если мы все будем говорить себе, что мы ничего не чувствуем, когда мы что-то чувствуем, результатом будет всеобщая путаница в области отношений.

Знаменательно, что «платонические отношения» стали популярны в обществе одновременно с другим социальным явлением, послужившим причиной неразберихи: «случайные отношения». В случайных сексуальных связях два человека предпринимают самое интимное из возможных действий со своими телами без соответствующей эмоциональной близости. Если вы духовно чувствительны, вы можете почувствовать в этом нечто неправильное. Но вы, возможно, все еще не признаете, что «платонические отношения» – это просто другая сторона той же монеты. Здесь два человека достигают все большей эмоциональной близости, не допуская для нее никакого физического выражения. Оба вида отношений неестественны: вместо того, чтобы работать вместе как органичное единое целое, тело и душа не синхронизированы.

Иметь близкого друга противоположного пола особенно проблематично, когда у вас есть семья. Если вы молодожены, особенно, если происходите из религиозных кругов, вы, скорее всего, знакомы с супругом всего лишь от нескольких месяцев до года. Даже если вы долго встречались раньше, свадьба – это особый рубеж. Неважно, сколь глубоко вы уверены, что ваш супруг – это именно тот, кто вам нужен, и сколь сильно вы его любите, – ваша связь все еще находится в эмбриональном состоянии. В течение первого года брака необходимо приложить серьезные усилия, чтобы развить жизнеспособные отношения между вами, и эта работа требует всего вашего эмоционального внимания. Последнее, что вам нужно, – это чтобы хоть какая-то часть этой энергии была отвлечена на дружбу с представителем противоположного пола, особенно такую, что включает в себя прикосновения.

Может быть, вы знакомы с парой, похожей на описанную ниже. Наоми и Дан встретились на последнем курсе медицинского института, поженились после окончания учебы и начали работать интернами. Большую часть своего времени Наоми проводила на работе, где скоро подружилась с доктором по имени Ларри. Каждый раз, когда у нее была размолвка с Даном, она рассказывала об этом Ларри, и он утешал ее, а иногда слегка поглаживал ее по спине, чтобы успокоить. Через некоторое время она стала выходить с Ларри на перекуры, чтобы поболтать, а редкие поглаживания по спине превратились в частые теплые объятия. Тогда они начали ужинать иногда вместе после окончания смены. К тому времени Наоми начала чувствовать себя ближе к Ларри, чем к Дану, и каждый из них ощущал нечто большее во время «дружеских объятий». (Я опущу конец истории. Скажем только, что неподобающие отношения часто завязываются именно на рабочем месте.) Теперь отмотаем фильм назад и представим, что Наоми и Ларри не познакомились недавно, а были близкими друзьями три года. С большой вероятностью продолжительность фильма существенно уменьшилась бы.

Нужно отметить, что многие отношения такого рода не заканчиваются любовной связью. Но интимная дружба с противоположным полом подрывает вашу связь с супругом. Ее можно назвать эмоциональной неверностью.

Многие взрослые люди, вступая в брак, имеют близкого друга противоположного пола. Это не способствует хорошему началу семейной жизни. Если вы сомневаетесь в этом, спросите себя, хотели бы вы, чтобы ваш супруг или супруга имели старого доброго друга противоположного пола. И спросите себя, лучше или хуже чувствовали бы вы себя, зная, что они постоянно обмениваются дружескими поцелуями и объятиями. Если такой треугольник не добавляет вам счастья, сделайте одолжение вашему будущему супругу и вашему браку и найдите способ, как вежливо охладить вашу дружбу с представителями противоположного пола.

С еврейской точки зрения, «платоническая дружба» подобна игре со спичками, а выражение вашей привязанности через прикосновение – поджиганию всей коробки спичек разом. Если вы умны, вы оставите свои отношения с представителями противоположного пола на малом огне и «без рук». Сохраните эту энергию для чего-нибудь настоящего.

Глава одиннадцатая

Волнует ли вас другой человек?

До сих пор в книге речь шла о вас: что вы получите и чего вы избежите, соблюдая шмират негия. Но иудаизм учит, что ответственность не может ограничиваться только нами. В любых отношениях задействованы два человека, и подход каждого из них влияет на второго. Поэтому неважно, считаете ли вы, что должны самому себе быть шомер негия: может быть, вы должны это другому.

Одна моя старая подруга по имени Джоди убедилась в этом на личном опыте. Путешествуя по Европе по дороге в Израиль, она встретила молодого итальянского еврея по имени Антонио. Они друг другу сразу же понравились и провели несколько романтических дней вместе. Однако ее симпатии к Антонио было недостаточно для того, чтобы она осталась в Италии. Поэтому она попрощалась с ним, будучи уверена, что их отношения станут для него просто приятными воспоминаниями.

Но она ошиблась. Через три месяца, в Иерусалиме, она обнаружила в своем почтовом ящике письмо из Италии.

«Я так одинок и печален с тех пор, как ты оставила меня, – писал Антонио, – я постоянно думаю о тебе и с каждым днем все больше люблю тебя».

Вначале Джоди была польщена. Но это чувство скоро уступило место сожалению и смятению: «Что же я наделала?!»

Самой Джоди эти краткие отношения казались безвредными. Антонио знал, что она не собирается оставаться, и чтобы расставание было более легким, она свела связь с ним на физическом уровне до минимума. Тем не менее, она невольно способствовала его любви, и теперь она ощущает себя в немалой степени ответственной за его несчастье.

Антонио пережил свою страсть к ней, и теперь он женат. Но когда Джоди развила в себе бóльшую чувствительность к физическим отношениям, она поняла, что он, конечно, может быть счастливым, но никогда не вернет ту меру исключительности, которую мог бы познать со своей женой. Хотя Джоди знала, что была не единственным романтическим увлечением Антонио, она глубоко сожалела о своей роли в потере этой уникальности.

Мало кто из нас чувствует так, как Джоди. Но, быть может, нам следовало бы так чувствовать. У человека, который знает, сколь вредно курение, может не хватать силы воли, чтобы бросить курить, но он может все же не хотеть приучить к курению кого-то другого. Подобно этому, много ли, мало ли вы заботитесь о себе, вы, возможно, достаточно чувствительны, чтобы подумать о других. Вместо того чтобы навредить им, вы захотите помочь им получить от жизни лучшее, что означает, кроме всего прочего, помочь им реализовать все, что мы обсуждали. Вы хотите помочь им научиться правильно оценивать реальность, что увеличит их шансы вступить в брак с достойным человеком и с реалистичными ожиданиями. Вы хотите избавить их от лишней боли и крушения иллюзий. И вы хотите дать им возможность наслаждаться максимально возможной исключительностью и подлинной романтикой с их родственной душой.

Когда вы приберегаете физическую близость для ваших окончательных отношений, вы делаете намного больше, чем просто беспокоитесь о собственных интересах. Вы заботитесь не только о себе, но и о других.

Глава двеннадцатая

Показывать путь

Депрессивная покорность судьбе превалирует сегодня на сцене знакомств и поисков партнера. Может быть, и вы, как и многие люди, которых я встречала, понимаете, что зачастую все получается не так, как хотелось бы, но при этом сомневаетесь, можно ли что-либо сделать по этому поводу. Возможно, вы чувствуете, что вас связывают по рукам и ногам ожидания общества и его условности. Может быть, вы также боитесь одиночества. Поэтому вы прибегаете к физической близости, что дает временный «улет», но редко приводит к тем окончательным отношениям, к которым вы стремитесь.

Но, возможно, вы недооцениваете людей?! Другие чувствительные души могут тоже быть открыты, как и вы, к тому, чтобы попробовать нечто иное – если только кто-нибудь покажет им путь.

Верьте или нет, но Талмуд (Менахот 44а) излагает такую историю.

Жил да был молодой еврей, который скрупулезно соблюдал заповедь цицит (Цицит – это нити, прикрепляемые к четырехугольной одежде, которые напоминают еврею о его религиозных и моральных обязательствах, в частности предписание «не блуждать за своими глазами»). В общем-то, этот человек был благочестив, но была у него слабость к женщинам. Как-то он услышал о феноменально дорогой блуднице, нееврейке, которая жила очень далеко. Он решил, что не может пропустить такой шанс, и послал своего человека, чтобы договориться о дате визита и полностью оплатить его.

Мужчина отправился в путь заранее, за несколько месяцев. Когда же настал долгожданный день и час, он постучался в дверь, и служанка отворила ее. Тогда блудница предстала перед ним во всей своей красе. Она показала клиенту нечто ослепительное: семь кроватей, одна выше другой, первые шесть сделаны из серебра и соединены серебряными лестницами, а седьмая лестница и кровать – золотые.

Блудница поднялась по всем лестницам, легла на золотую кровать и ждала его. Он с нетерпением вскарабкался за ней, но, когда он добрался до верха, случилось нечто невероятное: когда он стал снимать одежду, цицит хлестнули его по лицу. Потрясенный, он спешно спустился назад и сел на землю.

Блудница не могла понять, в чем причина такой резкой перемены, – ничего подобного с ней еще не случалось. Она тоже спустилась по лестницам и села рядом с ним.

«Я клянусь Римом, – сказала она, – не отпущу тебя, пока ты не скажешь, какой недостаток ты увидел во мне, что сбежал?»

«Клянусь Храмом, – ответил он, – я никогда не видел такой красивой женщины, как ты. Но есть заповедь, которую наш Б-г приказал нам исполнять, цицит, и сейчас мои цицит поднялись и хлестнули меня по лицу, как четыре свидетеля, которые показывают против меня».

Женщина была поражена. «Прежде чем ты уйдешь, – сказала она, – я хочу знать твое имя, откуда ты, кто твой раввин и где ты изучаешь Тору».

Он записал все эти данные и ушел.

Блудница продала все свое имущество, оставив только простыни, которые были постелены на золотой кровати. Она отправилась в дальнее путешествие в город, где жил этот человек, нашла место, где он учился, и пришла к его учителю. «Рабби, – сказала она, – я хочу перейти в иудаизм».

Не каждый день такое случалось, чтобы прекрасная женщина приходила к этому ученому с желанием стать еврейкой. Поэтому рабби сомневался в ее искренности и спросил: «Может быть, ты положила глаз на одного из моих учеников?»

В ответ она рассказала о том, что с ней случилось, и как это подвигло ее на то, чтобы принять иудаизм.

Рабби был поражен и согласился принять эту женщину. «Теперь иди и получи свою награду», – сказал он, дав ей свое благословение выйти замуж за этого ученика.

В качестве хеппи-энда: те же самые простыни, на которых эта пара чуть не согрешила, послужили для их брачной ночи. И Талмуд заключает: «Как велика награда в этом мире за заповедь цицит! А в Грядущем мире – никто не знает, насколько больше…»

Моя первоначальная реакция на эту историю была такой: «ЧТО?! Это то, что хочет нам сказать Талмуд – величайшее собрание еврейской мысли?! И я должна поверить, что «великая награда» этого парня за соблюдение заповеди цицит – это столь «возвышенная» вещь, как брак с самой красивой в мире бывшей проституткой?»

Но после продолжительного размышления, я поняла, что в этой трогательной истории и в рассматриваемой награде есть нечто большее. Вот женщина, которая жила в мире похоти, и занималась самой унизительной профессией, какую можно себе представить. И этот человек открыл ей глаза на существование духовности. Более того, в результате этого она оставила позади всю свою жизнь (включая прибыльную карьеру) в поисках истины. Сколь достойно награды сыграть подобную роль в жизни другого человека!

Но это еще не все. В конце концов, он удостоился жениться на женщине с удивительной внутренней силой и принципиальностью. Как видно, ее красота была не только внешней.

Эта история, как и все другие истории Талмуда, остается злободневной и сегодня. И она несет в себе глубокое послание надежды.

Сегодня, конечно, вряд ли цицит хлестнут парня по лицу (если он вообще их носит), чтобы не дать ему совершить что-то плохое, и тем самым вдохновить красивую женщину разделить с ним жизненный путь. Но этот рассказ – о чем-то не менее впечатляющем: о способности сопротивляться соблазну во имя чего-то большего.

Представьте себя на свидании с очень привлекательным человеком. Становится поздно, энергетика между вами отличная, и кажется естественным сделать этот волнующий шаг к физическим отношениям. Вы глубоко вздыхаете. И тогда вы смотрите в его или ее глаза и говорите: «Ты знаешь, ты – самая красивая женщина (самый привлекательный мужчина), которую я когда-либо встречал, и какая-то часть меня была бы счастлива вступить с тобой в физическую близость прямо сейчас. Но у меня есть один принцип: он называется (как в биржевой игре) «не играть на понижение». Хотя отказаться сейчас от близости на физическом уровне может быть сложно, я верю, что в долгосрочной перспективе это себя оправдает. Поэтому, как насчет того, чтобы мы подождали, узнали друг друга получше и посмотрели, что на самом деле между нами может произойти».

Если бы я была типичной нерелигиозной женщиной, и мужчина сказал бы мне что-то подобное, то после того, как я бы оправилась от шока, я переполнилась бы благоговением и восхищением. На самом деле, я бы, возможно, упала к его ногам. Мужчина отреагировал бы на подобную речь с меньшим энтузиазмом, но если вы ему действительно нравитесь, – и если он чего-то стоит, – то он примет вызов. А если нет – что вы потеряли? Идите дальше и найдите кого-то, кто заинтересован в вас такой, какая вы есть.

Но, независимо от того, мужчина вы или женщина, вы тоже можете зажечь искру духовного пробуждения в другом человеке, и учитывая подлинные отношения, которые могут потом развиться, – кто знает, сколь велика будет ваша награда?!

Послесловие

В светском обществе идет очень интересный процесс. То тут, то там, все большее количество чувствующих личностей втихомолку переопределяют для себя понятие «освобождения». В 60-е и 70-е годы быть «освобожденным» означало делать все, что ты хочешь, с кем ты хочешь, без подавления и чувства вины. Люди вводили себя в заблуждение, думая, что физические отношения в отсутствие любви, преданности и обязательств – это ключ к самосознанию, самовыражению и личностному росту. Многие до сих пор так и думают. Но они ошибаются, и трагические последствия их ошибки включают беспрецедентный уровень разводов и безмерное падение чувствительности к одному из самых красивых и дающих отдачу аспектов жизни. Все это сложно назвать «освобождением».

Но в последнее время, среди шума, который остался от сексуальной революции, я услышала новый голос. Этот голос определяет освобождение обратным образом и требует от других пробудиться и сделать то же самое. Это голос тех, кто не хочет продавать кого-либо, включая себя, в рамках игры на понижение. Молодая светская женщина, которую я назову Лиза, выразила это так:

«Не так давно я решила, что с меня достаточно: переходить к физическим отношениям только потому, что это от меня ожидается. Я чувствовала, что поддаюсь давлению общества за счет ощущения чего-то более реального и удовлетворяющего. Это заняло много времени, но, в конце концов, я развила достаточно веры в себя, чтобы сказать кому-либо: «Я не хочу прямо сейчас переходить к физическим отношениям, но если ты действительно хочешь узнать меня лучше, то и я хотела бы того же».

Нечто подобное можно наблюдать и в более религиозных кругах. В моих дискуссиях с молодыми женщинами (а иногда и с мужчинами) из традиционных семей, которые не соблюдают шмират негия, я слышу выражение – только более нерешительное – тех же чувств. Некто – назовем ее Лея – просит меня поговорить с ней наедине после урока о знакомствах по-еврейски. Когда она удостоверяется, что никто не подслушивает, она признается: «Я согласна со всем, что вы говорите. Я знаю, что и большинство моих подруг тоже. Это представляется весьма разумным. Но никто из тех, кого я знаю, не делает этого на практике. Я не знаю, достаточно ли я сильна, чтобы быть первой. Может быть, если бы целая группа девушек начала вместе…»

Почему для таких, как Лиза, легче занять твердую позицию, чем для таких, как Лея?

Прежде всего, Лиза, как правило, старше – ей уже за 20, и она многое испытала в жизни и достаточно обожглась. Она видела и делала достаточно для того, чтобы ясно осознать, чего она хочет и чего не хочет, и почему. Лея обычно моложе и менее опытна, и для нее перспектива физической близости при знакомстве еще не потеряла своего очарования.

Во-вторых, поскольку Лиза уже вышла за пределы подавляющей подростковой и молодежной потребности самоутверждения в обществе (и в любом случае, ее предыдущее поведение уже обеспечило ей сомнительное звание «нормальной»), ей легче иметь дело с социальными последствиями своего решения. В противоположность этому, поскольку Лея все еще ищет признания сверстников, у нее зачастую недостаточно уверенности для того, чтобы действовать независимо.

И, в конце концов, есть еще и фактор имиджа. Лизы, которые требуют себе «право на самоопределение» в отношениях, рассматриваются обществом как флагманы нового сознания. Вам может сойти с рук все что угодно, если оно выглядит как нечто «новое», «прогрессивное» или даже «радикальное». Поэтому, даже если люди не соглашаются с твоими идеями, ты все равно «крут». Нечто «древнее», с другой стороны, не воспринимается так в современном поверхностном обществе, ориентированном на примитивные образы-картинки. Для Леи возврат к нормам трехтысячелетней религии требует мужества.

Но если Лея наберется смелости, она сможет избавить себя от всего, через что прошла Лиза, чтобы дойти до той же самой точки.

Да, наша традиция – «древняя». Но в этом и заключается ее сила. Несмотря на культурные перевороты, базисная человеческая психология не изменилась за три тысячи лет. И никогда не изменится. Нам всегда нужно будет любить и быть любимыми, и выковывать духовный и сексуальный союз на всю жизнь с одним особенным человеком. Мы всегда будем страстно желать глубины, реальности и целостности в этом союзе. И мы всегда будем склоняться к подчинению общественному давлению, и пропускать наш поезд…

Отношения между людьми – сложная и запутанная штука, и человеку бывает трудно решить, какой путь предпочесть. Но у нас есть свой указатель: в своей всеобъемлющей любви, Бог дал нам часть Своей бесконечной мудрости – Торы – чтобы помочь нам найти свой путь. Ведь проблемы вокруг отношений между людьми сегодня не новы. И также не новы решения. Если Лизу можно считать революционером, то это только потому, что, если Богу будет угодно, мы, в конце концов, завершаем полный круг в точке, где встречаются прогресс и древность.

Об авторе

Гила Манольсон (в девичестве Мерилин Фиш) выросла на северо-востоке США и с отличием закончила Йельский университет с ученой степенью по музыке. Позже, она училась в колледже Неве Йерушалаим, вышла замуж и поселилась в Иерусалиме. В течение пяти лет консультировала в Heritage House, еврейского молодежного центра в Старом городе Иерусалима. Гила преподавала на различных программах и является популярным лектором в Израиле и за границей. Она также автор книг Outside/ Inside: AFresh Look at Tzniut иHead to Heart: What to Know Before Dating and Marriage (русский перевод: От ума к сердцу – что надо знать до знакомства и брака). У нее с мужем Авраамом семеро детей.

Content

Манольсон Гила Волшебное прикосновение

.

.

Благословение

Об организации «Мишпаха кеалаха»

Предисловие издателя

Содержание

Предисловие

Введение

Глава первая Суперцемент человеческих отношений

Глава вторая «Вот оно есть – и его уже нет»

Глава третья Сверхмощный любовный элексир

Глава четвертая Поставьте своей целью самое лучшее

Глава пятая Раны, шрамы и самовоспроизводящееся пророчество

Глава шестая Мы, женщины, с Венеры, а мужчины… напомните мне еще раз, откуда?

Глава седьмая В защиту незнания того, что вы теряете (или «Благословенно неведение»)

Глава восьмая «Но…»

Глава девятая Великие ожидания

Глава десятая «Но мы же просто друзья…»

Глава одиннадцатая Волнует ли вас другой человек?

Глава двеннадцатая Показывать путь

Послесловие

Об авторе