Снежная Марина Александровна

Межзвездная Академия

Межзвездная Академия-1

Марина Снежная

Оглавление

АННОТАЦИЯ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

КНИГА 1. СМЕЛОСТЬ АКАДЕМИИ БЕРЕТ, ИЛИ ТРУДНОСТИ ПОСТУПЛЕНИЯ

АННОТАЦИЯ

Быть таринкой – значит беспрекословно подчиняться воле мужчины. Твой покровитель может тебя продать, подарить и даже убить. Ты не что иное, как его собственность.

И все же я не ожидала, что собственный брат, чтобы наказать за дерзкий и строптивый нрав, продаст меня огасу – представителю замкнутой расы долгоживущих. Только вот зря новый хозяин, неожиданно проникшийся ко мне одержимой, жестокой страстью, считает, что все представительницы моей расы одинаково покорны.

И я найду способ не только сбежать от нового покровителя, но и устроить свою жизнь, заключив контракт с могущественной корпорацией «Корн» и поступив в самое престижное заведение Федерации – Межзвездную Академию.

Предупреждение: 18+, есть сцены насилия.

ГЛАВА 1

Таниран, главная планета таринов

Торговец наперебой расхваливал передо мной товар, убеждая, что у него лучшие изделия из дардаса на всем Таниране. Я же задумчиво разглядывала изящные вещицы из синего золота – самого дорогого металла в известных нам мирах – и лишь механически отмечала их красоту. Наверное, со мной и правда что-то не так, раз я всегда оставалась равнодушной к украшениям, нарядам и прочему, что так восхищало других таринок. Гораздо больше мне нравилось проводить время в библиотеке, в полном одиночестве, чем за досужими разговорами и развлечениями. Хотя если принять во внимание, как меня ненавидит жена старшего брата, считавшаяся после смерти мамы хозяйкой дома, трудно этому удивляться.

Взяв в руки наиболее приглянувшуюся вещицу – серьги из синего золота, с прозрачными, как слеза, голубовато-зелеными аквамаринами, кивнула торговцу. По крайней мере, будет что предъявить брату, если спросит, где шлялась полдня. Не говорить же, что его женушка настолько достала, что я готова хоть на край света сбежать, лишь бы от нее подальше.

– У госпожи замечательный вкус! – оценил выбор торговец и выставил передо мной зеркальце, чтобы могла примерить серьги. – Уверен, они будут замечательно смотреться на ваших прелестных ушках!

Невольно поморщилась от его слов. Наверное, и этим я отличалась от других девушек моего мира. Ненавидела, когда мне льстили. Прекрасно знала, что красивой меня можно назвать с большой натяжкой. Брат уже и отчаялся найти для меня мужа. Хотя, положа руку на сердце, дело не столько во внешности. Стоило мне открыть рот, как и те мужчины, которых Надир приводил знакомить со мной, немедленно отсеивались. Я совершенно не умела угождать мужчинам и быть с ними почтительной. Скорее напротив – малейшая попытка показать мне мое место встречала яростное сопротивление. Золовка считала, что это мать меня настолько разбаловала, что не научила, какой должна быть хорошая таринка.

Мое лицо в зеркале перекосилось при воспоминании о жене брата. Уж кто-кто, а Мараль с полным правом могла назвать себя настоящей женщиной нашего мира. Лицемерной, льстивой, умеющей угождать своему мужчине и довольной тем положением, какое занимала. Носила свой амулет из дардаса с неподдельной гордостью, в то время как я воспринимала его рабским ошейником.

– Госпоже не нравятся серьги? – неверно истолковал торговец выражение моего лица, и я поспешила улыбнуться.

– Очень нравятся, – заверила, разглядывая переливы синего золота на своей смуглой коже.

Глаза, подстроившись под цвет аквамаринов, тоже приняли их оттенок, став светлее. Наверное, глаза – единственное, что было во мне по-настоящему красивым. Сине-зеленые, большие и выразительные, кажущиеся еще ярче из-за смуглой кожи и темных волос, непослушными кольцами обрамляющих лицо. Еще одна черта внешности, которая говорила не в мою пользу. У таринов наиболее ценились белая кожа и светлые, желательно прямые волосы. Я же даже внешностью не вписывалась в идеальный образ таринской женщины.

Хотя некоторые мужчины все же находили меня привлекательной и снисходили до того, чтобы ухаживать за мной. Только вот это в мои планы точно не входило. Становиться собственностью какого-то незнакомца, считавшего себя выше меня только потому, что он мужчина? Да ни за что! Уж лучше терпеть придирки Мараль и недовольство брата!

– Я беру их, – заявила торговцу, чуть тряхнув головой, чтобы полюбоваться тем, какие причудливые блики отбросят камни на мою смуглую кожу. И правда красиво! Даже мне при всем равнодушии к своей внешности понравилось.

И в этот момент я снова ощутила на себе взгляд. Уже в третий раз за то время, что от нечего делать гуляла по городу в сопровождении двух охранников. Резко повернулась, надеясь хоть в этот раз убедиться, что никакая паранойя у меня не разыгралась.

Уж лучше бы паранойя! В этот раз мой доселе невидимый преследователь не стал скрываться, смело встречая взгляд и хищно улыбаясь. А я едва удержалась на ногах от потрясения и невольного страха. Такого точно не ожидала!

Огас! Причем судя по виду, один из сильнейших представителей этой расы. Считалось, что чем светлее волосы огаса, тем больше в нем силы. У этого же волосы были почти белые, гладкие и сияющие, рассыпавшиеся по плечам почти до талии. Предмет зависти любой таринки, – невольно подумалось мне.

Правда, помимо цвета волос, ничего красивого в этом мужчине найти не смогла. Слишком высокий и худощавый, с узким лицом и длинноватым носом. Тонкие губы кривятся в хищной улыбке. Глаза чуть раскосые, почти черные, с красными зрачками – типичной особенностью этой расы, из-за чего смотрятся особенно жутко.

Наверное, подобное телосложение у представителя другой расы могло бы ввести в заблуждение насчет физической силы мужчины. Ни развитой мускулатуры, ни широкого разворота плеч, ни какой-либо внушительности. Но вряд ли найдется идиот, который рискнет подумать так об огасе. Представители этой загадочной замкнутой расы, лишь недавно примкнувшей к Федерации, успели навести на многих самый настоящий ужас. Мало кто мог выстоять с ними в бою даже несколько секунд.

Да и особые возможности некоторых огасов не вызывали желания с ними знакомиться поближе. Я даже не сомневалась, что конкретно у этого огаса наверняка есть тайные способности, о которых лучше не знать. Этот народ относился к остальным расам с высокомерной снисходительностью, что еще больше отталкивало. Может, их пренебрежение к нам объяснялось еще и продолжительностью жизни. Огасы жили до двух тысяч лет. Мне такое даже трудно было представить, поскольку тарины редко доживали и до трехсот. Уже не говоря о людях и некоторых других расах. У тех максимум – двести, и это при всей развитости современной медицины.

В общем, учитывая все это, нетрудно понять, почему меня настолько выбило из колеи внимание подобного существа. Интересно, чем я его настолько заинтересовала, что все это время тайком преследовал? Невольно поежилась, решив, что лучше не знать.

Гулять по городу больше не хотелось. Я предпочла бы сейчас оказаться дома и выслушивать нотации Мараль, чем торчать здесь и чувствовать на себе странный взгляд огаса.

Поспешно протянула к торговцу руку с браслетом из платины, и он провел над ним таким же своим, только из обычного золота. Перевод нужной суммы завершился, и тарин снова заулыбался, довольный сделкой.

– Хорошего вам дня, госпожа! И пусть покупка доставит вам удовольствие.

Отстраненно кивнула и отвернулась от лотка с товаром, желая поскорее убраться отсюда. Двинулась по оживленному рынку, лавируя в толпе и невольно ускоряя шаг. Охранники привычно разделились: один обогнал меня и шел спереди, другой прикрывал сзади на случай возможной опасности. А я продолжала чувствовать на себе взгляд огаса, и от этого по спине пробегал холодок.

Да что ж ему нужно-то от меня?! Об этой расе известно так мало, что мотивы мужчины понять трудно. От других народов они старались держаться подальше. Хотя… Вот от последней мысли стало совсем худо. Иногда огасы по непонятной причине приближали к себе кого-то из других рас, заключая с ними контракты. И те становились для них чем-то вроде домашнего питомца. Их таскали следом, как собачек, при этом никак внешне не проявляя особого интереса.

Для чего это огасам – вряд ли можно понять, тем более что до физической близости с низшими расами (как они напыщенно называли остальных) огасы не снисходили. Но платили своим питомцам хорошо, так что желающие находились. По истечению контракта, если не возникало желания его продлить, спутникам огасов промывались мозги. Так что рассказать что-либо о временных хозяевах те не могли. Очередная загадка, которых полно вокруг этих долгоживущих.

Что на самом деле ими движет и как устроено их общество, оставалось тайной за семью печатями. На свои планеты посторонних огасы не пускали, ведя все переговоры и заключая торговые соглашения на нейтральной территории. Единственное, что было известно о них, помимо некоторых физических особенностей, это то, что общались с иномирянами только мужчины, и что огасские военные корабли считались одними из мощнейших во всей Федерации. Связываться с ними решился бы разве что самоубийца.

Радовало, что огасы не отличались особой агрессивностью и вступали в вооруженные конфликты только если их к этому вынуждали. Им вполне хватало своих территорий и возможности вести торговлю с другими расами. А торговые отношения с ними были настолько важны для Федерации, что на многое закрывалось глаза. Ведь только на подвластных огасам планетах находились месторождения синего золота – уникального металла, подавляющего ментальные способности и воздействие различных видов излучения. Дардас вплавляли в основные системы кораблей и обшивку, применяли для защиты от мысленного воздействия и многого другого.

Я успела достаточно изучить по книгам историю своего народа, и знала, что после установления контактов с огасами жизнь моего мира в корне изменилась. Открытие дардаса моими соплеменниками стало прорывом для новых возможностей. Только вот для наших женщин оказалось роковым. Мужчины нашли новый способ закрепить свое превосходство. Теперь каждая женщина с момента рождения и до смерти была обязана носить на себе амулеты из дардаса, подавляющие ментальные способности.

Считалось, что женщина, как низшее существо, не имеет права проявлять то, что может сделать ее равной мужчине. Таринские женщины и так ментально, как правило, слабее мужчин, лишь у немногих эти способности достигали второго уровня. Обычно находились на первом. Но мужчины и этого пожелали их лишить. Решили, что так женщины станут покорнее и лучше поймут свою роль в обществе – подчиняться мужчинам и производить на свет потомство. Большего от них не требовалось.

Женщина, снявшая амулет из дардаса, несла такое страшное наказание, что мало кто решался пойти на такое. Ей вырезали глаза, язык, губы и уши и выгоняли из дома. Никто из соплеменников не имел права никак помочь преступнице. Жертва умирала в страшных мучениях и даже сама молила о смерти. Каждый раз, когда читала о той несправедливости, которая считалась нормальной в нашем обществе, я с трудом подавляла гнев. А мой нелегкий характерец, считавшийся самым худшим недостатком, мешал смиряться в полной мере.

Хуже всего, что выхода я для себя не находила. Женщина-таринка не имела права распоряжаться своей жизнью. За нее все решали мужчины. Когда умирал отец, ответственность за таринку принимал брат или другой ближайший родственник-мужчина. По сути, Надир был сейчас моим хозяином. Он мог выдать меня замуж, продать в наложницы, убить. Все что угодно. И с таким положением вещей приходилось мириться. Мне еще повезло, что брат не отличался жестокосердием. Пусть даже часто гневался, считал непутевой, но по-своему любил.

Опять ощущение сверлящего спину взгляда, и я вернулась к реальности, оторвавшись от тягостных размышлений. Украдкой глянула через плечо, надеясь, что в этот раз просто показалось. Лицо тут же обожгло от горящего странным огнем взгляда огаса, уже даже не скрывающего того, что идет за мной. Да что этому белобрысому верзиле от меня нужно?

Нервозность моя все усиливалась. Так что вид нашего дома, причудливо извивающегося вверх в виде змеиного туловища, показался самым прекрасным, что только видела в жизни. Я поспешно скользнула за дверь и с облегчением выдохнула. Пока Мараль меня не увидела и не попыталась занять чем-нибудь, что по ее мнению, подобало женщине, ринулась в библиотеку.

Вот где были мои настоящие владения! Каждый раз, как заходила сюда, непроизвольно проникалась ни с чем несравнимой атмосферой связи разных поколений. Библиотека в нашем доме была одной из богатейших на Таниране. Дед и отец обожали коллекционировать книги, в отличие от брата, который был здесь редким гостем.

Я могла часами бродить среди множества стеллажей, наблюдая за тем, как меняется вид книг. Сначала каменные дощечки, потом свитки, далее пергаментные и бумажные книги. И уже современные кристаллы, которые нужно активировать с помощью считывателя. Радовалась тому, что имею возможность пользоваться всем этим богатством, которое значило для меня гораздо больше, чем дорогие безделушки и наряды.

Учителя, приставленные ко мне, не считали нужным посвящать в то, что действительно важно. Ограничивались общими знаниями и основной упор делали на развитие тех навыков, что считались важными для женщин: умением вести хозяйство, готовить, шить, танцевать, петь, играть на музыкальных инструментах, ублажать мужчину в постели. Последнее казалось особенно унизительным, и я ненавидела эти уроки. Пусть даже они ограничивались теорией, но и это я едва терпела. Никогда не смогла бы применить на практике те знания, что в меня вбивали!

Выбрав кристалл с одним из исторических трудов, я забилась вглубь библиотеки, где стояли удобные диванчики, и активировала считыватель. В воздухе в голубоватом свете вспыхнуло виртуальное изображение книги, и вскоре я полностью погрузилась в чтение. Позабыла обо всем на свете, в том числе и о неприятной встрече с огасом.

Вернулась в реальный мир только к вечеру, когда в библиотеке сгустились сумерки. Отключив считыватель, сладко потянулась, разминая затекшие мышцы. С неохотой двинулась к двери, уже предчувствуя, как за ужином Мараль станет распекать за то, что снова сбежала от важных, по ее мнению, занятий.

Семья уже собралась за столом, когда я переступила порог просторной овальной комнаты, залитой приятным белым светом. Брат с женой о чем-то переговаривались. Их трое сыновей украдкой перебрасывались эмоциональными ударами. Я угадывала, чем они занимаются, по болезненно кривящимся лицам. Излюбленная игра мальчишек-менталов, пробующих активно использовать свой дар.

Помню, как в детстве завидовала братьям и их друзьям, которым было доступно то, что запрещалось мне. Очень хотелось понять, что при этом чувствуешь, когда можешь считывать чужие мысли и эмоции или пытаться воздействовать на других. Была бы рада проявлению даже ментальных способностей первого уровня, при которых просто можешь чувствовать отголоски чужих эмоций и пытаться передать свои другим. Тогда я взахлеб читала книги о ментальных возможностях разных уровней и пыталась представить, что чувствуют те, кому это доступно.

При второй ступени ментал мог улавливать чужие мысли и общаться с другими телепатически. При третьем и более уровнях радиус действия силы повышался, еще и можно было пытаться воздействовать на чужой разум. Конечно, если тот, на кого оказывалось воздействие, не умел ставить ментальный щит или не носил на теле дардас.

Всего существует пять уровней ментальной силы. Но четвертый и пятый встречается настолько редко, что они, скорее, остаются на уровне теории. Мой брат со своим третьим уровнем считался одним из сильнейших на Таниране. Именно поэтому его уважали не только из-за принадлежности к древнему знатному роду, а и за личные особенности.

Надир входил в совет Танирана и в дальнейшем желал войти и в совет Таринского Альянса. У него были все шансы для этого. Тогда сможет летать на планеты Федерации в качестве официального представителя. Вот из-за последнего я ему особенно завидовала. Вряд ли мне представится шанс слетать даже на другие планеты таринов, не то что куда-то еще. Женщина не вправе путешествовать куда-то без разрешения мужчины-покровителя. А у Надира нет никаких причин разрешать мне такое.

Он вообще придерживался консервативных взглядов на подобные вопросы. Считал, что для женщины нет ничего лучше, чем сидеть дома и радоваться тому, что у ее покровителя достаточно средств для обеспечения комфорта. И естественно, он полагал, что женщина просто обязана выйти замуж и рожать детей. Так что Надира весьма беспокоило, что меня пока никто так и не прибрал к рукам.

Я же только радовалась этому и делала все, чтобы так было и дальше. Дерзила тем мужчинам, которых он приводил со мной знакомить, проявляла строптивость и непочтение. Мараль же находила в этом повод еще сильнее настроить брата против меня. Говорила, что я позорю род дир Саранов, и брат со мной слишком мягок. Тем более что недобрая слава обо мне успела распространиться среди таниранской элиты, к которой принадлежали и мы.

Шансы на то, что чей-то род захочет взять меня под свое покровительство, таяли с каждым днем. Недавно же я и вовсе перешла черту, по мнению Надира и Мараль. Несмотря на мою дурную славу, на меня позарился один из членов совета Таринского Альянса, увидев на одном из приемов. Явился к нам домой честь по чести, желая наладить дальнейший контакт.

Надир был в восторге! Он надеялся, что если породнится с таким влиятельным тарином, это поможет ему в дальнейшей карьере. Я же ясно дала понять господину Арну дир Мирису, что ему ничего не святит. Это стало последней каплей для брата. Едва выпроводив разочарованного гостя, он пообещал мне, что больше не потерпит подобного и не позволит и дальше позорить наш род. И что выдаст замуж за кого угодно, пусть даже недостаточно знатного тарина, лишь бы избавиться от такой обузы. Еще и приплатит тому, кто согласится взять такую скверную жену.

Я же понадеялась на то, что уже через несколько дней злость брата поутихнет и все пойдет по-прежнему. Прошла неделя после того случая, и я почти перестала думать об этом. Пусть даже брат оставался со мной холодным и неприветливым, выдавая, что все еще злится.

Заметив мое появление в столовой, Надир и Мараль прервали разговор. Сердце тревожно тенькнуло, когда золовка окинула злорадным взглядом. И нехорошие предчувствия вернулись. Неужели братец не оставил мысли о том, чтобы выдать меня за первого встречного? Или причина в другом? Я сильно надеялась, что довольный вид Мараль со мной никак не связан.

На негнущихся ногах прошла к своему месту и села за стол. Племянники перестали перебрасываться эмоциями и с любопытством уставились. Вот тут я и поняла окончательно – что-то вокруг меня и правда назревает нехорошее. Обычно они презрительно игнорировали мою скромную персону, как и их мать, считая ничтожеством из-за того, что никак не могу найти себе мужа.

– Простите за опоздание, – пробормотала, чтобы хоть как-то нарушить давящую тишину.

Мараль хмыкнула вместо того, чтобы разразиться очередной нотацией на тему, как должна себя вести достойная таринская женщина. И меня в озноб бросило. Дело и впрямь нечисто!

– После ужина мне нужно будет поговорить с тобой, – холодно бросил Надир и отвел взгляд, больше не обращая на меня внимания.

Нужно ли говорить, что аппетит пропал совсем, и остаток трапезы я только ковыряла вилкой в тарелке. Мараль же была еще оживленнее, чем обычно, и с удвоенным рвением развлекала мужа и сыновей беседой. Никаких тревожных для меня тем не касались, но это нисколько не успокаивало. Судя по многозначительным переглядываниям семейки, все знали о чем-то, что не считали нужным сказать мне. И это не сулило ничего хорошего.

Я едва дождалась конца ужина, а потом по знаку Надира проследовала за ним в его кабинет. Брат махнул рукой на удобное черное кресло, а сам подошел к большому круглому окну, за которым расстилался вечерний город, и уставился куда-то вдаль. Молчание длилось так долго, что я с каждой секундой чувствовала себя все более неуютно.

– Надир, ты хотел о чем-то поговорить со мной, – внезапно охрипшим голосом произнесла я, нарушая опять правила этикета. Женщине не полагалось первой заводить разговор с мужчиной.

Брат стоял ко мне вполоборота, и я прекрасно заметила, как недовольно исказилось его лицо. Потом оно стало бесстрастным, будто брат что-то окончательно решил для себя.

– Да, я хотел с тобой поговорить, Таниэль, – ледяным тоном бросил он.

– Неужели нашел мне мужа? – осторожно спросила, надеясь, что все-таки ошибаюсь.

– Не совсем. После того, как ты отвергла Арна дир Мириса, ни один уважающий себя тарин не пожелает взять тебя в жены. Ты стала позором нашего рода, сестра. И я не желаю больше тянуть на себе этот груз, из-за которого падает тень на всю семью. Ведь у нас с Мараль могут появиться еще дети. Девочки. И я не желаю, чтобы по тебе судили и о них.

Я немедленно поняла, кто мог привести такой абсурдный довод против меня. Проклятая золовка! Ну не бред ли? Но по всей видимости, Надир это бредом не считал. Или все еще слишком злился за то, что лишила его шансов на быструю головокружительную карьеру. Вот и хватался за малейший повод избавиться от меня.

– Что значит «не совсем»? – я нахмурилась, вспоминая его ответ на мой прямой вопрос.

– Нашелся мужчина, который пожелал купить тебя, и предложил очень хорошую цену. Вдвое больше той, что мог бы предложить за тебя будущий муж. Причем платит дардасом.

В полном ошеломлении я уставилась на брата, все еще не смотрящего на меня.

– Купить? – формулировка сильно беспокоила. Может, Надир не так выразился? – Нашелся мужчина, который желает жениться на мне и предлагает хороший выкуп? – уточнила я.

– Не думаю, что он собирается жениться на тебе, – губы брата как-то странно дернулись и растянулись в кривой усмешке. – Но меня устраивает и такой вариант. Твой покровитель из знатного рода, могущественный и богатый. Он дал понять, что ты ни в чем не будешь нуждаться и к тебе станут хорошо относиться. К тому же помимо выкупа он предложил еще и выгодное для меня торговое соглашение. Я не собираюсь отказываться. Контракт уже подписан, и твой покровитель явится за тобой завтра утром. Ты должна быть готова к этому времени.

– Ты даже не скажешь мне, кто этот так называемый покровитель? – с горечью спросила я. – Или это еще один способ наказания? Заставить меня всю ночь терзаться в догадках?

– Ну отчего же? – Надир повернулся ко мне, и его лицо чуть смягчилось, на мгновение в глазах даже промелькнуло что-то теплое. – И не считай меня чудовищем. Ты знаешь, что я делал все возможное, чтобы быть тебе хорошим братом. Может, даже был слишком поблажлив, раз ты такой стала. Но по условиям контракта, который мы заключили с твоим покровителем, он и правда должен будет о тебе заботиться. И если его интерес к тебе пройдет, вернет домой в целости и сохранности.

– Так кто он все-таки? – с трудом сдерживая гнев, процедила я.

Мне многое хотелось возразить брату о его так называемой доброте и заботе, но понимала, что это бесполезно. Он никогда не сможет понять, что чувствует женщина нашего мира. Никогда не поставит себя на мое место.

– Его имя Нордан лар Са-Ирд.

Я нахмурилась. Судя по имени, явно не тарин. Неужели брат отдаст меня иномирянину?

– И кто же такой этот самый Нордан лар Са-Ирд?

– Очень влиятельный мужчина из расы огасов, – медленно проговорил Надир, не отводя от меня взгляда.

Показалось, что мир вокруг померк, а я проваливаюсь в бездну. Я судорожно хватала ртом воздух, чувствуя, что даже вдохнуть не могу. Это казалось дурацкой шуткой, жестоким розыгрышем. В памяти услужливо возник мой сегодняшний преследователь, и я уже почти не сомневалась в том, кто именно окажется моим покровителем. Нет, брат не может так со мной поступить! Сделать из родной сестры питомца для представителя иной расы, не скрывающей к нам своего презрения. Это даже для Надира слишком!

– Ты не можешь… – голос сорвался от наплыва эмоций. Я могла лишь умоляюще смотреть на брата, надеясь прочесть по его лицу, что он и правда всего лишь пошутил.

Надир не выдержал моего взгляда и отвел глаза. Потом тихо сказал:

– Нордан лар Са-Ирд – ГЛАВА одного из богатейших кланов огасов. Он давно уже торгует с нами, и портить с ним отношения не стоит. К тому же дал понять, что сотрудничество поспособствует моему возвышению. Это может помочь мне добиться места в совете Таринского Альянса.

– Значит, ты решил пожертвовать мной ради места в своем проклятом совете? – процедила я, уже даже не пытаясь казаться почтительной. – Заключить выгодную сделку за мой счет?

– Будь ты нормальной женщиной, мне бы не пришлось этого делать! – злобно откликнулся Надир. – Ты бы была почтительной с Арном дир Мирисом и постаралась сделать все, чтобы он захотел жениться на тебе. Но ты сделала все, чтобы испортить отношения с ним. Так что не нужно говорить о том, что я плохой брат. Сначала подумай о том, хорошая ли из тебя сестра!

– Прошу тебя, не делай этого! – уже с отчаянием взмолилась я, в полной мере осознавая, что это и правда не шутка. Горькая и болезненная реальность.

– Уже сделал, – жестко сказал Надир. – Контракт заключен. И ты станешь симбионтом Нордана лар Са-Ирда.

– Кем стану? – сдавленно спросила, не понимая, что он имеет в виду.

– Так твой статус значится в заключенном нами контракте. Обычном, который в таких случаях заключают огасы с другими расами. За исключением того, что твой заключен на неопределенный срок.

– Насколько я знаю, подобный контракт должен заключаться лично, – ухватилась я за соломинку.

– Но не в нашем случае, – оборвал мои надежды брат. – Таринки не имеют права распоряжаться собственной жизнью. Почему я должен напоминать тебе об очевидном?! Я имел право решить этот вопрос за тебя. И решил.

– И что же я должна буду делать в качестве симбионта?

Пришлось изо всех сил вцепиться пальцами в подлокотники, чтобы подавить рвущиеся наружу эмоции. От них стало бы только хуже. Сейчас хотя бы есть надежда, что брат примет обратно, если огас по какой-то причине откажется от меня. А уж я собиралась сделать все, чтобы отказался! Буду настолько непокорной и дерзкой, что Нордан сам рад будет сплавить обратно. Тем более раз по условиям контракта он не имеет права причинять мне вред.

– Удовлетворять особые потребности твоего владельца-огаса, – откликнулся Надир. – Более внятно прописано не было. Господин лар Са-Ирд сам посвятит тебя в то, что ты должна будешь делать.

– Особые потребности, значит? – проронила я, боясь даже представить, что может сделать со мной пугающее существо, что скоро обретет полную власть надо мной.

Единственное, что давало надежду – это то, что огасы не вступали в сексуальный контакт с представителями иных рас. Значит, этого варианта можно не опасаться. Хотя утверждать наверняка трудно. Может, это просто не афишировали. Проклятье! Осознание того, что в скором времени я на собственной шкуре получу ответы на все эти вопросы, вовсе не радовало.

– Постарайся быть послушной со своим покровителем, – холодно сказал брат. – Не позорь нашу семью еще больше, чем ты уже это сделала.

Как же хотелось запустить чем-нибудь в его надменную физиономию! Надир считал, что поступает абсолютно правильно, и ему плевать на то, что чувствую я. Имеет ли смысл дальше продолжать разговор?

Собрав волю в кулак, я поднялась и двинулась к двери, даже не попрощавшись. Надир не стал останавливать или вычитывать за неподобающее поведение. Давал понять, что больше не считает, что обязан это делать. Теперь моим воспитанием займется покровитель. И от этой мысли я едва зубами не скрежетала, не в силах представить, какой теперь станет моя жизнь. Мелькнула горькая мысль о том, что, по крайней мере, сбудется одно из моих желаний. Я покину родную планету и увижу иные миры. Только это сейчас нисколько не радовало.

Странно, что даже слез не было. Была только злость. Она выворачивала наизнанку, пытаясь найти выход, и я в бессилии начала крушить мебель в своей комнате. Металась по помещению, как загнанный зверь, рычала. Наверное, если бы меня в таком виде кто-нибудь увидел, то в очередной раз бы убедился в том, насколько я отличаюсь от образа идеальной тиранской женщины. Но на это было абсолютно плевать!

Родной брат продал меня существу, от которого неизвестно, чего можно ожидать! Так почему я должна волноваться о том, как он отнесется к моему поведению? А еще крепла отчаянная решимость бороться до конца. С того момента, как Надир продал меня, он перестал считаться моим покровителем. И раз мой покровитель теперь иномирянин, я не считаюсь таринкой. А значит, могу больше не подчиняться их дурацким законам. И облегчать жизнь проклятому огасу своей покорностью не собираюсь. Мстительно подумала о том, что Нордан лар Са-Ирд сильно просчитался, выбрав меня себе в спутницы и явно ожидая найти послушную и тихую таринку. Не дождется!

А потом в голове снова возник образ встреченного сегодня огаса, и энтузиазм немного поутих. Вспомнила ощущение скрытой опасности, исходящей от чужака, и по спине пробежал холодок. Вряд ли такой станет терпеть мои капризы и дерзость, как это делал Надир. Как бы брат ни злился, он никогда не переходил черту. Мужчина-тарин никогда бы не ударил женщину, не причинил ей серьезный вред, пусть даже имел на это право. А вот насчет огаса не уверена. И хотя условия контракта наверняка запрещали калечить или убивать, но все равно физическое наказание могло ведь предусматриваться. Плохо, что мне даже не дали ознакомиться с этим документом, и я понятия не имела, чего ждать. Так что все же не стоит давать волю эмоциям. Нужно сначала присмотреться к новому покровителю, изучить, чего от него можно ждать. А уж потом действовать.

Я долго еще размышляла над переменами в своей судьбе, разрабатывая планы дальнейших действий и понимая, что трудно предугадать, что же ждет на самом деле. Но поделать ничего не могла. Мелькнула мысль о побеге, но я с горечью отмела ее. Женщина без покровительства не может рассчитывать в нашем мире ни на что. Да и меня не составит труда обнаружить по браслету-идентификатору. Без него же я и вовсе окажусь вне закона. Подобные браслеты на всех планетах Федерации заменяли документы, через них же проводились все денежные операции. Даже огасы теперь носили идентификаторы, как и все члены Федерации.

Мысль же о том, чтобы покинуть планету, и вовсе утопична. Ни один капитан не согласится взять меня на борт. Ситуация плачевная и в полной мере подтверждающая мое бесправное положение.

Сердце обливалось кровью, когда я собирала вещи и осматривала свою комнату новыми глазами, сознавая, что могу никогда ее больше не увидеть. Ну почему играла с огнем и постоянно злила брата? Сейчас могла бы быть хозяйкой в доме какого-нибудь знатного тарина, а не бесправной игрушкой презирающего всех нас существа. Но что толку сожалеть о прошлом? Это делу не поможет.

Покончив со сборами, долго еще лежала на кровати и смотрела в пустоту, не в силах уснуть. Что принесет новый день, боялась даже представить.

ГЛАВА 2

В гостиную, куда меня позвали, я входила с вполне понятной нервозностью. Все еще надеялась, что Надир передумает или скажет, что всего лишь решил немного наказать за строптивость, а на самом деле и не думал отдавать чужаку. Напрасно! Поняла это, едва переступила порог комнаты и увидела вальяжно устроившегося в кресле огаса. Того самого блондинистого типа, что вчера так упорно преследовал. Остальные члены моей семейки находились здесь же и вовсю демонстрировали расположение к гостю. Хотя нетрудно было заметить, что нервничают почти так же, как я. Уж слишком сильный инстинктивный страх вызывали долгоживущие у остальных рас. Сам же Нордан лар Са-Ирд сохранял полную невозмутимость. На его губах играла легкая, чуть презрительная улыбка, которую он и не пытался скрывать.

– А вот и Таниэль! – с видимым облегчением воскликнул брат и махнул мне рукой, приказывая подойти ближе.

Сильно хотелось послать его куда подальше и остаться на месте, но я подумала, что ни к чему хорошему это детское упрямство не приведет. Напомнила себе, что решила вчера приглядеться к новому покровителю, и уж потом что-то предпринимать. Сделала несколько шагов внутрь, ощущая себя неуютно под пристальным взглядом огаса. Вообще-то мне полагалось смущенно потупиться. Женщина не должна бросать вызов мужчине, пялясь на него слишком пристально. Но я решила, что и так проявила достаточно покорности сегодня. Потому смело встретила взгляд Нордана лар Са-Ирда и даже подбородок вздернула. Разглядывала его не менее изучающе, чем он меня.

Огасы предпочитали одеваться в черное, и этот не был исключением. Облегающий костюм из мягкой кожи, высокие сапоги, привычный предмет гардероба для этой расы – длинный плащ. Из-за излишней мрачности в одежде особенно бросалась в глаза бледность и светлые волосы огаса, что невольно приковывало внимание. Жуткое существо, будто не имеющее полутонов и состоящее лишь из крайностей. И пусть я знала, что огасы отличаются сдержанностью, даже холодностью в общении с иномирянами, не оставляло ощущение, что внутри скрывается целый вулкан эмоций. Или такое впечатление производили красные зрачки, кажущиеся тлеющими углями в пугающей черноте глаз?

Немного удивило, что Нордан лар Са-Ирд не носил изделий из дардаса. Обычно иномиряне, прилетающие на планеты таринов, неизменно надевали на себя этот металл. Ведь все представители нашей расы являлись менталами, а кому понравится, если его эмоции и мысли станут открытой книгой для остальных. Но этот огас вообще не носил украшений, словно подчеркивая, что для подтверждения своей силы и значимости не нуждается во внешних атрибутах. И в защите от менталов тоже.

Мелькнула мысль, что вполне возможно, что он и сам ментал. Иногда этот дар просыпался и у других рас, пусть и не припомню сведений, чтобы превышал второй уровень. Хотя огасы вообще странный народ. Их психика настолько сильная, что даже самые сильные наши менталы не могут проникнуть к ним в голову. Может, умеют ставить ментальные щиты достаточной мощности. Опять же, остается теряться в догадках на этот счет.

– Позволь тебя познакомить с твоим новым покровителем, сестра, – между тем, заговорил Надир, явно желая побыстрее покончить с формальностями и выпроводить нас обоих восвояси. Я невольно ощутила горечь от осознания этого. Если самый близкий человек отвернулся от меня, чего же стоит ждать от других? – Нордан лар Са-Ирд.

Ожидалось, что я теперь должна склонить голову и продемонстрировать почтительность. Но огас продолжал чуть насмешливо на меня пялиться, и от этого внутри поднималась злость. Не стану склонять перед ним голову! И я лишь криво усмехнулась, прекрасно сознавая, что своим поведением невольно бросаю вызов и отказываюсь от принятого вчера решения быть осторожной. Краем глаза заметила недовольно скривившееся лицо Надира. Наверняка подумал о том, что я опять его позорю.

– Простите мою сестру. Она слишком выбита из колеи тем, что должна так скоро покинуть родной дом, – извинился за меня брат.

– Все в порядке, – впервые подал голос огас.

Не знаю, чего ожидала – замогильного шипения или еще чего-то в том же роде – но голос его оказался довольно приятным и вполне обычным, даже мелодичным. А еще, к моему облегчению, Нордан, наконец, отвел глаза и в упор посмотрел на брата. Как тот ни пытался скрыть эмоции, вся кровь отхлынула от щек. Надир явно занервничал еще больше от взгляда гостя.

– Я бы хотел забрать симбионта прямо сейчас. Надеюсь, возражений не будет?

– Нет, конечно, – поспешил заверить Надир. – Вещи сестры уже в коридоре. Один из охранников поможет перенести их в ваш аэролет.

– Благодарю.

Больше не считая нужным задерживаться, мой покровитель поднялся, небрежно кивнув брату и Мараль, и направился к выходу. Я невольно отпрянула, оказавшись на его пути, и тут же отругала себя за то, что выдала страх. Огас даже не глянул в мою сторону, похоже, ничуть не сомневаясь, что собачкой последую за ним. Из чистого упрямства этого не сделала и застыла столбом, неприязненно сверля спину того, кто теперь считался моим хозяином. Резко остановившись в коридоре, Нордан обернулся, и меня бросило в жар от жесткого выражения его глаз.

– Следуй за мной, – сухо сказал он.

Несколько секунд я боролась с желанием послать его, потом беспомощно обернулась к брату, словно ожидая помощи. Он стоял, сцепив зубы, и холодно смотрел на меня. В этот момент я и поняла окончательно, что больше никогда не увижу его. И не захочу увидеть. Даже если огас откажется от меня, сделаю все, чтобы не возвращаться в этот дом. Предательство брата лучше всего показало, как мало значу для него я сама и наши родственные связи. Предпочел избавиться от непутевой сестры, еще и поиметь с этого выгоду. Использовал и даже не считал, что сделал что-то неправильное. К глазам невольно подступили слезы, но я усилием воли не позволила им пролиться. Расправив плечи, двинулась следом за огасом.

Сидя в его аэролете, со странным чувством смотрела на проносящиеся внизу виды города. Видела все будто новыми глазами, стараясь запомнить каждую деталь. Красивый город с причудливыми архитектурными сооружениями и ухоженными парковыми зонами. Красивый, но такой же холодный. В этом городе я никогда не чувствовала себя по-настоящему счастливой, словно изначально знала, что нахожусь здесь всего лишь на положении гостьи. Будет ли у меня когда-нибудь место, которое с полным правом смогу назвать домом? Мотнула головой, отгоняя упаднические мысли, и повернула голову в сторону спутника. Тот был полностью сосредоточен на управлении транспортным средством и не обращал на меня никакого внимания.

– Куда мы летим? – снова презрев вкладываемые с детства правила приличий, заговорила с мужчиной первая.

– А мне говорили, что таринки лишних вопросов не задают, – послышался ироничный ответ и Нордан бегло глянул в мою сторону. – Хотя я с первого взгляда понял, что тебя трудно назвать типичной таринкой.

– И как же вы это поняли? – угрюмо спросила, разглядывая резкий профиль мужчины с длинным носом и тонкими, жестко-очерченными губами.

– Я чувствую твои эмоции, – к моему удивлению, прямо ответил он.

– На мне ведь амулет из дардаса, – поразилась я, невольно прижимая руку к груди, где висел этот самый амулет с символом защиты.

– Огасы менее чувствительны к этому металлу, – проговорил Нордан. – Мы можем частично преодолевать его защиту.

В полном ошеломлении я смотрела на него. И больше всего удивляло не неожиданное открытие, а то, что огас мне вообще об этом рассказывает.

– Что тебя удивляет? – протянул он с насмешливой улыбкой, и я поняла, что он без труда считал мои эмоции.

– Представители вашей расы обычно не любят распространяться о своих особенностях, – решила я тоже быть честной и сказать все как есть.

– Ты мой симбионт, – огорошили меня опять. – По условиям контракта должна молчать обо всем, что узнаешь об огасах от меня или за время нашей совместной жизни. В противном случае я имею право убить тебя, – а вот об этом братец почему-то не упомянул! – мелькнула горькая мысль. – Да и по окончанию контракта симбионтам обычно стирают память о том, что им знать не положено.

Я нервно сглотнула.

– Вообще-то контракт мне никто не показывал. И я его не подписывала, – процедила, изо всех сил стараясь скрыть нахлынувший страх. Хотя прекрасно понимала, что огасу ничего не стоит считать мои эмоции.

– Насколько понимаю, по вашим законам это и необязательно, – пожал плечами Нордан. – Теперь ты принадлежишь мне. И если не будешь делать глупостей, мы замечательно поладим.

– Брат говорил, что наш контракт на неопределенный срок, – осторожно заметила я. – А можно точнее? Сколько мне придется пробыть рядом с вами?

– Пока я не найду кого-то поинтереснее, – усмехнулся огас, опять поставив в тупик своим ответом. – Или пока не надоешь.

– Зачем я вам? – все сильнее беспокоясь из-за собственного неопределенного положения, выпалила я. – И что значит «симбионт»?

– Ты всегда так болтлива, Таниэль? – прищурился огас.

– Вряд ли желание прояснить ситуацию можно назвать болтливостью, – возмутилась я. И как только осмеливалась так говорить с ним? Ведь понимала, что от этого мужчины всего можно ожидать. Но уж слишком тревожило то, что понятия не имею, зачем ему вообще сдалась.

Показалось, что в его глазах промелькнуло странное удовольствие.

– Потрясающе… – пробормотал он, снова устремляя глаза на экран управления. – Я в тебе не ошибся. Но теперь помолчи. Довольно на сегодня.

Я хотела возразить, но слова замерли в горле. Уж слишком странно выглядел сейчас огас. По лицу растекалось какое-то блаженное выражение, улыбка стала даже немного безумной. Возникало ощущение, словно он пьян или находится в каком-то эйфорическом состоянии. Правда, уже через минуту лицо снова стало невозмутимым, а непонятный огонь в глазах потух. А я, со злостью отворачиваясь от мужчины, подумала о том, что он так и не сказал, куда мы летим и что ему от меня нужно.

Но по крайней мере, на первый вопрос ответ получила и сама, когда аэролет плавно опустился на парковку космопорта. Тут же сердце тревожно сжалось. Нет, я, конечно, предполагала, что огас увезет меня с родной планеты, но не думала, что это произойдет так быстро.

– Мы куда-то улетаем? – осипшим от волнения голосом спросила у молчаливого спутника.

– Да, – кратко бросил он и нажал на кнопку, открывающую дверцы машины.

Выскочил первым и, подозвав к себе одного из роботов-носильщиков, снующих повсюду, велел ему взять наши вещи и следовать за ним. Я в каком-то ступоре продолжала сидеть в аэролете и смотреть на царящую вокруг оживленную суету. Кто-то прилетал, кто-то улетал, пассажиры громко переговаривались, смеялись или грустили. Наверное, не будь на мне амулета, я бы могла почувствовать их эмоции еще более остро. Но и сейчас многое угадывала по лицам и жестикуляции. Интересно, как выдерживает такую лавину эмоций мой спутник, явно обладающий даром эмпата? А потом запоздало дошло, что он поставил ментальный щит. Еще в машине, когда отгородился от меня. Хоть что-то прояснилось в его поведении, но до конца все же осталось непонятным.

– Следуй за мной, – послышался недовольный голос, и только тут я осознала, что мой спутник стоит и ждет, пока вылезу из аэролета.

Недовольно поджала губы – похоже, не только у меня проблемы с соблюдением этикета. Вообще-то мужчине положено подать женщине руку, помогая вылезти из транспортного средства. То ли у огасов свои обычаи, то ли ему противно даже дотрагиваться до столь низшего существа, как я. Хотя второму я была бы рада. Это бы значило, что требовать от меня интимной близости и правда не станут.

Поплелась за уверенно зашагавшим впереди огасом, стараясь не отставать. Хотя пару раз и мелькнула дерзкая мыслишка, что сейчас самый удобный случай попытаться сбежать. Только вот куда я пойду? Уверена, что брат уже закрыл все счета, открытые на мое имя, так что я даже заплатить не смогу за жилье и еду, не то что за место на каком-нибудь корабле. Осознание того, что полностью завишу от загадочного мужчины, идущего передо мной, далеко не радовало. Заметила, что те, кто встречался на пути, спешили расступиться перед Норданом, боясь даже соприкоснуться с ним, а потом провожали опасливыми взглядами. Огас же шагал целеустремленно, ни на миг не замедляя движения, словно и не сомневался, что дорогу ему расчистят. По спине снова пробежал неприятный холодок от понимания того, что этот мужчина опасен.

Мы дошли до шлюза, где был припаркован корабль огасов, который можно было узнать по характерным очертаниям: две эллипсообразные сферы, соединенные спиралью. Рассчитан такой корабль человек на сто. Такие обычно использовались для торговли, но при необходимости могли дать и мощный отпор тем, кто рискнул бы полезть на рожон.

Я заметила снующих возле корабля других огасов, заносящих какие-то ящики и готовящих корабль к отлету. Стоило им заметить Нордана, как они на несколько секунд побросали работу и склонились в почтительных поклонах. Явное свидетельство того, что мой покровитель у них главный. Нордан что-то бросил одному из своих людей на огасском, который я не знала. Пожалела, что никто не позаботился купить для меня речевой анализатор, с помощью которого можно было бы общаться с иномирянами. Конечно, на планетах Федерации в основном использовали всеобщий, но иногда полезно знание и других языков.

Мрачно разглядывала высоких жилистых огасов, которые даже не смотрели в мою сторону, словно я была пустым местом, и с тоской представляла свою жизнь среди них. Наверное, для них я и правда что-то вроде животного – бесполезного придатка к Нордану.

На корабле огас все-таки вспомнил о моем существовании и велел одному из подчиненных на всеобщем, чтобы отвел меня в его каюту. Тут же в озноб бросило. Неужели придется жить с этим мужчиной в одном помещении? Показалось, что губы Нордана искривились в довольной улыбке, словно моя тревога забавляла его. Но больше он ничем не проявил того, что вообще меня замечает, и отправился куда-то дальше.

Огас, которому поручили заботу обо мне, ничего не выражающим голосом приказал идти следом. Пришлось плестись за ним, украдкой оглядывая извилистые коридоры корабля. Информацию о видах воздушного транспорта я немного изучила по книгам, поэтому не доставила своему спутнику удовольствия видеть меня с разинутым ртом. Но одно дело наблюдать на картинках, другое – воочию. На космическом корабле я находилась впервые и при всем моем подавленном состоянии не могла не испытывать любопытства. Осторожно коснулась мерцающих белых стен и с восторгом почувствовала, что они теплые и мягкие.

– Это ведь живой корабль! – выдохнула, замирая и продолжая гладить поверхность, упруго проминающуюся под пальцами.

Моему сопровождающему тоже пришлось остановиться и снизойти до меня:

– Так и есть.

– Не знала, что огасы тоже пользуются живыми кораблями.

Взгляд спутника не выразил ровным счетом ничего в ответ на мою попытку завязать разговор. Он просто ждал, пока я отлипну от корабля и двинусь опять следом. Обругав его про себя напыщенным идиотом, я все же это сделала и пошла дальше. Но теперь поневоле испытывала растущее любопытство от сделанного открытия.

Живые корабли в обиход ввели всего три десятилетия назад. Очередная гениальная разработка новоземлянской корпорации «Корн», перевернувшей привычные представления о многих вещах. Не все решались перейти с обычных кораблей на те, что обладали собственным разумом. Для управления такими транспортными средствами пилот обязательно должен был обладать ментальным даром не ниже второго уровня, а не всякий капитан мог позволить себе такого штурмана.

Но зато преимущества такого корабля были несомненными. Его нельзя было угнать, подчинить своей воле. Он реагировал только на команды капитана и тех, кому тот дал доступ. Сам мог излечивать некоторые неисправности или вовремя уведомлял о них, сообщал капитану о нарушениях членов команды. И еще многое другое. Постройкой таких кораблей по индивидуальному заказу занималась все та же корпорация «Корн» – самая богатая и могущественная подобная структура во всей Федерации. Оказывается, и огасы не чужды того, чтобы пользоваться достижениями иномирян.

Меня привели в просторную каюту, больше напоминающую обычную уютную комнату. Если бы не знала точно, что нахожусь на корабле, вполне могла обмануться. Только вот радоваться комфорту не спешила, угрюмо разглядывая большую кровать, где наверняка придется спать вместе с Норданом. Или он разрешит лечь на диване? Почему-то сильно сомневалась в этом.

Весь мой энтузиазм из-за нахождения на живом корабле померк перед мыслью о том, что сегодня предстоит. Вздрогнула, услышав щелчок захлопнувшейся за моим сопровождающим двери. Тут же кинулась к ней и попыталась открыть снова. Напрасный труд! Пульт управления на мои усилия не реагировал. Меня здесь попросту заперли, как зверя в клетке. Нахлынула злость, и я несколько раз в сердцах пнула дверь. Потом вспомнила, что корабль живой, и устыдилась. Интересно, он сейчас что-то почувствовал? Ему больно?

– Прости, – выдохнула, хоть и ощутила себя полной идиоткой, разговаривая с транспортным средством. – Я не хотела причинить боль.

Ответа не последовало, что впрочем, и неудивительно. Корабль мог вступать в контакт только ментально, да и то лишь с теми, кто имел на это право. А потом внезапно накатила совсем уж крамольная мысль. Что мешает все-таки попробовать? Я ведь тоже ментал. И теперь, когда не должна подчиняться таринским законам, ничто не мешает снять проклятый амулет из дардаса. По крайней мере, пока нахожусь в одиночестве.

При огасе все-таки не стоило этого делать, а то мало ли… Во-первых, может донести на меня другим таринам, а те вряд ли станут слушать жалкие оправдания насчет того, что больше не считаю себя их сородичем. А во-вторых, Нордан может оказаться сильнее ментально и попытаться на меня воздействовать. А я буду совершенно беззащитна без дардаса, ведь ментальный щит ставить не умею.

Решила, что сниму всего на пару минут, а потом снова надену. Поколебавшись, начала снимать амулет, чувствуя, как невольно подрагивают пальцы. О, Великие* (примечание: обращение к древним богам таринов), и ведь понимаю, что запрет на то, чтобы снимать амулет, придумали мужчины исключительно, чтобы ограничить возможности женщин, но почему-то все равно ощущаю себя так, словно нечто крамольное делаю!

Сняв амулет, шумно выдохнула и отложила на столик. Сама же, стоя посреди комнаты, прислушалась к собственным ощущениям. И вдруг показалось, что мир вокруг взорвался. Чужие самые разнообразные эмоции хлынули в меня волнами, мешая мыслить здраво и отделять собственные чувства от чувств других. И это притом, что другие находились в отдалении, а не рядом! Что же было бы, если бы стояла посреди толпы народу?!

С каждой секундой в голове все больше мутилось, а эмоциональные волны усиливались, будто дар, все это время лишенный возможности действовать, теперь наверстывал упущенное с удвоенной силой. Не устояв на ногах, я рухнула на диван и зажала руками виски. Из горла вырвался стон боли – казалось, голова сейчас расколется на части.

А я слышала все больше и больше. И не только эмоции. Мысли и картинки метались в мозгу, создавая жуткую какофонию звуков и образов. Притом я считывала не только огасов, находящихся на корабле, но и тех, кто попадал в поле воздействия в самом космопорте. Ужасно! Как же это остановить?

Из носа хлынуло что-то горячее, и я трясущейся рукой прикоснулась к нему. Некоторое время тупо смотрела на кровь на ладони, потом издала сдавленный крик. Что со мной происходит? Попыталась дотянуться до амулета, но непослушная рука лишь слегка зацепила вещицу, а потом та упала на пол. Теперь на меня накатил уже панический ужас. Сил на то, чтобы подняться, не находилось. Тело перестало подчиняться.

Со свистом отъехала дверь каюты, впуская Нордана с перекошенным лицом. Я уставилась на него с какой-то отчаянной мольбой, понимая, что если он сейчас что-то не сделает, я умру от чрезмерного напряжения. Огас быстрым взглядом осмотрел комнату и кинулся к амулету, лежащему на полу. Сам надел на мою шею и брезгливо отдернул руку, словно пришлось коснуться чего-то мерзкого. Но я сейчас даже обидеться не могла. Накатившее облегчение заставило застонать. Голоса в голове и чужие эмоции исчезли. Все прекратилось.

– Ты совсем ума лишилась? – послышался звенящий голос моего покровителя. – Вот так без подготовки сразу снять амулет?!

– Я не знала, что так будет, – прерывисто выдохнула.

– Менталы учатся контролировать свой дар с рождения и обретают силу постепенно. Но и то им поначалу приходится нелегко, – проговорил Нордан и потер виски, словно и сам только что испытывал боль. – Если не хочешь носить амулет, действуй постепенно. Сначала научись ставить ментальный щит.

– Значит, вы не сердитесь за то, что я его сняла? – даже нормально удивиться не получилось. Я лишь констатировала факт.

– Да мне плевать на это! – хмуро отозвался он. – Если, конечно, не станешь вести себя, как идиотка, и делать то, на что еще не готова.

– Странно, что вы заботитесь о моем самочувствии, – внимательно наблюдая за мужчиной, проговорила я.

– Всего лишь жаль будет потраченных на тебя денег, – пожал плечами огас. – Да и ты пока лучший симбионт из всех, что у меня были. Почти полная эмоциональная связь.

– Эмоциональная связь? – переспросила я, пытаясь понять сказанное. Но удавалось плохо, тем более учитывая перенесенное потрясение.

– А ты полагала, что я купил тебя за твои прекрасные глазки? – усмехнулся Нордан. – Хотя не спорю, – чуть помолчав, добавил он, – они у тебя и правда красивые.

Я невольно поежилась от нового выражения, появившегося в его глазах. И оно сильно встревожило. Вовсе не хотелось, чтобы огас начал испытывать ко мне и подобный интерес. Но это выражение исчезло почти сразу, и лицо снова искривилось брезгливостью.

– Пока отдыхай. У меня еще много дел на корабле. Поговорим обо всем вечером. И тогда я объясню то, что от тебя требуется.

Я промолчала, понимая, что не имеет смысла настаивать на немедленном ответе. Он все равно ничего не скажет. Смотрела, как огас идет к двери и скрывается за ней. А потом свернулась калачиком на диване, не решаясь расположиться на все еще пугающей меня кровати, и закрыла глаза. В сон погрузилась почти сразу – сказались бессонная ночь и только что перенесенное напряжение. Организму отдых был просто необходим.

ГЛАВА 3

Звездная система Парнас, на пути к планете Новая Земля

Проснулась я от ощущения пристального взгляда, и тут же открыла глаза, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Поначалу не могла понять, где вообще нахожусь, еще не до конца придя в себя. Но уже через несколько секунд резко села и заозиралась. Огас в расслабленной позе сидел в кресле за столиком, уставленным едой. Вспомнила, что он что-то говорил насчет совместного ужина, и нервно сглотнула. Да мне кусок в горло не полезет рядом с ним!

– Не знал, что ты предпочитаешь, поэтому велел повару приготовить для тебя несколько вариантов блюд, – вежливо-доброжелательно проговорил Нордан, обводя рукой стол.

Какая трогательная забота! – хотелось с сарказмом ляпнуть, но я сдержалась. Молча поднялась и, на ходу приглаживая растрепавшиеся волосы, подошла к свободному креслу. Невольно подумала о том, что видок у меня наверняка сейчас тот еще, но это только порадовало. Чем меньше я буду привлекать огаса, как женщина, тем лучше. Хотя с чего взяла, что вообще могу его привлекать?

Нордан продолжал загадочно улыбаться и пялиться на меня, вызывая непроизвольное смущение. Впервые я ужинала с посторонним мужчиной наедине, и как бы ни храбрилась, испытывала по этому поводу беспокойство. Чтобы не смотреть в лицо огаса, стала разглядывать предложенное угощение. Здесь были блюда с разными видами мяса, рыбой и просто овощи.

Мельком покосилась в сторону тарелки, стоящей перед Норданом, и поежилась. Мясо с кровью, почти сырое. Опять накатили аналогии с хищниками, которые лишь усугубили мою нервозность. Сама я предпочитала вегетарианскую пищу, в крайней случае могла съесть птицу или рыбу. Среди таринов считалось, что женщина не должна есть слишком грубую пищу. Да и я так привыкла к подобному рациону, что это нисколько не ущемляло. Подвинув к себе тарелку с овощами, осторожно попробовала приготовленный салат. Вкусно. Только вот под взглядом огаса трудно даже жевать.

– Вина? – предложил Нордан, занося бутылку над моим пустым бокалом.

Вот только не хватало потерять трезвость рассудка! И я решительно замотала головой.

– Можно просто воды?

Огас и не думал настаивать. Молча налил требуемое. Я схватила стакан с водой и жадно выпила, надеясь, что это поможет немного успокоиться. Потом вскинула голову на Нордана, потягивающего вино и с легкой улыбкой наблюдающего за мной.

– Так зачем я вам? Вы обещали рассказать, – взяла быка за рога, не желая больше разыгрывать этот фарс. Почему-то нисколько не верилось в невинность намерений огаса. – Надир упоминал, что я должна буду удовлетворять какие-то ваши особые потребности. Надеюсь, речь не о сексе? – я сильно старалась не показывать смущения, затрагивая столь щекотливую тему, но щеки залились предательским румянцем.

Нордан запрокинул голову и расхохотался, потом снисходительно сказал:

– Никогда не понимал сородичей, которые пятнали себя подобными связями с низшими женщинами. Это то же самое, что спать с животным. Я ведь не извращенец.

Его слова покоробили и уязвили, но вместе с тем нахлынуло облегчение. Что ж, пусть лучше воспринимает как животное. Как-нибудь переживу!

– Тогда зачем я вам?

– Дело в нашей особой физиологии, – спокойно проговорил Нордан и жестом пригласил продолжить трапезу. Сам же начал умелыми движениями разрезать мясо на тарелке, посвящая в шокирующие подробности из жизни огасов. Неужели он думал, что я еще и есть при этом смогу? Сидела с округлившимися глазами и слушала. Мне и в голову не приходило подобное. – Огасы нуждаются не только в обычной пище. Жизненно важно для нас регулярно получать эмоциональную подпитку. Это помогает поддерживать силы для полноценного существования. Чем старше огас, тем больше он нуждается в этом, поскольку сам становится все менее способен испытывать эмоции. Наши женщины служат для нас источником подобной силы. Во время физической близости с ними мужчина поглощает достаточно энергии, чтобы поддерживать нормальное существование на определенный срок. Молодым огасам – тем, кто не достиг еще и пятисот лет – достаточно вступать в физический контакт с женщиной нашей расы всего раз в три месяца. Тем, кто постарше, уже чаще. Проблема в том, что женщин-огасов значительно меньше, чем мужчин. Мы не можем себе позволить иметь одну постоянную партнершу. Женщин держат в специальных храмах, которые мы регулярно посещаем. Когда ГЛАВА рода желает получить наследника, он имеет право ненадолго забрать одну из женщин к себе. Она живет в его доме, пока не родит, а затем снова возвращается в храм. Только вот с открытием межзвездных перелетов все несколько усложнилось. Бывает, что мы находимся в рейсах достаточно долго, а рисковать женщинами, беря их с собой на борт, запрещено. И когда мы осознали, что некоторые низшие способны стать частичной заменой того, что получаем от огасок, это в корне все изменило. Причем нам необязательно вступать с вами в физический контакт. Достаточно того, чтобы симбионт находился рядом. Когда он испытывает сильные эмоции, мы можем ими насыщаться.

Теперь понятно, что с ним происходило на аэролете. Это жуткое существо просто-напросто питалось моим страхом и тревогой за собственную жизнь. Я поежилась.

– Не все низшие подходят для этих целей, – продолжал между тем огас. – Но когда мы находим такой экземпляр, то чувствуем это на уровне инстинкта. Причем степень эмоциональной связи может быть неодинакова. До тебя у меня уже были симбионты, но они лишь частично могли удовлетворить мои потребности. С тобой же ощущения почти такие же, какие получаешь от полноценной связи с огаской, – его глаза загорелись. – Так что мне сильно повезло, что я нашел тебя.

– Это что я для вашей расы что-то вроде деликатесного редкого блюда? – хмуро спросила я.

– Не для всех. Для меня. Подобная связь всегда индивидуальна, – уточнил Нордан.

– А можно узнать: я от этой нашей связи как-то пострадаю? Ведь вы, фактически, из меня энергию высасываете.

– Если я буду делать это слишком часто и долго, то возможно, конечно, истощение, – пожал плечами Нордан. – Но не переживай, я буду осторожен. Не хочу потерять такой ценный экземпляр. С такой подпиткой мне даже необязательно посещать Дома Жизни. Разве что ради сексуального удовлетворения.

Его откровенность даже пугала. Хотя с учетом того, что за разглашение этой информации меня ожидала смерть, это можно понять. Огас мог позволить себе быть со мной откровенным. А еще нахлынуло понимание – раз я так ценна для него, вряд ли меня вообще когда-либо отпустят. Похоже, этот контракт пожизненный.

– Сейчас вы тоже это делаете? – выдавила, глядя на невозмутимое лицо огаса.

– Немного потягиваю твои эмоции, – усмехнулся тот. – Но стараюсь брать понемногу. Твое отчаяние прямо пьянит, но я постараюсь удержаться от того, чтобы не пить его в полную силу.

Вот ублюдок!

– А если я не буду испытывать сильные эмоции? – судорожно сжимая пальцами столешницу, спросила я.

– Тогда мне придется пробудить их в тебе, – глаза огаса хищно сверкнули, и это мне ой как не понравилось.

– И какие же эмоции дают вам больше всего энергии?

– Страх, боль, сексуальное наслаждение.

Мне еще больше поплохело. Интересно, каким образом этот гад собирается пробуждать все это? Особенно с учетом того, что последнее в его планы не входит.

– Не переживай, я не заинтересован в том, чтобы ты умерла, – снизошел до того, чтобы успокоить меня, Нордан. Только это не слишком утешило. Не умереть и быть в полном порядке – вещи разные. Ничто не помешает этой сволочи применять на мне пытки, а потом залечивать раны. – Тебе лучше смириться со своими новыми обязанностями, – сухо посоветовал огас. – И тогда мы прекрасно поладим. Я даже научу тебя пользоваться твоими способностями ментала. Думаю, когда перестанешь носить амулет, наша эмоциональная связь только усилится. По крайней мере, сегодня, когда ты его сняла, я почувствовал твои эмоции даже на расстоянии. Поэтому успел помочь тебе вовремя.

Он считает, что теперь мне и правда захочется научиться управлять своими способностями? Облегчить ему жизнь? Внутри поднималась злость, и она только усиливалась от осознания того, что он радуется от того, что я это чувствую. Злость ведь тоже достаточно сильная эмоция. Судя по довольной физиономии огаса, так и было.

Усилием воли постаралась подавить возмущение. Нельзя поддаваться отчаянию. Нужно постараться найти выход из создавшегося положения. И пока не придумала, как выкрутиться, придется играть по его правилам. Да и лучше разобраться в своих ментальных способностях точно не помешает. Не ради Нордана. Ради себя самой. Судя по тому, что вспоминала из своих ощущений, когда сняла амулет, мой дар не ниже второго уровня. А умение читать чужие мысли может сильно пригодиться, если каким-то чудом сумею сбежать от огаса.

Губы тронула горькая улыбка. Неужели я правда рассчитываю сбежать? Тут же отогнала упаднические мысли. Нельзя опускать руки уже сейчас. Иначе и правда стану всего лишь бесправным животным, смирившимся со своей участью.

– Куда мы летим? – собравшись с силами, холодно спросила. – На вашу планету?

– Пока нет. У меня еще есть дела на Новой Земле, – откликнулся Нордан, с аппетитом поедая мясо и явно довольный сложившимся положением вещей. – Мы уже вышли из гиперпространства. А на сверхсветовых долетим туда через неделю. Если захочешь, сделаю для тебя экскурсию по новоземельным достопримечательностям, когда разделаюсь с делами.

– Буду рада! – я постаралась, чтобы голос прозвучал не слишком оживленно.

Ни к чему огасу знать, что в моей голове уже возникла безумная мысль о побеге. На Новой Земле можно попробовать затеряться среди местных и попытаться найти работу. Менталы там весьма редки, потому особенно ценятся. Я даже была готова снять браслет-идентификатор, от которого все равно никакого проку. Кто знает, может, найду тех, кто согласится сделать мне поддельное удостоверение личности взамен на использование моих способностей. Так что теперь я вдвойне заинтересована в том, чтобы поскорее освоить ментальный дар.

Не знаю, что увидел на моем лице или почувствовал огас, но его брови свелись к переносице.

– Не советую пытаться сбежать от меня, – медленно протянул он. – Ты не представляешь, насколько простираются мои связи в разных мирах. И что я сделаю с тобой потом, когда найду.

Я шумно сглотнула, чувствуя себя под тяжелым жестким взглядом Нордана, словно кролик перед удавом. Что-то подсказывало, что он нисколько не врал, когда озвучивал угрозу. Нужно убедить его в том, что вовсе не собираюсь бежать. Наплевать на гордость и возмущение, даже унижаться, если понадобится. Во что бы то ни стало необходимо усыпить его бдительность. Пусть считает меня жалкой и запуганной слабачкой, это только увеличит мои шансы на побег.

– Вряд ли я смогу выжить одна без чьего-либо покровительства, – даже не пришлось придавать голосу достоверности, он и так дрожал от переполнявших эмоций. – Таринок этому не учат. Уж лучше вы, чем то, что может ждать в большом мире.

– Рад, что ты это понимаешь, – усмехнулся Нордан, хотя продолжал смотреть подозрительно. – Ты поела? – сменил он тон, откладывая столовые приборы и откидываясь на спинку кресла.

– Да, – я невольно напряглась, не зная, что будет дальше.

– Тогда настала очередь десерта, – в его глазах зажглись пугающие огоньки.

Не успела я спросить о том, что он имеет в виду, как непонятная сила выдернула меня из кресла и швырнула к стене. Похоже, Нордан решил открыть мне и эти свои способности. Он еще и телекинетик. Прижатая к стене и все больше чувствуя себя пришпиленной иголкой бабочкой, я беспомощно наблюдала за тем, как покровитель поднимается с места и подходит ближе.

Его ноздри возбуждено трепетали, красные зрачки теперь почти полностью заполонили радужку. И я с все сильнее накатывающей паникой поняла, что сейчас он, больше не сдерживаясь, хлещет мою энергию. Уже через несколько секунд голова начала кружиться, а перед глазами заплясали цветные пятна. Накатила такая слабость, что если бы сила огаса не удерживала на месте, точно бы грохнулась на пол. Казалось, из меня высасывали саму жизнь, оставляя взамен ноющую пустоту. Вот только что я испытывала страх и тревогу, а сейчас чувствую лишь ленивую апатичную покорность.

– Еще! – рык огаса заставил вздрогнуть, и я вынырнула из пугающего оцепенения.

Ощутила, как по коже в районе груди что-то полоснуло, а потом накатила боль. Он что меня порезал?! Опять с помощью своей силы, даже не касаясь? Проклятый ублюдок, что же он со мной творит?! С горечью вспомнила сказанные Норданом слова о том, какие эмоции воспринимаются им наиболее сильными. Страх, боль. Похоже, сейчас этот подонок кайфует от того, что делает со мной! Новая вспышка боли, и я не сдержала крика:

– Пожалуйста, не надо!

Огас тяжело дышал, стоя рядом с совершенно безумным выражением лица. Теперь он больше не напоминал холодного и бесстрастного аристократа, безукоризненно вежливого и спокойного. Хищник, все это время скрывавшийся внутри, вырвался наружу. И я была его жертвой, желанной добычей, с которой решили немного поиграть. Опять сосущее ощущение, словно из меня вытягивали нечто важное, потом все прекратилось.

Больше не удерживаемая чужой силой, я кулем свалилась на пол. Лицо Нордана продолжало пугать непонятным выражением: дикой смесью восторга и удовлетворения, смешанных с внутренней борьбой. Похоже, он едва сдерживался, чтобы не продолжить издевательства надо мной, но понимал, что так может и убить ненароком, если окончательно потеряет контроль. А потом алые зрачки начали сужаться, принимая обычную форму.

Спустя какое-то время ничто в облике холодного и высокомерного мужчины уже не напоминало о том чудовище, что он недавно выпускал наружу. И все же когда Нордан приблизился почти вплотную, я инстинктивно дернулась и вжалась спиной в стену. Ощущение упругого тепла живого корабля казалось единственной поддержкой сейчас.

– Ну вот и все на сегодня, – глядя на меня сверху-вниз, проронил огас. – Как видишь, ничего особо страшного не произошло.

– Не произошло? – хрипло выдохнула я, хоть и понимала, что лучше было бы промолчать. Но возмущение оказалось слишком сильным. – Да вы меня исполосовали и едва не осушили!

– Всего лишь царапины, – равнодушно сказал огас, но тем не менее достал из-за пояса ручной заживляющий прибор – витар – и несколько раз провел над порезами на моей груди.

Вскоре лишь небольшие белые полоски напоминали о перенесенном ужасе, а через несколько дней и их не останется. Только вот я прекрасно знала, что никогда не забуду о том, что сегодня случилось. И шрамы на душе так легко не заживут. Замерла, когда Нордан вдруг провел по этим белым следам рукой. Он тут же отдернул ладонь, словно сам об этом пожалел, и выпрямился. Сухо бросил:

– Следуй за мной.

– Куда? – с трудом поднимаясь на ноги и цепляясь за стену, спросила я.

– Ты же не думаешь, что я позволю тебе спать в моей постели? – хмыкнул Нордан, и я не сумела сдержать облегченного вздоха. Слава Великим! Хоть ненадолго избавлюсь от этого мерзавца!

Огас провел меня в соседнюю каюту и оставил там, заперев дверь. Я даже не попыталась сама открыть ее – сто процентов бесполезно. Я здесь пленница, и стеречь будут соответственно. Даже если каким-то чудом удалось бы выйти из каюты, с корабля, летящего где-то в просторах космоса, никуда не сбегу. Окинула взглядом место, где предстояло провести ближайшую неделю. Каюта оказалась не такой роскошной, как у Нордана, но здесь было вполне уютно. Маленькое убежище, где можно ненадолго спрятаться от всего того ужаса, что ворвался в мою жизнь и стал неприглядной реальностью.

Обследовав содержимое комнаты, увидела, что все мои вещи уже разложили по шкафам, а в помещении есть все необходимое для комфортного пребывания на корабле. Но и это не могло в полной мере обрадовать.

Я прошла в душевую и долго стояла под струями теплой воды, словно пытаясь смыть с себя что-то грязное и постыдное. Но прикосновение руки огаса продолжало жечь кожу, и я никак не могла избавиться от этого ощущения. Выйдя из душа, долго разглядывала свое отражение в зеркале. Взгляд казался потерянным и потухшим, и мне это не нравилось.

Не хочу, чтобы этому гаду удалось меня сломать! Это не удалось всему несправедливому мироустройству таринов, так неужели я сдамся сейчас? Но была слишком опустошена, чтобы настроить себя на боевой лад. С раздражением отвела взгляд от стройной женственной смуглой фигуры, отражающейся в зеркале, с рассыпавшимися по плечам до талии темными кудрями. Постояв под струями теплого воздуха, обсушившими тело, накинула на себя халат и вернулась в комнату. Постояв немного в растерянности, прислонила ладонь к переборке корабля, наслаждаясь едва уловимым откликом.

– Как тебе живется с таким капитаном? – тихо спросила, проводя рукой по теплым упругим стенам. Потребность поговорить хоть с кем-то, пусть даже это корабль, стала просто нестерпимой. Никогда еще я не чувствовала себя настолько одинокой. Вернее, не так. Никогда еще собственное одиночество так не пугало. А ведь раньше, живя в доме брата, я даже радовалась уединению. Теперь же в полной мере ощущала себя никому не нужной и несчастной. – Я вот с трудом представляю, как смогу смириться с тем, что стала его собственностью.

Опустившись на пол, прижалась щекой к стене и меня начало трясти. Наверное, организм, наконец, отходил от шока, и я постепенно приходила в себя. С губ срывались бессвязные слова, которые и сама не до конца понимала. Поверяла кораблю все, что меня тревожило, чувствуя, что наверное, выгляжу сумасшедшей. Но мне просто необходимо было выплеснуть это все из себя. В какой-то момент показалось, что стена под ладонью стала еще теплее, а по коже заструились искры. Приятное и необычное ощущение, от которого внутри растекалось щемящее чувство.

– Ты ведь меня понимаешь? – догадалась я, настолько обрадовавшись этому открытию, что даже рассмеялась. – Жаль, что не могу сама тебя услышать.

Опять знакомое покалывание, будто ободряющее, и все стало по-прежнему. А я будто очнулась, только сейчас в полной мере осознав, как же сильно устала. Поднялась на ноги и побрела к кровати – не такой большой, как в каюте Нордана, но несомненно, удобной. Блаженно вытянулась на постели, завернулась в одеяло и почти сразу отключилась.

Проснулась среди ночи лишь раз от нахлынувшего тревожного чувства. Открыв затуманенные глаза, попыталась хоть что-то рассмотреть в темноте, озаряемой лишь светом звезд из иллюминатора. Показалось, что вижу над собой высокую темную фигуру с белым ореолом вокруг головы. А потом что-то будто ударило в висок – и я отключилась.

Проснувшись утром, решила, что это был всего лишь ночной кошмар. Да и чувствовала я теперь себя гораздо бодрее. Немного еще кружилась голова от слабости, но в целом даже мое отражение в зеркале теперь нравилось гораздо больше.

Приняв душ и напевая песенку, я вышла из ванной в комнату, не став надевать халат. Какой смысл, если я тут одна? Сразу надену привычное платье и попытаюсь найти, чем себя занять. Вряд ли огас потребует меня раньше, чем к ужину. Но не успела я в обнаженном виде продефилировать к платяному шкафу, как дверь отъехала в сторону, пропуская моего покровителя. Выглядел он еще более недружелюбным и высокомерным, чем обычно. Но при виде меня замер на пороге, словно разом забыв, зачем пришел.

Взвизгнув, я поспешила схватить из шкафа первую попавшуюся вещь и прикрыться. На языке так и вертелось едкое: «А стучать вас не учили?» – но хватило благоразумия промолчать. Огас и так явно не в духе. И снова ой как не понравилось странное выражение в его глазах, которое пару раз уже видела вчера.

– Вижу, ты чувствуешь себя лучше, – не сразу нарушил он молчание, в упор разглядывая меня.

Я только пожала плечами, хотя хотелось ляпнуть: «Не благодаря вам».

– Вчера я немного увлекся, – проговорил огас, все же проходя вглубь комнаты и останавливаясь в нескольких шагах от меня. – Впредь постараюсь лучше держать себя в руках.

– То есть вы вчера едва не убили меня? – сухо уточнила я.

– Едва не истощил, – возразил он. – Так что сегодня дам тебе передышку. И чтобы немного загладить вину, после завтрака начну заниматься с тобой развитием твоих ментальных способностей.

Сказать, что я удивилась – ничего не сказать. Огас считает нужным заглаживать вину передо мной?

– Ладно, – неуверенно сказала. – А теперь можно мне одеться?

– Разумеется, – его голос прозвучал как-то хрипло, и я опять встревожилась. С видимым усилием Нордан отвел взгляд и направился к двери. – Я не стану закрывать на замок, – проинформировал он. – Дорогу в мою каюту не составит труда найти.

Надо же, мне даже сделали поблажку, не став запирать дверь! Похоже, огас и впрямь заинтересован в том, чтобы хоть немного исправить то, что случилось вчера! Или это какая-то непонятная игра, смысла которой мне не понять? Подозрения в том, что так и есть, лишь усилились, когда я, уже одетая и наспех стянувшая волосы в пучок, вошла в капитанскую каюту и заняла место за накрытым столом. Нордан при моем появлении опять замер и не отводил взгляда.

Чувствуя себя все более неуютно, постаралась вообще на него не смотреть и занялась едой. Краем глаза заметив, что он поднялся, затаила дыхание. Вилка в руке так и застыла, а недожеванный кусок румяного блинчика чуть не застрял в горле. Огас прошел мне за спину и коснулся волос. Я напряглась, ожидая, что или дернет сейчас так, что взвою, или придумает еще какое-то издевательство, радуясь нужным ему эмоциям. Но длинные тонкие пальцы Нордана пробежали по волосам и вытащили из них заколки. Тяжелая копна хлынула на спину, и я в полном недоумении округлила глаза.

– Так лучше, – опять хрипло сказал огас, и я ощутила его дыхание совсем близко от уха.

Так, что-то его сегодняшнее поведение внушает уже самую настоящую тревогу.

– Зачем это? – не выдержала я, дергаясь и уклоняясь от него.

Нордан вернулся на свое место и в задумчивости уставился на меня.

– Возможно, это эффект от того, что как симбионт ты мне идеально подходишь, – он мотнул головой и нахмурился. – Не обращай внимания. Ешь.

И вот как я теперь смогу спокойно есть?! В душе зашевелились нехорошие предчувствия. Похоже, я и правда вызываю в этом заносчивом ублюдке куда больший интерес, чем ему бы самому хотелось.

– Ты красивая женщина, – неожиданно сказал он, едва не заставив меня подавиться. Подняв глаза, в которых наверняка сейчас металась паника, я напряженно уставилась на него. Но лицо Нордана казалось бесстрастным, лишь во взгляде полыхали странные искорки. Поняла вдруг, что то, что он сказал, не было комплиментом или попыткой запудрить мозги. Просто констатация факта. – Насколько я знаю, тебе двадцать два года. В таком возрасте большинство таринок уже замужем. Так почему не нашлось мужчины, который бы захотел связать с тобой жизнь?

Ему что и правда интересно знать? Или это праздное любопытство? О чем-то ведь нужно говорить за столом. Только вот затронутая тема мне нисколько не нравилась. А еще манера огаса говорить напрямик, не тратя времени на моральную подготовку. Это в полной мере показывало, что он считает себя хозяином положения.

– Я не считаюсь такой уж красавицей, – хмыкнула, стараясь скрыть смущение. – У моего народа больше ценятся светлокожие и светловолосые женщины.

– Глупости, – он опять как-то хищно прищурился. – Когда я наблюдал за тобой во время твоей прогулки по городу, на тебя многие мужчины слюни пускали. Твоя красота необычна для таринки, но это, напротив, делает тебя привлекательнее. А еще этот вызов в твоих глазах, который ты даже не считаешь нужным скрывать. Это будоражит.

Мне становилось все более неловко.

– Я полагала, что огасов не привлекают женщины других рас, – хмуро напомнила его собственные вчерашние слова.

– Ну почему же? Подобные связи не столь уж редки, – усмехнулся Нордан. – Но мы заботимся о том, чтобы это оставалось известным только нам.

– Стираете память тем бедным женщинам? – с сарказмом осведомилась, хотя и понимала, что играю с огнем.

– Это лучший способ избежать ненужной огласки, – не стал возражать он. – Но я никогда не понимал подобных отношений. Уже говорил тебе. И то, что ты вызываешь во мне интерес такого рода, явилось неприятным сюрпризом.

Все, финиш! Я больше не пыталась есть. Тупо смотрела на сидящего напротив невозмутимого мужчину и понимала, как же сильно встряла.

– Возможно, это лишь временное явление из-за нашей эмоциональной связи, – размышлял он, и я понимала, что делает это скорее для себя, чем для меня. Видно было, что огас далеко не в восторге от перспективы осквернить себя столь недостойным объектом, как я. – Скоро эйфория от нашего эмоционального слияния станет привычнее, и я смогу лучше себя контролировать.

– Было бы хорошо! – с жаром воскликнула я, удостоившись его кривой усмешки.

Некоторое время он молчал, устремив взгляд куда-то в сторону и о чем-то размышляя. Я же не удержалась от вопроса:

– Прошлой ночью мне показалось, что кто-то стоял рядом с моей постелью. Это ведь был не сон?

Нордан поморщился.

– Просто забудь.

Вот сволочь! Значит, он меня вчера телекинетическим ударом в нокаут отправил только за то, что его заметила, а я об этом забыть должна? Скрепя сердце, хмуро бросила:

– Хорошо, забуду. Главное, чтобы это не повторялось в дальнейшем.

Его глаза прищурились, и я поняла, что зря это ляпнула.

– Не хотелось бы лишней грубости, – сухо сказал он, – но я снова напомню тебе, что решать, какими будут наши отношения, буду только я. И поверь, если мне захочется воспользоваться тобой в сексуальном плане, спрашивать разрешения не стану. Ты моя собственность. Иной раз меня даже развлекает твоя дерзость. Но не переходи черту.

– Простите, – пришлось выдавить из себя, хотя больше хотелось послать его подальше.

А он вдруг понимающе улыбнулся.

– Похоже, я понял, почему до сих пор ни один тарин не захотел ввести тебя в свой дом в качестве хозяйки. Ты слишком своевольна.

Да, и горжусь этим! – рявкнула внутренне, но внешне лишь кисло улыбнулась.

– Но в кратких дозах это даже забавляет, – «утешил» меня Нордан. – Главное, чтобы ты не вздумала делать это на людях, когда будешь рядом со мной. Никогда не забывай, кто твой хозяин, девочка.

Испытывая нарастающий гнев, ощутила, как из меня снова потихоньку начинают потягивать энергию. Похоже, с каждым разом я чувствую все лучше, когда это происходит. С возмущением поджала губы.

– Вы же обещали сегодня этого не делать! – напомнила огасу, с довольным видом смотрящему на меня.

– Не удержался, – он с видимым усилием прервал связь. – Твои эмоции как наркотик.

Я лишь еще больше нахмурилась, никак не прокомментировав эту реплику. Буду надеяться, что Нордан и правда со временем научится лучше держать себя в руках. А то к тому моменту, когда нужно будет бежать, я в овощ превращусь, которому станет уже абсолютно плевать на все.

ГЛАВА 4

После завтрака мы с огасом, как он и обещал, занялись настройкой моего ментального щита. Мне велели устроиться на диване, а сам Нордан остался в том же кресле за столом, откуда его расторопные подчиненные уже все убрали.

– Тебе будет нелегко сразу привыкнуть к тому, к чему другие менталы привыкают постепенно, – сразу предупредил покровитель немного снисходительным тоном.

– А это вообще реально? – вспомнив свои не слишком-то приятные ощущения, когда сняла амулет, перевела я плечами.

– Если бы было нереально, я бы не стал тратить на это свое время, – парировал он. – Итак, начнем?

Я согласно кивнула, стараясь отгородиться от того недоверия, которое питала к нему, и начать воспринимать его еще и как учителя. Но сейчас Нордан выглядел настолько бесстрастным, что постепенно беспокойство уходило. По крайней мере, в ближайшее время никто не станет меня доводить до эмоционального срыва или смущать откровенными взглядами.

– Ты должна представить вокруг себя защитный кокон, который словно окружает и заслоняет от посторонних. Не пропускает внутрь, но и не позволяет чувствовать их. Чтобы легче было понять, что при этом испытываешь, проведи аналогии с другими органами чувств. Ведь ментальный дар – не что иное, как еще одно свойство твоего организма, помогающее воспринимать мир. Если тебе заткнуть уши, ты перестанешь слышать. Если закрыть глаза – видеть. Ментальный щит – это то же самое, что повязка на глаза, только энергетическая. Та, что твой мозг воздвигает для собственной защиты. Поначалу будет сложно держать его постоянно, но со временем привыкнешь.

– Все так просто? – с некоторым удивлением протянула я. – Нужно всего лишь представить вокруг кокон?

– На самом деле, кажущаяся простота иногда бывает самым сложным, – усмехнулся огас. – Но рад, что ты готова попробовать.

– Мне снять амулет? – я потянулась к украшению на груди.

– Для начала научись концентрироваться на удержании образа хотя бы с минуту, – снисходительно сказал Нордан.

И я послушно закивала. Закрыв глаза, чтобы лучше сосредоточиться, представила вокруг что-то вроде сферы, окружающей тело. Попыталась удерживать образ и вскоре поняла, что огас был прав – постоянно сосредотачиваться на одном и том же оказалось нелегко. Мысли то и дело уводили прочь и я сбивалась.

– Постарайся удерживать кокон лишь частью сознания. Давать себе установку на том, что он есть. Чтобы часть разума постоянно помнила об этом. Тогда необязательно будет постоянно концентрироваться на этом образе, – посоветовал огас, угадывая бесплодность моих попыток.

Я даже взмокла, несколько раз пытаясь сосредоточиться на поставленной цели. Не думала, что это настолько утомляет! Но наконец, с горем пополам поняла принцип того, что нужно делать, и Нордан разрешил снять амулет, удерживая в голове образ кокона. С некоторой опаской я стянула украшение и положила рядом на диван. Втянула голову в плечи, ожидая, что на меня снова обрушатся чужие эмоции и мысли. Но ощутила лишь слабые отголоски, похожие на фоновый шум. А когда представила, что кокон уплотнился, и их перестала слышать.

– Получилось! – с восторгом воскликнула, глядя на своего учителя, но тут же охнула, когда из-за эмоционального всплеска потеряла концентрацию. Сразу оглушило морем ощущений, звуков и образов, и я поспешно схватила амулет и зажала в руке. Помогло. Ментальные ощущения схлынули.

– Как я и говорил, это не так уж легко, – хмыкнул огас. – Ты должна довести этот навык до автоматизма. А потом научиться по собственной воле приглушать или усиливать дар. Только после этого сможешь перейти к попыткам им управлять.

Я устало вздохнула, с горечью понимая, что научиться этому быстро нереально. Нордан усмехнулся.

– У нас будет достаточно времени, чтобы ты освоила эту науку. Ну а теперь мне пора возвращаться к делам. Иди в свою каюту. До вечера ты свободна.

Пробормотав что-то вроде благодарности, я поднялась и вышла из помещения. Решила, что как ни будет трудно, займусь освоением дара прямо сейчас. И пусть в конце дня стану чувствовать себя выжатым лимоном, плевать! У меня слишком мало времени, чтобы щадить свои силы.

Так что до вечера было чем себя занять, хотя голова едва не взрывалась от напряжения. Но, по крайней мере, я уже могла находиться без амулета до пяти минут. Довольная результатом, решила, что могу попробовать пойти дальше. И пусть огас и говорил, что спешить не нужно, упрямство заставляло действовать наперекор. Нордану ведь просто выгодно подольше держать меня под контролем, заставляя считать, что его помощь незаменима. Только вот я не так глупа, и поняв принцип работы, вполне могу и сама попробовать.

В очередной раз сняв амулет, немного ослабила щит, представив себе, что стенки защитного кокона стали чуть прозрачнее. Ставший уже привычным фоновый шум теперь не казался раздражающим – я научилась отгораживаться от него. Попыталась нащупать конкретное направление, вычленяя из общего хаоса отдельные элементы. Получилось далеко не сразу, но все же удалось нащупать различие в какофонии звуков.

Представила, что эмоции и мысли того существа, которое отделила от других, окрашены другим цветом, и стало легче. Один из огасов-техников, занимающийся сейчас настройкой какого-то прибора. Я видела в голове образы, слышала мысли. С трудом подавляла восторг, нарушающий равновесие ментального щита. Настолько это казалось удивительным – настраиваться на волну другого существа!

Огас был голоден и мечтал поскорее покончить с работой. А еще вспоминал женщину-мигарку, с которой познакомился во время одного из рейдов. У меня запылали щеки от тех воспоминаний, что сейчас плавали в голове мужчины. Похоже, слухи о сексуальной активности мигарок вовсе не преувеличены! Слышала, что для этой расы физические прикосновения просто необходимы, и что они с восторгом вступают в контакты с теми, кто может им это предложить. За что представители других рас их немного презирают, хоть и не прочь воспользоваться подобной особенностью мигаров. Огас стеснялся признаться приятелям-сородичам, что ему очень понравилась физическая близость с этой женщиной. И не только возможностью вытянуть из нее немного эмоциональной энергии.

Я осторожно убрала голубоватые очертания, которыми выделила нужный объект, и заскользила дальше, лишь слегка касаясь других существ. Искала отличия в образе мыслей, характерные конкретно для этой расы, чтобы иметь возможность в следующий раз безошибочно распознавать огасов. И когда натолкнулась на немного другой эмоциональный фон, поняла, что и это удалось.

Нащупала несколько симбионтов, находящихся на корабле, из других рас. Но это заняло столько усилий, что ментальный щит трещал по швам. Поспешно схватила амулет и надела, решив, что на сегодня достаточно. И так сделала больше, чем можно было ожидать. Даже гордость испытывала за себя.

Поневоле улыбаясь, поднялась с места и подошла к стене, привычно погладила и поделилась с кораблем своей радостью. Снова знакомые искры, пробежавшие по ладони, и я с восторгом зажмурилась. Кто знает, может, скоро смогу услышать ментальную речь корабля? Хотя вряд ли, конечно. Читала ведь, что живые корабли имеют право общаться только с командным составом. Остальных игнорируют, повинуясь вложенным в них указаниям. Мне же было безумно интересно понять, как мыслит искусственно созданное, но разумное существо.

Оставшееся время до ужина я тоже провела с пользой. Обнаружив в каюте голографический компьютер, решила обновить в памяти информацию о планете, на которую мы летим. Никогда не знаешь, что пригодится для побега.

Новая Земля. Первая планета, с которой люди из совершенно другой части Вселенной начали осваиваться в нашей Галактике. Поначалу их не воспринимали всерьез и не считали угрозой. Позволяли жить на планете, которую они облюбовали, делать ее более пригодной для жизни. Но уже скоро люди доказали, что несмотря на ограниченные по сравнению с другими расами физические и ментальные возможности, с ними стоит считаться. Они довольно быстро наладили контакты с иными существами, переняли их технологии, колонизировали еще несколько планет.

За тысячу лет новоземляне стали одной из самых могущественных рас в этой части Вселенной. Что касается их родной планеты, то насколько известно, там произошла какая-то глобальная катастрофа, и им пришлось искать другое место обитания. Их ученым удалось использовать энергию черной дыры, чтобы совершить рискованный эксперимент по перенесению в другую часть Вселенной. В результате все едва не закончилось окончательной гибелью землян, но нескольким кораблям удалось вынырнуть из возникшего пространственного перехода невредимыми.

Сейчас новоземляне являются членами Федерации, притом играют в ней важную роль. Их особые взгляды на жизнь, довольно свободные, привлекают тех из представителей других рас, кто не желает мириться с законами своих миров и ищет новые возможности. Нужно лишь доказать, что ты можешь быть полезным гражданином этого народа, и тебя примут с распростертыми объятиями. Я знала, что некоторые преступники с других планет таким образом даже избежали наказания.

Став новоземлянином, как теперь называли представителей этой расы в память о первой колонизированной планете, можно было получить их права и свободы. Новую жизнь. Именно к этому я стремилась, поневоле воспринимая знаком судьбы то, что мы сейчас летим именно туда.

Только вот было несколько трудностей, с которыми придется столкнуться, даже если каким-то чудом удастся бежать. Без браслета-идентификатора возникнут проблемы в посольстве с подтверждением моей личности. А с ним огас найдет меня в два счета. А еще я понятия не имела, как доказать, что настолько уж необходима новоземлянам, чтобы они согласились защитить от огасов.

Со вздохом просматривала мелькающую в воздухе, чуть подсвеченную белым информацию, стараясь найти то, что может помочь. Уже почти отчаялась, когда внезапно рука сама собой замерла на одном из рекламных объявлений: «Межзвездная Академия объявляет очередной набор студентов. Ознакомиться с условиями поступления можно по нижеприведенной ссылке».

Некоторое время я тупо разглядывала эмблему учебного заведения и фон, представлявший собой снимок космической станции «Хронос», находящейся около орбиты Новой Земли: четыре сферы, нагромождающихся на спиралевидную опору, на фоне голубоватой планеты и звездного неба. Сердце гулко заколотилось, а что-то внутри буквально кричало, что нужно обратить внимания на это объявление. Неужели вместе с открытием дара и интуиция моя тоже обострилась?

Свернув вкладку с объявлением, стала искать больше информации по этому вопросу. И чем больше вникала, тем сильнее понимала – возможно, это мой единственный шанс!

Межзвездная Академия была создана пятьдесят лет назад корпорацией «Корн». Обучение там проходило с помощью самых современных технологий и в обязательном порядке включало практику на различного вида кораблях, тоже являвшихся собственностью корпорации. Туда невозможно было поступить по чьей-то протекции или за деньги.

Все умственные, физические и ментальные возможности студента тщательно оценивались, только после этого принималось решение о том, насколько он перспективен. Но зато если уж тебя признали годным, корпорация оплачивала и обучение, и проживание на станции – особом замкнутом мирке, где помимо учебного центра находился частный космопорт, военная база и самые современные лаборатории.

Обучение длилось два года, после чего нужно было отработать на корпорацию в течение десяти лет. Фактически, студент на это время становился ее собственностью и не имел права самостоятельно решать свою дальнейшую судьбу. Но зато после окончания контракта ему были открыты двери практически на любой корабль Федерации. Выпускники Академии ценились на вес золота.

А еще немаловажный факт – на те двенадцать лет, что желающий заключить контракт с корпорацией становился ее частью, он мог не сомневаться, что его будут защищать как своего. Гражданство Новой Земли, при необходимости новые документы, услуги юристов корпорации совершенно бесплатно.

«Корн» умела защищать свою собственность от чужих загребущих рук. Это и правда мой шанс!

Необходимо лишь найти способ добраться по указанному адресу до того здания, где проходит набор в Академию, и пройти удачно тесты. Да, и еще самая малость, – с кривой усмешкой подумала я, – нужно как-то сбежать от Нордана лар Са-Ирда.

Невесело хмыкнула, но все же запомнила наизусть адрес, указанный в объявлении, и постаралась скрыть следы своих поисков в сети. Что ж, теперь, по крайней мере, мои планы обрели хоть какую-то четкость, пусть и утопическую. Ведь нет никакой гарантии, что заинтересую корпорацию. Пусть я и ментал, но плохо управляю даром, а еще я женщина-таринка. Не сомневаюсь, что будут оцениваться и психологические характеристики кандидатов. А с учетом того, как воспитывают женщин моей расы, вряд ли кому-то захочется возиться с беспомощным, бесполезным, изнеженным существом. Физические возможности мои тоже вызывают лишь улыбку. Вряд ли мое умение танцевать вызовет у кого-то энтузиазм. Никакими навыками самозащиты я не обладаю – это в принципе запрещалось для таринок. Что касается интеллекта, то я, конечно, не дура, но и назвать меня гением тоже нельзя.

От неутешительных раздумий оторвал появившийся в открывшемся дверном проеме Нордан. Моя рука, все еще висящая напротив голографического экрана, невольно вздрогнула, и я поспешила убрать ее. Буду надеяться, что огас не придаст значения этому предательскому жесту. Постаралась успокоиться и взглянуть на него так, чтобы ничего не заподозрил. Немного хмуро и встревожено, как будто просто обеспокоена его появлением.

– Как провела день? – вполне приветливо спросил огас, проходя внутрь и внимательно разглядывая меня.

– Немного потренировалась с ментальным щитом, потом развлекала себя серфингом по сети, – я натянула на лицо улыбку.

Мелькнула мысль – а что если попробовать нацепить ментальный щит вдобавок к дардасу, что меня защищает. Может, это не позволит Нордану с такой легкостью считывать мои эмоции? И я тут же попыталась это сделать. И даже в голову не пришло, что вряд ли огас такой идиот, что обучал бы меня, как создать ментальный щит, если бы это ему помешало. Снисходительная улыбочка на лице Нордана в полной мере доказала, что если кого-то и можно назвать идиотом, то меня.

– Пытаешься защититься? – небрежно бросил огас, приподняв брови. – Хочу тебя разочаровать. У огасов дар эмпатии несколько специфический. Если идет эмоциональная привязка к какому-то существу, то никакой ментальный щит не защитит.

– То есть вы и мысли мои можете читать? – похолодела, сообразив, что Нордан может быть способен и на это.

– К сожалению, нет, – успокоил он. – Так что не переживай насчет этого. Речь только об эмоциях. Конечно, если бы ты сняла щит и амулет, я легко бы считал твои мысли. Но сейчас этого не делаю. А в твоих мыслях есть то, что ты хотела бы скрыть? – вкрадчиво спросил, подходя еще ближе и застывая в шаге от меня, отчего я нервно сглотнула.

– Думаю, вам бы мои мысли не понравились, – наконец, выдавила, пытаясь унять бешено заколотившееся от страха сердце. – Я вас в них не слишком-то лестно называю.

Огас расхохотался.

– Надеюсь, со временем ты смиришься с моим существованием в твоей жизни, – наконец, сказал он и махнул рукой в сторону выхода. – Идем, поужинаем вместе.

– А это обязательно? – немного переведя дух и успокоившись, спросила я. – Вы же сегодня обещали дать мне передышку. Так что зачем нам ужинать вместе?

– Как ни странно, но мне твое общество доставляет удовольствие, – снова обезоружил откровенностью огас. – Не сомневаюсь, что дело в эмоциональной совместимости, но отрицать очевидное не хочу.

Уж лучше бы отрицал! Мне вовсе не хотелось, чтобы Нордан в открытую демонстрировал симпатию. Хотя, конечно, симпатией это можно назвать с огромной натяжкой. Думаю, он испытывал ко мне нечто сродни тому, что человек может чувствовать к забавному домашнему питомцу. Ему нравится проводить время со зверушкой, и он даже по-своему привязывается к ней. Уже то, что Нордан настолько откровенен, доказывает, что в качестве равного существа вряд ли воспринимает. Не считает, что могу дать отпор или воспользоваться его откровенностью в собственных целях.

И в чем-то, конечно, прав. Если не найду способ сбежать, то и правда так и останусь рядом с ним в качестве кошки или собаки. Любимой зверушки, чье общество забавляет и развлекает, а еще полезно для поддержания нормального существования. Наверное, не вырасти я в обществе, где женщин, в принципе, воспринимали почти так же, это бы уязвляло больше. Но сейчас просто возникала инстинктивная неприязнь к еще одному высокомерному мужику, для которого вполне нормально такое положение вещей. Пусть даже он по-своему заботится обо мне и не проявляет излишней жестокости. То, что было вчера, всего лишь попытка вывести на эмоции, и теперь, когда вчерашнее негодование улеглось, я вполне это понимала.

Только вот мириться с этим не хочу и не буду! Нордану сильно не повезло с выбором таринки. И очень скоро он это поймет. Пока же придется делать вид, что постепенно смиряюсь и свыкаюсь с новым положением.

ГЛАВА 5

За ужином взгляд Нордана все больше смущал. Не оставляло ощущение, что мужчина будто раздумывает над чем-то, но пока не решил что-то для себя окончательно. Вздрогнула, когда в какой-то момент огас с раздражением отбросил столовые приборы на тарелку и поднялся. Оказался рядом со мной с такой скоростью, что сердце ухнуло вниз. Неужели соврал и сейчас опять повторится тот ужас, которому подвергал вчера? Но он лишь приподнял мой подбородок и уставился со странным выражением, каким-то злобно-голодным.

– Если вам так уж необходима эмоциональная подпитка, то ладно, – пискнула я. Почему-то это казалось менее страшным, чем другое объяснение подобного поведения огаса.

Тонкие пальцы держали так цепко, что заныла челюсть. А потом, к моему ужасу, Нордан слегка провел по моим губам и тяжело задышал.

– Проклятая эмоциональная связь, – вдруг пробормотал и отпустил, явно недовольный. Причем, скорее, собой. – Иди в свою каюту, – хрипло сказал, отвернувшись.

Глядя на его напряженную спину и стиснутые кулаки с побелевшими костяшками, я поспешила встать и последовать приказу. Хотелось оказаться как можно дальше от этого странного типа, чьи реакции безумно пугали. М-да, братик, похоже, ты нашел лучший способ отомстить мне за все те годы, что я испытывала твое терпение!

Такой, как Нордан, вряд ли станет спрашивать о том, чего я хочу сама, или жалеть меня. Вспомнилось аристократичное лицо советника дир Мириса, деликатно пытавшегося ухаживать за мной. И я в полной мере осознала, что с ним однозначно было бы лучше. Он уже немолод, его первая жена умерла, дети взрослые и живут своей жизнью. И его обхождение со мной в полной мере давало понять, что с меня бы пылинки сдували и баловали.

Нет же, я была с ним настолько груба и недружелюбна, что он в полном замешательстве отступился. Хотя его взгляды, когда мы встречались порой у общих знакомых, давали понять, что чувства ко мне никуда не ушли. Может, если бы брат так не поспешил продать меня огасу, советник предпринял бы новую попытку. Только вот Надир больше не пожелал делать ставку на свою непутевую сестру и не захотел зависеть от моих капризов.

Грустно. Хотя, скорее всего, сейчас во мне говорят просто отчаяние и страх перед Норданом. Представить себя женой нелюбимого мужчины, годящегося в отцы, было трудно.

Настолько хотелось отрешиться от горьких мыслей, что я решила опять заняться развитием ментального дара. Уже привычно устроившись на полу у стены и поприветствовав живой корабль ласковым поглаживанием, сняла амулет. В этот раз целенаправленно искала связь с единственным существом, которое не казалось врагом здесь. Пусть это не более чем иллюзия – кораблю до меня никакого дела нет – но очень хотелось попробовать.

Отсеяв уже привычные ощущения от других обитателей этого места, я попыталась скользнуть дальше, в самую сердцевину корабля. Минут пять изо всех сил напрягалась, но все оставалось безуспешным. Уже хотела со вздохом прекратить попытки и лечь спать – голова и так раскалывалась – но внезапно уловила какой-то отголосок в голове. Ощущение, словно разума коснулось что-то сильное и мощное, немного чужеродное. Иное сознание, непохожее на сознание существ из плоти и крови, проявляло любопытство. Я чутко ощущала эту эмоцию.

– Это ведь ты, кораблик? – прошептала одними губами. – Хочешь пообщаться со мной?

Ощущение чужого присутствия в голове тут же исчезло, и я разочарованно вздохнула. Надела амулет и побрела к постели, чувствуя себя совершенно разбитой.

На следующий день завтрак мне принесли в каюту. Нордан не появился, чему я была только рада. В полном молчании поела и снова занялась упражнениями. Перехватило дыхание, когда стоило снять амулет и чуть ослабить щит, как разума опять коснулось знакомое чужеродное сознание.

– Ты хотела пообщаться, – возник странный голос в голове, лишенный эмоций, но звучащий мелодично и приятно.

Меня даже в жар бросило, и первое время я судорожно хватала ртом воздух, не зная, что сказать.

– Я рада, что ты ответил… Или ответила… – заколебалась, понятия не имея, есть ли у живых кораблей разделение по половому признаку.

Показалось, что мне в голову передали эмоцию иронии, но она была такой странной, будто чуть искусственной, что не могла бы поклясться в этом на сто процентов.

– Можешь обращаться ко мне, как к мужчине. По крайней мере, имя мне дали мужское.

– И как же тебя зовут? – спросила, испытывая радостное волнение.

– Заур.

– А ты и правда живой? – поколебавшись, задала новый вопрос.

– Если это можно так назвать. Я способен самостоятельно мыслить, испытывать частично то, что вы называете эмоциями. Но все же в мою программу забиты определенные установки, которые не дают свободы выбора в той мере, в какой это понимаете вы.

– Я рада, что ты решил пообщаться со мной, – улыбнулась я. – Мне здесь очень одиноко и неуютно.

– Знаю. Я вижу все, что происходит внутри моей оболочки, – без малейших эмоций откликнулся корабль.

– А ты бы мог вмешаться, если бы понадобилось? – осторожно спросила. Кто знает, может, если налажу приятельские отношения с кораблем, он сумеет защитить от Нордана в случае необходимости. Сама понимала утопичность такого расклада, но не попытаться не могла.

– Только с разрешения капитана, – послышался невозмутимый ответ, и я разочарованно вздохнула.

– Значит, ты выполняешь все его команды?

– Он мой хозяин.

– Не знаю, как бы я смогла всю жизнь подчиняться чужим приказам, – посочувствовала я.

Корабль промолчал, видимо, не посчитав нужным реагировать на такую крамольную реплику. Неужели я и правда рассчитывала, что сумею настроить его против Нордана? Глупо. А потом вдруг опалило шокирующим открытием.

– Постой! Но ведь я читала, что одной из установок для разума живых кораблей является привязка только на командный состав. Ни с кем другим вы не имеете права вступать в контакт. Тогда почему заговорил со мной?

– Твои мысленные призывы настолько сильны, что их трудно игнорировать, – показалось, что в голосе послышались нотки задумчивости.

Я даже опешила.

– И что это значит?

– Твой разум настроен на меня гораздо лучше, чем разум иных разумных существ, обитающих здесь, – раздался непонятный ответ.

– И как это может быть?

– У меня нет ответа на этот вопрос, – готова поклясться, что будь у корабля привычное глазу тело, он бы пожал плечами.

– Скажи, а как работает твоя связь с командным составом? – пошла я другим путем, пытаясь найти лазейку в программах корабля. – Ты обдумываешь приказы, которые они тебе отдают, или должен выполнять их независимо ни от чего?

– Прерогатива отдается воле капитана, – откликнулся собеседник.

Не знаю, что дернуло на дерзкую попытку попытаться изменить ситуацию. Словно предчувствие какое-то, вызванное странной репликой о том, что мой разум настроен на корабль лучше, чем иных существ, что здесь находятся.

– Нордан отдавал приказ не выпускать меня отсюда?

– Да, – последовал четкий ответ.

Я поднялась и подошла к двери, где на пульте мигал красный датчик.

– А если я попрошу открыть?

– Я должен буду спросить капитана, – нотки колебания в голосе едва не заставили задохнуться от возникшей надежды.

– А если прикажу? Открой дверь, – глухо сказала, сама приходя в ужас от собственной дерзости.

Послышался легкий щелчок, и датчик на пульте загорелся зеленым. В полном потрясении я уставилась на отъехавшую дверь.

– Но почему? – вырвалось у меня.

Ощутила, как от корабля в разум хлынуло что-то, напоминающее озадаченность.

– У меня нет ответа на этот вопрос, – после несколькосекундной заминки возник в голове знакомый голос. – Твой приказ воспринялся моими программами, как первоочередный.

Услышав из коридора шаги, я поспешила приказать кораблю закрыть дверь. Нельзя, чтобы кто-то заметил, что я без труда смогу выбраться из каюты, если возникнет необходимость. Сердце колотилось как бешеное от этого шокирующего открытия.

Я могу управлять кораблем, обходя прямые приказы капитана! Но как? Почему? Ощутила, как чужое присутствие в разуме исчезло, и почему-то испугалась. Что если больше не смогу наладить связь с кораблем и теперь он будет держаться подальше, не позволяя касаться своего сознания?

– Заур! – послала мысленный призыв, и тут же ощутила его присутствие в голове вновь. С облегчением выдохнула. – Нет, ничего. Я просто так…

В задумчивости села в кресло и активировала голографический компьютер. Нужно подробнее изучить всю имеющуюся информацию о живых кораблях. Это тоже может пригодиться. Кто знает, возможно, корпорацию «Корн» заинтересует то, что я могу обходить встроенные программы их детища. Тогда я точно стану им полезной! Но для начала не мешало бы самой разобраться в том, как и почему могу это делать.

Чем больше я пролистывала страниц на эту тему, тем сильнее хмурилась. Ничего конкретного, все разработки засекречены. Корпорация «Корн» тщательно следила за тем, чтобы никто не мог повторить их открытие, а все вынуждены были обращаться за их услугами. В сети была лишь общая информация о том, что живой корабль представляет собой уникальный организм: частично органический, частично из металла, о том, какие преимущества имеет перед обычными транспортными средствами. А еще о том, что для управления таким кораблем нужно обладать ментальным даром не ниже второго уровня.

Стоп. Может, дело в этом? Я в задумчивости потерла рукой подбородок. Что если мой ментальный дар выше дара капитана, вот корабль и воспринимает меня, как более достойную приказывать ему? Да нет, бред… Будь подобное заложено в живой корабль, вряд ли бы кто-то горел желанием так рисковать, доверяя свою жизнь случаю и пользуясь подобным транспортным средством.

Корабль привязан к конкретному хозяину-менталу – об этом в его характеристиках говорится четко. Так что моя идея не выдерживает никакой критики. Но тогда почему он так легко подчинился мне?

Я со вздохом убрала голограмму. Вряд ли додумаюсь до этого сама. Ответ, скорее всего, знают только разработчики, а еще, возможно, начальство. Но вот стоит ли говорить им об этом, большой вопрос. Если и для них это окажется неприятным сюрпризом, кто знает, что могут предпринять. Вдруг пожелают сделать лабораторной крысой, изучая, как я оказалась на такое способна, или вообще убьют по-тихому, чтобы не дискредитировала их изобретение. Ведь узнай кто, что обычная таринка легко взяла под управление корабль огасов, считавшийся надежно защищенным от подобного, это сильно подорвет репутацию корпорации «Корн». Так что в моих интересах молчать об этом и попытаться заинтересовать приемную комиссию Межзвездной Академии другим способом.

До вечера Нордан меня не беспокоил. Даже возникало ощущение, что старательно избегал, что радовало и одновременно тревожило. Не оставляло плохое предчувствие по поводу внезапно возникшего в нем иного интереса ко мне. Когда настало время ужина, в душе шевельнулась легкая надежда на то, что огас в этот раз не станет тревожить и продолжит игнорировать. Надежда развеялась, как дым, когда по каюте разнесся чуть искаженный коммуникационным устройством холодный голос Нордана:

– Таниэль, жду тебя в своей каюте.

Тут же щелкнул замок и замигал зеленым датчик на пульте. Сглотнув подступивший к горлу комок, на негнущихся ногах двинулась к выходу. Руки тряслись мелкой дрожью, и я пыталась скрыть это, сжимая их в кулаки.

Дверь в каюту огаса была открыта, и я неуверенно переступила порог. Почти сразу пути к отступлению оказались отрезаны, и датчик на стене замигал красным. И то, что я могу в любой момент приказать кораблю снова открыть выход, нисколько не утешало. Показывать то, что сегодня обнаружила, огасу – смерти подобно. Прощайте тогда, планы побега! Меня будут стеречь еще надежнее, чем сейчас, и больше не доверяя системе безопасности корабля. С Нордана станется приставить ко мне вооруженную охрану.

Пока все эти мысли проносились в голове, я медленно подходила к столу, за которым сидел огас. Выглядел он мрачным и угрюмым, что только усиливало мое беспокойство. Если он не в духе, то сегодня не стоит ожидать пощады. Вспомнив те ощущения, что испытывала в прошлый раз, когда меня прижимали к стене и полосовали до крови, содрогнулась. Неизвестно что обрушит хозяин сегодня на мою голову.

– Садись, – резко бросил он, указывая на кресло напротив.

Ослушаться я не посмела, да и вообще голос подать не решалась. Уж лучше буду делать вид, что я покорная овечка. Глядишь – и это поднимет ему настроение и настроит на более миролюбивый лад.

Ужин проходил в полном молчании. Я без аппетита жевала приготовленное для меня вегетарианское блюдо. Несмотря на то, что оно было потрясающе вкусным, в полной мере не могла им насладиться. Уж слишком беспокойные мысли метались в голове. Нордан, поедая ужин, порой бросал на меня такие свирепые взгляды, что кусок застревал в горле. Хотелось вообще отложить столовые приборы, сказать, что наелась, и попросить отпустить в свою каюту. Но я прекрасно понимала, что сегодня об этом можно только мечтать. Временная передышка закончилась, и огас явно намерен воспользоваться мной по назначению. Так что вместо того чтобы побыстрее разделаться с едой, я растягивала ужин, как могла. Оттягивала неизбежное.

Покончив с трапезой, Нордан откинулся на спинку кресла и забарабанил пальцами по подлокотникам. И я осознала, что настал момент, которого так боялась.

– Что вы собираетесь сделать со мной сегодня? – глухо выдохнула, решив, что ожидание еще хуже. Чем быстрее все закончится, тем лучше. – Опять резать будете?

– Сегодня я хочу попробовать кое-что другое, – медленно протянул он, и мне не понравилось то, как засверкали алые огоньки в его глазах.

– Какие-то особые огасские пытки? – я попыталась говорить с нотками иронии, чтобы не выдавать страха. Последнее только подстегнет его усугубить ситуацию. Хотя кого я обманываю? Нордан считывает все мои эмоции, так что я не обману его мнимой бравадой.

– В этот раз я не намерен причинять тебе боль, – к моему удивлению, сказал он и стиснул челюсти.

– Значит, запугаете до полусмерти? – я изогнула брови, вспомнив, какие именно эмоции предпочитают пить огасы: боль и страх.

– Нет, – в голосе прозвучали раздраженные нотки, и в голове зазвенели тревожные колокольчики. Если не боль и страх, то… О, Великие, только не это!

Я вскочила так резко, что опрокинула кресло, и ринулась к двери. Уже хотела отдать приказ кораблю открыть, позабыв о прежних здравых рассуждениях, но неведомая сила зашвырнула обратно и перенесла через всю комнату. Упав спиной на что-то мягкое, в полном ужасе осознала, что нахожусь на кровати.

Нет! Он не может это сделать со мной! Я не хочу! Пусть уж лучше режет!

– Вы же говорили, что для вас подобное – это как спать с животным, – сдавленно выпалила, расширенными глазами глядя на то, как Нордан поднимается с кресла и идет ко мне. Его ноздри трепетали, зрачки расширились. И я с ужасом осознавала, что в этот раз не только осушение моих эмоций вызывает у него такую реакцию. Он возбужден.

– Придется с этим смириться, – мрачно усмехнулся Нордан. – Я решил, что не стоит дальше себя мучить и отрицать очевидное. Я тебя хочу. И думаю, что был немного несправедлив к тем из моих сородичей, кто уже решался на подобное. Порой низшие женщины оказываются уж слишком соблазнительными. Если еще принять во внимание эмоциональную связь между нами, то устоять трудно. Так что считай, что тебе повезло. Буду насыщаться не твоими болью и страхом, а сексуальным удовольствием.

– Вы полагаете, я смогу получить при этом удовольствие? – позабыв о страхе, яростно выпалила, садясь на постели и настороженно наблюдая за его приближением.

– Постараюсь приложить максимум усилий, чтобы так и было, – он криво улыбнулся, и его глаза засверкали еще сильнее.

– Не нужно! Пожалуйста! – я попыталась действовать по-другому. Может, мои мольбы его тронут? – Лучше опять мне тело покромсайте! Постараюсь перетерпеть.

– Полагаешь, мне доставляет удовольствие причинять тебе боль? – Нордан даже удивился. – Никогда не любил бессмысленной жестокости. Я ведь не садист.

С этим можно поспорить! – мелькнула в голове едкая реплика, которую я решила не озвучивать.

– Боль я причинял тебе лишь по одной причине – вызвать нужный мне эмоциональный настрой. Теперь желаю совершенно иного. Поэтому перестань трястись, как перепуганный зверек, и постарайся расслабиться, – его голос стал мягче, только это нисколько не подействовало. Расслабляться точно не хотелось. Вместо этого я отодвинулась как можно дальше, пока не уперлась в спинку кровати. И оттуда теперь со страхом наблюдала за мужчиной. – У тебя ведь это впервые? – полувопросительно-полуутвердительно сказал он. – Поэтому твой сегодняшний страх вполне понятен. Но не усугубляй ситуацию. Я и правда не хочу проявлять излишнюю жестокость.

Я упрямо замотала головой, давая понять, что он требует невозможного. Не смогу я добровольно пойти на то, что огас предлагает. Его лицо исказилось, выдавая злость, и Нордан перестал церемониться со мной.

– Что ж, тем хуже для тебя! Сегодня мне придется насыщаться твоей болью, раз уж ты настолько упряма.

Он так быстро сократил разделявшее нас расстояние, что я вскрикнула. Не успела хоть как-то отреагировать, как огас схватил за плечи и прижал к постели, склоняясь надо мной. Зрачки его снова расширились, губы скривились в предвкушающей улыбке.

– Ты и правда на редкость соблазнительная малышка. Постараюсь смириться с тем, что ты вызываешь во мне такое сильное желание, и получить от этого максимум удовольствия.

– Да пошел ты! – уже не сдерживая эмоций, выпалила я, дергаясь под его руками.

– Ненависть тоже достаточно сильная эмоция, – издевательски заметил он, и я ощутила, как из меня начинают вытягивать энергию. Как ни странно, даже обрадовалась. Может, этим и ограничится?

Надежды растаяли, стоило Нордану рвануть за платье, приспуская его с плеч и обнажая кожу. Он приник к обнажившейся ключице с такой жадностью, что у меня сердце едва из груди не выпрыгнуло. Проклятье! Огас и правда меня хочет! Причем сильно. Даже готов отступить от собственных принципов, совокупившись с, по его мнению, недостойным объектом.

Кораблик, выручай! – позвала мысленно, но ответа не получила. Мятущийся разум с трудом сосредоточился, напоминая, что на мне сейчас амулет. А значит, я не смогу установить с кораблем ментальную связь. Нужно как-то снять эту вещь. Начала извиваться с удвоенной силой, пытаясь сбросить навалившегося сверху мужчину. Но этим только все испортила. Внезапно руки мои сами собой вскинулись за головой и замерли там, будто привязанные. Проклятый огас задействовал телекинез! Меня бросило в холодный пот. Теперь собственными силами амулет не снять.

– Пусти! – прошипела, пытаясь не поддаваться накатывающей волнами панике.

Вместо ответа послышался треск разрываемой материи – огас, похоже, совершенно озверел. Из глаз хлынули бессильные слезы от осознания того, что я ничем не смогу помешать тому, что он собирается сделать. И лишь злое упрямство мешало окончательно сломаться и правда признать в нем хозяина – того, кто отныне будет управлять моей жизнью. Поклялась себе, что что бы Нордан лар Са-Ирд со мной ни сотворил, обязательно найду способ сбежать от него. Теперь уже меня ничто не остановит!

Закрыла глаза, чтобы не видеть искаженного похотью лица мужчины, покрывающего болезненными, больше похожими на укусы, поцелуями мое тело, с которого он сорвал всю одежду. Сознание словно разделилось надвое. Часть меня осознавала все, что со мной делают, и внутренне вопила от боли и протеста. Другая оставалась холодной и отстраненной, словно в ней я пыталась спрятать остатки разума и душевных сил. Того, что поможет не сойти с ума от отчаяния.

Ощутила, как мои ноги раздвигают, а внутрь начинает проникать горячая твердая плоть мужчины. Было безумно больно. Настолько, что я взвыла и сразу закусила нижнюю губу до крови. Не доставлю этому ублюдку удовольствия радоваться моей боли! Чувствовала резкие толчки, словно пронзающие насквозь бедное тело, раздирающие там все на части. А еще ощущала, как Нордан потягивает мои эмоции, упиваясь их силой.

Слышала утробный рык, срывающийся с губ мужчины, его стоны, выдающие, насколько же ему хорошо сейчас. А слезы продолжали течь по щекам помимо воли, и это единственное, что выдавало, насколько же мне паршиво. В эти жуткие минуты, когда смерть показалась бы благословением, я в полной мере осознала, что никогда не смогу смириться с присутствием в моей жизни этого мужчины. Ненавижу его! Настолько сильно, что это чувство кажется почти болезненным. Я буду благословлять каждую секунду, когда смогу находиться вдали от него, и сделаю все, чтобы как можно скорее наши пути разошлись.

Казалось, вечность спустя огас вышел из меня, оставляя истерзанное тело – на живот хлынуло мужское семя, и я поморщилась от омерзения. Кончить в меня долгоживущий посчитал ниже своего достоинства – а то еще, не приведи Великие, могу зачать от него! Противное ощущение от стекающей по животу жидкости вызывало нестерпимое желание поскорее отмыться. Я чувствовала себя оскверненной, использованной, грязной.

– Иди к себе, – услышала высокомерный приказ. Видимо, спать со мной в одной постели – это для огаса уже слишком. Он и так оказал мне великую честь, засовывая в меня свой мерзкий член!

Внутри клокотали ненависть и гнев, которые с трудом сдерживала. Руки больше не удерживались над головой, и с их помощью я с трудом поднялась с постели. Резкая боль в израненном лоне заставила охнуть. Я едва устояла на ногах. Не поднимая глаз на тоже поднявшегося с постели и оправляющего одежду огаса, подняла с пола обрывки платья и кое-как прикрылась. Двинулась к двери, сцепив зубы и едва переставляя ногами.

– Надеюсь, это послужило тебе хорошим уроком, – хлестнуло напоследок, будто плетью. – Будь в следующий раз покорной и благодарной за хорошее отношение, и ощущения будут совершенно другие.

Благодарной? – я едва удержалась, чтобы не проорать это вслух. Он что издевается? Или и правда для этого ублюдка такое в положении вещей? Считает себя вправе вести себя со мной, как с не имеющей чувства собственного достоинства и гордости безмозглой куклой? Да после того, что он сегодня сделал со мной, я лучше сдохну, чем покорюсь ему! Я предам саму себя, если начну получать удовольствие от близости с ним! Пусть лучше буду снова и снова злить его и терпеть боль. Так, по крайней мере, смогу сохранить то важное внутри, что не позволяет сломаться даже после того, что сегодня пережила.

Только вернувшись в свою каюту и почти час простояв под душем, остервенело стирая с себя следы от чужих прикосновений, я дала волю чувствам. Рыдала, уже не сдерживаясь, подвывала от боли, пульсирующей внутри. А потом свернулась калачиком на кровати, завернувшись в одеяло, и долго лежала неподвижно. На смену дикому отчаянию пришли апатия и слабость. И лишь мысль о том, что лучшей местью будет пережить все, выстоять и сбежать от своего мучителя, еще удерживала от того, чтобы окончательно не поддаться упадническому настроению. Так что сон, наконец, опутавший измученное тело, показался благословением и позволил хоть ненадолго укрыться от всего плохого в своей зыбкой пелене.

ГЛАВА 6

Не успела я на следующее утро подняться и принять душ, как по каюте снова разнесся холодный голос Нордана:

– Жду в своей каюте через десять минут.

Не удержавшись, я размахнулась и ударила по столику, рядом с которым стояла, вымещая таким жалким способом протест. Поморщилась, осознавая, что хуже сделала только себе – костяшки пальцев взорвались болью. Но это немного отрезвило и позволило переключиться с гнева на физические ощущения. Напомнила себе о принятом вчера решении – вытерпеть все, чему меня подвергнут, и не навлечь подозрений. И все же то, что мной так бесцеремонно распоряжаются, не считаясь с тем, что чувствую, уязвляло. Даже брат и золовка вели себя со мной мягче.

Но пришлось надевать платье, наспех стягивать волосы в косу и выходить из своего маленького убежища. Тело все еще ныло после того издевательства, которому подверглось вчера. Буду надеяться, что огас не захочет повторить все прямо сейчас и позволит передохнуть хотя бы до вечера.

Вид Нордана – цветущий, довольный – впился в сердце колючим шипом. Видно было, что в отличие от меня, этот гад чувствует себя замечательно и нисколько не сожалеет о вчерашнем. Цепкий взгляд черных глаз с алыми зрачками скользнул по моей фигуре, не упуская ни одной детали. Потом мне небрежно кивнули в сторону кресла напротив, приглашая к завтраку. Сцепив зубы, прошла к указанному месту и села, напряженная, как струна, не зная, чего ожидать.

– Как спалось? – нарочито вежливо и доброжелательно спросил огас, с аппетитом поглощая завтрак и прерывая молчание.

Он еще и издевается?! Скотина бесчувственная!

– Отлично! – с сарказмом откликнулась, откусывая кусочек поджаренного хлеба с джемом.

– Рад это слышать. Надеюсь, у тебя нашлось время поразмышлять над своим поведением? – продолжал бесить снисходительно-покровительственным обращением Нордан.

Эту реплику я проигнорировала, и Нордан свел брови к переносице.

– Вижу, что вчерашний урок придется повторить.

К горлу подступил комок, и я сдавленно проговорила:

– Не нужно. Я все поняла.

Его лицо немного расслабилось.

– Все было бы куда проще, если бы ты не забывала о том, что в тебя с детства вбивали родные, – покачал головой Нордан. – Слышал, что у таринок принято подчиняться своему мужчине. Чем раньше ты вспомнишь о том, как следует себя вести, тем для тебя же лучше. Буду надеяться, что сегодня получу удовольствие не только я.

– Вы и сегодня намерены?.. – я осеклась, слишком ужасным оказалось произнести это вслух.

– Не переживай, я постараюсь забрать твоей энергии как можно меньше. Но ничто не помешает получить удовольствие другим способом. Вчера мне понравилось прикасаться к тебе, – удостоил он далеко не радующим признанием.

Аппетит пропал, и я отложила хлеб обратно на тарелку. Чтобы не злить Нордана, взяла сок и стала медленно потягивать, пряча глаза, которые своим выражением вполне могли выдать. Конечно, ничто не помешает огасу прочесть мои эмоции, но насколько успела понять, куда больше его бесило открытое проявление непокорности. С облегчением вздохнула, когда с завтраком было покончено. Но тут же вздрогнула, когда послышалось сухое:

– Ляг на кровать.

Непонимающе вскинула глаза, в полном ужасе уставившись на покровителя. Только не сейчас! Неужели он не понимает, что я еще не готова?

Но возражать – это сделать себе только хуже. Тогда он намеренно причинит еще больше боли, чтобы проучить меня. С трудом поднявшись, на одеревеневших ногах проследовала к кровати и легла на нее. И теперь настороженно наблюдала оттуда за действиями огаса.

Он подходил медленно, словно издеваясь и наслаждаясь моим страхом. Потом навис над моим напряженным телом и хмыкнул.

С губ сорвался свистящий облегченный вздох, когда Нордан вытащил витар и стал медленно проводить им над моим животом и бедрами. Всего лишь решил залечить внутренние повреждения. Я закрыла глаза, не желая видеть ненавистное лицо, пусть даже он не делал ничего плохого. Боялась выдать собственную беспомощность, которую ощущала перед ним. Этот мужчина имел право как наказывать, так и миловать, я была в его полной власти. И это ощущение не только не нравилось, но и вызывало чувство протеста.

– Можешь идти, – холодно велели мне, и я поспешила открыть глаза и убраться отсюда. В этот раз наши с огасом желания совпадали.

Остаток дня провела за упражнениями для развития ментального дара и общением с кораблем. Даже велела ему показать мне схему внутренних помещений и постаралась ее запомнить. Пригодится, если придется убираться отсюда! Плохо, конечно, что в коридорах есть камеры, передающие изображение на пульт охраны. Но ничто не помешает приказать кораблю их отключить.

Только бы оказаться на Новой Земле, а там уже сделаю все возможное и невозможное, чтобы сбежать! Конечно, Нордан обещал провести для меня экскурсию на самой планете, но вполне могло так случиться, что шанса ускользнуть во время этой прогулки не представится. И придется убегать прямо с корабля, когда вернемся и будет оставаться время до отлета.

Но пока до всего этого далеко. Еще несколько дней придется оставаться в этой клетке, летящей среди звезд, без всякой надежды избежать общения с ненавистным покровителем.

Но по крайней мере, у меня был целый день, чтобы свыкнуться с мыслью о том, что предстоит вечером. Так что когда огас вызвал к себе, я уже была практически спокойна.

Мы уже привычно поужинали вместе. Нордан даже пытался развлечь беседой, но я отвечала односложно. Никакого желания общаться с ним не было. Да и все мысли вертелись вокруг того, что предстоит после ужина. Пусть тело уже не болело, но слишком свежи в памяти оставались пережитые ощущения.

Вздрогнула, когда Нордан поднялся из-за стола и неуловимо-плавным движением хищного зверя, подкрадывающегося к добыче, оказался за моей спиной. Я сцепила зубы так, что они едва не заскрежетали. Порыв горячего воздуха возле виска, и по коже скользнули жадным поцелуем.

– Весь день мне этого хотелось, – выдохнул в ухо огас. – Сам удивляюсь, но ты привлекаешь меня все сильнее, чем больше времени мы проводим вместе.

Он считает, что по этому поводу мне полагается обрадоваться? Закусила нижнюю губу, чтобы сдержать не слишком-то приличные слова. Но по-видимому, Нордану ответ и не требовался. Слегка наклонив мою голову набок и отведя волосы, он приник к моей шее. Впился в нее так грубо и жадно, что я с трудом сдержала крик. Тут же отстранился и, переведя дыхание, пробормотал:

– Прости, не удержался. Сегодня постараюсь быть нежнее.

Он оказался сбоку и протянул руку, чтобы помочь подняться со стула. Я неохотно вложила в нее ладонь, и почти сразу оказалась на ногах, прижатой к мужскому телу. Упирающееся мне в живот напряженное мужское достоинство недвусмысленно намекало на то, чего точно не избежать. Глаза огаса – какие-то чуть замутненные, словно пьяные – встретились с моим напряженным взглядом. Его пальцы провели по нижней губе, исследуя ее контуры.

– Еще недавно мне и в голову бы не пришло целоваться с кем-то из низшей расы, – как-то невесело сказал он. – Это казалось омерзительным. Но твои губы прямо манят попробовать их на вкус.

Вспомнив, что вчера он все же сдержался и ни разу не поцеловал в губы, ощутила, как сердце тревожно екнуло. Эта странная одержимость огаса, растущая с каждым днем, внушала беспокойство. Мысли вмиг улетучились, как только жесткие губы слились с моими с каким-то яростным остервенением. Мне даже дышать было трудно, и я судорожно хваталась за плечи мужчины, чтобы не упасть от нахлынувшего из-за недостатка воздуха головокружения.

Уже почти теряла сознание, когда он все-таки оторвался от моих губ и позволил вздохнуть свободно. Но уже через несколько секунд снова приник к губам, теперь уже не с таким напором. Более мягко и чувственно, стремясь вызвать во мне отклик. Последнее я прекрасно понимала, и это пробуждало внутри протест. Я не желала получать удовольствие от того, что этот ублюдок со мной делает. И с облегчением убеждалась, что мне и правда не доставляет удовольствия его поцелуй. Лишь терпела его и испытывала отвращение от соприкосновения с ненавистными губами. Особенно мерзко стало, когда он засунул мне в рот язык.

Будто почувствовав что-то, Нордан отстранился и с плохо скрываемым гневом посмотрел в мое лицо. Я ответила фальшиво-покорным взглядом. Мол, я что виновата, что никакого удовольствия не испытываю?

Огас немного резкими, но все же осторожными движениями стал освобождать мое тело от одежды. Я покорно позволяла ему это, стоя неподвижно, как мраморная статуя. Это все, что он от меня получит – бесчувственную куклу! От осознания того, что это хоть какой-то способ отомстить насильнику, даже настроение немного поднялось.

Оставшись перед мужчиной совершенно обнаженной, расправила плечи и ничего не выражающим взглядом уставилась на него. Нордан стал снимать с себя одежду, не отрывая глаз от моего лица. Не знаю, какой реакции ожидал – может, того, что зрелище его обнаженной плоти меня возбудит – но результат огаса явно не порадовал. Я вообще не находила его привлекательным. Слишком худощавое, хоть и жилистое, без сомнения сильное тело, белая, будто мраморная кожа, рассыпавшиеся по плечам длинные снежно-белые волосы, резко контрастирующие с угольно-черными глазами.

Назвать его красавцем можно было с трудом, но особая аура силы и опасности делала мужчину без сомнения привлекательным. Только вот я испытывала к нему только отвращение. И глядя на стоящее колом нехилое мужское достоинство огаса, с содроганием вспоминала о том, что он вчера со мной делал.

Нордан, конечно же, без труда разгадал мои эмоции, и его лицо помрачнело. Но он сделал попытку исправить ситуацию и нежно-скользяще провел ладонями по моим плечам, лаская кожу, обвел ключицы и сжал груди. Его губы опять скользнули по моей шее, чувственно-дразняще, стараясь вызвать отклик. Внизу живота слабо шевельнулось что-то, похожее на томление, но я с яростью подавила это в зародыше, в деталях напоминая себе о том, что произошло вчера. Помогло. Я снова превратилась в ледяную статую, лишь позволяющую ласкать себя, но не проявляющую ответного желания.

Разумеется, это окончательно взбесило Нордана. С раздражением отстранившись, он угрюмо взглянул на меня.

– Значит, хочешь по-плохому? – от замораживающего тона по коже словно ледяные иглы пробежали. Но я заставила себя не показывать страха и безразлично сказала:

– Ничего не могу с собой поделать. Мне не доставляет удовольствия то, что вы со мной делаете.

– Полагаешь, я ничего не понимаю? – криво усмехнулся Нордан. – Опять пытаешься сопротивляться. Что ж, тем хуже для тебя. Рано или поздно поймешь, что для тебя же самой будет лучше принять меня и получать от нашей связи удовольствие, а не боль. Но так уж и быть, сегодня придется повторить урок.

Он ухватил за руку так, что едва запястье не сломал. Я лишь чудом сдержала болезненный крик, но не пожелала выдавать перед ним слабость. Безропотно позволила потащить себя к кровати и опрокинуть на нее.

Миг – и я была перевернута на живот. Руки и ноги оказались разведены в стороны и обездвижены телекинетическим воздействием. Оставалось только беспомощно вжиматься в кровать и ожидать дальнейших действий проклятого мерзавца. Острая боль, пробежавшая по спине, все же вырвала из горла крик. Мою кожу взрезали, словно ножом, от основания шеи до копчика. Ощущая заструившуюся по телу горячую кровь, я содрогалась всем телом. И прекрасно понимала, что вряд ли огас этим ограничится.

Почувствовала, как из меня потягивают энергию – самую малость, словно смакуя. Видимо, Нордан и правда не собирался доводить до истощения, но совсем отказать себе в удовольствии не смог. Пальцы мужчины пробежались по свежей ране, и я изо всех сил вцепилась зубами в подушку, подавляя новый крик.

– Нравится? – издевательски шепнули мне, обдав горячим дыханием ухо. Я передернула плечами, пытаясь отстраниться, и услышала злобный смешок. – Маленькая упрямица!

Да пошел ты! – так и рвалось изнутри. Этот ублюдок точно больной! Причем даже не осознает этого. Считает, что поступает правильно и что я сама виновата во всем. Или это у огасов психика так по-особенному устроена? Вряд ли когда-нибудь пойму, что делается в голове Нордана. Да и не хочу понимать. Хочу оказаться от него как можно дальше!

Сердце пропустило удар, а потом ухнуло вниз, когда я ощутила, как мне под бедра подпихивают небольшую подушечку, чтобы приподнять ягодицы. #287049728 / 01-апр-2017 Что этот проклятый извращенец собирается делать? Ответ получила быстро, ощутив, как ягодицы чуть разводят, а в отверстие между ними упирается твердая плоть.

– Нет! – заорала, отчаянно извиваясь и уже даже не пытаясь сдерживаться. – Не надо!

Разумеется, мои протесты не произвели на огаса никакого впечатления, и уже через несколько секунд его член стал проталкиваться в мой задний проход. Боль была еще худшая, чем та, что я переживала вчера.

Я кричала так, что едва не сорвала голос, молила о пощаде, бессильно извивалась под разрывающим меня на части мужчиной. И слышала в ответ лишь удовлетворенные постанывания и прерывистое дыхание. Нордан, нисколько не заботясь о моих ощущениях, врывался все глубже, делал намеренно резкие и сильные толчки, не давая даже привыкнуть к этим чудовищным ощущениям.

Почувствовала, как после очередного толчка внутри стало мокро от мужского семени, и Нордан удовлетворенно рыкнул. Потом вышел из меня и похлопал по ягодицам.

– Ну все-все, уже закончилось.

А я рыдала вголос, уже не сдерживаясь. Все тело сотрясалось после перенесенного ужаса. Даже не могла должным образом отреагировать и послать проклятого мерзавца куда подальше. Боль и унижение оказались такими сильными, что психика с трудом справлялась с тем, что пришлось пережить. Но еще хуже оказалась внезапная нежность огаса, который осторожно провел по моим спутавшимся, влажным от пота волосам, и успокаивающе сказал:

– Ты ведь понимаешь, что сама виновата? Скажи, что понимаешь и в дальнейшем не станешь вести себя так необдуманно. И тогда такого больше не будет.

Не знаю, откуда во мне нашлись силы не отвечать. Видимо, всегдашнее упрямство из последних сил удерживало от того, чтобы сдаться.

– Глупо, – хмыкнул огас.

Я съежилась, ожидая новой порции издевательств, но вместо этого он достал витар и провел несколько раз над моей спиной, залечивая порез. Замерла, надеясь, что он проделает то же самое и с нижней частью моего тела. Но мерзавец не стал этого делать. Видимо, решил, что мне полезно будет помучиться еще немного и подумать над своим неподобающим поведением.

– Поднимайся и иди к себе, – отстранившись и усевшись на другой части кровати, велел Нордан.

Я попыталась это сделать, но тело пронзила такая резкая боль, что со стоном рухнула обратно. От бессилия из глаз снова хлынули слезы – на этот раз из-за злости и досады. Не хотелось демонстрировать слабость перед жестоким ублюдком, которому это наверняка доставляет удовольствие.

Ожидала нового окрика или издевательского замечания, но вместо этого увидела, как огас встает с постели и подходит ко мне. Поднял меня на руки, снова вырвав крик боли, и сам отнес в мою каюту. Прикосновение его обнаженной кожи, к которой приходилось прижиматься, вызывало гадливое чувство, но выбора не было.

Хотелось одного – пусть положит меня на кровать и убирается! Но вместо того, чтобы это сделать и, наконец, предоставить собственной участи, Нордан отнес в душ и включил воду. А затем, прислонив к стене и слегка поддерживая одной рукой, стал смывать с моего тела следы перенесенного насилия.

Я настолько поразилась тому, что он это делает, что могла лишь в полном недоумении смотреть на него и хлопать глазами. Лицо Нордана оставалось совершенно бесстрастным, и взгляды, какие он иногда бросал на меня, понять было трудно. Но почему-то такая смена поведения пугала даже сильнее, чем то, что уже пришлось пережить. Чтобы заносчивый высокомерный огас настолько заботился о представительнице низшей расы, должно было произойти что-то из ряда вон выходящее.

Вымыв меня, он завернул в большое полотенце, и как ребенка, вынес из душевой. Уложил на кровать и некоторое время стоял рядом, задумчиво разглядывая.

– Теперь ты видишь, что между нами все может быть и по-другому, – наконец, нарушил он становящееся гнетущим молчание.

И до меня, наконец, дошло, зачем Нордан все это делает. Кнут и пряник – извечные способы дрессировки строптивых животных. Показывает, что если буду вести себя так, как хочется ему, буду получать заботу и хорошее обращение. А стану упрямиться – боль и унижение.

Снова накатила злость. Из его рук предпочту второе! Пусть даже изнывающее от боли тело протестующе отзывается каждой клеточкой. Но я никому не позволю обращаться со мной, как с тупым животным!

Нордан покачал головой, без труда разгадав мои эмоции, и больше не говоря ни слова, покинул каюту. А я свернулась калачиком, осторожно отыскав позу, в которой боль не чувствовалась так сильно, и закрыла глаза. Даже плакать сейчас не могла. Внутри разгорался костер гнева и ненависти, и я вовсе не желала его тушить. Это единственное, что еще помогало сохранять остатки достоинства.

Следующие дни, оставшиеся до прилета на Новую Землю, стали для меня персональным адом. Нордан бесился из-за того, что не желаю играть по его правилам, причинял боль, чередуя ее с лаской. Но результат оставался тот же. Внешне покорная, внутренне я продолжала сопротивляться. И он это чувствовал.

Втайне я надеялась на то, что огасу это надоест и он откажется от своей затеи сделать меня еще и своей любовницей. Но все получалось с точностью до наоборот. Его одержимость мной все возрастала. Дошло до того, что он больше не отпускал меня на ночь в свою каюту и оставлял в одной постели с собой. Причем не отодвигался на другую сторону, избегая лишнего контакта, а подгребал к себе, оплетал руками и ногами, словно боялся, что куда-то денусь, и прижимал к груди.

Я же потом долго не могла заснуть, чувствуя, что эти объятия просто душат. С нетерпением ждала наступления утра, когда после завтрака позволят уйти к себе. Осознание того, насколько сильно Нордан прикипел ко мне, далеко не радовало. Вряд ли он спокойно отнесется к моему побегу, и сделает все возможное и невозможное, чтобы найти. А учитывая то, какие у него связи в Федерации, это могло сильно осложнить мою новую жизнь. Но я готова была рискнуть и даже в случае неудачи выдержать самое суровое наказание. Что угодно, лишь бы получить хотя бы мизерный шанс избавиться от чудовища, получившего власть надо мной!

Единственное, что служило хоть каким-то утешением за эти дни, было то, что я делала неплохие успехи в освоении ментального дара. Конечно, обходиться без амулета совсем не смогла бы, но уже могла удерживать щит в течение часа, а то и больше. И это очень радовало. По крайней мере, хватит для того, чтобы продемонстрировать свои способности перед членами приемной комиссии Звездной Академии.

И все же, чем ближе становился день, в который решится моя судьба, тем усиливалась нервозность. Впервые я окажусь полностью предоставлена собственной участи, и все будет зависеть только от меня. Раньше за меня все решали другие: сначала отец, потом брат, теперь Нордан.

Окажусь ли я достаточно сильной, чтобы самой распоряжаться своей жизнью? Очень надеялась, что да, но все равно волнение не отпускало. И в то же время какое-то радостное предвкушение давало понять, насколько же я на самом деле хочу этого. Стать хозяйкой собственной жизни!

Уже завтра мы прилетим на Новую Землю, и моя судьба может измениться навсегда.

ГЛАВА 7

Планета Новая Земля

За завтраком я сидела, как на иголках, ожидая, пока Нордан заведет разговор на интересующую меня тему. Но проклятый огас молчал, невозмутимо поглощая еду и не обращая на мою нервозность ровно никакого внимания. Хотя не мог ведь не чувствовать, гад. Наконец, я не выдержала и заговорила сама, нарушая этим собственные правила поведения, какие установила с ненавистным покровителем: игнорировать, пока сам не обратится, и даже тогда отвечать односложно. Но сейчас не время было упрямиться. Слишком многое зависит от поездки на планету, к которой мы подлетали все ближе. Глядя в иллюминатор, можно было даже увидеть ее очертания, и это зрелище поневоле заставляло сердце биться сильнее.

– Когда мне нужно быть готовой?

– К чему? – Нордан насмешливо изогнул бровь, хотя наверняка прекрасно понял, о чем я спрашивала.

– Вы обещали мне экскурсию по Новой Земле.

– Это было до того, как ты доказала свою полную никчемность в качестве симбионта, – едко заметил он, заставляя меня внутренне закипеть.

Не сдержавшись, я лишь усугубила ситуацию, ляпнув:

– Мне казалось, я делала все, что вы хотели.

– Не все. И ты сама об этом знаешь, – он отпил кофе и спокойно уставился на меня. – К тому же не считай меня идиотом, Таниэль. Я прекрасно понимаю, что ты спишь и видишь, как сбежать. И пока не смиришься с тем, что отныне твое место рядом со мной, твои передвижения придется ограничивать.

Мерзавец. От нахлынувшей горечи закололо в груди. Все мои планы обрушивались, как карточный домик. Хотя оставался еще один шанс, о котором огас не подозревает. Могу попытаться использовать корабль, чтобы сбежать отсюда. Теперь все будет зависеть от того, сколько людей оставят меня охранять. Нужно попытаться выведать эту информацию у Нордана.

– Значит, я должна буду оставаться здесь, пока все будут развлекаться на планете? – буркнула, изображая возмущение.

– Если тебе от этого станет легче, то сообщу, что намерен оставить несколько своих подчиненных охранять тебя. И поверь, они тоже от этого не в восторге. Вместо того чтобы отдохнуть от перелета и расслабиться, вынуждены будут торчать здесь. Но я постараюсь вознаградить их за неудобства, – судя по улыбке, настроение у огаса сегодня было замечательным. – Не переживай, дело, ради которого я прилетел сюда, займет всего несколько часов, потом я вернусь и тоже составлю тебе компанию. А на следующий день мы улетим отсюда.

Я похолодела. Все же надеялась, что у меня будет несколько дней для того, чтобы попытаться бежать. Шансы стремительно уменьшались. Всего несколько часов во время отсутствия Нордана решат мою судьбу. Смогу ли я воспользоваться такой сомнительной возможностью, если за каждым шагом будут следить недовольные огасы, из-за меня лишившиеся законного отдыха? Но пришлось ничем не выдавать своих чувств и подавлять нетерпение. Нордан не должен ничего заподозрить, иначе все пропало!

А что если?.. Идея, которая пришла в голову, казалась отвратительной, но я сознавала, что не время поддаваться личным антипатиям. Что если подключу немного женских уловок и попробую убедить Нордана передумать? Кто знает, может, именно этого он от меня и ждет?

Медленно поднялась и, чуть покачивая бедрами, двинулась к мужчине, с невозмутимым видом наблюдавшим за мной. Оказавшись рядом, скользнула ладонью по его плечу, потом смиренно потупилась и бросила на огаса жаркий взгляд из-под полуопущенных ресниц.

– Вы настолько жестоки, что лишите меня даже маленького удовольствия? Я ведь просто хотела увидеть эту планету, о которой столько слышала. Да и как я сбегу, если вы всегда будете рядом?

Огас откинулся на спинку стула и чуть приподнял бровь.

– Можешь попробовать заставить меня передумать, – ухмыльнулся он.

Я попыталась скрыть накатившее отвращение и улыбнуться как можно обворожительнее. Коснулась рукой лица мужчины, слегка провела по щеке, потом на несколько секунд прильнула к искривленным в улыбке губам. Его глаза вспыхнули, выдавая, что мои действия не оставляют равнодушным. Потянулась к камзолу из мягкой кожи, стала растягивать пуговицы. Нордан перехватил мою руку и переместил вниз, давая понять, где именно хочет, чтобы я приласкала, и чуть надавил на плечи, вынуждая опуститься вниз между его разведенными ногами. И меня переклинило. Ни за что на свете я бы не коснулась его там, а тем более на стала бы доставлять удовольствие ртом. Хотя в теории прекрасно знала, как это делается – в обучение таринок входили и такие знания.

– Что ж, тогда и говорить не о чем, – верно разгадал мое выражение лица и эмоции Нордан и резко поднялся, оттолкнув меня.

Чувствуя недовольство на саму себя, что не смогла пересилить неприязнь даже ради шанса на побег, я двинулась к выходу.

– Разве я тебя отпускал? – послышался холодный голос, и я замерла – сердце тут же пропустило удар.

Ощутила, как сильные руки хватают сзади за шею и оттаскивают к стене, заставляя опереться на нее. Сообразив, что сейчас произойдет, я с отчаянием дернулась. А ведь так надеялась, что сегодня Нордан уже меня не коснется! Мое платье задрали кверху и одним рывком сорвали нижнее белье. Огас нажал на мои плечи, заставляя чуть нагнуться, выпятив обнаженные ягодицы.

Ненавижу! Как же я его ненавижу. Повторяла это как заклинание, уставившись невидящим взглядом в стену и чувствуя, как он пристраивается ко мне сзади. В этот раз он даже пытаться не стал вызывать отклик. Вошел в лоно резко и грубо, сразу на всю длину, вырвав из горла крик. А потом задвигался ритмично и быстро, только чтобы доставить удовольствие себе и сбросить напряжение. Ощущение от его пальцев, сжимающих мои бедра, обжигало огнем. Я молилась Великим лишь об одном – пусть это закончится быстрее. Последний толчок внутрь – и Нордан вышел и излился на мои ягодицы. Потом отпустил и отошел от меня, оправляя одежду.

– Вот теперь можешь идти. Вечером продолжим. Возможно, я привезу тебе какой-нибудь сувенир с планеты, – бросил он напоследок издевательскую реплику, пока я, на ходу одергивая платье, на трясущихся ногах шла к двери.

Засунь свой сувенир себе в одно место! – рвалось с языка, и я лишь чудом удержалась, чтобы не крикнуть это вслух.

В своей каюте долго и тщательно отмывалась от следов близости с ненавистным мерзавцем. А внутри крепла злая решимость сбежать во что бы то ни стало. Лучше сдохну от рук кого-то из огасов, которых он приставит меня охранять, чем еще хотя бы раз позволю ему себя коснуться!

Оставшееся до прибытия на Новую Землю время я провела за сбором вещей. Уложила в небольшую сумку лишь самое необходимое. Жаль, что придется оставлять столько вещей, взятых с собой из дома, но ничего не поделаешь. Слишком большой багаж будет меня задерживать. А вот украшения взяла все. Может, получиться сбыть их и получить достаточно денег, чтобы купить поддельное удостоверение личности и на что-то жить первое время. Ведь далеко не факт, что на самом деле смогу поступить в Межзвездную Академию. О том, что я понятия не имею, к кому обратиться по поводу новых документов, старалась сейчас не думать. Главное – покинуть корабль огасов, а там уже что-нибудь придумаю.

Спрятав сумку с вещами в шкаф, подошла к окну и, стараясь подавить волнение, стала вглядываться в растущие на глазах очертания планеты. Новая Земля по размеру была больше Танирана, а еще завораживала красотой голубых океанских просторов и зелени лесов, покрывающих ее поверхность. А ведь когда земляне осваивали ее, условия для жизни там не были настолько идеальны. Их приборы для терраформирования совершили чудо всего за несколько десятилетий. И в дальнейшем новоземляне делали все, чтобы охранять природные богатства планеты. Говорят, в их прежнем мире все было не так и они довели его до удручающего состояния. Так что теперь старались не допустить подобного на новой родине.

Через полчаса, помимо планеты, я заметила вращающийся на орбите искусственный объект, при виде которого сердце бешено заколотилось. Космическая станция «Хронос» – детище корпорации «Корн», где находилась моя цель. Именно сюда мне хотелось попасть, чтобы это место стало моим надежным убежищем. Я жадно рассматривала приближающееся гигантское сооружение. Четыре блока-модуля, объединенные общими переходами. Далеко не сразу осознала, что впилась ногтями в собственные ладони до крови, глядя на это достижение человеческой науки.

Когда мы начали входить в атмосферу Новой Земли, корабль слегка затрясло, и усилилось давление. Пришлось отойти от окна и устроиться в кресле, хватаясь за подлокотники и пережидая неприятные ощущения. Но не успело все успокоиться, как я опять была на ногах и с восторгом наблюдала, как поверхность планеты становится все ближе.

Мы пролетали над горами, лесами, океанами, чередующимися с застроенными людьми территориями. Вспомнив информацию, почерпнутую в сети, уже скоро поняла, куда мы летим. В столицу Новой Земли – Терру – самый большой мегаполис во всей Федерации. Город постоянно развивался, и сюда съезжались искатели лучшего будущего со всех дружественных планет. В последнее время заседания межпланетного совета Федерации тоже чаще всего проходили именно здесь.

Я замерла от восхищения при виде причудливых сооружений и зданий, мимо которых мы пролетали. Поневоле чувствовала себя еще более маленькой и ничтожной, видя все это великолепие и сознавая, как легко этот город может проглотить, прожевать и выплюнуть за ненадобностью. Представить трудно, сколько народу здесь живет. Неужели я и правда думала, что могу оказаться настолько ценной сама по себе, чтобы закрепиться среди новоземлян? Да там наверняка хватает менталов из разных уголков Вселенной, и каждый только и мечтает занять то место, о каком мечтаю я!

Так, вот такие мысли точно нужно отгонять. Нельзя, даже не попробовав, настраивать себя на неудачу. И я заставила себя успокоиться и сосредоточиться на конкретной задаче. Сначала – покинуть корабль, потом остальное.

Корабль припарковался в космическом порту, и я, устроившись в кресле, сняла амулет.

– Заур, – попыталась нащупать связь с кораблем, – ты меня слышишь?

Через несколько секунд сознания коснулись чужие мысли:

– Да.

– Сообщи, когда Нордан покинет корабль. А еще обрати внимания на то, сколько огасов остались меня охранять и где располагаются.

Получив подтверждение от корабля, что распоряжения будут выполнены, стала ждать. Нервничала так сильно, что меня слегка потряхивало, как ни пыталась успокоиться. Показалось, что прошла вечность, прежде чем в голове снова раздался спокойный голос Заура:

– Капитан покинул борт вместе с большинством членов команды. Остались трое в рубке управления, двое на пульте охраны и еще двое в техническом отсеке.

Значит, семеро. Я невольно поежилась. Мои шансы и против одного огаса были мизерными, что уж говорить о таком количестве.

– Покажи еще раз схему внутренних помещений, – произнесла, размышляя. – Попробуй проложить самый короткий маршрут к выходу.

В воздухе возникла голографическая схема, где Заур красными линиями показывал возможные пути выхода. Как ни крути, я не смогла бы покинуть корабль, не столкнувшись с кем-то из охранников. Даже если отключить камеры, огасы тут же среагируют. Заур уже сказал, что Нордан дал четкие указания о том, что охрана моей скромной персоны – первоочередная задача. Они сразу кинутся к моей каюте и перехватят, как бы быстро ни бежала.

– Ты сможешь их заблокировать в тех помещениях, где они сейчас находятся? – пришла в голову идея.

– Смогу. Но те, кто находится в техническом отсеке, могут отключить блоки питания и открыть выход вручную, – возразил Заур.

– Что же делать? – кусая губы, я смотрела на схему и терзалась сомнениями.

Корабль терпеливо ждал, не прерывая моих размышлений. Не придумав ничего подходящего, я со вздохом отчаяния воскликнула:

– Какие бы действия предпринял ты на моем месте?

– Можно все же заблокировать охрану, как ты и предлагала. И пустить туда усыпляющий газ.

– Ты и это можешь? – чувствуя радостное волнение, спросила я.

Последовал спокойный утвердительный ответ.

– Так почему сразу не сказал, что так можно сделать? – вырвалось у меня укоряющее.

– Ты ведь не спрашивала, – раздалось чуть насмешливое.

Вот вредный кораблик. Скрипнув зубами, я подавила недовольство и отдала необходимые распоряжения. Решила подождать часик, чтобы исключить возможность того, что Нордан вернется за чем-то. Да и охранники за это время немного расслабятся и займутся своими делами, перестав так уж тщательно следить за дверью моей каюты. Хорошо хоть внутри нет камер, иначе мой план бы сгинул в зародыше.

Не учла я только одного – того, что кто-то из огасов решит покинуть помещение, где находился, и посетить санузел. Вот с этим-то верзилой я и столкнулась лицом к лицу, когда пробиралась по коридору с зажатой в руке дорожной сумкой к такому манящему выходу.

Мы оба замерли друг напротив друга, настолько не ожидавшие этой встречи, что на пару секунд опешили. Огас отреагировал первым, извлекая из-за пояса бластер и направляя в мою сторону. Амулет мирно лежал в сумке, и я теперь в полной мере могла прочувствовать, какие эмоции и мысли обуревают моего визави. Изумление и недовольство, а еще твердая решимость сопроводить обратно в каюту и немедленно известить капитана о том, что я неизвестно каким образом смогла выбраться в коридор. И вот последнее по-настоящему встревожило. Как только Нордан узнает о случившемся, конец всем моим планам. Даже корабль тогда не поможет!

Я послушно пятилась к каюте под прицелом оружия огаса, а сама лихорадочно размышляла над тем, что же делать. Мысли хаотично метались в голове, и я отбрасывала один безрассудный план действий за другим. Попытаться кинуться на огаса и выбить бластер – самоубийство. Приказать Зауру пустить и сюда усыпляющий газ – так сама же и пострадаю. Что же делать?

И вдруг замерла, перестав даже передвигать ногами. Осознала то, что давало хоть небольшой, но шанс. Огас сейчас не считает нужным ставить ментальный щит. Наверняка не ожидает, что это может понадобиться. А его собственные способности не выше первого уровня. Конечно, шансов на то, что у меня может оказаться дар выше второго, немного, но стоит попробовать. Пусть даже я ни разу не пыталась такое делать и понятия не имею, как правильно действовать.

– Чего застыла столбом? – нахмурился огас. – Иди дальше!

– Сейчас, – как можно испуганнее произнесла я и ухватилась за стену, делая вид, что мне стало плохо.

Уловила, как мужчина брезгливо поморщился. Похоже, мысль о том, чтобы помочь и, поддерживая, повести дальше, его не прельщала. Такой же высокомерный гад, как и Нордан. Но это давало немного времени, чтобы настроиться. Он подождет, пока я двинусь сама, а значит, не сумеет среагировать быстро и прервать воздействие, как только почувствует. И я изо всех сил метнула в него мысленный приказ, в деталях представляя, что именно должен сделать огас.

– Ты сейчас пойдешь обратно к остальным сородичам и забудешь о том, что только что видел.

Лицо мужчины дернулось, на меня волной нахлынула новая порция удивления. Боясь даже дышать, я читала все, что сейчас происходило в его голове. То, как он борется с моим приказом и пытается выстроить ментальный щит. Слишком поздно. Если бы щит стоял раньше, вряд ли бы внушение подействовало. Но теперь я с невольным ликованием чувствовала, что моя воля побеждает, и напрягала еще больше усилий, чтобы подавить сопротивление. То, что для меня подобное было непривычно, изрядно выматывало. Приходилось прилагать максимум усилий. Но получалось. И это главное!

Еще полминуты – и плечи огаса дернулись и поникли, лицо стало каким-то отрешенным, взгляд бессмысленным, будто у находящегося в состоянии транса или дремоты. Спрятав бластер за пояс, он неуверенно двинулся к рубке управления. Не став тратить времени, я со всех ног помчалась к выходу. Неизвестно, когда огас очухается и сообразит, что что-то не то, раз другие его товарищи спят, как младенцы. У меня же теперь был еще один повод для радости – все же ментальный дар третьего уровня встречается не так часто, так что шансы заинтересовать приемную комиссию значительно возросли.

– Заур, открой шлюз! – мысленно крикнула кораблю и поспешила усилить ментальный щит, глядя, как раскрывается диафрагма выхода. – Спасибо тебе! – поблагодарила напоследок своего неожиданного помощника, которого мне не иначе как Великие послали, и решительно шагнула в царящую вокруг шумную суету космопорта.

Едва не сломала шею, озираясь по сторонам и пытаясь понять, куда же идти дальше. Шум просто оглушал, поневоле усугубляя мою растерянность. Наконец, я сумела вычленить какую-то систему в передвижениях снующих повсюду пассажиров, и двинулась в сторону терминала, который следовало миновать, прежде чем покинуть порт.

Заметив, что там нужно проходить идентификационный контроль, слегка напряглась. Похоже, без предъявления документов не обойтись. А это значит, что Нордан без труда поймет, что космопорт я покинула. Да и в дальнейшем, если стану использовать браслет-идентификатор, сможет легко пойти по моему следу. Кусая губы и напрасно пытаясь подавить нервозность, я выстояла очередь и подошла к одной из сотрудниц космопорта, стоящей за сканирующим прибором.

– Приветствую вас на Новой Земле, – одарили меня дежурной белозубой улыбкой. – Приложите браслет к сканеру, пожалуйста.

Рука дрожала, когда я подносила ее к прибору. Оставалось надеяться, что это не покажется девушке слишком подозрительным. На экранчике появилась моя фотография и сведения, указанные в документах.

– Таниэль дир Саран, гражданка Таринского Альянса, – озвучила сотрудница, бегло сверяя мою внешность со снимком. – Какова цель вашего визита на Новую Землю?

– Туризм, – чуть дрогнувшим голосом сказала я. Можно было бы, конечно, сказать, что хочу поступить в Межзвездную Академию, но тогда эта девица сообщит эту информацию Нордану, когда тот выйдет на нее.

– Нет ли в вашем багаже чего-либо запрещенного? – задала очередной вопрос сотрудница космопорта.

– Нет, – я лихорадочно соображала, что могло бы показаться новоземлянам запрещенным, но решила, что такое вряд ли найдется среди моих вещей.

– Прошу пройти дальше к сканеру багажа, – кивнула девушка, указывая на следующий пункт, который мне предстояло пройти, прежде чем обрести долгожданную свободу. – И хорошо вам провести время на Новой Земле! – новая белозубая улыбка, и сотрудница переключила внимание на другого пассажира.

Я поспешила двинуться дальше. С облегчением вздохнула, когда сканер не выявил в моем багаже ничего запрещенного.

Оказавшись снаружи, куда меня вместе с другими пассажирами выпустили разъехавшиеся прозрачные двери, я некоторое время стояла неподвижно, обратив лицо к голубому небу и глубоко вдыхая и выдыхая. Облегчение буквально захлестывало, заставляя улыбаться и испытывать что-то вроде эйфории.

Только ощутив нетерпеливый толчок кого-то из пассажиров, которому пришлось обогнуть меня, чтобы пройти дальше, снова вернулась к реальности. Впереди еще куча трудностей, с какими придется столкнуться. Так что расслабляться не время!

И я решительно зашагала в сторону аэролетной стоянки. На то, чтобы арендовать транспортное средство, у меня нет денег. Да и для этого бы пришлось опять воспользоваться браслетом-идентификатором. Так что остается такси. Возможно, водитель согласится взять в качестве оплаты что-то из украшений. Проходя мимо уничтожителя мусора, я решительно швырнула туда браслет и расправила плечи. Показалось, что сбросила с себя оковы, что носила всю жизнь. И очень надеялась, что этот поступок сильно осложнит Нордану задачу, когда он станет идти по следу.

ГЛАВА 8

Таксиста я искала по определенным критериям. Какой-нибудь добропорядочный малый мне точно не подойдет. С такого станется тут же сообщить властям о подозрительной девице без документов, которая пыталась расплатиться драгоценностями. И пусть самой немного страшно связываться с какой-нибудь темной личностью, иного выбора нет. Да и я не настолько беспомощна, как оказалось. Если с огасом на корабле справилась, то что мне таксист-новоземлянин? Так подбадривая себя, я неспешно проходила мимо вереницы аэролетов с желтой эмблемой, которая здесь считалась отличительной особенностью такси. В ожидании клиентов сами водители кучковались неподалеку от выхода, иной раз зазывая к себе тех, кто озирался и явно демонстрировал, что нужны их услуги.

– Эй, красавица, куда тебя отвезти? – не преминули обратить внимание и на меня. Приятный на вид парень-человек с вихрастой русой шевелюрой помахал мне рукой.

Чуть ослабив ментальный щит, осторожно просканировала его. Как и ожидалось, защиту он ставить совершенно не умел. По-моему, даже не понял, что я сейчас с ним делаю. И пусть в целом мысли и эмоции парня мне понравились, он явно не подходил для моих целей.

Отрицательно замотав головой, замерла неподалеку от мужчин и стала прощупывать остальных. На меня уже смотрели с нескрываемым любопытством.

– Эй, детка, может, тебе какие-то другие услуги нужны? – похабненько ухмыльнулся еще один таксист, в этот раз мигар. Сообразив, о каких услугах он говорит, я залилась краской, едва не ослабив ментальный щит полностью. Тут же опомнилась и нахмурилась.

– Нет, спасибо, – сухо сказала и продолжила поиск.

Сердце екнуло, когда в веренице мыслей и образов появилась нужная мне волна. Буквально впилась взглядом в высоченного детину с внушительной мускулатурой. Всклокоченная грива рыжевато-каштановых волос, нарочитая брутальность что во внешности, что в одежде. Ганнер. Без сомнения. Их раса отличалась внушительной статью, агрессивностью и поразительной физической силой. Когда-то ганнеры доставляли немало проблем иным расам, вторгаясь на планеты или занимаясь пиратскими рейдами. Теперь они тоже стали членами Федерации, но не все представители этого народа соглашались неукоснительно соблюдать закон. Большинство преступников и пиратов были как раз таки из ганнеров. Потому их вполне закономерно опасались.

– Вы, – стараясь не показывать инстинктивного беспокойства, я махнула рукой в сторону ганнера.

Воцарилось ошеломленное молчание. Похоже, такой странный выбор внешне беззащитной иномирянки стал для водителей сюрпризом. Теперь на меня смотрели с еще большим интересом и озадаченностью.

– Похоже, у барышни особые вкусы, – хмыкнул один из таксистов и сказал скабрезность, которую я предпочла пропустить мимо ушей. Раздался дружный хохот.

Ганнер шикнул на товарищей и вышел вперед, с любопытством меня разглядывая.

– Ну, пойдем тогда. С багажом помочь?

Я помотала головой.

– Это весь мой багаж. И я сама с ним справлюсь.

– Отлично, – он двинулся впереди, ведя к одному из аэролетов. Я поспешила следом, раздумывая над тем, как завести нужный разговор.

Открыв дверцу, водитель залез внутрь и вопросительно посмотрел на меня. Устроившись на заднем сидении, я перевела дух.

– Куда летим? – осведомился таксист.

– Для начала хотелось бы обсудить вопрос оплаты, – голос все же дрогнул, как я ни старалась скрыть волнение. – Я не смогу расплатиться с помощью идентификатора.

Ожидала, что ганнер хоть как-то прокомментирует, но он лишь наблюдал за мной в зеркальце заднего вида и ждал дальнейших слов.

– Вот это для оплаты подойдет? – я покопалась в сумке и извлекла на свет сережки из дардаса. Те самые, что купила в тот день, когда моя жизнь в корне изменилась. Посмотрела на них с легкой грустью.

– Это гораздо больше, чем стоит поездка в такси, – к моему удивлению, не стал пользоваться ситуацией ганнер.

Поколебавшись, я осторожно сказала:

– Может, вы знаете того, кто мог бы сделать мне новые документы? Тогда это стало бы полноценной услугой.

– Теперь понимаю, почему из всех ты выбрала меня, – криво усмехнулся мужчина. – Полагаешь, что все представители моей расы связаны с криминалом? Хочу тебя расстроить, малышка. Я вполне законопослушный гражданин Федерации.

Я нарочито расслабленно откинулась на спинку сиденья и скептически изогнула бровь. Его мысли и кое-какие обрывки воспоминаний, которые успела уловить, утверждали обратное. Работа таксистом для него всего лишь прикрытие, а основной заработок идет совсем от других делишек. Хотя в отличие от многих сородичей, хладнокровным убийцей он не был. Именно поэтому я все же рискнула с ним связываться.

– Точно знаю, что не совсем.

Лицо ганнера словно окаменело, в глазах засверкали опасные огоньки.

– Ты коп?

– Разве я похожа на копа?

Он повернулся ко мне и окинул цепким взглядом с ног до головы.

– Тогда кто ты? И кто посоветовал обратиться ко мне?

– Никто не советовал. Просто я неплохо умею разбираться в людях, – сказала я полуправду. Неизвестно, как этот малый отреагирует на известие о том, что я ментал не ниже второго уровня. За вторжение в собственный разум вполне может отойти от своих принципов не убивать без крайней необходимости. – И поверь, от меня ты меньше, чем от кого-либо другого, можешь ждать подвоха, – я слабо улыбнулась. – Сама вовсе не заинтересована, чтобы на меня вышли органы правопорядка.

Ганнер недоверчиво прищурился. Мои слова, намекающие на то, что я могу быть преступницей, которую ищут, явно не вязались в его голове с тем, что он видел.

– Если врешь, тебе же хуже, – наконец, сказал он, видимо, приняв решение, и снова повернулся к панели управления. – Тот, кто занимается подобными вопросами, ментал. Если это подстава, в два счета вычислит.

– Без проблем, – я вздохнула с облегчением. Ничего такого, что могло бы настроить против меня ганнера и его приятеля, я за пазухой не держала.

Аэролет взмыл ввысь, и я получила возможность хоть немного расслабиться. Будущее уже не казалось столь неопределенным, и я даже начала смотреть на него с оптимизмом. Может, мне и правда удастся окончательно избавиться от Нордана, затеряться или в Терре или еще в каком-то уголке Федерации. С новыми документами это не составит проблем.

Новоземлянин, занимающийся изготовлением поддельных документов, к моему удивлению, оказался нанасом. Маленький, худенький, с неразвитым тельцем и непропорционально большой головой. Зеленоватая кожа и огромные глаза черного цвета, лишенные белков. Представители этой расы обладали высоким интеллектом и трудно было найти область науки, где бы они ни достигли феноменальных успехов. Слышала, что корпорация «Корн» сделала большинство своих открытий именно благодаря работающим на них нанасам. Физическую слабость эти малые компенсировали техническими достижениями, что делало их стороной, с которой приходилось считаться. Но представить себе нанаса в преступной среде, где больше ценились агрессия и физическая сила, было трудно. Как оказалось, мои представления о реальном мире были далеки от истины.

Я позволила нанасу проникнуть в мой разум и убедиться, что мои намерения чисты. Некоторое время маленький иномирянин в упор смотрел на меня своими странными глазами, потом тихим и кажущимся монотонным и безэмоциональным голосом сказал:

– Документы будут готовы через час. Некоторые ваши драгоценности я могу заменить деньгами, которые перечислю на ваш счет на идентификаторе. Разумеется, цена будет ниже той, что вы могли бы получить. Но если не устраивает, я не настаиваю.

– Меня все устраивает, – поспешила сказать, сжав подлокотники кожаного кресла для посетителей, в котором сидела.

Сам хозяин кабинета устроился за огромным столом, что лишь подчеркивало его внешнюю хрупкость. Ганнер стоял у двери каменным истуканом и ждал дальнейшего развития событий. От осознания того, что если бы его босс – а теперь я точно знала, что именно боссом нанас приходится таксисту – приказал, мне бы просто свернули шею и прикопали по-тихому, было не слишком-то приятно. Но зеленый человечек, похоже, был настроен миролюбиво.

– Отлично, – лишних разговоров вести нанас точно не любил, и кивнул ганнеру. – Отведи ее в соседнюю комнату. Пусть подождет там.

Без лишних церемоний таксист открыл передо мной дверь и махнул рукой, приглашая к выходу. Мне даже налили кофе, чтобы скрасить ожидание, и оставили в гордом одиночестве. Похоже, заводить более близкое общение со мной нисколько не стремились. Даже имена свои не назвали. Но это и хорошо. По крайней мере, подробностей моей биографии тоже не требовали. Исключительно деловые отношения.

Ровно через час, чем даже восхитил своей пунктуальностью, нанас предоставил мне новый браслет-идентификатор. С меня лишь сделали снимок и предложили несколько вариантов имени и фамилии. Я решила назваться новоземлянкой таринского происхождения во избежание возможных вопросов, если выяснится моя расовая принадлежность. Так что теперь стала обладательницей не слишком-то привычного имени Кэтрин Флетчер, чей отец был тарином, по молодости лет согрешившим с иномирянкой и заделавшим ей ребенка. Легенда вполне даже правдоподобная, поскольку среди моих сородичей жениться на женщине не своей расы считалось недопустимым. Насчет же обычных сексуальных контактов допускались некоторые вольности.

Пришлось расстаться с большей частью драгоценностей, что несколько омрачило эйфорию от обретенных преимуществ, но дело того, без сомнения, стоило. К тому же я не теряла надежды устроиться на работу или поступить в Межзвездную Академию. Тогда можно будет рассчитывать не только на то, что взяла с собой из дома.

– Посоветовал бы тебе убраться с Новой Земли как можно скорее, – неожиданно сказал нанас, когда я уже поднялась на ноги.

Вздрогнув, уставилась на маленького человечка, чье лицо даже выражения не изменило.

– Почему?

– С огасом, с которым ты связалась, лучше не шутить.

– Вы его знаете? – сдавленным тоном произнесла я, понимая, что нанас считал из моей головы гораздо больше, чем хотелось бы.

– Приходилось иметь с ним дело, – в упор глядя на меня, проговорил мужчина.

А меня будто холодом обдало. Что помешает нанасу, поживившись за мой счет, попробовать срубить денег и с Нордана, рассказав ему о том, как можно найти сбежавшую собственность. Иномирянин издал звук, похожий на хмыканье, и покачал головой.

– Своим клиентам я гарантирую конфиденциальность, можешь не беспокоиться. Но надеяться убежать от Нордана лар Са-Ирда глупо. У него связи по всей Федерации. Ходят даже слухи, что спонсирует некоторых пиратов. Я бы не удивился, если бы это оказалось правдой, – человечек рассмеялся странным суховатым смехом и снова стал бесстрастным. – Это все, мисс Флетчер, – он учтиво склонил голову, назвав меня новым именем.

Я пробормотала слова благодарности и поспешила покинуть его кабинет. Едва мы вышли из небоскреба, в котором располагался офис нанаса, прикрывающегося каким-то легальным бизнесом, ганнер вопросительно взглянул на меня.

– Снова в космопорт?

Он тоже слышал слова зеленого иномирянина и, похоже, считал, что я последую данному мне совету. Но я, сцепив зубы, замотала головой.

– Нет. Отвезите меня, пожалуйста, в центральный офис корпорации «Корн».

Ганнер несколько озадаченно сдвинул брови.

– Ты уверена, малышка? Поверь, к советам того, с кем ты только что встречалась, стоит прислушиваться.

– Я ему очень за них благодарна, – откликнулась я, – но все-таки хочу рискнуть.

– Ну, дело твое, – пожал плечами мужчина и открыл передо мной дверцу такси.

Как я ни старалась выглядеть уверенной и невозмутимой, сердце тревожно сжималось, пока мы летели к месту назначения. Не совершаю ли я ошибку? Может, и правда стоит поскорее покинуть планету, пока Нордан не хватился и не бросился в погоню? Упрямо поджала губы. Не хочу остаток дней провести, чувствуя себя мышонком, ищущим безопасную норку и не смеющим лишний раз и нос высунуть наружу. Да и если нанас сказал правду, Нордан найдет рано или поздно, где бы ни спряталась. А покровительство корпорации «Корн» дает хоть какие-то шансы на защиту.

Центральный офис этой могущественной структуры располагался в гигантском черном небоскребе более чем в три сотни этажей. Само это здание тоже принадлежало корпорации, как и арендованные внутри офисы более мелких компаний, магазины, рестораны и многое другое. Множество сверкающих ярусов с воздушными парковками и даже парковыми зонами представляли собой целый мир, где можно было легко бродить несколько дней и каждый раз находить для себя нечто новое.

В воздухе неподалеку от нижнего яруса реял голографический гигантский плакат с изображением главы и основателя корпорации – Майкла Корна. Изучая информацию о Звездной Академии, я обратила внимание и на биографию ее учредителя. Неординарная выдающаяся личность, которой нельзя не восхищаться. Обычный человек из низов общества сумел с нуля основать компанию, чье название теперь гремит по всей Федерации. Майклу Корну уже сто пятьдесят – много даже с учетом того, что современная медицина замедлила старение расы людей вдвое. Так что по старым человеческим меркам чуть более семидесяти. Но выглядел он младше своих лет – жилистый, подтянутый, с живым умным взглядом серых глаз, которые смотрели на мир с осознанием вполне заслуженной уверенности в себе. Темные волосы местами посеребрены благородной сединой. Открытая улыбка и небольшая сеть морщин в уголках глаз придавала лицу доброжелательное выражение. Говорили, что в общении Майкл Корн простой и легкий, чем многих подкупает. Но лично я не стала бы обманываться на его счет. Вряд ли кто-то может добиться такой власти, не умея проявить жесткость в нужный момент. Скорее всего, имидж добродушного дядюшки – лишь маска, за которой скрывается настоящая акула.

Размышляя над всем этим, я смотрела, как изображение Майкла Корна остается внизу, а мы подлетаем к пятидесятому этажу, где находился непосредственно вход в офис корпорации. Именно здесь располагалась приемная комиссия, ведущая отбор в Межзвездную Академию. Ганнер припарковался на стоянке, едва отыскав себе место среди множества находящихся там аэролетов, потом протянул мне прибор для внесения оплаты. Вот ведь жмот! – невольно пронеслась мысль. Они с боссом и так с меня поимели вдвое, а то и втрое больше, чем могли бы. Но все же провела браслетом по датчикам, внося оплату. На дисплее отразились мои данные, как Кэтрин Флетчер, и я удовлетворенно улыбнулась. Все же это того стоило!

– Удачи, – пожелал напоследок ганнер, хотя тон его голоса был несколько скептическим.

Поблагодарив его, я вылезла из такси и потом долго еще наблюдала, как оно снова взмывает в воздух и улетает прочь. Потом собралась с духом и, покрепче сжимая ручки сумки, двинулась к гостеприимно разъезжающимся стеклянным дверям.

Народу в просторном вестибюле, где все было в серебристых и белых тонах, собралась тьма-тьмущая. Видимо, не только я одна так сильно горела желанием стать частью корпорации. Несколько администраторов на ресепшне с ног сбивались, отвечая на вопросы посетителей. И при этом еще умудрялись ослепительно улыбаться и буквально излучать доброжелательность.

Я уже направлялась прямо к стойке, чтобы и самой воспользоваться их услугами, когда двери одного из трех лифтов на противоположном конце вестибюля разъехались, и я ощутила себя так, будто под ногами бездна разверзлась. Поспешно натягивая ментальный щит, глазами затравленного зайца наблюдала за тем, как из лифта выходит Нордан лар Са-Ирд собственной персоной. Как обычно, на окружающих его существ, не принадлежавших к расе огасов, он смотрел с нескрываемым презрением.

От души порадовавшись тому, что здесь так много народу и чужие эмоции легко заглушат мои, не позволяя Нордану вычленить их при всем желании, я настороженно смотрела на бывшего покровителя. Никак не ожидала, что те дела, о которых он говорил, приведут его именно сюда. Неужели у огаса какие-то дела с корпорацией «Корн»? Хотя почему бы и нет? С этой компанией многие заключали соглашения. И все же эта неожиданная встреча недвусмысленно дала понять, что слова нанаса не лишены оснований. Но поворачивать назад поздно. Несомненно, Нордан сейчас направится в космопорт на свой корабль. И чем дальше я буду оттуда, тем лучше.

Смогла нормально вздохнуть только после того, как высокая худощавая фигура моего мучителя исчезла за стеклянными дверями. Ушел. Не заметил. Вознеся благодарственную молитву Великим, я снова обрела способность двигаться и направилась к стойке.

Почувствовав на себе чей-то взгляд, резко обернулась и застыла в легком недоумении. Уж слишком пытливыми и проницательными показались глаза стройной, высокой, поразительно красивой брюнетки, стоящей в очереди к одной из администраторов. Она дружелюбно мне улыбнулась, заметив мою настороженность, но это нисколько не успокоило. Может, я становлюсь слишком подозрительной? Но как-то не радовало подобное внимание со стороны постороннего человека. Поспешила отвернуться и больше не смотреть на странную девицу.

Дождавшись своей очереди, ответила на ряд дежурных вопросов администратора относительно цели визита в корпорацию, получила временный пропуск и двинулась к лифтам. Поднявшись на два этажа выше, оказалась в еще одном вестибюле, выглядящем гораздо уютнее и менее официально. Здесь было много диванов, где уже расположились, по-видимому, другие кандидаты на место в Академии.

Взгляд опять уткнулся в ту самую девицу, сидящую среди остальных, и я поневоле нахмурилась. Поозиравшись, нашла свободное место и устроилась там, ожидая своей очереди. Над стойкой администратора то и дело вспыхивали голографические цифры, и претенденты один за другим скрывались за различными дверями, куда их направляли секретари. Судя по доставшемуся мне номеру: «1347», передо мной еще около пятисот претендентов. Это ж сколько придется проторчать здесь? Я с тоской вздохнула. Опять ощутила на себе сверлящий взгляд и вскинула голову на настырную девицу. Посмотрела на нее в ответ с такой неприязнью, что круто-очерченные брови красавицы недоуменно изогнулись. А потом она и вовсе поднялась и двинулась ко мне.

– Простите, я не хотела показаться невежливой, – раздался рядом немного низкий для женщины, но без сомнения приятный голос. – Заметила, что мой взгляд был вам неприятен.

Я только пожала плечами, продолжая настороженно смотреть на девушку, теперь стоящую рядом. Вблизи ее красота казалась еще более поразительной. Даже немного резкие скулы не портили, а напротив, придавали лицу еще большую выразительность. Утонченные черты лица, симметрично-правильные до такой степени, что казались ненастоящими, фиалковые глаза с длиннющими черными ресницами, великолепные черные волосы, гладкие и сияющие, как атлас. Вот последнему я даже позавидовала – всегда мечтала о прямых волосах взамен собственного кудрявого безобразия. Одета девушка была в скромный черный брючный костюм, в котором умудрялась выглядеть лучше, чем большинство женщин в роскошных вечерних платьях. Ей бы в актрисы или фотомодели, – критически оглядывая собеседницу, невольно подумала я. Но похоже, планы у нее были те же, что и у меня – стать студенткой Межзвездной Академии.

– Мне показалось, я должна объясниться, – в тоне брюнетки послышались нотки колебания.

– Это необязательно, – неуверенно сказала я, окончательно сбитая с толку.

Неужели у меня на лице все написано, что она легко разгадала, что я к ней испытываю? На всякий случай проверила ментальный щит – вроде все нормально. Но лучше перестраховаться. И я зашарила в сумке, отыскивая амулет.

– Могу я присесть? – послышался вопрос. Не глядя на настырную девицу, кивнула, продолжая рыскать в своих вещах. Только достав амулет и надев его на шею, смогла вздохнуть с облегчением.

– Я не ментал, – раздалось чуть насмешливое. – Так что это было необязательно.

– Что вам вообще от меня надо? – чувствуя, что начинаю закипать, метнула на нее напряженный взгляд.

– Совершенно ничего, – обезоруживающе улыбнулась она. – Просто вы меня заинтересовали.

– Чем же?

– Видела, с каким ужасом вы смотрели на огаса в вестибюле. И невольно стало интересно, с чем это связано.

– Вообще-то этих молодчиков многие боятся, – резонно заметила я, стараясь скрыть смятение.

Неужели у меня и правда на лице все написано? И менталом быть не нужно, чтобы просчитать на раз-два. Плохой знак. Нужно уделить особое внимание тому, чтобы сохранять внешнюю бесстрастность.

– Я умею неплохо разгадывать психологические реакции по мимике и жестам. В свое время увлекалась этим. Так что могу отличить обычную нервозность от чего-то большего. Вы боялись конкретно того огаса, и это меня заинтересовало. Не больше. Вот и все. Можете не переживать, за моим вниманием не кроется какого-то личного интереса, – она снова улыбнулась, и мне почему-то сильно захотелось ей поверить.

– Ладно, просто забудем.

– Меня зовут Арлас, – она протянула руку, и я, поколебавшись, все же ее пожала. – И ко мне можно обращаться на «ты».

– Тани… – осекшись, прерывисто вздохнула и поспешила исправиться: – Кэтрин.

Меня снова одарили проницательным взглядом, но не стали комментировать допущенную оплошность. Но брюнетке явно стало еще более интересно, что же я скрываю.

– Тоже хочешь поступить в Межзвездную Академию? – чтобы сгладить неловкость, спросила я.

– Я посчитала, что это даст мне те возможности, какие вряд ли получу иным путем, – последовал завуалированный ответ, заставивший меня тоже невольно почувствовать любопытство.

– Думаю, при твоей внешности у тебя есть и другие пути чего-то достичь, – заметила я и увидела, как тонкие брови хмурятся. – Извини, обидеть не хотела, – похоже, я зацепила ее больное место. Сильно захотелось снять амулет и проникнуть в мысли и эмоции девушки, но я решила, что это будет нечестно. Да и она сразу поймет, зачем я снимаю амулет.

– На моей родине так тоже считали, – усмехнулась Арлас с горечью. – Но мои цели несколько не совпадают с тем, чего от меня ждут другие. Меня не интересует возможность найти себе богатого покровителя и жить жизнью изнеженной куклы, у которой главное достоинство – внешность.

– Чего же ты хочешь? – неожиданно поняла, что теперь мне эта брюнетка даже нравится. В чем-то мы с ней даже похожи. Я тоже не желала мириться с той ролью, какую ожидали от меня другие.

– Хочу сделать военную карьеру. Так что если не повезет поступить в Межзвездную Академию, где сразу готовят офицеров, заключу контракт с военной базой на «Хроносе». Придется тогда начинать с нуля, конечно, но это меня не пугает.

В полном потрясении я осмысливала ее слова. Как-то образ этой потрясающе-красивой девушки нисколько не вязался с тем, какими я представляла военных.

– Ты серьезно? – наконец, выдохнула я.

– Абсолютно.

– И тебя не пугает, что женщинам среди военных приходится куда хуже, чем мужчинам? Да и при твоей внешности тебе придется еще труднее там. Вряд ли в тебе пожелают видеть товарища по оружию и воспринимать серьезно, – решила я ответить откровенностью на откровенность. Сама вряд ли бы рискнула пойти на такой шаг при всей дерзости моей натуры. Но находиться в обществе грубых мужланов, признающих лишь право силы, определенно бы не смогла.

– А кто сказал, что я женщина? – чуть насмешливо сказала Арлас.

Вот тут моя челюсть прямо-таки отвисла, а глаза едва из орбит не вылезли. Наверное, мой вид весьма позабавил новую знакомую… вернее… знакомого. Нет, это что шутка? Я медленно обводила глазами стройную грациозную фигуру и приходила во все большее недоумение. Она просто не может быть мужчиной. Сжалившись надо мной, Арлас улыбнулась и пояснила:

– Я имела в виду, что меня трудно назвать женщиной в полной мере. Надеюсь, у тебя нет предубеждений против андранов?

Вот теперь до меня дошло, с кем имею дело, но от этого потрясение меньше не стало. Как-то иначе я представляла себе представителей этой особой расы, являющейся гермафродитами. По крайней мере, судя по тем фотографиям, которые видела, изучая информацию о ниx. Внешне они сочетaли в сeбe признаки обоих полов, но настолько похожими на жeнщин, кaк Арлaс, не были. Скoрее, наоборот, больше напоминали мужчин, хоть черты лица у некоторых были довольно женственными. Красивая раса, но многие относились к ним с вполне понятным предубеждением. Хотя, конечно, встречались и любители экзотики.

Осознание того, что у сидящей рядом со мной… хм… женщины еще имеются и другие половые органы, и что она вполне способна функционировать как мужчина, приводило в замешательство. Наверное, что-то такое отразилось на моем лице, потому что только что улыбающееся лицо Арлас будто заледенело.

– Прости, что отняла твое время.

Она поднялась и уже хотела двинуться прочь, когда я, наконец, отмерла от шока и схватила ее за руку. Почему-то терять расположение Арлас не хотелось. Пусть ее и трудно назвать обычной женщиной, но ведет она себя, как вполне нормальная девушка. А у меня за всю мою жизнь не было ни одной подруги. Думаю, со временем я вообще перестану обращать внимание на то, что Арлас чем-то отличается от меня самой. Если, конечно, мы станем общаться и дальше и обе счастливо поступим в Академию.

– Извини, я просто была немного потрясена. Впервые вижу представителя твоей расы. Да и вообще… я мало что в своей жизни видела, – я улыбнулась чуть виновато и умоляюще, и андран улыбнулась в ответ.

– Поверь, многие реагируют еще хуже, чем ты, – сказала, пожав плечами и усаживаясь обратно. – Но я научилась не обращать на это внимания. Если, конечно, мне нет дела до тех людей.

А у меня на душе потеплело от осознания, что я в эту категорию не вхожу, раз моя реакция ее все же задела. И теперь уже взгляд внимательных фиалковых глаз не настораживал и не пугал. Я видела в них ум и теплоту, и впервые за долгие годы после смерти мамы ощущение собственного одиночества куда-то ушло. Почему-то ощутила с Арлас какую-то непонятную духовную близость. Буду надеяться, что она и правда станет со временем для меня подругой.

ГЛАВА 9

– Слушай, а как тут все во время отбора происходит? – решила я воспользоваться случаем и расспросить новую знакомую. – А то я только приблизительно это все себе представляю.

Арлас охотно начала рассказывать:

– Сначала ты пройдешь собеседование с одним из членов комиссии. Их тут не меньше десятка, так что очередь подойдет гораздо быстрее, чем можно ожидать. Именно тот, к кому попадешь, будет в итоге принимать решение. Может как сразу отправить восвояси, так и направить дальше на проведение тестов. Кстати, обрати внимание на кабинет под номером «пять». Насколько вижу, оттуда отсеивается большинство кандидатов. Будем надеяться, что не попадем к тому члену комиссии.

И когда она только успевает все замечать? Я ведь тоже сижу здесь почти столько же, но как-то и не подумала что-то анализировать, делать выводы. Однозначно наблюдательности Арлас можно позавидовать!

– Тебе бы в полиции работать, – хмыкнула я. – Ни одной детали не упускаешь.

– Мелочи порой бывают ключевыми во многих вопросах, и их не стоит упускать из виду, – она пожала плечами.

– А какие тесты нужно будет пройти? – стала я дальше расспрашивать.

– Администратор сообщила, что будут учитываться как физические, так и умственные показатели. Ну, и конечно, у тех, кто заявляет, что обладает особыми возможностями, будет проверяться и это.

– Эх, значит, меня напрягут по полной, – вздохнула я. – Хотя для начала собеседование бы пройти.

Тут взгляд упал на вышедшую из лифта девицу, при виде которой я озадаченно подняла брови. Это что тоже кандидатка в Межзвездную Академию?! Больше похожа на женщину легкого поведения! Юбка ультра-короткая, едва прикрывающая стратегически важные места, ядовито-розового цвета. Туфли на высоченных шпильках – поражаюсь, как она вообще в них на ногах держится. Загорелая ухоженная кожа, неплохая женственная фигурка, подчеркивающаяся обтягивающей декольтированной кофточкой. Волосы золотисто-рыжие, вьющиеся, доходящие до талии, придавали еще более вызывающий вид.

Красавицей девушку было назвать нельзя, скорее, хорошенькой – с забавным курносым носиком, веснушками и пухлыми губками. Яркий макияж еще больше подчеркивал экстравагантную внешность. По особой манере поведения – чувственной и будто заманивающей – нетрудно было догадаться о ее расе. Мигарка. Хотя могу и ошибаться – и представительницы других народностей иногда стремятся выделиться с помощью вызывающей одежды. Хотя, конечно, на моей родине вряд ли бы к этому нормально отнеслись. Еще и арестовать могли за то, что смущает таким образом всеобщие взоры. Но здесь не Таниран. Похоже, на Новой Земле и правда царит свобода во всех проявлениях. И все же прийти на отбор в такое серьезное учебное заведение вот так – рискованно, однако.

На девушку смотрели с насмешкой и недоумением, даже перешептывались, пока она с независимым видом направлялась за номерком к стойке администратора.

– Думаешь, у нее есть хоть какой-то шанс? – хмыкнула я.

– Никогда не суди по внешнему виду, – подмигнула мне Арлас. – Может, она еще всех удивит.

Взяв табличку с номером, девица развернулась и заозиралась, не обращая внимания на насмешливые любопытные взгляды. Потом остановила внимание на диванчике, где сидели мы с андраном. Слегка склонила голову набок, прищурилась, словно оценивая, и решительно направилась к нам. Не скажу, что пришла от этого в восторг, и посмотрела на Арлас, чтобы увидеть ее реакцию. К моему удивлению, андран доброжелательно улыбалась приближающейся к нам девушке, и в ее взгляде читалась лишь теплота. Похоже, мнения остальных по поводу экстравагантной красотки она не разделяла. С учетом того, как хорошо Арлас умеет разбираться в людях, стоит задуматься. Может, и правда не стоит доверять первому впечатлению?

– Привет, – поздоровалась с нами мигарка, приблизившись. – Здесь свободно?

– Да, присоединяйтесь, – тут же ответила андран. – Вместе ждать веселее.

– Вот и я так думаю. А вы тут самые нормальные, судя по всему, – без обиняков заявила девица, усаживаясь на диван и принимая нарочито соблазнительную позу.

Причем получилось это у нее непроизвольно, словно подобное поведение было в крови. Похоже, я не ошиблась с расой. Мигары так и излучают сексуальную притягательность – все в них словно создано для того, чтобы привлекать противоположный пол. И я вдруг поняла, что и подобная одежда с ее стороны – вовсе не вызов. Ей просто комфортно и привычно так одеваться. Она в этом чувствует себя уверенно. И все-таки мигарке стоило бы подумать о том, куда и зачем идет. Поймала себя на том, что уже испытываю к ней симпатию и хочу, чтобы она прошла отбор. Вот ведь странно. Всю жизнь прожила, ни разу не встретив человека, с которым захотелось бы подружиться. А тут уже вторая девушка подряд вызывает такие чувства.

– Меня зовут Кэтрин, – я искренне улыбнулась мигарке. – И можно сразу на ты.

От ее теплой открытой улыбки на душе стало так приятно, что я окончательно убедилась – она и правда мне нравится.

– А я Дафрия, можно просто Дафи. Очень приятно.

Арлас тоже представилась, и вскоре мы уже болтали так непринужденно, как будто были знакомы всю жизнь.

– И вот представляете, этот гад мне заявляет, что всего лишь хорошо проводил со мной время в перерывах между рейдами! – оживленно жестикулируя, рассказывала нам Дафрия свою историю. То, что побудило ее поступать в Межзвездную Академию.

Оказывается, на своей планете она познакомилась с прилетевшим туда в отпуск молодым новоземлянином. Совершенно потеряла голову, что, судя по ее бурному прошлому, о котором она тоже рассказывала, с Дафи случалось довольно часто. И наверняка каждый раз она считала, что это судьба, и была готова жить с избранником долго и счастливо до конца своих дней, как и в этот раз. Конечно, потом благополучно оказывалось, что это неподходящий мужчина, но мигарка не теряла надежды встретить того самого единственного. И вот ей казалось, что тот парень – Кайл Стаффорд – и есть тот, кого она ждала все свои двадцать пять лет. Их бурный роман длился три недели, после чего этот гад пожелал свалить по-тихому, оставив ей лишь дурацкую записку. Она же случайно вернулась домой пораньше и застала его с чемоданами у двери ее квартирки. И вот тут началось бурное выяснение отношений.

Рыжеволосая мигарка с таким чувством передавала все подробности, что даже другие девушки и администраторы поглядывали заинтересованно. Звонкий голосок Дафнии разносился по всему холлу. Иной раз мы с Арлас пытались маякнуть ей: мол, стоит говорить потише. Но куда там? Мигарке было абсолютно плевать на то, что подумают о ней другие, она была целиком захвачена эмоциями.

– А окончательно меня добил его довод, – ее карие глаза горели праведным возмущением, – что мол он закончил Межзвездную Академию, служит на одном из лучших кораблей корпорации «Корн», и какая-то мигарская девица легкого поведения ему не подходит в спутницы жизни. Нет, ну вы представляете?!

Мы всем видом изобразили ответное возмущение. Мол, вот сволочь этот ее Кайл!

– И я решила доказать, что не только не хуже, но еще и лучше этой сволочи!

Теперь понятно, что привело Дафи сюда. И ее мотивы даже вызвали у меня сочувствие и одобрение. Правильно, не стоит позволять мужикам вытирать об себя ноги. Именно это я и поспешила озвучить. Услышала одобрительные возгласы нескольких девиц на соседних диванчиках, и поняла, что атмосфера вокруг значительно потеплела. Искренностью и обаянием Дафи просто невозможно было не проникнуться. Кто-то из других кандидаток начал громко рассказывать и собственные истории о том, какие в их жизни встречались мужики-козлы.

Представители этого самого козлиного пола, тоже находящиеся среди кандидатов, посматривали на нас с явным неодобрением, но в разговор не лезли. Уж слишком воинственно настроенными мы, наверное, выглядели.

– Кажется, это мой номер, – прервал очередную реплику Дафи голос Арлас, и мы устремили на нее ободряющие взгляды.

– Удачи тебе! – пожелали почти одновременно, и андран, стараясь держаться уверенно, двинулась к двери, куда ее направили.

Заметив, что это та самая роковая дверца под номером «пять», я нервно сглотнула. Вот же незадача! Так и представила сидящего в том кабинете кровожадного монстра, одного за другим съедающего все надежды кандидатов.

– Не удивлюсь, если там ксенит* (примечание: ксениты – раса, чья физиология приближена к физиологии насекомых. В процессе эволюции приобрели возможность трансформации в вид, приближенный к гуманоидному. Но в другой своей ипостаси напоминают жуков с мощными клешнями, способными перекусить даже сталь. Из пасти могут выбрасывать хитиновые щупальца, опутывающие добычу), – заявила мигарка с глубокомысленным видом. За то время, что мы тут сидели, уже многие заметили пугающую закономерность: из всех, кто заходил в ту комнату, мало кто направлялся дальше на тестирование. Никому туда попасть однозначно не хотелось.

– Я бы не удивилась, – поддержала я предположение Дафрии. – Настоящий зверюга, судя по всему!

И мы сокрушенно устремили глаза на дверь, за которой скрылась Арлас. Очень не хотелось, чтобы ее попытка осуществить свою мечту закончилась неудачей только из-за того, что пришлось наткнуться на особо вредного члена комиссии. Даже разговаривать уже не хотелось, настолько мы обе переживали за андрана. И когда Арлас с непроницаемой физиономией вышла обратно в холл, уставились на нее с плохо скрытым нетерпением. Андран сделала скорбный вид, сокрушенно качая головой, и замерла в шаге от нас.

– Завалил тебя? – с сочувствием спросила я.

– Вот ведь гад! Жучара проклятый! – в сердцах выпалила мигарка.

Арлас вдруг прыснула со смеху, что несколько не вязалось с ее спокойными благородными манерами.

– Если и жук, то довольно симпатичный, – заметила она, улыбаясь. Веселые искорки в ее глазах, наконец, открыли нам правду.

– Ты прошла?! – Дафи так завизжала, что едва меня не оглушила. Администраторши возмущенно зашикали, и рыжая поумерила пыл, но это не помешало ей буквально повиснуть на шее Арлас. – Это же просто здорово!

– Это ведь еще не все, – мягко возразила андран. – Теперь нужно еще тесты пройти. А вам удачи, девочки!

Она ободряюще положила руки нам на плечи, потом двинулась к лифтам. Тестирование нужно было проходить на другом этаже. Я тоже мысленно пожелала ей удачи и вздохнула. Сама я была далеко не уверена, что смогу пройти даже собеседование. Зато Дафи, похоже, нисколько не сомневалась в успехе. Ее уверенности в себе можно было позавидовать.

Когда зажегся мой номер, я судорожно вздохнула и вскочила с места, как ошпаренная.

– Держись! – крикнула вслед мигарка, когда напротив моего номерка нарисовалась циферка «пять». – Ты сможешь!

Мне бы ее уверенность! Я сокрушенно побрела к двери под номером «пять», провожаемая сочувственными взглядами. И как-то то, что Арлас все же удалось пройти собеседование у этого члена комиссии, нисколько не успокаивало. Напротив, делало шансы еще меньше. Если он проявил благосклонность совсем недавно, то вряд ли это так быстро повторится снова.

Не знаю, кого ожидала увидеть за дверью. Скорее всего, и правда чудовищного жука или малоэмоционального нанаса. Но явно не того, кто с непроницаемым лицом сидел за столом в небольшой комнатке, где было лишь самое необходимое. Я даже не сразу поняла, что застыла на пороге и пялюсь на мужчину самым бесцеремонным образом. Даже объяснить себе не могла столь странный ступор. Ведь ничего особенно шокирующего или выдающегося во внешности члена комиссии не было.

Мужчина лет тридцати, со стильной короткой стрижкой и довольно приятными, привлекательными чертами. Вернее, они казались бы приятными, если бы не суровое выражение лица, из-за чего оно напоминало каменную маску. Взгляд выразительных светло-серых глаз казался колким и пронизывающим, но я почему-то не могла оторваться от них. Сердце билось как-то неровно и рвано, дыхание участилось, а ноги показались словно ватными. Да что ж со мной такое? Почему не могу оторвать взгляда от этого лица и любуюсь каждой его черточкой? А еще нестерпимо хочется провести ладонью по темным, безукоризненно уложенным волосам и почувствовать, какие они на ощупь.

Во рту пересохло, и я с трудом сглотнула подступивший к горлу комок. Даже на какое-то время забыла, зачем вообще здесь нахожусь и что передо мной тот, кто успел заочно нагнать страх на всех толпящихся в холле кандидатов. Только когда мужчина, тоже на меня смотрящий, приподнял брови в явном удивлении, опомнилась и поняла, что веду себя, как идиотка.

– Присаживайтесь, – кивнули мне на кресло для посетителей, стоящее прямо напротив стола.

С трудом передвигая одеревеневшими ногами, я прошла туда, стараясь больше не смотреть на так смущающего мужчину, и села на краешек. Его взгляд обжигал, я буквально кожей чувствовала, что в этот самый момент он на меня смотрит. От души пожалела, что не сняла амулет перед тем, как войти. Хотелось узнать, какие эмоции этот мужчина испытывает при взгляде на меня.

Хотя, может, лучше и не знать… Если совершенное равнодушие, это было бы неприятно. Сама ужаснулась этой мысли. Да что ж такое-то? Я впервые в жизни вижу этого человека. Мне вообще-то полагается его бояться и опасаться, ведь от него зависит – пройду ли на дальнейший этап отбора. Да и вообще после Нордана лар Са-Ирда хотелось одного – держаться от всех мужиков как можно дальше. Так почему все эти разумные доводы разлетелись вдребезги, а мне все нестерпимее хочется поднять глаза и опять жадно пялиться на незнакомца?!

– С вами все в порядке? – послышался снова этот голос – вполне себе обычный, но на меня воздействующий просто поразительным образом. От него по всему телу мурашки бегали.

– Можно воды? – каким-то хриплым неузнаваемым голосом попросила я, чувствуя, что еще немного, и окончательно растеряю самообладание.

Краем глаза уловила движение за столом, потом послышались шаги. Вскоре я тупо уставилась на мужские ноги в серых брюках и ботинках. Осознание того, что этот мужчина стоит рядом, подействовало, как укол адреналина. Кровь тут же побежала быстрее, а сердце теперь колотилось, как сумасшедшее. Уловила исходящий от него запах, кажущийся безумно приятным. Свежего легкого парфюма, смешанного с его собственным, чуть терпким и мускусным, – почему-то хотелось вдыхать этот запах снова и снова. Казалось, что ничего приятнее я в жизни еще не вдыхала.

Так, все, надо это прекращать и как-то успокоить взбунтовавшиеся гормоны! Усилием воли заставила себя поднять глаза и уставиться на стакан, протягиваемый мне. Сердце снова подпрыгнуло к горлу – его пальцы просто заворожили. Не такие тонкие и аристократичные, как у того же огаса. Скорее наоборот – сильные мужские руки, выдающие то, что этот мужчина не боится тяжелой работы и способен за себя постоять. Но как же сильно захотелось почувствовать их прикосновение на своей коже! Просто наваждение какое-то!

Дрожащими руками приняла стакан и поднесла к губам, пока взгляд, как безумный, блуждал дальше по телу мужчины. Довольно высокий, хоть и не такой, как огас – ниже примерно на полголовы, но фигура!.. Проклятье, лучше не думать, как он выглядит, если с него снять строгий серый костюм. Широкие мускулистые плечи, длинные ноги, военная выправка, выдающая то, что наверняка он проходил соответствующую подготовку. Я постаралась отрешиться от крамольных мыслей о том, что хотела бы увидеть его без одежды, и зацепилась взглядом за бейджик на пиджаке: «Рендал Паркер, член приемной комиссии».

Значит, Рендал. Поймав себя на том, что мысленно снова и снова повторяю это имя, с трудом вернулась к реальности. Мужчина уже опять прошел на свое место и оттуда теперь с чуть сведенными бровями наблюдал за мной. Я сделала несколько жадных глотков, смачивая пересохшее горло, и выдавила:

– Спасибо. – Потом, чтобы хоть как-то оправдать свое идиотское поведение, добавила: – Извините, я немного перенервничала. К вам все кандидаты боятся заходить. Говорят, вы слишком строгий.

Взгляд Рендала смягчился, или мне показалось?

– Просто я довольно придирчив, – сухо сказал он. – Мы можем начать?

– Д-да, конечно.

Продолжая сжимать стакан, кажущийся чем-то вроде спасательного круга, я постаралась собраться. Да и когда Рендал устремил взгляд на анкету, появившуюся на голографическом экране его монитора, стало полегче. А то когда он на меня смотрел, я совершенно теряла способность мыслить здраво.

– Ваше имя Кэтрин Флетчер. Отец – тарин, мать – новоземлянка, – проговаривал мужчина, изучая информацию обо мне. – Двадцать два года… Скажите, почему вы решили поступать в Академию? – задал он вопрос, пробежав глазами и другие сведения, большинство из которых было ложью.

– Решила, что учеба здесь дает хорошие перспективы, – сказала заранее заготовленную фразу и умолкла.

– Многие мечтают учиться в Межзвездной Академии, – заметил он. – Так почему именно вас мы должны посчитать достойной этого?

Так, а вот сейчас самое главное не тушеваться, иначе пиши-пропало. Пусть не слишком-то красиво рекламировать саму себя, но не время для скромности.

– Думаю, мои способности будут полезны корпорации «Корн». Особенно с учетом того, что появляется все больше желающих использовать живые корабли. Мой дар ментала мог бы помочь в этом.

– Значит, у вас есть ментальный дар? – Рендал оторвался от экрана и в упор посмотрел на меня. Потом, словно невзначай, бросил: – Я думал, что подобные амулеты, как тот, что на вас сейчас, носят только таринки. Причем независимо от собственной воли. Вы же, насколько я понимаю, выросли на одной из планет, принадлежащих новоземлянам. Могу я узнать, в чем причина того, что вы носите эту вещь?

Я замерла, чувствуя, как внутри все сжимается. Нужно было и правда снять проклятый амулет перед тем, как заходить сюда! Но я никак не ожидала, что могу на этом засыпаться. Почему-то лгать Рендалу было неприятно, но иного выхода все равно нет.

– Это подарок отца. Иногда я надеваю его.

– Только иногда? – новый вопрос, и цепкий взгляд снова будто пробуравил насквозь. Казалось, этот человек считывает малейшие изменения в моей мимике. Хотя, может, так и есть, и от этого сильно не по себе. – Не советую лгать. Это важно. Таринки с рождения вынуждены носить подобные вещи, блокирующие ментальный дар. И потом у них могут возникнуть трудности с управлением им. Если для вас управление даром вызывает трудности, мы должны об этом знать.

Ощутила, как щеки заливает краска. Понимала, что, скорее всего, подписываю смертный приговор своим мечтам об Академии, но просто не смогла солгать:

– Вы правы. Я только неделю назад начала снимать амулет и пытаться управлять даром.

Некоторое время царило молчание. Рендал задумчиво смотрел на меня, слегка потирая пальцем ямочку на подбородке. А я поймала себя на том, что не могу отвести взгляд от этой ямочки. Проклятье! Совсем ополоумела! Решается моя судьба, а меня больше занимает сам этот мужчина, от которого зависит вся моя дальнейшая жизнь. Рендал вдруг откинулся на спинку кресла и слегка улыбнулся.

– Если бы вы сейчас солгали, я бы признал вас неподходящим кандидатом для учебы в Академии. Но к счастью, вы сделали правильный выбор. Поэтому перейдем к дальнейшим вопросам. Некоторые из них могут показаться вам странными и не относящимися к делу. Но не старайтесь анализировать, зачем вам нужно на них отвечать. Просто говорите то, что первое приходит в голову.

Облегчение буквально накрыло. Поймала себя на том, что улыбаюсь, как идиотка, и чуть ли не с восторгом смотрю на экзаменатора. Он больше не казался грозным и непримиримым типом, только и ожидающим, как завалить очередного кандидата. Главное – быть достаточно откровенной и все будет нормально. Хотя улыбка несколько померкла, когда на меня градом посыпались самые странные вопросы, которые могла представить в данной ситуации. Вплоть до того, как я люблю проводить свободное время и какие блюда предпочитаю. Также мне предлагалось представить различные ситуации и сказать, как бы повела себя в каждой из них.

Понять, какой ответ в том или ином случае был бы правильным, не представлялось возможным. Да и мне даже времени достаточно не давалось, чтобы обдумать вопросы. Отвечать нужно было практически сразу, чтобы исключить фальшь. К концу этого самого настоящего допроса я даже взмокла, а взгляд наверняка казался ошалевшим и растерянным. Я вообще не понимала: то ли надо мной самым изощренным образом издеваются, то ли это и правда имеет какую-то непонятную мне цель.

Когда эта моральная пытка закончилась, Рендал умолк на несколько секунд, изучая что-то на экране компьютера, потом вытащил из ящика стола пластиковую карту и молча положил на край стола.

– Это все, – видя, что я продолжаю сидеть и растерянно смотреть на него, сказал он, даже не глядя в мою сторону. – Возьмите это и можете быть свободны.

В горле снова образовался комок. Неужели это все? Я завалила все, что только можно было завалить? С гулким звоном поставив стакан, который продолжала все это время сжимать в руке, на столик рядом с собой, прошла к экзаменатору и схватила пластиковую карточку. Вздрогнула, когда Рендал неожиданно опять посмотрел прямо на меня. И снова нахлынуло поутихшее было странное и будоражащее ощущение, какое вызвал при первом взгляде этот мужчина. Показалось, что в его глазах тоже что-то промелькнуло, но затем они стали такими холодными, что я невольно поежилась.

– Что-нибудь еще? – сухо спросил экзаменатор.

Сил ответить не нашлось. Я помотала головой и, окончательно почувствовав себя идиоткой, вышла из комнаты. Оказавшись за дверью, тупо уставилась на карточку, даже не понимая, что там написано. Буквы перед глазами расплывались и прыгали. Только когда ко мне подскочила встревоженная мигарка и что-то затараторила на ухо, отмерла от сковавшего оцепенения. Посмотрела на карточку уже более осмысленно и первое время не могла поверить собственным глазам. Я прошла!

Передо мной был пропуск на тестирование. Мне теперь полагалось посетить два кабинета, где проведут еще какие-то проверки. Но по сравнению с тем, что пережила, это казалось совершенно несущественным. Радостно улыбаясь, я обняла Дафи, пожелала ей тоже удачно пройти собеседование и бросилась к лифтам. А перед глазами продолжало стоять приятное лицо, обладатель которого будто стремился спрятаться за маской суровости и бесстрастности от остального мира. И мне хотелось лишь одного – увидеть этого человека снова, пусть даже издали. Никогда раньше не верила в любовь с первого взгляда, считала это сказками для романтичных девиц. Но сегодня, похоже, судьба наказала меня за такую черствость.

В задумчивости поднимаясь на лифте тремя этажами выше, я думала о том, что в моих же интересах подавить несвоевременное чувство в зародыше. Оно только все осложнит в моей жизни. Для меня сейчас главное – поступить в Академию, отучиться там и окончательно избавиться от нависшей надо мной тени Нордана лар Са-Ирда.

ГЛАВА 10

Кабинет, где проверяли физические показатели кандидатов, стал для меня нелегким испытанием. И вовсе не из-за каких-то нагрузок. Как раз это не пугало – я ведь не собиралась становиться военной, так что вряд ли физическая сила имела ключевое значение для экзаменаторов в моем случае. Но все мои вскормленные с детства принципы стремительно затрещали по швам, когда пришлось на виду у снующих вокруг сотрудников и других абитуриентов раздеваться чуть ли не донага.

Поначалу я вообще подумала, что это дурацкая шутка. Стояла столбом возле одного из жуткого вида кресел, подключенного к непонятным приборам, и тупо пялилась на сотрудника корпорации «Корн», одетого в стерильно-белый халат, сидящего за столом перед голографическим экраном. Этот неприметного вида мужчина с видом вселенской усталости ждал, пока я, наконец, отомру и сделаю то, что он велел.

Судорожно сглотнув, посмотрела поверх его головы на такие же кресла, где другие кандидаты подвергались тому же, что ожидало и меня. Одни уже лежали, подключенные к приборам, другие только раздевались. Но для меня, таринки, которую учили, что из мужчин видеть женщину обнаженной имеет право лишь ее покровитель или лекарь, было просто дикостью раздеться вот так – перед кучей посторонних людей.

Сотрудник уже начал раздражаться, нетерпеливо постукивая пальцами по столешнице.

– Мисс Флетчер, осмелюсь напомнить, что в коридоре ожидают еще многие, кто хотел бы пройти тестирование. Если вы не готовы к нему, достаточно просто сообщить. Я аннулирую вашу карту доступа и на этом попрощаемся.

– Нет, – пискнула я, проклиная все на свете. Проклятое таринское воспитание, похоже, доставит мне еще немало хлопот! Нужно пересилить себя и начать жить по новым правилам, раз уж я так отчаянно стремилась к свободе.

Стараясь ни на кого не смотреть, стала сбрасывать с себя одежду, чувствуя, как щеки заливает предательская краска. Как заклинание, повторяла себе, что этого человека в белом халате можно воспринимать как лекаря, а значит, нет смысла стесняться. Что касается остальных, то им точно сейчас не до меня, так что вряд ли кто-то станет бесцеремонно глазеть. Оставшись в трусиках и лифчике, обхватила плечи руками и почувствовала, что трясусь, как заяц, хотя холодно в помещении не было.

– Устраивайтесь в кресле, – будничным тоном проговорил мужчина, которого мои прелести, похоже, вообще не заинтересовали. Это немного уменьшило неловкость.

Улегшись в медицинское кресло, закрыла глаза, решив, что так будет легче пережить неприятные процедуры, которым меня, скорее всего, подвергнут. Ощутила, как к разным частям тела подключают датчики, и поморщилась. Прикосновение холодного металла показалось неприятным. Любопытство все-таки пересилило нервозность, и я разлепила веки. Уставилась на сотрудника корпорации, считывающего показания приборов.

– Поздравляю, здоровье у вас отменное, – подытожил он минут пять спустя. Не успела я обрадоваться и решить, что уже все закончилось, как мужчина добавил: – Теперь посмотрим, как ваш организм станет реагировать в чрезвычайных ситуациях.

Я насторожилась. Не успела понять хоть что-то, как мир вокруг померк, а потом взорвался яркими красками. Только теперь я уже не находилась в стерильной комнате для физического тестирования. Стояла на обширном горном плато желто-оранжевого цвета и смотрела в темно-синее небо с двумя светилами разного размера. Почти сразу ощутила одуряющий жар, от которого дышать было неимоверно тяжело. Казалось, горло и легкие обжигает огнем. Где я нахожусь?! Что вообще происходит?

Неуверенно ступила пару шагов вперед, непрестанно озираясь. Насколько хватало глаз, простиралась неприветливая земля, лишенная как растительности, так и малейшего следа живых существ. Минут пять я истошно кричала и звала на помощь, пока не охрипла от бесплодности усилий. От духоты перед глазами плясали цветные пятна, а голова начинала кружиться. Интересно, сколько еще смогу вообще на ногах стоять при таких условиях?

Не успела об этом подумать, как земля слева от меня пошла трещинами. С трудом сглотнув ком в горле, настороженно уставилась на новую напасть, которая ждала в этом непонятном месте. В следующую секунду издала полусип-полухрип и ринулась прочь, позабыв и о жаре, и о том, что едва на ногах могла держаться.

Гигантское насекомое, похожее на многоножку, вынырнувшее из трещины в земле, неслось прямо ко мне. И в моих интересах было бежать как можно быстрее!

Узнавать, что эта тварь жаждет со мной сделать, совершенно не хотелось. Никогда еще я не бегала на такой запредельной скорости – адреналин зашкаливал, увеличивая физические возможности до максимума. Но я не тешила себя иллюзиями, что смогу долго выдерживать такой темп.

Несколько раз повернув голову в сторону преследователя, поняла, что расстояние между нами стремительно сокращается. Еще минуты две изо всех сил пыталась отсрочить неминуемый финал, пока плечо не пронзило болью от пронзившей его хитиновой конечности.

В следующую секунду я, еще захлебывающаяся от боли, снова оказалась в медицинском кресле. Датчики приборов непрерывно пищали, а мужчина за столом что-то удовлетворенно бормотал себе под нос. Тяжело дыша, я пыталась понять, что вообще произошло и как ко всему относиться. С удивлением поняла, что хоть сердце и колотилось, как бешеное, но в остальном со мной все в порядке. Не было ни раны в плече, ни ощущения жжения в горле и легких, ни усталости в мышцах.

– Что произошло? – дрожащим голосом спросила у мужчины, и тот успокаивающе улыбнулся.

– Я всего лишь погрузил вас в виртуальную реальность. Создал условия, при которых ваши физические показатели могли бы проявиться по максимуму. Теперь точно могу сказать, что считаю вас годной к учебе в Академии.

Он занес что-то на экран компьютера и извлек мою карту из специальной щели на клавиатуре.

– Дальше вас ждет психологическое тестирование вкупе с проверкой тех особых способностей, о каких вы заявили в анкете. Можете одеваться.

В полном ошеломлении я поднялась с кресла и стала одеваться, уже не обращая внимания на присутствие посторонних. Настолько была выбита из колеи тем, что только что пережила. Жестоко, конечно, они с абитуриентами! Но могло быть и хуже, – постаралась себя утешить. К примеру, если бы заявила, что хочу выбрать профильным направлением военную подготовку. Тогда, сомневаюсь, что в виртуальной реальности ждал бы всего лишь бег с препятствиями. Невольно посочувствовала Арлас, которая наверняка проходила через нечто подобное.

В кабинет психологического тестирования заходила с вполне понятным опасением. Кто знает, через что придется пройти здесь, чтобы доказать, что и психически подхожу корпорации? Уже переступив порог совершенно пустой комнаты, лишенной как мебели, так и чьего-либо присутствия, заподозрила неладное.

Вздрогнула, когда с коротким щелчком захлопнулась за спиной дверь. В ту же секунду комната погрузилась в темноту – настолько густую, что я могла лишь беспомощно расширять глаза и крутиться на месте, не зная, откуда ждать подвоха. А когда где-то на расстоянии нескольких шагов раздался шорох, у меня даже волосы на затылке зашевелились.

Истошно закричав, я ломанулась к двери – вернее, в том направлении, в котором, как считала, она находится. Замолотила кулачками о твердую поверхность, прося выпустить отсюда. Только спустя несколько секунд осознала, что это тоже может быть испытанием. Посмотреть, как я справляюсь в экстремальной ситуации со своими страхами. Еще хорошо, что у меня не было панической боязни темноты и замкнутого пространства, иначе вряд ли бы смогла собраться с духом. Но сейчас заставила себя несколько раз вдохнуть и выдохнуть, успокаиваясь, а потом развернуться в ту сторону, откуда раздавался шорох.

– Ну и что дальше? – стараясь говорить спокойно, спросила, с вызовом расправив плечи.

В ту же секунду посреди комнаты вспыхнул ярко-голубой свет, и я увидела появившийся словно из ниоткуда стул. Холодный металлический голос прорезал окружающую тишину:

– Садитесь, мисс Флетчер.

Поежившись, двинулась туда – сердце колотилось так же сильно, как при недавней встрече с гигантской многоножкой. Но я заставила себя усесться на стул, хотя и подозревала, что он может оказаться каким-нибудь пыточным приспособлением. Заерзала, пытаясь устроиться поудобнее, что не слишком-то получалось – более твердого и неудобного стула еще не доводилось видеть. Вообще казалось, что все здесь специально устроено, чтобы сделать условия тестирования максимально некомфортными для абитуриента.

А затем меня без всякой подготовки засыпали градом вопросов, на которые приходилось отвечать, преодолевая неуверенность и нервозность. Причем вопросы иногда были настолько личными и интимными, что на моих щеках вспыхивал румянец. А еще сильно смущало, что невидимый собеседник видит меня, в то время как я его нет.

– Сколько сексуальных партнеров у вас было? – задали мне новый вопрос, прокручивая в очередной раз нож в моей таринской душе, не привыкшей к подобной откровенности.

– Один, – глухо сказала, проклиная все на свете и уже всерьез задумываясь над тем, насколько мне на самом деле нужна учеба в Академии.

– Расскажите о вашем сексуальном опыте. Интересуют малейшие подробности, вплоть до ощущений, зрительных и слуховых образов.

– Зачем вам все это? – не выдержала я.

– Вопросы здесь задаю я, – послышался металлический голос, лишенный даже половой принадлежности. Казалось, что говорю с роботом.

Проклиная все на свете, постаралась ограничиться общими фразами, рассказывая о своем сексуальном опыте. Но проклятый психолог наводящими вопросами заставлял углубляться в пережитое, вспоминать мельчайшие детали. Единственное, что я посчитала своей победой, так это то, что так и не открыла, кем на самом деле был мой сексуальный партнер. Солгала, сказав, что речь о человеке, просто жестоком и не склонном к сантиментам.

Странно, но вспоминая детали, не связанные с самим процессом, я смогла эмоционально отгородиться от него. Говорила о том, какого цвета была кровать, обстановка в помещении, что было надето на мне и партнере, особенности его телосложения и прочее. К концу этого допроса даже немного успокоилась и почувствовала себя увереннее. Да и вопросы стали более невинными, хотя и до сих пор непонятными.

Без всяких предисловий перед глазами возник голографический экран компьютера, и мне холодно заявили:

– Перед вами тест на интеллект. У вас будет час, чтобы пройти его. Время пошло.

Появилось первое задание, и я в полном ошеломлении постаралась переключиться на него. После пережитого душевного стриптиза мне не дали даже передышки, чтобы прийти в себя. М-да, теперь я понимаю, почему отбор в Академию пройти не так просто! Нужно уметь быстро переключаться, отбрасывать эмоции и личные переживания, адаптироваться в рекордные сроки к любой ситуации. Если это всего лишь тестирование перед поступлением, то что ждет во время самой учебы? Боюсь даже представить!

Но у меня не было времени, чтобы предаваться рефлексии и рассуждать о тяготах жизни тех, кто решил связать свою жизнь с корпорацией «Корн». На счету каждая секунда. Нужно показать все, на что я способна. Полностью сосредоточившись на поставленной задаче, погрузилась в прохождение теста, призванного выявить мой интеллектуальный потенциал. К концу отведенного времени я уже полностью уверилась, что завалила все, что только могла. Трудно было понять, насколько правильно справилась с заданиями, большинство из которых привели в ступор. Настроение настолько упало, что когда раздался голос экзаменатора, сообщившего, что время вышло, я уже просто с хмурым видом ждала вердикта. Обиднее всего казалось то, что пришлось через столько пройти и в итоге остаться ни с чем.

– По результатам теста ваш IQ составляет 140 баллов, – огласил холодный голос.

– И что это значит? – почему-то решив, что это мало, безрадостно спросила, желая лишь удостовериться в очевидном.

– Умеренная одаренность. Очень хороший результат, – неожиданно снизошли до похвалы, и я почувствовала, что улыбаюсь, как полная идиотка, и едва в ладоши не захлопала.

Вспыхнувший передо мной еще один источник голубоватого света осветил вдруг сидящего напротив нанаса, и я с удивлением поняла, что все это время он был рядом. А металлический тон голосу придавал какой-то прибор у его рта. Вот ведь выпендрежники! Но теперь я была настолько окрылена успехом, что даже не обижалась.

– Если бы вы не заявили, что обладаете еще и способностями ментала, – убрав прибор и говоря теперь вполне нормальным, хоть и маловыразительным голосом, сказал иномирянин, – на этом бы тестирование закончилось. Вы нам вполне подходите. Но хотелось бы все же внести ясность и в этом пункте. Ведь вы дали понять, что в качестве профильного направления желаете выбрать пилотирование космических кораблей этого вида.

– Да, конечно, – кивнула я и постаралась улыбнуться как можно приветливее. Хотя на улыбку нанас не ответил. Интересно, все представители этой расы так скупы на эмоции?

– Тогда вам стоит снять амулет из дардаса.

Последнее я сделала даже с некоторым энтузиазмом. Сильно захотелось посмотреть, что там на самом деле скрывается за маской холодности этого существа. Но меня ожидало разочарование – ментальный щит, который нанас выстроил вокруг своих мыслей и эмоций, не дал ни шанса.

– Вами заявлен второй уровень ментального дара, – проговорил человечек. – Так что попробуем телепатический разговор.

Интересно, стоит ли говорить, что уровень у меня третий? Подумав, решила, что пока не стоит. Пусть это станет моим козырем, если вдруг возникнут проблемы с учебой и нужно будет удержаться в Академии. Это может сыграть в мою пользу.

– Ослабьте ваш ментальный щит, – велел нанас, и я с неохотой сделала это, тут же постаравшись выбросить посторонние мысли из головы. Не хватало еще, чтобы он узнал то, что хотелось бы скрыть.

В следующую секунду услышала в голове голос иномирянина. Он задавал ничего не значащие вопросы, на которые я должна была отвечать так же мысленно. Потом потребовал, чтобы я сама попыталась прочесть его мысли. Теперь, когда он ослабил щит, это оказалось нетрудно. В то же время четко поняла, что нанас тоже тщательно контролирует разум, позволяя увидеть лишь то, что нужно ему. Вот этому мне стоит научиться в первую очередь! Причем довести до автоматизма.

– Я бы тоже это вам советовал, – раздался в голове одобрительный комментарий, и я поняла, что скрыть от нанаса мысли в этот раз не удалось. – Для менталов это умение будет нелишним. Впрочем, как и для остальных. Не стоит, чтобы конкуренты или враги узнали то, что может быть использовано против корпорации.

– Но разве обычный человек без ментального дара сможет настолько скрыть свои мысли? – удивилась я.

– Ему это будет труднее, но все же возможно, – удовлетворил мое любопытство нанас. – Впрочем, когда вам вживят чип, это не будет иметь ключевого значения. При попытках выведать у вас секретную информацию включится защитный механизм.

– А можно подробнее? – насторожилась я. – Что за чип?

– Стандартная процедура, через которую проходят все сотрудники корпорации «Корн». Не беспокойтесь, никакого вреда устройство не причинит. Но поможет корпорации всегда знать о вашем местоположении и оказать содействие в критических ситуациях.

А я вот на это смотрела иначе! Меня что заклеймят, как личную собственность компании? Как-то это не радовало.

– Как только вы перестанете работать на корпорацию, чип у вас извлекут, – нанас, бессовестным образом изучив мои мысли, поспешил успокоить. – Разумеется, предварительно стерев ту информацию, которую запрещено кому-то передавать.

Еще и мозги мне промоют?! Я возмущенно поджала губы.

– А что насчет защитного механизма, о котором вы говорили? – подозрительно спросила. – Что он собой представляет?

– Он включится сразу, как только из вас против воли попытаются извлечь секретные сведения. Временная потеря памяти. Даже при всем желании вы не сможете выдать секретные данные. Как только воздействие прекратится, опять все вспомните. Ничего болезненного или неприятного. Просто корпорация перестраховывается от утечки информации.

– Ладно, – сдалась я. – В конце концов, это справедливо.

– На этом все, мисс Флетчер. Вы прошли тестирование. В вашу карточку эта информация занесена. Дело за малым – подписать контракт и позволить нам внедрить в вас чип, о котором я говорил.

Прямо передо мной словно из ниоткуда возник столик, на котором лежали несколько листов бумаги. Вот ведь любители театральных эффектов! Я невольно усмехнулась и погрузилась в чтение контракта. Все это время нанас не нарушал молчания, терпеливо ожидая.

В принципе, условия не стали для меня неожиданностью. Они были доступны для широких масс. Два года учебы, потом десять лет обязательной отработки в корпорации. Все это время о моем проживании и всем необходимом будет заботиться компания, используя меня по максимуму. Потом при желании я могу отправляться на все четыре стороны или продлить контракт. Условия вполне устраивали, и я поднесла браслет-идентификатор в конец документа к месту для электронной подписи. Оно засветилось зеленым, оставляя подпись, подтверждающую соглашение. Интересно, а что будет, если кто-то узнает, что я не та, за кого себя выдаю? Будет ли контракт считаться действительным?

– Ну, а теперь более существенное, – я вздрогнула, снова услышав голос нанаса. – В конце концов, подпись на документе лишь формальность. А вот чип свяжет вас с компанией более основательно. Его невозможно извлечь собственными силами – при попытке он самоликвидируется вместе с вами.

По спине пробежал холодок, и я снова подумала о том, уж не совершаю ли ошибку. Но сильно не хотелось из-за собственного малодушия потерять такой уникальный шанс. Да и, в конце концов, отказываться от контракта сама я не собиралась. Так чего бояться?

– Что нужно делать? – спросила, скрывая некоторую нервозность.

– Наклоните голову вперед.

Нанас плавным движением соскользнул со стула и двинулся ко мне, и только тут я заметила зажатый в его руке небольшой приборчик, чем-то напоминающий пистолетик. Нервно сглотнув, подумала о том, что вряд ли меня тут убивать собираются. Иначе зачем было тратить столько времени на все эти испытания. Нагнула голову и стала напряженно ожидать иеигие дальнейших действий. Нанас оказался позади и, отведя мои волосы с шеи, приставил к ее основанию что-то холодное. По коже тут же побежали мурашки. Небольшой укол, от которого я вздрогнула, и неприятные ощущения исчезли.

– Вот и все, – заявил нанас, возвращаясь на место.

– Теперь этот самый датчик во мне? – уточнила я, нервно потирая ладонью то место, где ощущался небольшой дискомфорт.

– Да. Также хочу сообщить, что данные на вашем идентификаторе обновлены. Вам дали допуск на станцию «Хронос». Занятия в Академии начнутся только послезавтра, но вы можете поселиться на станции уже сейчас. Вам предоставят жилье и все необходимое. В космопорте найдете ангар, принадлежащий корпорации. На станцию регулярно летают трансферы. Для вас полет будет бесплатным, и не нужно будет доставать разрешение на посещение станции. На этом все, мисс Флетчер.

Нанас снова устроился на стуле и кивнул в сторону двери, пока я хлопала глазами, привыкая к новому освещению. Теперь комнату заливал обычный белый свет, и все казалось вполне будничным. Пробормотав слова благодарности, я двинулась к двери, сама не понимая, что сейчас чувствую. Вроде и радоваться должна, но все перенесенное настолько вымотало, что испытывала опустошенность. И в то же время ощущала удовлетворение. Я это сделала. Совершила то, что еще утром казалось невозможным!

Только оказавшись за дверью, поняла, что это на самом деле не шутка. Теперь я студентка Межзвездной Академии! На лицо наползала улыбка, пусть и усталая, а будущее казалось не темным туннелем, а сверкающим коридором с множеством дверей, которые открыты передо мной.

ГЛАВА 11

– Кэти, ты прошла? – услышала голос окликнувшей меня Арлас, и только сейчас будто очнулась. Увидела сидящую на одном из сидений для посетителей девушку и поспешила к ней.

– Ага, как ни странно, прошла, – улыбнулась, радуясь, что могу поделиться своим счастьем с кем-нибудь. – Хотя были моменты, когда сильно в этом сомневалась. А ты еще не проходила тестирование? – сказала несколько озадаченно, ведь андран отправилась сюда раньше меня.

– Прошла, но решила подождать тебя и Дафи.

Новое подтверждение тому, что у меня и правда появились подруги, еще больше подняло настроение. И как же хорошо, что Арлас тоже преодолела все испытания!

– Тогда подождем вместе. Если, конечно, она тоже прошла собеседование, – в раздумьях добавила я.

Не успела я присесть рядом с девушкой, как створки лифта разъехались, пропуская рыжеволосое взбудораженное чудо по имени Дафрия. Она огненной фурией метнулась через все помещение к нам и едва не оглушила восторгом:

– Я прошла собеседование!

Не успели мы ее поздравить, как мигарка обрушила на нас все подробности того, как она это самое собеседование проходила. Ей единственной из нашей компании повезло не попасть к Рендалу, чему она особенно бурно радовалась. Мигарке досталась сотрудница-женщина, явно неудовлетворенная в личной жизни и не слишком привлекательная. Дафи удалось совершенно заговорить ей зубы, рассказав о подробностях своего неудачного романа, вызвать сочувствие и пробудить в экзаменаторе женскую солидарность. Так что собеседование мигарка преодолела без проблем.

– Не знаю, как бы все прошло, если бы попала к этому жучаре из пятого кабинета! – тараторила она, пока мы пытались хоть как-то унять буйный поток льющейся из нее речи.

– Ну, он не так уж плох, – вступилась за Рендала Арлас, и я почему-то ощутила странный укол в сердце. Подозрительно уставилась на андрана и осторожно спросила:

– Он тебе понравился?

Мое замечание заставило брови Арлас удивленно взметнуться, и я немедленно пожалела о том, что вообще это ляпнула. От проницательной девушки трудно было что-то утаить, даже несмотря на то, что даром ментала она не обладала.

– Он интересный мужчина, – осторожно сказала андран. – И далеко не прост. Но в том плане, какой ты вкладываешь в слово «понравился», не вызвал во мне интереса.

К моему ужасу, мигарка тоже почуяла двусмысленность и с любопытством уставилась на меня. В списке ее любимых тем, как я уже успела понять, межличностные отношения стояли на первом месте.

– А вот теперь я уже жалею, что сама не попала к этому экзаменатору, – хмыкнула она. – Настолько хорош?

– Вовсе нет, – проклиная все на свете, а особенно жар, приливший к щекам, который, несомненно, заметили подруги, буркнула я. – Да я просто так спросила!

Девчонки переглянулись и обменялись понимающими улыбками. И это заставило меня насупиться. Да что они себе там напридумывали?! Бухнувшись рядом со мной на диванчик, Дафи извлекла из сумочки планшет, активировала голографический экран и заявила:

– Сейчас увидим, что там за красавчик.

Я непонимающе изогнула бровь.

– Это ты о чем?

Арлас догадалась первая и, пока мигарка что-то искала в сети, стала рассказывать:

– На сайте Межзвездной Академии можно найти информацию о преподавательском составе. Наверняка тот мужчина там тоже есть.

– Как его зовут? – перебила андрана Дафи, вопросительно глянув на меня.

– Рендал Паркер, – неохотно отозвалась я, и теперь обреченно смотрела, как девушка вводит в поисковик на сайте его имя.

Вскоре на экране появилось трехмерное изображение, заставившее мое сердце учащенно забиться. Он выглядел как живой, а серебристо-серые проницательные глаза заглядывали, казалось, в самую душу.

– Ух ты, какой занятный экземплярчик! – критически оглядев его, проговорила мигарка, но я с такой яростью взглянула на нее, что тут же усмехнулась. – Не переживай, я у подруг парней не отбиваю.

– Вообще-то он не ее парень, – лукаво заметила Арлас, и мне захотелось убить их обеих, хоть и понимала, что надо мной всего лишь подтрунивают.

– Да идите вы в черную дыру! – обиделась я. – И вовсе он мне не нравится.

– Тогда я им точно займусь, – усмехнулась мигарка, насмешливо покосившись на меня. – Слышала, что в Академии отношения между студентами и преподавателями не возбраняются, лишь бы не мешали учебному процессу.

– Дафи, она тебя сейчас просто взглядом испепелит, – издала смешок Арлас, пока я унимала поднявшуюся внутри злость.

– Ладно-ладно, я просто пошутила, – сжалилась надо мной мигарка.

– Лучше бы подумала о том, как тебе тестирование проходить, – едко сказала я, отворачиваясь от смущающего меня изображения мужчины.

– А, пустяки! – беспечно отмахнулась Дафи.

– Я бы не сказала, – заметила андран.

– Я по жизни везучая, – одарила нас ослепительной улыбкой мигарка. Мне оставалось в очередной раз позавидовать ее самоуверенности.

И что самое возмутительное, так это то, что Дафи оказалась права. Тестирование она прошла без всяких проблем. Когда она, сияющая и довольная, выпорхнула из одного из кабинетов, где проходило психологическое тестирование, я даже рот округлила.

– Ты прошла?!

– Я же говорила, – усмехнулась девушка. – Экзаменатор еще и похвалил мои результаты теста на интеллект. Долго им удивлялся, но вынужден был признать, что я вполне пригодна для учебы, – весело добавила она.

– И какой же у тебя оказался IQ? – с сомнением спросила я, уже зная, что у Арлас оказался показатель в тех же пределах, что и у меня. Но поверить в то, что и легкомысленная мигарка так же умна, было трудно.

– 190, – отозвалась Дафи таким безразличным тоном, словно это ее нисколько не волновало. Пока моя челюсть медленно, но уверенно отвисала, она добавила: – Экзаменатор сказал, что это считается глубокой одаренностью.

– Ты полна сюрпризов, дорогая, – мягко улыбнулась Арлас, одобрительно кивнув. – И какое же профильное направление ты себе выбрала?

– На военное меня не тянет, как и на пилотирование, – отмахнулась девушка. – Выбрала биолого-медицинское. Говорят, хорошие специалисты в этой области везде нужны.

– Ты и правда собираешься работать потом по специальности? – недоверчиво спросила я.

– Поживем-увидим, – ухмыльнулась Дафи. – Если станет слишком скучно, ничто не мешает попробовать что-то другое. А вообще чего это мы до сих пор здесь сидим? – она вскочила и нетерпеливо застучала носком изящной туфельки по полу. – Это дело нужно отпраздновать.

– Вообще-то я планировала полететь на «Хронос» прямо сейчас и устроиться там, – осторожно сказала я. Торчать дольше необходимого в Терре, рискуя нарваться на Нордана, который наверняка меня сейчас по всему городу ищет, было бы с моей стороны форменным безрассудством.

Арлас, видимо, что-то уловила в моем тоне, потому что чуть прищурилась и сказала:

– Меня тоже здесь ничто не держит. Нужно только заехать в гостиницу и забрать вещи.

– Ну, тогда за нашими вещами, и отправляемся на «Хронос», – поддержала нас Дафи. – Там и отпразднуем. Говорят, увеселительные заведения там тоже есть.

Я с облегчением выдохнула и тоже поднялась, подхватила с пола свою сумку и улыбнулась.

– Тогда вперед!

И провожаемые завистливыми взглядами тех, кому еще только предстояло пройти тестирование, мы проследовали к лифтам.

***

К космопорту я подлетала с вполне понятной нервозностью, боясь, что случайно могу столкнуться с кем-то из команды Нордана, а то и с ним самим. Сидела на заднем сиденье такси между Арлас и Дафи, непринужденно болтающими, и не могла выдавить ни слова. Мигарка умудрялась еще и таксисту глазки строить, что для нее служило привычной манерой поведения. Моя добропорядочная таринская натура в очередной раз подвергалась испытаниям при виде такого предосудительного поведения. Но я усиленно старалась подавить в себе подобное в зародыше. Тем более что Дафи мне нравилась. И все же вздохнула с облегчением, когда достигли пункта назначения. Хотелось поскорее оказаться на трансфере и покинуть столицу.

В стеклянные двери космопорта я входила, втянув голову в плечи и стараясь спрятаться за спинами подруг. Осторожно озиралась, боясь увидеть в толпе знакомое хищное лицо. Но видимо, сегодня Великие и правда были на моей стороне. До личного ангара корпорации «Корн» удалось добраться без неприятных сюрпризов.

Мы погрузились на небольшой корабль сигарообразного вида, рассчитанный на пятьдесят посадочных мест, и постарались устроиться поудобнее. Среди тех, кто тоже летел вместе с нами на «Хронос» собралась самая разношерстная публика. Таких же новоявленных студентов, как мы, узнать было нетрудно по веселому оживлению и проявляемому любопытству к цели нашего перелета.

Заметив среди собравшихся ребят в униформе, снисходительно поглядывающих на нас, поняла, что вот эти как раз уже учатся там. Униформа была темно-синяя, с серебристыми нашивками на плечах и груди, с соответствующими знаками. Мне понравилось, что этот облегающий брючный костюм был с виду достаточно удобным и практичным. Хотя немного смутило, что даже девушки носили ничем не отличающуюся от мужской форму. Среди таринов считалось неприемлемым, чтобы женщина ходила в штанах. Видимо, и к этому придется привыкать.

Пока Арлас с Дафи завязывали знакомство с другими новичками, оказавшимися среди нас, я прислушивалась к разговорам действующих учеников Академии. И мои глаза то и дело расширялись от тех подробностей, которые открывались. Похоже, студентов никто и не думал жалеть или делать скидку на неопытность. Уже с первого курса их ждала одновременно с учебой и практика на кораблях корпорации. Некоторые пережили самые настоящие приключения.

А еще бурно обсуждали преподавателей, что тоже могло оказаться полезным. Лучше с самого начала знать, чего ожидать от наставников, с которыми, возможно, придется столкнуться. Больше всего из преподавателей доставалось внимания некоему Хир-Но-Гару, одному из учителей по физической подготовке. Похоже, тот еще зверь! Студенты обреченно обсуждали, что скоро их опять ждут издевательства от него. Из оброненных фраз поняла, что этот самый Хир-Но-Гар был ксенитом. И не в иносказательном смысле, а самом настоящем. Невольно поежилась. О жестокости и особом взгляде на жизнь представителей этой расы мне доводилось слышать самое невероятное. И как-то знакомиться поближе не хотелось.

Также обсуждались вредность и непримиримость преподавательницы-метаморфа по имени Марда Лари. Похоже, злобная тетка, не знающая ни снисхождения, ни жалости.

– Думаю, она так бесится из-за того, что Ренд от нее нос воротит, несмотря на все ее ухищрения, – раздался хохот одного из студентов, к чьим разговорам я прислушивалась.

Сердце тут же екнуло, и я немедленно обругала себя. С чего взяла, что они говорят о Рендале Паркере? Да и даже если так, мне не должно быть никакого дела до его личной жизни.

– Не исключено, – поддержала другая студентка. – Она, говорят, во время прошлой практики даже в команду к нему напросилась, чтобы поближе быть.

– Да не светит ей ничего! – хмыкнул третий студент. – Если Ренд и связывает себя отношениями, то только на одну ночь. И я его понимаю. Цыпочки на станции сами на него вешаются, даже зная о его репутации. Зачем ограничивать себя одной? Тем более такой зловредной, как Марда.

Раздался дружный хохот. А у меня на душе становилось все более гадко. Почему-то была убеждена, что речь и правда о мужчине, к которому с первого взгляда прониклась симпатией. И то, что говорили о нем сейчас, далеко не радовало. Неужели он и впрямь беспринципный бабник? В таком случае от него точно стоит держаться подальше!

– А я слышала, что он такой стал после неудачного брака, – чуть понизив голос, поделилась информацией еще одна студентка. – Говорят, жена его кинула по-крупному, вот он больше и не доверяет женщинам.

– В таком случае она точно дура! – воскликнула первая. – Да за такого мужика нужно руками и ногами держаться! Помните, как в прошлом году он с Хир-Но-Гаром почти на равных в тренировочном бою дрался?

– Ага, – мечтательно протянула первая.

– Да и Майкл Корн его особо выделяет, – вмешался первый студент. – Слышал, что хочет ввести его в совет директоров.

Эта новость вызвала у ребят еще большее оживление, но они зашушукались теперь так тихо, что ничего не было слышно. Я разочарованно вздохнула. Хотя и то, что уже услышала, давало почву для размышлений. Если речь все же о Рендале Паркере, то похоже, мне и правда не стоит о нем даже думать. Любимчик самого Майкла Корна, блестящий специалист в своей области, пользующийся всеобщим авторитетом и уважением. Я же должна держаться в тени и стараться быть как можно незаметнее, чтобы никто слишком сильно не заинтересовался моей персоной. Так что нужно раз и навсегда забыть о Рендале Паркере. Хотя, конечно, существует вероятность, что студенты говорили о ком-то другом.

– Мы подлетаем! – прервал мои размышления взволнованный возглас мигарки. Ее пальчики с длинными нежно-салатовыми в розовый цветочек ноготками схватили меня за руку.

И вместе с остальными я уставилась через обзорное окно на гигантскую космическую станцию, каждую деталь которой можно было теперь рассмотреть во всей красе. Почти сразу послышался усиленный приборами голос второго пилота:

– Посадка через пять минут. Возможны небольшие перегрузки во время состыковки со станцией. Просьба сохранять спокойствие и не вставать со своих мест до конца посадки.

Я ощутила невольное волнение из-за торжественности момента и посильнее вцепилась в подлокотники кресла. При посадке и правда немного затрясло и возникли не слишком приятные ощущения, но все это показалось сущими мелочами.

Трансфер влетел в открывшийся перед ним шлюз и вскоре мы оказались в ангаре. Пилот разрешил покинуть корабль, и мы вслед за остальными двинулись к выходу. Те, кто уже бывал на станции, уверенно двинулись среди снующей вокруг толпы. Арлас же потянула нас к одному из гидов, раздающих карты станции. Я одобрительно улыбнулась. Вот это нам точно понадобится!

***

Космическая станция «Хронос»

И не думала, что внутри станция окажется такой огромной! Настоящий город, где легко можно было заблудиться, не зная ориентиров. Все масштабы этого космического поселения в полной мере смогла оценить только когда в руках оказалась карта, и я смогла хоть немного ее изучить. Мы с девчонками отошли в сторонку, чтобы не мешать другим, и озадаченно уставились на схему помещений станции.

«Хронос» разделялся на четыре модуля, соединяющихся перемычками. Попасть из одного модуля в другой можно было на гигантских подъемниках, легко вмещающих сотню людей. Перемещались они в строго установленные временные интервалы. Существовали и приватные лифты для ведущих работников станции и начальства. Но нам это точно не светило.

Мы сейчас находились на первом модуле, куда доступ был более свободен для посторонних. Требовалось лишь получить разрешение, указав цель визита на станцию. Вокруг сновало довольно много праздно шатающихся туристов. Здесь было множество гостиниц, баров и других увеселительных заведений, магазины, рестораны, спортивные и даже парковые комплексы. Были и районы с частной собственностью, которую можно было приобрести, если являешься частью корпорации «Корн». Целый мир, вполне автономный и не зависящий от внешнего.

На втором модуле находились военная база, завод по строительству космических кораблей и различные научные лаборатории. В третьем размещалась Межзвездная Академия и все для ее нужд. А вот четвертый модуль являлся засекреченным и доступ туда для обычных людей был запрещен. Что там находилось, оставалось загадкой. И пусть я невольно ощутила любопытство из-за такой секретности, но поспешила отогнать эти эмоции. Мне туда точно лезть не стоит! К тому же уже то, что на карте во всех деталях был отображен только первый модуль, о многом говорило. А конкретно о том, что совать свой длинный нос куда-то еще новоприбывшим не следует.

Подумав, мы с подружками решили сначала подняться на третий модуль. Разместиться, узнать расписание занятий на ближайшие дни, а уже потом строить дальнейшие планы. Закрыв карты, двинулись в сторону подъемника, где ждали и другие желающие переместиться на другой модуль. Глянув электронное расписание, увидели, что до следующего подъема всего пять минут. В рабочее время подъемник работал с интервалом в пятнадцать минут, так что порадовало то, что не придется ждать долго. Провожаемые любопытными взглядами тех, кто не имел доступа дальше первого модуля, мы с гордым видом вошли внутрь гигантского лифта.

Часть людей вышла на втором модуле, другая отправилась вместе с нами выше. Немного подавленные размахом всего, что окружало, мы вышли из лифта вместе с уже знакомыми по трансферу студентами. Бойкая Дафи решилась спросить у них, куда следует обратиться для расселения.

Один из студентов – симпатичный русоволосый парень с серо-зелеными глазами – одарил ее заинтересованным взглядом и даже вызвался проводить, что вызвало хмыканье у его товарищей. Похоже, какой-то местный ловелас. Но нашу Дафи это вряд ли могло смутить, тем более что и сама не отличалась застенчивостью. Непрерывно кокетничая с новым знакомым, который представился Люком Донованом, она шла впереди нас и с любопытством озиралась. Мне же хотелось поскорее оказаться в укромном убежище и хоть немного отдохнуть.

Шла по довольно широкому коридору, озаренному лампами дневного освещения, больше напоминающем обычную улицу. Потолок, создающий иллюзию голубого неба с одним светилом и облаками, стены с меняющимися картинками, словно мы шли среди городских зданий, – тоже поддерживали этот эффект. Двери, встречающиеся по дороге, были так эффектно вписаны в общую панораму, что и правда казалось, что ведут в обычные дома. Красиво, ничего не скажешь!

Люк провел нас к двери, табличка на которой гласила: «комендант», и отвесил шутливый поклон.

– Мистер Ка-Хер выделит вам все необходимое. И приготовьтесь к долгой и нудной лекции о бережном отношении к имуществу, – весело добавил он. – Он у нас немного занудный. Дафи, увидимся вечером? Можем сходить в какой-то бар на первом модуле?

– Я только за, – одарила его сногсшибательной улыбкой девушка. А я в очередной раз подумала, что не настолько уж она и страдает от предательства бывшего возлюбленного, ради которого решила учиться здесь.

Они обменялись контактами по идентификатору и, довольные друг другом, разошлись. Вернее, ушел Люк, оставив нас переминаться с ноги на ногу возле двери коменданта. Первой решилась на активные действия Арлас и нажала на кнопку, замаскированную под старинный золоченый звонок. Дверь осветилась мягким желтоватым светом, и откуда-то сверху раздался недовольный голос:

– Чего вам?

– Мы насчет расселения, – первой отреагировала я.

– Вот ведь нетерпеливые! – раздалось в ответ ворчание. – Занятия начнутся только через день, а они уже тут. Отдохнуть нормально не дадут!

Но тем не менее раздался щелчок, и дверь перед нами отъехала в сторону. Мигарка юркнула туда первая и вслед за ней ввалились и мы. Оказались в большом помещении, где стояла стойка с компьютером и канцелярскими принадлежностями, стеллажи с различными предметами и валялась еще куча всякого хлама. Из этого помещения вела смежная дверь еще в какое-то – наверное, склад или нечто подобное. Сам комендант сидел за стойкой, хмуро нас разглядывая. Понять, что он принадлежит к расе угару, труда не составило. Об этом недвусмысленно говорили четыре руки, одна из которых что-то набирала на компьютере, вторая почесывала переносицу, третья держала чашку с дымящимся ароматным чаем, а четвертая барабанила по столешнице.

– Здравствуйте! – едва ли не хором поздоровались мы, и в ответ получили фырканье.

– Одиночных помещений всем дать не смогу, – с ходу заявил угару. – Почти все занято.

– Ну и ладно, – пожала плечами мигарка. – Нам можно и одно помещение на троих. Мы только за.

Лицо мистера Ка-Хера немного просветлело, и он удовлетворенно кивнул.

– Тогда сейчас поищу, куда вас приткнуть, – он что-то заклацал на компьютере, а нам оставалось терпеливо ждать.

– Девочки, – неожиданно подала голос Арлас, – может, вам будет неудобно жить со мной в одном помещении? Меня все-таки трудно назвать женщиной в полной мере.

Мигарка тут же весело подмигнула ей.

– Мне наоборот будет интересно поближе познакомиться с андраном.

И так многозначительно посмотрела на Арлас, что та даже зарделась. Чуть смущенно сказала:

– Вообще-то во мне сильнее женская половина, поэтому женщины других рас меня не привлекают.

– А жаль, – протянула Дафи и тут же залилась смехом, давая понять, что шутит. – Да не переживай, приставать не стану! Меня тоже более мужественные экземпляры привлекают.

Арлас выдохнула с явным облегчением, я же неодобрительно покосилась на мигарку. Все-таки ее излишняя смелость в этом плане меня, как таринку, смущала. Надеюсь, со временем стану относиться к подобному проще, но пока это было выше моих сил.

– Второй жилой отсек, помещение номер пятнадцать, – снова подал голос угару. – Вот планы помещений третьего модуля, – он взял со стойки карты для каждой из нас и протянул.

Потом стал раздавать то, что входило в необходимый минимум каждого студента: два комплекта униформы, учебные приборы и прочее, что могло понадобиться. Промариновал нас скрупулезный комендант около часа, заставив расписаться в специальном журнале напротив каждой выданной вещи и прочитав нотации на тему: как нужно относиться к выделенному имуществу.

Так что покинули мы помещение с огромным облегчением, хоть и сгибались под тяжестью вещей, которые прибавились к привезенному с собой багажу. Два раза свернув не туда даже при наличии карты, мы все же каким-то чудом добрались до нужного помещения и ввалились внутрь. Дверь, к нашему удивлению, легко отреагировала на браслеты-идентификаторы. Видимо, компьютер коменданта напрямую связан с помещениями, находящимися в его ведомстве, так что он вправе давать к ним доступ.

Если честно, учитывая скаредность коменданта, ожидала худшего. Но мы получили даже не комнату, а небольшую квартирку. Здесь были две комнаты: гостиная и спальня, рассчитанная на троих, небольшая кухня и совмещенный санузел. И пусть мебель была стерильно-безликой, но было все необходимое. И ощущение того, что теперь это мой новый дом, приятно согревало душу. Я как-то сразу прониклась к этой квартирке. Хотя мигарка, судя по недовольно поджатым губам, моего мнения не разделяла.

– Нет, ну вы посмотрите, ведь никакого же стиля! И кто только дизайном тут занимался?

– Думаю, мистер Ка-Хер, – усмехнулась андран.

Мы все залились смехом, а потом, не сговариваясь, рухнули на светло-бежевый диванчик и блаженно вытянули ноги. Наконец-то можно было отдохнуть с чистой совестью и хоть ненадолго позабыть обо всех проблемах.

ГЛАВА 12

Датчики часов на браслете-идентификаторе возвестили о том, что дело близится к вечеру. И наши желудки недвусмысленно намекали на то, что стоит и о них позаботиться. Так что бесцельное валяние на диване в гостиной пришлось прерывать. Как самая хозяйственная из всех (выяснилось, что Арлас и Дафи терпеть не могут готовить), я с мученическим видом поднялась и отправилась на кухню.

Издала страдальческий стон при виде пустого холодильника. По-видимому, наполнять его нам придется самим. Утешало только то, что с момента зачисления на каждого из нас здесь открыт кредит. То есть мы могли зайти в любой магазин на станции «Хронос» и сделать покупки за счет корпорации. Только вот кредит был не безразмерным, а четко лимитированным во избежание злоупотреблений. Особо не разгуляешься. Но нас трое, а значит, можно рассчитывать на бо́льшие средства. К тому же на моем личном счету была еще сумма, вырученная за счет продажи драгоценностей. Так что не все так плохо. Но куда-то идти сейчас за покупками все равно не хотелось. Правда, выбора-то нет.

– Девочки, у нас в холодильнике пусто, – вернувшись в гостиную, объявила я.

– Ничего, – беспечно отмахнулась неунывающая Дафи. – Завтра прошвырнемся по магазинам, а сегодня поедим в ресторане. Мы ведь все равно собирались куда-нибудь пойти.

Я поморщилась. На самом деле идти никуда не хотелось. Я вообще по природе домоседка и всякая вылазка из дома воспринималась мной как нелегкое испытание. Но пора избавляться и от этой особенности характера. Так что вместе с девчонками я занялась сборами к предстоящей экскурсии по ночной жизни «Хроноса». Мы по очереди приняли душ и стали продумывать, что лучше надеть. Вот тут и настало для меня очередное испытание. Что Дафи, что Арлас мою одежду раскритиковали в пух и прах.

– Нет, ну ты правда собираешься надеть что-то из этого?! – приходила в недоумение мигарка. – Ты бы еще мешок надела и так бы и пошла!

– Да что не так-то? – взорвалась, наконец, я.

Всегда считала, что как раз с гардеробом у меня все в порядке. Платья были из добротной дорогой материи, с искусной вышивкой. Что касается покроя – длинные, наглухо закрытые так, что оставались видны только кисти, лицо и ступни – так среди таринов это в порядке вещей. Женщине неприлично оголяться, выходя куда-то за пределы дома. Только среди своих допускалась более свободная одежда, но и то остающаяся достаточно скромной.

– Кэти, да это же ужас! – бурно жестикулировала Дафи. – Где вообще такое носят?

Я вздохнула. Пока еще не решилась рассказать девчонкам всю правду о себе. По официальной версии я с одной из новоземлянских планет, находящейся на границе с Таринским Альянсом. Вздрогнула, когда Арлас, внимательно глядя на меня, небрежно заметила:

– По-моему, такую одежду носят на планетах таринов. Кажется, ты говорила, что твой отец из этой расы. Но ведь воспитывала тебя мать.

– В память об отце по таринским традициям, – солгала я и внутри что-то протестующе заныло. Врать подругам было противно.

– Ясно. Значит, потому и амулет этот носишь, – с непроницаемым выражением лица сказала андран. И я с ужасом поняла, что вряд ли поверила, но решила не настаивать на правдивом ответе. Может, когда-нибудь я смогу доверять девчонкам настолько, чтобы рассказать всю правду, но пока не могла себя пересилить.

– Но теперь ты начинаешь новую жизнь, – встряла в разговор Дафи. – Так что стоит избавиться от этого ужаса!

– Ты права, – согласилась я с тяжелым вздохом. – Но у меня ничего другого нет.

– Могу одолжить что-то свое, – предложила мигарка с обезоруживающей улыбкой.

Мы с Арлас окинули ее внимательным взглядом, переглянулись и решительно замотали головами.

– Нет уж, это слишком радикально, – хмыкнула андран. – Моя же одежда будет тебе велика. Все-таки я крупнее и выше. Ладно, сегодня наденешь что-то из этого, а завтра все равно нужно будет прошвырнуться по магазинам за продуктами. Так что заглянем и в другие, купим тебе что-то из нормальной одежды.

На том и порешили. Заметив, что мигарка без малейшего стеснения раздевается при нас, я покраснела. Первым порывом было взять выбранное темно-лазурное платье, расшитое разноцветным бисером, и юркнуть в душевую, чтобы переодеться там, но я себя пересилила. Судя по всему, девчонки не считали чем-то предосудительным переодеваться друг перед другом. Нужно привыкать и к этому. Хотя, похоже, я все же ошибалась насчет того, что для обеих это в порядке вещей. Пока мы с Дафи переодевались, Арлас нерешительно смотрела на нас, комкая в руках тонкое нежно-зеленое платье. Когда я осознала причину ее смущения, то невольно залилась краской. Все же андрана трудно назвать женщиной в полной мере. Наверняка боялась нас шокировать своим внешним видом. Тоже уловив ее растерянность, Дафи дружески улыбнулась.

– Да что мы там не видели-то! – воскликнула она. – Что женского, что мужского.

Вряд ли я могла с ней согласиться, но захотелось поддержать Арлас, и я тоже ободряюще улыбнулась. Андран, поколебавшись, начала снимать с себя брючный костюм. И по мере того, как ее тело обнажалось, наши с Дафи глаза загорались все большим любопытством. Похоже, мигарка несколько преувеличила то, что для нее такое в порядке вещей.

Тело Арлас казалось одновременно мужским и женским, словно переходящим одно в другое. Но больше в очертаниях тела было женского: гибкая, стройная фигура с тонкой талией и округлыми бедрами, красивая линия плеч – руки с явственно выделяющимися мускулами, но не чрезмерными. Такая фигура обычно бывает у женщин, ведущих спортивный образ жизни. Кожа гладкая и словно немного мерцающая, кажущаяся атласной, без малейшего волоска. Грудь небольшая, не имеющая ярко-выраженных половых признаков. Она могла принадлежать как мужчинам, так и женщинам. Но вот выпуклость в трусиках однозначно намекала на то, что кое-что у андрана есть однозначно мужское.

Я невольно покраснела, уставившись туда. Осознание же, что под этой смущающей частью тела у Арлас есть еще и женские половые органы, и вовсе приводило в смятение. И все же в целом в ней было больше женского, чем мужского. Если избавиться от кое-чего мешающего, то никто даже не усомнился бы в том, что она представительница слабого пола.

– А все андраны такие, как ты? – восхищенно спросила мигарка, бесцеремонно разглядывая Арлас. Похоже, ее как раз таки ничего не смущало, а скорее, интриговало.

– Мы разные, – покачала головой андран, грациозным движением надевая на себя платье и снова становясь с виду самой красивой женщиной, какую мне когда-либо доводилось видеть. – У одних превалирует мужская часть натуры, у других женская. Но как правило, наша внешность ближе к чему-то среднему. Такие, как я, максимально приближенные к чему-то одному, встречаются среди андранов редко.

– А как к тебе относились из-за этого сородичи? – тут же возник у меня вопрос. Что если из-за такой вот непохожести на большинство ей там приходилось туго? И именно поэтому Арлас предпочла покинуть своих и, как и я, искать счастья среди представителей других рас.

Как всегда, андран без труда уловила подтекст и мягко сказала:

– Нет, сородичи меня вовсе не обижали. Даже напротив, я пользовалась большой популярностью среди них. Находилось много желающих попытаться заполучить меня, прямо золотые горы сулили, – она невесело усмехнулась. – Но, как уже говорила, я не желала всю жизнь прожить в качестве изнеженной, хоть и любимой вещи, которую холят и лелеют. И это тело, что мне досталось, я вовсе не воспринимаю подарком судьбы. Предпочла бы более мужественную внешность, поскольку всегда мечтала стать воином, жаждала насыщенной жизни, полной приключений и даже опасностей. Но среди моих сородичей воинами могут становиться только те, кто обладает определенной физиологией.

– Имеешь в виду, те, кто больше напоминает мужчин? – уточнила я.

Андран кивнула.

– Так повелось издревле. Одни предназначены для того, чтобы быть защитниками и добытчиками, другие – хранить семейный очаг и услаждать взоры. Пусть у нас нет такого сильного подавления по этому признаку, как у таринов, но тоже хватает ограничений. Так что пришлось идти на отчаянные меры, чтобы во мне увидели что-то большее, чем смазливую внешность.

– Когда ты выполнишь контракт с корпорацией «Корн», то вернешься к своим? – спросила я.

– Если они захотят меня принять в том качестве, какого я хочу. Если же нет, передо мной будут открыты иные пути, – она ослепительно улыбнулась, и я невольно засмотрелась. Нет, все же как иногда природа любит пошутить! Дать такую утонченную великолепную внешность тому, кто ее считает, скорее, помехой.

– А как же личная жизнь? – встряла в разговор мигарка, которая уже переоделась в еще более вызывающую одежду, чем та, что была на ней раньше (хотя такое я считала совсем уж невозможным). Черное кружевное платье, сквозь которое бесстыдно просвечивало великолепное тело. Хорошо хоть трусики и бюстгальтер Дафи все же надела, иначе я бы от шока точно дара речи лишилась. – Насколько понимаю, те из андранов, кто ближе по физиологии к женщинам, и вынашивают у вас детей. Выступают в роли женщин.

– Так и есть, – спокойно откликнулась Арлас. – И мне и психологически ближе эта роль. Но я не считаю, что одно исключает другое. Почему я не могу сделать военную карьеру, а когда-нибудь еще и завести семью и детей?

– Скажи, а андраны могут это делать только со своими? – не унималась мигарка, которая вскочила на любимого конька.

– Что именно делать? – иронично улыбнулась Арлас, расчесывая свои длинные черные волосы, похожие на струящийся шелк.

– Детей заводить, – уточнила мигарка. – Думаю, с остальным проблем не возникает, – весело добавила она. – Раз у вас все то же самое, что и у нас, только в двойном экземпляре.

– Дафи! – укоризненно протянула я.

– Да ничего, я не обижаюсь, – улыбнулась Арлас. – Поверь, она еще очень деликатна. Мне всякого пришлось наслушаться за время путешествия, как только становилось известно, к какой расе я принадлежу. Тем, кто привык к раздельному существованию полов, трудно понять и принять нашу природу. Что касается вопроса Дафи, то мы вполне совместимы с другими гуманоидными расами. Даже случались межрасовые союзы. И дети могли унаследовать как наши особенности, так и иные. Но все же мы предпочитаем искать пары среди своих. Уж слишком наша природа отвратительна другим расам.

– Это не совсем так, – попыталась я возразить, но поймала насмешливый взгляд Арлас и вздохнула. Она права. К гермафродитам относились не слишком-то хорошо.

– А если тебе понравится кто-то из обычных мужчин? – продолжала допытываться Дафи, стягивая роскошную золотисто-рыжую гриву в высокий тугой хвост.

– Тогда все будет зависеть от того, сможет ли он принять меня такой, какая я есть, – философски заметила андран. – Ну что, вы готовы к покорению «Хроноса»? – подмигнув нам, спросила она, глядя в большое широкое зеркало на три наших отражения.

Критически оглядев нас всех, вынуждена была признать, что каждая и впрямь по-своему очень привлекательна. Даже мое закрытое платье лишь придавало внешности какой-то таинственности. К тому же распущенные, вьющиеся тугими кольцами темные волосы, опускающиеся до ягодиц, настолько не вязались со скромной одеждой, что это служило пикантным контрастом. Амулет я решила не снимать – все же не настолько еще умею контролировать ментальный щит, чтобы так рисковать. И эта изысканная вещица из синего золота с символами защиты на древнем языке Великих, знание которого дошло до нас лишь в ограниченном виде, прекрасно оттеняла смуглость кожи и цвет волос.

– Держись, «Хронос», мы идем! – с широкой улыбкой заявила Дафи, и мы с Арлас рассмеялись.

Уже выходя из нашей квартирки, я спросила:

– А как же Люк? Ты ведь вроде собиралась с ним встретиться.

– Если не подвернется никого более интересного, – беспечно отмахнулась мигарка. Мне оставалось только позавидовать той легкости, с какой она относилась к подобному.

И все же, пусть я и пыталась не отставать от подруг, нормально воспринимать откровенно оценивающие мужские взгляды оказалось нелегко. На Таниране никто не смел в открытую пялиться на женщину – за это можно было и неприятностей нажить. Тут же царили более свободные нравы. Пока мы спускались на подъемнике на первый модуль и бродили по оживленным улочкам в поисках подходящего ресторана, с нами не раз заговаривали или просто разглядывали с явным интересом.

Мигарка от этого еще больше расцветала и умудрилась обменяться контактами с несколькими мужчинами за время нашей прогулки. Арлас воспринимала достаточно спокойно и снисходительно, ни с кем, однако, не сближаясь и держась отстраненно. В то же время ее нисколько не смущало внимание. Наверное, привыкла к такому – ее красота просто не могла не приковывать взглядов.

А вот я тушевалась и смущалась от каждого слова, обращенного ко мне, и наверняка казалась полной идиоткой. Но пока ничего поделать с собой не могла. Одно дело проявлять дерзость, желая отстоять свою свободу и независимость, намеренно отвращая от себя мужчин, и совсем другое – вести себя так, когда подобная необходимость отпадает. Ведь сознавала, что в большинстве случаев мужчины, проявляющие здесь ко мне интерес, вовсе не строили далеко идущих планов. Пока было трудно полностью осознать отличия нового положения от того, к чему привыкла. Понять, что никто не запрещает завязывать ничего не значащие кратковременные отношения просто ради удовольствия, и спокойно к этому относиться. Решила, что пока понаблюдаю, как ведут себя другие женщины, и буду пытаться им подражать.

Встречи с Люком все-таки оказалось не избежать. Мы встретили его на улице в компании нескольких приятелей. Отказываться от помощи тех, кто уже все здесь знает, было глупо, и дальше мы проводили время вместе. Завалились в какой-то ресторанчик, где по словам Люка, кормили вкусно и недорого, посидели там немного, утолив голод. Потом отправились в самый популярный здешний ночной клуб – как заявил все тот же Люк. Клуб назывался «Вселенная удовольствий», что свидетельствовало о немалом самомнении владельцев.

Мои глаза все больше округлялись, чем больше нового мне открывалось. Конечно, и на Таниране существовали увеселительные заведения и ночная жизнь. Но порядочные женщины не имели права появляться на улицах после наступления темноты. Так что все это я знала лишь в теории. Теперь же стала частью всего этого и окунулась с головой в яркие огни, толпу оживленных людей, громкую музыку и множество другого, что окружало. Чувствовала себя опьяневшей от всего этого, хотя за ужином выпила только сок.

Молча плелась за подругами, которые легко и непринужденно влились в компанию студентов-третьекурсников. Как оказалось, курс в Межзвездной Академии составлял полугодие из-за ускоренной программы обучения. Всего было четыре курса. Люк и его друзья должны будут учиться на третьем, и уже целый год были частью всего этого. Они все оказались дружелюбными и открытыми, с удовольствием делились с нами тем, что могло оказаться полезным. Оставалось только благодарить Великих за то, что Дафи оказалась настолько компанейской, что сходу подружилась с умудренными опытом студентами. Иначе оставалось бы только догадываться, что ждет дальше. Теперь же можно было получить сведения из первых рук.

«Вселенная удовольствий» представляла собой мини-версию самой станции «Хронос». Архитектор постарался придать зданию наибольшее сходство с оригиналом. Четыре этажа в виде круглых модулей-блоков, соединенных вертикальными перемычками. Только последние в этом заведении были из подсвеченного черного стекла, так что можно было видеть содержимое лифтов, с помощью которых перемещались посетители.

На первом этаже располагался ночной клуб, так сказать, для общих масс. Но здесь мы задерживаться не стали и поднялись на второй – для местных. По интерьеру выглядело не так кричаще, как на первом, более уютно и со вкусом. Да и видно было, что здесь многие знакомы между собой. Атмосфера царила более непринужденная. Когда я полюбопытствовала у одной из третьекурсниц – девушки по имени Роуз, что находится на третьем и четвертом, то оказалось, что там различного рода развлечения: бильярдные столы, боулинг, казино, сауны, закрытые мини-бассейны с подогревом для любителей более откровенных развлечений и прочее. Услышав про бассейны, мигарка еще больше оживилась и, кокетливо стреляя глазками в Люка, попросила его как-нибудь провести для нее экскурсию. Разумеется, он был только за. Я же решила, что меня туда и на аркане не затащат.

Наша компания заняла один из свободных столиков со стоящими вокруг него полукругом мягкими диванами. Пока ребята обсуждали, что взять из выпивки, я с любопытством разглядывала присутствующих, стараясь делать это не слишком навязчиво. А то мало ли – еще примут за желание познакомиться.

Здесь можно было увидеть представителей почти всех рас, входящих в Федерацию. Кроме, конечно, заносчивых огасов. Последнему я была только рада, с содроганием вспоминая близкое знакомство с одним из них. Интересно, что сейчас делает Нордан лар Са-Ирд? Рыщет по Терре в поисках меня или уже смирился, что птичка от него ускользнула? Хотя вряд ли такие, как он, с подобным смиряются. Скорее, воспринимают, как вызов. И если его связи и правда так значительны, лишь вопрос времени, когда огас снова объявится в моей жизни. Остается надеяться, что юристы корпорации смогут все-таки отстоять меня.

– Роуз, перестань пожирать его глазами! – оторвал от размышлений насмешливый голос Питта – еще одного нового знакомого, сидящего с нами за одним столиком.

Я перевела взгляд на смутившуюся хорошенькую блондиночку, потом проследила за направлением, в котором смотрели оба, и ощутила, как утрачиваю способность дышать. В ночной клуб как раз вошел тот, кто сегодня не раз проникал в мои мысли. Рендал Паркер собственной персоной.

В этот раз он не был одет в деловой костюм. Стройную фигуру облегали стального цвета рубашка и черные удобные штаны из кожи фтамисов, отличающейся таким удобством и прочностью, что давно уже вошла в обиход жителей Федерации. Угару занимались разведением фтамисов и успешно торговали кожей этих животных с другими расами. Причем из-за особенностей физиологии подобных зверей негуманным это не считалось. Раз в два года фтамисы сами сбрасывали старую кожу и постепенно обрастали новой. Угару знали особый секрет выделки, который позволял сохранять все полезные свойства отмершей кожи. И им вовсе необязательно было убивать животных для получения того, что так ценится для продажи.

Рядом с Рендалом шел мужчина среднего роста, с атлетическим телосложением и какой-то странной энергетикой, вызывающей невольную оторопь. Все его движения отчего-то казались пугающе опасными, немного чужеродными. Не могла понять этого странного ощущения. Лицо с высокими, резко очерченными скулами чем-то напоминало азиатский тип внешности, но глаза не были раскосыми. Только когда я повнимательнее к ним присмотрелась, в полной мере поняла, чем вызвано пугающее ощущение, которое он вызывал. Фасеточные глаза, какие бывают у насекомых, будто состояли из отдельных кусочков мозаики, соединенных воедино. Золотистые, пугающие, невольно приковывающие взгляд и одновременно жуткие. Ксенит! Несомненно, спутник Рендала принадлежал к этой расе.

Нет, я, конечно, понимаю, что уже давно миновали те времена, когда представители этой народности враждовали с Федерацией и наводили ужас на всех безжалостной жестокостью и чужеродностью нам. Теперь они жили с нами в мире и научились существовать по общим законам. Притом среди ксенитов преступники, идущие против системы, встречались гораздо реже, чем среди других рас. Но все равно от инстинктивного страха перед этими существами, которые гораздо ближе к насекомым, чем к людям, избавиться окончательно так и не удалось.

Пока я разглядывала пробирающихся к барной стойке Рендала и ксенита, Роуз продолжала пикироваться с Питтом.

– Нет, ну а что тут такого? Почему бы и не посмотреть? – недовольно сказала девушка. – Как будто я одна на него засматриваюсь!

– Ренд тебя уже несколько раз отшивал, так что ясно дал понять, что ты его не интересуешь, – хмыкнул парень. – Хватит уже позориться! Лучше бы обратила внимание на тех, кто рядом, – он многозначительно ухмыльнулся.

– Если ты себя имеешь в виду, то мечтай дальше! – насмешливо заявила Роуз и с тяжелым вздохом отвернулась от интересующего ее объекта.

Я же с обреченностью поняла, что теперь и сомнений нет – на трансфере тогда обсуждали именно Рендала Паркера. Так что мне и правда стоит о нем забыть. Но даже понимая это, не могла отвести глаз от него, ловя каждое движение с какой-то непонятной тоской. Нестерпимо захотелось, чтобы он обернулся и посмотрел на меня. И чтобы в его глазах зажглось хоть что-то, похожее на интерес.

У меня перехватило дыхание, когда, будто почувствовав мое желание, Рендал резко повернулся перед тем, как сесть на высокий барный стул. Наши взгляды встретились, и на несколько секунд показалось, что мы с этим мужчиной остались одни в этом огромном заведении. Окружающие звуки словно отключились. Все образы, кроме его лица и фигуры, теперь сливались в яркую расплывчатую картинку. Показалось, что в глазах Рендала что-то промелькнуло, но уже в следующее мгновение он отвернулся, прерывая зрительный контакт, и сел на стул. И сколько я ни буравила взглядом его коротко стриженый затылок, больше так и не повернулся ко мне.

Стало почему-то настолько обидно и горько, что я, в конце концов, прекратила непонятно на что надеяться и отвела взгляд. И в этот раз, когда один из ребят предложил попробовать один из местных коктейлей, возражать не стала. За одним напитком последовал другой, потом третий. И вскоре мир вокруг словно поплыл, а мною овладела какая-то бесшабашная веселость. Исчезла навязанная воспитанием скованность, и я стала активно участвовать в общей беседе.

Даже не сопротивлялась, когда Питт предложил пойти на танцпол. Конечно, те танцы, что были приняты здесь, отличались от того, к чему я привыкла. Но мои учителя даром бы ели свой хлеб, если бы не сумели все же вбить в меня нужные умения. Немного понаблюдав за извивающимися на танцполе мужчинами и женщинами, я легко сумела повторить их движения. А потом и набралась смелости добавить к ним свои. Мое платье, несмотря на его закрытость, было достаточно просторным снизу, чтобы не сковывать движений. И вскоре я уже забыла обо всем на свете, отдаваясь ритму музыки и будто плывя на ее волнах. Мои руки то взметались и изгибались, то скользили по телу в чувственных призывных движениях, как и все мое тело, которое с малых лет учили быть средоточием удовольствий для мужчины.

Я не сразу заметила, что вокруг меня образовался круг и что восхищенные одобрительные возгласы и улыбки адресованы именно мне. Питт же и вовсе смотрел с таким завороженным щенячьим выражением лица, что при иных обстоятельствах это бы сильно позабавило. Но мой призывный взгляд лишь слегка скользнул по нему. Танцуя, я думала совсем о другом мужчине. И теперь, продолжая плавно изгибаться в такт музыке, отыскала его взглядом.

Тут же будто жаром опалило. Рендал смотрел на меня, больше не пытаясь отвести глаз. И пусть его лицо оставалось каменно-суровым и нарочито безразличным, даже презрительным, этот взгляд – сверкающий, пронизывающий, глубокий – не оставлял сомнений в том, что ему нравится то, что он видит. Думаю, если бы я не была настолько пьяна, то никогда бы не решилась улыбнуться ему так, как сделала это сейчас – призывно, чувственно, даря этой улыбкой безмолвное обещание.

Рендал замер и слегка повел плечами, будто отгоняя наваждение. Потом залпом осушил содержимое стакана, который бездумно вертел в руке. Резко поставил на стойку и поднялся с места. Я едва не сбилась с ритма, боясь поверить вспыхнувшей догадке. Он сейчас подойдет ко мне! О том, что будет дальше, не могла даже думать – уж слишком это будоражило. И почему-то нисколько не пугало, хотя еще сегодня утром я считала, что Нордан лишил меня малейшей тяги к подобным отношениям. Ни один другой мужчина, даже тот же Питт, который явно был не прочь продолжить общение в более интимной обстановке, не вызывал интереса. Напротив, опасение и даже гадливость. Но с Рендалом все было не так. Иначе и правильно.

Эта магия, буквально приковавшая к нему с первого взгляда, совершенно лишила возможности мыслить здраво. Я жаждала оказаться прижатой к сильному телу этого мужчины, ощутить его внутри себя настолько глубоко, как только будет возможно. О, Великие, да при одной мысли об этом у меня внизу все плавится от нетерпения! То, чего не удавалось Нордану, как ни старался вызвать отклик, пробудил один лишь взгляд на Рендала.

Желанный мужчина, этот сероглазый сильный хищник, уверенно пробирающийся через толпу, с каждой секундой приближался. И я изнывала от нетерпения. Позабыв о гордости, обо всех разумных доводах, пошла бы за ним без всяких разговорах, стоило ему взять за руку и потянуть за собой.

Показалось, что меня обухом по голове ударило, когда Рендал, поравнявшись с танцующей среди остальных Роуз, тронул ее за плечо и развернул к себе. Что-то шепнул на ухо, и девушка восторженно улыбнулась. Едва ли не бегом двинулась следом, когда он, схватив ее за запястье, повел к выходу.

Разочарование оказалось таким сильным, что я ощутила дурноту. Остановилась, прервав движение, и как-то разом ощутила всю неприглядную реальность, что окружала. Одурманенные выпивкой и жаждой развлечений люди больше не казались веселыми и дружелюбными. Они все казались чужими и враждебными, насмехающимися надо мной – чужачкой в нелепом платье, которая осмелилась на краткий миг слишком много возомнить о себе. И пусть часть меня прекрасно осознавала, что на самом деле это не так – никто вовсе не думал подобным образом, но это ощущение было сильнее меня.

Щеки жгло румянцем от унижения и стыда, глаза щипало от подступающих слез. Я едва сумела добраться до нашего столика, где Арлас оживленно беседовала с каким-то парнем, судя по внушительно-брутальному, подчеркнуто мужественному виду – ганнеру. Плюхнулась рядом с подругой и поймала ее встревоженный взгляд.

– Все в порядке?

– Да, я хочу уйти отсюда. Где Дафи?

– Они с Люком отправились куда-то на верхние этажи, – сказала андран, пытливо вглядываясь в мое лицо. – Если хочешь, уйдем. Свяжемся с Дафи по браслету, скажем об этом.

– Только не говори, что уже уходишь, – с жаром воскликнул ганнер, глядящий на Арлас таким горящим взглядом, что мне даже неловко стало.

Похоже, он всерьез ей увлекся. И судя по непривычно смущенному, но довольному лицу андрана, это было взаимным. Внимательнее приглядевшись к парню, вынуждена была признать, что Арлас можно понять. Один из лучших образчиков своей расы. Такими порой изображали древних варваров – высоких, с мощным мускулистым телом, словно воплощающим само понятие физической силы. Грива бело-золотистых волос, падающих на плечи и спину, подчеркивала бронзово-загорелую кожу и яркость зеленых кошачьих глаз. Похож на викинга из легенд новоземлян – когда-то я немного изучала их мифологию.

Понимаю, почему даже хладнокровную и мудрую Арлас настолько проняло! Парень – редкостный красавчик. Хотя я любовалась им отстраненно, словно произведением искусства. Единственный, кто по-настоящему волновал, ясно дал понять, что я его нисколько не интересую. И сейчас где-то ласкает другую, даже не думая обо мне. От последней мысли стало так горько, что пара слезинок все же выкатилась из глаз. А за ними еще и еще.

Арлас решительно поднялась.

– Дан, увидимся завтра, хорошо? Я сейчас нужна моей подруге.

Парню ничего не оставалось, как согласиться. Но уже когда мы собирались уходить, он, поднявшись следом, схватил Арлас за руку и развернул к себе.

– Я буду с нетерпением ждать новой встречи, – выдохнул он и накрыл ее губы властным поцелуем, сжав в своих крепких объятиях.

При всем моем удрученном состоянии я невольно залюбовалась тем, как они потрясающе смотрелись вместе. Арлас, при всем своем не маленьком росте, едва доходила ему до плеча, и казалось хрупкой и еще более женственной рядом с этим образчиком мужской силы. И эта свободолюбивая натура даже не думала сопротивляться первобытному напору дикого варвара, видящего в ней свою женщину.

Когда он, наконец, отпустил, она едва на ногах держалась, а фиалковые глаза могли посоперничать блеском со звездами. Андран заворожено смотрела в лицо Дана и, казалось, дар речи утратила. Он одарил ее чувственной многообещающей улыбкой и двинулся прочь, приковывая к себе множество заинтересованных взглядов. Но, похоже, никто из собравшихся, помимо Арлас, его не интересовал.

Пришлось потянуть подругу за руку, чтобы заставить ее отмереть. Она смущенно улыбнулась и тряхнула головой.

– Прости, я что-то совсем голову потеряла.

– И немудрено, – заметила я с понимающей улыбкой. – Он потрясающий.

Когда нашлось, на что переключить внимание, стало легче держать себя в руках, и я постаралась не рыдать больше. По крайней мере, на глазах у всех. Так что засыпала подругу вопросами, чтобы отвлечься еще больше.

– Как вы познакомились?

– Дан тоже студент-третьекурсник. Он прилетел на станцию позже, поэтому мы его не видели. Пошел искать Люка и их компанию. Так и познакомились. Представляешь, он тоже на военном направлении учится! – поделилась своим восторгом Арлас. – Один из лучших! Поэтому Хир-Но-Гар сделал его своим помощником при обучении новичков.

– Что-то я слышала про этого Хир-Но-Гара, – вспомнила я и невольно покосилась на барную стойку, где все еще сидел ксенит, теперь уже в гордом одиночестве. – Это, случайно, не он? – я осторожно кивнула в нужном направлении.

– Так и есть, – Арлас бросила на меня пристальный взгляд. – Они, кстати, с Рендалом Паркером – лучшие друзья. Об этом мне тоже Дан рассказал. Как и много еще чего интересного. Если хочешь, я тебе тоже рас…

– Не нужно! – слишком резко возразила я. Каждое упоминание о Рендале воспринималось острым шипом, пронзающим сердце.

К счастью, андран оказалась достаточно мудрой, чтобы ни о чем сейчас не спрашивать. Дальнейший путь мы продолжили в молчании, каждая думая о своем. Хотя мне все равно было неловко из-за того, что сорвалась на Арлас. Но я решила, что попытаюсь все объяснить, как только мы окажемся в нашей квартирке.

ГЛАВА 13

Мы с Арлас обе застыли столбом, переступив порог и увидев сидящую на диване плачущую Дафи. С учетом того, что сейчас ей полагалось развлекаться по полной в компании Люка, и вовсе странно. Андран отмерла первая и бросилась к поспешно вытирающей слезы мигарке. Видно было, что она недовольна тем, что ее застали в таком состоянии.

– Он тебя обидел? – таких ноток в голосе Арлас я еще не слышала – жесткие, пробирающие до дрожи. Казалось, стоит Дафи дать положительный ответ, как она немедленно отправится на поиски Люка и тому точно не поздоровится.

– Дело не в нем, – мигарка как-то поникла, даже не пытаясь принять прежний беззаботный вид, какой демонстрировала раньше.

– Тогда в чем? Расскажи нам, – мягко сказала я, тоже подходя к дивану и усаживаясь с другой стороны от подруги. Арлас взяла ее за одну руку, я – за другую. Мы будто молча пытались передать девушке свое тепло и поддержку.

– Я сама толком не понимаю, – вздохнула Дафи, ее карие, обычно сияющие глаза казались потухшими.

– Это из-за того мужчины, который тебя обидел? Того, из-за кого ты решила сюда поступать? – спросила проницательная андран.

Мигарка поморщилась, словно раскусила что-то неприятное на вкус, и заговорила, ни на кого не глядя.

– Раньше, до встречи с Кайлом… – она осеклась, выговорив имя этого человека, что в полной мере доказывало, как же сильно все-таки до сих пор ее гложет то, что между ними произошло. Потом, собравшись с силами, продолжила: – все в моей жизни было просто. Я даже не задумывалась над серьезными вещами. Моя семья достаточно обеспеченная, так что я просто жила в свое удовольствие. И то, что я мигарка, меня вполне устраивало. Да, конечно, я знала, как к моей расе относятся иномиряне. Они считают нас легкомысленными, повернутыми на сексе. Но меня это мало заботило. Вам просто трудно понять нашу физиологию. То, как для нас важен физический контакт. И то, что дело не в сексе как таковом, а просто в потребности к близости. Мало кто из вас знает, что как только в жизни мигара появляется тот, с кем возникает еще и душевная связь, секс перестает быть настолько важным. И мы тоже можем быть верными. Даже не так… Вряд ли вы можете себе представить, как сильно мигар способен любить. Отдавать себя избраннику полностью, без остатка. Может, поэтому мы неохотно позволяем себе влюбляться настолько в кого-то одного, и часто меняем партнеров. И я не исключение. Когда появился Кайл, я думала, что он другой. Не такой, как остальные. В отличие от других иномирян, он не пытался сразу затащить меня в постель, красиво ухаживал. И смотрел так, словно я единственная женщина в мире. Какая же я была дура! – лицо Дафи исказилось, словно от боли. – Только потом, когда мы окончательно выясняли все между собой, я поняла, что с его стороны все было игрой. Оказывается, ему рассказали об этой нашей особенности. Том, что мигар, если по-настоящему влюбится, способен на настолько сильную привязанность. И этот ублюдок просто ради интереса решил проверить, правда это или нет. Сделать свой отпуск более насыщенным. Когда же больше не было смысла скрывать правду, высказал все, что на самом деле думает о нашей расе. О том, что в сексе мы, конечно, дадим фору кому угодно, но на большее, чем роль игрушки для утех, не годимся. И пусть даже верит в то, что мы и правда можем быть верными, но не хочет связывать себя с той, кого считает ниже себя. Недалекой, глупой, ни на что неспособной куклой, в которой всегда будут видеть только секс-игрушку.

– Сволочь! – вырвалось у меня. На глаза даже слезы навернулись. Нет, Дафи и раньше рассказывала о том, что случилось между ней и Кайлом, но я и представить не могла, насколько ее на самом деле это ранило.

– И сегодня, когда мы с Люком сидели в том бассейне, а потом он попытался перейти к чему-то большему, мне вдруг стало так противно. Подумала: а что если Кайл прав, и что я гожусь только для этого… И я просто ушла. Было так гадко на душе. А ведь раньше я не считала подобное чем-то зазорным. Прежняя я сама была бы рада получить удовольствие и расслабиться. Собственно, за этим я и пошла туда с Люком.

– После Кайла у тебя ведь никого не было? – тихо спросила Арлас, проницательно глядя в грустное лицо мигарки.

Та кивнула и закусила пухленькую нижнюю губку.

– Все еще любишь его?

– Не знаю, – Дафи откинулась на спинку дивана и запрокинула голову к потолку, бездумно глядя на него. – Он сильно меня обидел. Прежних чувств уже нет, но меня бесит, что я все равно не могу выбросить его из головы.

– Думаю, ты любила не столько его, сколько тот образ, который себе создала, – Арлас осторожно заправила ей за ухо прядь волос. – И ты скучаешь не по нему самому, а по той иллюзии счастья, что испытывала рядом с ним. Но он слишком сильно задел тебя, заставил задуматься о том, о чем раньше и не помышляла. О том, кто ты есть и какой хочешь быть, на что способна. Воспринимай эту ситуацию с ним, как ценный опыт, который позволил тебе двигаться вперед. Придет день, и ты поймешь, что даже благодарна этому своему Кайлу. За то, что достигла того, на что раньше не считала себя способной.

Мигарка некоторое время задумчиво смотрела в одухотворенное красивое лицо Арлас, потом ее лицо осветилось улыбкой.

– Ты права. И что мне точно не стоит делать, так это плакать из-за этого гада.

– Полностью согласна, – с облегчением поддержала ее я.

Уже через несколько секунд о той новой Дафи – поникшей и печальной – напоминали лишь чуть покрасневшие глаза и нос. Она снова светилась жизнерадостной улыбкой. Может, конечно, внутри и осталась горечь, но девушка спрятала ее так глубоко, что заметить было трудно. К тому же она поспешила переключить внимание с себя на нас:

– А вы чего так рано вернулись?

Мы с Арлас переглянулись, и я, поколебавшись, решила, что если хочу откровенности с их стороны, то и сама должна хоть немного ее продемонстрировать.

– Только не поймите неправильно… – чувствуя, как запылали щеки, выдавила я, потупившись. – Я просто не смогла там оставаться. Мне показалось, что… – как все-таки трудно оказалось выплеснуть то, что тревожило душу! Или сказывается то, что я почти с самого детства привыкла держать все в себе?

– Что-то мне подсказывает, что тут тоже без мужика не обошлось! – усмехнулась мигарка. – И с учетом того, как ты пожирала глазами того красавчика-преподавателя, есть у меня определенные подозрения.

– Если бы ты не ушла с Люком раньше, то видела бы, что этот самый красавчик пожирал нашу Кэти глазами не меньше, – вдруг заявила Арлас, хитро поглядывая на меня.

Я пораженно уставилась на нее, не в силах поверить в услышанное.

– Ты шутишь?

– Зачем мне это делать? – андран ласково потрепала меня по волосам. – Хотя, конечно, когда ты танцевала, многие на тебя с интересом поглядывали. Оказывается, ты полна сюрпризов, дорогая! Танцуешь просто изумительно!

– Эх, жаль, я не видела! – огорчилась Дафи.

– Думаю, еще увидишь, – откликнулась Арлас. – Мы ведь тут надолго задержимся.

– Рендал что… правда?.. – я недоговорила – дыхание перехватило от волнения.

– Правда ли пожирал тебя глазами? – верно догадалась андран. – А зачем мне врать? Даже показалось, что он сейчас сгребет тебя в охапку и утащит куда-то.

– Тебе только показалось, – вспомнив о том разочаровании, какое испытала, вздохнула я. – На самом деле его интересовала другая.

– Так, девочки, расскажите обо всем по порядку! – взмолилась заинтригованная Дафи.

– Он ушел из клуба вместе с Роуз, – угрюмо сказала я.

– Значит, та блондиночка все-таки не упустила своего, – покачала головой мигарка, а мое настроение снова упало ниже плинтуса. Вполне возможно, что именно в этот момент Роуз как раз таки получает то, о чем так долго мечтала.

– На твоем месте я бы не делала преждевременных выводов о том, что ты его не интересуешь, – задумчиво сказала Арлас. – И не стала бы терять надежду.

– А как по мне, Великие дали мне четкий и понятный знак, – мрачно возразила я. – Что стоит раз и навсегда выбросить из головы этого мужчину. Он точно не для меня.

– Это еще почему? – возмутилась мигарка.

– Не моего полета птица, – откликнулась я.

– Мне кажется, ты себя недооцениваешь, – покачала головой Дафи. – Да ты намного лучше этой идиотки Роуз! И если красавчик не поймет этого, пусть катится. Ты себе и покруче найдешь!

Я невольно рассмеялась из-за такой искренней убежденности мигарки, но на душе стало теплее. Арлас же, серьезно посмотрев на меня, сказала:

– Насколько могу судить по тем фразам, которые бросали старшекурсники, у Рендала есть причины не доверять женщинам. И если это так, то вполне понятно, почему он предпочитает проводить время с такими девицами, как Роуз. С ними все гораздо проще.

– Полагаешь, он предпочел уйти с ней, потому что во мне увидел нечто большее? – сердце невольно замерло в груди, а потом заколотилось сильнее.

– Кто знает, – улыбнулась Арлас. – Но если этот мужчина и правда тебе так нравится, можно попытаться прояснить этот момент.

– Меня всегда учили, что первый шаг должен делать мужчина, – неожиданно проснулась во мне гордость. Хотя, скорее, страх снова получить отказ и оказаться в глупом положении. Ведь сегодня я и так уже переступила через все свои принципы и недвусмысленно дала понять мужчине, что заинтересована в нем. Он же не менее ясно дал понять, что не желает сближения.

– Глупо, – хмыкнула Дафи. – Так можно до посинения ждать, пока он этот шаг сделает. А за это время те, кто посмелее и попредприимчивее, охотно умыкнут у тебя мужика из-под носа.

Я нахмурилась, на душе неприятно заскребло. Может, мигарка права? К черту все сомнения. Нужно бороться за свое счастье. Или, по крайней мере, сделать последнюю попытку. Если и после этого Рендал меня отвергнет, то пусть катится в черную дыру! Скорее всего, во мне сейчас говорило изрядное количество выпитого, которое еще не успело выветриться, но настроена я была решительно.

– Ладно, завтра, если он опять будет в клубе, сама подойду к нему, – заявила я, расправив плечи.

– Вот и правильно, – одобрила Дафи. – Только для начала мы купим тебе новую одежду, чтобы не выглядела, как новоземлянская монахиня.

Я обиженно засопела, а девушки беззлобно рассмеялись. Чтобы поскорее переключить разговор с себя на какой-нибудь другой предмет, я многозначительно покосилась на Арлас.

– Кстати, похоже, не только у меня завелся объект симпатии.

Дафи оживилась.

– Я еще что-то пропустила?

– Ага, – сказала я. – Ты бы видела, какого парня наша Арлас себе отхватила!

– Да ну? – мигарка расширила глаза и немедленно потребовала подробностей.

Теперь настала очередь андрана смущаться и откровенничать. Но внезапно Арлас погрустнела и умолкла, на ее лицо словно тень набежала.

– Эй, ты чего? – вскинулась Дафи, непонимающе глядя на нее.

– Сомневаюсь, что у нас с Даном что-то получится, – андран старалась говорить безразлично, но взгляд выдавал, что ее и правда это удручает.

– Это еще почему? – воскликнула мигарка. – Только не говори, что, как и Кэти, страдаешь заниженной самооценкой!

– Я вовсе не страдаю заниженной самооценкой! – возмутилась я, но осеклась, понимая, что сейчас не время перетягивать одеяло на себя. Теперь в поддержке нуждалась Арлас.

– Он ганнер, – грустно улыбнулась андран. – А мужчины этой расы еще больше кичатся своей мужественностью, чем остальные. Как думаете, он нормально отреагирует, когда узнает, что я гермафродит?

– Так ты ему не сказала, кто ты? – поразилась я.

Она виновато вздохнула.

– Понимаю, что должна была. Но просто не смогла. Он так смотрел на меня. С таким восхищением, с таким огнем. Я подумала, что пусть хотя бы один вечер этот огонь в его глазах не сменится презрением.

– Может, и не говори пока, – неуверенно сказала Дафи. – Пусть он узнает тебя получше, привыкнет. А потом и…

– Думаешь, это будет честно по отношению к нему? – с горечью спросила Арлас.

– Ты ему ведь по-настоящему понравилась, – попыталась я ее утешить. – Может, он все-таки не настолько консервативен, как другие его сородичи? Да и вообще, пока сам не спросит, зачем заводить тему насчет расовой принадлежности. Дайте друг другу шанс познакомиться поближе. Пусть узнает тебя, как личность, поймет, что вы подходите друг другу.

– Ладно, время покажет, – вздохнула Арлас. – А сейчас, думаю, нам всем не мешало бы отдохнуть. Денек у нас выдался напряженный.

– Это точно, – поддержала я, ощутив, как после ее слов разом накатывает усталость.

И все-таки этот день при всей своей неоднозначности казался самым ярким за всю мою жизнь. Столько новых впечатлений, знакомств, возможностей, которые открылись передо мной! А еще этот день дал понимание того, что я гораздо сильнее, чем думала, и что я никогда не позволю себе вернуться к тому, что было раньше. Если бы сейчас Нордан лар Са-Ирд меня отыскал и пожелал снова сделать со мной то, что делал еще утром, я бы сопротивлялась до последнего. Не позволила бы снова сделать вещью, игрушкой.

Теперь я сама буду все решать в своей жизни. И сама стану выбирать мужчин, с которыми захочу сблизиться. Эта мысль и вовсе перевернула в сознании все с ног на голову. Решение сделать первый шаг в стремлении понравиться Рендалу больше не казалось унижением или попранием гордости. Скорее, наоборот. Я сама возьму судьбу в свои руки и буду добиваться того, чего хочу. Дафи права – долой самоуничижение и неуверенность, такие привычные для таринских женщин. Я достойна лучшего. А этот мужчина для меня именно таким и является. Сильный, перспективный, уверенный в себе, знающий себе цену. Пусть он увидит во мне не одну из своих многочисленных шлюх, а равноправного партнера.

Так что даже хорошо, что сегодня он не увел меня из клуба. Тогда бы все закончилось обычным сексом, и уже наутро он бы обо мне и не вспомнил. Нет уж, все будет по моим правилам. Самонадеянно, конечно, так рассуждать, но сейчас я и правда была уверена, что смогу добиться не просто мимолетного интереса, а чего-то большего.

Следующий день – последний до начала занятий в Межзвездной Академии – прошел для нас под эгидой покупок. Даже терпеливая Арлас под конец уже едва не взвыла от неутомимого энтузиазма Дафи, которая получала настоящее удовольствие от этого процесса. Мы облазили почти все магазины на станции, несколько раз возвращались в свою квартирку, сгружали вещи и отправлялись по новой. К несчастью для нас с андраном, проблема экономии средств мигарку нисколько не заботила. Эта неугомонная еще и нас с Арлас заставила значительно обновить гардероб.

Хотя, несмотря на мои опасения, вещи, которые посоветовала купить Дафи, оказались гораздо приличнее, чем можно было ожидать. А я уж боялась, что она заставит меня остановиться на таких же вызывающих нарядах, какие носила сама. Но нет, все, что Дафи мне подобрала, было на высоте – даже Арлас одобрила. Оказывается, у мигарки прямо-таки врожденный дар стилиста. И пусть для меня все равно носить такие вещи было непривычно, но собственное отражение в зеркале примерочной, без сомнения, понравилось.

Дафи озаботилась тем, чтобы обновить и свой гардероб, решив, что раз уж она поступила в такое серьезное учреждение, на серьезную специальность, то следует и выглядеть соответственно. Мы с Арлас рты разинули, увидев подругу в новом амплуа – в элегантном, вполне приличном костюмчике с юбкой чуть выше колен и строгих туфлях. Как она умудрялась даже в этом излучать поразительную чувственность и сексуальность, было загадкой. Но странное дело – в таком виде она выглядела еще привлекательнее, что подтверждала реакция мужчин, едва шеи не сворачивающих на нее. Я же в воздушном небесно-голубом платье, великолепно подчеркивающем цвет глаз, поначалу чувствовала себя неуютно. Так и хотелось повыше натянуть его в зоне декольте и пониже юбку. Вот так вот открывать ноги и грудь казалось неприличным.

– Просто расслабься, – посоветовала Арлас, одетая в классическое белое платье, чья простота лишь подчеркивала ее яркую красоту. – Представь, что на тебе по-прежнему твоя закрытая одежда.

Как ни странно, это помогло, и вскоре я уже легкой походкой шла вместе с подругами, расправив плечи и улыбаясь. Осознание того, что мужчины смотрят на меня не меньше, чем на Арлас и Дафи, хоть и смущало, но льстило. А еще увеличивало шансы покорить Рендала. Пусть вчерашняя решимость успела немного поутихнуть, но я все еще была намерена сделать этот шаг. Воспринимала как очередное испытание, которое следует пройти.

Мы уже покончили с покупками и решили отпраздновать удачный шопинг в одном из ресторанчиков, когда встретили Роуз, тоже выходящую из одного из магазинов. Мое лицо тут же перекосилось, словно меня ударили. Вот как раз ее хотелось видеть меньше всего. Но блондиночка нас уже заметила и, широко улыбаясь, шла наперерез. Пришлось останавливаться и завязывать разговор. Эта бесцеремонная особа еще и напросилась с нами в ресторан. Арлас, без труда разгадав мою реакцию, тихо шепнула:

– Воспринимай это как прекрасный повод выведать нужную информацию.

– У меня язык не повернется задавать ей вопросы о Рендале, – глухо откликнулась я.

– Ну а мы тебе на что? – подмигнула андран, и я благодарно улыбнулась. Хотя не знала, как смогу спокойно выдержать рассказ Роуз о том, как она провела вчерашнюю ночь. И все же что-то во мне стремилось об этом узнать, пусть даже после этого будет больно.

Пока мы устраивались за столиком, я украдкой сняла амулет и положила в сумочку. Похоже, это уже клинический случай, но мне хотелось знать каждую деталь того, что известно Роуз. Даже то, что она захочет утаить. Осторожно ослабив ментальный щит, я коснулась ее разума. Похоже, подвоха девушка не ожидала и не думала закрываться. Хотя наверняка их здесь в Академии учат устанавливать ментальные щиты. С некоторым злорадством отметила, что она не настолько весела, как хочет казаться. Напротив, чем-то раздосадована и удручена.

– Тебя можно поздравить? – первой завела нужный разговор Арлас, многозначительно улыбнувшись Роуз, когда мы сделали заказ.

– С чем? – та беззаботно тряхнула головой.

– Ну, вы вчера с Питтом так много говорили о твоем интересе к этому преподавателю – Рендалу Паркеру. И вчера, похоже, ты выиграла джек-пот. Ушла из клуба вместе с ним.

Улыбка Роуз стала менее безоблачной, хотя это длилось лишь пару мгновений. А от эмоционального фона полыхнуло таким недовольством, что пришлось даже немного усилить ментальный щит, чтобы ослабить наплыв чужих эмоций. Вот теперь я уже не жалела о том, что решила снять амулет и покопаться в ее голове.

– Все было потрясающе! – с восторгом воскликнула Роуз, и пока она вешала лапшу на уши Арлас и Дафи, я потрясенно рассматривала образы в ее голове.

То, как Рендал оставил ее, едва они вышли из клуба. Сказал, что совсем забыл, что у него есть неотложные дела, и что встретится с ней в другой раз. А она, ошеломленная и разочарованная, не могла понять, что сделала не так, и куда делась та страсть, с которой он утащил ее с танцпола.

А я, пораженная шокирующей догадкой, поймала себя на том, что улыбаюсь, как полная идиотка. Рендал и правда направлялся тогда ко мне, но почему-то передумал и схватил первую попавшуюся девицу, которая бы точно согласилась уйти с ним. Но похоже, Роуз его нисколько не интересовала, раз даже не смог довести дело до конца. Мое сердце бешено колотилось, в животе щемило от странного непонятного чувства, похожего на порхание крыльев бабочки. И теперь я уже смотрела на Роуз без прежней неприязни. Мне стало даже жаль ее, ведь судя по тому, что я видела, она и правда всерьез увлечена Рендалом. Не желая больше подсматривать за чужими мыслями, я снова извлекла амулет и, улучив момент, когда Роуз повернулась к Арлас, надела на шею.

– А что это за история о его бывшей? – улучив подходящий момент, задала я вопрос. – Извини, случайно услышала ваш разговор в трансфере, – пояснила в ответ на немного удивленный взгляд Роуз. – Ты тогда сказала, что Рендала кинула его бывшая. Вот и интересно стало. Вдруг он ее до сих пор любит.

Девушка поморщилась – ей явно была неприятна сама мысль об этом.

– Не думаю, что он ее все еще любит. Только жаль, что из-за этой стервы он теперь всех женщин считает такими же.

– А что там между ними случилось? – поддержала мой интерес мигарка.

И пока мы уплетали принесенную еду, Роуз, подстегнутая нашим живейшим вниманием, рассказала то, что ей известно об этой истории.

– У Ренда был бизнес на одной из планет Федерации. Он занимался торговлей с ксенитами, перевозил для них грузы. В общем, что-то в этом роде. Говорят, там и познакомился с Хир-Но-Гаром, включил его в свою команду. У Ренда был личный корабль-перевозчик. Бизнес шел настолько успешно, что он планировал купить еще один корабль. А потом на него посыпались неприятности. Сначала погибли родители во время перелета с одной из курортных планет. А жена оказалась настоящей гадиной. Только поначалу он об этом не знал. Эта меркантильная сучка с каким-то дружком инсценировала свое похищение и запросила выкуп. Мол, если Рендал не отдаст похитителю громадную сумму денег, ее убьют, предварительно хорошенько поиздевавшись. Ренду пришлось продать бизнес, но даже этого не хватило. И ему пришлось обратиться к Майклу Корну.

– А он тут причем? – удивилась Арлас, тоже жадно ловящая каждое слово Роуз. – Это ведь такая важная шишка, что вряд ли к нему можно так просто обратиться.

– Говорят, Майкл Корн был знаком с родителями Ренда, – пояснила девушка. – Вот тот и решился обратиться к нему. Но только мистер Корн не тот человек, чтобы помочь безвозмездно, – она понизила голос. – Так что взамен Ренду пришлось заключить долгосрочный контракт с корпорацией, пока не окупит взятые взаймы средства. Учитывая сумму, придется ему батрачить на мистера Корна еще долго, – Роуз покачала головой. – Хотя тот к нему хорошо относится, так что не думаю, что это его как-то ущемляет.

– А что стало с женой Рендала? – пораженная до глубины души этой историей, спросила я. – Как он отреагировал, когда все открылось?

– Плохо отреагировал. Эта тварь забрала деньги и свалила в неизвестном направлении со своим дружком. Ее объявили в федеральный розыск, но вряд ли найдут. Думаю, она, если не полная дура, уже давно сменила внешность и документы. С такими деньжищами перед ней все дороги открыты. Говорят, Рендал ее сильно любил, так что это стало для него настоящим ударом. И с тех пор он с недоверием относится к женщинам.

– Его можно понять, – заметила мигарка, ее глаза светились праведным гневом. – Вот же змея!

– А откуда ты так много знаешь обо всем этом? – задала резонный вопрос Арлас. – Не думаю, что кто-то из участников событий трепался бы об этом по всем углам.

Роуз чуть смутилась, потом все же решилась рассказать:

– Только это между нами, хорошо? Мне второй пилот Ренда рассказал. Я в прошлом году практику проходила на его корабле, и мы с Кайлом тогда неплохо провели время, – она издала многозначительный смешок.

– С Кайлом? – как-то рвано переспросила мигарка. – А можешь его фамилию назвать?

– Да, конечно, – с некоторым удивлением посмотрела на нее Роуз. – Кайл Стаффорд. А что?

От щек Дафи вся краска отхлынула, а мы с Арлас с тревогой посмотрели на нее и переглянулись.

– Как тесен мир, – пробормотала мигарка, глядя прямо перед собой.

– Вы что с ним знакомы? – с любопытством спросила Роуз.

– Да, как-то пересекались, – Дафи уже снова беспечно улыбалась, и ничто не выдавало ее настоящих эмоций.

– Перспективный парень, – сказала девушка. – Только чересчур высокого о себе мнения. Все время стремится что-то кому-то доказать. Особенно Ренду. Мне кажется, Кайл ему немного завидует. Рассказывал о неприятностях капитана с каким-то затаенным злорадством. Но в целом, пусть и со своими тараканами, но интересный экземплярчик.

– У вас с ним серьезно? – как бы невзначай спросила Арлас, метнув обеспокоенный взгляд в сторону Дафи, не сводящей глаз с собеседницы.

– Нет, конечно, – хмыкнула девушка. – С ним можно неплохо провести время, но на что-то серьезное он явно еще не готов. Да и если выбирать между ним и Рендом, думаю, выбор очевиден. Кайлу до него как отсюда до планет ксенитов.

– Судя по тому, что ты рассказала об этом парне, так и есть, – нарочито безразлично бросила Дафи. Потом неожиданно добавила: – Скажи, а как ты попала на практику на корабль Ренда? Наверное, тяжело было этого добиться?

– Он выбирает лучших студентов в свою команду, – подтвердила Роуз с нотками самодовольства. – Пришлось изрядно попотеть, но это того стоило.

В глазах мигарки зажегся огонек, но помимо этого ничто не показывало того, что информация ее сильно заинтересовала. Она первая заговорила о другом, и дальнейший разговор затрагивал ничего не значащие общие темы.

Уже возвращаясь в нашу квартирку, Арлас озвучила то, что вертелось в голове и у меня:

– Я так понимаю, теперь ты приложишь все усилия, чтобы попасть в команду Рендала Паркера.

Дафи лишь ухмыльнулась и пожала плечами.

– Хочешь вернуть Кайла? – недоверчиво спросила я.

– Напротив, – ее лицо стало непривычно жестким. – Теперь я более чем уверена, что этот гад меня недостоин.

– Значит, хочешь доказать ему, как сильно он в тебе ошибался? – понимающе проговорила Арлас.

– Скорее, хочу доказать это себе, – серьезно проговорила Дафи.

– Ну и заодно отомстить, если получится? – понимающе добавила андран.

Мигарка улыбнулась, чуть прищурившись.

– Поживем-увидим.

Не знаю, как Арлас, но вот я для себя решила, что тоже сделаю все, чтобы оказаться в числе лучших студентов и попасть на корабль Рендала Паркера. Причем у меня теперь был для этого не только эгоистичный мотив оказаться поближе к сероглазому красавчику. Нужно ведь и Дафи поддержать, помочь ей поставить на место высокомерного засранца Кайла. Так что теперь оформилась еще одна цель, к которой я собиралась непременно прийти.

ГЛАВА 14

Вечером в клуб я заходила с бешено колотящимся сердцем. Даже перед экзаменом в Академию так не нервничала. Девчонки подбадривали улыбками и комплиментами – мол, сегодня я выгляжу сногсшибательно, ни один мужик не устоит. Но что-то это мало помогало. А я сама себе казалась девицей легкого поведения в ярко-красном платье, пусть и не вызывающего покроя. Но такую яркую одежду носить не привыкла и ощущала себя неловко. Хотя восхищенные взгляды мужчин недвусмысленно доказывали, что тут никто это неодобрительно не воспринимает. Я ведь не на Таниране.

Мы с подругами опять присоединились к третьекурсникам, где каждую из нас тут же взяли в оборот. Люк вовсю пытался заслужить прощение Дафи, а та намеренно держалась прохладно, хотя в глазах светились лукавые искорки. Вот ведь рыжая бестия. Я невольно усмехнулась. Арлас же, в отличие от мигарки, и не думала играть в неприступность. Они с Даном глаз друг от друга не могли оторвать, и для них сразу перестали существовать все остальные. Я бы охотно просто понаблюдала за ними всеми и другими посетителями клуба в роли стороннего зрителя. Но к моему неудовольствию, Питт вовсю перетягивал мое внимание на себя. Похоже, я его прошлым вечером и правда впечатлила, раз из кожи вон лезет. Даже на Роуз, к которой вчера клеился, не обращал никакого внимания.

– Ты выглядишь просто великолепно! – в очередной раз восхитился парень моим внешним видом, и я едва сумела сдержаться, чтобы не закатить глаза.

Вот ведь взялся на мою голову. От его внимания я не испытывала ни малейшего приятного ощущения, скорее, наоборот, неловкость. Хотя внешне Питт был довольно неплох – брюнет с выразительными карими глазами и правильными чертами лица. Легкий в общении, веселый. Только, на его беду, он не вызывал у меня ни малейшего желания перейти на другой уровень общения, помимо приятельского. Как и любой другой мужчина, находящийся здесь.

Наверное, если бы в моей жизни не появился Рендал Паркер, у меня были бы все основания считать себя и вовсе не способной на проявление интереса к мужчинам. Они вызывали лишь стойкое желание держаться осторонь. И так было, сколько себя помню, даже до встречи с Норданом. Но с появлением Рендала мир будто перевернулся, и толком и не знаю, рада ли этому. Наверное, останься все так, как раньше, было бы легче.

Вот и сейчас, безуспешно отыскивая среди посетителей клуба того, ради кого сюда пришла, ощущала ноющее нетерпение. Я не могла нормально расслабиться и повеселиться вместе с остальными. Ждала, пока придет Рендал и получу окончательный вердикт по поводу того, стоит ли надеяться на что-то. Но он не появлялся, и я все больше чувствовала себя чужой здесь. Вполуха прислушивалась к разговорам, невпопад отвечала, когда ко мне кто-то обращался.

Отругав себя за то, что настолько зациклена на этом мужчине, который, вполне возможно, даже думать обо мне забыл, постаралась все-таки сосредоточиться на друзьях. На губах поневоле расползлась улыбка, когда заметила, с каким жаром Арлас и Дан обсуждают старинное оружие. Похоже, у них нашлись общие интересы. Ганнер смотрел на андрана с таким восторгом и приятным удивлением, что мне самой становилось теплее на душе. Было радостно за подругу, что она близка к тому, чтобы обрести свое счастье.

– Никогда не думал, что такая девушка, как ты, может увлекаться оружием и военными делами, – проговорил Дан, накрывая руку Арлас своей, и я заметила, как у обычно спокойной и невозмутимой подруги на щеках выступил румянец.

– Такая, как я? – чуть улыбнулась она, стараясь скрыть смущение. – И какая же?

– Такая утонченная, женственная.

Дафи, сидящая рядом со мной, услышав последнюю реплику, поперхнулась коктейлем, но тут же виновато замахала руками. Я с укоризной посмотрела на наползающую на ее губы улыбку.

– Прекрати немедленно! – шепнула на ухо мигарке так тихо, чтобы наши кавалеры, сидящие по другую сторону от нас, ничего не услышали.

– Я просто представила, какой сюрпризец его ждет, – задыхаясь от рвущегося наружу смеха, шепнула мигарка, и я опять нахмурилась.

– Ладно, извини, просто не смогла удержаться, – Дафи приняла серьезный вид, но смешинки в глазах никуда не делись.

Ганнер, между тем, ничего не заметив, в ответ на просьбу Арлас рассказывал о женщинах своей расы.

– У нас считается, что если хочешь получить здоровое и сильное потомство, то нужно заключить брак с сильной женщиной, мало уступающей тебе. Но лично я нахожу таких чересчур мужеподобными. Предпочитаю более утонченных.

– Насколько я слышала, – вмешалась Роуз, – слабые женщины у вас на положении наложниц. На таких не женятся.

– После того, как мы вступили в Федерацию, мало-помалу в нашу жизнь входят новые порядки, – возразил ганнер, неодобрительно покосившись на нее. – Некоторые мужчины теперь выбирают жен по другому признаку.

– Ого, ты уже о женитьбе думаешь! – насмешливо заметила мигарка. – Интересно, кто тебя на такие мысли вдохновил? – и она метнула многозначительный взгляд на Арлас.

– Я был бы только счастлив, если бы такая женщина согласилась стать моей женой, – огорошил вдруг всех Дан.

Арлас же теперь сидела красная как рак, не в силах и слова сказать. Судорожно схватив стакан с коктейлем, едва ли не залпом опустошила его, пряча глаза от жарко смотрящего на нее мужчины.

– Кстати, Арлас не такая уж слабая и беззащитная, как ты думаешь, – опять заговорила Дафи. – Иначе бы не выбрала военное направление.

– Тебе там придется нелегко, – покачал головой ганнер, с беспокойством посмотрев на андрана. – Нагрузки там не каждый мужчина выдерживает. Может, передумаешь, пока не поздно? Выберешь что-нибудь из научных специальностей?

– Прости, но нет, – мягко возразила Арлас, справившись с замешательством. – Стать воином – мечта всей моей жизни.

– Ладно, – вздохнул он. – Но я постараюсь помочь тебе, чем смогу. Если кто-то станет обижать, только скажи!

Арлас опять зарделась, и я поймала ее панический взгляд. Понять, чем именно он вызван, было нетрудно. Признаться ганнеру в том, что она вовсе не та идеальная женщина, какую он в ней видит, после его сегодняшних слов будет особенно нелегко. Я одними губами прошептала ей: «Держись!», и в этот момент отчетливо почувствовала на себе чей-то взгляд. Сердце екнуло и непонятно почему сжалось, а по телу растеклась волна жара.

Оборачиваясь в ту сторону, откуда чувствовала на себе взгляд, уже сейчас могла безошибочно сказать, кому он принадлежит. И не ошиблась. Погруженная в разговор друзей, даже не заметила, когда в клуб вошел тот, кого ждала. Рендал Паркер в этот раз пришел один, без ксенита. Снова устроился за стойкой и сидел теперь вполоборота к залу. Наши взгляды встретились, и на мгновение показалось, будто между нами словно молнии засверкали. Дышать стало тяжело, и я судорожно втянула ртом воздух. Сидела, как парализованная, не в силах оторвать глаза от этого мужчины. Но он первым отвернулся, словно давая понять, что я приняла желаемое за действительное. Только вот что-то подсказывало, что не стоит предаваться унынию. Он ведь и правда только что смотрел на меня. Причем так, что дух захватывало. Пришлось несколько раз вдохнуть и выдохнуть, чтобы собраться с силами и решиться подойти к барной стойке.

Но меня опередила вскочившая со своего места Роуз. Я досадливо закусила губу, глядя, как она уверенно направляется к Рендалу, улыбаясь самой своей обворожительной улыбкой. Почувствовала, как Дафи накрывает мою руку, вцепившуюся в столешницу так, словно желала ее раздавить.

– Спокойнее, Кэти.

Я как-то дергано кивнула, продолжая неотрывно наблюдать за Роуз. Радовало то, что сейчас за ней наблюдала вся наша компания и мой интерес не выглядел подозрительно. Парни даже ставки делали: пошлет ее Рендал в этот раз или нет. Роуз грациозно опустилась на соседний с преподавателем стул и бросила на мужчину кокетливый взгляд, что-то сказала. Жаль, что с того места, где мы сидели, ничего нельзя было расслышать. Рендал что-то буркнул в ответ и лицо девушки исказилось. Чувствуя, как мои губы помимо воли расплываются в радостной улыбке, я смотрела, как Роуз, значительно утратившая самоуверенность, поднимается со стула и с мрачным видом направляется обратно к нам. Ее встретил дружный хохот сокурсников, на что она улыбнулась с самым кислым видом.

– Он сегодня просто не в настроении, ясно? – огрызнулась она в ответ на шутливые реплики.

Почему-то жаль ее совершенно не было – незачем было трепаться о том, что вчера они провели великолепную ночь и теперь Рендал от нее без ума. Сама нарвалась на насмешки. Улыбка несколько померкла, когда я подумала о том, что меня может ожидать та же реакция со стороны преподавателя. Так что пришлось заново собираться с духом, чтобы все-таки решиться к нему подойти.

Дождавшись, пока разговоры друзей оторвутся от интересующего меня объекта, я на трясущихся ногах поднялась.

– Ты куда? – тут же вскинулся Питт.

– Пойду себе еще коктейль закажу, – солгала я.

– Давай я! – предложил он.

– Нет, спасибо, – тоном, способным заморозить океан, возразила и решительно направилась к барной стойке. Спиной чувствовала сверлящие меня любопытные взгляды нашей компании. Надеюсь только, что не все догадались, зачем я иду туда на самом деле.

Подойдя к стойке, опустилась на тот же стул, где еще недавно опозорилась Роуз, и, лишь искоса поглядывая на почему-то напрягшегося мужчину, попросила бармена сделать мне коктейль «Сверхновая».

– Не слишком ли крепкий? – услышала вдруг хмыканье со стороны Рендала.

Настолько поразилась тому, что он первый со мной заговорил, что некоторое время не могла найти, что ответить. Уставилась на него так, словно со мной барная стойка заговорила.

– Мне друзья посоветовали, – наконец, чуть охрипшим голосом сказала.

– Плохую услугу вам ваши друзья оказали, – опять снизошел до реплики преподаватель, метнув на меня быстрый взгляд. – Завтра первый день занятий, так что вам стоит быть в форме.

– А вы так заботитесь о самочувствии всех студентов Академии? – решила пошутить я.

– Просто предупредил насчет коктейля. Адская смесь, – сухо бросил он. – Вряд ли вам приходилось пить это раньше.

– Это так очевидно? – смутилась я. И правда ведь назвала этот коктейль только потому, что его заказывали себе Люк и еще один третьекурсник. Сама предпочла пить то же, что Дафи с Арлас.

– Насколько понял из нашего собеседования, вас воспитывали как таринку, – судя по все более прохладному тону, Рендал уже сам был не рад, что затеял со мной разговор. От этой мысли было горько и неприятно. Я отчаянно пыталась найти тему, которая бы его заинтересовала, но понятия не имела, что бы могло увлечь этого мужчину.

– Думаю, тут я быстро восполню пробелы в своем воспитании, – откликнулась я на его реплику.

– Не сомневаюсь в этом, – сказал он еще прохладнее и вовсе повернулся в другую сторону, недвусмысленно намекая на то, что не хочет продолжать общение.

Бармен поставил передо мной заказанный коктейль, но я продолжала сидеть за стойкой и лихорадочно размышлять о том, о чем бы еще поговорить с Рендалом.

– А вы здесь часто бываете? – решилась, наконец, задать самый нейтральный вопрос.

Рендал опять повернулся и окинул чуть насмешливым взглядом.

– Возвращайтесь к друзьям, мисс Флетчер. Не думаю, что я для вас подходящая компания.

– Вы даже мое имя запомнили? – тихо спросила я, а на сердце стало теплее, несмотря на его тон.

– У меня память хорошая, – усмехнулся он. – Это все, мисс Флетчер?

Ощутив стыд и досаду, я вскочила с места, понимая, что он без труда понял, зачем вообще к нему подходила. Четко дал понять, что его моя персона в этом плане не интересует. Проснувшаяся гордость и осознание того, что по возвращению к столику подвергнусь таким же насмешкам, как и Роуз, заставили вместо симпатии к этому высокомерному засранцу испытать злость.

– Скажите, это у вас защитная реакция такая? – с вызовом вскинув голову, выпалила я, глядя теперь на Рендала чуть ли не с ненавистью. – Строить из себя бесчувственного гада с непомерным самомнением?

Брови мужчины взметнулись, но вместо того, чтобы рассердиться, он лишь взглянул с недоумением. О, Великие, что же я творю? – мелькнула запоздалая благоразумная мысль. Это же один из преподавателей Академии, куда я только поступила. Любимчик мистера Корна – основателя этого заведения. Да и вообще, местный идол, на которого большинство студентов чуть ли не молятся, желая попасть в его команду. Кто мне дал право предъявлять ему какие-то непонятные претензии? Может, пока не поздно, списать все на то, что перебрала с коктейлями, извиниться и по-тихому уйти? Но что-то во мне заставляло по-прежнему стоять рядом и бросать ему колкости. Уж слишком сильным оказался удар по чему-то светлому и щемящему, что только зарождалось внутри.

– Знаете, мистер Паркер, – сухо сказала я, – у меня тоже не слишком-то приятный опыт общения с противоположным полом. Но если бы я судила по одному мерзавцу обо всех, то была бы полной идиоткой. Хотите вариться в собственной желчи и видеть в каждой женщине угрозу вашему спокойствию, это только ваши проблемы. Но не стоит вымещать дурное настроение на других. Я подошла к вам только потому, что вы показались мне интересным человеком, с которым было бы приятно поговорить. И если полагаете, что ваша персона вызывает во мне какие-либо другие желания, то вы слишком высокого о себе мнения. А теперь не смею больше нарушать ваше драгоценное уединение. У меня найдется более интересная компания.

Ошеломленный взгляд опешившего Рендала пролился бальзамом на сердце. И пусть я замирала от ужаса из-за того, к каким последствиям может привести моя неосторожная тирада, внутри просыпалось мстительное удовлетворение. Пусть Рендал Паркер не думает, что на нем свет клином сошелся!

– Кэти, все в порядке? – послышался за спиной встревоженный голос Питта, и только тут я вспомнила о том, что в клубе вообще находится кто-то еще, кроме нас с Рендалом.

Перевела растерянный взгляд на парня, уже протягивающего руку к моему плечу. То, что Рендал вдруг перехватит его запястье и сожмет так, что Питт вскрикнет от боли, стало полной неожиданностью как для меня, так и для всех, кто видел эту сцену. Думаю, как и для самого Рендала, поскольку он тут же словно пожалел о том, что сделал, и резко разжал пальцы. Но я успела уловить его взгляд, еще секунду назад устремленный на Питта – тяжелый, гневный. Такой, словно парень покусился на что-то, что он считает своим. И это моментально погасило весь мой гнев и досаду. Может ли такое быть, что Рендал и правда заинтересовался мной, но из-за привычного недоверия к женщинам отталкивает? Именно из-за того, что я привлекаю его больше чем другие? Да нет, глупости. Принимаю желаемое за действительное, вот и все.

В подтверждение последней мысли Рендал поднялся с места и, бросив на меня нечитаемый взгляд, двинулся к выходу. Безумно захотелось кинуться следом, извиниться за все, что наговорила. Но остатки гордости удержали на месте. Повернулась к Питту и, тряхнув головой, проговорила:

– Все нормально. Пойдем к остальным.

– Ваш коктейль! – напомнил бармен, с любопытством наблюдавший за развернувшейся между нами с Рендалом сценой.

Я опять развернулась к стойке, взяла с нее стакан и попыталась залпом выпить, чтобы хоть немного унять волнение. Горло обожгло так, словно глотнула жидкий огонь. Закашлявшись, поставила стакан обратно под раздавшийся смех бармена и Питта.

– Как вы можете пить эту гадость? – с трудом выговорила, когда хоть немного смогла дышать.

Парень только хмыкнул и потащил за собой, по дороге с любопытством спросив:

– А что это только что между вами с Рендом произошло?

– Если так интересно, у него спроси, – огрызнулась я. Похоже, коктейль оказался сверхбыстрого действия, раз я настолько осмелела.

Питт задумчиво глянул на меня, но не стал комментировать. Таким же образом я заткнула рты и остальным приятелям, которые стали расспрашивать о том же. А потом и вовсе заявила, что завтра первый учебный день и я хочу нормально отоспаться. Дафи поднялась следом за мной, невзирая на недовольство Люка, который попытался уговорить ее остаться. Но она все еще играла с ним в оскорбленную добродетель и одарила надменным взглядом, так что парень счел за лучшее не настаивать.

– Арлас, ты с нами? – спросила я у андрана, но та, увлеченная разговором с Даном, даже не сразу поняла, что к ней вообще обращаются. Посмотрела каким-то сияющим непонимающим взглядом, и я только хмыкнула. – Ладно, хорошо тебе провести время!

Она просияла улыбкой и кивнула. Попрощавшись с ребятами, мы с Дафи двинулись к выходу.

– А мне расскажешь? – лукаво спросила мигарка, когда мы уже шли по коридору к нашей квартирке.

– О чем? – притворилась я поленом.

– Что там между тобой и сероглазым красавчиком случилось? Вы так смотрели друг на дружку. Чуть ли не искры сыпались. Роуз едва себе локти не искусала, наблюдая за вами.

– Если честно, сама не знаю, – вздохнула я, покачав головой. – Я, похоже, его оскорбила, и испортила все, что только возможно.

– А мне почему-то кажется, что далеко не факт, что испортила, – многозначительно улыбнулась Дафи. – Но то, что ты его заинтересовала гораздо больше назойливой блондиночки Роуз, так это точно.

– Ты так думаешь? – боясь поверить вспыхнувшей надежде, переспросила я.

– Несомненно. – Помолчав, мигарка добавила: – Сейчас я больше беспокоюсь о нашей Арлас. Она совсем голову потеряла из-за этого ганнера.

– Думаю, он тоже.

– Есть разница, Кэти, – с грустью возразила Дафи. – Он ведь не знает о ней всей правды.

– Я все-таки буду надеяться, что он сможет принять это, – воскликнула я.

– Дай-то бог! – покачала головой мигарка.

Вернувшись в нашу квартиру, мы наскоро приняли душ и завалились спать. Завтра и правда предстоял нелегкий день, так что отдохнуть не мешало. Но погрузиться в сон никак не удавалось. Арлас все не возвращалась, и я невольно испытывала тревогу. С удивлением поняла, что всего за два дня прикипела душой к андрану и мигарке так, словно они стали для меня сестрами. Похоже, Дафи тоже не давало покоя отсутствие Арлас. Я слышала, как она ворочается на своей кровати и вздыхает.

– Ну где ее носит-то? – не выдержала, наконец, она и вскинулась на постели. Включила светильник над своей кроватью и угрюмо уставилась на дверь. – Уже два часа ночи, – глянув на браслет, заметила она.

– Думаю, Арлас просто хорошо проводит время, – попыталась я успокоить мигарку, а заодно и себя.

– Тревожно у меня на душе что-то, – возразила Дафи, и я только вздохнула, испытывая то же самое.

Когда послышался приглушенный щелчок входной двери, мы обе замерли, уставившись в открытый проем спальни. Уже то, что шаги Арлас были какими-то тяжелыми и медленными, словно каждое движение давалось с трудом, лишь усилило нашу тревогу.

Вошедшая Арлас выглядела бледной и словно потухшей. При виде наших встревоженных лиц она постаралась улыбнуться, но получилось жалкое подобие прежней улыбки.

– Что этот гад с тобой сделал? – первой не выдержала Дафи, вскакивая с места и бросаясь к андрану. Обняла за плечи и подвела к свободной кровати, бережно усадила. #287049728 / 01-апр-2017

– Все в порядке, – Арлас постаралась говорить ровным тоном, но в конце ее голос дрогнул, выдавая, что на самом деле это далеко не так. – Девочки, я обязательно все вам расскажу, но только не сейчас, хорошо? Слишком устала.

– Арлас, мы ведь переживаем за тебя, – укоризненно возразила Дафи. – Хочешь, чтобы ночью не уснули, мучаясь догадками?

Она только покачала головой, и по ее взгляду я отчетливо поняла – андран просто не может сейчас говорить о том, что произошло. Держится из последних сил, чтобы не сорваться в истерику. И я решительно поднялась с места, приблизилась к мигарке и увлекла за собой.

– Оставь ее в покое сейчас. Ей это правда нужно.

Арлас посмотрела с благодарностью и, даже не раздеваясь, легла в постель и завернулась в одеяло. Отвернулась к стене, чтобы мы не могли видеть ее лица. Мы с Дафи беспомощно смотрели на напряженную спину подруги. Не знаю, как мигарке, но мне сильно хотелось найти ганнера и хорошенько вытрясти из него дух. Отчетливо понимала, что только он мог довести обычно уравновешенную и спокойную Арлас до такого состояния. Были у меня, конечно, догадки насчет того, что между ними случилось, но подтвердить и опровергнуть их могла только андран. А снимать амулет и пытаться подглядеть правду в ее мыслях было неловко. Казалось чем-то сродни предательству.

Вздохнув, я тоже легла в постель и постаралась все же уснуть. Мама, когда была жива, часто говорила, что наутро все тревоги кажутся не такими мрачными, и что каждый новый день дарит новую надежду. И я очень надеялась, что завтра Арлас найдет в себе силы преодолеть то, что произошло с ней, и пойти дальше.

ГЛАВА 15

С утра нас разбудил оглушительный звук сирены, заставивший буквально подорваться с места. Первое время мы втроем непонимающе переглядывались и терли глаза, силясь понять, что происходит. Первой отмерла Арлас, вскакивая с кровати и направляясь в душ.

– Первый день занятий, – напомнила она нам очевидную истину. – Ребята же рассказывали, что побудка тут в шесть, а к восьми все должны быть уже в учебном крыле.

– Точно, – безрадостно протянула мигарка, отчаянно зевая. – Нет, ну это садизм – вставать в такую рань!

– Это точно, – поддержала я, тоже поднимаясь с постели и потягиваясь.

– Кто готовит завтрак? – продолжая нежиться в кровати, спросила наглая Дафи и с намеком посмотрела на меня.

– Ладно, сегодня я приготовлю, – покачала головой, понимая, что если сразу не воспротивлюсь нещадной эксплуатации, то готовить придется постоянно. – А потом дежурство установим на готовку и уборку.

Мигарка скривилась и буркнула:

– Только предупреждаю: от моей стряпни будете животами маяться.

Арлас, уже почти скрывшаяся в душевой, рассмеялась.

– Кэти для тебя проведет мастер-класс.

А у нас с мигаркой вдруг разом поднялось настроение, даже несмотря на раннее пробуждение и предстоящий нелегкий день. То, что Арлас ведет себя, как обычно, хороший знак. Наверное, и правда утро скрадывает то, что еще вечером казалось нестерпимым. Или андран решила не показывать собственных переживаний. Нужно будет все-таки поговорить с ней о том, что произошло, когда пойму, что она к этому готова.

Пока Дафи заставляла себя подняться с кровати, я прошла на кухню и занялась приготовлением завтрака. Да, все-таки в воспитании таринок есть свои плюсы – по крайней мере, смерть от голода мне не грозит. Наскоро приготовив блинчики с клюквенным соусом и сварив кофе, я заглянула в спальню, где сидели уже приведшие себя в порядок девчонки.

– Все готово. Вы пока на стол накройте, а я тоже в душ.

Меня одарили дружескими улыбками и синхронно кивнули. Мигарка, уже подходя к кухне, втянула носом воздух и зажмурилась от удовольствия:

– М-м-м, как вкусно пахнет!

Я польщено улыбнулась и ощутила, что настроение еще больше поползло вверх. Быстро приняв душ, натянула учебную форму с серебряными нашивками в виде треугольника с эмблемой Академии внутри. Чем больше треугольников, нарисованных один внутри другого, тем выше курс. Преподаватели же носили черную форму с красной эмблемой Академии. Об этом мы уже тоже знали из рассказов старшекурсников. Представив себе, как, должно быть, выглядит в такой форме Рендал, ощутила пробежавшую по телу волнующую дрожь. Тут же мысленно отругала себя за это и заставила себя выбросить мужчину из головы хотя бы на несколько часов.

Спрятав амулет под форму, собрала волосы в строгий пучок и, придирчиво оглядев себя, решила, что выгляжу вполне прилично. Пусть даже придется ходить в брюках, а облегающая форма подчеркнула все округлости тела, вызывающе это не смотрелось.

Когда я вернулась на кухню, подруги вовсю уплетали приготовленный завтрак.

– Пальчики оближешь! – с набитым ртом проговорила мигарка, поднимая большой палец вверх. – От меня такого не ждите, – сразу предупредила она.

Арлас только хмыкнула и, отодвинув мне стул, налила кофе в приготовленную для меня чашку.

– И что у нас сегодня ожидается? – плюхаясь на табурет, спросила я, с удовольствием отхлебывая горячий напиток. – Мы ведь даже не додумались узнать расписание.

– Придем в учебный корпус, там все и узнаем, – беспечно отмахнулась Дафи. – На крайний случай, спросим у ребят-третьекурсников.

Лицо Арлас тут же омрачилось и мое настроение несколько померкло. Похоже, второе предположение оказалось более правдивым – андран только вид делала, что все в порядке. Но сейчас явно не время обсуждать столь щекотливые вопросы.

Дафи, ничего, похоже, не заметив, болтала без умолку, за что я была ей только благодарна. Сама разговорчивостью не отличалась, а Арлас сегодня было не до пустого трепа.

Взяв с собой учебные планшеты и перекинув через плечо сумки, в которые сложили все, что могло понадобиться, мы двинулись к выходу.

В коридорах сегодня было гораздо больше народу, чем вчера. Похоже, основная часть студентов въехала ранним утром и сейчас поспешно заселялась и готовилась к первому учебному дню. Мы, невольно чувствуя себя старожилами, отвечали на вопросы новичков, где тут что находится, и продвигались к коридору, ведущему в нужное крыло. Из-за иллюзии, созданной дизайнерами, не оставляло ощущение, что и правда идем по оживленному городу. Даже освещение ламп было настроено так, чтобы создавать эффект разного времени суток. Сейчас они светили чуть приглушенно, еще не в полную силу, как это бывает по утрам.

У дверей, ведущих в учебный корпус, пришлось приложить браслеты к пульту перед тем, как пройти внутрь. Датчики зажглись зеленым светом, показывая, что у нас есть нужный допуск – и мы смогли миновать это препятствие. Сразу попали в просторный холл с колоннами и большими окнами, выходящими на парк. Тут же захотелось проверить, настоящее ли там все снаружи или опять обманка. Но пока пришлось вливаться в толпу студентов, выстраивающихся вдоль стен.

Я с любопытством разглядывала оживленно переговаривающихся ребят самого различного вида. Объединяла их лишь форма – общая для всех, отличающаяся только опознавательными нашивками. Заметила, что у старшекурсников, помимо соответствующих эмблем, еще и были значки на груди согласно направлениям, на которым они учатся. Попыталась разобраться, что могут означать те или иные знаки, пока мы пробирались к неуверенно оглядывающимся новичкам – таким же, как мы. Дежурный преподаватель направлял первокурсников к отведенному для них месту вдоль правой стены.

Значок в виде серебряных крыльев наверняка означал пилотов, гаечный ключ с еще каким-то инструментом – техников, красный крест на белом фоне – медиков, колбочки и мензурки – химиков, бластер – военных и так далее. Я так заинтересовалась разглядыванием эмблем, что не заметила, как в холл начали входить и другие преподаватели помимо тех, которые были заняты встречей студентов. Только когда мигарка ткнула меня в бок и лукаво сказала:

– Твой красавчик уже здесь, – ощутила, как сердце пропустило удар.

От неожиданности даже вздрогнула и порадовалась тому, что нахожусь среди кучи народу и вряд ли кто-то заметил, что мои щеки залились румянцем. Взгляд же жадно отыскал знакомую фигуру среди направляющихся к небольшому возвышению преподавателей, одетых в одинаковую черную форму. Дышать сразу стало тяжелее, а по телу разлилось непонятное томление. Мои предположения по поводу того, что Рендалу такая форма идет, оправдались на все сто. Не могла оторвать глаз от очертаний мускулистого тела, уверенной осанки и приятного лица, сохраняющего привычную суровость. Черный цвет формы резко контрастировал со светлыми глазами, и сейчас их цвет напоминал расплавленное серебро. Такие глубокие, выразительные…

Я поймала себя на мысли, что просто не могу оторваться от них и любуюсь каждым бликом, играющим в радужке. Опять отругала себя – похоже, у меня совершенно крышу снесло от этого мужчины, что совсем не радовало. Но все разумные доводы моментально улетучились, когда наши с Рендалом взгляды встретились. И я окончательно утонула в серебристых омутах, смотрящих со странным выражением, которое не могла разгадать. Нечеловеческим усилием воли удалось опустить глаза первой, а когда снова их подняла, Рендал уже не смотрел в мою сторону, переговариваясь о чем-то с другими преподавателями. На помосте, где они стояли, устанавливали кафедру и, похоже, скоро должна начаться официальная часть.

Ощутила, как вздрогнула Арлас, стоящая по левую руку от меня. Это отвлекло от созерцания сероглазого красавчика и я, проследив за направлением взгляда подруги, заметила, как сквозь толпу студентов пробираются наши знакомые третьекурсники: Дан, Люк и Питт. Судя по помятым лицам, вчера они и не подумали нормально отоспаться. Особенно погано выглядел ганнер, словно всю ночь беспробудно пил. Хмурый, мрачный, буквально источающий враждебность. «Не подходи – убьет», – невольно возникала мысль при взгляде на него. Я искоса посмотрела на Арлас и увидела, как стиснулись ее губы и какая боль отразилась во взгляде. Но это длилось ровно несколько секунд, после чего андран с усилием отвела глаза и больше не смотрела в сторону парня. Да что там произошло между ними? Это уже не на шутку тревожило. Оба выглядят так, что смотреть больно.

– Эй, ты в порядке? – шепнула я, с беспокойством глядя на Арлас.

– Вполне, – ровным тоном отозвалась она.

– Что-то не похоже, – проворчала я еле слышно, но настаивать не стала.

Объяснение могло быть только одно – вчера андран все-таки призналась ему, кто она, и ганнер оказался к этому не готов. Жаль, конечно, их обоих. Каждого по-своему можно понять. Но я с самого начала сомневалась в том, что между ними что-то получится. Ганнеры особенно презрительно относились к тому, что не укладывается в их понимание правильных отношений. Вспомнила, как когда-то читала книгу по их истории. Да у них тех, кто был замечен в связях с мужчинами, раньше колесовали. Конечно, это варварство уже давно изжило себя, но негативное отношение к тому, что ганнеры считали извращениями, осталось.

И пусть Арлас в определенном смысле все же женщина, но наличие у нее и мужских половых органов мешало воспринимать ее так с точки зрения консервативных ганнеров. Да и не только их. Некоторые гермафродиты, чтобы перестать восприниматься уродцами с точки зрения других рас, даже шли на крайние меры, прибегая к помощи пластических хирургов и оставляя признаки только одного пола. Но от таких отворачивались свои же и они становились среди своей расы изгоями. А из того, что я успела узнать от Арлас, она вовсе не считала себя и других андранов ущербными. Скорее, наоборот, гордилась тем, кто она. И если кто-то считал ее какой-то не такой, то это его проблемы. Но Дан слишком сильно зацепил ее, чтобы в этот раз сохранить прежнюю непримиримую позицию. Нужно будет и впрямь вывести подругу на откровенность – порой поделиться тем, что гложет, помогает лучше разобраться в себе и ситуации.

Суматоха у входа оторвала от размышлений, и вместе со всеми я устремила взгляд в сторону вновь прибывших, ожидая увидеть еще кого-то из преподавателей. Глаза мои потрясенно расширились – появления этого человека точно не ждала. Майкл Корн собственной персоной в сопровождении директора Академии и двух телохранителей. Как выглядит директор, я знала из информации, почерпнутой в сети, когда изучала нужные сведения. Тоже уже немолодой человек, как и президент корпорации «Корн». Полностью седой, хмурый, худой, как щепка, с пронзительным взглядом карих глаз.

На его фоне Майкл Корн смотрелся особенно выигрышно, лучась дружелюбием и одаряя собравшихся приветливой улыбкой. Если не знать точно, кто он такой, трудно было поверить, что это одна из самых могущественных персон во всей Федерации. Он все еще оставался весьма привлекательным мужчиной с лишь слегка посеребренными сединой висками, подтянутой спортивной фигурой и уверенностью, сквозящей в каждом жесте и движении. Энергичный, активный, невольно заражающий этим всех присутствующих. Трудно было не поддаться его обаянию. Уже то, что он не посчитал зазорным выкроить время для того, чтобы поприсутствовать сегодня здесь, располагало к нему. А еще давало понять, что Межзвездная Академия для него – любимое детище и он не намерен оставлять ее дела без внимания.

С появлением Майкла Корна воцарилась тишина. Другие студенты, как и я, смотрели на эту легендарную личность с вполне понятной почтительностью и даже настороженностью. Несомненно, каждый осознавал, что теперь наша судьба целиком и полностью зависит от воли этого человека. По сути, подписывая контракт, мы сознательно шли на то, чтобы стать собственностью корпорации. А значит, собственностью Майкла Корна. В его воле как поднять нас на недосягаемые высоты и позволить сделать головокружительную карьеру в Федерации, так и полностью уничтожить, запихнув куда-то на выселки и назначив на самую бесперспективную работу. Об этом вряд ли стоит забывать и покупаться на открытость и дружелюбие мистера Корна, держащего в своем стальном кулаке громадную межпланетную империю. Судя по тому, как нервничали преподаватели, они об этом тоже не забывали ни на секунду.

Майкл Корн подошел к кафедре и обвел взглядом студентов, поднимая руку в приветственном жесте. Стих даже небольшой шепоток, и тишина воцарилась просто гробовая. Звучный приятный голос мужчины, который явно привык выступать перед публикой, немного смягчил всеобщее напряжение, обволакивая и успокаивая.

– Рад приветствовать вас всех в Межзвездной Академии! И поздравляю вас всех с тем, что стали частью нашей дружной семьи! – он одарил студентов теплой улыбкой, и даже я на какое-то время купилась, и правда увидев в нем всего лишь добренького дядюшку. – Как вы знаете, я являюсь основателем этого учебного заведения и с интересом слежу за тем, что здесь происходит. Для меня важны успехи каждого из вас и, не сомневайтесь, что самые достойные в итоге будут вознаграждены за усердие. Вы можете рассчитывать на помощь как с моей стороны, так и со стороны всех, кто тоже является частью нашего общего дела. Всегда помните об этом. Я открыт для вас всех!

Ага, конечно! – мелькнула едкая мыслишка. Сильно сомневаюсь, что служба охраны Майкла Корна на самом деле пропускает к нему всех мелких сотрудников корпорации с их незначительными нуждами. На кого только рассчитан весь этот спектакль? Хотя, думаю, многие покупаются – вон с каким восторгом смотрят на Майкла Корна, невольно покупаясь на его обаяние и открытость.

– Не буду скрывать, что учиться здесь нелегко, – продолжал толкать свою речь основатель Академии. – Учеба потребует от вас больших усилий и целеустремленности. Но от результатов будет зависеть итоговое распределение, так что, поверьте, дело того стоит. И за время работы в корпорации по контракту вы сможете обзавестись полезными знакомствами и перспективами. Так что впоследствии перед вами будут открыты все дороги.

Вот в этом он, пожалуй, не лукавит. Бывших учеников Академии можно встретить на ключевых должностях по всей Федерации. И не удивлюсь, если даже закончив работать на корпорацию, связи с ней они не теряют. Это ж насколько раскинул свою паутину этот паук, маскирующийся под безобидного мотылька? Трудно даже представить. Сама не знаю, почему сразу прониклась к этому человеку настороженностью. Может, из-за того, что видела Нордана лар Са-Ирда выходящим из лифта его компании? И не стоит исключать подозрений, что они лично знакомы и сотрудничают. В любом случае доверять мистеру Корну казалось верхом глупости. Этот человек руководствуется в первую очередь своими интересами, пусть даже славится филантропией и добротой. Все это вполне может быть маской.

Майкл Корн немного рассказал о том, как была основана Академия, а потом сделал комплимент преподавательскому составу, сообщив, что здесь собраны лучшие специалисты в разных отраслях. После этого еще раз пожелал нам всем удачи и дал слово директору Академии – Винсенту Дорину. Сам же, провожаемый аплодисментами студентов и преподавателей, встал среди последних. То, что он выбрал место рядом с Рендалом и покровительственно приобнял его за плечи, что-то шепнув на ухо, почему-то напрягло. Не знаю, по какой причине, но Майкл Корн воспринимался ядовитой змеей, только и ждущей возможности укусить. Но судя по виду Рендала, у него подобных эмоций ГЛАВА корпорации не вызывал. Он приветливо улыбнулся и кивнул ему. Хотя, если вспомнить, что Майкл Корн был дружен с его родителями, вряд ли стоит удивляться их обмену любезностями. Да и вообще, может, я уж слишком подозрительной становлюсь.

С трудом заставила себя оторвать взгляд от Рендала и прислушаться к тому, о чем вещает директор Академии. Он тоже поприветствовал студентов, правда, гораздо суше, чем Майкл Корн, и почти сразу перешел к делу. Перечислил список направлений, которые готовит Академия, и представил студентам преподавательский состав. Помимо Рендала и его друга Хир-Но-Гара, особый интерес у меня вызвала преподавательница по ксенологии, о которой слышала еще на трансфере. Нужно ли говорить, что этот интерес в основном был вызван тем, что она добивалась расположения моего сероглазого красавчика?

Я хмуро разглядывала яркую женщину с характерным для метаморфов необычным цветом волос и глаз. У представителей ее расы можно было встретить самые различные ядовитые оттенки, являющиеся для них вполне природными. Марда Лари была счастливой обладательницей ярко-алых волос, подстриженных в асимметричное каре, и насыщенно-салатовых глаз. Все это на фоне черной строгой формы Академии смотрелось весьма эффектно. Если бы не жесткое, неприятное выражение маленького треугольного личика, я бы могла ее назвать очень даже привлекательной. Смотрела она на студентов с видом скучающего превосходства.

Хотя для ее расы это, пожалуй, было в порядке вещей. Метаморфы, как и огасы, считали себя лучше других из-за собственных возможностей. Пусть даже во время пребывания на планетах Федерации их заставляли носить на браслетах-идентификаторах специальные датчики, которые загорались красным, как только метаморф принимал другую личину. Это не позволяло им вводить в заблуждение представителей иных рас.

Вспомнила, как читала о том, что раньше метаморфы захватывали другие разумные миры с помощью своих способностей. Принимали облик высшего руководства или ключевых чиновников и совершали переворот изнутри. Да и их преступникам эта способность помогала добиваться значительных успехов. После того, как Федерация совместными усилиями входящих в нее рас сумела одержать победу над метаморфами, едва не уничтожив всех представителей этого народа, те значительно поумерили амбиции. Так что вот уже пятьсот лет из кожи вон лезли, чтобы доказать свою полезность Федерации и верность ее законам. Только судя по виду этой красноволосой стервочки, смиренность метаморфов лишь вынужденная. И кто знает, чем все обернется, когда они обретут прежнюю мощь.

В заключение торжественной части кураторы направлений, на которых новичкам предстояло учиться, поочередно выступали вперед, чтобы вручить студентам соответствующие значки. То, что куратором моего направления окажется Рендал Паркер, ввело меня в состояние, близкое к ступору. В горле пересохло, стоило представить, что сейчас на глазах у всех придется выйти на возвышение и принять от него знак своего статуса студента, заставляло безумно нервничать. Не хватало еще опозориться перед собравшимися, если не сдержусь и проявлю чувства к этому мужчине каким-нибудь образом.

Проклятье. Нужно срочно успокоиться, а то и правда не мудрено оконфузиться! Руки так дрожали, что пришлось судорожно переплести пальцы, чтобы хоть немного унять эту дрожь. И все же, когда огласили мое имя, я перевела дух и решительно выступила из толпы первокурсников. Правда, шла к ожидающему меня Рендалу, словно на эшафот, боясь даже глаза поднять. А щеки покрывались предательскими пунцовыми пятнами от того, что чувствовала на себе его пристальный взгляд.

Взойдя на помост, застыла, уставившись куда-то в район груди преподавателя. И опять ощутила, что меня начинает колотить дрожь. Его близость вызывала противоречивые эмоции. Безумно хотелось поднять глаза и посмотреть в лицо мужчины, но я понимала, что тогда окончательно утрачу самообладание.

– Ну же, смелее, – услышала его негромкий голос, в котором послышались неожиданно теплые нотки. – Неужели я такой страшный?

Только тут осознала, что мне протягивают значок, а я даже этого не замечаю. Попыталась взять протянутую вещицу, но руки так задрожали, что наверняка выронила бы ее. То, что Рендал мягко отведет мою руку и сам прикрепит значок к форме, заставило прерывисто выдохнуть и все-таки поднять глаза. И опять этот непонятный, проникающий в самую душу взгляд, который я не могла разгадать, вызвал внутри волну жара. В том месте, какого коснулись его руки, будто обожгло разрядами тока, вызывающими, однако, далеко не неприятные ощущения. Скорее, наоборот, по коже растеклась целая вереница щемящих мурашек. Осознание того, как же сильно я попала, далеко не радовало. До встречи с этим мужчиной даже не подозревала, что способна чувствовать такое.

– Поздравляю с зачислением! – уже громче сказал Рендал, протягивая мне руку для рукопожатия.

Пришлось превозмогать очередной приступ паники и пожать ее. Показалось, что мужчина задержал мою ладонь в своей чуть дольше, чем положено, но в моем состоянии это могло просто показаться. Я была настолько выбита из колеи, что все воспринимала, как во сне. Но это ощущение горячей крепкой мужской руки, в которой так уютно было моей, вряд ли когда-нибудь смогу забыть. В тот момент я окончательно поняла, что по уши влюбилась. И то, что это произошло за каких-то два дня, удручало еще сильнее. Что ж дальше-то будет?!

Когда с официальной частью было покончено, старшекурсникам велели отправляться на занятия по расписанию, а нам еще предстоял ознакомительный урок с куратором выбранного направления. Похоже, моя пытка продолжается! – удрученно подумала, с неохотой отделяясь от подруг и двигаясь в толпе других первокурсников с эмблемой крыльев на форме, за ведущим нас за собой Рендалом Паркером.

ГЛАВА 16

Нас завели в большую аудиторию с одиночными учебными столами, рассчитанную человек на пятьдесят. Так что все спокойно смогли здесь разместиться. Изучив остальных студентов, поняла, что пилотов по численности гораздо меньше, чем первокурсников других специальностей. Всего тридцать пять человек. Видимо, попасть на это направление гораздо труднее, чем на другие. Заняв место подальше от всех, я постаралась стать как можно незаметнее для так смущающего меня преподавателя. Но постепенно нервозность прошла – Рендал вообще в мою сторону не смотрел, поэтому я могла расслабиться и даже беззастенчиво его разглядывать.

– Еще раз хочу представиться, – когда мы все устроились за столами, начал говорить преподаватель. – Меня зовут Рендал Паркер. В случае каких-либо трудностей и спорных вопросов, требующих вмешательства руководства Академии, вам следует обращаться именно ко мне. Теперь я ваш куратор, и всеми административными вопросами, связанными с вверенным мне направлением, занимаюсь непосредственно. А теперь расскажу вам немного об организации учебного процесса здесь. Возможно, кое-что вы уже знаете, если изучали информацию в сети об Академии. Но все же повторю еще раз. Благодаря введению новых технологий отпала необходимость в более длительном пребывании студентов в стенах Академии. Так что учебные курсы здесь разделены по полугодиям. Четыре с половиной месяца вы изучаете необходимые предметы непосредственно на станции «Хронос», потом идет месяц практики на кораблях корпорации «Корн» и две недели отпуска. То, куда вы попадете на практику, будет зависеть от результатов во время учебы. Распределением буду заниматься лично я.

– А как можно попасть на практику именно к вам? – заискивающе улыбаясь, произнес один из студентов – крупноватый угару, не сводящий с преподавателя преданного взгляда. – Слышал, что вы лучший пилот корпорации!

Рендал скривился так, словно раскусил лимон, и холодно откликнулся:

– Для вас – никак. – И в ответ на непонимание, отразившееся на лице студента, добавил: – Не люблю подхалимов.

Послышались короткие смешки студентов, но стоило Рендалу слегка свести брови к переносице, как шум прекратился. Но на угару посматривали с явной насмешкой.

– Сразу предупреждаю: заслужить хорошее отношение с моей стороны можно только одним способом, – произнес преподаватель безразличным тоном. – Вашими успехами в учебе. Ну, а теперь продолжим. Во время учебы в Академии пилот может получить права разных категорий. Большинство из вас ограничится тремя.

– Почему? – не выдержал еще один студент – с виду похожий ни рыжего лисенка, с живыми и яркими карими глазами.

– Потому что для того, чтобы получить четвертую категорию, нужно обладать особыми свойствами, – откликнулся Рендал, ничуть не рассердившись, что его опять прервали. Похоже, он был только за, если студенты задавали вопросы – разумеется, касающиеся учебы. – Расскажу подробнее о каждой категории, чтобы вам было понятнее. Категория «альфа» включает в себя умение управлять аэролетами и другими летательными аппаратами, действующими в атмосфере планеты. Думаю, у многих из вас уже есть права этой категории – их вполне можно получить в соответствующих школах Федерации. Но вам будет не лишним освежить свои знания. Категория «бета» – включает управление космическими кораблями, работающими на сверхсветовых двигателях. Разумеется, как и в каждой категории, существуют и подкатегории в зависимости от вида транспортных средств. Вы будете осваивать управление не только пассажирскими и грузовыми кораблями, но и военными. Получив права категории «бета» у нас, сможете управлять не только шлюпками, яхтами, трансферами и прочими грузовыми и пассажирскими средствами этого направления, но и штурмовиками.

Лисенок с энтузиазмом поднял вверх большой палец – последнее ему явно пришлось по душе сильнее всего. Мужики – что с них взять! Я слегка улыбнулась. Сама с трудом представляла, как бы смогла управлять боевым кораблем. На пилота я решила учиться исключительно из-за того, что мои способности ментала могли пригодиться при управлении живыми кораблями. Но реально представить, что вела бы космический бой, не могла. Да и надеялась, что раз в Федерации царит мир, это делать и не придется. Конечно, существовала вероятность встретиться в космическом пространстве с пиратами или иномирными цивилизациями, не входящими в наше сообщество. Но вероятность этого не так уж велика, особенно если работать на оживленных космических трассах. Так что буду надеяться, что знания о боевых кораблях понадобятся только в теории. Рендал, между тем, продолжал:

– Категория «гамма» включает управление кораблями с использованием гипердвигателей. Грузовые, пассажирские, военные. Вы освоите все, поскольку корпорация «Корн» нуждается в различного рода специалистах, а Академия славится тем, что дает всестороннее образование по выбранному студентом направлению. Ну и последняя категория «эпсилон» появилась не так давно, но является самой перспективной. Те, кто ее освоят, могут рассчитывать на определенные преимущества при распределении после окончания Академии. Это управление живыми кораблями. Для того чтобы освоить это, нужно обладать ментальным даром не ниже второго уровня. Насколько я знаю, среди вас всего пятеро студентов, обладающих этими особенностями. Вы составите индивидуальную мини-группу, с которой будут проводиться дополнительные занятия. Прошу поднять руки тех, кого я сейчас назову.

Рендал активизировал голографический планшет и начал зачитывать имена. Я же с любопытством разглядывала тех, кто, как и я, обладал ментальным даром. К моему удивлению, среди них оказались тот самый толстяк-угару и Лисенок. Первого звали Вандан Дига, второго – Алекс Соннер. Когда назвали мое имя, рыжий дружелюбно подмигнул, и я невольно улыбнулась в ответ. Но улыбка тут же исчезла, когда мои глаза встретились с холодным взглядом Рендала. Понять, чем вызвала его недовольство, понять было трудно, и я сочла за лучшее вообще потупиться и слиться с мебелью. Кроме нас троих, в мини-группу вошел нанас по имени Деваль дагль Таррель и девушка-новоземлянка Лиана Стайлс. Последняя внешне напоминала ледяную королеву – с длинными светлыми волосами, прозрачно-голубыми глазами и молочно-белой кожей – и смотрела на всех с видом полнейшего превосходства. Похоже, кое-кто слишком серьезно относится к наличию у себя ментального дыра, – подумала я, едва не хмыкнув, когда девушка нехотя, будто делая одолжение, подняла руку во время переклички.

– Ваше расписание будет немного отличаться от расписания других, – отметив что-то у себя в планшете, сказал Рендал и продолжил посвящать нас в то, что ждет дальше. – Помимо занятий по выбранной специальности вы будете изучать и некоторые другие предметы, которые могут понадобиться. Иногда занятия будут общими для разных направлений. Но не считайте, что успехи по другим дисциплинам менее значимы. Вам преподают то, что может пригодиться во время дальнейшей работы. И так как именно вы, скорее всего, займете ключевые посты на кораблях, вам следует быть сведущими и в других отраслях, чтобы лучше контролировать действия подчиненных. Хотя бы на уровне общих знаний, но вы должны быть компетентны в этих вопросах. Навыки самообороны и выживания, к примеру, могут пригодиться в случае вооруженного столкновения или захвата корабля, или во время миссий на дикие планеты, которые Федерация начинает осваивать. Вы не должны рассчитывать только на службу безопасности вашего корабля, но и сами должны уметь за себя постоять. Также, несомненно, вам пригодятся общие знания по техническим приспособлениям, оказанию первой помощи, ксенологии, знание политических аспектов и обычаев различных рас, входящих в Федерацию.

Я только ошалело хлопала глазами, представив себе размах знаний, которые придется усвоить. Он что серьезно считает, что все это можно впихнуть в нас за какие-то два года, да еще и использовать практически? Поймав мой недоверчивый взгляд, Рендал неожиданно скупо улыбнулся.

– Наверное, многих из вас интересует, как же мы намерены дать вам все эти знания за такой короткий срок.

Многие, как и я, согласно закивали.

– Благодаря тем датчикам, которые вам внедрили перед тем, как дать сюда допуск, ваш мозг можно стимулировать, расширяя его возможности. К сожалению, чтобы избежать негативных последствий во время применения этой технологии, нужно быть крайне осторожными. Чем выше уровень интеллекта, тем легче проходит процесс повышенной обучаемости. Именно поэтому сюда допускаются только те, чей уровень интеллекта превышает показатель 120. Но и в этом случае мозг выдерживает подобные нагрузки лишь определенное количество времени, поэтому за один раз впихнуть в вас все необходимое не получится. Информация будет поступать к вам блоками и перемежаться обычными занятиями, где вы будете закреплять полученные знания. Пока вам это трудно представить, но со временем поймете, как все происходит. Да, и еще, вам следует знать, – словно вспомнив о чем-то, Рендал поднял руку, привлекая к себе внимание, – для тех, чей уровень интеллекта превышает 160, возможно получение дополнительной специальности. Для них это вполне реально. И стоит ли говорить, что такой многопрофильный студент имеет гораздо больше шансов сделать карьеру в корпорации.

Даже не знаю, радоваться или нет, что я в этот показатель не вхожу. Я пожала плечами, решив, что, может, и к лучшему. И так не уверена, что смогу осилить то, что предстоит.

– Расписание занятий вы сможете получить на электронной доске в том самом холле, где проходила официальная часть, – сообщил напоследок Рендал. – А теперь вы свободны. Если, конечно, ко мне нет никаких вопросов.

Лисенок тут же вскинул руку, и я опять невольно улыбнулась. Вот ведь неугомонное существо!

– Слушаю вас, студент, – кивнул ему Рендал.

– А правда, что здесь на каждом курсе проходят гонки на космобайках? – карие глаза предвкушающе блестели.

Преподаватель поморщился и сухо сказал:

– Подобные гонки официально запрещены с тех пор, как закончились для некоторых буйных голов летальным исходом.

– А неофициально? – не унимался лисенок.

– Мистер Соннер, советую вам сосредоточиться на учебе, а не на попытках пощекотать себе нервы, – отрезал Рендал и убрал планшет в карман за поясом. – На этом все.

Он кивнул в сторону выхода и застыл каменной статуей, прислонившись к преподавательскому столу спиной и ожидая, пока мы покинем аудиторию. Студенты поднимались с мест, возбужденно переговариваясь и обсуждая услышанное. Некоторых, похоже, заинтересовали слова Алекса про гонки, и они накинулись на него с расспросами, продвигаясь к выходу.

Я тоже поднялась, украдкой поглядывая на Рендала. Он перехватил мой взгляд так резко, что я едва не споткнулась. А потом замерла, как затравленный заяц, и уже не могла отвести глаз от сурового лица преподавателя. Почему-то казалось, что он на меня сердится, но вот за что – понять не могла. Тут же мысленно обругала себя за тупость. Еще бы ему на меня не сердиться после того, что наговорила вчера в клубе! Не стоило забывать, что он преподаватель, и настолько забываться. Тем более что моя собственная судьба во многом зависит от него. Сегодня я поняла это особенно отчетливо. Нужно извиниться перед ним за вчерашнюю дерзость, а потом раз и навсегда забыть о своих неуместных чувствах. Мы с ним точно не пара.

Все то время, пока остальные студенты покидали аудиторию, мы с Рендалом не отрывали глаз друг от друга. Не знаю, почему это делал он, но я была словно загипнотизирована. Даже не могла сейчас думать о том, как это выглядит со стороны. Только когда закрылась дверь за последним студентом, вздрогнула и отвела взгляд.

– Вы что-то хотели, мисс Флетчер? – послышался нарочито спокойный голос преподавателя.

На негнущихся ногах я подошла ближе и замерла в шаге от него, пытаясь заставить непослушный язык высказать лихорадочно вертящиеся в голове мысли.

– Д-да… – наконец, с трудом выговорила, боясь опять посмотреть ему в лицо и не найдя ничего лучше, чем рассматривать его ботинки. – Хотела извиниться за вчерашнее. Сказать, что такого больше не повторится.

– Вот как? – вкрадчиво проговорил Рендал. – А можно узнать причину, по которой вы снизошли до извинений?

– Это было неуместно с моей стороны, – кусая губы, произнесла я. – Я студентка-первокурсница, вы мой преподаватель и куратор.

– То есть вы считаете, что я настолько мелочен, что могу начать вам мстить за то, что вы вчера мне сказали? – уточнил он спокойно.

Не зная, как на это реагировать, я все же подняла глаза к его лицу и ошеломленно распахнула их. Рендал улыбался, со странным выражением глядя на меня.

– Можете быть спокойны, мисс Флетчер. Я не смешиваю личную жизнь и рабочие отношения.

– Значит, мы просто забудем об этом? – неуверенно спросила я, переминаясь с ноги на ногу.

– Ну почему же? Я не собираюсь забывать о том, что вы сказали. Не всякий раз тебе решаются бросить в лицо правду. Следует ценить подобную искренность.

Ну вот и как это понимать? Я озадаченно перевела плечами.

– К тому же есть прекрасный способ загладить вашу вину, раз уж вы считаете, что это и правда необходимо.

– Вот как? – все еще не понимая, куда он клонит, недоуменно спросила я.

– Не хотите сегодня вечером поужинать со мной? Наше знакомство не заладилось, но это вполне можно исправить.

Сказать, что я была поражена – ничего не сказать. Даже не могла сказать, что испытываю по поводу его слов – радость или растерянность. А потом вдруг будто обухом по голове ударило от возможного объяснения. Рендал Паркер решил найти себе новую игрушку на сегодняшнюю ночь, не более того. Заодно и захотелось проучить дерзкую девчонку, которая вчера наговорила ему гадостей. То, что он сейчас стоит и улыбается мне с видом собственного превосходства, вполне подтверждало эту догадку. Считает, что ему ни одна женщина не сможет отказать! Вот же самодовольный гад! Чувствуя, как внутри расползается злость и разочарование, я гордо расправила плечи и бросила:

– А если я откажу, это как-то повлияет на наши профессиональные отношения?

Рендал чуть вскинул брови, но вместо того, чтобы рассердиться, хмыкнул.

– Я уже сказал, что не смешиваю одно и другое.

– Значит, вынуждена вам отказать, – сверля его мрачным взглядом, выдавила я. – Думаю, принесенных извинений было достаточно.

– Тогда не смею вас больше задерживать, – иронично произнес Рендал. – Но если передумаете, предложение остается в силе.

– Не передумаю! – буркнула я, направляясь к двери. – К тому же, как уже говорила вчера, вы меня в этом плане не интересуете, – самой стало неловко от такой вопиющей лжи, но гордость моя сейчас прямо-таки зааплодировала.

Уже у самой двери бросила быстрый взгляд через плечо и ощутила, как перехватило дыхание. Рендал смотрел на меня с каким-то хищным, азартным выражением. Похоже, мое сопротивление его лишь раззадорило. А решимость держаться от этого мужчины подальше трещала по швам уже сейчас. Проклятье!

Я выскочила за дверь так, словно за мной орда плотоядных пауков гналась. А потом прислонилась спиной к стене, ощущая, как слабеют ноги. Вот как можно держаться подальше от мужчины, при одном взгляде на которого тело просто бунт устраивает? И особенно если он еще сам задастся целью покорить меня? Таких, как Рендал, трудности только подстегивают. Я же была далеко не уверена, что смогу и дальше строить из себя неприступную стервочку. Да стоило вспомнить, как радостно встрепенулось все внутри, когда он предложил мне встретиться вечером, становилось понятно, насколько же встряла.

И сейчас, когда анализировала то, что же было главной причиной нахлынувшей злости, заставившей отказаться от его предложения, ответ оказался на поверхности. Меня не устраивала роль очередной одноразовой постельной грелки для этого мужчины. Хочу быть для него чем-то большим или никем. Пусть даже в последнем случае сама же буду страдать. Но страданий будет гораздо больше, если он переспит со мной и выбросит, как ненужную вещь. Вот последнего точно не вынесу! И пусть осознание этого поможет мне стать сильнее и запереть свои чувства так, чтобы Рендал, чувство к которому расползается в сердце, словно сладкий яд, даже не подозревал об этом.

Заметив идущую по коридору по направлению к аудитории, у которой я стояла, Марду Лари, отлипла от стены. Не xвaтало eщe, чтобы эта стeрвочкa о чем-то догaдалась. Брoсив на меня подозрительный взгляд, метаморф нажала на кнопку на панели и вошла в открывшийся проем. Я успела уловить, как лицо Рендала слегка перекосилось при виде явно преследующей его женщины, и ее воркующий голос:

– Уделишь мне пару минут, Ренд?

Потом дверь закрылась, и я осталась стоять, чувствуя, как сердце сжимается от какого-то неприятного грызущего ощущения, направленного в адрес метаморфа. До смерти хотелось узнать, зачем она заявилась сюда и как на это отреагирует Рендал, но я осознавала, что мое любопытство вряд ли будет удовлетворено. Утешало только то, что видеть ее преподаватель был точно не рад.

Вздохнув, двинулась прочь от аудитории, понимая, что времени на то, чтобы предаваться мыслям о Рендале, нет. Нужно узнать расписание и вливаться в учебный процесс вместе с другими студентами. Впереди предстоит такая насыщенная новыми впечатлениями жизнь, что остается только догадываться, как смогу выдержать этот бешеный темп. Но все же то, что в моем существовании появилось то, что заставляло сердце трепетать и парить на крыльях, вовсе не касалось досадной помехой. Напротив, мне казалось, что только сейчас я поняла, что такое жить по-настоящему. И что до этого словно спала, лишь иногда осмеливаясь плыть против течения, но толком не осознавая, зачем пытаюсь это делать.

Теперь же знала точно, чего хочу в этой жизни. И точно понимала, кого желаю видеть рядом. А вот получится ли у меня на самом деле завоевать сердце мужчины, который всячески избегает серьезных отношений, покажет время. Как и то, окажусь ли достойной того, чтобы стать частью Межзвездной Академии. Где-то на задворках сознания мелькала мысль и о мужчине, что вряд ли пожелает оставлять меня в покое, но сейчас образ огаса будто потускнел. Казался чем-то вроде кошмарного сна, от которого я наконец-то проснулась. Хотя и понимала, что однажды кошмар вполне может вернуться и превратить мою новую реальность в настоящий ад Но пока я спешила вперед, навстречу приключениям и открытиям, которые щедро дарил мне каждый новый день…

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

Content

Снежная Марина Александровна Межзвездная Академия

Межзвездная Академия-1

Оглавление

АННОТАЦИЯ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16