Светлана Чарная

Дамы клубничного возраста

АКУЛЕНОК

1

– Может, все-таки, бросишь свой дурацкий круг! Ты привязана к нему как младенец к матери. Да окунись в открытое море без него!

– Элла, ты забыла, что я не умею плавать!

– А ты так и не научишься, если будешь окольцована, вернее, округована! Ты зайди в море и покачайся на волнах. Не бойся, волна будет тебя ласкать, и ты будешь плыть на поверхности.

– На поверхности знаешь, что плывет? Не хочу я так плавать.

– Просто ты подобна льву, который существует в зоопарке или цирке. Он давно уже утратил большую часть своих задатков и ждет, когда дрессировщик кинет ему кусок мяса.

– Задатки никогда не уничтожатся. Если он рожден царем зверей, то он и в клетке будет царем зверей.

– Нет, в клетке он будет клоуном зверей и зрителей. Хищники должны жить на воле, а не в неволе. Их родина – саванна или сафари, но ни в коем разе не клетка.

– Ну, я же не хищник!

– Ты не хищник, а человек, который может победить любую привычку и покорить любую вершину. Тебя никто не принуждает заняться серфингом или купаться в штормовом море. Ну, Лида, неужели ты до пенсии будешь кувыркаться с этим несчастным кругом! А вот пустишься в открытое плавание, может, познакомишься, с каким-нибудь акуленком.

2

– Элка, у тебя садистские наклонности. То льва ставишь в пример, то какого-то акуленка. Чтоб он меня слопал?

– Да у него живот заболит. Ну, чего ты так понимаешь все абсолютно буквально? Акуленок мужского пола. Господи, да в кого ты такая трусоватая?

– В маму с папой. И, немножко, в соседа. И никакая я не трусиха, а женщина с присущим инстинктом самосохранения.

После этих слов Лидия откинула круг и твердо пошла в море, словно молитву повторяя: «Я не трусиха. Не трусиха я».

И, возможно, слова сделали свое доброе дело. Ведь на волнах и вправду хорошо. Они тебя ласкают и качают, словно мамины руки. Возможно, волны чем-то и напоминают материнские руки. Ведь волна – она женского рода. Только вот иногда выходят из-под контроля и обладают разрушительной силой. Не надо об этом думать сегодня, когда море – само спокойствие и любезность.

И вдруг одна огромная волна накрыла Лиду с головой. Потом еще одна.

– Господи, да что это такое! – воскликнула женщина. Элла, помоги!

Лида оглянулась в сторону берега. Элла что-то ей кричала и делала руками какие-то жесты, но Лида ничего не слышала.

– Вот и все. Сейчас точно утону и пойду на корм какому-нибудь акуленку.

Женщина начала громко кричать.

– А кто же это кричит в море? В море надо плавать!

Перед Лидой словно вырос мужчина со шрамом над правой бровью.

– Я не умею плавать. Я тону!

– Вы не тоните, а паникуете! Обхватывайте меня за шею. Плавать она не умеет. Все умеют плавать – кто топориком на дно, а кто нет. А не умеешь плавать, барахтайся и учись!

– Да я всегда плавала с кругом, а моя умная подружка надоумила…

3

– Ба, да тут мелководье! Ну, знаешь, слезай-ка с моей шеи и топай своими ногами. Наверное, первый раз в жизни в море зашла. Ой!

Мужчина вдруг побледнел. Он начал резко оседать вниз и наполовину скрылся в новой волне.

– Что случилось? Мы же сейчас оба потонем.

– У меня ногу свело судорогой. Я присяду, а ты мне помассируй. Сейчас пройдет.

– Ну вот, пан спасатель. Мы квиты.

– Да, выловила я акуленка. Нечего сказать. И Лида уже хотела приступать к массажу.

– Как ты сказала? Откуда знаешь мою фамилию.

– Да не знаю я ни вашей фамилии, ни вас! И не знала бы дальше. Это моя подруга Элка, которая греет спинку на берегу мало того, что спровоцировала поход в открытое море, так еще и пообещала, что я выловлю там какого-нибудь акуленка. Но к вам это не имеет никакого отношения. Вы же не акуленок, а человек.

– Вот именно, что имею самое прямое отношение. Моя фамилия Акуленок. Зовут Борис Александрович. Спасибо, судорога отпустила. Плавать ты не умеешь, то есть, сильно паникуешь. А море не любит паникеров. И непонятно, кто кого выловил. Я ведь ринулся тебе на помощь.

– Но я тебе тоже ее оказывала! Судорогой свело ногу у тебя, а не у меня. Эх ты, пловец!

– Да, я пловец. Но в Афгане получил два проникающих ранения в ногу. Пуль уже нет, но следы от них остаются. Ну как, не страшно хоть стоять в морской воде?

Лида не заметила, что она стоит в море. Оно ей даже не по колено, насколько тут мелко. И вдруг ей захотелось еще раз туда, в волны. И не одной, а с ним.

– Я не трусиха. Не трусиха я, – громко сказала Лида.

4

– Ты не трусиха. Ты – паникерша. Может, снова рискнешь со мной? Дальше и глубже!

– Да. Только непривычно, что волн не было, и вдруг появляются.

– Море без волн – это не море, а озеро или пруд. Оно непредсказуемо, как и мы. Поплыли?

– Поплыли, мой акуленок!

БАБА МОРОЗ

Если уж заняться видом деятельности, то таким, каким еще не занимался никто. Чтобы быть вне конкуренции. Вы видели женщину в качестве Деда Мороза? Я тоже. А значит, вперед!

Я долго объясняла, что хочу быть не Снегурочкой, да какая из меня внучка зимнего владыки, если я – жгучая брюнетка?! Я хочу быть именно Дедом Морозом, хотя шутили, что я, скорее всего, Баба Мороз: ну не может женщина быть дедом. Баба так баба. Решили мне дать всего один адрес для проверки.

И вот я во всей экипировке звоню в квартиру. Там папа с ребенком. Так, по-новогоднему. Нарядная елка, накрытый стол, очень уютно. Или здесь была женщина, или просто праздничному папе она вообще не нужна, он все умеет делать сам.

– Знаю, что вы очень ждете Деда Мороза, начала я. Главное, уверенность. Хоть ласковый женский голос выдавал, что перед ними не Дед.

– Ой, а где Дед Мороз, – пискнула девочка. У меня для него тоже есть подарок и письмо.

– Я – Дед Мороз!

– Вы Дед Мороз? Интересно… С каких это пор женщины стали Санта Клаусами? Да вы совсем уже обнаглели, бабы! Везде сунетесь, куда вас не просят, вытесняете мужиков, к снова несмело командуете нами, как хотите. Самозванка вы, а не Дед Мороз. Вы посягаете на наше, святое. Никогда Деду Морозу не стать женщиной, – закончил свою тираду мужчина.

– А, может, вы Снегурочка? – снова несмело спросила девочка.

– Нет, солнышко, Снегурочка – это внучка Деда Мороза. И она одна никогда не приходит.

Я чувствовала, что становится не просто жарко, а очень жарко, словно меня обожгли огнем. Возьми, дружок, подарок. И помни, что я – Баба Мороз, жена Деда Мороза.

Я вышла из квартиры прямо и гордо, несмотря на то, что ничего не видела из-за пелены слез. И только на лестничной клетке дала волю слезам. Эх, почему же не высказала все этому папашке…

На что я посягнула? Да у наших мужиков ничего святого нет! Где вообще мужики? Да у пивнушек стоят да у телека валяются с бутылками пива. Вот и приходится нам, женщинам быть Бабами Морозами, а не нежными снегурочками. Я уже забыла, что нахожусь на улице и на чьей-то машине рисую узоры да ору во всю мочь. Баба Мороз ему не понравилась. Праздничный папашка! А кто же ему такой стол накрыл и шикарно украсил? Я краешком глаза узрела. А, может, это не его дочка, а племяша. Разве таким нужны дети? Да им никто, кроме себя любимого не нужен. Я сбросила «дедовы» рукавицы и начала набирать снег пригоршнями. Он таял в руках. А, как бы мне хотелось вот так растаять от любви и тепла. Невозможно. Вот тебе и Баба Мороз.

– Да вы не баба, а красивая женщина, – раздалось за спиной. И это моя дочка. Вот только наша мама бросила нас и уехала. Простите, ради Бога! Только не надо становиться мужененавистницей. Хватит того, что я сам чуть не стал…

Мой недавний обидчик стоял передо мной на коленях в снегу. Он схватил мои руки и начал с жадностью их согревать. Пойдемте к нам, Лизка ревет. Она увидела вас в окно и крикнула?

– Папа, я боюсь, что она сейчас растает.

Я выбежал и услышал…, увидел…

– Ой, вы все слышали? – я чувствовала неловкость за каждое слово.

– Да, вы ведь так «разукрасили» мою машину сердечками, цветами. Еще раз, простите…

А на следующий год у нас появилось свое новогоднее семейное агентство, вот только название ему пока не придумала. Зато радость мы дарим людям в тройном размере!

В ДЕНЬ ВЕСЕННЕГО РАВНОДЕНСТВИЯ

Не знаю, почему так все ждут эту весну. И что же в ней хорошего? Да она мне напоминает истеричную бабу климактерического возраста. То солнце, то через час дождь, то снег. А если взять еще и авитаминоз, упадок сил. Да что в ней хорошего? Ах да, день становится больше. Вот и все. А остальное – полная безнадега!

Подруга говорит, что весна – это возрождение, это начало новой жизни: ведь всходит новая трава, листья зеленеют. Уж говорю, что от этой туфты уже оскома. Да какие новые листочки и новая трава. Все точно такое же, как в прошлом году. А еще, в мае не рекомендуется замуж выходить, потому, что всю жизнь маяться будешь. Подруга в это снова не верит.

– Светик, не ешь лимоны без сахара. А то ты сама становишься похожей на кислый-прекислый лимон. И меньше пессимизма. Судьба может встретить где угодно: в подъезде, в транспорте, главное, чтобы ты пошла ей навстречу, а не бежала от нее во всю прыть. И если первый раз судьба сделает подарок, а ты его не оценишь, то второй раз…

– Она его не сделает. А лимоны я обожаю. И лимонный сок полезнее и вкуснее без сахара.

– Нет, сделает, но тебе придется сильно попотеть, прежде, чем его получить.

– Да, можно подумать, что судьба щедро кидает подарки направо и налево. Прям, на дорогах валяются. Только мы по этим дорогам не ходим. Знаешь, Ирка, Бог никогда не дает две тарелки. Если он дал тебе хорошую высокооплачиваемую работу с перспективой карьерного роста, он никогда тебе не даст толкового мужика. Жирненько слишком. Да и мужик будет ревновать к работе. Мужик же любит, когда его облизывают с головы до ног.

– Бог дает ровно столько тарелок, сколько ты способна удержать и не разбить. Скоро День весеннего равноденствия. Особенно следи за своими мыслями в этот день и особенно тщательно формируй желание.

– Обязательно! В этот день я усну Золушкой, а проснусь Принцессой.

– Только Золушка не спала, а живенько ускакала на бал.

А дальше моя жизнь продолжалась так, как прежде. И настроение было соответствующе весне. То хорошее, а через минуту выть хочется. На работе аврал за авралом. Это и хорошо, что времени на дополнительную хандру просто не оставалось абсолютно. Когда она все же накатывала, звонила Ирке, та пробовала то ли помогать, то ли ерничать. А, может, одно и второе одновременно. Только постоянно намекала на предстоящий день весеннего равноденствия.

А в этот день мне предстояло приехать на работу немного раньше. Во-первых, должно прибыть сразу же два новых человека: новый зам. одного отдела. Кроме того, именно в этот день у нас назначено совещание.

Моя машина не доехав до ближайшего перекрестка, чихнула пару раз и встала. Пока я вызывала эвакуатор, пока отвозила свою аудюху, прошло много времени. Вот тебе и день весеннего равноденствия. Хорошо начался!

Наконец-то села в битком набитый автобус, который тянулся со скоростью черепахи на сносях. Я думала об одном: сегодня, в день весеннего равноденствия случится крах моей карьеры или же депремирование. И мне уже неважно было: какой зам придет и придет ли кто-нибудь вообще.

Резкий тормоз, и моя рука схватила что-то гладкое и мокрое, вцепившись в него намертво.

– Девушка, вы решили меня обезглавить своими прелестными пальчиками?!

Я повернула голову на голос и увидела, что вцепилась в лысую голову мужика.

– А могли бы девушке уступить, чтобы ее прелестные пальчики не вцепливались в лысый череп.

– Во-первых, не хамите. И не обзывайте мою голову черепом, даже, если он лысый.

– Простите, я опаздываю на работу.

– А я должен был уже приступить к своим обязанностям.

– У меня некстати сломалась машина.

– У меня тоже.

Я не поверила, когда наконец-то была объявлена моя остановка. Первым желанием было бежать. Но я на высоких каблуках.

– Не бегите! Работа – не поезд и не самолет. Тем паче, мы с вами опоздали.

Я оглянулась и увидела своего лысого спутника.

– Простите, я должен был выйти первым и подать вам руку, но выскочили первее.

– А вы за мной следили?! И сейчас тоже следите?

– Зачем. Я иду знакомиться со своими обязанностями.

– Вы? К нам должен сегодня прибыть новый зам.

– Вот он и прибыл. Не волнуйтесь, я уже предупредил шефа, что мы опаздываем.

– Мы?

– Да, именно мы. Я, как рассказал, что вы сегодня вцепились в мою лысую голову, он со смеха, наверное, со стула чуть не грохнулся. Кстати, по описанию, он сразу вас узнал. И еще сказал, что хорошо, что моя голова лысая. А то такая может все волосы оттяпать.

Пять минут смеялась я.

– Да, Котовский отдыхает.

– Котовский завидует. Он бы тоже, наверное, хотел оказаться в такой ситуации.

Мы с Мишей решили заявление в ЗАГС подать в мае. Все вокруг цветет и радует. И мы тоже будем радоваться, а не маяться. Я уже не считаю весну капризной истеричкой. Просто, надо познать то, что она многогранна, как женщина. А настоящая женщина должна уметь перевоплощаться из одного состояния в другое как можно быстрее, не забывая о своем внутреннем обновлении!

ОТКРОЙТЕ ВОРОТА ЗОЛУШКИ!

«В сорок лет жизнь только начинается»… Ну-ну. Сейчас проверим. Мне кажется, что этой фразой успокаивают эксцентричных старых дев и разочарованных матрон. Дескать, молодость-глупость, игра гормонов, незнание жизни, граничащее с максимализмом. А вот в сорок лет мы твердо знаем, чего хотим от жизни. Вернее, кого хотим. Ведь речь идет все о том же – о противоположном поле: как завоевать, удержать, привязать.

Наши бабушки и дедушки, мамы и папы скажут, что сегодня с этим проблем нет. Литературы навалом! Интернет тоже составляет огромное подспорье. Однако, количество одиноких женщин растет в геометрической прогрессии. А я в свои сорок с маленьким хвостиком испробовала все методы – объявления, сватовство, семинары. И однажды моя заклятая подруга Надька предложила:

– Есть единственно верный путь удачно выйти замуж – составить свой личный гороскоп!

– И как этот личный гороскоп притянет мужа? Или мне сидеть и высматривать, какая звездочка быстрей упадет с неба? А если ночи беззвездные?

– Будешь ловить звезды – останешься ни с чем. Ты сама звезда. Короче, завтра идем к астрологу! Тем более, что мы с тобой обе женщины свободные. Обе Львицы, обе Собаки. Ты точное время своего появления на свет помнишь?

– Ты еще спроси, сколько раз я била свою мамочку по животу пяткой, находясь там, внутри ее мягкого живота.

– Для гороскопа это совсем неважно!

Не знаю, что на меня подействовало – Надькино убеждение, ее тон, не терпящий возражений или же жгучее желание найти и привязать, но назавтра мы сидели в небольшом уютном зале и простенькая, словно две копейки тетенька-астролог обещала нам помочь.

– У каждой женщины есть свои ворота Золушки. И открываются они довольно часто, но на малый промежуток времени. И за этот промежуток важно найти мужчину своей жизни. И если найдешь, то брак будет самым счастливым и долгим.

Так хотелось добавить: «И при этом стараться не потерять хрустальную туфельку. А то принц мигом ее приберет и сдаст в комиссионку».

Остаток лекции я проспала на Надькином плече. Потом астролог спросила наши с Надькой имена, даты рождения с максимальной точностью и почему-то пропела:

– Найдет свое счастье Анфиса с мужчиной, рожденным в год Кисы.

О Надьке она не сказала ничего.

Через неделю мы по почте получили свои личные гороскопы. Не знаю, как Надьку, а меня мой совсем не вдохновил. Мне надо было искать свое счастье с мужчинами-Котами, рожденными в год Змеи. И совершенно противопоказано общаться с мужчинами, рожденными в год Собаки. Ну это понятно, муж – Собака. Это звучит страшно.

Первый Кися не заставил себя долго ждать. Моя коллега решила подсуетить сына своей приятельницы – одинокого Кота, рожденного в нужный мне год. Услышав в трубке далеко не лестное мурлыканье, а нечто среднее, между писком и скулением одинокого щенка, я очень захотела подкормить его жирной сметанкой или сливками. Но тут Котик спросил:

– А какой размер костюма вы носите?

– Ой, вы мне хотите подарить костюм? И я представила своего избранника не дохлым Котенком, а благородным Тигром.

– Просто, понимаете, я очень худенький.

– Я уже это поняла по Вашему. Мяо-какао!

Второй Кот при встрече производил впечатление благородного Перса с легкой не ухоженностью. Шерсть на нем местами свалялась, что придавало ему какую-то загадочность. Ничего, шерсть можно причесать, выстричь, и она линяет в конце концов! Узнав, что я работаю медсестрой, Котик очень обрадовался:

– Это хорошо иметь жену– медсестру по совместительству. Будет ухаживать, когда заболею.

– А вам кто нужен – жена или медсестра? Если вам нужна медсестра, обратитесь в Красный Крест!

У Надьки дела обстояли не лучшим образом. Ей астролог рекомендовала встречаться с Петухами, рожденными в год Обезьяны. Убойное сочетание! Если мужчина красивее обезьяны, значит, он Петух.

Почти год я встречалась со своими Котами и ничего хорошего из этого не выходило. Наверное, мои ворота Золушки еще не открылись. Или коты попадались с полной кастрацией всех органов и чувств.

Однажды я ехала с дежурства жутко усталая, и, заснув в автобусе, прибыла в депо. Я успела приснить какого-то котика, вытиравшего мне слезы свои пушистым хвостом. И до меня долетел возглас:

– Девушка, мы приехали! Если хотите – покемарьте в автобусе, я отмечу путевой лист. А еще лучше, пойдемте, выпьем кофейку. Автобус – не лучшее средство для сна. Особенно для таких красавиц.

– Вы родились в год Кота? Я задала этот идиотский вопрос и сама пришла в замешательство.

– Нет, в год Крысы. А разве это столь важно? Я – Крыса, но жутко ненавижу крысятничать. А по гороскопу Лев.

Говорят, что два Льва – это слишком убойно для жизни. В следующем году родится наш первенец – Собачка.

А Надька встретила своего Петуха. Говорит, если что – в суп отправит. И я подумала, что астрологам тоже где-то свойственно ошибаться! И свою Крышку я нашла в тот момент, когда ворота Золушки были закрыты!

ВЫЙТИ ЗАМУЖ ЗА ДОМОВОГО

И зачем я только поехала в этот город мастеров? Ну, поброжу, куплю себе очередной сувенир. У меня уже этих сувениров столько, что впору самой открывать магазин или лавку. Мама говорит, что я так компенсирую свое одиночество. Может быть. А я действительно не вижу вокруг себя достойных мужчин… Скоро будем летать на Луну за ними, когда на ней будет жизнь. Только рискую не дожить до этого. Или будем выходить замуж за домовых и леших. Прикольно, муж – леший! Или домовой.

И тут я в самом деле подошла к мастерице, стол которой был усеян всевозможными фигурками этих премиленьких существ из керамики всевозможных оттенков и размеров. Улыбаются мне всеми своими искусственными мордами, словно издеваются.

– Возьмите, пожалуйста, это ваша судьба! – мастерица подала мне одно из своих творений. Семью будет хранить да порядок и уют в доме. А вы уж не пожалейте для него блюдце, наполненное молочком и кусочек свежего пирожка. Да только чтобы все свежее было. Если подложите кислое и черствое, то не обессудьте, напакостит.

– Уж пакостить мужики хорошо умеют.

Очередной сувенир займет почетное место на полке.

– А вы бы приобрели ему пару. Домовые тоже хотят быть вместе.

– А, может, еще и детей им приобрести – тоже парочку?! И всех их закармливать молоком с пирогами? Да вся моя зарплата уйдет на это дело. Люди тоже хотят быть в паре. Наверное, у нынешнего мужика «женилка» атрофировалась. И все-таки, им лучше, чем нам. Мужики – охотники. Пол, что ли поменять?!

Спасть легла после полуночи, устроив своего домового на краешке дивана. А он ничего, жаль, что не живой. А, может, к лучшему, что не живой?

– Как это я не живой? Ты живая, а я не живой? Домовой откинул одеяло и смотрел на меня своими смоляными глазами.

– А когда ты ожил?

– Да не твое дело… Пол хочешь поменять. Да мозги тебе давно пора менять! Муж пришел с работы голодной, а в доме ни крошки пирога. Ну-ка марш к духовке! Да чтоб мой любимый пирог с корицей и изюмом через десять минут был готов. Молока на ночь пить не буду – вредно.

– А с каких пор ты стал мне мужем?

– С этих пор. И скажи спасибо, что тебя – неряху и распустеху хоть я взял. Где твоя радость? Женщина тогда умирает, когда из ее глаз уходят свет и блеск. Ты не смотри, что я седой и бородатый. Работа у меня тяжелая – храню семейный покой. А нынче у всех претензий и проблем море, и сохранить уют и покой – дело нелегкое! Бабы с мужиками местами меняются. Дожились. Бриться не успеваю, кстати, почему у тебя нет моего любимого мягкого «помозка» и крема с названием «Домовой»?

– А что, такой есть?

– Ох, и женушка мне досталась. Бегом марш к плите! Надо выбрать время и заняться твоим воспитанием.

– Я вскочила с кровати и побежала к плите, как вдруг услышала звонок в дверь.

Я успела перевернуться на другой бок, когда услышала какие-то голоса и визг дверного звонка. Сон словно рукой сняло.

– Ну, ты и соня! К тебе пришел мастер по проверке электроплит, – сказала соседка и побежала вызывать лифт.

– Во-первых, я в отпуске, а во-вторых, никаких мастеров не вызывала.

Но мастер, не разуваясь, ринулся на кухню.

– А меня и вызывать не надо. Я пришел с профилактической целью. Раз в полгода проверяю электроплиты всего района. Наконец-то вы проснулись.

– На какой конец?

– На конец утра. Уже полдень. Так, конфорочки заливаете. Это плохо, плита скорее выйдет из строя. А что у вас за кран такой на кухне?

– Кран как кран… Вы, кажется, плиту проверяете. Вот и работайте. А мой кран вас не касается.

– Да у вас не кран, а деталь от самогонного аппарата. За незаконное самогоноварение срок дают.

Окончательно проснувшись, я схватила самую большую глиняную кружку, купленную на одном из фестивалей и, наполнила холодной водой. А потом выплеснула воду в лицо мастеру.

– Самогончику захотели? Попробуйте. Ну как?! Еще?

С лица мастера, с его усов и бакенбард лилась вода.

– Да вы же не женщина, а мегера какая-то. Да вы за нормального мужчину замуж не выйдете. Спит до обеда, плиту гробит. Да ты только за домового замуж выйдешь! А за воду ответишь. Есть такая статья – «бытовое хулиганство».

Я вернулась к неубранной кровати. На подушке лежал мой керамический домовой и смеялся. Я взяла и швырнула его на самый край секции. День просидела у телека.

А вечером раздался звонок в дверь. Не буду открывать. Плиту проверили, а со всем остальным у меня порядок. Звонок в дверь прекратился, зато раздался телефонный звонок.

– Лида, ты совсем с ума сошла? Пожара хочешь?! Соседка почти орала в трубку.

– Какой пожар? У меня с плитой все в порядке. Это мое дело – заливать конфорки или нет. Моя плита. И это мое дело, какие краны ставить на кухне: похожие на самогонный аппарат или на какой-то другой.

– Ты что пьяная? Докатилась до самогонки?! Да, одиночество до добра не доведет. Плита твоя, но тамбур общий. И здесь, кроме твоей, еще и моя квартира. И пожара от твоих свеч мне не нужно. Жги свечи у себя в квартире, а не за ее пределами. И кончай глушить самогон!

Я уже не слышала последних слов. Выбежав в тамбур, увидела зажженные свечи-«таблетки», которые в виде сердца стояли на полу. Только замерла, как вновь услышала телефонный звонок:

– Про бытовое хулиганство помним? Извините, что разбудил в то утро, плавно переходящее в день. Я частично это компенсировал. А еще я знаю удивительное местечко, где пекут удивительный пирог с изюмом и корицей и подают замечательный глинтвейн. Не сходить ли нам туда? А еще хочу сказать, что кухонный кран у вас оригинален. Не отвечайте прямо сейчас и однозначно. Я перезвоню.

Я задула свечи и взяла их себе. А потом вернулась в квартиру и почему-то глянула на секцию. Мне показалось, что керамический домовой мне подмигнул.

ГАДАНИЕ, БОТИНОК И КЛЕОПАТРА

– Не хотела бы себе в мужья ни военного, ни мента. Казенные люди есть казенные люди. Не принадлежат ни себе, ни тебе.

Лиза прихлебывала уже вторую чашку чая. Что ни говори, а на дежурстве чай особенно акусен, и его никогда не бывает много.

– Можно подумать гражданские уж сильно принадлежат себе или тебе. Да, мужики, словно коты – гуляют сами по себе. Ни один из них верностью не отличается. Даже импотенты изменяют, только мысленно.

Людмила Петровна также потянулась к чайнику.

– Верны только собаки своему хозяину, а люди отличаются неверностью. Ох, и вкуснющие у вас, Людмила Петровна, пирожные. Аж во рту тают.

– Ешь, ешь, слаще гадать будет. Лизка, это же грех большой. Да и молодая ты. Зачем тебе гадать?

– Грех, грех. А жить без любви не грех? Я же к этому серьезно не отношусь. Просто так, ради прикола.

– А с судьбою и своим будущим не прикалываются, Лизонька. Иначе и с тобою жизнь прикольнется. Надолго запомнишь.

– Вы бы лучше мне компанию составили.

Сестрички медленно допили чай, и Людмила Петровна начала готовиться ко сну. Ночи в больнице зыбкие: кажется, должна быть спокойная ночь, а вдруг, или плохо кому-то или поступит тяжелый больной. Все, прощай покой. Он, действительно на такой работе «только снится». Хотя здесь, кажется, ничего не снится.

Лиза тем временем сняла со стены тесной сестринской большое зеркало, потом взяла точно такое же, принесенное из дому, поставила одно на стол, а другое на диван, потом достала свечку. Настал самый волнительный момент, когда нужно выключать свет и зажигать свечу.

– Ну что, будем звать суженого-ряженого?! Нет, никого я звать не буду. Просто буду смотреть.

Ночь была тихая-тихая, наверное, деревья, месяц и снег «болели» за Лизу в этот миг! А в зеркале ничего не отражалось. Странно как-то. Наверное, не судьба. Не придет ряженый, не придет.

Вдруг по комнатке прошелся какой-то сквозняк. Зашевелились плотные шторы, язычок пламени свечи начал также колыхаться с ветром. А зеркало затянула какая-то рябь, словно на воде. И вдруг Лиза отчетливо видит мужской башмак, на котором прочно сидит ее черная кошка Клепа, или Клеопатра.

– Мама! Мама! Лиза смахивает свечу, и тут начинает гореть клеенка. Откуда башмак? Клепа, брысь!

– А ну, затихни, наконец, или сделаем укол, гадальщица наша!

Лиза открыла глаза и увидела дежурного доктора и свою коллегу, которая поливала водой горящую клеенку.

– От, чуть пожар не нагадала! Немедленно спать и больше никаких гаданий, иначе, быть тебе в психушке где-нибудь.

– Я башмак видела. Рыжий такой, огромный. И на нем свою Клепу.

– Ну, придет к тебе в дом мужик в рыжих башмаках, а твоя Клепа сделает на одном из них лужу.

– Мужика-то я не видела.

– Да ты с перепугу не могла его видеть! Наверное, слишком красивые ботинки были на нем.

Лиза моментально уснула, и ей приснился сон, словно она гуляет под дождем, даже быдл слышно, как бьют по ее лицу дождевые капли.

– Лиза, вставай, больного привезли. Надо ставить капельницу.

Лизе показалось, что она все делает с закрытыми глазами…

Домой девушка шла в подавленном состоянии: чуда не произошло, суженый не пришел. Вот тебе и рождественская ночь!

Лиза поспала весь день, а вечером, когда родители ушли в театр, и она решила скоротать вечер у «телика», раздался звонок в дверь.

На пороге стоял высокий мужчина.

– Девушка, извините, я сбежал с больницы. Ключи оставил на работе вместе с мобильным. Можно туда позвонить? Вахтер зайдет ко мне в кабинет. Я здесь второй день, как снимаю квартиру. И, простите, знаю, что вы – наша палатная медсестра.

Клепа подошла и села между ними.

– Вы сбежали? А, знаете, что нас за это ругают? Отпроситься слабо было? И вы пришли звонить ко мне, думаете, отмажу? Нет, сначала, я позвоню в отделение.

И тут Лиза совершенно случайно глянула вниз и едва не рухнула: она увидела рыжие ботинки, такие, как в зеркале.

– Нет, я пришел не за отмазкой. Вы чудесно ставите капельницы, совсем не больно. Я навел справки и узнал, что мы с вами живем в одном доме. Вы – единственная здесь, которую я в какой-то степени знаю.

– А я в какой-то степени знаю ваши рыжие ботинки! Зачем они сегодня отразились в зеркале?

– Слушайте, да вас саму лечить надо. При чем здесь мои австрийские ботинки? Видите, ваша кошечка их сразу же полюбила, села на правый ботинок и довольна. Так, вы дадите мне позвонить?

– Нет, сначала, позвоню я!

– Вы подставите свою коллегу и все. Ой, что это?

– Лиза поглядела вниз. На правом ботинке красовалась лужица, а довольная Клеопатра гордо шествовала вглубь комнаты.

Телефонная трубка выпала из Лизиных рук.

– Простите, Клепа не любит когда кричат.

– А, по-моему, она просто не хочет меня отпускать.

– Тогда я напою вас чаем, приведу в порядок пострадавший ботинок, а после будем решать остальные проблемы.

– Согласен, но все же, сначала, я хочу позвонить. Кстати, я работаю охранником. А когда-то служил в милиции.

– А потом мне привиделись в зеркале ваши рыжие ботинки.

И Лиза рассказала о своем гадании.

Миша долго смеялся.

– Любовь нельзя ни запланировать, ни узнать. Она однажды придет к нам загадкой. А вот отгадать или не отгадать ее сможем только мы сами.

ДИРЕКТОР ПАНИКИ

– Срочно, в самый ближайший выходной, чтобы приехала ко мне на дачу! Лесной воздух прочистит твои мозги. Вернее, невозможно прочистить то, чего нет. Может, лесным ветром задует немножко ума в голову.

– Какой ветер? Какая дача? Когда я возвращаюсь с работы домой, то меня ждут четыре стены. Утром ухожу, а меня провожают тоже четыре стены. Я бы их разбила, пусть даже, своей головой. Тебе, Верка, этого не понять. Да я как в гробу!

– Эля, из гроба нет выхода, а у тебя их куча.

– Кучу делает собака на утренней прогулке. Годы-то не идут, а бегут, сломя голову, если, конечно, голова у них есть.

– Голова есть у тебя для того, чтобы ею думать. Думать, а не тревожиться понапрасну по всякой ерунде. Ты же просто директор паники! Нет, президент мнительности и тревожности. И именно ты, а не годы летишь сломя голову. Только куда? Срочно приезжай. У нас со дня на день ягоды пойдут.

– Да они мне уже надоели. Я каждый год собираю эти ягоды, от которых оскома. Потом закрою глаза, а в них отражаются черничные кусты.

– Значит, будешь собирать грибы.

– Еще круче. Да я же сыроежку от поганки не отличу.

– Научишься и отличишь. Понимаешь, можно есть абсолютно все грибы, только некоторые из них первый и последний раз в жизни. Но тебе это не грозит. Если будешь вести такой же тревожно-мнительный образ жизни, помрешь в самом соку от своей паники. Все, жду.

В воскресенье, я не успела опомниться, а ноги сами несли меня на электричку. Уложив на колени испеченный вчера пирог, я подумала о том, что хорошо иметь настоящую подругу. Пусть Верка немного грубоватая, резкая, ее ведь жизнь побила больше. А она такая оптимистка! Пусть она не мозги мне прочищает, а подарит немного своего задора. А грибы мне совсем не хочется собирать… Хотя Верина фазенда находится в живописнейшем месте, в Ждановичах.

Я вливаю в себя уже вторую кружку травяного чая. Вера все щебечет. Все пытается доказать, что любовь и счастье не сваливается с неба и не приносится наливным яблочком на блюдечке с голубой каемочкой. Тоже мне, счастливица. Хотя, считает себя таковой. Да ее дачную фазенду вместе с сотками хоть на ВДНХ выставляй.

– Так, Элька. Мне надо еще в огороде покопаться. А тебе выдаю экипировку грибника, нож, корзину и вперед! Будем учиться отличать сыроежку от поганки.

– Вер, а давай я тебе лучше в огороде помогу.

– Тоже мне огородница… Нет, я к своему родименькому огородику даже мужа и детей не подпускаю. К земле надо сердцем прикипеть, а не наскоками наезжать..

И вот я в резиновых сапогах, больших на два размера, в нелепой куртке, платке в стиле «Здравствуй, ужас, я – кошмар», с огромной корзиной шагаю по лесной тропинке. Для полного счастья не хватает только заблудиться. Или попасть в лапы маньяку. Буду срезать все грибы, какие попадутся. Пусть потом Веруня парится, делает ревизию, коль ей работы мало. Но все же хорошо в лесу. Тихо, столько чудных ароматов. Может, расшатанные одиночеством и тревогой нервишки, успокоятся?

Очнулась я тогда, когда увидела, что сбилась с дороги. Когда успела? Для полного счастья только не хватало заблудиться. И мобильный оставила. Все! Это конец. Документов с собой нет. Вот здесь меня и закапают. А когда найдут и кто? Да по мне и плакать-то некому. От Верка, послушала тебя на свою голову. А если маньяк?

Я взяла корзину и тупо побрела. Вдруг рядом послышался подозрительный шелест и хруст веток. И я увидела рядом с собой мужчину. Он удивленно посмотрел мне в корзину, а потом перевел такой же взгляд на меня.

– Женщина, да у вас же…

– Не трогайте меня! Я швырнула корзину и кинулась наугад. Все, пришел мой конец.

Он что-то говорил, но я орала не в себя и бежала вперед. Вижу пост ГАИ. Мое спасение.

– Помогите! – я заскочила внутрь. Помогите, в лесу маньяк.

– Женщина, гаишники маньяков не ловят.

В это время я увидела того, кого считала маньяком.

– Женька, это ты, что ли маньяк? А с каких это пор?

– Работаю им по совместительству на полставки. Я хотел сказать этой дуре, что у нее все грибы ядовитые. Вот твоя корзина. И, честно говоря, я бы с успехом посочувствовал тому маньяку, который бы попался у нее на пути. Он бы первый умер от разрыва сердца. А ты мировой рекордсмен по панике. Нельзя в каждом попавшемся мужчине видеть маньяка, иначе умрешь старой девой.

– Лучше в каждом маньяке видеть мужчину, – засмеялся толстый гаишник.

А потом смеялась я. Вдоволь насмеявшись, выпила большую кружку чая и позвонила Вере с мобильного Жени. И вскоре мы вновь отправились в лес. Во-первых, Женя работает в том же ГАИ, то есть, Ждановичском ГАИ, но в тот день он был выходной и отправился в лес за грибами. Во-вторых, он – потомственный грибник и с четырех лет отличает поганку от сыроежки. И я поняла, какое это увлекательное и интересное занятие – изучение и сбор лесного «вегетарианского мяса», то есть грибов.

Женя сказал, что он лишает меня почетной должности – директора паники в связи с ее упразднением. А я его назвала «мой любимый маньяк», а по совместительству – гаишник.

Права все-таки, Верка. Как хорошо, что она у меня есть.

ЗА ШТУРВАЛОМ

Два белых скучающих лежака, находившихся почти у самого морского берега, давно уже облюбовали Лена с Ларой..

Гудок уплывающего, набитого туристами корабля, звал двух подружек к своим скучающим лежакам. На Ленином кораблике лежал самолетик.

– «Корабль ожидает своего капитана», – на нем было написано корявым детским почерком.

– Лара, что это значит?

– Быть тебе, Ленка, капитаном.

– А почему это я должна стать капитаном?

– А почему нет?

– Потому, что я женщина.

– Не веский аргумент. Женщины сейчас не только за штурвалом. А фактически везде.

– Вот это и плохо. Бабы стали мужиками. Даже в профессии.

– Можно иметь мужскую профессию и не быть мужиком.

– Женщине всегда хочется заботы и внимания.

– Много требуешь.

– Я хочу всего лишь заботы и внимания. Чтобы иногда мужчина носил на руках и доставлял кофе в постель…

– В постель не надо. Лучше в чашку. Представляешь, Ленусик, ты сладко спишь, а на тебя льется горячий и крепкий кофе? Хочешь? А еще. Ты хочешь, чтобы тебя носили на руках. Так хоть похудей на десяток килограммчиков. Не все мужики – Гераклы. Среди них есть и «геракалы». Поднять на руки центнер с «гаком» им не по силам. Вот забота и внимание никогда не бывают лишними. Хорошо бы, чтобы он о тебе заботился. Но при этом не забывать меняться ролями, то есть заботиться друг о друге взаимно.

– Ларочка, так где же их взять?

Их нигде не возьмешь. Нужно лепить из того, что есть. И помнить, что настоящий мужчина существует только с прекрасной дамой.

– А я, по-твоему, не прекрасна?

– Местами… Далеко не всеми местами. И еще. Научись не привязываться. Пришвартованный к берегу корабль не поплывет.

– Может мне лучше покататься?

– А почему бы нет? И все же послушайся моего совета – представь себя за штурвалом. Мужики не любят аморфно-пассивных женщин.

Через полтора часа Лена, порвав на мелкие клочья бумажный самолетик, бежала за толпой туристов к кокетливому белому кораблю.

– Внимание! Кто хочет сфотографироваться со штурвалом, пройдите к капитану.

– А почему и нет? Пойду к капитану. Может, Ларка и права, надо брать в свои руки все и сразу…

Лена буквально кинула свой фотоаппарат в руки капитану и с бешеной скоростью начала вертеть штурвал:

– Вправо… Смелее, еще раз вправо. А может быть, надо до упора. А где этот упор. А может, надо влево?! Нет, это можно ходить налево, а штурвал надо крутить только вправо. А сколько раз?! Классно все-таки, быть капитаном. Да и вообще, руль надо держать только в своих руках. Неважно, от чего – от автомобиля или корабля. В своих и только в своих.

– Дай сюда штурвал. Что ты делаешь? Это что тебе, бублик, что ты им играешь, как хочешь? Дай сюда штурвал, ненормальная! Ты же перевернешь машину! Я тебе предложил его подержать и сфотографироваться, а не крутить направо и налево.

– Что вы кричите? Я что уже перевернула ваш пароходик? Холера его не возьмет, так же, как и вас. Или вы испугались, что штурвал в моих руках? Конечно, штурвальчик твой легкий. А ты когда-нибудь женщину на руках держал?

– Ты имеешь в виду себя? Я бы с превеликим удовольствием сейчас поднял бы тебя на руки и выкинул в море. Но, во-первых, полный штиль, а во-вторых, во-вторых, говорить не буду. Ты чего так на меня взъелась с упреками? Да тебя не то, что на руки, за руку взять невозможно. Да мне приятнее штангу поднять, чем некоторых особ женского пола. Ты же из тех, кто идет моментально топориком ко дну, а не тянется ввысь. Кажется, приплыли.

– Ой, а где мы плавали?

Лена запомнила из всей этой истории только перепалку с капитаном.

– Мы плавали по морю и окаймили ряд замечательных островков. Я плавал не раз по этим местам и знаю их наизусть. Ты же все пропустила. Вот так порой в мимолетной ссоре люди теряют хороший кусок своей жизни. Когда человека постоянно носят на руках, у него атрофируются ноги, и он не чувствует земли. Даже корабли заходят на пристань. Я же сразу тебя заметил, когда привез туристов назад. А вот ты меня не заметила. Я решился на отчаянный детский поступок. Сделал из бумаги самолетик.

– И написал, что корабль ожидает своего капитана. Экая бессмыслица. Во-первых, почему самолетик, а не кораблик?

– Кораблики делать не умею. Сапожник без сапог.

– А почему корабль ожидает капитана, когда у него уже он имеется? Двух капитанов за одним штурвалом быть не может.

– Не может. Но у любого капитана должен быть незаменимый помощник.

– Незаменимых людей нет вообще.

– Есть незаменимые в чем-то. Ну я же не напишу все в одном-единственном самолетике, тем более, в бумажном.

– А писать уже не в чем – я твой самолетик разорвала на самые мелкие кусочки, мельче не бывает.

– Вот и допусти тебя к штурвалу… Потом будет кораблекрушение. Нет, дорогая, капитаном тебе быть рановато.

Я улыбалась и про себя думала, что плох боцман, который не желает стать капитаном.

ЛИФТЩИК УПАЛ»

Я двенадцать лет работала медсестрой в нескольких больницах. И у нас работала одна неграмотная, но очень душевная санитарочка Нина. Ее выражения «расхлыстаная» или «здоровкается» мы понимали. Стоматолога она называла зубником, окулиста глазником, лора – ушником. А еще у нас работа лифтером пожилой и не очень здоровый Иван Васильевич (который в отличие от героя тезки знаменитого фильма не попадал в эпоху Ивана Грозного и профессию не менял). И одназды ему стало плохо на работе, и он упал в лифте.

И вот к молодому врачу в ординаторскую вихрем летит Нина с криком:

– Каравул, лифтщик упал!

А врач, растерянно:

– И я причем?

– Ну я же не справлюся…

– Ну так размер надо правильно подбирать. А если на Ваши буфера нет нужного размера, шейте на заказ.

– Так поможи, сыночек. Надобно его поднять.

– Я должен тебе его подымать?

– Ну дык ты же дохтер. А кого ине просится? Сестрицы слабые, одни не справятся…

Врач, наверное, хотел что-то съязвить, но пришла раздатчица и раставила все точки над «и»:

– Дмитрий Сергеевич, лифтеру нашему – Ивану Васильевичу плохо.

– Дык вот, говорю же, что лифтщик упал, – опять взялавь за свое Нина.

Как бы не было тяжело в данной ситуации, но раздатчица расхохоталась, а доктор покраснел, как рак.

– А я и не понял. Думал, у нее, ну этот самый упал. И показал область груди. Выражаться-то надо! И еще один случай см. прикрепленный файл – как познакомились мои бабушка с дедушкой!

Ивана Васильевича госпитализировали, а по отделению долго ходил рассказ про лифтщика.

ПЛАТЬЕ А-ЛЯ ВАМП

Я была обычной полу тургеневской женщиной. Почему полу тургеневской? Да потому что полностью тургеневская женщина не работает, носит шляпки с вуалью, зонтики и кружевные перчатки. Мне же приходится носить тяжелые авоськи да плюхать в другой конец города на опостылую службу ради получения парочки рубликов презренного металла. Хотя, презренный металл – это золото. А я получаю жалкие деревянные, про которые говорят: кот наплакал. Ну и жадный был котяра, даже слез пожалел, наплакал всего ничего.

Так вот, мои кружевные гипюровые перчаточки порвались вчера на рынке, когда я несла здоровенную авоську с овощами. Несла для себя любимой, а перчатки не выдержали. Слишком они были нежны и хрупки. Ну точно, сделаны для тургеневских барышень. И зонтик тут не в тему: если несешь две сумки, то его можно повесить только в зубы.

Но мечтаю я как тургеневская женщина. И скромна также как она. Потому и одна.

И вот как-то звонит мне закадычная подруга Галка и предлагает сходить на женский тренинг.

– Во-первых, ты разовьешь свои лидерские качества, которые в тебе спят крепким сном еще не родившегося младенца.

– Во– вторых, разовьешь свои женские качества, которые у тебя, наверное, в самом что ни на есть зародышевом состоянии.

– В третьих, развивая одни и другие качества, встретишь свою судьбу.

Галка вылакала литровую чашку кофе с молоком и сахаром, перевернула ее вверх дном. Потом взяла обратно и прочитала надпись на чашке: «Тише едешь – никому не должен!»

– Подруга, выкинь ты эту чашку. Вернее, разбей на свое счастье. И никогда не покупай таких чашек! Не для тебя они.

– Слушай, ты какие качества мне предлагаешь развить: женские или лидерские? Одни качества несовместимы с другими. Баба – лидер – это не баба или не лидер. Вспомни фразу: «Она не женщина, она директор!» Во-вторых….

– Слышь, Каштанка, ты как серая мышь, сидишь в своей норке и боишься нос высунуть на улицу, везде мерещатся черные коты. Ты скоро будешь как толстая ленивая крыса. Вернее, толстая ленивая облезлая крыса. Тебя хочется хорошенько встряхнуть. Да в фильме директор стала женщиной, потому что влюбилась и почувствовала, что ее любят.

Тут Галка выпустила из рук мою чашку, и она вдребезги разбилась.

– Ну, я же говорила на твое счастье!

Я нагнулась и стала собирать осколки своего счастья, и вскоре глубоко порезала указательный палец.

– Ты как бестия ворвалась в мою жизнь со своими дурацкими курсами! Может мне еще и с парашюта спрыгнуть?

– Да кто ж тебе позволит? Ты со страха забудешь его раскрыть.

– Больно, глубоко порезала палец.

– Классно, значит, счастье будет глубоким. До свадьбы заживет.

– До чьей свадьбы?

– До нашей. До твоей и моей.

– У тебя уже была одна свадьба.

– И еще одна будет. Вышла замуж и развелась. Сколько живешь – столько и женись. В общем так, жду тебя в субботу во дворце Профсоюзов. Не дай себе заржаветь!

Я долго смотрела на осколки своего счастья, оставшиеся от моей кружки. Потом забинтовала порезанный палец и начала из осколков составлять кружку. Что-то получилось. Конечно, не хватало совсем меленьких осколочков, ну да ладно, склею то, что есть. Только из этой чашки мне не пить. Пусть себе стоит-красуется. И почему бы не сходить с Галкой на тренинг? Когда я в последний раз где-то была? У Галки в гостях.

Она позвонила в пятницу, накануне и попросила одеться стильно.

– Там будут какие-то конкурсы, за участие в них будут бонусы. Так что, не одевай свои чехлы от самолетов, перестиранные, словно бывшие в употреблении бабы, а надень что-нибудь интригующее.

Из интригующего у меня было только одно красное вечернее платье. Я не помню, куда его одевала и когда, и платье выглядело сиротливо, словно ребенок, от которого отказались родители и сдали его в детский дом. И вот оно тосковало-тосковало, ожидая свою маму-хозяйку.

Я примерила. Конечно, с того момента, не знамо с которого, я раздобрела на полтора размера, и платье сидело на мне в облипку, предательски выдавая все округлости. Словно переполненная тарелка, с которой скоро все начнет валиться назад. На новое вечернее платье денег не было, и я, вздохнув, повесила платье в шкаф, пошла спать.

В нужное время я была в нужном месте. Галки еще не было, и я вошла вовнутрь.

– Боже, у вас платье, словно свежая кровь! – воскликнула вахтер.

– А я – женщина-вамп, – негромко ответила ей.

– Что значит, женщина-вам? Это вам, женщина, надо быть поскромнее! Вы на семинар пришли, а не в гостиницу путанить.

Вот те на. Даже самые отсталые слои населения знают кто такие путаны. А еще утверждают, что в их годы секса не было.

Я открыла бардовую сумку, и оттуда выпала какая-то бумажка.

– Подберите, пожалуйста, свой мусор! – с металлом в голосе попросила божий одуванчик.

– Акуратесса, – сказала я ей в тон, нагнувшись за злосчастной бумагой. Мне показалось, что платье треснуло. Только этого не хватает.

– Да, я – бывший профессор, – с гордостью ответила вахтер.

– Во, дела, бабка-то тетеру глухой….

Тут подошла моя Галка, у которой захватил дух от платья.

– Слышь, подруга, ты еще экстравагантрее платья не могла найти? Вырез от талии ну почти до бедра.

– Какой вырез? Платье-то без выреза.

И тут я с ужасом увидела, что платье все-таки поехало по шву, когда я наклонялась за этой проклятой бумагой.

– Галка, у тебя нет ниток с иглой?

– Есть только белые нитки. Ты собираешься шить кровавое платье белыми нитками?

– Да. Найди иглу!

В моем голосе было столько решимости, что Галка вскоре пошла к вахтеру и взяла у нее иглу, а потом, удалившись в дамскую комнату, зашила мне платье.

Вскоре наш тренинг, посвященный развитию женских качеств с целью стать лидером, начался.

Конечно, проводил его экстравагантный холеный мужчина.

– Для начала, рекомендую всем пересмотреть фильм «Самая обаятельная и привлекательная». Помните, серая мышка Надюша должна была повторять про себя, что она самая обаятельная и привлекательная. Что все мужчины без ума от нее. Ох, и трудно ей это все давалось. Потому что мы все привыкли себя только ругать, а не хвалить. Сейчас мой помощник раздаст вам чистый лист бумаги, вы разделите его пополам. В одной половине напишите свои достоинства, а в другой – свои недостатки. А после, вы выйдите ко мне, и стоя, зачитаете все, что написали о себе милой, хорошей, любимой, либо о себе – нехорошей, некрасивой и бестолковой. Именно, выйдите вперед, а не будете читать с места. Потому что одним из качеств уверенной женщины является ее умение преподнести себя людям. Думаю, пятнадцати минут на такое боевое задание достаточно.

Я чувствую, что мои щеки становятся под цвет платья, даже еще алее. Да и мы с Галкой сидели с краю. Значит, она выходит первой, а я – второй. Ужас-то какой!

Вот уже выходит Галка. Конечно, она читает о своих достоинствах, коих написала почти на весь лист, не оставив места для недостатков. Как на нее смотрит ведущий!

Вот выхожу я. Коленки трясутся, морда горит, наверное, не красным, а сине-красным пламенем. Сейчас вспыхнет. И вдруг чувствую, что платье снова расползается по шву в том же самом месте.

Я начинаю со своих недостатков. И боковым зрением вижу, что ведущий смотрит на мое платье, потом подходит с левой стороны.

– Девушка, ну что вы себя ругаете? А ведь платье у вас красивое… Такое ярко-красное в стиле а-ля вамп, которое контрастирует с грубыми белыми нитками, и придает загадочности.

Забыв спросить, кому же оно придает загадочности, я ответила:

– Это новый дизайн платья, вернее, новый фасон. И называется он «Кровь с молоком». Нет, лучше со сливками. Предназначен фасон для уверенных в себе молодых женщин, которые точно знают, чего хотят от жизни.

– Девушка, вы написали, что одним из ваших недостатков является скромность. Вы, наверное, перепутали недостатки с достоинствами.

– Да, мои недостатки – это продолжение моих достоинств.

Я слышала, как поперхнулась и закашлялась Галка, а по залу прошелся небольшой холодок, состоящий из шепота, шороха и иже с ними.

Потом ведущий говорил о том, что каждая женщина должна знать, какого же мужчину она хочет, составить его портрет детально с внутренними и внешними качествами.

Я написала, что хочу свою противоположность, гармонично дополняющую меня.

Семинар длился весь день. Были перерывы на чай и кофе, был обед.

– Чего же ты, подруга, претворялась? – недовольно спросила Галка. Ты явно от скромности не умрешь.

– А от нее никто не умирает и никто не рождается.

– Немного ты перебрала меру. Мужчины не любят через чур ярких и экстравагантных женщин. Они их просто боятся.

Вдруг у меня зазвонил мобильник.

– С женщиной платья в стиле а-ля вамп, с фасоном, называемым «кровь с молоком» или лучше со сливками хочет встретится мужская противоположность, гармонично ее дополняющая.

Вскоре тренинги мы проводили вместе.

РЖАВОЕ СЕРДЦЕ

На моем письменном столе стоит твоя фотография. Она в красивой золоченой рамке, только эта рамка совсем не вяжется с лицом на фотке: угрюмым и недоверчивым. Мне показалось, что позолота на рамке стала тускнеть, будто бы ее посыпали пеплом.

Я смотрю на фотографию и не понимаю, что у нас было: любовь, иллюзия или его величество случай.

У нас был служебный роман. Заступила первый раз на дежурство молодая медсестричка, полная уверенности, задора и оптимизма. И ты ей помог. А потом мы пили кофе в ординаторской и болтали о всяких пустяках.

Я знаю, что сделаю с твоей фотографией: вытащу из рамки, разорву на мелкие кусочки и выкину их. Пусть их подхватит попутный ветер. Но в тот день ветра не было. Я посмотрела вниз из окна и увидела веселую зеленую травку и цветущие тюльпаны. Нет, мелкие куски бумаги все испортят. Они совсем не вписываются в сей пейзаж.

А дальше – глубже. Наши отношения развивались стремительно. Поступали тяжелые больные, я старалась каждому уделить внимание, и попросту сбивалась с ног. Ты мне помогал морально и физически, отпаивал чаями со сладостями, успокаивал, как мог. Несмотря на тяжелые дежурства, мы сидели полночи в ординаторской либо на посту и разговаривали, разговаривали, разговаривали. Ты гладил мои руки, согревал их своим дыханием и просил не перетруждаться. Я знала, что ты женат и воспитываешь двух дочерей. Но я не предавала этому никакого значения. Нет, я не собиралась строить свое счастье на чужом несчастье. На несчастье можно построить только несчастье. Но ты говорил, что в семье чужой. И я, словно утопающий за соломку, схватилась за эту фразу. Жена не понимает, а я пойму!

Я знаю, что сделаю с твоей фотографией: безжалостно ее сожгу. Где-то читала, что если ты хочешь забыть человека – похорони его где-то в глубине своей души. Боже, я как представила, что в глубине души находится бесхозная могила… Ужас! Никогда такого не сделаю. В глубине моей души цветет сад, который я постоянно поддерживаю, холю, лелею, поливаю чистой водой, хорошими воспоминаниями и делами, творчеством, приятными встречами. Не надо устраивать кладбища в недрах души, не справлять поминки по ушедшей любви, не надо сооружать памятники чему-то недостойному. И нельзя цветущую землю посыпать пеплом.

Но это понимаю сейчас. А тогда наши отношения достигают апогея, и ты вдруг говоришь: «Мы останемся просто друзьями». Резко, прямо, в лоб. У меня из-под ног ушла земля. Наши дежурства не совпадали, я не жила…

А потом ты позвонил мне домой и попросил прощения и разрешения встретиться на стороне. Я обрадовалась, собрав все осколки разбитой чаши любви. Я склею эту чашу. Пусть не буду из нее пить, поставлю на самое видное место и буду беречь от того, чтобы она не упала и не разбилась вновь.

Наш служебный роман стал явью. Узнала твоя жена. Ты начал видеть во мне только недостатки, что фигура не идеальна, что я трачу много денег на свои наряды, что ярко крашусь и читаю не те книги. Попытался прикрикнуть на меня. Но ты не знал одного, что я никому никогда не позволю относиться к себе, как к собственности, как к половой тряпке. Господи, да я же фактически и превращалась в тряпку, когда бежала на первый твой зов, когда выслушивала неодобрительные слова о жене и дочерях. Я заметила, что у тебя нет друзей, что ты носишь потрепанную одежду, старомодную оправу очков, что ты – зануда, не способный улыбаться и радоваться жизни. Ты хотел меня превратить в свое подобие?!

Я тебе высказала все на одном дыхании. Позже, я узнала, что ты попытался сойтись с другой женщиной, но она тебя не поняла. Тебя вообще никто никогда не понял за прожитый отрезок жизни. Потому что, тебе тесно с самим собой. Потому, что ты не понимаешь и не любишь сам себя. Потому что, сердце у тебя ржавое. А к ржавому сердцу подойдет только ржавый ключ.

Я знаю, что сделаю с твоей фотографией: верну ее тебе!

Вытащила фотографию из золоченой рамы, и увидела, что рамка засияла. Я себя ощутила юной, бегущей за шлейфом утренней холодной зари.

РЫЛЬЦЕ В ОДУВАНЧИКАХ

– Мне надоело твое идиотское прозвище. Рыльце в одуванчиках! Где ты его только выкопал? Да, если я стану твоей женой, буду не только рыльцем в одуванчиках. Я стану Хавроньей в халате. Не для того рождалась, чтобы в деревне свинкам и коровам хвосты крутить!

Таня была уже в конечной стадии истерики, когда легко переходят с хохота на плач.

– Танюш, можешь им не крутить хвосты – свинки не обидятся. Можешь повязать на хвостики ленточки – это твое дело! Я тебя не заставляю пахать от зари до зари! И мы жить в деревне все время не будем, а только проводить свой отпуск. Представляешь, как классно – из сумасшедшего города на свежий воздух! И парное молочко вкуснее магазинного. И сыр свой не сравнить с казенным. Опять же – я тебя не заставляю. А насчет того, что ты рыльце в одуванчиках…

Дима попытался обнять Татьяну сзади, но она легко вывернулась.

– Дима, я хочу интересной жизни, чтобы каждый день был ярким и запоминающимся. Но мне с тобой невыносимо скучно! Найди себе сельскую Матрону, которая будет и маслице взбивать и доить коров. А я городская, слышишь, городская! Я уезжаю, прости.

В электричке Татьяна поверхностно задремала. Вот и рухнули такие, казалось бы, прочные отношения! А как все начиналось!!!

Была еще жива Танина бабушка. Это к ней она приехала в деревню после сессии. Она и раньше наведывалась к бабушке короткими визитами – на день, на два. Ну, не принимала городская девчонка сортир на улице и отсутствие горячей воды! А тут, как раз, зашел к бабушке парень за незамысловатым советом. Понравилась Танюха Диме.

– Знаешь, кто ты? Рыльце в одуванчиках.

– А почему в одуванчиках? В обычных веснушках.

– Так неинтересно. Твои веснушки похожи на цветущие одуванчики – такие же золотые.

Каким нежным был Димка! Каким заботливым!

Все, это в прошлом. Электричка привезла пассажиров на оживленный городской вокзал.

– Начну вечер с чашки крепкого и ароматного экспрессо!

С каждым глотком жгучего кофе Татьяна мысленно возвращалась в прошлое. В их прошлое с Димкой, которое уже закончилось. Недавно, нежданно-негаданно. И закончила его она!

– Девушка, может, скучно глотать один кофе? Да еще и в одиночестве.

Рядом с Таней сел крупный мужчина с волевым лицом.

– Давайте я закажу все то, чего вам так не хватает к кофе!

Через пару минут официант жестом фокусника ставил полные тарелки бутербродов с икрой, красной рыбой и прочими деликатесами.

Через пару часов уверенная и смеющаяся Таня отдала Тимуру свою визитку. От проводов нового знакомого она отказалась.

– Оказывается, с прошлым расставаться совсем не страшно и не трудно. Просто перелистнуть его и все.

С Тимуром у Тани начался роскошно-гламурный период жизни. И вот уже полным ходом идет подготовка к свадьбе.

– Танюха, ты бы рожицу отбелила! Твои дебильные веснушки испортят всю малину. У меня есть знакомый косметолог…

– Тимур, мои веснушки – часть меня. Разве они могут портить? У тебя вот родинка на щеке.

– Молчать! Умная мне нашлась. У меня одна небольшая родинка, которая не видна, а у тебя целая рыжая россыпь. Зачем морду солнцу подставляла? Ты будешь со мной ходить на дорогие презентации, банкеты, сопровождать. И что? Хочешь, чтобы мои коллеги и друзья смеялись, что у дипломата конопатая жена-простушка. Но пасаран, дорогая, не пройдет фишка! Ты должна иметь товарный вид, коль хочешь войти в высшее общество!

– Тимур, я не товар, а человек! И у меня могут быть свои особенности. Мы все своеобразные!

– Я из тебя после свадьбы все своеобразности выбью. Будешь общеобразная! И начнем с твоей морды!

Почему-то за день до свадьбы Тане вспомнился Димка. Его прозвище «рыльце в одуванчиках», то, как он пытался целовать каждую веснушку.

– Доченька, ты хорошо подумала со свадьбой? Может, отложи пока! Он же тебя ни в грош не ставит!

– Привыкну, мама, привыкну. Надо же чем-то пожертвовать.

Только внутренняя тревога нарастала.

– Доча, если у тебя отбирают чувство собственного достоинства – у тебя отбирают все. Без него ты перестаешь быть человеком.

Вот уже и венчание. Тимур крепко держит Таню за руку. Многочисленные приглашенные лица в предвкушении праздника. И вдруг Таню какая-то сила заставила обернуться назад.

У стены стоял Димка с глазами полными слез. Танин взгляд задержался на нем, но Тимур незримо одернул руку.

– Тимур! Мама! Батюшка! Простите меня, грешную. Но свадьбы не будет! Настоящая любовь не продается и не покупается!

Таня вырвала свою ладонь из руки несостоявшегося мужа и побежала к Димке.

– Димочка, милый, побежали отсюда! Скорее!

Тане казалась, что какая-то стена рушится и вот-вот засыплет их с Димкой!! А ведь это она хотела такой стены рядом. Твердокаменной и незыблемой. И скоро бы оказалась сама в ней замурована.

– Ну, куда же ты несешься! Вот моя машина. Залазь, рыльце в одуванчиках. Заварила кашу…

– Дима, хочу скорее избавиться от этого дебильного белого платья. А еще поехали в деревню, скорее!

– Для начала переоденься в мои старые джинсы и майку. Да, классно смотришься в таком прикиде, да еще и с такой прической-башней на голове. Надо тебе хорошую баню организовать.

– Организуешь, только давай скорее уедем. Буду свинкам хвостики крутить.

– И бантики на них завязывать.

По приезду в деревню Татьяна выскочила из машины и на ходу влетела в большую навозную кучу у дороги.

– Ну вот, горе мое, уже «на мине подорвалась». Впрочем, считается, что если влезешь в собачье дерьмо – это к удаче. И Димка засмеялся.

– А тут куча-то в два раза больше!

– Значит, к двойной удаче!

СОБАЧИЙ ОБЕРЕГ

– Запомни, моя девочка. Хоть говорится, что «женщина – это шея, а мужчина – голова», и что голова вертится только вслед за шеей – не верь!

Бабушка сидела на кухне и пыхтела своим «самосадом».

– Это неумная пословица, и придумали ее неумные люди. Потому что, мужчина – это голова, а женщина – это сердце!

– Бабуль, во-первых, прекрати дымить как паровоз, а во-вторых, ты предлагаешь, голову к сердцу приставить или наоборот? В каком веке в женщине ценилось сердце?! В позапрошлом, наверное. Даже в двадцатом веке, особенно в конце его, сердце можно было засунуть глубоко и далеко.

– Женя, я всю жизнь следую своей же поговорке. И муж мой меня на руках носил, несмотря на то, что я пыхчу, как целая железная дорога и умею разве только что яичницу жарить. Да и сейчас у меня тьма поклонников, а ты получила собачий оберег. Мудрое сердце, дорогая, стоит лебединой шейки! Понимаешь, судьба – это тоже женщина. И ей свойственно все.

На вопрос, что именно, бабушка не успела ответить, потому что раздался телефонный звонок. Наверное, ее очередной поклонник.

А я потрогала свое украшение, которое бабушка назвала собачим оберегом. Ну, сколько не хотела бы, не могла ничего о нем найти. И нигде: ни в интернете, ни в библиотеке.

Я вспомнила день, когда возвращалась домой с работы. Полупустой автобус. Я села у окна и любовалась тончайшим почерком зимних узоров на деревьях и морозными автографами на окнах. Вьюга танцевала зимнюю ламбаду, а я чувствовала себя в царстве снежной королевы. Но вдруг почувствовала на себе пристальный взгляд. В упор, словно прицелившись, глядел мужчина, который сидел напротив. Такое ощущение, что он не моргал.

– Простите, на мне цветы растут?! Не люблю оценивающих взглядов.

– Да вы сама, как цветок. Только колючий немного. Ничего, роза тоже красивая и колючая. Но от этого восхищаться и любить ее мы не перестаем.

– Вы как снайпер, который готовится выстрелить и изучает мишень.

– Снайпер не изучает, а внимательно целится. Но вы не мишень.

Не помню, когда и как я растаяла. Но помню, что начали встречаться, а потом решили жить вместе. Саша меня провожал на работу и встречал, умопомрачительно готовил из продуктов, купленных на мои деньги. На его зарплату фрилансера можно только купить недорогой хлеб и на выбор – литр молока или кефира. Но он был в свободном полете. И как его умиляло, когда я поглощала приготовленную им еду! Как он садился рядом и глядел мне прямо в рот!

– Чего он глядит тебе в рот! Гони на охоту, чтобы мамонта приносил! Моя милая бабулечка, в отличие от родителей самозабвенно курила свою «козью ножку» и еще более самозабвенно возмущалась. Мужчина должен быть добытчиком и охотником!

Мои родители, как и я, были очень довольны. Ведь «женское счастье – был бы милый рядом». И неважно, что этот «милый» пролежал диван и съедал почти всю мою скромную зарплату менеджера среднего звена. Да еще и плату за квартиру вносила я. Также со своих средств. А если Сашу попросишь сходить за хлебом, для него это равносильно взятию форпоста.

– Не пьет же, как тебе повезло, Женька. И не проматывает деньги! Немногочисленные подруги пели в унисон моему дорогому.

А мне хотелось выть от этого «счастья». Чувствую, что скоро запью я. Если не отправлю своего Сашка на охоту.

– Милая, мамонты давно вымерли, – решил он отшутиться!

После этой фразы я надела тарелку со свежеприготовленным ризотто ему на голову.

– Вымерли, говоришь! Так есть много другой дичи, за которой надо охотиться. Кто не охотится, тот не ест!

Кое-как успокоив меня, Саша поклялся завтра же выйти на охоту.

Придя домой, я обнаружила полупустую квартиру, а именно, без Сашиных вещей и украшение.

«Собачий оберег» будет хранить тебя от начинающегося бешенства.

– Собачий оберег? – засмеялась бабушка. Отлично. Заведи себе песика. Только кобелька.

А украшение было красивым – серебристая цепочка с каким-то символом. То ли драконом, то ли коршуном, то ли непонятно кем. Но только не с собакой. И почему так называется?

Бабушка закончила свой разговор. А я все теребила украшение в руках.

– Женечка, не волнуйся, судьба знает, что делает. Значит, она тебя от чего-то оберегает. И помни над моими словами.

Мы посмеялись и начали готовить обед.

Я возвращалась вечером домой. Собачий оберег был всегда на мне. Утром, собираясь на работу, обнаружила, что талисмана нет. И когда я его потеряла?! Не жалко, но чего-то не хватает.

Зимой темнеет рано. Возвращалась домой дворами – так быстрее. и вдруг почувствовала, как кто-то тянет меня за правый рукав шубы. Оборачиваюсь. Отрок немецкой овчарки начал кусать мою варежку.

– Не бойтесь, он не кусается! Стив, ко мне!

Но пес острыми зубками прокусывает варежку. Бросив сие неблагодарное занятие, он начинает набрасываться на меня.

– Не бойтесь, – ко мне учащенно дыша, подбегает хозяин и пытается оттянуть своего питомца.

– Слушайте, почему ваш пес без намордника? Да еще и без поводка. Вы думаете, я не испугалась?

Я не заметила, как стала кричать.

– Вы что себе позволяете?!

Я слегка ударила пса по хорошенькой мордочке. Он жалобно поскулил и вернулся к хозяину.

– Вы не знаете, что таких собак надо не отпускать с поводка? Может, он бешеный. А вы хам! Я далеко не сразу увидела вас. Я вызываю милицию.

– Вот кто здесь бешеный, так это вы! Чего орете?! Не видите, что он молоденький? Стив сорвался с поводка и устремился к вам. Вы что, не отличаете домашнюю собаку от бродячей?!

Да это я сейчас вызову милицию, и вы ответите за оскорбление. Кто вас обхамил?!

Мужчина полез в карман за телефоном, Потом он расстегнул свою куртку, и я увидела на его груди свой талисман.

– Собачий оберег! Это мое. Да вы еще и вор!

Я громко расплакалась. Потом заскулил Стив.

– Где собачий оберег? Это талисман, приносящий добрые вести! Уж поверьте мне как кандидату исторических наук. Эх ты, ну не плач. А то у Стива такая привычка – когда кто-то плачет, он пристраивается и воет. Собачий оберег. Надо же такое придумать? Нашел я его у дороги.

Потом я рассмеялась, а Стив слизал слезы горячим языком.

Прошло еще немного времени. У моего Артура в квартире очень много всевозможных оберегов. Он с закрытыми глазами может рассказать о каждом. Собачий оберег висит в прихожей, только Стив почему-то на него лает.

ТРОПИНКА В ДЕТСТВО

Среди множества ожидающих человека дорог, есть одна маленькая тропинка, о которой мы иногда забываем. И постепенно эта тропинка становится заброшенной и бесхозной и теряется, или тонет в лабиринтах нашей памяти и огромнейшем круговороте жизни…

Недавно я перебирала наш домашний фотоархив. Черно-белые фотографии, которые дышат уютом. Как хочется ворваться туда, в простую ситцевую жизнь и пробыть там хотя бы месяц. И не верьте никому, кто говорит, что назад дороги нет. Есть, если мы того хотим. Все возможно до тех пор, пока мы живы! И герои этих фотографий тоже живут в нашей памяти, пока мы их помним.

Вот мои молодые бабушка с дедушкой. Они познакомились в ГУМЕ в 1938 году. Бабушка вместе с подругой зашли в магазин (им кто-то сказал, что там будут продавать крепдешин). Но вместо крепдешина «выбросили» эмалированные цветастые кастрюли. Бабушка была одета в длинный плащ. На голове красовался цветастый платок. И в это же время в магазин входят мой дед с другом. Дед сразу окликнул:

– Бабушка!

Бабушка обернулась:

– Вы меня зовете?

– А вы что, бабушка?

Для него те, кто в платках, были бабушками.

Так он и познакомились. Потом дед купил кастрюлю бабушке, а друг его – ее подруге. И, выходя из магазина, дед взял крышки обеих кастрюль и начал наигрывать марш» Прощание славянки».

А вечером они договорились пойти в кино. Пошли втроем – дед, его друг и бабушка. Перед тем как дед ушел за билетами, бабушка его спросила, где же он работает. Дед ответил, что работает смазчиком на фабрике им. Кагановича (ныне фабрика» Луч») и незаметно наступил другу на ногу. Но друг рассказал бабушке, что никакой он не смазчик, а экономист…

После просмотра кино, все пошли в ресторанчик. Бабушка заказала красного винца, а мужчины водочку и нехитрую закуску. И стали уламывать бабушку, чтобы она тоже попробовала огненной беленькой водицы. Долго уговаривать не пришлось. И очень быстренько ее «накачали» с двух сторон.

На следующий день дедушка пришел к бабушке домой, но она была на работе. И ее мама спросила у него:

– А где это вы ее так напоили вчера? Она же пришла домой и весь вечер пела:» Нам не страшен триста грамм, можно выпить килограмм!»

– Это она сама так «напоилась».

Вот так, настоящая мужская логика. Если мужчины что-то сделают, то никогда в этом не признаются. Можно не только выпить килограмм, а и два и три. Нет предела совершенству.

Кстати, бабушка долго дулась на деда, что он ее обманул, что никакой он не смазчик, а экономист.

Они поженились, родили и вырастили троих детей, дождались внуков и правнуков. Им суждено было встретить золотую свадьбу. И лишь только потом, через год после этой золотой свадьбы, бабушки не стало. И я часто вспоминаю, когда они повздорят, бабушка сама себе говорит:

– И почему этот ГУМ тогда не сгорел?

А еще вспоминаю, как будучи маленькой, я однажды позвонила бабушке и попросила сквозь слезы:

– Баба, вызови тюрьму!

– Кого вызвать?

– Вызови тюрьму!

– Светочка, во-первых, вызывают не тюрьму, а милицию. И на кого ты решила ее вызывать?

– На родителей. Они мне не дают сырую сосиску.

Сосиску мне так и не дали, а бабушка долго всем рассказывала что этому ребенку(то есть мне) надо идти работать в соответствующие органы.

– Ей не надо ни суд, ни милиция, ей подавай сразу тюрьму!

В другой раз, когда я уже пошла в первый класс, то как-то посчастливилось получить в один день сразу три двойки. И я звоню бабушке(а трубку взял дед), и кричу:

– Деда, я получила целых три двойки!

– Света, это же очень плохо!

– Но деда, это же лучше чем ничего!

И опять же бабушка удивлялась моей гениальной фразе. И когда в семье шло не так как хотелось, бабушка часто говорила что ЭТО ЖЕ ЛУЧШЕ ЧЕМ НИЧЕГО!

Об ушедших говорят или хорошо, или вообще ничего не говорят. НИЧЕГО в данном случае – это пустое место. Это значит, что человека не помнят. А если его не помнят, значит не жил он вовсе.

А еще есть такая притча. Музыкант играет на скрипке. Вдруг у скрипки лопнула одна струна, но музыкант играет все равно. Лопнула вторая струна. Музыкант продолжает играть, но скрипка играет не так как ей нужно. Лопается третья струна. Музыкант пытается вытянуть из скрипки что-то наподобие мелодии, и тут лопается последняя струна. И лежит на земле забытый и заброшенный инструмент. Надо было не мучить скрипку, а поменять ей струны, а еще лучше играть на ней бережно. Но страшно, если сама скрипка потеряется или испортится. Конечно, можно купить другую, но дороже ведь была первая скрипка!

Так же будет дорога среди огромных жизненных дорог наша маленькая тропиночка, ведущая в детство. Не дайте ей заблудиться, берегите и убирайте ее, чтобы она не была похожа на забытую и заброшенную могилу, а была похожа на уютную тенистую аллейку, по которой так хочется пройти.

ХЛЕБ С МАЛИНОВЫМ ВАРЕНЬЕМ

Трагически погибшей Леночке Л. – подруге моего детства посвящаю.

Вот и осталось позади лето. А ты так и не насладилась яблочно-медовым запахом его последних дней, не отведала меда, который так вкусен после Спаса. Я долго смотрела на звездное небо, и пыталась угадать, какая же звезда твоя. И где она. А воспоминания уносили меня на землю. Помнишь, как мы с тобой отрезали огромный ломоть ситного хлеба и густо намазывали его малиновым вареньем? Больше всего любили горбушку. Я не знаю, почему именно ситного Хлеба и почему именно малиновым вареньем? Но мы точно знали, что варенья должно быть куда больше, чем хлеба. И оно текло на одежду, подбородок, текло на руки, на пол.

А может, ты помнишь, как мы любили набрать бутылку холодной воды и поливать ею голубей? А однажды облили соседскую кошку. Ох, как ругались соседи! А как мы до одури качались на качелях!

Это было в детстве. А потом оно кончилось. И мы разлетелись. Но все равно общались. Конечно, не так часто как в детстве. И кошек уже не поливали водой. Но все так же намазывали вареньем ситный хлеб.

Ты говорила, что я не такая.

– А какая? – спрашивала я.

– Белая ворона. Тебе будет очень трудно. Ты же не от мира сего.

– Если я живу в этом мире, значит я из него. Только по-другому смотрю на этот мир. Люблю оторваться от земли и посмотреть на нашу планету с высоты. Она ничуть не изменилась. Это мы стали суетливыми, прагматичными и растерянными. А планета круглая и напоминает то румяное яблоко, то цветастый бабушкин сарафан, то загадочную и непонятную женщину, то снежный шар. А потом я люблю вновь спуститься на землю. Не упасть, а спуститься и посмотреть уже на небеса, которые укрыты тяжелым сине-черным бархатом. А иногда приобретают бирюзовые оттенки или становятся кораллово-красными.

У тебя были грустные глаза женщины, прожившей жизнь. И мне казалось, что именно тебе было труднее.

В последний раз мы виделись несколько лет назад. Ты сказала, что купила машину, взяв кредит. Что в твоей семье каждый сам по себе. Что о детях пока не думаешь. И прошептала:

– Хорошо тебе.

Знаешь, белых ворон не любят, потому что боятся. Ведь ворона непременно должна быть черной. Потому что она от природы не такая как все. А как все?

А потом тебя не стало. Ты не справилась с управлением, и машина врезалась в дерево. Сказали, что возможно, ты просто уснула за рулем.

Мы все понимаем, что ушедшего надо отпускать. Умом я тебя отпустила, но сердцем никак. Одно дело, когда уходит человек, который долго и тяжело болел или прожил долгую жизнь. А другое дело, когда жизнь обрывается вот так, вдруг, в одну секунду. Хотя говорят, что Богу это для чего-то нужно. И можно получить сотни ответов на вопрос «Для чего?» Но не найдешь единственно нужного.

На небе много звезд, гораздо больше, чем людей на земле. И не все звезды имеют имена. Я хотела бы новую звезду назвать твоим именем. Мне так тебя не хватает!

Знаешь, что я сегодня сделала? Ну, конечно же: купила ситный хлеб, отрезала ломоть и густо намазала его вареньем. Малиновое варенье текло на лицо, на тарелку. Я ела поминальный ситный хлеб с малиновым вареньем.

Content

Светлана Чарная
Дамы клубничного возраста

АКУЛЕНОК

БАБА МОРОЗ

В ДЕНЬ ВЕСЕННЕГО РАВНОДЕНСТВИЯ

ОТКРОЙТЕ ВОРОТА ЗОЛУШКИ!

ВЫЙТИ ЗАМУЖ ЗА ДОМОВОГО

ГАДАНИЕ, БОТИНОК И КЛЕОПАТРА

ДИРЕКТОР ПАНИКИ

ЗА ШТУРВАЛОМ

ЛИФТЩИК УПАЛ»

ПЛАТЬЕ А-ЛЯ ВАМП

РЖАВОЕ СЕРДЦЕ

РЫЛЬЦЕ В ОДУВАНЧИКАХ

СОБАЧИЙ ОБЕРЕГ

ТРОПИНКА В ДЕТСТВО

ХЛЕБ С МАЛИНОВЫМ ВАРЕНЬЕМ