Комбат Мв Найтов ©

Несколько дней после апокалипсиса. [СИ]

Шапка фанфика

ОРИГИНАЛ: http://samlib.ru/k/kombat_n/apocalypces_today2.shtml

АВТОР: Комбат Мв Найтов ©

ЖАНР: Постакалипсис

ПОЧТА: nightwanderer3@msn.com

WWW: http://xolos.info/xolo

РАЗМЕЩЁН: 12/10/2013

ИЗМЕНЁН: 08/06/2015

Несколько дней после апокалипсиса. [СИ]

Он вышел последним, через левую переднюю дверь 'Ила', за 15 секунд до падения горящего самолёта в тайгу у Верхней Вишеры. Высота была критическая, Сергей привычно развел ноги и подогнул пятки на себя, убрав при этом локти рук, левой рукой ударил по кольцу, провалившись в потоке и давая ему возможность сорвать вытяжной с 'По-16'. Резко прозвучал треск раскрытия, тело пошло по дуге, достав, практически, до натянутых, как струна, строп. Сергей вырвал чеки у клевантов, и резко вытянул правую стропу управления. Парашют послушно начал описывать дугу, положив парашютиста лицом к земле. Внизу было темно, земли видно не было. Сергей отдал клевант, вращение остановилось, парашют начал набирать горизонтальную скорость, замедляя вертикальную. Земля появилась неожиданно и быстро. Оба клеванта резко пошли вниз, но, под ногами уже земля, короткая пробежка и привычный кувырок через голову и правое плечо. Руки рванули чеки, отстёгивая купол от системы. Так же быстро был освобождён автомат, затвор передёрнут. 'К бою готов!' Сергей обернулся, рассматривая непроглядную тьму, его обступавшую. Вдалеке виднелось зарево пожара у упавшего самолёта. Освободив радиостанцию, включил привод. Надо собрать группу, хотя подавать сигналы опасно. Послышалось несколько щелчков, и он выключил передачу. Встал на ноги, и подошел к лежащему на кустах куполу. Привычными движениями свернул его и запихал в сумку, вытащенную из-под маскхалата. Сам парашют вряд ли больше пригодится, но материал можно использовать. Привыкший прыгать с 'арбалетом', Сергей немного даже растерялся, когда стало понятно, что другой техники нет, и придётся использовать эту. Тем не менее, парашют сработал на минимуме высоты. Выбрасывать было жалко. Запихав купол в сумку, он переместился к высоким елям, стоявшим неподалёку. Включил рацию на приём. Услышал 'Ку' и позывной 'м-7'. Васёк просит помощи. Посмотрел на пеленг, поднял руку с компасом и определился с направлением. Сумку пришлось оставить. Двинулся в сторону сигнала. Метров через шестьсот услышал присвист Василия. Ответил так же. Василий бинтовал плечо.

— Серёга, у нас 'крот'! Смотри! — он протянул Сергею тонкий длинный шелковый лоскут с надписями на английском.

— Где взял?

— Трубицын. Он вон там вот лежит. Я его на передаче взял. А это у него под воротником зашито было. Уходить тебе надо! Сейчас дроны прилетят.

— А ты?

— Да поцарапал меня этот гад чем-то. Ноги отказывают. Бери патроны и уходи, командир. Я себе обойму оставил. Учти, они по трое ходят. Прощай. — он снял с груди пеленгатор и включил его на приём. Сергей забрал его рюкзак, определил направление и двинулся в обратную сторону. Уже подходя к месту приземления, услышал три выстрела из СВД сзади, увидел огонь в небе и падающий дрон.

Группа была маленькой: девятнадцать человек. Двое уже ушли, осталось семнадцать, из них два врага. Всё началось 19 июня 2016 года: небо над Ленинградом, он в это время назывался Санкт-Петербург, расчертили четыре падающих боеголовки. Было раннее утро воскресенья, Сергей, подполковник ГРУ, ловил рыбу на Вуоксе. С утра поймал двух щучек и приличного судака. В момент появления крутых инверсионных следов у него ещё раз клюнуло, он подсёк, чуть шевельнув плечами. В этот момент он и увидел спускающиеся боеголовки. Взрывы прогрохотали спустя несколько минут. Они были глухими, всё-таки, более 200 километров, но грибы были огромными. Три года назад Америка отказалась платить по государственному долгу и попыталась опустить всех ниже плинтуса. В июне 2016-го она решила, что нет государства — нет проблемы, и ударила по Китаю и России, настаивающих на возвращении реальной стоимости облигаций государственного займа. Следом за 'термоядом' прилетели 'грачи': спецотряды, занимавшиеся уничтожением оставшегося населения и войск противника. Они установили огромные КП, закрытые от остаточного излучения, и поднимали с них 'дронов': беспилотные самолёты и вертолёты, снабжённые различным вооружением и новейшими средствами обнаружения. Восемь дней назад в бою с шестью такими 'дронами' был тяжело ранен полковник Зорькин, ракетчик из Лехтуси, по прозвищу 'ЖэКа', он передал Сергею ключи и карту подземной позиции на Среднем Урале.

— Уводи людей туда, подполковник. Отбери тех, у кого доза меньше. У тебя как с этим?

— Я не считаю, только три дня считал, потом плюнул.

— Ну и правильно! За Матоксой в лесу есть пять бункеров и недостроенная ВПП. Отводи туда людей, и мотайте отсюда. Здесь их не удержать. Лети на Урал, и отомсти. В город не ходи! Его слили десять лет назад и, наверняка, долбанули. Это в двухстах километрах севернее. Но аэродрома там нет. Прыгать придётся. Держи. Вход через пятый... — здесь полковник потерял сознание и умер через несколько минут.

Отход занял двое суток, потеряли ещё шесть человек, в итоге добрались 68 бойцов и командиров. Укрылись в бункерах, нашли боеприпасы, зарядные устройства для аккумуляторов, три БМП-3, два Ан-26 и один Ил-76. 'Аны' были набиты продовольствием, которое не фонило. 'Ил' был пуст, но заправлен, были боеприпасы во всех точках. Вот только лётчик был один, который '76-й' в глаза не видел. В одном из ангаров нашли старые парашюты 'По-16'. Людей, у которых были прыжки, нашлось 22 человека. Остальные решили использовать бункеры как базу и продолжать сопротивление здесь. Оружие 'дронов' пробить бункеры не могло. 16 человек из 22-х Сергей знал: кого лучше, кого меньше, задачу он ни перед кем не раскрывал. 'Молитва', как у всех 'вояк', оказалась за сиденьем у командира. Трое суток Сергей и Славик искали по 'молитве' приборы. Вычисляли те, которые запускать не стоит, ибо собьют. Всё, что излучает, включать было нельзя. На пятые сутки начали укладывать парашюты и расчищать полосу от выросших не по делу деревьев и кустов. Вместе со Славой замерили длину полосы. Майор запаса почесал затылок.

— Скорее всего, полосы не хватит! И требуется вовремя отработать вот этот поворот. Но, если взлетим, то прижмёмся к Ладоге, и полчаса у нас будет. Дальше со спутников придёт сигнал и нас начнут мочить. — после этого он начал поднимать карту, отмечая опасные высоты. Вечером пятого сентября всё было готово. Группа расселась в грузовом салоне, Славик и Сергей сидели в креслах пилотов, два человека выполняли роли стрелка-радиста и командира огневых установок. Ещё один сел в подвесное кресло бортинженера и готовился помогать Вячеславу. Запуск прошёл чисто, разошлись ворота ангара, машина вздрогнула на прибавлении газа и выкатилась на полосу. Зажат тормоз, педаль до упора вправо, двум машинам добавили оборотов. Скрип тормозов.

— С богом! Обороты! — сказал Славик и защёлкал длинными переключателями, выпуская закрылки, предкрылки и щитки. 'Ил' заревел двигателями, опустил нос на полосу и побежал. Сергей придерживал штурвал и следил за скоростью.

— Помоги! — прохрипел Славик, доворачивая машину на искривлении полосы. Вдвоём они удержали её на курсе.

— 260

— Отрыв!

Машина неохотно подняла нос, затем скорость как бы остановилась, но затем пошла снова.

— Шасси! — Сергей поднял тумблеры шасси. Сосны промелькнули под машиной, стрелок сзади прокричал в СПУ, что было касание. Но машина была уже в воздухе. Убраны щитки, закрылки. Идём над самым лесом к Ладоге. Она чернеет недалеко от нас. Прошли береговую черту, и Вячеслав установил 30 метров на автомате. Курсом 90 пошли к Паше. У береговой черты подпрыгнули и пошли выше. Ещё 150 км и нас не смогут зацепить локаторами. Славик сидит в кресле и, перещелкивая тумблерами, слушает пассивный радиолокатор. Иногда тот крякает, но лишь изредка. Через некоторое время засекли работу радара в Вельске, изменили курс, обходим его подальше. Ещё раз изменили курс, и пошли севернее, огибая Сыктывкар. Там снова изменили курс, и пошли на юго-восток. Дроны перехватили их почти у цели. Один дрон сбили огнём кормовой установки, затем последовали два взрыва в районе крыльев, загорелось левое крыло, и остановился один из двигателей. Славик потянул машину вверх, стараясь набрать высоту, и открыл все двери и люк. Он поставил машину на автопилот и приказал всем прыгать. Сергей, до последнего, контролировал выброску.

Группу сильно разбросало, да и местность тяжёлая: тайга, густая поросль, болота. Самолёт упал в междуречье Илыча и Печоры, не долетев почти двести километров до истока Вишеры. Рядом города Ухта, Сыктывкар и Печоры, в которых хозяйничают 'грачи'. 'Дроны' появлялись регулярно, и начинали поиск от упавшего самолёта расходящимися кругами. 'Пиндосы' набирались этого опыта там же, где и мы: в Афганистане. Теперь необходимо нам ломать сложившееся положение и перехватывать инициативу на себя. Через часа два, группа собралась. Из девятнадцати человек, вышедших из самолёта, в строю стояло пятнадцать. Васёк и Трубицын — понятно где, одного нет.

— Кто что может сказать? Кто видел Антипова?

— Я выходил перед ним, но высота была маленькая, оглядываться некогда. Не видел. — ответил Папилов.

— Я шла за ним, искала, но... На связь он не выходил. — добавила Дарья Антипова, то ли его сестра, то ли жена.

— Понятно. Смирно! Слушай боевой приказ! Старостин, Грачёв, Папилов — боевой разведдозор, Иванченко и Котин — арьергард. Общее направление 130 градусов. Васильев — справа, Муртаев — слева. На передачу ничего не включать, не шуметь и не стрелять. Отходим тихо от места падения самолёта. Продолжаем выполнение задания штаба фронта.

Выдвинулся дозор, двинулась остальная группа, а Сергей, мысленно перебирал всех, пытаясь вычислить 'кротов'. Трубицын появился в батальоне давно, на пятый день войны. Активный. Принимал участие во многих операциях, поэтому Сергей без колебаний взял его в группу. Единственное, что его отличало: любил находиться возле начальства. Теперь понятно: зачем. Восемь человек: костяк группы, из бригады Сергея. Профессионалы высокого класса, с большим опытом ведения боевых действий как в Чечне, так в Дагестане, Сирии и других горячих точках. Завербовать их, конечно, могли, но этих не раскроешь просто так. Надо глубоко копать. Остальные — народ пришлый, познакомились уже в батальоне. А вот и первый 'любопытствующий': лейтенант Авраменко. Замедляет ход, желая поговорить с командиром.

— Тащ подполковник! А Савельев и Трубицын где?

— Нет их, дрон обстрелял.

— Эх, Васёк-Васёк! — мотнул головой Николай и прибавил шагу. Васёк был всеобщим любимцем: отличный снайпер, на счету которого было полсотни дронов. Одно хорошо: скрытность у дронов низкая: канал управления нормально пеленгуется. Вот и сейчас Васильев засёк работу 'дрона', и подал сигнал. Все кинулись под осеннюю листву. 'Дрон', не меняя курса и скорости, пролетел мимо. Продолжили движение. Сергей ещё раз определил место на небольшом пригорке и замерил скорость движения. Скорость маленькая: 3,5 км/час. Мощный покров мха сильно тормозит движение, и остаётся заметная дорожка следов. Хорошо, что 'пиндосы' пешей разведки не ведут. Через четыре часа объявили привал у небольшого источника. Замерили фон — естественный. Лес оказался 'чистым'. Это здорово всем прибавило настроения. После привала командир внимательно осмотрел место стоянки. Всё было убрано. Прошелся с металлоискателем, тоже ничего. Никто 'маяка' не оставил. Он догнал группу. Котин, шедший замыкающим, чуть улыбнувшись, спросил:

— Хвоста нет?

— Пока нет!

— Мы следим, товарищ командир.

Седьмые сутки отряд пробивался к истоку Верхней Вишеры, через завалы, обходя болота, скорость движения и так была маленькая, так ещё приходилось тратить время на пережидание пролётов дронов. Их количество возросло: теперь 4 машины контролировали округу. Противник явно заинтересовался пропавшей группой. Либо Трубицын успел сообщить что-то ценное, хотя Сергей никому в штабе батальона не говорил о цели полёта в эту глушь, либо просто заинтересовались упавшим самолётом и сбитым дроном. Ещё не известна роль пропавшего Антипова. Подполковник на марше занял место возле Даши, и осторожно начал расспрашивать её. Она оказалась сестрой Ивана, двойняшкой. Вместе с братом была всегда, даже когда он пошёл в армию служить, Дарья умудрилась получить контракт в ту же парашютно-десантную бригаду. С физподготовкой у Даши было всё в порядке, она группу не держала. Но, начинало сказываться ограниченное количество продуктов, поэтому все ягоды летели в рот, чтобы унять бурчание желудков. Из-за дронов приготовить что-либо было невозможно, поэтому растягивали консервы и галеты из сухпайков.

Местность постепенно начала меняться, появились складки, небольшие распадки, уменьшился слой мха, идти стало легче, но и лес стал реже, перестал прикрывать от инфракрасных датчиков. Но, на 10-й день не было зафиксировано ни одного 'дрона', видимо, отряд вышел из радиуса их действий. Однако, радовались только один день!

— Командир! 'Чоппер!'

И точно! В небе послышался шум работы вертолётов. Над тайгой промелькнул 'Чинук', прикрываемый двумя 'Кобрами'. Сергей достал карту и запустил секундомер. Через двадцать минут вертолёты прошли обратно. А через час появился 'дрон'. После его пролёта, Сергей построил группу.

— Противник высадил 'грачей', предположительно в сорока километрах от нас. Скорее всего, вот этой точке. — он показал на карте место слияния двух речек. — Или вот на этом болоте. Разделяемся и проверяем оба места. Задача: скрытно обнаружить противника, атаковать, уничтожить, и захватить 'языка'. Старшим второй группы назначается старший лейтенант Васильев. Выходим немедленно.

Мужики заулыбались: прятаться всем надоело, а тут живые 'пиндосы'. Отряд разделился, пришлось разделить и разведгруппу. Через семь часов Сергей увидел солдат противника. Они готовили позиции: расчищали кустарник, развешивали датчики объёма, укладывали камни вокруг довольно большой палатки. Тарахтел дизель-генератор. Котин, Грачёв и Муртаев пошли в обход слева, а Хабаров, взяв троих молодых, пошёл справа. Щелчки о готовности. Даша пустила 'Шмеля' в палатку, а Сергей прижал пулемётчиков к земле и выстрелил туда из подствольника. Бой длился около минуты. Шесть пленных, среди них: Антипов. На вопросы он отвечать отказался, сказал, что мы все смертники, и Россия войну проиграла. Хотел вытащить из пекла сестру.

— А, меня ты спросил? — сказала Дарья. — Дрянь! — и выстрелила ему в лицо.

Заминировав площадку, начали отход. Зато поправили положение с продовольствием. Ещё через четыре дня вышли в точку. Здесь Сергей разделил группу, разведчики остались с ним, а остальные двинулись к соседнему селу, находящемуся на другой стороне Уральского хребта, к реке Большая Сосьва, с задачей найти продовольствие и стоянку для отряда. После отхода группы, Сергей построил разведчиков.

— Приступаем к исполнению основной задачи отряда: найти вход и захватить замаскированный КП ракетной дивизии РВСН. По неполным сведениям он находится в двадцати километрах севернее. Точных данных нет. Гарнизон квартировался южнее и уничтожен противником в первый день войны. На позиции может находиться дежурный расчёт с усилением. Вот схема позиции, без привязки по основным ориентирам. Задача: скрытно обнаружить места входов в ЗКП, вскрыть имеющуюся систему охраны и обезопасить поисковые работы. Особое внимание уделить входу номер 'пять'. Вот он. Позиция укреплена автоматическими системами охраны и контроля. Проявлять особую осторожность. По году постройки можно предположить, что в системе задействованы элементы охраны объектов 'К-1' и 'К-8' в 'Софрино-1' и в 'Лыткарино'. Николай! Схемы размещения датчиков помнишь?

— Да. Помню. — ответил Грачёв

— Выдвигаемся тремя группами по три человека. Система связи: основная. В случае боевого соприкосновения отходить в точку 183,2, оповестив остальных. Надеюсь, что этого не произойдёт. Двадцать минут на подготовку. Разойдись.

К Сергею подошёл Валентин Котин.

— Тащ подполковник! Маловато нас для взятия ЗКП. Надо было остальных оставить. Толку немного, но глаза и уши.

— Правильно, майор. Нас мало, была бы возможность, оставил бы всех. Но, внутри ЗКП наши ракетчики, а не противник. Так что действуем, как на учениях. Снаружи могут быть пиндосы, но, маловероятно. И, Вал, в отряде 'крот', и, может быть, не один. Васька убил не дрон.

— Это девка, которая языка хлопнула.

— Не совсем похоже. Бум разбираться, но позже. Сейчас задача: найти входы и вскрыть систему обороны.

— Понял.

Двинулись через 15 минут, признаков наличия объекта нет. Горы да лес. Даже тропинок нет. Глухомань! Встретили трех непуганых медведей, поедавших раннюю клюкву. Щелчок справа, затем три щелчка. Что-то нашли! Двинулись в ту сторону. Через шестьсот метров увидели поднятую руку Муртаева. Даёт сигнал подойти.

— Здесь была дорога, командир. Все ёлки и кусты высаженные. Есть предложение двигаться вдоль неё.

— Толково, только внимательнее по веткам, могут быть объёмники и телекамеры.

Через семь километров обнаружили камеру слежения. Старая, восьмидесятых годов выпуска. Провода оборваны и не ремонтировалась. Скорость движения замедлилась до предела. Группа движется со скоростью черепахи, внимательно осматривая всё. Обнаружили спираль Бруно, уложенную между деревьями. Большое количество ИК-датчиков. Датчиков объёма нет. Они появились позже, и в этой системе не применялись. Набрасываем двойную сетку на Грачёва и укладываем туда листья и хвою. Его задача найти распределительный столб и замкнуть бело-зелёный и зелёный провод системы. Где-то подо мхом стоят АК-306, готовые нанести неотвратимый удар 30-мм снарядами. Николай слился с лесом, движения практически незаметны. Через три часа раздался щелчок, что он выполнил работу. Под проволокой прошли пять человек из группы, и движутся в густой поросли к центру площадки, где должен находиться пункт входа 'пять'. Трое караулят столб, под которым проведена перемычка.

Еще через два часа доклад об отходе. Вышли все.

— Командир! Центральный вход через вентиляшку заминирован, натыкано объёмников выше крыши, там не пройти. Надо искать другой путь. Вот здесь и здесь: два поста, по одному часовому.

— Странно, но караул не прореагировал на отключение теле и ИК-камер. Здесь никто не появился.

— Может быть: ходом и нахрапом? Мне показалось, что часовые пьяны.

— Хрен его знает! Ладно, пойдём все.

Группа двинулась вперёд. Уже стемнело, тепловизоры нормально работали. Посты освещены слабой синей лампочкой, всё как положено. На посту солдатик, которого Сергей внимательно рассмотрел. Зачуханный, в грязном обмундировании, старый потёртый СКС со следами ржавчины на затворе, он достал из-за пазухи большой кусок хлеба, тушёнку, расковырял её тупым консервным ножом, вытащенным им из загашника на грибке, и с аппетитом ел бутерброд. Затем достал из куртки плоскую бутылку и долго колдовал, добавляя что-то из бутылки и фляги, которую носил на поясе. Пить из крышки было неудобно, солдатик закашлялся, в этот момент его и сняли. От него разило плохим техническим спиртом с растворенной в нем резиной. С испугу он обмочился.

— Где вход на позицию? — тихо спросил его Сергей.

— Дяденька, не бейте! Здесь! Здесь вход, но у меня ключа нет, только у разводящего. Он оттуда шило носит!

— Когда смена?

— Как придут. Утром, наверное. Нас уже три месяца не меняют, а из молодых нас двое. Я и Витька, он на втором посту, возле складов.

— Коля! Смени часового у складов!

— Есть! — и три тени скользнули в сторону второго поста.

— Как разводящий открывает дверь? Там есть охрана?

— Есть. Прапорщик Санин.

— Посмотри, какой ключ?

— Не знаю, дяденька! Я его никогда не видел! Вот эта дверь открывается, а там — звонок.

— Сколько человек в карауле?

— Наш взвод.

— Сколько!?

— Сорок или больше, все там. На внешние посты уже месяц никто не ходит. Кормят плохо, горячего совсем не дают. А лейтенант ушёл куда-то и не вернулся ещё. Там сержант Прохоров командует. Он — зверь! В законе!

Потрогав осторожно дверь, Сергей убедился, что она заперта. Включив фонарик на зажигалке, рассмотрел замок. Обычный, повышенной секретности, с двумя бородками. Но разбираться со взводом с помощью 9 разведчиков было нежелательно. Могли объявить тревогу, и всё пойдёт через одно место.

Вернулся Коля со складов. Доложил, что часовой снят.

— Есть вход, командир.

— Посмотрите: куда ведёт, и доложите. Аккуратнее. А мы смену подождём. Будет что интересное...

— Понял!

Коля ушёл во тьму ночи, а Сергей продолжал возиться с внешним замком. В приёмнике раздался щелчок. Он отстранился от замка и шагнул в темноту. У караульного помещения зажглась лампочка. Три человека с карабинами, бидоном и ведром, шли по направлению к посту номер 1. Захват прошёл тихо. Возглавлял группу сержант Марков. Из бидона несло 'шилом'. В кармане сержанта нашли ключ от двери. После того, как кляп у Маркова выдернули, он попытался закричать, причём уставными командами. Сбой дыхания ему обеспечили. Сергей достал своё удостоверение и раскрыл его перед сержантом.

— Я — подполковник Главного Разведывательного Управления ГенШтаба Стрельников, командир отдельной бригады специального назначения. Видишь?

Сержант мотнул головой.

— Заорёшь — выключу надолго. — Сержант отрицательно покачал головой.

— Товарищ подполковник! Нас не меняют на позиции с июня, я уже должен быть дома, а всё ещё здесь!

— Дом где?

— Здесь недалеко, в Челябинске.

— Не попадёшь ты домой, сержант. Нет твоего дома. Война началась 19-го. Сюда зачем шёл?

— За спиртом. Вот клюкву принесли, Санин обещал на шило поменять.

— Зови Санина и без шуток, сержант.

— А, про войну — правда?

— Правда, и за то, что происходит на позиции, тебе 'вышка' корячится. Дошло?

— Дошло, тащ полковник.

— Действуй. — сержант долго жал на звонок, разведчики замерли чуть в стороне от двери. Из переговорки раздался крутой мат, дескать, кто тут среди ночи звонит!

— Это я, тащ прапорщик, как обещал, клюкву на опохмелку принёс, кисленькую.

— Кисленькую — это хорошо! — послышалось из-за двери и что-то щёлкнуло за дверью. Сергей прижал контрольный ключ к приёмному устройству, блокируя тревогу, а мужики уже крутили руки прапору. Тот не сопротивлялся, ибо не был в состоянии. Только мычал что-то, пытаясь вырвать руку. Его разоружили, извлекли из кармана ключ-вездеход. Вызвали Николая и его бойцов. Через семь минут начали штурм. Впрочем, назвать это действо штурмом, язык не поворачивался. Никто не сопротивлялся, в основном, все спали, находясь в состоянии сильного опьянения. Сопротивление встретили только у КП, но обошлось без стрельбы. Расчёт был обезоружен, из помещения вывели всех, кто был не в состоянии нести службу. Сергей прошёл в комнату начальника дежурной смены. Тот спал, подложив под голову портупею с пистолетом. Лыка не вязал. Несколькими ударами его разбудили, но толку от него не было никакого, два лейтенанта подхватили его и унесли в подсобное помещение. Выяснив у старшего смены, кто из начальства есть ещё на КП, послали за ним старлея в сопровождении двух разведчиков. Привели майора с сильно помятым и заспанным лицом.

— Что здесь происходит! Кто дал вам право находиться на... — майор полетел в угол.

— Кот! Опохмели его! — сказал Сергей и отвернулся. Старлей с ужасом смотрел на то, как опохмеляют комбата.

— Опохмелился, рядовой?

— Я — майор Михайлов, командир 138 батареи войсковой части 36491. Вы находитесь на позиции, которую занимает моя батарея. Вы ответите за это!

— Но ты об этом не узнаешь. И музыки на твоих похоронах не будет. Ты, сука, в курсе, что уже три месяца идёт война?

— Какая? — спросил майор, и пьяно икнул.

— Ядерная, рядовой, а твоя батарея её пропила!

— Нас отключили от связи за неуплату 17-го июня. Связи нет! Нас не меняют уже три месяца.

— А, некому менять. Полуночного нет.

— Как нет?

— Ты полковника Зорькина знаешь?

— Знаю, был нашим командиром 15 лет.

— Узнаёшь? — Сергей показал ему фотографии мёртвого полковника, его карту и письмо. Тот посмотрел на монитор, и прижал руку к разбитым губам. — А, это то, что осталось от Ленинграда. Снято 25-го июня. Читай! — майору Сергей сунул ему письмо Зорькина. Майор несколько раз провёл руками по ушам, стряхивая многодневный пьяный синдром. Взял письмо и стал читать. Зорькин был умным ракетчиком, он знал уязвимые места своей дивизии, догадывался, что его дивизию легче отключить, чем уничтожить. Майор вчитывался в текст, силясь представить себе, что произошло.

— У нас тревоги не было, товарищ...

— Подполковник Стрельников, ГРУ ГШ.

— У нас тревоги не было, товарищ подполковник. Связи не было, смена не прилетела, все датчики были выключены ещё 17-го. В Полуночном была целая комиссия из РВСН, МО и из Омска. Предъявили кучу неоплаченных счетов, объявили выговор и сняли с должностей командира, начфина и кучу офицеров. На разводе упомянули, что дивизия будет расформирована. Мы прилетели на точку, а здесь связи нет, всё выключено.

— А, как же 'Мёртвая рука'?

— Подполковник! Не смешите мои тапочки! Её ещё при Боре отключили.

— В, общем, так, майор, если к утру часть не будет боеспособна — расстреляю. Ты меня понял?

— Отчётливо!

— Мужики, присмотрите за майором, и помогите, если что.

В восемь утра майор построил смену в коридоре. В помещениях наведён относительный порядок, на КП боевой расчет. Сергей принял доклад, и объявил о том, что началась война, и что он принял командование частью на основании приказа штаба ЛенФронта. Несмотря на сильно помятые физиономии, на лицах проступило что-то вроде понимания ситуации. Последовал разнос, проведённый на самом высоком уровне. После этого Стрельников и Михайлов, командир батареи, направились в караульное помещение. Начкар, оказывается, никуда не уходил, просто дневал и ночевал в бункерах, он построил взвод: 44 человека, двое на постах. Такая расстановка показалась очень подозрительной Сергею. Начав задавать вопросы, выяснилось, что по боевому расписанию караул уходит в нижнее помещение, и занимает двадцать четыре огневых точки. Состояние огневых точек начкару не известно, но он дважды бывал в нижнем бункере. Сняли часовых у входов, переместили всех вниз. Установки АК-306 были законсервированы старым армейским способом: все было залито орудийным салом, и к стрельбе пушки не были готовы. Ни одно орудие не было заряжено. Устроили чистку и пристрелку. В конце дня выяснилось, что исчез сержант Прохоров и два бойца. За ними отрядили Муртаева и Васильева. В ограждении оказался проход, через который эта троица и вышла. Пошли сдаваться американцам. Их привели на вторые сутки и расстреляли у стенки склада. Коля Грачёв восстановил систему охранения и дополнительно навешал американских датчиков объёма. На пятые сутки система полностью заработала.

А Сергей выяснял интересные нюансы, связанные со стрельбой ракетами Р-36. Для их запуска требовалось несколько электронных и механических ключей, часть из которых находилась на позиции, а остальная часть отсутствовала. Незадолго до войны их сдали на смену кодов, так как сменился главнокомандующий РВСН, который издал приказ о смене кодов доступа.

— Интересное кино получается! Фактически вас уничтожили до войны!

— Именно так, Сергей Петрович. Командный модуль стоит без программного обеспечения, так как, дескать, договор СНВ-2, хотя там такого не прописано. Программы есть, находятся вот в этом сейфе, но ключ от него только один, а электронного ключа нет, вскрыть не можем.

— Как они выглядят?

— Кто?

— Ключи?

— Как карточка банковская, только с чипом.

— Вот такие?

— Не вот такие, а эти! Вот этот. Откуда они у Вас?

— Зорькин передал, я думал, что они от входа сюда, а не подошли.

Вскрыли сейф, и на все 24 ракеты установили командные блоки.

— Борис Павлович, и что теперь?

— Необходимо прогнать контроль на всех боеголовках, это займёт несколько дней. Мы этим давненько не занимались. И ещё, нет данных о целях, обычно они хранятся у командира дежурной смены, но несколько месяцев назад их стали хранить в сейфе командира дивизии. Если дивизии нет, то нет и этих данных.

— Вручную завести можно? Что для этого требуется?

— Не помню! Лет 10 не стреляли, а карточки всегда комдив приносил! — майор задумался, потом шмякнул рукой по переговорке: 'Кулибина' ко мне!

'Лейтенанта Карасика к командиру!' — послышалось по 'Каштану'. Через некоторое время вошёл очкастый лейтенант, маленького росточка и с большими залысинами.

— Кулибин! Какие данные заносятся в карточку цели?

— Код изделия, код ключа 36 и коды широты и долготы цели.

— Бля! Коды изделия сдали!

— Никак нет, товарищ майор! Документацию с кодами изделий вывезти не смогли! Командир борта подстрелил лося, и, из-за перегруза, не забрал документацию. Она на вертолётной площадке в каптёрке лежит. — ответил Карасик. Прозвучали команды немедленно доставить документацию.

— Что такое коды широты и долготы?

— Есть карта и таблица, по которой они считаются. В принципе, мне достаточно обычной карты, у меня таблица с собой.

— Ключ 36 есть?

Майор перебрал стопку ключей.

— Есть.

Карасик оказался просто готовым чудом! Единственный профессионал-ракетчик. Он о ракете знал всё! Каждый винтик! Каждый пункт инструкции. И как его обойти! Не перевелись ещё богатыри на Руси, хоть маленького роста. Ещё один подарок сделали связисты. У них оказался живым канал связи с 22 дивизией в Тюра-Таме! Сложность была в том, что ракеты и сама дивизия находились на консервации. Людей там не было. Но, прогнав каналы проверки, Карасик заявил, что там 'жива' 'мертвая рука': комплекс автоматической стрельбы в связи с выводом из строя личного состава. Требовалось только запустить этот комплекс.

Оставив ракетчиков выполнять задания, Сергей перешёл в 'караульный блок'. Санёк гонял солдатиков в спортивном зале, готовя из них солдат, коими они числились, но не являлись. Взвод перевооружили на АК-12, вместо старых СКС выпуска 50-х годов. Огромные склады под землёй вмещали оружия на целую дивизию. Кевларовые шлемы, новенькие броники, новые приемопередатчики, которые можно было связывать с компьютером Сергея. Занятия наверху проводить было нельзя, но внизу хватало места, был тир, спортивный зал, неплохая столовая и еды было достаточно. Сергея беспокоило отсутствие известий от второй группы, которую увёл майор Вячеслав Кудрявцев, тем более что в ангаре на вертолётной площадке стоял Ми-28н, а ниже на складе было много вооружений для него. 'Дроны' в районе почти не появлялись, поэтому Сергею хотелось узнать: куда делись 'грачи'. Для этого он хотел найти группу. На поиск пошёл Васильев с Папиловым и Иванченко. Они взяли с собой трех молодых и новенькую ЗАС-станцию. Через неделю они вернулись, приведя обратно четверых из семи человек второй группы.

— Где Кудрявцев, Захаров и Антипова?

— Неделю назад ушли в лесничество и не вернулись. Сигналов опасности не подавали, на связь не выходили.

— Показать на карте можешь?

— По-моему, вот тут. Более точно не могу, этим занимался Кудрявцев.

— Количество пролётов дронов увеличилось после отхода или нет?

— Наоборот, полностью прекратилось на второй день.

— Странно, очень странно. Котин! Готовь группу и санькино отделение. Молодых тоже надо обкатать. Михайлов, остаётесь за меня, Николай, тоже здесь останешься, на тебе внешняя охрана.

— Есть! — неохотно отозвался Грачёв.

— Командир, а Вам-то зачем, сами справимся! — тихо спросил Валентин.

— Вал, мне нужно точно знать, что произошло и куда девать оставшихся четверых.

— Понял. Становись! Попрыгали! Товарищ подполковник! Группа к выходу готова!

— За мной бегом марш!

Выскочили с позиции, там перестроились в походную колонну с охранением. Движение ускорено до максимума. Санькины солдатики через пару часов начали потихоньку скисать, хоть и молодые. Первую проверку не прошли. Сергей развёл руками, и снизил темп движения.

— Бегать негде, командир. То ли ещё будет! — разочарованно процедил Сашка Хабаров. Молодые гремели берцами как лошади. Еще через три часа пришлось делать привал.

— Санька! Мы разделимся. Выходить вот сюда! С этой сопки лесничество, как на ладони.

— А Вы откуда знаете?

— Бывал здесь до войны. Отличная охота по перелётной птице. Давай, мы поскакали, догоняй!

— Тут догонишь!

Группа ускорила движение, ориентируясь по ярким звездам. В эфире было тихо, 'дронов' не было, работающих станций тоже. Группа довольно быстро спускалась с хребта. Сделали два небольших привала, и к вечеру следующего дня подошли к лесничеству. В течение двух часов наблюдали за ним. Ничего подозрительного. Четыре мужика и одна, видимо, пожилая, женщина. УАЗик, две телеги, живность. Все гребут сено, накошенное несколько дней назад. Затем загнали коров и свиней в хлев, и разошлись по разным домам. Возле одного из домов на цепи сидит кавказец, и пара лаек бегает свободно. Группа выдвинулась вперёд, пятеро остались в засаде, трое пошли к дому. 'Лучший друг разведчика' коротко взбрехнул, на крыльцо вышел хозяин.

— Кто тут?

— Огонька не найдётся, хозяин?

— Ну, проходите, гости незваные! Чьих будете?

— Да так, охотники, заплутали малость.

— Какие на войне охотники! Ладно, сидайте!

— Да вот, своих ищем, к Вам не заходили?

— Нет, никого давно не было. Садитесь, повечеряем. Мать! Накрой на стол!

Хозяин не узнавал Сергея, тем более, что был он в большой компании и всего один раз. А вот поведение его сильно насторожило Сергея. На стол были выставлены только три рюмки, хозяин разлил самогон по стаканчикам, истово перекрестился:

— Снедайте, чем бог послал!

— А сами-то что?

— Бог не велел, старообрядцы мы.

— Ну-ка, папаша, опрокинь-ка стопочку! — и Стечкин с глушителем уставился на лоб хозяина. Попытку хозяйки запричитать остановил такой же ствол, направленный на неё Муртаевым.

— Давай-давай! Старовер, говоришь, а щепотью крестишься. — под тяжёлым взглядом Сергея, хозяин маханул стопку.

— Мать! Прикрой занавесочку! — сказал Сергей. — И марш за печку.

Муртаев и Васильев заняли позицию у дверей. Через пять минут хозяин упал лицом в тарелку с картошкой. Сергей положил его на пол. Скрипнула дверь и вошедший получил рукояткой пистолета по жбану.

— Оружие положи! Где третий!

— Веревки готовит.

— Зови!

С третьим пришлось немного повозиться и прострелить ему коленку.

— Ну, братья-разбойнички! Где мои люди? Молчать не рекомендую! Тишина... — и выстрелил в коленку второму. То заорал, что за сараем есть яма, там.

— Зачем?

— Американцы хорошие деньги платят с головы. Советы кончились, Россия кончилась, а деньги платят только американцы. Мы — кондовые, сибиряки, с Ермаком сюда пришли. Всех переживем.

— А, вот это ты врешь, как и твой папаша. Дедушка твой из Пскова, скобарь. Сюда попал не добровольно, а по приговору, за то, что полицаем служил. И такое же говно вырастил. Я твоего папашу спецом проверял, ещё в 86-м, ты тогда совсем махонький был, но яблоко от яблони недалеко падает. Уж больно гладко врал твой папаша.

Подошла вся группа, вытащили из ямы всех троих, все перемазанные дерьмом, избитые, Дарью насиловали много раз.

— Хоронить не станем, сама закопаешь, и уходи отсюда, чтоб духу твоего здесь не было. — сказали вдове.

Уходили так же быстро, как пришли, но после отрыва, сбросили скорость движения, так как освобождённые силёнок имели маловато. Через несколько часов передали их Саньке, и прибавили скорости. Быстрое движение не настраивало на размышления, проверка кончилась ничем. Надо будет расспрашивать Кудрявцева и Захарова. Было два варианта: бандитам было всё равно, кто попал в их руки, или девчонка чиста. Хотя, может быть, она бы и не дожила бы до передачи её американцам. Против этого говорило то обстоятельство, что быстрого освобождения не последовало. Судя по словам среднего сына, они сообщили о задержании группы четыре дня назад. Если бы её искали, то среагировали бы. Ладно, жаль, конечно, что нет абсолютных доказательств, но, что есть, то есть.

Позиция встретила их тишиной, но, на их щелчки сразу же ответили. Из караулки появились люди, подав условленные визуальные сигналы. Николай доложил, что за время отсутствия происшествий не случилось, за исключением, но об этом доложит Михайлов.

— Как прошло?

— Чисто, но не без неприятностей.

— Михайлов просил сразу к нему зайти.

— Поесть сообразите!

— Через полчаса будет готово, товарищ командир.

Сергей пошёл освещенными коридорами к кабинету Михайлова. Тот спал, Сергей толкнул его в плечо.

— Приветствую! С возвращением. За время Вашего отсутствия сумели восстановить связь с Народной.

— Что это?

— Такая же батарея, как и наша. Раньше мы дивизионами назывались, а теперь батареями. Ну, это чтобы денег не платить. Сами понимаете. Должность была полковничья, а на новой технике, так и генеральская. А так — майор командует.

— Связь какая?

— Кабельная!

— Как нашли?

— Ну, она всегда была, вот только отключилась вместе со всей связью, почему-то. Исполняли Ваше приказание по поводу проверки всего, что может работать на излучение или приём. На первой и двадцать четвертой позициях нашли две нештатные антенны. Когда и кем установлены — выяснить не удалось. Нет никаких отметок в реестре и журналах. Прошли по кабелю, обнаружили два приемопередатчика в вентиляционных колодцах, от них идут провода к двум релюшкам, которые отключают связь с Полуночным и с Народной. Релюшки мы оставили включенными, там контрольный провод идет, а рубильник включили. Связи с Полуночным нет, как не было, мы его отключили обратно, а связь с Народной работает. У них те же самые проблемы, как и у нас: неполный комплект ключей, и сданы коды изделий. Но 'Кулибин' и Хворостовский что-то 'химичат'. Говорят, что сделают дубликаты. С кодами изделий уже разобрались: все ракеты, кроме одной, из одной партии, одной серии и номера сквозные. Код присвоения номеров ID 'ломают' третьи сутки, говорят, что завтра закончат и выдадут коды.

— Хорошая новость!

— Но, тащ полковник, как передать то, что они делают?

— Где находится Народная!

Михайлов подошёл к карте на стене и показал место. Стрельников измерил расстояние: 456 километров по прямой.

— Как туда людей доставляли?

— Двумя Ми-26-ми.

— То есть: топливо там есть?

— Было. Можно спросить. Но кто поведёт вертолёт? У нас ни лётчиков, ни техников. Раньше были... Впрочем... Захарова ко мне! — рявкнул он дежурному. Прибыл заспанный капитан Захаров.

— Палыч! Ты на какой вертолёт учился в позапрошлом году?

— На 28-й!

— Вот, Сергей Петрович: техник.

— Ну, а вертолётчик у меня есть! Где расписание спутников?

— Вот, но оно старое, как смерть!

— Что делать! Новее нету, и хрен где получишь!

Наблюдение за районом было плотным. Единственное приличное окно было между 20-ю и 22-мя часами. Днем всё было забито плотно.

— Херово! — заметил Михайлов.

— Обсуждение переносится на несколько дней. Вертолётчик ещё не здесь. Может быть, воспользуемся парой тройкой других окон, с посадкой. Не нам решать. Ладно! Спасибо, Борис Павлович. Порадовал.

— Служу... Служу Советскому Союзу, товарищ полковник!

За завтраком Сергей отдал распоряжение переодеть всех вновь прибывших, тщательно осмотреть их форму и личные вещи на предмет посторонних включений, и дальше нижней караулки не пропускать. Тех, кто прибудет с группой Хабарова, внимательно осмотреть, оказать медпомощь, полностью взять все анализы, вплоть до химсостава крови, одежду и личные вещи осмотреть и сжечь в мусоросжигателе. События разворачивались так, что допускать малейший риск совершенно не хотелось. Через двое суток появился Хабаров. Доложил, что происшествий не случилось, но отметил появившегося дрона со стороны Свердловской области. Видимо, лесничество посетили, и надо усилить наблюдение в том направлении. Сергей согласился с ним, и в направлении Сосьвы направили маневренную группу из четырёх человек. Пошли двое 'ленинградцев', уже там бывавших, и двое солдат из взвода охраны. Через неделю их сменят.

Врач доложил о результатах осмотра Кудрявцева, Захарова и Антиповой. В крови Кудрявцева и Захарова — обнаружены следы сильнодействующего лекарства, у Антиповой след удара тяжёлым предметом по голове. Кровоподтёки нанесены одним предметом, видимо резиновой палкой, имевшей характерную отметину в верхней части. У Захарова перелом двух пальцев левой руки, у Антиповой множественные разрывы вагины и ануса, следы спермы четырёх человек. Одежда проверена и распорота по швам, ничего не обнаружено. Врач рекомендовал перевести Антипову в помещение взвода связи, где было шесть женщин. Сергей внимательно прочёл заключение капитана медицинской службы.

— Вы уверены в Ваших выводах?

— У меня был опыт работы судмедэкспертом. Над ребятами поработали настоящие садисты.

— Приговор уже приведён в исполнение. Хорошо, Кудрявцева и Антипову перевести на основную базу. Захарова долечивать в медпункте караулки. Доктор, нужно, как можно быстрее, привести в нормальное состояние Славу. Он нужен, как воздух!

С Кудрявцевым Сергей встретился через час в медсанчасти.

— Привет! Как себя чувствуешь?

— Значительно лучше, чем покойник.

— О! Шутит! Значит, пошёл на поправку! Как так получилось, Слава? Ты что, сразу не понял, что это 'цирк'?

— Извини, даже в голове не шелохнулось! Настолько достала консервированная пицца, а тут картошечка с салом, горилка, да со слезой, из погреба. Очнулся уже в выгребной яме.

— Ладно, выздоравливай! Работа есть!

— Где мы?

— На базе! Всё, выздоравливай!

Ещё через неделю Сергей, Борис Павлович и Слава обсуждали полёт в Народную.

— Нужен штурман-оператор, необходимо проверить все системы, подвесить ПТБ, зарядить 'ловушки', провести ТО ракетам и подвесить их. Вооруженцев нет. Техник один, и тот без практического опыта работы с этой машиной. Курсы и двадцать часов практики. Больше похоже на авантюру, впрочем, как и всё, чем в последнее время приходится заниматься. — глубокомысленно закончил свою речь майор запаса.

— Деваться нам некуда, Слава. На пеший переход уйдет месяца два. Компьютерщики сделали два комплекта ключей, одну группу я уже готовлю, но это — запасной вариант. Не дадут нам долго здесь отсиживаться. Трижды засветились. Гости будут скоро. А людей — кот наплакал. Помнишь, когда 'Ил' поднимали, ты тоже говорил, что это невозможно и полосы не хватит.

— Я понял, командир. Разрешите начать подготовку?

— Валяй!

'Грачи' дальше Лесничества идти не решились. Две недели активно бороздили небо, затем свернулись и уехали. Обошлось. Зато на западе они создали большую базу на месте уничтожения их подразделения и возле места падения самолёта. Но, 'точка' была в теневом секторе их локатора, дроны ближе 50 километров не приближались. Пешую разведку противник не вёл. Его авиация была активна много севернее и восточнее: там проходили нефте и газопроводы. Там отмечалась активность самолётных радиолокаторов. А остатки российской армии американцев мало интересовали. Реальной силой разрозненные группы людей в погонах не обладали. Любая активность радиостанций отслеживалась, и туда направлялись 'грачи'. В составе групп 'грачей' самих американцев было мало: использовались 'латиносы', негры, немцы и славяне. Группой, обычно, командовал немецкий офицер. В группу входили вооруженцы, непосредственно операторы беспилотных летательных аппаратов, взвод или рота охраны, связисты, 'химики', если работа велась на заражённых территориях. При обнаружении больших групп сопротивления, большие дроны или авиация наносили удар, вплоть до тактических ядерных боеприпасов. Поэтому Стрельников продолжал готовиться и соблюдал максимальную маскировку. В некотором роде: пассивность. Это не замедлило сказаться на взаимоотношениях с группой, вырвавшейся из-под Ленинграда.

— Долго ещё будем отсиживаться, командир? Там, под Питером, гибнут люди. — такой вопрос услышал Сергей в столовой караулки от Авраменко. Лейтенант потерял всех своих в общежитии на Охте: жену, мать и маленькую дочь. Он рвался мстить, и сожалел о том, что не остался в бункерах под Матоксой. Командир остро ощутил необходимость иметь комиссара.

— А, как ты себе это представляешь?

— Нас здесь 57 человек, и мы в состоянии уничтожать противника, много оружия, а сидим, тихонечко, как крысы, боимся лишний раз пошевелиться.

— И кого ты здесь бить собрался? Ближайший противник в 300 километрах отсюда.

— Говорят, что на объекте ещё есть люди, пусть сами защищают свою 'норку'. А те, кто может носить оружие, должны уничтожать оккупантов!

— А их нет! Есть группы 'грачей', бороться с которыми, в некотором смысле, можно до бесконечности. Выбьешь одних, потеряешь кучу людей, а пришлют других. За то время, пока ты будешь уничтожать следующих, успеют навербовать и обучить ещё обезьянок. И так до бесконечности.

— И что? Сложить оружие?

— Ни в коем случае, Коля. Готовить возмездие. Чем мы и занимаемся.

— Да слышал я, что здесь ракеты, так 'п-нуть' по Америке.

— Ну, и... А дальше? Дальше что, лейтенант? Требуется выиграть войну, а не нанести булавочный укол противнику. А это — время на подготовку удара. Это совсем не просто, лейтенант. Поэтому я и ТРЕБУЮ: соблюдать полную маскировку, не привлекать сюда противника. И любые активные действия запрещаю. И ни одного человека отсюда не отпущу. Развязывать языки на той стороне умеют мастерски. И те, кто своими глазами видел то, что творят на нашей земле пиндосы, должны раскрывать глаза тем, кто этого не видел. Это твоё предназначение, лейтенант. И учить пацанов, которые, вон, рот раскрыли и слушают тебя.

'Плохо дело, вряд ли до Авраменко дошло то, что я ему сказал' — подумал Сергей, выходя из столовой караула. — 'Надо усилить воспитательную работу. А где взять такого 'воспитателя'?'

Воспитатель нашёлся: Сашка Хабаров, капитан-спецназовец, слышал этот разговор и самостоятельно сделал такие же выводы. Набрал в фильмотеке фильмы, документальные ленты, устраивал показы и лекции, вместе с другими спецназовцами демонстрировал приёмы рукопашного боя, огневого контакта, приемы владения холодным и огнестрельным оружием. Привлёк всех, чтобы учить друг друга тем навыкам, которые будут необходимы в этой борьбе. Заодно, дал идею о том, что с нас начнётся восстановление могущественного Советского Союза. В библиотеке части нашлись уставы и присяга Советской Армии, на складах завалялись эмблемы, кокарды и нашивки СА. В общем, стал комиссаром части. А на КП шла напряженная работа по расшифровке целеуказания ракет, стоявших в Тюра-Таме. Требовалось исключить нанесение двойных ударов. Все 64 ракеты 22 дивизии имели индивидуальное наведение каждой из шести БЧ на ракете. И все 47 ракет двух батарей имели по 10 отделяемых БЧИНов. Работы у ракетчиков было навалом! Карасик спал по три часа в день. Всё проходило через него.

В один из дней, в переходе между санчастью и столовой, Сергей столкнулся с Дарьей, она возвращалась из столовой.

— Тащ полковник! Разрешите обратиться?

— Слушаю Вас, Даша.

— Я не Даша! Я — гвардии старший прапорщик Антипова, Воздушно-Десантные Войска!

— Слушаю Вас, товарищ старший прапорщик.

— Почему, товарищ полковник, меня разоружили, раздели, перевели к этим девкам, которых я ненавижу, из боевой группы? Почему меня никуда не выпускают, не дают одежды? Кубрик — санчасть — столовая!

— Сейчас вы познакомитесь ещё с двумя помещениями, товарищ прапорщик: с моим кабинетом и гаупвахтой! За мной! Пропустите!

В кабинете он вырубился на Дарью из-за её истерики. И заявил, что доклада о том, что она здорова и боеспособна не было, что все эти вопросы решает лечащий врач, а не командир части, который вынужден тратить на её истерики время.

— Так это не из-за брата? — изменившимся голосом спросила Антипова.

— Нет. — хмуро ответил Сергей.

— Меня достали эти девицы! Да, мы лопухнулись, и я не успела воспользоваться оружием, и подставилась, как... За что и получила, по полной. Больше этого не повторится, товарищ подполковник. Но, я принимала присягу и такой же боец, как и все. Я здорова, и не надо меня жалеть. Прошу разрешения приступить к своим обязанностям.

— Обязанностей у Вас, пока, нет. Вы находитесь на секретной базе, выход с её территории запрещён всем, кроме нескольких человек. Чем занимались до войны?

— Шифровальщик секретного отдела.

— Вакантных должностей нет. Дайте мне некоторое время, я найду Вам обязанности. А пока, можете получить форму и переодеться. Займитесь этим, товарищ старший прапорщик.

— Спасибо! Разрешите идти?

— Я провожу, Вас не пропустят!

А спустя несколько дней улыбающийся 'Кулибин' доложил, что составление карточек закончено.

— Тащ полковник, здесь 854 цели. Вроде ничего не забыл! — и он положил на стол две стопки перфокарт. — Эта наша, это — Народной. Вот карта, синим обведены цели 22-й, оранжевым -цели 139-й, и красным — наши.

— Стратег, мать твою! Помирать собрался, что ли? Отставить! Девять ракет из расписания долой! Не учёл ты ракет Великобритании и Франции. А их надо учитывать. — сказал Сергей.

— Так что, ещё и по ним стрелять?

— Ни в коем случае! Но погрозить пальчиком — надо обязательно! А ты чем будешь грозить, коли всё выпустишь? И продолжать искать код к последней ракете в Народной! Иди, дай покумекать!

— Есть!

— Ну что, Палыч? Надо отправлять борт в Народную. Зови Захарова и Кудрявцева!

Зарявкал 'Каштан', вызывая к командиру техника и пилота вертолёта. Оба вошли и доложились.

— Готов, Славик?

— Готовы! Штурманом пойдёт Захаров, иначе назад не вылететь.

— Ну, лететь, скорее всего, не придётся.

— Придётся или не придется, не знаю, но иметь такую возможность необходимо.

— Ладно, не принципиально. Когда?

— В большое окно, ночью.

— А, сядешь?

— Подсветить надо будет. Один раз на подходе поморгать, затем при посадке включить освещение на площадке. Рацию использовать нельзя, поэтому только на условных сигналах.

— До окна три часа! По готовности взлёт.

Связались с Народной, передали им информацию. Снаряжали мужиков по полной, на случай, если собьют.

— Всё, окно! Навались! — вытолкали вертолёт из ангара, присоединили к питанию, завыл вспомогач, Захаров отсоединил питание, и залез в кабину, прогрели двигатели, вертолёт завис над площадкой, чуть наклонил нос и ушёл в непроглядную тьму. Сергей стоял на площадке, придерживая берет рукой, другой рукой помахал в след вертолёту. Сплюнул через левое плечо, пожелав им удачи. Спустился на КП и сел напротив радиостанции. Через час раздался один щелчок: всё в порядке.

— Заход там сложный! — сказал Михайлов.

— Не каркай! Славка — лётчик от бога. Если будет сложно сесть, то я дал команду сесть поближе и добираться одиннадцатым маршрутом.

Ещё через час раздались три щелчка.

— Народная! Дай подсветку! Поморгай! — тут же раздались два щелчка от Вячеслава! — Выключай, он вас видит!

— Вишера, Народной. Он сел! Конец связи.

Спустя полчаса Народная доложила, что прилетал дрон, долго кружил над площадкой.

— Сколько времени вам надо?

— Два часа.

— Через полчаса мы начинаем! Боевая тревога! Расчётам по местам, приготовить индивидуальные средства защиты! Ну, Палыч, начнем, помолясь?

— Кулибин! Давай!

— Так, нам надо: 19-е июня 2016 года 04.30 МСК. Альт-F9-Enter... Альт-F9-Enter... Альт-F9-Enter!!! Не проходит, товарищ командир! Загрузка контроля не проходит!!!

— Не кричи! — раздался голос Хворостовского. — Такой умный, всё знаешь, а то, что в 22-й левый альт зависал, не знаешь! Правый Альт-F9-Enter.

— Прошла! Валька, а ты откуда знаешь?

— Так я и переписывал. — смеясь, сказал старлей.

— Жуков! Давай к-к-к датчику! — чуть заикаясь сказал Карасик. — Народная! Давайте к датчику!

— Над нами дрон!

— К любому датчику! Должна сработать радиоактивная тревога!

— Народная! По команде валите дрон! Как поняли?

— Вас понял!

А в это время, далеко от Урала на КП 375 противоракетной дивизии армии республики Казахстан раздался вой боевой тревоги. Командир расчёта недоумённо уставился на пульт. Два раза нажал на сброс, думая, что ложное срабатывание. На пульт, так же недоумённо, уставился и уоррент-офицер Адам Смит.

— What is this?

— Rocket attack! Alarm!!! Тревога!!! — дежурный схватил микрофон и закричал в него: Угроза ракетного нападения! Командиру просьба прибыть на КП!

— Какого чёрта! — бормотал американец, пытаясь достать мобильник. — Что происходит?

В бункер вошёл пожилой полковник казахской армии. Лейтенант пальцем показал ему на дальний пульт.

— Наконец... — тихо сказал полковник и коротким режущим, снизу вверх, ударом по горлу отправил изумлённого американца на тот свет. — Ты знаешь, что это за пульт, сынок?

— Не помню, господин полковник.

— Я — товарищ полковник, лейтенант. Это — 'Мертвая рука'. Кто-то её запустил. Молодца! Проверьте каналы связи, кто на связи? Боевая тревога, объявить тревогу в городе! Всем в укрытие! Приготовить средства индивидуальной защиты. Заберите у него пистолет и выбросьте эту падаль с КП.

— Надо остановить это!!! — закричал лейтенант.

— Хрен ты её остановишь, к бою! Будем отражать ракетное нападение. Сейчас по нам начнут бить. Кто на связи? Я просил дать мне: кто на связи!!!!

— Есть связь с Вишерой, больше никого.

— ЖэКа! Ай да умница! Подставил ты меня! Доложить о готовности!

— Товарищ полковник! Старт ракеты с 22-й площадки! Бить?

— Сдурел? Это не наши цели, наши прилетят из Америки. Дайте связь с Вишерой! Вишера! Ответь три семь пять! ЖэкА!!! Ответь! Твоя работа?

— Его! — послышалось из громкоговорителя. — Вот только его здесь нет, он пал смертью храбрых в боях под Ленинградом.

— Вечная память! Здесь полковник Завьялов. 375-я к бою готова. 125 ракет А-135 и 10 РС-19. Постараюсь прикрыть район.

— Нам бы хоть какую-нибудь информацию о стартах с той стороны.

— Здесь наблюдаю 16-й пуск, а спутник у меня один: Казахия! И он ещё низковато. Что-то появится — передам.

— Товарищ полковник! Президент Назарбаева на связи, требует Вас.

— Пошли её на! Сам знаешь куда, пусть прячется! Передай, сработал комплекс 'Мёртвая рука' законсервированной 22-й гвардейской ракетной дивизии, возможности остановить пуски не имею, готовимся отражать атаку американцев на район базирования, связь кончаю. Некогда мне! Есть пуски, Северная Калифорния, восемь штук, курсом сюда, МХ. Вишера, как понял!

— Понял, Вас понял.

— Есть пуск, район Гавайских островов, ПЛ, координаты 23&#8304;38'20'N, 164&#8304;42'31'W. Это наш красавчик! Первая! Цель 9, взрыв подводный, 100 метров. Уничтожить! Пуск по готовности!

— Ракета пошла!

— Вторая, третья! Цель групповая, 1-8, заслон, залпом! Уничтожить! Пуск по дистанции! Что-то плохо стреляют! Это что: всё, что будет? Ага!! Пуск в Японском море, перехватчик. Да пусть палит! Вишера! Есть разделение первой, остальные на подлёте.

— Вас понял. Как у Вас?

— Херово. Жарко. Ещё двадцать минут живем! Включить дальний! И назад, ребята, посматривайте! Могут с обратной долбануть!

На КП в Вишере напряжённо слушали Байконур. Время от времени расчет докладывал о пусках 22-й дивизии. Пока бой вели её компьютеры и 375-я. Старты шли в рваном ритме, затрудняющем расчёты ПРО противника. Что сейчас творится у него!!! Народная докладывает уже о трех дронах, носящихся возле позиции. Сергей приказал сидеть тихо, даже если начнут обстрел. Завьялов доложил уже о 16-ти пусках со стороны противника, два пуска зафиксированы из района Северного Ледовитого океана. Он же доложил, что подключились два дивизиона 'С-300' для обороны ближних подступов.

— Есть накрытие Анкориджа! Считай, что оборона прорвана! Мне тут 'ниггер' звонит, что передать?

— Что хочет?

— Остановить этот кошмар...

— Передай, что 'поздняк мятаться', раньше надо было думать. Пламенный привет американскому народу от Советского Союза.

— Передал, что мы здесь не причем, что запустился автоматический комплекс, пока всё до железки не выстрелит, не остановится. Предложил написать завещание и быстренько застрелиться. Что у него есть ещё четыре минуты. У нас — три... Есть разрушение целей 1,2,3,5. Четвертый! Цель 4, уничтожить! Пятый, шестой, седьмой, цели 6,7,8, уничтожить!

— Ракета пошла!

— Ракета пошла! Ракета пошла! Ракета пошла!

— Восьмой, девятый, десятый и одиннадцать! Держать цели по дистанции, автомат!

— Поняли! Автомат! Автомат включен!

— Вишера! 22-я площадка, взрыв топлива. Одной не будет, осталось три! Вы успели! Одна, вторая, и последняя! Всё, 22-я отстрелялась! Через двадцать минут мой спутник уйдёт. Есть накрытие Гавайев. Есть накрытие в Неваде, там шесть взрывов. Попытаюсь включить вам 'Окно'. Увы! Команда не проходит. Санглок сдох! Ну, все, ухожу со связи, на меня идут 28 целей! От меня ЖэКа ящичек выкатите! На помин его души!

— Завьялов! Сам выставишь! Спасибо!

— Не булькает! До связи!

Больше на связь он не вышел. С запозданием в двадцать семь минут по нему ударили со всей дури. Он отстреливался до последней ракеты, потом они кончились. После того, как на Вишере зафиксировали двенадцатый взрыв в районе Тюра-Тама, наступила тишина: сейсмических толчков не было. Выждали восемь минут.

— Народная! Вали 'дронов', и — 'огонь'!

Пошли доклады о пусках. Стрелял не автомат, стреляли люди! Ракеты уходили как на запад, так и на восток. В эфир ушло обращение, что сегодня 27 октября 2016 года восстановленный Союз Советских Социалистических Республик нанёс термоядерный удар по территории Соединённых Штатов в связи с ядерным нападением самих Соединённых Штатов на территорию Советского Союза 19 июня текущего года. Всего на территорию США направлено 386 боеголовок суммарной мощностью 211 мегатонн в первой волне. ПРО противника сбило 6 боеголовок. В настоящее время наносится второй удар, существенно большей мощности. Нападение Соединенных Штатов было неспровоцированным, нарушило все существующие международные договорённости, вызвало многочисленные жертвы среди мирного населения СССР. Соединённые Штаты объявлены Правительством СССР вне закона и будут полностью уничтожены. Исполняющий обязанности Президента СССР подполковник Стрельников.

Через семь минут после начала передачи, на той же волне вышел на связь Дэвид Кэмерон, Премьер-Министр Великобритании, который выступил посредником и попросил остановить огонь.

— С какой стати?

— Государства СССР не существует, вы — самозванец, подполковник...

— Кхэ, Вам хватит 10 боеголовок, чтобы успокоиться, премьер? Мы о вас не забыли... Мы в курсе, что вы и слова не сказали, когда Штаты на нас напали. Так как?

— Умоляю, прекратите огонь.

— Что, не готов отразить 'Сатану'?

— Не готов. Мировая общественность просит Вас остановить бессмысленное уничтожение целого народа!

— А, где была мировая общественность, когда Штаты пустили по нам ракеты?

— Командир! Зафиксирована работа головки самонаведения 'Томагавка', идёт с Севера.

— Так Вы для этого влезли в переговоры?

— Нет! Я не знаю, кто пустил ракету!

— Делайте самоподрыв!

— Американцы не соглашаются!

— Какие переговоры! До связи!

Выпустили ещё две ракеты, 'томагавк' не прилетел, значит, всё-таки, подорвали. Ещё раз вышел Кэмерон.

— Господин Президент, ракету подорвали.

— Хорошо. Даю команду 'стоп'. Наши требования к блоку НАТО: немедленно начать отвод войск со всей территории Советского Союза в границах 91 года.

— Это невозможно! Там 25 лет суверенные государства, члены НАТО.

— Вы слышали наше требование?

— Да, я слышал.

— Попытка не выполнить наши условия очень скверно отразится на Вашей карьере. Обама застрелился или поджарился живым?

— У меня нет сведений о состоянии и местонахождении Президента США.

— Очень жаль. До связи!

Сергей взял в руки микрофон громкой связи, включил широкое вещание, так, чтобы и в караульном бункере, и в Народной слышали.

— Товарищи бойцы! Начатая 19 июня агрессия против нашей страны отражена. Основные силы противника уничтожены. Враг вышел на переговоры с нами и признал своё поражение. Правительства ведущих стран мира признали существование нашего государства. Мы победили, но цена победы огромна. Из-за предательства прежнего руководства страны, мы находимся на самом краю громадной пропасти. Как командир единственного боеспособного подразделения Советской Армии, принимаю командование и руководство страной на себя, и прошу всех, кто меня сейчас слышит, кто разгромил врага и остался жив, встать на защиту нашего Отечества. Впереди очень много лет восстановления, разрушенного войной и предателями хозяйства, труднейшие переговоры с Западом. Мы ослаблены до предела, и только мощь нашего оружия защищает нас. Оно должно быть готово к немедленному использованию. Основная битва впереди, товарищи. Разрешите поздравить вас с Победой, и пожелать всем нам успехов на этом нелёгком пути. Да здравствует СССР, да здравствуют его непобедимые Вооруженные силы! Ура, товарищи!

Все закричали ура, полезли к друг другу целоваться, обниматься. Из громкоговорителя доносилось мощное 'Ура' из Народной.

— Командирам дивизионов произвести смену дежурных расчётов! Усилить наблюдение за наземным и воздушным пространством. Найти возможность подключить спутниковую систему. Выставить караулы и секреты по периметру. Сменам и караулам готовность номер 1. Война не кончилась, она перешла в другую фазу, товарищи!

В столовой Санин накрыл 'торжественный стол'. Поварята расстарались: знаменитый 'оливье с медвежатиной', печёный лосиный окорок, заливное из тайменя, икра красная, икра 'заморская баклажанная'. Сухое вино, на командирском столе коньяк, крабы, непременные балтийские шпроты. В общем, пока расчёты воевали, Санин и его команда уже высчитали победу и подготовились.

— Для начальства держали, для проверяющих. Ну, а начальство теперь Вы, товарищ полковник. Старше Вас никого! Вот и... Когда ещё с Президентом доведётся! — сказал хитрожопый прапорщик.

— Ой, старшина, он и в Африке старшина. А солдатам?

— Про них тоже не забыли! Праздник, он у всех праздник, товарищ полковник. Поскромнее, конечно, но...

— Давай туда сходим, Палыч!

— Пошли, мы сейчас будем!

— Куда, всё остынет!

— На столах пока всё холодное, не страшно.

Старшина дивизиона пошёл с ними. Солдаты встретили их криками 'ура'. Внеплановый обед или ужин, действительно, был организован и на столах стояло даже сухое вино в маленьких тетрапаках, салат, картофельное пюре с большим куском свинины, борщ, компот, печенье и конфеты. Неожиданно подошёл лейтенант Авраменко, они питаются в этой столовой, но за занавеской, офицеры, но отдельной столовой в этой части бункера нет. Он поднял руку и попросил тишины.

— Товарищ командир! Разрешите при всех извиниться за мою истерику трехнедельной давности. Не прав был, извините! Приложу все усилия.

— Скоро, лейтенант, понадобятся и Ваши знания, и действия. Готовьте людей! И вы, товарищи, не расслабляйтесь! Всё только начинается. Благодарю за службу.

— Служим Советскому Союзу!

Вернулись в столовую дивизиона, теперь офицеры просят сказать слово.

— Вы знаете, наградного отдела у нас, пока, нет, но я предлагаю почтить память полковников Зорькина и Завьялова, солдат и офицеров 375-й дивизии ПРО, своими жизнями обеспечивших эту победу. Буду ходатайствовать о присвоении обоим звания Героев Советского Союза. Предлагаю почтить их память вставанием.

Офицеры дружно встали. Помолчали минуту, и выпили стоя.

— Ну и, присутствующих здесь, старшего лейтенанта Хворостовского и лейтенанта Карасика хочу поблагодарить за выполненную ими работу. Борис Павлович, подготовьте списки отличившихся.

— Сделаем.

— Всё, ребята! Дайте поесть!

Утром стало известно, что к нам из Народной вылетел вертолёт. Неугомонный Славик не усидел на месте. Каково было наше удивление, когда на площадку плюхнулся Ми-26, из него выгрузили Ми-28. За ночь ракетчики 'поймали' шесть уцелевших разведывательных спутников и четыре спутника 'Глонасс'. Пошла хоть какая-то информация о том, что происходит вокруг. Все с интересом рассматривали расшифрованные снимки. Славика послали на вертолёте посмотреть в округе: как выполняется отвод войск противника. Работу его радаров мы больше не отмечали. Но, на востоке ночью проглядывались сполохи большого пожара. Вячеслав доложил, что 'грачей' у слияния реки Ягвож с притоком нет. Прошёл до Сыктывкара, работу радаров не обнаружил. Похоже, противник оставил этот район. Такой же вылет в сторону Ханты-Мансийска выявил колонну войск противника, отходящую к линии железной дороги. Зенитные средства были изготовлены по-походному, РЛС не работала, сбивать вертолёт никто не собирался. Помахали белым флагом.

В Ханты-Мансийске крупный пожар на складе нефтепродуктов, Вячеслав загрузил в Ми-26 резиновый бак и вылетел туда. Вместе с ним вылетело два отделения солдат. Жители не знали о случившемся, и были удивлены отходом войск противника. Поэтому первое, что сделали: подожгли склад! Хабаров, возглавлявший группу, собрал жителей на площади, и объявил о победе. Реакция жителей была странной: часть людей куда-то рванула, и, через некоторое время, на площадь выволокли нескольких избитых человек, мужчин и женщин, и тут же устроили суд, и повесили их на площади. С помощью вертолёта и пожарной команды пожар удалось локализовать и потушить. Вячеслав выяснил, что противник отходит на Сургут и Тобольск, а Хабаров мобилизовал 60 человек, бывших офицеров и солдат. Их вооружили со складов дивизиона, они взяли под охрану первый освобождённый город. Занялись ремонтом местной радиостанции, и через два дня начали вещание на средних волнах. Передали обращение Сергея к жителям страны. Нечто похожее произошло и в Сыктывкаре. Город практически не пострадал во время войны: американцы не трогали города, через которые проходят трубопроводы. Здесь на аэродроме и состоялась первая встреча Стрельникова и Кэмерона.

Кэмерон внимательно рассмотрел бойцов охраны Сергея: в чистенькой новой форме, в бронежилетах, с новенькими автоматами, они не были похожи на 'партизан'. Было видно, что бойцы хорошо вышколены, хорошо владеют оружием, настоящие 'волкодавы'. Возраст, правда, у всех разный, как совсем молодые, так и зрелые мужчины. Знаков различия не видно, всё закрывает маскировочный 'лешак'. Переговоры происходили в здании аэропорта на улице Колхозной.

— Нас беспокоит возможность бесконтрольного распространения оружия, в том числе и массового поражения, на Вашей территории, господин Президент. Нам кажется, что у Вас не хватит сил и, главное, средств удержать под контролем такую территорию. Нам кажется, что Вы поспешили удалить наши войска из страны. Запасы вооружений, произведённых в России, были уничтожены, заводы по его производству разрушены, и у Вас нет средств, чтобы приобрести вооружения.

— Вы напрасно беспокоитесь, господин премьер, пока мы не испытываем недостатка в вооружениях. Как видите, наши солдаты достаточно хорошо вооружены и обучены. И это не является темой этих переговоров.

— Что же Вас интересует?

— Флот. Американский флот. Его необходимо перегнать в Белое море и поставить на стоянку там. Государства США больше не существует, а флот болтается по всему миру. Как страна-победительница, СССР претендует на весь уцелевший американский флот, военный и гражданский, находившийся под флагом США в момент агрессии, на 19-е июня сего года. Необходимые запросы в бюро Ллойда мы сделали. Второе, что меня интересует, так это судьба командования американской армии и флота. Они должны быть переданы нам, для предания их суду, как военных преступников: нападение без объявления войны, с 1945 года, считается военным преступлением. Особенно меня интересует мистер Обама, как главнокомандующий американской армии. Вам стало что-нибудь известно о его судьбе?

Довольно долго переговаривались о поставках и расчётах за нефть и газ, затем объявили перерыв в переговорах. На обеде Дарья, которая исполняла обязанности секретаря и, немного, переводчика, спросила Сергея, почему англичане ушли на перерыв такими довольными.

— Считают, что я сам лезу в ловушку, позволяя стянуть флот к берегам СССР. — Сергей широко улыбнулся. На немой вопрос остальных членов 'делегации' он не ответил. После обеда делегации обсуждали вопрос о собственности СССР в странах-членах ЕС и других странах, было много вопросов о курсе Правительства СССР в экономике, но Сергей ограничился заявлением о том, что в СССР государственная монополия на внешнюю торговлю, а в сфере народного хозяйства он придерживается идеи кооперации и новой экономической политики, высказанной ещё Владимиром Лениным. Мелкий бизнес в СССР имеет право на существование, как и коллективная форма собственности на средства производства.

В конце дня, когда довольная делегация Англии уже хотела покинуть зал заседаний, он спросил у Кэмерона, знаком ли тот с таким понятием, как 'периметр'.

— Длина всех сторон какой-нибудь фигуры.

— Не совсем так, господин Премьер. Это автоматический комплекс ракетной стрельбы, действующий без участия расчётов. Второе название: 'Мёртвая рука'. В настоящее время мы перепрограммировали его на страны Западной Европы. И, если, хоть с одного корабля, вне зависимости от его флага, взлетит, хоть одна, ракета в сторону СССР, мы его запустим в действие. Как это выглядит, вы видели на примере США. В восьмидесятых весь мир шутил, что СССР — это 'Верхняя Вольта с ядерными ракетами'. Это была неправда, мы занимали второе место по ВВП в мире. Сейчас мы, действительно, имеем ВВП на уровне Верхней Вольты или ниже, но, у нас есть чистые территории. У Вас их не будет. Ваша безопасность находится в Ваших руках. В том, как Вы организуете безопасную передачу нам судов, кораблей и подводных лодок бывшего США. Эта информация для прессы, господа журналисты! Счастливого пути!

— Но, господин Президент! — сказал вмиг постаревший Кэмерон, — а если на них окажутся сумасшедшие или фанатики? Люди с нездоровой психикой, наконец...

— Проблемы индейцев шерифа не ... — по-русски сказал Сергей.

— Что???

— Я сказал, что это Ваши персональные проблемы, господин премьер-министр!

За восемь дней спутникам удалось, наконец, собрать информацию по кораблям противника. В основном они находились в портах и подверглись атакам. Но три авианосные группы находились в океанах. По одной в Индийском, Тихом и Атлантическом. Буквально через день от Кэмерона пришло сообщение, что он готов переправить в Белое море 8 из двенадцати американских авианосцев. Сергей поблагодарил Премьера, и попросил оставить эти обугленные коробки там, где он их обнаружил.

— Нас интересуют исключительно три авианосные группы, крейсирующие в море. Теми, что удалось прихватить в портах, займёмся позже. Сейчас на это нет ни времени, ни средств.

— Пока мы можем переправить Вам только один, он находится в Японии и не пострадал. Его командир согласился передать нам корабль. А мы, уже, передадим его Вам, но, Белое море довольно далеко от места его базирования.

— И тем не менее, сэр Дэвид. Только туда. Мы, пока, не можем обеспечить его сохранность и безопасность в тех районах. Не забывайте, что там рядом Китай, который тоже пострадал от американцев.

— Я согласен с Вами, господин Президент. 'Рональд Рейган' пойдёт в Белое море.

ВВС сделала нам рекламу! О переговорах с нами раструбили по миру, в результате, уже через три дня, мы имели Ил-76 и восемь Ан-12 на аэродроме в Сыктывкаре. Туда же прилетела группа китайских военных. Они рассказали Сергею о том, как происходила атака на Китай. Города, практически, не пострадали, за исключением Дальнего (Даляна), это была главная база военно-морского флота Китая. Его атаковали многочисленные 'Томагавки'. Четыре ракетные лодки Китая были торпедированы на позициях в океане. Остальные удары пришлись по ракетным базам, ракетодрому, местам производства ядерного оружия и крупным аэродромам, практически разоружив Китай перед агрессором. 'Грачей' у них не было. США потребовали списать долг Америке и успокоиться. Было заключено перемирие. Война длилась всего четыре дня. К тому времени американцы объявили о разгроме России, и у Китая не осталось выбора. Что Председатель Си Цзиньпин приглашает Президента Стрельникова посетить Китай, для установления более тесных дружественных экономических и военных связей.

— К сожалению, я не могу, пока, покинуть страну ни на минуту, товарищи. Могу только пригласить товарища Председателя посетить освобождённые районы страны.

Китайцы с пониманием отнеслись к причинам отказа от визита, и пообещали согласовать этот вопрос с Председателем. А из Вьетнама прилетел Нгуен Фу Чонг, Генсек КПВ. Пожав двумя руками руку Сергея, сразу предложил помощь боеприпасами, продовольствием и добровольцами.

— Мы глубоко чтим СССР за его помощь в борьбе с американскими агрессорами, и рады возвращению его в семью коммунистических народов. Мы страна небольшая, но, чем можем, тем поможем.

— Боеприпасы и продовольствие необходимы, спасибо! А добровольцев принять не можем, только на восстановительные работы.

— Можете использовать их там, где считаете нужным, товарищ Президент.

Самое острое положение сейчас сложилось с ПВО, поэтому Сергей заговорил об этом с вьетнамским товарищем. Конечно, у Вьетнама нет собственных систем, только советские и китайские. Но договариваться с Китаем о поставках средств ПВО FD-2000 не стоило. И здесь амеры постарались! Ослабили нас, сильно 'проредили' население, а китайцев не тронули. Если быстро не восстановить военный, научный и экономический потенциал, то друг Си Цзиньпин быстро станет врагом. Поэтому, проводив гостей, он полетел на Дальний Восток. Сели на дозаправку в Иркутске. Снова митинг, но чувствуется, что народ чего-то опасается. Основной вопрос: нет оружия. Американцы заставили всё сдать, даже гладкоствол, а все хорошо помнят девяностые. На двух сопровождающих бортах было оружие, вооружили двести человек бойцов партизанских отрядов, заменив дедовские обрезы и двустволки. Сергей обещал исправить положение, но, признался, что стрелкового оружия крайне мало. Выручил Президент Венесуэлы Николас Мадуро, он связался с Вишерой, его переключили на Сергея, и Николас задал вопрос: 'Что необходимо?'

— Автоматы, много.

— Мы тоже подумали об этом, грузим 200.000 АК-105, через два дня отправим их в Архангельск, и 120.000.000 патронов к ним. Готовим продовольствие, отправим по готовности. Насчёт оплаты не беспокойтесь: рассчитаемся за счёт долей в поставках нефти на внешний рынок. Фидель передаёт вам привет и готов направить команду врачей для работы в пострадавших районах.

— Передайте ему спасибо и нашу готовность принять его помощь! Спасибо, товарищ Президент!

— Не стоит благодарности! Боливарийская революция и Октябрьская революция имеют много общего. Вы помогли нам выстоять против Америки, мы — помогаем Вам!

Дальше, после Иркутска, начиналась зона больших разрушений. Когда-то это был район особой боеготовности. Начиная с 1968 года, сюда переместили и полностью укомплектовали 4 армии: одну воздушную, одну танковую, одну общевойсковую и одну ракетную. Затем пришёл 'меченый', объявил перестройку, и все стали 'друзьями'. Армии, в срочном и одностороннем порядке, начали сокращать, выбрасывая людей на улицу. А Сергею требовалось сесть! И без того не шибко густая сеть аэродромов только за время перестройки и дерьмократизма сократилась на: вертолетный отряд авиации сухопутных войск (АСВ) в Свободном. Действовал в основном в интересах железнодорожных войск. Имел на вооружении вертолеты Ми-2 и Ми-8. Расформирован в 1993 году; транспортную вертолетную эскадрилью АСВ в Белогорске. На вооружении состояло 3 вертолета Ми-2 и около 20 вертолетов Ми-8. Расформирована в 1995 году; вертолетный полк АСВ на ст. Ледяная (Шимановский р-он). Имел на вооружении транспортно-десантные Ми-8 и боевые Ми-24. Расформирован в 1995 году; вертолетный полк АСВ в Магдагачи. Действовал в интересах десантно-штурмовой бригады. Имел на вооружении транспортно-боевые Ми-8 и крупные транспортные вертолеты Ми-6 и Ми-26. Расформирован в 1997 году вместе с бригадой; полк дальней авиации в Завитинске. Имел на вооружении около 30 бомбардировщиков Ту-22М. Полк военно-транспортной авиации в том же Завитинске имел на вооружении 7 самолетов Ил-76МД и 16 самолетов Ан-12. Полностью расформированы к 1998 году; полк истребителей ПВО в Орловке. На вооружении состояло около тридцати самолетов Су-27. Полностью расформирован в 2012; полк фронтовых бомбардировщиков ВВС в Возжаевке имел около тридцати Су-24, расформирован уже в 2013 году. И это только по одной из пяти областей и краёв. Прошли над некогда самым крупным аэродромом в Серышево: гладкий лунный кратер с тенями от испарившихся машин Ту-95 и М-4. На соседнем аэродроме разворочена бетонка, не сесть. Сергею ещё в Сыктывкаре, рекомендовали лететь в Углегорск. Там были бункеры и шахты, но ракет там не было, могли не бомбить. Но рядом не сесть. Прошли на Завитую. Вначале сел Ан-12, доложил, что есть возможность сесть, на посадку пошёл '76-й'. Аэродром заброшен, противоатомных убежищ нет, но, бомбоубежище оказалось обитаемым. Там жило несколько семей. Дети набросились на предложенную еду. Кроме одного старого мужика, мужчин здесь не было. На вопросы о них, женщины не отвечали. Выгрузили БТРы из самолётов, один из Анов вылетел за топливом. Усилили охранение стоянок, и выехали с аэродрома. Когда садились в БТР, старик потянул одного из солдат охраны Сергея за рукав:

— Все на Арсенале, пять дней назад отсюда грачи улетели. На шестой площадке есть топливо. Сейчас все в Червоной.

На площадке 7-го Арсенала чуть не произошла перестрелка. Местные решили, что подъехавшие решили наложить лапу на их добро, и приготовились защищать этот хлам. Здесь был арсенал ГРАУ: огромные склады с артиллерийским вооружением всех систем. 'Стрелковки' не было, за исключением старинных наганов, почему-то складированных именно здесь. Мужики в лохмотьях химзащиты вытащили наганы и наставили их на подъехавших.

— Дураки! Опустите оружие! Во-первых, видно, что патронов нет, дырочки светятся, во-вторых, офицеры есть?

— А, ты кто такой? Снимай противогаз! Здесь всего 'половинка', видишь, так ходим.

— Я — исполняющий обязанности Президента СССР подполковник Стрельников.

— Слушай, пошёл ты со своими шутками, козёл! — тут к говорившему подошёл совсем немаленький Авраменко, и с одного тычка его вырубил: 'За козла — ответишь!'. Здесь ещё не знали о том, что произошло. Попытались двинуться в драку, но, Хабаров дал очередь поверх голов, и опустил ствол ниже. Слово взял он.

— Я — комиссар первой отдельной бригады СпецНаз капитан Хабаров, наша бригада охраняет Президента. Кто знает, почему 'грачи' улетели? Молчите? Потому, что мы уничтожили Соединённые Штаты. Нами руководил подполковник Стрельников. Он подписал Акт о капитуляции НАТО. Вот, смотрите: эта фотография сделала две недели назад в Сыктывкаре. Война закончена. Мы — победили.

— Ещё раз повторяю вопрос: старшие офицеры есть? — спросил Стрельников.

— Я — бывший комэск-2 930-го ВТАП, майор запаса Солдатенков. — сказал, поднявшийся с земли, буян.

— Подойдите! Из командования полка кто-нибудь ещё остался в городе?

— Нет, по-моему, я — самый старший. Остальные выехали ещё до войны на Большую Землю.

— Значит, принимайте командование и организуйте работу аэродрома. Сейчас мы будем налаживать воздушный мост сюда. Забросим топливо, вооружение, приводы, электростанцию. Растащили ведь всё! Здесь что делаете?

— 'Грачи' прессовали вооружение и вывозили его в сторону Владика. Вон пресс стоит. Мы искали оружие, но, кроме старых наганов, здесь ничего нет. И те без патронов.

— Не тем заняты, майор! Вон установки АК-306, 57-мм зенитные орудия, всё установить на места, обеспечить ближнее ПВО объекта и аэродрома. Боеприпасы к ним должны быть здесь.

— Есть 30 и 57 мм снаряды!

— Взять всё под охрану на Арсенале. Немного оружия мы Вам подкинем, обеспечьте охранение. Из самой части 42227 кто-нибудь есть?

— Я служил здесь начальником 6 парка, артиллерия ВМФ.

— Назначаетесь ответственным за Арсенал. Звание? Фамилия?

— Старший прапорщик Федун.

— Ну, старший прапорщик, значит, старший прапорщик. Кто бывал далее в сторону Углегорска? Что там?

— Там народу много осталось. Грачи их заставляли что-то разбирать и вывозить, за это еду давали. Больше ничего не знаем, кто туда ушёл, тот не возвращался.

— Кто может показать дорогу к Углегорску?

— Ну, я.

— Звание, фамилия, боец!

— Капитан Енакиев, девятьсот тридцатый ВТАП, командир корабля. В запасе. Самолёты будут, товарищ Верховный?

— Пока не знаю, как скоро, но будут. По машинам!

Колонна, над каждой машиной в которой трепыхался флаг СССР, двинулась из Червоной Армии к Возжаевке. Там хотели проскочить ходом, но в городе уже прошло известие, что на аэродроме Завитках сели самолёты с красными звёздами. Тем более, что 'Аны' несколько раз проходили над полосой в Возжаевке, но она была избита бетонобойками и перегорожена проволочными заграждениями. Появление колонны БТР-80 на дороге весьма заинтересовало жителей. Опять митинг! Но без этого никак! Народ здесь военный и понятливый, поэтому уложились довольно быстро. Здесь ситуация получше: вся Возжаевка живёт на аэродроме и использует его противоатомные убежища, те, которые не успели растащить 'металлисты'. Командование 56-го и 293-го полков находилось на месте. Полки были расформированы перед войной, якобы по причине перевооружения на новые Су-34, которые так и не пришли. Во время войны их почти не бомбили: пролетел 'дрон', и разнёс бетонную ВПП. Но, вся техника была сдана ещё в 2013-м году. Двинулись далее через час. Сергея предупредили, что Серышево и Орловку надо объезжать. Очень велик фон. Свернули и двинулись просёлочной дорогой к Зее, которую форсировали у Белогорья. Взяли воду на анализ. Фон повышен: почти втрое выше нормы. Свободный пришлось обходить: в городе довольно сильный пожар, отдельные выстрелы, положение не понятное. К тому же стемнело. Соваться в наспункт без разведки не стали, обошли его с западной стороны. По старому шоссе, вдоль железной дороги, добрались до Ледяной, там, не доезжая нескольких километров, остановились на поляне в лесу на ночёвку. Справа село Курган, слева станция и село Глухари. Что характерно: все мосты на железной дороге взорваны или повреждены, а автомобильные целы или недавно отремонтированы. Ночь прошла спокойно, только вой зверья из Кургана. Утром двинулись в Углегорск. В городе нет следов боёв, на здании штаба дивизии РВСН висит американский флаг. Его сорвали и вошли в штаб. Следы срочной эвакуации 'грачей': сожженные бумаги, перевернутые столы и стулья, остатки армейских пайков на столах и окнах, пачки презервативов, окурки, кал. Вывесили советский флаг, бойцы приступили к уборке помещений. Странно! Говорили, что здесь много народа, а никого нет! Наконец, у бэтээров появились вездесущие мальчишки. Постепенно начали собираться люди. Людей, действительно, много. Командир 'грачей', оказывается, перед эвакуацией заявил, что они ненадолго отлучатся, поэтому народ ничего не трогал. Объяснили ситуацию. В глазах людей — полное неверие. Где-то два часа спустя в штабе появился генерал! И, недолго думая, потребовал доклада!

— А, вы кто такой? Представьтесь!

— Я — начальник строительства космодрома 'Восточный' генерал-майор Таразевич. Что за часть? Почему без доклада?

— А, вы не подскажете, дорогой начальник строительства, почему на этом здании висел американский флаг?

— Я ещё раз спрашиваю: кто такие, и почему без доклада! Кто разрешил проникнуть на секретный объект.

— А, кто мне может запретить? Вы?

— Майор Коллинз! Он приказал не допускать сюда ни одного постороннего.

— Я, увы, не посторонний. Я — руководитель страны и Верховный Главнокомандующий. Обыскать!

— Как Вы смеете! Я буду жаловаться... Руки! Уберите руки! Ой!!! — нашли доллары, несколько распоряжений майора Коллинза. С площадок вывозилось оборудование 'Периметра', телеметрия, приборы управления. Работала чисто американская группа солдат и офицеров. Ещё вчера вечером они были здесь.

— Где они? Куда поехали? В какую сторону?

С улицы донёсся шипящий звук выпущенной 'Иглы-2'. И, через некоторое время, звук разрыва ракеты.

— Товарищ командир! Дрон! Сбили! Большой!

— Запеленговали откуда управлялся?

— Пеленг — 14 градусов!

— Что там?

— Посёлок Чагоян.

— По машинам!

— Товарищ подполковник! Вы здесь! — сказал, как отрубил, Хабаров. Возле бывшего штаба остался БТР и отделение спецназовцев, остальные попылили по дороге на север. Они прибыли к вечеру. Трое убитых, семеро раненых. Восемь захваченных американцев, среди них майор Коллинз, руководитель группы 'грачей', работавших на космодроме. Они топили в Зее то, что не успели вывезти. Приказа на отход они не получили, так как подчинялись НОРАДу и ЦРУ. Реально оценить обстановку майор Коллинз не смог. За это время Сергей и остальная группа побывала на Центральном Пункте Управления. Часть аппаратуры была ещё жива. Есть возможность создать на её основе узел Правительственной связи. Михайлов просил найти подполковника Озерова, которого лично хорошо знал. Но, его в посёлке не было. Ушёл в тайгу ещё в начале войны, где он находится, никто не знал. Поздно ночью в штабе появился офицер погранвойск, представившийся полковником Алтобасовым.

— Я — комендант погранрайона. У меня 850 бойцов, в основном — пограничники и моряки погранвойск. Испытываем острую нехватку боеприпасов и медикаментов. В районе начали действовать бандитские группировки. Вчера, в Свободном, они пытались ограбить горбольницу и продовольственную базу.

— Отлично, что вы сохранили боеспособное подразделение, полковник. Направьте машину в Завитую, и получите боеприпасы. Берите под свой контроль всю Амурскую область. Антипова! Выпиши полковнику удостоверение!

Полковник и его бойцы поели, и повалились спать. 'Люди есть!' — подумал Сергей, — 'Главное: их организовать! И наладить связь!' По докладам Михайлова и Кудрявцева наименее пострадавшим регионом является Тюменская область, но там будут проблемы: в Тюмени появился свой 'президент', точнее 'Атаман Сибирского казачества' Геннадий Привалов. В первую очередь, он захватил нефтеперерабатывающий завод, и объявил себя 'правителем Сибири'. Вокруг него собралось около 10 000 человек, вооружены минимально, посрывали красные знамёна и указы Стрельникова, собрали 'круг' и объявили о своей 'независимости'. У нас майор Котин, командир бригады СпецНаз, закончил комплектование дивизии в 27 000 человек. Укомплектованы штатно, только бронетехники нет. Чисто пехотная часть. Четыре батальона направили в Тюмень наводить порядок. Сергей понял, что визит в Амурскую область необходимо завершать. На обратном пути, в Свободном, в армии появились танковые войска! Пока в составе ОДНОГО танка 'т-90'. Им американцы давили технику на 6-м арсенале. Его разминировали и передали Солдатенкову. Вылетели в Сыктывкар, сделав остановку в Омске. Город довольно сильно разрушен, но советская власть уже действует. Руководит всем генерал-майор Фёдоров Андрей Эдуардович, начальник танкового училища. Недоразумений не возникло. Фёдоров доложил обстановку, и они с Сергеем обсудили ситуацию в Тюмени. Две роты танков будут направлены туда в помощь 1-й бригаде.

— Андрей Эдуардович! Особое внимание уделите пуску патронного завода.

— Там идёт перенастройка одной из линий конвейера под патрон 5,45х39. Они выпускали 7,62х54. А вот патроны к пулемётам, готовы дать уже через неделю. Мы восстановили подачу электропитания на патронный завод по времянке. На более капитальный ремонт нет средств и оборудования. Американцы применяли у нас графитовые боеприпасы, все воздушные линии повреждены или уничтожены. В Кургане готовят для нас электрооборудование, но, после того, как восстановят его у себя. Провели мобилизацию в железнодорожные войска, создали два батальона, восстанавливаем пути и контактную сеть.

— Генерал, расширяйте округ, и активнее, пожалуйста.

— Оружие требуется!

— Я знаю, скоро придёт транспорт из Венесуэлы. А я в Ижевск полечу, сразу по прилёту и встречи со своим штабом. Что по танковому заводу?

— Сильно разрушен, но ремонт повреждённой техники наладили. Выпуск новой весьма под большим вопросом.

— Действуйте, и благодарю за службу, генерал.

— Служу Советскому Союзу! Удивительно, я думал, что уже никогда не произнесу эти слова. Хотя, в душе всегда надеялся, что так и будет. Надо что-то делать с Вашим званием, товарищ Президент. Может быть, стать гражданским?

— Нет, уходить из армии сейчас не время, как и производить самого себя в маршалы. Кому не нравится — потерпят!

— Вот это по-мужски!

Самолёт прошёл над сильно разрушенным Уральским Промышленным Районом. Хотели сесть в Покровском, но аэродром оказался непригодным для посадки. Сели в Сыктывкаре. Оттуда Стрельников вылетел в Ижевск на Ми-26, в сопровождении Ми-28н. Под вертолётом снежная тайга, снег укрыл всё. Холодно, погода постоянно ниже на 4-5 градусов, чем многолетняя. Сели в Кирове на стадионе, на улице Дзержинского. Цель посадки: завод 'Авитек'. Вошли на завод, пожилая охранница с наганом стала привычно спрашивать пропуск. Директора на месте не оказалось. Главного инженера тоже. Завод стоит, хотя не разрушен, уровень радиации не очень высокий. Вызвали начальника ВОХРа завода, тот проводил по пустым цехам. Спустя минут двадцать, появился какой-то человек, которого представили, как директора завода.

— Почему завод не работает?

— Есть распоряжение генерального директора концерна: отправить всех работников в неоплачиваемый отпуск, так как заказов на нашу продукцию нет, и в ближайшее время не будет, потому, что наши основные заказчики: ОАО Рособоронэкспорт и РосВооружение, приказали долго жить.

— Где находится генеральный директор?

— Находился на Багамских островах. Где он сейчас, я не знаю. Извините, а Вы кто такой?

— Исполняющий обязанности Президента СССР Стрельников. Я отменяю распоряжение предыдущего руководства. Насколько мне известно, на этом заводе расположена линия по производству комплексов С-500. Завод, и все работающие на нём, мобилизованы моим распоряжением. Знакомьтесь: мой представитель на заводе капитан Барышев. Он — ракетчик, знаком и испытывал комплекс С-500. Его полномочия по отношению завода и работников сейчас не ограничены. Вы находитесь в его полном подчинении. На обратном пути я, непременно, загляну сюда. В первую очередь, организуйте производство С-500.

— Чем платить рабочим?

— Продовольствием по карточкам, в зависимости от состава семьи и производительности труда. Привыкайте! В стране военное положение. За задержку с началом работ объявляю Вам замечание. Барышев! У Котина возьми пару взводов.

В Ижевске весь завод раздолбан 'томагавками', Сергей приказал разбирать завалы и демонтировать повреждённые корпуса. Пообещал прислать вьетнамцев. Сын Калашникова, Виктор Михайлович, рекомендовал перевести завод в Каменск-Уральский.

— Рассматривался вопрос о переносе части завода на чугунно-литейный завод в Каменске. Оборудования там хватает. Принципиально, качество, конечно, упадёт, но, совместив два производства, сможем дать продукцию через два-три месяца. И, товарищ Президент, мне точно известно, что 14-й Арсенал в Ижевске сохранил большую часть складов нетронутыми. Там должно быть около 25 миллионов стволов. Такое количество мгновенно не уничтожить, тем более, в соляных шахтах.

Гора с плеч! Стрельников направил туда людей и технику. Вход в Арсенал ГРАУ оказался завален взрывами, радиоактивность зашкаливала, но местность была заражена только на поверхности. Начали проводить дезактивацию, вывозя снятый грунт в карьер на севере от города. Из двух соседних больших посёлков эвакуировали людей. В обоих посёлках много тяжёлых случаев лучевой болезни: люди пытались добраться до оружия без техники. Весь Ижевский гарнизон, разползшийся по городу, собрали и направили на эти работы. Первая партия оружия из Ижевска пришла через месяц. За это время успели разгрузить в Архангельске автоматы из Венесуэлы, создать пять стрелковых дивизий, и направить их в различные регионы страны. В Тюмени посланных сил и средств хватило для того, чтобы разогнать 'Сибирское Казачье Войско', но часть людей Привалов хотел увести в леса, где их отлавливали бы долго. Однако, наступившие крепчайшие морозы не дали 'Атаману' осуществить свой замысел. Люди были, в основном, городские, побегать пару дней за городом, по морозу и под водочку, были способны, а вот переехать на постоянное место жительства в тайгу решились немногие. Сам атаман ушёл, с ним около сотни человек.

В Сыктывкаре Сергея ждали гости. На Су-27УТИ прилетел Александр Лукашенко. 'Батька' вышел из здания аэропорта и пошёл к месту стоянки вертолёта, ещё, когда 'Ми' бежал по рулёжке. Придерживая рукой шапку, дождался выключения двигателей, и встретил Сергея у трапа. Первым протянул руку и обнял Стрельникова, похлопывая его по спине.

— От имени и по поручению белорусского народа, спасибо тебе, Сергей Петрович. И низкий поклон!

Вместе прошли в здание гостиницы, официальной резиденции Президента. Лукашенко, перескакивая с русского на белорусский и обратно, рассказывал, что творилось в Белоруссии в эти четыре месяца. Их атаковали в то же время, что и нас, только не применяли ядерное оружие вначале. Лишь понеся потери от ПВО, долбанули по его позициям нейтронными боеголовками. Часть боеголовок было сбито, но остальные прорвались и уничтожили позиции всех 6-ти дивизионов. На территорию вошли польские части, а Лукашенко ушёл в леса под Бобруйском. Базы для этого у него были подготовлены. Дрались с дронами и польской армией. Отвод поляки начали 28-го октября, части Лукашенко забрали назад у противника часть танков, самолётов и другой техники. Сейчас у него под ружьём 100.000 человек, в том числе два полка ВВС и цел авиаремонтный завод в Барановичах. Есть техника на армейских складах, но как её доставить через заражённые районы? Одно хорошо: сохранилось несколько РЛС ПВО, так необходимых сейчас на Дальнем Востоке и в районе Архангельска.

— Требуется произвести разведку в направлении Калининграда и посмотреть, как там и что там. — высказал своё мнение Сергей.

— Слушай, Сергей Петрович! Давай так: из меня командующий, как из ... пуля! Высылай самолёт за моими генералами, и принимай командование, а я займусь хозяйством. И показать надо, что Союз — действует! Плюс надо тех, кто в него входит, посетить и потрясти по сусекам там. Со времён Союза много чего по базам и арсеналам валяется. Требуется подобрать всё! Снег сойдёт, посевную надо готовить, а у тебя — конь не валялся.

— По весне на нас полезут, Александр Григорьевич. Слабоваты мы сейчас. А на всех ракет не хватит. Так что, главное сейчас восстановить всё что можно и нельзя для войны, восстановить погранвойска, ПВО и авиацию.

— У меня хорошо сохранились кадры КГБ и милиции, пользуйся! Они, в основном, старой закалки.

В общем, Лукашенко вошёл в штаб Сергея с правами Премьер-министра. Белорусы подбросили средства связи, и в Тюмени заработал нормальный центр правительственной связи. Сергей вызвал из Благовещенска полковника Алтобасова и предложил ему стать начальником погранвойск. Владимир Ильич отрицательно покачал головой:

— Не смогу, товарищ Президент. Доза большая, не жилец я.

— У всех большая! Сколько сможешь... И готовь толкового зама, сразу готовь.

— Есть! — тихо ответил полковник. Забрав с собой приказ, трёх офицеров-пограничников из Белоруссии, он вылетел обратно в Завитое.

К началу февраля 17 года на железной дороге от Казани до Хабаровска и Ванино пошли поезда. В основном на тепловозной тяге. Контактную сеть восстанавливали крайне медленно: не хватало трансформаторов, медного провода и нечем было чинить электровозы. В ход пустили даже старые паровозы, стоявшие в отстоях и резервах. Проезд по ЖД был бесплатным по воинским требованиям и по предписанию эвакуационных комиссий. Начали вывозить людей в 'чистые районы'. Катастрофически не хватало лекарств. Международный Красный Крест подбрасывал, время от времени, кое-что, но основным нашим поставщиком стала Куба. Кубинские врачи, действительно приехали, и работали в поражённых районах, меняясь по мере накопления дозы. Больше всего времени и средств занимала дезактивация Уральского и Волжского Промрайонов. Здесь и сказался героизм нашего народа. Люди, имевшие большие дозы, шли впереди всех на разборе завалов в городах, а остальных вывозили на чистые места.

Сергей, неожиданно для самого себя, сблизился с Дарьей. Она, став секретарём, постепенно взяла на себя все 'домашние дела'. Так как работа шла, практически, круглосуточно, то она часто оставалась у Сергея, чтобы отвечать на звонки, покормить его, даже, когда перебрались из Сыктывкара в Тюмень. Жили в Доме Советов на улице Володарского: огромная 'сталинка', построенная по единому проекту ещё в 52 году. Здесь находилось Правительство СССР, и Сергею выделили тут три комнаты, переоборудованных под квартиру одним из местных начальников, несколько лет назад. Квартирный вопрос везде стоял остро. Уцелевших жителей центральных районов массовым порядком вывозили в Сибирь. Уплотняли всех как могли. Одна из комнат квартиры была его кабинетом, вторая — приёмной, третья — спальней. Кухни не было, что-то вроде неё организовали в приёмной за небольшой перегородкой. Особенно поначалу, посетителей было очень много. Во все времена на Руси любят 'ходить к начальству', даже по пустякам. Когда посетителей стало слишком много, пришлось вводить предварительную запись, и направлять людей сразу в комиссию по данному вопросу. Постоянное присутствие Дарьи стало привычным. Характер у неё оказался спокойным. Повышенным любопытством она не страдала. О том, что что-то изменилось в их отношениях, стало понятно, когда она как-то вечером спросила у него:

— Сергей Петрович, а у Вас жена есть?

— Была, но она не смогла поехать со мной на рыбалку 17-го июля. Шла сессия, и она должна была принимать экзамены на 'допсе', у двоечников. Должна была приехать утром. Если бы не двоечники, была бы здесь.

— А, дети?

— Они с нами не жили. Так что: не знаю. Дочь, наверное, жива, она была в Англии. А где сын, я не знаю.

— Грустно! Кушать будете? Я Ваше любимое лобио сделала.

— Да, наверное.

— Сейчас принесу.

Так незаметно Дарья стала чем-то неотъемлемым. Вошла в привычку. Практически всё более-менее свободное время они проводили вместе. Но, продолжения это не имело. Просто совместное проживание. Сделать первый шаг никто не решался.

В феврале Стрельников и Лукашенко посетили Астану. Дарига Назарбаева здорово обиделась, когда её послал полковник Завьялов, поэтому Астана долго не соглашалась на визит. 76-тилетний отец передал ей власть весной 16 года на досрочных выборах в связи с пошатнувшимся здоровьем. Она 'получила' 96,7% голосов. Всё протекало как нельзя лучше: семья удержала власть, и на тебе! Какой-то полковник всё перечеркнул, а теперь едут Стрельников и Лукашенко, чтобы окончательно поставить крест на её карьере! Она, чисто по-женски, решила рокироваться, и столкнуть всех лбами. Она всегда, дома, так действовала. Послав приглашение Си Цзиньпину, она решила показать, что она не одинока. Сергея и Лукашенко в аэропорту встретил Министр Иностранных Дел республики Казахстан Идрисов. Выглядел министр не шибко довольным, подставили 'посла по совместительству' довольно крепко. Президент и Премьер сели в бронированный армейский 'Хаммер', сзади пристроились два бронетранспортёра. С шести Ан-12-х высадилась охрана — батальон СпецНаза. Навстречу Стрельникову попался кортеж 'президентши'. По наличию в кортеже лимузина с китайскими флажками, Сергей понял, кого она едет встречать. Лукашенко недовольно пробурчал что-то. Их заставили ожидать 'президентшу' около двух часов. Сергей внутренне закипал. Лукашенко, наоборот, накинул на себя маску 'непонимающего ничего'! Наконец, объявили об аудиенции. В кабинете находился Председатель КПК Си Цзиньпин, его переводчик и министр обороны Китая Чан Ваньцюань. Дарига долго и церемонно представляла всех. В момент, когда представляли Сергея, вместо того, чтобы откланяться, он сказал:

— Отца позови?

— Что Вы сказали?

— Я сказал: отца позови!

— Что Вы себе позволяете, подполковник!

— Ты считаешь, что я не слышал твоего звонка в 375-ю дивизию? Я был на связи. Отца позови, есть вопросы.

— Я здесь! — сказал Нурсултан Абишевич, входя в кабинет через потайную дверь. — Здравствуйте, господин Председатель. Здравствуй, Саша! Здравствуйте, товарищ Президент.

— Здравствуйте, товарищ первый секретарь.

— Вот так вот?! И какие же у Вас вопросы?

— У нас не сохранилась эта бумажка, но Александр Григорьевич её хранит. И товарищ Цзиньпин её тоже имеет. Это — ваша подпись, господин Первый Президент? — Сергей протянул Назарбаеву договор о создании ШОС. Тот бумагу не взял, но подтвердил, что это его подпись.

— На нас, всех троих, напали, а согласно нашим данным, тревога в армии Казахстана даже не объявлялась. Вы не подскажете нам, в каких случаях такое возможно, Нурсултан Обишевич и Дарига Нурсултановна?

Оба политика молчали.

— А, затем, 375-я дивизия, вдруг, стала принадлежать Казахстану и её начали готовить к расформированию. А перед этим, по требованию Министерства экологии Казахстана, была законсервирована и снята с боевого дежурства 22 гвардейская ракетная дивизия, а 375 не выполнила стрельб и не прикрыла Оренбургскую дивизию. Кабель комплекса 'Окно' оказался повреждён. Он, конечно, проходит по территории трёх республик, и где он повреждён, мы ещё не выяснили, но ведём эти работы. Так что, товарищ Председатель, Вы видите перед собой непосредственных виновников того, что нас удалось так быстро вывести из войны.

— Гептиловые ракеты, действительно, загрязняли нашу территорию при каждом пуске. И, на нас оказывали сильное, очень сильное давление. — выдавил из себя Назарбаев.

— И где те деньги, которыми вас давили? — спросил Лукашенко.

— Их больше нет, они были в банках США.

Председатель Цзиньпин молчал, внимательно слушая переводчика.

— Сергей Петрович! — 'Надо же, знает!' — подумал Сергей. — Необходимо найти политический выход из создавшегося положения. Публикация такого преступления поставит крест на Союзе! Я делал всё возможное и невозможное, чтобы воссоздать Союз, Вы знаете, но в силу различных обстоятельств Союз создать не удалось. — сказал Назарбаев.

— Выход только один, товарищ первый секретарь ЦК КПК: легальная передача власти центральному Правительству СССР. Другого выхода я не вижу. Я помню о Ваших усилиях по восстановлению Союза, иначе не было бы этого разговора. Но, это не снимает с Вас ответственности за гибель миллионов людей во всём мире.

— Я не предполагал, что они решатся ударить. Считал, что оставшихся сил и средств непосредственно на территории России достаточно, чтобы этого не произошло.

— Система обороны создаётся десятилетиями, товарищ Первый Секретарь, и настраивается так, чтобы действовать в комплексе, вычленения из неё смерти подобны.

Здесь заговорил Председатель Цзиньпин, говорил он долго и витиевато, загибал пальцы, говоря о потерях, как материальных, так и людских, говорил всё правильно, но подвел черту под его выступлением Сергей.

— Насколько я Вас понял, товарищ Председатель, Вы пришли к тому же самому мнению, что и мы: раздельное командование стратегическими силами показало свою уязвимость и ненадёжность, поставила наши страны перед лицом поражения в скоротечной войне. Так?

— Совершенно верно, товарищ Президент. Необходимо заключить новый договор между Китайской Народной Республикой и СССР, предусматривающий единое командование стратегическими силами. Шанхайский договор следует считать утратившим силу, так как 4 страны уклонились от выполнения своих обязательств по договору, что показывает их несостоятельность в мире. Советский Союз, хоть и понёс тяжелейшие потери в этой войне, но остался другом китайского народа, и сильнейшей, на сегодняшний момент, державой в военном отношении. К тому же, уважающей международное право и подписанные договоры. На этом мы бы хотели прервать наш визит к госпоже Назарбаевой, и оговорить время и сроки государственного визита в СССР или в Китай, товарищ Президент.

Китай, так же, как и СССР, всерьёз опасался своих нерешенных пограничных проблем с Индией, Японией и Пакистаном, и хотел прикрыться от них дружбой с новым СССР.

В тот же день вечером на совместной пресс-конференции было объявлено об отставке Президента Назарбаевой и о передаче всей полноты власти на территории Казахстана в руки Правительства СССР. Выступил сам Первый Президент и сообщил народу, что он долго ждал этого счастливого момента. Артист! 'Верю!' (С) Хорошо сыграл! Дарига не выступила, и, вообще, не присутствовала в студии. У неё случилась истерика. Вечером её пришлось увезти в госпиталь.

Советская армия увеличилась: на 930 танков (280 — Т-62 и 650 — Т-72), 140 БРДМ, 506 БМП-1 и БМП-2, 84 БТР, 505 буксируемых артиллерийских орудий (122— и 152-мм), 163 САУ (122— и 152-мм), 26 комбинированных орудий 'Нона', 147 реактивных установок залпового огня, 145 120-мм миномётов, 68 100-мм противотанковых пушек, 12 пусковых установок тактических ракет 'земля-земля'.

В Сухопутные войска вошли 2 армейских корпуса, 2 дивизии (танковая и мотострелковая), 5 отдельных мотострелковых бригад и другие части. ВВС увеличились на две дивизии, расположенных в Луговой (Джамбульская область) и Сары-Арка (Карагандинская область). Численность личного состава СВО составляла 19 тыс. человек. На вооружении у них находились 40 фронтовых истребителей МиГ-29, 14 штурмовиков Су-25, 25 фронтовых бомбардировщиков Су-24, 27 истребителей Су-27, 43 перехватчика МиГ-31 и 16 МиГ-25, 100 пусковых зенитных установок (вкл. С-300). ВСС получили 18 военно-транспортных самолётов и 125 вертолётов (Ми-24, Ми-8, Ми-6, Ми-26). Кроме того, на мобилизационных складах находилось много техники, но она нуждалась в срочном ремонте и вводе в строй. В войска были срочно направлены офицеры, имевшие боевой опыт, и политработники. Тут же пришлось заниматься проблемой 'солдатских матерей'. Их вывезли на 'экскурсию' в район Оренбурга и Перми, где они занялись разборкой радиоактивных завалов. Движение резко прекратило свою деятельность. Все поняли, что шутки кончились. Части пришлось переформировать, для того, чтобы ликвидировать возможность неподчинения. Из Таджикистана на вертолёте прилетел полковник Тубол, командир 201 мотострелковой дивизии.

— Здравия желаю, товарищ Верховный!

— Здравствуйте, полковник.

— Рахмонов просил передать письмо, и высказался о нежелательности нахождения нашей части в Республике. Оплата за аренду в этом году не поступила, поэтому он предлагает нам эвакуироваться. К нему приезжали из Афганистана полевые командиры и обещали помощь, если мы откажемся покинуть страну.

— Я не совсем понял, полковник, почему вы здесь, а не в президентском дворце в Душанбе?

— У меня всё готово, товарищ Президент. Требовался только Ваш приказ. Зная, что Вы в Алма-Ате, прилетел. Вечером начнём.

Сергей вскрыл письмо Рахмонова, начал его читать, но затем передал его Дарье:

— В архив! Потом передать в Прокуратуру. Рахмонова брать живьём.

— Есть!

— 35-й ДШБ подготовьте приказ на переброску в Айни. Один батальон перебросить в Московский. Сил и средств хватит, полковник?

— Так точно! Разрешите идти?

— Идите!

К Сергею подошёл Сакен Жасузаков, которого Сергей знал ещё по Афгану, такой же спецназовец, как и он.

— Разрешите обратиться?

— Да, Сакен.

— У меня есть связь с Дустумом, будет надёжнее, если Вы с ним переговорите.

— Почему 'нет'? Давай!

Они перешли на узел связи и связались с Начальником штаба афганской армии.

— Абдул-Рашид-ага, с тобой хочет поговорить Стрельников, помнишь его?

— Как не помнить! Салям алейкум, Сергей! Так ты теперь Президент СССР? Помнишь, я тебе это предсказывал в Уфе! Что хочешь?

Сергей на узбекском объяснил, что произошло.

— Я сейчас в Кабуле, но, дам указания не мешать моему другу! Жду в гости! И да поможет тебе аллах! Святое дело делаешь! Нужно топливо для вертолётов.

— Выделим, как только освободим дорогу.

Не всё так гладко, как хотелось бы, но и на том спасибо. Узбекистан и Туркмения пока молчат, но не предпринимают никаких шагов. Ждут развития обстановки. Поэтому и требуется проявить решительность и быстроту действий.

С Сакеном прошерстили весь командный состав, убрали 'лишних', Сакен стал командующим группой войск. И, чтобы не дразнить гусей, и потому, что боевой опыт у него был. И 'местный климат' знает. Через неделю в Тюмень поступили письма от Каримова и Бердымухамедова. Старик Каримов поддержал усилия на создание нового Союза и объявил о вхождении республики в Союз, а Бердымухамедов заявил о необходимости провести референдум, и просил Сергея назначить визит на март месяц. Основным вопросом был вопрос поставок газа на внешний рынок, основной статьи доходов республики. С ним ещё придётся повозиться, но, ситуация в мире складывается так, что СССР конкуренты на внешнем рынке энергоносителей не нужны. Сейчас стоит очень холодная погода во всей Европе: замёрзло Северное море и пролив Ла-Манш. Потребление газа, нефти и цены на них возросли. Что произойдёт весной — одному богу известно. Пока единственным поставщиком нефти и газа в Европу является СССР. Но, понятно, что долго это терпеть не будут. А у Туркмении сильны связи Эмиратами и Катаром, которые, пока, притихли, чтобы не попасть под горячую руку, но весной стоит ждать их активизации.

Лукашенко собрал в Тюмени съезд Советов, в его работе принял участие и Сергей, но на самом Съезде он говорил мало. В зале было полно иностранной прессы, а Союз был почти отрезан от неё, и не имел достаточно мощных средств связи, то немногое, что сохранилось в Казахстане было национализировано и использовалось для управления страной. Решительно повлиять на атмосферу в иностранной прессе возможности не было, а в Интернете уже развернулась компания по дискредитации СССР, диктаторов Стрельникова, Лукашенко, Каримова и остальных. Поэтому Сергей выступил с речью перед депутатами на закрытом совещании. Основная мысль доклада о международном положении прозвучала так:

— Время передышки, отпущенное нам природой, подходит к концу. По докладам с мест уровень радиации на местах сражений падает, и перестаёт быть естественной преградой для наших противников. Естественно, что пользуясь тем обстоятельством, что наша промышленность практически уничтожена, противник навяжет нам серию пограничных конфликтов, вынуждая нас тратить драгоценные боеприпасы и вооружения. Следует ожидать атаки со стороны Кавказа, Украины и стран Балтии. По отсутствию реакции со стороны этих государств, следует считать их потенциальными агрессорами, тем более, что их индустрия пострадала значительно меньше, им готовы предоставить кредиты и вооружения другие страны. Наибольшую опасность для нас представляют Объединённые Арабские Эмираты, Саудовская Аравия, Катар, Бахрейн и Украина. И, если по трём первым, если будет вскрыто их участие в войне против нас, мы готовы применить наше стратегическое оружие, то вопрос с Украиной необходимо решить мирно или с использованием обычных вооружений.

После выступления из зала раздался вопрос:

— Товарищ Президент! Из разрушенных районов начали появляться бывшие руководители этих районов. Они отсиделись в бункерах полгода, а сейчас начинают из них вылезать. Что с ними делать?

Сергей усмехнулся:

— Всё просто, товарищи! Проверяйте содержимое их баулов! Если человек вышел из бункера с оружием и боеприпасами — это наши люди. А если с пачками долларов, кредитными картами иностранных банков, золотом, драгоценностями, то у нас с Америкой сейчас безвизовый режим! Плату за проезд взимать в золоте, бриллиантах и евро, доллары оставлять владельцам. Выделим дизель-электроход типа 'Ангуэма', усиленного ледового класса, и будем отправлять всех туда, куда они всегда стремились: в Америку!

Решительные и быстрые действия в Средней Азии изменили отношение к нашей стране и в мире. 'Русские возвращаются! Возрождение империи зла! Призрак вернулся!' — такими заголовками были украшены газеты мира. К тому же Великобритания дала 'утечку' разведывательной информации, что в Белоруссию переброшено две воздушно-десантные бригады, а на железных дорогах центральной России начались восстановительные работы. Четыре специальных поезда-путеукладчика начали восстанавливать мосты и пути западнее Волги. Народу на них не напасёшься: каждые две недели надо менять и отправлять в незараженные места на полгода. По проведённой переписи населения на территории РСФСР сейчас проживает 39 с половиной миллионов человек. Из них 11 миллионов имеют лучевую болезнь 2 и 3 степени. Желание 'жабы' Олбрайт исполнилось. Но, счастья и процветания Америке это не принесло. По заявлениям Международного Красного Креста, американцев на Земле осталось чуть больше миллиона человек, разбросанных по всему миру. Обнаружить живых на территории самих Соединённых Штатов пока не удалось. 'Кулибин' ничего не упустил. Ему не требовались хирургически точные удары, с целью не повредить трубопроводы.

В Бресте нам передали американский флот. Единственный уцелевший ледокол '50 лет Победы' провел на буксире в Белое море все четыре авианосца и 64 корабля. Операция заняла три месяца, всю зиму таскали корабли. До линии льдов их сопровождали британские корабли, у кромки льда ревели гудками, и возвращались обратно к Бресту. Часть кораблей пришлось затопить в Баренцевом море и Атлантике. Их корпуса не предусматривали движение по льдам. Оставался вопрос об атомных субмаринах. Их всего осталось девять, из них четыре — ракетных типа 'Огайо', остальные — 'Лос-Анжелес'. Понятное дело, что ни на одной из них ракет не было. Даже если они и были, то англичане их повытаскивали. У них стоят на вооружении такие же ракеты американского производства. Сергей не стал устраивать из-за этого скандал. В руках американцев эти корабли и лодки были гораздо опаснее. Рано или поздно они бы нашли возможность пустить эти ракеты без санкции Президента. По словам англичан, они не нашли больше никаких кораблей США и предъявили спутниковые снимки американских баз, где стояло много сильно повреждённых кораблей. Сергей предупредил Кэмерона, что в случае обнаружения не разоруженных кораблей США в любой точке планеты, они должны быть арестованы, разоружены и доставлены к берегам СССР. Кэмерон посмеялся, что у американцев на борту не оказалось наличных денег в иностранной валюте, только пластиковые карты, которые не принимались к оплате. Из-за этого командиры кораблей не могли пополнить запасы продовольствия и воды. Два корабля занялись пиратством у берегов Африки, и были интернированы британским флотом. Обошлось без стрельбы. В его сказки Сергей не сильно поверил, но приходилось улыбаться шуткам Кэмерона. На этот раз визит был довольно длительным. Кэмерон проехался по городам СССР, посетил Астану и Ташкент, побывал Челябинске, полностью разрушенном шестью взрывами. Правда, выходить из спецтягача он не стал.

— Жуткая картина! — признался он. — Просто лунный пейзаж!

Вместе с ним приехало много учёных, которые говорили о грядущем глобальном похолодании, которое уже поставило Европу в катастрофическое положение: дома, построенные во второй половине 20 и начале 21-го века в Европе, были неприспособленны к таким зимам. Большое количество людей оказались в тяжелейшем положении.

— Зато живые. У нас положение гораздо хуже. Тем не менее: живём. Восстанавливаем заводы и фабрики, лечим людей. Ведётся большое строительство жилья. К сожалению, пока, внеэкономическими действиями. В стране — военный коммунизм.

— Да, я смотрю, что и вы не расстаётесь с военной формой, и вокруг вас сплошные военные! — сэр Дэвид показал глазами на Дарью, которая исполняла свои обязанности в форме, в лёгком бронежилете и с оружием. Дарья покраснела и глубже уткнулась в бумажки.

Несмотря на сильно натянутые отношения, Кэмерон передал собранные по всей Европе подарки, игрушки и тёплые вещи для детей. Целый пароход. Вот только доставить его надо в Архангельск или в Диксон. В остальных местах порты ещё не работают. Удалось перевезти часть подарков только в Белоруссию. Не ускользнула от внимания Сергея, и настойчивая работа нескольких 'корреспондентов', начался сбор развединформации о действительном положении СССР. Готовятся к летней кампании! Кэмерон передал приглашение Сергею посетить Лондон и Берлин. А из Парижа прислал приглашение Франсуа Олланд, Президент Франции.

После визита Кэмерона, Стрельников предложил Дарье снять форму и принять более женственный вид, но она отказалась.

— По-моему, это не сильно требуется, не ощущаю себя женщиной. И буду сильно выделяться в Вашем окружении.

— Вид у тебя такой!

— Какой?

— Прицеливающийся. Всех рассматриваешь через прицел, с целью уничтожить.

— Наверное, боюсь ещё раз пропустить человеческую подлость. Меня же тётка по голове стукнула.

— Не знал! А мы её отпустили!

— Вот поэтому, я и не могу расслабиться. Идет война, а я всегда рядом с Вами, поэтому и взяла Вас под охрану, когда заметила, что Вы почти никогда не ходите с оружием в помещениях.

Сергей покачал головой, что война с женщинами творит! Но приказал отпустить волосы длиннее. Дарья пожала плечами, ответила 'есть' и обижено вышла из кабинета, слегка простучав каблуками по паркету. Знала, что Сергей этого не любит. Сергей хмыкнул, покачав головой. Затем начался 'селектор', пошла работа, поздно ночью он уснул за столом, положив голову на руки. Его разбудила Даша:

— Сергей Петрович! Шифрограмма на Ваше имя, и, Вы же обещали мне, что спать в кабинете не будете.

— Устал и уснул. Что там?

— Зафиксирован полёт самолёта Су-24МР в районе Волгограда. Взлетел в Сумах, углубился на двести километров, произвел облёт Курской, Волгоградской и Ростовской областей. Приземлился в Сумах.

— Перехватывали?

— Да, перехватили и вытеснили. Взлетала пара Су-27 из Уральска. Разведчик шёл на высоте 25-30 метров, видимо, замерял радиацию в районах. Наши огня не открывали.

— Всё?

— Пока все, Сергей Петрович! Я воды в ванную вам налила.

— Хорошо! А почему там?

— Будить не хотелось. Шумит сильно.

Сергей позвонил в ПВО.

— Слава! Что у тебя там?

— Разведчик из Сум. Пытался от нас скрыться!

— А, что звонил?

— Я начал служить ещё в 86-м!

— Салага!

— Замнём, для ясности! Но, в старые добрые времена: кто первым доложил, тот и прав! Я доложил! А то, что ты не спишь — это твои проблемы, Сергей!

— Понял тебя. До связи! Завтра в одиннадцать тебя жду!

— Понял, буду! Со всеми бумажками.

Сергей прошел в ванную и попытался стряхнуть с себя сон. Затем выключил контрастный душ, поняв, что проснуться полностью не удастся. Медленно вытерся, и вышел из ванной. В комнате было темно.

— Даша!

Тишина!

— Дарья!

— Я сплю!

Сергей прошёл к диванчику, на котором пристроилась спать Даша.

— Пойдём!

— Не пойду!

— Почему?

— Если войду, то никогда не выйду.

— Всех будешь убивать своим взглядом?

— Нет! Он только на мужиков действует. А тетки поголовно спрашивают: Это ваш муж?

— Имеешь полное право отвечать: "Да, это мой муж!"

Разбудил его будильник. Дарьи в комнате не было, будильник переставлен на сорок минут позже. Ванной появился второй стаканчик с зубными щётками и пастой, и под железкой записка: 'Доброе утро! Сейчас будет завтрак!' 'Всё! Схомутали! Впрочем, ты сам этого хотел' — подумал Сергей, вставая под душ. Завтрак принесла Дарья, одетая в гражданский костюм и юбку, которую она постоянно поправляла и одёргивала.

— Зачем будильник переставила? — спросил её Сергей, после короткого поцелуя.

— Так мы же не спали всю ночь!

— Зато теперь сплошная гонка будет!

— Ничего подобного! Всё расписание уже переделано. Одна встреча перенесена на вечер. Всё в порядке, Вы никуда не опаздываете. Вообще-то, я этим каждый день занимаюсь: составляю Ваше расписание. Как я выгляжу?

— Соблазнительно!

— Отвыкла от юбки! Постоянно кажется, что она сбилась. Жутко неудобно! Но, придётся привыкать, судя по всему.

Даша не проявляла ни тени сомнения, впрочем, она ещё ночью сказала, что всё к этому шло, и про себя она всё давно решила. Слишком замкнутое пространство для двух людей разного пола. Его выход на разведку из базы был воспринят всеми женщинами части, как операция по её спасению. Если бы тётки знали, как далеки они от истины. Но, Дарья была в курсе того, что происходило на самом деле.

— Всё, спасибо! Что там у нас по списку?

— Через 15 минут селектор, затем Кудрявцев, в 12 надо быть на телевидении. Вот список на сегодня. — она протянула ему блокнот. Сергей взял его и подошёл к столику у кровати, продолжал его читать, одевая полевую форму. — Всё, по коням!

За столом в кабинете свежая почта, разобранная Дашей, он включил селектор и начал выслушивать доклады с мест, одновременно пролистывая материалы, и занося в компьютер отметки о докладах. Завтра надо будет лететь в Иркутск, где закончили ремонт плотины Иркутской ГЭС. Это ОЧЕНЬ важно.

— УПС! — сказал он, разглядывая конверт с письмом Президента Республики Украина небезызвестного 'професора' Виктора Януковича. Пролёт ночью не был случайностью! Раскрыв письмо, Стрельников обратил внимание на то, что письмо не было подписано Премьер-министром Украины Азаровым. То есть, Янукович действует самостоятельно, на что особых прав не имеет. Письмо содержало длинный список нарушений договоров между Россией и Украиной, в настоящее время неисполняемых, и требование немедленно выделить средства на ликвидацию последствий ядерных ударов по Севастополю, нанесённых американцами. Всё как обычно: 'Денег дай!'

Сергей вызвал по селектору Жданова, министра путей сообщений, и поинтересовался южным направлением, где работал СМП-4.

— Поезд работает у Белой Калитвы. Уровень радиации 62 мР/час. Пиковое пройдено 8 дней назад, снижается.

— Что с Морозовской?

— Пик там, нет Морозовской.

— Что в Тацинской?

— Где-то 70...

— Там есть брошенный аэродром. В каком состоянии?

— Зарос, полосы, считай, нет.

— Направьте туда людей и технику! Подготовить для приёма Ан-12-х и Геркулесов. Срочно!

— Плиты дополнительно перебросьте!

Сергей отложил письмо Януковича в стол. Дал команду провести воздушную разведку в тех же районах, но, не углубляясь в Украинское воздушное пространство. Требовалось выяснить степень готовности украинских сил. Появившийся Кудрявцев показал маршрут пролёта разведчика. Он связывал полёт с работой СМП-4.

— У нас там голое пространство: Ростова, Краснодара, Новороссийска нет. Последний город Элиста. Город почти не пострадал. Но, контролируется местными боевиками, которые где-то уже достали оружие: Кавказ рядом, а 'грачи' сюда не прилетали. Так что просто так тут не пройти. Голову последнего 'русского' Президента повесили на шесте на въезде в город. Орлов была его фамилия.

— Русский? — спросил Жасузаков.

— Нет, калмык, просто фамилия русская.

— Согласно проведённой радиоразведке, уровень радиации умеренный, есть несколько чистых источников и два относительно чистых района. Единственное: требуется обойти Капустин Яр, там пока совсем худо. Выдвигаться лучше на тяжёлой бронетехнике. Можем выдвинуть четыре танковых полка... — начал начальник ГенШтаба Тихоновский.

— Отставить, Пётр Николаевич! Направьте воздушную разведку и СпецНаз. Основная задача не занять районы войсками, их у нас не так много, а выяснить расстановку сил и средств. По возможности избегать огневых контактов с местным населением. До окончания работы строительно-монтажных поездов никаких силовых акций не предпринимать. Охранение поездов достаточное? Если необходимо, то можете его усилить. Эти районы никогда не были самодостаточными. Им требуется транспорт и коммуникации. Брать этим, а не войсками.

— А, что делать с бандами в Калмыкии?

— Пусть 'спецура' разомнётся. Направьте туда вместе с ними военную прокуратуру и военный трибунал. Сакен! Направь туда 22 бригаду. Место базирования: Тацинская. Отжимать всех к Волге. Имей в виду, что вокруг Элисты густая сеть бывших аэродромов. Вполне годятся для вертолётных десантов. Товарищ Жданов, когда Сальскую ветку начнём?

— По плану — в следующем месяце, как только дойдём до Гуково.

Письмо Януковича было оставлено без ответа.

Через две недели, уже в начале марта, поступила информация из Словакии, что на газовой станции Руска отмечено снижение поставляемого количества газа по газопроводу Уренгой-Помары-Ужгород 'Дружба'. Украина, как в 2008-м году, начала изымать газ из трубопровода, и направлять его в подземные хранилища. Стрельников приказал полностью отключить все три ветки, и подать такое же количество газа в обход Украины, через Беларусь и Выборг. Задействовать и подключить Южный поток, морской участок которого был закончен незадолго до войны.

— Южный поток подключить не удастся, Сергей Петрович. Неизвестно состояние насосных станций в районе Новороссийска. Там ядерные удары наносились, связи нет.

— Связывайтесь с немцами, объясните обстановку. Пусть возьмут на себя переброску части газа на юг Европы. И немедленно осветите эту проблему в средствах массовой информации в Европе. Давить на Украину требуется с двух сторон. Сакен! Усилить оборону подстанций в Белоруссии, ГИС 'Валуйки', 'Писаревка', 'Суджа' и 'Новопрохоровка'.

— В 'Новопрохоровке' давления газа нет. Так что защищать там нечего, в остальных местах организована оборона, переброшено ПВО. Готовы встретить. — доложил генерал Тихоновский.

— Нарушителей воздушного пространства сажать на наших аэродромах. Разрешаю применять оружие.

— Есть.

Противостояние длилось 10 дней. Через Германию, Украина запросила разрешение на пролёт одного самолёта в Тюмень. В Новорощино сел 'Ту-154', украшенный 'трезубцем'. Из него вышел 'Професор', и его охрана: здоровенные бугаи, картинно держащие укороченные АКСУ на плече. Естественно, что их никто не встречал. Попытались устроить маленький скандал на аэродроме. Их блокировали и предложили сдать оружие, наведя на группу несколько КПВ. До стрельбы не дошло. Понимая, что с автоматом против БТР не повоюешь, охрана сдала автоматы, пистолеты ей разрешили оставить.

— Кроме бойцов подразделений Советской Армии, на территории СССР запрещено ношение и хранение оружия. Сообщите цель вашего визита. — спросил офицер охраны аэродрома.

— Я — Президент Украины! Прибыл для переговоров со Стрельниковым.

— СССР не признаёт Беловежских соглашений. Вас приглашали на переговоры?

— Нет. Стрельников не отвечает и прекратил прокачку газа и нефти по трубопроводам.

— Значит, было принято такое решение Советом Министров СССР. Вас, как незаконное правительство, СССР не признаёт и не поддерживает с вами отношений. Приведите законодательство в соответствие с законами СССР, вероятно, что после этого с вами начнут переговоры.

— Украина — признанное ООН государство, член Совета Безопасности!

— Вы не подскажете адрес того самого ООН? Обращайтесь туда.

— Нам гарантировали независимость и территориальную целостность.

— Обращайтесь к гарантам.

— Их нет!

— В таком случае, действуйте в соответствии с полученными указаниями: приводите законодательство Украинской ССР в соответствие с законами СССР. Мне приказано передать вам Ноту Министерства Иностранных Дел СССР. — и капитан зачитал Ноту. В ней говорилось, что СССР считает нелегитимным Президента Януковича, его Правительство, а действия по несанкционированному отбору газа — международным преступлением в условиях необычайно холодной зимы. Газ будет подан в магистраль только на условиях отставки 'президента' и правительства Украины. И передал Ноту 'професору'. Тот на глазах у всех порвал бумагу, начал кричать:

— Передайте ему, что его 'заказали'! Его завалят! У меня войск больше! Это война! — несколько человек из охраны удерживали Януковича, который пытался прорваться к капитану.

Всё было снято на видео и широко распространено.

Из Германии прилетела Меркель. Стрельников встретил её на аэродроме. Почётный караул прошёл перед небольшой трибуной. Её привезли в новую резиденцию Сергея: небольшой двухэтажный коттедж на западе Тюмени, недалеко от военно-воздушной базы. Состоялся обед и довольно длительные переговоры. Президент остался твердо на позициях, что это внутреннее дело СССР, так как две республики из трёх, подписавших соглашение, признали соглашение незаконным, и отозвали свои подписи под ним. В Союз в настоящее время входят 6 республик, вопрос о принятии ещё двух будет рассматриваться в этом месяце. И, если Украину подтолкнут к войне, то он оставляет за собой право применить ЯО по странам это сделавшим.

— Юридически мы более правы, чем страны ЕС. Это наша территория, незаконно отторгнутая от нас в результате, так называемой, 'катастройки'. Мы не применяем военную силу против Украины. Воры из так называемого 'правительства' Украины, как обычно, занимаются шантажом Европы и нас. При этом имеют огромную задолженность по оплате нашего газа. Ни одного евро за использование его с июня месяца не поступало. Да, у нас сейчас вынужденный коммунизм, но, только для населения нашей страны.

Попытки немецкой делегации склонить Сергея к проведению полномасштабных переговоров с Украиной при посредничестве ЕС ни к чему не привели:

— Мои договорённости с НАТО от 3 ноября полностью остаются в силе: мне всё равно, откуда прилетит ракета или самолёт, который начнёт нас бомбить. В этом случае, мы сначала уничтожаем население стран Евросоюза, а потом разбираемся с агрессором. В вопросах безопасности нашей страны мы разберёмся самостоятельно. К чему приводят переговоры с вероятными противниками, мы слишком хорошо знаем.

— Это — ядерный шантаж, господин Президент!

— Да. Другого выхода вы мне не оставили.

— Вы превратитесь в страну-изгоя! Вы нарушаете все общечеловеческие ценности.

— Первыми эти ценности нарушили те, кто громче всех о них кричал! Вы, госпожа канцлер, помните 78 год, лето, недалеко от Варнемюнде? Молодёжный лагерь. Вы там были секретарём ячейки FDJ.

— Конечно, помню!

— У Вас была подруга Лорелейн, худенькая такая, беленькая. Лет на пять — шесть Вас моложе.

— Лора? Никки? Это Вы? А я никак не могла вспомнить, где я Вас видела!

— Так вот: её отец...

— Я знаю! Это не тема для разговора! Где Лора?

— Лариса 19-го июня утром собиралась выехать ко мне под Приозерск. Не успела.

— А Игельхен? Сергей? Её сын!

— Был в Ленинграде в тот момент.

— Боже мой!!! Давайте объявим перерыв! Мне что-то нехорошо.

— О ком шла речь? — спросил Лукашенко, сразу, как немецкая делегация вышла из зала переговоров.

— О моей жене, дочери начальника войсковой разведки ННА. Что-то вроде нашего ГРУ. В 78-м его заподозрили в связях с бундесами. Это было моё первое задание. Всё оказалось чисто, он работал по заданию. Ну, а я познакомился с его дочерью. А через два года она, через отца, нашла меня в Афганистане, приезжала с делегацией. Оказалось, что у меня есть сын. Ну, а потом ещё и дочка появилась. Вот так вот.

— Так она была знакома с Меркель?

— Да, и её отец помогал Меркель на первых порах. Но, потом его в тюрьму посадили, там он и умер.

Все разошлись: кто попить воды, кто, наоборот, избавиться от неё. Сергей сидел в кресле и вспоминал, как встретил Ларису в Файзабаде. За полчаса до посадки вертушки они получили РДО с предупреждением, что к ним 'гости'. Подняли по тревоге взвод. Разбросали по углам все, что мешало встретить 'проверяющих'. Переоделись все 'по-форме'. Выставили два дополнительных снайперских поста. Требовалось блокировать Изари и Ковари: два маленьких аула возле аэродрома. Ковари было спокойным селом, а в Изари постоянно появлялись снайперы 'духов'. В ту сторону смотрело и тяжёлое вооружение взвода. Вертолёты вынырнули из-за хребта и сели без зависания: плотно и жёстко. Две площадки взвода были в ста и в двухстах метров от посадочных: невысокий бетонный забор огораживал несколько домиков. По углам стояли пулемётные посты. На встречу вышел только Сергей с тремя разведчиками. Из Ми-26 вывалился Ивашутин. 'Ни хрена себе: гости!' — подумал Сергей, печатая шаг в направлении начальника ГРУ.

— Тащ генерал-полковник! 13-я группа 154 батальона...

— Аатставить, лейтенант! Принимай гостей! Я тут тебе жену привёз! — криво ухмыльнулся Пётр Иванович. Небольшого росточка, плотный, с большими брылями под подбородком, в полевой форме, он достал флягу и плеснул себе на голову. — Набезобразничаете, а потом разбирайся с вами.

Из-за его спины появилась фигурка в бежевых шортах и в рубашке с коротким рукавом:

— Здравствуйте, Сергей!

— Лора? Вы что здесь делаете?

— Как бабу обрюхатить, так они первые! — громогласно рявкнул генерал-полковник, — а как признаться, что накуролесил, так в кусты! Ладно! Показывай, что тут у тебя и как! С женой потом разберёшься! Башкой не крути! Никуда она не денется!

Они обошли позицию, старший лейтенант доложил обо всём. Сзади маячила худенькая девочка с плоским красивым животом. Все, присутствующие на аэродроме, смотрели только на неё. Белобрысая, с короткой стрижкой, с черно-красно-желтым флагом ГДР на рукаве, в тёмных очках, она производила впечатление воробышка, попавшего в гнездо коршуна. Но, вполне уверенно бегающего туда-сюда и снимавшего кадры для 'Юнге Вельт', щелкая своей зеркальной 'Практикой'.

— А, что? Хорошенькая! Смотри у меня! Помнишь, кто у неё отец?

— Помню.

— Сынишка у вас! Я его в Берлине уже видел. Так что, не дёргайся. Спокойно объясняй, что был занят. Я — подтвержу.

Сергей помнил изодранный в клочки рапорт по этому поводу, и категорический запрет на написание писем в Германию. Времена изменились, и, в соответствие с ними, изменилось и настроение начальства.

— Всё понял, тащ генерал!

— Вот и умница! Ладно! Иди к жене! Отпуск получишь сразу. Уедете вместе. Сдавай дела, замену я привёз. — успел сказать Ивашутин, пока Лариса бегала снимать противоположный берег реки. Через полтора часа, сдав нехитрые дела, сектора наблюдения и обстрела вновь прибывшему командиру группы, подписав все бумажки, он подсадил Ларису в пышущий жаром вертолёт. Привычно пристегнув страховку, сел к пулемёту у правой двери, и, пока набирали высоту, внимательно осматривал окрестности. Сегодня было тихо. Рявкнул ревун, дающий отбой наблюдению, и Сергей пересел на сиденье рядом с Лорой. Из-за шума винтов практически не разговаривали. Сели в Кабуле, там Сергей в кузове 'Урала', а 'начальство' на 'Уазике', через весь город, добрались до 'домика на горе'. В штабе батальона всё готово, есть даже билет в Ташкент. Но, на послезавтра! А будущая супруга и 'шеф' улетают прямым на Москву прямо сейчас. Прокляв всё на свете, Сергей переночевал в казарме, и с утра поехал в аэропорт, поменял билет. Там жуткий нервяк и неразбериха: то самолёт откладывается, то вроде летит, на хрена было тащить его сюда, проще и лучше лететь из Баграма? Сели в Ташкенте, и пять часов проходили таможню. Оттуда в Чирчик. Получил отпускные, сдал оружие. Нет билетов на Москву! Плюнул, решил ехать поездом. Добрался до Москвы, пошёл в 'аквариум'. Где искать Лору — неизвестно, и что она думает по поводу его задержки? Несколько часов ждал Ивашутина, а тот где-то отсутствовал. Он появился ближе к вечеру, замахал руками, что ему некогда.

— Тащ генерал-полковник! А где увидеть будущую супругу?

— А, вы что: не договорились?

— Нет, Вы её подхватили и увезли в Москву, а я бумажки оформлял и сюда добирался. Вы же приказали к Вам прибыть.

— Ну, задал мне задачку! Ладно, посиди. Сейчас что-нибудь придумаем.

Он исчез за дверью, а через некоторое время адъютант вынес ему бумажку с двумя телефонами: одним московским, вторым берлинским.

— Пётр Иванович сказал, что если понадобится ехать в Берлин, то подойти к начальнику оперативного отдела. И зайдите к нему завтра после семнадцати.

Сергей спустился вниз к дежурному, и оттуда позвонил по московскому телефону. Трубку не брали! 'Чёрт! — подумал он, — сдёрнули со службы, поставили на уши, заставили лететь в Москву! На хрена она мне нужна? И всё из-за чего?' С такими мыслями он вышел из 'аквариума' и направился посидеть на скамейке, чтобы собраться с мыслями и придумать: где расположиться в Москве. В этот момент его обняли!

Вот и сейчас, его тоже обняла Дарья.

— О чём задумались, Сергей Петрович? О жене?

— О бывшей жене, Даша. Вспоминал, как выбирались из Афганистана. Чуть не потерялись в Москве.

— Немцы записку передали.

— О чём?

— Не знаю, по-немецки написано.

— Меркель хочет переговоров с глазу на глаз. Передай, что я согласен.

Канцлер вошла в зал заседаний минут через пятнадцать, после этого они со Стрельниковым перешли в его кабинет. Попытку Анжелы перевести вопрос на личное Сергей решительно отмёл.

— Я, к сожалению, слишком мало знаю о том, что, где и как. Мы находились в двухстах тридцати километрах друг от друга. Так что, мне ничего точно не известно об их с Сергеем судьбе. Скорее всего: общая для всех. И хватит об этом. Судя по тому, что сейчас происходит в мире, мы: СССР и Германия, обречены на дружбу, о которой Вы так любили говорить в Варнемюнде.

— Да! У меня есть даже небольшой презент Вам, господин Президент. — она протянула ему сувенирные песочные часы 'Песок Варнемюнде'.

— Спасибо, у меня такие были! Но, вернёмся к глобальной политике! Уникальность сегодняшнего положения СССР и Германии в том, что мы единственные страны, владеющие трансконтинентальными трубопроводами. Сколько нефти и газа Германия смогла получить этой зимой из других источников? Из Норвегии, например.

— Зимой — ничего, и норвежцы сворачивают добычу, из-за того, что платформы невозможно удержать на месте. Немного с Северного моря, но только с тех мест, где установлены стационарные платформы и есть трубопроводы.

— А, сколько выпало снега?

— Четыре годовые нормы.

— Есть хоть какая-то уверенность, что лето наступит?

— Трудно сказать! Некоторые прогнозируют оптимистично, некоторые предрекают несколько десятилетий 'ядерной зимы'.

— Сложности с ледовой обстановкой даже у берегов Японии.

— Боже мой! Продовольствие!

— Вот-вот-вот, госпожа Меркель! И единственный реальный поставщик тепла и электроэнергии во всю северную часть Европы. А тут вылезает какой-то бывший уголовник, и говорит о какой-то независимости. Это не серьёзно! Для того, чтобы перенаправить топливные потоки из стран залива требуется серьёзное вливание капитала в строительство танкеров ледового класса. А этих вливаний нет, и не будет! Давайте не будем забывать о том, что три крупнейшие экономики в мире уничтожены, уничтожен механизм финансирования мировой экономики, и все стоят на пороге величайшего финансового кризиса. А выиграют от него исключительно южные страны: поставщики продовольствия. Вы обратили внимание сколько новых теплиц на гидропонике мы построили за эту зиму? Лукашенко вам показывал.

— Да, но я не поняла причины такого бурного строительства.

— Мы предполагаем, что лето, если оно и будет, будет коротким и холодным, и только в Средней Азии. Остальная территория от снега, скорее всего, не освободится. Даже в тех районах, где обычно в это время уже цвёл урюк и было тепло, температуры держатся отрицательными. Вот поэтому, госпожа Меркель, нам с Вами и надо подумать, как лучше использовать флот, принадлежащий СССР и стоящий на якорях в районе Бреста, для транспортировки большого количества продовольствия. Или мне стоит предложить этот вариант господину Олланду?

— Я Вас прекрасно поняла, господин Президент! Я, кстати, очень завидовала Лорхен, когда Вы обратили на неё внимание!

— Вы же были замужем!

— А что, замужняя женщина начисто лишается зависти? Поверьте, она только возрастает! Так Вы военный или учёный? Я припоминаю, что Лора неоднократно говорила о Ваших научных успехах, или это было только прикрытие?

— Нет, достаточно серьёзно занимался некоторыми вопросами в 80-х, и небезуспешно, собирался полностью перейти в науку, правда, в прикладную, военную. Но, после событий 91-го года нам перекрыли финансирование. Преподавателям ВУЗов тоже не платили. Пришлось остаться в армии и повоевать. Много. Вы так живо интересуетесь Ларисой, а почему Вы не помогли Гюнтеру, её отцу.

— Мне неприятно об этом говорить... В общем, он, в своё время, здорово наступил на хвост американцам и англичанам, и мне рекомендовали никогда не вспоминать о нём. Тем не менее, я была на его похоронах. Вас там не было, была только Лорхен.

— Я был в районах боевых действий и не имел возможности проститься с ним.

— Ну, что ж, господин Президент, нам потребуется ещё один перерыв, я совершенно согласна с Вами, что проблемы с Украинской ССР есть внутреннее дело Советского Союза. Через час продолжим заседание в общем формате.

Не получив поддержки в Европе, кроме Польши и Прибалтики, Украина застыла (в прямом и переносном смысле) на грани войны с СССР, но, мобилизации она не объявила. Лишь однажды пришлось поволноваться: ПВО доложило, что из Николаева взлетело 24 цели, классифицированные как Су-24. Они шли на Геническ. Пересекли береговую черту, вошли в воздушное пространство СССР у Темрюка, там довернули на 500, на Волгоград, снизились до 4000. На перехват вылетело звено МиГ-31 из Уральска. Бомбардировщики шли строем, в дозвуковом режиме. Внизу под ними неосвоенная, пока, территория, покрытая сплошным снежным покровом. У Зернограда самолёты вытянулись в цепочку и снизились ненадолго. Затем поднялись и собрались вновь. У Весёлого МиГи произвели перехват.

— Я — ноль37! Вы находитесь в воздушном пространстве Советского Союза!

— Я — подполковник Ткачёв, седьмой БАП. Борт 014! Требуется коридор и посадка. Аэродром в Зернограде уничтожен, полоса в нерабочем состоянии. — головной самолёт покачал крыльями. — И, у нас мало топлива.

Неожиданно в эфире раздался ещё один голос:

— Я — УРКТ, даю привод. Ноль четырнадцатый, эшелон 2, скорость 400, видимость 30 км, высота облачности 2500, посадочный 90, посадку парой разрешаю.

Славик аж подпрыгнул!

— Это позывной Батайского училища в Тихорецке! УРКТ, я — USTR, ответьте USTR. Ноль37 — ретранслируй.

— Я — УРКТ, Вас слышу! Полоса готова, снег. Здесь генерал-лейтенант запаса Бычков.

Микрофон взял Стрельников.

— Я — USTR, здесь Стрельников. 014-ть, доложите причину полёта!

— Получили топливо на разведывательные полёты в этом направлении, разделили на всех и вылетели. Прикройте два 'Ила', идут сзади, там наши техники. Дайте посадку.

— Я — USTR, включили привод ЬРАП, всем, у кого хватает топлива, следовать в Астрахань, растянуться и садиться сходу парами. Обеспечить безопасное пребывание в Тихорецке не можем. Запасной — Тацинская.

— Я — 014, вас понял, курс 92, эшелон 2.

— УРКТ, я — USTR, доложите обстановку!

— USTR, я — 037, он ушел со связи и выключил привод, не отвечает.

— Сакен! Срочно десант в Тихорецк!

— Дано указание в Тацинскую. Два батальона 22-й вылетают. Вообще-то, там работающей полосы не было!

— Найди тех людей, которые оттуда выходили!

— Есть странности! Радиостанция работала в стороне от Тихорецка, но привод работал на аэродроме. Похоже: подстава!

— Действуй, и держи меня в курсе. Я на КП ПВО.

— Вас понял. На связи.

Через несколько часов Сакен доложил, что обезврежена группа спецназа Украины. Пленных нет. Самолёты из Николаева сели все. Первое, что сделали лётчики полка: попросили дать стремянки, чтобы стереть трезубцы на хвосте!

— Нас перебросили из Староконстантинова. Седьмой бомбардировочный авиаполк. Горючего в Николаеве нет. Привезли на бензовозах из аэропорта. Собрались и постановили лететь к вам. Топлива было совсем мало. Надо бы наши семьи их Староконстантинова вывезти!

— Как вы себе это представляете? Высадить 76-ю дивизию в Староконстантинове мы не можем. Нет у нас этой дивизии. Уничтожена под Псковом. Требуется проявить терпение и выдержку, товарищи офицеры. Семьи ваши не бросим.

— Товарищ Стрельников! Надо действовать активнее!

— Я это уже слышал в начале октября 16-го года. Широко шагаешь — штаны порвёшь. Необходимо готовиться. Тщательно готовится, товарищи офицеры. Используйте все возможные способы поддерживать связь с вашим гарнизоном. Будет плохо у Ваших семей, пойдём на крайние меры.

Это я вам обещаю.

Перелёт целого полка резко качнул маятник противостояния в обратную сторону: ежедневно на сторону Советского Союза стали переходить подразделения украинской армии. Где поодиночке, где взводами или ротами, а иногда и целыми соединениями. Здраво рассудив, военные поняли, что их могут подставить политики, поэтому подошли к этому вопросу с практической стороны: армия СССР растёт и пользуется уважением, как народа, так и правительства, а их заставляют служить группе непонятных людей. Эти люди богаты и влиятельны, а армия бедна и сокращается. Определённую проблему представляла украинская милиция и внутренние войска. Их насчитывалось примерно 261 тыс. человек, включая три полнокровных дивизии внутренних войск. Одна дивизия набрана, практически полностью, из донецких, одна дивизия укомплектована выходцами с западных областей, ещё одна — выходцами из Крыма и приморских областей. По срочной рокировке командующих внутренними войсками, и там идут 'сражения'. Шуляк из Свердловска, города, которого уже нет. И его срочно сменил генерал Ганущак из Винницы. Все три дивизии вышли из расположений и устремились в Восточную Украину. Им преградили дорогу местные жители и сухопутные войска, набранные из жителей этих областей. Мост в Кременчуге был полностью блокирован. Тоже самое происходило в Днепродзержинске и в Днепропетровске. В Запорожье этого не сделали, поэтому войска второй дивизии ВВ обошли и окружили людей, блокирующих мосты на Днепре. Произошли столкновения, вначале без применения оружия, затем настоящие бои за овладение мостами. И в этот момент Луганский областной Совет принимает резолюцию о выходе из состава Украины и обращается к СССР с просьбой предотвратить вероятное столкновение с войсками МВД Украины. С этого момента начался стремительный распад незалежной Украины. Применение оружия против граждан, стремившихся только предотвратить эскалацию конфликта с СССР, окончательно дискредитировало правительство Януковича-Азарова. Войска вышли из подчинения, левобережные области, одна за другой, принимали 'Луганскую хартию'. Уже 2-го апреля Сергей посетил освобожденный Харьков. Но в Киеве шли бои, как политические, так и вялые перестрелки между противниками и сторонниками присоединения к СССР. Точку в этом вопросе поставил военный переворот, произошедший в Киеве в ночь на 5-е апреля. Группа высших офицеров под руководством генерала-армии Педченко, ввела на улицы Киева три дивизии, низложила и арестовала Президента и большинство депутатов Рады. Продекларировала присоединение войск Украины к Советской Армии. Установила комендантский час и военное положение на территории Украинской Советской Социалистической Республики. И передала властные функции Центральному Правительству СССР. Оставшись без формального лидера, а Тимошенко находилась в Германии, организованного сопротивления противники СССР организовать не смогли. К СССР тотчас присоединилась и ПРМ.

Сразу после визита Меркель, ЕС исключил Литву, Латвию и Эстонию из ЕС, и Шенгенского соглашения. Впрочем, наиболее дальновидные уже давно выехали из этих республик. Части армии вошли туда беспрепятственно. Там оставалось не более четверти населения. В республиках голодно и холодно. Инфляция просто зашкаливала, местные валюты провалились, в ходу были миллионы литов, латов и крон в качестве разменной бумажки. Население в основном русскоязычное. Тем проще! Холодная зима и отсутствие топлива разрушили теплоснабжение в городах. Требовалась срочная помощь. Подали газ и нефтепродукты, из Германии пришли трубы. Желающих перебросили из Сибири в Прибалтику. Правда, желающих нашлось не слишком много.

Из Тикси пришло сообщение, что к ним вышло 15 американцев, членов экипажа подводной лодки USS Louisiana, потерпевшей аварию 27 октября 2016 года у Новосибирских островов. Лодка находилась на дежурстве и переходила в район патрулирования подо льдом. Получила приказ всплыть и нанести удар по Тюра-Таму. В момент всплытия ударилась о лед и повредила рубку, выдвижные устройства, рули заклинило, боевая рубка разгерметизировалась. Корпус и ракетная палуба остались подо льдом. Связь отсутствовала, компьютер дал сбой подготовки к залпу и заблокировал пуски. Отремонтироваться сами не сумели, требовался доковый ремонт. Половина экипажа больны, так как поели медвежатины. Командир принял решение послать группу из 25 человек к ближайшему жилью: Тикси. Десять человек потеряли по дороге. Север подобные путешествия не одобряет. Люди были сильно обморожены, еле передвигались. Они бы не дошли, но были обнаружены вертолётом АСС из Тикси-3 в районе дельты Лены. Американцы сопротивления не оказали, были разоружены и помещены в госпиталь под арест. Пришлось организовывать спасательную экспедицию. Вертолётом была заброшена радиостанция. Через неё выяснили: знает ли командир лодки коммандер Лайонелл, что США не существует, а НАТО капитулировало?

— Догадываюсь, потому, что нас никто не ищет. Давно бы нашли, если бы было всё в порядке. Ваши условия? У нас практически кончились продукты, 72 человека больны и не могут передвигаться.

— В первую очередь, эвакуируем больных! Затем вы оставите на лодке группу управления и борьбы за живучесть, а остальной экипаж будет эвакуирован. После этого лодка будет обеспечена питанием. Находящееся на борту личное оружие должно быть сдано. Разрешаем оставить одну винтовку и пять пистолетов с пятью магазинами к каждому. Медведей развелось — спасу нет! Кстати, их есть нельзя и отстреливать тоже не стоит. Только отпугивать. Ваши люди подхватили от них 'финку'. Шансов вылечиться не слишком много.

— Нас не проинструктировали по этому поводу. Ваши условия принимаются.

— Выносите больных!

А на Большой Земле прорабатывали вопрос: как вытащить этот трофей! На борту 'Луизианы' 24 'Трайдента-II D6'. Четыре аналогичных лодки стоят в Двинской губе с заглушенными реакторами, и без ракет. А тут такой подарок: почти полный экипаж и полный боекомплект. '50 лет Победы' принял на борт ремонтников, бывших подводников, большое количество компьютерщиков и двинулся к острову Комсомолец. Рейс проходил в очень тяжёлых условиях, но атомный ледокол и его экипаж справился с ними. За ним следовал 'Академик Фёдоров', на котором находилась большая часть экспедиции. 'Фёдорову' повезло, он находился в Антарктиде, когда началась война.

Сергей лично принял коммандера Лайонелла, доставленного в Тюмень.

— Здравствуйте, коммандер. Мне сказали, что Вы просили аудиенции со мной.

— Да, просил. Мне бы хотелось, чтобы члены экипажа были бы отправлены в Великобританию.

— Увы, это невозможно, по многим причинам. Во-первых, 'Луизиана' участвовала в ракетном нападении на СССР 19 июня 2016 года, что зафиксировано в бортовых журналах лодки. Следовательно, Вы, как командир лодки, и члены её экипажа, являетесь военными преступниками. Вы в курсе, что нападение, без объявления войны, считается военным преступлением, согласно приговорам Нюрнбергского международного военного трибунала?

— Нет. Нас об этом не предупреждали.

— И тем не менее! Есть нормальная уголовная практика, есть целый ряд смертных приговоров военным преступникам третьего рейха, Вы — человек с высшим военным образованием. Ну, и, незнание закона не освобождает от ответственности.

— Мне приказали!

— Тоже самое пытались доказать в Нюрнбергском суде очень многие. Да, приказ на использование ядерного оружия отдали Вам другие люди, но кнопку 'Пуск' нажали Вы, лично. И в последствии, многократно пытались её нажать. Более восьмидесяти раз, как показывают дактилоскопические исследования. Вы пытались использовать имеющееся у Вас на борту ядерное оружие. И, уже после окончания войны. Хотя, мы абсолютно точно знаем, что о её результатах Вам было известно. Более того, сохранился сеанс связи с лодкой 'Вэнгард', которая предлагала Вам сдаться и разоружиться, но Вы отказались, сказав, что Вам легче взорвать лодку со всем содержимым. Ваши слова?

— Мои. Мы пытались привести лодку в боеспособное состояние, но нам это не удалось. Прошло несколько месяцев. Англичане больше не появлялись, русских тоже не было, началась эпидемия, и я решил сдаться, господин Президент. Прошу сохранить жизнь членам моего экипажа.

— Они, почти все, поголовно больны. У многих большие проблемы с рассудком.

— Это 'белое безмолвие', мороз, отсутствие связи и плохое питание.

— Что Вам удалось сделать, чтобы перенацелить ракеты на лодке?

— К сожалению, ничего! Все 24 ракеты и все боеголовки направлены на космодром Байконур в Казахстане. Мы, конечно, можем пробиться до центра Земли там, но толку никакого. Это был последний приказ перед отказом боевого компьютера. Затем последовал приказ 'Отбой', прошедший по каналам связи, затем каналы перестали существовать. Вся информация поступала только по акустическим каналам связи. Из-за повреждения выдвижных устройств и короткого замыкания в главной радиорубке, мы были лишены радиосвязи. Восстановить приёмопередатчик нам не удалось.

— Хорошо, коммандер Лайонелл. Ваши проблемы я понял. У меня встречное предложение: в первую очередь, постарайтесь не винить самого себя в том, что произошло. Даже если бы Вы отстрелялись от Новосибирских островов, Вас потопили бы на пятой ракете. Вы это прекрасно знаете.

— Из Тюра-Тама? На шестой...

— Вам повезло, остальные превратились в стекло.

— В том числе, моя жена и дети.

— Мои тоже, коммандер. Но, в тот раз Вы ушли, перезарядились и пошли на позицию вновь. Опять убивать. Напали на нас Вы, и высшую меру вы уже имеете. У нас пять лодок типа 'Огайо'. Мне требуются экипажи на них. Это моё предложение и билет в новую жизнь. Выбирайте.

Он выбрал жизнь! Попросил убрать из экипажа двух человек: чернокожих, ставленников последнего президента США.

— Они мутили воду ещё до войны.

Вначале мы обучили группу управления и борьбы за живучесть. Заменили американцев. После этого прилетела группа ракетчиков. Возглавляли её два Героя Советского Союза: подполковник Хворостовский и майор Карасик. 'Кулибин' поморщился, попав на лодку:

— Чем воняет?

— Американцы обо... Ну, в общем, недержание у них получилось, товарищ майор! Большая часть экипажа до туалета не добегала. Убирались мы, но не помогает!

— Хрен с ним! Включай!

— Включили!

— Ох, ни хрена себе! На боевой лодке 'Windows Server NT -2000'. И этим они хотели нас победить! Reset password! Под контролем! Так, сначала надо выдернуть им зубки! Выключай, и выдергивайте процессоры из компа! Так! Хорошо! Не пускается? Здесь где-то должны быть оптико-волоконные гироскопы. Ищите аккумуляторы! Осторожно! Тут здорово фонит! Так! Сюда и сюда ставим свинцовую защиту! Включай паяльник! Ищите 'REALTIME'! У них должно быть на схемах так написано!

— Есть, товарищ майор! Вот стоят! Три штуки!

— Всё правильно! На каждую из координат! Паяльник! Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь! Погасла?

— Ось 'Х' погасла!

— Работаем дальше! Погасла?

— Да!

— И последняя! Не горит?

— Нет, товарищ майор!

— Так, зубки выдернули! Теперь включаем их компутер, и следим за импульсами к блокам! Отключаем этот, этот, этот и этот! И откручиваем вот это проводочек! Рычит?

— Рычит, товарищ майор!

Карасик снял трубку Р-107Д:

— Товарищ Президент! Тут всё для тупых, как у Задорного! Можем вводить физические координаты и огонь? По кому стреляем? У нас остался Лондон и Тель-Авив!

— Я те стрельну! Глуши машинку!

— Как прикажете, товарищ Президент! Можно вырезать лёд и освобождать ракетную палубу. 'Дракон' больше не опасен, только сено жрать может!

Больше всех удивился Лайонелл! Ему его ракетчики предрекали, что как только сойдёт снег и лёд с палубы, 'Трайденты' уйдут в Тюра-Там, все до одного. А прилетевший в Тюмень Хворостовский доложил, что:

— Первая часть Марлезонского балета успешно выполнена: ракеты сняты с боевого дежурства. У всех успешно отключены ИНС (инерциальные навигационные системы). Ключи от крышек на борту имеются. Для выгрузки ракет необходимо перебросить на суда в разобранном виде новую стрелу. Её заказали в Омске. И ложементы для ракет. Места в трюмах хватает.

— Хорошо, действуйте. А удастся поставить их на дежурство?

— Это 'Вторая часть Марлезонского балета!' С одной ракеты снимем только боеголовки, и попробуем на месте отработать постановку на БД. 'Кулибин' божится, что сделать это проще, чем на Р-36. Всё очень технологично и логично сделано, больших сложностей нет, есть проблема с электронным ключом номер 1, но его образ сохранился в temporary файлах системы полностью. 'Винда' сдала топ-секрет Америки! На резервном компьютере сохранился образ ключа предыдущих пусков 19-го июня. Ключи совпадают. Заменим боеголовки масс-моделями, и опробуем.

— Хрен вам! Запустим разведывательные и трансляционные спутники! Они есть в Восточном.

— Спутники, значит, спутники. Посчитать придётся, и кое-что переделать.

Лайонелл слушал доклад, ничего не понимая. Русского он не знал. Но по довольному лицу Хворостовского понимал, что, то, над чем бились полгода его ракетчики, русские сделали за две недели.

— У вас так хорошо работает разведка? — спросил он Сергея, после того, как Сергей сказал ему, что началась подготовка к запуску спутников с борта 'Луизианы'.

— Нет, у русских хорошо работают головы, и система образования у этих ребят ещё до-болонская!

— На совещании перед самой войной нам говорили, что нашей разведке удалось обезвредить большинство стартовых площадок русских, а оставшиеся мобильные комплексы локализировать и подготовить к уничтожению. Что системы ПРО, развёрнутые на Аляске, Гавайях, в Японии, в Чехии и Польше дают 100% вероятность того, что ни одна русская ракета до территории Штатов не долетит. Так оно и случилось. Но, Вы ударили через три месяца, поймав нас в тот момент, когда большинство лодок и шахт стояли на перезагрузке, флот находился в базах, а в тот день награждали 'Медалями Почёта' большинство участников войны. Меня, правда, наградили перед этим. Вот эта 'железка'. Возьмите, мне она не нужна. У Вас есть виски, господин Президент?

— Нет, но у меня есть самогон. Сам я не употребляю, держу для 'гостей'. Тот же виски, но его в бочках не выдерживают.

Лайонелл выпил, сморщился, а затем задал вопрос Стрельникову:

— Значит, у нас была возможность привезти лодку в боеготовность?

— Нет, коммандер. Только с помощью других судов. Так что, не вините себя, да и поздно. Ошибку допустили не Вы, а Ваш главнокомандующий, который не учёл некоторых особенностей нашего национального характера. Вы всегда стремитесь действовать по правилам, а у нас в крови сидит: обойти эти правила. Маленькая случайность: лось вышел на командира вертолёта, и вся Ваша тщательно спланированная операция с подкупом командования, с разоружением до войны противника, пошла на перекосяк. Вы не умеете драться до последнего патрона. Поэтому и проиграли. Вы не можете допустить противника до Волги, и закончить войну в Берлине. Не дано. У Вас была нация торговцев, в том числе, торговцев смертью. У нас нация воинов, бойцов. Да, мы медленно раскачиваемся, вечно что-то упускаем, пропускаем первый удар, но, вытираем юшку, и лезем в драку. Всегда! А если мы озлобились и сплотились, то мы непобедимы. А потом, после драки, зла не помним, вон сидим с тобой и водку пьём. Беседуем о смысле жизни, и кто кому поддал в прошлой драке.

— Мда, особенности национального характера.

'Отречёмся от старого мира!' — гремел оркестр в смешных и напыщенных мундирах гвардейцев V республики, мимо Сергея и Олланда промаршировал французский почётный караул. Встреча в Орли была пышной. Франция не принимала участия в избиении России. Она голосовала против ядерного нападения на Россию на Совете НАТО, и, демонстративно вышла из организации, когда был нарушен принцип единогласия, и была единственной страной Западной Европы, которая поздравила СССР с Победой. Остальные страны были в числе проигравших, и ожидали исков со стороны СССР за участие в операции 'Безмолвие'. Снег, несмотря на конец апреля, ещё лежал на поле аэропорта. Но, бетонные плиты были высушены, легкий морозец бодрил. По сравнению с Тюменью было тепло и солнечно. Но, небо было подёрнуто тонкой пеленой высоких облаков. Прогремел 'Союз нерушимый', и Президент Франции сделал приглашающий жест в сторону стоящих правительственных 'Ситроенов'. Сергей, Дарья и шесть сопровождающих сели в машину и поехали по улицам Парижа в Елисейский дворец. Кортеж сделал круг по площади Звезды, свернул направо и ещё раз направо, и через узкий проезд, украшенный красивой решёткой, машины въехали во внутренний двор дворца. Социалист Олланд отлично подготовился к визиту. Вначале был неторопливый обед, начавшийся с традиционного аперитива. Разговаривать приходилось через переводчиков, французский язык остался в стороне от образования Сергея. Много времени отнимало это. Словоохотливый Олланд говорил много и быстро, а русский язык много медленнее. Длившийся более двух часов обед порядком утомил Стрельникова. Но, он хорошо помнил поездки во Францию, которые он совершал ранее, и был готов терпеть эту особенность французского этикета. Ещё за столом возник разговор об уникальности сложившихся обстоятельств: Европа как бы вернулась к тому, что потеряла в результате Первой Мировой войны: у Франции появился шанс вернуться в состав Великих Держав. И упускать этот шанс Олланд не хотел! И связывал все эти возможности он именно с Советским Союзом, который сильно пострадал во время последней войны и нуждался в полном восстановлении своей промышленности. А это — деньги! Огромные деньги! В 30-е годы именно СССР позволил Америке выйти вперёд после кризиса Великой Депрессии. Остальные великие державы почивали на лаврах победителей, выгребали из Германии всё, а США, из-за океана, готовили им Гитлера и Сталина, и 2-ю мировую войну, в результате которой Франция, Англия и Германия были свергнуты с пьедесталов мировых держав. СССР, чудом и невероятными усилиями, вывернулся из удушающей петли доллара, но, пал под напором хитро расставленных ловушек пропаганды. А после этого добить разделившийся Союз сложности не представляло! Подкупив верха, дезорганизовав низы, можно делать всё что угодно! Но, отнять врождённую волю к победе любой ценой у американцев не получилось. Русские вновь победили и уверенно восстанавливают свою прежнюю роль в мироустройстве. Французы объявили о передаче СССР, заказанных Россией и не полученных вертолётоносцев, из-за скандала, который учинила Грузия, которую поддержали США. Постройку заморозили, точнее, задержали передачу кораблей, названных 'Владивосток' и 'Севастополь', российской стороне. Россия подавала в Стокгольмский суд, но сама передача судов от этого не сдвинулась с места ни на шаг. Что здорово испортило отношения между странами. Сейчас, избавившись от США, Франция решила, что стоит выполнить решение Стокгольмского суда. Сергей обещал прислать экипажи для кораблей в ближайшее время, про себя подумав: 'Где взять столько моряков, если все морские города разрушены?' Команды АПЛ, набранные из моряков запаса, уже носили неофициальное название 'РМЗ' или 'Родина-Мать-Зовёт'. Офицеры, попавшие на флот, всеми фибрами души привязываются к морю, и назад к месту рождения, обычно, не возвращаются, а 25 лет дерьмократического правления не оставили значительного следа в виде младших флотских специалистов запаса. Те, кто был — уничтожены в портовых городах Союза. По всем городам собирали запасников и отставников. Смогли укомплектовать 12 экипажей на ПЛ, когда стало понятно, что удастся их оживить. Здесь придётся собирать с миру по нитке. Люди есть, на Украине, но... Могут возникнуть проблемы, если набрать полностью украинский экипаж. Вторая проблема: отсутствие военно-морских училищ, их весьма специфического оборудования, преподавателей, и, главное, времени на подготовку. Часть людей нашли в Прибалтике, частично насобирали через Союз офицеров запаса на Украине и в Казахстане. Командирами кораблей стали выходцы из Севастополя и Ленинграда. Эти не предадут.

Кроме всего прочего, французы передали в дар СССР 10 роботов-манипуляторов, могущих работать в условиях жесткой радиации. Почти бесценный подарок. В Сен-Назер вылетело 200 человек на приёмку кораблей. Порт стоянки — Одесса, хотя там сейчас тяжёлая ледовая обстановка, но в Николаев совсем не пройти. В крайнем случае, можно использовать стоянку в Тартусе или где-нибудь на Кипре.

Но, спокойно забрать корабли не удалось: началась война между арабами и Израилем. После нанесения ядерного удара Израилем по Сирии, в войну вмешался Иран. Турция заявила о своём нейтралитете, и попыталась не пропустить вертолётоносцы в Чёрное море. Пришлось напомнить ей, что у нас есть претензии к ней, как стране-участнице НАТО, и что мы выводим корабли из района боевых действий, которые не на шутку развернулись на Ближнем Востоке. Высший Военный Совет СССР постановил не вмешиваться в эту драку. С достаточно большим трудом корабли пришли в Одессу и начали комплектоваться вертолётами и вооружениями. Лишь в июне лед на Черном Море растаял. К этому времени строительно-монтажный поезд N 4 закончил ремонт путей на юге Краснодарского края и пошёл к Туапсе. Решительные действия 22 ОБрСпН и военной прокуратуры в Калмыкии по разгрому бандформирований уже сформировали определённый информационный фон в республиках Кавказа. А принятое решение Верховного Совета о ликвидации автономии Калмыкии и превращению её в районы Волгоградской и Астраханской области было холодным душем на голову всех сепаратистов. Шутки кончились, а 'кривозащитников' не существует. Их никто не финансирует, поэтому никто из них не рвётся входить в конфронтацию с армией. На территории СССР действует военное положение, трибуналы — это не суды присяжных, и приговоры очень жесткие. Армейские командиры уверены, что действуют в соответствии с 'линией партии' и 'капитанов Ульманов' не будет. Приказано навести порядок, значит наведём. Плюс, очень многие из местных находились в Центральной части России на момент войны и погибли там. Здесь населения осталось не очень много. Тем более, что по достаточно многочисленным войскам, сосредоточенным в этом регионе активно работали и ракеты, и 'грачи'. Но выше, в предгорьях, могли сохраниться как вооружённые группы сопротивления, так и бандформирования. Но, Сергей остановил продвижение войск в южном направлении до входа в предгорья. Ждали прохода поезда СМП-4 в Туапсе. Здесь оказались грузинские войска, оккупировавшие эти районы. Началась война с Грузией. Первое боестолкновение произошло на перегоне Горячий ключ — Индюк. Боевой вертолёт 'Апач' обстрелял поезд, был сбит, в вертолёте был смешанный американо-грузинский экипаж. Сил и средств у охранения поезда хватало, поэтому вперёд пошли войска, а поезд продолжил ремонт путей. Выяснилось, что в Грузии находились части американской 101 аэромобильной дивизии, бои развернулись достаточно серьёзные, но, подошедшие вертолётоносцы и ракетные катера из Одессы вынудили грузин начать отход в сторону Сочи. Высадили вертолётный и посадочный десант в Адлере, но, во время высадки был повреждён 'Севастополь': в него попало несколько ракет, выпущенных с американских самолётов, базировавшихся в Вазиани, Сенаки, Бабушаре и Тбилиси. Спутниковая разведка дала оценку численности авиационной группировки в 80-100 самолётов. Карасику приказали готовить старт 'Трайдента' с шестью боеголовками, и уведомили англичан о предстоящем запуске ракеты. Сразу перезвонили из Лондона, Парижа и Берлина и попросили дать им час на ликвидацию противостояния с Грузией.

— Дело не в Грузии, а в 101 дивизии США и остатках американской авиации.

По ответам с западной стороны Сергей понял, что западные 'коллеги' в курсе событий. Но, о наличии у него ракет АПЛ 'Луизиана' они, пока, не знают. Тем не менее, через двадцать минут перезвонил Кэмерон, и сказал, что 101 дивизия отказалась капитулировать, но просит дать ей возможность вылететь в третью страну.

— Нет, господин Премьер, с оружием и прочей дрянью, я их никуда не отпущу. Оружие сдать, самолёты сдать. На таких условиях пусть катятся к чёрту. Пленные нам не нужны. Есть страна, готовая их принять?

— Соединённое Королевство готово их принять.

— В этом случае, господин Кэмерон, готовьте операцию по эвакуации. Но мы продолжаем занимать свои территории, не дожидаясь их вывоза. Сдача оружия только нам.

Ещё прошло около 20 минут, и тот же Кэмерон сообщил, что 101 дивизии отдан соответствующий приказ её командиром генерал-майором Дэвидсоном.

— Пусть выйдет на связь и подтвердит.

Сергей предупредил генерала, что на нём лежит ответственность и за грузин.

— Как я могу нести за них ответственность?

— Наши войска не могут различить на расстоянии, кто по ним стреляет: у Вас форма практически одинаковая с грузинами. Если будут оказывать сопротивление — вы знаете что делать. В общем, выбирайте: или могила в Грузии, или Англия.

— Англия, конечно! О чём речь, я солдатам так и объясню.

Американцы разоружили большую часть армии и полиции Грузии. Не без стрельбы, но очень быстро и качественно. 'Севастополь' ушёл в Одессу на ремонт, а в состав Союза вошла Армения и три области бывшей Грузии. На Кавказ армия входила со стороны Грузии.

Допрос Дэвидсона дал много интересных фактов: дивизия охраняла и обслуживала один из региональных центров 'грачей', огромное количество дронов находилось в противоатомных убежищах, построенных ещё старым Союзом. Здесь же большой узел связи и управления, фактически штаб фронта. Дэвидсон считал, что СССР увязнет в войне с Украиной, Казахстаном и республиками Прибалтики, израсходует полностью вооружения, и после этого он сможет решить все вопросы военным путём. Ещё два таких же центра существуют в Норвегии и Японии. Грузинская сторона, пользуясь положением, решала вопрос о 'зачистке' кавказских республик: с помощью американцев захватила обратно Абхазию и Южную Осетию, выбила Северную Осетию, большую часть Дагестана, полностью зачистила Чечню. Ядерное оружие почти не применяли, рассчитывая захватить весь Кавказ, и поставив Азербайджан в безвыходное положение: транспортировка нефти, после уничтожения Новороссийска и Грозного, была возможна только через Грузию. Азербайджану отводилась роль нефтедобывающего придатка 'Великой Грузии'. Военный трибунал рассмотрел дела о геноциде кавказских народов правящими кругами Грузии, и приговорил 320 человек к повешению.

Норвежский центр к моменту, когда стало о нём известно, был благополучно 'освоен' Великобританией и остальными членами НАТО, и прекратил своё существование. Что происходит на Востоке, пока можно было только догадываться. Но ничем хорошим оттуда не пахло: судя по всему, предстоит серьёзная свалка с джапами. А территорию США надо начинать проверять и чистить, в смысле 'зачищать' от оружия, не взорванных боеголовок, обогащённого урана и плутония. В этом смысле, СССР поддерживают все ядерные державы, кроме Японии, которая никак не может занять какую-то внятную позицию. Не исключено, что японцы срочно клепают у себя ЯО. Тем более что технологии им это позволяют. В этот момент и появилось предложение МАГАТЭ устроить проверку японских ядерных объектов. Японцы сразу встали в позу! На Сергея они ни разу не выходили, игнорировали полностью! Дипломатических отношений Япония с СССР не устанавливала, мирного договора нет, Китай практически безоружен, нашего флота в Тихом океане нет, японский флот — сильнейший в том регионе. И у японцев проснулся милитаристский дух!

Но, 'Луизиане' отремонтировали боевую рубку и выдвижные устройства, лодка погрузилась и ушла к Мурманску. А у Архангельска находились '50 лет Победы' и 'Академик Федоров', с помощью которых перезаряжались лодки типа 'Огайо'. Все пять лодок встали на боевое дежурство. Бывшая 'Луизиана' получила название 'Октябрьская Революция', к ней присоединились ещё две многоцелевых лодки, и пошли в Пуэрто-де-ля-Крус для погрузки на них торпед МК48 тип 6, приобретённых Венесуэлой для СССР в Бразилии. Туда же направились 'Владивосток' и БДК 'Константин Ольшанский'. На взлетной палубе 'Владивостока' был закреплён 'зубрик' 'Донецк'. К сожалению, основного вооружения для бывших 'Лос-Анжелесов': ракет 'Томагавк' и 'Гарпун', ни у кого купить не удалось. Отряду предстояло проверить и зачистить некогда донельзя военизированные острова в Тихом океане: Гуам, Тиниан, Сайпан, Вэйк, Мидуей, Гавайи и, по возможности, Алеутские острова. Для такого небольшого отряда задача стояла довольно сложная и опасная. Но, вывести в море авианосцы пока возможности не было. Благо, что в Грузии взяли в качестве трофеев несколько F-35-х, правда, не корабельного исполнения. Своих самолётов, способных взлетать с помощью катапульты, у СССР не было. Радиационный фон на Камчатке и Дальнем Востоке пока очень высокий: именно туда пришёлся наиболее мощный удар американцев, если не считать Москву, Оренбург и Челябинск. Отряд благополучно добрался до Венесуэлы, и вышел в поход в сторону Вьетнама. Китайцы подтвердили возможность привлечения их сил и средств в случае необходимости. А в Амурскую область перебазировались из Николаева 2 Ту-95МС. Но, они пока бесполезны: нет ракет! Харьковский авиазавод только начал подготовку к их производству. Так что, только 6 тонн свободнопадающих бомб на максимальную дальность. Топливозаправщиков нет ни одного. Начали изготавливать в Киеве. И лишь, когда СССР объявил о походе АПЛ на Тихий океан, в МИД СССР пришло письмо от Премьер-министра Японии Синдзо Абэ. Он просил не направлять корабли к берегам Японии! 'Ни хрена себе!' — подумал Сергей. — 'Точно что-то готовят!' И тут же перезвонил Олланду и Меркель. Встречу назначили в Берлине. И, к этому времени подоспел договор с Китаем, который был подписан в Тюмени 15 июня 2017 года. В этот же день на орбиту Земли были выведены два спутника разведки и связи: один — советский, второй — китайский, и четыре спутника 'Глонасс'. Карасик доказал, что может управлять и американскими системами. Активность японцев не понравилась Великобритании и Австралии, и на второй день они присоединились к переговорам в Берлине.

— Это всё надо немедленно останавливать! — сказала Меркель. Все согласились с ней.

— Посмотрите! У нас вымерзают виноградники, и сено для животных приходится возить из Африки! — высказался Олланд.

— А тут Израиль не на шутку разошёлся! Уже пять ядерных бомб сбросил на Иран и Сирию, грозится ударить по Саудовской Аравии и Эмиратам, плюс японцы! Мир этого не переживёт!

— Если нам вернут вооружения с авианосцев, СССР готов выдвинуть две авианосные группы к берегам Японии, и одну к берегам Египта. В принципе, есть возможность прекратить всё это, не выходя в море, но это опять ядерные взрывы, с непредсказуемыми последствиями, господа!

— Последствия предсказать не трудно! Вон что творится с климатом! Вымерзнем и вымрем, как мамонты или динозавры! — опять подала голос Меркель. — Требуется занять жёсткую позицию по отношению к Японии! Они находятся южнее, и пользуются этим, нанося непоправимый урон нам, европейским странам!

— Какие силы направлены Вами в тот регион? — спросил у Сергея Тони Эббот, премьер Австралии.

— Вертолётоносец, большой десантный корабль, три атомных подводных лодки, но две из них имеют только торпедное вооружение. Нет ракет 'Гарпун' и 'Томагавк'. — Эббот покачал головой, затем показал что-то в блокноте Кэмерону. Тот недовольно поморщился, вздохнул, и сказал:

— По сведениям нашей разведки, японцы запустили большую программу по кораблестроению. Скорее всего, у них есть возможность производить плутоний в промышленных масштабах. В доках Тцу стоит на ремонте лодка типа 'Огайо'. Мир снова стоит перед японской угрозой, как в 41-м году. И, если мы не договоримся действовать сообща, то катастрофа неминуема! Наших собственных сил и средств удержать Японию недостаточно, господа. Как быстро, господин Стрельников, Вы сможете собрать авианосные группы?

— Летчиков для обучения могу выделить немедленно, а моряков у меня мало, тем более, знакомых с тем оборудованием, которое стоит на авианосцах. В общем, года два, где-то так.

— Нереально! Хорошо, сделаем так, как предлагает Премьер Эббот. В Сингапуре вы получите 'Томагавки' и 'Гарпуны!', в неядерном оснащении. А Вы, госпожа канцлер, звоните Абэ и приглашайте его сюда. Мы подождём его!

Премьер Японии ехать отказался. После этого, Сергей сообщил, что спутники 15 июня были запущены при помощи ракеты 'Трайдент-2', и, если это удалось сделать на одной лодке, то в случае наличия таких ракет у японцев, они тоже смогут проделать такую операцию. Отряду кораблей изменили маршрут: сначала они заходят в Сингапур, там им передают ракеты, в том числе и с ядерными боеголовками, затем идут в Хайфон, оттуда с визитом в Китай. После окончания встречи, лидеры всех стран, принимавших участие в переговорах, вышли на пресс-конференцию и объявили ультиматум Японии, обвинив её в нарушении, подписанных ею же, договоров о капитуляции, о нераспространении ядерного оружия, присвоении себе военного имущества СССР и нарушения статьи 9 Конституции Японии. Страны, участницы конференции, требуют от Японии: в течение 48 часов согласиться с приёмом комиссии МАГАТЭ, проверкой состояния всех доков и ремонтных заводов, всех военно-морских баз, вернуть, принадлежащие СССР, суда и корабли бывшего США. И оставляют за собой право использовать военную силу и ядерное оружие, в случае отказа Японии выполнять неядерный статус.

То обстоятельство, что среди пяти человек, стоял, одетый в полевую форму, Президент СССР, придавало этому ультиматуму особое значение. Европа показала 'термоядерные зубы'. Реакция токийской биржи была мгновенной! Йена рухнула! Через час после этого, премьер Синдзо Абэ подал в отставку, и император принял её. 'Японский кризис' завершился в два дня. В Японии, действительно, нашли ещё две атомных лодки и восемь кораблей США, они туда пришли вместе с экипажами, пять ракет 'Трайдент-2', одна из которых была уже разобрана для копирования, более 10 тонн плутония и оружейного урана, накопленных на подземном заводе в Фукусиме. Опоздай европейцы на несколько месяцев, последствия были бы непредсказуемыми. Склады на Окинаве были полны вооружений, снова большое количество дронов, пожалуй, что самой распространённой специальностью в армии станет 'оператор БПЛА'. Наконец появилось, с избытком, вооружение для кораблей и лодок: так, на небольшую мировую войну. Так как вывозить всё это было некуда, то отправив несколько самолётов с образцами в Союз, командир отряда кораблей капитан 1 ранга Бирюков попросил перебросить на Окинаву войска, в том числе морскую пехоту и пару флотских экипажей для эсминцев УРО 'Арли Бёрк' и двух типа 'Индепенденс'. По докладу Бирюкова все восемь кораблей полностью укомплектованы уже после войны, во время войны наносили удары как по Китаю, так и по СССР. Японцы, пока, ведут себя тихо, но сил и средств у него недостаточно, чтобы удержать под контролем такую большую базу. Сергей дал команду переместить на Окинаву дивизию ВДВ. А команды для эсминцев начнём готовить. Их, пока, нет.

Помощь пришла неожиданно! Из Кореи! Она сильно пострадала во время войны и объединилась. Флот Южной Кореи был уничтожен 'дружественным огнём' американцев, ну и, северные корейцы и китайцы тоже внесли некоторую лепту. Но, самые большие потери были именно от огня американцев: флот пошёл высаживаться у Вонсана, и получил термоядерный 'томагавк' в середину ордера. Якобы отклонился, а предназначался для самого Вонсана. После войны Китай и остатки Северной Кореи предложили заключить мирный договор и объединиться перед лицом угрозы из Японии. И всем вместе восстанавливать страну. 'Большого брата' не было, и выхода у южнокорейцев тоже не было. А Япония начала звякать оружием всё отчётливее. Моряки-южнокорейцы обучались в США, их эсминцы были почти точной копией 'Арли Бёрк' и имели множество сходных узлов и механизмов. Корейцы предложили создать смешанные экипажи, что и было сделано! Группа кораблей увеличилась на шесть эсминцев УРО. Два скоростных 'Индепенденса' остались прикрывать побережье Китая и Кореи. 'Ленинский Комсомол' сходила к берегам Владивостока, и замерила там радиоактивность. Пока превышение фона в 26 раз! Соваться туда не стоит! Затем сводный отряд дождался десантников и убыл в направлении Мидуэя. К группе присоединилось ещё пять десантных кораблей с китайцами и корейцами на борту.

Мировая пресса просто взвилась! 'Предотвращена новая мировая война!!! Впервые с 1945 года союз европейских государств выступает единым фронтом! Историческая миссия Европы! Нобелевскую премию мира Президенту СССР!' С очень довольным видом Дарья положила на стол Сергею вырезки из газет.

— Вас так хвалят! Я так горда за Вас и за Союз!

Сергей ухмыльнулся.

— Даша! Ты в детстве сказки читала?

— Наверное! Конечно, читала!

— Герой каждой русской сказки должен пройти три ипостаси: огонь, воду и медные трубы.

— И что?

— Огня у нас было много! Вода? Вода — это деньги. Мы на них не поддались. И нас решили взять с другой стороны: лестью! А вдруг сломаемся? На этом многие прогорали! Так что, подвинь поближе корзинку с мусором, и всё это сходу отправляй туда! Ты почему бледная такая?

Дарья засмущалась, и поспешила на выход.

— Ну-ка, ну-ка! Я задал вопрос! Иди сюда!

— Кровотечения начались, внутренние, Сергей Петрович. Так что, менять надо 5-й пункт на 'тройку'.

Пятый пункт в анкете: 'Национальность' изменили на 'Степень лучевой болезни'. Появилось пять новых 'Национальностей': '-', '1', '2', '3' и быстро сокращающаяся 'четвёрка'. 'Двойке' и 'Тройке' было не рекомендовано иметь потомство, слишком велика была опасность врождённых пороков у детей.

— Как же так?

— Вот так вот! Не было у нас в первые восемь дней противогазов и химзащиты. И ели что попало, пока в батальон не попали. Так что, уйду я скоро, как Алтобасов.

Генерал-майор Алтобасов, начальник Погранвойск СССР, ушёл из жизни три недели назад. Он был первым из Высшего Военного Совета, кто ушёл.

— В госпиталь! Срочно!

— А, что толку? Поражены внутренние органы: пищевод, желудок и кишечник. У меня стабильно падает РОЭ и количество эритроцитов. Только инвалидом сделают. А так, если говорить о сказках, то у меня, как у Золушки, всё было: и грязь, и побои, и прекрасный принц. Не хочу в госпиталь...

Сергей отрицательно покачал головой и снял трубку правительственной связи. Позвонил в Харьков, в Центральный Радиологический госпиталь.

— Николай Вилленович? Стрельников... Да-да, я. Требуется Ваша помощь... Нет, не мне, моей жене... Хорошо, завтра прилетит... До свидания!

Дарья не выдержала и разрыдалась. Пришлось успокаивать. У самого Сергея, пока, стабильное состояние, содержание эритроцитов даже повысилось. Ему предлагали несколько раз лечь в госпиталь на обследование и пересадку костного мозга, но он отказывался, так же, как и сейчас Дарья. Но, организм справился.

Дарья уехала на следующий день, Сергей остался в Тюмени. Вместо Даши обязанности секретаря начал исполнять лейтенант Токарев. Лукашенко прислал повара и дневальных. Жизнь продолжалась, и на первый план вылезли экономические проблемы: план индустриализации предусматривал восстановление промышленности Российской Федерации, сюда направлялись основные ресурсы, но и в остальных республиках промышленность находилась в достаточно убитом состоянии. На рынке ходили все местные валюты, причём возможностей выпускать деньги у страны не было: типографии Госзнака находились в Москве и Ленинграде, и были уничтожены. Остальные республики пользовались ими, кроме Украины и Прибалтики. Временно на территории СССР было разрешено хождение Евро, что наносило определённый вред экономике и подстёгивало чёрный рынок, особенно в западных республиках. Специалистов, способных создать современную банкноту со всеми средствами защиты не было, как и оборудования для такой работы. Пришлось обратиться к Швейцарии и заказать оборудование там. Доставили его в Тюмень уже осенью. И, 7-го ноября, к 100-летию Великой Октябрьской Социалистической революции объявили о денежной реформе. Банкноты напоминали рубли СССР выпуска 61 года, но, кроме Ленина, на обороте купюры был изображён Сталин. Выпуск таких банкнот вызвал шок у 'представителей буржуазии' в Европе. Столько сил и средств они потратили на дискредитацию этого человека, исписали многие тонны бумаги, но, память человеческая — очень странная штука:

было время: и цены снижали,

и текли, куда надо, каналы,

и в конце, куда надо, впадали!

Почти бескровное восстановление Союза — из той же серии! Большинство молодых помнят только самый конец СССР и рассказы своих родителей, бабушек и дедушек. Кто-то ругал 'совок', кто-то хвалил, но пройдя через ядерный огонь уничтожения, память народная выдвинула вперёд тех, кто предотвратил это в 41-45-м, кто создал ядерный щит нашей Родины. Один из них: Сталин.

По поводу плана индустриализации возникли споры. Некоторые утверждали, что Сергей не понимает, что времена изменились, что гораздо выгоднее строить постиндустриальное общество: производить технологии, а не средства производства. Дескать, Элвин Тофлер предсказал именно такой путь развития цивилизации.

— Пусть Тофлер эту хренотень и строит! Для этого требуется 'мировое правительство' и 'мировая валюта', чего, собственно и добивались американцы. В этом случае они ликвидировали рабочий класс в одной отдельно взятой стране, выводили производство со всеми его проблемами и антагонизмами в другие места, а сами стригли доходы. Какая разница, где делается прибыль? В той стране и налоги меньше, и работягам платить не надо так много, и социалку строить не требуется. Дескать, это прерогатива правительства той страны, где мы расположили свои предприятия. И отапливать производство не требуется. А держалось всё это на военной силе: не по зубам тому же самому Китаю было справится с США. Плюс, надеялись чуть приподнять промышленность и сократить отставание в технологиях. Но, бесплатный сыр находится только в мышеловках! Реально, как только Китай стал догонять Америку, его 'опустили': забрали все деньги, вложенные в развитие Америки и американских технологий, разгромили флот, авиацию и ракетные войска. В четыре дня уложились. И заметьте! По своим предприятиям не стреляли! 'Работайте, негры! Солнце ещё не село!' Психология рабовладельцев в них как сидела, так и сидит! Нет, мы пойдём другим путём. Для того, чтобы строить 'постиндустриал', надо иметь индустрию, как минимум! Но вот всё, что нам досталось в результате войны, должно быть изучено, внедрено в производство, без оглядок на какие-то там 'патенты США' или частных лиц оттуда. Мы за это заплатили! Это всё наше, как победителей в этой войне. Мы должны научится производить всё для нашего флота и авиации. Вот вам F-22: разбирайте, делайте подобный.

— Су-51 был лучше!

— А, нет его! Самолёта нет, документация не сохранилась, завода-производителя нет. Начинать требуется снова!

— Есть вероятность, что под Белорецком обнаружим что-нибудь. Одного из французских роботов мы направили туда. Но, я очень сомневаюсь, что там есть хоть что-нибудь ценное, кроме 'чемоданов с компроматом' и счетов в несуществующих банках Америки. — недовольно буркнул Лукашенко.

Одновременно с этой работой, продолжалась экспедиция на Тихий океан. Первыми на очереди были 6 авиабаз на Марианских островах. Острову Гуам не повезло: он оказался целью одной из ракет РС-18 22-й ГвРД. Шесть боеголовок разделились над ним, три ударили по Гуаму, и по одной досталось Тиниану, Рота и Сайпану. Три воздушных и три наземных взрыва мощностью по 550 килотонн каждый. Для островов размером 56, 24, 16 и 8 километров это обстоятельство было фатальным. Тем не менее, на южной оконечности Гуама в посёлке Меризо была обнаружена и обезврежена база пиратов. А остров Рота 'предоставил' несколько сохранившихся установок 'Пэтриот'. На северной оконечности Сайпана — развалины загоризонтной РЛС. Бирюков пехоту на острова не высаживал, а вот китайские морские пехотинцы пробежались по берегу и произвели радиоразведку местности. Очень высокий уровень фона воды в местных водоёмах. Большое количество сильно заражённых участков, особенно в районах бывших авиабаз и складов. На всех произвело впечатление, что острова одновременно являлись туристической Меккой, в основном для японцев, и складом ядерного оружия. Эдакий туризм на минном поле! Сюда надо будет возвращаться позже. Следующим пунктом был аэродром на острове Уэйк. Из истории II Мировой войны этот остров был известен благодаря раздутой до нельзя 'битвы при Уэйке'. Японцы без разведки и воздушного прикрытия сунулись сюда сразу после начала войны в декабре 41-го. Но, необнаруженный в Пёрл-Харборе авианосец 'Энтерпрайз' в этот момент высаживал на этот аэродром группу палубных самолётов. Затем ушёл на север к Сиэтлу. Не удосужившись проверить данные разведки и понадеявшись на авось, японцы направили к острову легкий крейсер и два эсминца, переделанных для высадки десанта. Нанесённый бомбовый удар не смог вывести из строя все самолёты американцев, и им удалось к следующему дню отремонтировать три из оставшихся 5 истребителей. Первую волну десанта встретили три самолёта и добились двух попаданий по эсминцам. Противник смог зацепиться за небольшой остров, но большего добиться не смогли. Им пришлось направлять к берегам атолла пару небольших авианосцев и через неделю они приняли капитуляцию американцев на острове. Вся 'битва' заняла 12 дней. Но, именно там японский флот понёс первые потери. До 2006-го года на острове существовала американская авиабаза, но затем из-за угрозы очередного тайфуна её эвакуировали. Некоторая активность аэродрома отмечалась и после вывода морской авиации оттуда. Отряд развернулся в боевой порядок, одна из лодок провела разведку. Затем был высажен вертолётный десант. При осмотре посёлка на севере острова возникла перестрелка к каким-то сумасшедшим американцем. Один из десантников получил пулю в жилет. Кроме убитого американца, на острове жила семья радиста и оператора приводной станции. Продукты и вода у них подходили к концу. На складах ничего нет, кроме большого количества самолётного топлива. Пополнили запасы авиатоплива и пошли к Мидуэю. Он встретил отряд тишиной, кроме шума ветвей кокосовых пальм, никаких звуков. Лишь только, когда люди вступили на полосы двух авиабаз, раздались вопли фрегатов, плотно усеявших остров. В бухте Хеннеси стоял, покрытый плотной коркой птичьего навоза, новейший американский авианосец 'Джеральд Р. Форд'. На взлётной палубе не было ни одного самолёта. Высадили три группы десанта на борт. Следов людей на борту нет! Вскрыли один из входов, срезав кремальеры. Реакторы заглушены. На борту 3 самолёта F-35, неисправных, два E-2 Nordtrop Advanced Hawkeye, палубных АВАКСа. И ни одного человека на борту! Записи в журнале заканчивались 03 ноября прошлого года: 'НАТО капитулировало перед Россией. СССР угрожает продолжить наносить удары по США. США объявлены вне закона за нападение без объявления войны. Все военнослужащие США объявлены военными преступниками. Связи с вышестоящими штабами нет. Циркуляров нет. Никто ответственности за содеянное и будущее Америки на себя не взял. Принимаем условия капитуляции.' Они бросили свои корабли! Из Союза вылетел С-5с с 8-ю американцами и 52 русскими. С этим минимумом экипажа корабль вышел из гавани Мидуэйя, и пошёл в сторону Мурманска. А отряд двинулся к Оаху.

Сергей собрал ВВС (Высший Военный Совет).

— Почему они не сопротивляются? У них достаточно сил и средств, чтобы драться! Что происходит? Заманивают? — спросили члены Совета.

— Выглядит это именно так, но, есть серьёзное подозрение, что боёв, пока, не будет. В первую очередь, давайте не будем забывать, что у США — наёмная армия. Прекратив принудительно хождение доллара, и заблокировав счета правительства США в иностранных банках, мы и британцы 'разгромили' армию и флот США. За деньги эти люди были бы готовы сражаться, но не умирать. Отдельные проявления героизма будут, вроде того 'сумасшедшего' на Уэйке. Он там жил, а тут пришли мы, и он открыл огонь. Но организованного сопротивления не будет до тех пор, пока мы ходим по районам, где населения нет. Поэтому необходимо так обставить нашу экспедицию, чтобы это не выглядело оккупацией. Мы выполняем зачистку районов от опасных предметов, остатков вооружений. Помогаем наладить какие-то возможности для существования. Как, например, оставили воду и еду для радиста и его семьи. Не нужно создавать условия для сопротивления. Накосячило их правительство и их денежные мешки. Простым людям придётся разбираться с этим самостоятельно. И, требуется найти лидера. И этот лидер должен быть лоялен по отношению к нам. Не вдохновлять их на продолжение борьбы любыми методами, а напирать на 'общечеловеческие ценности и опасность возрождения американского фашизма'. Где-то так. То есть, действовать на той территории так, как наши отцы и деды действовали в Германии. Благодаря этому вервольф тут же лишился поддержки общества. Всё это при условии того, что там хоть кто-нибудь остался в живых. Да! 'Форд' лучше направить на Окинаву, там пополнить до полного экипаж, и начать пополнять его самолётами. Там есть 'F-18', комплектовать пока ими. Его ещё долго придётся держать в том регионе.

— Пусть немного побудет рядом с отрядом, вполне вероятно обнаружим куда сбежали его летчики.

Совет обратился с заявлениями по телевидению, объявив, что поход советских и китайских кораблей носит гуманитарный характер, и его целью является лишь проверка тихоокеанского побережья Америки на предмет присутствия жизни. Что всем выжившим будет оказана медицинская помощь и предоставлены средства индивидуальной защиты.

На острове Оаху находилась американская ракетная база, средства космической связи и ПРО. На склонах горы, в районе Майли, располагалась самая большая ракетная позиция. Чуть выше стояли ракеты перехватчики. Цель была сложной и по рельефу местности: довольно высокие горы делят остров на три части. Здесь была расположена противоракетная система 'Аегис БМД', здесь она испытывалась и разворачивалась. Для того, чтобы её прорвать Карасик использовал комбинированный разновысотный удар и заглубляющиеся боеголовки ракеты РС-36. Серия взрывов сорвала нормальную работу системы, а множество ложных целей и маневрирующие боеголовки довершили разгром. На месте позиций МХ-сов образовалось озеро, гора, скрывавшая противоракеты, разрушена и сползла вниз на несколько сот метров. Площадь в 1750 кв. километров не позволила никому выжить под десятью термоядерными взрывами. Корабли обошли остров, активности на берегу не наблюдалось. Некогда райский уголок превратился в пепел, стекло и обломки. Сюда ещё долго не сможет вступить нога человека. Вертолёты облетели остров на значительной высоте. Признаков жизни обнаружено не было. Высаживаться не стали.

7 других островов практически не пострадали, если не считать достаточно значительное увеличение осадков, в том числе и радиоактивных, выпавших на них. Самолёты с 'Форда', действительно нашлись на соседних островах. Стояли брошенными на стоянках на многочисленных ВПП и аэродромах. Если удавалось найти лётчика, то он перегонял свой самолёт на борт 'Форда', если таковой не находился, то эту работу выполняли вертолёты 'Чинук', найденные здесь же на островах. Особенно американцам запомнился визит 'Зубра' в международный аэропорт Кона на острове Гавайи. 'Зубрик' вышел из океана, прошёл вдоль ВПП и стоянок, присел возле пятёрки 'F-35', стоявших на площадке. Откинулась аппарель и оттуда выскочили морские пехотинцы и спецназовцы. Знаками подманили техников, уставившихся на ревущий корабль. Те, с поднятыми руками, осторожно подошли. Матросы показали, что руки можно опустить.

— Где лётчики с этих машин?

— Мы не знаем! Это гражданский аэропорт! Но полётов сейчас не производится, только в Мексику.

Командир 'Зубра' связался с 'Владивостоком', оттуда прилетело три 'Чинука', взяли три истребителя на подвеску, и уволокли их в сторону моря. Затем прилетели ещё два и забрали последние. После этого 'зубр' запустил двигатели, ещё раз пробежался вдоль стоянок, и ушёл в море. Единственное, что выдавало проведение боевой операции, так это то, что стволы шестиствольных 'АК-630' иногда поворачивались вместе с башнями. И лишь на острове Кауайи в Лухуи был короткий бой между китайцами и отрядом морской пехоты США. Двадцать человек погибли и получили ранения с обеих сторон. Появление морской пехоты и спецназа СССР стычку прекратило: американцы сдались и разоружились. Китайцам американцы не доверяли. Ситуация на островах сложная: большинство жителей — небелые: гавайцы, японцы, корейцы и китайцы. Большинство белых проживало на самом экономически развитом острове: Оаху, и их не стало. Отношения между собой достаточно сложные, и тут появляются континентальные китайцы и корейцы. Капраз Бирюков принял верное решение и сократил участие десантников оттуда в рейдах по островам. Боёв не было, и они были не нужны. Переговоры с главами администраций островов он провёл отлично.

— Наша задача: демилитаризация островов. Других задач у нас нет, и не будет. Мы пришли сюда не воевать, а осмотреть острова по решению Высшего Военного Совета СССР и в соответствии с актом о капитуляции НАТО. С островов наносились удары по СССР, поэтому они были подвергнуты атаке. В настоящий момент времени мы видим, что крупных воинских формирований нет, открыто армейское оружие и униформу никто не носит. Сопротивление никто не оказывает. Вступать в управление островами мы не собираемся. Максимум: сохранение военного контроля над островами с целью предотвращения их повторной милитаризации. Или оккупации другими государствами.

— А, почему в составе ваших войск присутствуют корейцы и китайцы?

— Мы объединены совместным договором о военной помощи. Подписан в Тюмени летом этого года, взамен Шанхайского договора, в связи с тем, что некоторые страны в результате американской агрессии перестали существовать. Это наши союзники.

— То есть, вы хотите сказать, что никакого коммунизма вы у нас устанавливать не будете?

— Это внутреннее дело гавайского населения. Нам до этого никакого дела нет.

— Почему доллар перестал ходить?

— На территории Гавайев он имеет полное право на участие в обороте, если вы считаете это необходимым, но его хождение в других странах запрещено международным межбанковским соглашением. Он ничем не обеспечен, и государства, которое могло бы отвечать за его стоимость, нет.

Связь на островах практически отсутствовала, фактически все каналы связи были выведены из строя электромагнитными импульсами во время бомбардировки. Отремонтировать ничего не удавалось, кроме УКВ станций аэропорта. А основные антенны спутниковой связи раньше находились в Гонолулу. Остальные острова пользовались ими. После переговоров с Бирюковым, до недавно избранного губернатора штата Линды Лингл начала доходить та пропасть, в которую попал штат! Бывший губернатор погиб в Гонолулу, победители не появлялись. Штат обслуживал три военных базы и туристов, 95 процентов которых были американцами. Вся инфраструктура штата была нацелена на это. Согласно конституции провели выборы, и победила она, представитель республиканской партии, так как демократы довели страну до этого. Все имевшиеся сложности она считала временными. Тут выясняется, что оккупации, как таковой, не будет, баз не будет, денег нет. Туристов нет. А требуется топливо для многочисленных и прожорливых автомобилей! Валюты нет, продать нечего, русские говорят, раз вы продолжаете считать себя уцелевшей частью США, то весь госдолг США ложится на штат, плюс контрибуции за разрушения в СССР, в Китае и Корее. На следующий день губернатор заявила о своей отставке. Отставку не приняли Сенат и Палата Представителей штата. Был объявлен плебисцит о будущем территории. Тут вспомнили и о короле Кауайи, и о том, что одноименный остров назывался Атувай, и что подавалось прошение о включении архипелага в состав России. И Лингл спросила у Бирюкова: может ли она посетить СССР для переговоров со Стрельниковым, чтобы объяснить людям реальное положение дел перед плебисцитом.

— Борт на Союз будет через неделю, я задам вопрос Верховному, если он разрешит, то я вам сообщу.

Стрельников попросил направить в Тюмень делегацию от штата. Громадный С-5с привез на остров Гавайи партию моряков и лётчиков для 'Форда', и на обратном пути забрал делегацию сенаторов и конгрессменов штата в количестве 12 человек. Самолёт сел в Бусане в частично восстановленном аэропорту, дальше делегацию повезли по 'местам боевой славы': раздолбанной Южной и Северной Корее, Приморскому краю, Амурской и Читинской области и дальше вдоль ядерных ударов США по территории СССР. Делегацию успокоили, что следующий борт на Гавайи пойдёт через месяц, поэтому у них есть время познакомиться с реалиями и последствиями мировой ядерной войны. Через 9 суток они добрались до Тюмени. Стрельников принял их в начале ноября месяца, сразу после парада 7-го ноября.

— Ну, как впечатления? — спросил он у делегации.

Выступил ещё один бывший губернатор штата пожилой, почти 80-тилетний Эберкромби.

— Я — старейший сенатор штата и бывший губернатор штата от республиканской партии. То, что мы видели по дороге, господин Президент, словами не описать. Мне было стыдно, что я — американец. То, что нашу страну после этого стёрли в порошок, и ни одно государство не взялось нас защищать, мне кажется заслуженной карой. Нас уверяли, что всё будет проделано ювелирно, хирургически точно, что задачей является уничтожение ядерного потенциала России и Китая, только. Что все эти объекты находятся далеко от населённых пунктов. Поэтому, я голосовал за эту операцию в Сенате США. Можете меня судить: я — военный преступник.

— По меньшей мере — честно. — ответил Стрельников. — И это вы не видели того, что сделано в европейской части СССР. Да и по району Владивостока вас провезли с плотно закрытыми свинцом окнами. Итак, хотелось бы узнать цель визита вашей делегации.

— Господин Президент! Наш штат не обладает возможностью содержать самого себя. Разрушена основа нашей экономики: туризм и обслуживание военных баз. Мы — банкроты. Мы обращались к другим государствам за помощью, но получили один ответ: что всё решает Тюмень. Поэтому мы здесь. У нас нет валюты, кроме долларов, которые никто не принимает, нет экспортных товаров и флота. Имеющийся малый флот не имеет топлива, а мы — островное государство. Так получилось, но на протяжении века мы занимались только этой деятельностью. Всё строилось вокруг баз, плюс круглогодичный туризм из двух ближайших к нам стран: США и Канады. В настоящее время обе составляющие нашей экономики ликвидированы. Суда изъяты. Нас, по послевоенным данным, 450.000 человек. Мы остудили горячие головы, которые, несомненно, были, я своим приказом, как главнокомандующий вооружённых сил штата Гавайи, отдала приказ не вступать в боевые столкновения с русскими еще в январе этого года, сразу после избрания меня губернатором штата. Мы удалили с территории все оставшиеся корабли, для того, чтобы у Вас, господин Президент, не было повода наносить удары вновь. Правда, часть кораблей не выполнила приказа и ушла в Японию, где Вы их всё равно захватили как трофеи. Надеюсь, что у Вас нет претензий по исполнению условий капитуляции.

— Нет, госпожа губернатор, таких претензий нет. Инцидент в Кауайи был единственным боестолкновением.

— Нам кажется, что пришла пора решить, что вы будете делать с нами. Насколько мы видим, у СССР, Китая и Кореи своих проблем более, чем нужно. Может быть, вы разрешите нам войти в Австралийский Союз, который нам ближе и по духу, и территориально...

— Госпожа Губернатор, смею Вас заверить, что территориально вы ближе к нам или Мексике, а не к Австралии. До ближайшей точки к нам всего 4300 километров, а до Австралии более семи с половиной тысяч. До Мексики — 4800. — улыбнулся Стрельников. — Да и не в этом дело. Мне совершенно не хочется, чтобы на вашей территории опять появились какие-либо цели для наших ракет. Не сразу, там пока радиация не позволяет, но через некоторое время всем захочется узнать все секреты 'Аегиса'. Поэтому, передача Вас и Аляски не входит в приоритеты нашей страны. Поэтому мы сохраним своё военное присутствие на этих территориях, пока не убедимся, что там ничего опасного для нас не осталось. Что касается экономики? Нам требуется продовольствие. Под него мы выделим вам кредит и топливо. Как видите, большая часть Европы и СССР находится под снегом, у вас снега нет, поэтому возможно обрабатывать землю, получая взамен топливо и другие товары, производимые у нас. Кредит получите в рублях, в новых рублях. Это тот максимум, о котором мы можем говорить. В противном случае, вы — некредитоспособны: находитесь далеко ото всех, рядом — теплые страны, в которых нет проблем с продовольствием, больше у Вас ничего нет. Ещё вопросы?

— Разрешите? — задал вопрос относительно молодой мужчина лет 35-ти.

— Представьтесь, пожалуйста.

— Член Палаты Представителей штата от округа Лихуэ Том Абраамс. Представляю офицеров запаса Эйр Форс. В войне участия не принимал.

— Слушаю Вас. — чуть улыбнулся Стрельников.

— Во время захода в Лихуэ группы кораблей, в числе высадившихся на берег офицеров ВМФ СССР я встретил лейтенант-коммандера Уэллера, с которым проходил службу в Сиэттле. Он был одет в форму офицера вашего флота. Это касается только ВМФ или морские лётчики вам тоже интересны? Меня просили задать этот вопрос многие бывшие офицеры: пенсии нам платить перестали, многие годны по медицинским показателям и имеют большой налёт на современных самолётах, включая F-22, F-35, B-1, B-2 и других типов.

— Самолёты В-1 и В-2 на вооружении у нас не стоят, а вот от инструкторов по F-22, F-35, F-18, F-15 именно морской авианосной авиации мы не откажемся. Но, в каждом случае вопрос будем решать индивидуально.

— Спасибо, сэр!

'Их можно понять!' — подумал Сергей, вспоминая тех, кто уходил из армии в 90-х. — 'Больше они ничего не умеют делать, а страны, которой они служили, больше нет. Не все, конечно, годны для этого, но это тоже резерв'.

В Тюмени холодно, поэтому сразу после переговоров американцы, вернее уже 'гавайцы' уехали и ожидали самолёт в Корее. По возвращению, они провели плебисцит, и стали заморской территорией СССР, автономией по типу Гонконга. СССР обеспечивал их безопасность и обороноспособность. Однако, пока гавайцы были в СССР, отряд кораблей провёл целую десантную операцию у атолла Джонсона. Там находилось всего около 400 военнослужащих, в основном из ВВС, туда же приземлились 35 F-18 с авианосца 'Джеральд Р. Форд'. Местный командир базы подбил всех на то, что это 'последний кусок Америки' и приказал 'всем держать оборону'. Что он там собрался защищать, не совсем было понятно: кроме лаборатории по уничтожению химического оружия, там ни ничего не осталось. Даже дальнюю РЛС давно сняли с дежурства. На острове нет пресной воды, только та, что находилась в большом танке. Командир базы отказался капитулировать и стал угрожать, что самолёты вооружит химическими бомбами. Зная дотошность американцев в этом вопросе, ему, естественно никто не поверил. Так как самолёты не взлетали, было понятно, что техников у них нет. Ночью с подводной лодки высадили пять человек боевых пловцов, которые заминировали цистерну с водой, после этого подорвали её. На имевшейся в других местах воде гарнизон продержался неделю. А ещё через три дня 'зубрик' высадил 500 человек десанта. Сопротивления уже никто не мог оказать. Очень выручили данные о том, где хранится вода, которые прислали из Кахулуи. Так же выяснилось, почему не взлетали самолёты: на них не оказалось вооружения. Да и у самих 'защитников' острова было только 10 'М-16' и пистолеты с двумя обоймами. Хорошо, что Бирюков действовал осмотрительно и с максимальной осторожностью: никто не погиб и не был ранен, как у нас, так и на острове. Цистерну заварили, оставили там небольшую команду для поддержания функционирования аэродрома. В дальнейшем, именно этот остров стал основным местом базирования наших военно-воздушных сил в этом районе Тихого океана. 'Форд' переименовали в 'Советский Союз', он был первым полностью укомплектованным авианосцем. После окончания операции, когда выяснилось, что к Сиэттлу без ледоколов не пройти, 'Советский Союз' вернулся на Окинаву, встал в док, ему очистили корпус, порядком заросший за время стоянки в теплых морях, после этого, следующим летом он пойдёт во Владивосток. Вертолётоносец 'Владивосток' получил место базирования в Кахулуи на острове Мауи. Лодки и эсминцы УРО базировались на Окинаву. Японцы на время притихли, насколько хватит их испуга непонятно, но в Лондон они зачастили. Надеются, что им позволят убрать советскую базу в Кадене и в Окинаве. Но, без мирного договора это невозможно. Здесь сыграло именно это обстоятельство.

А дома, в СССР, восстановлен танковый завод в Омске и начались восстановительные работы в Нижнем Тагиле. Отменены карточки на основные продукты питания. Дети в детских учреждениях Российской Федерации получают бесплатное питание. За год ввели в действие 28 ДСК (домостроительных комбинатов), в Чимкенте дополнительно установлено шесть цементных печей. Все ЖБИ всех республик пущены на полную мощность. А это — жильё! Его требуется много, очень много. И новые цеха на восстанавливаемых предприятиях. Проблемы с легкой промышленностью решаем пока за счёт импорта из Китая и некоторых других стран, но, в не пострадавших республиках запущена программа восстановления предприятий лёгкой промышленности. В том числе и коллективной формы. После ввода рубля заметно активизировалась торговля, как государственная, так частная и кооперативная. Ситуация в экономике начала медленно выравниваться. На этом фоне довольно странным оказалось решение 2-го съезда Советов не рассматривать заявление республики Молдавия о приёме её в состав Союза. Причём решение было принято практически единогласно. Лета в тех местах почти не было, урожай собрать не удалось, плюс Кишинёв написал слова 'в границах 1991 года', а Приднестровская Молдавская Советская Социалистическая Республика образована ещё в 1989 году. Её третий Президент Олег Василатий сразу высказался против этой формулировки:

— События 89-92 годов ещё слишком свежи в памяти, товарищи депутаты. Хотят не мытьём, так катаньем прибрать к рукам Приднестровье. Как только наладится погода, так сразу вспомнят о своей европейской направленности. Так что, просто хотят немного покушать за наш счёт, затем снова начнут разваливать Союз. Соберут ещё какой-нибудь референдум и присоединятся к Румынии, а она и член НАТО, и член ЕС.

Его довольно длинное выступление произвело впечатление на других депутатов, поэтому вопрос был снят с повестки Съезда. Сергей придерживался другого мнения, но не стал спорить с тем, что говорили остальные. Причиной были замеры содержания пыли в верхних слоях атмосферы Земли, доклады геофизиков из Арктики и Антарктики. Наблюдается активное снижение количества пыли в атмосфере, и есть надежда, что следующее лето, все-таки, состоится. Но, с точки зрения чистой экономики и возможных межнациональных проблем, депутаты, несомненно, имели право сомневаться в необходимости такого шага. Поэтому Сергей решил, что пусть будет так, как они говорят. Лукашенко предложил пятилетний план развития экономики страны, и основное внимание на съезде было уделено этому вопросу. Сам Президент выступал по международным и военным вопросам. В сухопутных силах мы заметно отстаём в темпах перевооружения армиям Китая, Японии и Кореи. И, если и превосходим их, так только в части роста военно-морского флота и авиации, за счёт освоения трофейной техники. Однако, чрезмерное наращивание этих составляющих, пока, не требуется. ВВС весной прошлого года принял взвешенное решение не принимать участия ни в миротворческой, ни в военной составляющей ближневосточного конфликта, а сосредоточить усилия на тихоокеанском ТВД. В результате, нефтедобывающей провинции Персидского залива нанесён значительный ущерб. Общее падение добычи нефти в этом регионе таково, что позволила ценам на нефть и газ удержаться на уровне зимы 2017 года. В настоящее время война подходит к логическому концу: у Израиля заканчиваются силы и средства в борьбе с арабско-мусульманским миром. Решающей победы не смогли добиться ни те, ни другие. Регион значительно загрязнён радиоактивными осадками, боевой химией, взрывоопасными предметами. В результате этой войны страны региона отвлеклись от возможности нанести ущерб СССР, как это предполагалось в начале года. Пришла пора завершить конфликт, и СССР должен выступить с инициативой по этому поводу. Решение было 'одето' в дипломатическую форму и было опубликовано как решение Съезда Народных Депутатов СССР.

Особо Президентом были отмечены днепропетровские ракетостроители, сдавшие армии первую ракету РС-36.

— Мы начали пополнять имеющийся боезапас. Это архиважно!

Его сообщение вызвало бурю восторга. Он не стал говорить депутатам, что боеголовки 'новой' ракеты не имеют индивидуального наведения, сняты с американского 'Трайдента-2', который запустили в космос. Совместить системы наведения не удалось. Так что, это 'пол-Сатаны', пока. Строительство нового 'Арзамаса-16' и 'Челябинска-70' ещё только начались. Но, вторая РС-36, проходящая сейчас заводские испытания, заменит неопознанную ракету на Народной, которую выгрузят, доставят в Днепропетровск, и заменят ей часть 'начинки', отвечающей за 'код изделия'. Эта ракета встанет на постоянное дежурство через два месяца. А в Сарове и в Снежинске роботы начали подбираться к складам готовой продукции. Там должны сохраниться боеголовки.

Кроме этого, харьковские тракторостроители сдали восемь специализированных поездов 'Харьковчанка' по имевшимся на заводе чертежам. Эти гусеничные поезда предназначены для передвижения по сильно зараженной местности. Разрабатывались специально для таких случаев, как ракетно-ядерное нападение и ликвидация его последствий. Это значительно ускорит ход работ на наиболее ответственных участках, и даст возможность посетить США. Вторая серия таких поездов: вооруженных и хорошо бронированных, будет доставлена туда уже весной 2018 года. Судя по известиям из Мексики, какие-то люди начали предпринимать вылазки в том направлении. Пока мексиканским властям удалось остановить 'пионеров', но, надо готовить серьёзную экспедицию туда.

Принесли сценарий фильма, попросили написать рецензию. '16 смелых' называется! Кто ж так грубо работает? И почему 16? Куда дели целую дивизию? А тех, кто готовил полосу? С кем пробивались в Матоксу? Кто погиб в самолёте? Везде и всюду: Стрельников, причём, полковник. Сергей смял сценарий и распорядился не финансировать подобные 'фильмы'. А из шестнадцати осталось только одиннадцать... Причём, Дарья совсем плоха. Начались осложнения в виде лейкоза, частых простуд, экзем. В приличном состоянии только разведчики спецназа и командующий ВВС Кудрявцев. Сказывается, что профессионалы, и сразу защищались от поражающих факторов. Все восемь разведчиков сейчас командуют бригадами и дивизиями, а Котин так целой армией. Его армия готовится к высадке в Америке, причём, в самом сложном регионе: Аляска и штат Вашингтон. Для этого готовится целых пять ледоколов и двадцать судов УЛА. В Караганде шьются верблюжьи куртки, штаны, спальники. Первый отряд практически готов, он пойдёт через Алеутские острова. Готовы 26 самолётов С-130, с лыжно-колёсным шасси, для обеспечения отряда. Из Завитого пришло сообщение, что там всё готово. Сергей вылетел туда проводить бойцов. Предстоят довольно серьёзные бои: Алеутский архипелаг донельзя военизирован и по нему мы не стреляли. Второй задачей будет провести радиохимическую разведку района Петропавловска-Камчатского. Просмотрел аэрофотоснимки, утвердил план операции. Первая посадка — остров Итуруп, задача: выяснить положение на острове и состояние аэропорта Курильска. Далее, туда забрасывается топливо, вооружение и это будет основной базой отряда. Оттуда высадка между островами Беринга и Медным, а там, на усмотрение командира отряда подполковника Мальцева. Проведя строевой смотр, Сергей убедился в готовности отряда вести самостоятельные боевые действия. Немного напрягало отсутствие надежного истребительного прикрытия. Требовалось соорудить ледовый аэродром и перебросить туда значительное количество топлива, топливозаправщики, самолёты-заправщики. То есть, провести солидную военно-транспортную операцию. Кудрявцев сосредоточился на этих вопросах. Ему помогали полковники Гамаюн и Карский из Тикси-3, имевшие опыт создания аэродромов подскока для тяжёлых самолётов в Арктике. Единственное неизвестное: гидрологический режим в Беринговом море в настоящий момент времени. Этих данных ни у кого не было.

Но, экспедиция сразу пошла не по плану, как только первый С-130 приземлился под Курильском. Радиоактивный фон на острове был нормальный. Полоса была под снегом, но целая! И ни одного жителя в трех посёлках возле аэропорта! В цистернах полно топлива, анализ показал, что топливо — японское! Село ещё пятнадцать машин, и отряд двинулся к Буревестнику и Горному, месту базирования 18-й ПУЛАД. И после доклада о результатах обследования, стало понятно, чего так испугались японцы. Остров был захвачен ими в июне-июле 2016 года. Были бои. После этого остров был 'зачищен', в лучших традициях японских агрессоров. Покинули остров они в следующем году, после 'японского кризиса'. Снег сойдёт, надо будет приглашать сюда журналистов и объявлять военными преступниками тех, кто побывал на Итурупе. Отсюда перебросили войска на Кунашир в Менделеево. Тут же пресса дала название событиям на островах: 'Необъявленная война'. База в Кадене и окинавская флотилия были переведены на готовность номер 1. Дроны начали патрулирование всей провинции. Десантники заняли аэропорт Омайн, морская пехота и части БРАВ укрепились на стратегически важных местах обороны всего острова. Воевать, так воевать! В соседнем Китае приведены в боевую готовность две армии, на территории Кореи находилась армия генерала Котина и части корейской армии. Был перехвачен самолёт-разведчик японских ВВС и посажен в Кадене. За исход боёв на Окинаве можно было не беспокоится. А на Кунашир начали садиться Ил-76, С-5 и С-17 с тяжёлой техникой на борту, туда была переброшена и 1 бригада СпецНаз. И всё это в условиях неустановленных дипломатических отношений. Правда, по словам японцев, на острове находился чрезвычайный и полномочный посол России в Японии, который на связь с 'родиной' не выходил, ничего не предпринимал, и до этого выступления японцев не было известно, что такой человек существует. Он, естественно, не находился на Госслужбе, не был никем уполномочен представлять какие-либо интересы какой-либо страны. Посла Казахстана японцы выслали сразу после вхождения Казахстана в состав СССР, как и остальных. Они надеялись успеть с производством ядерного оружия.

Сергей с интересом просматривал новости со всех стран мира по поводу нового обострения отношений между Японией и СССР. На этот раз мы подходили к этой проблеме уже подготовленными, у нас менее чем в двухстах километрах от Японии сосредоточено больше войск, чем есть во всей Японии. Правда, на пути лежит остров Цусима, практически сплошной укрепрайон, покрытый противодесантными укреплениями. Но, прекратить судоходство имеем полную возможность: подходы к японским островам контролируются практически со всех сторон. Плюс 'мировое общественное мнение' пока на нашей стороне. А тут ещё Тайвань неожиданно решил войти в состав Китая, и предъявил претензии на близлежащие несколько островов архипелага Рюкю, входящих в его экономические воды. Ну, и последней каплей стало присоединение к операции против Японии военно-морских сил Австралии и Новой Зеландии, которые решили опустить немного конкурента, с одобрительного кивка Лондона. Ситуация в мировой экономике обострила до предела отношения между ведущими капиталистическими странами: исчез доллар, каждая из валют старалась занять его место, йена была одним из реальных претендентов на роль мировой валюты. Отказываться от наработанного сценария 'мирового правительства' никто не хотел. Усиленно толкались задами на скамейке, пытаясь сбросить конкурента с неё. Но, все пропускали вперёд юань, ставший валютой крупнейшей экономики мира. Сами производство в него вывезли!

Зрители запаслись пивом, купили попкорн и уселись за экранами телевизоров. А через покрытый льдом пролив Невельского солдаты настилали переправу для тяжёлой бронетанковой техники. Которая пересекла остров Сахалин, вышла к берегам Охотского моря и пошла вниз, на юг, к проливу Лаперуза. Японцы молчали, и готовились к обороне островов. Первый населённый пункт Ноглики. В посёлке нефтяников и газовиков ни одной живой души. Несколько одичавших собак. Узкоколейка не разрушена, мосты целы, электричества нет. Осмотрели ТЭЦ и подстанцию на южной окраине посёлка, она цела, вода спущена, станция законсервирована. Часть ТЭЦ японцы начали переоборудовать, но бросили всё. Кстати, эта часть острова никогда японцам не принадлежала! Это Северный Сахалин. Сергей приказал искать оставшихся в живых, не может быть, чтобы всех нашли! Места здесь глухие! Разбросали листовки по лесам, перебросили Ан-26-м несколько КП с дронами. Наконец, один из дронов кто-то сбил! Провели пешую разведку, обнаружили группу бойцов-пограничников и солдат 39 отдельной мотострелковой бригады, которые уже второй год здесь партизанят. Они и рассказали, что произошло на острове: высадились японцы и американцы. Высаживались чётко в тех местах, где оборонительные позиции были сняты. Затем начали работать 'грачи', множество беспилотников, которые добили позиции бригады на острове, пограничников и народное ополчение, которое собралось стихийно. После этого, японцы начали систематически уничтожать и без того небольшое население острова. Действовали хуже, чем каратели СС. Началась невиданная зима, трупы свозили к океану и отправляли под лёд. Все их рассказы немедленно стали достоянием прессы, как советской, так и китайской, а оттуда мгновенно расходились по миру. Передовые части достигли Корсакова и Южно-Сахалинска. Здесь должны были быть части 33-й мотострелковой дивизии, но она не была прикрыта с воздуха, не было противокорабельных ракет, а позицию единственного дивизиона с-300 быстро подавили беспилотники с Хоккайдо. Разгром был полный и быстрый. Поэтому японцы сейчас не спешили с заявлениями о мире, их выступления сводились к тому, что они имеют безъядерный статус, и СССР, и Китай не имеют право применять по ним ядерное оружие. Дескать, 'давайте меряться неядерными пиписьками'.

— Что ж, довольно умный ход с их стороны! — резюмировал Сергей на совещании ВВС. — Чем мы можем ответить? Высокоточными ударами по подстанциям всех тринадцати атомных электростанций. Причём так, чтобы не повредить сами станции и их реакторы. Это нам ни к чему.

Задача облегчалась тем обстоятельством, что все станции были двух типов и все, кроме одной, находились на побережье Японии.

Рассмотрев все цели, разработали и осуществили операцию. Использовались самолёты F-22 с базы Кадена и управляемые бомбы GBU-32 JDAM. Кроме того, самолёты, с авианосца, F-35-е нанесли удары такими же бомбами, но снаряжёнными суббоеприпасом BLU-114/B, по важнейшим электроподстанциям Японии. Всё это проводилось в рамках заранее объявленной миротворческой операции 'Разоружение-2018'. Военно-воздушные силы Китая и Южной Кореи обеспечили необходимую в этих случаях массовку, забив систему ПВО противника помехами. На острове Окинава введён оккупационный режим, разоружена полиция и части самообороны Японии.

После этого, император Японии объявил о капитуляции. Всё! 'Райком закрыт! Все ушли на фронт!' Можно было продолжать операцию по зачистке Алеутских островов. Дипломаты уселись за столы, а солдаты и офицеры грузились в С-130. Первый лыжный батальон высадился на лёд озера Саранное 16 марта 2018 года. Рядом поселок Никольский, некогда знаменитый своей норковой фермой. Там же погранзастава. Посёлок брошен. Следов на снегу нет, кроме медвежьих. Сохранилась могила Беринга. Уровень загрязнения не высокий. Обломки самолёта F-16. На соседнем Медном в селе Преображенское тоже никого нет. Пограничников оттуда сняли ещё в 2001 году. А на научной станции живут два человека. Но, им требуются врачи, у обоих цинга и 'финка', каких-либо сведений дать не смогли. Их переправили на большую землю. Следующий пункт уже находится на территории бывшего штата Аляска. С ним связаны большие надежды: это остров Атту, на котором есть аэродром. За шесть лет до войны он полностью обезлюдел: была закрыта станция РНС 'Лоран-С'. Подготовив полосу и приняв 12 самолётов Су-27, командир первого батальона майор Иванов выслал разведчик Ан-32 к Атту, прикрыв его парой истребителей. Лететь недалеко, всего 540 км. Разведчик доложил, что в проливе есть разломы льда, лед подвижный, видимо, сильные течения. Первыми над островом прошли истребители. На острове единственное поселение Атту-Стэйшн на берегу залива Чирикова, названного так по имени первооткрывателя острова в 1742 во времена второй камчатской экспедиции Беринга. Неожиданно летчик Су-27СМК зафиксировал работу радара в 5,5 сантиметровом диапазоне, и выполняя противозенитный манёвр, послал вниз ракету Х-31п. Затем зафиксировал пуск 'Стингера'. В этот момент второй истребитель атаковал место пуска. 'Сушки' оторвались от ракеты по дальности, выйдя из зоны поражения. Ракета самоликвидировалась. Пусков ракет 'Пэтриот' не наблюдалось. Естественно, что ни о каком пролёте разведчика и речи быть не могло. Летчики доложили, что полосы неочищенные, все в снегу. Зафиксировать: где находилась РЛС не удалось, так как из-за пуска 'Стингера' пришлось резко маневрировать, место разрыва не видели. Выручила космическая разведка. Взрыв зафиксирован на аэродроме в так называемом Нэйви-Тауне. Пришлось посылать вторую пару, уже на малой высоте и в обход острова. Зайдя с Севера и перепрыгнув через хребет, удалось рассмотреть, что есть внизу. На этот раз ПВО молчало. Разведчики доложили об этом. И пошли на второй заход, ожидая подлёта АС-130 в качестве самолёта огневой поддержки и двух С-130 с посадочным десантом. Десант садился на обе полосы, так, чтобы сразу иметь возможность поддержать друг друга огнём. Оказалось, что единственные защитники острова уже уничтожены утром. Кроме них, на острове две женщины и трое детей. Их мужья решили 'отпугнуть' русских, включив радар, а затем пустили одну из имеющихся 50-ти ракет 'Стингер'. На аэродроме практически нет топлива, семьи собирались покидать эти места и уходить на остров Атка, а оттуда, якобы, можно выбраться на Уналашку. Там большие склады с топливом и живет около 4000 человек. Иванов решил действовать нахрапом. Ближайший остров Амчитка — бывший ядерный полигон, необитаем. А дальше: Адак, крупная военная база, качественно прикрытая ПВО. Довольно большое количество солдат и офицеров. Основная база ВВС и ВМФ района. Пользуясь тем обстоятельством, что 'Геркулесы' — американские машины и никогда на вооружении СССР и России не стояли, и имели автоответчики США, майор послал в разведку именно АС-130. Через полтора часа пришёл доклад, что высаживаться не придётся. Высокая радиоактивность, признаков жизни не наблюдается.

Вылетели шестью бортами и сели на озере Эндрю. Превышение фона: раз в 25-30. Долго здесь находится нельзя. Но, как только оказались на территории ракетной базы, БТР обстреляли и подожгли. В бункерах люди выжили, и сдаваться не собираются. Используя складки местности, трое десантников расстреляли из 'Шмеля' пулемётно-артиллерийский дот, мешавший продвигаться, АС-130 поддержал их атаку, и они ворвались в подземелья через разрушенный дот. Иванов последовательно наращивал усилия и разведку. К вечеру уже в шести местах находились наши, но бой не прекращался. Добротно сделанный подземный бункер, вырубленный прямо в скале, был снабжен многочисленными противоатомными дверьми. Лишь к утру удалось обнаружить и разрушить вентиляционные выходы и остановить три ФВУ в разных местах. Внутри тоннелей фон не слишком высокий, можно сказать привычный. Бой затих, положение у подземного гарнизона было безвыходным. Тем более, что в одном из захваченных ответвлений находились запасы продовольствия и воды, подачу которой сразу же прекратили. Через сутки американцы взорвали изнутри одну из шахт, показав, где у них ещё одно уязвимое место. Через неё тоже вошли в подземелье, и гарнизон был вынужден закрыть двери. На пятые сутки они вышли на связь:

— У нас кончается кислород, мы сдаёмся!

Их оказалось почти тысяча человек во главе с генералом Джоном Николсоном.

Допрос генерала показал, что у них не было возможности покинуть базу: на их запросы по спутнику никто не отвечал. Ждали падения наружного фона.

— Зачем открыли огонь?

— Это — территория Америки.

— Америка капитулировала 27 октября 2016 года. Как получилось, что здесь произошёл ядерный взрыв? По нашим данным остров, не был целью ни одной из ракет.

— Здесь была расположена система ПРО 'АЕГИС БМД' и система раннего предупреждения. Мы произвели пуск нескольких ракет, одна из боеголовок, идущих на Анкоридж, уклонилась от ракет и ударила сюда. К счастью, взрыв был воздушным. Но, у нас затонули все суда, и были уничтожены все самолёты и вертолёты. Мы оказались запертыми в этой мышеловке. В двух километрах отсюда — ещё один бункер. Там должны быть женщины и дети.

— Вы что не в курсе: есть они там или нет?

— Нет, мы не выходили на поверхность, это опасно.

Бункер действительно нашли, но, выживших там не оказалось. Нет, взрыв они пережили все, но потом... Сказался американский индивидуализм, помноженный на страх и малое количество продовольствия.

Несколько дней вывозили американцев с острова. Иванов рассчитывал захватить здесь аэродром, но, цистерны для топлива все были повреждены, и на Атту их не было, тоже. Приходилось использовать мобильные армированные емкости. Впереди был крупнейший город Алеутских островов Уналашка. Соседний Атка-остров был населён, там небольшое алеутское православное село Атка с маленьким грунтовым аэродромом. Признаков жизни разведка не установила. Люди, а большинство там составляли алеуты и русские, скорее всего, ушли, так как море замёрзло, но, ради интереса и по просьбе одной из женщин с Атту-Стейшн, она была родом с Атки, туда сел АС-130. Там осталось пять семей и поп местной церкви. Поделились с ними топливом, лекарствами и мукой. Родители Шайен уехали в Уналашку, но она осталась в их доме с ребёнком. На следующий день два самолёта под прикрытием АС-130 сели в некогда русской Уналашке. Здесь жителей даже прибавилось, вместо 4500 тысяч живёт около шести с половиной. Заняты все отели, рыболовецкие домики и тому подобное. Топливо ещё есть, но его уже переносят с судов для единственной электростанции. Основное занятие людей: ловля рыбы и краба. Остальные продукты недоступны, поэтому достаточно быстро договорились о том, что в друг друга не стреляем. Доставленная мука, соль, пряности и медикаменты всё решили мирно. Военных здесь практически нет. Народ в курсе произошедшего, связь у них работает. Получили достоверную информацию о ситуации в штате Аляска: функционирует база Колд-Бэй, на острове Кадьяк целы почти все посёлки, но покинуты, люди ушли в город. Единственный ледокол зажат льдами и выброшен на камни у острова Ушагат. Пытаются ввести в строй ректификационный завод в Вальдезе, но нет специалистов по крекингу. Плавучий завод в Анкоридже расплавился вместе с городом.

База Колд-бэй была местом, где переучивались наши моряки во время Великой Отечественной войны на лендлизовскую технику. Рядом — супер — секретный остров Унимак, на котором расположена какая-то секретная лаборатория и секретный аэродром. Высадка туда прошла гладко, на Унимаке никого не осталось. Даже краткий осмотр лаборатории вынудил Иванова взять остров под охрану и запросить подкрепления: в шахтных выработках находилось биологическое оружие. А вот с командованием Колд-Бэя удалось договориться о капитуляции. У них кончилось топливо, поэтому десантники двинулись на базу со стороны Унимака, через залив Моржовый, взяли под контроль три батареи 'Пэтриот' и вышли к аэродрому. Полосы в Нормальном состоянии, но топливная цистерна только одна, и та пустая. Полковник Коллинз построил гарнизон, что-то около двухсот человек и сдал оружие, и командование базой.

— Единственный вопрос: нас отсюда вывезут? Мы в курсе, что Гавайи вошли в состав СССР.

— Вы знаете, что за лаборатория работала на Унимаке?

— Её закрыли ещё до того, как я принял командование базой. База отвечала только за ПВО. И через нас приходили грузы для охраны объекта. Но, сразу после того, как стало известно о капитуляции, весь личный состав 'объекта 7' убыл на вертолёте в направлении острова Кадьяк.

Иванов связался со Стрельников и доложил обстановку.

— Нормально, так и действуй! Необходимо скорейшим образом захватить аэродром, где могут садиться и С-5, и С-17. С большим количеством цистерн для топлива.

— Ближайший — Кадьяк. Там, вроде, всё есть!

— Отлично, действуй! Имей ввиду: ты конину любишь?

— Ну, товарищ Верховный, не так, чтоб очень. Разве что, если в сырокопчёной колбасе!

— Придётся полюбить, Владислав Николаевич! Есть такое местечко: Прудное. Как только приличный аэродром захватишь, займёшься им. У нас всё на 'товсь': и тяжёлая техника, и люди. Учти: там нефть и газ добываются, причём в приличных объёмах. Кампашка называется: Либерти ойл. Нефтя свободы. Но, там, где нефть и газ — там ЧОПы, Пи-эМ-Си (Private Military Company). Мужики там серьёзные, большинство их, конечно, по Ближнему Востоку раскиданы, но вполне могли перебросить за почти два года. Уж чего-чего, а техники у них хватает. Могу подкинуть первую бригаду СпецНаз.

— Думаю, что не повредит. И 'вертушек' тоже. Завтра выдвигаюсь в Кадьяк.

— Сильно не торопись! Всё продумывай тщательно. Время, пока, есть. Обеспечь тыл! Солярку им не давай! Только для электростанций! Отбояривайся, что придут суда, после этого дадим. Продовольствие направим авиабортами. Всё понял?

— Про конину не разобрал!

— Аэродром у них носит название 'Мёртвая лошадь'. А нефтегазоносная провинция: Прудная-бэй. Они тянут газопровод на юг со скоростью две мили в сутки! Не мешать, но взять под контроль! Там ещё две площадки МХ и четыре аэродрома для тяжёлых бомбардировщиков. Не забудь поинтересоваться делами. Танки мы пришлём. Я думаю, что к такому развороту событий ЧОП не готовы. Действовать с максимальной скоростью. Всё понял?

— Так точно, Сергей Петрович!

Удар по авиабазе Эйельсон, нанесённый 27 октября, вывел из строя и магистральный трубопровод, по которому подавалась нефть и газ с арктических месторождений. Взрыв на местных грунтах вызвал многочисленные разрывы трубопроводов, а так как сам трубопровод представлял из себя целую систему труб, по которым текла не только нефть и газ, но и готовые нефтепродукты, то последовала череда взрывов и пожаров на большом протяжении. Поэтому, слегка оправившись от удара, компания начала ремонт трубопровода и укладку новой ветки, в расчёте на то, что более южные порты растают быстрее. Основной порт у них был Вальдез, пострадал при пожаре и взрывах на трубопроводе и нефтеналивном терминале. Облет на большой высоте острова Кадьяк показал, что вокруг острова есть ледовая дорога, но во многих местах её перемело, видимо, уже давно не пользуются. РЛС не обнаруживается. Аэропорт в Кадьяке — двойного назначения: использовался как аэродром авиации ПВО и береговой охраны, так и гражданскими самолётами. В этом районе до войны была масса легкомоторной авиации. Неожиданно, на связь вышел диспетчер и запросил позывные.

— I'm — 026!

— Zero-twenty-six, you are not identified, resume own navigation! What's your appurtenance?

— Military aircraft, USSR. Don't cut-in radars. I'll fire.

В эфире возникла тишина. Самолёт снизился и взял курс на аэродром. Стрелки АС-130 изготовились к стрельбе, КОУ откинул крышку предохранителя пуска AGM-88E AARGM. Разведчик прошёл над аэродромом, развернулся и вызвал Кадьяк:

— PADQ to zero-twenty-six! — молчание.

— ADQ to zero-twenty-six!

— Here.

— Request negotiating with your commander-chief.

— Wait, he is not here.

— Okay!

Внизу заметили собачью упряжку, которая направлялась к зданию диспетчерской. Вышел на связь диспетчер:

— Здесь лейтенант-коммандер О'Нейл, командир базы береговой охраны.

— Здесь майор Федченко, ВВС СССР. Выполняю разведывательный полёт в Вашем районе. У Вас есть возможность выйти на связь с моим командованием?

— Да, такую возможность я имею.

Спустя полчаса на аэродром приземлились четыре С-130, затем сел АС-130.

Ирландский характер О'Нейла весь протестовал против этого решения, но, сверху ходил ударный штурмовой самолёт, а совсем неподалёку от него оказался целый отряд самолётов, прикрытых истребителями. Истребители на аэродром не сели, ушли куда-то обратно. Садились русские с шиком и с толком: сразу две машины на разные полосы, ещё до того, как борта остановились из них посыпался десант, перекрывая возможность нанести удар по самолётам. 'Плохие парни' с автоматами Калашникова быстро и сноровисто занимали все наиболее важные позиции. Да, в Кадьяке базировались два батальона войск береговой обороны, но... Из-за вынужденной экономии топлива не работали в постоянном режиме радиолокаторы, не отапливались казармы, и солдаты, в основном, находились в самом Кадьяке, в семи километрах от базы. Здесь был только охранный взвод в карауле и несколько матросов и офицеров на пришвартованном к пирсу сторожевике 'Манро'. Радар находился на Вуди-айленд, а машины с 'Пэтриотами' находились в ангаре, почти до крыши заметённом снегом. Ещё один радар находился прямо над его головой. А тут ещё русский офицер достаточно убедительно сказал, что война закончилась, и если никто не станет открывать огонь, то русские огня не откроют. Взвесив все шансы, О'Нейл не стал объявлять тревогу в городе. Солдат выбьют по дороге сюда, тем более, что дорогу после последней метели ещё не чистили. Русские разоружили караул, проверили казармы. Передвигались они на лыжах. После этого очистили ангар с аэродромной техникой, заправили её и начали расчищать полосу и принимать другие борта. Через девять часов прибыл первый самолёт с бойцами бригады СпецНаз на борту. На аэродроме появились танки, боевые машины десанта и БТР. Через сутки здесь сидели вертолёты с 'Владивостока', а русские сказали, что их караван вошёл в лёд и движется со стороны океана к острову. О'Нейлу предложили выступить перед жителями города. Там по тревоге, которую вызвали непрерывно садящиеся борта, батальоны заняли оборону вокруг города и внутри его, но русских уже значительно больше, чем жителей Кадьяка, вместе с обоими батальонами. Плюс у них артиллерия и танки, а бригада СпецНаз уже находится на острове Вуди, и готова атаковать Кадьяк во фланг. О'Нейлу дали в руки микрофон от радиостанции, и он рассказал островитянам правду. Сказав, что его солдат просто разоружили, и даже не арестовали. И что сюда идут ледоколы русских. Для рыбаков, а в городе это основная профессия, слово 'айсбрикер' означало слишком много: работа, сытость и возможность уйти из этого, богом проклятого, места. Жители постановили, что никто сопротивления оказывать не будет.

Русские не стреляли, предложили сдать армейское оружие, снайперские винтовки и оптические прицелы. Разрешены даже митинги, но после предварительной регистрации в комендатуре. Есть телефон обратной связи. В городе появилась мука, соль и освещение работает круглосуточно. Но, дизельное топливо дали только на электростанцию. На шести улицах установили блок-посты через каждые 500 метров: БТР, несколько бетонных заграждений и сам блок-пост с пулемётами, автоматическими гранатомётами и двумя внешними постами. А через неделю начали их снимать через один, заявив по радио, что в связи с отсутствием происшествий надобность в них отпала сама собой, что приглашаются на работу специалисты на уборочную технику. На аэродром продолжала садиться тяжёлая техника, в основном С-5 и С-17, иногда прилетали Илы. Через десять дней пришёл караван судов, пробившись через довольно тяжёлый лёд. Произошла смена вертолётов: вместо Ми-28 и Ка-50/52 с вертолётоносца 'Владивосток', с судов был выгружен полк Ми-24 и Ми-8МТ, и эскадрилья тяжелых Ми-26. С караваном пришли зенитные дивизионы С-500, локаторы которых растащили по вершинам близлежащих гор. К лыжникам и солдатам 1-й армии у населения отношение было хорошим. А вот от СпецНаза все шарахались. Они немного отличались по экипировке, и были более требовательны к собственной безопасности, чем остальные. Очень чувствовалась разница. Уж слишком уверенно они владели оружием и необходимыми навыками.

Наконец, накопив силы, Котин выбросил десант в Вальдезе, опять посадочным способом, затем в Аллене. В Аллен пошёл вертолётный десант. Его сняли через 2 часа: заглубляемая боеголовка не оставила ничего живого в этом месте. Но, остановила продвижение на Север частей 1 армии. Перед хребтом Гейт-оф-Арктик есть аэродром Юкон-Коюкек, на него и был высажен десант, в том числе 40 танков Т-90 и Т-80. Сводный отряд вошёл в ущелье и двинулся вдоль дороги номер 11 на Север. Через пять суток вышли из гористой местности у озера Гэлбрэйт. У третьей насосной станции увидели красные вертолёты, синие бульдозеры, украшенные надписью 'Свобода', и трубоукладчики. Четыре БТР пошли вперёд, остальные изготовились к бою. На улице мороз, за 60! Морды у всех закрыты противовьюжной маской, но все, по афганской привычке, морозят принадлежности на броне. Не доезжая обнаруженной группы, начали перестраиваться в строй фронт. Справа речушка должна быть, Саг называется, но ни хрена её не видно, местность ровная, как стол, вызвали 'вертушки' из Юкон-Коюкека. Головная машина останавливается, не доезжая сто пятьдесят метров до стройки. Десант спешился и завалился в снег. БТР стоит, чуть опустив ствол пулемёта, сзади идёт колонна. От стройки отделяется фигура в белом маскхалате и идёт по направлению к БТР. Неожиданно башня доворачивается и гремит очередь из КПВТ: зафиксирована работа лазера, на верхней крышке башни стоит оптический пеленгатор. Их начали устанавливать, когда у нас появились 'грачи'. Довольно быстро отучили 'грачей' использовать лазерный дальномер. Фигура упала, и начала отползать от места падения, но была остановлена несколькими автоматными очередями. Поднял руку вверх и помахал ею. Встал, было видно, что что-то сказал по рации. Идёт навстречу. Остановился, не доходя метров 50 до БТР. У него сзади завыли вспомогачи вертолётов.

— Остановите запуск вертолётов! — прокричал майор Васильев. — Или мы откроем огонь!

Шедшая позади колонна перестроилась для атаки, а по дороге буквально летели БМПТ-72. Человек чуть наклонил голову, звуки раскрутки винтов стали слабеть. Он помахал рукой, прося подойти кого-нибудь.

— Тараскин, Леонов! Прикройте! — Васильев поднялся и пошёл навстречу незнакомцу, который сумел увернуться от огня трех автоматчиков. В обоих карманах у майора лежали ГШ-18 с бронебойками. Автомат он сдвинул за спину.

— Хеллоу!

— Здравствуйте!

— Оу! Здраствуй-те! Как я понимаю, вы — русские? Что вас привело в эти края?

— Насколько я понимаю: вы — 'академики'? Из Союза вас поперли, так вы сюда перебазировались.

— Нас никто не может выпереть! Мы ушли сами.

— Ну, ко ли такие мудрые и мощные, то пришла пора валить и отсюда.

— Не думаю!

— Снайпер слева уничтожен, снайпер справа на прицеле.

— Он успеет быстрее...

— Не думаю! — сказал майор и сделал три шага назад. Сзади громыхнул пулемет, а между 'высокими договаривающимися сторонами' пролетела последняя пуля, выпущенная из 'Баретт м-82'. В обеих руках майора оказалось по пистолету.

— Хорошая выучка. СпецНаз? Но, вы пролетели! Мы — частная компания, охраняющая частную швейцарскую компанию, имеющую лицензию на разработку здешних недр.

Майор широко улыбнулся.

— Кем выдана лицензия?

— Министерством торговли США, управлением экономического развития.

— Такого государства не существует. Этой бумажке цена — пятачок за кучку в базарный день.

— Нам все равно, нас пригласили обеспечить безопасность этого бизнеса. По всем остальным вопросам обращайтесь в Берн. — человек повернулся, собираясь идти назад.

— Эй! — 'Академик' начал поворачиваться, в этот момент пластиковая накладка приклада АКС-12 влетела ему в подбородок. — Я не разрешал тебе уходить!

Зная, что радиостанция 'переговорщика' работает на передачу майор по-английски сказал:

— Положите оружие или здесь не будет ни одного живого!

Никто не прореагировал, и у майора из-за спины зарокотал 'Терминатор' двумя 30-мм пушками Грязева, продырявив какой-то трактор и тент над трубами. Пехота вперёд не пошла, только танки и боевые машины поддержки танков. Обработав площадку из автоматических гранатомётов, три машины застыли, дожидаясь пехоту. Тридцать пять человек выживших стояли, подняв руки. Среди них семь охранников из 'Academy'. Один из них низковато держал руки.

— Эй, руки! Руки подними! — прокричал сержант Никонов и сделал два шага вперёд.

— Никонов, стой! -это было последнее, что услышал сержант. Охранник отпрыгнул в сторону и ударил из Vector SMG по подходящему к нему сержанту. Одна из пуль попала в шею.

А через полчаса в небе над третьей станцией разгорелся воздушный бой: красные 'Дельфины' и 'Апачи' пытались проштурмовать передовой разведдозор, а Ми-28н и звено Ка-50/52, вызванные с Коюкека, отражали эту атаку. Выше шел бой между F-16 и F-22, дымные следы оставляли 'МиГи-двадцать девятые', а грациозные 'Сушки' выделывали настоящие кульбиты, каждый из которых заканчивался пуском ракеты или треском пушечной очереди. Чуть ниже прошло два звена 'Гребешков' и 'А-10-ых', и звено 'АС-130'. Они пошли давить ПВО в 'Мёртвой Лошади' и выбивать остальную технику и личный состав 'академиков'. Колонна войск увеличила скорость, гусеничные 'панцири' прикрывали колонну, а вперёд ушли 'крокодилы' сопровождения. Затем тяжело прогудели Ми-26 с первой волной десанта в аэропорт, где заканчивали работу штурмовики. 85 километров колонна пролетела за два часа, сходу вступив в бой за аэродром. 'Хорошие парни' из бывшего 'Блэкуотер' прославились своей обученностью и жестокостью ещё в Ираке, поэтому требовалась поддержка тяжёлой техникой. Бой по очкам выиграли американцы: у нас потерь больше, но это не ринг, за кем осталось поле боя, тот и победил, последовал рывок влево на базу Купарук, там ТЭЦ, зачистили её, оттуда на остров Сид. Там бой длился без перерыва двое суток за загоризонтную станцию раннего ракетного обнаружения. Но, по огневой мощи отряд превосходил силы противника. Задача выполнена. Затем выбросили десант на самую северную ракетную базу Баллен. 'И эти люди запрещали мне ковыряться в носу!' На складе, на ледовом аэродроме Томпсон были складированы просроченные атомные и водородные бомбы. Восемь штук. Шесть из них по 16 мегатонн! Их готовились куда-то перевозить, пытались реанимировать. Сколько ещё таких 'складов' скрывает Арктика? Последний пункт, который оказал сопротивление, был Бадами, дальше всё проходило чистенько, без серьёзных боёв.

Остальной мир мало интересовало, что происходит на Аляске: население меньше миллиона человек, большая часть которого погибла 27 октября в трех крупнейших городах: Анкоридже, Фербенксе и Уосилле. Оставшиеся мало кого интересовали, эта часть океана покрыта льдом второй год подряд, морозы стоят под 60-70 градусов, в отдельные дни до 96. Штат, последнее время, представлял исключительно туристический и оборонный интерес для США и Канады. Ну, иногда, туда японцы ездили. А тут мир потрясла ещё одна беда: система GPS перестала точно работать. Спутники управлялись из США, и их эфемериды перестали ежедневно вычисляться, сначала медленно, а потом всё стремительнее начала падать точность работы системы, а все современные средства навигации работают исключительно за счёт этой системы. И вот в один из дней, в Хитроу, приземлявшийся Боинг-787 из Сиднея, максимально компьютеризированный, промахивается мимо полосы и врезается в здание аэровокзала. Пожар охватил ещё несколько самолётов, на которые шла посадка. Разбор происшествия вылился в грандиозный скандал: GPS запретили к использованию для навигации как для гражданских, так и для военных самолётов. И последовала ненавязчивая просьба к СССР увеличить количество спутников Глонасс до 24-х. Правда, под это давали немаленькие деньги. Лукашенко ухватился за это дело, пообещав, что Минск и Харьков справятся, лишь бы днепропетровцы не подвели. Единственный космодром — не достроен. Тут вспомнили, что где-то в океане болтается 'Морской Старт'. Начали его искать, оказалось, что местом стоянки для двух уникальных судов был Лонг-Бич. И хотя на снимках из космоса этих судов на прежнем месте нет, но, их судьба их судьба так и осталась неизвестной. Поиски не дали результата. Комизм ситуации состоял в том, что по настоянию американской стороны, участвовавшей в проекте 'Морской Старт', ракету 'Зенит' удлинили, и теперь она не помещалась в Ан-124, и не могла пройти по габаритам по железнодорожным путям в Восточный из-за туннеля в районе Байкала, для которого предполагалось использовать 'Союзы' и 'PC' трех типов. А собранную ракету не мог доставить и Ан-226: не было аэродрома с достаточной длиной и шириной полосы, и не было стола для 'Протонов', с которого могла бы стартовать ракета. В этот момент Омский завод Среднего Машиностроения заявляет, что он готов изготовить вторую ступень ракеты 'Вулкан': сохранились чертежи и большая часть оборудования. Требуется модернизировать стол, предназначенный для 'Союзов' и 'Прогрессов' на космодроме 'Восточный': достроить газоотводы под шесть ракет в пакете. В этом случае сможем запустить одновременно все недостающие 16 спутников. Риск — огромный. В пакете эта ракета никогда не летала! Но, все отдельные части — серийные! Переделку стола поручили корейской компании Hyundai Heavy Industries. А сами начали срочно ремонтировать и удлинять полосу в Возжаевке. Наконец, семью рейсами из Днепропетровска и Омска перебросили шесть частей первой ступени и вторую ступень. Третья ступень и головная часть доставлены поездами из Минска и Харькова. Корейцы собрали сборочно-испытательный комплекс в рекордные 4 месяца. А сама ракета удачно стартовала уже поздней осенью 2018 года, после испытательного пуска. СССР вернул себе звание космической державы. Кроме 16 спутников 'Глонасс', на орбиту были выведены несколько 'Евросатов' и два корейских спутника связи.

Надежды, что в 2018 году наступит лето, не вполне оправдались: линия вечных снегов отступила только на 450 километров. Зато начали активно наполняться Арал, Каспий, Сары-Камыш и Каракумское озеро. А Балхаш соединился с китайским Эбинуром. Сильнейшие дожди в 'теплый' период времени, хотя и давали высокие урожаи озимых, но не позволяли выращивать яровые сорта. От бескормицы в первую зиму много животных пошло под нож, но, за счёт отсутствия границ, в тёплый период стада перекочевали южнее, и некоторое количество скота удалось спасти. В целом, положение с продовольствием довольно тяжёлое, но, не катастрофическое. Совместно с остальными европейскими странами, СССР принял участие в специальной программе 'Северная Африка-2017'. Там резко увеличили количество посевных площадей, перебросив туда людей, технику, семена и войска. Получилось не слишком демократично, но речь шла о населении Европейских государств, и пришлось действовать жёстко, правда, Совет Европы сделал такое предложение североафриканским странам, от которого они отказаться не смогли. Особенно жестко требовала этого Франция. Программа выполнена успешно, поэтому голода в Европе и в СССР не было. В 2018-м посевные площади там ещё более увеличили.

А в районе горы Ямантау вскрыли бункер. Живых там не было. Применён бинарный газ, заложенный при строительстве. Нашли и последнего командующего РВСН, и последнего премьер-министра. Они думали, что они уцелеют! Наивные индейцы! Они надеялись успеть на последний самолёт! Да кто их туда пустит? Ничего особо ценного, кроме некоторых документов, показывающих глубину их предательства, найдено не было. 'Напрасно потраченное время!' — буркнул Лукашенко, прочитав отчёт о находках.

— На закрытом заседании Съезда рассмотрим это, и в архив. — сказал Сергей. — Трудно было ожидать чего-либо иного, в том числе и такого конца. На что надеялись?

В конце года в Дели собрались Президенты и Премьеры Бразилии, Индии, Китая, Южной Африки, Кореи и СССР. В качестве наблюдателей присутствовали Премьеры Филиппин, Малайзии, Вьетнама, Союза Мьянма, Аргентины и Чили. От Европейского Союза тоже прилетела большая делегация. Речь шла об интеграции усилий в экономике, обороне, финансовой сфере и обмене технологиями. При этом большая часть стран практически не пострадали от мировой войны. Кроме нескольких катастрофических наводнений и паводков, на их территории никаких серьёзных катаклизмов не произошло. Возросшие цены на продовольствие и транспорт повысили их экспортный потенциал, поэтому СССР было важно заручиться их поддержкой. Изменения климата сделали ту же Аргентину крупнейшим поставщиком зерна, и она настойчиво доказывала, что с ней необходимо больше считаться. А порядок импорта продовольствия в Евросоюз практически не изменился, поэтому, Аргентина считала, что она недостаточно получает от экспорта зерна. Ей, правда, указали на возросшую стоимость нефти, закрытие Суэцкого канала, закрытие некоторых нефтеналивных терминалов в Средиземном море из-за арабо-израильской войны 2017 года. Получив от ворот поворот в Европе, аргентинцы надеялись, что присоединившись к этому новому союзу, они получат преференции. Китай стремился сгладить разногласия с Индией по поводу территорий, так как Индия в военном отношении стала сильнее Китая. Сергей и не надеялся, что настолько разнородный состав участников о чём-то сумеет договориться, но политическая составляющая этой встречи была большая! К тому же из Индии получили обратно некоторые утерянные технологии: ракеты 'Оникс', чертежи и технологические схемы 'ПАКФА Су-51', 'Су-30 СМИ'. Собственно, ради одного этого стоило сюда ехать. Не последнее слово сыграло здесь обстоятельство, что все знали, что СССР готовится запустить 'Вулкан', то есть, остаётся космической державой, восстановил свой военный потенциал, проводит операции на американском континенте, что с ним необходимо считаться. Сергей, естественно, не стал разрушать эти иллюзии. Реально, население опять убавилось, хотя, темп снижения численности населения снизился до 'естественного'. Статистические данные говорят, что в следующем году падение прекратится. Для детей делается всё возможное и невозможное: каждый ребёнок на учёте, каждый из них смог посетить в летние каникулы детские лагеря, в том числе в Чимкенте, Алма-Ате, на Балхаше и на Иссык-Куле, даже на Гавайях и на Кубе. Детская смертность держится в пределах допустимого, правда, на низшем пределе: 15,2. Всего в три раза выше, чем в Европе. Но, азиатские республики, где за годы 'дерьмократии' была разрушена медицина, дают большое увеличение этого показателя.

Сразу после прибытия из Дели, стало известно, что азербайджанские ВВС нанесли удар по Степанакерту. Несколько запоздалое развитие сюжета, явно спровоцированное Ираном. Но, посол Ирана, сидящий в Ереване, заявил, что они не имеют к этому никакого отношения. Иран, только что вышедший из кровопролитной войны с Израилем, не заинтересован в нагнетании обстановки на своих границах, Иран начал обвинять в этом Израиль и Турцию. Обстановка накалялась, при этом в Ереване подняли голову дашнаки, опять заговорили о Карской области. Сергей помнил о событиях конца восьмидесятых и о той никому не нужной войне, но, двусмысленность ситуации налицо: Армения в составе СССР, НКО — в составе Азербайджана. Повода вмешиваться в конфликт нет, но сам конфликт приведёт к тому, что внутри Союза возникнет серьёзнейшая напряжённость. То, что за этими действиями стоит третья сила, и основной удар направлен на СССР, сомневаться не приходилось. Сергей написал письмо Ильхаму Алиеву с предложением посетить Тюмень. Положение в самом Азербайджане неустойчивое: нефтепроводы на север перекрыты, нефть транспортируется только через территорию двух областей СССР: Тифлисской и Батумской. Нефтепровод через Иран бездействует и повреждён.

Алиев приехал, перед этим объявив о временном прекращении огня на карабахском фронте. В этот же день в Тюмень прибыла делегация из Армении, в состав которой были включены и оппозиционные силы, в том числе, от дашнаков. От НКР были президент Бако Саакян, премьер-министр Араик Арутюнян, и министр обороны Мовсес Акопян. Президента Азербайджана сопровождали премьер-министр, министр обороны и глава меджлиса. За 'общий стол' никто не садился, организовали выступления по телевидению для трёх делегаций. Сергей разговор построил жёстко, со всеми тремя делегациями.

— Господа (товарищи)! Времени разбирать Ваши взаимные претензии попросту нет. Нам в СССР не нужны страны с нерешёнными военными конфликтами. Поэтому речь идёт об исключении Армянской ССР из состава Союза, экономической и военной блокаде обеих бывших республик, переносе внешней границы СССР на линии госграницы между Российской Федерацией и Арменией, и Азербайджаном. Вы разбираетесь между собой, как хотите. С своей стороны, предупреждаю, что не дам втянуть страну в Гражданскую войну. Достаточно тех потерь, которые мы несём в Америке. Навоюетесь, экономически разоритесь, тут Вас и сожрут. Те, кто первым успеет: Турция, значит Турция, Иран, значит Иран, мы, значит мы. Ни денег, ни боеприпасов, ни воздушного пространства, никакого транзита никому не будет. Воюйте на здоровье. Ирану с вами возюкаться не интересно, а на Турцию мне есть чем надавить, и перекрыть и воздушное, и сухопутное сообщение. Вы в курсе, что в Тифлисе находится дивизия, вооружённая новейшей беспилотной техникой. И туда же подтянуты несколько дивизионов С-500. Но расходовать их у нас никакой особой надобности нет. Это так, чтобы Вы и не мечтали о сторонней помощи. Хотите воевать: воюйте своими силами. По-другому вас не успокоить! Вы в курсе, что тех сил, которые расположены в Тифлисе, Батуме и Сухуме вполне хватит, чтобы разгромить все три армии, но, мне, действительно хочется прекратить это бессмысленное кровопролитие. А это можете сделать только вы, сами.

Ещё три дня ушли у всех на консультации, взвешивали шансы, вычисляли логистику. Все понимали, что у 'старшего брата' кончилось терпение, ни Армения, ни Азербайджан ему не нужны со своими проблемами. У него у самого проблем выше крыши. В итоге начали консультации по подписанию мирного договора между тремя республиками. НКР просилась в Союз, но, ей отказали до подписания мирного договора с Азербайджаном. Перекрытие последнего трубопровода для Алиева означало финансовый крах его 'империи'. На этом фоне в самом Азербайджане начались волнения, и министр обороны Закир Гасанов убыл в Баку. В Ереване тоже неспокойно, но до открытых столкновений не доходило, как в Баку и других районах Азербайджана. Но, иранские родственники объяснили 'бакинским', что рассчитывать на их поддержку не приходится. У самих швах. Поэтому, покричав на улицах о предательстве. Все сделали вид, что ничего страшного не произошло, что со временем всё вернётся на круги своя, тем более, что народу осталось не шибко много: из 9.500.000 населения осталось чуть более 6 миллионов. Остальные находились на заработках в городах России. Им не повезло. А через полмесяца стало известно, что 'Президент' Алиев покинул страну и попросил политического убежища в Дубае. Власть в стране взяла АСДРП, новая партия марксистского толка, объединявшая рабочих и наёмных работников. История начала повторяться. Генерал-полковник Гасанов вспомнил годы обучения в АВОКУ и присягнул СССР вновь. С оппозицией он особо не церемонился: на его стороне был старый принцип разделения по-азербайджански: харалысан? Преимущества получали уроженцы Нахичевани. Но, 'Восток есть Восток, а Запад — это Сан-Франциско!' Республику не приняли в СССР, она оставалась за его рамками целых четыре года. Лишь, когда местные товарищи смогли справиться с националистическим подпольем и реваншистами, она стала равноправным членом союза.

Сергей не случайно упомянул потери в Америке. Операция по зачистке территории этого субконтинента продолжалась и перешла в самую тяжёлую стадию. После завершения операции

'Трансаляска', армия Котина пошла на юг. Джуно и Ситку взяли без боя, и двинулись дальше. Им в помощь были переброшены 3 новеньких 'Зубра', сделанных в Феодосии. Но, как только двинулись южнее, упёрлись в небольшой городишко Принц-Руперт. Он не пострадал от ударов, вокруг сплошные леса, поэтому было чем отапливаться, рядом незакрытая угольная шахта, и перед самой войной туда пришёл крупный танкер. Из других мест сюда потянулся выживший народ. Настроены агрессивно, поголовно вооружены. Никакие уговоры на них не подействовали. Рядом большой консервный завод, особых трудностей с питанием у них нет. Ловили рыбу, охотились за зверем, откуда-то в городе была мука. Отсюда начинается транс-канадская магистраль, как железнодорожная, так и шоссе. Оставлять у себя в тылу такой 'пунктик' совершенно не хотелось, а люди по-доброму не понимали. Валентин связался с Верховным и получил от него втык.

— Валентин Иванович! Во всей Канаде меня интересуют три города: Кэй Лэйк, Хидден Бэй и Фонд-Дю-Лак. Они под контролем?

— Никак нет.

— Об исполнении доложить! — сказал Сергей и ушёл со связи.

Котин тяжело выдохнул: предстояла войсковая операция глубиной 1480 километров. Было, о чем задуматься. Но, Сергей прав: в Канаде есть уран, много электроэнергии, есть чистые территории и технологически это доступно для канадцев. Необходимо отрезать их от источников сырья. И он двинул вперёд танки. С 'крокодила' выбросили пачку листовок с ультиматумом: либо сдаёте армейское оружие и не сопротивляетесь, либо состоится штурм посёлка с зачисткой всего мужского населения. Час на размышление. Прошёл час, ответа не было. Авиация нанесла удар по обнаруженным дотам, наблюдательному пункту на вершине горы в здании канатной дороги и позициям зенитной батареи в конце улицы Грэхэм. Лишь после этого, обороняющиеся согласились сложить оружие. На этот раз спецназ изъял оружие в городе полностью, ношение и хранение оружия было запрещено. Ледоколы взломали лёд во фьорде, началась высадка 8-й дивизии морской пехоты и восьми 'Харьковчанок', на аэродром в соседнем Террасе был высажен десант спецназа. Колонне предстоял длинный и опасный путь до Эдмонтона, а оттуда на север в Форт Мак Мюррей. 1-й бригаде СпецНаз требовалось оседлать зимнюю дорогу из Хидден Бэй в Форт Мак Мюррей, по которой, скорее всего, уран и доставляется в промышленно и энергетически развитую часть Канады. По Эдмонтону, крупнейшей базе ПВО Канады, включённой в НОРАД, наносился удар одной боеголовкой. В радиусе поражения был и крупнейший нефтеперегонный завод, добывающий нефтепродукты из битумных песков Атабаски. Местность там равнинная, поэтому ЗСП (зона сплошного поражения) огромная. После прохода колонной войск города Смитерс, 3-я дивизия ВДВ с аэродрома Джуно вылетела в Эдмонтон Южный. На подходе к аэродрому истребителям охранения пришлось вступить в бой с CF-18 канадских ВВС. Четыре наших F-22 сбили шесть канадцев. Аэродром огрызался пусками 'Пэтриотов' и 'Стингеров'. Пришлось проштурмовать, потеряли один 'АС'. Канадцы блокировали полосы автомобилями и бронетранспортёрами. Десант пришлось выбрасывать с парашютами. Только через сутки десантуре удалось освободить полосы для посадочного десанта. С появлением тяжёлой техники стало ослабевать сопротивление противника. Колонны 8-й дивизии МП вышли из-за Скалистых гор, с боем взяли Хинтон, развернулись и повели наступление в сторону Эдмонтона. Первая бригада высадилась на двух аэродромах: Фонд-дю-лак и Стоуни Рапидс, проверила старые урановые рудники, взяла под контроль два действующих в Биверлодж, и двинулась по 964-му шоссе в сторону Хидден Бэй. Охрана рудников не сопротивлялась. Руководство компании Cameco отдало такое распоряжение: выполнять требования русских. Проверили грузовые документы и установили, что самое большое количество руды ушло в Эдмонтон. В самом Эдмонтоне есть урановый рудник, он был законсервирован, но сейчас вскрыт и в нём бойко шла добыча сырья. Рудники McClean Lake, McArthur River, Cigar Lake, Midwest, Dawn Lake, Millennium, Shea Creek, Phoenix, Roughrider, Tamarack взяты под контроль, компания Areva пригласила сама наших в Kiggavik, выяснив, что смены владельцев не происходит, и показала, что у них там пока работы не ведутся. Месторождение большое, но с низким содержанием урана. Строительство обогатительной фабрики было начато в Эдмонтоне инициативной группой жителей США и Канады. Из Женевы прилетели представители МАГАТЭ, зафиксировали нарушение безъядерного статуса, Канада перешла под внешнее двойное управление: СССР и Великобритания.

В результате всей операции удалось вывести из ледового плена большое количество скоростных транспортов типа 'Принцесс', которые вмерзли в лёд первой зимой. 14 штук использовались в качестве круизных судов по фьордам Аляски и Канады. Кроме того, удалось задействовать часть рыболовецких судов для добычи рыбы и крабов, направив восемь плавучих консервных заводов к берегам Гавайев. Задействовали местных рыбаков. Некоторые, правда, ушли в Австралию, но, большая часть осталась работать здесь, так как на берегу остались семьи. Постепенно налаживали взаимодействие и контакты с местными жителями. Вновь, как и два года назад Александру Хабарову, командиру 1-й бригады СпецНаз, приходилось отвечать на вопросы: 'Почему вдруг восстановлен СССР, распавшийся в 1991 году?'. Потому, что процедура ликвидации государства была нарушена, в баньке под водочку 'дирижер немецкого оркестра', 'главный ороситель Исландии' и прочая, прочая, прочая, с сотоварищи, подмахнули бумажку, противоречащую проведенному референдуму, где за сохранение Союза Советских Социалистических Республик высказалось большинство населения страны. Те республики, где референдум не проводился — ликвидированы как государственные образования: нет прибалтийских республик, есть Ленинградская область, нет Грузии, есть три области РСФСР. В остальных республиках население поддерживало и поддерживает восстановление страны. Плюс, надо восстанавливать экономику после невероятно разрушительного нападения, а с этой задачей может справиться только социалистическая экономика мобилизационного типа. Необходима концентрация сил и средств на необходимых участках. История СССР показывает, что он был способен 'возрождаться из пепла', как после гражданской, так и после Отечественной войны. И сейчас возрождается. Восстановлен флот, авиация, сухопутные силы, ракетные войска стратегического назначения. Восстановлены связи с естественными союзниками, собраны воедино все экономические возможности на непострадавшей территории СССР. Уничтожена 5-я колонна, долгое время терроризировавшая страну. Причём, она уничтожена её хозяевами, а не нами. А остальные враги: либо притихли и лишились права представлять нас, лишились власти и влияния, либо умотали за пределы нашей Родины.

— Ну, а если у вас всё так хорошо, то зачем сюда пришли?

— По праву победителя собираем трофеи и создаём условия, чтобы с территории Северной Америки нам больше ничего не угрожало. Если бы не пришли, то через некоторое время мы бы вновь получили термоядерный удар отсюда. Завод в Эдмонтоне для чего строили? Так, физику поизучать? Нет! Хотели реванша! Вот из-за таких реваншистов мы и здесь. В Европе после прошлой войны зачистили Германию от фашистов, теперь Германия — мирная страна и большой друг СССР.

— Но, зачем Вы стреляли по нам осенью 16-го года, мы же не Соединённые Штаты, мы — Канада!

— Во-первых, мы стреляли по странам НАТО, Канада — страна НАТО и голосовала за проведение этой операции, во-вторых, у вас с США была общая ПВО, поэтому военные и промышленные цели были внесены в карточки огня законсервированной ракетной дивизии РВСН, которая и пробивала противовоздушную и противоракетную оборону противника. Причём в автоматическом режиме. Мы не имели возможности повлиять на её работу. Стрелял автомат. Страны старого света должны были быть следующими, но Премьер-министр Великобритании вышел на связь с нами и капитулировал, поэтому по Европе мы отстреляться не успели. И у Вас остались некоторые необстрелянные территории. С Вашей стороны никто на связь с нами не выходил, скорее всего было уже некому.

— Премьер-министр Стивен Харпен находился в США с официальным визитом для участия в церемонии празднования победы, там же был и министр обороны.

— Ну, видите, как мы удачно десерт подали! Прямо к праздничному столу! — смеясь, ответил Саша. — Но, ведь и позже никто из Канады с нами на связь не вышел, а чуть очухавшись, принялись делать новое оружие. Так что, доверие мировой общественности вы потеряли. Поэтому мы и будем контролировать эту территорию, совместно с британцами.

— Разделите Канаду, как Германию, и сделаете Берлинскую стену?

— Стены не помогут: что в Германии, что в Израиле, стены — это Средневековье. Нет, делить Канаду мы не собираемся, а вот контролировать её будем.

— А США?

— Такой страны нет, и не будет.

— Как же так? Это же великая держава, многое, чем сейчас пользуется цивилизация, сделано там. Например, впервые полетели в космос...

— Ха-ха-ха! — грохнула вся 'русская команда' — Вот что значит: образование по-американски! Первыми в космосе были русские! 4-го октября 57-го года запустили первый спутник, в том же году, туда слетала собака Лайка, затем две собаки Белка и Стрелка, уже в 60-м, которые вернулись на Землю, и потом долго жили на Земле, а 12 апреля 1961 года космонавт Юрий Гагарин, впервые в истории, облетел Землю на космическом корабле 'Восток-1'. Ну, а Америка ушла из истории как страна, которая впервые изготовила, и, дважды, первой применила ядерное оружие. Второе применение поставило точку в её истории. Поэтому, в истории Земли останется только это деяние этой страны. Всё остальное она перечеркнула этими преступлениями против человечества. Вот как за свастику наказывают, так и за использование американской символики тоже наказывают. Запрещено название, символика, деньги. Всё, что может напоминать людям об этой стране.

— Жестко!

— А, вы, когда последний раз зелёную траву видели?

— В 16-м году.

— Развязанная Америкой война поставила мир на грань катастрофы, и ещё неизвестно, чем это кончится для Земли, для всей планеты.

— Но ваша страна тоже приложила к этому руку!

— У нас был только один шанс выжить: уничтожить Америку, что мы и сделали. На нас напали, и мы защищались. Причём напали на нас давно: в 1947 году здесь в Фултоне нам была объявлена война. И 69 лет американцы вели эту войну против нас: вынуждали нас тратить огромные деньги на вооружения, вели подрывную работу среди нашего населения, изнутри разрушая наше государство. В 91-м им удалось, с помощью предателей, разъединить нас, почти полностью разоружить, вытащить из страны огромное количество средств и секретных технологий. А как только мы начали возвращать себе утерянные позиции, так и ударили по нам, считая, что находятся в полной безопасности. Они, в одностороннем порядке, вышли из договора по противоракетному оружию, развернули четыре дополнительных района ПРО, подкупили командование РВСН, которое сняло с дежурства большинство ракет. И всё равно, они проиграли. Но, мы потеряли в этой войне 110 миллионов человек. И продолжаем их терять, по четыре миллиона в год, от последствий ядерных взрывов. В этом году уже меньше, где-то два с половиной миллиона.

— Так много?

— Да, на конец 16-го года у нас было 11.000.000 больных лучевой болезнью, сейчас осталось около 2-х миллионов. Остальные умерли.

— А Вы? Вы больны?

— Да, вторая степень.

— Понятно, щадить никого не будете...

— Это почему? Вон 'Мста-С' стоит, к ней есть ядерный боеприпас '3БВ3'. Мы же по вам такими не стреляли. Канада — безъядерная страна, поэтому мы не применяли в наземной операции такое оружие.

— Но, экипировка у вас противоатомная...

— Да, мы готовы к тому, что можем столкнуться и с ядерным оружием, и с последствиями его применения. На Аляске мы не стали входить в некоторые города и районы. Уровень радиации там очень высокий.

7-го октября 2018 года чуть севернее Сан-Диего со скоростных транспортов типа 'Принцесс', под прикрытием авианосной группы 'Советский Союз', началась высадка небольшого отряда китайской армии, численностью 200.000 человек. Их поддерживала вторая дивизия морской пехоты Советской Армии. Регион здесь сложный: чуть правее места высадки лагерь корпуса морской пехоты и позиция дивизии 'МХ'. Сложный рельеф местности, значительное количество бункеров сверхглубокого залегания. В общем, гадючник тот ещё! Одновременно с этим десантом началась высадка с Кубы на мыс Канаверал во Флориде, а с севера 1-я армия вошла на территорию США в четырёх местах. Ожидалось, что в районе Сан-Диего произойдут первые боевые столкновения с частями американской армии и ополчением, поэтому, на Гавайи были направлены вторая и третья волны десанта. Рядом Мексика, которая установила дипотношения с СССР и обязалась соблюдать нейтралитет, но интернировать вооружённых американцев. Однако, Пендлетон и Фаллбрук оказались пустыми: шахты открыты, в парках полно поражённой ЯО техники, людей и животных практически нет. Сразу же оттуда были выброшены тактические десанты в Палмдэйл и в '29-ть пальм'. В Палмдэйле был жестокий бой, но в результате было захвачено три ремонтирующихся 'В-2', а на складах второй авиабазы большое количество авиабомб и авиационных 'Томагавков', однако, фон в районе был недопустимо высоким, и за штурвалами 'В-2' могли летать только смертники. Меняясь каждые четверо суток, смогли вытащить из сейфов Нордтропа и Локхида большое количество различных документов. И опять дралась не армия, а охранники корпораций. Расплачивались с ними американцы швейцарскими франками. А вот крупнейшей в США авиабазе Эдвардс повезло меньше. Там теперь озеро, с жутко радиоактивной водой. Соседство двух позиций 'МХ' сыграло с базой плохую шутку, и заглубляющиеся боеголовки разворотили её полностью. Интенсивный допрос охранников, и, главное, двух офицеров армии США в чине полковников из НОРАД, дал следующую картину: армия США разбежалась, в основном, в Южную Америку, в Парагвай. Все, кто выжил во время первого удара погрузились на самолёты 27 октября 2016 года и ломанулись на юг. Население, брошенное властями, практически полностью вымерло, за исключением небольшой территории в районе Колорадо, чуть севернее Блэк Форест. Южнее находится Колорадо Спрингс: академия ВВС США, где учились лётчики и ракетчики Штатов. Там же находится подземный бункер НОРАД: Северо-Американского района ПВО-ПРО. Капитальный, что-то вроде нашего Ямантау, может быть даже круче! Среди выживших оказался Джордж Буш-3, внук и правнук двух Президентов США. Он вообразил себя спасителем Отечества, эдаким Джорджем Вашингтоном 21-го века. Заявил, что США проиграли эту войну случайно, что они технологически превосходят немытую Россию многократно, что всему виной компьютерный сбой, благодаря которому США в течение 27 минут не могли подавить стреляющую 22 ГвРД. Реально, по словам офицеров НОРАД, такой сбой имел место быть! Подвела американцев их дисциплинированность! Захватив Тюра-Там, они вычеркнули его из списка целей! Для того, чтобы перенастроить ПРО потребовалось 27 минут. Это — рекордное время перенастройки, но... Через 4 минуты после этого на США обрушились СТАРЫЕ боеголовки ракет РС-18 'Стилет'. А они оказались очень 'грязными'. Период полураспада материала оболочки — 250 лет. Если бы начали вести огонь 138-я и 139-я батареи, то их бы заткнули на восьмом залпе, а они — молчали. С трех сторон в Колорадо высадились три бригады СпецНаз и пошла зачистка. Колорадо — центр 'одноэтажной Америки'. Население там было богатеньким, дома стояли редко, но все были сборно-щелевыми. Их сдуло воздушными взрывами, тем более, что аэродромов там в избытке! Тем не менее, высадка шла сложно: достаточно милитаризованный штат, с хорошо развитой системой ПВО. Потери в ВВС были, хотя и не зашкаливали, десант выдвинулся к горе Шайен, блокировал шоссе, тяжёлыми транспортниками перебросили туда 'Харьковчанки' и французские роботы. Начался штурм бункера, который длился полтора месяца. Потеряли более полутора тысяч человек. Очень разветвлённая сеть воздухозаборников, использовавшая трещины и щели в горном массиве. Много сил и времени потратили на исследования окрестностей, под непрерывным огнём противника. Наконец, к началу декабря, прекратили подачу кислорода в бункер. Время начало действовать в нашу пользу.

Зачистку Колорадо выполнили быстро: большинство народа устало от 'ястребов' и отчётливо понимало, что в следующий раз повезёт много меньше. Тем более, что районы ПРО уничтожены, а у СССР ещё есть РС-36, остановить боеголовки которых не смогла и полномасштабная ПРО. И они возобновили их производство. А войска в Колорадо-Спрингс перегруппировались и были переброшены на аэродром Кентукки Дам. Долго там, правда, находиться не пришлось. Ещё в воздухе было установлено, что здесь садиться не стоит: дамба разрушена, резервуары выкипели и обсохли, фон не давал снизиться даже на 4 километра, начинали реагировать датчики. Изменили задачу, самолёты ушли на Мемфис. До войны это был крупнейший грузовой воздушный почтовый терминал FedEx Америки. Самолётов, не считая сгоревших, не было. Высадили контрольный пункт с дронами, взяли под охрану и контроль прилегающие окрестности. Следующей точкой высадки наметили Форт Нокс. Аэродром Годман встретил десант звонкой тишиной. Основная полоса искорёжена, малая полоса может принимать С-130. Основной десант высадился в Луисвилле, который меньше пострадал от взрывов. На посадку заходили с севера, считая, что можем столкнуться с сопротивлением: до войны в форте была расквартированы бригады 1-й пехотной и 7-й бронетанковой дивизий. Сам депозитарий оказался пуст: море позеленевших и прогнивших гильз, большое количество растасканных зверьми и птицами костей, черепов, десять сгоревших танков, подорванные двери хранилищ, по которым били из танковых орудий. Больше в округе ничего и никого не было. Золото 'прихватизировали'. Судя по всему, два года назад, сразу после атаки. Провели эту операцию солдаты и офицеры гарнизона. После этого куда-то удалились. Эксперты замерили фон в хранилищах и рассчитали остаточную радиацию слитков. С этого момента все продажи золота будут проходить с контролем остаточной радиации.

Впрочем, волновались спецназовцы напрасно! 'Золотые танки' нашлись совсем недалеко от форта! Лишние восемь дней, потерянные на штурм и погрузку золота, сыграли с 'прихватизаторами' злую шутку. Взрыв застал 3-ю и 4-ю бригаду первой пехотной и 7-ю танковую дивизию на улице: они разбегались по тревоге в казарму за оружием. Танки стояли на открытой площадке на северо-востоке городка, большая часть людей погибла ещё в городе, но около батальона сумели добраться и до оружия в казармах, разгребая радиоактивные обломки, и до танков. Больше повезло тем, кто решил за оружием не бежать, а сразу залезть в танки. Те танки, которые стояли кормой к взрыву, вышли из строя сразу: загорелись вспомогательные двигатели. В общем, половина из танков дивизии вышла из строя сразу. Из 486 танков укомплектовали экипажами только 180. Сутки они ждали из Абердина ценных указаний. Их не было. Через горящий лес и завалы добрались до Бёрчейма, где был район сосредоточения. Кроме аварийных пайков, в машинах ничего не было. Командование погибло, не успев добежать до центра связи, где был бункер. К танкистам стали просачиваться пехотинцы первой пехотной дивизии на 'Бредли'. Лес продолжал гореть, заваливая окрестности радиоактивным пеплом. Поняв, что управление страной потеряно, и ждать связи бессмысленно, решили выбираться из района. Положение осложнялось тем обстоятельством, что командование 7-й бронетанковой дивизии погибло, обязанности командира принял на себя командир четвёртой бригады 1 пехотной дивизии, а командование 1-й пехотной дивизии находилось в другом штате: в форте Райли, связи с ним не было. Решили отходить на чистые территории, прошли колонной на шоссе 31W. Требовались продукты, и кто-то вспомнил, что часть аварийных пайков хранилась на складах на Вархаус стрит. Пошли колонной туда, а там 'депозитарий' как на ладони. Пока грузили доппайки, кому-то в голову пришла мысль, что рядом лежит золото на многие миллиарды долларов. Из записок подполковника Жерничкова, найденного в одном из танков, не понятно, кто первым вступил в переговоры с охраной депозитария: он или полковник Остлунд, которого он упоминает как командира сводной группы, но, после неудачи с переговорами, инициатива перешла в руки подполковника войск специального назначения Боллинджера. Не оставлять же врагу! А охрана упёрлась. Их взрывом зацепило меньше, здание строилось с противоатомной защитой. Еды и вооружений у неё хватало. Они надеялись тихо-мирно пересидеть. А тут лихие танкисты говорят: вылезай и отдавай золото! Фигвам, это хижина индейская. Танкисты отошли на исходные. Требовались снаряды и патроны. Вспомнили о мобскладах у озера Дуглас, рванули туда, там довольно долго вскрывали первый склад, потом приноровились и достаточно быстро закончили погрузку боеприпасов. Боллинджер предположил, что объёмов машин не хватит для того, чтобы вывезти всё, поэтому несколько машин вернулись в городок на площадки с техникой 1 дивизии, сутки расчищали завалы и выводили сохранившиеся 'Бредли' на исходные. Затем состоялась атака на депозитарий, которую охрана форта отбила, правда, с потерями у себя. После этого состоялись ещё две атаки, наконец, удалось протаранить танком стену и ворваться вовнутрь помещения. Но, захватить мало! Необходимо вскрыть сейфы, и тут грабители поняли, почему так упрямилась охрана: кодов от сейфов здесь не было. Охрана знала, что кода дверей полностью не знает никто в мире, и для них ценность представляло само убежище, а не золотой запас Америки. Попытка вскрыть сейфы разрушит само убежище. Но, после штурма отступать уже было не куда. Танкисты расстреляли двадцатитонную дверь противотанковыми снарядами с урановыми сердечниками, а затем выбили её танком. Но и перетаскать 4586 тонн, это тоже время. А вокруг горящие радиоактивные леса, пыль, пепел. Лишь на восьмые сутки колонна из 285 машин покинула поражённый Форт Нокс, и двинулась по шоссе 31W на юг. Оставив слева Элизабет-Таун, по 62-й дороге двинулись на юго-запад. Плохо, когда не знаешь истории собственной страны! Дорога их вывела на Падукан! Единственный газодиффузионный завод в Америке. Довольные, они сидели на золоте, но мосты через Теннеси были повреждены, плотина частично разрушена, требовалась инженерная разведка на местности, где фон зашкаливал. Меньше пострадал мост на Вуудленд Трейс, колонна вернулась и пошла по этой трассе. Затем они свернули в лес и замаскировали машины в районе радиорелейной вышки в старом лесничестве. Там их и нашли.

Заняв Форт Нокс, двумя колоннами, армия двинулась на Вашингтон. Чуть в стороне от дороги небольшой городок Рэдфорд, за который развернулось целое сражение, и опять с охранниками корпораций. На этот раз отличилась компания ВАЕ. Небольшой туннель, внутри которого было выстроено огромное бомбоубежище, и развитая структура подземных хранилищ 'основной продукции': ракет, боеголовок, значительных запасов оружейного урана, плутония и прочей 'амуниции', позволил сохранить бойцов на достаточно сильно заражённой местности. Территория завода была сильно укреплена ещё в 50-60-е годы. Программа, принятая правительством США в 86 году, по рекреации данной местности, позволила расширить подземные структуры, создать дополнительные условия для обороны. Завод охраняло более двух тысяч человек. В основном, бои происходили под землёй. Драка шла за каждый склад. Лишь после того, как была обнаружена и уничтожена подземная электростанция, снабжавшая гарнизон электроэнергией, бойцы PMC начали складывать оружие. Было захвачено большое количество ракет 'воздух-воздух' различных классов, много противотанковых снарядов с урановым сердечником, несколько десятков боеголовок для ракет МХ и 'Трайдентов-2'. Наконец, появились точные чертежи и технологические схемы сборки многого вооружения, активно использующегося в Советской Армии. Очень ценный заводик, и хорошо сохранившийся. Вместе с заводом ATK Launch Systems Group в Юте, где остались целыми подземные хранилища АТК и часть оборудования для производства кевларовых корпусов, довольно приятное приобретение! Но, из-за этих боёв вторая армия не успела первой войти в Вашингтон. Туда вошли части первой армии Котина, наступавшие с севера, через Канаду. Собственно, в город можно было и не входить: от него мало что осталось. В здание Пентагона попала заглубляющаяся боеголовка, остальное накрыло ещё одним воздушным взрывом. Вашингтон был небольшим городом. Разбросав по территории КП, изъятые нами в Грузии и на Окинаве, и оставив на территории бывшего США трофейные команды на 'Харьковчанках', все три армии вышли с заражённой территории. Три дивизии остались в штате Колорадо, где сохранились пригодные для проживания места. Основной базой стал аэропорт Денвера, похожий с воздуха на свастику, ещё одной базой стал небольшой городок Пуэбло-Вест, кроме того, на аэродроме в Форт Коллинз находился батальон СпецНаз первой бригады и силы авиаподдержки. Севернее, в Шайене, на месте бывшей ракетной базы Уоррен, местность была полностью непригодной для проживания ещё лет на двести. Полигон исследовали и с воздуха, и 'Харьковчанками'. Нашли много интересного, но вывозить не стали: настолько фонило, что проще бросить. Кстати, с гор начали спускаться выжившие, и постепенно вокруг баз появилось население. Дивизии, в основном, занимались снабжением и сменой баз контроля, сюда вывозились люди, отслужившие на КП три месяца, через полгода они вновь заступали на службу на КП. Сюда же, в Пуэбло-Вест, начали вывозить завод и оборудование АТК из Огдена, перемещая его из заражённого района, без населения. Так на территории Америки появились первые советские поселения.

Весна в 2019 году всё-таки началась, и линия снегов отступила почти до 60-й параллели. Весна сопровождалась сильными наводнениями, заторами на реках. Было снесено несколько важных мостов. Сергей слетал в Харьков, и забрал Дарью из госпиталя. Он не собирался этого делать, но, Даша, которая практически не говорила из-за опухоли на связках, написала, что она хочет съездить в Вишеру.

— Зачем?

— Хочу умереть там. Там... спокойно. Лес, трава...

— Там снег, Даша. Там весны ещё нет, и вряд ли в этом году будет. Можно только в Тюмень. Плюс, ты же знаешь, что там только один врач. Нет, туда не поедем. Если хочешь отдохнуть, то можно либо в Тюмень, либо в Геленджик.

— К морю...

Через 25 дней Дарьи не стало.

Content

Комбат Мв Найтов ©
Несколько дней после апокалипсиса.

Шапка фанфика

Несколько дней после апокалипсиса.