Комбат Мв Найтов ©

Тень Сталина [СИ]

INFO

ТЕКСТ: http://samlib.ru/k/kombat_n/shadowdoc.shtml

АВТОР: Комбат Мв Найтов ©

ЖАНР: Альтернативная история

ПОЧТА: nightwanderer3@msn.com

WWW: http://xolos.info/xolo

РАЗМЕЩЁН: 14/07/2013

ИЗМЕНЁН: 29/06/2015

Тень Сталина [СИ]

Переезд не занял много времени. Пока мы были у Сталина, люди Короленко перевезли наши нехитрые пожитки на дальнюю дачу. Её строили для Сталина, но он никогда в ней не жил, зато остальные члены Правительства и ЦК часто отдыхали там. Высокий одноэтажный, очень большой, дом, с зелёной металлической крышей, был перестроенной усадьбой какого-то богатого помещика. Недалеко от высокого крыльца бил фонтан. А парк напоминал парк в санатории ВВС в Ялте, правда, без магнолий: уютные беседки, гроты с источниками чистой ключевой воды, стриженые газоны и большие клумбы цветов. Внутри дома был медицинский кабинет, небольшой бассейн, стены в комнатах были обшиты светлым орехом и красным деревом. В здании был большой персонал. Весь периметр был огорожен, бойцы Короленко охраняли дом и снаружи, и изнутри.

О чём Сталин разговаривал с Маргаритой, я не знал: она молчала, а я не стал её спрашивать. Она держала на руках Оленьку, и, молча, смотрела в окно всю, довольно долгую, дорогу. Когда въехали во двор, она произнесла единственную фразу: "Наша тюрьма...".

Сам я, тоже, чувствовал себя не в своей тарелке: меня отстранили от моей любимой работы, неизвестно, как меня встретит окружение Сталина. Впрочем, что я вру самому себе! Известно, как оно меня встретит. Тем более, что речь шла о подборе кадров. То, что всё изменилось, дал почувствовать разговор с Берия возле машины: когда я обратился к нему по имени-отчеству, он прервал меня: "Андрей, зови меня Лаврентий, просто Лаврентий. Мы с тобой в одной лодке: если убьют тебя, то убьют и меня. И наоборот. Не поздравляю. Тяжёлая у тебя ноша. Найди, пожалуйста, время для моего доклада. Я введу тебя в курс всех моих вопросов." Сергей присутствовал при всех разговорах, я это чувствовал, но Сергей молчал. Только, когда мы вышли от Сталина, а там, вместо нашего ЗиСа, нас ждал бронированный "Паккард", он произнёс: "Господин назначил меня любимой женой!", пожелал счастливого пути и "пошёл гулять с собаками". Один Митька с удовольствием рассматривал внутреннее устройство незнакомой ему машины, и атаковал меня своими "Почему?". Когда я дома, он у меня с рук практически не слезает. Видимо, ему меня недостаёт. Надо и на это выделить время. Саша теперь сидит справа от водителя, и у него прибавилась шпала в петлице. Время военное, поэтому впереди шли две машины сопровождения, а сзади ещё одна. Эти новые машины появились недавно, в 41 году, их специально заказывали в Америке. Внешне они напоминали довоенные "Паккарды" ЦК и Правительства, но только внешне. Митя был очень удивлён толщиной стёкол и наличием автоматов в салоне, уложенных в специальные ящики с кожаными крышками. Кроме того, в машине была радиосвязь с ЗАС и выходом на ВЧ.

Двери на входе в дом открывались специальным механизмом. Сразу запищала сигнализация, которая обнаружила наше оружие, но лейтенант, сидевший за стеклом справа, выключил сигнал и открыл вторую дверь. Мы вошли в большой светлый коридор. К нам подошли три женщины, одна из них хотела взять ребёнка у Риты, но Рита отрицательно покачала головой. Одна из женщин представилась как Анастасия Викторовна, и что она является старшей среди обслуживающего персонала.

— Мы расположили вас вот в этом крыле, на солнечной стороне, но если у Вас есть или возникнут какие-то другие пожелания, то просто скажите мне или любому из персонала. Весь дом в Вашем полном распоряжении. Пройдёмте, я всё покажу.

Она показала, в первую очередь, детскую для Ольги, и женщину, которая будет помогать по уходу за ребёнком. Она — врач-педиатр. Звали её Вера, это она пыталась забрать у Маргариты спящего ребёнка. В комнате, она ловко проделала это, даже не разбудив Оленьку, сняла ей туфельки и положила её на кроватку. Мы тихонько вышли из комнаты. Рядом располагалась комната Мити, между ними была дверь, так, чтобы дети могли общаться, не выходя в коридор.

— Это две Ваши спальни, они тоже сообщаются, они одинаковые. Вот в эту мы положили Ваши вещи, Андрей Дмитриевич, а сюда — все женские. Это Ваш кабинет, если что-то требуется дополнительно, сообщите мне. Книги расставлены в том же порядке, как и у Вас на старой квартире. Пройдёмте дальше. Это — малая столовая. Есть ещё две больших столовых. Это — банкетный зал, это — комната отдыха. Это — библиотека. В каждой комнате есть кнопка вызова персонала и красная кнопка вызова охраны. Кухня и персонал работают круглосуточно. Меню — в любой из столовых, Вы можете заказывать любое блюдо, даже, если его нет в меню. Повара у нас очень хорошие.

Мы, молча, следовали за ней, я даже не пытался запомнить: где и что. Поблагодарив Анастасию Викторовну, мы вернулись в комнату-спальню Риты. Я положил портфель, вытащил пистолет из кобуры, положил его в тумбочку у кровати.

— Пойдем, посмотрим парк. — сказал я, и Рита понимающе мотнула головой.

Вышли в парк.

— Мне тоже кажется, что здесь всё на "прослушке". Вполне вероятно, что и парк тоже радиофицирован. Во всяком случае, скамейки и беседки — точно. — сказала Рита. — Что будем делать? И как ты видишь будущее наших детей и моё будущее. Ситуация гораздо хуже, чем тогда с Василием. Кстати, где он сейчас?

— Его перевели в инспекцию ВВС, после того, как Сталин узнал, что он опять начал пить.

— И он окончательно поставил на нём крест?

— Видимо, да.

— И выбрал тебя в качестве "преемника". Везёт нам, как утопленникам! — я мысленно улыбнулся: "Я ведь и есть "утопленник"".

— Да, Рита. Может быть и так, но, мне кажется, что Сталин не настолько высоко оценивал Василия, чтобы делать на него высокие ставки. Хотя, конечно, каждому отцу хочется, чтобы его сыновья тоже добились успеха.

— Не важно. Сейчас важно то, что уже случилось. — Рита сделала вид, что показывает мне на клумбу. — Чем мне заниматься, если Сталин сказал, что, в первую очередь, все станут доставать именно меня и детей. Т.е. сделают то, что сделали с его жёнами.

— А ты займись живописью и переводами. — Рита удивлённо посмотрела на меня.

— А ты откуда знаешь, что я рисую? Я никому, никогда об этом не говорила и не показывала мои рисунки. Дома ни одного нет! Все рисунки в школе и в моём кабинете на Лубянке.

— Ты забыла, откуда у нас Тлетль?

— Ты же не понимаешь по-испански!

— Не понимаю. Но слово "пинтор" — знаю. И потом, вы так долго и увлечённо говорили с маэстро Диего...

— Мда... Мне казалось, что это распознать невозможно. Вообще-то, это мысль. Рисовать мне очень нравится. Но это занимает много времени, поэтому я редко могла это себе позволить. Сейчас можно заняться этим вплотную. А с переводами, не знаю, нужно перевоплощаться в писателя...

— Но ты же разведчица. У тебя получится!

— Ты у меня просто удивительный! Мне казалось, последнее время, что у тебя нет ни секунды времени, чтобы даже поговорить со мной.

— Я часто с тобой разговариваю. Просто ты об этом не знаешь. Я перебираю в мыслях те минуты, которые успеваю выделить для тебя, и часто думаю, как бы ты поступила на моём месте. Особенно, когда разговариваю с людьми. Ты же психолог, по натуре.

— Скорее, по профессии. Это — не врождённое, это — приобретённое. Когда готовишь человека-нелегала, приходится разбирать его психологию на составляющие.

— Тогда это тоже можно использовать. Но это будет зависеть от твоих успехов в живописи.

— Что ты задумал?

— Ещё не время об этом. — я поцеловал Риту. — Пойдём в дом, надо посмотреть, чем занят Митя.

— Он привык, что возле него мама Маша, но Сталин сказал, что к ней проявляют внимание чужие спецслужбы, которые подбираются к тебе и ко мне. Поэтому, ради её безопасности, просил уволить её. Друг, который у неё появился, не внушает Сталину доверия. Жаль Машу.

Мы повернули к дому, а нам навстречу бежал Митя. Взяв его за руки, мы, раскачивая его на руках, шли в сторону дома. Митька был на седьмом небе от счастья. Папа и мама вместе с ним гуляют! Солнце уже цеплялось за вершины деревьев. Мы попросили накрыть нам ужин в малой столовой. Оленька была накормлена и играла с Верой, а Митя носился по дому, рассматривая всё. Больше всего ему понравился бассейн, и мама Рита пообещала научить его плавать.

Вечером НарКом Берия выслушал доклад Иванцова, который собирал данные обо всех в Москве.

— Что по "Малышу"?

— Вот, Лаврентий Павлович. Но там ничего нет. Его жена назвала "Семёновское" "нашей тюрьмой". Больше ни одного слова о делах. Только разговоры с сыном.

— Мы хорошо готовим нелегалов. Его жена — опытный сотрудник внешней разведки у Судоплатова. А "Малыш", практически, гений. Завтра снимите прослушку во всех комнатах и в машине, кроме двух больших столовых, комнаты отдыха, комнат персонала, на кухне и в парке. Схему прослушивания передать "Малышу" и его жене. Кстати, у неё нет клички. Пусть будет "Сова". Она довольно опасна и умна, постарайтесь внедрить кого-нибудь к ней. Обслуживающий персонал не подходит. С кем она ещё контактирует?

— Иногда перезванивается по открытой связи с Головановой, заезжает в ателье на Сущёвке, очень замкнута.

— Все бы были такими! А то за остальными бабами глаз да глаз нужен! Глупы, как клуши! И помело, вместо языка!

<i>Отпустив Иванцова, Берия перебирал в памяти события сегодняшнего дня. Его неприятно удивил Сталин, который назвал не его, а Андреева, преемником. Хотя, честно говоря, к этому шло. Сталин незаметно приблизил к себе Андреева, и его, Андреева, позиции, последнее время, очень укрепились. Иосиф Виссарионович использовал "Малыша" на самых опасных и узких местах в войне, в переговорах с союзниками. Хотя и не выделял его лидерства среди остальных членов ставки. Что будет, если "Малыш" действительно получит в руки СССР? Сталин умеет добиваться своей цели. Собственно, ничего плохого для меня! Мы с ним знакомы с 38 года. Никогда не ссорились. Андреев всегда соблюдал определённую дистанцию и никогда не лез в мои вопросы. А когда этого требовали обстоятельства, то всегда делал это корректно. Без криков, разрывания тельняшки на груди и без "стука" Сталину. Ведь он вытащил того же самого Берга! А как повернул? "Вы, товарищ Берия, мудро освободили капитана 1 ранга Берга, который принёс много пользы для СССР". Андреев умён, тактичен. Представляет из себя большую угрозу тем, кто, по сути своей, являются моими опаснейшими врагами. Ну и какой смысл мне его гнобить? Потому, что я не "первый"? А чем плохо быть вторым? "Счастье, это когда тебя все ненавидят! А сделать ничего не могут!" Меня реально ненавидят все. И я жив, только потому, что САМ мне верит. Все мои предшественники уже в могиле. Если, вместо Самого, придёт "Малыш", то, пожалуй, я смогу удержать ситуацию. А если, вместо него, сядет кто-то другой, особенно, хорошо связанный с армией, то меня хлопнут, как муху. А если Андреев не будет мне доверять, то он даст эту команду. Судя по отсутствию разговоров на "прослушке", он о ней знает или догадывается, и мне не доверяет. </i>

Поколебавшись около 5 минут, Берия снял ВЧ и назвал позывной Андреева.

— Андрей? Лаврентий!

— Добрый вечер!

— Спустись, пожалуйста, вниз, дежурный тебя проводит, там тебе передадут кое-какие схемы. Я приказал передать тебе эти бумаги. Пульты 1 и 2 можешь выключить, закрыть на ключ и забрать ключи себе. Остальные, пожалуйста, не выключай. Ты имеешь полное право выключить всё, но, лучше оставить этот пост на дежурстве. Лучше контролировать исполнителей. Ты согласен?

— Лаврентий, Вы о приборах в комнатах?

— Да. Этот дом был очень удобным местом для сбора кое-какой информации. Так как там теперь живёшь только ты, и обслуга с охраной, то схему можно изменить, оставив работать только то, что необходимо слушать. Ключи будут у тебя. Полное право посещения этого кабинета ты имеешь.

— Понял. Спасибо. Сейчас схожу. Спокойной ночи, Лаврентий.

Я вышел из комнаты, прошёл в сторону выхода, там меня уже ждал капитан ГБ с красной повязкой на рукаве. Мы спустились в подвальный этаж, мне показали все помещения цокольного этажа, большинство помещений было отведено под кухни, холодильники, кладовые. Одна совсем неприметная маленькая дверь, без вывески, скрывала довольно большое помещение с хорошей звукоизоляцией. Там находились несколько пультов для прослушивания помещений дома и парка. При мне было отключено крыло дома, в котором находились наши комнаты, библиотека, медкабинет, санузлы. Пульты были закрыты на ключ и опечатаны моей личной "секреткой". Я расписался в журналах, и получил на руки два экземпляра схем для меня, и для Маргариты. Поблагодарил дежурного и поднялся в спальню Риты. Показал ей документы. Рита на листке бумаги написала: "Надо попросить Берга проверить. Может быть многоуровневая." Вслух она сказала совершенно другое. "Не думаю, что Берия захочет играть на два фронта, но с Бергом надо встретиться. Завтра позвоню." — в ответ написал я. "Там есть ещё помещения, в которых ты не был?" "Нет, показали все." "Может быть, ты и прав, хотя, в это трудно поверить." Я забрал листок, прошёл в кабинет и уничтожил листок в специальной печи, стоявшей там. Вернувшись, предложил Рите пройтись перед сном. Мы прошлись к прудам, пахло свежескошенным сеном, по парку разгуливали косули, в прудах тяжело билась крупная рыба. Косули людей не боялись.

— Надо будет, в следующий раз, хлеб захватить. — сказала Рита.

— Тишина какая! А где-то война идёт.

— Как ты думаешь, Гитлер ещё долго будет сопротивляться?

— Не знаю. Шансов у него никаких нет. Армия начала сдаваться. Не думаю, что у него есть много времени. Посмотрим, чем сегодня-завтра ответят англичане. Если они поддержат безоговорочную капитуляцию, то всё решится, в буквальном смысле, на днях. Если пойдут на сепаратный мир, то ещё несколько месяцев. Мы сейчас наступаем по 50 км в день. Довольно быстро. И авиацией вычищаем всё перед фронтом на 200-300 км. Так что скоро. Американцы не поддержат сепаратных переговоров с Гитлером, так как в этом случае они сразу потеряют Монголию, и всё то, что они туда ввезли. В условиях того, что японцы продолжают активно продвигаться на Юг, вряд ли Америка позволит Англии что-либо сделать против нас. Хотя, гарантировать ничего пока невозможно. Но, вступление в войну Англии, на стороне Гитлера, не сможет переломить ситуацию в Европе. В этом случае мы забудем о наших договоренностях. Реальных сухопутных сил, кроме нас, в Европе больше нет.

— Ты за этим летал в Англию?

— Да. Но, о том, что я тебе сейчас сказал, я, конечно, не говорил.

— Не сомневаюсь! — Рита улыбнулась, — Теперь понятно, почему всё это произошло, с твоим назначением. Со мной Сталин об этом не говорил. Кстати, могут наши же начать мешать. Особенно наша пресса. Одна-две публикации в духе Троцкого, и всё пойдёт насмарку. Как этому помешать?

— Мне кажется, что Сам хорошо осознаёт это. Во всяком случае, он говорил именно об этом.

— И ещё, он может, используя тебя как раздражитель, продолжить чистку ЦК. Этим он столкнет тебя с остальными.

— Скорее всего, так и будет. Речь шла о том, что я умею подбирать кадры...

— Поэтому он нас сюда и спрятал. Ты обратил внимание, что здесь везде посты?

— Да, конечно.

— Видимо, он считает, что с тобой попытаются расправиться физически. Я, правда, не совсем понимаю: при чём тут я? Хотя... Исключить такой вариант тоже невозможно. Поэтому ты пересел в бронированный автомобиль, и будешь работать в Кремле, где никто оружия не носит. Кстати, для того чтобы убить, металлического оружия и не требуется. Не совсем понятно. Тем более, можно стрелять с удаления. В ближайшее время возьмёшь меня с собой. Я маршрут и порядок в Кремле хочу посмотреть. Может быть, что и подскажу, не тебе, так Саше.

— Считаешь, что у Саши недостаточно опыта охранника?

— У него меньше опыта террориста.

— Хорошо, но меня больше устроило бы то, что ты находишься на даче, и под охраной.

— А я хочу быть уверена в том, что с тобой, по чьей-то глупости, чего-нибудь не случится.

Я её обнял и сказал, чтобы она выбросила глупые мысли из головы. Всё будет хорошо. Главное: мы вместе, и нас не одолеть. В ответ прозвучало: "Глупенький ты у меня! Но я тебя люблю!"

Глава 2

Рабочий день у Сталина начинался поздно, и также поздно заканчивался. Тем не менее, я к 11 часам приехал в Кремль к Сенатскому дворцу. Поднялся наверх, подошёл к Поскрёбышеву. Когда он, Поскрёбышев, спит, для всех являлось полной загадкой.

— Андрей Дмитриевич, здравствуйте. Самого ещё нет, вчера поздно уехал домой. Следующая дверь, выходите и налево, Ваша приёмная. Вот папка, с которой Вас просил ознакомиться товарищ Сталин. Сказал, что, как только он появится, чтобы Вы к нему зашли. Я позвоню.

— Спасибо, Александр Николаевич.

— Пройдёмте, я Вас познакомлю с сотрудниками. Это — Светлана Аркадьевна, Ваш секретарь. И две машинистки: это Надежда, а это Любовь Андреевна. Обе владеют стенографией. Александр Викторович! Это ваша комната — сказал он Филиппову и указал на дверь в приёмной. Мы прошли в другую дверь, в мой кабинет.

— Ну вот, Андрей Дмитриевич. Ваши апартаменты. Вот тут вот, можно нажать кнопку, и появится возможность пройти во вторую комнату. Там есть душ, туалет, кушетка и всё необходимое. Вот шкаф, можете использовать его для другой одежды. Здесь вот, телефоны, они подписаны по зонам. Это — справочники, или звоните Светлане Аркадьевне, она соединит с кем нужно. Она давно здесь работает. Вот и всё, наверное. — Он протёр абсолютно лысую голову и внимательно посмотрел на меня. — Что-то не так, Андрей Дмитриевич?

Я грустно улыбнулся.

— Пока всё в порядке, просто ещё не в курсе: что, и как, и зачем.

— Мой совет: не торопитесь. Делайте всё обстоятельно. Ну, и успехов на новом поприще.

В папке находились статистические данные за последние сутки по всей промышленности, сводки и донесения с фронтов, разведсводки и проект тезисов внеочередного пленума ЦК ВКП(б). Одним из вопросов пленума стоял мой доклад о переговорах в Англии. Я попросил секретаря дать мне несколько листов ватмана и цветные карандаши. Перевёл статистику в графическую форму. Разложил донесения по фронтам, соединил разведданные с фронтами и направлениями. Здесь, вроде всё понятно, постоянно с этим работаю, только данных больше. А вот пленум? Несколько непонятно, о чём пойдёт речь. Начал делать наброски доклада, но успел только обозначить канву. Раздался звонок внутренней связи: Поскрёбышев сказал, что приехал Сталин, и просит зайти к нему. Взял всё, что успел сделать, захожу.

— Здравствуй, Андрей!

— Здравствуйте, товарищ Сталин.

— Нам вчера не удалось поговорить. Мне не хотелось сталкивать тебя с Берия. Это — верный пёс! Но, верная собака больней кусает! Никогда до конца ему не доверяй. — Сталин улыбнулся. — Реально, он спит и видит: занять моё место. Очень властная натура. Но, если его держать в руках, то вполне можно использовать. Бог с ним! Что сейчас нужно от тебя: во-первых, я ничего или почти ничего, не понимаю в науке и технике. И меня, попросту, используют. Стоит что-либо похвалить, это начинают использовать для тех или иных целей. Ты реально можешь меня подменить в этом направлении. Так что, возьмёшь на себя все эти вопросы, включая атомный проект. Тем более, что инициировал его ты. Второе: это сложнее. Требуется обосновать, что те решения, которые принял ты, мы же, практически, не оговаривали детали по переговорам в Англии, соответствуют нашим устремлениям. Я знал, что ты не упустишь выгоду для нас, поэтому и не связывал тебе руки. Теперь требуется доказать остальным, что это тот максимум, который мы могли получить в результате. И ещё одно: в партии, до сих пор, велико влияние раннего коммунизма. И того, что можно всего добиться военным путём. Что мне нравится в тебе, так это то, что ты очень разумно применяешь силу. Предпочитаешь действовать другими методами. И — очень эффективно. Но, нас не все поймут. В первую очередь, в ЦК. Третье: система управления государством сильно устарела: мы вышли на международный уровень, а там нет понятия "наркомат". Требуется провести реформу управления. Четвертое: Советский Союз состоялся и сумел себя защитить: "Всякая революция лишь тогда чего-нибудь стоит, если она умеет защищаться". Необходимо перевести этот успех в политический успех, и изменить направление пропаганды, и атрибутов новой реальности. Третья и четвёртая задачи должны стать для тебя приоритетами. Но, ты к ним не сможешь приступить, не закрыв первые две проблемы. Что скажешь, Андрей?

— Первая задача мне вполне по силам. Вторая — не знаю. Я мало сталкивался с людьми из этой среды. Но, мне кажется, что слишком многие могут не понять нас с Вами, товарищ Сталин.

— Я не отрицаю этого. Более того, мне необходимо знать всех, кто этого не поймёт.

— Товарищ Сталин! Есть такое понятие, как мимикрия: в случае опасности животное перекрашивается и маскируется.

— Вот эти замаскировавшиеся интересуют меня в первую очередь! Да, и ещё, Андрей. На первых этапах я тебя поддерживать не буду. Те, кто поумней, конечно, поймут, что ты не просто так живёшь на моей даче. Но их вскрывать уже придётся тебе. Сейчас, главное, выявить настоящих троцкистов.

— Мне кажется, товарищ Сталин, что таким образом мы поймаем только глупых троцкистов. Умные — спрячутся, и будут более опасны.

— Что ты предлагаешь?

— Может быть, мне "подставиться"? — Сталин некоторое время думал.

— Нет. Они того не стоят. Уберём глупых, а остальным придумаем что-нибудь другое.

— В этом случае, товарищ Сталин, нет надобности, что-либо доказывать по результатам переговоров с Англией. Пусть воспринимают как данность. А Вам, видимо, стоит показать своё отношение к этим результатам. Глупые — сами начнут атаку, а умные — начнут подлизываться ко мне. И этим выдадут себя. Вы же, с самого начала, ставили задачу: не допустить войны на своей территории, разгромить фашизм с минимальными потерями с нашей стороны. Осталась ещё одна задача: это укрепить наши восточные рубежи. При этом, не допустить в Европу ещё одного "хищника" — США. Две задачи из трех выполнены. Мы ещё и заработали на войне. Помните, в ноябре 40-го я протестовал против демонстрации Су-9 на параде?

— Да. А потом настоял на демонстрации их и Су-12 странам оси, а союзникам показал их только сейчас. То есть, ты и сейчас не хочешь демонстрировать силу вероятным противникам, хочешь выманить их из "убежищ", и "жарить слона кусочками". Твои слова! Я их хорошо помню!

— Да, товарищ Сталин. Незачем устраивать свалку, в свалке можно потерять и людей, и технику. Надо добиться преимущества и превосходства над противником до схватки.

Сталин, чуть наклонив голову, смотрел на меня. Когда я закончил фразу, он встал и начал ходить по кабинету. Он всегда так делает, когда обдумывает решение. Видимо, мои предложения расходились с тем, что придумал он. Что сейчас победит в нём: желание побыстрее расправиться с врагами или здравый смысл?

— У тебя, Андрей, богатый военный опыт. Ты умеешь сосредоточить на нужном участке, в нужное время, нужные средства. Этого не отнять. Мне нравится то, что ты предлагаешь. Это разумное решение. Если мы начнём "свалку", как ты выразился, сейчас, тебя обвинят в том, что ты — английский шпион, и действуешь в их пользу. А на самом деле, мы с тобой поставили Англию на колени. "Свалка" сейчас, действительно не нужна, иначе Англия заколеблется. И куда её понесёт, одному богу известно.

Он снял трубку и сказал соединить его с Поспеловым.

— Товарищ Поспелов, направьте ко мне Кожевникова. — И он повесил трубку. — Что по остальным вопросам, Андрей?

— Требуется некоторое время, чтобы сформулировать их, товарищ Сталин. И определить их последовательность. Мы никогда не сможем встроиться в систему, нами не созданную, и не предназначенную для нас. Надо искать варианты.

— Хорошо, Андрей. Но это дело — ближайшего будущего!

— Хорошо, товарищ Сталин. Основное внимание я уделю именно этим вопросам.

— Как устроились? И на даче, и тут? Что жена? Митька?

— Митя — просто в восторге. Мама будет учить его плавать! — Сталин улыбнулся. — А Маргарита... Её тяготит бездеятельность, поэтому она решила заняться живописью и переводами.

— Береги их! Иначе останешься, как я, бобылём. Ну, ступай. Приедет Кожевников, мы к тебе зайдём.

Они зашли ко мне в кабинет минут через сорок. Со Сталиным был Вадим Кожевников, подполковник, известный военный корреспондент "Правды", и Иван Ерохин, майор, фотокорреспондент ТАСС. Я с ними познакомился. После этого мы перешли в другой корпус, в Георгиевский зал, где начальник наградного отдела Шверник зачитал указ Президиума Верховного Совета СССР, а Сталин, лично, вручил мне орден "Победы". До и после этого, ни одну награду СССР Сталин никому никогда не вручал. Снимки момента вручения, самого ордена, очень богато и красиво оформленного, были опубликованы и растиражированы как по всему Союзу, так и в Англии, и в Америке. Кроме того, было опубликовано довольно обширное интервью, взятое Кожевниковым у Сталина и у меня. В интервью была указана и моя новая должность: 1-й заместитель Верховного Главнокомандующего. Сталин сказал о моём большом личном вкладе в победу, а я поблагодарил конструкторов и рабочих за создание самых совершенных самолётов и танков, которые позволили разгромить немецкий фашизм. Сталин подробно остановился на предварительных договорённостях с Великобританией, и, пожелал народам СССР и Соединённого Королевства скорейшей победы над общим врагом. Реакция Лондона не заставила себя долго ждать. В тот же день, посол Криппс сообщил, что Великобритания отвергла предложение Гитлера о сепаратном мире, и выдвинула такие же условия, как и СССР: безоговорочная капитуляция Германии. США отмолчались, так как понимали, что они ничего уже не успевают сделать.

Северный фронт, после тяжёлых 2-хмесячных боёв, преодолел мощную оборону гитлеровцев у наших границ и вышел на оперативный простор, заняв город и порт Киркенес. Особенно хорошо действовали огнемётные танки, уничтожая долговременные огневые точки противника. "Кошмар Севера", линкор "Тирпиц" стоял в Альтенфьорде, дожигая последние тонны топлива. Береговые бункербазы немецкого флота Голованов и фронтовая авиация сожгли полностью. Как только стало известно о прорыве немецкой обороны, англичане передали нам около полутора тысяч малых десантных кораблей и больше сотни больших и средних. Три огромных ордера, под охраной Роял Нэйви, вышли в сторону Мурманска. На наши немногочисленные поисковики Бартини легла огромная нагрузка. Мы установили плотный контакт с адмиралом Фрейзером, и передавали ему всю собранную информацию о передвижениях и дислокации подводных лодок противника. Потерь избежать не удалось, но они были незначительны: малая осадка десантных судов не позволяла немцам атаковать их торпедами, а артиллерийские возможности подводных лодок серии 7 довольно скромные, если учитывать фрегаты и корветы Ройал Флит. Мы срочно направляли танкеры в порты СевМорПути. Папанин просто сбился с ног: такого количества судов СевМорПуть никогда не обслуживал. Сталин поставил перед ним очень жёсткие условия: все корабли должны пройти СевМорПуть в течение этой навигации. Три ледокола обеспечивали западный участок, ледорез "Литке" и два малых ледокола — восточный.

В этот момент пришло известие, что рейхканцлер Гитлер повесился в туалете на собственном галстуке. Его обнаружила, утром, Ева Браун. Своим преемником Гитлер назвал адмирала Редера, который находился в этот момент на Севере. Он вышел на связь с вице-адмиралом Головко, Командующим Северным Флотом, и предложил мирные переговоры. В ответ ему были направлены требования о безоговорочной капитуляции. Были гарантированы жизнь и безопасность членов экипажей кораблей Кригсмарине, солдат и офицеров Вермахта. Части СС должны были быть интернированы. Редер думал неделю. Войска Жукова вышли на французскую границу. Линию Мажино заняли части Гиммлера и приготовились к длительной обороне. В Праге вспыхнуло восстание, войска Конева находились в 80 км от столицы Чехословакии, а Тимошенко с юга в 40 км. Первым в Прагу вошёл корпус генерала Свободы и части Словацкого ополчения. В Италии повесили Муссолини.

Редер капитулировал 1 августа 42 года. Но части СС ещё около двух недель продолжали сопротивление в бункерах бывшей линии Мажино. Второго августа Голованов, ставший и Командующим ВДВ, поднял в небо всё, что могло летать, даже полтысячи устаревших ТБ-3, и произвёл выброску самого массового десанта. Небо над всей Европой украсилось куполами парашютов. Десантники Голованова принимали капитуляцию частей и соединений Вермахта. Командир одной из дивизий, генерал Маргелов, освободил из добровольного плена короля Бельгии. Они первыми вошли в Париж, украшенный белыми флагами и флагами довоенной Франции. Правительство Петена во Франции было низложено, власть перешла к генералу де Голлю из Алжира. Голованов перебросил все тяжёлые бомбардировщики на юг Германии и начал применять против эсэсовцев 5-тонные бомбы. 5 августа был подписан Акт о безоговорочной капитуляции Германии в здании Рейхстага в Берлине. Приняли капитуляцию Маршал Жуков и, специально прилетевшие в Берлин, фельдмаршал Монтгомери и генерал Эйзенхауэр. 12 августа погиб рейхсфюрер СС Гиммлер, и СС начали сдаваться. Война в Европе закончилась.

Глава 3

7 августа в Москву прилетел генерал де Голль. Сталин коротко с ним побеседовал, а после этого передал переговоры мне. Высокий худощавый француз, который не принял капитуляции Франции 22 июня 1940 года, и отдавший приказ не сопротивляться вводу американских войск в Алжир, был обеспокоен тем обстоятельством, что и Гитлер, и мы забрали всё оружие со складов армии, а сейчас мы начали демонтаж линии Мажино.

— Господин генерал! Вам незачем беспокоится. Германия уже никогда не сможет Вам угрожать. В послевоенной Европе армии Германии не предусматривается.

— Но, маршал! Армии без оружия не существует! У меня нечем вооружить даже жандармерию! А Вы забираете всё оружие.

— Сколько и какого оружия Вам надо?

Де Голль передал мне довольно большой список: танки, самолёты, орудия, РЛС, винтовки, пулемёты.

— Мы готовы продать Вам немецкую технику.

— Но, маршал. Это же...

— Продать, только! И, в составе СС было соединение "Шарлемань". Продажа Вам оружия может быть осуществлена ТОЛЬКО после выдачи всех военнослужащих этого соединения. Для интернирования и денацификации.

— "Денацификация" — это расстрел?

— Нет, конечно, это исправительные работы и перевоспитание. Все члены СС и СА проходят через это. Это оговорено с нашими союзниками. Это — цель этой войны. Национальность военнослужащего СС значения не имеет.

— Мы бы хотели, чтобы французы, сотрудничавшие с нацистами, понесли наказание у нас. Некоторые из них заслуживают более сурового наказания, чем несколько лет лагерей.

— Эти вопросы находятся в поле Вашей компетенции. Если Вы считаете, что какой-то нацист должен быть наказан более строго, чем предусмотрено нами, Вы вправе использовать свой национальный закон для этого. Нашей целью не является "спасение" членов СС, а их наказание. Но, если наказание, объявленное Вашим судом, будет ниже уровня нашего суда, то исполнение наказания будет происходить по нашей схеме. Вас такой подход устраивает?

— В общем, да! Но, это необходимо закрепить соответствующим договором между нашими странами.

— У Вас уже сформировано Правительство?

— Пока, нет, маршал.

— В этом случае нет возможности создать такой договор. Возможно только соглашение между военными трибуналами наших стран.

— Как долго Ваша армия намерена находиться на территории Франции, маршал?

— До вывода всех немецких дивизий с Вашей территории и вывоза всех наших трофеев. И мы надеемся, что Ваша Администрация поможет нам завершить этот процесс как можно быстрее.

Генерал несколько раз попытался перевести разговор на Эльзас и Лотарингию, но безуспешно. Ему было сказано, что на сегодняшний день мы признаём границы Германии на момент нашего вступления в войну. Всё остальное зависит от него самого и самой Франции. Мы не против полного восстановления независимости Франции, но всё имеет свою цену. Мы понесли огромные финансовые расходы, освобождая Францию. Даже просто доставить танки в Париж, это дорого, а если при этом приходится уничтожать немцев, то это становится неприлично дорого! Сталин долго хохотал над этой формулировкой!

— Андрей! Тебе нельзя поручать такие переговоры! Опять на тебя будут жаловаться! А я просто умру со смеху, выслушивая твои доклады!

В те дни я, в основном, занимался организацией встречи в верхах и конференции по послевоенному устройству Европы. Встречу было решено проводить в Москве, хотя наши союзники настаивали на проведении её в поверженном Берлине. Тем не менее, все согласились, что посещение Берлина приятное, но второстепенное событие. Мы гарантировали обоим главам правительств союзников посещение поверженной столицы III рейха, но после этого, в Москву, пожалуйста.

Я встречал и Президента Рузвельта, и Премьера Черчилля в аэропорту Темпельхофф в Берлине. Они оба прилетели из Лондона и разрывом в несколько минут. На аэродроме их встречал Почётный Караул, составленный из солдат гвардейских штурмовых бригад 2-го Белорусского фронта. Они были в полевой зелёно-белой камуфлированной форме, в "будёновской" разгрузке и кирасой на груди и спине. Рослые, косая сажень в плечах, они производили впечатление, что прикажи им, и любая столица будет лежать у их ног. Короткие, внешне миниатюрные, автоматы Судаева только подчёркивали мощь бойцов. Уинстон Черчилль внимательно рассматривал лица бойцов, их амуницию и вооружение. А Рузвельта просто провезли вдоль строя. Его солдаты мало интересовали. Он просто помахал им рукой в качестве приветствия. Лётное поле было забито самолётами всех марок, вот на них Президент обратил пристальное внимание. Особенно его заинтересовали реактивные истребители и штурмовики. Я спросил Президента и Премьера, как они хотят добираться до Москвы: самолётами или поездом. Господину Рузвельту больше бы подошёл поезд. Но они сказали, что хотели бы взглянуть на достопримечательности Берлина и лететь в Москву. Мы показали им Рейхстаг, Имперскую рейхсканцелярию и могилу Гитлера. Оба руководителя высказали мнение, что могилу лучше не сохранять. Но, я сделал им перевод русской эпитафии на его могиле: "Так будет с каждым..." После этого они согласились, что пусть стоит. Вечером все вылетели в Москву. На лётном поле опять Почётный караул, но уже в парадной форме. Командир караула отдал рапорт. Гостей поприветствовал нарком Молотов. После встречи все разъехались.

Ставка в полном составе заседала почти до утра, готовясь к завтрашним переговорам. С утра военную часть делегаций союзников повезли на полигоны дивизии имени Верховного Совета, в Кубинку, на танкодром, и в Чкаловский, на аэродром. Меня Сталин использовал как переводчика на переговорах с Черчиллем и Рузвельтом. Вначале состоялись переговоры с глазу на глаз. Первым был принят Черчилль. Сталин поинтересовался у него его впечатлением от Москвы и Берлина.

— Господин Сталин, вид поверженной столицы твоего злейшего врага, всегда доставляет удовольствие! А Москва — очень величественный город. Кремль — это произведение искусства. Я рад возможности посетить Вашу столицу, и тем более, потому, что ранее отношения между нашими странами были не всегда дружественными. Скажи мне, три года назад, что Россия будет помогать Британии выиграть войну, я бы никогда этому не поверил.

— Я думаю, господин премьер, что это делает хороший вклад в основание советско-британской дружбы и в мирное время. Несмотря на различия в государственных строях, на Британии и СССР лежит ответственность за сохранение мира на планете. Ошибка, сделанная Вашим предшественником, слишком дорого обошлась нашим народам, господин Премьер.

— Я с Вами согласен, господин Сталин.

— Я слежу за ходом переговоров между нашими странами, последнее время возникает всё меньше разногласий. Даже в таком щепетильном вопросе, как репарации и раздел военного имущества Германии. — сказал Сталин.

— И я, в целом, удовлетворён работой наших комиссий. Хотелось бы отметить очень точное выполнение Вашей стороной, господин Сталин, своих обязательств. С выводом последнего немецкого полка из Дании, ваши части организовано и быстро вышли с территории Дании. Это позволяет надеяться, на абсолютно точное выполнение всех наших договорённостей! Но вот в Норвегии этого не происходит. В чём причина задержки?

— Господин Премьер, по докладам командующего Северным фронтом и Северного флота, у немцев очень разветвлённая структура базирования в Норвегии. Далеко не все стоянки и склады выявлены. Очень много хорошо замаскированных стоянок подводных лодок. Там находятся ещё не сдавшиеся немцы. Не далее, как вчера, было торпедировано наше судно в Норвежском море. Поэтому, пока, наши войска и флот занимаются поиском баз и укрытий немецкого флота в Норвегии.

— Соединённое Королевство могло бы помочь в этом вопросе, господин Сталин!

— Пока в этом нет никакой необходимости. Новое правительство Норвегии хорошо помогает нам, но протяжённость береговой линии в Норвегии очень большая. Я не считаю, что происходит задержка нашего вывода войск. Флотские запасы всегда большие. В Дании мы управились быстро, но и страна маленькая, по сравнению с Норвегией. Я не вижу причин для Вашего беспокойства, господин Премьер.

— Я Вас понял, господин Сталин. Есть ещё один вопрос, который никак не удаётся урегулировать: Польша. Генерал Сикорский не соглашается с Вашими условиями, он призвал своих сторонников к вооруженной борьбе с оккупантами.

— То есть, этот генерал без армии объявил нам войну? — раздался смех Сталина. Черчилль развёл руками, и, тоже засмеялся. — Узнаю славянское упрямство и польскую гордыню! — продолжил фразу Сталин. — Что будем делать, господин Премьер-министр? Не воевать же с идиотом!

— Сэр Эндрю, — Черчилль показал на меня, — будучи в прошлый раз в Лондоне, говорил о наличии у Вас здравомыслящих уважаемых поляков. Я думаю, что пришла пора поставить в Польше новое правительство. Великобритания немедленно признает его, господин Сталин. И ещё один вопрос, это касается сроков начала ваших операций на Тихом океане. Месяц назад мы отправили вам большое количество десантных кораблей. По просьбе Вашего командующего флотом малые корабли дополнительно укомплектованы съёмными цистернами для топлива, по две, в 20 баррелей, алюминиевых цистерны, для увеличения дальности хода. Как идет переброска их на Тихий океан?

— Все большие и средние корабли прошли пролив Вилькицкого. Пройдено 1800 миль. Малые корабли и катера по железной дороге перебрасываются в Комсомольск-на-Амуре и в Читу. Сейчас они восстанавливаются, так как из-за тоннелей им пришлось срезать рубки и мачты. На переходе потеряно 23 судна, в основном из-за выхода из строя винтов и рулей, и повреждения корпусов во льдах. 7 судов потоплено немцами. Наш руководитель перехода Папанин докладывает, что погода, пока, позволяет продвигаться к Певеку. Осталось 700 миль. Многие корабли имеют повреждения корпусов. До чистой воды всего триста миль, но это самые тяжёлые мили. Мы разместили у себя на заводах заказ на ещё некоторое количество малых десантных судов и катеров.

— Я надеюсь, что бог не оставит нас в последнюю минуту. И, тем не менее: когда?

— Я думаю, господин Премьер, что я буду вынужден повторить ту же фразу, что и полгода назад — Сталин улыбнулся. — "Русские медленно запрягают, но быстро ездят!". Мы — готовимся.

— О, да! В Европе Ваша армия показала просто чудеса! Мне хотелось бы надеяться, что и в Азии будет такой же успех.

— Война в Азии имеет свои особенности, господин Премьер. Главная из них — расстояния. Один Красноярский край Советского Союза — это две Европы по площади. Необходимо накопить силы и средства. Поэтому, я прошу Вас, не слишком торопить нас с открытием Восточного фронта. Мы, так же как и Вы, заинтересованы и в быстроте, и в успехе операции. Вам это позволит сохранить Ваши колонии в Азии, а для нас — это безопасность наших границ. И возможность развить торговлю с Вами, и другими странами этого региона. Еще, господин Премьер-министр, нам могут понадобиться сбрасываемые топливные баки для наших самолётов, особенно на начальном этапе.

— Господин Сталин, я могу задать вопрос сэру Эндрю?

— Да, конечно!

— Сэр Эндрю, я правильно понял, что речь идёт о тех больших сигарах для ваших "штурмовиков"?

— Да, сэр! Они изготавливаются из прессованной целлюлозы с добавлением некоторых смол, которые производятся и в Англии. Точные размеры, чертежи, технологию изготовления мы можем предоставить немедленно. Для активного использования авиации потребуется довольно большое количество подвесных баков. Нет ничего сложного, но такого количества полимерных смол мы не производим. У Вас есть выбор: либо производить самим баки, либо поставить нам полимерные смолы. — я перевёл вопрос мне и свой ответ Сталину.

— Думаю, что поставить химическую продукцию нам будет удобнее, господин Сталин. У нас нет достаточного количества лесоматериалов для производства целлюлозы. Мы её сами закупаем. В том числе и у Вас.

— Нас это устраивает, господин Премьер.

Переговоры с Черчиллем длились больше трех часов. После их завершения Сталин сказал мне, что он очень доволен переговорами. "Нам удалось увлечь его идеей сохранения империи." В одном из писем, которые передал Черчилль, говорилось о желании Короля Георга VI посетить Ленинград и Москву. Сталин ответил положительно на пожелание короля и приказал готовить официальный приём.

Рузвельта сопровождал его личный переводчик Чарльз Болен, и 4 сержанта, переносящих кресло через препятствия. Рузвельт долго восхищался своей экскурсией в Алмазный Фонд и по дворцам Кремля. Лишь после этого, он перешёл непосредственно к переговорам. Он выразил неподдельный восторг скоростью и организацией операций Красной Армии.

— Собственно, господин Сталин, то, ради чего я приехал, уже произошло: мир в Европе установлен, а победителей не судят! Но вот побеждённых? Как Вы отнесётесь к идее создания международного трибунала по Германии?

— Я не вижу в нём надобности, господин Президент. За что судить немецких генералов? За то, что они воюют лучше, чем французские, английские или греческие? Поэтому, мы решили этот вопрос не поднимать. А вот партийные отряды: СА, СС, они, действительно, должны быть осуждены. И мы создаём правовую основу для этого. Заключаем соглашения об этом с каждой отдельной страной. Приводим законодательства всех стран Европы в соответствие.

— Общественное мнение в Соединённых Штатах очень обеспокоено возможными репрессиями в отношении религиозных деятелей в завоёванных вами странах. Ведь Советский Союз — страна атеистическая!

— Мы рассматривали этот вопрос совсем недавно. Я принимал у себя, в этом кабинете, деятелей Русской Православной церкви. Сейчас они готовят проведение выборов Патриарха. Гонения на церковь в нашей стране были связаны с тем, что одним из крупнейших землевладельцев в России была церковь, и она выступала против Советской власти. Сейчас условия изменились, поэтому, мы решили предоставить возможность церкви, всем официальным конфессиям, проводить службы. Но, у нас церковь отделена от государства, и официальной политикой государства остаётся научный атеизм. Что касается других стран, то их правительства будут сами принимать решение об использовании или не использовании религии в своих целях. Мы не возражаем.

— Кроме того, нас беспокоит исчезновение Польши с карты Европы.

— Господин Президент! На момент нашего вступления в войну этого государства не существовало. Было генерал-губернаторство Германии. Как мне только что сообщил Премьер-министр Черчилль, нам, польским правительством в Лондоне, объявлена война. Генерал Сикорский призвал к вооружённой борьбе с нами, назвав нас оккупантами.

— Генерал Сикорский явно не понимает соотношение сил. — ответил Президент.

— Мы имеем сейчас документальные подтверждения, что именно Польша является одним из главных виновников начала II Мировой Войны. Что ещё в в 36 году она вела переговоры с Германией о совместной войне против СССР, в 38 году поддерживала устремления Гитлера на раздел Чехословакии, захватила Тешинскую область. Сейчас Тешин передан нами в состав Чехословакии, так же, как и Судеты. То, что два хищника потом поссорились, и один проглотил другого, не может изменить нашего отношения к самому хищнику. Польша входила в состав России до 1920 года, отделилась в результате I Мировой войны, которую Россия проиграла. Сейчас у Польши только два пути: либо в составе СССР, либо в составе Германии. Как самостоятельное государство оно не состоялась. Великопольские амбиции помешали. В условиях наличия неадекватного "правителя", мы, просто, применим римское право сильнейшего. Нам объявлена война, и мы её выиграли.

— Это, конечно, жесткое заявление, господин Сталин. Но, между нами говоря, вполне разумное. Я попытаюсь объяснить конгрессу Вашу позицию. Мне бы хотелось задать вопрос об американских войсках в Европе.

— Тех, которые сосредоточены в Англии? Нас этот вопрос не касается. Это ваши взаимные отношения.

— Нет, я о возможности с нашей стороны контролировать вопрос разоружения Германии.

— Вы считаете, что у нас недостаточно сил контролировать это? Вполне достаточно, господин Президент. С Вашей стороны вполне достаточно военных миссий. Сейчас их 16, они отлично взаимодействуют с нашими комендатурами. Свободно перемещаются по всей Германии. Мы не препятствуем их перемещению. Война в Европе закончена. Осталось вывести из Франции 22, уже разоружённых, немецких дивизии, и закончить демонтаж линии Мажино. Нет никакой надобности в дополнительных силах. Мир в Европе установлен надолго и всерьез. Как в старые добрые времена, когда в Европе ни одна пушка не могла выстрелить, без разрешения России. Кстати, в Гамбурге погружено первое судно, на котором мы начали возвращать Вашу технику, полученную по программе Ленд-лиз. Это, в основном, грузовики.

Рузвельт немного поморщился и переключился на общеполитические темы, развивая свои предложения относительно организации Объединённых Наций. Сталин охотно включился в эту игру, и стал развивать мысль о мирном сосуществовании государств с различным государственным строем. В конце переговоров, Президент сказал ключевую фразу:

— Мы успешно налаживаем программу строительства нового флота, так как война в Европе закончилась, у нас стало гораздо больше возможностей показать Японии её место в мире.

Когда Президент вышел, Сталин попросил меня позвонить Черчиллю и сообщить об этом ему. Черчилль сказал, что знает об этом, что Президент ещё в Лондоне говорил, что если их войска не пустят в Европу, то все договорённости будут аннулированы.

— Так что, сэр Эндрю, Вы были правы тогда, на файф-о-клок у Короля. Войну с Японией придётся заканчивать нам с Вами. Боже, сохрани хорошую погоду на Чукотке!

Я передал его слова Сталину.

— Англо-американский союз лопнул, как мыльный пузырь! — удовлетворённо сказал Иосиф Виссарионович.

Дальнейшие переговоры, в общем формате, были скучные и неинтересные. США усиленно напирали на имеющиеся разногласия в политическом устройстве Советского Союза, которые мешают восприятию СССР как дружественной страны в США. На что Сталин ответил, что в течение нескольких десятилетий это не мешало активному сотрудничеству между нашими странами. Споры между политиками явно не нравились американским военным. Начавшаяся битва за Гуадалканал шла с переменным успехом, и они надеялись на вступление в войну СССР, но это на глазах у них становилось всё менее возможным.

— Если США, в Вашем лице, господин Президент, будут продолжать попытки вести переговоры в таком ключе, то я не уверен в том, что СССР станет поддерживать Ваши устремления на Тихом океане. — тихо произнес Сталин.

— Это, кстати, противоречит духу и смыслу Объединённых Наций, того, ради чего мы всё это начинали. — добавил Премьер Черчилль. — В планах командования Объединённых Наций всегда стояла первоочередная задача: разгром Гитлера. То, что господин Сталин и его победоносная армия в течение менее трех месяцев это сделали, вовсе не нарушает планов командования. Сейчас же, как я вижу, Вы, господин Президент, считаете, что сможете сами справиться с Японией? Я Вас правильно понимаю?

— Я этого не говорил!

— Нами захвачены некоторые документы нацистской партии о том кто, когда, на каких условиях и под какие цели финансировал НСДАП Гитлера, господин Президент. Я думаю, что настало время опубликовать эти сведения. Историки всего мира будут мне признательны. — произнёс Сталин. — Теперь Вы решили кровью Ваших солдат и матросов оплатить эти кредиты?

Среди американских военных пробежал шепоток.

— Господин Премьер-министр, господин Сталин. Вы меня не правильно поняли. Все договорённости остаются в силе. Я за скорейший разгром японских милитаристов. Я себя не очень хорошо сегодня чувствую, поэтому, разрешите откланяться.

На выходе меня задержал генерал Эйзенхауер:

— Маршал, это правда, про финансирование?

— Я сожалею, генерал, но это правда.

Генерал отдал честь:

— Спасибо, маршал! Мы — солдаты, разберёмся!

Военным союзников мы показали новые танки, колёсные бронетранспортёры, новые пулемёты, самоходные гаубицы калибром 122 и 152мм, противотанковые самоходные и не самоходные 57, 85 и 100-мм орудия, реактивные системы залпового огня БМ-13, БМ-30 и БМ-31. Су-9 с расстояния 4 км сбил самолёт-мишень, на базе ТБ-3, управляемой ракетой. Военные обеих стран попросили предоставить образцы для испытаний на их полигонах. Некоторые образцы мы согласились передать им.

Что происходило в американском посольстве, осталось загадкой по сей день, но ближе к ночи оттуда раздался звонок, и последовало предложение ещё раз встретиться с глазу на глаз.

Сталин поинтересовался самочувствием Президента, на что тот ответил, что чувствует себя значительно лучше.

— На меня оказывают очень сильное давление. Огромные деньги вложены в военное строительство. Все верфи США заняты строительством авианосцев и линкоров. Заказано просто астрономическое количество противолодочных и конвойных кораблей. Все автомобильные заводы производят военную продукцию. Закуплено огромное количество оборудования под производство бомбардировщиков. И в этот момент, Вы выигрываете войну. Индексы на бирже упали ниже плинтуса. Там паника, это ещё хуже, чем в 28-м году. У нас кризис! Экономика обладает огромной инерцией. Куда девать всё, что произведено? Куда девать огромные запасы продовольствия и боеприпасов. Тем более, что избиратели теперь требуют и от нас таких же быстрых и решительных действий. Куда девать такую гору оружия, тем более, что оно уже устарело, и уступает тем образцам, которые продемонстрировали Вы. А денег на исследования нет! И времени нет. Судя по тем данным, которые у нас имеются, через полтора-два месяца Вы можете начать войну против Японии, и Вы не намерены тянуть с этим вопросом.

— Это так, господин Президент. Те 50 дивизий, которые имеет Тодзио, не представляют реальной силы. Для нас было такой же неожиданностью решение Вашего командования о сосредоточении всех усилий на Востоке, а не на Западе. Я специально посылал маршала Андреева в Ливию, чтобы подтолкнуть Ваших генералов к более активным действиям, но они, сославшись на неготовность, так ничем и не помогли нам. После этого появляетесь Вы, и просите запустить их в Европу, уже после окончания войны. Согласитесь, но это уже просто на грани приличия. Поэтому, пока Ваши части и флот пытаются взять никому неизвестный Гуадалканал, мы возьмём Токио, лишив, тем самым, японский флот баз и снабжения. И, опять-таки, мы настаиваем на войне до победного конца. Только сменив власть военных в Японии на власть гражданских, и лишив её армии и флота, мы сможем добиться спокойствия на наших восточных рубежах.

— Но флот может вернуться к берегам Японии!

— У нас есть, чем его встретить.

— У Вас же только один авианосец? Это сумасшествие, извините.

— Авианосец у нас, пока, даже без самолётов. Флот имеет ахиллесову пяту: базы и склады. Мы будем стрелять в эту пятку. Помощь Вашего флота нам вряд ли понадобится. Нам сейчас проще и лучше оговорить послевоенное положение Японии. Мы имеем территориальные претензии к Японии с 1905 года, и в наши претензии будут включены отданные территории по Портсмутскому миру, т.е. Маньчжурия, Корея, Ляодунский полуостров, половина острова Сахалин и все острова Курильского архипелага. Три вооружённых конфликта, за последние 40 лет. Нам, порядком, надоели японские милитаристы. Мнение японцев, по этому вопросу, нас совершенно не интересует. У нас достаточно сил и средств для полной оккупации Японии. Обращаю Ваше внимание на то, что мы забираем только то, что отдали в результате неудачной войны царского правительства. Без армии и флота — Япония безопасна.

— Хотя мне кажется, что Вы недооцениваете противника, мы не будем Вам мешать. Но Вы не ответили на некоторые мои вопросы: Вы продолжите строительство двух кораблей на наших верфях?

— Они нам не очень нужны, господин Президент. Но, учитывая ситуацию в Вашей стране, и то обстоятельство, что один из линкоров ещё даже не заложен, мы готовы приобрести строящийся линкор, а вместо второго заказать тяжёлый авианосец с катапультой для самолётов. Так как вынуждены перестраивать тот, который приобрели: наши самолёты не могут взлетать с него. Мы вынуждены достраивать ему трамплин для взлёта.

— Он будет оснащён реактивными самолётами?

— Да, конечно. Поршневая авиация отжила свой век. Он у неё получился коротким.

Я с интересом наблюдал за лицом Президента, на котором, как в калейдоскопе, постоянно менялось выражение. Сталин развернул разговор на послевоенные отношения с США, сказав, что ситуация противостояния двух систем тоже отжила свой век: Советский Союз доказал, что является Великой державой, способной контролировать как собственную территорию, так и соседние страны, и регионы. Упомянул о полном отказе от ранней коммунистической риторики о распространении революций по всему миру. И предложил несколько иную схему зон ответственности трех Великих держав, с учётом уже сложившихся обстоятельств. Рузвельт с интересом слушал. Негромкая и неторопливая речь Сталина, доброжелательная и без прямого давления, успокоила Президента. Да, конечно, его расчёт на получение огромных барышей от торговли оружием не оправдался, Англия переметнулась к нам, поняв, что мы не собираемся у неё отбирать колонии, подменять её товары и кредиты своими, лишать её спокойного благополучия Метрополии. Две старые нации объединились против молодой нации, нашли уязвимое место, и, пользуясь технологическими и военными успехами одной из сторон, и накопленным флотом другой стороны, отстранили молодого хищника от своих угодий. Рузвельт умел проигрывать. И сейчас он пытался получить максимально возможную выгоду из сложившейся ситуации. Поэтому он сам поднял вопрос о взаимной торговле:

— Что будет максимально интересовать СССР в течение ближайших 10-15 лет в плане индустриального и экономического развития? — он явно не хотел упускать такой рынок, который позволил ему ликвидировать последствия Великого кризиса.

— Хотя протокол "с глазу на глаз" и не предусматривает участия "третьих лиц", если Вы не возражаете, господин Президент, на эти вопросы ответит маршал Андреев. Он сейчас курирует эти вопросы в стране.

Президент немного удивлённо посмотрел на меня.

— Я считал, что это просто один из удачливых военных.

— Нет, господин Президент, он — мой помощник, в основном, по экономике и развитию, но и военном деле он тоже специалист, несмотря на его молодость.

— В этом случае, господин Сталин, я не буду возражать против изменения протокола.

— Нас, в первую очередь, будут интересовать заводы по производству большегрузных и легковых автомобилей, нефтеперерабатывающие и химические предприятия. Кроме того, предприятия пищевой и перерабатывающей промышленности. У нас намечается большое жилищное строительство. Мы особое внимание будем уделять развитию Сибири и Дальнего Востока, так как Центральная часть России уже достаточно развита в промышленном и научном отношении, но наблюдается отставание южных и восточных регионов. Продукция сугубо мирная. Мы надеемся, что в ближайшее время нам не потребуются танки и самолёты в таком количестве, как сейчас. Будет интересен Ваш опыт в строительстве гидроэлектростанций, и всё, что с этим связано. В Сибири найдены большие запасы бокситов, и мы намерены организовать их добычу и переработку. Это, господин Президент, гораздо большие, деньги, чем вы планировали получить за дредноуты.

— Планы грандиозные, господин Сталин.

— У нас большая страна, фактически необъятный рынок, а в условиях государственного регулирования, как и у Вас, очень динамичный и легко перестраиваемый. При этом свободный от некоторых перекосов, свойственных вашей системе, господин Президент. Вы с ними сталкивались. Да и сейчас столкнулись. У нас переход на мирные рельсы таких катаклизмов не вызывает.

— Ваша система, тоже, не лишена недостатков...

— Несомненно, господин Президент. Любая экономическая система — это баланс интересов. В нашем случае, это государство и народ, в вашем случае — столкновение гораздо большего количества участников.

— Вы — идеалист, господин Сталин.

— Я — коммунист, господин Президент.

— У человека должна быть мечта, господин Сталин. Хороший дом, хорошая машина, красивая жена и много возможностей. — Сталин усмехнулся.

— Господин Президент, а Вы спросите у маршала Андреева: сколько ему лет, кто его мама, где его папа, каким имуществом они владеют, попросите показать его фотографии его жены и детей, и спросите у него, как он добился того, что стал, фактически, вторым человеком в государстве.

— Что ж, господин Сталин! Извольте! Сколько Вам лет, маршал Андреев?

— Двадцать пять, через полтора месяца будет двадцать шесть.

— Что???

— Мама у меня учительница в школе, на Урале, папа — погиб в Гражданскую войну, я — окончил военное училище в 38 году, за государственный счёт. Жена — сирота, её отец погиб в Гражданскую, а мать умерла 7 лет назад. Ни акций, ни имущества, ни денег у нас не было, и нет. У меня двое детей. Машина у меня была, я её другу подарил. Вот это — моя жена, это — мои Митя и Оленька. А это — мои собаки. Мой кабинет вот за этой стенкой. Правда, последний раз в отпуске я был после ранения на Халхин-Голе три года назад, а члены Ставки видят меня гораздо чаще, чем моя жена и мои дети. Но, положение обязывает.

— Господин Сталин! Это — правда?

— Конечно. Это и есть: "советская мечта". И, пока это возможно, мы — непобедимы, господин Президент.

— Ну, что ж, господин Сталин. Это тоже интересный вариант. И демократичный. Но, у нас этот вариант не пройдёт. У нас несколько иные условия.

— Несомненно, но, что я хочу отметить: несмотря на различия в идеологии, у наших стран достаточно много общего, гораздо больше, чем разного. Вы можете свободно контролировать ситуацию в западном полушарии, мы в Европе и части Азии, Британия может контролировать всю Африку и часть Азии. Наших стран достаточно для контроля ситуации во всем мире. Если между нами будет установлено доверие, то очень многое можно сделать.

— А как на это прореагируют другие страны, имеющие большой потенциал или большое население.

— Пусть доказывают, что обладают влиянием, хотя бы региональной державы. А дальше посмотрим. "Клуб трех" может быть расширен за счёт интенсивно развивающихся экономик.

— Я не думаю, что будет просто доказать в Сенате и Конгрессе такое простое решение вопроса, но, я считаю, что стоит попытаться.

— Я хочу пожелать Вам успеха, на волне энтузиазма от побед, это может состояться.

— Мне не совсем понятен механизм принятия решений в "клубе трех", кто-то постоянно будет оказываться в меньшинстве.

— А если за основу взять 100%? Политика — это искусство компромисса.

— Нам есть о чём подумать в ближайшее время, господин Сталин. Я надеюсь, что Вы правильно поняли устремления нашей страны. Нам бы не хотелось заканчивать эту войну у разбитого горшка.

— Примерно такой же разговор был у нас и с господином Черчиллем. Он беспокоился о том, что мы можем захватить его страну, оставить его без репараций от Германии и, вообще, не доверял нам. Как видите, сейчас мы вышли на новый уровень общения между нашими странами и, гораздо больше, доверяем друг другу. Это в качестве примера. Вы же видите, господин Президент, что у нас нет намерений: захватить весь мир. У нас самодостаточная страна. Единственный мир, который нам нужен, это мир в нашей стране.

Переговоры длились довольно долго. Президент Рузвельт оказался очень словоохотливым. У него была образная и интересная лексика. Он пытался произвести приятное впечатление на Сталина. Я не уверен, что это ему удалось, хотя Сталин очень редко показывал кому-либо своё истинное отношение. После переговоров Сталин, видимо, устал, так как почти сразу поехал домой. Я записал кое-какие высказывания Рузвельта и тоже поехал домой.

Глава 4.

Днем Сталин попросил зайти к нему.

— Андрей, ты вчера напомнил мне об одной проблеме. Сейчас соберётся ставка, надо распределить обязанности и, пока идёт переформирование и переброска войск на восток, предоставить всем отпуск, но так, чтобы это не повлияло на подготовку к войне. И, в первую очередь, надо отправить в отпуск тех, кому предстоит эта операция.

Самым хитрым оказался НарКом Флота Кузнецов. Он сказал, что с удовольствием отдохнёт, но на Дальнем Востоке и Камчатке.

— Товарищ Кузнецов. Что Вы вводите всех в заблуждение! Ну, какой это отдых! Вы же с кораблей вылезать не будете!

— Товарищ Сталин. Там прекрасные места: охота, рыбалка, а воздух какой! Вулканы, гейзеры, а заодно и проверю всё досконально. И не надо будет потом две недели ехать.

В общем, у всех нашлись срочные дела, поэтому в отпуск, в приказном порядке, поехали: Шапошников, Жуков, Голованов, Берия и я. Сам Сталин ехать в отпуск отказался, сказал, что поедет в сентябре, когда будет не так жарко. Василевский, Воронов и Кузнецов поехали на Дальний Восток, Тимошенко и Голиков остались в Москве, а мы погрузились на поезд и поехали "отдыхать". Небольшой курьерский поезд: 6 вагонов и шесть платформ. Настроение у всех было совершенно не отпускное. Берия, по дороге, придумал себе дело и решил ехать не в Крым, а в Сухум. У него там был "объект". Жуков, которого в срочном порядке отозвали из Германии, чертыхался и говорил, что не понимает, зачем нужна такая срочность с отпуском. Я не стал объяснять причину внезапного отпуска, иначе бы все на меня взъелись. Но, за обедом в вагоне-ресторане, все немного успокоились, расслабились. Жуков рассказал о том, как проходила капитуляция. Рассказывал красочно, жестикулируя. Он не был похож сам на себя. Было видно, что он очень доволен прошедшими операциями, новым званием, новыми наградами. Много говорил о новом боевом уставе.

— Как работалось с Красовским? — задал вопрос я.

— Отлично! Просто отлично! Лето, конечно, погода была солнечная, лётная. Вообще, Верховный не зря вас, авиаторов, так отличил! — Он показал на меня и на Голованова. — Вполне заслуженно. А тебе и за танки еще, надобно отдельное спасибо сказать. Впрочем, видимо поэтому ты и стал "первым".

Берия внимательно прислушивался к разговору, но после этого сказал:

— Нет, Георгий Константинович, не только поэтому. Андрей Дмитриевич много работал на "той" стороне войны, мне кажется, что поэтому.

— Это: две стороны одной медали, Лаврентий Павлович. Всё равно, совершенно заслуженно. Кто бы что не говорил. У меня есть тост! Почему не у всех налито? Андрей! Не сачкуй! Борис Михайлович! Присоединяйтесь. Всё? У всех? Я Андрея, в первый раз, увидел майором в Монголии, в 39-м. Скажи мне тогда, что он станет моим начальником, в жизни не поверил бы. Второй раз мы с ним в Крыму встретились. А сейчас почти не расстаёмся. Вот такая вот удивительная история. Молодой ведь совсем! За тебя, Андрей! Успехов тебе!

Все выпили, а после этого Берия сказал:

— Георгий Константинович, ты Андрея знал уже майором, я его ещё лейтенантом видел, за год до этого.

— Ну и как?

— Совсем впечатления не произвел, если честно! Извини, Андрей! Что было, то было. Но он настолько быстро стал набирать "вес", что я нисколько не удивился, когда в 41-м увидел его в Ставке.

— Ну, что вы ко мне прицепились?

— Учимся, как за 4 года стать маршалом! — смеясь, добавил Борис Михайлович, самый старший из нас. — Да не стесняйтесь, Андрей Дмитриевич. Действительно, без ПВО, фронтовой авиации и АДД, такого успеха достичь было бы невозможно. Уж поверьте старому маршалу. Так что, я присоединяюсь к тосту. Успехов Вам! — и он поднял рюмку.

На другом конце длинного, почти через весь вагон, стола довольно шумно что-то обсуждали наши жёны. Длинные и красивые тосты произносила Нино Таймуразовна, Мария Александровна, жена Шапошникова, взяла на руки сразу двух дочерей Голованова и что-то им рассказывала, Тамара очень хорошо выглядела и часто хлопала в ладошки, поддерживая Нино Таймуразовну, а Маргарита что-то быстро рисовала в большом блокноте. Лаврентий Павлович заинтересовался, чем занимается Рита. Он подошёл к ней, и попросил показать. Неожиданно он расхохотался, и стал показывать нам дружеский шарж "Кузнецы "Победы"", где: Борис Михайлович, в фартуке, держал клещами слово "Победа", и показывал куда бить, Берия качал мехи, Жуков работал молотобойцем, а мы с Головановым летали, с молоточками в руках. Шарж вызвал большое оживление, Маргарита расписалась и подарила его Шапошникову. Лаврентий Павлович заметил, что рисунок выполнен очень профессионально.

— Это моя нереализованная, пока, детская мечта: стать художником. — сказала Маргарита.

Поезд шёл почти без остановок, только на смену паровозов, днём мы прибыли в Севастополь, перегрузились в свои автомобили, которые везли с собой на платформах, и поехали в Ялту. Мы с Головановыми остановились в Ливадии, в Малом Ливадийском дворце, Жуков и Тимошенко остановились на даче N 1 НКО, а Лаврентий Павлович из Севастополя поехал, тем же поездом, в Сухум, но обещал вернуться и присоединиться к нам. Его жена осталась в Ялте, поселившись вместе с нами. В Большом дворце было много отдыхающих, на его воротах было написано: Санаторий НарКомЗема СССР. Часть парка была отгорожена, и туда никого не пропускали, но всё это доставляло большие сложности Саше Филиппову и его людям. Поэтому, через три дня мы переехали на дачу N 2 НКО, неподалёку от Ворошиловской дачи, да и море там было ближе. И огороженный общий пляж с видом на Ласточкино Гнездо. Погода стояла солнечная. Митька, с самого утра убегавший на пляж в сопровождении либо мамы, либо Веры, превратился в "уголёк". Рита активно приводила себя в порядок после беременности и родов, и поражала всех своими кульбитами, растяжками и боевыми комплексами на пляже, а я подолгу бегал по утрам с Сашей и Тлетлем, занимался на снарядах в санатории ВВС, а после обеда проводил время в уютной тени c Тлетлем, 'беседуя' с Сергеем или с кем-нибудь из нашей 'четвёрки'. Я, наконец, правда, с помощью Сергея, научился плавать и нырять. А потом поехал в Севастополь на рем завод ЧФ, и сделал там акваланг. Конструкцию легочного автомата я передал начальнику водолазной службы ЧФ. А сам с удовольствием обследовал укромные уголки в районе скал справа от пляжа. Ловил крабов, нашёл какой-то древний кувшин. Оказалось: очень увлекательное занятие!

Приехал Лаврентий Павлович и сообщил, что получен металлический уран 235 в количестве 0,5 кг с обогащением в 90%. И, что найден новый путь обогащения: одно из соединений урана оказалось газообразным. Сейчас учёные Сухумской лаборатории обосновывают и конструируют центрифуги для разделения урана.

— Это потребует большого количества электроэнергии, Лаврентий. Нам нужны новые электростанции. Я уже забросил удочку в США по этому вопросу, правда, я планировал это для алюминия и магния, теперь придётся и на уран рассчитывать.

— Где строить планируешь?

— В Сибири, на Енисее и Ангаре.

— Удивительно, но мне назвали те же места для размещения обогатительных заводов.

— Вот и прекрасно! А из каких соображений они пришли к этому?

— Удалённость и малонаселённость, плюс требуется большое количество воды.

— Видишь как удобно! Там ещё и большие запасы бокситов. Так что, удастся соединить приятное с полезным. Заодно и замаскировать строительство обогатительных фабрик. Но перекрыть Ангару и Енисей... Это задача просто грандиозная. Требуется подтолкнуть нашу промышленность в плане развития строительной техники.

Лаврентий Павлович оказался интересным собеседником: он, оказывается, немного недоучившийся инженер-строитель, который ушёл работать в органы во время Гражданской войны. После войны неоднократно пытался вернуться к своей профессии, но не отпускали. Сейчас он курировал работу как органов НКВД, так и почти всю промышленность, и транспорт. Так что, по его словам, он воспринял моё назначение спокойно, и намерен мне помогать во всём. Тем более, что человек я проверенный, и моя деятельность результативна. Заодно, мы переговорили о том, как преобразовать его ведомство. И он дал несколько очень разумных идей.

На строительство ГЭС он порекомендовал Круглова, одного из своих замов.

— Он сейчас курирует строительство заводов в Челябинске, закончит там, можно будет перебросить в Иркутск.

— Малышев планирует строительство там шести станций, подготовительные работы уже выполнены, есть, правда, одно "но": скорее всего КБЖД перестанет работать.

— Нет худа без добра, Андрей. Надо начинать строительство там бетонных заводов, а все немецкие большегрузные автомобили перебрасывать туда.

— И чехам поручить выпускать большегрузные автомобили.

— Сейчас пик войсковых перевозок пройдёт, и начнем.

— Надо с ГосПланом согласовать, Лаврентий.

— Само строительство, конечно, но подготовительный этап можно начинать. Нам с тобой никто не мешает расположить именно в Иркутске склад трофейной техники. Вернёмся в Москву, вызывай Малышева и чехов. Если ядерщики говорят, что это самый дешёвый путь обогащения, то деваться нам некуда: проект на нас с тобой висит, Андрей. Госпланом деньги на проект предусмотрены. И пленных эсэсовцев задействуем. "Труд облагораживает человека!" — улыбнулся Лаврентий.

По дороге в Москву, все выглядели загоревшими и отдохнувшими. Отдых явно пошёл всем на пользу. Жуков вернулся в Германию, командующим группой войск, Голованов с головой ушёл в оснащение и обучение ВДВ. Даже помолодевший Шапошников, который за время отпуска так ни разу и не появился на пляже, выглядел загорелым и очень довольным. Посмотрев на нас, Сталин сказал, что тоже поедет в отпуск, и, через два дня, отправился в Крым, прихватив с собой Тельмана, Тимошенко и Голикова. Правда, в отличие от нас, он ежедневно звонил мне, продолжая держать руку на пульсе. А я остался ИО Верховного.

По докладам с Востока, 66 десантных кораблей пришли в Николаевск-на-Амуре. Японцы забеспокоились. Посол Татекава попросил аудиенции у Вышинского. Главный вопрос был об увеличении численности нашего флота и армии на Дальнем Востоке. Разведка японцев работала очень хорошо. Они проследили проход каравана от Камчатки, но, большая скорость десантных кораблей, более 20 узлов, не дала им возможности что-либо противопоставить. Вести авиаразведку они не решились. Мы скрытно перебросили на Сахалин механизированный корпус на ИСах, огнемётные КВ-1м, несколько горно-стрелковых и саперно-штурмовых дивизий. Посол Японии передал ноту Японии с напоминанием о договоре о нейтралитете. Я позвонил Сталину.

— Товарищ Сталин, скрывать подготовку к удару становится невозможно. У японцев — налаженная система наблюдения за нашей ЖД. Сведения проходят с задержкой всего в неделю. ЖД во многих местах идёт вдоль границы.

— Много ещё войск не в местах дислокации?

— Два корпуса. Ещё две недели нужно.

— Скажи Поскребышеву, чтобы он передал тебе пакет, который я оставил. Назначь аудиенцию Татекаве на понедельник. Это даст пять дней. Просмотри и исправь даты, и сроки в документах. Добирай недостающие дни. Я сам не приеду. Действуй.

В пакете был ультиматум Японии, утверждённый план японской компании, подписанный Сталиным, Василевским и Кузнецовым, заявление Советского Правительства о присоединении к Объединённым Нациям и об объявлении войны Японии. Позвонил в НарКомИнДел, и попросил сообщить послу Японии, что в понедельник ему будет предоставлена аудиенция со мной, как с исполняющим обязанности Верховного Главнокомандующего, которому сейчас принадлежит вся полнота власти в СССР на время отпуска самого Верховного. А сам запросил ГосКомГидроМет всё о погоде в тех местах и долгосрочный прогноз. Связался с Василевским, Кузнецовым и Головановым, передал им содержание приказов Сталина. Собрал всех представителей Ставки. Шапошников доложил обстановку на суше, а адмирал Исаков на морском театре. Определили основные цели для Голованова. Голованов после совещания вылетел на Б-17 во Владивосток. Связались с американцами в Монголии и предупредили о возможном обострении обстановки. В целом, всё было готово. Но черти всегда прячутся в мелочах. Несколько раз ко мне пытались прорваться с докладами члены ЦК, но я не принимал их, ссылаясь на занятость, но фиксировал всех, кто пытался это сделать. Так как самим Сталиным было определено, что на совещание ставки никто, кроме приглашённых, никогда не допускается, никто нарушить это не посмел. А заседание ставки длилось практически беспрерывно.

В понедельник, 21 сентября, в 12 часов я передал послу Японии в СССР ультиматум с денонсацией договора о нейтралитете, денонсацией Портсмутского соглашения 1905 года, и требованием безоговорочной капитуляции Японии, как активного члена антикоминтерновского пакта. Высокий худой японец молча выслушал меня. Японии было предоставлено 7 дней для ответа на ультиматум. Нарушение водного или воздушного пространства СССР вооруженными силами Японии будут считаться актом агрессии и служить поводом для начала военных действий.

— Я немедленно передам эти сведения Министру иностранных дел господину Того, господин маршал.

— Правительство СССР надеется на благоразумие японской стороны. Выиграть войну у трех великих держав — невозможно, господин посол.

— Я не могу ответить Вам прямо, господин маршал. Но мне очень жаль, что Вы тогда выжили. — генерал Татекава отдал честь, и вышел.

Через трое суток отряд японских миноносцев вдоль берега Сахалина ночью пересек 50 параллель, авиация флота нанесла торпедно-бомбовый удар по нему, а Голованов и фронтовая авиация нанесли удар по Саппоро и Токио зажигательными бомбами. 2 дальневосточный фронт без артиллерийской подготовки перешёл в наступление в районе Малого Хингана, 36 и 39 армии в ночь на 25-е сентября ворвались в Хайлар, 1 Дальневосточный фронт, после мощной артподготовки, ударил в направлении Харбина и Порт-Артура, 16-я армия прорвала фронт на Сахалине. Утром, при поддержке авиацией, были высажены морские десанты в портах Юки, Расин и Сейсин. Наибольший темп наступления был у 17 армии, наступавшей на Пекин. Транспортная авиация в Монголии, в основном, занималась транспортировкой топлива для наступающих частей, в остальных местах Голованов использовал её для многочисленных тактических десантов.

Первая неделя боёв показала, что Квантунская армия была совершенно не готова к войне. Более или менее организованно действовали только укрепрайоны у Владивостока. Но и там маломощность противотанковой артиллерии, почти свободно, давала возможность огнемётным танкам подходить к амбразурам дотов и бронеколпаков, и выжигать их гарнизоны. Авиация японцев, в основном, была уничтожена на земле. Воздушных боёв было мало, скорость Ту-2 была выше скорости "И-97", которыми по-прежнему, как в 39 году, были вооружены японцы. Новых "Зеро" было крайне мало. 6 А-26 с РЛС кругового обзора постоянно находились в воздухе, и генерал Соколов управлял авиацией с их помощью. Они же следили за обстановкой на море, предотвращая действия японского флота. ПВО на японских островах было слабым. С немецким — никакого сравнения. Очевидно, что маленькая Япония всё бросила против Америки на юг, и тем значительно ослабила оборону и на континенте, и на островах.

Кузнецов перебросил десантные корабли во Владивосток и в Совгавань, и началась погрузка 3 гвардейской армии на суда. 10 октября 3-я армия высадилась на Хоккайдо и овладела городом Саппоро. В этот момент мне позвонил Молотов и передал, что генерал Татекава просит у него аудиенции.

— Вячеслав Михайлович, принимайте, но только безоговорочная капитуляция.

Генерал Татекава передал телеграмму о готовности Императора Хирохито принять условия ультиматума СССР и о его капитуляции перед нами. Кроме того, генерал сообщил о самоубийстве Премьер-министра Тодзио: после совещания у Императора он совершил харакири. Из Владивостока вышел наш новый авианосец "Севастополь" в сопровождении 10 новых "семёрок". На борту находились Василевский и Кузнецов. 12 октября, на рейде древней столицы Японии Киото, была подписана капитуляция Японии. С нашей стороны её подписали Кузнецов и Василевский, с британской стороны адмирал Фрезер, с американской — адмирал Нимиц. Первым подписал акт о капитуляции Японии Василевский. II мировая война закончилась. Отдельные части японцев на Филиппинах продолжали бессмысленное сопротивление, Квантунская армия тоже не вся выполнила приказ о капитуляции. Несколько адмиралов отказались выполнять приказы, и начали движение в сторону Японии. "Севастополь" вышел в море, имея на борту 50 Су-12К. Мы по воздуху перебросили на Окинаву дивизию морской пехоты и 4 полка Су-12 и Ту-2. Туда же мы перебазировали шесть А-26 и 12 дальних морских разведчиков Ба-2. Гарнизон Окинавы сопротивления не оказывал, сдача оружия шла полным ходом. Мы ждали появления большого японского флота. Ордер был обнаружен в проливе между Лусоном и Тайванем. Три авианосца и линкор, с охранением из 15 более мелких кораблей. На траверзе острова Итбайят ордер был атакован вначале всеми Ба-2, которые сбросили ночью на парашютах 72 самонаводящиеся торпеды, а затем несколько Су-12 нанесли удары по всем авианосцам, искорёжив их палубы противотанковыми кумулятивными РСами. Утром на всех кораблях был поднят белый флаг, так как линкор лишился хода, а авианосцы не могли ни выпускать, ни принимать самолёты. На японские корабли была высажена наша морская пехота, а из Окинавы вышли два больших буксира для оказания помощи линкору. Шесть больших десантных кораблей с морской пехотой, в сопровождении двух "семёрок", ушли Хайфон, принимать капитуляцию японских войск во французском Индокитае.

На 25 октября был назначен парад Победы. 22 октября на линкоре "Дюк оф Йорк" в Ленинград прибыл король Великобритании Георг VI с королевой Элизабет. Сталин вернулся в Москву 23-го и 24 принял короля Георга VI в Георгиевском зале Кремля.

Всем участникам парада Победы была пошита новая парадная форма, о введении её было объявлено ещё 12 октября, в день капитуляции Японии и окончания второй мировой войны. Новая форма, с погонами, вызвала немало споров ещё в августе, когда Сталин её утверждал. Тем же указом Красная Армия была переименована в Советскую Армию. На параде Победы впервые прозвучал новый гимн СССР. Старый гимн остался гимном ВКП(б). С британской стороны был представлен весь генералитет, а с американской — присутствовал только посол Стайнхардт, спецпредставитель Президента Гарриман и военные атташе. Кроме короля Георга VI, на трибунах находился король Греции Георг II.

Все 9 фронтов, все флоты выставили по сводному батальону. Принимал парад маршал Жуков, командовал парадом генерал армии Рокоссовский. Кульминацией парада было низложение знамён поверженных дивизий Германии, Италии, Венгрии, Румынии и Японии к мавзолею Ленина, после завершения прохода войск и воздушного парада, под перекатывающееся "Ура" и грохот орудийного салюта.

Глава 5

Разразившийся финансовый кризис в США немало поспособствовал росту изоляционистских настроений в обществе. Президента напрямую обвиняли в том, что своим вмешательством во внутренние дела в Европе, он нанёс непоправимый вред экономике Соединённых Штатов. Популярность Президента таяла буквально на глазах по мере ухудшения финансового состояния Штатов. Президент сделал "козлом отпущения" Трумена, который отвечал за военные заказы, был самым ярым антикоммунистом и мешал развитию торговли с СССР. Рузвельт отправил Трумена в отставку, и выступил с речью о том, что в современных условиях, из-за неверной оценки потребного вооружения и сроков войны, экономика страны перенасыщена военными заказами, что выход у Соединённых Штатов только один: развитие экономических отношений с СССР с его огромным и очень ёмким рынком. Да, нам придётся подтянуть пояса для того, чтобы перевести экономику на мирные рельсы. США прекратят все военные программы и будут восстанавливать Европу после войны, и развивать торговлю с СССР. С этой целью, он направит в СССР вице-президента Генри Уоллеса, для того чтобы разработать и подписать договор о дружбе и сотрудничестве, по примеру Англии. Это выступление Рузвельта несколько охладило накал борьбы, а предстоящие в 44-м году выборы требовали активных действий администрации демократической партии.

Мои полномочия, как первого заместителя Верховного, в связи с окончанием войны, закончились. Некоторое время я так и оставался без должности, но готовил предложения по реорганизации государственной власти в СССР. Наркоматы должны были стать Министерствами, наркомы — Министрами, а главой правительства Председатель Совета Министров СССР. 6-го ноября Указ был опубликован, я стал первым заместителем Председателя Совета Министров СССР. Но был формальный повод для моего отвода: я не был депутатом Верховного Совета. Этим обстоятельством не замедлили воспользоваться Хрущёв и Суслов. Так как формально они были правы, то я два месяца занимался всеми делами дома. Сталин поинтересовался списком людей из ЦК, пытавшихся получить у меня аудиенцию во время его отпуска: обе эти фамилии там фигурировали. Он позвонил мне через два дня после этого и попросил приехать.

— Я вывел обоих из ЦК партии, снял их со всех постов. В списке ещё четыре фамилии: Булганин, Фурцева, Маленков и Мехлис.

— Мехлис, наверное, не причем, товарищ Сталин. Он, позднее, прислал записку, где интересовался фунтами стерлингов, полученными мною за сбитые самолёты от англичан, сказал, что с них надо заплатить партвзносы. После того, как я ему позвонил и сказал, что я сдал их в Фонд Обороны, попросил представить справку, и сказал, что вопросов более не имеет.

— Может быть. Сейчас поедешь в Ворошиловск, там состоятся довыборы в Верховный Совет СССР, вместо Суслова. Твоя кандидатура внесена мной. Выступишь перед рабочими и на партийной конференции края.

В поезде на юг начал писать свою автобиографию, надо было знакомиться с людьми на местах, участвовать в собраниях, конференциях, отвечать на многочисленные вопросы. Я впервые становлюсь "публичным". И если в среде промышленной и военной, я был уже известен, то среди простых людей, меня практически никто не знал. Особенно сельчане. А регион, преимущественно, сельский. Ну и что получается?

"Андреев Андрей Дмитриевич, родился 20 октября 1916 года, в семье мастера кузнечного цеха Златоустовской оружейной фабрики и матери-учительницы. Из служащих. Отец участвовал в Красной Гвардии и погиб в боях с белочехами. В 1935 году закончил 10 классов школы N 2 города Златоуст, работал на Златоустовской оружейной фабрике слесарем. В 1937 году поступил в Качинскую школу летчиков, которую закончил в следующем году досрочно. С сентября 1938 года — летчик-испытатель конструкторского бюро Поликарпова. В том же 38 году, вместе с другими товарищами, стал лауреатом Сталинской премии за создание серии авиационных двигателей М-ФН, в настоящее время большинство авиационных двигателей используют эту систему управления работой двигателя. С ноября 1938 года возглавлял комиссию по радиофикации ВВС страны, и стал заместителем Наркома Обороны СССР. Летом 1939 года принимал участие в боевых действиях на реке Халхин-Гол, в Монголии, в должности командира эскадрильи отдельного истребительного авиаполка. После событий на Халхин-Голе, принимал активное участие в создании реактивной авиации и войск противовоздушной обороны в должности начальника ПВО Западного Особого Военного Округа. С 22 июня 41 года был Представителем Ставки Верховного Главнокомандующего, а последнее время — первым заместителем Верховного Главнокомандующего.

Имеет награды:

Орден Трудового Красного Знамени, 1938 год — за создание новых образцов авиационной техники.

Орден Ленина, 1939 год — за выполнение специального задания НКО.

Герой Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали Золотая Звезда, 1939 год — за бои у реки Халхин-Гол.

Орден Боевого Красного Знамени, 1941 год — за выполнение специального задания Ставки.

Вторая Золотая Звезда Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина, 1942 год — за отражение воздушного нападения Германии на СССР 6 мая 1942 года.

Орден "Победы", 1942 год — за победу над Германией.

Крест Виктории, Великобритания, с производством в рыцари Британской Империи — за оборону острова Кипр в сентябре 1941 года.

Член ВКП(б) с 1939 года. Женат, двое детей. Проживает в городе Москва".

Полстранички всего. Не густо. Но, что есть, то есть. Приехал в Ворошиловск, меня встретил Василий Шадрин, ПредИсполкома Орджоникидзевского Края.

— Здравствуйте, товарищ маршал.

— Здравствуйте, Василий Автономович.

— Я подготовил для Вас план мероприятий. Партийная конференция состоится через два дня. На сегодня у нас запланирована поездка по соседним колхозам, а вечером в краевом драмтеатре встреча с избирателями. Расскажите о себе, ответите на вопросы.

— Хорошо, а Вы меня в круг вопросов, особенно острых, по краю ввести можете? Куда ехать, показывайте. Пусть Ваша машина впереди пойдёт, а мы сзади. Пройдёмте в мою машину. Я бы хотел, вначале, посетить аэродром в Шпаковском. Там стоит полк, который я хорошо знаю. Они были со мной в Румынии и в Венгрии. А по дороге и поговорим. Заодно посмотрю, как расквартированы лётчики.

— Можно и оттуда начать.

Шадрин подошёл к своему водителю и что-то сказал ему, сел в "паккард", его "эМка" тронулась, за ней поехали мы. Василий Автономович рассказывал о достижения Края, старательно обходя острые углы. За окном были заснеженные поля и очень холодно. Приехали в Шпаковское. Принял доклад командира полка майора Лукьянова, моего однокашника по Каче. Он был в той самой лодке. Он на три года младше меня, заканчивал семилетку и аэроклуб, шёл по ускоренной двухгодичной программе, а я должен был оканчивать трехгодичный курс, так как не учился в ОсоАвиаХиме. Встретились мы в Румынии, он был комэском в 144 полку. Теперь им командовал. Герой Советского Союза. Полк вооружён Су-9м, с радиолокационным прицелом. Рассказал о цели визита, попросил собрать полк в клубе.

Лётчики встретили меня овациями. Многих из них я знал лично. Выступление Шадрина офицеры и солдаты не слишком слушали, переговаривались между собой, готовили записки. После представления, я вышел к трибуне и рассказал свою биографию. В зале стояла абсолютная тишина.

— По окончанию войны моя кандидатура была выдвинута в качестве кандидата в депутаты Верховного Совета по Вашему Орджоникидзевскому краю. Свою избирательную компанию я решил начать с Вашего полка. Могу отчитаться перед вами за проделанную работу:

Основная задача, которую ставил перед нами товарищ Сталин: подготовить армию и страну к войне, не допустить войны на своей территории и добиться победы в этой войне с минимальными потерями, выполнена. Территория России восстановлена, в границах 1905 года, практически полностью. Флот пополнился 8 линкорами, 7 авианосцами, плюс ещё один недостроенный, двумястами подводными лодками, крейсерами, эсминцами и фрегатами. Сейчас СССР — самая мощная держава, с которой считаются все. Репарации со стран Оси составляют два и шесть десятых триллиона фунтов стерлингов. Тем не менее, расходы на войну были огромными. Нам пришлось оторвать от мирного труда почти 6 миллионов рабочих рук. Не все наши планы на третью пятилетку выполнены полностью. Мы тратили на оборону половину государственного бюджета, сейчас эти финансы, вместе с репарациями, должны прийти в промышленность, в строительство, образование, в сферу обслуживания и транспорт. Мы наметили гигантские стройки в Сибири, для того, чтобы избавиться от зависимости от поставок алюминия из других стран, строительство новых гидроэлектростанций, в том числе и в вашем крае. У нас будут новые заводы, в том числе автомобильные, новые химические, пищевые и другие предприятия. А это — новые рабочие места, с лучшими условиями труда. Всё это планируется сделать в 4 пятилетку! Мы уже занимаем 2 место в мире по объёму производства. В Америке сейчас кризис, и у нас есть шанс выйти на первое место в мире. Одновременно, мы планируем резко повысить благосостояние нашего народа. Сейчас мы, в том числе и я, занимаемся именно этими вопросами. Планируется резкое увеличение объёмов жилищного строительства. Для этого в каждом городе будут построены современные домостроительные комбинаты. Я посмотрел Ваш военный городок. Несмотря на образцовый порядок, жилищные условия очень плохие. Они годятся только для временного проживания офицеров. Техники, вообще, живут в казарме. Или снимают квартиру в городе. В солдатской столовой холодно. Да, зима в этом году холодная и несвойственная этому краю. Но, необходимо предпринять усилия для создания нормальных условий расквартирования полка. Ведь победа коммунизма возможна только, если мы создадим его сами здесь, в СССР, и в наших собственных головах. Докажем, что это и есть путь в будущее. Разгром Германии и Японии, с их сателлитами, должен послужить уроком, но не только империалистам, но и нам. Необходимо быть на несколько лет впереди всех в науке и технике, на голову выше всех в экономике, и иметь качественную продукцию. Впереди очень много работы.

В конце выступления поднесли записки из зала. Я сказал, что сейчас разберу их, и, чуть погодя, отвечу на вопросы. Председательствующий Шадрин предоставил слово заместителю командира полка по политической работе.

Тот начал с того, что хорошо знает меня, хотя я его видел впервые, дальше он говорил практически одними лозунгами, закончив тем, что полк, как один, проголосует за меня. За это время я разобрал записки. В основном, они касались бытовых условий, но две записки были серьезными. Я показал Шадрину, что готов ответить на вопросы.

— Уголь и дрова для отопления в течение суток будут доставлены. Лично проконтролирую. Начальнику тыла армии будет объявлен выговор, а если ещё, хоть в одном полку, я услышу об этой проблеме, то дальнейшую службу он будет проходить в Магаданском крае. Чтобы не забывал о том, зимой требуется отопление. Второй вопрос: летать стали меньше. Больше нет поставок по Ленд-лизу. С 12 октября они прекратились. Топлива нет. Раньше мы получали высокооктановый бензин для поршневых двигателей из Англии и США. Теперь мы полностью находимся на собственной нефти. Её не хватает. Монтируем два нефтеперегонных завода на Волге и на реке Белой. Через 4-5 месяцев эту проблему закроем. Быстрее не получится. А остальные вопросы я передаю ПредИсполКома края. На обучение каждого из этих офицеров, из Госбюджета, было потрачено почти два миллиона рублей. Здесь в зале сидит сто-стопятьдесят миллионов полнокровных советских рублей, которые мы были вынуждены потратить, чтобы уцелеть. А после того, как они получили боевой опыт, они бесценны! Вам, Василий Автономович, и Вам, Анатолий Григорьвич, поручено заботиться и командовать этим "золотым фондом" нашей армии. Отнеситесь к этому со всей ответственностью, пожалуйста.

Слово попросил Лукьянов.

— Мы вместе с маршалом Андреевым учились в Каче. Я был в соседней роте, и мы дружили в училище. Но я попал в наш полк, а он уехал в Москву, сразу лётчиком-испытателем, потому, что летал и стрелял лучше всех в училище. Через год он был уже на Халхин-Голе, комэском, а я едва научился держаться за ведущим в строю. Он был всегда примером для меня. В Румынии, в Венгрии и в Австрии все мы частенько слышали в воздухе его позывной: "Я — АД2, прикрой, атакую!" Будучи маршалом, Представителем Ставки, он выполнял боевые вылеты, причём на самых сложных участках. Помните, сколько зениток было под Веной? Поэтому мой ответ будет таким: "АД2, я — Лука, Вас понял, прикрываю!" — его ответ потонул в овациях.

На партконференции было задано много вопросов, главный среди которых был: почему мы не захватили всю Европу, и почему мы не "освободили пролетариат" во всех странах. Дескать, такой благоприятный момент не использовали. Пришлось объяснять, что этот самый пролетариат вовсе не рвался нам помогать, а вовсю стрелял по нам, полностью игнорируя классовую солидарность. Что до самого конца войны все предприятия Германии работали и выдавали военную продукцию для своей армии. Что пролетариат Англии тоже не рвётся в наши объятия, а вполне неплохо живёт, так как всю чёрную работу за них выполняют выходцы из других стран. Что экономический потенциал СССР пока не высок, и войну нам здорово помогли выиграть "проклятые капиталисты", потому, что мы лавировали между их интересами, сталкивали их между собой, а сами исправляли то оружие, которое ранее произвели и готовились к этой войне.

Первая волна демобилизованных солдат уже вернулась домой, поэтому было проще разговаривать с ними, доказывая на живых примерах, что случись нам вступить в войну годом раньше, крови бы пролилось значительно больше, а их жизнь, жизнь их детей и родителей, мне много дороже, чем мифическое "освобождение пролетариата".

Даже сознавая, что без этого не обойтись, было обидно, что общество не слишком понимает, что произошло. Что большая часть людей считает, что это произошло само собой, потому, что мы лучше и сильнее. Слишком лёгкая победа вскружила многим головы. Приходилось доказывать, что это совсем не так. Очень понравилось высказывание одного старика, с казацким чубом:

— Я против германца в прошлую войну воевал. Немец — враг серьёзный, обстоятельный. Ежели у наших маршалов получилось так их разбить, значит, не зря мы своих маршалов кормим.

Регион этот сложный, далеко не все жители хорошо относятся к Советской власти. Сергей сказал, что довольно большое количество станичников воевало на стороне Гитлера в их войну. Так что пришлось покрутиться, отвечая на не всегда удобные вопросы. Почему то, почему это. Где-то власть на местах палку перегибала, плохо работала местная печать, так как полностью зависела от местного начальства. Тем не менее, за меня всё-таки проголосовали, и я стал депутатом Верховного совета. Приехал в Москву, рассказал Сталину обо всём.

— Это тебе не армиями командовать. Пока, у тебя плохо получается быть публичным политиком. Требуется зажигать массы. Требуется лозунг. Ленина почитай. Учись. Ладно. Сейчас твоя задача подготовить доклад на 19-м съезде партии с планом развития народного хозяйства. Докладывать будешь ты. Тебе по должности положено. Та часть плана, которая касается военного и стратегического развития, будет рассматриваться только на Пленуме. Времени у тебя совсем мало. Постатейно приносишь мне, вместе обсудим.

— У меня есть наброски по изменению структуры управления.

— Докладывай.

— Основная проблема, как я её вижу, заключается в том, что у нас учитываются только количественные показатели. При этом солидно страдает качество. Вот возьмём для примера Казанский авиазавод. Он единственный, кто производит Ли-2. А теперь сравним его продукцию с её аналогом, из Северной Дакоты. Ну, это же совсем разные самолёты! DC-3, практически, не требует обслуживания. Ли-2 — дешевле в производстве, но в эксплуатации очень дорогой. Мне кажется, что причина в том, что наше Народное Хозяйство построено таким образом, что автоматически создаёт монополии. Для действия на внешнем рынке, монополия является удобным и естественным инструментом для работы, потому, что конкурирует с другими такими же монополиями, а вот то, что внутри нашей страны действуют свободно такие же монополии, наносит вред нашему хозяйству, так как конкурировать этим монополиям не с кем. Какую хочу, такую цену и установлю, а если получаю мало прибыли, то подключу административный ресурс, и вытребую для себя более выгодные условия. Частично мы компенсируем эти вещи за счет планирования, но это приводит к замедлению развития и снижению качества продукции. А вот если бы, таких заводов было несколько, то у конечного потребителя был бы выбор по цене и качеству продукции.

— В плане на 3-ю пятилетку, было заложено строительство заводов-дублёров, но выполнить это не удалось из-за подготовки к войне. Думаю, что на это нам нужно обратить особое внимание. Пока мы не можем сразу перевести всё на полностью экономические рельсы, но необходимо к этому стремиться. Можно начать с легкой и пищевой промышленности, сферы обслуживания. Мы, государство, должны заниматься образованием, стратегическими вопросами и исследованиями, и естественными монополиями: такими как энергетика, оборонная промышленность, перерабатывающая, железно — дорожный и морской транспорт. То есть: формировать рынок и цены. Остальная часть народного хозяйства должна быть децентрализована. Когда наша промышленность только начинала своё развитие, полная централизация требовалась. Сейчас, когда мы уверенно держим второе место в мире по ВВП, нам, конечно, не проконтролировать абсолютно всё. Необходимо контролировать только финансовые потоки. Иначе ГосПлан превратится в монстра, пожирающего тонны бумаги, без обратной связи с производством. Но, в случае необходимости, мы должны иметь право вмешаться в работу любого предприятия: по мобилизации: война, авария, стихийное бедствие, или в случае нарушения техники безопасности, норм и стандартов.

— Слово "дублёр" не очень подходит. Дубль — это два, а требуется больше трех.

— Согласен, Андрей. Три или даже четыре будет лучше. Опыт Рузвельта говорит об этом.

— Товарищ Сталин, надо бы немецких инженеров привлечь на наши стройки и заводы. Опыт у них есть, заодно, и своих подтянем, и доучим. Особенно это касается радиотехники, электротехники, химии, двигателестроения, автомобилей и судостроения.

— Время в Германии сейчас не сытое, так что, нужно попробовать. Дай указания Жукову, пусть проведёт работу по привлечению инженеров для работы у нас. И сам выдели время, и проконтролируй работу наших предприятий в Германии. Проблему ты выделил правильно. С промышленностью и техникой у тебя получается лучше, чем с массами. Поработай с докладом и с ГосПланом, поищите новые параметры оценки эффективности, заодно, присмотрись к Вознесенскому. Меня интересует твоя оценка этого человека.

На подготовку доклада ушло полтора месяца. Сталин очень придирчиво просматривал все статьи, порой приходилось переписывать их полностью. Я доклад выучил практически наизусть.

После отмены карточек в конце 1942 года, при зарплатах большинства городского населения в 500 — 1000 рублей, килограмм ржаного хлеба стоил 2,5 рубля, пшеничного — 3 рубля 40 копеек, килограмм гречки — 10 рублей, сахара — 14 рублей, сливочного масла — 62 рубля, подсолнечного масла — 30 рублей, мороженого судака — 12 рублей, кофе — 75 рублей; литр молока — 3-4 рубля; десяток яиц — 12-16 рублей (в зависимости от категории, которых было три); бутылка пива "Жигулевское" — 7 рублей; пол-литровая бутылка "Московской" водки — 60 рублей. Мы запланировали ступенчатое снижение цен, в течение всей пятилетки, на 30%, и увеличение заработной платы 15%. Госкомцен и Министерство финансов согласились с такими темпами.

Немецкие заводы, производившие при Гитлере вооружения, мы конфисковали у их собственников и создали на них САО (Советские Акционерные Общества). 25% собственности оставалось в руках немецкой стороны, если предприятие было не чисто оборонным. Чисто оборонные предприятия, как оружейные заводы Круппа, были конфискованы полностью. Там доля СССР составляла 100%. Всей полнотой власти в Германии, пока, обладала Советская Военная Администрация в Германии, СВАГ. Но, Сталин снял Жукова в начале февраля, потому, что ГосКонтроль установил, что Жуков присвоил себе довольно значительные объёмы трофеев и переправил их в Москву. Мы с Георгием Константиновичем встречались после этого, уже в Москве, но он не стал об этом распространяться. Сказал, что чёрт попутал. Поехал в Одессу, с понижением. Ко мне, на дальнюю дачу, Мехлис тоже приехал, на всей мебели стояли инвентарные номера, золота — бриллиантов не было, картины только современного художника: Андреевой Маргариты Николаевны. Миниатюра Риверы его не заинтересовала, а напрасно.

— За Вашей женой числится ещё одна квартира в Москве, Андрей Дмитриевич, на Котельнической набережной.

— Лев Захарович, вообще-то, это не моя личная дача, а государственная. В той квартире мы не живем, ключи есть у охраны. Но там, кроме государственной мебели, тоже ничего нет.

Мехлис посмотрел на меня, на Риту, усмехнулся:

— Мебель передана в собственность Маргариты Николаевны в 1939 году, и не числится на госбалансе. Я давно к вам присматриваюсь. Скажу откровенно, не всё мне нравится. Маргарита Николаевна "потеряла" обручальное кольцо, которое я вижу у неё на пальце.

— Мы заплатили за эту потерю, товарищ Мехлис. Это кольцо моей матери, реквизированное в 18-м году. — сказала Рита.

— Я знаю. Я это проверил. Не проще ли было просто его выкупить?

— Может быть и проще, но для этого требовалось пройти кучу инстанций, поэтому, пошли по этому пути. Мне тысячу раз говорили о моём "неподходящем" происхождении. Но я не виновата в том, что моя пра-пра-тетка была женой Пушкина. Кроме этого кольца, у меня от матери ничего не осталось.

Тут, неожиданно, Мехлис смутился.

— Извините, Маргарита Николаевна. Просто слишком многие считают государственный карман своим собственным. Но, как я вижу, ни Вы, ни Андрей Дмитриевич, эти понятия не путаете. Ещё раз прошу меня извинить.

— Чаю хотите, Лев Захарович? Пройдёмте в столовую!

В личном общении, Мехлис оказался приятным человеком, просто его честность, некоторая прямолинейность и резкость высказываний, создала ему ореол непримиримости и фанатизма. Он ненавидел хапуг. Богатый отрицательный и положительный опыт плюс несколько привилегированное положение руководителя ГосКонтроля, позволяли ему довольно резко высказываться по поводу всех нечистых на руку руководителей. У него были вопросы ко мне, так как я получал довольно значительные суммы по линии АвиаПрома за выпуск продукции по патентам. Я ему сказал, что не я создавал эти законы, поэтому выплаты мне идут совершенно законно, и нет, никакой, надобности это менять, иначе изобретатели потеряют интерес к изобретениям, или станут их продавать в другие страны.

— Резон в этом есть, Андрей Дмитриевич. Меня смутила именно величина выплат.

— Стоимость современного авиадвигателя очень высокая, Лев Захарович. Поэтому, при массовом выпуске, получается вроде бы много, но изобретение не всегда попадает в массовое производство, поэтому, в общем, по стране, эти выплаты составляют довольно мизерную часть стоимости продукции. Авторские гонорары необходимо сохранять, в противном случае мы замедлим прогресс.

Несмотря на свою резкость, Мехлис хорошо делал своё дело и, явно, находился на своём месте. Контроль и прозрачность высшего руководства вещь абсолютно необходимая. Иначе начнутся разговоры, что оно живёт не по средствам и пользуется привилегиями, которые не имеют "простые смертные". И это обеспечит крах системы. Вот только, где брать таких "Мехлисов"?

Несмотря на занятость, успел принять Люльку и Швецова, вернувшихся из Германии, где они обследовали немецкие заводы. Немцы добились больших успехов в металлургии тугоплавких сталей. Я попросил обоих внимательнее присмотреться к культуре производства в Германии, системе контроля качества, и скорейшим образом внедрять это в производство.

— Особое внимание уделите уплотнителям. Пошлите людей на немецкие заводы резинотехнических изделий, пусть там поработают и технологи, и конструкторы. Если нужно, смотрите марку производителя оборудования, и ищите его, заказывайте новое оборудование. Необходимо добиться такого же или лучшего качества агрегатов двигателей. Подтолкните смежников. Нужно в разы снижать стоимость обслуживания двигателей. Добиваться безотказной работы в течение всего межремонтного периода. Ведь по принципу работы, Ваши двигатели лучше, а вот качество...

— Системы управления у немцев сделаны лучше, Андрей Дмитриевич. Больше автоматики. — сказал Архип Люлька.

— Ну, Архип, не во всём! У нас сразу этому внимание придавалось. — возразил Швецов. — С ним не забалуешь! — и он показал на меня.

— Нет, Аркадий Дмитриевич, по М-82 у меня к Вам большие претензии. До сих пор! Пока не все DC-3 отправили, сними с них Pratt&amp;Whitney и поставь в КБ. Пусть твоим конструкторам и технологам стыдно будет.

— Понял, Андрей Дмитриевич.

— Так, по конструкции, у немцев, что сказать можете?

— Они не догадались охлаждать камеры топливом. Поэтому сроки работы у двигателей маленькие. И давление в топливной аппаратуре у них низкое. Но, ещё бы год, и мессершмитт бы пошёл в серию. Но, у нас теперь есть возможность соединить их наработки по металлам с нашей конструкцией. Это поднимет и ресурс, и мощность, т.к. можем поднять температуру на 200 градусов.

— Значит, успели. Микоян заканчивает продувки в ЦАГИ, подключайтесь. Дозвук заканчивается, необходимо переходить на сверхзвук, а там могут начаться большие сложности с работой двигателей.

— Обижаете, Андрей Дмитриевич! Мы уже полгода как там! Оторвались Вы от нас, а жалко!

— Я бы и сам, с удовольствием бы, вернулся. Но...

— Большому кораблю — большое плавание. Учтём замечания, можете на нас с Архипом рассчитывать. — сказал на прощание Аркадий Дмитриевич. — А Pratt&amp;Whitney я у себя обязательно поставлю.

Глава 6.

В середине марта состоялся 19 Съёзд ВКП(б), на котором партию переименовали. Теперь она называлась Коммунистической Партией Советского Союза: КПСС. Доклад Сталина длился почти 4 часа. Но он был очень интересным. Он полностью раскрыл ситуацию 1939 года, когда СССР был вынужден подписать унизительные соглашения с Германией, а потом с Японией, и сравнил эти договора с Брестским миром. СССР ничего не оставалось, как сделать вид, что мы, почти, присоединились к странам Оси, которая изначально создавалась против нас. И всё это, ради того, чтобы оттянуть вступление в войну. Причиной этого шага Сталин назвал неготовность к большой войне и страны, и армии. Он озвучил те цифры, в которые обошлось создание войск ПВО, реактивной авиации, реорганизация бронетанковых войск и приведение Советской Армии в боеспособное состояние. Цифры просто зашкаливали. 120 миллиардов рублей ежегодно, в течение двух лет. Промышленность увеличила объёмы на 236%. Одновременно произошёл качественный рывок выпускаемой продукции: от копирования, мы перешли к самостоятельным разработкам, не имеющим, пока, аналогов мире. Однако, мы были вынуждены заморозить заработную плату, увеличить рабочий день, разрешить ночные смены, ввести уголовную ответственность за нарушение трудовой дисциплины и за нецелесообразное использование государственных средств. Снизить расходы по всем остальным частям бюджета. Особенно тяжело пришлось колхозникам, в связи с уменьшением оптовых цен и поставок техники, и инженерному корпусу, переведённому на ненормированный рабочий день. Однако, экономика страны успешно справилась с трудностями, плюс, заключив тайные договоры с Объединёнными нациями Великобритании и США, мы получили большое количество высококачественной техники, материалов и технологий, недостающих или ранее нами не использовавшихся, по программе Ленд-лиз. Огромную работу выполнили работники всей промышленности. Но, Сталин особо отметил работников авиационной, радиотехнической, химической, танковой промышленностей и министерства боеприпасов, таких как Андреев, Швецов, Сухой, Поликарпов, Бартини, Туполев, Ивченко, Берг, Расплетин, Кошкин, Королёв, Котин и Морозов. Все они стали Героями Социалистического Труда, лауреатами Сталинской премии, а Андреев — кавалером ордена "Победы" под номером 1. Эти люди, их коллективы инженеров и рабочих, обеспечили качественное превосходство нашей армии над противником и внесли огромный вклад в нашу общую победу. Кроме, того Сталин отметил проделанную работу Представителей Ставки Верховного Главнокомандования, обеспечивших подготовку армии к проведению масштабных боевых действий и, в конечном итоге, военную победу над армиями стран Антикоминтерновской оси. Он, довольно подробно, остановился на отдельных крупных операциях, дал оценку всем командующим фронтами, назвал отличившиеся части и соединения. Затем перешёл к выполнению планов 3 пятилетки. По многим показателям мы резко продвинулись вперёд, но, многие отрасли народного хозяйства оказались в режиме недофинансирования, и там планы выполнены не были. После этого, он заострил внимание на политических результатах нашей Победы. Отдельно сказал делегатам съезда, что мы не пытались, и не будем пытаться, экспортировать революции ни в одну из стран оси. Это дело пролетариата этих стран. Сослался на В.И. Ленина, и предупредил всех об опасности попыток экспорта, ускорения процессов перехода от одной формации к другой. Наше дело: обеспечить равные условия всем слоям населения стран бывшей оси создавать и поддерживать те партии, которые будут популярны там. Так, допустим, присутствующий на съезде товарищ Тельман, успешно восстанавливает некогда очень сильную Коммунистическую партию Германии. Влияние коммунистов в Германии пусть медленно, но восстанавливается. В Болгарии товарищ Димитров уже находится у власти, во Вьетмине коммунисты составляют большинство в правительстве Хо-Ши-Мина, в Италии высока популярность коммунистов, а в Польше, Румынии, Чехословакии, Японии и в Австрии влияние коммунистов очень слабое. Каждый народ вправе выбрать сам тот путь развития, который он хочет. Как позволяет ему его развитие. Этому нас учил Ленин, и наша партия пойдёт по этому пути. Но, при этом, показывая другим народам, успехи советского народа. На идеологическую работу среди населения стран бывшей оси надо обратить особое внимание. В первую очередь, показывая то, что мы пришли не как захватчики, а как освободители от фашизма. Самое сложное положение у нас в Польше и Японии. Там ещё очень долго придётся бороться с великопанством и самурайским духом. В Польше мало кто помнит, что они сами развязывали эту войну в Европе, договаривались с Гитлером об изменении границ, воевали с нами и захватили большую территорию в 20-м году. Сейчас у них ощущения побитого задиристого ребёнка: на нас напали, мы бедные и несчастные. Их бывшее правительство призвало к вооруженной борьбе с оккупантами. И найдутся люди, которые будут поддерживать их. В Японии — абсолютно иной менталитет, чем у нас. Совершенно другая психология, уклад жизни, но пропитанная ненавистью к нам. Там надо быть особенно аккуратным, и не вторгаться в устои этого общества. Действовать исподволь. Разъяснять населению, что именно военщина, самураи, привели страну к поражению. Требуется в ЦК создать отделы по работе с этими странами, и подобрать туда для работы специалистов по этим странам. Вести работу среди военнопленных, выпускать наши газеты на японском и польском языках. И не пускать дело на самотёк. Наша безопасность, во многом, зависит от решения этих задач.

Мой доклад на съезде был посвящён экономическим итогам войны, предстоящим задачам и планам четвёртой пятилетки. Несмотря на некоторую напряжённость в зале, поначалу, не все одинаково приветствовали меня, когда я выходил к трибуне, доклад прошёл довольно успешно. Основные дебаты по моему поводу развернулись вокруг моей кандидатуры в ЦК партии. Основной их козырь был мой малый срок пребывания в партии. Всё решилось где-то в кулуарах, и я стал членом ЦК, т.к. меня поддержали Сталин, Будённый, Калинин и Ворошилов, выступившие по этому поводу в прениях.

На съезде впервые присутствовали представители буржуазной прессы, всех крупнейших информационных агентств.

Лондон, Даунинг-стрит, 10. Резиденция Премьер-министра Соединённого Королевства.

— Сэр, генерал Уэйвелл из Тобрука сообщает, что русские начали отводить войска к Каиру.

— Хорошо, Генри. Черкните пару строк об этом и поблагодарите русских в Москве.

<i> "Почему они остановились? По логике вещей, им и Канал по колено! Вряд ли нехватка десантных средств послужила препятствием! С такой авиацией можно было совершенно нормально обеспечить "Морской Лев". Им же досталось всё то, что готовил Гитлер для этого. Значит, это не было целью войны у Сталина. Какую цель он преследует? "Мирное сосуществование государств с различным социальным строем"? Не верю! Одно понятно, захват всего мира русским либо не по зубам, либо не является самоцелью. Тут ещё янки под ногами крутятся! Никак их с острова не убрать. Пустил на свою голову! Но кто ж мог подумать, что всё так сложится. Похоже, что следующих выборов мне не пережить! Хотя, как сказать! Если акцентировать внимание всех на сохранении заморских территорий, то можно повторить успех. Да, мы уже не первые, но и не третьи. С нами считается тот же Сталин. Может быть, действительно попробовать создать военно-экономический союз с Россией? Но что попросит Сталин за это? Есть очень большое "но": Афганистан. Король крайне ненадёжен, и склонен сам заключить договор с Россией, даже через нашу голову. К тому же русские прибрали к рукам шаха Ирана. Его сын учится в России. Впрочем, а с кем ещё, что мы можем противопоставить? Франция? Ни армии, ни флота, выплачивает репарации России за освобождение. Причём, очень божеские репарации, я бы потребовал много больше. Отпадает. Штаты? Они опаснее Сталина. Это они в тайне готовили эту мясорубку, ещё и наших дураков — лейбористов туда же потащили. Наших колоний захотели, снятия пошлин, свободной торговли. Отпадает, но остаётся запасным вариантом, но случай ухудшения отношений с Россией. Надо звонить Идену!"</i>

— Сэр Энтони! Вы не могли бы подъехать?

Их встреча продолжалась более 5 часов, так как сэр Иден имел несколько иное представление о дальнейших шагах Великобритании в послевоенной Европе. Сошлись на том, что нужно усилить легальную и нелегальную разведку в СССР и прилегающих странах, но готовить Большой договор о дружбе и экономической взаимопомощи с СССР. Вопрос о военном союзе решено было немного придержать, сделав акцент на внеблоковую политику Соединённого Королевства. Не слишком довольный Черчилль сел писать письмо Сталину.

Глава 7.

Из-за прохождения выборов и съёзда я, практически, не принимал участия в кадровых вопросах, поэтому, сразу после окончания съезда, Сталин напомнил мне о необходимости проверить все министерства, их штатные расписания, систему отчетности.

— Особое внимание удели отсутствию дублирования, и пересечения интересов, и ответственности. "У семи нянек дитя без глазу!" И Мехлиса подключи, а я партконтроль подниму.

В предыдущие месяцы я очень много общался с Сергеем, собирая информацию о деятельности тех или иных людей. Выяснились очень большие неожиданности. Так, например, я узнал, что Жуков ликвидировал штурмовую авиацию, а Жигарев, которого сняли с поста командующего ВВС в 41-м, опять стал им спустя некоторое время. Кроме того, Сергей предоставил очень много информации по другим людям.

В марте 43 года, сразу после съезда, мы отмечали тридцатилетие Риты. Была вся наша дружная команда авиаторов: Голованов, Коккинаки, Стефановский, Сухой, Швецов, Королёв, Бартини и Поликарпов, с жёнами, и кое-кто с детьми . Николай Николаевич, правда, не ел и не пил. У него уже несколько месяцев были большие проблемы со здоровьем. Но свой И-205, сверхзвуковой тяжёлый истребитель, он передал на Государственные Испытания. В тот день нам удалось уговорить Николая Николаевича лечь в госпиталь на обследования и согласиться на операцию желудка. Сергей сообщил мне его диагноз и необходимость срочной операции. Было весело, много шутили, пели. Вдруг звонок охраны: "Здесь Мехлис. Просит разрешения въехать на территорию." Видеть его, совершенно, не хотелось никому. Общее мнение: "Какого ... он припёрся? Сходи, Андрей, и выпроводи его побыстрее!" Я передал охране, чтобы провели его в мой кабинет, вышел из большой столовой, сел за стол, жду. Он вошёл, поздоровался, и, тут же, заявил, что он вовсе не ко мне, а к Маргарите Николаевне. Я сказал, что она в другой комнате, с гостями.

— Я знаю. Я именно по этому поводу.

Пришлось вести его в столовую. Когда он вошёл, все дружно замолчали. Он успел досадить всем присутствующим. Он обвёл всех взглядом, налево он смотрел чуть скособочась, это у него после ранения в Гражданскую. Напоминал орла-падальщика.

— Маргарита Николаевна, в прошлый раз я допустил непростительную бестактность: мать, и память о ней, это — святое. Поэтому, разрешите мне, в день Вашего тридцатилетия, передать Вам эти бумаги. Это касается передачи Вам на хранение, из ГоХрана, украшений Вашей матери. А это — разрешение на выкуп этих фамильных ценностей. В остаточной стоимости учтена сумма добровольных пожертвований Вас и Вашего мужа в Фонд Обороны СССР, так как они значительно превышают среднюю сумму пожертвований от индивидуальных жертвователей: почти 28 тысяч британских фунтов и полмиллиона рублей. Я разговаривал, сегодня, с товарищем Сталиным по этому поводу. Он заверил эти документы. Я рад случаю, передать Вам, именно сегодня, в день Вашего рождения, эти документы, и вот эти семейные реликвии. Здесь всё, что числилось в ГоХране за Вашей матерью. — он достал из портфеля знакомый нам бархатный мешочек ГоХрана, и протянул его Рите.

Рита, которая встала, как только он начал говорить, смотрела на него, даже не моргая, вышла из-за стола, подошла к нему и поцеловала его в щёку.

— Спасибо. — из глаз Риты полились слёзы.

Лев Захарович попытался сразу уйти, но это ему не удалось. Его усадили за стол. Из дальнейшего разговора стало ясно, что он проверил все наши счета и не обнаружил на них денег, заинтересовался, куда они делись. И выяснил, что все авторские, Сталинская премия, боевые, пошли в Фонд обороны. На фоне последних скандалов с трофейным имуществом, этот факт вызвал у него и удивление, и уважение.

— Я считал Вас эдаким 'Корейко': личный самолёт, огромная квартира, оформленная на жену, многотысячные выплаты, в том числе в валюте, многомесячное нахождение на захваченных территориях, загранкомандировки, и этот человек становится 1 заместителем руководителя государства. Откровенно говоря, мне стало страшно, что Вы можете натворить на этом месте. Я пошёл к Сталину и прямо сказал об этом. Он ответил: 'Ты у нас Госконтроль, вот и проверяй!' и улыбнулся при этом. Я проверил. И нашел, куда Вы дели все деньги: вложили в фонд обороны. Без каких-то мелочей, всё полностью ушло туда. Не нашел только машину М-1.

— Она у меня, уже два года, номера пришлось сменить на армейские. — отозвался Голованов.

— Вот как? Тогда я вспомнил о нашем последнем разговоре с Маргаритой Николаевной, и, посоветовавшись со Сталиным, мы решили вот так этот вопрос.

— Да Вы просто Андрюшку не знаете! — громогласно сказал Стефановский. — Для него работа — это всё! Если за что-то берётся, то делает это так, что любо-дорого посмотреть. Что в воздухе, что на земле. Но Вы, Лев Захарович, сегодня меня очень удивили! Прямо скажу, не ожидал такого!

— Не знал. Теперь знаю. То, что знакомство шло таким путём... Меня к этому должность обязывает. Ни партия, ни государство не должны бояться проверок, ни с моей стороны, ни со стороны народа. Тогда всё у нас будет хорошо. А людей, таких как Андрей Дмитриевич и Маргарита Николаевна, надо поощрять. Они стране отдают всё, даже честно заработанное. Мы с Андреем Дмитриевичем прошлый раз говорили об авторских вознаграждениях, и он спокойно доказал мне необходимость этих выплат для государства. Но ни одного слова не сказал о том, что он всё это отдал в фонд обороны. И партвзносы он с них заплатил. В общем, поставил меня в тупик. Я такого не ожидал. Поэтому и решил извиниться таким образом... В общем, предлагаю выпить за прекрасную хозяйку этого дома, а то мы всё о делах, да о делах, а о ней совсем забыли! Желаю Вам счастья, Маргарита Николаевна, всяческих успехов во всех Ваших начинаниях, здоровья Вам и Вашим детям!

Теперь с Мехлисом мы стали встречаться значительно чаще. У него довольно большой штат экономистов-налоговиков, имевших большой опыт проверок различных организаций. Первыми проверяли Министерство авиационной промышленности. У самого Шахурина был образцовый порядок в документах, довольно высокий уровень компетентности, но почти полностью отсутствовал контроль за финансами. Полностью приказная экономика. Давно работающий заместителем Яковлев вовсю пользовался этим. Выяснилось, что килограмм "яковлевского" самолёта стоил почти в полтора раза дороже, чем у остальных, при этом, что использовались более дешёвые дерево, перкаль и более лёгкие двигатели. Он получал от министерства большие суммы на НИР, многочисленные премиальные, имел гораздо больший штат, чем остальные. Им вплотную занялся Мехлис, и ему пришлось расстаться со своим кабинетом. Сталин предложил его "посадить" для острастки, но я возразил, что виноват не Яковлев, а виновата командная система: никто не задумывался о том, столько это стоит?!!! Действия Яковлева абсолютно соответствовали системе: он был исполнительным замом. А то, что под авралы набрал людей, преступлением не является. Просто не нужно генеральному конструктору давать так много власти. Яковлева сняли с должности замминистра, но оставили во главе КБ "Яковлев". В министерстве ликвидировали два управления. Сократили численность работников на 12%. Состоялось всесоюзное совещание работников авиапрома, на котором Шахурин рассказал о прошедшей проверке, и о необходимости обратить внимание на экономическую составляющую процесса проектирования и производства.

— Война закончилась. Мы перешли в новую фазу строительства социализма в нашей стране, где на первое место выходит не количество произведённых самолётов, а их качество и экономическая эффективность. Такую задачу ставит перед нами товарищ Сталин, наше правительство и наша партия.

Результаты этого Совещания широко освещались в прессе, поэтому остальные министры быстренько смекнули, откуда ветер дует, и начали устраивать такие же проверки у себя самих. Я же специально начал с авиапрома, потому как хорошо знал эту отрасль, многих директоров заводов, конструкторов, рабочих, проблемы производств, взаимосвязи, смежников. Важным шагом было выделение из недр авиапрома отдельной отрасли: авиационного приборостроения, и создание в Ленинграде специального Института для подготовки кадров в этой отрасли на базе Ленинградского авиационного института.

В результате этой проверки мы добились сокращения численности бюрократической части государственного управления на 16%. Было сокращено шесть Министерств, и создано два новых: уже упомянутое Министерство авиационного приборостроения и Министерство среднего машиностроения, под этой вывеской скрывался будущий Минатом. Вместе с Берия мы разделили Министерство Внутренних дел, выделив отдельно Комитет Государственной Безопасности. На должность председателя, после некоторых споров с Лаврентием, был назначен Судоплатов, которого Берия хотел оставить на внешней разведке.

— Я понимаю, Андрей, твоё желание поставить везде своих людей, тем более родственника.

— Лаврентий, прекрати спекулировать! Ты отлично знаешь, что он НЕ родственник. "Крестник" отца Риты, который просто пожалел мальца. А вот то, что он всю жизнь выполняет это обещание — прекрасно его характеризует.

— Абакумов справится лучше!

— Да костолом твой Абакумов. Обыкновенный костолом. А тут мозги нужны! Кстати, насчёт костоломства. Война кончилась.

— Хорошо, Андрей. Пусть будет Судоплатов. А, пока мы ещё не разделились, я отдам приказ о запрещении физических мер воздействия на арестованных и заключённых. Сам давно хотел это сделать.

Позвонил Сталину и попросился на доклад.

— Заходи, Андрей. В первую очередь по Госплану. Помнишь, о чём я тебя просил?

— Конечно, товарищ Сталин. Однозначного ответа по Вознесенскому дать не могу. Экономист он сильный, но политик — никудышный. Для него экономическая эффективность много важнее политической целесообразности. А нужен чёткий баланс между этими составляющими геополитики. Поэтому он допускает перекосы в части развития периферии, акцентируя всё внимание на одну республику: Россию. Так мы можем упустить регионы.

— Считаешь, что надо снять?

— Нет, достаточно контролировать его в этой части планирования. И подбирать будущую кандидатуру, без недостатков Вознесенского. В личном плане он довольно... неприятен, так скажем. Самолюбив и склонен к самолюбованию. Но, дело своё знает и любит. Новый человек на его месте, пока, будет хуже.

— А его Зам, Сабуров?

— Он не экономист. Исполнителен, но творческая жилка отсутствует.

— Косыгин?

— Не потянет. Мне кажется, что Вознесенский находится на своём месте. В конце концов, не он определяет политику. То, что есть определённое противостояние, это даже лучше. В итоге придём к истине.

— Достаточно взвешенное решение. Посмотрим. Но, это хорошо, что ты обратил внимание на его недостатки. Мне казалось, что Вы с ним полностью "споётесь", так как он мне говорил примерно тоже самое, что и ты, по организации Народного Хозяйства. Что у тебя ещё?

— Вот результаты проверки министерств и ведомств.

— Оставь, познакомлюсь. В целом, какое впечатление?

— Недостаточно денег выделено Потёмкину. Требуется поднять заработную плату работникам образования. Слишком велика разница между зарплатой в промышленности и в системе школьного образования. Рискуем вымыванием мужских кадров из школ.

— Почему раньше не сказал, когда план составляли?

— Не имел сведений. Виноват.

— Вот ты всегда так! Упираешься в технические вопросы, а о людях забываешь. Помни, руководитель, в первую очередь, должен думать о людях! А уж потом, о железках. Сколько нужно?

— Вот справка из Минпросвета. Требуется 4,2 миллиарда рублей дополнительно. Профицит бюджета на этот год больше 20 миллиардов.

— Много... Ладно, дай команду Вознесенскому пересмотреть план в этой части. Кузнецов жалуется на большую нехватку кадров на флоте. Что предпринято в этой части?

— Открыли два новых училища: во Владивостоке и в Ленинграде. Объявили комсомольский набор на флот. Организовали курсы переподготовки для офицеров из сокращаемых частей сухопутных войск и из МинМорФлота направляем. Но несколько лет дефицита кадров нам обеспечено. Дал указания усилить пропаганду в этом направлении. Было бы неплохо проработать этот вопрос с товарищем Тельманом.

— Немцев на Военно-Морской флот? Хотя... Если, действительно, проработать этот вопрос с Эрнстом. — Сталин снял трубку и позвонил в Берлин. Тельман довольно чисто говорил по-русски, только мягко произносил букву "Л". Он обещал помочь с флотскими специалистами, незамеченными в симпатиях к фашистам. В Германии скоро выборы в парламент. Кроме КПГ, в них участвуют христианские демократы и социалисты. У всех трёх партий довольно равные шансы на успех. Сталин и Тельман довольно долго говорили о возможных парламентских коалициях. Пожелав успехов, Иосиф Виссарионович повесил трубку. — Слышал?

— Да.

— Если Тельману хватит гибкости, есть неплохой шанс объединиться с социалистами и создать устойчивую коалицию. Тогда вопросы денацификации пойдут значительно быстрее. Раз уж пошли по этому пути, надо бы и в Восточной Пруссии поискать людей на флот. Вот кого подключить к этому вопросу?

— Кузнецова. Его епархия. И флотскую контрразведку и особистов. Только не с задачей найти шпионов, а найти лояльных специалистов. И предупредить, что самые опасные — это молодые немцы, которые выросли при Гитлере.

— Хорошо. Но ты, тоже, держи это на контроле. Кадры решают всё. Лаврентий докладывает об активизации подполья в Прибалтике, в Польше и в Средней Азии.

— Это МИ-6, товарищ Сталин. Наши английские "друзья". По информации Судоплатова, у них начали подлёты первые реактивные самолёты.

— И как?

— Пока плохо, товарищ Сталин. Ресурс двигателя 10 часов. Мы в 40-м начинали с 75 часов. И тяга маленькая, 650 кгс. Это ещё не боевые самолёты.

— Понятно. Твои предложения?

— Усилить ОВРы на Балтике, и пограничную службу. Снабжение идёт морем из Швеции. И начать переговоры с королём Афганистана. И с шахом Ирана. Но, перед переговорами, через Теддера, дать понять, что это вынужденная мера из-за активизации басмаческого движения. Хотя... Вы же продолжаете переписку с Черчиллем?

— Конечно.

— Напишите ему про басмачей, и о том, что, видимо, придётся решать вопрос на месте. Думаю, подействует. Мне кажется, что это не его работа. Больше похоже на Идена. Он более плотно связан с разведкой. А нам нужно форсировать работы по вертолётам. В первую очередь, морским вертолётам. И усилить контроль за рыбаками. С Польшей сложнее, там были бои, оружия много осталось...

— И опереться особо не на кого. Разве что... Надо попробовать Берута и Рокоссовского. В связке могут добиться успехов. А тебе — персональное задание: надо ехать в Ватикан. Тольятти, скорее всего, сможет взять власть в парламенте уже летом. Поэтому нужно решить вопрос с папой. Успех в Италии и Польше возможен только, если с ним сумеем договориться.

Глава 8.

Лондон, Даунинг-стрит, 10. Резиденция Премьер-министра Соединённого Королевства.

Обычно спокойный и очень уравновешенный Черчилль сегодня кричал и размахивал руками. Он получил письмо Сталина, в котором глава СССР проявлял недовольство активизацией действий английской разведки на территории Союза. Присутствовали Министр иностранных дел Иден и шеф МИ-6 Мензис.

— Господа! Что происходит? Почему я вынужден читать это? Вы что, не понимаете насколько опасно сейчас злить русского медведя? С Прибалтикой понятно, тут можно свалить на нейтралов, дескать не мы их поддерживаем! Но, что Вы потеряли в Термезе? Чья это инициатива? Почему речь идёт о британском агенте?

— В Термезе появились русские реактивные самолёты. Аэродром просматривается с территории Афганистана, но рассмотреть детали невозможно: мешают капониры и лесопосадки. До границы всего меньше 10 миль. Саид-хан сказал, что для его моджахедов это не расстояние, и у русских нет сил, чтобы сдержать натиск его тысячи воинов аллаха. Майор Криппс хотел сфотографировать сам самолёт и двигатель отдельно, без капота, так как сэр Энтони сказал, что его это очень сильно интересует, то я разрешил операцию. Тем более, что Саид-хан просил сущую мелочь для этого: патроны, винтовки, пулемёты и 10000 фунтов. Криппс во время боя был ранен и вынужден был принять яд. Захватить аэродром не удалось. Оказались не вскрытыми несколько дополнительных огневых точек пограничников и батальона охраны аэродрома. Саид-хан тоже убит.

— Сэр Энтони! Так это была Ваша инициатива? Вы — мой министр иностранных дел! И Вы уже давно не служите в СИС! Что, решили вспомнить молодость?

— Мне, Ваша честь, просто надоело постоянно уступать русским! Вы, сэр Уинстон, сами сказали, что всё могущество русских зиждется на этих самолётах. А тут такой случай!

— Но Вы же прекрасно знаете, что эта свора вонючих псов не представляет реальной силы в тех местах! Что русские давно и прочно там обосновались, и времена Мадамин-бека, Джунаид-хана и Энвера-паши давно кончились. Я запрещаю проведение каких-либо силовых акций на территории России и Польши! Да, нам требуется узнать, как устроен двигатель у русских! Но не путём обострения отношений с ними. Используйте другие методы получения информации. А Вам, сэр Энтони, придётся лететь в Москву и лично заглаживать это "недоразумение". Наломали дров — перетаскивайте! Что касается Вас, сэр Стюард! Больше используйте агентурную разведку: подкуп, болтовню, пьяные откровения. Активизируйте женщин вокруг аэродромов русских в Германии и Венгрии. В Польше, в Прибалтике и в Афганистане временно прекратить всякую активность, вплоть до особых указаний. Не может быть, чтобы не нашёлся какой-нибудь болтун или подлец, который поможет нам узнать, почему у русских нет проблем с камерой сгорания и соплом, как у наших "Метеоров". Вы меня хорошо поняли, господа?

— Да, Ваше Превосходительство!

— Сэр Стюард, Вы свободны, а Вас, сэр Энтони, я попрошу остаться.

Дождавшись пока Стюард Мензис вышел, Черчилль продолжил:

— Сэр Энтони, Вам необходимо пересмотреть Ваше отношение к нашему союзнику. Вы прекрасно помните, что я, с самого образования коммунистической России, был последовательным и решительным борцом с коммунизмом. Но, времена изменились. Во-первых, изменилась идея, которая двигала большевиками в 17 году. Во-вторых: изменились реалии: лапотная Россия превратилась в индустриального монстра, за каких-то 25 лет. С этим невозможно не считаться. Мензис докладывал, что по его оценке, Сталин двинул на Германию и её союзников более 300 дивизий. В один день, подчёркиваю: в один день, он уничтожил большую часть её авиации, полностью лишив вермахт авиационной поддержки. А потом просто перемолол сухопутные войска артиллерией и авиацией. У нас не было, и нет таких возможностей. При этом Сталин не проявил агрессивности по отношению к нам. Вы думаете, что нас спас наш флот? Да плевать он хотел на флот! У Японии был очень сильный флот, у Германии — тоже. Где этот флот? У русских. На его стороне — полное техническое превосходство. Ни мы, ни американцы, так и не смогли справиться с "волками" Деница. А русские, во время операции "Трансфер", давали точную диспозицию всех "волчих стай" в Северном и Норвежском морях, и направляли на них наши эсминцы. Наша страна разорена войной. В казне — сплошные дыры. Репарации едва покроют расходы. Внешний долг составляет несколько годовых бюджетов. А требуется перевооружение, так как вооружение сильно устарело. В-третьих: второй союзник оказался главным инициатором всего этого побоища. Сейчас в Америке кризис, который они пытаются закрыть за наш счёт. Посмотрите, какие претензии они стали предъявлять по оплате Ленд-лиза. А русские не давят. Даже предлагают кредиты на восстановление страны. Поймите, сэр Энтони, мир перевернулся, как утлая лодчонка. Да, мы разговариваем с американцами на почти одном языке, у нас гораздо больше идеологических совпадений с ними, чем с русскими. Но, экономически мы с ними враги! Ведь речь идёт о рынках сбыта! О влиянии Великобритании в мире.

— А что будет, если Сталин уйдёт, все мы не вечны, а Россия вернётся к риторике мировой революции? Нас раздавят! А с Америкой, мы сила!

— Сила — у Америки. А мы станем просто маленьким островом, где-то в Северном море. Непотопляемым авианосцем Америки. К ядерным секретам нас попросту не пускают. Мой разговор с Рузвельтом об этом кончился ничем. И это несмотря на то, что они временно, из-за финансовых сложностей, приостановили работы в этом направлении. Сейчас у нас чуточку больше возможностей для этого, чем у них. Тем не менее, от нас скрывают все новейшие разработки в этой области. Надо отозвать наших учёных оттуда! Но, не официально, а частным порядком. У меня всё больше складывается впечатление, что, как говорил русский маршал Андреев, война велась именно против нас, именно Америкой, руками Гитлера. И основная цель этой войны — наши колонии. Я — за военный союз с Россией. Под крылышком у Сталина будет больше возможностей противостоять экспансии США в Европе и Азии.

— Как Вы себе это представляете?

— Как новую Антанту. Объединённые вооруженные силы Европы. Евросоюз.

— Они до сих пор не признали долги царского правительства за I мировую войну.

— Тогда Россия была бедна, поэтому и встала в позу. Пройдёт немного времени, и можно будет поднять вопрос и об этом. Хотя я и не уверен, что в этом будет надобность. Но, упускать любую возможность положительного решения этих вопросов тоже не стоит! Ну как? Я Вас убедил, Энтони?

— Мне трудно однозначно Вам ответить... Слишком расходится с тем, что я делал всю свою жизнь. Но я попробую продумать эти вопросы, тем более, что в ближайшие дни буду вынужден общаться с русскими. Молотов мне совсем не нравится. Но, Вы не ответили на мой вопрос: что будет, если Сталин уйдёт, а русские вернутся к конфронтации?

— Я внимательно следил за событиями в России после войны. Сталин приблизил к себе маршала Андреева и сделал его своим заместителем. Мне кажется, что он готовит Андреева в преемники. Я неоднократно встречался с Андреевым во время войны. Особенно, в острые моменты, когда мы были готовы разорвать с ними всякие отношения. И каждый раз у Андреева находились весомые аргументы, чтобы помочь нам принять верное решение. Другой вопрос, сколько таких "любимчиков" Сталина уже в мире ином? Поэтому, мы будем отслеживать ситуацию, и, в крайнем случае, вернёмся к варианту с Америкой. И ещё, сэр Энтони, русские до последнего соблюдали договор о ненападении с Германией. Да, они вынудили Гитлера напасть на них, но, сами не нарушили договора. Это положительно характеризует их. Они настаивают на приоритете международного права в межгосударственных отношениях, но, без вмешательства во внутренние дела государств. Зерно истины в этих намерениях есть.

— Вполне возможно, сэр Уинстон. Мне, действительно, есть над чем подумать. И, хотя я считаю это очередной уступкой Сталину, я обещаю Вам рассмотреть этот вопрос, но с точки зрения упрочения позиций Великобритании в мире. Разрешите откланяться, Ваша честь!

— Да-да, конечно, сэр Энтони! — "Надутый индюк!": — подумал Черчилль. — "Надо будет подобрать ему замену после выборов!"

Москва, Спасопесковская площадь, 10. Посольство США в Москве.

Посол США Лоренс Стайнхард, специальный посланник Президента Гарриман и Вице-президент США Генри Уоллес обсуждали прошедшие переговоры с Молотовым и Андреевым по подготовке "Большого Договора" о дружбе и сотрудничестве между СССР и Соединёнными Штатами.

— Мистер Уоллес, мне представляется, что с точки зрения чисто экономических отношений, всё складывается более чем хорошо! — сказал Гарриман. Он, действительно был доволен, так как сумел отстоять участие своего банка, как проверенного временем и суровой войной кредитного учреждения. Плюс, одна из близких ему компаний примет участие в постройке двух крупных гидроэлектростанций на Ангаре. Он мысленно подсчитывал барыши с этих сделок.

— Русские слишком быстро возращают нам технику по Ленд-лизу. — бросил Уоллес. — Нам эта техника совсем не нужна. Надо завтра поговорить с Андреевым, чтобы взяли на себя проблему уничтожения техники.

— Я уже поднимал этот вопрос, но мистер Андреев сказал, что будет исполнять букву договоров, в которой говорится, что вся уцелевшая техника должна быть возвращена арендодателю. Утилизацию на месте он считает нерентабельной. — бросил посол.

— Он просто хочет нас разорить! Сколько мы теряем, Гарриман?

— При условии того, что всё сразу идут под пресс и на разборку на металл, около 300$ за единицу автотехники, 125000$ за каждое судно, в общем, как я посчитал, это превышает размер полученных сумм почти на 500 миллионов долларов.

— Проще подарить оставшуюся технику Советам. Завтра надо будет подписать дополнительное соглашение об этом. Если Советы согласятся... Что с обещанной свободой вероисповедания?

— Русские провели выборы Патриарха, естественно, им стал митрополит Сергий, как наиболее лояльный Правительству. Патриархии выделено здание в Москве, бывшая резиденция посла Германии. Я здесь уже 6 лет, почти, заметил такую особенность: русские не любят обещать, но, пообещав, всегда выполняют обещанное. Но, РПЦ за границей не признаёт Патриарха Московского, налицо полный раскол, чего собственно, мы и добивались! Хотя, после блестящих военных побед, многие русские за границей стали признавать Советскую власть и отказываться от борьбы с ней. Это нехорошая тенденция, и с ней надо бороться. Надо бы поддержать эти организации.

— А где взять деньги, господин посол! Индекс Доу-Джонса продолжает падать. Безработица уже больше 20%. А мы с Вами всё возимся и не можем составить основополагающий договор. Нам нужны заказы, крупные заказы, чтобы вдохнуть силы в пошатнувшуюся экономику. К тому же, русские сами научились создавать удачные проекты, раньше они брали у нас целиком заводы под ключ, теперь нам приходится вписываться в их проекты и стандарты. Необходимо форсировать работу, господа. Президент ожидает от нас быстрой и эффективной работы. А Вы, господин посол, продолжаете жить стереотипами довоенного времени. Выбрали русские Патриарха? Замечательно! Даём положительный отзыв об этом в прессе. Деньги сейчас у Сталина. Больше их взять негде! Что у нас ещё по заказам?

— Домостроительные комбинаты, цементные заводы, заводы большегрузных и легковых автомобилей. Максимально русских интересует глубокая переработка нефти, разработки компании "Дюпон" по синтетическим материалам, фторопластам. Одновременно, они ведут переговоры по этим позициям с Англией, и налаживают выпуск этих материалов, оборудования на своих заводах в Германии.

— Аверрел, я чувствую, что Вы намеренно затягиваете подписание этих контрактов. Почему?

— Компания "Дюпон" не заинтересована в появлении конкурента в Европе. Мне напрямую было сказано именно это. Они удивлены осведомлённостью русских в последних их разработках. Откуда-то идёт утечка информации из концерна.

— Вот как? Это имеет какое-нибудь военное значение?

— Я, лично, не вижу. Скорее нет, чем да.

— В чём заинтересован "Дюпон"?

— В продаже сюда и в Европу готовой продукции. В большом ассортименте.

— Вы делали это предложение русским?

— Да, но Андреев даже не стал об этом говорить. Это предложение его не заинтересовало. Он сказал следующее: "Вот список станков и оборудования, которое нужно нам. В этом списке нет ни одного станка фирмы "Дюпон". Обойдёмся без неё!" Акции "Дюпон" упали на 11 пунктов.

— Красивый ход!

— Несомненно! — улыбнулся Гарриман (он заработал на этом несколько миллионов долларов). — И так почти по всем позициям, господин Вице-президент. Он воюет с нами нашим же оружием.

Глава 9.

Сегодня встретился с Павлом Судоплатовым, поздравил его с повышением, пожелал ему успехов в его деятельности. И поставил первоочередную задачу.

— Надо помочь англичанам избавиться от 8 Воздушной Армии США.

— Понял. Постараемся. Из Маньчжурии пришла шифровка: найден подбитый В-29. Радиостанция разбита осколками зенитных снарядов. Экипажа внутри нет, несколько могил. Нас это интересует?

— Да, конечно. Сообщи Шахурину. А я свяжусь с Соколовым, пусть организует эвакуацию. На аэродроме под Хайларом американцы бросили довольно много запчастей от них. Может быть, удастся восстановить. И ещё, Павел, хотя это уже и не твоя епархия, но, помоги армейской контрразведке возле наших аэродромов в Прибалтике, Польше, Венгрии, Германии, да и в других местах. Англичане ищут двигатели от наших Сушек. Особое внимание ж/д перевозкам и повреждённым машинам. Двигатели должны быть сняты со всех нестроевых машин. Склады и ТЭЧ во всех частях должны соблюдать режим 00. Дай указания проверить состояние частей и наличие всех, подчёркиваю, всех двигателей или соответствующих бумаг на это. Разбитые двигатели идут в Электросталь, под Москвой. Её тоже необходимо проверить.

— Слушаюсь! Сроки?

— Больше месяца дать не могу.

— Есть! Проверим в срочном порядке. О принятых дополнительных мерах сообщу.

— Я не понял, почему Серова "прикрыли", ведь у него нарушений по финансам море! Не место ему в органах. Руки должны быть чистыми!

— Это было не моё решение.

— Убирай его.

— И куда?

— Мне всё равно. Не в Москву, не Питер, не в Европу. Отправь в Ташкент, но не на руководящую работу. Если уж Жукова на округ перевели, то я не вижу "великой" ценности Серова, что он должен оставаться в органах.

— К Берия побежит.

— Если Лаврентий будет звонить по этому поводу, скажешь, что я приказал. — Павел несколько удивлённо посмотрел на меня.

— Так это правда? Я думал: просто слухи.

— Что, ОБС в действии? — улыбнулся я.

— Да, усиленно обсуждается на всех уровнях. У многих недоумение по этому поводу. Вы же держались в тени и никогда не высовывались. А у нас любят трибунов. — усмехнулся Павел.

— Что у американцев по урану?

— Пока работы свернуты. Реактор под университетским стадионом в Чикаго разобран. В Лос-Аламосе вялотекущее бетонирование большого бассейна. Работы по получению металлического урана ведутся, но удалось немного помешать: сгорела лаборатория. Генерал Гровс поссорился с Президентом и подал в отставку. В знак протеста перешёл в другую партию. Его семья всегда поддерживала демократов, а он, по выходу в отставку, стал республиканцем. Есть впечатление, что пока они не узнают о наших работах, они не возобновят работы у себя. Вот экономическое положение США на текущий период. Налицо углубление кризиса. Активно работают англичане на рынке и валят цены. Это им помогает при отдаче долгов по Ленд-лизу.

Поблагодарил, распрощались. После этого продолжили переговоры с американцами. Они попросили внести изменения в текущий договор об аренде вооружений. Вносят это предложение уже второй раз. Но я упёрся и сказал, что международные договора обратной силы не имеют. Что у нас значительно сокращается армия, и у нас избыток вооружений. Брать на себя утилизацию вооружений, когда это не предусмотрено договором, мы не станем. Хранить у себя и передавать в более низком темпе нам, тоже, экономически не выгодно. Кончилось дело тем, что Вице-президент Уоллес вытащил из портфеля заранее заготовленный документ, с подписью Рузвельта, о том, что Соединённые Штаты считают, что СССР полностью рассчитался по долгам за Ленд-лиз, и не имеет больше задолженностей по этим вопросам.

— С оставшимся вооружением и техникой Вы можете поступать, как Вам заблагорассудится. Включая экспорт в другие страны. Мы не возражаем.

В результате мы оставили у себя значительную часть зенитной артиллерии, автомашин повышенной проходимости, почти миллион тонн авиационного бензина, большое количество боеприпасов, все малые и средние корабли ПЛО и ПВО, больше 200 грузовых пароходов. Сталин был очень доволен.

— Только я хотел сделать тебе замечание, что мы слишком быстро отдаём технику по Ленд-лизу, а тут такой подарок.

— Мы просто обрушили цены, и сделали возвращение техники заведомо убыточным. А терять деньги американцы не любят! Тут темп отдачи играл очень значительную роль, товарищ Сталин.

С приездом Уоллеса, скорость создания "Большого Договора" значительно возросла. Демократам в США нужен был успех этих переговоров. В это же время, неожиданно приехал Черчилль, видимо, его обеспокоил вопрос, почему Уоллес так долго находится в Москве. Он попросил у Сталина аудиенцию, но попросил не использовать меня как переводчика. Сталин согласился. Их беседа длилась восемь часов. К исходу 6 часа раздался звонок Сталина, и он пригласил меня к ним.

— Возьми вот этот текст и внимательно просмотри его. Как будешь готов, заходи.

Черчилль предлагал создать объединённые вооружённые силы в Европе, с единым командованием, и с чисто оборонительными функциями. С введением единых стандартов в вооружении и связи. Я перевёл проект, сличил его с переводом англичан для Сталина. Различий не было. Снял трубку и позвонил ему.

— Заходи!

У Черчилля несколько напряжённое лицо, но широкая улыбка на лице и неизменная сигара. В руке довольно большой коньячный бокал, у Сталина тоже. Видимо, беседа мирная. Сталин показал на кресло и сказал, чтобы я его подвинул и показал куда. Получился почти равнобедренный треугольник, в центре которого был небольшой столик. Сталин жестом показал мне наполнить рюмку.

— Товарищ Сталин, русский и английский тексты совпадают.

— Это хорошо. А что ты сам думаешь об этом? Твоё мнение очень интересует господина Премьера.

Я дождался, пока переводчик Черчилля переведёт фразу.

— В целом, у меня возражений нет, но, по некоторым позициям, необходимо поработать более основательно, так как они затрагивают существующие стандарты и системы вооружений. Меньше всего вопросов по флоту, но там тоже существуют довольно большие 'подводные камни', особенно в плане связи и картографии. Больше всего вопросов по армии, авиации и связи. У нас запланированы некоторые изменения уже в текущем году, которые, как я вижу, не запланированы в армии Великобритании. Особенно это касается стрелкового вооружения. В авиации мы приняли на вооружение новые унитарные патроны для авиационных пушек, более совершенные, чем предлагаемый вариант Испано-Суиза и Эрликон. То есть, существует необходимость сравнить характеристики и суммарные затраты сторон для перехода на новый стандарт. Ну и по радиостандартам, то оборудование, которое предложено, серьезно уступает имеющемуся у нас.

Черчилль внимательно меня слушал, несколько раз затянулся сигарой.

— Как я понимаю, у Вас, маршал Андреев, только технические возражения?

— Да, сэр. Проект нуждается в серьёзной разработке, и выработке совместного решения, наносящего минимальные дополнительные расходы для обеих сторон.

— Как Вы считаете, возможен ли вариант подключения к союзу других государств.

— Это самый сложный вопрос, господин Премьер. Для нас, желательным бы был вариант вхождения в военный союз всей Великобритании с доминионами как единого государства.

— Но у нас некоторые доминионы имеют собственные вооружённые силы. Например: Австралия, Канада, Новая Зеландия. У нас не унитарное государство.

— В этом и заключается сложность, сэр Уинстон. Та же Канада больше тяготеет к Соединённым Штатам. Обладая правом голоса в Объединённом штабе обороны в Европе, доступом к некоторым секретным технологиям... Мы рискуем утечкой информации. Мне кажется, что на первых порах нужно либо окончательно решить этот вопрос, допустим: провести референдумы в доминионах, либо Метрополии выступить, как единое государство. Каково сейчас экономическое положение Канады?

— Положение мало отличается от положения Соединённых Штатов. Кризис перепроизводства оружия и продовольственных товаров. Слабее, чем в США, но тем не менее достаточно сильный.

— Это наиболее угрожаемая страна, которую Штаты попытаются оторвать от Вас. У Вас достаточно сил и средств, чтобы удержать Канаду от необдуманных шагов?

— Не уверен...

— Тогда, может быть начать непосредственно с Метрополии, а остальных присоединять постепенно? После референдума.

— Мне кажется, что ЮАР, Австралия, Новая Зеландия, в принципе, готовы немедленно подключиться. Хотя, может быть Вы и правы, сэр Эндрю. Требуется подготовка населения этих стран к такому повороту событий. Я ведь, тоже, не сразу решился на этот шаг. Но, последние полгода много работал в этом направлении. Я думаю, что Система Европейской безопасности того стоит. Господин Сталин тоже согласился со мной. Как я вижу, руководство Советского Союза реально не хочет повторения конфронтации, преследовавшую наши страны на протяжении почти 25 лет.

— Две главные головные боли: Германия и Польша, нами устранены. К сожалению, сильно пострадала Франция, но, почему-то, она не захотела занять активную позицию в борьбе с немецким фашизмом, поэтому это закономерный результат для неё. — медленно произнёс Сталин. — Что ж, господин Премьер, как видите, со стороны Советского Союза наличествует политическая воля для объединения Европы в Единую Европу. Поэтому, можно начинать консультации по тем вопросам, которые Вы подняли. И готовить общественное мнение к этому событию.

Когда Черчилль вышел из кабинета, Сталин вернулся и сел в кресло.

— Садись, Андрей! Он очень боится, что мы готовим нечто подобное с Америкой. И очень интересовался ситуацией с тобой. Очевидно, что ты сумел войти в доверие к нему. Поэтому он захотел узнать моё мнение о тебе, и мои планы относительно тебя. И только после этого сказал, зачем приехал. Выбора у него особого нет, это понятно. Но сумеет ли он убедить остальных?

— Не сумеет, товарищ Сталин! Это начало конца Британской Империи.

— Ленин был прав!!!

— Мне кажется, что нет. Империализм не есть высшая стадия развития капитализма. Монополиям стало тесно в государственных рамках. Плюс наш пример всех беспокоит. Им необходимо, для собственного спокойствия, избавиться от рабочего класса, превратив его в привилегированный класс.

— Каким образом? А где брать прибавочную стоимость?

— В других странах. По мере развития связи и транспорта, появится возможность управлять производством, находясь в тысячах километрах от него. В метрополиях будут разрабатывать только сами технологии и наиболее важные части узлов и механизмов. И создавать оборудование для массового выпуска. А массовое производство уйдёт в слаборазвитые страны с подходящим климатом и большим народонаселением. Там, где не надо топить зимой. А собственный пролетариат превратится в сверхквалифицированных наёмных работников, которому будет, что терять. С которыми будут делиться частью сверхприбылей от эксплуатации слаборазвитых стран. Всё недовольство будет накапливаться там. А в метрополиях будет высокий уровень жизни и практическое равенство классов. Да, кто-то будет более богат, кто-то менее, но достаток будет у всех, за счёт Азии, Африки и Южной Америки. Транспорт уже уходит в страны 'удобного флага': туда, где меньше налоги. Фактическим владельцем является английская компания, но зарегистрированная в Либерии или на Каймановых островах. А экипаж — малайцы. Кроме капитана и офицеров. Сверхприбыль можно получить, как это ещё Маркс писал, только тогда, когда изделие новое, и на него есть высокий спрос. Запуск в массовое производство автоматически начинает снижать цены, приводя прибыль к минимуму. Как только, прибыль падает до нормы, компанию продают на бирже. Я, когда ездил в США, видел, что 'больших людей' совершенно ничего не интересует, кроме индексов на бирже. Свои деньги они делают там. Большие деньги. Вокруг этих денег крутится большая группа людей, которые эти деньги помогает зарабатывать: брокеры, менеджеры, юристы, банки и их служащие. Задача капиталистов, на сегодняшнем этапе, при помощи юристов, малых и больших войн установить соответствующие государственные режимы и льготное налогообложение для себя любимых в других странах. И, в идеале, единую валюту, но не золото. Его тяжело перемещать. Все грязные, тяжёлые и массовые производства постепенно уйдут из развитых стран, так как там надо будет платить высокую зарплату, и высокие налоги. Великая Октябрьская революция и Великая депрессия капиталистов многому научили! Государство для них ничто! Поэтому французы и не стали драться. Единственное, что останется в 'метрополиях': производство оружия.

— Мрачноватая перспектива... Что можно предпринять?

— Мешать ослаблению Британии, поддерживать многовалютную систему расчётов, сталкивать их между собой и не давать возможности им взаимодействовать и создавать союзы против нас. А самим производить больше качественных товаров потребления и всячески форсировать прикладную науку: электронику, вычислительную технику, бытовую технику, химию. И развивать сферу услуг. И держать Государственную монополию на внешнюю торговлю. На внешнем рынке торговать патентами, готовыми изделиями, средствами производства. То, что завещал Ленин. То есть всячески мешать такой глобализации и неоколониализму. И подбирать под себя осколки Британской империи. Ближайшие цели: Афганистан, Иран, Ирак, Сирия, Индия, Саудовская Аравия и остальные страны региона Персидского залива. Союз с Англией, в этом случае, нам очень выгоден. Там нефть. Много дешёвой нефти. А начинать надо с признания наших патентов. В данный момент англичане на это пойдут. Это открывает им путь к реактивной авиации.

— Ты хочешь отдать им это?

— Продать, а не отдать. И в дальнейшем, страна будет получать деньги за все изобретения, сделанные в нашей стране, если они получили международное признание и патент. А систему охлаждения всё равно кто-нибудь откроет, рано или поздно. Или украдут. Нам это позволило выиграть войну с минимальными потерями. Никто не успокоится. Сто процентов. Проще сейчас получить за это деньги и признание всех наших патентов. Всё хорошо вовремя.

Сталин встал и начал молча ходить по кабинету.

— Сколько времени им понадобится для производства таких двигателей?

— Год — полтора. Максимум, который они смогут получить на том, что у них есть сейчас: 1350-1500 кгс. Более мощные двигатели будут у них через три года. А такие, как у нас сейчас, через пять лет, не ранее. Нас-то война подгоняла. Мы уже на сверхзвуке, а у них аэродинамических труб таких нет. И катапульт. Они на сверхзвук раньше середины 50-х не выйдут.

— Тогда нормально успеваем к изделию Курчатова. Выгоды от этого больше, чем вреда. Согласен! Я не совсем понимаю твою позицию по Китаю. Почему ты стремишься разбить его на три части?

— Продолжаю Вашу политику, товарищ Сталин! Монголия — это часть Китая!

— Ах ты, хитрец! Ишь, как повернул! И тем не менее. Приезжал Мао Цзе-Дун, очень недоволен нашей помощью Пу И и Чан Кай Ши. И он недоволен поддержкой сепаратистов в Синьцзян-Уйгурском округе и Тибете.

— И, наверняка, просил бесплатно оружия для борьбы с ними. — улыбнулся я.

— И боеприпасов побольше! Давил на общую идеологическую платформу. Не проще ли, поставить на него и создать коммунистический Китай?

— Конечно, проще, товарищ Сталин! Но кто сказал, что коммунистический Китай не сможет стать, впоследствии, врагом? Насколько я помню, товарищ Троцкий был довольно заметной фигурой в партии. Поэтому у собственных границ нет надобности создавать мощные и большие страны.

— Ну, какая мощь у Китая???

— Население. Они по населению нас многократно превосходят. Лучше иметь три-четыре Китая под боком, чтобы иметь возможность манипулировать ими. Мао получит оружие, но не от нас, а от американцев. У них его в избытке, и устаревшего. Бесплатно его американцы не дадут. Мы тоже бесплатно ничего не дадим. Англичане очень обидятся на Америку, если они это сделают. А вот чуточку южнее, во Вьетминь, товарищу Хо-Ши-Мину, оружие надо дать. Французы туда собираются направить крейсер "Страсбург", и будут пытаться забрать обратно восставшую колонию, которая самостоятельно освободилась от японцев. Хо-Ши-Мину надо помочь. И организовать обучение его войск на Окинаве.

— Правильно, Андрей! Дай команду Пуркаеву и Шашкову перебросить вооружения на две мотострелковые дивизии и одну танковую, и боеприпасы. Новые радиостанции с ЗАС не поставлять. А мне поговорить надо с товарищем Хо по-поводу Камрани. Он — хороший организатор, опираться будем на него в том районе. Иначе французы там начудят так, что мало не покажется. В Хабаровске организуйте обучение летчиков для его армии, а на Окинаве — танкистов и артиллеристов.

Он позвонил Молотову и дал распоряжение официально признать Демократическую Республику Вьетминь. В ответ, из Виши, пришла нота протеста. Мы приостановили вывод войск из Франции, и напомнили де Голлю, что Франция во время войны была союзницей "Оси", и французская администрация в Индокитае открыто сотрудничала с японскими агрессорами. Войска, расквартированные в Индокитае, без сопротивления пропустили японцев на юг и запад для нападения на британскую территорию. В настоящее время все воинские подразделения французских войск разоружены, весь личный состав отправлен во Францию. Власть на местах принадлежит правительству во главе с Хо-Ши-Мином. Бывший император Вьетнама Бао Дай стал верховным советником этого демократического правительства.

В Кесоне, столице Филиппин, начались волнения: американцы не выполнили своего обязательства предоставить островам независимость. Многие ещё помнят прошлую войну с Америкой, когда американская армия расстреливала мирное население Филиппин. Было более 200.000 жертв расстрелов. Америке требуется война, чтобы сбросить часть вооружений. Но, война не популярна, над их военными смеются. Большинство в конгрессе настроено против новой войны, да и бюджет не позволяет этого сделать. Попытки найти союзников для этой войны, пока не увенчались успехом. У Филиппин появилась призрачная надежда на независимость. Генерал Маркос приглашен в Белый Дом.

Глава 10.

Нью-Йорк, Манхеттен, 5 авеню, кабинет Дж. Дж. Уиллиса.

Бывший военно-морской лётчик, бывший дипломат, сидел в уютном тяжёлом кожаном кресле, с любимой гаванской сигарой и бокалом 80-тилетнего кентуккского бурбона с содовой, просматривая биржевые сводки с нью-йоркской биржи. Дела шли не блестяще: индекс Джоу-Джонса упал ещё на три пункта. Кто-то вытащил из его кармана полтора миллиона. Настроение было паршивое. Две недели назад он уволился со службы, так как семейный бизнес несколько пошатнулся и требовал его личного участия. Государство государством, а состояние превыше всего!

На Абердинском полигоне армейцы провели сравнительное испытание бронетехники из СССР с имеющимися на вооружении танками "Шерман". Результаты были удручающими. Русские могли расстреливать "Шерманов" с расстояния в 2700 метров, а для того, чтобы поразить их, требовалось сблизиться до 300-500 метров. Средств борьбы с тяжёлыми Исами просто не было. На новых русских танках стояла советско-германская 100-мм пушка, с очень высокими баллистическими характеристиками, гиростабилизатором, прекрасной просветлённой оптикой. Некоторые приборы были демонтированы в СССР, танки и САУ пришли не в полной комплектации, в боекомплекте не было подкалиберных и кумулятивных снарядов, но, и в таком виде, Т-44-100 и ИС-1м-100 были непобедимы на поле боя. Синхронизированный поворот башни, о котором много говорили, но так и не показали русские, в сочетании с большой скоростью разворота башни и прекрасным обзором, через три перископа, позволял уверенно бороться как с противотанковой артиллерией, так с танками и пехотой противника. Все три перископа можно было использовать как прицел для орудия и крупнокалиберного пулемёта.

Единственный возможный союзник Америки в Европе настойчиво уходил в "русский" лагерь. Его можно было понять: проведённые командно-штабные учения на базе расквартированных в Великобритании войск, проведённые в тайне от бывшего союзника, показали, что, в случае начала боевых действий в Европе, "объёдинённые нации" в течение 25 дней будут сброшены в океан. Для ведения войны с СССР требовалось больше 300 дивизий, 10-20 тыс. танков и столько же, если не больше, самолётов. На создание и содержание такой армии ни сил, ни средств не было. Нужно было восстанавливать экономику страны, путь к этому лежал через сотрудничество с ненавистным Сталиным. Приходилось улыбаться и улавливать малейшие желания "усатого Джо"! А он понимал своё превосходство, и, внаглую, пользовался этим: ни с того, ни с сего, взъелся на де Голля и отхватил у него весь Индокитай. У де Голля ни армии, ни флота, ни денег нет! Ездит на поклон ко всем, просит помочь, дескать то Гитлер, то Сталин его ограбили. Никак не может понять, что всех "ограбили", причём нас, американцев, больше всех! Больше всех пострадали именно американская армия и флот, который проворонил нападение японцев. Денег ни на что не дают. Бюджет урезали настолько, что офицерский состав начал разбегаться. Продолжать службу на флоте не имело никакого смысла. Однако, бывших разведчиков не бывает, поэтому Джи-Джи настойчиво рекомендовали заняться политикой. Его семья всегда поддерживала демократов и дружила с Рузвельтами. Он сам тоже вложился в военно-морское строительство, и сейчас прогорал по-крупному! Ни тихоокеанские, ни атлантические верфи доходов, сейчас, принести не могли! Надо куда-то сбыть акции, по-тихому, извлечь хоть что-нибудь. Но как это сделать? Все акционеры хотели только этого! И надо баллотироваться в сенат, быть поближе к государственным заказам. Иначе можно пойти по миру. А кто-то на этой войне руки нагрел. Вон Эндрю уже стал вторым человеком в государстве, а тут сидишь и не знаешь, что делать! Грусные мысли прервал телефонный звонок. Звонил Эдвард Гувер.

— Джи-Джи! Ты как?

— Отлично, мистер Гувер! А Вы?

— Ещё лучше! Помнится, что ты рассказывал, что вы чуть ли не лучшие друзья с неким Андрееффым из России?

— Да, я его немного знаю.

— У тебя есть что-нибудь на него? Некоторые теоретики считают, что он основной виновник срыва операции "ЭйЭйч" и сегодняшнего кризиса. Предлагают предъявить ему счёт по полной.

— Они могут делать это сколько угодно! Здесь, на Манхеттене, это безопасно. А в России это будет очень затруднительно, и смертельно опасно. За год моего сидения в Москве, я встретился с ним лишь однажды, и то, когда я ему сам понадобился. А сейчас его опекают так же как Сталина.

— А если слить информацию Сталину, что он работает на "кузенов" или на нас?

— Если "теоретики" правы, то это ничего не даст! Если Эндрю действительно завалил АН, джапов и нас, то Сталин ему простит даже то, что он общается с чёртом.

— Ты так считаешь?

— Скорее всего "теоретики" сильно ошибаются! Один человек не в состоянии скоррелировать историю. Мне кажется, что мы недопонимаем ситуацию, мистер Гувер.

— Скорее всего, ты прав, Джи-Джи! Тем не менее, дай мне на него всё, что ты знаешь. Я попробую запустить эту утку. В конце концов, один русским меньше, одним больше...

— Всё, что я знаю о нём в моих отчётах. Секретность в России такая, что узнать больше не представляется возможным.

— Спасибо, Джи-Джи. Ты по какому штату решил баллотироваться?

— Джорджия, естественно.

— Я тебя поддержу. Не стоит благодарности!

— А кто эти "теоретики"? И почему такое внимание именно к этой фигуре?

— Некий Татекава, бывший посол Японии в России, предоставил собранные их разведкой данные на Андреева. Он имел отношение ко многим последним изобретениям русских или руководил этими исследованиями. Жена имеет отношение к внешней разведке русских. Налицо промышленный шпионаж, осуществляемый в особо крупных масштабах и непонятным образом. Новейшие наши, английские и немецкие разработки оказались у русских.

— Это выдумки старого шпиона! Вы просто немного не понимаете самурайский дух, господин Гувер. Татекава принимал ультиматум России Японии. Видимо, сэр Эндрю чем-то оскорбил его. Вы же знаете, что для этих узкоглазых достаточно неправильно, с их точки зрения, посмотреть на них, или не в том порядке, как у них принято, что-то сделать, чтобы стать смертельным врагом. Это месть самурая. Сам уже не может, решил нашими руками завалить его. А в результате мы рискуем, в случае провала, вызвать не просто гнев, а ярость русского медведя. Я бы рекомендовал Вам самостоятельно не действовать в этом направлении. Только с санкции Президента. Терракт на второе лица Советов, они нам точно не простят.

— Резонно, Джи-Джи! Мне всегда было жаль, что ты не пошел ко мне работать, а занимаешься ерундой у моряков. Буду рекомендовать тебя в сенатский комитет по разведке. Ты не против?

— В общем, я ещё не задумывался над тем, чем бы мне хотелось заниматься в Сенате. Надо немного поправить дела.

— Ставь на цементную промышленность, мой тебе совет.

— Учту, спасибо! А по-поводу Андреева... Не было у него времени заниматься этим. То, что он талантливый руководитель, я охотно верю. В то, что у него есть время заниматься техническими разработками, я не верю. Скорее всего, собирает вокруг себя таких же увлечённых, как сам, и поддерживает их. То, что с его мнением считаются, я сам видел. Да и блестящая карьера говорит именно об этом. Интересный собеседник, с очень широким кругозором и глубоким анализом. На "яйцеголовых" совершенно не похож. Лётчик он, обыкновенный лётчик. Окончил военное училище. Ну, а массовый промышленный шпионаж русских... Заметили бы. Кто-нибудь, но засыпался бы. Дело в чём-то другом. Подобраться бы поближе! Но их дурацкая страна устроена таким образом, что это невозможно сделать. Так что "теоретики" дали маху. Впрочем, последнее время у них это часто. Может проще сменить теоретиков?

— У них миллиардов несколько больше, чем у тебя, Джи-Джи.

— Джи-Пи??? Сам???

— Я этого не говорил! Хотя ты прав. Он же не сам готовит эти выводы. Скорее всего, они втянули его в эту авантюру, а теперь ищут козла отпущения. Ты же знаешь, сколько вокруг него шушеры крутится.

— В России Вы его достать не сможете. Только людей потеряете.

— Не люди и были. Половину из них русские уже отправили в лагеря. Не прошли проверку. Там действительно очень сложно работать. Но, один, очень информированный, еврей из Москвы сказал, что скоро состоится его визит в Ватикан. Там он не открутится. А виноваты будут... В общем, не мы.

— Джон! Не делай этого! Ты знаешь результаты испытаний в Абердине?

— Мельком слышал. И что?

— Ты хочешь жить под русскими?

— Мне и так не плохо!

— Вот и иди к Фрэнку. А в Риме постреляй в воздух. Сорвалось... Я понимаю, что отказать Джи-Пи сложно, не отказывай, но не суй голову в петлю. Мой тебе совет.

— Я подумаю, как всё спустить на тормозах. Но, я не уверен, что это единственный вариант в корзине.

— Вот и не рискуй! Я полностью в курсе операции "АН". Они это ещё с отцом, царство ему небесное, обсуждали. Знаю кто и зачем. Прекрасный план! Был!!! Ничего, что я по имени, Джон?

— Нормально. Я сейчас приеду.

Разговор с шумным Гувером занял несколько часов и изрядно утомил Джима. Но в результате тот позвонил Президенту, и договорился с ним о встрече. Для Джима открывалось новое, весьма прибыльное направление. Настроение заметно исправилось. Не зря он мёрз в Москве!

Вот мы и вернулись из Рима... Рита представлена к награде...

Мда... Я даже не представлял себе на ком я женился! Я упорно не верил словам Некрасова "Коня на скаку остановит, в горящую избу войдёт!" Теперь я знаю, это — про Ритулю! Но обо всём по порядку.

Визит к Папе Римскому прошел без всяких происшествий по дороге "туда". Рите пришлось надеть на голову шелковый платок, в цвет ее любимого бархатного платья, и пояс. Как всегда, она смотрелась великолепно. Приём, светские разговоры, фотографирование и мы выехали обратно... За рулем — водитель, справа, как всегда, Саша, Ритуля рядом со мной, слева... Впереди 2 машины охраны, сзади — тоже, и отряд мотоциклистов... Я не сразу понял, что произошло. Всё происходило, как замедленной киносъёмке. Сначала послышался звук разрываемой материи. Я так и не понял, откуда у Риты взялся нож, но она моментально оторвала подол у платья, сорвала платок, скинула туфли, сунула за пояс 3 магазина, бросила автомат за спину, выхватила два пистолета, и выпрыгнула из машины, закрыв в полете дверь... Во впереди идущую машину попал снаряд. Саша моментом закрыл бронестекло между шофёром и салоном. Остальное я помню нечётко... Как в кино: действие идет, а ты не совсем понимаешь, что случилось... Слишком быстро. Она открыла огонь ещё в полёте, с двух рук, человек с базукой упал, кинувшийся к нему второй террорист, получил по пуле в каждое плечо. Перевернувшись несколько раз при приземлении, она развернулась на 180 градусов и сделала несколько выстрелов назад, я не видел в кого, выдернула ППС из-за спины, и рванула вперед короткими рваными зигзагами, давя огнём пулемётчика в окне второго этажа.

Очнулся я, когда Ритуля закричала высоким голосом (меня это привело в чувство): "Не стрелять! Брать живым!" Потом она, как ни в чём не бывало, подобрала брошенные пистолеты, сменила магазин в автомате, подошла к нашей машине, открыла дверь, села и сказала Саше: "Поехали!". Мы двинулись дальше.

Когда она подходила к машине, я увидел, что ее фотографируют. Она, действительно, была обворожительна: обтягивающая юбка много выше колен, автомат в правой руке, уложенный на плечо, магазином вверх, в левой руке магазин, 2 пистолета за поясом, и... босиком! Амазонка! Небольшая царапина на плече и тонкая струйка крови на левой щеке.Фотографии Риты облетели все газеты мира. Короткая юбка сразу вошла в моду, и все её называли "Ритта".

Посмотрела на себя: "Моё любимое платье!". На открывшего бронестекло, и начавшего что-то говорить Сашу, она "вырубилась": "Саша, заткнись! Вообще-то, да, это твоя обязанность, но базука была слева! 8 их было, двоих взяли! Один — радист, второй — гранатомётчик. Качай!" И закрыла стекло. Выщелкнула магазины и стала набивать их патронами, приговаривая: "Ни хрена ж себе, съездили к папе!!!" Через три часа мы вылетели из Рима на присланном самолёте, а машины, включая подбитую, вывезли поездом.

В Москве началось расследование. Было понятно, что кто-то "слил" информацию о визите. Стреляли по второй машине, так как вначале построение было таким, и так мы ехали из посольства. Саша перестроил кортеж сразу после выезда из Ватикана на набережной. Возле виллы Боргезе нас ждала засада. Там дорога делает крутой поворот. Внешне все машины одинаковые. Следствие пару дней топталось на месте, потом одна из секретарш Молотова вспомнила, что одно из писем видел Литвинов, приезжавший из Вашингтона по делам. Попытка его вызвать из Вашингтона не удалась. Посол СССР в Америке попросил политического убежища в США.

Из Вашингтона прилетел Уиллис, он сменил Гарримана на посту личного представителя Президента, и сразу попросился на приём ко мне и к Сталину. Он сообщил подробности подготовки покушения на меня, что некая неправительственная организация, в большинстве своём, состоящая из евреев, готовила это покушение. ФБР и разведке США удалось предотвратить несколько вариантов покушения, но всех деталей они не знали. Кроме того, Уиллис сообщил, что одна из групп заброшена в СССР. Состав группы и время заброски ему не известны. Но часть группы уже обезврежена МВД СССР. Он принёс извинения от лица Президента и правительства США. В письме Рузвельта говорилось об этом же. Кроме того, эта организация пытылась задействовать для этого и правительственные органы, но это им не удалось. В письме говорилось о необходимости установить постоянную прямую связь между руководством США и СССР. Письмо Президента было написано за день до покушения.

— Чего добивается эта организация? — спросил Сталин.

— Создания государства Израиль, как минимум, и установления мирового господства еврейской нации, как богоизбранного народа. — ответил Джим Уиллис.

— Сионисты... — задумчиво произнёс Сталин. — Кто возглавляет организацию?

— Не известно. Ярковыраженная структура у организации отсутствует. Наиболее активно действуют на Ближнем Востоке, во Франции, Англии и у нас. Связи с СССР у них есть. У Вас они тоже действуют.

— В составе терргруппы почти все евреи и два поляка, сотрудничавшие с гестапо в годы оккупации, товарищ Сталин. — добавил Берия. Он возглавлял комиссию по расследованию этого покушения. — Но, господин Уиллис, они использовали "базуки" и миниатюрные радиостанции американского производства.

— Покажите, пожалуйста, радиостанции! — Берия позвонил и попросил подвезти одну из них. — А с остальных пусть спишут номера. Мы проведём расследование: откуда у них это оружие и снаряжение. "Базуки" мы поставляли в Африку и в Великобританию. Радиостанции тоже.

— Один из террористов служил в американской армии, точнее, в морской пехоте, ещё один служил в САС у Стирлинга.

— Война кончилась, господин маршал, естественно, что на такое дело подбирали профессионалов с боевым опытом. Денег у организации много.

Привезли радиостанцию, она была не армейской. Сделана в США в этом году.

— Я впервые вижу такую маленькую радиостанцию, господин Сталин. Но, в САС использовалась радиосвязь во время ночных операций.

— Андрей Дмитриевич, Вы же знакомы со Стирлингом? Мог он готовить такую операцию?

— Да, я с ним знаком. Не знаю как сейчас, раньше он предпочитал действовать с автомашин. Не совсем его почерк. Хотя исключить это я не могу.

— Он ушёл со службы из британской армии, и сейчас возглавляет Watchguard International Ltd, которая занимается охраной важных персон. В основном, на Ближнем Востоке. Охраняет королей Залива. Вот его карточка. — Джим вытащил из бумажника визитную карточку. — Вряд ли он будет так рисковать репутацией. Может быть ему позвонить?

— Какой смысл? Всё равно правды не скажет. — сказал Берия.

— Нет, позвонить надо! — сказал Сталин. — Это даст представление о масштабе организации. Звони ты, Андрей.

Со Стирлингом удалось связаться довольно быстро. Я представился секретарю знакомым шефа по Кипру. Стирлинг сказал, что на него выходили с предложением организовать покушение на VIP-персону в Риме, но он отказался. Я спросил о времени, когда это было. Он назвал дату: 26 марта. Разговор со Сталиным о поездке был 21-го. 24-го Литвинов был в Москве.

— Что по поводу Литвинова? Когда Вы его нам выдадите?

— Господин Сталин! У нас есть письмо Литвинова с просьбой предоставить политическое убежище, но самого Литвинова у нас нет. По данным ФБР, он вылетел в Мексику за день до покушения на частном самолёте. Самолёт мы задержали, по имеющимся документам он побывал в 6 латиноамериканских странах в этом полёте. Судя по всему, Ваш бывший посол перешёл на нелегальное положение. Но, если он появится в Соединённых Штатах, несмотря на отсутствие между нашими странами соответствующих договоров, мы его задержим. А там — как решит суд. В любом случае, мы не будем предоставлять ему убежища. Соединённые Штаты терроризм не поддерживают. И ещё, господин Сталин, нами абсолютно достоверно установлено, что заказали убийство господина Андреева японцы. Конкретно: бывший посол Японии в СССР Татекава.

— Где он сейчас?

— Неизвестно. Может быть, в Японии. А может быть, где-нибудь ещё. Он не разыскивается, как военный преступник.

На переговорах со мной Джим жестом спросил меня о прослушке в моём кабинете. Я ответил, что нет, мой кабинет не прослушивается.

— Сэр Эндрю, японец тебя подставил под удар самой могущественной группы людей в мире. В их распоряжении все средства. Они крутят политиками, как хотят. Я, когда узнал об этом, сразу поднял вопрос перед Президентом. Привлечь этих людей к ответственности мы не можем. Они крайне осторожны и осмотрительны. У них лучшие юристы, а у нас нет никаких доказательств. Любой суд они выиграют, или купят, или убьют. Я считаю, что японец просто тебе мстит. Либо за личное оскорбление, либо за проигрыш в войне. Президент однозначно на твоей стороне, и сразу приказал исключить любое участие любых госслужащих в этой авантюре. Японцы стараются нас с Вами столкнуть в бессмысленной войне. Президент очень обеспокоен этой ситуацией. Большая просьба донести это до Сталина.

— Ты сам как об этом узнал?

— Случайно, от старого друга семьи. Мы, первоамериканцы, составляем, как бы, основу нашего государства. Круг довольно узкий. Дружим семьями. Из наших семей вышли все президенты США.

— Клан, в общем...

— Можно и так сказать. Всё переплетено: общие дела, финансы, родственные связи, предприятия. Всего рассказать не могу. Не хочется попадать под такой удар. Раздавят и не заметят. А ты знай, что ты на прицеле. Будь крайне осторожен.

— Мне не привыкать. Врагов хватает.

Поговорили о взаимных поставках. Я понял, что Джим приехал в чистом виде заработать на поставках в СССР и из СССР. Видимо это была плата за услугу от Президента. "Это бизнес, ничего личного!"

Закончив переговоры с Уиллисом, я позвонил Сталину, он попросил зайти.

— Что думаешь по этому поводу, Андрэй? — когда Сталин не в духе, у него резче прорезается акцент.

— Сионисты и японцы здесь не причём. Это работа американских военных промышленников.

— Я тоже так считаю. Что будем дэлать?

— Не играть в эту игру. Это выгодно только им. Пытаясь обострить отношения между нашими странами, они "спасают" вложенные деньги: Америка — достаточно богатое государство, одним ударом, даже таким сильным, его не сломать. Война выгодна только ВПК Америки. Мы сделаем вид, что мы поверили Уиллису и Рузвельту. Подадим заявку на вступление в Интерпол, и будем искать Литвинова через него, как уголовного преступника. Ну, а Судоплатова озадачим искать его по-настоящему. Он, наверняка, получил деньги за эту информацию, и 100% прорежется в 4-м Интернационале. — Сталин, чуть прищурившись, смотрел на меня.

— У тебя крэпкие нэрвы, Андрэй. Я бы никогда не простил такого.

— Я тоже не прощаю, товарищ Сталин. Так будет больнее.

— Понял, Андрэй! Приезжайте все сегодня ко мне. Оленьку привези!

Мы приехали к 7 часам. Сталин сам вышел на порог дачи и обнял Риту.

— Даже не знаю, как тебя благодарить, Риточка!

— Спасибо, но не меня надо благодарить, а инструкторов нашей школы: Перфильева, Смоленского, Зябликова, Спиридонова. Без них разве б я смогла!

— Это хорошо, что ты помнишь своих учителей! Да, конечно, их надо обязательно наградить. Как голова и плечо? Не болят?

— Болят немного, Иосиф Виссарионович.

— Ну, пойдёмте в дом. Давай Оленьку! Пойдешь к дедушке Кобе?

Ну, что-что, а на ручки полуторалетняя Ольга всегда готова! Рита с собой захватила что-то вроде мольберта, некоторые свои работы, и, пока мы разговаривали, сидя в креслах, успела сделать несколько набросков. Она сумела поймать то редкое выражение лица Сталина, когда он просто отдыхает, балует ребёнка или разговаривает с ним. Готовые работы посмотрел Сталин. Он заметил, что Рита очень точно подмечает психологические особенности людей, и умеет передать это в деталях.

Ужинали долго, неторопливо, пили очень богатое по вкусу, тонкое грузинское вино из бочонка, не заводское, кто-то подарил его Сталину осенью на отдыхе. Затем вышли на террасу, там был поставлен небольшой очаг, пощелкивавший горящими дровами, и три кресла. Сталин курил и рассказывал о том, как он ухаживал за первой женой. Митька сидел у меня на руках и слушал, Оля уснула в столовой на диване, а Рита опять взялась за карандаш. В саду пышным цветом цвела вишня, все деревья были просто усыпаны цветами.

— Лето будет жарким. — заметил Сталин. — Третий год подряд летом очень жарко. И очень холодные зимы. Тут Лысенко предлагает начать освоение казахских степей под зерновые. Что скажешь, Андрей?

— Это тот "академик", который отрицает генетику? Я уже с ним сталкивался.

— И как?

— Предложил ему повязать Тлюшу с любой сукой и попытаться избавиться от доминантного гена Hr путём скрещивания.

— Ты — садист! — заметила Рита. — Не дам Тлюшу! — Сталин рассмеялся.

— Ну, с ветвистой пшеницей у него лучше получается. А сама идея освоения новых земель. В Центральной России становится тесновато.

— Надо обратить внимание на канадский и американский опыт использования степей. Там в начале века были огромные проблемы с пыльными бурями. Ветры уносили плодородный слой земли. Канадцы установили, что виной были плуги. — я повторял то, что говорил Сергей. — Сейчас они применяют безотвальную технологию обработки земли. Рита, помнишь, когда мы были в Дакоте, там возле полей стояли "плоскорезы", на грабли похожие, со стрелкой на конце.

— Да, возле каждого поля. Широкие такие.

— Вот они этими плоскорезами и взрыхляют землю, но старые корни пшеницы продолжают держать почву. И засевают ими же. Сверху емкости для зерна, и трубка по задней кромке ножа. Надо будет купить у них и сделать такие же. А, заодно, наладить производство колёсных тракторов в Минске, Ленинграде и Кирове. После этого можно будет начинать освоение целины. Кстати, очень много немцев просится.

— Да, Эрнст говорил мне об этом.

— Крестьянство у нас на подъём не очень... Только молодёжь. А у неё с опытом слабовато.

— Возьми на контроль. В той последовательности, как ты и говорил: сначала техника, потом строительство жилья и МТС, а уж потом "освоение". Так, чтобы столыпинских и потёмкинских деревень не возникло. Любят у нас радостно рапортовать о количестве!

Расстались мы за полночь. Сталин не любил оставлять на "потом" принятое решение. Несмотря на субботу, он позвонил Лысенко и Казакпаеву, и приказал подготовить предложения по освоению целинных земель Северного Казахстана.

— Посмотришь, что напишут и мне покажешь. То, о чём ты сейчас говорил, им не сообщай. Они ж меня под эту глупость подставить хотели. "Сталин дал приказ!".

Глава 11.

Побывал на родине, на пару часов успел заглянуть к маме. Целью поездки были совсем другие дела, но поезд шёл через Златоуст. Завод, на котором когда-то работал отец и я, сам, теперь стал цехом N 16, а основные цеха завода построены в 12 километрах от ЗОФа. Выпускают авиационные пушки, пулемёты Горюнова, танковые пулемёты. На завод я приехал вместе с Сергеем Павловичем Королёвым и одним из его сотрудников Макеевым. Они будут создавать новое СКБ N 385. Здесь, теперь, будут делать ракетные двигатели. Опыт мастеров-металлургов просто незаменим. Сергей Павлович остался на заводе, помогать Макееву обустраиваться, а я поехал дальше, на строительство комбината 'Маяк'. Там закончено сооружение корпусов и проведён монтаж оборудования. Я — Председатель Государственной приёмной комиссии. Генерал Круглов доложил, что первый цех готов дать продукцию. Я присутствовал во время физического пуска первого реактора-накопителя. Страна начала вырабатывать плутоний. В Сухуми закончили монтаж никелевых фильтров ещё в прошлом году, и стали получать уран-235, необходимый для запуска реакторов. Разработаны специальные газовые центрифуги, позволяющие значительно ускорить процесс обогащения урана. Но, несмотря на все наши усилия, в стране не хватало электроэнергии для запуска обогатительных фабрик в промышленных масштабах. Поэтому следующим городом, который я посещу, будет Иркутск. Мы с Лаврентием Павловичем объехали все стройки и все объекты МинСредМаша. Министр Ванников, Курчатов, Первухин, Харитон, немецкие товарищи, делали всё возможное и невозможное, чтобы проект состоялся. У нас уже было около 500 килограммов обогащённого урана. А сейчас начали нарабатывать плутоний. Требовалось много никеля, меди, молибдена, вольфрама и урана. Министерству геологии мы выделили дополнительные средства.

По возвращению в Москву я вызвал к себе генерала Игнатьева.

— Алексей Алексеевич, здравствуйте!

— Здравствуйте, Андрей Дмитриевич. Чем могу быть полезен? Зачем Вам понадобился "книжный червь"?

— Это Вы про свою должность? (Игнатьев, последнее время, работал старшим редактором военно-исторической литературы Военного издательства МО СССР). Кто-то должен обобщать опыт прошедшей войны. — Игнатьев с чуть заметной усмешкой взглянул на меня.

— Я могу обобщить опыт русско-японской и I империалистической. В остальных войнах я не участвовал.

— Пришло время поучаствовать, Алексей Алексеевич. Вы знакомы с фельдмаршалом Маннергеймом?

— С Густавом Карловичем? Был знаком. Но, он из свиты, а я из ГенШтаба. Так что, дружны мы не были.

— Официально, Финляндия не участвовала в войне против нас. Но, участок границы от Ковдора до Рыбачьего, а это почти 200 км, занимали немецкие войска: горные стрелки группы армий "Норд". И войскам Малиновского два месяца пришлось штурмовать долговременную оборону на этом участке. Сейчас Президент Финляндии прислал письмо и просит вывести войска с Финской территории. У нас есть оригинал тайного соглашения между Финляндией и Германией, подписанный Президентом Финляндии Ристо Рюти и Гитлером, по которому финны отвели свои войска с этих рубежей и пропустили туда гитлеровцев. Возвращать эти территории нам не выгодно: через них идёт снабжение нашего флота и войск в Норвегии. Есть ещё несколько причин экономического характера: нас интересует ГЭС на Хеваскосси и никелевый рудник в Петсамо. Никель нужен, как воздух. Проще говоря: не отдадим. Рюти — известный англоман, учился в Англии и тому подобное. Может серьёзно испортить нам отношения с англичанами, что нам не выгодно. Маннергейм, конечно, монархист, но более пророссийски настроен. Есть у них и другие деятели, которые пойдут на уступки в этом вопросе. Как Вы смотрите на то, чтобы сменить мундир на фрак?

— То есть, требуется обосновать отставку Рюти, и подготовить кандидатуру на пост нового Президента Финляндии из круга лиц, готовых пойти на небольшие территориальные уступки, тем более что, эта тундра полита кровью наших солдат. Я Вас правильно понял?

— Именно так, товарищ генерал-лейтенант.

— Майор. Я — генерал-майор, с 1917 года.

— Ну, не удобно Вас в этом чине посылать в Финляндию. Ваша задача: определить на кого из финских политиков можно делать ставку в этой игре.

— Вас понял, товарищ маршал.

— Выезжайте немедленно. Это очень срочно.

После Игнатьева принимал целую делегацию из Чехословакии. Чехи и словаки решили "развестись". Причём, уже провели это через парламент. Сказались и старые обиды, и разница в экономическом положении. Все мои попытки хоть как-то примирить стороны, были безуспешны. Бенеш и Готвальд были против раздела, но словацкие коммунисты и националисты, давно объединившиеся в Словацкую Народную Раду, и представлявшие значительную силу в республике, требовали отделения от Чехии. Бенеш, тоже перегибал палку, везде и всюду назначая на руководящие посты чехов. Словаки и словацкая культура значительно ущемлялись. Товарищи Голиан, Виест, Шмидке, Гусак и господин В. Шробар довольно обосновано говорили о том, что искусственное образование единого государства нежизнеспособно. К нам присоединился Сталин, которому я немедленно сообщил о возникшей проблеме. Он забрал с собой Готвальда, Шмидке и Гусака в свой кабинет, а мы продолжили разбираться в уменьшенном составе. Выяснилось, что несмотря на все запреты, в Словакии продолжает действовать нелегально профашистская Глинкова словацкая народная партия. В итоге мы смогли договориться о том, что Чехословацкая республика будет федеративной республикой, состоящей из двух самостоятельных республик: Чехии и Словакии. Определили законодательную и исполнительную часть самоуправления Словакии: Словацкая Национальная Рада из 100 депутатов, избиравшаяся в Словакии на 6 лет, и Коллегия Уполномоченных, назначавшаяся Правительством Республики и ответственная перед ним и Словацкой Национальной Радой. На местах предусматривались Национальные комитеты в качестве носителей и исполнителей государственной власти и защитников прав и свобод народа. Точно такие же органы управления получит и Чешская республика. Президент Бенеш обещал объявить об этом на территории Словакии. Словаки настояли на том, что в Словакии будет, на постоянной основе, расквартирована, по меньшей мере, одна мотострелковая дивизия Советской Армии и один авиационный полк. Расходы по содержанию этого контингента Словацкая республика берёт на себя. Это будет гарантией от попытки военного решения вопроса, и соответствует духу и букве меморандума о протекторате СССР над Словакией, ратифицированного в 1941 году Верховным Советом СССР и Словацкой Национальной Радой. В этот момент к нам вернулись Сталин, Готвальд, Шмидке и Гусак, которые договорились практически о том же, но в КПЧ. Бенешу и Голиану было указано на невероятно большие сроки заключения, полученные деятелями коллоборационистских правительств и огромное количество смертных приговоров. Благодаря этому, вместо раскаяния, деятели профашистских партий выглядели в глазах населения "великомученниками". Положение надо срочно исправлять! Через два дня в Кошице выступили Бенеш, Гусак и Готвальд и объявили о создании Федеративной Республики Чехословакии.

Самая напряжённая ситуация у нас в Венгрии: на западе страны идут партизанские действия. За Балатоном — горно-лесистая местность, "зелёнка", как её Сергей называет. Немцы и мадьяры объединились, и активно постреливают. Где-то достают боеприпасы и продовольствие. Откуда идёт снабжение, определить не удаётся. Всё вооружение — немецкое и венгерское. СМЕРШ с ног сбился, определяя кто и что. Сергей вспомнил, что в их войне, Гитлер планировал создание "альпийской крепости", и отправлял боеприпасы и вооружения в горную часть Австрии, в соляные пещеры и в шахтные выработки. Скорее всего "Вервольф" работает оттуда. СМЕРШ Южной Группы войск и войска маршала Конева, при поддержке пограничных войск и войск особого назначения, провели масштабную операцию по зачистке очень большого района Венгрии, Австрии и Северной Италии. В результате операции, нами был захвачен в плен раненый обергруппенфюрер СС Гейдрих. Это он, из Австрии, руководил партизанами в Венгрии. После этой операции, в наши руки попало большое количество золота, настоящей и фальшифой валюты, огромное количество произведений искусства, полный архив НСДАП и шесть тонн специальных патентов III рейха. Всё то, что гитлеровцы успели спрятать во время наступления Советской Армии в 42 году. Они, действительно, находились в шахтных выработках и пещерах. Многие шедевры классики были серьёзно повреждены. Мы вывезли картины и скульптуры в Ленинград и в Москву. Там на ними работали лучшие реставраторы страны. Фашизм ещё раз показал своё нечеловеческое лицо. Среди спасённых экспонатов была "Сикстинская Мадонна" Рафаэля, несколько скрипок и виолончелей Страдивари, Амати, Гварнери. В соляных пещерах находился весь "Цвингер" Дрездена, сокровища Трои, вывезенные Шлиманом. Многие сотни миллионов фунтов стерлингов. Номера счетов с ключами от вкладов на предъявителя в швейцарских и ватиканском банках. Всё то, что успела награбить фашистская Германия. Карты и схемы "закладок" на "чёрный день" Третьего Рейха, в том числе в Африке, Америке, Китае и, даже, в Антарктиде. Очень удачная операция! Гейдриха лечили. Специально гоняли несколько самолётов в Англию и США за новейшими антибиотиками. В результате, Генеральный Прокурор СССР Вышинский объявил его военным преступником и потребовал для него ВМСЗ за нарушение правил и методов войны. Партизанское движение в Венгрии и в Германии тихо скатилось на "нет".

Немцы — народ дисциплинированный и законопослушный. Восстановление Германии шло достаточно быстрыми темпами. Для СССР они выпускали легковые автомашины "Фольксваген", "Опель-капитан", "Хорьх", грузовики "Мерседес", "Ман" и "Опель". В авиационной промышленности возникли интересные конгломераты: многие конструкторы фирмы "Дорнье" работали в Таганроге, где обосновались Бартини и Бериев. "Юнкерс" и "Хенкель" работали у Туполева, Мясищева и Петлякова. Яковлев пытался привлечь Вилли Мессершмитта, но сам Мессершмитт остался в Германии, и занялся выпуском микролитражек: мотоколясок для инвалидов войны и "городских автомобилей". Однако, многие из конструкторов фирмы переехали в СССР, и работали по специальности. Довольно высокие зарплаты: от трех до 10 тысяч рублей в месяц, отсутствие карточек и продовольственных проблем, привлекали многих специалистов из Европы. Кто-то уехал к нам навсегда, кто-то работал по контракту, надеясь в будущем, после восстановления Германии, вернуться домой. Летом сорок третьего года прошли первые выборы в бундестаг Германии. Все три партии получили примерно равное число мандатов, с небольшим преимуществом коммунистов. Тельман сумел договориться и объединиться с социалистами. Христианские демократы остались в оппозиции, хотя три человека из этой партии тоже вошли в правительство Германской Демократической Республики. Коммунисты и социалисты объединились, и создали Социалистическую Единую Партию Германии, СЕПГ. Это был большой успех Тельмана.

А вот в Италии всё скаладывалось совсем не так. Если бы не советские войска, страна бы начала гражданскую войну. На индустриальном севере, и до войны, были сильны правые и левые коммунисты, но большинство были троцкистами, большими любителями помахать оружием, что-нибудь поджечь и убежать. А юг Италии — сельскохозяйственный, очень сильны "паписты" и "фашисты". Черные рубашки они сняли, но в душе остались прежними. Взрывной "южный" темперамент любой митинг превращал в побоище. Торопливые и неумелые действия "левого" правительства, и жесткий финансовый и политический кризис, довели страну практически до гражданской войны. Но, попытка её начать, кончилась для обеих сторон плачевно. Наши войска не стали поддерживать ни одну из сторон, несколько раз применили силу и разоружили обе стороны. Были назначены новые перевыборы, правительство ушло в отставку. Впрочем, это было полностью в духе страны. Никто из местных не обращал на это внимания. Но, Судоплатову пришлось вплотную заняться сицилийской и другими мафиями. Начальником СМЕРШ в Италии стал генерал-полковник Абакумов. Ему пришлось пережить в Италии много невероятных приключений, несколько покушений, бурных романов. Впору хоть книгу пиши. Но, с порученным заданием он справился! Юг Италии начал отрываться от Средневековья, а туристический бизнес принёс достаток в дома итальянцев. Всё это будет, но, несколько позже. Пока передвижение по шоссе возможно только под охраной нескольких БТР с крупнокалиберными пулемётами. Выход офицеров в город можно было осуществлять только вооружённой группой. Тогда как на севере страны, кроме немногочисленных патрулей, предназначенных унять подвыпивших солдат и офицеров, и отвезти их на гауптвахту, никаких дополнительных мер предосторожности предпринимать не приходилось.

В июне 43 года закончились переговоры с Великобританией, и в Москве был подписан договор о дружбе, сотрудничестве и взаимовыручке в экономической и военной областях. Как мы и предполагали, англичане признали действие наших патентов. К соглашению о патентах присоединились и США. Это открывало для обеих стран возможность купить патенты на наши авиационные двигатели. Мы же получили доступ к интересующим нас патентам по сплавам лёгких металлов, набиравшей силу электронике и полимерным материалам. Так что, обмен патентами был адекватным. Первым патентом, проданным фирмам Роллс-Ройс и Пратт&amp;Уитни, был мой патент 38 года на двухконтурный ТРД и систему охлаждения камеры сгорания. Кроме того, начались переговоры о выпуске по лицензии уже устаревшего АШ-100 от Су-9 на заводах обеих фирм. Но, в Великобританию мы продали лицензию, а в Соединённые Штаты продавать не стали. Так как АШ-100 был вдвое мощнее, чем имеющийся у Англии "Велланд", в несколько раз надёжнее, полностью отлаженный, без "детских болезней", то весь имевшийся у нас запас устаревших движков был продан в Англию для их "Метеоров". Подписывать первый послевоенный контракт на вооружения прилетел сам Черчилль. Отзывы в английской прессе были самые восторженные, на первых полосах газет: братство по оружию, победители фашизма и пр.. Вместе с ним приехал маршал Теддер, которому было разрешено опробовать Су-12УТИ вместе с генералом Стефановским. Кроме того, было закуплено большое количество авиационных пушек НС-23. Они стали основным оружием RAF, потому, что их характеристики превзошли на испытаниях и швейцарские, и испанские, и шведские образцы. А вот закупать у нас танки англичане отказались, несмотря на то, что их собственные образцы резко проигрывали. Сослались на отсутствие комфорта внутри танка. Купили только 100 мм орудие "Урал-РейнМеталл", ставшее единым образцом, и патент на систему двухплоскостной стабилизации для своего перспективного танка. В СССР, в качестве основного, был принят новый патрон 7,62-мм образца 1943 года (7,62в39 мм) — промежуточный патрон конструкции Н. М. Елизарова и Б. В. Сёмина. Состоялись первые конкурсы на автоматическую винтовку, скорострельный карабин и ручной пулемёт. По итогам конкурса победитель не был выявлен, но наиболее перспективными были признаны разработки Симонова, Калашникова и Дегтярёва. Они получили задание на разработку карабина, автомата и ручного пулемёта соответственно. Просмотрев данные испытаний, англичане согласились с концепцией промежуточного патрона, и он был принят в армиях обеих стран как перспективный. Фирма Ли-Метфорд и Королевский Оружейный Завод Энфилд подали заявки на участие в конкурсе. Кроме того, бельгийский королевский оружейный завод заинтересовался открывающимися перспективами и, тоже, решил принять участие в конкурсе. А я получил по почте письма от Хуго Шмайссера и Эриха Вальтера с их просьбой получить советское гражданство и так же принять участие в конкурсе. Вооружить две крупнейшие в мире армии — это очень сладкий кусочек!

С этого момента военное сотрудничество двух стран сдвинулось с неподвижной точки: радисты договорились об общих каналах связи, но система ЗАС осталась на секретном листе, картографисты начали подготавливать переход на единый геоид и принятую в Великобритании систему масштабирования морских карт. Большие разногласия вызвала система мер и весов, но расходы по переводу в метрическую оказались для Англии слишком велики, поэтому каждая из стран оставила в действии собственную систему. Англичане начали активно заниматься навигационными системами: Декка и Лоран, мы подключились к этой работе. Были подписаны соответствующие соглашения, первые станции и приёмоиндикаторы были приобретены в Англии, вместе с патентами, их начали выпускать у нас и устанавливать как на военные, так и на гражданские суда и корабли. Часть заказов мы разместили в Японии, чтобы подстегнуть развитие экономики. В августе были проведены совместные манёвры ДКБФ и Роял Флит, причём англичане настояли, чтобы противоборствующие эскадры были смешанными.

Воспользовались моментом и авиаконструкторы. Фирмы Авро, Виккерс и Бристоль подключились к программам развития гражданской авиации СССР. Мы планировали в течение пятилетки создать около 50 постоянных авиалиний между крупнейшими городами СССР и Европы. Англичане отставать не думали. И начали разработки среднемагистральных самолётов на базе имеющихся у них двигателях "Мерлин" и Пратт&amp;Уитни. В общем, бросились догонять. А опыт обслуживания техники и пассажиров у них был очень хороший. Я рекомендовал ГВФ направить нескольких человек в Англию для обучения организации пассажирских перевозок. Мы вступили в ИКАО. Теперь всё проектирование пассажирских самолётов будет выполняться с учётом её требований. Бартини уже готов! У него широкофюзеляжный 4-х моторный турбовинтовой двухпалубный Ба-117 на 120 или 160 пассажиров. А Швецов, вместе с Роллс-Ройс, приступили к работам по первому турбовентиляторному двигателю с расходом 0,65 кг/кгс/час на крейсерском режиме. Впервые в двигателе будет применён титан. У англичан есть опыт работы с этим капризным материалом. Скорее всего, этот двигатель и станет единым для целой серии пассажирских самолётов. Он дозвуковой, может обеспечить скорость 750-850 км/час. Планируется сборка двигателя как на площадке РР, так и в Перми. Очень доволен Сталин. Удалось столкнуть напрямую в конкуренции наших и иностранных двигателестроителей. Радовался и Черчилль: скоро выборы и консерваторам требовались голоса избирателей. Лейбористы избрали тактику сближения с Америкой, и крупно прокололись на этом: последнее время участились драки между англичанами и американскими военными. В прессе появились многочисленные статьи "Что делают американцы на нашем острове?". 400 бомбардировщиков, которые успели перегнать янки, заняли лучшие аэродромы, а солдаты и офицеры пользовались экстерриториальностью. Несколько крупных скандалов закончились массовой демонстрацией под лозунгом: "Янки, гоу хоум!". Им пришлось объявить о программе вывода войск. Надо будет представить к награде Павла. Он блестяще провёл эту операцию!

По внутренней политике состоялся июньский пленум ЦК. Решено было отменить ночные смены на всех преприятиях, кроме предприятий непрерывного цикла, но оставить вторую смену. Инженерный состав был переведён на фиксированный рабочий день. В остальном, трудовое законодательство решили не изменять: возвращаться к "вольнице" 20-30 годов никто не хотел. Уж слишком велика была текучка кадров и были огромные проблемы с качеством. На этом же пленуме рассмотрели вопрос об "Общепите". Работу этой государственной компании признали неудовлетворительной. Многочисленные проверки выявили массовые хищения продуктов, низкое качество пищи и обслуживания. Трест "Общепит" было поручено децентрализовать. Его судьбу передать в руки местных Советов. Отдельным постановлением вышло предложение правительству разрешить кооперативам и индивидуалам заниматься общественным питанием. На пленуме Сталин вернулся к теме о засухах. С основным докладом выступил Михаил Иванович Марцелли, ректор Московского гидромелиоративного института имени В.Р. Вильямса. Для разработки и реализации мер по внедрению травопольной системы земледелия было предложено создать специальный институт "Агролеспроект", которому поручить создать план преобразования природы на территории СССР. Что мне понравилось на Пленуме, так это его деловитость, отсутствие пустых выступлений, сплошная конкретика, даже когда речь шла об идеологии. В конце Пленума выступил Лазарь Каганович, министр транспорта, который предложил озадачиться переводом железнодорожных и морских перевозок с устаревшей паровой тяги. Он предложил перевести три моторостроительных завода, ранее выпускавших танковые двигатели, на выпуск дизелей для тепловозов и судов. Предоставил сводную справку по экономической целесообразности такого перехода. Кто был автором проекта, Каганович не сказал, но сослался на разработки Ленинградских институтов железно-дорожного и водного транспорта. После коротного обсуждения мне дали указания просмотреть возможности планового перевода транспорта на дизельную тягу в течение этой и следующей пятилеток.

После Пленума я поинтересовался у Сталина: почему мы Пленуме рассматривали чисто правительственные задачи?

— Андрей, я с тобой согласен, что последнее выступление было лишним, но Лазарь привык действовать именно так. Что касается остального, это непосредственно касается партии. Необходимо настроить людей на выполнение этих планов. Без людей, без их инициативы и поддержки, выполнить эти планы не удастся! Ещё раз повторяю: сначала люди, а потом железки! Всегда действуй именно так! Если это не касается государственных секретов.

Глава 12.

После августовских флотских манёвров позвонил по прямой связи Черчилль и предложил трехсторонние переговоры между нами, Англией и Францией. Репарации, которые учитывали и долги России Франции за строительство железных дорог в прошлом веке, Франция выплачивала регулярно. Но, из-за кризиса вокруг Вьетминя, мы продолжали удерживать за собой примерно треть Франции, включая Париж. Правительство де Голля находилось в Виши. Мы не создавали никаких дополнительных структур во временно оккупированной зоне. Там действовали законы и атрибутика довоенной Франции. Наши воинские части находились исключительно на границе между Виши и собственно Франции. Видимо, Черчилль решил посодействовать объединению Франции. Я доложил Сталину, тот улыбнулся и сказал:

— Пусть приезжают в сентябре. И пригласи на это же время товарища Хо.

Переговоры, практически сразу, перешли в разряд четырёхсторонних, причём Черчилль нам подыгрывал! Старинная англо-франкская вражда была явно в нашу пользу! Товарищ Хо Ши Мин хорошо построил свою защиту, привёз на переговоры старого друга Франции бывшего императора Индокитая Бао Дая. Я не знаю почему, скорее всего 'дядюшка Хо' поставил бывшего императора в безвыходное положение, потому, что сразу после состоявшихся переговоров Бао Дай эмигрировал со всей семьёй во Францию, император активно поддерживал Хо Ши Мина на начавшихся в Женеве мирных переговорах между Вьетминем и Францией, которая предварительно признала существование независимого государства Вьетминь. Кстати, совсем не маленького! А у нас появился довольно дешёвый каучук для авиационных покрышек, рис, пряности, кобальт, яд кобры и военно-морская база в Камрани. В ответ мы начали выводить наши войска из Франции и приняли её полноправным членом в Европейский Оборонительный Союз (ЕОС). Отсюда и до ЕС не далеко! Англичане поиздевались над некоторыми французскими банками, обвинив их руководство в пособничестве фашизму. После подписания документов по Франции, Черчилль, в приватной обстановке, сообщил нам о том, что Соединённые Штаты, по его сведениям, разрабатывают сверхмощную бомбу на основе урана. На что Сталин сказал, что пусть разрабатывают. Это только укрепит наши миролюбивые позиции. Возможность Штатов объявить Соединённой Европе войну обратится в ноль! В любом случае, вся территория Соединённого Королевства находится под защитой нашего совместного военного союза. Нам есть чем ответить! Черчилль, который не раз прочувствовал на себе наши возможности, посмотрел на меня, я — улыбнулся, он успокоился и принялся объяснять нам почему Великобритания не стала приобретать у нас танки. Но пушки для них они приобретают у нас! Делайте Ваши танки, господа!

Правительства Австралии, Новой Зеландии и Южно-Африканской Республики провели референдум о военном союзе с СССР и подали заявку на вхождение в ЕОС. В Канаде референдум не состоялся. Его бойкотировали некоторые провинции, в том числе франкоговорящие. Поэтому Черчилль и привёз де Голля. Он надеялся, что после переговоров и объединения Франции, канадские провинции согласятся с проведением референдума.

Поговорив об этом, Черчилль вновь вернулся к разговору об ядерном оружии. Он поинтересовался у Сталина, представляет ли он себе, о чём идёт речь и передал ему письмо Кэвендиш-лаб от 39 года, в котором английские физики предупреждали Черчилля о вероятном начале в Германии разработок такого оружия.

— Господин Премьер, мне хорошо известно об этом из подобного письма Академии Наук СССР. Ваши физики не упомянули, что после взрыва такой бомбы образуется большая зона заражения территории радиоактивными веществами. Это бесчеловечное оружие массового уничтожения. Но, это очень дорогое и очень тяжёлое оружие. Нас с Америкой разделяет океан. На востоке у нас на многие тысячи километров абсолютно безлюдные места, но и там у нас есть хорошая истребительная авиация и РЛС. Для перевозки такой бомбы нужны большие бомбардировщики, а они имеют небольшую скорость и очень уязвимы. Наши истребители могут уничтожать их с расстояния в несколько километров. Не входя в зону эффективного огня оборонительного оружия. Кроме того, у нас создано оружие, способное поразить самолёт на расстоянии 75 км и на высотах до 30 км. Если американцам некуда больше девать деньги, то пусть создают свою бомбу. Но, насколько я знаю, денег у них пока нет, а мы, с Вами, имеем три страны, которые добывают почти 79% всего золота на Земле. СССР может ещё увеличить добычу драгоценных металлов. Старинная якутская легенда гласит о том, что по Земле когда-то бегал золотой олень, великий охотник подстрелил его. Хвостик оленя упал на Аляску, а туловище в Якутии, голова упала на Таймыр. Не менее богатые месторождения у нас в Узбекистане.

— Да, господин Сталин! Совершенно неожиданная стратегия! Но, наша территория более уязвима. Американцы построили аэродромы в Гренландии и Исландии.

— Надо активнее подключать Данию, Бельгию и Голландию к нашему союзу. Одним из условий ставить отсутствие иностранных баз на их территории. И создавать общую ПВО. Не забывать и другие государства в Азии и в Африке. Это наша зона ответственности, не американская.

— Но, может быть озадачиться созданием аналогичного оружия? Урана много в Австралии...

— А что это нам даст? Вы же не собираетесь нападать на Америку?

— Нет, конечно, но они явно собираются отнять у нас Канаду. Я беспокоюсь за это. Но нам самим, в одиночку, сразу после войны, такой проект не потянуть. — сказал Черчилль.

— А много требуется финансов по Вашему мнению?

— Около 800 миллионов фунтов.

— Огромная сумма! Я предлагаю следущее: так как в Америке сейчас все военные программы свёрнуты, у нас есть время этим не заниматься, но придержать Америку просто необходимо. Поэтому надо активнее создавать ей экономические трудности. Мы готовы выделить некоторые средства, для того, чтобы вы, через вашу биржу в Лондоне, скупили весь имеющийся уран в странах, не входящих в наш Союз. Своего урана в США до войны не было. Этот уран мы готовы хранить у себя, и потихоньку проводить иссследования в направлении его использования, и готовить базу для разработки и промышленного производства таких боеприпасов, склады, носители и другую инфраструктуру. Это много больше, чем указанная Вами сумма. Поэтому будем действовать не спеша, внимательно следя за развитием событий в Америке и Канаде. Но, если Канада войдёт в наш Союз, нам понадобится быстро и эффективно вооружить её самым современным оружием. Может быть даже атомным, чтобы исключить саму возможность войны со Штатами.

Черчилль внимательно следил за Сталиным, мне даже казалось, что он не слушает мой перевод. Нет, оказывается внимательно слушал!

— Вы совершенно правы, господин Сталин! Ведь нужна не одна бомба, а их производство. Конечно, указанной суммой мы не обойдёмся. Но, положение нашего доминиона таково, что мы не можем откладывать это надолго.

— Стоит ли вкладывать такие большие деньги в этот доминион?

— Мы, в основном, используем канадскую пшеницу, плюс золото, лес и тот же уран. Раньше он не разрабатывался, но сейчас он становится стратегическим материалом.

— Ну, господин Премьер, Вам решать! Ваша территория. Нам самим это пока не нужно. Есть более насущные проблемы, в первую очередь по алюминиевой промышленности. Бокситов много, а электричества не хватает. Мы, в первую очередь, деньги сейчас направляем туда. Это для нас первоочередное направление. Для войны с нами США понадобятся бомбардировщики, могущие летать на расстояние в 14-20 тысяч километров. Таких, пока, ни у кого нет. И сбиваются они хорошо. Так что, в ближайшее время нам это не грозит. А вот совместной ПВО надо озадачиться.

Спустя два месяца в Москву с официальным визитом прибыл Премьер-министр Канады Маккензи Кинг. Он был главой Либеральной партии Канады и почти бессменным её руководителем на протяжении многих лет. Фигура достаточно противоречивая: в тридцатые годы он был поклонником Муссолини и Гитлера, потому, что считал, что они много дали для рядовых членов общества. Он же ещё в 1922 году ввёл пенсию по старости в Канаде. Сталин охарактеризовал его как сторонника государственного регулирования в экономике, националиста, он поддерживал только англоговорящих канадцев и всегда использовал разные лозунги для разных языковых территорий и как сторонника большей независимости Канады от Метрополии. Канада переживала кризис перепроизводства. Уровень безработицы достиг 27%, но Кинг, имевший большие запасы продовольствия, организовал пункты питания для безработных и... лагеря, куда свозили бездомных. Впервые за всю историю Канады официально была запрещена иммиграция. Положение у Премьера было шатким. Порядок в городах поддерживался только усилиями Королевской Конной Полиции и добровольческими формированиями. После переговоров с Черчиллем, мы прекрасно понимали, какую головную боль может принести нам эта заморская территория Великобритании. Требовалось принимать окончательное решение.

Кингу устроили поездку по стране: он посетил Ленинград, Архангельск, Киев, Ворошиловск, Симферополь и Севастополь. Вернулся в Москву через 10 дней. Сталин не хотел с ним встречаться, мотивируя тем, что это уже оторванный американцами кусок Великобритании. Мне пришлось довольно долго уговаривать его не делать этого. Я в качестве "переговорщика" не годился, так как был на 40 лет моложе собеседника. В конце концов Сталин согласился с этими доводами, но предупредил, что будет просто присутствовать, "для весу", Канада и её проблемы нас мало интересуют. От итогов переговоров ничего не зависит. Британия просто хочет свалить на нас свои проблемы. Я улыбнулся, Сталин это заметил.

— Чему ты улыбаешься?

— Тому, как Вы сопротивляетесь возможности создать плацдарм в Америке. На войне самое сложное и кровопролитное — это плацдармы!

— И как ты собираешься это сделать?

— "Нет такой крепости, которую не возьмёт осёл, нагруженный золотом!"(С) Нам, действительно, в настоящее время не выгодно присоединение Канады к ЕОС, но, если мы сейчас оттолкнём Канаду от себя, то вероятно придётся брать её с боем. А вот если экономически связать её, и лет через пять принять её в ЕОС, то у нас появится некоторый шанс столкнуть Англию и США между собой.

Сталин задумался.

— По-моему, Андрей, это — авантюра!

— Я уже слышал это: 14-го июня 41 года. — Сталин расхохотался.

— Подловил! Молодец! "Мои авантюры летают, а дивизии ПВО готовы отразить удар!" Ладно, будь по-твоему. Примем Кинга. Посмотрим, что за "гусь".

Кинг был очень опытный, "прожжёный" политик. Но он ошибался, считая, что именно мы подбиваем Великобританию в его адрес. Он попытался сразу "взять быка за рога"! После взаимных приветствий он перешёл в атаку и сходу угодил в лужу.

— Господин Сталин, господин Андреев, моё правительство не понимает необходимость проведения референдума по оборонительной политике!

— Господин Кинг, а причём тут мы? Нам абсолютно всё равно, будете Вы его проводить или нет! Это совсем не наше дело! После окончания войны в Европе, по итогам Московской конференции, Ваша страна не входит в зону нашей ответственности. Вы входите, как доминион, в Британскую империю. Оборонительная политика Британской Империи — внутреннее дело самой империи. Мы всегда говорили и говорим о полном невмешательстве во внутренние дела суверенных государств. Наша зона ответственности, как великого государства: Европа и часть Азии. Всё остальное нас не касается. Вам надлежит решать эти вопросы в Лондоне, а не в Москве! Если у Вас больше нет других вопросов, то можно считать, что переговоры состоялись. Они прошли в тёплой и дружеской обстановке. Завтра об этом мы сообщим в наших газетах.

Я перевёл Кингу ответ Сталина. У него широко раскрылись глаза. Он совершенно не ожидал такого ответа. Но остался сидеть в полном замешательстве. Я пришёл к нему на помощь:

— Как Вам понравилась наша страна? Вы же впервые в России?

Кинг поднял на меня не совсем понимающий взгляд, потом ответил:

— Нет, я бывал в России, в 18 году, в Архангельске. Как корреспондент. В городе довольно много новых каменных зданий. Раньше он был полностью деревянный, с деревянными мостовыми. Теперь — асфальт. Лишь кое-где сохранилось старинное покрытие улиц.

Давая ему передышку я задал ему ещё несколько вопросов о городах, в которых он побывал. Он пришёл в себя и, наконец, ещё раз спросил у нас со Сталиным:

— Господа, Вы и вправду не имеете к этому референдуму никакого отношения? У нас все газеты только и говорят о происках русских!

— Господин Кинг! Это решение Великобритании: создать военный союз с нами. Мы сразу указали на сложности, которые последуют вслед за этим решением короля и Премьер-министра. Мы сказали о том, что мы против принудительного присоединения доминионов к этому союзу. Военные союзы через силу не устанавливаются. Они добровольны. Они должны соотвествовать внутренней и внешней политике государства. Иначе будут недолговечны и опасны. Великобритания не хочет потерять Вашу страну и опасается экспансии Соединённых Штатов, вплоть до полного поглощения Канады.

— Этому не бывать! Мы вторая по территории страна в мире, после Вас. Мы самостоятельно объявили войну Гитлеру 6 сентября 39 года. Множество добровольцев, весь флот, почти вся авиация и три дивизии Канады сражались с нацистами и японцами. Правда, никто этого не оценил.

— С нашей стороны в войне с Гитлером участвовало более 300 дивизий, мистер Кинг. — заметил Сталин. — А канадские "добровольцы" были замечены в Финляндии, на стороне профашистского режима Ристо Рюти.

— Господин Сталин, нас разделяет океан, и новости до нас доходят, скажем так, слегка искажённые. Только в декабре 41 года была озвучена реальная причина "зимней войны". До этого наша пресса, используя факт существования пакта Молотов-Риббентроп, существенно искажала реальное положение вещей. Поэтому нашлись добровольцы, полетевшие в Финляндию, которую представляли как "маленький свободолюбивый народ"!

— Они отказали нам в аренде наших же фортов на северном берегу Финского залива, пытаясь облегчить Гитлеру захват Ленинграда. Ну, слава богу, кошмар войны кончился. Объединённые Нации одержали победу. Теперь наша задача исключить саму возможность решения политических вопросов военными методами. — сказал Сталин.

— Вы — верующий? — последовал вопрос канадского Премьера.

— Нет, я — атеист, но когда-то давно учился в семинарии. Так что, проскальзывает. — улыбнулся Сталин.

— У нас в стране довольно большая украинская диаспора, я специально попросил показать мне Украину, чтобы было, что сказать этой части избирателей. Думаю, что создание Общества Советско-канадской дружбы станет хорошим шагом в деле укрепления наших взаимоотношений. К сожалению, наше правительство испытывает серьёзные финансовые сложности в этом году. Уровень безработицы просто критический. Пока удаётся хотя бы кормить людей из госрезерва, но он не бесконечен.

— И на этом фоне у Вас в прессе звучат антисоветские нотки... — заметил я.

Кинг заметно покраснел.

— Вы правы, господин Андреев. Скорее всего, эти слухи и домыслы являются частью какого-то плана. Надо будет решительно пресечь эти дискуссии.

— Не стоит проявлять решительность, господин Кинг, на пустом месте. Требуются реальные дела, говорящие об обратном.

— Нет денег для этого.

— А есть куда их вложить, так, чтобы снять напряжение в обществе? Вспомните того же самого Гитлера. Он дал работу миллионам немцев, начав строить автобаны. Спас от голодной смерти многих немцев, чем заслужил любовь и уважение нации. То, что он потом всё спустил, потому что решил поиграть в войну, не умаляет его заслуг в развитии потенциала Германии. — Сталин несколько прищурился, когда я произносил эту фразу.

— У нас есть проект связать восточное и западное побережье Канады стратегическим шоссе. В связи с бурным развитием автотранспорта, в этом есть реальная надобность.

— Я думаю, что ВнешТоргБанк СССР, под государственные гарантии правительства Канады, сможет профинансировать это строительство. — я взглянул на Сталина.

— Я, тоже, думаю, что это возможный вариант. А тему про референдум необходимо отложить до лучших времен, господин Премьер. Присмотритесь, как пойдёт сотрудничество с другими государствами, оцените достоинства и недостатки. Не торопитесь принимать решение по этому вопросу. Есть хорошая русская пословица на эту тему: "Семь раз отмерь, один раз отрежь!"

— Я был приятно удивлён, Ваше Превосходительство господин Сталин, ходом сегодняшних переговоров. Мне казалось, что Вы хотите воспользоваться бедственным положением страны и загнать её в невыгодный и сомнительный военный союз. Оказывается, на первом месте у Вас находится международное право, международная безопасность и мир во всём мире! Именно так я и буду освещать свой визит в Москву.

Черчилль, наученный горьким опытом войны, действовал напористо и активно. Он провёл несколько раундов переговоров с Голландией, Данией и Бельгией, организовал визиты туда Георга VI. По его инициативе была созвана конференция в Праге, на которой окончательно был сформирован Европейский Оборонительный Союз и прошло заседание Комитета Начальников Штабов. Штаб Объединённого командования расположился в Праге. В организацию вошли все страны Европы, которым было разрешено содержать армии, за исключением Испании, Швеции, Швейцарии и Португалии. Последней подала заявку на участие Финляндия. Это было связано с острым политическим кризисом, отставкой президента Ристо Рюти, после того, как одна из финских газет опубликовала фотокопию секретного договора с Гитлером, по которому часть северной Финляндии передавалась Германии в обмен на поставки современного вооружения. Новым президентом Финляндии стал маршал Маннергейм. Министром иностранных дел — Паасикиви. Финляндия признала новые границы и официально провозгласила курс на новые отношения с СССР. Кроме европейских стран, в ЕОС вошли три доминиона Британской Империи: Австралия, Новая Зеландия и Южно-Африканская Республика.

Приоритетом оборонительной политики ЕОС стало построение единой ПВО Европы. Мы продемонстрировали ЗРК с-25, Англия тут же заказала 10 дивизионов, но без грузовиков ЗиС, которые она сочла недостаточно экономичными, заменив их собственными Скаммелами Пионер и Остин К6. Остальные страны заказали по два дивизиона. Кроме того, мы показали оборудование для "слепой посадки", позволяющее существенно снизить требования по погоде для гражданских и военных самолётов. Оборудование было сертифицировано ИКАО, выпуск оборудования начался у нас, и по лиценции СССР, в Чехии на заводе Тесла, в Англии в фирме "Декка Навигатор" и в Норвегии. Все аэродромы, кроме самых маленьких, должны были иметь такую систему приводов. Все самолёты в Европе и мире, выполняющие пассажирские перевозки, обязали иметь такое оборудование. Аксель Иванович получил Сталинскую премию за разработку радиоприводов, радиолокационного и диспетчерского оборудования аэропортов и вторую звезду Героя Социалистического Труда. Его избрали академиком, минуя звание члена-корреспондента АН СССР. Но он уже переключился и с головой ушёл в вычислительную технику. Управляемые ракеты настоятельно требовали ЭВМ для наведения. Аналоговые вычислители Берга и Нортена уже не удовлетворяли требованиям и возросшим скоростям полёта. Королёв, также, настоятельно просил обрабатывать телеметрию на ЭВМ. Ядерщики просто задыхались от вычислений.

Недостроенный немецкий авианосец "Цеппелин" перешёл из Штеттина в Кронштадт. Там его стали перестраивать под выпуск реактивных Су-12к. Но он всё равно получался хуже "Севастополя", в "девичестве" типа Эссекс CV-9-го, из-за слабого ПВО. Проект его перестройки под новую систему управления зенитным огнём, аналогичную "Севастопольской", поставил "Цеппелин" на три года на ремонт. Он будет нести 64 реактивных Су-12, 12х2 130мм универсальных автоматических башенных пушек, по шесть башен с каждого борта и перспективную ЗРК "Стрела-1" малого радиуса действия. Всё это будет располагаться на консолях чуть ниже взлётной палубы, а ПУ ЗРК у надстройки. Проектировщики из НИИ — 45 почти год перебирали различные варианты модернизации в общем уникального корабля. Но реально проект устарел не родившись: и не авианосец, и не рейдер. Огромная автономность, хорошие жилищные условия, отличные турбины, но плохие котлы, большое количество неустановленной артиллерии 6-дюймового калибра, полуавтоматические зенитки 104 мм, но мало зенитных автоматов, отсутствует централизованное управление огнём, нет радиолокатора, маленькая авиагруппа, в половину "Севастополя" при одинаковом тоннаже. Узкая взлётная палуба, две катапульты с очень коротким ходом. И довольно развитая надстройка. Решили сделать две косые взлётные палубы, с переносом туда модернизированных катапульт, и трамплин на главной палубе. Замене подлежали так же паровые котлы, благо, что конструкцией была предусмотрена их штатная замена. В результате увеличивалось водоизмещение и осадка, нижний ряд иллюминаторов было предложено заварить. Работы взялись проводить Балтийский и Кронштадский заводы.

Ещё хуже дела обстояли с недостроенными пятью японскими авианосцами. Один проект, "Тайхо" был очень интересен, было принято решение достраивать его как есть. Второй был "переделкой" из линкора типа Ямато: огромный, с мощным бронированием, тихоходный и невместительный. Его мы продали в Чили на металл. Три заложенных типа "Унрю" находились на стапелях в различной степени готовности, но силовые установки у всех были смонтированы или были в наличии. Два тяжелых: "Сейкаку" и "Дзуйкаку", захваченных у острова Итбайят, мы отремонтировали, переделали противопожарные системы, снабдили носовым трамплином, и приняли в состав Тихоокеанского флота, под именами "Минск" и "Тбилиси". А лёгкий "Дзуйхо" продали в Бразилию. Ещё два стояли на приколе в Совгавани, покупателй на них не было, а наши судоразделки были перегружены. Институт военного кораблестроения занимался разработкой модернизации "Унрю" с начала 43 года. Проект получался очень интересным. Ещё два "японца": "Дзюньё" и "Хиё" стояли бесхозными в Порт-Артуре. Они должны были быть переданы американцам, но они их не забирали. Аварийные команды на них были наши. Но, кроме как на слом, они никуда не годились. Интерес представляли только хорошие турбины и экономичные котлы фирмы "Кавасаки". Остальные судоверфи Японии мы загрузили постройкой танкеров в 25000 — 100000 тонн для нашего совместного предприятия с фирмой Вritish Рetroleum. Будем поставлять нефть из Персидского залива в Азию.

На японские линкоры типа Ямато, одному из них пришлось ставить винты и валы, которые сняли с недостроенного 'Синано', установили артиллерийские и навигационные радиолокаторы, центральную систему управления огнём и радиолокационные взрыватели для крупнокалиберной зенитной артиллерии. Добавили ещё шесть башен крупнокалиберных зениток, усилили их малокалиберную зенитную артиллерию 4-хствольными 'Бофорсами' и новыми ЗУ-4-23. Заменили бортовые гидросамолёты. У обоих кораблей была демонтирована 'башня управления', вместо неё установили ажурную мачту с 10 антеннами РЛС и 4-мя цейсовскими дальномерами: один — общий, и по одному на каждую башню. Заменили полностью все навигационное оборудование, все радиостанции. Удивило слабое развитие электросетей на обоих кораблях, вместо него использовался пар, и отсутствие брони на центральном посту управления. ЦПУ мы бронировали, причём нашей ленинградской броней Ижорского завода. Японцы впервые увидели сварочные автоматы. У них до сих пор все суда клёпанные! Сразу после этого они через посольство подняли вопрос о закупке большой партии сварочных автоматов. Оно и понятно: страна островная, всё морем доставляется. Кузнецов, который сравнивал 'японцев' с 'Адмиралом Нахимовым', бывшим Тирпицем, отмечал, что 'Нахимов' более продуман, лучше спроектирован, лучше бронирован, все системы многократно дублированы, превосходный по живучести корабль. А у 'японцев' всё отдано скорости, в ущерб живучести. Серьёзного боя они не выдержат оба. Они — эскадренные корабли, без мощного прикрытия их использовать невозможно, только против заведомо слабого противника. А немецкие — отличные рейдеры. 'Тирпиц' достался нам абсолютно неповреждённым. Ни одного боя он так и не провёл, а вот 'Гнейзенау' и 'Шарнхорст' мы восстанавливали. Меняли кормовую башню на 'Ушакове', благо что мы стали собственниками заводов Круппа. На обоих кораблях меняли баковые обводы: на полной скорости их заливало, и якорную систему. Взрыв трех малокалиберных торпед под кормой у 'Шарнхорста' вызвал самоотдачу всех якорей, которые оборвали жвакогалсы. Из-за чего линкор выбросило на берег, где он и капитулировал. После ремонта они были введёны в состав Балтийского Флота под именами 'Ушакова' и 'Макарова'. 'Нахимов' вошел в Северный флот, 'Royal Sovereign' был торжественно возвращён Ройял Флиту, на север перешёл 'Марат', более приспособленный для арктических широт. Итальянский 'Цезарь' вошёл в состав Черноморского флота под названием 'Новороссийск', боевых повреждений он не имел, сразу вошёл в строй. В сентябре 1943 года в Филадельфии был поднят военно-морской флаг на линкоре "Адмирал Беллинсгаузен", тип Айова. Он вошёл в состав Северного флота. 17 августа в Куинси был спущен на воду авианосец "Североморск", типа Ессекс, но с косой взлётной палубой и трамплином на главной палубе. Американцы обещают сдать его в начале 44 года. Он будет базироваться на Севере.

Поговорив о состоянии флота с Кузнецовым, я посоветовал ему озадачить промышленность радиолокационными прицелами для малокалиберной артиллерии, и заняться универсальными скорострельными автоматическими пушками, для того, чтобы повысить вес залпа при отражении воздушных атак. А от себя пообещал скорейшую разработку ЗКР "Стрела-1" с дальностью 15-30 км.

В бюро Миля совершил первый полёт вертолёт Ми-4 с поршневым двигателем м-82в. А Ивченко заканчивает работы по независимому редуктору для газотурбинных двигателей. Бюро Камова испытало соосные винты с приводом от того же М-82. Но есть несколько больных вопросов: как покидать машину в случае остановки двигателя? Тряска! И усталостные напряжения в лопастях. Милевский Ми-1 уже в серии. Да, он маленький, невооружённый, но подобрать лётчика, доставить пакет, сбросить вымпел прямо на палубу или сесть на неё он вполне способен. На подходе более мощные и интересные машины.

Глава 13.

Осень порадовала высоким урожаем, а в Минске запустили в массовое производство небольшой колёсный трактор с дизелем в 57 лс. Вот только покрышки и камеры для задних колёс делают пока только в Германии. Ярославский шинный завод так и не смог вовремя запустить линию под новый трактор. Кировский завод запланировал к весне выпустить большой колёсный трактор мощностью триста лошадинных сил с двигателем В-2 (3Д6). Директор Кировского завода увидел похожий трактор в Америке и загорелся сделать такой же. Опять проблема с шинами: завод в Воронеже даст продукцию только в январе 44 года, но оснастка для шин большого диаметра на заводе есть. Московский шинный завод полностью загружен, расширяться ему некуда. Красноярский завод работает только с натуральным каучуком, он выпускает шины для авиации. Омский и Ереванский заводы имеют запас мощности, но незначительный. Надо поднять вопрос о строительстве ещё двух-трех заводов. Автомобилей и тракторов в стране резко прибавляется, шины купить в магазине довольно тяжело для автолюбителей. Приходится закупать в Европе: в Венгрии и Германии. По качеству лучшие шины сейчас делают в Великобритании. Даже переход на синтетический каучук по патенту Лебедева, никак на качестве Dunlop и VCP не отразился. А у нас качество очень отстаёт. Надо накрутить хвоста министру резиновой промышленности Митрохину: почему у него мощностей не хватает, и с качеством большие проблемы.

Вообще, перекосов в промышленности хватает! Последствия быстрой индустриализации и гигантизма. Ввод большой мощности тащит за собой целый ворох проблем со смежниками. Вознесенский зачастил ко мне, так как понял, что эти вопросы входят в мою компетенцию. Уловив, что мне не очень нравятся некоторые его привычки, что сам по себе я человек скромный, но — въедливый, Николай Алексеевич изменил своё поведение и не пытался больше изобразить всё знающего и никогда не ошибающегося человека. Видимо, у него состоялся какой-то разговор со Сталиным, потому что он довольно резко изменил своё поведение, по крайней мере со мной. Кроме того, он отозвал своё заявление на приём его в Академию Наук СССР. Я озадачил его выводом нашей продукции на внешний рынок: стране требовался сбалансированный приток валюты. Вместе с ним мы начали создавать экспортно-импортные компании, имеющие солидный капитал, для работы на западных рынках и биржах. Европа восстанавливалась после войны: требовались строительные материалы, металлопрокат, башенные краны. Наша собственная программа "Большого жилищного строительства" предусматривала выпуск большого количества этой продукции. Поставки мирной продукции в Европу давали возможность уменьшить расход иностранной валюты и золота, наряду с поставками военной техники и вооружений в страны ЕОС. Хорошим подспорьем стало, инициированное мной ещё в 41 году, открытие нашими геологами большого нефтеносного района в междуречьи Волги и Урала. В Уфе нефтеперегонный завод, закупленный в Америке, дал первую продукцию, половина используемой нефти уже местная. Остальную приходится пока возить из Грозного. Под эту нефть начали исследовательские и проектные работы по реконструкции Мариининской судоходной системы: был создан трест "Волго-БалтСтрой", и возродили проект "Волго-Донского канала". Планируемая грузоподъёмность судов — 5 тысяч тонн при осадке 4 метра. Кроме того, начали строить нефтепродуктопровод из Грозного в Уфу, Баку и в Новороссийск. Создавать единую трубопроводную систему СССР. Большие работы и у энергетиков: на 4 пятилетку запланировано объединение электросистемы СССР в единую систему и подключение к ней ближайших европейских стран.

Огромное значение придавалось строительству торгового флота. Брянским и Коломенским моторостроительным заводам, совместно с инженерами САО "Ман" из Аугсбурга, освоен выпуск целой гаммы малооборотных двухтактных реверсивных дизелей. Кроме того, завод SKL из Магдебурга, где во время войны выпускались дизеля для немецких лодок, предоставил серию среднеоборотных четырёхтактных двигателей мощностью от 50 до 1000 л/с. Так что, идея Кагановича о переводе транспорта на дизельную тягу получила материальную основу. Двигателями очень заинтересовались японцы. Они оказались способными учениками: быстро уловили преимущества соревновательной системы, принятой у нас с 38 года, очень интересовались новинками в науке и технике, и обладали высокой скоростью внедрения этих новинок в производство. Купив у нас патенты и образцы, они очень быстро внедряли их на своих заводах. Мы смогли внедрить сварной способ сборки судов за 4 года, а японцы справились за полтора! У нас первый теплоход войдёт в строй только в следующем 44 году, а японцы уже совершили первый рейс на своём "Киото-Мару": цельносварном теплоходе дедвейтом 6500 тонн с двигателем 37Д в 2000 л/с.

Вернулся из Чехии Поликарпов, он проходил там курс послеоперационной терапии. Болезнь и лечение заняли почти 7 месяцев. В июле 43 года проходил первый авиационный салон в Фарнборо, я там выставил на продажу свой, подаренный Поликарповым, самолёт "И-185-71фнк". Такие самолёты союзникам не поставлялись. Он был "ручной" сборки, несерийный. Самый быстрый поршневой самолёт в мире, с личным автографом знаменитого Поликарпова на борту. Его купил какой-то коллекционер из США. 36 "звёздочек" на его борту очень привлекали внимание. Деньги, которые я получил, мы направили на лечение Николая Николаевича на водах в Высоких Татрах. Только теперь он должен питаться 7-8 раз в сутки строго по расписанию. К его приезду Пётр установил и зафиксировал в ИКАО новый мировой рекорд скорости по замкнутому маршруту, равный 1,86М, на его новом истребителе И-205. Рекорд прозвучал, как гром среди ясного неба. Эксперты ИКАО в Лондоне, просматривая ленты самописцев, акты поверки контрольных приборов, требовали показать хотя бы фотографию этой машины, но наша делегация ответила, что это невозможно сделать, так как самолёт ещё находится в секретном листе. Англия и США ещё только подходили к скорости звука, и их ждало много неприятных моментов и сюрпризов аэродинамики. Сверхзвук и управляемые ракеты, по две под каждым крылом, позволяли перехватывать любые бомбардировщики на расстоянии до 600 км от цели, и поражать их, не входя в зону действия их оборонительного вооружения. Доктрина Дуе разваливалась на глазах! После регистрации рекорда, мы получили поздравления от короля Георга VI, большого поклонника авиации. Наведение на цель пока довольно примитивно, ракеты получаются толстыми и тяжёлыми. ГИПХ в Ленинграде наладил производство хорошего самовоспламеняющегося топлива для ракет ТГ-02, завод в Электростали наладил выпуск ЖРД восьми типов. Для наземных ракет ПВО проблемы с двигателями уже нет. Несколько хуже обстоят дела с твердотопливними ракетными двигателями: прогорают сопла, но и тут наметился прогресс после привлечения немецких металлургов с их вакуумными печами. Существуют проблемы опознавания, есть вероятность "захвата" "своего" самолёта, но они есть. Есть теория и практика их применения, и они постоянно совершенствуются. На последней Р-4 стоит комбинированное управление с головкой самонаведения, дистанция пуска уже 15 км и сверхзвуковая скорость. Наводка осуществляется по радиолучу, а на последнем этапе по инфракрасному излучению двигателей самолёта. Рывок, который обеспечил Сергей в 38 году, раскручивал маховик инноваций, исследований, конструкторских решений. Я постоянно держал "руку на пульсе" во всех новейших отраслях экономики и по должности, и по своим обязанностям, и по велению души. Мне нравилось общаться с людьми, которые развивали нашу науку и технику, принимать участие в их спорах, проблемах, удачах и поражениях.

Королёв и Браун, объединив усилия и разработки, достигли дальности 6000 км и скорости 7 км/сек. Записались на приём ко мне вместе с Лавочкиным. Попросили освободить КБ Лавочкина от работ по сверхзвуковому истребителю и передать его им для разработки космического корабля "Восток" с одним космонавтом на борту. Лавочкина они уже "обработали", он — "за". Обещает в течение трёх-пяти лет создать возвращаемый по баллистической кривой обитаемый корабль с автономностью 5-10 суток. Это "выпадает" из-под их ГосЗадания: по нему требуется только переместить 3-хтонную боеголовку на расстояние 9-12 тысяч километров. Я позвонил Сталину и сообщил ему, что у меня наши "ракетчики" с новыми предложениями, Иосиф Виссарионович сказал, что сейчас зайдёт. Фон Браун впервые встретился со Сталиным. Он много выше Иосифа Виссарионовича, уже говорит по-русски, но когда волнуется, автоматически перескакивает на немецкий. На нём рабочий комбинезон, а не костюм. Из-за его воинского звания: штандартенфюрер СС, он, по-прежнему, военнопленный и "сидеть" ему ещё три с половиной года. Амнистий этой категории военнопленных не предусматривается. Но, он даже не заикнулся об этом. Его интересовал только вопрос о передачи бюро Лавочкина ему или Королёву. Оба конструктора рассказали Сталину, что проблем с доставкой урановой боеголовки на требуемое расстояние уже нет, но имплозивную плутониевую пока могут доставить только на расстояние 6000 км. Трехступенчатая ракета пока находится в стадии разработки и изготовления. Двухступенчатая достигла максимума дальности. Дальнейшее увеличение дальности двухступенчатых ракет связано с увеличением диаметра выше заданного и снижением скорости полёта. Особо отметили разработки Макеева в Златоусте, который готовит ракеты морского базирования с возможностью установки их на подводные лодки, аналогичные немецким XXI или 613 проекту у нас. На одну лодку можно поместить три ракеты. Старт надводный, пока. Ведутся работы по подводному старту, но есть большие технологические сложности: не хватает мощности уравнительного насоса в подводном положении, и, есть проблемы с остойчивостью и плавучестью. Сталин внимательно выслушал их.

— А космический корабль вам зачем?

— Господин Сталин! С отработкой трехступенчатой ракеты у нас появится возможность развить скорость в 8.2 км/сек. Это первая космическая скорость, при которой дальность возрастает до 40000 км. То есть появляется возможность доставить 3 тонны груза в любую точку планеты Земля. С орбиты Земли мы сможем наблюдать за всей планетой. Создать на орбите Земли космический флот, стационарные космические станции, военные базы, полететь к другим планетам. Но для этого потребуется четвёртая ступень или разгонный блок, т.к. скорость уже требуется 11 км/сек, но, так как там уже нет воздуха, то четвёртая ступень может быть совсем небольшой.

— Кроме того, товарищ Сталин, за счёт орбитальной группировки, можно создать систему определения текущих координат для авиации, ракетных войск, флота и армии. Что-то типа Лоран, но не привязанную к земле. Это необходимо для бурно развивающихся крылатых ракет. У нас есть серьёзные проблемы с их наведением. — добавил я.

— И ещё, господин Сталин. В космосе уникальные возможности для создания сверхчистых материалов, а невесомость даст возможность выращивать особо крупные кристаллы для радиопромышленности. — добавил Браун.

— Космос позволит вести визуальную разведку, создать точные карты любого участка Земли, искать полезные ископаемые, создавать карты погоды и облачности, передавать радиосигналы на любые расстояния. — отметил Королёв.

— Ну, а Вы что молчите, Семён Алексеевич? — спросил Сталин Лавочкина.

— Это самая необычная задача, которую, я считаю, необходимо решить. Мне понадобится помощь Института авиационной медицины, требуется создать высотный скафандр, рассчитать термозащиту... Мне, и моему коллективу будет очень интересно поработать в этом направлении. Плюс, эти разработки понадобятся для "изделия 002". Там требуется соблюдать тепловой режим. Эти работы мы сейчас проводим.

— То есть, Семён Алексеевич, Вы готовы взяться за эту работу?

— Если мне будут помогать, то "да".

— Сколько это будет стоить дополнительно, Андрей Дмитриевич?

— Около 2-х миллиардов рублей в течение 5 лет, поэтому я Вас и пригласил, товарищ Сталин.

Сталин открыл свой блокнот, сделал записи.

— Что ж, товарищи, этот вопрос будет поднят на ближайшем Пленуме ЦК партии. Товарищ Андреев! Подготовьте этот вопрос к январскому Пленуму. А Вы, Семён Алексеевич, передайте Ваши разработки по Ла-17 в бюро Микояна и представьте обоснование для Андрея Дмитриевича. Будем рассматривать этот вопрос.

Осенью прошёл Государственные Испытания Ту-95. У самолёта была очень сложная судьба: на нём погиб один из лучших испытателей СССР полковник Ершов. Самолёт попал во флаттер и развалился в воздухе в 42-м году. Поиск неисправности и причин флаттера занял больше года. Много неприятностей принесли соосные винты. Трижды переделывали оборонительные точки и систему управления огнём. В конце концов её скопировали с В-29, найденного в Китае. Отличается только хвостовая кабина и турель стрелка. Все оборонительные точки — пушечные, по 2000 снарядов на ствол. Бронирование защищает экипаж и двигатели от 12,7 мм пули пулемётов Браунинга. Все топливные танки протектированы. Туполев построил 6 машин: 2 бомбардировщика, один из которых способен носить изделия 001 и 002, второй под обычные авиабомбы, ракетоносец под крылатую ракету Расплетина Х-10 с урановой боеголовкой (её ещё нет, есть массовый макет), летающий танкер (он ещё проходит испытания и не принят на вооружение), самолёт БРЛО и пассажирский самолет на 120 -170 пассажиров. Дальность позволяла пересечь без посадки 12 000 — 13 000 км со скоростью до 900 км/час. Боевая нагрузка 12 тонн, бомбодержатели рассчитаны на вес бомб до 9 тонн. Ко мне Туполев по-прежнему обращается "молодой человек", избегает обращаться по имени или фамилии.

— Полностью Ваше задание мне выполнить не удалось. 20 000 км дальности пока недостижимы, молодой человек. Поэтому, одновременно нами построен летающий танкер, который сможет встречать самолёт по возвращению с боевого задания и передавать ему на борт топливо, и самолёт БРЛО, который обеспечит навигацию и руководство операциями. Задача не совсем ординарная, пока ни одной дозаправки мы ещё не сделали. Не готово приёмное устройство. Как только пойдёт в серию, на третьем бомбардировщике установим приёмную систему и продолжим испытания. Но, территория США, до середины, нам доступна как с востока, так и с запада.

— Спасибо, Андрей Николаевич! Я знал, что Вы это сможете сделать! Отдельное спасибо за пассажирский самолёт!

— Намучились мы с ним! Больше никогда не буду такое делать! Нельзя из бомбардировщика сделать пассажир. Надо проектировать специализированную машину. Чем, с Вашего позволения, и хочу заняться. Когда, по Вашему, у Швецова будет готов ТВРД? Есть ли масс-габариты и тяга?

— Да, конечно, он Вам всё передаст. Ну, а там посмотрите, что из этого можно сделать. Требуется и дальнемагистральный и среднемагистральный самолёт для нашего "Аэрофлота".

— А как дела у Роберта Людвиговича, молодой человек? Я что-то его в Москве и не вижу?

— Он перебрался в Таганрог и работает над стратегической летающей лодкой. Он решил так увеличить дальность и возможность дозаправки. Тоже не хватает дальности, для того, чтобы вернуться. Второй его проект — это экраноплан. Это судно, но летающее. — Туполев улыбнулся.

— Вечно Роберт чем-то увлекается загадочным и малореальным!

— Его Ба-2 до сих пор никто превзойти не может! Это большой успех, и он его наращивает. СССР теперь великая морская держава, поэтому мы уделяем такое внимание морской и палубной авиации. Три КБ работают в этом направлении. Плюс Яковлев заявил о своей заинтересованности в обеспечении ВМФ самолётом с вертикальным взлётом и посадкой.

— Я просматривал работы Петлякова и Мясищева. У Мясищева получается довольно интересная машина. А что творится у наших "лучших друзей"?

— По вашей части: англичане начали проектировать "Вулкан" — 4-хмоторный реактивный бомбардировщик. Американцы строят какого-то 6-тимоторного монстра с поршневыми двигателями, причём с толкающими винтами. Но, он недостроен, заказов на него нет.

— Реактивный, говорите?

— Да, но двигателей под него у них пока нет. Так что, нам его придётся ждать лет пять.

— А тот, что делает Швецов совместно с Роллс-Ройсом?

— Его можно, конечно, использовать для боевых машин, но он очень уязвим и не годится для боевых самолётов. Одна пуля или осколок выводит его из строя. Он предназначен для гражданских самолётов. Там множество ограничений, и всё отдано надёжности, и длительности эксплуатации. Боевые двигатели мы не продаём. Они по-прежнему находятся "под двумя нулями". Сделать боевой самолёт с такими двигателями практически невозможно. Поэтому, Андрей Николаевич, Ваш Ту-116 никогда не будет продан ни в одну из стран. Двигатели НК продаже на экспорт не подлежат.

— Ну, нагородили Вы сложностей, молодой человек! Хотя... Всё это не лишено смысла. Скорее всего, Вы правы. А как Вы видите будущий пассажирский самолёт?

— Широкофюзеляжный низкоплан с двигателями на пилонах, на высоте человеческого роста, носовым шасси, боковыми грузовыми люками. Вот такой, примерно! — и я набросал очертания В-737.

— А почему так низко?

— Обслуживать удобнее.

— Шасси под фюзеляжем?

— Да. В коках, как у Антонова.

— Входы?

— Можно с боков, по два с каждого борта. Можно сзади по аппарели.

— Чем обеспечить продольную жёсткость?

— Два "киля" сверху и снизу. Или как у Бартини: три полукольца. Требуется посчитать, что будет легче.

— Есть над чем подумать, молодой человек. Если бы Вы не занимали эту должность, я бы Вам сказал, что Вы не тем занимаетесь.

— Я перед войной хотел на конструкторский факультет в Жуковского поступить. Не довелось.

— Хорошо, молодой человек. Сейчас я понимаю, почему Су-12 называется Су. Убедили.

— Нет, Андрей Николаевич, там проект планера и схему пришлось делать полностью. Ещё до того, как Сухому показал. В тот момент у меня ещё такого веса не было. Пришлось Павлу Осиповичу через горло доказывать, что так лучше. Ругались до хрипоты. Это сейчас он говорит, что со мной было легко и просто работать.

— Да, так и говорит. Убедили Вы его. Шахурина подтолкните по поводу ГосЗаданий. Попробуем сделать такую машину. И с двумя и четырьмя двигателями. Дальний и ближний. До свидания, молодой человек.

В ноябре я был с государственным визитом в Голландии, по приглашению королевы Вильгельмины I, её беспокоила судьба её зятя, находившегося у нас в лагере для военнопленных, как член СС и НСДАП. Королева пыталась доказать мне, что после свадьбы с её дочерью, принц Бернард Липпе-Бистерфельд с 37 года не принимал участия в СС, не носил форму СС, а проживал в Лондоне и Канаде. Пришлось ей показать приказ рейхсфюрера Гиммлера о присвоении принцу внеочередного воинского звания за заслуги перед рейхом от января 1942 года. Тем не менее, я привёз с собой фотографии из лагеря, где принц содержался, что он жив, здоров и строит бетонные заводы в Иркутске. Активно сотрудничает с администрацией, занимает должность бригадира в одном из строительных батальонов. Он получил 5 лет лагерей и вернётся в Голландию летом 47 года. Королева выразила желание оказать помощь в содержании пленных в иркутских лагерях. Несмотря на то, что я понимал, за какие заслуги перед рейхом повышен в звании штурмбанфюрер СС Липпе-Бистерфельд, нас в ноябре 41-го на следующий день пытались проштурмовать под Истчёрчем, я не стал отказывать королеве. Побывав на фруктовых складах в Роттердаме, я обратил внимание на то, что все склады были герметизированы и в них закачивался какой-то газ. Заинтересовавшись, я стал расспрашивать о системе хранения овощей и фруктов. Оказывается, голландцы вытесняют воздух углекислым газом, и снижают температуру хранения до 4-5 градусов, в результате фрукты хранятся несколько лет! Вернувшись в Москву, вызвал Зотова и рассказал о Роттердаме. Он чуть ли не в крик! Дескать, наш способ хранения с усиленной вентиляцией лучше, позволяет не отапливать помещения складов. Что в Голландии другой климат, голландский опыт нам не подмога. Но я же помню овощехранилище в Каче! Как нас, курсантов первого курса, в ночь отправляли перебирать картошку на склад. Сколько там было гнили и плесени! Я молча выслушал Зотова. Когда он закончил свой монолог, я передал ему Постановление Совета Министров СССР за своёй подписью о срочной реконструкции мест хранения продовольственных и стратегических запасов с учётом последних мировых разработок в этой отрасли. В левом углу красным карандашом было написано: "Персонально — Зотов, контроль исполнения — Берия" и две буквы Ст.

— Вам всё понятно?

— Всё! — прошептал министр Зотов. В глазах у него стояли снега Туруханского края.

Глава 14.

Новый 44 год мы встретили в Кремле. Было шумно и весело. Кроме своих, в зале было много представителей дипкорпуса. К нам подошёл Уиллис. Поздравил Риту и меня с Новым годом, мы удивились, почему он встречает Новый Год не дома.

— Я был дома на Рождество. Прилетел вчера, доставил письма Френка Сталину. Президент хотел бы встретиться с тобой, Эндрю, или с господином Сталиным. По экономическим вопросам. У нас растут кредитные ставки. Это плохая тенденция. Кризис в Канаде идёт на спад, а у нас продолжает усиливаться. Необходимо предпринимать совместные действия. Ты можешь поговорить об этом со Сталиным?

— Сейчас? Нет.

— Нет, конечно не сейчас, но в течение пары недель.

— Попробую...

— Кстати, это я купил твой самолёт через агента. Две недели назад его попробовал! Это чудо, а не машина! Почему ты его продал?

— Мне запретили даже подходить к самолётам после покушения. Я рад, что тебе понравился мой "Снутс".

— Я провёл несколько учебных боёв на нём. Это король воздушного боя! А какие пушки! Два снаряда разносят "зеро" в щепки! Да что там "зеро", "фоккер" разлетается!

— Осторожнее на посадке, резко обороты не добавляй, может просесть и забросить хвост. И кислородную панель после вылета надо сушить спиртом.

— Да, я уже заметил, что надо очень плавно работать газом на небольшой скорости. Всё равно, мне завидует весь USAF и NAF. Жаль, что крылья не складываются и нет крюка, не могу посетить свой "Констеллейшн". Но в Плимуте целые экскурсии устраивают в мой ангар. Мой механик просил меня позаботиться о запасных частях. И у меня есть деловое предложение: многие люди и клубы заинтересовались такими машинами. Именно ручной сборки, без вооружения. Можно будет организовать изготовление на заказ? Ты — в доле! Пойдут под твоим именем. Ты все 36 сбил на этой машине?

— Нет, она новая, на ней: 8 "двухмоторников", один "мессер-109ф" в четырех вылетах. Я на ней летал мало. Сейчас машина снята с секретного листа, и, по-моему, уже не изготавливается. Точно сказать не могу, не в курсе. Я переговорю с Поликарповым и Авиапромом о возможности мелкосерийного производства. У нас есть компания: "АвиаИмпЭкс". В случае положительного решения с тобой свяжутся.

— Отлично! Но у меня — эксклюзивное право продаж в США! Договорились?

— Ты никогда не упустишь своей выгоды, Джим! — улыбнулся я.

— На том и стоит компания Уиллис. У вас, кстати, все джипы называют моим именем. Правда, не совсем верно выговаривают мою фамилию: Виллис. Значит, моя машина понравилась.

— Да, она популярна и в войсках, и в сельской местности.

— У меня есть твоя фотография. Это ты на Кипре. Это — эта машина?

— Да, это Митчелл снимал весной 42-го.

— Подпиши! Нет, прямо поверх! В кабине повешу.

Продолжая разговаривать, Джим убрал во внутренний карман карточку. Его интересовали сроки поставки основного оборудования на Иркутскую ГЭС, кроме того, он хотел посетить Хоккайдо и высказал интерес к строящимся большим судам в Японии.

— Что это за монстры вы строите на верфях Мицуи? 1000 футов длиной! Ещё три авианосца?

— Это — танкеры для совместного предприятия "СовБритПетролеум". Военная продукция никому не нужна. Зачем выбрасывать деньги на дорогие и никому не нужные игрушки? Нам никто не угрожает! А вот нефти требуется всё больше и больше. Мы строим большой причал в Бременхафене, англичане и голландцы — в Роттердаме и Уэймуте, японцы в Киото, а Чан Кай Ши в Фучжоу. Мы построим 25 таких танкеров. И около сотни поменьше, 500-футовых. Мы получили концессию на разработку нефтяных плантаций в Ираке, Бахрейне и в Иране. Там тоже строятся новые причалы и насосные станции.

— Вот как? Это же вотчина англичан?

— Война стоила больших денег, за боеприпасы надо платить, за танки и самолёты — тоже. Они рассчитались с нами таким образом, зато не имеют таких проблем в экономике, как вы. Смотри как взлетели акции ВР! А ваши на это не пошли... Хотя мы были заинтересованы. Вспомни, сколько тянула DuPont с контрактом, пришлось обойтись без неё. Вот, посмотри! — я вытащил из кармана белый платок из найлона.

— Что это?

— Эту ткань мы сделали из нефти. Она превосходит любой материал из натуральных волокон по прочности, а по весу — легче хлопка и шёлка. Разработка нашего Института имени Лебедева. Нам требовался прочный материал для тормозных парашютов. Мы знали, что DuPont вела такие разработки в 30-х годах, но они отказались продавать нам завод по производству такого материала. Сделали сами, часть оборудования нашего производства, часть — английского, частично — немецкого и вашего. Но ни одного станка DuPont! Кто выиграл? Сейчас такое оборудование закупили австралийцы, японцы и южноафриканцы. Уже полностью нашего производства. А вот этот материал не горит! — я попросил у Джима зажигалку и нагрел докрасна другой образец чёрного цвета. Щелкнув крышкой, дал попробовать материал Джиму. Он подергал материал, даже понюхал.

— Из чего он сделан?

— Мне объясняли, но я так и не понял. Но не асбест. Какая-то сложная химическая формула. Я в химии не силён. В следующем году начнём выпускать оборудование для его производства.

— У тебя просто волшебные карманы! — рассмеялся Уиллис.

— По работе приходится постоянно контактировать с учёными, конструкторами и изобретателями. Этот вот материал они предлагают использовать для всевозможных конструкций. Один даже планер из него сделал, другой — удочку складную. Слышал, что в СССР установлен новый рекорд прыжков с шестом?

— Да, что-то мелькало в газетах.

— Шест сделан не из дюраля или бамбука, а из этого материала.

— Из тряпки?

Ответить мне не дали. К Джиму подошла высокая красивая девушка.

— Ты же на празднике, Джим! Я хочу танцевать!

— Знакомьтесь, Маргарита и Эндрю! Деннис Уиллис, Мисс Америка-43 и моя жена, по совместительству. Деннис, миссис и мистер Андреевы. Сэр Эндрю — первый заместитель Председателя Совета Министров СССР.

— Первый заместитель Председателя Совета Министров СССР? А как бы его должность звучала у нас?

— Вице-президент США.

— Оу! Очень приятно познакомиться!

— Нам тоже. Я тебя поздравляю, Джим! Как давно это произошло?

— У нас медовый месяц и свадебное путешествие.

— Не верьте ему! Вместо того, чтобы лежать на пляже у бассейна, мы трясемся в самолётах через весь мир!

— Деннис! Я, вообще-то, здесь работаю, в России. Я же специальный представитель Президента в СССР. Вот получим визу в Японию и полетим туда, а оттуда на Гуам, потом в Гонолулу, а уж оттуда домой, в Нью-Йорк. Но потом опять вернёмся сюда.

— Я останусь дома! Тут очень холодно!

— Деннис из Флориды и впервые увидела снег! — улыбнулся Джим. — Летом здесь довольно жарко, дорогая. 80-90 градусов.

— Вот это по мне! А такой мороз, он просто ужасает! Пойдём танцевать, Джим!

Маргарита тоже подняла меня из-за столика.

— Что он в ней нашёл? — спросила она, кружась в вальсе.

— 90, 60 на 90. Это его кукла. Он будет её наряжать. У него это проскальзывало в разговорах. Он очень низкого мнения об уме женщин. — Маргарита рассмеялась.

"Ты ошибаешься, Андрей. Деннис родит ему двух сыновей. Один из них погибнет во Вьетнаме. После его гибели, Деннис найдут мертвой в постели, съест много снотворного. Этот брак принёс Джиму полмиллиарда долларов и место в совете директоров "Стандард Ойл"" — услышал я комментарий Сергея. "Мне она показалась глупой капризной куклой." "Может быть, может быть... Я её не знал. Но и в последующем жены Джи-Джи были красивыми и капризными. Видимо, ему нравятся такие."

— О чём задумался, Андрей? — спросила Рита.

— О Джиме.

— А зачем ты его дразнил?

— Проверял реакцию на наши успехи, заодно отводил в сторону подозрения о том, что единственный противник у нас — США. Они в нокдауне. Но добавить мы пока не можем. Нас развёл рефери по имени Океан.

Деннис больше заинтересовалась Маргаритой.

— Где я могла видеть эту женщину?

— Какую?

— Жену Вице-президента.

— В газетах, наверное.

— Ты же знаешь, что я не читаю газет.

— Насколько я помню, статья о ней была в Vogue в начале мая.

— Точно! Это же Ритта! Ты смотрел фильм о ней, с Ли в главной роли?

— Нет, здесь его не показывают.

— Русские не сняли фильм о подвиге Ритты? Почему? А она хорошо двигается и хорошо танцует! Настоящая леди!

— Эндрю — рыцарь Британии, а Ритта принята королевой, королева ей благоволит. Они очень известные люди в Европе.

— Ты давно их знаешь?

— С 38 года. Некоторое время Эндрю работал в Америке. Познакомились на "Куин Мери". Ритта была "королевой рейса"!

— Заметно! Она и здесь выделяется. Она устраивает приёмы?

— Нет, здесь это не принято.

— Жаль! Было бы интересно узнать, как она умудряется так сохранять фигуру. Я помню, что у неё есть дети. Двое или трое.

— Двое.

— А корсажа не видно. Надо будет у Фрэнка попросить аккредитацию и под этим предлогом с ней встретиться.

Джим удивлённо и внимательно посмотрел на Деннис. Такой простой и логичный путь. Разведки всего мира ищут его, а Деннис, ради того, чтобы узнать: почему у Ритты плоский живот, сходу его нашла. Редактор Вог ей не откажет!

Вашингтон, Белый дом, Овальный кабинет.

Франклин Рузвельт читал дешифровку донесения Уиллиса из Москвы. Напротив него сидел Генри Уоллес.

— Пока русские не дали ответ о сроках встречи на высшем уровне, Генри. Они явно тянут время! Андреев обещал переговорить со Сталиным в течение двух недель. Сталина на встрече Нового Года не было.

— Может быть, он не здоров?

— Официальных разговоров и публикаций на этот счёт не было. Но, если бы он был в Москве, он бы присутствовал. Джи-Джи пишет, что этот Новый год вовсе не походил на официальный приём. Ни один из государственных деятелей ничего не говорил. Всё было отдано в руки Санта Клауса и его внучки. Отсутствие Сталина на празднике никак не комментировалось. Молотов сказал Уиллису, что это просто Новый Год, а не официальный приём.

— Странно, на моей памяти это впервые! Раньше на такие праздники дипкорпус не приглашали.

— Все послы были?

— По моим сведениям, да.

— Что-то меняется в этом мире.

— Что ещё интересного сообщает Джи-Джи, Фрэнк?

— Большие корпуса на верфях Мицуи — танкеры, а не авианосцы. В визе в Японию ему не отказали. По его оценке, военных приготовлений не наблюдается. Андреев сказал, что дорогие и бесполезные военные игрушки никому сейчас не нужны.

— Тем не менее, они достраивают свой "Североморск", и, очень жестко и требовательно относятся к срокам!

— За него они платят деньги, и ведут себя, как покупатели, только.

— Они прислали экипаж и подняли на нём свой флаг. Привезли какую-то аппаратуру, монтируют её, но никого в эти помещения не пускают. Ещё раз изменили конструкцию мачты. Что-то постоянно дорабатывают и меняют.

— Флот всегда славился своими секретами, Генри. Судя по докладу Уиллиса, русские усиленно работают в области химии, новых материалов, химии нефти. Курирует эти направления лично Андреев. Он сегодня главный секретоноситель в СССР. Моргентау говорит, что русские проявляют активность на всех биржевых площадках в мире. Объёмы капиталов просто впечатляющие. До войны этого совершенно не наблюдалось. Практически, сегодня они могут обвалить любой рынок.

— Что предлагает мой тёзка?

— Железный занавес и девальвацию доллара. Не пускать на рынок русских. Выжать их с наших биржевых площадок законодательным образом. Установить высокие ввозные пошлины на все товары.

— Фрэнк, такие меры закончатся и для него, и для тебя свинцовой точкой. Ты же хорошо знаешь наши нравы.

— Поэтому я и не соглашаюсь, но русские объявили жесткий курс рубля, и, на Новый Год, обменяли довоенные деньги 1:10, и, в очередной раз, снизили потребительские цены внутри страны. И объявили о возможности проведения внешнеторговых операций в новых рублях.

— Какова цена?

— 50 рублей за унцию, но только через центральные банки стран унии. Унию подписали 25 стран. Торгуют уже несколько дней. Успешно. Объявлено о нескольких довольно больших контрактов с Бразилией, Японией, Китаем, Австралией на поставку нефти за рубли.

— То есть, русские сделали то, что планировал сделать Генри Моргентау?

— Да! Через пару лет рубль станет основной валютой для международных расчётов. И у них гораздо лучшее положение: они добывают много золота. Первое место в мире по его запасам и добыче. Плюс ЮАР и Австралия. Процентов 80-90 всех запасов, если ещё и Канаду приплюсовать.

— А причём тут Бразилия? Это же наша зона ответственности!

— В Московском Соглашении нет ни слова о том, что нельзя торговать в зоне ответственности. Русские покупают кофе. Поставляют нефть, самолёты Ан-24, трактора, лесоподборщики. Всё законно. Так как у русских нет ограничений на передвижения по Европе, возможность расчётов за границей своими деньгами для них выгодна. Новый рубль охотно берут в обмен во всех банках Европы.

— "Призрак бродит по Европе, призрак коммунизма!" Кто б мог подумать, Фрэнк, что всё так обернётся! Когда Джи-Пи вышел на нас с "Проектом АН", всё выглядело совсем по-другому.

— Ему-то что! Решения принимал не он. Он предложил, мы поддержали... Не учли мы Россию... Надо официально пригласить Сталина или Андреева к нам. С официальным визитом.

— Сталин не поедет. Он терпеть не может самолёты и корабли. А Андреева он не отпустит из-за того дурацкого покушения на него. Хотя можно попробовать.

<i> Через неделю после новогоднего праздника в Кремле у Андрея раздался звонок. Звонила жена Джима Уиллиса Деннис и просила встретиться со мной. В качестве предлога, она назвала интервью для американского журнала VOGUE. Андрей перезвонил мне и соединил нас. Я обещала ей перезвонить после того, как скоординирую свои дела и планы, и назову дату встречи.

Когда Андрей появился дома, я у него спросила как хорошо он знает Уиллисов, на что он мне сказал, что Джима мы оба знаем, а вот его жена — "темная лошадка". Андрей снял трубку, куда-то позвонил и дал задание выяснить все про жену Джима.

Мы обсудили всё, что можно будет "слить" в интервью, и какой образ я буду создавать, как отвечать на каверзные вопросы.

Я сказала Андрею, что было бы неплохо сделать фотосессию с детьми и нами дома и в саду, чтобы быть "ближе к простым людям", плюс ко всему, Деннис — это Деннис, а вот чужие люди с аппаратурой в доме нам совсем не нужны. Это может быть источником опасности...

Договорились, что под прослушкой будет комната отдыха, где я и буду принимать Деннис, и мы сможем, так же, перейти в спортзал и бассейн.

Я созвонилась с Деннис, сказала, что буду ждать ее 14 января в 14 часов, но без фотографов и киносъемки, все фотоматериалы передадут наши фотографы. Она очень меня удивила, спросив будут ли материалы цветными. Оказалось, что в США уже есть цветная фотопленка. Пришлось доложить об этом Андрею и через 3 дня нас снимал фотограф Иван Ерохин в доме и в саду на цветную пленку. Специально для детей соорудили горку и залили небольшой каток на теннисном корте. Фотографий было очень много: и в зале, и в библиотеке, и с детьми, и за работой, сделали несколько моих снимков за переводами и за мольбертом, с собаками... В общем, набралась целая папка. Снимки были просто волшебными.

Когда Деннис приехала, всех фотокорреспондентов и аппаратуру развернули еще на первом посту. Деннис забрал Саша. Он все время был в комнате при нашей беседе. Деннис пыталась возмущаться, что не может так работать, но я ей объяснила, что это — такой порядок пребывания в этом доме... Ее флоридское негодование стихло и мы начали беседу. Началась она абсолютно нетривиально — с вопроса о том, как мне с двумя детьми удается так выглядеть и иметь абсолютно плоский живот.

— Я довольно много времени уделяю тренировкам плюс баня и плаванье. Не менее 3 часов в день, утром и вечером.

Я достала фотографии из папки и глаза Деннис округлились: мало того, что фотографии были цветные, но показанные мной растяжки, прыжки, моя одежда, упражнения с оружием просто её шокировали.

Последовал вопрос про питание, не придерживаюсь ли я какой-либо диеты. Я в ответ я предложила пойти попить чаю или кофе с десертами. Все десерты, а там были муссы, кремы и пирожные, варенье, джемы и печенье, были особо калорийными. Глаза Деннис стали еще круглее, т.к. удержаться от таких вкусностей было невозможно. Тут же прибежали Оленька и Митя с улицы, румяные и запыхавшиеся, их напоили теплым молоком с овсяным печеньем, и они побежали играть в детскую.

Про нападение на Андрея жена Джима задавала слишком много вопросов. Спросила она и о том, почему я стала стрелять по киллерам. Ведь у нас была охрана. Ответ был прост: "Я защищала свою семью! Да, у меня есть работа — переводы и искусство, но и есть семья. Так же как и у Андрея. Мы живём в таком мире, что иногда приходится всё это защищать."

— Вы в курсе, что Вы очень популярны сейчас в Америке, про Вас снят фильм знаменитым Сэмом Вудом, а Вашу роль исполняет не менее знаменитая Вивьен Ли. Фильм удостоен премий "Оскар" в нескольких номинациях. Вас называют "русской О'Хара".

— Я не могу обсуждать фильм, я его не видела. Похожа я или не похожа на Скарлет О'Хара? Нет, мы антиподы! Мечта Скарлет: сытая безоблачная жизнь на своём кусочке земли, деньги и влияние. А моя цель: быть полезной Родине и семье. Я не знаю, как представили меня и мою жизнь Вуд и Вивьен Ли, но Вы можете показать своим читателям: какая я есть на самом деле. Мою работу Родина оценила двумя орденами, один из которых — боевой.

Прозвучал так же и вопрос про моду — ношу ли я короткие юбки, ставшие писком моды после того, как мои фотографии облетели весь мир.

— Я ношу все, что мне идет, а то, что не идет, я просто не надеваю.

Затем Деннис попросила разрешения посмотреть мои работы. Один понравившийся ей набросок я подарила Деннис.

Мы затронули вопрос об образе женщины в наших странах. В США создан образ красивой дурочки, готовой отдаться любому человеку с деньгами, даже термин специальный придумали: sex-symbol, то есть женщина — это машина для удовлетворения желаний мужчин, а в СССР женщина — это мать, специалист в своей профессии, причём любой, даже испокон века считавшейся "мужской", в том числе защитник отечества, уважаемая труженица. Благодаря тому, что сфера обслуживания и услуг перешла в частные руки, а заработная плата и на госпредприятиях довольно высока — многие женщины могут позволить себе одеваться у модисток, по последнему писку моды. Деннис отметила, что в СССР много красивых, ухоженых женщин.

Наш разговор плавно подходил к концу. Мы попрощались. Мне показалось, что Деннис была довольна.

Через 10 дней в США был издан специальный номер журнала Vogue с нашими фотографиями и моим интервью.</i>

Москва, Спасопесковская площадь, 10. Посольство США в Москве.

Просьбу Деннис неожиданно удовлетворили, но попытка вместе с ней послать подготовленного разведчика провалилась: русские остановили автобус, забрали Деннис, одну, а остальных заставили сидеть на морозе в автобусе. Установить даже место проживания Андреева не удалось. Деннис, у которой не было никакой подготовки и никакой специальной аппаратуры, дорогу не запомнила. По возвращению она выглядела задумчивой.

— Как прошла поездка и встреча, дорогая?

— Ой, Джим, я пока не готова точно сформулировать всё. Она совершенно не похожа на ту Ритту, которую показала Ли! Она другая! Что больше всего удивило, так это её знание языков: сначала это был чистый оксфордский, как у дикторов ВВС. Заметив, что я не понимаю некоторые слова и идиомы, она тут же сменила его на гарвардский выговор, а под конец мы болтали на южном говоре, как будто я говорю со школьной подругой из родного Бойнтон-Бич. Даже наши испанизмы. Как будто она всю жизнь провела во Флориде. В её кабинете книги на 7 или 8 языках!

— Ты узнала, что хотела узнать?

— Да! Но я не уверена, что смогу выдержать такое! Она занимается гимнастикой около трёх часов в день по специальной методике. Говорит, что это очень древний восточный комплекс, своими корнями уходящий в индийскую йогу. Вот посмотри, она передала мне свои фотографии из спортзала.

На одной из фотографий красавица Маргарита выполняла классический "ура ороси тоби гэри" или "удар хвостом", изумительный по красоте и сложности исполнения. Джим присвиснул от удивления.

— А по рукам — не скажешь! Никаких следов на внешней стороне!

— Джим, ты о чём?

— Это не гимнастика, дорогая! Это боевое искусство, древнее боевое искусство: "голая рука" или карате. Обычно у людей, хорошо им владеющим, на ударных местах — сплошные твердые мозоли.

— Нет, у неё очень ухоженные руки, небольшой маникюр, никаких мозолей нет. Но ладонь плотная, как деревяшка.

— Ниндзя! Точно! В некоторых японских кланах для охраны применяли специально обученных женщин. Они вызывают меньше подозрений и выглядят менее опасными. На самом деле, гораздо опаснее королевской кобры, и гораздо быстрее.

Настало время удивляться Деннис.

— Ты хочешь сказать, что она — охранница? Профессиональная?

— Вряд ли, но я бы не смог справиться с восемью вооружёнными профессионалами, а она сделала это с лёгкостью.

— Мне она сказала, что это одно из её увлечений.

— Чем она ещё увлекается?

— Переводами, живописью, собаками и воспитанием детей. Старшему сыну только 5 лет, он читает и говорит на трёх языках. По-английски совершенно свободно и без акцента.

— Дом у них большой?

— Огромный парк, теннисный корт, сейчас на нём залит каток. Дом одноэтажный, но я не заметила хозяйственных помещений, скорее всего они в подвале и вход туда с другой стороны. Зимний сад, меня там и принимали. Уютно сделано, надо будет в Бойнтоне попробовать такое сделать. Мне понравилось. Мебель — не очень, не в моём вкусе, слишком... мужская, что-ли. Добротная, но без изысков. Очень много книг. Они везде. И картины. Она очень серьёзно занимается этим.

— Что не понравилось?

— Охрана! Везде охрана! Несколько блок-постов, сплошные заборы, между заборами собаки и охранники, на входе в дом пост: с двух сторон тебя осматривают. Постороннего человека сопровождают повсюду, даже в туалет. В Зимнем саду постоянно присутствовал охранник и стоял у меня за спиной. Ужасно неуютно себя чувствуешь.

— И это несмотря на то, что сама Рита — профессионал высочайшего уровня...

— Но одна часть нашего разговора мне очень понравилась и заставила задуматься: о разнице в положении женщин у нас и здесь. Вот это я ещё не смогла переварить, но это будет бомба. Сенсация! Ты знаешь, я не останусь ни в Нью-Йорке, ни дома. Хочу вернуться сюда и до конца разобраться в этих вопросах.

— Да, дорогая. Россия обладает обаянием. Уж больно она отличается от нас, притягивает, заставляет возвращаться вновь и вновь. Но учти, понять Россию и русских практически невозможно, Деннис! Наши ценности здесь не работают!

— Примерно тоже самое сказала мне Ритта. Правда, другими словами. Удивительная женщина: неповторимое сочетание ума, красоты, здоровья, изысканного воспитания, высочайшей культуры и... Не могу сформулировать... Породы, родовитости, достоинства. В общем, это основа этого общества. Его исток.

— Я вижу, что она произвела на тебя впечатление! — Джим подошёл к Деннис и поцеловал ей руку.

— Да, дорогой. Она мне очень понравилась.

Глава 15.

Иосиф Виссарионович сразу после Ноябрьских уехал в Крым, и вернётся только к Пленуму. Последнее время он что-то пишет, и, до предела, сократил общение со всеми. Я тоже много пишу, готовя полугодовой отчёт о работе на Пленуме. Отнимает много времени, считаю, что это не эффективно, но сделать ничего не могу. Так заведено ещё Лениным. Я не спорю, контроль за правительством должен быть, но каждые полгода — это слишком. Однако секретариат партии сбрасывает всё новые и новые вопросы. Главный из которых, несомненно, о реализованной в полной тайне подготовке и об успешно проведённой денежной реформе. Отлично сработали и Минфин, и Госзнак, и МВД. По данным Лаврентия, до объявления о реформе по радио, о ней даже слухов не возникало. Вся подготовка была абсолютно секретна. Такое, по утверждению Зверева, удалось впервые за всю историю СССР. Вопросы валютной унии разрабатывало с нашей стороны всего 10 человек во главе со Сталиным. Большую помощь оказал Министр Финансов Великобритании сэр Джон Андерсон. Он сумел собрать 20 декабря в Праге и 2 января в Лондоне Министров Финансов стран ЕОС. Во многом благодаря ему такое большое количество стран объявили о вхождении в унию. Одновременно с нами был частично девальвирован британский фунт. Военная инфляция в некоторые годы превышала все разумные пределы. Выровняв курсы, СССР и Британия нанесли мощнейший удар по доллару.

На пленуме последовала атака со стороны старых членов ЦК. Обвинение шло по линии отсутствия коллегиальности при принятии решений, особенно в области финансов. Выступающих было много. В воздухе активно "запахло серой". Сталин сидел молча и улыбался в усы, давая всем высказаться. Основные нападки шли на меня, Вознесенского и Зверева. В этот момент Сталин, вместо записавшегося Шепилова, предоставляет слово Мехлису. Мехлис зачитал данные гос. и партконтроля об имевшихся наличных деньгах на момент реформы у всех, кто участвовал в атаке на денежную реформу, и о том, сколько дополнительно получила страна, благодаря тому, что реформу удалось сохранить в тайне. Закончил своё выступление Мехлис фразой, что все данные переданы в МВД СССР. После этого взял слово сам Сталин. Он сказал, что лично руководил денежной реформой, всё это делалось под его личным контролем, и он не хотел повторять провал денежной реформы 1937 года, когда из-за утечки информации, всё ограничилось введением новых ассигнаций в 1938 году. То, что в ЦК есть перерожденцы, отчетливо показывают выступления на Пленуме. Иметь Политбюро в составе 35 человек, это обрекать любые проекты на провал из-за утечки информации. Опыт войны показал, что полностью всеми стратегическими планами может владеть только жёстко ограниченное количество людей. Поэтому он предлагает распустить ныне действующее Политбюро, и предлагает следующие кандидатуры для постоянно действующего политического органа управления страной: от МВД — министр Берия, от МО — министр Шапошников, от МИД — министр Молотов, от КПСС — 1 секретарь Ленинградского обкома Жданов, от АН СССР — академик Александров, от Совета Министров СССР — 1 заместитель СовМина Андреев. И вынес всё это на обсуждение и голосование. Пленум ЦК предложил увеличить состав до 9 человек, персонально — министр финансов Зверев и секретарь ЦК, секретарь Совета Союза Андреев А.А.. Сталин поддержал кандидатуры. Прошло закрытое голосование. Меньше всех голосов получили Зверев и я. Что, собственно, и ожидалось. После этого состоялся мой доклад об исполнении планов на 1943 год. Неожиданно для себя, я сорвал аплодисменты: темпы роста промышленности в реальных ценах и в британских фунтах составили 31% в год. С такими темпами страна выполнит пятилетку в три года. Денежная реформа и выход рубля на мировой рынок должна была ещё больше подстегнуть экономику. Итоги подвёл Сталин. Он нацелил ЦК на разъяснительную работу среди населения, потребовал усилить пропаганду советского образа жизни как внутри страны, так и за её пределами. Обещал выделить партии для этого дополнительные деньги из резерва и открыть дополнительные отделения ВПШ в Ленинграде и Новосибирске. "На первое место в партийной работе выходит агитационная и воспитательная работа! Мы, коммунисты, сами выбрали наше правительство. В ЦК партии есть постоянно действующий аппарат контроля, который имеет право контролировать всё. А разбазаривать государственные секреты мы никому не позволим."

После Пленума состоялось заседание нового Политбюро, где в числе прочих вопросов решили вопрос о финансировании создания космического корабля. Королёву, фон Брауну и Лавочкину поручили составить план освоения околоземного космического пространства на 14 лет. После этого Сталин собрал отдельно Жданова, Берия, Шапошникова и меня.

— Вот в таком составе и будем собираться. Когда здесь выработаем решение, тогда и выносим его на обсуждение. Всё, что касается стратегических направлений развития страны. Остальных членов Политбюро можно использовать для консультаций или привлекать по мере надобности. Товарищ Жданов, всемерно усильте работу партконтроля! У Мехлиса полно работы в госорганах. Ваше направление — партработники. У них скопилось слишком много денег, у многих индивидуальные предприятия, оформленные на жён и родственников. Пытаются обогатиться за счёт партии и государства. Таких немедленно к товарищу Берия.

— Сделаем, товарищ Сталин.

— Лаврентий и Андрей! Подходят сроки, отведённые нами для атомного проекта. В этом году, кровь из носу, но бомба должна быть. — Жданов наклонился ко мне и шёпотом спросил: "Какая бомба?"

— Товарищ Сталин! "Изделие 001" готово, но Андрей запретил испытания. Вернее, он не против испытания в шахте, шахта готова, но против испытания в атмосфере. А Борис Михайлович и МО настаивают на испытаниях в атмосфере. — ответил Берия.

— В чём дело, товарищ Андреев? — (Давненько Сталин ко мне так не обращался!)

— Снег, товарищ Сталин, много снега! Радиоактивные осадки могут выпасть в любой точке земного шара. Вся секретность летит к... А они, — я показал на Шапошникова, — настаивают! Вот я и запретил.

— Правильно сделал, молодец, Андрей. Взрывайте в шахте, а летом проверим на воздухе.

— Летом будет готово изделие 002. Будем испытывать его. И ещё, товарищ Сталин. В Австралии опубликованы несколько статей, с перерывом в сутки, ставящих под сомнение возможность Советского Союза оказать военную помощь Австралии и Новой Зеландии. Американцы, через 5-ю власть, пытаются раскачать наш союз. Многие газеты и журналы в Австралии принадлежат американцам. — Я хотел продолжить, но Сталин меня оборвал.

— Об этом через полчаса. Борис Михайлович! Как продвигаются дела с оснащением армии противоатомными комплектами обмундирования и приборами дезактивации?

— Всё заказано промышленности. Две армии получили, но держат на складах. Василевский и командующий сухопутными войсками Конев хотят провести учения с реальным применением атомного оружия. — Сталин посмотрел на меня.

— Я считаю, что об этом можно будет говорить только тогда, когда мы узнаем мощность боеприпаса и замерим его воздействие на различных расстояниях от центра взрыва. Иначе людей положим, а это не противник, а наши люди. И я не понимаю, почему эти вопросы выносятся сейчас, а не на заседании комитета. Там не я, а наши учёные будут более аргументированно доказывать это. Я излагаю только то, что мне говорил Курчатов.

— Да, Борис Михайлович, так будет лучше.

— Да они — перестраховщики! С ними говорить, только время попусту тратить! И деньги!

— Борис Михайлович! Оружие не принято на вооружение, и распоряжаются сейчас им — учёные. Но, и в дальнейшем, этим оружием будет распоряжаться один человек! — и я показал на Сталина. — Это стратегическое оружие, а не для повсеместного и бесконтрольного применения. Это оружие сдерживания. Будем надеятся на то, что по-боевому его никогда в истории не применят.

В кабинете возникла просто звенящая тишина.

— Оружие, которое никогда не будет применятся? А зачем тогда мы его создаём? — спросил Жданов.

— Потому, что мир — дешевле! — ответил Сталин. — Андреев правильно всё говорит! Решение на применение этого оружия — исключительное право Верховного Главнокомандующего. Это — его крест. На сегодня всё. Продолжим завтра. Андрей, останься. — Сталин позвонил Александру Николаевичу и попросил вызвать Молотова.

— Что предлагаешь делать с Австралией?

— Требуется официальный визит в Австралию, и продемонстрировать наши возросшие возможности. Этим мы пресечем попытки расшатать наш союз. Это месть американцев за выход рубля на мировой рынок.

— Хочешь показать новую военную технику?

— Нет, её гражданский аналог. Ту-116.

— Я не думаю, что американцы успокоились по поводу тебя.

— Проработаем с Короленко все возможные и невозможные варианты. Ну, не сидеть же в Москве из-за кучки идиотов. Они же этого и добиваются!

Вошел приехавший Молотов.

— Товарищ Молотов. Подготовьте ноту протеста Правительству Австралии по поводу публикаций против ЕОС. С грифом "Секретно", и запросите австралийцев: когда они могут принять с официальным визитом Андреева. Начинайте подготовку визита вместе с Андреем Дмитриевичем.

Короленко отправил на Окинаву 4 бронированных "Паккарда" из гаража Кремля. Оттуда, в трюме транспорта, они пошли в Сидней. Транспорт входил в ударную авианосную группу в составе: линкора "Минск", авианосца "Севастополь", 3-х крейсеров, 5-ти эсминцев "7 проекта", трех танкеров, двух БДК с морской пехотой на борту. В Коралловом море состоялись совместные манёвры флотов СССР, Австралии и Новой Зеландии. В это же время были объявлены учения ТОФ в районе базы Камрань с боевой стрельбой. А ранним утром, в Москве, я, Маргарита, посол Австралии в СССР господин Уильям Слатер и новый посол СССР в Австралии Николай Лифанов, с женой и дочерью, взлетели с аэродрома Чкаловский и взяли курс на Ташкент. Миловидная стюардесса объявила, что наш полёт будет происходить на высоте 12000 метров со скоростью 900 км/час, и через три часа двадцать минут мы совершим посадку в столице Узбекской ССР городе Ташкенте. Слатер удивленно посмотрел на меня. Взревели поочерёдно все 4 двигателя. Шумоизоляция, всё-таки, не очень! Шумновато в салоне. Потом нас попросили закрепить ремни безопасности, и мы взлетели. Через 10 минут погасла надпись "пристягнуть ремни". Кресла широкие, достаточно удобные, кожаные, удобный подголовник. Первый салон большой, до конца центроплана. Сзади ещё один салон, там летят многочисленные охранники и несколько корреспондентов центральных газет: Известия, Правда, Красная Звезда, а также корреспондент Канберра Таймс, аккредитованный в СССР, единственной газеты, которая не поддержала компанию, развязанную американцами. Проход между салонами контролировали люди Филиппова. Но фотокорреспондентов по одному пропустили в первый салон, и они сделали фотоснимки. Две стюардессы разносили напитки, фрукты и леденцы. В районе центроплана — небольшой бар. Через полтора часа подали хороший вкусный завтрак. Слатер, который присоединился к нам с Маргаритой, развернув кресло, восторгался скоростью полёта, комфортом, вкусным завтраком, хорошим бренди и кофе. Три часа пролетели незаметно и самолёт начал снижаться. В Ташкенте было тепло, всё маленькое здание аэропорта утопало в цветах урюка. Мы вышли из самолёта и прошли в помещение. Затем мне стало скучно сидеть, и мы, с Ритой, вышли и сели на берегу канала с изумительно чистой и очень холодной водой. Чуть сзади расположился Саша. Здесь нас поймал австралийский корреспондент и попросил дать ему интервью. Я пригласил его сесть рядом, но не снимать. Сначала я не смог его понять, австралийский акцент — это нечто! Как будто человек жуёт и одновременно пытается говорить. Здорово выручила Рита. Ответив на вопросы журналиста, я сам перешёл в атаку и разузнал, кто был инициатором атаки на ЕОС. Всё сходилось на Кэйте Мердоке из Мельбурн Геральд и Сан. Поблагодарив корреспондента с известной фамилией Хамильтон, я прошёл к ВЧ-связи и отправил шифровку Сталину и Судоплатову. Еще через двадцать минут мы взлетели и взяли курс на Канберру. Предстоял длительный 14 часовой полёт.

Командиром корабля был мой старинный друг Степан Супрун. Мы очень давно не виделись, поэтому, когда он передал управление Косте Коккинаки, мы уселись на свободный ряд и долго говорили о житье-бытье, вспоминали всех, как у кого сложилось. Степан всю войну прослужил в Ейске, готовил английских лётчиков, командовал дивизией, в настоящее время он заместитель Филина в НИИ ВВС и начальник отряда правительственной авиации. Должностью не очень доволен, хочет уйти в КБ Сухого или Бартини. Я обещал помочь с переходом. Ему осталось не так много времени, скоро в него вцепятся врачи. Перед обедом он ушёл в кабину. Я тоже заглянул туда и посмотрел, как она устроена. Бомбардировщик остался бомбардировщиком. Зачем "пассажиру" штурман в носу и прицел Нордена??? Правда, сделан штурманский стол за креслами пилотов, но без кресла. Места отдохнуть — совсем мало. Не зря ругался Туполев. Я его понимаю! Обед и ужин были вкусными. Я прошёл во второй салон и убедился, что там такое же питание. Саша Филиппов сказал, что регулярно получает обычные циркуляры. То есть система, которую закладывали при организации правительственного авиаотряда, нормально работает. Сзади шум винтов не так слышен. Комфортность даже немного выше, чем в первом салоне. Прошёл в огневую точку хвостового стрелка. Хорошенький "пассажир" — шесть точек обороны, управляемой отсюда или из кабины в носу. Пушки НС-23, спаренные, с автосчислителем. Хороший самолёт! Хрен подсунешься! Через десять часов вошли в воздушное пространство Австралии. Кто-то решил нас сопровождать. Но "спитфайры" национальных ВВС держать 44 с половиной тысячи футов высоты и 490 узлов скорости не могут. Они "сыпанулись"! Меня разбудили, когда эскадрилья "Спитфайров" попыталась к нам приблизиться. Мы объяснили, что сопровождение нам не нужно, сами дойдём, но сбросить скорость не можем, так как увеличится расход топлива. Но обещали, что последние 100 миль мы снизим скорость и позволим нас сопровождать. В 8.50 местного мы сбросили скорость до 550 км/час, рядом с нами пристроились 8 "спитфайров" австралийских ВВС, по 4 с каждого борта. Степан нервничал, через открытую дверь кабины неслись сплошные нецензурные выражения. Затем всё успокоилось, мы стали снижать высоту. Аэродром открылся западнее довольно большого озера Берли-Гриффинз. Полоса строго с юга на север, довольно длинная, и недалеко от центра города. Самолёт немного раскачивается в потоках восходящего горячего воздуха. Мы, наверное, разбудили всех. Ту-116 исключительно громкий самолёт. Полоса бетонная, но Степан выпустил тормозные парашюты на всякий случай. Довольно резко дёрнуло. Остановились четко напротив красной ковровой дорожки. Немного подождали, пока настроят трап, и сошли на землю Австралии. Нас встречал официальный глава Австралийского Союза Генерал-Губернатор Австралии и Новой Зеландии принц Глосчерский Генри. Я с ним знаком по 41 году. Он присутствовал при моём производстве в Рыцари Британской Империи. (Честно говоря, я этого не помню, но Судоплатов перед вылетом напомнил). Нас поселили в Альберт-холле на берегу озера. Вокруг виллы довольно большой парк, который люди Филиппова быстро превратили в маленький укрепрайон. Принц Генри произвёл очень приятное впечатление, к тому же, как он нам сообщил, его брат очень обеспокоен случившимся, и рад тому, что я нашёл время посетить Австралию. В Новой Зеландии, на тот момент, не было аэродромов, способных принять Ту-116, поэтому Премьер-министр Новой Зеландии прибыл в Австралию за день до нашего прилёта. Генеральный штаб Австралии в эти дни занимался подсчётом реального времени, требующегося ТОФ и ВВС СССР для того, чтобы развернуться у берегов Австралии. 14 суток, которые нам понадобились, плюс вид авианосной группы, которая на ТОФе не одна, плюс слегка опозорившиеся ВВС Австралии, которые не смогли сопровождать наш "пассажирский" самолёт, действия нашей морской пехоты, продемонстрировавших на пляжах Сиднея плавающие танки, плавающие бронетранспортёры, выставленный для всеобщего обозрения 18-тидюймовый снаряд главного калибра линкора "Минск", произвели прекрасное впечатление на австралийцев. А показательные полёты Су-12к окончательно склонили мнение местного бомонда, что проще купить всё в СССР, чем выслушивать бредни американских прихвостней. Кейта Мердока обозвали предателем национальных интересов Австралии, его две газеты отказались покупать! Австралия — странная страна. Главные новости у них не мировые, а местные. То, что в национальном парке Канберры простыл коала Пит, волнует население больше, чем нападение Германии на Польшу или объявление войны Германии Великобританией. Но, австралийцы — хорошие солдаты! Я встретился с Кейтом Меллори, знаменитым альпинистом и, не менее знаменитым, офицером SAS Стирлинга. Мы знакомы по Кипру. Все газеты Австралии комментировали нашу встречу и слова Стирлинга о том, что русские предотвратили захват Кипра немцами, а командовал ими, тогда ещё генерал, Андреев.

Хамильтон опубликовал отчёт о перелёте в Австралию, упомянул о единственной посадке в Ташкенте. Он заявил, что он просмотрел все рекорды дальности в ФАИ, и этот полёт можно считать рекордным. Что он изумлён, что русские отнеслись к нему, как рядовому полёту. Может быть для русских это и рядовой полёт, но для нас, австралийцев, это возможность оказаться в Европе с одной посадкой, или слетать в гости к родственникам в ЮАР без посадки. Что он специально спрашивал господина Андреева: в обычном, не правительственном, исполнении самолёт может перевозить 120-170 пассажиров. И, раз уж вице-премьер СССР с женой летают на этом самолёте, то он супер-надёжный. Наличие таких самолётов в Австралии совершенно изменят положение в стране. "Мы, австралийцы, требуем открытия воздушного сообщения с Москвой, Кейптауном и Лондоном!" — закончил свою статью корреспондент. Принц Генри и премьер-министры обеих стран мгновенно отреагировали:

— Сэр Эндрю! Мы бы хотели, как можно быстрее, выполнить требования своих избирателей. Для нас действительно это необходимо. Сегодня полёты из Лондона в Австралию выполняет Империал Эйрвейз, полёт занимает трое суток или со сменным экипажем, что дороже, двое суток. А тут такие возможности!

— В компании "Аэрофлот" есть несколько аналогичных самолётов "Ту-114". У них немного меньшая дальность, но и шумят они по-меньше. Мы готовим ещё серию дальних пассажирских самолётов. У них немного меньшая скорость, чем у Ту-116. Они уже пойдут на экспорт. А если хотите сейчас, немедленно, то нужно договариваться с "Аэрофлотом". Эта компания сможет организовать полёты в Индию, ЮАР, Каир, Москву и Лондон.

— А на сколько меньше скорость и дальность?

— Дальность порядка 5.5 тысяч миль, скорость 380-400 узлов.

Принц Генри на бумажке стал перемножать что-то. Потом хлопнул себя по коленке:

— Всё равно в течении суток успеваешь в Лондон! Я поговорю в Дели об открытии для ваших компаний возможностей для посадки! Тогда полёт станет ещё более удобным!

— Принц, проблема в топливе! Эти самолёты летают не на бензине. Топливо придётся закупать у нас. Пока его нигде больше не делают. Нам топливо привезли морем, в Сидней. Поэтому мы и не летели через Индию.

— То есть, сэр Эндрю, вы не будете продавать эти самолёты?

— Нет, принц Генри, это не пассажирские самолёты в чистом виде, это модификация боевого самолёта. Основного нашего тяжёлого бомбардировщика.

— Я обратил внимание, что самолёт вооружён.

— Да, часть установок снята, в центральной части фюзеляжа, но существуют места крепления и вся электрика подведена.

— А у Ту-114?

— Там нет кабелей и не стоит СУО, зашита пластиком кабина штурмана, вместо неё установлен навигационный локатор. Но, тем не менее, все точки крепления существуют. В общем, можно достаточно легко переделать обратно в бомбардировщик. Плюс скорость: 500 узлов развивают пока только наши истребители. "Метеор" такую скорость развить не может. Поэтому мы не будем их продавать. Слишком много секретов для гражданского самолёта. Но организовать постоянно действующие авиалинии по указанным Вами маршрутам нам вполне по силам. А там и новая техника подойдёт. Я уже говорил, что мы серьёзно работаем над этим. И эти новые самолёты уже будут сразу готовы для экспорта.

— Сэр Эндрю, если гражданская часть вопросов — это хлеб моих Премьер-министров, то за оборонную политику и вооружения отвечаю только я. Что из современной авиации Вы сейчас можете предложить? У меня 20 крыльев, которые вооружены "Спитфайрами", "Сифайрами" и "Вархоками". Мне требуется их перевооружить. Извините, 25 крыльев. Пять ещё в Новой Зеландии. И 12 эскадрилий береговой обороны. Там совершенно устаревшие "Бленхеймы". И у меня практически нет современных танков. Все танки — довоенных выпусков. Меня очень заинтересовали ваши "бронетранспортёры" (он сказал это слово по-русски) и 4-хствольные зенитные пушечные установки.

— А у меня не возникнут проблемы с Премьером Черчиллем? Вы входите в его зону ответственности!

— Я бы не стал Вам ничего говорить, сэр Эндрю, если бы имелись какие-либо ограничения в этой области. Это моя прерогатива, дарованная Генерал-Губернаторам Австралии ещё королевой Викторией.

— Тогда мы можем начать переговоры по поставкам вам самолётов Су-9м с радиолокационным прицелом и управляемыми ракетами для ваших истребительных полков. Самолётов Ту-2Д для береговой обороны, можем продать 24 Ба-2, по паре в каждую из эскадрилий. Танки т-44-100 со стандартной пушкой ЕОС в необходимом Вам количестве. И бронетраспортёры, столько, сколько Вам надо. С автоматическими пушками под единый 23-мм патрон тоже никаких проблем нет. Вы намерены переходить на новый патрон к стрелковому оружию? И что собираетесь делать с пулемётами? Мы приняли на вооружение новый 7,62мм пулемёт системы Калашникова и есть интересный пулемёт, того же калибра, разработки РейнМеталл МГ-42. Если эти предложения Вас устраивают, то присылайте в Москву своих людей и приезжайте сами.

— А С-25?

— Конечно, вы же входите в ЕОС!

— А плавающий танк? Извините, не запомнил его названия.

— Нет проблем. — и мы перешли к конкретике по срокам приезда принца Генри и военных делегаций Австралийского Союза в Москву.

Визит прошёл успешно. Маргарите устроили турне по Австралии, она вернулась полная положительных впечатлений от поездки. Показала фотографию, где она держит за морду громадного гребнистого крокодила. Мне чуть не поплохело. А эта чертовка хитро улыбалась.

Через неделю мы вылетели назад. Судоплатову была дана команда разгромить, экономически, зарождавшуюся империю Мердока. Сделать так, чтобы ни он, ни его дети, никогда не смогли влиять на общество.

В Америке мой визит в Австралию произвёл эффект разорвавшейся на берегах Потомака бомбы, особо крупного калибра. Мало того, что между публикацией в газетах и появлением ударной авиационной группы у берегов Австралии прошло всего 16 дней, так ещё и статья Хамильтона, что русский Вице-президент без посадки пролетел из Ташкента в Канберру на скорости 900 км/час. Океан сузился и превратился в узенькую речушку. Американские генералы и адмиралы почувствовали себя голыми. Даже не зная точно полную дальность "медведя", как назвали Ту-116 австралийцы за очень громкий рёв, расчёты показывали, что и Гонолулу, и Гуам, находятся внутри радиуса действия. С Камчатки русские доставали Сиэттл и часть Калифорнии. Восточное побережье полностью в радиусе поражения. Реакция на бирже не заставила себя ждать! Опять поднялась паника. Паника охватила и значительную часть населения Соединённых Штатов. Народ смёл из магазинов все консервы, спички, соль, оружие и боеприпасы. На приусадебных участках ведётся спешное сооружение бомбоубежищ. Взлетели цены на цемент, арматуру. "Русские идут!" Все газеты запестрели вопросами к Правительству: "Где, черт побери, находятся призывные участки в армию?" Границу с Мексиканскими Соединёнными Штатами мексиканцы закрыли через два дня. Толпы людей ринулись из страны в Мексику нелегальными тропами. Доллар окончательно рухнул.

Ещё в Канберре мне пришлось отвечать на вопросы американских корреспондентов о сроках начала войны против США. Я расхохотался прямо на пресс-конференции.

— Господа! Это провокация господина Кейта Мердока. Он позволил себе усомниться в способности Европейского Оборонительного Союза, созданного Великобританией и СССР, своевременно защитить два удалённых доминиона Британской Империи. Пришлось делом доказывать несостоятельность аргументов господина Мердока: В течение 20 часов в доминионы будут переброшены значительные силы ВВС и ВДВ ЕОС, способные противостоять любому агрессору. А через 12 дней, десять из которых занимает сам путь до Австралии, здесь будет развёрнут самый современный флот. Другой вопрос: для чего понадобилась господину Мердоку эта провокация? Наверняка, он захотел заработать на той панике, которая охватила Америку. В опасные игры играет господин Мердок! СССР, Великобритания и США по-прежнему связаны договором об Объединённых Нациях. Мы — союзники! И мы никому не позволим вбивать клин в великую дружбу трёх Великих Государств.

— Господин 1 Заместитель, зачем СССР создал дальний бомбардировщик с такой дальностью? С какой целью и против каких врагов?

— Самолёт создан в мае 1942 года, во время войны, как тяжёлый бомбардировщик. После войны был модернизирован. У нас огромная страна и огромная зона ответственности. Когда встал вопрос об Европейском Оборонительном Союзе, тогда окончательно и определился радиус действия этих самолётов и транспортных самолётов Воздушно-Десантных Войск. Мы обязаны своевременно реагировать на угрозы, которые могут появиться у наших союзников. Мы никому не угрожаем, не склонны к агрессии. Таким образом мы сохраняем мир и спокойствие всех граждан нашего ОБОРОНИТЕЛЬНОГО союза. Как видите, его величество король Соединённого королевства Великобритании, предложивший создание этого союза, не ошибся в его возможностях. А господин Мердок его недооценил.

— Вы хотите сказать, что инициатива создания ЕОС не принадлежит господину Сталину или Вам?

— Именно так. Мы только приняли предложение британской стороны. С нашей стороны было предложение не навязывать доминионам обязательное вступление в Союз, а провести референдумы в них. Как видите, Канада и Индия не вступили в ЕОС, и их никто не заставляет это сделать. Военный союз дело добровольное и должен соответствовать национальным интересам обеих сторон. В этом случае, он обречен на успех. В случае противоречий — союз становится неустойчивым и распадается. Именно этим обстоятельством вызвана столь быстрая реакция Вооруженных Сил Союза на публикации в газетах Мердока. Наш Союз ещё молод, и требует проверки на прочность. Находящийся в зале его Высочество господин Генерал-Губернатор может подтвердить мои слова.

— Да, господа корреспонденты, я могу подтвердить, что инициатором создания военного союза была Великобритания: господин Черчилль и Его Величество. Я, как Вы знаете, никогда не был в СССР, не встречался с руководством СССР до сего момента. Условия, с которыми меня познакомил Премьер Черчилль, активно поддерживал мой брат. Если в прошлую войну, только чудо спасло Австралию от вторжения японских войск, а некоторые подконтрольные территории всё-таки были захвачены и серъёзно пострадали, то сейчас народ Австралии может быть спокоен. Помощь нам окажут в кратчайшие сроки. Могу заранее объявить, что в ближайшее время я посещу Советский Союз, и наша армия начнёт решительное перевооружение на современные образцы оружия.

Опубликованный в Америке отчёт о пресс-конференции, немного сбросил волну паники. Пространная речь Президента о кознях некоторых слоёв общества, названных им "ястребами", желающих вбить клин между Великими Объединёнными Нациями, вызвал ужесточение отношений между различными национальностями. Президент не забыл упомянуть, что следы заговора против Андреева тянутся в США. Поэтому ему не удаётся договориться с руководством СССР о личной встрече. Что значительно усложняет совместную работу, и сказывается на темпах и масштабах экономического сотрудничества. Но СССР не планировал, и не планирует, никакого нападения на США, и является миролюбивой и предсказуемой страной. Союзником Соединённых Штатов. Политический кризис медленно стал сходить на нет. Но паника жесточайшим образом ударила по золотому запасу страны. Люди переводили бумажные доллары в золото, а на него покупали фунты и рубли.

Лондон, Даунинг-стрит, 10. Резиденция Премьер-министра Соединённого Королевства.

Лорд Черчилль просматривал газеты и поступившие разведданные за последние несколько суток. Он был доволен собой: он поставил на "красное" и это принесло выигрыш! Причём какой! Он сорвал банк! Рейтинги консерваторов растут, как на дрожжах! "Ну да, если использовать такой катализатор, как маршал Андреев!" — заговорил внутренний голос. С одной стороны было страшно: русские невероятно быстро среагировали на потенциальную угрозу, и, не считаясь с расходами, мгновенно выдвинули авианесущую эскадру в район Кораллового моря. С другой стороны, если бы они тянули время, согласовывали условия, выторговывали преференции, порты стоянки и обслуживания, получали разрешения и подготавливали бы общественное мнение, то австралийское проамериканское лобби добилось бы отделения Австралии от ЕОС. А тут: ни одного вопроса, только информационные сообщения, один звонок Сталина по прямой линии с сообщением: "Это — опасно! Мы — начали!" Русские вычислили инициатора и обрушили на него вал критики, полностью развернув общественное мнение на себя. Обычно они уходят от прямых контактов с прессой других стран, но в этом случае, они отошли от сложившегося стереотипа: последовала атака на бриффинге, а затем вся пресса Советского Союза подключилась к травле бедного Мёрдока. Впрочем, не такого уж и бедного! Отлично сработал принц Генри. Черчилль даже не ожидал от него такой прозорливости и взвешенности подхода. Одно плохо: Австралия решила напрямую закупать вооружения в СССР, минуя Англию. Плохо, конечно, но что сделаешь! Зато русские показали себя истинными джентльменами, они всячески акцентировали внимание всей прессы, что это его, Черчилля, идея, что король это поддерживает, а они просто идут по фарватеру. Где-то в глубине души Черчилль понимал, что это не совсем так, но развитие событий шло в пределах его представлений о роли Британии в мировой политике.

Глава 16.

События вокруг Австралии или "австралийский кризис", как его станут называть впоследствии, благоприятно отразился на экономике: были получены крупные заказы на военную технику, а это ещё и боеприпасы, запасные части, обучение и подготовка специалистов по её обслуживанию. Это золотой дождь для промышленности. Принц Генри отличался обязательностью и решительностью. "Аэрофлот" открыл свои представительства в Каире, Кейптауне, Дели, Пёрте, Канберре, Сиднее и Мельбурне. Это на картах Австралия маленькая из-за близости к экватору. На самом деле, это огромный континент: 6000 км между крайними точками. Австралийцы купили Ан-24, Ан-26, Ан-6 и Ан-8. Ведут переговоры по приобретению новейших Ан-10 и Ан-12. Большое количество наших авиаспециалистов уехали работать в Австралию и Новую Зеландию. Оттуда к нам приехало множество молодых людей переучиваться на новую технику. Компания "Интурист" заявила о росте заявок на 600% на посещение СССР.

Однако не всё было "в шоколаде". Неожиданную проблему подбросила наша провинция. В маленьких городах возрос уровень молодёжной преступности. Закончились сроки у уголовников 20-30-х годов, в крупные города им было запрещено возвращаться, в селах им делать было нечего, поэтому они селились в небольших городах и посёлках. Блатные песни, героизация своих отсидок, татуировки как магнитом притягивали неопытную молодёжь. Возникали молодёжные банды, ходить с "пёрышком" в кармане стало модным. Участились массовые драки: район на район, посёлок на посёлок. Мы обсуждали это с Лаврентием у нас дома, неожиданно к нам подключилась Рита.

— Вы не в ту сторону ведёте эту проблему. Дело не в старичках-уголовниках, дело в отсутствии занятий вечером у молодёжи. Кроме танцплощадки, в этих городках ничего нет! Отсюда все драки и "банды". Требуется не ужесточать уголовное право и преследования, а строить Дома Юного Техника, вечерние техникумы, создавать туристические и спортивные кружки. Вон, уже объявили об Олимпиаде в Осло, а у нас ещё нет команды. — мы с Лаврентием уставились на неё.

— А ведь она права, Андрей! Мы, действительно, зациклились на работе МВД, а проблема гораздо глубже!

На следующий день я подключил министра образования Потёмкина, двух Секретарей ВЛКСМ, председателя ДОСААФ и Андрея Андреевича, т.к. это дело местных Советов. Мы обсудили положение вещей и предложение Маргариты. Комсомольцы предложили создание в каждом городе "комсомольских патрулей", агитационную поддержку и комсомольский призыв в ДЮТы. Нашлись резервы и у Потёмкина. Я пообещал переговорить с ПолитУправлением Советской Армии, чтобы они выделили офицеров для проведения вечерами занятий для детей и подростков по радиотехнике, вычислительной технике, автоделу и другим специальностям. Это был решительный поворот в этом важнейшем деле. Мы выиграли эту "войну" с уголовным миром.

Нашлось дело и Василию Сталину. Я вызвал его и предложил ему возглавить олимпийский комитет СССР. Сначала он не понял, попытался обидеться, что он — лётчик, командир полка.

— Василий! Но ведь твой полк занял в прошлом году первое место в Московском округе по футболу!

— Да, мой!

— Спортивный городок в твоём полку — тоже лучший. Ты же умеешь это делать и умеешь увлечь людей. Вот и попробуй это в масштабе страны. Займись массовым спортом, займись подготовкой олимпийской команды. Езжай в Лондон и выясни можно ли ещё подать заявку на участие в Олимпиаде. Это важное и нужное для страны дело. А из армии и авиации тебя никто не выгоняет!

— Товарищ маршал, разрешите немного подумать. И я хочу с отцом посоветоваться.

Он вышел из кабинета, отсутствовал минут тридцать, затем Светлана Аркадьевна сообщила, что майор Сталин просит ещё раз его принять. Василий вошёл и сообщил, что он согласен. Я поблагодарил его, передал ему небольшую папку, собранную секретариатом по моей просьбе. Василий улыбнулся и сказал:

— А я думал, что совсем потерял Ваше доверие, товарищ маршал. Постараюсь оправдать его. — он откозырял и вышел.

Вечером, если Иосиф Виссарионович был в кабинете, был обязательный письменный доклад ему обо всех делах. Сталин быстро читал эти сводки и делал отметки, иногда комментировал или задавал вопросы. На этот раз он он сразу спросил о Василии:

— Думаешь он справится?

— Это ему нравится, есть кое-какой опыт. Он увлекающийся человек, и умеет увлечь других. Думаю, что этот комитет как раз для него.

— Поживём — увидим. Но запрещать этого я не стал. Дадим ему ещё один шанс!

В Ленинграде Жданов и Берг открыли первую в мире телевизионную студию на улице носящей имя профессора Попова, изобретателя радио. А завод Козицкого выпустил в продажу первый телевизор "ВЛ". Он напоминал радиоприёмник, но в правом верхнем углу у него была закреплена довольно большая линза, за ней находился кинескоп с диагональю 7 см. Линза увеличивала изображение в три раза. Несмотря на довольно высокую стоимость в 75 новых рублей, новинка в Ленинграде просто сметалась с прилавка. А в мае 44 неожиданно на приём записался посол Японии в СССР Кэйдзио. Вместе с ним в кабинет вошёл худой молодой человек в круглых очках, которого посол представил, как Масару Ибуки, изобретателя и совладельца "Токио Цусин Когё". Из цветастых слов Кейдзио я понял, что молодой человек прочёл в прошлом году в "Технике молодёжи" статью Берга о работах по созданию телестудии, и об устройстве телевизора. Он привёз в Москву телеприёмник с диагональю 21 см, и мечтает о создании завода по производству телевизоров. Трудности, которые ограничивали размер электронной трубки 7 сантиметрами, были успешно им преодолены. Я заинтересовался предложением. Позвонил Бергу и в МИД, для того, чтобы изменить визу Ибуки. Он уехал в Ленинград, затем мы купили у него патент и оборудование для производства больших электроннолучевых трубок. В Москве на Шаболовке начали монтировать ещё одну телестудию, а японцы приобрели патент на иконоскоп и начали производить его у себя. На появившиеся у Ибуки деньги, он создал фирму "Сони", будущий гигант электроники в Японии, 49% которой принадлежало СССР.

Железная трудовая дисциплина у японцев, мощнейшая пропаганда командного духа на предприятиях и довольно высокий уровень безработицы, позволяли японцам буквально творить чудеса по скорости внедрения новейших достижений в промышленности. Нам бы такую дисциплину на производстве. Но здесь дело в воспитании, в традициях японцев, в том аскетизме, которых характерен для их воспитательного процесса. Несмотря на то, что японцы очень любят своих детей, они с детства закладывают в них послушание и уважительное отношение к руководству. Тот же император для них — божество! С таким настроением юный японец приходит на предприятие, где попадает в такую же семью. И начинает работать на успех этой семьи. Но, в Японии до сих пор ненормированный рабочий день для инженерного и технического персонала.

В июле 44 в Москву прилетел Рузвельт. Он приурочил свой визит с началом монтажа основного оборудования на Иркутской ГЭС. Пресса обеих стран довольно много писала об этом событии. После посещения гигантской стройки, Рузвельт вернулся в Москву и состоялись четырёхдневные переговоры его со Сталиным. Формат встречи был "один на один", и Рузвельт исключил моё участие. Он надеялся, что в личном общении сделает больше, считая меня "ставленником Черчилля". Некоторое ухудшение советско-американского сотрудничества теперь он связывал с происками Великобритании и моим влиянием на Сталина. Он даже не догадывался, что Сталин держит меня полностью в курсе переговоров и водит его за нос. А месяц назад состоялись вторые испытания ядерного оружия, где мы успешно испытали плутониевую имплозивную бомбу. На наших учёных, участвовавших в "атомном проекте" пролился дождь наград, премий, званий и заслуженной славы. Но, ни один человек, кроме участников проекта, об этом не узнал. Все указы вышли под грифом "Особой Важности. Хранить вечно." В Арзамасе-16 были выстроены великолепные коттеджи для наших академиков. Под Москвой для них построили ещё один посёлок в великолепном смешанном лесу. А спасать Рузвельта и его экономику в наши намерения не входит. Окончание переговоров было смято событиями на юге США. Под Хьюстоном, в каком-то посёлке, Ку-Клукс-Клан распял и сжег негра. Но у него оказался брат, морской пехотинец, выживший даже в первой волне десанта под Гуадалканалом, а у него — боевой "Гаранд" с оптическим прицелом. Он приехал из Хьюстона на похороны брата и устроил массовый отстрел всех белых мужчин в возрасте от 16 до 65 лет. Длинные латунные гильзы со звоном выскакивали из армейской М-1. А снайпер-морпех быстро снаряжал магазин новыми. Ему было глубоко наплевать, что он нарушает закон и конституцию США. Его брата никто не пожалел, и никто не озаботился его правами. И он будет карать. Не для того он лежал под японскими пулями, чтобы какие-то гринго, не прошедшие армию США, ему или его братьям что-то указывали! Где они были, когда требовалось умирать за Америку? К белым он не имел никаких претензий. Среди них есть нормальные ребята. Взять того же Боба, его второго номера, у которого два "пурпурных сердца", и которого он тащил две мили ползком, когда "джапы" кинжальным пулемётным огнём выбили всю "первую волну". Эти "самки собаки" отсиделись в тылу, а теперь пытаются качать права. Десять или двенадцать полицейских городка, с их "великими уравнителями", серьёзной опасности не составляли и были им, походя, уничтожены. Положение именно негритянского населения было очень тяжёлым: они в первую очередь теряли места работы и нищенствовали. Бойня в Шугар-Ленд всколыхнула всю страну. Волнения перекинулись в соседнюю Луизиану, где положение было ещё хуже, чем в Техасе. Не завершив переговоры, Рузвельт вынужден был улететь в Вашингтон. Негров, прошедших воинскую службу, и имевших боевой опыт, оказалось довольно много, и они оказывали ожесточённое сопротивление национальным гвардейцам и полицейским. Джунгли Луизианы служили им укрытием. Хотя восстание было обречено, это был просто неподготовленный бунт наиболее обездоленных слоёв общества. Но жестокость действий национальных гвардейцев, применение авиации и танков для подавления восстания, снизили репутацию Америки, её рейтинги кредитования, и она получила отказ в многомиллиардном кредите, который просил Рузвельт.

Первый дальний поход флота показал не только наши возросшие возможности, но и вскрыл огромный ворох проблем. Исаков, руководивший походом, привез в Москву фотографии повреждений, полученных эскадренными миноносцами при возвращении в Камрань. В Арафурском море эскадра попала в район сильной зыби. Слеминг вызвал трещины в обшивке трех "семёрок". Хрупкая сталь, из которой были сделана корпуса, дала трещины и в помещения на баке начала поступать вода. Пришлось сильно сбросить ход. Поход показал, что 10 новых эсминцев не могут эксплуатироваться в открытом океане. На стапелях в Союзе ещё до войны были заложены новые эсминцы нового проекта, но они не были достроены. Сталин, которого мы познакомили с проблемой, приказал собрать, как он выразился, "большой совет".

Присутствовал контр-адмирал Першин, Главком Кузнецов, адмирал Исаков, директора всех судостроительных заводов, Судоплатов и Берия. Слово взял Сам.

— Товарищи! Первый же океанский поход нашего флота выявил непригодность к плаванию в открытом океане большой серии наших кораблей. Я не ставлю сейчас вопрос о том, кто в этом виноват. Это выяснят соответствующие органы. Я хочу поставить вопрос иначе: как, и в какие сроки, мы можем восстановить боеспособность четырех наших флотов? Вопрос этот стратегический, и малейшая задержка или утечка информации может серьёзно повредить репутации Советского Союза. Что может предложить наша наука — Сталин показал рукой на Першина, — и промышленность? — и он обвёл чубуком трубки присутствующих директоров заводов.

Затем Сталин сел и предоставил слово Першину.

— Товарищ Сталин! Я стал директором НИИ-45 уже в 38 году, когда проект "7" и "7у" уже строился на всех верфях СССР. Тем не менее, я принимал участие в его проектировании и прекрасно помню государственное задание: создать проект эскадренного мининосца на основе миноносцев типа "Новик", с большим удельным весом залпа, для внутренних морей СССР. Это и было выполнено. По всем классификаторам флотов наша "7-ка" проходит как небронированный лёгкий крейсер. Переданный нам Германией состав корабельной стали оказался излишне хрупким в местах напряжений. Но, на момент строительства об этой особенности стали никто не знал.

— Я Вас понял, адмирал Першин. Но как Вы объясните появление "кораблей для внутренних морей СССР" на Северном и Тихоокеанском флоте? — спросил Сталин.

— Я затрудняюсь Вам ответить, товарищ Сталин. Головной эсминец испытывали на Балтфлоте. Я читал заключение комиссии: сплошные литавры! "Выше всех, дальше всех, быстрее всех". Видимо, благодаря этому проект разместили на всех судоверфях СССР.

— Понятно. Что делать будем?

— По репарациям из Германии нам передано 47 эсминцев серии "Z" или "Нарвик", если по головному. Предлагаю временно передать 10-15 кораблей этого класса на Тихоокеанский флот. Десять эсминцев серии "7" ТОФа придать ОВРам трех основных баз базирования и ограничить их мореходность 200-300 милями от берега. Кроме того, есть несколько эсминцев смешанной итало-советской постройки, закупленных и построенных в 39 году. Мы их классифицировали как "лидеры" типа "Ташкент". Три из них находятся на стапелях, но недостроены. Необходимо доработать проект с учётом новых артиллерийских РЛС и новой СУО. Вместо устаревших Б-2-ЛМ-И, я предлагаю установить новые Б-2-130АУ, новую двухорудийную башню универсального 130-мм калибра с автоматическими пушками, обеспечивающими темп стрельбы 20 выстрелов в минуту на ствол, гиростабилизированной по трем осям, и ходом стволов -35 — +125 градусов по вертикали. Если передача эсминцев ОВРам не может быть выполнена или будет признана нерентабельной, то продать или подарить эти корабли Китаю, Вьетминю или Филиппинам для использования во внутренних морях ЮВА. И скорейшим образом готовить к постройке новый проект 30. Тем более, что кили к 12 кораблям уже заложены. Проект требуется доработать и через год-полтора вводить в строй.

Сталин внимательно слушал, затем попросил передать ему проекты для ознакомления. После этого он сделал Главкому выговор, что он не использовал все возможности для усиления ТОФ в течение полутора лет. Кузнецов возразил, что эсминцы "Z" стояли без экипажей весь прошлый год и лишь недавно были укомплектованы смешанными русско-немецкими экипажами. Захотят ли немцы продолжить службу на Тихом океане — большой вопрос!

— Товарищ Кузнецов! Вы принимали немецких товарищей в строй, Вы принимали у них присягу. Я не видел в присяге для немцев каких-либо различий с присягой для советских граждан. Считаю это отговоркой. Скажите прямо, что этот вопрос Вами не рассматривался.

— Вы правы, товарищ Сталин! Наиболее опасным считался атлантический и северный ТВД. Главный штаб флота считал достаточным численный и типовой состав ТОФ. Это была наша ошибка.

— Постарайтесь впредь не повторять таких ошибок, товарищ адмирал флота Советского Союза. Это слишком дорого стоит. В какие сроки Вы уложитесь, согласно предложениям Першина?

— В два с половиной — три месяца по передислокации, товарищ Сталин. По лидерам — по мере их поступлении на флота. Предложения Першина нахожу своевременными и наиболее быстрыми в условиях цейтнота.

— Что Вы скажете, товарищ Андреев. Мы сможем профинансировать этот проект?

— Передислокацию — несомненно! Но, я считаю преждевременной попытку форсировать постройку проекта 30. Он уже устарел и нуждается в полной переработке. Особенно после испытаний изделий 001 и 002. Достройка проектов лидеров типа "Ташкент" также преждевременна. Прочность их корпусов под таким же сомнением. В 42-м году лидер "Ташкент" стоял на ремонте из-за разрыва палубы во время шторма при сопровождении транспортов в Болгарию.

— То есть, Вы предлагаете полностью перепроектировать существующие проекты?

— Да, товарищ Сталин.

— Возьмите это на контроль, товарищ Андреев. Адмирал Першин! Все доработки согласовывать с Андреевым. От вашей согласованной работы слишком многое зависит. Особое внимание должно быть уделено качественной ПВО эсминцев. Вы меня поняли?

— Так точно, товарищ Сталин.

"Не было печали, черти накачали!" Больше всех бурчал Сергей: "Я ни разу не специалист по флоту! Что будем делать?" "Сергей, не бурчи! Начнём с главного! Какие двигатели стоят на современных тебе кораблях флота?" "На ядерных — паровые турбины, на неядерных — газовые турбины." "А что, есть ядерные корабли?" "Да. Их довольно много. Используют, в основном, водоводяные реакторы на тепловых нейтронах." "Так, значит напрягаем Александрова!" "Не его, а Доллежаля! Он создал первый реактор для подводных лодок. Кроме того, необходимо привлечь Базилевского, Балтийский завод, и Перегудова из ЦКБ-18, тоже Ленинград." "Понятно. По газовым турбинам?" "В основном используются двухвальные, модульные газовые турбины, переделки из авиационных. К ним вешается генератор, а винт крутит электродвигатель." "Редуктор?" "Планетарный, как у Ту-95!" "Значит, Германия. Они же ГЭДы хорошо делают." "Андрей, для ГТД большой мощности нужно использовать титан-никелевые лопатки." "То, чем сейчас Роллс-Ройс занимается?" "Да." "Нарисовать двухвальную турбину можешь?" "Конечно, это сейчас обычный авиационный двигатель." "Чем судовые двигатели отличаются от авиационных?" "За счёт хороших холодильников, у них гораздо ниже температура на лопатках, примерно 550-600 градусов, много выше моторесурс. Охлаждение же водяное. За счёт этого резко снижается шум двигателя." Я записал все параметры, которые дал Сергей и поехал к Микулину.

— Александр Александрович! У меня есть предложение.

— Андрей Дмитриевич! Может не надо! У меня тут и так сплошной дурдом. — Александр Александрович показал пальцем на противоположную стенку кабинета. Из соседнего кабинета доносился крик какого-то человека. — Вадим с термистами разбирается. Оплавились лопатки, вся работа насмарку. Что хотели, Андрей Дмитриевич.

— Газовую турбину большой мощности. — выложил рисунки, наброски, графики и расчёты. — Александр Александрович вцепился в них.

— Такой коэффициент двухконтурности? А это возможно? А это что? Редуктор? Стоп-стоп-стоп! А ведь это позволяет снизить обороты компрессора!

— Для этого и поставлен.

— А откуда такая низкая температура?

— Вода под высоким давлением, и топливо.

— Вода? А где мы её возьмём? Не понимаю. А чем её охлаждать?

— Водой. Это не самолётный двигатель, а судовой. Хотя, с понижением мощности и изменением схемы охлаждения его можно использовать и для тяжёлых самолётов. Вы будете заниматься самим двигателем. В двух модификациях: один самолётный, второй судовой или наземный. А так, обычный турбовентиляторный двигатель. Я знаю, что это конёк Швецова, но у него сейчас англичан прорва. Сам двигатель будем делать в Ленинграде на "Лопатке", остальное на ЛМЗ. Требуются малые габариты и большая мощность. Основное назначение — производство электроэнергии.

— Никогда бы не подумал, что авиационный двигатель можно задействовать для этого. — я улыбнулся.

— Вы мне льстите, Александр Александрович!

— Вам все льстят.

— Ну, так что, берётесь? Или Люльке отдать? Всё уже даже посчитано.

— А давайте так: и Люльке тоже.

— Хорошо, договорились. — я встал и подал руку.

— Куда ж вы, Андрей Дмитриевич? А чай? А посмотреть, что мы тут нагородили? Не отпущу! Сейчас идём по цехам! И не спорьте! Вы у нас два года не были!

Мне показали двигатели АМ-3 для Туполева, АМ-5 для Микояна и гордость завода двигатель серии "Д" для вертолёта Камова. Я остановился возле последнего.

— А вот этот похож на то, что требуется. Кто ведущий конструктор?

— Грачёв. Но он домой в Омск собрался. Его туда берут главным. Уже уволился по переводу.

— Жаль.

Некоторые сомнения меня мучили, но Микулин умел выжимать из двигателя всё, давая предельные мощности для конструкции. И всегда разрабатывал отличное навесное оборудование. По приезду в Кремль позвонил Люльке и попросил приехать. Поставил ту же задачу. Люлька интереса особого не проявил, сказал, что очень занят с новым двигателем АЛ-7, передаст это всё Владимирову и Соловьёву, а сам подключится через некоторое время. Но приехал сам и привез обоих ведущих на следующий день. Разобрали по косточкам проект. Разбили всё на этапы, определились с изготовителями. Я позвонил Сталину и с его разрешения улетел в Ленинград. Просмотрел всё, что предлагает НИИ-45, вызвал конструкторов ЦКБ-18, главного конструктора Базилевского. Все проекты были устаревшие. Небольшие переделки довоенных проектов. Котлы, турбины, громадные редукторы, всё пространство занято машинным отделением.

— А если так, Виктор Иванович! — и я положил перед ним тщательно вычерченный разрез корпуса с двумя машинными отделениями, в которых стояли 4 газовые турбины 2х10000 кВт и две по 20000. В корме находилось 4 ГЭДа: два маршевых и два для форсированного хода. Показал ракето-торпеду, в которой скрестил ежа и ужа: новую, разрабатываемую Челомеем и Расплетиным, сверхзвуковую ракету и подвешенную к ней самонаводящуюся торпеду Бартини. И реактивную глубинную бомбу. — Видите сколько места освобождается. Вот такой вот турбоэлектроход.

Все подсели поближе.

— Понимаете, всё, что Вы мне показали, это уже даже не вчерашний день. Чем занимались в эту войну эсминцы?

— Ходили в конвоях.

— Я спрашиваю, что они делали в конвоях!

— За лодками охотились и самолёты отгоняли.

— А вы что проектируете? Артиллерийский корабль! По кому стрелять собрались? По авианосцам? Что вы сможете сделать, даже 130 мм. Вспенить воду у борта? А вот ракетоторпедой по нему шарахнуть, да по винтам, это уже дело и помощь. Поэтому давайте отходить от стереотипов. Основное назначение эсминцев: это поиск и обнаружение ПЛ противника: вот сюда в бульб вставляем гидролокатор. Кстати, англичане и норвежцы делают очень неплохие гидролокаторы. Для того, чтобы он и назад смотрел, бульб сделаем вот такой! — и я нарисовал бульб БПК 1155.1. Здесь, на корме, предусмотреть лебедку для БуГАС. Бомбомёты расположить в носу и в корме. ПУ ракет — вот сюда. Одну или две башни Б-2-130АУ, обязательно предусмотрите радиолокационные взрыватели. И ещё: дайте команду разработать твердосплавные элементы для таких снарядов: выбивать прислугу "Бофорсов" и "Эрликонов", повреждать кабели, приборы управления огнём. Скорострельность у этой пушки высокая. Так что, может здорово пригодиться в бою при добивании противника. Подруливающие устройства не забудьте.

— Товарищ маршал, а такие двигатели есть?

— На 10000 кВт — есть, но в авиационном исполнении. Дал команду доработать до модульного типа, — я показал картинку модуля с двигателем АШ-105. А более мощные начали проектировать в двух КБ. Строится будут здесь, в Ленинграде. Особых проблем возникнуть не должно. Хотя двигатели такой мощности ещё нигде в мире не делали.

Моряки люди осторожные, суеверные, поэтому новшество они спланировали применить для начала на подводной лодке. Там всё было, для того, чтобы проверить работоспособность модуля. Как только был готов первый модуль, они вместо одного из дизелей на, построенную у нас, немецкую ХXI воткнули АШ-105С, и заменили оба ГЭДа на более мощные. Лодка дала 28 узлов надводной скорости при одном работающем двигателе. В проект поверили. Так как было не известно, когда появится турбина в 20000, решили не ждать, а проектировать промежуточный вариант с пятью 10-тысячными двигателями, и чуть меньшего водоизмещения, с двумя винтами, и тремя двигателями, работающими на один вал. Такое довольно громоздкое решение было связано с тем, что ГЭД такой мощности и приемлимый по весу, создать не удавалось. Но, преодолеть моё сопротивление, они не смогли. Я не разрешил этого делать. Наконец в Германии, и на Электросиле заявили, что готовы дать массгабаритные размеры на водоохлаждаемые электродвигатели приемлемой мощности: 25 МВт. Единственная проблема: постоянный ток! Я спросил у Сергея, как у них с этим вопросом? "У нас полупроводниковые преобразователи. Генераторы вырабатывают переменный ток высокой частоты 400 герц, а ГЭДы используют выпрямленный ток. Это пока не возможно, Андрей. Проще запустить вспомогачи для этого." Что сделаешь, если между проектами 60 лет. От военной поры у конструкторов осталась привычка делать всё быстро и некачественно. Тяп-ляп и бежит на доклад, что всё готово, очередной гениальный и лучший в мире проект готов. На этот раз я подошёл по-другому: каждый элемент конструкции дотошно проверялся, поспешные и непродуманные решения сходу отвергались. Работали тщательно, с привлечением немецких товарищей. Со Сталиным один раз возник разговор о том: когда? Я объяснил, что не хочу повторения проекта "7". Лучше один раз сделать хорошо, чем допустить такое, что 35 новых кораблей пошло на иголки. Войны нет, непосредственной угрозы нет, поэтому делаем качественно и с запасом на будущие модернизации. "Ну, как знаешь!" Забегая вперёд, работа над проектом продлилась почти три года, лишь в конце 46 года мы показали проект Сталину. К этому времени все узлы и механизмы, вооружение будущего Большого Противолодочного Корабля проекта 55бис серийно выпускались нашими заводами. Часть оборудования применялась для модернизации кораблей флота во время плановых ремонтов и переоборудования. И только после утверждения проекта, был заложен в Калининграде, бывшем Кенигсберге, первый корабль, который на долгие тридцать пять лет встал в строй, прошёл 6 модернизаций, корабли этого типа, 15 лет спустя, начали закупаться всеми участниками ЕОС, имевших военные флоты. Модульный принцип конструирования позволил проекту оставаться современным кораблём весь срок службы.

С Александровым и Доллежалем разговор получился наоборот: коротким и простым. Они сами были готовы предложить атому гражданские и новые военные специальности. Первую АЭС было решено строить на Урале, на "Маяке". А у Доллежаля уже был проект малогабаритного реактора, но было много вопросов и проблем с материалами. Першин, в очередной раз, предложил не разрабатывать новый проект, а вписываться в имеющуюся XXI, которую он, не без основания, считал лучшим подводным крейсером. Действительно, страшно подумать, если бы немцы успели бы её построить и в значительных количествах.

— Поймите меня правильно, Андрей Дмитриевич. Это — серийная лодка, освоенная промышленностью. Мы вложили много сил и средств в оснастку, в производство оборудования, и сразу так всё резать. А вдруг что-то не пойдёт. Дело новое. Кстати, когда будет второй модуль на "К-53".

— Зачем ей ещё 10000 киловатт? Пусть так и ходит. Одна основная ГТУ и аварийный дизель-генератор. Что вас не устраивает?

— Так ведь второй Вы обещали многотопливный, а сейчас приходится брать отдельно ТС-1, а отдельно солярку.

— Наладят выпуск аппаратуры, получите комплект и замените. Всё равно, для пуска требуется ТС-1. А для лодок с реакторами всё равно потребуется более наполненный корпус, так что начинайте проектировать, погоняйте её в бассейне. Для эксперимента ХХI годится, а в серию пойдёт другая лодка. Так что, готовьте себя и промышленность. А то опять получится, как с 55-м проектом. Вы же с пеной у рта доказывали, что "Флетчер" — это вершина технической мысли, последнее слово в кораблестроении. Копия всегда хуже оригинала, Виктор Иванович. По массогабаритам, мы выигрываем, и солидно, по скорости подготовки к выходу в море — тоже, по автономности — просто в несколько раз, по весу залпа — даже сравнивать не приходится. А уж по дальнобойности...

— Ну кто ж знал, Андрей Дмитриевич, что вы авиационный двигатель на корабль засунете, и к авиационной ракете торпеду приделаете.

— Кстати, тоже авиационную. Но не я первый! Туполев. Всё новое, это хорошо забытое старое.

— Ну да, Г-5. Но то же катер!

— Сам факт! Авиационный на судне! Вон, съездите в Ейск. Там такие корабли-самолёты увидите.

— А зачем ездить? Бартини и Бериев к нам в бассейн регулярно приезжают. Так что, уже видел.

Вообще, мне понравилось работать с флотом. Чего-чего, а проблем и необычных решений там хватает. Особенно, когда с Кузнецовым стали разбираться по снабжению и обслуживанию эскадр в удалённых районах. Здесь пригодился английский опыт. Черчилль, партия которого легко выиграла парламентские выборы осенью 44 года, и поздравить которого мы с Маргаритой прилетели в Лондон, отлично помнил, кто обеспечил ему победу и за счёт чего. Поэтому, когда я поднял вопрос об обеспечении морских и воздушных операций сил ЕОС, пригласил Первого Морского Лорда Эндрю Каннингема, бывшего командующего Средиземноморским флотом. Мы встретились как два старых боевых товарища, хотя лично не были знакомы. Разгром итальянского десанта под Кипром, который прикрывали мои лётчики, принёс адмиралу пост Первого лорда. После обмена любезностями, мы перешли к конкретике. Для развёртывания операций нам были предоставлены возможности строить взлётно-посадочные полосы на островах в Атлантическом, Индийском и Тихом океане, арендовать или построить причалы на этих островах, выкупить ёмкости на имеющихся или построить собственные склады ГСМ. Кроме того, использовать имеющиеся структуры Ройал Флит для обеспечения продовольствием и водой кораблей и вспомогательных судов ВМФ. Был разрешён уведомительный заход наших кораблей во все военные порты Соединённого Королевства, включая Индию и Канаду. Опорные базы с мастерскими и плавказармами было решено держать на Британских Виргинских островах, Фолклендах, островах Диего Гарсия и Фиджи, и атолле Суворова. Кроме того, мы начали активное строительство аэродрома и пункта снабжения флота на атолле Меньшикова, выкупленного у Японии. В следующем 1945 году, благодаря созданным аэродромам и складам ГСМ, мы планировали установить абсолютный рекорд беспосадочного полёта: обогнуть парой Ту-95 и Ту-126 земной шар, с дозаправкой в воздухе. Англичане тоже в накладе не остаются: наша транспортная авиация может существенно облегчить снабжение удалённых баз. Отдельный вопрос: боеприпасы. Абсолютный разнобой! Если по сухопутным силам нам удалось договориться и стандартизировать боеприпасы, то по морским вооружениям идёт полнейший разнобой. Как по торпедам, так и по унитарным снарядам. И калибры, и длина, и форма гильз разные. Даже, если используются вооружения одной фирмы. И у нас, и у англичан, одинаковые шведские "Бофорсы", но у нас они 37-мм и имеют более длинную гильзу, а у них 40-мм в короткой гильзе. Одно хорошо, самая мелкая зенитка: полностью одинаковая, "эрликоны" англичане заменили на стандарт, принятый в армии. Крупнокалиберная зенитка: у англичан, полученная по лендлизу 127мм, у нас — 130мм, а гильзы одинаковые! Мы даже стрелять такими снарядами можем, правда, поясок почти не прорезается. Причём обе стороны не намерены уступать ни пяди! По крупным калибрам, начиная с 6-ти дюймов, получше. Часть калибров принимались на наш флот во время дружбы царской России с Англией, поэтому совпадает многое, иногда даже углы нарезов. Хотя понятно, что все останутся при своих. Речь может идти только о новостроях. Главный спор возник вокруг нашей 130-ки и "сотки". У англичан есть 127, 120 и 102 мм. Но баллистические характеристики много хуже. И "сотка" — стандартный танковый снаряд ЕОС. Выяснилось, что цапфы 130-ки и 127 абсолютно совпадают, длина казенника тоже. Но, стотридцатка "перебивает свой калибр" по дальности и имеет больший ресурс, чем "американка". Плюс производительность линии, выпускающей наши снаряды на два ПОРЯДКА выше английской. Англичане успевают собрать 1 снаряд, а мы 100. Тем более, что снимать башни не требуется. Нашлось несколько кораблей, замена стволов у которых невозможна из-за большей длины ствола 130-ки, не хватало места для разворота. На них англичане и будут дожигать имеющиеся запасы 127-ых снарядов. Обуховский завод получил большой заказ на 130-мм морские орудия. А Златоуст и Уралвагон на "сотки" морского исполнения. Большой интерес у англичан вызвали механизмы заряжания, как полностью автоматические, так и с ручной подачей из накопителя. Единственное, что их смущало, так это вес башни, СУО и механизированного погреба. Но, на показательных стрельбах, модернизированный после войны крейсер "Чапаев", у которого все 6 башен универсального калибра были с автоматическими 130мм пушками, показал такую скорострельность и точность при стрельбе по воздушным и морским целям, что стало ясно, что корабль, вооружённый такими пушками и современной СУО, может очень реально постоять за себя. Это ещё подогрело интерес англичан к этим башням и орудиям. С торпедами решили пока повременить. Наша УГСТ только испытывается, разность 1мм при диаметре 534мм и 533мм не существенна. Договорились, что по результатам совместных испытаний и будем судить. Первый лорд обратил наше внимание на явное отставание развития вспомогательного флота в ВМФ СССР, напомнив нам выражение Наполеона о снабжении. И рекомендовал расположить у них постройку некоторых судов: буксиров, танкеров, рефрижераторов, судов снабжения. Посчитав во сколько обойдётся разработка проектов судов, при условии плотной загрузки проектных организаций, мы согласились с предложением.

Лондон, Даунинг-стрит, 10. Резиденция Премьер-министра Соединённого Королевства.

После проводов русской военно-морской делегации Первый Морской Лорд адмирал Кеннингем прибыл на доклад к Премьер-министру. Доложив о формальной стороне вопроса, он решил продолжить разговор. Его интересовало слишком многое в этом вопросе.

— Сэр Уинстон! Я бы хотел уточнить перспективу дальнейшего сотрудничества с Россией. Если исходить из темпов роста её флота, то в уже в ближайшее время он мог бы стать крупнее американского довоенного. Но, пока отстаёт по уровню обеспеченности базами снабжения. Насколько правильно мы поступаем, предоставляя такие базы для него. Я, следуя Вашим установкам, разрешил русским пользоваться имеющейся инфраструктурой.

— Надеюсь Вы не забыли обязать русских строить постоянные бетонированные ВПП в этих районах?

— Конечно: "нет"! Это основное условие, оно прописано в договоре об уведомительном порядке посещения баз: там где существуют склады их флота, должна быть построена постоянная взлётно-посадочная полоса.

— И правильно! Русские — богатая нация, имеющая сильнейшую авиацию, пусть возьмут на себя хотя бы часть наших расходов. Но, я понимаю Ваш вопрос немного о другом: насколько опасно для нас развитие "большого флота" у русских? Я Вас правильно понял?

— Да, сэр! Меня беспокоит именно этот вопрос.

— Вы, по прошлой войне, знакомы с маршалом Андреевым?

— Лично нет, но как с командующим русскими силами на Средиземноморском театре, несомненно.

— Скажите, русские могли вышвырнуть нас с Ближнего Востока и Средиземноморья?

— Если откровенно, то да, у нас не было никаких возможностей предотвратить это. А потом бы они блокировали поступление нефти, отбомбились бы ночью по линкорам, как это они сделали с немцами и японцами.

— То есть: они могли это сделать, но не сделали. Я Вам больше скажу: Хоум Флит не мог сдержать русских на берегах Канала. Поэтому и было принято решение о военном союзе с ними. Их лучше иметь друзьями, чем врагами.

— А почему мы не заключили союз с американцами, тем более, что это наша бывшая колония.

— Вот именно, бывшая колония, стремительно развивающаяся, и в голове которой та же самая мечта о мировом господстве, как и у нас. Нас двинула в океан эта мечта и желание снять с мировой шахматной доски две излишне зажиревшие фигуры: Испанию и Португалию. Мы успешно это сделали, но сами взрастили у себя за спиной нового "тигра": США. Помните, с каким трудом нам удалось выпроводить их с острова и из Австралии. Если бы не русские, они бы сейчас сидели и в Европе, и на Ближнем Востоке, и в Австралии, и в Новой Зеландии. Это Сталин упёрся и не пустил их никуда. Я не удивлюсь, если окажется, что его ребята готовили общественное мнение на острове против 8 армии. Сейчас монстр ранен, и мы, с русскими, поддерживаем его болезнь. Не лечим её, а не даем выздороветь. Маршал Андреев ещё во время прошлой войны поставил диагноз. Он сказал мне и королю, что эту войну развязал не Гитлер, а США против нас. У русских есть доказательства этому из архивов НСДАП. Поэтому холодная война против Соединённых Штатов продолжается и русские — наши надёжные союзники. Я не могу открыто заявить об этой политике, это было бы опасно, так как это может сплотить американцев как нацию. Сейчас это просто сброд разных национальностей. Но они продолжают эту войну тоже: не дали Канаде провести референдум и вступить в ЕОС, попытались отделить Австралию и Новую Зеландию. Они вредят нам так же, как и мы им. Лорд Эндрю, русские показали что-нибудь новое? Или по-прежнему всё секретят?

— Показали, сэр! Новые двухорудийные башни с двумя автоматическими спаренными пушками универсального калибра. Это новое слово в морских операциях. Они привели с собой корабль-мишень: списанный легкобронированный крейсер ещё царской постройки. Но у него установлен двигатель в бронированной капсуле и он управляется по радио. В случае потери радиосвязи — автоматически выключается двигатель и сбрасывается плавучий якорь. Мишень останавливается. Они используют такие мишени вместо буксируемых щитов. И показали работу артиллерии своего нового крейсера "Чапаев".

— Он же довоенной постройки?

— По нашим справочникам — "да". Спущен на воду до войны, но достроен уже как новый проект: усилена ПВО. Всего вооружения на борту: 4х3 6", 6х2 5,1", 16х4 1.46" и 2х4 установки ракето-торпед.

— И всё показали? Ракеты тоже?

— Да, сэр! Наводятся по радиолучу, а на последнем этапе сбрасывают торпеду на парашюте и наводятся по тепловому следу в район машинного отделения. Торпеда акустическая, самонаводящаяся, подрывается в районе винтов. Дальность ракеты до 110 миль. Скорость 1,8 Маха. Дальность хода торпеды 12-18 миль. Этим они обездвиживают корабль. Сближаются сначала на дистанцию в 163 кабельтова и начинают работать главным калибром, не прекращая сближаться на дистанцию 124 кабельтова, и, универсальным калибром, выбрасывают просто море огня: каждая башня даёт 80 выстрелов в минуту. Снаряды имеют радиовзрыватель и снабжены сверхпрочной шрапнелью, которая разносит все приборы управления, кабели, расчёты зенитных установок, пробивает башни универсальных орудий, залетает в смотровые щели. Делает корабль слепым, глухим и неуправляемым. А если атаке подвергается авианосец, то все самолёты на его палубе будут уничтожены. На всё уходит не более трёх минут. А если учесть, что боевые рубки у нас и у американских "Айов" практически не бронированы... В общем, судьба "Худа" всем уготована, если дать им возможность сблизиться. Кстати, русские, в первую очередь, забронировали на всех линкорах рубки. Мы ещё смеялись, что у русских адмиралов со смелостью проблемы.

— Они ещё тогда знали, что предстоит. А эти крейсера большие?

— Нет, где-то 16-18 тысяч тонн. Что поразило, так это великолепная точность наводки и скорость пристрелки, после того, как "вцепились", несмотря на манёвры: и собственные, и цели, система управления огнем даёт сплошные накрытия. И зенитные управляемые ракеты. Установка, правда, только одна, но на борту 48 ракет. Дальность — 75 км.

— Их у них много?

— Точно не известно. По устаревшим данным должно быть построено 25, четыре были спущены на воду в 39м-41м году. В прошлом году на манёврах у Фарерских островов их не было.

— Русские продолжают удивлять! Вы не задавали вопрос о приобретении такого оружия?

— Задавал. И маршал Андреев, и адмирал Кузнецов не возражают против приёма этого вооружения в качестве стандартного для стран ЕОС.

— И ракето-торпеды?

— Да, сэр. У них подготовлен экспортный вариант этой ракеты в специальном контейнере. Контейнер опломбирован и просто устанавливается на пусковую установку. У русских другая пусковая, она допускает перезарядку без контейнера. Но запаса ракет на борту нет. Погрузка только на базе или со специального судна снабжения в море.

— То есть они просто ограничивают доступ к ракете, а у себя этих ограничений не вводят. Так?

— Похоже, что именно так. На боеспособности это никак не сказывается. Установить контейнер даже проще, чем перезарядить наклонную пусковую установку.

— А сам крейсер? Что если предложить построить и снабдить механизмами у нас, а оружие поставить русское?

— У нас разные системы мер и весов! Мы можем купить или готовый крейсер, или какие-то его части, которые, по специальному проекту, сможем установить на своих кораблях.

— Да, не стыкуется...

— Я посмотрел башни и автоматику заряжания. Это можно покупать. Но вот СУО... На настройку придётся вызывать русских.

— Решите у себя в Адмиралтействе. Надо попробовать этот вариант. Подберите подходящий корабль.

— И искать нечего: оба "Имплэкэйбла". Там ещё не приступали к установке 4,5". На "Имплэкэйбл" поставим с полуавтоматическим заряжанием. У него выше готовность. А на "Неутомимый" — полные автоматы.

— Вот и прекрасно! Подготовьте обращение в Палату лордов.

Глава 17.

Вернувшись из Англии, я ещё раз поехал к нашим ядерщикам. Они сосредоточили усилия на создании термоядерной бомбы и активно эскпериментировали с возбуждёнными электронными оболочками. Среди учёных был молодой доктор наук Прохоров. Сергей сразу "перехватил управление" на себя, и начал с ним разговор о разрешённых и неустойчивых орбитах, что произойдёт, если забросить все электроны внешней орбиты на неустойчивую. Александр Михайлович на секунду задумался:

— Как только прекратить накачку энергией, все электроны скачком возвратятся на разрешённую.

— И что должно произойти?

— Каждый из них отдаст энергию, полученную в результате накачки в виде... Господи! Света! Один фотон каждый. Это же источник когерентного света! — он взял какую-то бумажку и начал что-то быстро считать. "Пошли от него, пусть считает!" — послышался голос Сергея. "Зачем тебе это потребовалось?" "Это очень точный и очень удобный дальномер. Что для флота, что для авиации. Маленький, незаметный, не капризный. Это не огромная труба, а очень маленький прибор. Точность — гораздо выше, чем при радиолокации. В наше время, даже фотокамеры, снабжены этим устройством. Доктор Прохоров, в нашем времени, стал лауреатом Нобелевской премии по физике за изобретение лазеров. А я сейчас немного подкорректировал направление его мыслей. Пошли к Александрову. Надо узнать, как продвинулись дела с первым контуром охлаждения его реактора. После этого надо будет ехать лабораторию 2, к Доллежалю. Учти, человек он жадный, увлекающийся, и, находится полностью и целиком под влиянием жены. А она любит бриллианты и сверкать в обществе, в окружении "гениев" от искусства." "Хорошенькая рекомендация!" "А что ты хочешь от "министра промышленности несостоявшейся Промпартии"? Он, как фон Браун. Ему нужны деньги и известность." "А других нет?" "Есть, но они ещё слишком молоды."

За делами, как-то совсем незаметно и тихо, прошли первые выставки Риты в Москве и Лондоне. Аукцион "Сотбис" заинтересовался работами и успешно провёл два аукциона. Рита становилась известной художницей. Её славу подогревал американский фильм и публикации о ней в женских журналах. Кроме того, несколько статей о женской оздоровительной гимнастике, заказанные ей, и дискуссионный клуб в "Вог", где обсуждались проблемы эмансипации в различных странах и при различных политических строях. Сталин высоко отзывался о международной деятельности Риты, считал, что это хорошая реклама нашего образа жизни. С лёгкой руки Маргариты, в СССР было покончено с монополией "Работницы", появились новые глянцевые журналы, где обсуждалась мода, кулинарные рецепты, проблемы воспитания детей, профессиональный и карьерный рост женщин и многое другое. На этой волне Риту избрали в Верховный Совет, а там поставили руководить Комитетом Советских Женщин, вместо Гризодубовой, которая затеяла вражду с Головановым, накатала на него жалобу, но, по итогам проверки жалобы и её полка, она была снята с должности, так как фактически забросила службу, находилась постоянно в Москве, пытаясь влезть в состав готовящегося кругосветного полёта. Но, так как она уже давно не летала, не освоила "Ту-95", её полк был вооружён Ил-4, а её собственный налёт составлял 8 часов за три года, то на проверке она допустила грубую ошибку при приземлении, подломила стойку шасси прямо на глазах командующего АДД, комиссии из Министерства Обороны и ЦК партии. Так как писала письмо она непосредственно Сталину, а он очень не любил, когда его пытались использовать для каких-то грязных делишек, то в результате Гризодубова было уволена из Армии, выведена из Верховного Совета и из ЦК партии за клевету на командующего АДД. Рита, засидевшаяся дома, с большим энтузиазмом взялась за эти дела. Единственным человеком, который был очень недоволен этим, был Филиппов. Работы у его людей резко прибавилось.

Осень 44 года запомнилась массовым запуском во многих городах СССР заводов бытовой техники. На ВДНХ состоялось открытие новой экспозиции, посвященной этой продукции: стиральные машины, пылесосы, газовые и электрические печи, холодильники, электросушилки для волос, телевизоры и радиоприёмники. Министра легкого машиностроения я накручивал два года, для того, чтобы эта продукция имела красивый и привлекательный вид. Привозил ему журналы из Европы и говорил, что конкурировать ему придётся с Германией, Францией и Англией, а там уделяется особое внимание элегантному виду товара и его упаковке.

В декабре 44-го США удалось спровоцировать большой конфликт в Южной Америке: Парагвай и Уругвай сцепились с Аргентиной. США поддерживали обе стороны конфликта и не давали ему угаснуть. США отказались обсуждать эту тему, т.к. война позволяла решить им проблемы с перепроизводством оружия. От посредничества нас или Англии они отказались, заявив, что это зона их ответственности. Небольшой отряд кораблей Черноморского флота и 4 фрегата ВМС Англии вышли из Средиземного моря в сторону Фолклендских островов, так как по докладам с базы флота в Стенли и со строительства аэродрома Маунт-Плэже стали поступать систематические доклады о нарушениях территориальных вод и воздушного пространства над островами самолётами и кораблями всех воюющих сторон. Возглавлял отряд крейсер "Фрунзе", а Северный флот готовил авианосный отряд к выходу в море и передислокации "Североморска" в район Британских Виргинских островов.

Основные сухопутные бои шли в провинциях Корриентес и Мисьонес, которые Уругвай и Парагвай пытались отобрать у Аргентины. Уругвай обстреливал Буэнос-Айрес и неоднократно пытался форсировать реку Уругвай, естественную границу между государствами, а Парагвай — реку Парана, аргентинцы обстреливали Асунсьон, и также пытались пересечь довольно хорошо укреплённые границы по берегам рек. Война была бессмысленна с самого начала. Но, богатства Аргентины, по сравнению с её более бедными соседями, сильно раздражало соседей и США. Со всех сторон действовали американские инструктора-генералы, флоты Аргентины и Уругвая устраивали артиллерийские дуэли. Получив от США несколько устаревших крейсеров и эсминцев, Аргентина вспомнила, что второе название Фолклендов — Мальвины. В Форт-Стенли был расквартирован всего один батальон морской пехоты и батарея береговой артиллерии. В Кремле раздался звонок Черчилля с просьбой помочь ускорить доставку солдат на Фолкленды, но мы не доставали по дальности ни из одной точки в наших зонах ответственности. Англичане послали запрос в Бразилию, с просьбой разрешить транзит воздушно-десантных войск на острова. И получили отказ, со ссылкой на какой-то несуществующий договор между ними и Аргентиной. Мы перебросили в Гибралтар 16 новых Ан-12 и 24 Ан-8, там забрали воздушно-десантный полк и начали его переброску в Кейптаун. Аэрофлот отменил рейсы Ту-114 и направил их в Кейптаун. Оттуда по 100 солдат с лёгким вооружением двадцатью рейсами перебросили их на Маунт-Плэже. Благо, что ТС-1 туда завезли ещё осенью. Переволновались! Слов нет. Полоса недостроенная, а у "тушки" шасси высокие и тормозных парашютов нет. Посадка шла сначала на бетон, а затем самолет скатывался на железный настил, взлет — наоборот, благо что уходили пустыми. Тяжёлое вооружение англичане отправили траснпортом под охраной лёгкого крейсера и эсминцев. Аргентину предупредили, что попытка высадки десанта будет пресечена бомбардировками с воздуха. Мы перебросили в Кейптаун одну эскадрилью Ту-95р, бомбы и ракеты для них. Это не остановило решимость горячих аргентинских парней. "Подумаешь, одна эскадрилья!" Из Пуэрто-Мардин вышел десантный ордер. У нас в воздухе постоянно находился Ту-126 с адмиралом Фрейзером на борту. С нашей стороны на борту находился командующий ВВС ЧФ генерал-лейтенант Острецов. Ночью аргентинцы вошли в территориальные воды и двинулись к заливу Фоул-бэй, где находится удобный для высадки пляж. К моменту подхода ордера в воздухе восточнее Восточного Фолкленда находилось звено ракетоносцев. Аргентинцы вели активные переговоры по УКВ, готовясь к высадке. В этот момент крылатая ракета Х-10 поразила самый крупный транспорт в ордере. На волне десанта вышел на связь адмирал Фрейзер и приказал разворачиваться на обратный курс, иначе последуют ещё пуски ракет. Он разрешил двум судам оказать помощь горящему транспорту "Генерал Хосе де Сан-Мартин". Ордер повернул на обратный курс. Англичане оплатили нам расходы, наши строители не пострадали, а подошедший через 12 дней сводный отряд английских и советских кораблей оставался в Порт-Стенли ещё три месяца. Так завершилась первая аргентино-британская война. Черчилль подписывая, согласованный обеими сторонами, счёт со стороны СССР Британии, пожаловался на возросшую дороговизну ведения боевых действий.

— Очень сильно сказывается удалённость! — сказал Первый морской Лорд. — но, господин Премьер-министр, если бы мы действовали без помощи СССР, наши расходы были бы, примерно, такими! — и он передал в руки Черчилля довольно объёмный перечень расходов, выполненный аналитиками флота.

— В четыре раза больше? Это реально?

— Да, милорд! Это в ценах этого года. И не менее 10000-20000 убитых и раненых. А это ещё расходы.

— Невероятно! Но очень дорого, для того, чтобы утопить один транспорт!

— Совершенно верно, сэр Уинстон! Проще содержать на Фолклендах достаточный гарнизон.

— Он всё равно не сможет противостоять атаке целого государства.

— Требуется продержаться месяц. Затем подойдут наши корабли.

— Вы сами верите в это, виконт?

— Нет. Но хочу надеяться.

Новый год мы отмечали у нас дома. 31 декабря 1944 года на заседании Политбюро Сталин объявил о присуждении Берия и мне Сталинских премий, и о присвоении нам званий Маршалов Советского Союза за выполнение особо важного государственного задания. В гостях были все члены Политбюро и Сталин. Он попросил нас никого больше не приглашать, только жен. Он привез грузинское вино, абхазские мандарины, армянский коньяк, заложенный 25 октября 1917 года. Нам двоим подарил по бутылке.

— Они даже не понимают, что они сделали для страны. Когда мы чествовали наших учёных, они оба присутствовали, оба были довольны тем, что всё получилось, оба поздравляли тех людей, которые непосредственно делали наше атомное оружие. Но, эти люди никогда бы не собрались вместе, если бы не эти два человека. Коллектив рождается только тогда, когда у него есть руководители. Те люди, которые могут организовать даже такое невероятно сложное дело. Теперь никто не сможет угрожать нашей стране, без угрозы быть уничтоженным, стёртым с лица Земли. И у нас есть и само оружие, и средства его доставки. Мне хочется, от лица всего советского народа, поблагодарить вас за всё, что вы сделали. Этот коньяк был заложен в день образования нашего государства. Ему всего 27 лет. Даже Андрей старше нашего государства. Но в том, что наше государство существует, стало Великим государством, влияет на ход истории всей планеты, есть и значительный вклад этих людей. Вот так дальше вместе и работайте! На благо и процветание нашей страны! И страна вас не забудет!

Настроение чуть не испортил Сергей, который сказал: "Страна вас проклянёт, а вашими именами "дерьмократы" станут пугать детей, если ты, Андрей, ошибёшься или подставишься. Всё понял? Удачи тебе, товарищ маршал Советского Союза."

Content

Комбат Мв Найтов ©
Тень Сталина

INFO

Тень Сталина