Льюис Ламур

МАК-КУИН С «ПАДАЮЩЕГО К»

Уорд Мак-Куин осадил гнедого и прищурился, глядя против солнца. Соленый пот разъедал глаза, и он вытер его концом шейного платка. Ким Сартейн загонял двух упирающихся бычков в стадо. Бад Фокс вел лошадь вверх по склону, где ждал Мак-Куин, наблюдая за перегоном.

Фокс остановился рядом.

— Уорд, помнишь того старого пятнистого поганца с подранной шкурой? Это его пастбище, а мы его так и не видали.

— Да, этого мохнорогого так просто не забудешь. Скорее всего, прячется где-нибудь в каньонах. Ты их как следует прочистил?

— Ага. Мы с Болди прошерстили все вокруг, но он нам не попадался. Интересно, где он.

— Наверное, ты прав. Прятаться — не в его характере. Почуй он что-нибудь — тут же примчался бы, чтобы чем-нибудь навредить. — Он задумался. — У нас пропадал скот, пока меня не было?

Фокс пожал плечами.

— Если и пропало, то несколько голов, не больше, но могу спорить, что если этот паршивец ушел, он увел с собой не одну корову. У него было целое стадо.

К ним подъехал Болди Джексон. Он качнул головой в сторону ближайшего устья каньона.

— Вон там нашел странные следы, — сказал он. — Похоже, их оставил человек без лошади.

— Поехали посмотрим, — сказал Мак-Куин. — Человек без лошади в этой местности? Это вряд ли.

Он повел коня вдоль узкой долины, за ним тронулись Болди и Бад.

Каньон был узким, с высокими стенами. Дно его было завалено камнями, густо заросло кустарником, единственный путь пролегал по извивающемуся сухому руслу ручья. Там, где он вытекал в долину, широким веером вынося песок, Болди остановился.

Уорд поглядел вниз на отпечатки, на которые указал Джексон.

— Да, действительно странные, — сказал Мак-Куин. — Обувь он смастерил себе сам. Интересно, это его кровь или какого-то животного?

Он медленно повел гнедого по руслу, но через несколько минут натянул поводья.

— Он ранен. Посмотрите на следы. Те шаги, что ведут отсюда, длинные, ровные, я бы предположил, что человек этот высокий. Но смотрите дальше. Когда он шел назад, то шагал неровно, шатаясь. Дважды за двадцать ярдов останавливался, и каждый раз — чтобы на что-нибудь опереться. Мы пойдем за ним. Болди, возвращайся и помоги ребятам. Скажи Киму и Теннесси, где мы. Бад останется со мной. Может, мы его найдем, тогда он должен быть нам благодарен. Кажется, он ранен серьезно.

Они осторожно двинулись дальше. Ярдов через сто Бад остановился и вытер платком лицо.

— Он считает, что его будут преследовать. Гляди — пытается укрыть отпечатки. Даже вытер пятно крови.

Уорд Мак-Куин остановился и внимательно осмотрел продолжение русла. Что-то здесь было не так. Он провел в этой округе несколько месяцев и полагал, что хорошо знает местность и ее обитателей, однако не помнил ни такого человека, ни таких следов. Он явно был ранен и явно пытался скрыть следы, несмотря на очевидную слабость. Это означало, что он боялся погони, а также, что преследующие были его врагами. Мак-Куин перебрал в уме всех, кого знал, и прикинул, кем мог быть раненый. И кого он боялся?

Они тронулись дальше, рассматривая отпечатки в тесном, жарком воздухе ущелья. След внезапно исчезал на широком скальном уступе там, где каньон делился надвое.

— Приехали, — сказал Фокс. — Со своей обувкой здесь он следов не оставит и вверх не поднимется.

Правый рукав кончался крутой каменной осыпью, которую не одолеть и за несколько часов изматывающего подъема, а левый упирался в обрыв, внизу которого валялись нападавшие обломки скал.

— Он мог вернуться или прячется в кустах, — добавил Фокс.

Мак-Куин пожал плечами.

— Поехали обратно. Он не хочет, чтобы его нашли, но с такой раной, без ухода он, скорее всего, здесь и умрет.

Он говорил нарочно громким голосом. Повернув коней, они направились назад по каньону и вскоре присоединись к стаду.

Когда они подъехали к своему бараку, на крыльце дома их ждала Руфь Кермитт. С ней был худощавый, узколицый мужчина в черном сюртуке. Когда Уорд натянул поводья, он коротко, но не упуская не единой мелочи, оглядел Мак-Куина и быстро отвел взгляд.

— Уорд, это Джим Янт. Он покупает скот и хочет взглянуть на стадо, которое ты только что пригнал.

— Рад познакомиться, — приветливо сказал Уорд. Он посмотрел на лошадь Янта и его подвязанные к бедрам кобуры.

Еще два незнакомых человека сидели на ступеньках барака — крупный парень в рубашке в клеточку и рыжеволосый с винтовкой на коленях.

— Мы хотим купить от пятисот до тысячи голов, — пояснил Янт. Слышали, что у вас хороший скот.

— Мясной?

— Нет, в основном племенной. Мы оборудуем ранчо. На другой стороне Ньютонов.

— У нас есть скот на продажу, — сказал Уорд. — Точнее, у мисс Кермитт. Я лишь управляющий.

— Вот как? — Янт оглянулся на Руфь с внезапно вспыхнувшей улыбкой. Значит, мисс? Или вы вдова?

— Мисс. Мы сюда приехали с братом, но его убили.

— Тяжело молодой женщине одной управляться с ранчо, не так ли? сочувствующе улыбнулся он.

— Мисс Кермитт прекрасно обходится, — прохладным тоном сказал Мак-Куин, — и она не совсем одинока.

— Неужели? — Янт вопросительно поднял бровь. — Нет, — сказал он после минутного размышления, — конечно нельзя утверждать, что она одинока, если у нее есть скот и ковбои.

Руфь быстро встала, предупреждая готовую сорваться грубость Мак-Куина.

— Мистер Янт? Не хотите ли кофе? Потом поговорим о делах.

Когда они ушли в дом, Уорд резко развернулся и зашагал к бараку, ведя гнедого в поводу. Он не на шутку разозлился и не скрывал этого. Остролицый рыжий взглянул на него, когда он проходил мимо.

— Что, приятель, кто-то увел твою девушку?

Уорд Мак-Куин остановился и медленно повернулся. Болди Джексон немедленно поднялся и отошел к углу барака, образовав таким образом треугольник, в двух вершинах которого находились они с Мак-Куином, а в третьей — чужаки.

— Мисс Кермитт, — холодно произнес Уорд, — моя хозяйка. Она леди, поэтому не советую думать что-нибудь лишнее.

Рыжий ухмыльнулся.

— Ага, а наш босс обожает леди! Он знает, как с ними обращаться. — Он намеренно повернулся спиной к Болди. — Ты когда-нибудь был управляющим на таком ранчо, Додсон? Может, тебе или мне предложат новую работу?

Уорд вошел в барак. У окна стоял Бад Фокс. Он тоже наблюдал за странной парой.

— Похоже, они не слишком-то дружелюбны, — прокомментировал он, наливая в жестяной таз теплой воды. — Вроде даже как хотели нарваться на неприятность.

— К чему им это? — спросил Мак-Куин.

Бад плескался в тазу и не ответил, но Уорд заинтересовался. Их настроение нельзя было назвать обычным. Он взглянул в сторону дома, и его губы сжались. Джим Янт умел разговаривать, а женщине он может показаться симпатичным.

За домом вдали светился огонек — окно магазина Гелвина в Маннерхаузе. Гелвин пас скот на другой стороне Ньютонов. Неожиданно Мак-Куин решился. После ужина он поедет в Маннерхауз и поговорит с Гелвином.

Как всегда, они ели в доме. За ужином все молчали, кроме Руфи и Джима Янта, которые смеялись и оживленно болтали во главе стола.

Сидящий напротив Янта Уорд не произнес и пары слов. Болди, Бад и Теннесси ели в полном молчании. Только Рыжий Лунд, сидящий рядом с Питом Додсоном, иногда вставлял свои замечания. В конце стола поджарый, мускулистый Ким Сартейн переводил взгляд с одного лица на другое.

После ужина Уорд выбрался на залитый лунным светом двор. За ним вышел Ким.

— Что происходит? — прошептал он. — Все сидели, как пришибленные.

Уорд объяснил и добавил:

— Может Янт и покупает скот, но двое его парней — явно не обыкновенные ковбои. Рыжий Лунд — точно ганфайтер, я таких насмотрелся, а Додсон явно вернулся с Тропы Бандитов, или я ничего не понимаю. — Он поправил оружейный пояс. — Я собираюсь в город. Присмотри тут, ладно?

— Присмотрю. — Ким понизил голос. — Этот Лунд мне не нравится. Да и Янт тоже.

Магазин Гелвина был закрыт, но Мак-Куин знал, где его найти. Спрыгнув с коня, он привязал его у салуна и прошел в распахивающиеся двери. За стойкой Абель протирал стаканы, а Гелвин сидел за карточным столиком с Дейвом Кормаком, Логаном Кином и высоким, худощавым незнакомцем. Они играли в покер.

У стойки стояли еще два незнакомых парня. Когда Мак-Куин вошел, они оба обернулись к нему.

— Привет, Уорд! Как дела на «Падающем К»?

Двое у бара пристально и испытующе смотрели на него. Мак-Куин хотел было заговорить с Гелвином, но какое-то шестое чувство предупредило его и он шагнул к стойке.

— Нормально, — ответил он. — Сегодня выгоняли коров из ущелий. Тяжелая работа. Лично мне нравится открытое пространство.

Он одним глотком опрокинул стаканчик, наблюдая за двумя чужаками в зеркало за стойкой.

— Говорят, за Ньютонами хорошие пастбища. Хочу проехаться посмотреть, нет ли свободных.

Гелвин оторвался от карт. Это был приятный мужчина небольшого роста с умными, проницательными глазами.

— Там полно свободных. Земля очень быстро превращается в пустыню. Песок надвигается, ручьи пересыхают. На протяжении сотни миль нет ни одного источника. Да, — он поднял колоду и стал ее перемешивать, — недели две-три назад зашел Койот Бенни. Он уезжал. Какой-то карточный шулер выиграл у него ранчо. Бенни смеялся над ним. Сказал, что надо, пока не поздно, удирать отсюда.

Двое у бара повернулись и слушали Гелвина. Один из них начал что-то говорить, но второй остановил его, положив руку на плечо.

— А он сказал, кто выиграл ранчо?

— Конечно! — Гелвин начал сдавать. — какой-то пришлый игрок по имени…

— Ты слишком много болтаешь, — Самый здоровый из двух чужаков, стоявших у бара, шагнул к карточному столику. — Что ты знаешь об округе за Ньютонами?

Гелвин, удивленный неожиданно агрессивным поведением незнакомцев, развернулся к ним на стуле, переводя взгляд то на одного, то на другого. Мак-Куин взял бутылку.

— В чем дело? — спросил Гелвин. Голос его оставался ровным. Эти люди не выглядели пьяными, но весь его жизненный опыт подсказывал, что он попал в беду. Серьезную беду. — Что такого я сказал? Я просто объяснял, как обстоят дела на пастбищах за Ньютонами.

— Ты соврал! — Рука крупного парня повисла над кобурой. — Ты соврал! Та земля вовсе не превращается в пустыню! Она так же хороша для выпасов, как любая другая.

Гелвин был упрямым человеком. Этот парень пытался спровоцировать драку, но владелец магазина не собирался умирать из-за какого-то пустяка.

— Я не вру, — холодно ответил он. — Я живу там вот уже десять лет, приехал с первыми поселенцами и разговаривал с индейцами, которые жили там раньше. Я знаю, о чем говорю.

— Значит, я вру? — Здоровяк потянулся за револьвером.

Уорд Мак-Куин быстро повернулся и сбил правой рукой бутылку, которая, вертясь, полетела ко второму. Продолжая движение, он схватил здоровяка за пояс и швырнул в его напарника, который отпрянул от бутылки.

Первый зашатался, упал и тут же, рыча от злости, вскочил. Его рука метнулась к кобуре и вдруг застыла. На него смотрело дуло револьвера Мак-Куина.

— Разговор был частный, — мягко сказал Уорд. — У нас в городе не принято вмешиваться. Усек?

— Если б ты не достал шестизарядник заранее, ты бы так не разговаривал.

Уорд вернул оружие в кобуру.

— Ладно, теперь мы на равных.

Перед ним стояли двое взрослых парней, но им неожиданно расхотелось драться. Они решили, что игра не стоит свеч.

— Мы не ищем неприятностей, — сказал тот, что поменьше. — Просто заехали в город за выпивкой.

— Тогда уезжайте, — ответил Уорд. — И не влезайте в разговоры, которые вас не касаются.

— Мы с Холльером… — начал было здоровяк, но вдруг замолк и направился к двери.

Уорд вернулся к бару.

— Спасибо, Гелвин. Ты рассказал мне то, что нужно.

— Не понимаю, — возмутился Гелвин, — чего они ко мне прицепились?

— Тот шулер, о котором ты говорил… Его зовут не Джим Янт?

— Он самый! Откуда ты знаешь?

Высокий незнакомый мужчина, который играл в карты вместе с Гелвином, поднял на него глаза.

— А вы, случайно, не Уорд Мак-Куин из Техаса?

— Из Техаса. А что?

Незнакомец вежливо улыбнулся.

— О вас там много говорят. Я наслышан о вашей стычке с бандой из каньона Маравильяс.

Мак-Куин был осторожен, когда возвращался на ранчо, но двоих парней из салуна не увидел. Холльер… это был тот, что поменьше. Несколько лет назад он слышал о каком-то Холльере, который чудом сбежал от пытавшейся линчевать его толпы в Увальде. Он работал в паре с человеком, которого звали Пэкер, а у здоровяка на кобуре была выжжена буква «П».

Какую игру затеял Джим Янт? Два парня из салуна были явно с ним связаны. Они не хотели, чтобы всплыло имя Янта, и стремились, чтобы пастбища за Ньютонами в городе не обсуждались.

Фактов было мало. Янт выиграл ранчо в покер. Гелвин намекнул, что он мошенничал. Ранчо, которое он в результате получил, постепенно превращалось в пустыню. Другими словами, он не получил ничего, кроме головной боли. Что дальше?

Логично было бы предположить, что такой человек как Янт пожмет плечами, забудет о неудаче и продолжит заниматься своим делом. Он не сделал этого, что говорило о каком-то плане. Лунд и Додсон — подходящие компаньоны для Пэкера и Холльера. Янт говорил о покупке скота, но он не был человеком, который бросает деньги на ветер. Может быть, они хотели заняться угоном скота?

Ясно было одно: ему немедленно надо возвращаться на ранчо и предупредить ребят о предстоящих неприятностях. Они, вероятно, придут быстрее из-за сегодняшних событий в салуне. А что с Руфь? Неужели ей понравился Янт? Или она хотела продать ему скот и была просто вежливой? Надо ли говорить ей о его сомнениях?

Управляющий «Падающим К» въезжал в ворота ранчо, когда прогремел выстрел. Что-то сильно ударило его по голове, и он упал с коня.

Голова болела так, словно ее вокруг висков стянули тугим ремнем. Медленно, с усилием он возвращался к сознанию. Его веки затрепетали и опять закрылись- он был еще слишком слаб, чтобы окончательно очнуться. Уорд усилием воли заставил себя открыть глаза. Он лежал на спине в полутьме. Воздух был сырым и прохладным.

Постепенно возвращалось осознание реальности. Он находился в пещере или штреке шахты. Осторожно повернув голову, огляделся. Он лежа на грубом соломенном тюфяке на песчаном полу. Футах в двадцати виднелось узкое светлое пятно. Поблизости на вбитом в стену крюке висел его оружейный пояс с револьверами, стояла прислоненная к стене винтовка.

Пятно света померкло, и в пещеру кто-то заполз. Человек встал и бросил на землю охапку хвороста, потом поднял повыше лампу и взглянул на Мак-Куина.

— Очнулся? Ну, парень, я уже не думал, что ты выкарабкаешься.

Это был высокий, худой старик с живыми глазами и почти полностью седыми волосами. Неожиданно Уорд заметил его обувь. По следам этого человека они шли в каньоне!

— Кто ты? — спросил он.

Старик улыбнулся и присел на корточки.

— Меня зовут Чарли Куэйл. Работал на Чейта, у которого было ранчо в Ньютонах.

— По-моему, это тебя мы выслеживали на днях. Кажется, вчера.

— Да, я тот самый, но это было не вчера. Ты провалялся здесь без сознания две недели, много бредил. Я, грешным делом, начал думать, что ты не выживешь.

— Две недели? — Мак-Куин хотел привстать, но усилие оказалось непомерным. Он беспомощно упал на спину. — Две недели? На ранчо могут подумать, что меня уже нет в живых. Зачем ты притащил меня сюда? Кто в меня стрелял?

— Попридержи коней! Мне надо умыться и приготовить поесть.

Он налил в таз воды и сполоснул руки и лицо. Вытираясь, объяснил:

— Я не уверен, кто стрелял. Два янтовских бандита привезли тебя в каньон и сбросили в сухое русло. Потом забросали песком и ветками, но поленились и, посчитав тебя за мертвого, уехали. Мне очень любопытно было узнать, кого застрелили, поэтому я раскидал ветки, откопал песок и обнаружил, что ты еще жив. Вот и приволок сюда, и надо сказать, это была та еще работенка. Ну и тяжел же ты, мистер!

— Ты следил за ними, когда в меня стреляли?

— Нет. Честно говоря, я присматривался к ранчо, хотел стянуть немного кофе, когда услышал выстрел и увидел, как тебя увозят. Ну и поехал следом.

Куэйл разжег трубку.

— На ранчо перемены. Твоего друга Сартейна уволили. Фокса и вашего лысого ковбоя — тоже. Теннесси поцапался с Лундом, и тот убил его. Вначале спровоцировал ссору, потом оказался быстрее в поединке. Янт подружился с Руфь Кермитт, по-существу, стал хозяином ранчо. Там все время ошивается один-два его крутых ковбоя.

Мак-Куин бессильно откинулся на тюфяке. Кима Сартейна уволили! Ким работал у Руфь дольше всех! Он приехал с ней и ее братом из Монтаны. Он прошел через всю передрягу на пастбищах Пайлот, когда Мак-Куин впервые их встретил. Ким был честным ковбоем, гордился своей работой, и вот его уволили. Выгнали!

А Теннесси убили!

Что за человек Руфь Кермитт? Она выкинула самых проверенных и преданных ковбоев и взяла банду скотокрадов во главе с мелким шулером. И подумать только, что он был к ней неравнодушен! Он на полном серьезе считал, что они созданы друг для друга, и не делал ей предложения лишь потому, что в материальном смысле у него не было ничего, что можно предложить женщине. Ну и дурак же он.

— Голова у тебя крепкая, — продолжал тем временем Куэйл, — иначе бы ты помер. Пуля ударила тебя над глазом и отскочила. Напрочь порвала скальп. К тому же у тебя сотрясение — я знаю, о чем говорю, — и большая потеря крови.

— Мне нужно выбраться отсюда, — сказал Уорд. — Хочу повидаться с Руфь Кермитт.

— Лучше лежи и поправляйся. Сейчас она занята этим Янтом. Они ездят по пастбищам, держась за ручки. Их все видали. А если уж она уволила остальных своих ковбоев, то управляющего точно не хочет видеть.

Конечно же, он был прав. Что толку разговаривать с женщиной, которая прогнала самых преданных помощников?

— А ты здесь как очутился?

Куэйл нарезал в сковородку бекон.

— Я уже говорил, что работал на Чейта. Янт выиграл у него ранчо, но, между нами, Чейт был рад от него избавиться. Когда Янт понял, что ему досталось, он рассвирепел. Я за время работы скопил почти годовую зарплату и готовился отправиться восвояси. Один из ковбоев Янта увидел деньги и выследил меня, сказал, что я украл их на ранчо. Мы поцапались, и в меня всадили маленько свинца, но я смылся и укрылся в этом каньоне.

Весь день Мак-Куин отдыхал, раздумывая над проблемой. Но что он мог сделать? Если Руфь Кермитт сделала выбор, это больше не его дело. Лучший выход — седлать коня и уезжать. Просто забыть все.

Куэйл вернулся, когда совсем стемнело, и принес новости, которые с удовольствием рассказывал:

— Янт прибирает к рукам округу. Вчера вечером он приехал в Маннерхауз и стал искать Гелвина, но тот уехал со своим новым приятелем, с которым все время играет в карты.

Янт поссорился с Дейвом Кормаком и убил его. Говорят, он обращается с шестизарядником, словно дьявол. Потом Лунд с Питом Додсоном избили Логана Кина. Янт сказал, что теперь «Падающее К» его и что он женится на Руфь Кермитт, и что ему надоели разговоры про него и его людей. Он думает, что стреножил город. Может, оно так и есть.

Руфь выходит за Джима Янта! Уорд ощутил приступ ревности, и вдруг понял, что он любит ее. Любил все это время. И вот она выходит за Янта!

— Ты видел Кима Сартейна?

— Нет, — ответил Куэйл, — но слышал, что они трое подались в горы — в Ньютоны.

Уорд Мак-Куин поднялся на рассвете. Он вылез из-под одеял, и хотя голова еще болела, он чувствовал себя лучше. Неважно. Пора действовать. В конце концов, за время долгой болезни он немножко отдохнул, а благодаря отменному здоровью, быстро поправлялся. Он смазал и перезарядил оружие. Куэйл наблюдал за его сборами, но молчал, пока он не натянул сапоги.

— Если намерен отправиться за неприятностями, лучше подожди до темноты, — сказал он. — У меня для тебя есть лошадь.

— Лошадь? Прекрасно! Съезжу посмотрю на ранчо. Мне кажется, там делается что-то не то.

— Мне тоже. — Куэйл выбил пепел из трубки. — Сегодня я видел эту девушку. Они проезжали мимо, когда я лежал в кустах. Не похожа она на невесту, которая ездит с любимым женихом. Может, все делается против ее воли?

— Не могу даже думать о том, что она сошлась с таким человеком, как Янт. Ну ладно, я выясню.

— Не я, а мы, — поправил его Куэйл. — Мне не нравится, когда в меня стреляют. Я тоже участвую в этой драке.

— Помощь мне понадобится, но лучше съезди отыщи Кима Сартейна. Он мне нужен. Привези его и остальных для окончательной разборки с Янтом. Предупреди, что задача нелегкая.

Где Куэйл нашел темно-гнедого с ходким шагом, Мак-Куин не знал, да и не интересовался. Ему отчаянно нужна была лошадь, а гнедой к тому же оказался очень хорошим конем.

Янт, что бы он ни задумал, орудовал быстро и решительно. Он приглядел «Падающее К», устроил засаду на Мак-Куина, заставил Руфь Кермитт уволить своих лучших ковбоев, заменил их собственными людьми, затем приехал в Маннерхауз и подавил возможную оппозицию, убив Дейва Кормака и избив другого человека.

Если бы кто-то воспротивился его действиям, то именно Кормак и Кин. Теннесси тоже убили, но Теннесси в городе не знали, и его смерть могли списать как на простую ссору между ковбоями. Янт показал себя быстрым, решительным и безжалостным противником. Поскольку он действовал с тайного или явного согласия Руфи, горожане Маннерхауза ничего не могли поделать.

Вполне вероятно, что без Кормака, Кина и Гелвина они вообще были не способны что-нибудь противопоставить чужаку. Никого из них не касались дела «Падающего К», а, идя против человека, который показал себя достаточно опасным, они могли потерять все. Карточный игрок приобрел контроль над городом. Его люди допустили лишь две ошибки: не смогли убить Чарли Куэйла и не убедились, что Мак-Куин мертв.

Гнедой любил дорогу и шел быстро. Уорд ехал к ранчо, стараясь держаться незаметно. Куэйл еще раньше поехал искать Кима, Бада и Болди. Последние два были хорошими ковбоями и надежными мужиками, но худощавый, смуглый юноша, Ким Сартейн, обращался с револьвером не хуже лучших ганфайтеров.

— С ним, — сказал Уорд гнедому, — я готов сразиться с целой армией!

Он оставил гнедого в ивняке около ручья, перешел его, осторожно шагая по камням, и пробрался через кустарник к постройкам ранчо.

У него не было заранее обдуманного плана, он действовал по обстоятельствам. Если найдет Руфь и сможет поговорить с ней или выведает намерения Янта, то тогда будет с чего начать.

Окна в доме ярко горели. Некоторое время он лежал в кустах, изучая обстановку. Ошибка сейчас может стоить жизни.

Наверняка на дворе кто-то есть. Куэйл говорил, что поблизости все время крутится кто-нибудь из ковбоев Янта. Шулер был осторожным человеком.

Неожиданно на крыльце барака затлела сигарета. Человек, очевидно, только что повернулся. Неужели он нечаянно зашуршал ветками? По крайней мере теперь он знает, что кто-то дежурил во дворе.

Уорд отполз влево, пока не оказался между домом и часовым. Затем перебежал к стене и чуть шире приоткрыл окно. Ему повезло, что ночь была жаркой, и окошко было открыто.

В столовой Джим Янт раскладывал пасьянс. Рыжий Лунд смазывал револьвер. Пэкер, облокотившись локтями на стол, курил и наблюдал за Янтом.

— Мне всегда хотелось иметь собственное ранчо, — говорил Янт, — и я его нашел. Нет смысла вкалывать, когда можно жить по-человечески. Если бы не проклятый песок в той дыре, что я получил от Чейта, за Ньютонами мы бы построили собственное ранчо. Но я увидел это и оно мне сразу понравилось.

— Ты быстро все обтяпал, — сказал Пэкер, — но тебе повезло, что нам с Холльером удалось шлепнуть Мак-Куина. Я слыхал, что с ним шутки были плохи.

Янт пожал плечами.

— Может и так, но слухи ходят всякие, и половина из них — небылицы. Даже если он хорошо обращался с пушкой, то этого для такой игры мало. Здесь нужны мозги. — Он взглянул на Лунда. — Знаешь, ранчо Логана Кина лежит к югу от ручья Лошадиный Хвост и граничит с землей «Падающего К». Мы будем красть у него скот, разгоним ковбоев, а потом вынудим продать. У него тысячи акров прекрасных пастбищ с хорошими водоемами, граница ранчо примыкает прямо к городу. Кин сейчас напуган. Как только мы с Руфь Кермитт поженимся, эта земля будет по праву принадлежать мне, вот тогда мы им и займемся. По моим расчетам это займет от силы месяц.

Рыжий оторвался от своего револьвера.

— Ты получишь землю, а мы что?

Янт улыбнулся.

— Вам не нужна земля, а мне нужна. Я случайно узнал, что у Руфи в заначке есть десять тысяч долларов. — Вы, ребята, — на этих словах его взгляд задержался на Лунде, — разделите их между собой. Разделите так, что всем достанется поровну.

По глазам Лунда было ясно, что тот понял мысль хозяина, и Мак-Куин бросил взгляд на Пэкера, но конокрад не ничего заметил. Уорд знал, как будет происходить дележка — с помощью шестизарядника Лунда. Тот получит наличные, другие — по порции свинца.

Джиму Янту было выгодно оставить в живых как можно меньше свидетелей его мошенничества.

Уорд Мак-Куин, пригнувшись под окном прикинул свои возможности. Джим Янт, по слухам, хорошо обращался с оружием. Рыжий Лунд уже доказал свое умение. Пэкер тоже может стрелять, хотя не так виртуозно, как остальные. Три к одному — шансы не из лучших, к тому же, в бараке наверняка сидят Холльер с Питом Додсоном — противники тоже серьезные.

Раздался стук копыт по плотной земле, в дверях возник силуэт всадника, и в комнату вошел худощавый незнакомец, который в тот вечер играл в карты с Гелвином и Кином.

— Вы Джим Янт? Я проезжал мимо и решил заехать сказать, что на дилижансной станции лежит пакет для мисс Кермитт. Если она хочет, может приехать завтра и забрать его.

— Пакет? Почему вы его не привезли?

— Мне не разрешили. Кажется, это деньги или что-то вроде этого. Плата за какую-то ее собственность в Вайоминге. Ей нужно самой расписаться, иначе пакет никому не отдадут.

Янт кивнул.

— Ладно. Она, по-моему, спит, но утром я ей скажу.

Всадник вышел, и через несколько минут Мак-Куин услышал звук копыт на тропе.

— Еще деньги? — ухмыльнулся Пэкер. — Неплохо, босс! Она их получит, а мы поделим.

Рыжий Лунд уже протирал револьвер.

— Что-то мне это не нравится, — вдруг сказал он. — Похоже на приманку, чтобы выманить нас с девчонкой в город.

Янт оглянулся на него.

— Сомневаюсь, но что, даже если это так? Кто там сможет нам помешать? Для этого у них нет ни смелости, ни умения. Лично я думаю, что это правда, но если нет — чего нам волноваться? Пошлем Пэкера вперед на разведку. Если там будет что-нибудь подозрительное, он предупредит. Но мне кажется, все нормально. Завтра съездим.

Часом позже и милей дальше на поросшем кустами холме Уорд Мак-Куин улегся спать. Отсюда было видно ранчо и подходы к нему. Одно он знал наверняка: завтра наступит развязка. Руфь Кермитт не вернется на «Падающее К».

На рассвете он был уже на ногах и наблюдал за ранчо, гнедой стоял оседланный, готовый в дорогу. Ночь выдалась сырая и неприятная, он потянулся, разминая затекшие мышцы. В окне блеснул отсвет солнца. Вышел Холльер и начал ловить лошадей в корале. Он оседлал своего коня, гнедую кобылу Руфи и крупного серого для Янта.

Уорд Мак-Куин старался предугадать, что будет дальше. Он, как и Рыжий Лунд был убежден, что трюк с пакетом — это лишь приманка. На главной улице городка стояло всего девять домов, чуть больше дюжины были раскиданы вокруг.

Почта и дилижансная станция стояли рядом с салуном. Магазин Гелвина находился напротив.

Что бы ни случилось, Руфь была в опасности. Она поедет рядом с Янтом, в окружении остальных. Открыть огонь по ним означало рисковать ее жизнью.

А какова роль молодого незнакомца? Его звали Рип, и ему было известно о стычке Мак-Куина в каньоне Маравильяс. Уорд был уверен, что он не просто бродяга-ковбой, за которого пытался себя выдавать. Его лицо было слишком интеллигентным, а глаза — слишком проницательными. Если он сам придумал уловку с пакетом, чего он собирался достичь?

В Маннерхаузе не было людей способных сравниться Янтом или Лундом в умении владеть оружием.

Если Гелвин в городе, он может попытаться противостоять им, но у Гелвина есть лишь отвага, но не навыки быстрой и меткой стрельбы. Однако одной отваги маловато.

Через час после рассвета Пэкер сел на своего пятнистого коня и направился к городу. Уорд смотрел на него, думая, что же будет дальше. Для себя он уже решил, что делать. План его не отличался сложностью: он собирался тайком проникнуть в Маннерхауз и в нужный момент убить Джима Янта и, если получится, Рыжего Лунда.

Единственным представителем закона в городе был Джон Биннс — честный и порядочный старик семидесяти лет, который получил работу в качестве пенсии. Он был работягой, который имел дом и несколько акров земли. Жена его была всего на несколько лет младше.

Маннерхауз не стоял на тропе перегонов стад, здесь никогда не вспыхивала земельная или золотая лихорадка, поэтому в городе почти не случалось происшествий, сюда не заезжали возмутители спокойствия. Тюрьма использовалась по назначению только один раз, когда город еще строился, и немногие жители помнили тот случай. Служение закону Джона Биннса обычно сводилось к спокойному предложению поменьше шуметь или «пойти отоспаться».

Уорд Мак-Куин, законопослушный человек, очутился в ситуации, где закон, справедливость и даже самые простые правила цивилизованного общества были отброшены людьми, которые не останавливались перед убийством. Один видный горожанин был убит, второго избили. Они не собирались на этом останавливаться. Достаточно вспомнить план Янта жениться на Руфи только для того, чтобы завладеть ее землей. Более того, нет никаких причин ожидать, что волна насилия прекратится, даже если этим людям удастся получить все, чего они хотят. Гангренозная инфекция распространялась, и единственный способ остановить ее — удалить пораженный орган.

Однако Мак-Куина нельзя было обвинить в безрассудности. Он кое-что знал об умении людей, с которыми ему предстояло встретиться лицом к лицу, обращаться с оружием. Он должен устранить их даже ценой собственной жизни. О таких, как Холльер и Пэкер, могут позаботиться горожане и Ким Сартейн. Это как раз дело для Кима.

Сев на гнедого, он двинулся по тропе в сторону Маннерхауза, находившегося в нескольких милях отсюда. Проехав всего несколько сот ярдов, он увидел с холма, как из ранчо в город выехали три всадника: Джим Янт, Руфь, а в нескольких ярдах позади нее — Рыжий Лунд.

Пит Додсон на чалом тоже направлялся в город, но по другой тропе. Джим Янт не собирался рисковать.

Пыльная главная улица Маннерхауза грелась под лучами теплого солнца. На ступеньках почты загорал Рип. В салуне стоявший за стойкой Абель нервно поглядывал то на окно, то на дверь. Он волновался и был насторожен, как настораживается дикое животное, чувствуя, что к его логову приближается хищник. В воздухе витала беда.

Магазин Гелвина не работал, что для такого времени было необычно. Абель покосился на Рипа и нахмурился. Рип сегодня нацепил две подвязанные кобуры.

Абель закончил протирать стакан, поставил его на стойку и бросил обеспокоенный взгляд на Пэкера. Тот внезапно осушил стакан и встал. Подойдя к двери, выглянул на улицу — сначала в одну сторону, потом в другую. Все было спокойно, однако он тревожился. Из почты вышел человек и по деревянному тротуару прошел к лавочке парикмахера. Звук захлопнувшейся двери был единственным в городе. В переулке около магазина Гелвина что-то клевала курица. Он увидел, как в том же переулке остановился и спешился Пит Додсон. У него в руках была винтовка. Пэкер взглянул на Рипа и обратил внимание на два револьвера.

Он вдруг обернулся и сердито уставился на Абеля.

— Дай-ка мне ружье, что лежит у тебя под баром!

— А? — испугался Абель. — У меня нет…

— Хватит врать! Мне нужно ружье!

На мгновение Абелю хватило смелости подумать о том, что надо навести ружье на Пэкера или даже пристрелить его, но он боялся ковбоя и выложил свое оружие на стойку. Пэкер взял его, на цыпочках подкрался к окну и осторожно поставил ружье на пол. Тихонько, на несколько дюймов приоткрыл окно. Теперь он находился позади и сбоку от Рипа.

Абель со стыдом подумал о том, что только что сделал. Ему нравился Рип. Из-за него сейчас могут убить веселого, дружелюбного молодого человека. Он трус. Ему нужно было отказаться, взять на прицел Пэкера и позвать Рипа. Он же мог это сделать… если бы не был трусом. А теперь из-за него от пули в спину погибнет хороший молодой человек. Что же все-таки происходит? Раньше это был такой тихий маленький городок!

Джим Янт въехал в Маннерхауз рядом с Руфь Кермитт. Ее лицо было напряжено, глаза — неестественно большие. Позади ехал Рыжий Лунд. Он натянул поводья и привязал коня на противоположной стороне улицы.

Из салуна Абелю было видно все. С одной стороны к Рипу приближались Джим Янт и Руфь Кермитт. С другой, в тени магазина Гелвина стоял Пит Додсон. В салуне засел Пэкер. Рипа заперли со всех сторон. Осталось немногое — положить в деревянный ящик и отправить на кладбище.

На почте работал Джим Кин, старший брат Логана. Он увидел подъехавшего к крыльцу Джима Янта и стоящего на улице Рыжего Лунда.

Рип медленно поднялся и улыбнулся Руфи, которая сидела на лошади рядом с Янтом.

— Приехали за пакетом, мисс Кермитт? — вежливо спросил он. — Пока вы в городе, не могли бы вы ответить на несколько вопросов?

— Кто тебя уполномочил допрашивать женщину? — резким тоном спросил Янт.

Уорд Мак-Куин, спрятавшийся за салуном, услышал четкий ответ:

— Штат Техас, Янт. Я — техасский рейнджер.

Джим Янт коротко усмехнулся.

— Это тебе не Техас. Она не станет отвечать ни на какие вопросы.

Уорд Мак-Куин открыл заднюю дверь салуна и ступил внутрь.

Пэкер, занятый происходящим на улице, услышал, как открылась дверь. Вздрогнув, он раздраженно повернулся. В дверях стоял Уорд Мак-Куин, которого он недавно похоронил. Ружье, направленное на Рипа, лежало на подоконнике. Пэкер потянулся за шестизарядником, понимая, что шансов у него нет. Он увидел, как полыхнуло пламенем дуло револьвера в чужих руках, почувствовал тупой удар пули, и колени его подогнулись. Он повалился лицом на пол.

Снаружи началось светопреставление. Руфь Кермитт, увидев безнадежное положение Рипа, пришпорила лошадь, которая ударилась о коня Янта, и его всадник потерял равновесие. В ту же секунду она соскользнула с седла и бросилась на землю рядом с дощатым тротуаром.

Все открыли огонь одновременно. Янт, ругаясь последними словами, выстрелил в Рипа. Тот стрелял в Рыжего Лунда. Уорд, неожиданно выпрыгнув из салуна, оказался лицом к лицу с Янтом, который уже справился с конем. Уорд выстрелил в Янта, а пуля, выпущенная Додсоном, разорвалась осколками щепок перед его лицом.

Янт поднимал револьвер, но Мак-Куин нажал на спуск мгновением раньше. Оба промахнулись. Вторая пуля Уорда попала в цель, и Янт схватился за луку седла. Он сделал шаг вперед, но что-то вдруг ударило его, и он опустился на колено. Откуда-то вынырнул Рыжий Лунд, и Уорд снова выстрелил. Лицо Лунда залила кровь.

Стрельба раздавалась из дилижансной станции и магазина Гелвина. Застучали копыта, и по улице пронеслась рыжая лошадь. Ее всадник повис в седле на индейский манер, стреляя из-под шеи лошади.

Янт упал с коня и тяжело полз в пыли. Он потерял револьвер, но в его правой руке появился нож. Он пытался добраться до Руфи. Мак-Куин услышал, как курок щелкнул по использованной гильзе. Сколько патронов оставалось во втором револьвере? Он поднял его левой рукой. Что-то случилось с его правой. Он редко стрелял с левой, но сейчас…

Янт подползал все ближе. Руфь, увлеченная зрелищем боя, не видела его. Мак-Куин нажал на спуск указательным пальцем левой руки. Он увидел, как всем телом дернулся Янт, когда в него попала пуля. Уорд снова выстрелил, и Янт неловко перекатился на бок, нож выпал из его безвольных пальцев.

Из салуна выбежал Абель с ружьем, а из магазина — Гелвин с винтовкой. Руфь бросилась к нему, по улице, ведя рыжую лошадь шагом, возвращался Ким Сартейн. Мак-Куин хотел было подняться навстречу Руфи, но ноги его вдруг ослабели, и он упал лицом в пыль, думая, что не лучшим образом выглядит в глазах женщины. Уорд опять попытался подняться, но потерял сознание.

Когда он очнулся, то увидел над собой лицо Руфи. Рядом на корточках сидел Ким Сартейн.

— Ну же, Уорд! — сказал он. — В тебя попали всего два раза, да и то несерьезно. Ты что, разучился получать свинец?

— Что произошло?

— Похоже, мы вымели их начисто. Нас нашел Чарли Куэйл, и мы кинулись на ранчо. Холльер пытался помешать, но мы его образумили. Если там был кто-то еще, то он вовремя убрался.

Пока ребята управлялись с ранчо, я помчался в город. На полпути услышал выстрел, а когда прискакал, все друг в друга стреляли. Во всяком случае, мне так показалось. Настоящий фейерверк на Четвертое июля. Пит Додсон мертв, Рыжий Лунд умирает с четырьмя пулями. Янт еще жив, но тоже долго не протянет. Пэкер мертв.

Голова Уорда болела, он чувствовал слабость и тошноту, ему не хотелось двигаться даже ради того, чтобы лечь в постель. Ему хотелось просто сидеть и забыть все, что случилось. Непослушными пальцами он по долгой привычке начал перезаряжать револьвер. Странно, но в одном оказалось три неиспользованных патрона. Наверное, он уже перезаряжал его, но в горячке боя ничего об этом не помнил.

Подошел Рип.

— Моя фамилия Кокер, Уорд. Я никак не мог разоблачить аферу Янта, не подставив под удар Руфь. Поэтому и придумал уловку с пакетом, чтобы выманить их в город, где надеялся увезти ее. Не думал, что они накинутся на меня, как стая голодных волков.

Уорду помогли встать и дойти до салуна. Гелвин привел врача.

— Янт только что умер, — сказал Гелвин, — ругая тебя и всех вокруг.

Мак-Куин сидел в кресле, а врач обрабатывал его раны. Опять он потерял много крови.

— Мне надо лечь, — сказал он Киму. — В городе должна быть гостиница.

— Ты вернешься на ранчо, — сказала Руфь. — Ты нам нужен. Мне сказали, что ты уехал, Уорд. Джим Янт сказал, что вы с Кимом больше на меня не работаете, что он будет управляющим, пока я не найду кого-нибудь другого. Потом он привел своих людей, окружил меня ими, и я испугалась. Если бы ты был со мной или если бы я знала, что ты поблизости…

— Не беспокойся. — Уорд откинулся на спинку кресла. Ему очень хотелось отдохнуть.

Болди Джексон помог ему сесть в повозку. Правил Бад Фокс.

— Помнишь того старого быка, что мы потеряли? Я его нашел. Он собрал коров тридцать и увел в чудесную маленькую долину. Наверное, решил, что это его пастбище.

— Он похож на меня, — заметил Уорд. — Так привык к своей земле, что никуда не хочет уходить.

— Тогда зачем уходить? — спросила Руфь. — Я хочу, чтобы ты остался навсегда.

Content

Льюис Ламур
МАК-КУИН С «ПАДАЮЩЕГО К»