Юрий Копаев

Записки героя труда. Том 1. Мемуары

© Юрий Копаев, 2017

© Издательство «Моя Строка», 2017

* * *

Напутствие

Трудовая деятельность автора проходила в две эпохи. Жить в эпоху перемен по многим религиям трудно и тяжело. Так и мне пришлось трудиться в двух эпохах это: Россия Советская – 33 года и реанимированние капитализма в России («Перестройка») – 25 лет В Советской России трудиться профессионалу, было чрезвычайно просто: задача поставлена, сроки определены, и про плата труда гарантирована. В перестроечное время всё стало не определённо, так как: задача ставиться не внятно, сроки – «… надо вчера», и про плата возможна только после реализации (от вас не зависящей). При постановке задачи «новыми русскими», на выполнение работы я часто выдавал Заказчику каламбур – «Пойди туда, не зная куда, сделай (быстро) то, не зная, что и скажи, сколько это будет стоить». Иногда меня спрашивали, друзья и знакомые, – «Как жизнь (дела) лучше, чем при «совках»?» Отвечал – «Не плохо, но если будет ещё лучше, то будет совсем плохо».

Реализация моих проектов и оплаты труда за них, при «совках» доходило до 95 %, а в перестроечное время недотягивало и до 50 %.

Все реалии двух эпох познаются в сравнении, так в сборнике рассказов отображены фрагменты деятельности (обывателя профессионала): личной, трудовой и общественной. Так же отображены жизненные эпизоды и рассказы близких мне людей (наставников).

Так или иначе, новому поколению, чрезвычайно важно знать, как жили прародители в Советской России, и сравнить с современной бытностью, и постараться не совершать ошибок предков.

Будет ли, не будет ли когда напечатан сборник рассказов для широкой общественности – неважно? Достаточно, что рассказы напечатаны в издательстве Яндекс proza ru», с читательской аудиторией более тысячи.

Авторская страница

Преамбула

Вашему вниманию предлагается сборник рассказов трудоголика (обывателя) двух эпох. Первая: эпоха завершения строительства социализма в России (1945–1990 г.). Вторая: эпоха попытки, реанимации капитализма в России (1991 – и по сей день). Но в одну реку дважды не войдёшь, потому попытка превратилась в пытку.

В основу рассказов положены реальные события из жизни автора с раннего возраста до старости. Рассказы зачастую похожи на сценические миниатюры. Используются не только личные воспоминания, но и воспоминания наставников и коллег по работе. К комментариям, происходящих событий и попытка их анализа не претендуют на какие-то обобщения.

Целевая аудитория читателей сборника – все кто заинтересуются. Люди разног возраста и разного жизненного опыта найдут для себя что-то интересное и поучительное. Так как мы опять живём в эпоху перемен, жизненный опыт автора, может быть, кому-то и пригодится. Хотелось бы, чтобы наши дети и внуки не повторяли наших ошибок. Хватит им и своих.

Автобиография

Копаев Юрий Георгиевич родился в семье инженеров строителей 31 июля 1941 г. В 1958 г. поступал в Строгановское училище, а попал на молодёжную стройку. Трудовая деятельность началась с 17 лет. Будучи краснодеревщиком третьего разряда в 1961 г. поступил в московский строительный институт (МИСИ) и по совместительству работал старшим техником архитектором в Коопторге. Окончил МИСИ в 1966 г., по специальности «Нестандартное оборудование». Дизайнерский дипломный проект «с отличием» был отмечен на выставке лучших дипломных работ города. По конкурсу был принят на работу в «Моспроект 1». За изобретение и внедрение типового проект «стекло двери в обвязке» 1967 г. был награждён Золотой медалью ВДНХ и дипломом гл. архитектора г. Москвы. В 1969 г. уволился с должности группового инженера и поступил на работу в Художественный Фонд, конструктором-дизайнером. Будучи беспартийным, в 1974 г. назначен внештатным конструктором реконструкции Центрального музея В. И. Ленина в г. Москве. Сотрудничал со знатными художниками того времени (К. Худяков, С. Шаров, Ю. Рукавишников и т. д.). За реализацию дизайн проект филиала музея В. И. Ленина в г. Фрунзе в 1984 г., был награждён Грамотой Верховного Совета Кир. ССР. Живя и работая в Москве, мне довелось участвовать во множестве значимых проектах культурного наследия, и реализовывал аналогичные проекты за границей. Так, в дар Вьетнаму в 1990 г. был построен Музей ХО ШИ МИНА, за что мне присвоено звание «Героя труда» Вьетнама.

Астрологические близнецы

Находясь в командировке на другом краю света во Вьетнаме, я встретил совершенно случайно, своего астрологического близнеца со знаком «Лева». Мы родились в 12 часов дня 31. 07. 1941 года. Вероятность такого совпадения настолько велика, что сложно себе даже представить. В странах, России и Вьетнама по статистике, в этот день родились 80 тысяч мальчиков, в том числе мы двое. Мы родились в генотипических странах одного порядка. Россия на протяжении многих веков воевала с «недоброжелателями», так и Вьетнам, как только сформировался как нация, постоянно с кем-то воевал. Климат в странах разительно отличается: у них если – 7 градусов, то домашняя скотина может погибнуть; у нас если температура превышает + 40 градусов, то некоторые люди теряют сознание.

Расскажу, как состоялась случайная встреча. Находясь в составе Российских специалистов, создающих краеведческий музей имени вождя Вьетнамского народа. Нас периодически возили на достопримечательности страны. Как-то раз, нас повезли на море в сопровождении генерального директора, реставрационных скульптурных мастерских, отлично знающего русский язык.

Мы познакомились с ним ещё в музее. На море стали купаться и загорать. Загорать там сложно, тени почти нет, солнце в зените и очень жарко. Мы сели на песок спина к спине и стали обсуждать наши общие дела по созданию экспозиции, а нас кто – то сфотографировал (фото я до сих пор храню в альбоме). Когда вернулись на работу, то многие вьетнамцы были удивлены, фамильярностью моего общения с ген. Директором, потому как объяснили, они – он категорически, не допускал фамильярности, как потом выяснилось, панибратство было не случайным. Боле близко мы с ним познакомились по рабочему спору, где он вступился за меня и поддержал мою идею ограждений экспозиции. Возникала опасность случайного падения посетителей. Ограждение предполагалось сделать из брусьев ценного дерева разложенных на полу, возвышающемуся над экспозицией на 70 см. Конструкция ограждения устанавливалась на стилизованных змеиных лапах, а ограждения можно было использовать, как скамейки для отдыха посетителей. Воплощая идею, он пригласил меня в свои производственные мастерские, а когда мы зашли в цех резьбы по дереву, где делали сувениры знаков зодиака, он спросил какой у меня знак и подарил мне сувенир – «льва», филигранной работы размером с котёнка. Лев был настолько реалистичен, что при нём были все надлежащие причиндалы. Тут мы выяснили, что мы астрологические близнецы. Стали общаться чаще и он даже стал заезжать в Москву, когда направлялся в очередную командировку в Европу или Америку. Моя супруга неоднократно отмечала, что мы очень похожи: по характеру, внешности и манерой поведения, не смотря на разные национальности.

В результате обобщений мы выяснили, что у нас много совпадений по жизни:

Отцы погибли насильственной смертью, и мы росли без отцов.

У него после войны с американцами, прошла «чистка партийных рядов» и он был арестован и казнён, а у меня отец погиб на фронте в первый год войны.

Женаты, единожды и вырастили по двум успешным сыновьям.

Вели относительно скромный образ жизни во всём. – Хобби.

Оба, по жизни, вырезали по дереву сувениры в виде подарков для близких.

Были успешны в работе и достигли, равнозначное признание общественности не только в своих странах.

Он ездил по разным странам и реставрировал храмы, любых религий, а я оформляю дворцы и музей тоже во многих странах. Наши работы связаны, так или иначе, с оформительским искусством.

Близнец занимался интереснейшей проблемой, возвращать храмы в первозданное состояние. В старинных храмах, как правило, не равномерно проседают: стены, простенки и колонны. Результатом чего храмы находятся в аварийном состоянии. В качестве примера рассмотрим проседание (провал) колоны. Для работы примеряются, деревянные пластины разной толщины, (пластины делаются из плотного дерева со значительным коэффициентом расширения при смачивании и «работают» – по принципу «вода-лёд»). Большое количество пластин способно легко поднять десятки тон строительных конструкций. Порядок работ чрезвычайно прост: в основании колоны пропиливается щель и в неё заводятся деревянные пластины; пластины смачиваются, происходит расширение пластин и колонна понимается на 1 мм; в щель забиваются металлические и деревянные пластины большей толщины и опять смачиваются, колонна поднимается уже на 2 мм. и так далее. Колонна устанавливается в первоначальное состояние, и щель заполняют «расширяющемся» бетоном. Всё простое гениально! Поэтому принципу видимо и далёкие предки перемещали громадные глыбы пирамид и тому подобное.

Работоспособность и многогранность видов деятельности в определённом направлении.

Всегда куда-то спешили и что-то совершенствовали.

Аналогичные основные черты характера.

Скромность, обязательность и честность.

К религии относимся благосклонно и в партиях не числились. Я не был ни комсомольцем и ни партийным и он тоже.

Аура у нас равнозначна.

Как то близнец сводил меня в буддистский монастырь. Перед входом на территорию, у калитки, росла обычная трава с соцветиями типа множества мельчайших пятилистных цветков (типа подсолнуха). Смотритель попросил нас провести рукой над травой (он показал, как это делать) не касаясь её. Какого же было моё удивление, что трава стелилась (отстранялась) от моей ладони. Смотритель заулыбался и сделал замечание, что аура у нас одинаковая. Я спросил у близнеца, что он имел в виду, подвергая нас такому испытанию. Он ответил: «Он имел в виду, что если нет ауры, значит – человек болен, или у него не хорошие намерения». Хотя на даче в Подмосковье у меня растёт такая же трава, но такого эффекта как во Вьетнаме, у нас не получилось. Видимо климат здесь другой и даже комары другие. Придя домой, мы померили, «проволочной экстрасенсорной линейкой», ауру и у нас она оказалась одинаковой (при приближении линейки к груди она отклонилась на равное расстояние).

Влияние, внешней среды на нас.

Приезжая во Вьетнам в определённое время года, меня кусали комары и последствия были весьма неприятные, а ему хоть бы что, хотя в Подмосковье я вообще их не замечал. Близнец, приезжая ко мне на дачу страдал от комаров и покрывался большими воспалениями, как я во Вьетнаме. Ещё один пример. На рынках во Вьетнаме продаётся речная трава (как у нас капуста и по вкусу, что-то похожее), которая растет на водоёмах в большом количестве и у нас она растёт в затонах и заводях. Трава па внешности похожа один в один, а по вкусу ничего подобного. Я с удовольствием ел у них, а у нас попробовав её, пришлось выплюнуть – она горьковатая и противная. Вьетнамцы, проживающие у нас, пробовали её употреблять, и были случаи отравления с локальным исходом (слышал по радио). Видимо природа говорит нам – живите, где живёте!

Раньше, я скептически относился к науке астрологии. Считал все эти знаки зодиака не более чем разность во времени рождения (а по сути – зачатия). Встретив астрологического близнеца и, учитывая далеко не полный перечень таких совпадений, навело меня на мысль, что «мнимая наука» – астрология ни такая уж мнимая как нам навязывали толкователи истин. Тщательно изучать свой гороскоп, по разным направлениям и заказав специальный гороскоп на здоровье. Стал сравнивать со своими: привычками, искушениями, вкусами и предрасположенностями. Почти всегда полное совпадение один в один. Когда-то, не внял советам гороскопа, «о здоровье» и заработал инсульт.

Рекомендую Вам более тщательно интересоваться своими гороскопами и гороскопами близких. Помните, что астрология создавалась и существует множество веков и практикуется во многих странах мира!

Восточная сказка

Времена правления в СССР Ю. Андропова. Конец «расцвета застоя». ВВП на подъёме. Решением Политбюро КПСС была поставлена задача построить в столицах республик и в городах – миллиониках музеи В. И. Ленина. В некоторых городах и республиках даже успели до начала перестройки это решение воплотить! Одним из первых воплотивших был Первый секретарь ЦК Киргизской ССР, бывший фронтовик (далее по тексту Первый). Он бросился в бой смело, как это делали во время войны киргизские солдаты. Тем более, что у него была веская причина выслужиться: ему грозил выход на пенсию из-за коррупционного скандала в республике. У него сработал инстинкт самосохранения, выработавшийся во время войны.

Как мне рассказывали киргизские фронтовики, если в очередном бою были большие потери личного состава среди славян, то после поминок по погибшим начинались «разборки», которые заканчивались мордобитием «инородцев», случайно оставшихся в живых. В конце концов, они начали бросаться в бой среди первых, как и «штрафники». Я обратил внимание, что у киргизских ветеранов орденов и медалей за военные подвиги порой больше, чем у фронтовиков-славян.

Первый поставил сложную задачу, перед творческой группой Московских художников – дизайнеров, создать этнографически – краеведческий музей с выставочным комплексом, «под брендом вождя» и кураторством столичного музея. Сроки поджимали, так как работу надо было завершить к пятидесятой годовщине образования Киргизской ССР.

В творческой группе московских художников-дизайнеров я был генеральным конструктором экспозиции. Контроль над ходом работ в группу был заранее внедрён осведомитель, как в то время часто делалось. Произошло это следующим образом. Позвонил главный художник Фонда А. А. Гравис (еврей) и убедительно попросил принять в творческую группу некого архитектора. Осведомляемся, не еврей ли он. Получаем ответ, что он русский. Дело в том, что в то время еврею устроиться на работу в столичный музей было нереально. Знакомство с новым сотрудником всех неприятно удивило. Звонок в мастерскую, открываем дверь, и перед нами стоит стопроцентный киргиз. Мы в шоке! Я тут и ляпнул: «Да у А. А. кто не еврей, тот непременно русский!» Так сын какого-то киргизского чиновника стал в нашей сплочённой группе переводчиком, архитектором и по совместительству «стукачом» Первого.

Под музей выделили готовое четырёхэтажное здание с благоустроенной прилегающей территорией, расположенное в центре города Фрунзе – столицы республики. Оно показалось нам слишком большим и амбициозным. Под экспозицию выделяли два этажа и выставочные залы – явный перебор. У здания возвышалась скульптура вождя, перед ней располагалась трибуна – копия той, что на Красной площади. Под трибуной был маленький зал с баром и туннель для «членовозов» (так в народе называли лимузины, в которых разъезжали «вожди народа»). Кстати, впоследствии, когда в Киргизии начались смутные времена, туннель пригодился. В случае активных действий толпы при проведении митингов местные «вожди народа» быстро и незаметно ретировались с митинга.

Когда был закончен первый этап проекта – концепция, мы выполнили на согласование макет. Долго ждали приёма. Жили в «партийной» гостинице при ЦК. Время коротали за игрой в бильярд, а в буфете попивали прекрасный местный бальзам, смешанный с водкой и подаваемый в чайничках для конспирации. Тогда уже начиналась борьба с выпивкой на рабочих местах и в рабочее время. Но вот, как всегда неожиданно, в одно распрекрасное утро нас позвали «на ковёр» к Первому. А были мы с опухшими мордами и красными глазами. По дороге некоторым пришлось закапывать нафтизин, чтобы убрать красноту глаз. Доложили концепцию музея «на отлично», всё прошло как по маслу. Профессионализм не пропьёшь! Первому понравился наш многоярусный макет. Он задал несколько вопросов, мы отвечали, как могли. По окончании он нас поблагодарил за оперативно проделанную работу, а когда мы стали уходить, он обратился ко мне, сказав: «А Вас попрошу остаться». Совсем как в фильме «17 мгновений весны», тогда впервые показанном по ТВ. Я остался, и мы проговорили с ним примерно полчаса. Он с пристрастием начал задавать вопросы, связанные с реализацией проекта. Но все они сводились к одному: возможна ли реализация такой грандиозной экспозиции в такие сжатые сроки.

Почему он обратился ко мне? Видимо, ему доложили, что я являлся посредником (менеджером) между «творцами дворцов» и исполнителями, что вся документация составлялась под моим руководством, и что я ездил по заводам. Во время ВОВ в республику эвакуировали многие заводы из центра, и они там так и осели. Первый убедился, что я досконально знал их возможности, как и возможности комбинатов Худ. Фонда РСФСР. Спросил, что для реализации проекта нужно с его стороны.

Начал заинтересовывать меня: стал предлагать мне квартиру в столице (только с пропиской), отечественную легковую машину любой марки (вплоть до ГАЗ-21) и гарантировал всяческую помощь! Угадайте с трёх раз, что я ему ответил? Поставил одно условие – чтобы нам «не мешали»! Причём не мешали на любом уровне, будь то руководство стройки, местная художественная элита со своими предложениями, или местная чиновничья братия. Он заверил, что выполнит все наши требования. Дал свой личный телефон и телефон премьер-министра на тот случай, если сам окажется в отъезде. Сказал при этом: «Если что, звони в любое время, не стесняйся! Эта стройка для меня важна к юбилею! Возможно, приедет сам Ю. Андропов!»

При создании экспозиции нам приходилось пользоваться его телефоном в целях устрашения: только я брался за трубку, чтобы позвонить «хозяину», меня убедительно просили этого не делать и уверяли, что всё будет выполнено в срок и с надлежащим качеством. Были и экстремальные случаи. Например, заканчивалась отделка стен красивейшим мрамором «берёзка» (по 19 балльной итальянской системе градации мрамора – 17 баллов). Сроки графика сорваны. Перерасход количества уже составлял более 70 %, а 10 % мрамора недопоставлено. Еду на правительственной «Волге» на прииск. Приезжаю, выхожу из машины, ко мне подбегает главный инженер и говорит на скверном русском языке: «Склеп готов-с!». По местным обычаям «приличных людей» хоронят в склепах. Я возмущён, говорю сопровождающему чиновнику: «Хватит! Я уезжаю домой, если мрамор не будет поставлен в полном объеме!». Он спокойно отвечает, что даст команду билет на самолёт мне не продавать, а если я надумаю уехать поездом, то у них, когда поезд едет по пустыне, он не останавливается, а мешки с почтой выкидывают на ходу и Вас они могут случайно выкинуть. Я эту шутку воспринял всерьёз. Стал звонить Первому, делая это так, чтобы они увидели, какой номер я набираю. Тут же чиновник упал на колени, молил не сообщать о произошедшем, и меня заверили, что мрамор утром будет на стройке. Накрыли «поляну» и угостили шашлыком. Мы расстались друзьями, а на утро, как он и обещал, поставки возобновились! Был также еще один случай личного общения с Первым. Оформление музея перешло в завершающую фазу. Местное руководство: начальники строительных управлений, главные инженеры заводов и Художественных комбинатов, так или иначе принимавших участие в создании музея, – человек 12 – пригласили ведущих художников экспозиции на шашлык. Национальный состав участников был смешанный: русские, украинцы, белорусы, киргизы и евреи.

Происходило это так. Степь. Неглубокая речушка в облепиховых кустах. Жара послеполуденная. Приводят двух барашков, чёрного и белого, и предлагают нам выбрать. Выбрали чёрного. Постелили ковры. Накрыли «поляну», стали общаться. Специалист-киргиз «разобрал» барашка и изготовил массу вкуснейших закусок. Пили спиртное, угощались специфическими национальными закусками и купались в речушке. Набрались прилично. Темнело. Помню только, когда нам надо было уезжать, я плюхнулся в речку прямо в шикарном вельветовом костюме, а по приезде в гостиницу хотел пройти мимо милиционера с обнажённым торсом. Он меня не пропускал, звонил начальству и только после этого меня проводили в номер. Наутро башка раскалывалась, пронесло со всех отверстий. На работу не пошёл. Видимо, о моих похождениях доложили «стукачи». К обеду меня вызвали «на ковёр» к Первому. Встретил он меня хмуро. Спросил, как здоровье и как идут дела. Я заверил, что музей к юбилею буден сдан в эксплуатацию. Моему заверению он был откровенно рад. Не обошлось и без нелицеприятного упрёка: «На Вас работает пятитысячная армия специалистов. Считайте, Что Вы командуете армией! Позволять себе в самый ответственный момент расслабиться и не являться на службу – не допустимо!». Я заверил, что такое больше не повторится. Это была предпоследняя встреча с Первым.

Последний раз мы уже общались на банкете в честь юбилея, где он познакомил нас с Первыми лицами соседних республик. От них поступили просьбы построить в их республиках музеи «… ещё лучше, чем у киргизов!». При этом сулили золотые горы! Но наступали суровые времена грядущей «перестройки», повторение восточной сказки не последовало.

Воспоминание об олимпиаде 1980 г.

В начале восьмидесятых в СССР проводилась спортивная олимпиада. После ввода Советских войск в Афганистан более пятидесяти стран бойкотировали олимпийские игры более двадцати стран Африканского континента, наново приняли участие. Проходила олимпиада в основном в Москве летом 1980 года. Столицу привели в порядок: отремонтировали дороги и фасады домов, одним словом, привели город в «божеский вид». Настроили множество спортивных и гостиничных комплексов. Приехало более семи тысяч только спортсменов, а болельщиков и того больше. Спецслужбы и милиция стояли «на чеку». Необходимо было всеми средствами предотвратить терроризм афганских повстанцев Талибана. Основные спортивные соревнования проходили в Москве и она выглядела малонаселённым городом: приезд гостей из разных стран был не многочислен (в связи с бойкотом), иногородних в столицу не пускали (только по спец пропускам), «мешочников» (народ, отоварившийся в городе дефицитными продуктами) вообще не пускали даже из Подмосковья, и было запрещено находиться на улице детям без присмотра. По этому случаю снабжение в Подмосковье было однозначно, как и в Москве. Мне в то время было 39 лет, и я принимал активное участие в оформлении олимпийских объектов. Одним из объектов был, по линии Комсомола, это молодёжный лагерь обучения повстанцев (сандинистов) Латинской Америки (в связи с «разгаром» освободительного повстанческого движения) и мне приходилось часто ездить по улице Горького во Внуковский район, где был распложен лагерь. Утром еду туда в гордом одиночестве на своей машине (Москвич М-2140 в экспортном исполнении – цвета «метфарель») со специальным пропуском ЦК ВЛКСМ на беспрепятственный проезд по Москве. Жму на газ и несусь с предельной скоростью, а милиционеры в парадной форме отдают честь (на всякий случай). Мелькают редкие прохожие – Москва пуста!

Так называемый молодёжный лагерь был «сверх секретный» охранялся тремя кордонами. Первый, наружный, – это милиционеры. Второй – кордон КГБ. Третий со стороны лагеря охранялся нарядами самих латиноамериканских солдат. Попасть туда или оттуда без специальных пропусков не представлялось возможным, так как охранные структуры были не зависимы друг от друга. Лагерь представлял собой обычный полигон для подготовки спецназа, только с одной лишь разницей, что для зоны отдыха от полевой службы был построен микро городок. Городок был оснащён надлежащими службами быта: баня с бассейном и баром; клуб типа сельского с дискотекой и небольшой гостиницей, магазин универсальный со всевозможными дефицитными товарами с качественной бесплатной столовой. Обслуга системы быта была укомплектована комсомольско-молодёжными бригадами москвичей (в основном красивыми девчатами как в Аэрофлоте). Отдыхали «новобранцы» по очереди и национальной принадлежности. Взаиморасчёты велись купонами (денежный эквивалент доллару). Наша задача (художников оформителей и специалистов спецслужб) была: благоустроить, художественно оформить и организовать функционирование этого городка к фестивалю (проводить мероприятия встреч: артистов, спортсменов олимпиады с военнослужащими латиноамериканских и африканских стран). Побывав в таком городке, создавалось впечатление, что так будем жить при развитом социализме.

Вечером возвращаюсь. Снуют редкие машины и троллейбусы. За уличными столиками при праздничных ресторанах и магазинах сидят редкие горожане и гости. Тогда в связи с пустующими улицами в обиходе был анекдот. Едут иностранцы с сопровождающим по улицам Москвы и удивляются, почему так не многолюдно! Спрашивают у нашего товарища – «Где жители? Мы видим редких бледнолицых людей, небрежно одетых и то по три человека – активно между собой о чём-то спорящих, и загорелых людей в чёрных на автомобилях? Сопровождающий им отвечает – «Первые – это рабочий класс: собираются по трое, соображают на троих и обсуждают проблему «Бермудского треугольника» (в то время была такая злободневная тема); вторые – это руководители: шикарно одетые в чёрные смокинги, ездят на чёрных лимузинах, пьют только темные спиртные напитки и закусывают только чёрной икрой!

Мне удалось, на работе приобрести несколько билетов бесплатно, распространяемых профсоюзами. Пошёл с сыном посмотреть легкоатлетические соревнования. Места, как правило, были на «галёрке» спортивного комплекса «Лужники» откуда практически плохо просматривались, те или иные выступления спортсменов. Билеты на открытие и закрытие стоили очень дорого и распространились «с чёрного входа». По блату достать такие билеты, было проблематично.

В то время при оформлении ВДНХ мы устанавливали полиэкранные установки из телевизоров «рубин» с большим цветным экраном, продажа которых в розничной торговле (даже по блату) была приостановлена по причине их неоднократного возгорания. Мы отбирали телевизоры на заводе по лучшей видимости. Использовав, такую возможность я купил телевизор прямо на заводе с отличной видимостью и отвёз на дачу. При первом же просмотре спортивной трансляции надобность в поездках на стадионы само собой отпала. Всю олимпиаду мы и соседи смотрели по цветному телевизору с отличной видимостью трансляций спортивных соревнований.

Встречи с президентами

Художники авангардисты (некоторые из них стали академиками) в СССР, не признаваемые властью, в свободное время, от творения своих произведений вынуждены были работать официально. Чтобы иметь хоть какое то прикрытие своего не ординарного творчества, выбрали оформление музеев (в основном имени «вождя всемирного пролетариата») и очень даже в этом преуспели. Вы спросите почему? Это идеологическое «крышевание» для демонстрации своих работ; партийное финансирование; возможность подключать любые предприятия к реализации сложного техники – оформительских решения на самом современном уровне; возможность продвигать не ординарные концепции народа любой национальности, парой не согласованной с «генеральной линией партии КПСС…» (то есть совмещать музейную тематику: историка – патриотическую, краеведческую, художественно – прикладную с идеологией – это весьма проблематично). Работы, выполняемые профессионалами, не могут быть выполнены плохо, потому не однократно были отмечены международным музейным сообществом, в том числе и Юнеско. Мне посчастливилось быть сподвижником этой команды в качестве ведущего дизайнера, правда они меня, как только не обзывали – «генеральный…» и «гениальный…» я себя таковым не считал, а просто профессионально помогал реализовывать парой очень сложные проекты. Приходилось, на прямую, общаться с первыми лицами (первые секретари ЦК КПСС) республик. Будущими президентами независимых государств, не успешными и относительно успешными. Все просили об одном, создать объект лучше, чем у соседней республики. Например, даже после распада СССР, Туркмен баша (Президент Туркестана С. Ниязов) хотел заказать нам родовой музей, и его личный мавзолей (это при жизни!). Наша группа художников «ушла в бизнес» продавая востребованные картины, а музейные работы перестали финансироваться, и пришлось ему отказать (работа досталась англичанам и они успешно реализовали свой проект). Диапазон общений, по мере реализации объектов такого рода, был разносторонен, от исполнителя – простого профессионального труженика, до первых лиц государств. О двух таких встречах с будущими президентами я и хочу рассказать.

Восьмидесятые годы СССР. Готовим к открытию музей Ленина в г. Фрунзе (Бишкек) столице Киргизии. Стройка, формально, обвялена «комсомольской». Летим с коллегой в командировку. Успешно приземлились и ждём команды на выход. На улице + 40 гр. С., а в самолёте не на много меньше. Объявляют пару фамилий с предложением покинуть самолёт – «Вас прося пройти к машине у трапа». Это был президент АН Кир. ССР с помощником. Который, к нам прекрасно относился и хорошо помогал по созданию экспозиции музея. Так как я по молодости был «остёр на язык». Пошутил – «Вот, порядочные люди уже пошли, а мы паримся здесь!» Многие захихикали. Не прошло и минуты, как объявляют наши фамилии. Я от стыда, даже покраснел, как потом мне рассказал коллега. Идя по узкому проходу ТУ-154, Я слышал бурчание пассажиров – «… во прохиндей!». Подъехав к шлагбауму аэропорта, мы поравнялись с первой машиной, и оказались свидетелями разговора шоферов. Наш другому – «Тебе не стыдно возить президента АН в тёмном ящике (он имел ввиду Рафик). Вот я вожу Московских художников на светлой «Ласточке» с кондиционером (он имел в виду волгу Газ-21). Их простодушный разговор, жёстко, пресёк встречавший молодой, холёный чиновник. Я поинтересовался у шофёра – «Что это за хам?» Нам рассказали, что это сын ветерана партии, секретарь ЦК ЛКСМ Киргизии и что возможно он будет следующим президентом, после ухода нынешнего на пенсию. Предупредили, что он плохо относится к Русским, и что он интриган и «приверженец либерализма» нам надо быть с ним, максимально осторожнее! Оказалось» всё в масть: карьеризм, льстивость, бахвальство и мстительность. Всё было присуще этому человеку, кстати, он был ярым поклонником Б. Ельцина (будущего президента РФ). Он всячески мешал созданию экспозиции в интересах «либерализма» как он говорил впоследствии уже, будучи избранным первым президентом своей страны. При первой же смуте в стране, он с позором сбежал от народа, хотя его друг и наставник Б. Ельцин (с которым он частенько отдыхал на озере Иссык-Куль) во время «отошёл от дел» и поручил В. В. Путину, возглавить РФ, и избежал такой участи – изгнанника.

Девяностые годы. По сценарию и при финансовой помощи США успешно идёт развал государственности СССР, под лозунгами: либерализма, демократии и «демонтажа империи зла». «Кто был ничем, тот станет всем» и бухгалтеры становятся миллионерами, а лаборанты госчиновниками высшего ранга. Количество плутократов и взяточников приумножалось значительно. Возрождается Российский капитализм, но уже бандитский, с приватизацией (в народе – «прихватизация») и приостановкой всяческой трудовой «не рентабельной» деятельности. Идет интенсивный делёж общественной собственности на «клановую». Приветствуется, только дела с куплей и перепродажей. Бешеными темпами растёт безработица. Новая власть объявляет дефолт. Забвению, подлежат культурные ценности во всех сферах жизнедеятельности. Всё это происходит повсеместно, положительным исключением явилось отношение к христианской религии. Христианская вера на подъеме. Партийцы КПСС, истовые еретики, становятся верующими и даже служащими церкви (идеологическая работа с людьми им привычна). Возвращаются дореволюционные угодья, принадлежавшие ранее патриархии. Церкви строятся наново на местах разрушенных ранее. Храмы, представляющие архитектурно историческую, где, как правило, располагались краеведческие музеи, и запасники культурных ценностей начинают реставрироваться, оснащаться иконостасами, и в них начинаются попытки вести постоянную службу. Так мэром Петербурга (А. Собчак) была приглашена московская фирма ЗАО Возрождение, с целью: реставрации, ввода в эксплуатацию и налаживания постоянной службы. Нам, было предложено возродить Исаакиевский Собор, то есть осуществить фрагментами: капитальный ремонт, реставрацию и оснащения церковной утварью. Задача сложная, использовать здание как музей, а в приделах храма должна вестись служба. Собор представлял убогое зрелище. Всё обветшало: полы и стены подлежали реставрации, все коммуникации были не в рабочем состоянии, иконостасы разукомплектованы (разворованы и проданы «за Бугор»), а церковная утварь отсутствовала. Всё подлежало восстановлению! Один из новоявленных миллиардеров в знак благодарности мэру Петербурга, а тот в свою очередь хотел проявить себя в богоугодном деле, как и тогдашний, мер Москвы Ю. Лужков в создании наводила храма Христа Спасителя. Для этого собрали безработную творческую интеллигенцию разных безработных спецов. Так и я попал в команду как, бывший конструктор-дизайнер музеев союзного значения. Подобралась команда, человек тридцать, даже и артисты среди нас были (чтобы не скучно было).

Встречал нас клерк мэра в гостинице «Советская». Моложавый крепыш спортивного вида, не большого роста, со светлыми волосами. Звали его Владимир. Всё «разложил» по-деловому: – «Гостиницей бесплатной, мы вас обеспечим, а столоваться Вам придётся самим (то есть – зарабатывать на пропитание). У мэрии пока нет таких средств, прокормить такую команду. Мы можем Вам разрешить продавать здесь сигареты и напитки (дефицит) или какие либо изделия прикладного творчества (сувениры и картины)». Единственное, о чём он нас попросил – «Надо подумать, как переименовать нашу гостиницу Советская». Пока он прощался с руководством нашей команды. Экспромтом, на листке бумаги, я, написал наименование гостиницы с перечёркнутой одной буквой, и молча показал ему. Он взял листок, удивлённо посмотрел на меня и сказал – «А что, вполне возможно! Я попробую согласовать ваше предложение с мэром. Надеюсь, что вы выполните порученную вам работу так же быстро…». Идея была проста, назвать – «Светская»! Распрощавшись, он уехал, отказавшись отметить начало нашей работы, сославшись на занятость. Мы спросили у администрации, кто нас встречал. Нам сказал неопределённо – «что это: помощник мэра «по особым поручениям», водитель и телохранитель супруги мэра (которая курировала культуру, в городе). Видимо ей не удалось Вас встретить лично в связи с занятостью, и она перепоручила это В. В.» Пару лет спустя я узнал, что гостиницу действительно переименовали, но как то нелепо «Азимут в Санкт-Петербурге» Если посмотреть в энциклопедии суть этого слова, то в сочетании с названием города – это нелепица. Так чванливо назвать гостиницу могли только питерцы! Это вместо лаконичного названия «Светская». Спустя несколько лет, сидя у телевизора и смотря инаугурацию нового очередного президента, отчаянно вспоминал, где я его мог видеть ранее. Зрительная память у меня приличная, а когда сказали, что он из Петербурга. Всё стало ясно, я, когда то общался с будущим президентом РФ!

За последние сто лет не везёт с первыми лицами Государства Российского: А. Керенский – адвокат (эсер с либеральными взглядами). В. Ленин – идеолог (с его утопической идеи коммунизма). И. Сталин – диктатор (в памяти народной и создатель первой могучей социалистической страны, победивший фашизм во второй мировой войне). Г. Маленков – крестьянин (отменил «крепостное право» в СССР, и крестьяне ринулись в города). Н. Хрущёв – слесарь («начинающий реформатор» по количеству, он пытался внедрить больше реформ, чем Пётр Первый). Л. Брежнев – землемер (консерватор возглавивший «период застоя» и начавший войну в Афганистане). Ю. Андропов – техник (не удачно пытался бороться с инакомыслием и коррупцией). М. Горбачёв – прицепщик, помощник комбайнера («Горе реформатор», начал разваливать СССР и Социалистический лагерь, объединив Германию). Б. Ельцин – строитель, (окончательно развалил в СССР: промышленность, сельское хозяйство, разогнал Московский правящий клан заменив его Петербургскими и начал войну с Кавказцами). Правящий тандем В. Путин – разведчик + Д. Медведев юрист действующий и по ныне союз двух политических либеральных деятелей Петербурга. (провели успешную мини войну с Грузией тем самым дали независимость Абхазии и Осетии; присоединили Крым к России, «демократическим путём» и положили начало, само разъединению Украины и навлекли санкции всемирного сообщества на Россию).

Добрая половина перечисленных первых лиц государства, по исконно Российским понятиям – инородцы, а другая половина – простолюдины. В истину – «… кто был ни чем. Тот станет всем!».

Ни смотря, ни на что, народ России по прежнему одобряет руководство страной и всецело доверяет свою судьбу «удачному» тандему первых лиц Государства Российского.

Внедрение новых технологий

1985 г. Москва. Мне необходима операция на коленном суставе. Узнаю, что такую операцию могу сделать только в НИИО (научноисследовательский институт ортопедии), при тринадцатой гор больнице. Прихожу на собеседование. Специалисты осматривают, расспрашивают, узнают, кем работаю, и начинают такую речь: «У нас сейчас в работе другая тема, и помочь Вам мы ничем не можем. Звоните. Будет в работе Ваша тема, тогда и приходите, а лучше поезжайте за границу! Адреса и цены мы подскажем». В ответ я предлагаю: «Можно ли параллельно вашей теме продвинуть мою тему за наличные?». Они оглашают цену вопроса, которая составляет не один десяток моих месячных зарплат и повергает меня в шок. А в то время я зарабатывал весьма прилично. Профессор проводит со мной утешительную беседу, суть которой сводится к следующему: надо сделать эскизный проект оформления этажа, где они практикуют, и выполнить всё в натуре. Я даю согласие, так как деваться мне некуда. Причины для согласия весьма веские: я был «невыездной», при ходьбе мучили страшные боли, а суммы, запрошенной за операцию, у меня отродясь не бывало. Как только я с друзьями по работе сделал всё, что требовалось, профессор дал «добро» на операцию. Выделили мне койку в семиместной палате. Сделали четырёхчасовую сложнейшую операцию под общим наркозом. Сломали и выпрямили ногу, взяв из бедра надкостную ткань. Установили вертикальные спицы, зафиксировав перелом. Загипсовали ногу по пояс. Всё это они проделали принципиально без помощи аппарата Елизарова, по старинной технологии, а остальным пациентам устанавливали этот аппарат! Во время выздоровления мне невольно пришлось наблюдать на пациентах результат внедрения новых технологий.

В палате лежал один интересный мужичок, небольшого роста, жилистый и шустрый. Мы дали ему кличку «клиент». Работая на заводе в литейном цеху, он получил производственную травму ноги тяжелейший двойной перелом. Втихаря в курилке он попивал водочку и курил из двух рук папиросы одну за другой. Бюллетень за травму мужичок получал исправно в размере 100 %, возвращаться в литейный цех он не хотел, а инвалидность ему не оформляли, так как теоретически при установке аппарата нога должна была срастись. Мужичок, перекочёвывая из больницы в больницу, делал всё возможное, чтобы нога не срасталась. В НИИО ему сделали сложнейшую многочасовую операцию и установили аппарат Илизарова. Привезли его в палату, врачи ушли по домам. Как только он очухался, тут же слез с кровати и поплёлся на костылях курить в туалет, а за ним тянулся шлейф капель крови. Нянечки и медсёстры ошалели от увиденного. Нещадно ругаясь, с трудом вернули его в палату. Он выпил припрятанную чекушку водки, и после наших уговоров угомонился. Позже ночью начал стонать и материться. Прошла неделя, и его начали «мучить» в буквальном смысле этого слова. Утром и вечером разные доктора брали в руки ключ и «отлаживали» установленный на ногу аппарат. Как механик по образованию, я обратил внимание, что доктора вращали гайки ключом каждый раз то в одну, то в другую сторону. К тому же по выходным доктора были «чужие», даже не ортопеды. При этом «клиент» выл и нещадно ругался матом. Я понаблюдал, изучил процесс и поделился своими наблюдениями с бедолагами – товарищами по палате. Они не поверили! Следующим вечером мы ожидали одного из семи «врачей-мучителей» (он был небольшого роста, с усиками, как у Чарли Чаплина, и мы прозвали его «Чаплин»). Я предсказал: сейчас войдёт Чаплин, поздоровается и скажет: «Как самочувствие, ребята, у кого какие пожелания?», попросит у «клиента» ключ, который хранится у того под подушкой, и начнёт мучения, вращая ключом гайки спиц в противоположную, чем требуется, сторону. Всё произошло именно так, как я предсказал – слово в слово! Воцарилась гробовая тишина, а затем разразился неудержимый истерический хохот со слезами на глазах. «Чаплин» от испуга выронил ключ и в недоумении быстро убежал из палаты.

Утром во время обхода лечащий врач учинил допрос с пристрастием и сделал мне справедливое замечание: «Мы к тебе (к тому времени я подружился с врачом и мы перешли на «ты») отнеслись с пониманием и пошли навстречу, а в благодарность ты баламутишь больных и мешаешь врачам вести лечебный процесс. Я не позволю смешить больных, это им категорически противопоказано!» Всё это он высказал с негодованием.

После операции, которую сделали мне по консервативной технологии, боли прекратились на 15 лет, а операция, которую сделали «клиенту» по новой технологии того времени, не помогла. Видимо, по причине саботажа внедрения аппарата Елизарова. Человек остался инвалидом пожизненно.

В девяностые годы Научно-исследовательский институт ортопедии был ликвидирован. Профессор, на авторитете которого процветала «школа» неплохих хирургов, возглавил ортопедический салон по продаже сопутствующих причиндалов для инвалидов. Сегодня все спрашивают, где же наши знаменитые эскулапы? Ответ в салонах по продажам чёрте чего! Раньше они продавали, порой нелегально, свой профессиональный труд, чтобы прилично жить. Сейчас продают что попадя, чтобы выжить.

Вьетнамские страшилки

В конце восьмидесятых я принимал участие в строительстве музея Хо Ши Мина в столице Вьетнама городе Ханое. Познакомившись с историей Вьетнама, я узнал о чрезвычайной воинственности вьетнамцев.

У них существует легенда, объясняющая причину этого. В древности китайский император отослал своего самого буйного сына в отдалённую вотчину – с глаз долой. Сынок отделился и стал обижать не только своих братьев-соседей, но и остальные народы.

Присоединил множество княжеств и создал воинственную нацию, которая будоражила китайскую империю. Вьетнамцы частенько воевали не только с врагами, но и с братьями по крови. Будучи отважными воинами, они на протяжении веков не знали поражений и создали мощное государство.

В новой истории колониальные страны пытались поработить Вьетнам, но это ими не удавалось. Вьетнамцы справились с французами и даже с американцами, которые были «впереди планеты всей!». Тех и других после продолжительного сопротивления они прогнали со своей территории. Изощрённую и безжалостную войну вьетнамцы вели коварными приёмами, непривычными для других цивилизаций. Приведу несколько примеров (информация получена мною из вьетнамских источников, поэтому я не несу ответственность за неточности и не стыковки).

Война с Францией на севере страны. После ожесточённого сопротивления вьетнамцы вытеснили основную массу французов в неприступный форт. Взять его прямой атакой, даже всеми имеющимися силами, было невозможно. Форт – это город на возвышенности среди рисовых полей и болт, огороженный высокими и мощными бетонными стенами. К нему со всех сторон пристроены дамбы, по которым круглосуточно снуют машины, мотоциклы и велосипеды. Дамбы тщательно заминированы и охраняются блокпостами. Но, несмотря, ни на что, вьетнамцы взяли этот форт за сутки, не имея даже вертолетов. Произошло это так.

Война вступала в свою завершающую стадию. На очередном митинге вождь вьетнамцев заявил, что в течение суток рухнет главный оплот колонизаторов – неприступный форт, и, как ни странно, форт капитулировал за 48 часов. Однако предварительно была проделана длительная и тщательная подготовительная работа.

Наши метростроевцы помогли вьетнамцам построить подземный туннель для рикш и соединить его с подземной частью города, где в кустарных мастерских «на коленях» сваривались облегчённые танки. Изготовлено их было не больше десятка. Сборку корпусов производили бытовым газом и серебряной проволокой. Под стены форта с четырёх сторон была заложена взрывчатка. Доставляли её солдаты – «болотники». Солдат, имея запас пищи в виде фляжки с рыбным составом (типа рыбьего жира), мог находиться под водой в рисовых чеках значительное время, дыша через бамбуковою трубку и не высовываясь из воды. Когда подготовка была закончена, вождь произнёс свою историческую речь, после которой прогремел мощный взрыв, стены с разных сторон форта рухнули и туда хлынули солдаты – «болотники». Из подполья выскочили танки и стали носиться по городу, наводя ужас, сея панику и расстреливая опорные посты с тыла. Французам ничего не оставалось, как объявить капитуляцию и в 48 часов покинуть форт. С тех пор это день считается праздничным! Все эти события были зафиксированы кинохроникой. Было ужасно смотреть, как безмятежный город превратился в кромешный ад!

Расскажу ещё об одном эпизоде войны с французами, как-то связанным с Россией. Меня и товарищей в выходные дни везут купаться на «Царское озеро» по бесконечной дамбе через городишки и посёлки. Приглядываюсь к вывескам, некоторые написаны кириллицей, и можно кое-что прочитать. Во многих местах то и дело мелькает «… имени А. Матросова…». Мы просим переводчика остановиться и ознакомить нас с производством за глухими воротами. Нашу просьбу выполняют. Оказывается, что это типовая, современная по тем временам, фабрика по производству бройлерных лягушек. Я мог уверенно сказать, что фабрика современная, потому что недавно оформлял ДК бройлерной фабрики в Союзе и был знаком с аналогичным производством. Разница была только в том, что эти животные (громадные лягушки весом около килограмма) постоянно находились у воды или в воде.

Нас пригласили пообедать. Приветливые вьетнамцы любят хорошо покушать и выпить. Правда, они пьют понемногу, но часто (в результате выходит не меньше нашего), и закусывают множеством блюд. В меню вошло блюдо, которое наши люди обозвали «Царевна-лягушка». По вкусу оно напоминало речную рыбу и курицу одновременно. Далеко не каждый россиянин может освоить этот продукт. Мы спросили у руководства, почему фабрика имеет такое название. Вот что нам рассказали.

Во время войны с французами было много дзотов, которые невозможно было взять, и были случаи повтора подвига А. Матросова. В сельском хозяйстве, если нужно было накормить лягушек, то стучали по кувшину, и те на стук направлялись к кормушке. Кто-то и предложил откармливать лягушек под звук автоматной очереди, а перед боем добавлять в корм наркотики. Дальше всё просто. Солдаты на велосипедах подъезжали по дамбе как можно ближе к дзоту и выпускали множество лягушек в рисовые чеки. Затем провоцировали противника на стрельбу из дзота, и лягушки подбирались к дзоту. Начинался бой с непрерывными очередями из дзота. Лягушки, одурманенные и проголодавшиеся, набрасывались на амбразуру, и стрельба заканчивалась. Французских солдат отправляли в лагерь для военнопленных, живых животных – в откормочный пункт, а убиенных съедали – не пропадать же добру!

Американцы тоже потерпели сокрушительное поражение, ввязавшись в дела Вьетнама. Как только ушли французы, тут же появились американцы (свято место пусто не бывает) и начали устанавливать свои порядки: натравили Юг страны на Север и стали воевать на стороне Юга (то есть на стороне королевской династии). На вершину военной пирамиды водрузили доллар (смотри долларовую купюру). Военные действия во Вьетнаме вынудили США объявить всеобщую мобилизацию. Молодежь воевать не хотела, в армию набирали наёмников, а все, кто мог (призывники), уезжали за границу.

Я сам общался с американскими парнями, которые годами жили на курортах Пицунды в СССР. У них там был свой магазин, фитнес и бар (всё за доллары). При них постоянно были девицы (они предпочитали хохлушек). С уверенностью могу сказать, что парни жили там годами, потому как, приехав в командировку наследующий год, общался с теми же парнями, и их (дезертиров) становилось всё больше. Когда одни парни отдыхали, другие гибли частенько страшной смертью. За применение напалмовых бомб, гангренозных гранат и испытание химического оружия на мирном населении вьетнамцы американцев ненавидели и, в случае пленения, расправлялись с ними варварски. Деятельность по пленению американских солдат была поставлена на поток по принципу «товар-деньги-товар». На каждую вещь и оружие была своя цена, даже на солдата США. Живой – 10 долларов, фрагмент тела (ухо с солдатским жетоном) – 7 долларов. Бизнесом по отлову солдат занимались не только военные, но и крестьяне. Уничтожив лишь одного солдата, семья вьетнамца могла просуществовать месяц. Для поимки солдат устраивались хитроумные ловушки.

Например, крестьянин-пчеловод отлавливал рой диких пчёл, кормил их соком банановой патоки с нервнопаралитическим ядом и раскладывал по коробкам, к каждой коробке прикреплял коробку с домашним голубем. Устанавливал коробки и натягивал леску в тех местах, где могли пройти солдаты США. Идёт солдат и задевает леску; открывается «Ящик Пандоры»; озверевшие пчёлы вылетают на волю, а голубь летит к хозяину. Достаточно одного-двух укусов, чтобы солдата парализовало на какое-то время. Оставалось только забрать его и на велосипеде довезти до пункта приёма военнопленных. Если не представляется такой возможности, крестьянин забирает амуницию, отрезает ухо, а ещё живого солдата сбрасывает в воду или оставляет в джунглях.

При допросах военнопленных порой применяли древнекитайскую казнь. В истории России периода татаромонгольского ига казни были тоже достаточно жестокими: непокорным князьям ломали позвоночник (чтобы тот до конца своих дней был обездвижен), кого-то сажали на кол, а воинам противника отрубали голову. У себя в ханстве провинившихся единоверцев сажали на бамбук (бамбук при большой влажности и температуре растёт до 5 см. в сутки), и он запросто прорастал в человека. Вьетнамцы порой практиковали такую казнь, отсняли её, а фотографии показывали пленному солдату, от которого было необходимо получить информацию, и тот, седея от ужаса, рассказывал всё, что знал и не знал. Одна из фотографий казни была ужасной. На ней изображен солдат, сидящий на земле, а через него пророс бамбук. Может быть, кто-то видел на юге или в джунглях, как одно дерево прорастает сквозь другое, и из одного ствола выходят две ветви с разной листвой. Это было что-то подобное: симбиоз человека и бамбука – ужас!

Вьетнамцы настолько «озверели» в результате войн, что и к своим коммунистам – одно партийцам в мирное время, после войны, применяли аналогичные казни, производя чистки рядов партии от «врагов народа», копируя нашу прошлую печальную историю. С той лишь разницей, что вьетнамцы творили суд принародно на площадях, а наших «врагов народа» судили «тройки» и расстреливали втихаря.

Мне рассказывал однокурсник, демобилизованный офицер, как у нас расстреливали заключённых. В одной из казарм НКВД в центре Москвы был «расстрельный коридор», по которому на первом плане двигалась мишень, имитируя идущего человека; солдаты периодически с приличного расстояния отстреливали её; позади, когда надо, проходил осужденный, и солдаты не ведали, что они расстреливают живых людей. Самое страшное, что США развязывают братоубийственную войну на Украине по строго отработанному сценарию войны во Вьетнаме. Их цель – ослабить экономическую мощь России и Евросоюза, пользоваться ресурсами Украины. Конечно, они знают, что гибнуть будут не только военные, но и мирное население. Поставив войну на службу бизнесу, США не считаются ни с какими людскими потерями, даже со своей стороны. Богатенькие граждане США воевать не будут, а вольнонаёмные застрахованы, и им будут отрезать уши, чтобы доказать страховой компании, что солдат погиб. В свою очередь, страховой компании даже выгодно участвовать в выкупе попавших в плен наёмников, лишь бы не платить страховки. У вольнонаемных же одна цель – выжить и не погибнуть «без вести», иначе семья не получит страховки.

Самое печальное, что коренное население Украины будет гибнуть «за Родину» и за «того парня», который занимается бизнес США. США отлично знают, что они проиграют кампанию, но с минимальными потерями и оптимальной выгодой. Они воевали в Вьетнаме до тех пор, пока у них не возникло общественное движение против войны. Всего США воевали во Вьетнаме около 15 лет.

Представьте, что будет, если война на Украине продлится 10 лет! Остановить это безумие очень сложно и возможно только совместными усилиями Украины, Евросоюза и России! Другого пути нет, и не может быть.

Вор в законе (Против притчи не поспоришь.)

Моя профессия обеспечивала мне широчайший круг общения. Имел честь быть знакомым и с президентами, и с рабочими высочайшего уровня профессионализма. Иногда в этот круг судьба затягивала странных, необычных людей. Например, была встреча с моим близнецом по дате рождения (см. рассказ «Астрологические близнецы»). Поведаю о человеке, знакомство с которым навело меня на интересные размышления и всколыхнуло много воспоминаний.

Я находился уже в пенсионном возрасте. Возникла необходимость в замене сустава, и я оказался в больнице. Соседом по палате был человек моего возраста с таким же диагнозом. Одновременно мы проходили подготовку к операции, саму операцию, реабилитацию. Почти полуторамесячное общение сблизило нас. Общей оказалась не только болезнь, но и воспоминания о юности. Оба мы были из Москвы, из многодетных интеллигентных семей, у обоих отцы пропали без вести на фронте и, как результат – безотцовщина со всеми вытекающими последствиями. Совпало даже второгодничество, «подворотня», приводы в милицию. С 17-ти лет совпадения прекратились, и жизни наши пошли в разные стороны. Я начал много и тяжело работать, дослужился до высшего профессионального уровня в своей сфере деятельности; он же, по воле случая, загремел в детскую колонию. Виной его была всего-то драка с «ножичком». Жизнь начала мотать его, как на качелях: заключение-свобода, опять заключение и т. д. Результат – он стал вором в законе. Каждый из нас мог оказаться на месте другого, но судьба распорядился так, как ей было угодно.

Сосед оказался человеком интересным, приятным в общении: начитанный, рассудительный, хорошо играл в шахматы и карты. Но внешность у него была неприглядная – весь в наколках с головы до пят. Когда врач его осматривал, вся лечащая братия сбегалась посмотреть на «живопись». Странно, но он стеснялся и просил посторонних выйти. Смысла татуировок мы не понимали, он же утверждал, что в них вся его «трудовая биография» и «профессиональные достижения». Был он, видимо, честолюбив, не любил проигрывать, но победителя уважал. По его манере вести беседу я понял, что он склонен уходить от конфликта: чувствует логику собеседника и вовремя прекращает разговор, и умело предугадывал следующую фразу разговора. Нецензурных выражений практически не употреблял даже для «красного словца», в отличие от меня.

Семьи у него не было, однако он усыновил мальчика, по его словам, за деньги. В то время его приёмный сын учился на третьем курсе технического вуза. Я помогал соседу писать для сына курсовую работу. Братва, навещавшая его, приносила специальную литературу. Как ни странно, сосед обладал техническими познаниями. Общаясь с ним, я лишний раз убедился, что профессионалы бывают в каждом деле. А он, видимо, был профессионал, к тому же востребованный. Из больницы его раза два увозили на «разборки» и «стрелки» в качестве консультанта. За каждый выезд он получал не менее четырёхсот долларов. За время нашего знакомства я ни разу не слышал из его уст сожаления о прожитой жизни. По статусу ему полагалось охрана, и она была у него даже в больнице. Я это понял сразу.

Дело в том, что у меня был опыт общения с персонами, имеющими телохранителей. Приведу три случая из моей жизни за всю мою трудовую деятельность. Первый. В качестве главного конструктора я создаю выставку, которую курирует член Политбюро КПСС Кириленко (в лицо я его не знал). На стройке он появился инкогнито без охраны и стал выуживать информацию о реализации выставки. У меня был принцип «начальник моего начальника – не мой начальник!» Так как мне было приказано не выдавать никакой информации конкурентам, я послал его к своему начальству и стал выдворять со стройки. Тут же, откуда ни возьмись, появились двое мужчин и, скрутив меня в «конверт», провели со мной «разъяснительную» работу, а позже меня чуть не уволили со службы. Второй. Принимаю участие в создании выставки «250 лет Академии наук» в качестве главного конструктора. Меня угораздило вступить в конфликт по техническому вопросу с куратором выставки, и.о. президента Академии наук (он был пожилой дядечка). На одном из совещаний я вступил с ним в пререкания, он, не имея аргументов, перешёл на личности, стал критиковать мою прическу а-ля – Битлз. От чрезмерного волнения ему стало плохо. Тут же двое мужчин вывели меня из зала и начали запугивать: «Если с ним что лучится, Вам несдобровать!» Меня не отпускали, пока он не пришёл в себя. Кроме того он выяснилось, что без меня выставку открыть будет сложно. Меня отпустили и убедительно попросили с ним не спорить.

Третий. Уже в новой России мне пришлось общаться с крупным дельцом, который открыл модное молодёжное кафе в Москве, будучи кандидатом в президенты. После выборов, он хотел поговорить со мной как с главным дизайнером на предмет открытия ещё сорок таких же кофе. У него была двойная охрана. Первая – милиция с оружием, а вторая (разрешённая бывшим московским мэром) – наёмники с автоматами «Узи». Меня тщательно обыскали и попросили открыть сумку. Мне было противно, что меня обыскивают, как последнего фраера. Я отказался, и они доложили боссу. Он встал, подошёл к моему столику и поздоровался за руку. В беседе, когда я попытался открыть сумку и что – то ему показать, тут же подскочила охрана. Он жестом их урезонил.

Охрана у моего соседа по палате была своеобразная: люди, имеющие вид мед братьев, совсем на них не похожие; посетители, приходящие к нему в любое время; врачи, смотрящие ему в рот, выполняющие все его желания и прихоти. После выписки из больницы мы никогда больше не общались. Я дал ему свой мобильный телефон, но звонка не последовало. Для конспирации он пользовался пейджером, а я не люблю писать смс, предпочитаю личное общение «с глазу на глаз».

Сравнивая наши жизни, я пришёл к печальному выводу. Он всю жизнь воровал, наносил ущерб государству и людям. Я всю жизнь много и тяжело работал, приносил только пользу. Он прожил жизнь и в тюрьме, и на воле безбедно; находясь в пенсионном возрасте, мог сам оплатить дорогую операцию. Я же вынужден доживать на нищенскую пенсию, и операцию сам оплатить не могу. Вывод: что-то в нашем государстве не так!

В России воровали всегда. Но и при «проклятом царизме», и при «советах» государство на уровне закона и общество на уровне светской и религиозной морали строго осуждали воровство. На уровне правоприменительной практики, конечно, были отклонения, но, в общем, государство стояло на страже закона.

В современной России воровство расцвело махровым цветом. Структура воровства имеет вид пирамиды.

Верхушка: власть предержащие и олигархи. Им закон не писан, они сами пишут закон! Написанные ими законы позволяют законно грабить страну и население. То приватизацию объявят, то дефолт организуют, то налоги повысят, то Стабфонд в США разместят, то рубль «опустят» – всё по закону!

Средняя часть пирамиды: чиновники среднего звена, судейские, полицейские, воры в законе и т. д. Они воруют, пока им разрешает верхушка. Периодически и эпизодически их наказывают как для их устрашения, так и для успокоения народа (ниже я приведу притчу на эту тему).

Нижняя часть пирамиды – все остальные воры, масштаб деятельности которых широк, но мелок. Здесь много случайных людей, которые воруют по нужде. Вот их-то в основном ловят и сажают.

Самое страшное случается, когда воры «не под законом» из разных стран начинают разборки с применением армий (локальные войны), как сейчас происходит на Донбассе.

Размышляя о наказании за воровство, я вспомнил старую притчу.

Многодетный вор пошёл на каждодневную работу – грабить зажиточных горожан, но произошла оказия. Залезая в окно чужого дома, он поскользнулся, ступив на подоконник, и грохнулся о землю, поломав себе ноги и рёбра. В большой семье не стало кормильца. Нищета пришла в дом. Земляки, как могли, стали поддерживать нищенское существование семьи вора. Вор пошёл к правителю искать справедливости. Правитель провел надлежащее расследование, убедился, что человек шёл на повседневную работу и получил увечье, а семья лишилась кормильца. Вызвал архитектора дома, с которого грохнулся вор, и обвинил его. Архитектор переложил вину на прораба. Прораб заверил правителя, что он всё сделал по картинке, и переложил вину на каменотеса, который тесал подоконник и всё сделал не так. Каменотес стал утверждать, что он обтесал камень строго по рисунку, но только отполировал поверхность, чтобы легче было убирать пыль с подоконника. Хотел – как лучше! Правитель распорядился наказать каменотёса, чтобы никто не смел, принимать самостоятельных решений. Казнь назначили в праздничный день принародно. Когда на виселице палач стал надевать каменотёсу петлю на шею, она оказалась мала, так как у камнетеса была слишком большая голова. Произошла задержка в исполнении приговора, и правитель возмутился. Ему рассказали о причине неисполнения приговора и спросили, что делать? Правитель принял решение: взять из толпы кого угодно и повесить, чтобы правосудие свершилось, ведь народ ждать не любит!

В СССР законы о наказании за воровство были гораздо жёстче, чем сейчас. Утверждаю это на основании личного опыта. В 35 лет мне довелось работать народным заседателем в суде вместо постоянного заседателя, ушедшего на сессию в вузе. Необходим был человек моего возраста, беспартийный. Телефонное право процветало. Приказы и инструкции выполнялись неукоснительно.

Относительно партийных чиновников существовала следующая инструкция. Если чиновник украл менее пятидесяти тысяч рублей (доллар в то время официально стоил меньше рубля), но был ценным работником (его предприятие выполняло и перевыполняло план), то партия брала наказание на себя. Ему объявляли строгий выговор, снимали с должности и подыскивали другую работу, зачастую более высокооплачиваемую, чтобы он «от нужды» не воровал! Если дело все же попадало в следственные органы, а провинившийся «дорогу начальству не перебегал», то дело всячески спускалось на тормозах. Если же провинившийся с начальством не делился, то его осуждали на минимальный срок с конфискацией имущества. Если чиновник своровал более пятидесяти тысяч рублей, то его не могла спасти даже партия КПСС. Наказание было жестокое, вплоть до расстрела. Конфискация имущества проводилась не только у осуждённого, но и у родственников. Осуждённый лишался даже орденов и наград. Сейчас конфискацию применяют очень, редко, да и сроки заключения невелики. Тем самым поощряется воровство, казнокрадство и мошенничество. Хотелось бы надеяться, что рано или поздно разберутся с наказанием за эти пороки и законы станут справедливее. Наше поколение старцев с малолетства жило почти по воровским законам. Очень многие прошли через колонии и тюрьмы. Нынешнему поколению надо начинать с себя. С малолетства не брать и не присваивать чужого! Блюсти заповедь «НЕ УКРАДИ».

Воспоминание о фестивале 1957 года

Пировали – веселились, подсчитали – прослезились.

В конце пятидесятых в СССР случилась «оттепель». После критики культа личности Сталина ослабло идеологическое давление, слегка раздвинулся «железный занавес». Символом этих перемен было грандиозное событие международного масштаба – Фестиваль молодежи и студентов. Проходил он в Москве летом 1957 года. Город привели в относительный порядок: подлатали дороги, покрасили фасады, одним словом, устроили «потёмкинские деревни». Шутка ли, приедет более тридцати тысяч иностранцев одновременно! Спецслужбы и милиция стояли «на ушах». Необходимо было всеми средствами предотвратить массовое общение народа с гостями. К организованному общению допускались проверенные члены ВЛКСМ и КПСС. Мне в то время было 16 лет, комсомольцем я не был, но принять участие в таком событии очень хотелось. И мне это удалось, правда, нелегально и недолго. Опишу два эпизода.

Эпизод первый – визуальное общение с участниками Фестиваля. Оно произошло, когда мы, послевоенные мальчишки, забравшись на крышу двухэтажного дома, расположенного на кольцевой дороге, глазели на вереницу открытых грузовых машин, везущих делегатов. Москва к тому времени ещё не совсем пришла в себя после войны. Народ был хмурый, одежда плохая, тёмных цветов. Автомобили, как правило, были или цвета хаки (грузовые), или чёрные (для чиновников высокого ранга). Частных авто были блёклых цветов, а более яркого цвета было мало. А тут мы увидели буйство красок: длинные отечественные грузовики марки ЗИЛ с прицепами, окрашенные в яркие цвета; стоящие в них молодые, ярко одетые в шикарную одежду люди разного цвета кожи, с весёлыми, открытыми лицами. Там даже были негры с рыжими волосами. Контраст был шокирующим! Лёжа на крыше и потягивая «бормотуху», мы любовались зрелищем и рассуждали, что могли бы делегаты просто пройти колонной (как на праздничных демонстрациях), так как проезд на автомобилях, наверное, дорого обошёлся властям, но им был необходим такой караван машин, для предотвращения «всеобщего общения народов».

Второй эпизод – участие в «Девичнике», который состоялся в ЦПК им. Горького и собрал девчат со всего света. Участие происходило весьма оригинально! Я, красивый молодой человек, пришёл к парку вместе со сверстниками, желая познакомиться с какой-нибудь иностранной девушкой, желательно мулаткой. Мы попытались попасть на празднование ходами, известными нам из опыта проникновения на зимний каток, минуя большую очередь, охраняемую конной милицией. Все наши попытки были тщетны. Парк охранялся двумя кордонами милиции. Первый, наружный, – это милиционеры и «топтуны» мужского пола. Второй – кордон с внутренней стороны за высокой решётчатой оградой – это девчата-милиционерши с обалденными причёсками и крохотными пилотками, в парадной форме. Пацаны упорно ждали окончания праздника, когда девицы валом станут покидать парк, а между делом до полуночи продолжали попытки проникнуть за ограду. Милиция нас отлавливала и выдворяла за территорию парка, а если повторно кто-то попадался, то его избивали, а позже сообщали по месту учёбы или работы. В ватаге страждущих пацанов доходило до того, что симпатичных мальчишек переодевали в спортивную форму, подкрашивали им губы и помогали проникать в парк. Самое сложное было миновать ограду через служебный вход. Моя попытка проникнуть в вожделенный рай, миновав кордоны, оказалась удачной. Попав в парк, я стал примыкать к большим группам русскоязычных девчат и «вливался» в коллектив, но если со мной кто-то пытался познакомиться, делал вид, что ничего не понимаю. Приходилось прибегать к конспирации и привыкать к обстановке. Первое, что я сделал, – это хорошо «заправился», так как там была бесплатная выпивка и жрачка. «На халяву» можно было попить пунша или сухого вина и закусить бутербродами с икоркой и копчёной колбаской. Снедь располагалась на длинных столах, установленных прямо у края газона вдоль дорожек из красной кирпичной крошки. «Девичник» гудел, как разворошённый улей. Многие девчата были одеты в полуспортивные наряды с национальной красочной символикой. Разбившись на группы, они развлекались, как могли: одни пели песни типа «Подмосковные вечера», другие что-то бурно выясняли, третьи во что-то азартно играли. Многие были выпивши. Я наблюдал несколько свар, которые разнимали милиционерши. Дрались девчата, как женщины из ВДВ. Меня конкретно поразило, что некоторые пары девчат уединялись в кусты и мило общались друг с другом вплоть до поцелуев: не то учились, не то целовались по серьёзному. Это я видел, пожалуй, первый и последний раз за все прожитые годы. Удалось мне погулять по парку недолго – чуть более получаса. Меня выследила симпатичная милиционерша (видимо, по походке), вежливо попросила покинуть парк, проводив за территорию, где меня уже встречали милиционеры. Допросили, составили протокол и отпустили. При этом выспрашивали об обстановке на «Девичнике» и просили о влюблённых парочках не распространяться. Я не придал просьбе значения, но когда рассказал парням, что девицы лапали друг друга и целовались, мне никто не поверил и, мало того, меня высмеяли. Но ведь я видел это своими глазами!

Общее впечатление о Фестивале было у меня удручающее. Возможно, потому, что я не видел самих культурных и спортивных мероприятий. Но к своим шестнадцати годам уже кое-что в жизни повидал и кое-что понимал! Фестиваль мне казался пиром во время чумы. Кругом разруха, бездорожье и кое-где ещё «голодные времена» (особенно в деревнях), а тут многомиллионные затраты за счёт народа. В 1957 году наступил срок выплаты по займам. Население, которое «добровольно – принудительно» вынуждено было десятилетиями покупать облигации, надеялось на возвращение денег. Увы! Весной правительство перенесло срок выплаты на двадцать лет, якобы по «предложению трудящихся». Вот на какие денежки провели Фестиваль!

У мировой общественности впечатление осталось хорошее, СССР умел пустить пыль в глаза! Несмотря на попытки спецслужб предотвратить несанкционированное «общение народов», оно всё же состоялось, и весной 1958 года появились на свет его плоды – цветные «дети фестиваля».

С тех далёких лет мало что изменилось в отношении Российского государства к своему народу: по-прежнему за народные деньги проводятся помпезные мероприятия, а насущные потребности отодвигаются на второй план.

Две минуты славы за всю жизнь

Минута первая

Далёкий 1954 год. Я, проживающий в Москве тринадцатилетний подросток, чувствую себя полноправным участником послевоенной жизни. Лето провожу в пионерском лагере в селе Игуменки Калининской области (ныне г. Калинину возвращено название Тверь). Лагерь расположен на холме в сосновом бору. Деревянные домики, брезентовая палатка для персонала, линейка с трибуной и флагштоком. Забора нет. Слева от холма – заброшенное кладбище с разрушенной церковью, далее – санаторий «Нефтяник». Ниже – футбольное поле, за ним затоны могучей реки Волги. Простор и благодать!

Жизнь течёт размеренно: утром и вечером построение на линейке с подъемом и опусканием флага, военные и невоенные игры, занятия в различных кружках. Есть даже кружок бальных танцев и кружок игры на гитаре. Бесконтрольность поведения ограничена только устным обещанием: «Клянёмся, что будем вести себя достойно!». Клятву, конечно, нарушали, совершая необдуманные поступки. Всё бы ничего, да тут приключилась беда. Воскресенье. Родительский день. К кому-то приехали родители, к кому-то нет. Разгар лета, погода прекрасная. Поочерёдно отрядами заходим в реку для купания. Место купания огорожено буйками. Играем в воде с подныриванием и задержкой дыхания «кто кого пересидит под водой». Родители, в основном женщины, на берегу бухают и поют полублатные песни типа «Мурки». Мужиков почти нет (всех поубивали на войне, моего отца тоже), да и те, кто приехал, ушли в магазин. По берегу ходит туда-сюда пожилая женщина – инструктор по физкультуре и как бы следит за нами. Уследить трудно, так как нас много. Она считает головы и вдруг начинает отчаянно свистеть в милицейский свисток, выгоняя нас из воды. Не досчиталась одной головы! Все быстро выходят из воды, берутся за руки «единой цепью». Начинается паника. Выясняется, что утонул мой ровесник, сосед по палате. Я же остаюсь в воде, крича и плача, объясняя взрослым, что я знаю, где он нырнул, и что я могу его достать. Его мать пытается броситься в воду, но ее не пускают. Я продолжаю упрямиться и настаивать на своём. Инструктор обращается за разрешением к моей матери. Мама дает согласие, так как знает мои возможности. Каждое лето, с четырёх лет, я проводил в деревне на реке Воронеж. Прыгал с моста, круч, вётел, запросто проныривал под водой реку в узких местах. Я знал, что в случае чего утопленников вытаскивают за волосы. Пацанов в то время стригли коротко, и все опасались, что я не справлюсь и тоже утону. Течение было слабое, но только со второго раза мне удалось уже за буйками поднять товарища на поверхность. Когда его вытащили на берег, он уже не дышал. Инструктор проколола ему булавкой язык и, вытащив его изо рта, стала делать искусственное дыхание. Не сразу, с большим трудом ей удалось вернуть его к жизни, после чего он был увезен в Москву. Вечером, как обычно, было построение на линейке. Все стояли в пионерских галстуках и комсомольских значках, а я стоял крайним и без галстука, так как не был пионером. К поднятию флага меня по этой причине не допускали, хотя могли бы, ведь за две смены в лагере я совершил несколько достойных поступков. А пионером я не был потому, что был дважды второгодником.

Для объяснения причин этого явления допущу отступление от рассказа. Впервые я остался на второй год в третьем классе. Причина была трагикомическая. Обучаясь грамоте, я параллельно учил читать девяностолетнюю бабулю. Она была человеком истово верующим, расписывалась крестом. Обучение я проводил с помощью «Библии для детей» дореволюционного издания со старой орфографией и буквой «ять». В результате по русскому языку получил за год твердую двойку. Пересдать не смог, так как бабуля заболела, и я ухаживал за ней перед смертью, больше было некому. Еще раз я остался на второй год в шестом классе. Тут причины были тоже веские: кружки в доме пионеров, подворотня, голубятня, игра в карты на деньги и приводы в милицию. Однажды за майские праздники я выиграл около четырехсот рублей. Сумма по тем временам значительная, ведь средняя зарплата была примерно сто рублей. Меня пасли «шестерки», которые и отобрали выигрыш, оставив денег только на ящик мороженого для угощения моих друзей. Одним словом, я был: шпана, картежник и второгодник.

Но вернусь к своему рассказу. Слава впервые осенила меня своим крылом: я вызван был на трибуну (Пионерской Линейки), чтобы опустить флаг. Старший вожатый произнес небольшую речь о моем подвиге, все ребята зааплодировали мне целую минуту, а физрук расцеловала меня со словами – «ты мой спаситель!». Я не понимал, ведь спас-то я не её, а своего товарища. После этого события девочки начали поглядывать на меня с интересом. С одной из них, рыжей, постарше меня, я даже робко поцеловался. Вскоре, однако, меня с оказией отправили домой, так как я неоднократно самовольно убегал купаться на Волгу.

В городе мои водно-подводные приключения продолжились. Я с друзьями ходил купаться на Москву-реку. В городской черте вдоль берега были устроены купальни для детей и взрослых. Детское отделение имело глубину 0,9 м, взрослое – полтора метра. Мы затеяли игру в «колдунчики» и «прятки». Решётка между взрослым и детским отделениями была наклонена, и я решил поднырнуть под нее и спрятаться в детском отделении. С другой стороны детского отделения решётка оказалась глухой. Нырять назад под решётку я побоялся, так как вода была чересчур тёмная. Оставался один выход плыть под настилом купальни к большой воде. Но я не учёл, что там тоже было ограждение и подныривать надо будет еще глубже. Плывя под настилом, стукаясь головой об бочки и брусья, глотая грязную воду, я, как в цветном кино, ярко вспомнил своих родных и всю свою короткую жизнь. Наконец мелькнул просвет между стропилами и бочками. Теряя сознание, рванулся туда и вынырнул на поверхность. Я находился под настилом купальни за решёткой из дубовых брусьев. Зрелище, видимо, было не для слабонервных: с головы текла кровь, изо рта шла пена с мутной водой, руки вцепились в решётку. Ребята мне помочь не могли. Из заточения меня выпилили взрослые. Обработав рану йодом и, даже не сделав укол от столбняка, отпустили домой. От мамы я свои экстремальные приключения скрыл, в результате чего заработал общее заражение крови и сорок уколов. Находился долго на грани жизни и смерти. Ещё месяц потом ходил в шлеме из бинтов на голове, за что пацаны дразнили меня летчиком-испытателем. Чудом остался я жив, страшно представить, что утони я под бочками, пропал бы без вести, как мой отец на фронте. Вот таким образом я побывал за короткое время в роли спасателя и в роли утопающего. Но, утопая, спас себя сам. Может быть, это повлияло подсознательно на мой характер. После таких событий я стал учиться в школе «на хорошо», а закончив учёбу в ВУЗе, защитил диплом «на отлично», и мою дипломную работу отправили на всесоюзный конкурс дипломных работ и мне предложили учиться в аспирантуре. Я отказался и об этом никогда не жалел.

Парень, которого я спас, вскоре переехал в другой дом, виделись мы редко. Судьба его складывалась поначалу более чем удачно: окончание института с отличием, женитьба, рождение сына. При редких встречах, поигрывая в преферанс и попивая пивко, он хвастался своими успехами и всегда горячо благодарил меня за спасение. Но постепенно все у него разладилось: он развелся, стал выпивать сверх меры. Тон его речей при наших дальнейших встречах изменился: «Зачем ты меня спас…, мне положено было умереть…, у меня в этой жизни ничего путевого не получается…, я всем доставляю одни неприятности…». Под свои тирады он подводил то философскую, то религиозную базу о каком-то «вхождении в смерть». Приводил пример, что в Китае за спасение утопающего была положена смертная казнь, как за «вмешательство в судьбу человека, которой распоряжается Всевышний…». Мне было горько и обидно это слушать. Его упреки меня достали, и я перестал с ним общаться. В его тирадах, возможно, была какая-то правда. Но ведь и ему и мне судьбой был дан «второй шанс». А кто как им воспользовался, показать могла только дальнейшая жизнь.

Минута вторая

Самый разгар распада СССР. Но Художественный фонд еще проводит работы за границей, реализует различные проекты. Один из них успешно завершён. В нем участвовали многие заводы Авиапрома, все комбинаты Художественного фонда, РФ творческая группа весьма значительных и выдающихся художников: монументалистов, скульпторов и дизайнеров. Я участвовал в качестве ведущего конструктора – дизайнера от Художественного фонда. По случаю успешного завершения работы творческая группа организовала в московском ресторане «Пекин» банкет на сто персон. Участники творческой группы должны были явиться с супругами, остальные приглашенные – без супруг и подруг. На подобные мероприятия я, как правило, ходил один, считая, что мой дом – моя крепость. Но тут пришлось идти с супругой. Нас, пять супружеских пар, посадили в отдельные кабинеты при общем зале. Началось застолье. К нам подходили многие и рассказывали супруге, какой я хороший. Тамадой был главный художник объекта. С байками и эпизодами реалий он представлял каждого и рассказывал «кто что натворил». Дойдя до моей персоны, рассказал, какой я «генеральный и гениальный». Вдруг все встали и, не сговариваясь, начали аплодировать и скандировать мою фамилию. Продолжалось все это более минуты. Мы с супругой были так ошарашены, что и не знали, куда деваться. На нас было обращено всеобщее внимание. Слава во второй раз осенила меня своим крылом. Учитывая вышеописанные обстоятельства, точнее было бы сказать, что она обрушилась мне на голову.

Перед супругой мне пришлось оправдываться и доказывать, что похвалы преувеличены. Но она долго со мной не разговаривала. Видимо, была обижена за то, что я скрывал от нее такую важную и интересную часть своей жизни. Ведь мы так долго прожили вместе в однобрачии, а она, оказывается, не знала «с кем связалась». Но размолвка с супругой – полбеды. Вместе со Славой, как оказалось, на меня обрушилась Зависть. Раньше у меня был горький опыт общения с Завистью. Сделаю опять отступление от течения рассказа.

Времена Андропова. Все живут по инструкции сверху, реже – по закону. Для оформления сына в детсад надо было представить справку о зарплате с официального места работы. Я и предъявил ее на 850 рублей. По тем временам для простого конструктора это была немыслимая сумма (средняя зарплата в то время составляла около 200 рублей). И началось нечто для меня непонятное. Одевался я скромно, а бабульки у подъезда меня почему-то стали разглядывать. Мужики из нашего дома и гаражей стали меня сторониться. Ни пообщаться, ни выпить, (когда на душе скверно) – просто беда. Видимо, по «сарафанному радио» распространился слух о моих доходах, и завить – змея зашипела за моей спиной. Вернусь к рассказу. После минуты славы на банкете Зависть зашипела у меня на работе. Тут я понял, что Слава и Зависть – это двойная беда. Сослуживцы считали, что воспользовавшись своей Славой, я могу получать более выгодные заказы и участвовать двойная беда. Сослуживцы считали, что воспользовавшись своей Славой, я могу получать более выгодные заказы и участвовать в технических и художественных советах. Они не верили, что общественная работа, дающая известность, мне абсолютно не нужна и даже неприятна. Коллеги по работе и основная масса художников – оформителей, с которыми я раньше плотно сотрудничал, начали меня сторониться. На небольшие работы меня не приглашали. А представители художественной элиты («творцы великолепных дворцов»), которым я помогал реализовывать порой экстравагантные проекты, на небольшие работы меня не приглашали. За минутой Славы пришли трудные времена, а тут ещё «перестройка – будь она не ладна. Работы стало мало. Гонимыми стали в основном профессиональные люди, а завистливые бездари полезли из всех щелей.

Слава и Зависть – сплошные неприятности!

Долгожители

В девяностые, когда я сам был уже в пред пенсионном возрасте, мне посчастливилось неоднократно общаться с тремя долгожителями, гражданами трёх стран: России, Чехословакии и Вьетнама. Были они приблизительно одного возраста. Самый молодой достиг девяностолетнего рубежа. Иностранцы неплохо общались на русском. Между собой они знакомы не были и друг о друге ничего не знали. По непонятным мне тогда причинам все трое были со мной предельно откровенны, как на исповеди. Теперь, став значительно старше, я объясняю эту откровенность потребностью в общении и внимании, которых не хватает пожилым людям. Расскажу немного об общих их чертах и об индивидуальных.

Двое были художниками и создавали эксклюзивные экспозиции в известнейших музеях, а третий был государственным чиновником, ведавшим вопросами культуры. Все трое были верующими и религиозными. Не у каждого человека эти ипостаси совмещаются. Можно верить в Творца, в существование Высшего разума, но не принадлежать ни к одной религии. Можно истово исполнять обрядовую сторону той или иной религии, не задумываясь о сути и смыслах, просто потому, что так заведено испокон веков. У всех троих была вера, и все трое блюли обряды предков. Принадлежали они к разным вероисповеданиям и концессиям: буддист, православный и католик.

Родились все осенью. И по остальным параметрам было множество совпадений. Они в один голос рассказывали про свою жизнь примерно одно и то же! В профессию пришли по призванию, работу свою любят бескорыстно, посвятили ей всю жизнь, достигли вершин мастерства. Но кроме того каждый имел обычную сермяжную профессию, которая в тяжёлые годины, будь то война, голод и разруха (а это они всё пережили) – помогала выжить им самим и их семьям.

Например, наш российский долгожитель, занимаясь профессионально архитектурой и прикладными искусствами, хорошо играл на различных музыкальных инструментах.

Происходил он из аристократической семьи, но во времена Гражданской войны ему приходилось не только давать частные уроки, но и играть в похоронном оркестре.

Следующее совпадение – отношение к труду. Все трое – трудоголики не по принуждению, а «удовольствия ради». Даже достигнув вершин благополучия и признания, они продолжали интенсивно трудиться. Одинаковым было и отношение к семейной жизни. Хотя женщины их обожали и баловали вниманием, долгожители не были склонны к холостяцкой жизни. Но при этом женаты были не единожды и много детей не заводили. Жили по принципу «моя семья – моя крепость». К концу жизни интенсивная работа их уже не занимала, былая энергия и сноровка иссякли, круг общения сузился до пределов любимой работы. Все друзья и близкие знакомые давно ушли в «мир иной», а внуки и правнуки не жаловали своим вниманием. Как правило, в этом возрасте человек становится одинок.

Я думаю, что тот, кто собирается прожить долго, должен подготовиться к последнему непростому периоду жизни. В одиночестве, если ты не отягощён физическими недугами и материальными проблемами, есть свои плюсы: исчезает необходимость общения с неприятными, неинтересными людьми; расширяется личное пространство, в которое ты можешь впускать человека только по своему выбору. Кроме того, в наше время существует возможность анонимного общения через Интернет, которое ты можешь начать и прервать в любой удобный для тебя момент.

Самое тяжёлое в этом периоде жизни – уход близких из жизни. м Все трое рассказывали, что им иногда снились близкие друзья и родственники, которые звали их к себе в «иной мир». Но поводов для ухода у долгожителей не было: будучи в преклонном возрасте, они обладали на удивление отменным здоровьем и прекрасной физической выправкой. С российским долгожителем я общался наиболее интенсивно, так как мы вместе работали. В конце восьмидесятых – начале девяностых в стране наступила разруха: сухой закон, смена власти, распад страны, «прихватизация» и многие другие «чудеса».

Комбинат, где мы работали, как раз и находился в стадии этой самой «прихватизации». Расскажу, как все эти события отразились на душевном состоянии нашего долгожителя и его взглядах на жизнь. День Победы у нас на работе праздновался всегда достойно, благо возможности для этого были: комбинат работал на хозрасчёте, и денежки водились. Ветеранам вручали подарки, премии, устраивали застолье, подносили фронтовые «сто грамм». А тут празднование устроили более чем скромное: торжественная часть, вручение каких-то книжонок – и всё! Ветераны расходились чуть ли не со слезами на глазах, как в народе говорят, «не солоно хлебавши». Даже чаем не напоили! Приглашаю их в свою мастерскую. Пришло человек семь и среди них наш уважаемый долгожитель. Стройный, подтянутый, высокий мужчина в костюме с бабочкой и без «иконостаса из медалей», хотя его сотоварищи были при наградах. Я послал «гонца» за водкой и закуской, но он вернулся только со шкаликами коньяка и без закуски. В магазинах было тогда пусто до безобразия! Достали из холодильника что бог послал, и началось застолье со скудной закуской и коньяком непонятного происхождения. «Гонец» то и дело продолжал бегать в магазин, а я между тостами общался с долгожителем, задавая ему различные вопросы, в том числе и о здоровье. К примеру, я у него спрашиваю: «Почему раньше в ресторанных застольях Вы ели овсяную кашку, запивали сухим винцом, закусывали фруктами, потом прекрасно играли на пианино и напевали романсы? Сейчас же пьёте «палёный» коньяк, закусываете залежалыми подгорелыми сардельками и не беспокоитесь о своём здоровье?». Он пустился в воспоминания, рассказал много интересного о прошлом, поведал о своей непростой теперешней жизни, попытался объяснить изменение своих взглядов.

Первое. Родился он в начале двадцатого века. К моменту переворота семнадцатого года был кадетом и жил в Москве. О случившемся историческом событии узнал только тогда, когда произошёл расстрел офицеров, юнкеров и кадет, защищавших Кремль от отрядов Военно-революционного комитета (вооружённых сил большевиков). Бытовая жизнь простых людей после переворота примерно год была ещё довольно сносной. Помня все эти события, он гневно возмущался: «Сейчас даже переворот нормально совершить никто не может: есть нечего, Думу расстреляли. Уму непостижимо! Царь, и тот Думу несколько раз распускал, но не расстреливал». Долгожитель, я думаю, имел право возмущаться, так как участвовал в Гражданской и Отечественной, всю жизнь честно работал и свой долг перед Родиной исполнил.

Второе. Он сокрушался, что дома всё плохо: «Дети, внуки и правнуки от рук отбились! Живу сейчас с бывшими жёнами: одной восьмой десяток пошёл, с постели не встаёт, а вторая тоже прихварывает и уже готовится к пенсии. Просто беда!»

Третье. С гордостью рассказывает: «Недавно прошёл обследование, и врачи заявили, что у меня все физиологические возрастные параметры тридцативосьмилетнего мужчины. Можно прожить ещё одну жизнь, только на кой ляд она, такая, нужна? Вот и ем всё подряд, что бог послал, и пью, что попадя! Единственное ограничение – стараюсь блюсти посты».

Четвёртое. С жалостью продолжает: «Посмотри на моих коллег – многим ещё семидесяти нет, а они уже развалины; говорят только о здоровье да, о пенсии; воспоминания у большинства неутешительные. Мрак!».

Чешский долгожитель, рассказывая о своём житье, говорил примерно то же самое. При последней встрече с ним, которая состоялась в московской студии «МАРС» ещё до событий девяностых, возмущался засильем немчуры на славянской родине. Во время продолжительной немецкой оккупации во время войны, по его словам, практически всё население Праги говорило на немецком языке. После «Бархатной революции» немчура опять заполонила все сферы жизнедеятельности, как и во время оккупации. Рассказал, как снится ему кошмарный сон: идёт он по оккупированной Праге во время войны и везде слышит немецкую речь. Просыпается, открывает глаза и опять слышит немецкий говор из открытого окна. Сон, как машина времени, сыграл с ним злую шутку. Кстати, он ещё тогда предсказал, что и у нас ожидаются лихие времена.

Его предсказания вскоре сбылись! Во многих сферах нашей жизни произошли коренные, зачастую необдуманные изменения. Если говорить о языке, расстраивает даже не столько появление англоязычных слов в большом количестве (в жизнь вошли новые предметы и понятия, для обозначения которых в нашем языке нет аналогов), сколько вымывание из языка, сознания, таких слов, как «совесть», «стыд», «долг» и т. д.

Вывески с английского на русский переписать можно за один день, а что делать с сознанием народа?

У вьетнамского долгожителя личные жизненные проблемы были не такие острые, как у его европейских ровесников. Он, достигнув высот в карьере чиновника, жил «в шоколаде», да и к пожилым людям там относятся намного почтительнее, чем у нас и в Чехии. В разговорах он сетовал лишь на то, что линия его партии просоветская (в знак благодарности за помощь России в освободительных войнах с Францией и Америкой), а не китайская. Переживал, что россияне живут в бедности, а вьетнамцы живут намного хуже, чем соседи – китайцы.

Из общения с долгожителями я вынес убеждение, что жить долго в эпоху перемен – сомнительное благо. Дожить до глубокой старости и, несмотря ни на что, остаться оптимистом, сохранить светлый ум и здоровье – это воистину подвиг, заслуживающий глубочайшего уважения!

Дело мастера боится

Москва. 1947 год. В Совет Министров СССР поступает предложение от Сталина о строительстве на Ленинских горах нового здания Университета. Начинаются изыскательские и проектные работы. Первый камень в основание здания закладывается весной 1949 года. За два прошедших года много чего произошло: были приняты несколько постановлений за личной подписью Сталина; изменено место расположения здания из-за слабости грунтов; архитектор Иофан уступил место архитектору Рудневу и т. д. Первоначально по замыслу Иофана главное высотное здание должно было располагаться прямо над обрывом и венчаться гигантской статуей вождя. Но в результате гидрогеологических исследований обнаружилась слабость грунтов и невозможность строительства на запланированном месте. Иофан настаивал на первоначальном варианте, и Сталин лично заменил его на Руднева. Здание перенесли на 800 метров вглубь территории, а над обрывом запроектировали смотровую площадку. Увенчать здание решили шпилем. Предусматривался кроме высотного целый комплекс сооружений различного назначения. Открытие было назначено на первое сентября 1953 года, чтобы первый выпуск состоялся к фестивалю молодёжи и студентов. Стройке дали статус «комсомольская». Однако никаких комсомольцев, кроме бывших, там не было и в помине. До амнистии 1953 года в стране было огромное количество заключённых, которых использовали для осуществления масштабных проектов. На строительстве Университета задействовали порядка трёх тысяч подневольных, имевших строительные специальности и осуждённых по бытовым статьям или за мелкое воровство.

Курировал проект лучший «эффективный менеджер» того времени Л. П. Берия (далее по тексту ЛБ). Надо отдать ему должное, он обладал незаурядными организаторскими способностями, хотя его методы достижения целей были зачастую далеко не гуманными.

Столь обширная преамбула необходима для понимания событий, о которых пойдёт речь далее. Рассказ записан мною со слов очевидца и активного участника строительства, поэтому все неточности и нестыковки прошу не относить на мой счёт.

Итак, наступил 1952 год, близился срок сдачи объекта, а на стройке ещё «конь не валялся». Работы пробуксовывают, графики не соблюдаются, более чем из ста лифтов введено только около двадцати и т. д. Стройка напоминала муравейник. В центре строительного комплекса возвышалось высотное здание, а по окрестной территории разбросано всевозможное оборудование, стрелы отработанных кранов, горы ржавого металла. Вся эта картина разительно отличалась от утверждённого архитекторами плана комплекса зданий с яблоневым садом вокруг. К укреплению берега ещё и не приступали. Короче, сроки сдачи срывались. ЛБ вмешался и взялся за дело круто. Первый раз в штаб стройки на планёрку он явился с двумя симпатичными девушками – стенографистками в форме младших лейтенантов. Почему с двумя? Видимо, для того, чтобы всё было зафиксировано точно, не дай бог – напутано, утеряно; или если одна из них по какой-либо причине отсутствует. ЛБ представился сам, представил своих помощниц, разъяснил их права и обязанности, попросил всячески им содействовать и не скрывать от них правдивой информации. Он внимательно слушал объяснения присутствующих на планёрке, их оправдания и обещания исправить существующее положение дел.

Никого не увольнял, не запугивал и матом не ругался. Потом произнёс речь, смысл которой сводился к следующему: он в курсе, что все стройуправления пользуются жульническими схемами при производстве работ, но оценка такой деятельности будет произведена после сдачи объекта; что превышение смет составляет 2–3 раза; что хищения и засилье «несунов» на стройке немыслимое. Сказал, что в этой ситуации его утешает лишь то, что украденное «ушло в народ». Он при этом имел в виду, что вывести деньги «за бугор», как это успешно делается в наше время, не представлялось возможным, так как смертную казнь за подобные «шалости» никто в то время не отменял! Закончив своё выступление, попросил продолжить трудиться на основе новых принципов. До конца совещания сидел, молча, не вступал в перепалку строителей друг с другом, а лишь иногда уточнял для стенографисток некоторые технические термины. На следующих совещаниях он задавал вопросы исключительно по существу, с глубочайшим знанием обсуждаемого вопроса. Попросил штаб стройки правдиво высказать свои сомнения в реализации объекта в установленные сроки.

Одной из основных проблем, тормозящей сдачу объекта в срок, была концепция расселения студентов в одноместные номера. Штаб стройки попросил ЛБ поговорить с товарищем Сталиным и убедить его изменить концепцию расселения. Существующая концепция влекла за собой гигантский объём отделочных и коммунальных работ, которые невозможно было выполнить в установленные сроки. На эту просьбу ЛБ ответил: «Товарищ Сталин своих решений не меняет!». Но, ознакомившись с докладной штаба и проанализировав сложившуюся ситуацию, он убедился в её безвыходности и согласился уговорить вождя поменять концепцию. Мотивировка его была такова: одноместные номера – это безответственность перед однокурсниками и возможность вести свободную жизнь без надлежащего присмотра; двухместные номера – это поощрение однополых пар; многоместные же номера позволят контролировать не только учебный процесс, но и моральный облик (при помощи «стукачей»). Вождь согласился с представленными доводами. Тут же началась перепланировка общежитий.

На следующих планёрках выступающие клятвенно давали обещания о выполнении тех или иных работ, но когда наступал срок их сдачи, а работы были не выполнены, всегда находилась причина для оправдания. Начинались разборки, и выяснялось, что тот, кто давал обещание, отсутствует по уважительной причине, находясь на больничном, в отпуске или в командировке. Тогда ЛБ спрашивал с заместителя, а тот отнекивался, что он не в курсе. Затем следовало лирическое отступление. ЛБ заверял, что его начальнику найдут работу «более лёгкую», с пребыванием на стойке в другом качестве (имелось в виду, что на 24 этаже «высотки» размещалась колония зеков-строителей, которые утром и вечером спускались и поднимались пешком на работу – во славу комсомола!) или ещё дальше – на лесоповале в Сибири. ЛБ утверждал, что заместителю не следует жить по принципу «НАЧАЛЬНИК МОЕНО НАЧАЛЬНИКА НЕ МОЙ НАЧАЛЬНИК», а обещания, которые давал непосредственный начальник, заместитель должен выполнять своевременно. Иначе у него могут возникнуть такие же неприятности, как и у начальника. Все говорилось в весьма тактичной форме, помощницам же было дано указание, не стенографировать лирику.

За сравнительно небольшой период времени стройка стала продвигаться к финишу. Было создано управление по эксплуатации и назначен главный инженер (со слов которого и записан данный рассказ). Возникла на первый взгляд неразрешимая проблема – расчистить огромную замусоренную строительную площадку за две три недели. Необходимо было вывезти сотни, если не тысячи, тонн металлолома и строительного мусора. Всё надо было утилизировать и посадить яблоневый сад к 1 сентября 1953 г. Это казалось абсолютно не возможным. Плановые расчёты по расчистки строительной площадки были не выполнимы в назначенные сроки.

Тут ЛБ принимает волевое гениальное решение. Почему гениальное? Потому что необычайно простое! Последовательность действий, им предложенная, была такова: рыть громадный котлован на месте расположения яблоневого сада; грунт вывозить на набережную Москвы-реки для усиления берега и устройства смотровой площадки; сваливать бульдозерами все производственные отходы в котлован; присыпать котлован плодородной землёй и высадить сад из взрослых яблонь. Всё было успешно выполнено в кратчайшие сроки.

Все начальники управлений в кулуарах роптали, что в землю зарывают добра на сотни миллионов «зелёных». В то время доллар стоил меньше чем рубль. До ЛБ доходили эти слухи. При удобном случаи он им сказал: «Если археологи когда и обнаружат этот громадный клад, он будет напоминанием потомкам о нашем с вами разгильдяйстве!». Тут он смачно выругался!

За успешную реализацию проекта Л. П. Берия был удостоен очередной награды – звезды Героя Социалистического Труда, а многие нерадивые начальники различных управлений (СУ и СМУ) разъехались за 101-й километр, а то и далее от столицы нашей Родины, как он им и обещал. Все получили по заслугам!

Женское коварство

18+

Со своей первой наставницей в области интимных отношений я сошёлся случайно, будучи молодым и бесшабашным, совершив не выдерживающий никакой критики сугубо эмоциональный поступок. Дело было так. Один из моих друзей работал столяром в кинотеатре «Ударник». Умер он в юном возрасте 17-и лет от роду, получив сильную дозу радиационного облучения. Говорят, что в то время в правительственном жилом комплексе, где находился кинотеатр «Ударник», пытались установить мини атомный реактор для снабжения всего комплекса электроэнергией. За комплексом находилась свалка радиоактивных материалов, предназначенных для последующей утилизации. Мой друг часто наведывался на эту свалку, где, очевидно, и получил смертельную дозу радиации. Когда он болел, мы, все его друзья, сдавали кровь, чтобы он выжил. Перед смертью он сбежал из больницы и организовал прощальную вечеринку. Видимо предчувствовал, что наступает конец, так как он уже пробовал уйти из жизни, наевшись зерен вишнёвых косточек (пол-литровая банка, смертельная доза!), но в тот раз врачи его спасли.

На вечеринку собралось около дюжины народу от 17 лет и старше. Как говорится – «каждой твари по паре» – семейные пары и свободная молодежь. Скромное застолье, танцы под радиолу, игры, пенье под гитару и т. д. Веселясь, мы и не предполагали, что ситуация складывалась так трагично и что мы фактически прощались с ним. Мне было 17 лет, я пришел один без девушки. Одна из девушек, старше меня года на три, будучи в паре с очень ревнивым парнем, пригласила, меня на «белый танец». Была она, как сейчас говорят, «модельной внешности», а в те времена их величали «бухенвальдными девицами», кстати, не в моем вкусе. В процессе танца она предложила мне пойти с ней покурить. Она заверила меня, что её муж мне доверяет, поскольку я – малолетка. Мне «до соплей» стало обидно, но, несмотря на обиду, я проследовал за ней на кухню коммунальной квартиры. Она вначале удалилась в ванную комнату, а вернувшись на кухню и будучи изрядно выпивши, уселась на тумбочку. Я обратил внимание не то, что губная помада была смыта, блузка расстегнута до неприличия, а юбку она подобрала так, чтобы открыть соблазнительные ножки. Закурив сигарету, она стала затягиваться как профессиональная курильщица и рассказывать, какой я красивый и как я ей симпатичен. Кокетничая, откинула голову и стала пускать колечки дыма. Как я уже сказал меня «заело», что она назвала меня «малолеткой» и, будучи тоже поддатым, я робко поцеловал её в шею. На мой поцелуй она не отреагировала. Я стал ее «лапать» и обнаружил, что на ней нет ни лифчика, ни трусов. Мне все стало ясно. Я вынул набухший член, и, взяв ее за ягодицы, стал ее «трахать» с ее молчаливого согласия прямо на тумбочке. Кончили мы одновременно, и я решил продолжить. В те времена презервативы были ненадёжными, молодёжь ими практически не пользовалась, и вся ответственность по предотвращению беременности ложилась на женщин. Она быстро высвободилась и, соскочив с тумбочки, отправилась в ванную комнату приводить себя в порядок, а мне наказала возвращаться в компанию.

Я вернулся и сел пить водочку за здоровье товарища. Некоторое время спустя вернулась и она и, не обращая на меня внимания, стала ласкаться к мужу, уговорив его уйти домой. Ко мне же вскоре подсела одинокая девушка, не то полька не то еврейка и пригласила меня потанцевать с ней. Она была красива, с пышными формами, и в тоже время стройная и поджарая. Танец начался с нетактичного вопроса: «Ну, что? Поимел замужнюю даму? Вижу, глазки горят, что у тебя, что у неё. Мы с ней подруги и она мне все поведала. Даже не возражай!». Я стал оправдываться, что мне не нравятся «вешалки», но, в тоже время, опустив руку на её упругую задницу, слегка её ущипнул. Она отвела мою руку и сказала: «Люблю ненасытных». Выходило, что её подруга передала меня своей подруге «из рук в руки». Я проводил свою новую знакомую домой и договорился о свидании.

В субботу мы вернулись из театра оперетты к ней домой. Перекусив и выпив винца, «нырнули» в шикарную постель и стали заниматься сексом, пробуя различные позы. В дальнейшем мы стали встречаться не реже одного раза в неделю и «трахаться» до изнеможения. Это продолжалось два месяца. Она меня обучила всем позам, о которых я и не ведал. Как то при очередной встрече я заинтересовался её приличной библиотекой, поскольку в то время я «подсел» на «чтиво». Листая понравившуюся книгу, обнаружил фото, которое меня крайне озадачило. На фото была изображена семейная пара: моя подруга с очаровательной улыбкой и парень в военной форме с ребенком на руках. Парень был очень похож на меня. Один в один! То есть и фигурой, и лицом, и даже улыбкой. При расспросе с пристрастием она «раскололась». Ее рассказ был жесток, если это все, что она рассказала, было, правдой. Сопутствовало ее «исповеди» ещё и то, что я, в свою очередь, также рассказывал ей о своей юношеской жизни. Все реалии, пережитые ей, я прочувствовал «на своей шкуре». Тоже рос в семье фронтовика «пропавшего без вести» только с той разницей, что я испытывал чрезмерное внимание со стороны женщин. Спасало меня только то, что я вращался, в дворовой полублатной среде и соблазнить меня было не так просто. Росла она в семье «врага народа». Её отец – польский офицер, будучи работником МИДА, во время войны был репрессирован, арестован и расстрелян. Конфисковали имущество, выселили из шикарной квартиры, пересилив в коммунальную. Мать русская – служащая, а бабушка по отцу – немка. Она взрослела и уже в 14 лет больше стала походить на женщину, нежели чем на пацанку. К ней стали приставать пацаны, как во дворе, где она проживала, так и в школе (школа была экспериментальная по совместному обучению мальчиков и девочек с уклоном на иностранные языки). Если во дворе её как то защищал участковый, пользовавшийся благосклонностью матери и частенько ночевавший в комнатушке, где ютилась и она, то в школе к ней «клеились» не только пацаны, но и преподаватели. Она не знала, как ей жить дальше и что с ней будет!

Как-то раз, после занятий они с подругой убирали спортзал. Физрук послал подругу в магазин, а сам тихо подошел сзади, сдернул с нее шаровары (спортивная форма), футболку натянул на голову, завалил на маты и изнасиловал. Она пыталась оказать сопротивление, но тщетно. Кричать было бесполезно, громко играла музыка. Фронтовик так быстро ей овладел, что она не ощутила никакого удовольствия, а только боль и отвращение. Когда она успокоилась, после случившегося насильник пообещал, что к ней приставать больше никто не будет. Обещание сдержал. До 17 лет она встречалась только с теми парнями, в которых влюблялась, или кто ей был симпатичен.

После реабилитации отца семью пересилили в отдельную квартиру, а конфискованное имущество не вернули! Участковый развелся и женился на матери. У них родился сын. В 17 лет она готовилась с парнем поступать в Иняз. Занимались они в отдельной комнате, совмещая полезное с «приятным». После основного вступительного экзамена в компании абитуриентов отметили сдачу, как водится, выпивали и танцевали. К вечеру парень проводил ее поддатую дамой. Приревновал её к очередному ухажеру, и, нагрубив ей, ушёл насовсем. Она разрыдалась и впала в истерику. Мама была на работе в вечернюю смену, и успокаивать её пришлось отчиму. Воспользовавшись её неадекватным состоянием, он стал ее успокаивать по-свойски. Помог раздеться, уложил в кровать и присоседился к ней «под бочек». Лаская и щекоча шикарными сталинскими усами, развеселил её, и стал щупать за все женские прелести, внушая при этом, что «старый конь борозды не портит». Она пыталась его убедить, что «этого не стоит делать!». Он же, гнул свою линию «если ты девица, я тебя не трону!» Уступив его напору, она не пожалела. Свекор трахался «с толком, с чувством, с расстановкой». С непривычки она простонала «хватит, я больше не могу!» Он сжалился и кончил общение анальным сексом. Впервые она испытала восторг от близости со зрелым мужчиной и в душе завидовала маме. Это было несравнимо с тем, когда она занималась сексом со сверстниками – «скоро стрелами», справлявшими только свою сексуальную нужду не доставлявшими надлежащего наслаждения партнерше. Отчим оделся и стал собираться за сыном к тёще. Уходя, попросил, чтобы о случившийся близости она не рассказала матери. У них состоялся уговор, что когда она будет готова к близости, то будет нагишом в ярком праздничном халате. Теперь, когда у неё не состыковывалось общение с очередным кавалером, особенно когда она сдавала сессию, она надевала халатик. Эффект был невообразимый. Даже в присутствии матери в квартире, в любое время ничто не мешало им мгновенно сойтись в объятиях. В любом месте, будь то, на черной лестничной клетке, когда курили, или еще где либо. Она его быстро приручила, и он выполнял все её капризы и желания.

Позже, в очередной раз, влюбившись в сверстника, она нашла «спутника жизни» и, когда ей исполнилось 18 лет, вышла замуж за студента престижного ВУЗа. Прекратила общаться с отчимом. Бывший товарищ отца по работе помог ей устроиться на работу в МИД, ещё, когда она училась на втором курсе ВУЗа. Её приняли внештатной сотрудницей и, по совместительству, переводчицей на приличную зарплату. Она отлично знала языки: польский, немецкий и освоила разговорную речь на английском языке. Товарищ отца был ее начальником и, пользуясь служебным положением, стал её домогаться. Она, как могла, уходила от близости с ним, до тех пор, пока не забеременела. Соблазнитель стал шантажировать: «мужа призовут в армию, после декретного отпуска я тебя уволю и т. д.». Терять было нечего (в смысле безопасного секса), а отказаться от приличной жизни она была не готова. Пришлось согласиться на разовую близость. Она думала, что у него чисто спортивный интерес, так как он слыл «неуемным бабником» и постоянно менял женщин. Встреча состоялась на съёмной квартире. Он попользовал её, как хотел, а через неделю решил повторить. Она категорически отказывалась. Тогда он показал фотографии их совместного сексуального общения и к тому же мужа срочно отправили служить в армию. Она, как «одиночка», осталась без мужчины. Ничего не оставалось, как стать его очередной «рабочей» наложницей. Он стал ее пользовать, по первому требованию и на работе и на съемной квартире. Даже оподлялся, подставлять ее под «нужных людей» для вербовки иностранцев. Она приводила очередного иностранца в образцовую советскую семью. Клиент, расслабившись, очарованный её обаянием, и при воздержании от секса не одну неделю, будучи уверенным, что это не подстава, оставался ночевать. Комната была оснащена специальным оборудованием для съемки фильма при минимальном освещении. Клиент поддавался искушению и вытворял с молоденькой дамочкой все, на что был способен. В итоги она получала подарки от клиента и приличную премию по работе, а у клиента был выбор: сотрудничать с КГБ или попрощаться с карьерой и родной семьей. Скольким клиентам она испортила жизнь, только одному Богу известно.

После «исповеди» я понял, что она пользовала и меня, как заменителя её мужа. Наставницей по сексу она была классной и не только рассказывала, как и каким видом секса пользоваться, но и как доставлять максимальное плотское удовлетворение партнерше, даже самой фригидной. Несмотря на то, что мы были хорошими сексуальными партнерами, без каких либо обязательств с абсолютной свободой друг от друга, я отказался от дальнейшего общения. Не смог смириться с той мыслью, что связался с валютной путаной.

По двум случайным встречам с подругами я пришёл к выводу, что женское коварство беспредельно, и что надо жениться по любви и обязательно взаимной. Не раньше 25–30 лет и непременно на молоденькой неизбалованной девушке. По жизни так и получилось. Мой брак был удачным и единственным.

Закон сокращения

Как в СССР, так и в РФ с послевоенных лет и по сей день, неоднократно проводилось сокращение силовых структур. Критерием сокращения каждый раз была разумная достаточность, а целью – повышение качества и уменьшение расходов. Но конкретного определения этих понятий никто не формулировал и до населения не доводил. Может быть, в верхах видели положительные результаты всех этих сокращений, но в низах, где часто при сокращениях «резали по живому», было много недовольства и непонимания. При Горбачёве, когда армию сократили на полмиллиона, а еще более полумиллиона вывели из Восточной Европы в чисто поле, было сломано множество судеб, а престиж военной службы упал ниже плинтуса. Правда, престиж Горбачёва на Западе возрос неимоверно!

Михаил Сергеевич тесно сотрудничал в вопросах сокращения вооружённых сил с президентами США Рейганом и Бушем, зачастую предупреждая их пожелания и приятно их удивляя. Были приняты стандарты количества командного состава, аналогичные стандартам армии США. В результате при сокращении пострадал и высший командный состав. Это Горбачеву аукнулось тем, что Ельцин, которого армия поддержала, перехватил у него власть. С начала нулевых грядет уже второе сокращение в МВД. Переименование милиции в полицию, переаттестация и сокращение, проведенные в году, желаемых результатов не принесли. Что день грядущий нам готовит? Неужели опять неудачу? Здравый смысл и жизненный опыт подсказывают мне печальный ответ. Я был однажды наблюдателем процесса изнутри при очередном сокращении в армии. Думаю, что законы сокращения в нашем государстве имеют универсальный характер и распространяются на все сферы жизни, где сокращение проводят, причём независимо от эпохи. Сокращение, о котором я расскажу, происходило в конце восьмидесятых в вооружённых силах. (В силу универсальности ситуация проецируется в наше время в МВД).

По долгу службы мне пришлось участвовать в строительстве комплекса зданий Академии Генерального штаба в Москве на проспекте Вернадского. Этот громадный комплекс в чём-то был подобен Пентагону, который представляет собой пятиугольную малоэтажную постройку (высотой примерно 25 метров) с внутренним двориком. Но комплекс Академии, в отличие от Пентагона, имел внутри замкнутого пространства мощную доминанту – многоэтажное величественное здание. Под землей также имелось несколько этажей. Внутреннее оформление Академии было таким же помпезным: множество монументальных скульптурных композиций выдающихся художников, разнообразные огромные панно, мощная люстра в зале совещаний. Снаружи также здание украшали скульптурные композиции и эмблемы, покрытые сусальным золотом, видные со стороны проспекта.

Мне довелось участвовать в проекте в качестве главного конструктора по реализации художественных монументальных композиций на завершающем этапе долгостроя. Пришлось в течение года работать в тесном сотрудничестве с группой технического обеспечения строящегося комплекса, состоящей из шести военных специалистов (от майора до полковника), стройбатовцев и одного вольнонаёмного, включённого в штат. Они считали меня своим сослуживцем. Командовал нашей группой генерал.

В конце восьмидесятых с продуктами в стране уже было плохо. Это коснулось и снабжения военных. Я сам был очевидцем эпизода в буфете академии, когда генералы и полковники чуть ли не дрались в очереди за курами. Куры тогда резко отличались от современных: были худосочны, синюшны, плохо обработаны. В народе их называли «синяя птица». Вот за таких-то птиц и боролись высшие офицеры! Все это было бы смешно, когда бы ни было так грустно, тем более что у меня была возможность сравнить офицерский буфет с таким же буфетом кремлёвского пищевого блока при ЦК КПСС.

А тут еще началось горбачёвское сокращение кадров. Наш коллектив запаниковал: каждый считал, что непременно его должны сократить по тем или иным причинам. Каково же было моё изумление, когда я узнал, что сократили вольнонаёмного специалиста, с которым я решал большинство проблем, связанных с нашими объёмами строительно-монтажных работ! Ведь без ущерба для дела смело можно было уволить половину коллектива или сократить любого из них, так как они действительно «просиживали штаны» и ничего не делали. Я оказался в затруднительном положении и вынужден был настаивать на возвращении данного специалиста («коней на переправе не меняют»), так как все вопросы, в том числе и финансирования, решал он. Но вернуть его было очень проблематично. Пришлось конфликтовать с генералом. Мне уже довелось с ним пообщаться: однажды на совещании я сделал ему замечание, чтобы он не ругался матом при женщинах. Он же в отместку нафискалил моему начальству и просил меня заменить под надуманными предлогами другим конструктором. Моё начальство с его доводами не согласилось, да и заменить меня было никем. Долг платежом красен – я написал докладную вышестоящему начальству генерала. Приостановил все работы, выполняемые моими специалистами, мотивируя тем, что нет финансирования. Приближалась дата открытия комплекса. Докладная сработала. Пришлось уговаривать специалиста вернуться с должностным повышением, и работа продолжилась.

Общаясь со специалистами из других подразделений, я выяснил, что и у них сокращение происходило подобным образом.

Сокращали, как правило, сотрудников трех категорий: неугодных начальству (мотивировка – «не сработался с коллективом»); самых работоспособных (мотивировка – «тебе что, больше всех надо?»); и правдолюбов, стремящихся жить и работать по закону и по служебным инструкциям.

Предстоящее сокращение в МВД вызывает большую озабоченность в обществе. Народ наш законы соблюдать пока ещё не приучился, поэтому западные нормативы количества полицейских для нас не подходят. А если, сокращение произойдёт по тем же законам, что и в армии, то есть сократят опять самых честных и работоспособных – быть беде! Ведь жизнь в России еще не узаконилась после смены общественного строя, а тут кризис за кризисом, уровень жизни падает, безработица растет. Логично было бы имеющийся состав МВД привести в порядок, заставить соблюдать закон, работать не на своё благо, а на благо народа. А вот когда преступность снизится, можно будет подумать и о сокращении, но не по «универсальному закону», о котором в рассказе шла речь, а по закону порядочности и здравого смысла.

Закон – дышло

Суров закон, но это закон.

Название и эпиграф этого рассказа находятся в противоречии, но это противоречие показывает разницу в отношении к выполнению закона в России и у народов англо-саксонского мира на ментальном уровне. Я думаю, что эта разница обусловлена не только национальными особенностями психологии и возрастом нашей нации (как считает Лев Гумилёв, мы лет на триста моложе европейцев), но и качеством самих наших законов. Я человек неглупый, по мнению многих, даже обладаю светлым умом. Во всяком случае, в наличии здравого смысла я себе не откажу. Поэтому считаю реально существующим фактом наличие противоречий в некоторых наших законах. Расскажу об одном таком противоречии, с которым я столкнулся на своём жизненном опыте.

Мой младший сын самостоятельно решил не поступать в институт после окончания школы на «хорошо», так как уверенности, что поступит, не было. Решил отслужить в армии. Видимо, и за меня тоже, так как я всю жизнь был уклонистом. Не служил ни дня, не считая учёбы в вузе, где была военная кафедра, однако при выходе в запас получил звание капитана запаса нестроевой службы. Служил сын замечательно. За два года дослужиться до звания сержанта в разведывательном батальоне армии, не являясь сверхсрочником. Это не так-то просто, кто служил в армии, об этом знает. После демобилизации стал вопрос о поступлении в вуз. Я настаивал, чтобы сын учился на дневном отделении, но он в непростые времена обременять родителей не желал и решил, что будет учиться на вечернем отделении.

Надо было устраиваться на работу. Ему посыпались предложения поступить в вузы спецслужб или милицию. Сын отказался от навязчивых предложений и самостоятельно поступил в строительный институт (который закончили его дедушка с бабушкой и я). Со своей стороны, я тоже подсуетился и нашёл ему службу, позволявшею совмещать работу и учёбу, до тех пор, пока не возникнет необходимость работать по выбранной специальности.

Дело было так. Я оформлял элитное кафе-дансинг в центре Москвы, которое построил для студентов один из кандидатов в президенты РФ в предвыборную компанию. Там познакомился и подружился с полковником-отставником, руководителем частной охранной фирмы. На одном из совещаний я рассказал ему, где и как сын служил, и что сейчас он ищет работу. Подробности о службе сына рассказать не мог, потому, как сам что-то знал со слов сына и его начальника батальона, поступавшего в одну из московских военных академий.

Определённо коллега по объекту ничего не обещал. Через пару дней он мне сообщил, что сын им подходит (они всё, что им нужно, выяснили по своим каналам) и после собеседования его возьмут на работу даже без испытательного срока! Между нами состоялся такой диалог.

– Сколько твоему сыну лет?

– Чуть больше двадцати.

– Придётся ждать, пока ему не исполнится 21 год.

– Почему?

– По закону РФ ношение оружия в общественных местах разрешено людям не моложе 21 года.

– Ты что хочешь сказать? Гибнуть на войне парни в возрасте 1921 год имеют право, а носить оружие в мирное время они не имеют право? На территории батальона, где служил сын, стоит обелиск в память пацанов, погибших в Чечне. Всем им от 19 до 21! Если я скажу сыну, что ему не разрешено носить оружие, он не поверит. Бред какой-то.

– Закон есть закон! Взять его на работу, даже с испытательным сроком, мы не можем. Нас могут лишить лицензии.

Когда я всё рассказал сыну, он продолжил искать работу самостоятельно и не стал ждать полгода. Коллега удивился, почему он не пришёл, когда достиг 21 года, ведь работа была для студента – вечерника неплохая.

Как у нас принимают законы и о чём закона творцы думают – не понятно. Согласно действующему закону, государство может давать оружие новобранцам только когда им исполнится 21 год. Если следовать этому закону, то любая мать погибшего новобранца может смело подавать в суд на военных начальников.

Сейчас раздаются призывы о том, чтобы разрешить свободное владение оружием. Но при теперешнем состоянии общества это приведёт к крайне негативным последствиям. Вспомните, что творилось в лихие девяностые, когда поубивали множество народа. По моему мнению, оружием может и должен владеть обученный, психологически устойчивый, желательно семейный защитник Родины или правопорядка. Рано ещё вводить у нас свободное владение оружием, наше население не имеет уважения даже к существующим насущным законам. Массовое неисполнение закона о воинской повинности говорит, о многом.

В большинстве стран мира служба – почётный долг, уважаемая обществом функция мужчины. Но не у нас. Воровство, дедовщина, неоправданный риск для жизни и здоровья в мирное время, плохие бытовые условия – вот внешние факторы, делающие пребывание на срочной службе непривлекательным. Сейчас по многим позициям наметился перелом, но по-прежнему наша армия остаётся рабочекрестьянской.

К внутренним факторам относится неуважение к Государству и Закону. Все, кто может, освобождают своих сыновей от службы. О чём можно говорить, если дети тех, кто пишет законы и управляет государством, не служат в армии! А ведь закон должен быть для всех един.

Перелом в сознании народа начнётся тогда, когда законодатели покажут личный пример в выполнении требований закона и будут жить по принципу, указанному в эпиграфе этого рассказа. Тогда и законы они будут писать качественные, и не использовать их как дышло. Но пока всё происходит по пословице «Там, где закон, там и беда» (В. Даль).

Как я косил от армии

Я и два моих товарища, одногодки призывного возраста, проживали в обычном московском доме. Началась весенняя призывная кампания, всех сверстников «замели», пришла и наша очередь. Надо было идти в военкомат с документами (паспорт и справки о болезнях) для прохождения медицинской комиссии. Если всё в норме, то забирали паспорт, и через некоторое время приходила повестка на сборы. Я паспорт с собой не взял по двум причинам: во-первых, у меня было заболевание (врождённый вывих надколенника), и я был уверен, что не подлежу призыву; а во-вторых, у меня был на руках экзаменационный лист с фотографией для поступления в вуз. К экзаменам без предъявления паспорта не допускали.

Моих друзей «оприходовали» сразу, а со мной произошла заминка. Военком был возмущён, что я явился без паспорта. Я ему рассказал о первой причине, а о второй не рассказал, просто сказал, что паспорт на прописке и обещал принести «как только, так сразу…». Прошёл комиссию. Приговор меня поверг в шок: «Годен к строевой службе». Прихожу домой и сообщаю маме результат.

На следующий день мама пошла к военкому, скандалить. Высказала ему всё: что у неё три сына и двое из них уже окончили суворовское училище; что у нас отец погиб на фронте, и она вырастила нас одна. Поинтересовалась у военкома, как могли признать сына годным, когда у него вывих и одна нога короче другой. Военком извинился и направил меня на пере обследование. Заключение новой комиссии: «Годен к нестроевой службе (это стройбат). Я был шокирован и напуган, так как знал, что это такое – служить в стройбате. Я работал на стройке, и нам в помощь дали солдат-стройбатовцев. На них страшно было смотреть: худые, неряшливые, полуголодные и без курева. Работали они по 10–12 часов, почти как штрафбат овцы. А в то время служили в армии, в зависимости от рода войск, по 3 и 5 лет! Мама опять пошла в военкомат «качать права», и решение относительно меня отложили до следующего призыва. За год я успел завалить вступительные экзамены, окончить подготовительные платные курсы и поступить в вуз с военной кафедрой. После чего военкомат от меня отстал.

В вузе я перестал посещать военные занятия. Меня вызвали в деканат и предупредили, что если я не пройду воинскую подготовку, то после окончания вуза меня ждёт армейская служба. Пришлось посещать эти занятия и даже побывать на армейских сборах.

Немного подробнее о сборах. Наше отделение из восьми человек размещалось в брезентовой полевой палатке. Все были бывшие военнослужащие, попавшие под сокращение, в звании от старшины до старшего лейтенанта, кроме меня – солдата. Как младший по званию я был обязан по утрам застилать койки, убирать всю палатку и близлежащую территорию, соблюдать надлежащий порядок каждодневно.

Если я не успевал или не хотел что-то делать, утром мне предлагали выйти из строя и объявляли «наряд вне очереди». Короче, «старики» хотели из меня сделать денщика, но не на того напали! Как же меняются люди, получив хоть какую-то власть. Во время учёбы я им помогал выполнять курсовые, давал списывать конспекты и переводы. В «благодарность» они начали дружно надо мной потешаться. Когда количество нарядов вне очереди перевалило за пределы возможного, я перестал что-либо делать, и меня отправили на гауптвахту. На кухне я чистил картошку и драил металлическую посуду. В отместку я решил разобраться с сослуживцами. Скоро представилась возможность. Когда совершался пеший марш-бросок или поход на стрельбы, все шли в полной экипировке: с противогазами, оружием и бобинами для патронов. Я же шёл налегке с горном и периодически подавал команды: «внимание», «попади», «отбой» и т. д. (я был освобожден от тяжёлых нагрузок главным врачом). Команда «попади» состояла в следующем: солдат должен упасть, надеть противогаз и начать окапываться. Подача этой команды имела определённую периодичность, но мои однокашники убедительно просили меня давать эту команду пореже. Я же подавал её как положено, а иногда и чаще. Мои солдатики домой возвращались уставшие и все в мыле. Когда проходили стрельбы на полигоне, я, стоя на вышке, подавал горном команды и управлял мишенями. Мои сослуживцы почти все бахвалились, что они отлично стреляют. Я и сам из мел кашки стрелял отлично и выступал в вузовских соревнованиях. Научился стрелять в детстве из духового ружья. Когда один из моих «доброжелателей» начинал стрелять, я придерживал мишень. Результат был плачевный. Инструктор приходил в ярость, чихвостил горе-стрелка, брал автомат и показывал, как надо стрелять. Я мишень отпускал, и она падала. Солдат повторно пытался попасть в мишень, и всё повторялось. Инструктор догадался и стал нещадно ругаться матом и грозить мне кулаком. Поняв «команду», я прекращал шутить, и к стрельбе подходил следующий. В выходной парни играли в футбол на профессиональном поле на деньги. Так как я в футбол играть не мог, меня просили быть судьёй. И тут я непроизвольно засуживал своих недоброжелателей. Споры чуть не доходили до драки, но судью бить нельзя. Таким образом, сборы закончились благополучно.

После окончания вуза мне присвоили звание младшего лейтенанта запаса. Я подумал, что мои мытарства с военной службой закончились. Но не тут-то было! Они продолжились. Когда я уже работал в солидной государственной организации, меня вызвали в военкомат с целью вербовки на военную службу. Стали предлагать работу по специальности с зарплатой, равной нашему совместному с супругой семейному бюджету. Служба не предполагала ношения формы, давала мне льготы военнослужащего и возможность остаться на своей работе. Но при этом угрожали, что если я не обосную мотивированно отказ, то у меня будут определённые неприятности, и одна из них – стать невыездным (ограничение выезда за границу). Дали время подумать, и назначили встречу через неделю. Меня всё это не устраивало, а мотивировать отказ было не просто. Майору, с которым общался, выдал по-честному: «стучать» не буду, зарплата, которую они мне предложили меня не устраивает, потому как у меня суммарная зарплата во всех организациях, где я сотрудничал, значительно больше, а они при всём желании, не могли такую предложить, а льготы их мне просто не нужны. Майор сделал вид, что мотивация моего отказа его устраивает. В результате я стал невыездным, в чём убеждался неоднократно вплоть до начала перестройки. Даже когда по работе мне необходимо было ехать за границу, меня не выпускали (см. рассказ «Бодался телёнок с дубом»).

Видимо, и младшему сыну достались по наследству мои злоключения: когда он решил поступить в фельдъегерское училище, он не прошёл проверку, и его не приняли. Периодически раз в пять лет вплоть до пред пенсионного возраста меня вызывали на сборы, но когда я приходил на сборы с костылём или с тростью, то они «дико ИЗВИНЯЛИСЬ», но не забывали повышать меня в звании. Дослужился я, таким образом, до звания капитана, не прослужив ни дня в армии (не считая сборов в вузе). На предпоследнем сборе меня приписали к сборному пункту и указали, каким транспортом я обеспечен, где должен получать личное оружие и какую задачу я должен выполнять в случае объявления чрезвычайного положения.

Наконец, на последнем собрании в военкомате, где собрались очень почтенные люди разных профессий, нам предложили продолжить службу уже в старших офицерских званиях. Все отказались, нас поблагодарили за службу и сняли с воинского учёта.

Старшему сыну тоже пришлось помытариться, «кося» от службы до 27 лет. Закончив вуз, где не было военной кафедры, и, работая в разных ООО и ЗАО, он решил не служить в армии. Это ему успешно удалось. Повестки регулярно приходили по месту прописки, а он проживал у жены или на даче. Один раз явились к нам участковый и два солдата. Спрашивают: «Где ваш сын?». Мы объясняем, что не знаем, где он снимает квартиру, а сюда он заходит редко. Ваши повестки мы ему передаём аккуратно. Они ушли, так, толком не выяснив, где он проживает.

Как я не стал богатым

С 1991 года настали крутые времена, коренным образом изменившие не только судьбу страны, но и судьбы миллионов простых и непростых людей. Начавшаяся в восьмидесятые перестройка, планировавшаяся для улучшения социалистической системы, как-то незаметно привела к реанимации капитализма. Но не того капитализма, уже более или менее цивилизованного, который в России был на начало двадцатого века, а капитализма периода его начального становления, со всеми неприятными издержками.

Крушение строя и распад государства привели к какой-то вакханалии: остановилось производство в промышленности и сельском хозяйстве, началась безработица, невыплата зарплат и пенсий, перераспределение собственности путём бандитской приватизации. Всё это вызвало резкое падение уровня жизни населения: рождаемость снизилась, смертность резко возросла. Передел собственности привёл к скрытой гражданской войне с большим количеством погибших. Я проанализировал потери моего рода, то есть всех живших в то время родственников. Так вот, при подсчёте обнаружилось, что за время последней мировой войны погибло меньше народу, чем за время преобразования социалистического строя в капиталистический. Если вы проанализируете аналогичную ситуацию своего рода, то результат, наверняка, будет таким же. Родственники погибли от убийств, сердечных недугов (отсутствия надлежащего лечения), чрезмерного пьянства или наркомании, связанных с безработицей и жизненной неустроенностью. По сути, это был искусственный мини мор работоспособного населения. Вместе с тем, определённая немногочисленная прослойка населения внезапно разбогатела за счёт обнищания всего остального населения. Но не все желали своё благополучие устраивать за чужой счёт неправедными средствами, даже если такая возможность была. Моя семья имела возможность в одночасье разбогатеть, но мы с супругой, не сговариваясь, категорически отказались от такого «счастья».

Разбогатев, вы невольно переходите в другую прослойку людского социума. Этот переход имеет много минусов: отсутствие былой свободы; наличие охраны и обслуги; зависть окружающих; постоянная боязнь за свой бизнес, так как его при отсутствии нормальной законодательной базы легко отнять; страх за своих близких и родственников при конфликтных ситуациях с конкурентами и бандитами.

Расскажу об этих не реализованных нами возможностях стать богатыми. Моя супруга была приличным специалистом по снабжению, постоянно повышала свой профессиональный уровень, закончив несколько экономических курсов по повышению квалификации с красными дипломами. Работала она на ответственной должности в Мосгорснабсбыте, курируемом самим премьер-министром, но после рождения второго ребёнка уволилась. Работая с огромными суммами денег (я сам помогал ей составлять квартальные отчеты на сотни миллионов рублей), она получала мизерную зарплату, сопоставимую с зарплатой воспитательницы в детском учреждении. Единственное, что ее удерживало на работе, – это сама интересная работа и незначительные подарки от снабженцев. С ней часто консультировались и после увольнения с работы. Когда настали лихие времена, её специальность стала чрезвычайно востребована, так как обширные связи в области торговли и снабжения ценились очень высоко. Супруге посыпались предложения от старых клиентов по снабжению, но она отказалась от соблазна разбогатеть, хотя мои дела шли из рук вон плохо.

При социализме у меня и мыслей не было о руководящей работе, когда надо отвечать не только за себя, но и за коллектив подчинённых. Но наступила эпоха капитализма, и пришлось менять свои взгляды, ибо с волками жить – по-волчьи выть. Над нашим коллективом нависла угроза лишения работы из-за приватизации и перепрофилирования. Я вынужден был, используя своё влияние и связи, открыть творческое объединение «Конструктор» и стать его директором. Несмотря на непосильные налоги и отсутствие приличных заказов, мы сводили концы с концами и как-то выживали. ТО «Конструктор» просуществовало более пяти лет, пока нас не обанкротили, объявив дефолт. После неудачи с ТО я благополучно занялся частным трудоустройством и работал на Заказчика без посредников.

У меня тоже была перспектива стать богатым. В те времена я зимой часто ходил в одну непростую баню. Баня находилась в деревянном доме при стадионе «Наука». Была там русская парная, финская сауна и мини бассейн. Принадлежала баня научному центру по отработке технологии реабилитации космонавтов и подводников. После свёртывания работ баня перешла в пользование администрации САО Москвы и в ней стали париться мэры (Г. Попов, а затем и Ю. Лужков); важные чиновники; «чёрные полковники», помогшие Ельцину стать президентом и директора крупных предприятий Москвы. Я же ходил туда по протекции директора стадиона, моего товарища по дому, с которым мы общались семьями. В то время я был генеральным директором ТО «Конструктор» с лицевым счётом в Филёвском банке. Это партийный банк КПСС, который вскоре одним из первых сбежал «за бугор». Мой товарищ ранее был учителем физкультуры, потом заместителем директора элитной спортивной школы. Десятки лет пытался вступить в партию с целью продолжения карьеры чиновника, но его не принимали, потому что он относился к категории интеллигенции и по национальности был чеченцем. Но ему несказанно повезло: Государственную Думу возглавил чеченец Хасбулатов, и по протекции чеченской диаспоры мой друг стал директором стадиона САО Москвы. При банном общении с директорами заводов мне предлагали принять участие в схемах, по которым обналичивали денег (общественной собственности) под приличный процент. Согласись я, тут же стал бы миллионером. Предложенная схема была на редкость проста. Директор завода задним числом составляет договор с ООО, прилагая поэтапный перечень выполнения работ по внедрению какого-то лицензированного изобретения (подобные схемы применяют сейчас и в Сколково). Деньги переводят на лицевой счёт ООО по фиктивному графику выполнения работ. ООО перераспределяет деньги на лицевые счета своих творческих работников и на счета частных фирм (якобы за выполненные работ и иные услуги для ООО). В итоге у ООО остаются проценты от «освоенных сумм». Во время приватизации чётко работала так же схема банкротства предприятия с целью его захвата в частную собственность с помощью фирм-однодневок. Я не поддался искушению стать богатым этим способом по нескольким причинам. Во-первых, теоретически была вероятность лишиться свободы при обнаружении мошенничества, следовательно, моя семья могла лишиться кормильца. Во-вторых, могли убить, в то время убивали и за меньшие деньги, а семья опять оставалась бы без кормильца. В-третьих, при ликвидации предприятия пострадала бы не только моя семья, но и десятки людей, работавших на моём ТО, которые лишились бы работы в столь тяжёлое время.

В результате я не пошёл на сделку с совестью и не позарился на лёгкие, но неправедные деньги. Я считал, и не без основания, что, будучи профессионалом и имея востребованную специальность, не пропаду при любой власти и в любых обстоятельствах. Так и получилось – я успешно работал до семидесяти лет и сохранил чистую совесть.

Слава Богу, что я не стал богатым!

Корона для шефа

18+

Отстоять честь и достоинство личности в житейских отношениях, не нарушая существующих законов, в наше время весьма сложная задача! Если в прошлой России, так или иначе, это было возможно: представители низшего класса – бедные люди – отстаивали свою честь и достоинство, в банальной драке; то – богатые и сильные – могли отстоять честь и достоинство на дуэли. В сегодняшних житейских отношениях (особенно в корпоративных) отстоять достоинство практически не возможно, так как – богатые и сильные всегда «правы». В СССР иногда была такая возможность, если задастся целью и вдохновеньем.

Времена СССР, Москва, Комбинат (работающий на хозрасчёте с зарплатой служащих в 2–3 раза больше среднего гражданина СССР) с работниками чуть больше тысячи, это своеобразный мини синдикат художников и мастеров прикладного творчества. Нынче такие организации называют корпорациями. Поступить на работу в такую организацию было очень сложно даже «по блату». Профессиональный опыт передавался по наследству, а если и предлагали работу в Комбинате, со стороны, то исключительно талантливым и одарённым специалистам. Руководство менялось через 7–10 лет (как правило, по банальной причине – коррупции), а назначалось партийными органами района. Одним из очередных директоров был назначен бывший первый секретарь комсомола района. Человек энергичный спортсмен (на работу приезжал на велосипеде, пренебрегая персональной машиной), будучи неплохим организатором, начал, успешно преобразовывать комбинат: расширял производство, закупал современное оборудование и заменял руководящие кадры управленцев «своими людьми». В нравственном плане: был диктатором в работе, весельчаком и жизнелюбом вне рабочего времени. Иногда после застолий (сдача объекта или проекта) меня просили пожилые сослуживцы проводить шефа домой, так как он много «принял на грудь» и моя задача была передать его «из рук в руки супруге». По дороге (в персональной машине) он читал стихи Есенина, Бродского или пел песенки Окуджавы и просил, чтобы я оправдал его перед супругой. Он был женат, воспитывал пацана и небезуспешно пользовался благосклонностью жён и взрослых дочерей своих подчинённых. Он и меня хотел видеть своим соратником. Я в то время был заместителем начальника КБ и он уговаривал меня – стать начальником (то есть, стать чиновником). При одном условии – чтобы я вступил в партию, и он обещал, что меня примут вне очереди. Интеллигенции: учителю, врачу или художнику в то время вступить в партию вне очереди было не так просто. Так как по службе мы довольно часто с ним общались, он с упрямством настаивал, чтобы я «вступил в ряды КПСС». На что я ему возражал и как то сказал – «Назови мне хотя бы одного приличного коммуниста, конечно, кроме тебя, в нашем коллективе». Он в ответ: – вот потому их и нет, в смысле приличных, что, такие как ты, не вступают в партию! В итоге нами руководят недостойные люди!» Тут он разоткровенничался – «Вот я, например, вовремя не поступил в ВПШ (Высшая Партийная Школа КПСС имела возрастные ограничения) и в будущем – конец карьеры неизбежен!» Я, конечно, не вступил в КПСС, так как по жизни не был ни пионером и, даже, ни комсомольцем, так как на то были у меня веские аргументы. Мои предки настрадались от коммунистического строя. Дед по отцовской линии, был репрессирован и расстрелян в 1938 году, а реабилитирован в 1955 году. Дед по материнской линии бал раскулачен и сбежал в Москву, скрываясь от преследования и затосковав по хозяйству. Запил, заболел и умер в «расцвете сил». Отцу тоже не повезло. Имея трёх малолетних детей, пошёл добровольцем на фронт и погиб в Отечественную Войну в 1941 году.

Как и в любой солидной организации у комбината была своя «база отдыха», располагалась она на полуострове в плёсах реки Волги вблизи Твери. Представьте себе чудные места: река, на крутом склоне сосновый бор, переходящий в дикий пляж; стоянка моторных лодок со спортивной площадкой; длинным строением типа барака, где находится общая кухня с русской печью; множество туристических палаток; неподалёку деревушка с сельмагом и клубом. В общем: охота, рыбалка, пляж, дары леса и всё это «в одном флаконе». Где ещё можно встретить такую благодать для «дикого отдыха!» Я по случаю (был приглашён шефом на предмет начала проектирования бани) попал в компанию молодёжи «на шашлыки». Подобралась разнообразная компания: молодожёны (художники); двое братьев погодков с подругами (темнокожие мулаты по возрасту «Фестивального разлива 1957 г.»); шеф с очередной пассией; я по делу в одиночестве, так как у меня была жена на даче с ребёнком. Шеф сам готовил шашлыки и всех угощал. Пели песни под гитару. Танцевали под спидолу. Когда все уже были в приличном «подпитии» за исключением кормящей матери – жены художника, начались разборки: пассия шефа приревновала его к жене художника и утверждала что он, танцуя с ней, её лапает. В конце концов, жена художника взяла корзинку и ушла в лес за грибами, пассия шефа нашла напарника в лице художника и продолжала с ним выпивать, пока тот не отключился. Шеф тоже куда-то ушёл, мы подумали, что он примкнул к другой компании. Молодёжь, продолжала веселиться, а художник напился и прикорнул. Вернулся шеф с поцарапанным лицом и стал, есть ложкой астраханский толстокожий арбуз и бахвалясь об очередной сексуальной победе. Мы не верили, но тут вернулась жена художника вся растрёпанная, с порванной блузкой. Буквально набросилась на мужа и стала жёстко хлестать грязными колготками, свёрнутыми в жгут, подвыпившего мужа по лицу, причитая: – «Ты меня подставил под этого ублюдка…, что если я «попаду», то делать аборт не буду». И всё это в истерике. Женщины отвели её умыться и привести себя в порядок. Муженёк продолжал «валять Ваньку» притворяясь пьяным. Шеф раздурачился и стал приставать и нахально лапать подругу младшего брата, совсем ещё девчонку, пока тот играл в футбол на спортплощадке. Она отбивалась от его дурачеств, как могла, и просила защиты у старшего брата своего ухажёра. Старшему мулату всё это осточертело и он, осадив шефа, стал что-то мудрить над пустым арбузом, то и дело, примеряя его на голову изрядно подвыпившего шефа под общее нескрываемое удовольствие компании, пока тот занимался костром, разогревая шашлыки. Я присмотрелся и был искренно изумлён, с каким талантом парень вырезал арбуз в виде короны. (В детстве мне посчастливилось заниматься резьбой по дереву, и я мог отметить, что изделие «корона» было выполнено искусно, видимо не напрасно парень учился в «Строгоновке»). Низ короны он перевязал леской. Закончив работу, мулат смачно с силой надел её на голову шефа, да так, что виден был толь красный нос. Снять, такое изделие, даже трезвому человеку, было не так просто. Шеф ничего, не понимая, стал биться о бревно, лежащее на земле, пытаясь, разбить арбуз. С трудом избавившись от короны под общий хохот компании, едва очухавшись, он нещадно стал материться и «наезжать» на мулата, а тот хохотал ему в лицо, понимая, что шеф в сравнении с его мощной фигурой выглядел мальчонкой. Шеф продолжал ругаться и грозить, что уволит обоих братьев, и чтобы те больше не являлись на работу. Когда иссякло его возмущение, все успокоились и стали продолжать веселиться, как будто ничего и не произошло.

Утром, приехав на работу, у подъезда я встретил огорчённых сослуживцев. (Троица это: парторг, профорг и секретарь ВЛКСМ) Они стали расспрашивать об инциденте с шефом. Я рассказал, как очевидец, о произошедшем инциденте. Они в, свою очередь, поведали о самодурстве шефа, который требовал от них подписи на увольнение братьев. В те времена без согласия «троицы» уволить служащего, без уважительных причин было невозможно. Я им предложил подождать до 12 часов, так как знал по опыту распорядок дня шефа. Придя на работу, после очередного праздника, с утра на планёрке он устраивал «жёсткий разнос» правому или виноватому без разницы, а уже к 11 часам был у стойки буфета. (Алкоголь, по закону, в Общепите отпускали строго с 11 часов.) Только опохмелившись, он входил в бойцовское рабочее состояние управленца. Так получилось и на этот раз, только со скандалом. Он пришёл в буфет в 10 часов и потребовал спиртного, буфетчица отказалась отпускать спиртное, так как не было 11 часов, и он потребовал директора на «рандеву». Директриса появилась и тоже отказалась наливать. Тогда он устроил скандал и начал вещать: что он директор комбината, который построил этот пищеблок к олимпиаде, а ему отказывают в пустяке и что он приложит все силы, чтобы уволили всё руководство пищеблока. Директорша была членом райисполкома и ни чего не боялась, дала команду не отпускать спиртное до положенного по закону времени. Наступил час «пик» и он выпил стакан коньяку, закусив маленькой шоколадкой «Алёнка». Директорша была настолько ошеломлена, что разразились такой тирадой – «… какой ты директор, пьянь ты беспробудная, и я все сделаю, чтобы ОБХС проверила вашу контору, которую возглавляет такой алкаш и пропойца». (Всё это, мне рассказал мой начальник, который был с ней в гражданском браке.) Вернувшись на работу, он узнал, что «Троица» отказалась визировать приказ под предлогом, что невозможно за короткое время и такую мизерную плату найти грузчиков. (Братья работали на полставки и учились в Строгановском художественном институте.) Директор пообещал, что сам найдёт им замену и сделал вид что успокоился.

Вот так закончилась история, когда простой работяга СССР, защищая честь и достоинства, «короновал» директора солидной организации. После этого инцидента пошла молва по району, что наш шеф был коронован «Рабочим классом» и ему долго пришлось терпеть насмешки и издевательства на свой «счёт» от своих коллег.

В нынешнее время корпоративных отношений это вообще невозможно отстоять честь и достоинство. Сейчас всё решают деньги, а когда вы зарплату получаете в «конверте», то вас могут уволить «в одночасье», если вы «не дай то бог» будете перечить шефу.

Малолетний шкодник

Был в моей жизни один пренеприятный случай, когда я непреднамеренно чуть не стал виновником смерти человека. Произошло это в глухой деревне в послевоенные полуголодные годы. Было мне тогда пять лет, и был я худым, активным, лопоухим ребёнком.

Летом привезли меня к тётушке на отдых. Насмотревшись в Москве трофейных фильмов о Робине Гуде, Тарзане и Падение Берлина, я пересказывал деревенским мальчишкам их содержание.

Под впечатлением боевых эпизодов из фильмов нашей любимой забавой стала стрельба из самодельных луков и рогаток. Преуспели мы в этом настолько, что могли попасть из лука в ласточку, сидящую на проводе высоко над головой, а из рогатки могли попасть в бегущую кошку-воровку (кошка портила куриные яйца, надкусывая их и выпивая содержимое). Стреляли мы осколками битого чугунка, которые обладали приличной убойной силой.

После победы Сталин приказал воинов-победителей перед демобилизацией одеть в парадную форму. Форма также введена была для многих категорий госслужащих. Повезло и почтальонам: им выдали не только синюю форму, но и транспортное средство типа мотоцикла с цепным приводом и велосипедными педалями, похожее на современный мопед. И вот однажды, когда почтальон в форме и в форменной фуражке на приличной скорости ехал по пыльной дороге, я стрельнул в него из рогатки метров с двадцати и попал в голову. Фуражка слетела, и он упал вместе с мопедом прямо в грязь. Встав, он увидел нас и, не отряхиваясь, бросился к нам, нещадно ругаясь многоэтажным матом и угрожая, что прибьёт стрелявшего. Инстинкт самосохранения сработал молниеносно. Я забежал в соседнюю избу, по стремянке забрался на чердак и от испуга зарылся в сено, хранившееся под соломенной кровлей. Пострадавший произвёл допрос с пристрастием, прихватив обоих моих товарищей за уши. Они завопили от боли и «раскололись»: «Это не мы, это москвич, он наверху». Почтальон забрался наверх и с остервенением стал вилами прощупывать сено, проклиная моих родителей словами: «Мы воевали, а они нарожали бандитов». Хозяйка избы пыталась остановить его, схватившись за вилы и прося: «Иван, успокойся, он же ребёнок. Ты же его запорешь вилами!». Действительно, вилы промелькнули около меня. Видимо, меня спас Ангел-хранитель. Хозяйка налила пострадавшему стакан самогонки, чтобы тот успокоился. Но он не успокаивался и продолжал грозить, что всё равно меня найдёт и выпорет. Тем временем я покинул свое спасительное убежище, прополз по-пластунски картофельным огородом к себе домой и забился под железную кровать, расположенную в сенцах, где обычно трапезничали. Пострадавший пришел искать меня, а встретил своего товарища, моего старшего двоюродного брата, с которым они в 1943 году после окончания краткосрочных курсов танкистов ушли на фронт, и дошли до Берлина. Брат находился на отдыхе перед отбытием на Дальний восток воевать с японцами. Они облобызались, как друзья детства, и у них начался задушевный разговор о войне под самогон и незатейливую закусь. Гость рассказал, как его чуть не отправил на тот свет двоюродный малолетний братишка друга, угодив из рогатки в висок. Если бы не фуражка – быть бы беде! При этом он приговаривал: «Служил в разведке, до Берлина дошёл – и ни одной царапины, а тут дома чуть не настал кирдык! Попади он мне на пару сантиметров ниже фуражки, я бы не сидел здесь». Тётушка начала оправдывать меня, рассказав, что я рос в семье без отца, что у матери ребят трое, один другого меньше, а я младшенький. Тем временем стемнело, меня хватились, начали искать, но никак не могли найти. Тётушка выдвинула условие, что если меня не найду, никакого самогона друзья больше не получат. «Чувствую я, что он где-то здесь, – сказал бывший разведчик и громко прокричал: – Юрок, выходи, я тебя не трону, даю слово офицера!». Каково же было удивление подвыпивших друзей, когда я выполз из-под кровати, на которой они сидели. Пострадавший прихватил меня за ухо и спросил: «За что, шкодник, ты в меня стрелял?». Ответ был оригинален: «Я думал, что ты фашист». Он заржал и попросил показать рогатку. Рассмотрев её, он заключил как специалист, что оружие отменное, и запретил мне не только стрелять, но и даже целиться в людей. Порки я не избежал – тётушка пару раз взгрела меня ремнём. В итоге за жестокий проступок я отделался лёгким испугом. Но этот случай мне запомнился на всю жизнь.

Впоследствии, когда, повзрослев, я встречался с двоюродным братом, он непременно напоминал мне, каким озорным и шкодливым я был мальчонкой. Я каялся и заверял его, что это произошло случайно, спонтанно и непреднамеренно. Мне становилось стыдно за причинённые взрослым неприятности. Определённый урок из произошедшего я вынес: занимаясь в подростковом возрасте изготовлением пороховых самострелов, сам никогда не целился в людей и пацанам не советовал.

В дальнейшей жизни, уже воспитывая своих сыновей, я учитывал возможность пагубного влияния на неокрепшую детскую психику сцен стрельбы и насилия, которые широко представлены в кинофильмах и на телевидении. Природную агрессивность, присущую почти всем мальчишкам, необходимо не подавлять запретами и ограничениями, а направлять в цивилизованное русло: занятия физкультурой или физическим трудом, походы с элементами экстрима, участие во всевозможных конкурсах и соревнованиях. Например, на даче я устраивал «многоборье» все различных игр: пинг-понг, шашки, стрельба из пневматической винтовки, шахматы и отжимание на руках. Они с восторгом соревновались, забывая о времени. Всё это учит мальчишек управлять своей агрессивностью и направлять её на благие цели. Неконтролируемая или же подавляемая агрессивность приводит зачастую к тяжёлым последствиям. Кроме того, с детских лет необходимо дать ребёнку понятие ценности своей жизни и ценности жизни другого человека. Если в семье родители не уделяют всему этому внимания – быть беде!

Мальчишки

16+

Москва. Послевоенные годы. Центр Москвы чист, потому что фасады домов с прилегающими дворами были огорожены заборами, которые снесли только в пятидесятые при правлении Н. С. Хрущёва. Дома не газифицированы, пищу готовили на керосинках самых разнообразных конструкций. Готовили мало, это было полуголодное выживание. Практически всё выдавалось по карточкам. За всем, даже за хлебом, выстраивались громадные очереди. Молоко было только по выходным и праздникам, его из пригорода на поездах (электричек ещё не было) привозили «молочницы». Отопление было печное, а электрообогревателями могли пользоваться только те, у кого водились деньжата. Люди побогаче жили в конфискованных у «врагов народа» квартирах, большинство же проживало в «коммуналках». В полуподвалах ютились беженцы и коммунальные служащие, а в бараках селился пришлый люд. Семьям выделяли в буквальном смысле по «клочку» земли на пустырях, чтобы выращивать овощи. Нашей семье повезло, огород нам выделили на Воробьёвых горах, туда ходил троллейбус. Бомбёжки давно прекратились, но окна по-прежнему занавешивались американскими клетчатыми одеялами, которые поставлялись по ленд-лизу. Американские «шмотки», которые бесплатно распределялись среди людей, были непрактичны. Например, маме достался плащ из непромокаемого шелка, абсолютно белого цвета. Ясно, что сажать картошку в нём было нельзя, да и стирать его в отсутствии порошка было очень проблематично. Описав быт, в котором проходили мои детские и отроческие годы, перейду теперь непосредственно к жизни детей и подростков послевоенного периода.

«Пацанами» считались мальчишки в возрасте от 13-и лет. Различались три категории пацанов: «шпана», «деловые» и «изгои». К «шпане» (или уркам) относились те, кто имел «крышу». За них мог заступиться кто угодно: брат, вор и даже милиционер. Как правило, никто не желал с ними связываться, поскольку они были повязаны кровью. Если кого-то убивали в драке, при «разборках» или случайно, то каждый урка был обязан, несмотря на малый возраст, пырнуть убиенного финкой. Таким образом, пытались оградить убийцу от ответственности. Получалось групповое убийство – сажать некого – поскольку невозможно было выяснить конкретного убийцу! Одевались они вызывающе элегантно: хромовые сапоги (в голенищах которых была финка или бритва), тёмное пальто, белое кашне и надвинутая на глаза кепка, скрывающая глаза.

Основную массу мальчишек составляли «деловые».

К «изгоям» относились все остальные: это были пацаны из семей, репрессированных, без вести пропавших и одиночек. Над ними все издевались, обзывая обидными кличками: «выкормыш врага народа», «сын перебежчика» и «маменькин сынок».

Детей после войны рожали много. Часто бывало так, что мать рожала очередного ребенка, а её старшая дочь уже нянчила своего малыша. Городской средой обитания мальчишек, кроме школы и дома пионеров, были улица и «подворотня»: заброшенные подвалы, чердаки и крыши. Жилые дома были малоэтажными, с противопожарными пристенными лестницами. По ним можно было забраться на любую крышу. Этим развлекались городские мальчишки в свободное от учёбы и официальных занятий в кружках время. Хулиганская фантазия бала на грани фола и привода в детскую комнату милиции, причём задним числом понимаешь, что, по большому счёту, так называемые «детские шалости» были обыкновенной мерзостью, но кто после войны, в период безотцовщины, мог помочь мальчишкам в понимании добра и зла.

Практиковалась, например, такие «шалости». Идёт детский фильм на утреннем сеансе в центральном кинотеатре «Ударник». С балкона шпана справляет малую нужду на головы зрителей бельэтажа в самый ответственный эпизод фильма. Из бельэтажа раздаётся громкий вопль: «… поваживай, поваживай, на одного льёшь». Те, на кого урина не попадала, начинали громко смеяться, тем самым ещё больше поощряя хулиганов.

Практиковался следующий отъём денег. Мало возрастной подросток «шпана» подходил к взрослому, обычно к штатскому и «стрелял» у него папироску. Если, не приведи господи, взрослый делал замечание или отказывал в папиросе, тут же появлялись взрослые «заступники» бандиты. Начиналась разборка: заставляли у «шпаны» просить прощения, избивали, отнимали деньги или часы. Парой дело доходило до поножовщины!

«Деловые и «изгои» устраивали каверзы при сексуальных общениях матерей и сестёр, у которых мужья погибли на фронте, с незнакомыми мужчинами. Однако и у них были свои своеобразные «забавы». Несколько примеров.

На нитку закреплялся камень, который подвешивался с внешней стороны окна с помощью иголки или гвоздика, воткнутого в деревянную раму. Дождавшись, когда в комнате погаснет свет и пара уляжется в постель, мальчишки дёргали за нитку, прикреплённую к камню. При этом создавалось впечатление как будто кто – то кинул камень в окно. Бывало что жертва розыгрыша, прежде чем догадаться и демонтировать «забаву», несколько раз выбегал наружу, пытаясь понять, кто кидается в окно.

В комнату, где происходило интимное свидание, через открытую форточку забрасывали подожжённую и притушенную «дымовуху» (подожжённая кинолента, плотно завёрнутая в газету). Комната моментально заполнялась вонючим и ядовитым дымом. Из комнаты в коммунальной квартире выбегала практически обнажённая пара на «радость» соседей и мальчишек.

По улице шествует парочка влюблённых: мужчина в широченных брюках с папиросой «Казбек» в зубах и с ним вся такая разодетая барышня, если к послевоенным нарядам можно применить слово «разодетая». Задача пацана, проходя мимо, незаметно подкинуть в карман малюсенький пакетик. Это действие исполнял обычно вор карманник. В пакетике находилась смесь марганцовки с глицерином, предварительно растёртая пальцами. Начиналось медленное возгорание. Вначале мужчина начинал хлопать себя по карману пытаясь понять, в чём дело? Потом начинал выкидывать всё из кармана, а подкладка пальто уже тлела, извергая вонючий дым. Далее начинал тлеть и костюм. И «когда запахло жареным» он начинал быстренько раздеваться чуть ли не догола, снимая с себя всё что только можно. Стоя в кальсонах, со слезами на глазах, не то от дыма и не то от обиды, мужчина затаптывал тлеющую одежду под всеобщий хохот пацанов.

Любили заниматься пиротехникой. Для этого пользовались порохом от спичек и патронов. Мастерили взрывные устройства типа «болт и гайка», а также самострелы. Правда, не всегда изделия были удачными и некоторые из мальчишек получали ожоги и увечья. Представьте безлюдный переулок. Мальчишки бесчисленное количество раз бросают устройство «болт-гайка» о глухую заводскую стену до тех пор, пока изделие не взорвётся. В момент броска все должны быстро спрятаться за углы окружающих домов. Срабатывает принцип: «кто не спрятался – я не виноват!» Случилось так, что после взрыва болт «нашёл» одного из мальчишек с любопытством, выглядывавшим из-за угла. Ему снесло часть черепа, и окровавленного увезла скорая помощь.

Начиная уже с трёх лет мальчишки шастали по переулкам, собирая «бычки» от различных папирос. Набранный из них табак далее сушили на чердаке, после чего закуривали «козью ножку» или «солдатскую» сигаретку, и, накурившись до дури, кайфовали лежа на крыше высокого дома, любуясь пейзажем Замоскворечья.

Практически за мальчишками пригляда не было. В метро самостоятельно катались уже с шести лет, так как могли сойти за школьников. Школьники в то время ездили на метро бесплатно! Играли в азартные игры: фантики, монеты, лото и карты. По желанию можно было заниматься любым видом спорта, и всё это было бесплатно! В доме пионеров можно было бесплатно заниматься в любом «кружке по интересам», но мало кто их посещал длительный период! Все обожали свободу и вседозволенность, к тому же в 13–14 лет многие «пацаны» уже начинали заниматься любовными утехами и взрослыми женщинами (из-за малочисленности мужчин в послевоенные годы). Бывали случаи участия в групповых оргиях с «тронутыми дамами» обладавшими гетерсексуальной активностью, потерявших мужей на фронте и кочующих по дворам в поиске сексуальных развлечений. К ним выстраивались очередь и «стар и млад». Таких страждущих было немало. Однако большинства «пацанов» такая участь миновала. У них были другие забавы. Под предлогом игр компании мальчишек в 2–4 человека загоняли в подъезд приглянувшуюся пионерку лет 12–14-и, возвращавшуюся из школы. Нещадно лапали и зацеловывали, пока её трусики не становились влажными. Нередко девицы оказывали отчаянное сопротивление и призывали на помощь проходящих мимо редких прохожих, но редко кто на крики обращал внимание и вмешивался. Все проходили, мимо полагая, что детвора развлекается. В то время молодые люди работали, а пожилые отдыхали. Такие «забавы» продолжались до тех пор, пока девочки не превращались в девушек, а у них губы становились «алые как маки» и формировались другие женские прелести. Наступал момент, когда на девиц «клал глаз» какой-либо «фраер»: кто-то из взрослой шпаны, или крепкий холостой мужчина. Женатому чиновнику (по нынешнему «Папик») это было не положено, могли последовать «оргвыводы» по партийной линии. Фраера брали девушек «под своё крыло», как правило, силой и подлостью. Тут «лафа» мальчишек заканчивалась и девушке ничего не оставалось, как выбрать себе пожизненного «товарища» из мальчишек и лишалась девственности по любви, или искать счастье с фраером.

Полуголодное существование, о котором шло повествование, было в эпоху повсеместной «безотцовщины и диктатуры», до середины двадцатого века и в наступившем 21 веке, российские мужчины, не смотря на возраст, продолжают «играть в пацаны», кощунствуя над памятью нашего послевоенного детства. Чего только стоят – годы девяностые? Что ждёт Россию, можно только догадываться!

Мздоимец

Век живи – век учись В конце восьмидесятых, когда я находился в командировке во Вьетнаме в качестве главного конструктора-дизайнера мощной музейной экспозиции, со мной произошёл комичный случай: меня обвинили во взяточничестве. Всё по порядку. Во Вьетнаме, как в бывшей колониальной стране, сохранились бюрократические традиции борьбы против взяток в сфере интеллектуального труда. Одна из них – традиция денежного вознаграждения чиновничества за профессиональный интеллектуальный труд в пользу Заказчика (хозяина) непосредственно после выполнения какого-либо значимого этапа работы (как у нас говорят «не отходя от кассы»). В конце восьмидесятых, когда я находился в командировке во Вьетнаме в качестве главного конструктора-дизайнера мощной У нас в России новые русские приняли этот принцип на вооружение в искажённом виде, выплачивая заработную плату в конвертах за определённый период времени, а не за конкретный этап работы. Дело в том, что при таком способе оплаты Исполнитель не в курсе, где он сработал правильно, где неправильно, а где вообще не принимал участие. Тем самым ограничивается возможность Исполнителя представить весь процесс работы в целом и, следовательно, более правильно принимать решение в каждом конкретном случае. Речь, естественно, идёт о приглашаемых специалистах из других фирм.

Расскажу, как это работает, на конкретном примере. Я со своими коллегами был приглашён на совещание профессионалов (лично у меня подобных совещаний бывало по 2–3 раза в день) для решения какой-то проблемы. А проблем было более чем достаточно! С нами увязался соприсутствовать важный чиновник из Моссовета, приехавший посмотреть, как мы работаем за границей. В принципе, мы могли отказаться и не присутствовать на совещании, если бы посчитали присутствие нецелесообразным.

Климат во Вьетнаме невыносимо жаркий, поэтому в случае длительного совещания предусмотрен ритуал угощения участников чаем, кофе и даже алкоголем с лёгкой закуской. Ритуал может повторяться, если совещание затягивается. Каждый присутствующий принимает участие в совещании в меру своих возможностей: кто-то выдвигает идеи, кто-то предлагает способы их реализации, кто-то критикует (что тоже немаловажно), а кто-то ведёт себя пассивно. Вознаграждение осуществляется соответственно вкладу. На совещании проблема решена: затраты и сроки исполнения будут минимальными. Каждому участнику даётся открытый конверт с долларовыми купюрами разного достоинства в чёткой зависимости от его вклада в решение проблемы. За время войны с США Вьетнам «подсел» на доллары. Обратите внимание, что на каждой долларовой купюре находится портрет того или иного президента США в знак признания его заслуг во время правления страной при её становлении как державы.

Так и Хозяин совещания оценивает вклад участников совещания по решению той или иной задачи денежными знаками. В принципе мы могли и не брать конверт. Я часто это делал, если сам считал, что не достоин! Придя в гостиницу, мы посмотрели в конверты, не скрывая друг от друга, во что было оценено участие каждого. Получилась следующая картина: мне – 10 $, коллегам по 3–10 $, а чиновнику из Моссовета положили 1 $. Мы поржали над ним.

Чтобы представить незначительность суммы, приведу некоторые цены: за 40 $ можно было купить приличный приемник или игровую приставку, а за 10 $ можно было пообщаться с валютной путаной.

Вьетнамцы очень тактичный народ и никогда не скажут, что ты им не нужен, и они не хотят с тобой общаться. Так они и сделали, положив чиновнику в конверт один доллар. Они дали ему понять, что глупо присутствовать на деловом совещании, будучи некомпетентным в обсуждаемом вопросе. У них все деликатные отношения решаются символами или намёками. Например, супруга дарит мужу двухсторонний домашний халат с цветным рисунком, который нравится супругу. Если супруг надевает халат светлой стороной (там море, цветы и солнце) – с ним можно общаться, а ежели тёмной стороной (там драконы и луна) – к нему лучше не подходить. Так снимаются многие проблемы в семейных отношениях. В нашей культуре семейных отношений при несовпадении желаний начинаются долгие объяснения, которые могут привести к неприятностям.

После неудачного посещения совещания чиновник – контролёр устроил партсобрание в посольстве и вызвал нас туда «на ковёр». Прочёл нам нотацию об облике советского специалиста за границей. Начал ругать вьетнамцев, на чём свет стоит, что они взяткодатели и развращают советских специалистов. Нас обвинил во взяточничестве и хотел объявить нам партийные выговоры, но, узнав, что мы все беспартийные, обещал с нами разобраться по линии ВНЕШТОРГа.

Только в Союзе до него дошло, что это традиционный подход к оплате интеллектуального труда тех же чиновников, которых чётко заинтересовывают работать честно, а не получать заработную плату и «откаты» за принятие решений. Это своего рода легализация «теневых» доходов чиновников разного уровня. Следует отметить, что подобный метод вознаграждения активизирует деятельность работников интеллектуального труда и позволяет Заказчику без проволочек материально отблагодарить Исполнителя.

Место встречи изменить нельзя

Существует в Москве место, где возможны самые невероятные встречи. Это место – Красная площадь. По воле судьбы долгие годы я работал в здании, расположенном в самом сердце столицы. И за эти годы несколько раз косвенно сталкивался с очень значительными персонами, можно даже назвать их историческими личностями. Расскажу о своих впечатлениях от этих встреч, сопроводив рассказ небольшими историческими экскурсами и живыми фактами, характеризующими эпоху. В начале девяностых, когда в стране произошла смена строя, рухнула коммунистическая идеология. Точнее, фактически она уже не существовала, но официально народу поведали о её отмене с приходом к власти Ельцина. Но не может, же страна существовать без идеологии! В реальной жизни почти все начали поклоняться Золотому Тельцу, однако говорить об этом вслух было как-то неприлично. И тут вспомнили о религии: ну чем не новая идеология! Ведь в области идей всё новое – это хорошо забытое старое, да и какая-никакая преемственность будет соблюдена. И что тут началось! Духовенство было поднято на щит: допущено к средствам массовой информации, в школы, в органы управления. Все руководители вдруг стали «глубоко» верующими, стояли на службе со свечами (в народе их прозвали «подсвечники»), обзавелись личными духовниками, постились «на людях».

Но, как говорится, «нет худа без добра». На фоне этого процесса началась реставрация памятников церковной архитектуры, строительство новых храмов и воссоздание уничтоженных в годы борьбы с религией. Процесс, конечно, неоднозначный: в стране разруха, безработица, люди недоедают – а тут храмы строят! Время покажет, нужно ли было это делать без наличия сильной духовной потребности, но кто у нас народ спрашивает? Одно уже положительно – не ломали, а строили. Возможно, когда-нибудь и пригодится.

И вот в это непростое время было принято решение воссоздать церковь Казанской иконы Божьей Матери на Красной площади. История этого храма необычна. Построен он был первоначально из дерева на средства князя Пожарского, за тем в 1963 г. из камня по велению царя и за время своего существования многократно перестраивался. В двадцатые годы прошлого века, когда храмы не только по всей стране, но и в Москве рушили, как карточные домики, он чудом уцелел и даже в 1925 – 1930 годах в нём велась служба. Но в 1936 году его почему-то разобрали до основания под предлогом реконструкции Манежной площади. К счастью, были сделаны фотографии и произведены тщательные обмеры, что пригодилось через много лет при воссоздании. На месте храма разбили сквер, а в подвале близлежащего дома сделали общественный туалет для посетителей ГУМа. Эта дьявольская традиция – делать на месте церкви склады существовала в СССР долгие годы, а устроить туалет в столице это – ноу-хау.

Казанский собор был воссоздан в 1990 – 1993 годах. Я в то время работал в здании по соседству, где располагалась мастерская К. Худякова, главного художника музея В. И. Ленина, и иногда заходил на новостройку, наблюдая, как монтируется мозаичное панно-триптих ликов Спасителя, Божьей Матери и Иоанна Крестителя. В изготовлении и монтаже этого панно и благоустройстве помещений храма принимал непосредственное участие мой старший сын. В 1993 году строительство успешно завершилось, что по тем временам было событием беспрецедентным, так как замораживали более важные объекты. Не иначе, как Всевышний помог! Состоялось освящение, которое проводил сам Патриарх и на которое были приглашены представители православного духовенства других стран, мэр Москвы, высшие чиновники государства, представители традиционных религий России. Присутствовал на этом торжестве и ваш покорный слуга. Меня пригласил сын – активный участник оформления фрагментов интерьера. Интерьеры получились просто великолепные, строго соответствующие обмерам и фотографиям, сделанным архитектором в 1936 году.

Но вернусь к процедуре освящения. Зал храма не был рассчитан на такое большое количество гостей. Прихожане вообще остались за порогом, потому, что их не пускала охрана высоких персон. Пока Патриарх вёл службу, на улице назревал скандал: истово верующие буквально ломились в храм. В основном это были пожилые женщины. Раздавались причитания: «Меня крестили здесь, и я до 1930 г. (в этом году церковь была закрыта) была прихожанкой, а сейчас меня не допускают до службы. Как не стыдно!» Послушники безуспешно увещевали толпу верующих. Скандал разгорался. Патриарху нашептали о возникшей проблеме. Он тут же вышел наружу и стал успокаивать паству. Многие становились на колени и внимали его речи. Он выбрал из толпы несколько старушенций и, с трудом протискиваясь, провёл в зал, где и продолжил службу. Я с интересом и удивлением наблюдал, как бывшие атеисты-коммунисты (многих я знал в лицо), вдруг ставшие верующими, лихо молились, повторяя псалмы за Патриархом. Торжество этим конфузом было омрачено, но все сделали вид, что ничего не случилось.

После освящения храма в 1993 году оформительские работы продолжались до 1995 года. Существовало предположение, что этот проект был репетицией перед воссозданием Храма Христа Спасителя в Москве.

Ещё одна встреча на Красной площади. 1994 год. Я по-прежнему работаю в мастерской главного художника музея В. И. Ленина. Обедали мы по спецпропускам в кремлёвской столовой пищевого блока при ЦК КПСС, где были качественные и дешевые обеды по ценам гораздо ниже, чем в общепите в 2–3 раза. Столовая располагалась недалеко от гостиницы «Россия», и чтобы туда попасть, надо было пройти Красную площадь. Идём как-то раз, и я вижу, как из Спасских ворот выходят дюжина мужчин и быстрым шагом рассредоточивается по Красной площади. Я говорю коллегам: «Сейчас произойдёт какое-то действо!». Почему я такое предположил? Со мной произошёл однажды курьёзный случай и именно на Красной площади.

Дело было в 1970 году. Выхожу я из служебного входа музея, вид у меня невзрачный: кожаная затрапезная куртка, в руках портфель.

Обычно у дверей дежурит милиционер, а тут его почему-то не оказалось. Смотрю налево – Красная площадь пуста. Смотрю направо – до Манежной площади ни души, но внизу оцепление, и за ограждениями толпа народа. С площади надвигается кортеж представительских машин чёрного и синего цвета в сопровождении мотоциклетного эскорта. В одной из открытых машин вижу нашего Генсека Л. Брежнева и канцлера ФРГ В. Брандта. Именно их и приветствовали толпы народа. Не успел я подойти к краю тротуара, как один из мотоциклистов эскорта приостановился напротив меня и стоял пока все машины не проследовали, а сзади подскочил мужик-топтун и, не шевеля губами, тихо приказал уходить к Манежной площади и незаметно сильно стукнул меня локтем под рёбра. Для нынешнего поколения поясняю, что топтун – это сотрудник КГБ, занятый наружным наблюдением. Как только мы подошли к оцеплению, меня скрутили и усадили в милицейскую машину, учинив обыск и допрос. Выяснив, что я действительно работаю в музее, а в подозрительном портфеле находятся папки с чертежами, меня отпустили, но следили за мной до самого дома, где я проживал. Милиционер, который прозевал мой непредвиденный выход, был понижен в звании и впоследствии неоднократно меня упрекал, т. к. «служебный рост» его был надолго прерван.

Но вернусь из далекого семидесятого в девяностые. Вышедшие на площадь мужчины рассредоточились. И тут мы увидели, как из кремлёвских ворот выходит английская королевская чета в сопровождении нашего новоизбранного президента Б. Н. Ельцина. Всех, находящихся на площади, серьезные мужчины попросили стоять и не двигаться. Ельцин активно жестикулировал, указывая то в сторону храма Ивана Блаженного и памятника Минину с Пожарским, то в сторону стены Кремля, Мавзолея и погоста выдающихся людей.

Кстати, по преданию именно с этой стены Кремля в старину после пьянок и жестоких расправ над неугодными подданными сбрасывали трупы в ограждающий ров, и тем самым положили начало погосту, а затем и мемориальной стене. В наше время на площади вблизи погоста и Мавзолея основателя СССР по праздникам происходят различные увеселительные мероприятия и народные гуляния.

Несмотря на жестикуляцию Ельцина, королева Елизавета демонстративно не стала смотреть на Мавзолей, где лежал прах убийцы императора России Николая II (двоюродного брата короля Великобритании – деда королевы) и направилась к воссозданному и действующему Казанскому собору. Только после этого нам разрешили идти, куда мы шли. Мы же, позабыв про обед, направились к храму: интересно было поближе посмотреть на королеву. Но тут произошла досадная заминка, так как она потеряла из виду супруга, забеспокоилась и не стала входить в храм. Пока «искали» супруга, она осматривала фасады храма. Оказывается, супруг приотстал, засмотревшись на диковинные витрины ГУМа. Вскоре королевская чета воссоединилась и направилась в храм, где их встретил настоятель отец Аркадий, пропевший им многолетие. После осмотра всего, к храму подъехал шикарный представительский английский автомобиль сиреневого цвета, похожий на карету, и чета уехала.

Вот такие события и факты извлёк я из глубин своей памяти. Произойти все это могло только на Красной площади. Где ещё я, простой российский гражданин мог пересечься: с королевой английской, Ельциным, Брежневым, Брандтом, Лужковым, Патриархом и высшими чиновниками России? Только тут, и нигде больше!

Мои грехи – моё богатство

Блажен, кто верует, – тепло ему на свете.

А.Грибоедов.

Крещён я был в год Победы. Нас в семье было три брата от четырёх до семи лет. Решение о крещении детей приняли верующие бабушки. Крестить ребёнка советского служащего в сороковые годы в Москве было весьма проблематично: если на работе становилось известно, меры могли последовать весьма жёсткие – вплоть до увольнения. Поэтому бабушки, чтобы не подводить нашу маму, решили провести обряд в Тамбове, откуда был родом наш отец, погибший на фронте. Таким образом, по воле взрослых четырёх лет от роду я формально стал христианином.

Дальнейшее моё приобщение к религии не было целенаправленным, а скорее имело вид случайного процесса. Пока я был совсем маленьким, бабушка, идя на церковную службу, иногда брала меня с собой. С шести до девяти лет я уже был у любимой бабушки поводырём, так как ей было далеко за восемьдесят. В послевоенные годы церквей, где велась служба, было очень мало. Мы, живя в центре Москвы, ходили в храм, расположенный около Третьяковской галереи. Обычно праздничные службы не пропускали. Само богослужение мне не нравилось: не понимая половины слов, я не улавливал смысла. Различал слова я только в многократно повторяющихся заклинаниях, но и их смысл был мне не понятен. Бабулька моя читать не умела, расписывалась крестиком и приобщилась к грамоте вместе со мной, когда я пошёл в школу. В храме ей кто-то подарил для меня «Библию для детей» дореволюционного издания со старой орфографией, и мы вместе зачитывались библейскими историями и любовались цветными иллюстрациями. С тех пор у меня сложилось представление о грехах и соблазнах. Насколько я помню, основных грехов четыре, а соблазнов – шесть.

Вот таким образом я получил первое представление о христианских ценностях. Кроме того, что-то передалось и на генном уровне, как говорится «с молоком матери». Всё это дополнилось чтением русской классической литературы по школьной программе, домашним и школьным воспитанием и сформировало мою нравственную базу. Эта база, как мне кажется, помогла прожить жизнь достойно. На восьмом десятке попытаюсь подвести итог и проанализировать, как я исполнял христианские заповеди, покаяться в грехах и выяснить их причины. Я не могу назвать себя ни верующим, ни атеистом. Наверное, я, как всякий образованный и думающий человек, являюсь агностиком. По рождению, воспитанию и жизненному опыту придерживаюсь христианских моральноэтических ценностей. Однако обряды не соблюдаю, в храм на службу не хожу, крест не ношу, по религиозным праздникам, как и по светским, работаю.

Сформулирую мои жизненные принципы.

СВОБОДА ЛИЧНОСТИ, которая выражалась в неучастии ни в каких партийных и общественных организациях (пионерской, комсомольской, партийной и т. п.). Даже в армии не служил. Старался также по возможности не связывать себя и личными Старался также по возможности не связывать себя и личными обязательствами, кроме жизненно необходимых.

ЧЕСТНЫЙ, ВЫСОКОПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ, ИНТЕНСИВНЫЙ ТРУД, под каким бы девизом он не осуществлялся: во имя строительства коммунизма, на благо общества, на благо семьи, или на какое-либо иное благо – главное, чтобы результат был качественный, а это мне всегда удавалось. Вознаграждение обязательно следовало, ибо сказано в Евангелии от Луки: «…трудящийся достоин награды за труды свои».

БЫТЬ САМИМ СОБОЙ, чтобы окружающих не постигло разочарование, чтобы не подавать повод для завышенных ожиданий.

СЕМЬЮ СТРОИТЬ, КАК КРЕПОСТЬ. Без нужды не препоручать воспитание своих детей чужим людям. Не оставлять надолго свою жену, чтобы не поддаться наваждению похоти. Ограничивать членов семьи от контактов с людьми мне неприятными, случайными. Служебные знакомства не переносить в семью.

ВЫПОЛНЯТЬ ВСЁ ЗАПЛАНИРОВАННОЕ с упорством и настойчивостью. Это в основном удавалось как на работе, так и в быту. Как говорится «если я чего решил, то выпью обязательно».

ПОД КЛИЕНТОМ (ЗАКАЗЧИКОМ ПО РАБОТЕ) НЕ СУЕТИТЬСЯ. То есть, если я решил, что это мой руководитель на время исполнения какой-либо работы, то вступает в силу следующий принцип: начальник моего начальника не мой начальник. Этот принцип многократно меня выручал в безнадёжных ситуациях (но это срабатывает, если вы профессионально выполняете порученную работу). К примеру, если при выполнении порученной работы ко мне подходит начальник моего начальника и даёт мене «ценные указания», то я тут же отсылаю его к своему начальнику, независимо от того, кем бы «советчик» ни был.

НЕ БЫТЬ БОГАТЫМ (по моему жизненному опыту это часто приводит к пьянству и пустой трате времени в развесёлых компаниях), но не быть и бедным (без денег в семье).

НЕ БРАТЬСЯ ЗА ВЫПОЛНЕНИЕ РАБОТЫ, ЕСЛИ НЕ УВЕРЕН В ВОЗМОЖНОСТИ ДОСТОЙНОЙ ОПЛАТЫ. Быть «трудоголиком». Если основная работа связана с чрезмерными умственными нагрузками, то неизбежна необходимость физических нагрузок (по возможности на природе и во благо семьи). Не возбраняется работа по совместительству. О чём я жалею, так это о том, что так и не научился отдыхать, как отдыхает большинство людей. Ведь смена деятельности, которую я считал отдыхом, видимо, не всегда им является.

ПЕРИОДИЧЕСКИ (ПОКА МОЛОДОЙ) РАЗ В ПЯТЬ ЛЕТ МЕНЯТЬ НАПРАВЛЕНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ, но не кардинально, а осваивая разные грани своей специальности, что полезно для становления профессионализма.

ЦЕНИТЬ КАЖДОЕ МГНОВЕНИЕ ЖИЗНИ. В известной песне поётся: «Не повторяется такое никогда…». Об этом надо помнить, ведь ощущение неповторимости момента придаёт особую остроту впечатлениям: смотришь на пейзаж и понимаешь, что в следующее мгновение он уже будет иным; испытываешь какое-либо приятное чувство и знаешь, что это состояние конечно. Поэтому я стараюсь ценить каждый момент жизни.

Теперь о соблазнах. Соблазны – оправдание грехов.

СОБЛАЗН ВРАЖДЫ И ГНЕВА. Я не злопамятен и терпелив. Вывести меня из себя весьма проблематично.

СОБЛАЗН БЛУДНОЙ ПОХОТИ. В молодости, будучи красивым мужчиной, не сопротивлялся этому соблазну, а в зрелом возрасте спасало единобрачие и семья.

СОБЛАЗН КЛЯТВЫ. Старался зря не обещать, но если уж обещал, выполнять даже незначительные договорённости. Например, приходить на встречи обязательно и вовремя.

СОБЛАЗН ПРОТИВЛЕНИЯ ЗЛУ НАСИЛИЕМ (непротивление – один из столпов христианской веры). Не имел привычки назло отвечать злом. Старался всех, с кем общался, умиротворить при возникновении любых конфликтных ситуаций, и не без успеха. Отдавая свой труд другим безвозмездно, я лишал себя всякого блага, и вынужден был отбирать труд у других – грешен.

СОБЛАЗН РАЗЪЕДИНЕНИЯ МЕЖДУ СВОИМ И ЧУЖИМИ НАРОДАМИ. Объехав всю Россию вдоль и поперёк, побывав за границей на Западе, Востоке и в Азии, не трудно было убедиться, что все религии миролюбивы, и основаны на идентичных принципах. Все проповедуют мир, труд и благоденствие. Пообщавшись с различными народами, убеждаешься, что ты человек мира и любой народ понимаешь с полуслова, порой даже без переводчика.

Теперь о влиянии Заповедей на мою повседневную жизнь и судьбу.

ДА НЕ БУДЕТ У ТЕБЯ ДРУГИХ БОГОВ, КРОМЕ МЕНЯ. Верую в душе, что Бог един.

НЕ ПРОИЗНОСИ ИМЕНИ ГОСПОДА, БОГА ТВОЕГО, НАПРАСНО. Редко, но произношу всуе – грешен.

ПОМНИ ДЕНЬ СУББОТНИЙ, ЧТОБЫ СВЯТИТЬ ЕГО. Не молюсь и работаю – грешен.

ПОЧИТАЙ ОТЦА ТВОЕГО И МАТЬ ТВОЮ, ДА БУДЕТ ТЕБЕ БЛАГО, И ДОЛГОЛЕТЕН БУДЕШЬ НА ЗЕМЛЕ. Чтил и почитал.

НЕ УБИВАЙ. Убивал только кур, да и то помню, где и когда.

НЕ ПРЕЛЮБОДЕЙСТВУЙ. Жил в единобрачии и с чужими жёнами не общался, если только по молодости, – был грешен.

НЕ УКРАДИ. Зависть к чужому добру не имею.

НЕ ПРОИЗНОСИ ЛОЖНОГО СВИДЕТЕЛЬСТВА НА БЛИЖНЕГО СВОЕГО. Ни на кого и никогда, только в случае воровства у обездоленного народа и не на «ближнего своего», было дело – грешен.

НЕ ПОЖЕЛАЙ ДОМА БЛИЖНЕГО ТВОЕГО. Уважаю чужую собственность, нажитую праведным путём.

НЕ ПОЖЕЛАЙ ЖЕНЫ БЛИЖНЕГО ТВОЕГО, НИ РАБА, НИ РАБЫНИ ЕГО, НИ СКОТА ЕГО, НИЧЕГО ИЗ ТОГО, ЧТО ЕСТЬ У НЕГО. Никогда не переманивал к себе на работу чужих работников, даже очень ценных и нужных.

Первую половину жизни я прожил в социалистическом обществе, где религия преследовалась; вторую половину жизни приходится жить в обществе, где большинство вдруг прозрело и стало «верующим». Всё, о чём говорилось выше, касалось моей духовной жизни. А теперь я хочу поведать об отношении моём к современной церкви, которое не является однозначным. Вблизи дачного посёлка, где я проживал в летний сезон практически всю сознательную жизнь (с 1957 года), находилась сельская церковь, обустройство и жизнь которой проходили на моих глазах. В эпоху СССР церковные устои были чрезмерно консервативны, а в эпоху реанимации капитализма они пошатнулись и стали чрезмерно либеральными, что порой противоречит самому предназначению церкви и её канонам.

Приведу несколько примеров.

Раньше золочение куполов, окладов икон и церковной утвари производили сусальным золотом, сейчас его заменяют на гальваническое покрытие, которое со временем тускнеет.

Изменилось к худшему и обустройство церковных наделов. Если раньше внутри кованой ограды вокруг церкви располагалась сторожка для обслуги и небольшое кладбище с каменными надгробиями бывших служителей церкви. Сейчас, это подворье с множеством различных хозяйственных построек: сараи для скотины и домашней птицы, мини гостиница, церковная воскресная школа (как правило не работающая), используемая не по назначению, вырытый прямо на погосте колодец, детская площадка с беседкой (тоже на погосте) и глухой кирпичный забор.

Изменилось и обустройство церковных помещений. Раньше обогрев помещения осуществлялся подпольными воздушными каналами, и верующие прихожане в любую ненастную погоду могли часами молиться в комфортных условиях. Сейчас, после установки радиаторов под окнами, они вынуждены часами стоять на холодном каменном полу в одежде, прогреваемой теплом от радиаторов, и дышать нагаром от фальшивых церковных свечей, простужаясь и заболевая ревматизмом.

Служба сейчас ведётся на каком-то гибриде церковнославянского и современного русского языка. Как и во времена моего детства, она не понятна большинству верующих.

Я посещал эту сельскую церковь по значимым праздникам, крестил в ней своих сыновей, младший посещал воскресную школу, старший одно время помогал вести службу как послушник.

По возможности мы помогали церкви богоугодными делами. Когда я узнал, что около церкви вблизи от могил вырыли колодец, тут же организовал сыновей и их друзей обустроить родник. Мы срубили два венца из брёвен осины, вычистили родник, установили венцы и выстелили две ступеньки из валунов. Уговорил батюшку, чтобы он принял участие в дальнейшем благоустройстве родника и узаконил его как собственность церкви. Впоследствии он это сделал.

Я помог расширить церковные угодья. Оформляя краеведческий музей района, где расположена церковь, я по старинной карте выяснил, что поляна площадью два гектара, примыкающая в настоящее время к угодьям церкви, до 1917 года принадлежала церкви. Рассказав настоятелю об этом, я предложил приватизировать поляну, предварительно проконсультировавшись с руководством района. В 1992 году настоятель с юристом составил прошение, и поляну вернули церкви. Тут же она была огорожена легким забором, и там стал пастись церковный домашний скот.

Церковный староста взял несколько подростков из детдома, как бы в воскресную школу, а сам заставлял их работать на стройке подсобных помещений. Как-то я купался в лесном пруду и на берегу обнаружил грядки лука, укропа и т. д. Через некоторое время появились пацаны – огородники. Разговорившись с ними, я выяснил, что это те самые детдомовские пацаны, что их кормят очень плохо, а заставляют работать по 10 часов в сутки. Поговорив с настоятелем церкви, я потребовал, чтобы он отправил их обратно в детдом, а сам очень пожалел, что помог церкви вернуть угодья.

При церкви располагался маленький пруд. Я спроектировал для проведения церковных обрядов купель. Её изготовили и использовали по назначению несколько лет.

Таково моё реальное участие в церковной жизни. Ничего нового для моей духовной жизни оно не дало. Скорее, я лишился иллюзий, которые у меня ещё оставались с детских лет. Я окончательно утвердился в мысли, что прекрасная идея и её реальное воплощение – далеко не одно и то же.

Проанализировав свои взгляды, я увидел, что они, если и менялись, то не только под влиянием перемен в обществе. Менялись они и в результате размышлений, накопления жизненного опыта, общения с людьми, путешествий, создания семьи, рождения детей. Базовые морально-этические принципы я не менял в течение жизни, и они были и остаются христианскими. Бывало, что вольно или невольно грешил. Но, имея рамки поведения, установленные понятием «грех», – каялся. Грехи мои были связаны с моими пороками и вредили мне самому. По отношению к ближним я грешил в молодости: драки, карты, блуд. По жизни старался прощать ближних, если кто передо мной грешен.

Ибо сказано в главной христианской молитве: «… и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам своим».

Наваждение

18+

В командировке уже три недели. Хочется дамой, да грехи не пускают. По заказу ЦК КПСС Кир. ССР разрабатываем концепцию оформления строящегося краеведческого музея под «крышей» столичного центрального музея Ленина. Нас, трое два именитых молодых художников авангардистов и я как генеральный, конструктор.

Сентябрь. Осень, погода как у нас в средней полосе РФ. Расположились в правительственном пансионате, расположенном на берегу сказочного озера Иссык-Куль (Любимое место отдыха будущего первого президента РФ).

Питание шведский стол, обслуга девушки модельного типа, как на кастинге, всегда разные и если попадается уже знакомая, то непременно другой внешности (Причёска, цвет волос, одежда – ну всё не другое). При этом любая из девиц может прийти в гости в не рабочее время, пообщаться. Работаем по 12–15 часов, а в перерывы плаваем и загораем. Пансионат находился в яблоневом диковинном саду. Под яблонями изобилие яблок и поросята лакомятся ими. Ребятишки, идя из школ, играют в снежки, переспелыми яблоками. На ветвях дозревает второй урожай, а верхних ветках только распускаются соцветия. Вода в озере чистейшая и тёплая по вкусу похожа на минеральную и воду, а когда штормит, бывают приличные морские волны. На противоположном берегу, как рассказывали местные аборигены, расположилась исследовательская военно-морская база. Озеро глубоководное. Лодки с моторами на жидком топливе запрещены. Берега чистые, не то, что в Сочи или Сухуми.

Наши коттеджные постояльцы Чехи и Словаки занимаются тем же что и мы, только делали макет завода минеральных вод на платформе, по типу современных нефтяных морских платформ. Надеясь, как они говорили – «Протолкнуть прожект».

Компания постояльцев подобралась «теплая». Все люди творческие без предрассудков с панибратским отношением друг к другу. Жён и специалистов противоположного пола не было, и посему многие пользовались сексуальными услугами обслуги. Я как истовый семьянин (у меня был сын шести лет и любимая жена на сносях), не позволял себе ничего лишнего, а коллеги парой пошаливали, и непременно надо мной подсмеивались, хотя у обоих были семьи, как и у меня.

Настал долгожданный день защиты проектов. Мы успешно защитили проект и неплохо заработали. Соседям не повезло. Защитить свой проект не удалось, как они оправдывались – «… по экологическим заключениям». Первый секретарь – президент республики организовал фуршет в нашу честь. По окончанию застолья, находясь в эйфорическом настроении, мы решили продолжить банкет уже в «узком кругу». По рекомендации пошли в лучший столичный ресторан, который располагался в правительственном районе, где в основном собираются иностранцы. В правительственном районе запрещён любой транспорт, кроме «специального». Любая спецмашина, если она не с пассажирами, обязана остановиться и подвезти вас в пределах правительственного района – бесплатно.

В ресторане мы познакомились с командой учителей, (Четыре симпатичных девушки и парень) отмечавших начало учебного года. Все они родом из Ленинграда Москвы и местные. Столы были сдвинуты в один для совместно общения. Веселье, танцы, знакомства, анекдоты. Мне понравилась одна из девиц. Она была приветлива, не пила спиртного и не курила, предпочитала сухое вино и фруктовые коктейли. Я не танцевал, побаливала нога, и мы стали мило и задушевно беседовать. В разговоре выяснилось, что у нас очень много общих интересов и совпадений. Она преподавала домоводство и рисование в специальной школе, и я когда то преподавал – черчение и рисование. Оба любим рукоделие: я лепил, вырезал по дереву (у меня, в молодости, были работы, которые демонстрировали на детской выставке в Париже в пятидесятых.) Работы мне так и не вернули, и она вышивала, плела кружева и была швеёй любителем, участвовала в модельных конкурсах. Она поссорилась с парнем уже как месяц и я «говею» не имея женской ласки уже чуть – ли ни месяц. Ресторан уже закрывался, когда объявили белый танец (дамы, приглашают кавалеров). Она настояла, чтобы я с ней потанцевал. Как помню, – медленное танго.

Как я не отказывался, ничего не помогло. Все буквально вытолкали нас на танцплощадку (В юности я танцевал неплохо). Представьте. Мужчина тридцати двух лет в вельветовом модном костюме отечественного производства (фабрики Большевичка) похожего на Радж Капура из индийского фильма «Бродяга», (мои стандартные физические данные всегда привлекали чрезмерное внимание женщин, а фотография «торчала» в выставочном стенде, престижного фото – ателье, вплоть до приватизации), в паре с изящной молодой девицей, в бело-голубом платьице в кружевных чулках и модных туфельках с ясными глазами и короткой модной прической. Мы выглядели шикарно! (Позже я узнал, что на границе с Китаем действительно есть народность с ясными глазами.) Её внешняя физиологическая «конституция»: гремучая красота малазийки, со славянской внешностью, раскосыми глазками, курносая и чуть смугловатая кожа придавали ей неповторимый шарм. (Как правило, такие женщины до пятидесяти лет выглядят моложавыми, а потом резко стареют). Когда она попала в мои, танцевальные объятия, то буквально затрепетала и очень меня возбудила, этот трепет передался и мне. К тому же и пахла она, не какими-то духами типа Шинель № 5, а как то породному. (Это немало важно в физической близости между партнёрами). На меня нахлынуло наваждение, и я перестал себя контролировать, и совершать не свойственные мне поступки, как бы «включил автопилот». Во время танца, любуясь ею, я мучительно вспоминал, на кого она похожа? Вспомнил! В детстве я, как и многие мальчишки, после военного времени, гонял голубей, парой редких мастей. Так у меня в стае была практически ручная «Японская чайка», которая, не боясь меня, садясь мне на руку или плечо. Пурпурно – белая, небольшая, курносая с раскосыми голубыми глазами. Почему я о ней вспомнил? Потому, как я купил её, за большие деньги птенцом и мне пришлось выкармливать её самостоятельно. Никто не верил, что это возможно. Выкармливал, её, жуя пшеницу с водкой и кормил изо рта в рот. Она стала такой красивой, что многие знатные голубятники приходили смотреть на диковинную голубку и упрашивали продать, за приличные деньги. Я был упрям и не давал согласия, хозяину голубятни, на продажу. В лету она могла, за счёт оперения на лапках, порхать на месте (как вертолёт). Это её и погубило, коршун схватил её на лету и увалок. После такого трагического случая, я был шокирован. Может быть, тогда и из-за этого я «взялся за ум» и перестал гонять голубей.

Наш танец всем понравился, ресторан закрылся, и мы пошли провожать девушек до общежития. Нас пригласили на чай, мы не смогли отказаться. Я удивился, общежитие было приличное. Многокомнатная квартира с пианино, прямо в торце четырёхэтажной школы, сталинского ампира. Попели песни под гитару. Попили чай с чудным киргизским бальзамом, подаренный нам Заказчиком. Разбрелись по комнатушкам. Я полагал, что отделаюсь объятьями и невинными поцелуями, с обещанием продолжить знакомство и попросту – «продинамить»! (В виду чрезмерного внимания ко мне со стороны женского пола, я иногда, был вынужден это делать). До этого я всегда считал, что могу быть благоразумным и воздерживаться от сексуальных потребностей, да и супруга меня вполне устраивала, хотя временами была и фригидна. Так или иначе, внешне мы обязаны быть честными друг к другу. И в тоже время, мы достаточно взрослые люди, что бы ни замечать, что всякое однообразие в супружеской жизни, в течение долгого времени, становятся слишком скучным и нудным. У мужчины роковая близость с незнакомкой рано или поздно может произойти. Что со мной и случилось!

Всё началось со страстных поцелуев. Целоваться я любил по молодости, а с супругой не очень, потому как она покуривала, а я давно бросил курить и не переносил запаха курева на устах партнёрши. Потом она стала развлекать меня в стренгах, показывая своё прекрасное тело, во всей красе. Затем последовал бурный секс. Я почувствовал себя «на седьмом небе». Помню лишь, перед началом она ели слышно пролепетала – «… делай со мной, что пожелаешь, только не кончай туда». Я вошёл в неё членом, и «понеслась душа в рай!». Вспомнил как, женихался в молодости. Она только тихо вскрикивала и как училка наставляла – «… не спеши, повтори, давай повторим снова». Это мне нравилось. Мышцы матки у неё были на тренированы, и я это чётко чувствовал. Такое впечатление, что головку члена точно сдавливают. Я даже первоначально, испугался, что мы можем сочлениться, но она меня успокоила. Я такое слышал, когда-то и не верил потому, как не попадал под такую партнёршу. Тут же была партнёрша во плоти. Первый раз, я кончил между упругих грудей третьего размера. Второй раз хотел повторить, как она хотела. Она лежала на спине, а я как бы сидел сверху, но расслабился. Она втянула подбородок и ловко прихватила губами головку члена, и замерла ненадолго. Ощущение было не привычное. Затем исполнила прекрасный минет с сознанием дела. Поперхнулась и быстренько заторопилась в душ. Вернувшись, как ни в чём не бывало, довольная, улыбаясь, произнесла своё заветное – «Давай повторим, мне кажется, что тыне совсем доволен!» Не успел я возразить и попросить «перекур», как она уже расположилась на мне и стала руководить процессом сношения. Села ко мне спиной и буквально вставила набухшей член в задницу и стала качаться и «мурлыкать», видимо от удовольствия. С рассветом закончилось всё, банально не смотря на своё учительское – «давай повторим». Я уже обессилил, и задал себе вопрос кто кого «трахнул»? Мне показалась, что она меня! Со мной такого никогда не было. Выпив чашечку кофе, оделся и собрался уходить с товарищами. При расставании пошёл такой монолог: она – «Ты что, жалеешь, о случившемся?». Я – «Нет, к чему твои сомнения?». Она – «Ты в порыве страсти назвал меня именем супруги. Всё-таки, ответь только честно?». Я – «Надеюсь, что это было взаимное наваждение! Рассудком да жалею, но против мужской физиологии, не смог устоять, ты такая прелестная….».

Тепло, расставшись с барышнями, мы отправились в гостиницу. В обед, собравшись за чайничком (Был «сухой закон» и водочку подвали в чайничках для заварки чая) провели «разбор полётов». Ко мне был только один вопрос – «Что ты с ней вытворял, что она так визжала?». Отшутился – «… а я не слышал!». Но самое удивительное, они пришли к выводу, что барышни – обычные училки, а по совместительству путаны (валютные проститутки), и что расценки за сексуальные услуги у них непомерные – выше московских, и что они обошлись им в кругленькую сумму (по сексуальному меню). Будучи дилетантом в таких связях, я им поведал, что – «проскочил на халяву» Они были поражены и не поверили мне. Не смотря на мои уверения – «Откуда у меня заштатного конструктора такая валюта, это вы за авангардные картины получаете валютой и бываете за границей, а я же «невыездной». Вам есть чем платить». В запальчивости они забыли про мою, удивительную, способность «выбивать» оплату с Заказчиков за проделанную работу. Вспомнив молву об моих способностях, хитро улыбаясь, пришли к противоречивому заключению, что мне должно быть стыдно не платить за предоставленные сексуальные услуги. Я же, продолжал их уверять, что всё было по обоюдному согласию, и необычайному стечению обстоятельств, приведших к вспышке влечения друг к другу. Убедительно попросил: ни под каким видом, ни кому, не рассказывать о произошедшем наваждении. Они мне пообещали и сдержали своё слово, лишь после завершения объекта при личных встречах спрашивали – «Георгич, ну расскажи, как ты это делаешь?» Я по-прежнему, им отвечаю шутейно – «Не знаю, да как то получается не всегда!»

Приехав в очередной раз в командировку туда же. Я попытался разыскать красавицу, с намерением пообщаться, и повторить «пройденное». Выяснил, что она «сбежала» за границу, при следующих обстоятельствах. Элитная молодёжь, в основном дети богатеньких первых лиц республики, прихватила у родителей «брюлики» с золотишком и под видом свадебной компании, прошли через VIP зал ожидания на самолёт и дружно эмигрировали в Турцию. Моя случайная «подруга» была в этой компании, в качестве спутницы одного из парней.

Папаши элитной молодёжи отделались лёгким испугом, их просто отправили на «заслуженную» персональную пенсию.

Не хочешь на ушах лапши – почаще репу ты чеши

Живи и почёсывайся.

Вначале 60-ых я, молодой московский студент, уже обладал достаточным жизненным опытом, чтобы анализировать происходящее и делать выводы.

В истории СССР период 1953 – 1964 годов связан с именем Никиты Сергеевича Хрущёва (далее по тексту Н. С.). Во время его правления произошло множество значительных событий: реабилитация политзаключённых, осуждение культа личности Сталина, «оттепель», освоение целинных земель, полёты в космос, разведка нефти в Западной Сибири, попытка догнать и перегнать Америку, эпопея с кукурузой, денежная реформа, холодная война, Карибский кризис и т. д.

Происходило и много менее значительных событий, об одном из которых, связанных с Кремлёвским Дворцом съездов, я хочу поведать. Работая в Центральном музее В. И. Ленина внештатным конструктором, я познакомился с интереснейшим персонажем. Это был член-корреспондент Академии наук СССР, мудрейший человек пенсионного возраста, беспартийный (редкий случай для человека его положения). Располагался он в маленькой комнате возле мастерской главного художника (музея имение В. И. Ленина). Мы обращались к нему за консультациями по различным вопросам, но основная его работа заключалась в написании речей для главы государства и в редактировании статей высших чинов государства. Говорят, теперь этой работой занимаются большие коллективы профессионалов, а мудрый дядечка справлялся один. Стол его был завален копиями газет начала 20-го века, копиями речей последнего Императора России и прочими документами той эпохи из архивов Исторического музея. Знакомясь с этими материалами, нетрудно было увидеть, что Император старался заботиться о благосостоянии подданных, о поддержании законности и порядка, об эволюционном развитии общества. Россия развивалась стремительно и успешно, находясь по многим позициям на передовых рубежах. Однако конституционная реформа буксовала: Дума, созданная как совещательный орган, то распускалась, то вновь избиралась. Но в начале 60-х не многие имели доступ к подлинным документам начала 20-го века и рассуждать о течении истории не могли.

Вернусь в эпоху Н. С., он славился многочасовыми речами, которые транслировались всеми средствами связи. Уже после его отстранения от власти сотрудники Исторического музея рассказывали мне, что по количеству изданных законов, постановлений и актов эпоха Н. С. сравнима только с эпохой Петра I. Н.С. был личностью неординарной, противоречивой. Критикуя культ личности, он забывал о своём участии в репрессиях. Известен он был также своими неуёмными, но беспочвенными фантазиями, которыми спешил поделиться с народом.

В 1961 году к XXII-ому съезду КПСС был возведен Кремлевский Дворец съездов. Спроектирован и построен он был группой «творцов великолепных дворцов» под руководством архитектора Посохина М. И. В докладе на съезде Н. С., вдохновленный большим урожаем на целинных землях и открытием нефти в Западной Сибири, провозгласил: «Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!» Коммунизм был обещан к 1980 году, но в девяностые государство развалилось, а народ впал в нищету. Таким же провалом обернулась фантазия Н. С. о выравнивании уровня жизни города и деревни. Есть в стране стало нечего.

Но вернусь во Дворец Съездов. Он был создан для проведения массовых торжественных мероприятий: съездов, пленумов, заседаний, собраний, концертов. И мероприятия шли сплошной чередой под гром аплодисментов, переходящих в овации, и скандирование здравиц. На третьем году существования Дворца это привело это к непредсказуемым последствиям.

Далее я описываю происшедшее со слов моего знакомого членкора. Во время очередной речи Н. С. на пленуме ЦК КПСС он как консультант находился за кулисами. Известно, что Н. С. любил украшать свою речь шутками-прибаутками и простонародными выражениями (одна «Кузькина мать» чего стоит!»). Позднее Черномырдин В. С. тоже пытался, но далеко ему было до Н. С. Первая часть речи, с изложением очередных задач шла, своим чередом, под гром аплодисментов. Во время второй части, где излагался план исполнения поставленных задач, докладчик увидел в зале нечто странное: кто-то из делегатов чесал лысину, кто-то мял шею. Раздражённый Н. С. объявил перерыв и, выйдя за кулисы, начал выговаривать членкору: «Почему они «репу чешут»? Что ты тут такое понаписал?» Автор оправдывался, как мог. Н. С. продолжил доклад под всеобщее «чесание репы». То же самое продолжилось при выступлении содокладчиков. По окончании мероприятия начали выяснять причины чесотки и в некоторых креслах, обитых дорогущим сукном, нашли каких-то блох и личинки моли. Сделали дезинфекцию и на всякий случай заменили обивку. Однако на следующем заседании эффект «репу чешут» повторился. Только после анализа пыли выяснили, что в обивке присутствуют микрочастицы стекловолокна. Попадая на влажную от пота кожу, они вызывали эффект чесотки. В воздух зала частицы поступали из акустических панелей потолка, которые подвергались микро разрушению от «бурных и продолжительных аплодисментов». Панели были закуплены в ГДР и, на первый взгляд, эстетически превосходили отечественные. Но в состав немецких входило стекловолокно, а наши были изготовлены из патоки картофеля и отрицательными свойствами немецких не обладали. Кроме того, будучи покрашены полимерными красителями с противопожарной пропиткой, импортным не уступали и по внешнему виду.

Была поставлена задача: срочно к следующему мероприятию заменить акустические панели потолка без демонтажа кресел зала и без возведения лесов. Я в то время был студентом МИСИ и проходил практику в Моспроекте 1, являвшимся генеральным подрядчиком проектирования Дворца съездов. Наш отдел занимался конструированием универсального нестандартного оборудования. Мой вклад в замену панелей заключался в том, что при проектировании была воплощена моя идея. Она была такова: две портативные, работающие синхронно лебедки крепятся к фермам перекрытия в чердачной зоне подвесного потолка, а к крюкам троса крепится корзина для рабочих-высотников. Панели быстро заменили, и после этого эффект «чесания репы» прекратился. Я получил премию в размере оклада конструктора-стажёра и почётную грамоту Главного архитектора Москвы. Это была моя первая премия за конструкторскую разработку. Раньше я получал премии только за рацпредложения на мебельной фабрике.

Вообще-то в эпоху Н. С. народу часто вешали «лапшу на уши», обещая многое априори невыполнимое. Но наш народ умел «чесать репу» и не очень верил обещаниям. В своей дальнейшей жизни я часто, прежде чем принять принципиальное решение, «чесал репу».

Нос

18+

Постоянно разъезжая по командировкам, я неоднократно встречался с одними и теми же исполнителями работ на разных объектах. Невольно становился их близким знакомым и очевидцем бытовой жизни командированных исполнителей в житейских ситуациях.

Так я познакомился с коренастым мужчиной среднего роста, но с редкой особенностью внешности – у него был величественный прямой Нос (по бытовому – шнобель). Семьянин с двумя дочками. Он был брюнетом с карими глазами и приветливым лицом, весьма стеснительный, но компанейский товарищ. Классный профессионал своей специальности – исполнитель художественно-мозаичных панно – он работал в бригаде народного художника СССР В. Замкова, где я был конструктором.

Командировки бригады, как правило, были продолжительными по типу вахтового метода. Я обратил внимание на то, что на протяжении нескольких лет почти при каждой нашей встрече его Нос был всегда травмирован или заклеен пластырем. Каждый раз, встречая его, я неловко улыбался, а он говорил: «Что лыбишься, знаешь как больно?», глаза его слезились, а Нос был воспалён. И я ожидал от его коллег очередную байку про его страдальческий Нос. Однажды я с другими членами нашей бригады парился в бане и обратил внимание на то, что пенис у него был больше среднего. Его носу доставалось (с точки зрения травматизма) по любому поводу и случайно: – женщины к нему были явно неравнодушны, потому как при очередной встрече с ним я обнаруживал, что у него всегда была местная «пассия», а то и не одна. Бывало, что женщины дрались из-за него, а их мужчины были недовольны этим и не напрасно его обижали. Нос страдал от: царапин, укусов (в порыве страсти) «пассий», и в драке с «рогоносцами». Ему нежелательно было ходить даже одному.

В командировках всякое бывает. После тяжёлой рабочей недели, работая по 12–14 часов, в выходной день бригада расслаблялась и «ублажала Бахус», вследствие чего случались и драки. Наш герой, разнимая дерущихся, непременно получал по Носу.

Бывали случаи, когда он, поскользнувшись, падал и разбивал Нос.

Даже при монтажных работах мой герой ухитрялся что-то задеть или его чем-то задевали, при этом всегда страдал нос. Я бы не верил всем этим байкам, если бы сам не стал очевидцем трагического случая. Монтируя трёх ярусное (высотой в три этажа) мозаичное панно, мы стояли внизу в касках, и я что-то объяснял ему по чертежам. Сверху услышали крик «полундра». Задрав головы вверх, мы услыхали, как что-то брякает о металлические леса и падает. Оказалось, что монтажник на третьем ярусе обронил электрод и он угодил именно ему, а не мне, по Носу, да так, что ему сломало переносицу и из носа хлестала кровь. Мы вызывали скорую помощь и его отправили в больницу.

Что это – Судьба или господин Случай? Особливо берегите нос, если он у вас величествен!

Пожар

Детство – прекрасная пора, воспоминания о ней, как правило, остаются на всю жизнь. Но некоторые эпизоды запечатлеваются особенно ярко. Об одном таком трагическом эпизоде и будет рассказ.

В послевоенные годы мне приходилось жить с ранней весны до поздней осени в деревне, расположенной недалеко от райцентра, в учительской семье. Мама периодически привозила московские продукты первой необходимости: сахар, крупы и полу копчёную колбасу. В деревне послевоенные годы были нелёгкие. Народ голодать не голодал, но жил до пятидесятых порой впроголодь. В колхозе все работали за трудодни, оплачиваемые натуральными продуктами производимыми колхозом (мака, растительное масло и т. д.) с. Некоторые семьи жили даже в землянках – это та же маленькая хата без печки, но врытая наполовину в землю, с маленькими оконцами.

Распорядок дня для детворы, как нам казалось, был строгий. Рано утром (нельзя было проспать) выгоняли скотину в проходящее стадо. Потом лёгкий завтрак: ядрёный квас, хлеб, картошка и иногда молоко. Прежде чем вырваться гулять на волю, необходимо было до наступления жары прополоть, прорыхлить или окучить 2–3 грядки огорода. До обеда гуляй – не хочу, но если загуляешься и придёшь не вовремя, считай, что остался без обеда. Ели за большим столом всей семьёй из чугунка деревянными ложками. В чугунке готовили сразу и первое и второе. На третье давали стакан чего – либо: молоко, компот или чай из трав. Затем опять раздолье: река с рыбалкой, лес и бахчи. На ужин незатейливая пища: куриное яйцо, каша и кислое молоко. Хлеб пекли в печи или иногда покупали в сельпо. Электричества не было, пищу готовили на керосинках. Когда темнело, мы через день выгоняли сельповских лошадей в ночное. Забава та ещё! Верхом на усталых лошадях наперегонки мчались галопом на заливные поймы, где росла трава на любой вкус. Лошадки, предчувствуя свободу от сбруи, мчали нас быстро. Спутав им, передние ноги путами, выпускали на волю. Наша задача была следить, чтобы они первые два часа не разбредались слишком далеко. Наевшись вдоволь, они ложились или кемарили стоя. Мы сидели у костерка, пекли картошку, травили анекдоты, выясняли кто прав или кто сильнее. В то время в ходу был модный анекдот об особенностях национального характера русских: один русский – пьяница, два русских – драка, три русских – первичная партийная ячейка. У детворы была своя трактовка анекдота: один пацан – индивидуум (пацан сам по себе); два пацана – разборка «кто прав «или «кто сильнее»; три пацана – кодла! Нас было пятеро от 6 до 11 лет: трое из деревни и двое из слободки. И что мы только не вытворяли: забирались в гороховые плантации, охраняемые инвалидом с берданкой, заряженной солью; делали набеги на бахчи, охраняемые наездником с нагайкой, который жёстко пресекал воровство, неважно кто его совершает – стар или млад; таскали сладкий жмых из-под носа у злых свиноматок. Что было в изобилии в деревне, так это дешёвая водка и «вкусная» махорка. Дешёвая водка («Сучёк») стоила 21 руб. В городской заводской столовой железнодорожников, можно было пообедать за 4 руб. (постные щи да каша с компотом, хлеб был бесплатный). Но вернусь к своему рассказу.

Спички тогда были в дефиците, и некоторые высекали огонь кремнёвыми камнями или пользовались фронтовыми зажигалками. Папиросы в сельпо продавали только по праздникам. Мы почти все покуривали махорку, но без фанатизма. Один по вечерам я не курил, так как спал на чудесном сеновале, а курил лишь в кодле (как говаривали: за компанию и жид удавился). Деревенский клуб работал по выходным и праздникам. Была библиотека, устраивали утренники для детей (фильм или концерт), а вечером – фильм и танцы для взрослых. Послевоенное раздолье! На улице по вечерам раздавались забавные политические и бытовые частушки в перепеву; играла гармоника; иногда парни дрались в кровь, но без поножовщины. В Москве же в то время без поножовщины не обходилась ни одна драка. Жизнь в деревне для нас, подростков, была прекрасна. Но случилась беда.

За огородами на берегу затона располагалась слободка из дюжины домов, заселённых многодетными семьями. Рождаемость после войны была высокая, в каждой семье, как правило, было несколько детей. Строения слободки домами было назвать трудно – это были мазанки под соломенными крышами. В одном брошенном домишке мы собирались, когда была дождливая погода, играли в карты, в домино, в шашки.

Однажды вечером с подветренной стороны начался пожар, и домишки стали гореть, как спичечные коробки – один за другим. Люди едва успевали выбегать, спасая от огня детей, стариков, мелкую живность, перины, сундуки и домашнюю утварь.

Представьте такую скорбную картину: толпа обездоленных людей, плачущих на берегу затона и не знающих, что им делать. Разъярённые мужики заглушали свою горькую участь самогоном. Тут же состоялся сход. Начали искать «поджигателя», нашли и, так как ближайшая милиция была за 12 вёрст, учинили самосуд. Поджигателем оказался наш сотоварищ. Пацана поймали, его родителей крепко отлупили, а над ним учинили паскудную расправу: приглушили, взяли за руки и за ноги и забросили в догорающие головешки последнего дома, где он заживо и сгорел.

Нам повезло, что самосуд устроили не на наших глазах. Мы все были страшно напуганы и не верили в учинённую расправу. Утром следующего дня нас всех допросил милиционер и подтвердил наше алиби. Мы в свою очередь подтвердили, что замечали за товарищем пристрастие к огню: много курил, всегда был с зажигалкой и часто разжигал огонь по поводу (запечь картошку или цыплёнка) и без повода (в лесу во время сбора грибов или орехов). Его любовь к огню была похожа на какую-то болезнь. Мы по молодости не придавали этому значения и не останавливали его от опасного общения с огнём. Теперь, с высоты своего жизненного опыта, я понимаю, что у пацана была пиромания, и его надо было лечить. Пока не арестовали злыдней, совершивших расправу, меня и моих товарищей не выпускали из дома почти неделю. Потом мня досрочно, от греха подальше, отправили домой в Москву. Вот так завершилось неудачное летнее пребывание в деревне – трагедией и душевной травмой. Вернувшись в деревню на следующий год, из разговоров взрослых я выяснил, что злыдней не наказали. Из показаний родителей и детей картина расправы была ясна, но, ни один взрослый очевидец эти показания не подтвердил. Председатель колхоза вступился за злыдней, мотивируя заступничество тем, что они комсомольцы и отличные работники (один шофёр, а другой – тракторист). Сказав: «Ну, посадим мы их, а кто в колхозе работать будет, бабы что ли? Так они рожают и воспитывают детей, а мужиков и без того мало!» – он закрыл вопрос. При пожаре сгорел какой-то дедуля, к нему и «приписали» нашего погибшего товарища при составлении акта о происшествии. Правосудие не свершилось!

Вот вам другой пример правосудия на деревне, очевидцем которого я случайно оказался. Тетушка меня послала за хлебом в сельпо, там была небольшая, человек пятнадцать, очередь. Зашёл местный алкаш (спивающийся фронтовик) и полез без очереди, чтобы купить водки. В очереди стоял мужчина того же возраста, что и алкаш, приехавший к родителям из города на отдых. Горожанин потребовал, чтобы алкаш встал в очередь, как и все. На что алкаш разразился бранью и что-то сказал обидное про него и его родителей. Горожанин, недолго думая, ударил его в лицо, да так, что обидчик упал навзничь, трахнувшись головой об пол и «вырубился». Бедолагу выволокли из магазина на крыльцо, усадили на ступеньки и прислонили к стенке. Никто не обращал на него внимание: ну, выпивши; ну, отдыхает; подумаешь – невидаль, какая! Наутро кто-то его попытался разбудить, а он уже был холодный и отдал Богу душу. Милиция. Расследование. Горожанин оказался капитаном траулера, фронтовик и партийным депутат. Так его даже не арестовали, а все очевидцы отказались давать против него правдивые показания. Алкаша похоронили с почестями, как положено, хоронить фронтовиков. Оказалось, что он всю войну провоевал, от начала и до конца, имел множество наград и был несколько раз ранен. В мирной жизни расслабился и не прожил и трёх лет.

На поверку оказалось, что в деревне существуют два суда. Первый – государственный, который за сворованный мешок зерна мог надолго упрятать в тюрьму, а за убийство мог и ничего не дать, если ты «хороший работник». Второй – это деревенский сход (решение общественного мнения). Тут издавна действовал принцип «закон, что дышло – куда повернул, туда и вышло!». Одним словом самосуд: как собрание сельчан решило, так и будет. Государственный суд, когда это ему выгодно, не принимает никаких решений, противоречащих решению деревенского схода.

Что такое пожар, я осознал на «своей шкуре» только тогда, когда на моих глазах сгорел мой дачный дом. Я в то время уже был отцом двух взрослых сыновей и хорошо знал цену человеческой жизни. Горюя о доме, одновременно радовался, что обошлось без жертв.

Проблемы жилищные вечны

«Семь раз отмерь, а один раз отрежь».

Когда в СССР правил «фантаст-утопист», соратник Сталина Н. С. Хрущёв, было принято несметное количество законов, указов и постановлений, регламентировавших все сферы жизни общества. По количеству законодательных документов Хрущёв превзошёл Ивана Грозного и Петра I вместе взятых. А какие были поставлены грандиозные задачи, какие открыты перспективы, какие даны обещания: догоним и перегоним США, к восьмидесятому году наше поколение будет жить при коммунизме, обеспечим всех граждан бесплатным жильём, медициной, средним и высшем образованием и многим другим. Шутки шутками, а некоторые из тех указов в Москве действуют, по сей день: о внедрении одностороннего движения, о сносе глухих заборов, о запрете подачи сигналов и т. д. и т. п.

Поговорим о пресловутом жилищном вопросе, который был и остаётся насущным для россиян. Хрущёв, как никто из правителей, приложил много усилий для его решения. Во время его правления началось массовое строительство доступного малогабаритного жилья. В результате миллионы людей получили от государства бесплатные отдельные квартиры со всеми коммунальными удобствами. В каждом городе Союза возведены были целые районы типовых пятиэтажек, тут же имелись школы, детсады, поликлиники, магазины. До сих пор значительная часть населения уже во втором, а то и в третьем поколении живёт в тех квартирах. Да, квартиры были маленькие, неудобные, но после коммуналок и бараков они казались раем. Значительные усилия были предприняты во времена Хрущёва и в сфере развития образования. Если молодой человек имел способности и желание, путь к бесплатному высшему образованию для него был открыт. Мало того, в вузах были практически бесплатные общежития, а по результатам успеваемости платили стипендию. Конечно, она была невелика, но на еду в студенческой столовой хватало.

Расскажу о своей семье. Типичная для того времени московская семья пропавшего без вести фронтовика (позже выяснилось, что отец погиб на фронте в 1942 г.): мать, старший сын (ст.), средний (ср.), младший (мл.), и бабуля. Жила семья в коммунальной квартире в одиннадцатиметровой комнате. Так вот, мы получили бесплатно и комфортное жильё и высшее образование. Представить это сегодня абсолютно не реально! Схема получения высшего образования всеми тремя сыновьями такова: учится ст. сын – работают мать и ср. сын; учится ср. сын – работают мать, ст. сын и ср. сын; учится мл. сын – работают мать, ст. сын и ср. сын. Жили нормально, как большинство москвичей.

После окончания вуза средний сын уезжает работать по принудительному распределению на три года на Дальний восток. В то время после учёбы в вузе выпускник был обязан отработать по распределению не менее трёх лет. В противном случае ему грозило судебное преследование. На новом месте жительства ср. сын заводит семью, у него рождается дочь и он получает бесплатное жильё от государства второй раз. Через три года он разводится и уезжает в Москву. В Москве его, однако, не прописывают. Чтобы прописаться, он должен разменять квартиру на Дальнем востоке и отдать свою долю жилой площади государству. Только в этом случае он имел право жить в Москве у себя дома. При окончании гостевого срока пребывания в столице (два месяца) начался настоящий террор со стороны милиции. Буквально не разрешали находиться у матери после 23 часов. Грозили, штрафовали, обещали посадить на 15 суток или оформить выселение из Москвы за 101 км «за тунеядство». Мотивировали угрозы тем, что он нигде не числится на работе. Так он промучился около года и вынужден был прописаться к кому-то, фиктивно оформив брак с хозяйкой жилья.

Старший брат взялся помочь ему с пропиской в квартиру матери, где он проживал до отъезда по распределению. Наш старший был талантлив во всём: писал диссертации на работе, регистрировал многочисленные изобретения, был мастером спорта и международным судьёй по составлению шахматных композиций. Игра с прокурорами и судьями в шахматы и преферанс, часто их обыгрывал. Как-то он выиграл приличную сумму денег у одного прокурора, рассказал ему о своей проблеме, и тот в счёт погашения долга посоветовал в заявлении писать не «прошу прописать», а «прошу пере прописать» и взялся проконтролировать процесс прописки. Переписали заявление, и всё пошло как по маслу. Все инстанции дали «добро», только в паспортном столе в штамп вкралась маленькая ошибка: вместо кв. 53 было написано кв. 63, но милиционеры «как бы» этого не заметили и перестали преследовать. Дальше предстояли маленькие трудности при регистрации на избирательном участке и в военкомате. Эти трудности решались при помощи коробки конфет с объяснением, что кто-то описался.

После двухлетних мытарств средний брат наконец-то официально устроился на работу по своей специальности в престижный институт и стал преуспевающим специалистом. Вторично женился, родились два сына, и он получил от государства новую квартиру. Уже третий раз доля квартиры была оформлена на него. Прошли годы, дети повзрослели, обзавелись семьями. В эпоху «долгожданных перемен» квартиру приватизировали по настоянию государства и тем самым лишили права на бесплатное жильё своих потомков, ввергая их в кабалу ипотеки. Государство, сделав своим гражданам ценный подарок в виде квартиры, на самом деле переложило с себя ответственность за содержание и ремонт уже не нового жилья. В итоге семья брата и семьи его сыновей вернулись к коммунальному проживанию, лишившись права на бесплатное жильё для себя и своих подрастающих детей. Сам же брат за всю жизнь получал бесплатное жильё трижды!! Закон, когда-то «продвинутый» Н. С. Хрущёвым, никто пока не отменял.

Приватизация освобождает государство от обязательств перед жильцами, ссылаясь якобы на их личный выбор приватизировать или не приватизировать жильё. В истории нашей страны уже был опыт частного владения квартирой, только такие квартиры назывались по-другому. Это были кооперативные квартиры, т. е. купленные за наличные деньги, а не «подаренные» государством. Расплачиваться за жильё приходилось не один десяток лет, прежде чем это жильё становилось вашей собственностью. Проходили годы, амортизационный срок эксплуатации жилья закончился и понадобился капитальный ремонт подводки коммуникаций, лифта и фасадов, замены внутренних коммуникаций. При согласовании сметы выяснилось, что надо платить почти столько же, сколько ранее было уплачено за саму квартиру. Пришлось жильцам продавать квартиры за бесценок или «уплотнятся» (менять двухкомнатную на однокомнатную и т. д.), а государство не брало на себя никакой материальной ответственности даже через суд.

Аналогичная ситуация складывается сейчас с приватизированным жильём. Отданный жителям в частную собственность жилой фонд находился не в лучшем состоянии и требовал капремонта. По закону он должен был проведён за счёт муниципалитета, который являлся собственником квартир до приватизации. Активные жители объединялись, подавали иски в суд и выигрывали процессы, но на этом дело останавливалось, так как у муниципалитета не было средств для исполнения судебного решения. Тогда наше государство приняло закон, по которому владельцы сами оплачивают капремонт, ежемесячно внося определённую сумму, пропорциональную площади квартиры. Но ведь и в советские времена в структуре квартплаты был пункт «капремонт»! И где эти деньги? Нет гарантии, что деньги, которые мы платим сейчас, не постигнет та же участь.

Поэтому, прежде чем приватизировать жильё, необходимо крепко подумать!

Проделки козла по кличке Чубайс

Средняя полоса России вблизи дороги республиканского значения. Посёлок, на сто дворов, с приличным водоёмом и бесконечными запущенными полями. Практически у каждого третьего двора валяется какая – то бывшая в употреблении, сельскохозяйственная техника. Клуб пустует. В убогой церквушке служба ведётся, только по великим праздникам или поминкам, которые справляет, полупьяный поп, приезжающий на Мерседесе. Сельчане, после развала совхоза и по нужде выживания, перешли на частное хозяйствование с полным циклом работ «под ключ». Они стихийно занялись производством платков и шалей из козьего пуха по примеру одного из частного подворья, давно успешно существовавшего.

Козы паслись на привязи за огородами. Лишь один сиво-рыжий козёл, по кличке «Чубайс» – престарелый, облезлый, весь в репьях, с чубом, свисавшим на седые брови и короткими мощными рогами, в гордом одиночестве важно расхаживал по «задам» огородов и обслуживал козочек. Потом «выпрашивал» еду у хозяев (кто что даст). Его, как «всенародного любимчика», все баловали. Самое интересное, как рассказывали сельчане, – «Чубайс» интуитивно, свою плотскую «работу» доводил до конца, пока не убеждался, что потомство будет. Если этого не происходило, он, перед случкой, нещадно бодал и лупил копытами «провинившуюся». У мужчин не было развлечений, кроме неумеренного пьянства в свободное, от работ по домашнему хозяйству, время. Чуть – ли, ни одним единственных развлечением сельчан, было наблюдать за шалостями «Чубайса».

Представьте! Лето. Погода – благодать. Пруд под вётлами – «дикий» пляж. Культурно отдыхают компании: местных сельчан, дачников и «непрошенных» случайно заезжих гостей. Парни, в тени, потягивая пивко, играют в карты. Девчата загорают, лежа к верху попой. Среди этих компаний, свободно разгуливает, дико пахнущий «Чубайс» и вымогает, в буквальном смысле слова, «курево» и водку. Местные, нехотя угощают его, тем самым потворствуя низменным желаниям, прекрасно зная повадки этого дикого, бодучего, чудовища. Они приучили его пить, горячительные напитки. Наливали ему стопку, которую козёл захватывал губами и ловко опрокидывал в пасть. Затем: прикуривали сигарету, засовывали в губы и он начинал курить как заправский курильщик. Всё это он великолепно исполнял под хохот отдыхающих. Будучи уже «навеселе», на угощавшись у «земляков», он подходил, как «правило», к загоравшим девчатам из не знакомых компании и начинал тщательно обнюхивать «злачные места» тела под общий хохот всех окружающих. Гости не ведали, что его надо угостить «чем бог послал» как угощают, порой, бомжей, чтобы отстали. Дама, почувствовав, что кто-то рядом, приоткрывает глаза и, увидев рожу «Чубайса» начинала визжать и впадать в истерику, а их мужики хвататься за «фомку» или биту, что было под рукой, и пытались отогнать мерзавца. Тогда «Чубайс», набычившись, и отойдя на не большое расстояние, разбегался и таранил «легковушку» приезжих, пробивая корпус насквозь. Делая такие заходы, два три раза он, уродовал автомобиль до безобразного вида и важно продолжал обход побережья озера.

По окончании «представления» владелец изуродованного автомобиля шёл к участковому с заявлением компенсировать нанесённый ущерб, так как случай не страховой, и требовали пристрелить «Чубайса»! Участковый «разводил руками» и пояснял. Первое, что он ничего поделать не может, поскольку: хозяйка козла немощная старушка и не может его привязывать, а к тому же он – её «кормилец». Пенсия у старушенции, бывшей колхозницы, нищенская и взять с неё нечего. Второе, убить его не представляется возможным, потому как он, практически, является достоянием всего села, нагуливая коз. В случаи, если он его пристрелит, то бизнесу сельчан наступит конец, а его «поднимут на вилы».

Приезжие уезжали ни с чем! Даже, не могли выяснить, на каком подворье обитает «Чубайс»? Ответ сельчан был один – «кто, его, знает, он же – дикий!»

Дамы, девушки и девочки, не обзывайте, своих близких, мальчиков и мужчин «козлами». Это постыдно, а то они, со временем, станут похожими на «Чубайса».

Пятак

В одном кармане пусто, в другом ничего.

Семидесятые годы прошлого века. Москва – «Расцвет» Социализма! Проезд в метро стоит пять копеек – пятак по-простонародному. Стою у станции метро «Белорусский вокзал» и шарю по карманам, ищу этот злополучный пятак, чтобы добраться до дома. Нету денег! Стыд то, какой: мужику уже четвёртый десяток пошёл, зарабатываю прилично, по сравнению со средним россиянином, а в кармане пусто! Стало до слёз обидно. Видно что-то в моей жизни не так!

В те времена в народе ходила такая байка. Советники Генсека Л. И. Брежнев (который правит страной) подсчитали, что гражданину страны, чтобы прилично жить, необходимо получать зарплату, минимум 350 р. в месяц. На это Генсек ответил: «Им (то есть работягам) и 175 р. достаточно будет, так как вторую половину они всё равно своруют!». В то время стоимость рубля превышал на 30 % стоимость доллара, сейчас доллар многократно дороже рубля, а мы всё воруем и никак не на вору емся, чтобы жить достойно!

Постоял – постоял я у метро и решил просить злополучный пятак у прохожих мужчин моего возраста. На пятую просьбу я получил вожделенную монету, мысленно пожелал здоровья мужику, её подавшему, и поехал домой.

На душе было смутно и тревожно. В те времена мы не знали, к счастью, ничего ни о душевной разрядке, ни о рефлексии, ни о кризисе среднего возраста. Но подсознательно я понимал, что судьба послала мне эту неприятную ситуацию не просто так, и её надо обдумать. А для просветления ума необходимо выпить. Напился и начал анализировать прожитое. Вроде всё как у всех: грехов особых нет, зато есть жена, ребёнок, квартира с тёщей в придачу, сад ращу, дом своими руками построил. Что ещё человеку надо? Может быть, сменить область деятельности? Стану чиновником и буду разъезжать на казённой машине (предложений было предостаточно).

Даже мой директор предложил мне должность начальника КБ, но надо было вступать в КПСС. Это условие меня не устраивало. По натуре я человек независимый, даже в молодости не был ни пионером, ни комсомольцем, а тем более в зрелом возрасте не хотел подчиняться партийной дисциплине. Возражать было бессмысленно. Формальный повод для отказа от вступления в КПСС я выдвинул такой: «Слишком много там непорядочных людей – кроме вас…». На что директор возразил так: «Это потому, что такие, как ты, не хотят вступать…». Кроме того, переход с творческой работы на административную мог негативно отразиться на семейной жизни. Административная работа менее интересна, много стрессов, начнутся бесконечные выпивки, которые буду портить жизнь мне и близким. Нет, это не для меня! Но ведь что-то менять надо!

Сижу, рассуждаю сам с собой, как вдруг звонит мне крёстный отец. Бывает же такое совпадение, прямо странно как-то! Встречались мы с ним, к сожалению, не часто: он постоянно бывал в командировках. Поплакался я ему, поделился своими проблемами. Он, почувствовав неладное, сразу же приехал и начал меня учить жить! За что ему бесконечная благодарность. Он уже в иной жизни (ежели такая есть). Царство ему Небесное! Суть его поучений была удивительно проста и сводилась к следующему. Жить надо по закону и по справедливости. Что это значит применительно к семейным денежным делам? Всё нажитое в совместной жизни с супругой при разводе по закону делится пополам (упаси тебя Бог от развода). Строго соблюдай это мирское правило. Ты живёшь в обществе и должен соблюдать его законы. С волками жить – по-волчьи выть! Переноси это правило в повседневные семейные денежные отношения. Зарабатываешь ты весьма прилично. Заработал любую сумму – отдай супруге половину, а другую половину оставь себе. Ты всегда будешь при своих пятаках. Семье хватит, а супруге, сколько не отдашь, всё мало. Женщины совсем другие, нежели мужчины. Женщина пока все имеющиеся в сумочке деньги не потратит, не успокоится. У них свой шопинг. А ты, имея свою половину, всегда сможешь накопить денег на подарок супруге или себе, например, на машину. Все будут довольны и счастливы, и у тебя всегда найдётся пятак, чтобы помочь ближнему.

Проникнувшись, его нравоучениями, я всю оставшуюся жизнь, проживаю при «пятаках» и вам того желаю!

Работа в школе

18+

(В этом рассказе описан последний эпизод моей холостяцкой жизни.)

Москва. Хрущёвская оттепель. Работая в Моспроект 1, мне добровольно – принудительно пришлось поработать в элитной школе с архитектурно-строительным уклоном в районе Тверской улицы (бывшая улица М. Горького) в качестве преподавателя черчения в 9 классе. Нас было двое парней 24 и 37 лет от роду. Меня пригласили, поскольку мой дипломный проект был отмечен дипломом на конкурсе дипломных проектов, а коллегу, так как он уже преподавал в аналогичной школе ранее. Когда мы пришли устраиваться на работу, завуч была искренне удивлена: «… какой умник удумал прислать таких красавцев в наш «девичник» – уму непостижимо!»(внешне учителя выглядят как очень серьёзные люди, а внутри, многие из них, – откровенные циники). Мне, как начинающему педагогу, была положена «смешная ставка» в 1,07 руб. (примерно один доллар) за час преподавания. Это был дополнительный заработок к зарплате на основной работе.

В каждом классе подобрался примечательный контингент учащихся. В основном это были школьницы из разных сословий, дочки элитных чиновников и их прислуги, а также по несколько парней на класс, спортсменов-разрядников внушительного вида (акселератов). Если одни хоть как-то были заинтересованы в освоении предметов, чтобы получить хорошие оценки для поступления в приличные вузы, то другие только делали вид, что им это интересно. Парни откровенно не желали усваивать элементарные знания, и порой за поведение их приходилось выдворять из класса. Например, сидит такой «качёк» и стучит линейкой по парте. Я, естественно, выдворяю его из класса, за что и получаю выговор от завуча: «.. вы не должны их оставлять без присмотра. Они вам такое натворят, что мало не покажется!.» (Она открытым текстом ссылалась на пороки молодых людей: курение, выпивки и употребление транквилизаторов и т. д.)

Мы построили работу следующим образом. Заинтересовали девчат, что лучших из них, по окончании каждой недели, будем премировать. В качестве премии были обещаны поездки (у моего напарника была легковая машина) на прогулки и купание в Серебряном Бору или премирование контрамарками на посещение модного элитного молодёжного кафе, расположенного недалеко от школы, куда всегда была большая очередь. В те времена власти напоказ заботились о нравственности молодёжи и в кафе несовершеннолетних (у многих не было паспортов) без взрослых не пускали и мы, сопровождая девиц, выглядели как сутенеры, так как девчата «отрывались», танцуя со стилягами.

На школьных парней мы решили не обращать никакого внимания с условием, что они не будут мешать учебному процессу, а мы за это поставим им удовлетворительные оценки, их проблема поступления в вуз не интересовала.

Учебный процесс пошёл. Обеспеченные девчата приходили на занятия без ученической формы, так как специализированные уроки проводись после окончания учебного года. Одевались они одна лучше другой с взрослыми причёсками и в коротких юбчонках. Ну, прямо, как с картинок модных иностранных журналов. Девицы не состоятельных родителей одевались, наоборот, вызывающе небрежно, но всегда аккуратно и элегантно. Шпаклевались (наводили макияж) по полной программе, и рассмотреть естественное лицо было возможно только по понедельникам. Как правило, в этот день многие из них были квёлыми, непричёсанными и от них несло перегаром, да так, что никакие духи не помогали приглушить зловредные запахи смеси курева и алкоголя.

В это время я познакомился с несовершеннолетней девушкой того же возраста, что и мои ученицы, своей будущей супругой, и у нас был конфетно-цветочный период симпатии и влюблённости, но без близких отношений. Встречались редко, ходили в кино и театры. Иногда она приглашала меня на соревнования, где лихо играла в баскетбол и фигурой походила на будущую куклу Барби: выше среднего роста, чрезмерно красивая и весьма компанейская. Я в это время считал себя свободным от каких-либо обязательств.

Пришлось выбирать между очередной подругой и «малинником», где выбор для близкого общения с девушками был чрезвычайно велик, где каждая вторая кокетничала, строила глазки и была согласна на всё. Многие из девчат были уже женщинами и имели постоянных ухажеров. Я вспомнил свою лихую школьную юность, как мы «куролесили» с девчонками и прочувствовал на себе переживания учителя, соблазнявшего девиц (смотри рассказ «Послевоенный секс…»). Когда наклоняешься к девчонке, объясняя ей что-то, чуешь её запах, созерцаешь её девичьи прелести на очень близком расстоянии, и ауры ваши сливаются в единое целое. Вы оба неотвратимо поддаётесь соблазну близости, а дальше – дело «случая»!

Одна заявляла «. что вы мне всё равно поставите «отлично», потому что я очень красивая», а другая предлагала отдаться даже за оценку «хорошо». Порой и родители уговаривали на отличные оценки для своих отпрысков, угрожая своими связями и неприятностями на основной работе. Был и такой случай. Ученица все учебные задания выполняла на «отлично» и, когда мы подтвердили её успехи отличными оценками, нас вызвала завуч, высказав своё возмущение: «..ей предстоит осенняя пересдача экзаменов и принято решение оставить её на второй год, а вы ей ставите такие отметки. Родительский комитет может подумать о том, что мы не умеем преподавать?…» Как бывший злостный второгодник я настоял на своём, утверждая, что наши предметы – это её призвание и другие оценки я ставить не буду.

Доходило до смешного. Одна из девиц, обладательница очень соблазнительных форм (шикарные груди зрелой женщины и всё остальное также прекрасно), настолько в меня «втрескалась», что «потеряла голову». Мало того, что имея постоянного ухажёра, отдавалась мне где угодно, но ещё и привела своего парня ко мне на работу не только с целью нашего знакомства и с просьбой, чтобы я помог устроить его на работу, но и для того, чтобы мы оба её ублажали по очереди. Её ухажер даже предлагал бросить монетку для решения вопроса о том, кто и когда будет с ней общаться по чётным или нечётным дням. Я, конечно, отказался от её притязаний и мечтал только о том, чтобы побыстрее завершить искушения, связанные с преподавательской деятельностью.

Мой партнёр тоже время зря не терял. Даже будучи отцом семейства, менял, девиц как перчатки и, как он мне рассказывал, преподносил им уроки мастерства общения, за что они были ему благодарны.

Понятно, почему у нас в стране учителей мужского пола мизерное количество. Сложно постоянно пребывать в состоянии близкого визуального контакта с уже зрелыми девушками. Трудно себе представить насколько велико искушение даже при незначительной симпатии друг к другу, и какие требуются усилия, чтобы удержаться при этом от взаимного влечения.

Отработав всего пару месяцев в школе, я никак не мог предположить, что может твориться в элитной школе в центре столицы, а что же тогда происходит на периферии.

На следующий год на меня пришла заявка вновь поработать в школе, я категорически отказался от такой «халтуры», в том числе и потому, что я уже начал жить со своей будущей супругой и единственное, что меня в ней не устраивало, это то, что она втихаря курила, поэтому целоваться порой было неприятно. Я полагал, что со временем она бросит эту дрянную привычку, как сделал я в 18 лет, но этого не произошло.

В 25 лет закончилась моя бурная холостяцкая жизнь и началась семейная счастливая, продлившаяся сорок пять лет.

Рисовальщик

Ремеслу везде почёт и уважение

Среди художников разных направлений оформительского искусства, с которыми я общался по работе, порой встречались выдающиеся умельцы своего дела. С одним из них произошёл весьма занимательный случай.

Было начало застойного периода правления в СССР Л. И. Брежнева. Действие происходило в столичном комбинате Художественного Фонда РСФСР. Героем являлся Маэстро-рисовальщик. Художники комбината зарплату получали в порядке очереди в кассе, и утаить, сколько, кто получает, было весьма трудно. Маэстро не имел высшего художественного образования, числился в штате как рядовой исполнитель, но в день зарплаты подходил к окошку кассы с дипломатом и регулярно складывал туда пачки купюр крупного достоинства. Только на одну зарплату он мог купить приличную легковую машину!

Свет не без «добрых» людей, и завистников у него было предостаточно. На него постоянно поступали анонимки в ОБХС (отдел борьбы с хищениями социалистической собственности) о якобы непомерной зарплате, получаемой нечестно, путём использования наёмного труда. За это Маэстро мог получить срок с конфискацией имущества. Таковы были тогдашние законы! Секрет заключался в том, что он, рисуя крупногабаритные портреты членов и кандидатов в члены Политбюро ЦК КПСС (далее читать ЧПБ), ухитрялся зарабатывать по государственным расценкам больше, чем сами клиенты, которых он рисовал. Такого власти не могли допустить априори.

Все коммунисты и комсомольцы были обязаны знать ЧПБ в лицо, поэтому их портреты писались не только для демонстраций, но и размещались на площадях городов – миллионников. Учитывая, что ЧПБ с годами менялись внешне (добавлялись награды на, менялся цвет и покрой костюма и т. д.), менялся состав Политбюро, то, как говорят сейчас в шоу-бизнесе, у Маэстро был постоянный «чёс» по городам и весям.

Рисовать портреты таких клиентов не такая простая задача, как кажется на непросвещённый взгляд. Они, как правило, находились в пожилом возрасте и не позировали, как это необходимо для создания портрета, так как были слишком заняты по работе, а иногда просто хворали и не могли даже единожды появиться в мастерской рисовальщика. Иногда даже приходилось приглашать родственников клиента, чтобы убедиться в сходстве портрета с оригиналом. По этим причинам рисовать зачастую приходилось с официальных фотографий, которые уже прошли ретуширование (это тот же макияж, как у женщин, когда они мудруют над своим лицом), только это делал с фотографией профессиональный ретушёр, а Маэстро приходилось работать с большим портретом. И единственным моментом, когда Маэстро мог уточнить портретное сходство, был момент просмотра самим клиентом своего портрета. При этом нередко клиент удивлялся, какой он ещё оказывается молодой! В реальности это были дряхлые пожилые люди, и показать их красивыми и стройными была непростая задача.

Будучи отличным физиономистом и обладая обострённой визуальной памятью, Маэстро, просматривая фотографии и репортажи по телевизору, мог легко изобразить лик человека на холсте. В результате многочисленных доносов Маэстро – рисовальщиком заинтересовался сам руководитель ОБХС РСФСР, генерал-лейтенант МВД. Возглавляемая им организация в первое десятилетие своей деятельности успешно боролась с правонарушениями, но в дальнейшем была забюрократизирована, а с началом перестройки и приходом к власти Б. Н. Ельцина ликвидирована. Неплохо бы её воссоздать заново в наше время – время разгула коррупции.

На собеседовании с Маэстро разговор был недолгим, требование было одно: он должен доказать, что рисует портреты самостоятельно без чьей-либо помощи. Маэстро был «шапочно знаком» со многими членами политбюро (ЧПБ) ЦК КПСС, поэтому к нему сотрудники ОБХС относились почтительно (кабы чего не вышло!). Он поспорил с начальником на ящик армянского коньяка, что нарисует портреты всех ЧПБ за 12 часов! Потребовал, чтобы ему выделили помещение (спортзал школы), предоставили подрамники, обтянутые холстом, выделили ящик вина молдавского каберне (профессию не пропьёшь) и разрешили взрослому сыну помогать таскать и выручить подрамники. Все требования были выполнены, и Маэстро приступил к работе. Через 12 часов работа была закончена, все портреты были выставлены вдоль стен спортзала, а один остался повёрнутым к стене. Пришло начальство ОБХС принимать работу, и все были поражены отличным качеством портретов и объёмом выполненных работ. Генерал – лейтенант почесал затылок и с хитрецой отметил, показывая на повёрнутый к стене портрет: «Всё – таки один-то портрет не успели завершить?». «Почему же?» – ответил Маэстро и развернул с помощью сына портрет. Перед комиссией предстал портрет самого генерала, которого Маэстро видел-то всего несколько минут. Генерал был окончательно сражён, начал внимательно рассматривать свой портрет, и был восхищён тщательностью, с какой были прорисованы детали (орденские колодки). В конце совещания с коллегами он пригласил Маэстро позавтракать в ресторан, извинился за произошедшее недоразумение и попросил, при случае, нарисовать такой же свой портрет несколько другого формата.

После победы Маэстро в разборке с такой могучей организацией, какой являлась ОБХС, к нему больше не было претензий. Маэстро пригласил сослуживцев в ресторан на банкет, где в деталях рассказал о своей победе. Выигранный в споре ящик армянского коньяка он презентовал сослуживцам.

Этот рассказ подтверждает мою любимую мысль: профессиональное владение достойным ремеслом, к какой бы сфере деятельности оно не относилось, является краеугольным камнем безбедной жизни.

Реализация проекта

Кто в деле, тот и в ответе.

Моя длительная трудовая деятельность охватывает значительные периоды двух эпох. Эпоха первая – расцвет, застой и закат социализма; эпоха вторая – реанимация капитализма со всеми издержками его бандитски-воровской стадии и с последующими попытками его введения в цивилизованное русло. На основании личного опыта могу уверенно утверждать, что количество доведённых до завершения проектов (КПД) в первую эпоху было равно 95 %, а во вторую едва дотягивало до 50 %. В этом повествовании поделюсь печальным опытом участия в провальном проекте.

1992 год. Рухнул СССР, начался делёж народного достояния под видом приватизации заводов, фабрик, колхозных земель, месторождений ископаемых и т. д. Промышленность и сельское хозяйство погрузились в жесточайший кризис. Новый президент РФ Б. Н. Ельцин (далее по тексту БН), позабыв все свои обещания о ликвидации привилегий, уже ездит в Кремль не на отечественном личном «Москвиче» без шофёра, а на казённой иномарке с шофёром и охраной. В то время премьер-министром был Т. Гайдар. Рассказывали, что их кабинеты находились через стену, и, когда им надо было пообщаться, БН стучал в целях конспирации по стене, и премьер-министр быстренько приходил. Казна РФ была пуста. На всех уровнях происходила смена власти. БН действовал по принципу «чистых простыней», когда-то озвученному Д. Кеннеди. Придя к власти, тот за 24 часа сменил послов всех значимых иностранных посольств, а на вопрос журналистов о причине прозвучал лаконичный ответ: «люблю спать на чистых простынях!». БН последовал его примеру. В результате многие относительно молодые генералы и полковники МВД и КГБ остались не у дел, хотя практически все так или иначе имели с началом перестройки представление или даже участвовали в бизнесе «за бугром». Ещё в бытность СССР они понимали необходимость перехода на рельсы капитализма и не сопротивлялись новым веяниям.

Страна в результате смены строя находилась в плачевном состоянии, необходимы были инвестиции со стороны, а для этого требовалось улучшить имидж. Окружение БН во многом формировалось его дочерью. Именно через неё была продвинута идея проекта празднования русского Рождества в странах с многочисленными русскоязычными диаспорами: Франции, Канаде, и т. д. всего запланировали семь государств. В продвижении идеи участвовал «певец в законе» Кобзон и патриархия (как не поучаствовать в этом Богу угодном деянии!). Идея руководству очень понравилась. Как я уже упомянул выше, в результате кадровых реформ много офицеров КГБ и МВД остались не при деле, а до пенсии ещё надо работать. БН предложил представителям КГБ организовать реализацию идеи, а представителям МВД дал наказ осуществить контроль над реализацией. Проведение празднества планировалось каждый год в другой стране. Первой страной, бесспорно, была выбрана Франция. В двух словах о конкретном воплощении идеи.

Необходимо было разработать и реализовать этнографический сборно-разборный мини городок, который предполагает возможность многократного использования (экономия была необходима из-за разрухи России в то время). Городок окружён деревянной оградой с бойницами и смотровыми башнями; внутри расположены избы, баня, трактир, торговые ряды в два яруса и звонница. Предполагалось участие скоморохов, ряженых и цирка – Шапито.

«Красные и синие» (по цвету погон) полковники развили бурную деятельность, составили смету, подключили организации, которые ежегодно проводят парады на Красной площади. Представили свои соображения БН. Он сказал: «Денег нет, подключите лучших художников, для начала выделю вам пятьдесят «канистр», а там сами уж как-то налаживайте бизнес». «Канистра» на жаргоне правящей элиты того времени – это пятидесяти тонная железнодорожная цистерна. БН написал от руки записку Т. Гайдару. Полковники, в духе традиций разгоняемых ведомств, приписали нолик и получили 500, а не 50 «канистр»! Они просили у БН 100 «канистр», а он им выписал в два раза меньше в духе кремлёвских правителей, которые всегда рассчитывали, что вторую половину просители как-то да воруют. Например, когда Л. И. Брежневу экономисты доложили, что средняя заработная плата в СССР (по европейским стандартам) должна составлять 350 р., он назначил 175 р., сказав: «Вторую половину они всё равно своруют!». Полковники открыли ЗАО, офис расположили на 3 и 4 этаже клуба МВД на Лубянке. Устроили кастинг менеджеров, набрали девиц и посадили их за компьютеры приглашать акционеров со всей РФ. Привлекли лучших художников и комбинаты Художественного фонда РФ в приказном порядке, так как кремлёвская организация, проводившая аналогичные мероприятия, отказалась от участия ввиду её приватизации. Дело пошло, различные ООО стали финансировать ЗАО, имея в виду перспективу продажи своих товаров народных промыслов «за бугор».

Патриархия, узнав, что за реализацию проекта взялся КГБ, (в их представлении – антихристы), тут же отказалась принимать какое-либо участие в реализации. Я не знал об этом и дал согласие стать главным дизайнером (функции: гл. инженера + менеджера по изготовлению всех строений, монтажу и демонтажу). Позже я очень пожалел о своём решении.

Мини городок собирался в Подмосковье на доке военного завода в Луховцах. 50 % зарплаты исполнителям было проплачено, а остальное было обещано «после открытия»! Впоследствии, когда городок начал вырисовываться, работяги придумали «кликуху» грандиозному строению – «Дом-1».

На доке производилась контрольная сборка всех строений, разборка и упаковка для транспортировки. Мы с главным художником проекта, сидя в (натуральной) бане, мечтали, что увидим мир. Городок выглядел благостно, как в сказке, ну очень красиво! Всё бы ничего, но тут что-то пошло не так. При вёрстке годового баланса РФ перед отчётом в Думе Т. Гайдар легко обнаружил подлог и приостановил банковские взаиморасчёты до решения БН. Все стали работать как бы в долг. С наличными деньгами в то перестроечное время было очень туго (расплачивались бартером). Но так как наши полковники были знакомы с законами нецивилизованного бизнеса России, то ни о чём не беспокоились. Они предполагали, что «победителей не судят»! Дело стало разваливаться, ещё не начавшись. Постоянный кутёж руководства в офисе ЗАО был ненадолго приостановлен. Я как главный конструктор долго убеждал полковников, что при таком ведении дел проект они завалят, и после этого им не то, что каким-либо бизнесом заниматься, даже пончиками торговать в Москве не удастся. Как же глубоко я заблуждался! В итоге они не стали заниматься бизнесом, а стали его «крышевать».

Страховыми посредниками проекта были заклятые «друзья» поляки. С горем пополам городок был изготовлен и отправлен в центр Парижа на остров реки Сены. Там его смонтировали при помощи Авиаспцемонтажа. Я предчувствовал, что всё это добром не кончится. В Париж не поехал не только потому, что не хотел, но и потому, что было много желающих. Нашим монтажникам после окончания работы даже не показали Эйфелеву башню и срочно, как груз, отправили на «Антее» в Россию из-за безденежья. Зима в том году выдалась на редкость промозглая, и это была ещё одна низкого качества, молодкам в кушаках, платках и валенках не удавалось её втюхивать замёрзшим парижанам. Проект оказался нерентабельным. Однако он мог бы существовать и далее при одном условии – жёстком государственном контроле, позволяющем предотвратить «распил» государственных денег и денег частных вкладчиков. Директор проекта пустился во все тяжкие и не вернулся в Россию. Деньги за выполненную работу перестали платить всем. «Дом-1» растащили на дачи парижанам, так как охраны не было. Поляки из-за множества якобы не выполненных условий отказались выплатить страховку. Над зверинцем цирка – шапито нависла угроза конфискации, так как не на что было кормить животных. Французские законы, касающиеся охраны животных, очень суровы. Результаты крушения проекта были плачевны: дрессировщики лишились своих питомцев, полковники в запое, служащие ЗАО в нищете, работяги недополучили свои кровно заработанные, многие десятки ООО остались внакладе или стали банкротами. Спасли только животных. Помог Ю. Никулин, обратившись к тогдашнему мэру Москвы Ю. Лужкову с просьбой выкупить животных (в прессе пригрозил выпустить животных – артистов цирка их на улицы Москвы.), который организовал их выкуп и транспортировку цирка Шапито в Россию.

Когда доложили обо всех злоключениях по реализации замечательной концепции празднования Рождества, БН – он буркнул сквозь зубы: «Жаль, что я вам (КГБ) доверил такое святое дело! Делайте, что хотите, но канистры придётся вернуть, иначе у коммунистов будет ещё один козырь.»

Так бесславно закончился один из замечательных проектов. Видимо, нам только и суждено, что воссоздавать разрушенные храмы в весьма искажённом виде, да строить городки типа «Дом-2» по всей России. Что же ждать в таком случае от нынешнего поколения?

Рецепт самогона

18+

Самогон для русского человека напиток культовый. Редкий мужик в тех или иных обстоятельствах его не пробовал. Гнали его и при царях, и при советах, и при демократии, гонят и при современном российском псевдо капитализме.

Для молодого поколения коротко расскажу, что знаю и помню об отношении государства и простых людей к этому напитку и к процессу его изготовления. Людям моего поколения все это известно и, возможно, неинтересно, поэтому они могут сразу перейти к чтению второй части рассказа.

При советской власти была монополия государства на производство алкоголя, поэтому самогоноварение уголовно преследовалось, можно было при Сталине и в тюрьму загреметь. Но все равно гнали! Самогонные аппараты были самодельные, сырьём было что попало, дрожжи использовали хлебопекарные: напиток получался, вонюч, мутен и крепок. Очисткой особо не заморачивались, поэтому похмелье было тяжелым. Изготовлением самогона промышляли, как правило, немолодые женщины, платившие мзду участковому. Периодически проводились рейды по борьбе с самогонщиками, аппараты конфисковав али, производителей штрафовали, но всё почти сразу начиналось снова. Казённая водка продавалась при советской власти свободно, качество зависело от цены, безопасность гарантировалась, но стоила водка значительно дороже самогона.

С началом перестройки затеяли антиалкогольную кампанию, купить алкоголь стало трудно: ввели талоны, ограничили время продажи, в магазинах образовались очереди. Выручал, как всегда, самогон. Но самое страшное произошло, после распада СССР и отмены государственной монополии на производство алкоголя. Народ начал бодяжить: разводить низкокачественный спирт (иногда даже метиловый) водопроводной водой и продавать под видом водки. В привычной стандартной бутылке можно было купить яд. Начались массовые отравления, которые часто приводили к смерти. И тут выручал самогон: если гнал сам или брал в проверенном месте, имел гарантию безопасности. Со временем правоохранители навели относительный порядок, число отравлений снизилось, но к прежнему, советскому уровню безопасности и качества алкоголя мы, видимо, уже никогда не вернемся. Да и цены кусаются! Поэтому народ продолжает гнать.

Портрет самогонщика изменился: теперь это добропорядочный, обеспеченный обыватель; гонит не на продажу, а для себя и друзей, экспериментирует, проводит дегустации. Аппараты на любой вкус и достаток продаются легально, дрожжи хлебопекарные заменены на спиртовые или винные, в Интернете идет обмен опытом – результаты налицо! Качество напитка, как правило, отменное, а цена значительно ниже, чем в магазине.

Теперь приведу историю одного рецепта, который, будучи грамотно использованным, повысил благосостояние производителя. Адрес происхождения рецепта – деревня в Тульской области. Житель этой деревни поехал в гости к брату, эмигрировавшему в Австралию, и захватил в подарок гостинец – три литра мягкого самогона. Напиток очень понравился! Брат наладил его частное производство, назвав «виски», и стал состоятельным человеком. В знак благодарности он презентовал брату иностранный внедорожник, который пришёлся весьма кстати, так как добираться в захолустье из областного центра по нашему бездорожью очень тяжело. Впоследствии братья часто ездили друг к другу в гости. Ниже привожу этот прекрасный рецепт.

Три литра самогона крепостью 45 гр., изготовленного на колодезной или родниковой воде настаивается на ингредиентах.

Одна ч. л. сахарного песка.

1/4 ч. л. соли, 12 зёрен гвоздки.

3 зерна острого перца (зерна размером со спичечную головку).

1/2 лавового листа.

6 ч. л. чая (по вкусу, чёрного или белого) или чаги.

Ванили с три спичечные головки.

Цедра от; лимона или апельсина (по вкусу).

Настаивать не менее недели. Пейте на здоровье!

Примечание.

Теперь на этикетках алкогольных напитков Минздрав размещает предупреждение о вреде алкоголя. Последую и я этому примеру и приведу цитату о вреде алкоголя, которую я прочитал в старинной энциклопедии.

«… Водка приравнивается к таким вредным напиткам как: кофе, какао и чай…. Рекомендуется ее употребление в малых дозах при приёме трудноперевариваемой пищи, такой как: расстегай, рябчики, гуси и т. д. Чрезмерное и продолжительное употребление водки (без закуски) может привести к летальному исходу!» (Первая Российская энциклопедия).

Семья – моя крепость

Работая на нескольких работах одновременно по 12 часов в сутки и практически без выходных. Это не только творчески конструкционное проектирование. Представьте, я работал на кульмане, установленном: на работе, дома и на даче. Общаться приходилось с множеством специалистов: чиновниками разного уровня, художниками разного профиля, исполнителями мастерами художественно-оформительского искусства и профессионалами различных прикладных специальностей. Безбедно обеспечивать семью (я, супруга и два сына +тёща) в то время было весьма сложно, если работаешь на одной работе. Имея дачу, ведя хозяйство и воспитывая сыновей, а между делом приходилось работать на государство, обеспечивая сносную жизнь семье.

Я был вынужден ограничить себя и свою семью от чрезмерного общения по телефону. Например. Поставил себя так, что по работе меня никто не беспокоил по телефону: в воскресные и праздничные дни, в не рабочее время с 9 до 21 часа и звонили всегда только в исключительных случаях. В обыденной жизни все творческие люди, как правило, всю рабочую неделю творчески занимаются чем угодно, только не работай. Работать начинают в выходные и праздничные дни, а иногда и в не рабочее время. Мотивация у меня к ним была такая – готов общаться с ними только по 12 часов в рабочее время. Практически домой по работе никто не звонил в указанное время.

Расскажу об одном курьёзном случае происшедшим с тёщей по моей вине. С тёщей я проживал более 30 лет. Она была интеллигентным человеком с высшим образованием, но горе в том, что перед тем как проживать в нашей семье, она 30 лет жила по коммунальным квартирам и была властным человеком. В детстве она воспитывалась в американском интернате (построенным после гражданской войны) и имела соответствующее детдомовское воспитание. Она умела, так ругаться многоэтажным матом, что даже я прошедший школу «подворотни», был в изумлении от услышанного. 1982 год, мне поручили создать выставочную экспозицию в Москве «Художники народу», вопреки моему желанию. В ней были задействованы многие комбинаты Художественного фонда РФ.

Чтобы я выглядел солидно, придумали должность главный конструктор Худ. Фонда РФ, чтобы все директора на время создания экспозиции подчинялись мне. Я согласился с условием, что по окончании выставки я не буду гл. конструктором. У меня и раньше были предложения стать: гл. конструктором КБ, возглавить цех и т. д. Я как Колобок в сказке – «Я от дедушки ушёл и от бабушки ушёл и от тебя…». Мне ради свободы и не зависимости удавалось отказываться от заманчивых предложений.

Представьте такую картину. В ЦДХ Третьяковской галереи, в моём кабинете, проводится совещание по созданию экспозиции и на нём присутствуют все мои директора, где я когда-то работал или работаю, в момент создания экспозиции выставки. Перед нами громадный макет и папки моих и разработанных под моим руководством чертежей по созданию экспозиции юбилейной выставки. Цель распределить объёмы предстоящих грандиозных работ для реализации, а задача директоров как можно меньшие объёмы работ, так как у них не было заинтересованности (все их комбинаты были на хозрасчёте, а минимальное финансирование обеспечивало государство). Поздоровавшись с каждым в отдельности, и рассказав о предстоящих объёмах работ. Напомнил им, что я у них работал или работаю по совместительству и не вправе, навязывать какие либо работы. Убедительно попросил распределить объёмы работ без моего присутствия. Сам же, под предлогом, что у меня встреча с главным пожарником (генерал лейтенантом) Москвы, извинился и ретировался из кабинета.

Я даже не предполагал, что наступит тотальный телефонный террор в не рабочее время, с требованиями ограничить участие вверенных им комбинатов в создании выставки. Мне приходилось лукавить, что меня нет дома и, просил тёщу отвечать по телефону. Каждый представлялся, что он мой директор и что у него просьба (они предполагали, что это моя секретарша). Но когда она просекла, что у одного человека не может быть столько директоров. Не выдержала и отругала очередного звонившего, что он без восхищения не мог мне поведать, что так покрыла его трёхэтажным матом на тему, что все они бездельники и нещадно эксплуатируют не любимого зятя. По «закону подлости», она попала на моего непосредственного директора (у которого находилась моя трудовая книжка). Хорошо, что я с ним был в приятельских отношениях. Он ещё долго вспоминал с умилением, как его отругала моя тёща, и не переставал, восхищаться моему терпению, представляя, что она могла учудить и мне. Он был прав, тёща выкидывала и не такие фортеля.

Одним из основных запретов в нашей семейной жизни к обоюдному согласию был непоколебим – не общаться с «доброжелателями», которые могут ввергнуть нас в плотские искушения на стороне. Супруга со своей стороны после брака отвергла общение со своими подружками юности (видимо потому, что все они были: кокетливы, симпатичны и привлекательны). Я со своей стороны, общаясь в основном с художественной братией, зная, насколько они привольны в общении (в половых сношениях) даже с жёнами своих друзей. По возможности избегал знакомств супруги со своими коллегами по работе, кроме порядочных.

В целом девиз семья – моя крепость исправно соблюдался, не смотря на всяческие жизненные передряги и искушения.

Скованные одной цепью

События этого рассказа происходили во Вьетнаме, стране далёкой, экзотической, история которой мало знакома россиянам. Поэтому я предварю повествование небольшой исторической справкой. В пятидесятые годы прошлого века Вьетнам освободился от колониального гнёта Франции. Началась борьба между Севером и Югом, на стороне которого выступили США. К середине семидесятых Север победил, страна объединилась, но вступила в конфликт с Камбоджой, а затем с Китаем. Наконец к началу восьмидесятых всё узаконилось, и началось мирное строительство. Все эти годы СССР оказывал военную и экономическую помощь тем силам Вьетнама, которые декларировали свою приверженность идеалам коммунизма. Помощь эта была весьма значительна.

В 1969 году умер вождь вьетнамского народа Хо Ши Мин. Он завещал кремировать своё тело, но его преемник распорядился о бальзамировании и сохранении тела до лучших времён. Бальзамировали специалисты из СССР. В 1975 году был открыт мавзолей Хо Ши Мина так же построенный советскими специалистами. Он был похож на мавзолей Ленина, только больше и повыше.

Наконец перехожу к своему рассказу. Вторая половина восьмидесятых. По приглашению руководства Вьетнама в страну с визитом приезжает член Политбюро ЦК КПСС Е. Лигачёв. По окончании визита на прощальном приёме он обещает построить громадный музей Хо Ши Мина, территориально расположенный около мавзолея. И это в преддверии распада СССР! Стоимость очередного подарка могла достичь нескольких миллиардов рублей. После отъезда Лигачёва стройка закипела и буквально за два года, к приезду с дружественным визитом первого секретаря ЦК КПСС М. Горбачёва, была завершена. На приёме в его честь вьетнамские «друзья» с присущей им восточной хитростью, как бы невзначай, положили на стол, пустую коробку от приличной итальянской обуви. Президент при светском разговоре о том, о сём долго косился на коробку, а потом попросил её открыть. Коробка оказалась пуста. На его недоумённый взгляд тактично пояснили: «Вы построили здание (коробку), а его неплохо было бы заполнить». Когда до него дошёл смысл намёка, он пообещал, что в кратчайшие сроки здание будет оснащено самым современным музейным оборудованием. Это был очередной подарок вьетнамскому народу с «барского плеча». В это время в России полки магазинов были пусты, надвигался крах «империи зла», и выбросить сотни миллионов «зелёных» на ветер было крайне расточительным жестом.

Происходящее вызывало ассоциацию с популярной на западе карикатурой времён Н. С. Хрущёва. На ней он был изображён бомжем: весь в лохмотьях, заплатках, с разведёнными руками и глуповатой улыбкой. Под карикатурой надпись: «Кому ещё помочь!?».

Не многие знают, что наш первый президент СССР в молодости был прицепщиком бригады комбайнёров в Ставропольском крае, и его обязанностью как комсомольского вожака было бегать за водкой в сельпо и организовывать отдых бригады. За прошлые заслуги молодости земляки дали ему дали кличку – «прицепщик». Не удивительно, что впоследствии он не мог справиться с руководством Державой и предотвратить развал СССР.

По приезде домой «прицепщик» дал отмашку на производство работ, и «процесс пошёл!». Были задействованы лучшие специалисты по музейному оформлению: художники, монументалисты и изготовители оборудования (лучшие заводы Авиапрома). Экспозиция музея Хо Ши Мина получилась отменной. По мнению мировой музейной общественности и по признанию Юнеско – лучшей в мире на то время. Вьетнамцы только через 10 лет наградили орденами и медалями более сотни российских специалистов! Музей по сей день активно посещается туристами со всего мира.

Я принимал участие в создании экспозиции музея как главный конструктор-дизайнер и был очевидцем и участником многих интересных эпизодов. Об одном из них, связанном с отдыхом наших специалистов после трудов праведных, я и поведаю в этом рассказе.

В очередное воскресенье намечалась поездка на отдых к «Царскому озеру». Это малюсенькое озерцо знаменито тем, что по преданию один из царей в далёком прошлом именно тут «поссал и напоил своего коня». Мы на нескольких машинах с жёнами и детьми выдвигаемся к озерцу. За нами, порой обгоняя нас, едут парочки молодых вьетнамцев на мотороллерах и велосипедах, приветствуя нас и сигналя клаксонами. Спрашиваем у переводчицы: «Куда эта армада парочек направляется?» С хитрющей улыбкой на лице она отвечает: «Тоже едут отдыхать». Мы не обратили внимания на данный ответ, но, как впоследствии оказалось, – напрасно!

Место, куда мы приехали, было прекрасно: предгорье, экзотические малорослые джунгли, мощный ручей с заводями, водопадами и террасами из крупных гладких камней. Мы расположились компаниями на каменных террасах вдоль ручья. Ручей внизу впадал в «Царское озеро». В его небольших заводях можно было даже купаться в прохладной воде, как дома в ванне. Пекли шашлыки. Начали выпивать и угощаться «посольскими харчами», фотографироваться под гам детского восторженного веселья, и никто не ожидал какого-либо подвоха. В это же время вокруг нас, чуть выше, на близком расстоянии уютно, как воробьи на ветках, расположились парочки, ехавшие рядом вместе с нами. Бесстыже глазели на нас, громко общаясь между собой. Нам было несколько неуютно от того, что на нас глазеют и даже смотрят нам в рот. Но вскоре мы привыкли и, уже не обращая внимания на них, продолжали общее веселье. Через какое-то время нас предупредили, что надо собираться домой. Тут неожиданно для всех пошёл кратковременный тропический ливень. Подобные ливни там бывают практически каждый день. Для сравнения представьте, что на вас одномоментно вылили ведро воды. Мы и не предполагали, что камни террас, покрытые мхом, станут настолько скользкими. Устоять на них даже трезвому человеку было очень трудно.

И что тут началось! Под общие возгласы и хохот парочек вьетнамцев мы стали терять равновесие и ежеминутно шлёпаться о камни, нещадно ушибаясь. У многих были кровавые травмы. У одного из мужчин был перелом руки, у другого «выбит» палец. Передвигаться и даже ползти, на четвереньках было очень трудно. Дети начали плакать, а женщины непристойно ругаться и орать на мужей, прося их о помощи. И только после неоднократных попыток выбраться из западни под общий гогот восторга вьетнамцев мы схватились за руки и, как поётся в песне – «скованные одной цепью», с большим трудом тремя группами добрались до стоянки машин. Умылись, воспользовались аптечками, наложив жёсткие повязки на раны, и смазали ушибы мазью.

Зная, что у вьетнамцев ничего так просто не бывает, мы предположили, что это была продуманная и отработанная акция по зарабатыванию денег с зевак (зрителей). Наше предположение подтвердил один из вьетнамских работяг, он сказал – «У них такой, бизнес». Фотографии, кем-то трезвым снятые на месте событий, были похожи на кадры из фильма ужасов.

Вечером в гостинице после пережитого стресса я пошёл поплавать в бассейн, там встретил русского и, не зная, кто он, рассказал о случившемся. Он оказался генерал-лейтенантом и начальником ВМБ СССР в Кимлиене. Он не был удивлён подобным поведением вьетнамских «товарищей». Рассказал свою историю, которая, по сравнению с нашей, оказалась намного жёстче. Он поведал такое, что у меня волосы стали дыбом.

За всю нашу безвозмездную помощь в войне и на мирных стройках они «отплатили» нам, блокировав ВМБ двойным кордоном. Стали поставлять некачественные продукты. За качественные продукты, которые ранее поставлялись бесплатно (по бартеру), принуждают платить «зелёными». Офицеров, не говоря уже о младшем персонале, в город не выпускают. У многих семьи были расположены вне базы. Он предположил, что нас просто выживают, пользуясь тем, что из Союза в надлежащем объёме и вовремя денежное обеспечение не поступает в связи с ухудшением положения. Так же рассказал, что у японцев на аналогичной американской базе никогда не бывает такого бардака. Сейчас, говорит, нам оказывают посильную помощь в выживании вьетнамские ветераны-однополчане из своих скромных пенсий, низкий им за это поклон.

Видимо, предвидя распад СССР, вьетнамцы повсеместно повели себя с россиянами некорректно. После этого происшествия и такого к нам отношения мы старались избегать в дальнейшем поездок по стране, такой красивой и причудливой.

Вьетнамцы и во время СССР в течение многих лет, и во время перестройки грабили Россию. Сыновья чиновников под личиной гастарбайтеров в «поясах шахидов» перевозили в Россию не взрывчатку, а доллары. Работая на предприятиях СССР за мизерную зарплату, могли себе позволить в ежедневный перерыв на обед играть в домино по 100 р. за партию, и это при месячных окладах не более 200 р.! Проживая в общежитиях на первых этажах, скупали по дешёвке за доллары всё, что можно и не можно! Все купленные товары складывали в контейнеры, припаркованные к окнам общежитий, и по мере наполнения отправляли на родину. С задачей опустошения наших прилавков от ширпотреба вьетнамцы справились на «отлично». Например, ситуация начала девяностых.

Находясь в Москве, иду по магазинам в надежде купить стиральный порошок. Прилавки пусты! Прилетаю в столицу Вьетнама в командировку, иду на рынок. Почти на каждом углу пирамиды высотой до двух метров из коробок порошка с маркировкой «Сделано в СССР»! Названия торговых улиц: «Алюминиевая» – все товары из алюминия советские; «Шарикоподшипниковая» – все изделия диаметром от одного сантиметра до одного метра – советские (Вьетнам не имел заводов для производства таких изделий) и т. д. Все товары, кроме мотоциклов, велосипедов, радиоаппаратуры и изделий народных промыслов – нашего производства.

В начале двадцать первого века рынок рабочей силы из Вьетнама, новой властью РФ, был заменён рынком рабочей силы из ближнего зарубежья. Но задачи у новых работников те же, что и у вьетнамцев. Россиянам предстоит рано или поздно разорвать эту «цепь» и начать работать плодотворно самим!

Совет наставника

Век живи – век учись.

Почти у каждого по жизни был Наставник. Мне очень повезло, у меня их было несколько. Расскажу об одном из них. Познакомились мы на работе в художественно-конструкторском бюро. По тем временам условия труда были просто сказочные: рабочий день ненормированный, заработная плата сдельная, причём не ограниченная никакими условиями, а сам труд – творческий. Мечта любого советского человека! Времени для общения и игры в шахматы у нас хватало.

Никитич, так я называл своего наставника по работе, был лет на двадцать старше меня. Молодость его была легендарна. На первый взгляд – скромный ветеран, фронтовик-разведчик. Никогда не носил орденов и медалей, полученных за службу. Потом он мне объяснил, что достигнув зрелого возраста и поменяв взгляды с про советских на либеральные, понял, что награды получены за «неблаговидные» заслуги. Лишь однажды, когда распался СССР, в День Победы я увидел его при «иконостасе» из орденов и медалей. Никитич был коренным москвичом из репрессированной интеллигентной семьи. Владел иностранными языками. Будучи студентом второго курса, АРХИ, в 1943 года был призван добровольно-принудительно в армию. Окончил краткосрочные курсы в разведшколе и в составе группы из семи человек был заброшен во Францию. Начал работать под эгидой Красного Креста в качестве переводчика в лагерях для военнопленных и лиц, перешедших на сторону врага. Задача его заключалась в отслеживание мест нахождения военнопленных и предателей из числа высшего командного состава. После окончания войны, если возникала необходимость, по приказу Сталина того или иного командира доставляли в Союз для «разбора полётов» и наказания. Фактически это было похищение человека с территории другого государства. Операция происходила примерно так: из генеральского блока лагеря генерал выкрадывался в солдатский блок, а затем доставлялся в посольство СССР и диппочтой переправлялся в Москву. Дальнейшая его судьба ясна без слов. Вот в таких операциях и участвовал Никитич в молодости, в чём потом глубоко раскаивался. До 1949 года он колесил с разными заданиями по всему свету (Австралия, Южная Америка и т. д.). Затем демобилизация и возвращение в Союз. Большинство его коллег остались за границей, и им не пришлось испытать тех унижений, которые выпали на его долю. Вернулся в Москву он с множеством наград и большими деньгами. Но в то время он не считал их неправедными. Купил трофейный гоночный автомобиль и начал катать по Москве девушек. Но, как говорится, «недолго музыка играла». Не прошло и года, как забрали его в НКВД и предъявили статью за шпионаж в пользу иностранных государств – 10 лет тюремного заключения с конфискацией, лишением наград и кличкой «враг народа». Правда, дали поблажку, как «своему», – выслали прорабом на лесоповал в Сибирь. В 1953 амнистировали, награды и имущество (квартиру в Москве и автомобиль) не вернули. Лишили права жить в столице и областных городах. Работал художником, реставрировал и расписывал церкви в Тульской области. Как Никитич говаривал: «Замаливал грехи!». В 1963 года. был реабилитирован, но ему возвратили только награды. Вернулся в Москву, начал работать конструктором-дизайнером, женился и жил примаком в тёщиной квартире. Имея такой жизненный опыт, он не раз помогал мне в тяжёлые моменты, как на работе, так и в семейных неурядицах. Квартиру наша семья (я, супруга, сын, отец супруги и тёща) получили от государства как «очередники». Тёща имела сорокалетний опыт проживания в коммуналках, что наложило на её характер неизгладимый отпечаток. Как в народе говорят, она была с норовом. Мало того, что у меня с ней сложились напряжённые отношения, но и у моей супруги (её дочери) – тоже. Чего стоит такой пример: живя в одной квартире (и в одной комнате) они выписывали один и тот же журнал «Работница» каждая себе. Почтальонша была в шоке! Отец ушёл в другую семью. Спасало то, что летом жили порознь: мы на даче, а тёща в городе. Она, как истинная горожанка, не переносила комаров и поэтому предпочитала оставаться в Москве. Я часто работал дома, и это вносило ещё большее напряжение в отношения с тёщей.

Как-то раз, в момент очередного обострения в семье, прихожу на работу и между делом начинаю играть в шахматы с Никитичем, проигрывая одну партию за другой. Он удивляется (я играл чуть лучше его) и интересуется, в чём дело. Я ему как на духу рассказываю, что тёща меня «достаёт», скандалит, чуть ли не брызжет слюной в лицо и мешает мне работать дома. Никитич подумал и подсказал, как поступить. Изложил подробно, в деталях и заверил, что опробовал способ на своей тёще, предварительно проконсультировавшись у юриста, что данное деяние неподсудно! Он заверил, что эффект будет ошеломляющий, тёща станет шёлковая, тише воды. Я внимательно выслушал, что и как надо сделать в мельчайших деталях. Позже я убедился, что всё произошло именно так, как он предсказал, один в один. В его рекомендациях меня тревожил один момент – общение с милицией. Я Никитичу рассказал рядовой случай с моим соседом по дому. Мы общались семьями, наши дети были погодками. Он учился в отряде ГАИ на мотоциклиста. Выпивал очень мало, ладил с тёщей и любил жену. Практически это была образцовая семья. Но в один момент всё рухнуло.

Произошло это так. Как-то он изрядно выпил и поскандалил, круша мебель, нещадно ругаясь матом, угрожая тёще за то, что та мешает жить по-человечески. Видимо, у него накопилось много обид за время проживания в примаках, да и выпивать он не умел. Женщины вызвали милицию. Те обещали отвезти его в вытрезвитель, а увезли в отделение и посадили в «обезьянник», как своего. Он начал «качать права», кичился, что учится в ГАИ на инспектора. Узнав, что он из ГАИ, его жестоко избили. Отбили почки и выбили зуб. Милиция ненавидела гаишников, это были два разных министерства. Утром женщины забрали его домой. Пошла череда бед: тесть-фронтовик слёг с инфарктом, так больше и не поднялся до кончины; сам долго болел; из ГАИ его уволили по болезни – больным он оказался никому не нужен; вскоре он развёлся. Развалилась полноценная «ячейка» социалистического общества! Подобных последствий общения с милицией я и боялся.

Наставник убеждал, что со мной этого не произойдёт. Суть его рекомендаций была такова. Берёшь чашку с холодной водой и в момент, когда «уважаемая» тёща, надумав с тобой поругаться, приближается со слюной на губах на расстояние вытянутого кулака – выплёскиваешь на неё воду. Так издревле разнимали дерущихся баб, выливая на них ведро воды. Дальнейшие действия тёщи таковы: она вскрикивает от неожиданности, убегает к себе в комнату и, очухавшись, вызывает по телефону милицию. Приходят два милиционера (в то время они по одному не ходили) и начинают допрос с пристрастием. Далее Никитич изложил схему допроса потерпевшего (тёща) и ответчика (я). Привожу обе схемы.

Допрос ответчика.

– Предъявите Ваши документы.

Предъявляю.

– Почему Вы работаете дома?

Предъявляю разрешение работать на дому.

В те времена работать на дому было разрешено лицам определённых категорий, или же надо было иметь разрешение, иначе могли привлечь за тунеядство.

– Зачем Вы обижаете пожилого человека?

– Кто кого обижает. Я её не трогал, а она позволяет себе врываться в кабинет с оскорблениями и плевками.

Допрос потерпевшей.

– Он применял рукоприкладство?

– Нет.

– Он приносит зарплату?

– Дочь не жалуется, а я не знаю. – Он никого в семье не обижает? – Ещё чего, только пусть посмеет!

Меня поразило, насколько точно Никитич предсказал содержание допроса! Милиционеры, допросив нас, провели профилактическую беседу. Тёще объяснили, что на участке у них несколько сотен поднадзорных бывших заключённых, безработных и тунеядцев. Если зять физически её не трогал, семью содержит, не дебошир, то даже на 15 суток его привлечь они не имеют права, и если она опять попусту вызовет милицию, то будут заниматься уже ею. Мне милиционеры посочувствовали и выразили восхищение: «Это ты лихо придумал. Мы такого в «разборках» ещё не встречали!». Я их поблагодарил и извинился за беспокойство.

Сценарий, предложенный Никитичем, был разыгран, как по нотам. Я был поражён, насколько точно он всё предсказал! Тёща надолго угомонилась, а как только у неё появлялся позыв к скандалу, я тут же брался за чашку с водой, и она быстро ретировалась. Но когда я уже стал забывать про этот забавный случай, он снова о себе напомнил.

Мы с Никитичем часто обсуждали проблемы современной политики. Я утверждал, что произошедшая смена власти смахивает на переворот. Он же считал, что это – «бархатная революция»! (Но ведь жертв-то было предостаточно, – какая, же она «бархатная»?). Прихожу как-то на работу, а Никитич бычится и не хочет общаться. Не могу понять, в чём дело. Вернулся домой, сел работать. Тут супруга входит в кабинет и зовёт посмотреть передачу с повтором фрагмента дискуссии политиков. При этом говорит: «Наши политики совсем стыд потеряли, собачатся, как скандальные бабы». Смотрю ТВ и вижу, как В. Жириновский (далее по тексту ВЖ), известный в народе «правдоруб», общаясь с Б. Немцовым, рьяным правым демократом, повторил моё бестактное общение с тёщей. В азарте словесной перепалки он плеснул в лицо собеседника соком. Тут я понял, почему при последней встрече с Никитичем он не захотел со мной общаться. Я невольно оказался соучастником неприглядного действа, направленного против его идеологического кумира.

При очередной встрече Никитич выразил мне недовольство: «Кажется мне почему-то, что лидер ЛДПР часто говорит твоими словами. Ты что, общаешься с ним и рассказал ему наш секрет?». Я, как мог, оправдывался и уверял его, что я не знаком с ВЖ. Мы впервые за многолетнею дружбу поссорились. Придя домой, я стал вспоминать, кому я мог рассказать о курьёзном инциденте с тёщей. Оказалось, что многим. Подозрение пало на соседа по даче. Сопоставил факты и всё совпало. Первое. Как-то сосед хвастался фотографией, где ВЖ был заснят у него в гостях на дне рождения дочери. Второе. После бани он, выпив, кичился, что является министром труда без портфеля в «теневом» правительстве ВЖ. Общались мы с соседом более тридцати лет, и за это время я кое-что понял.

Немного о соседе. Когда у него были неприятности на работе, я его устроил к себе на работу (потом очень жалел об этом). Подводил он меня, где только мог: на работе, отказываясь вести авторский надзор за своим проектом; в быту; в обещаниях по тому или иному вопросу и т. д. Мотивировал он всегда просто: «А у меня по-другому не получилось!». Один из его поступков был такой. Мне надо было срочно немного денег, чтобы заплатить налог за наследуемую квартиру. Он после распада СССР переметнулся из КПСС в ЛДПР, хорошо «поднялся», и такая сумма для него была незначительна. Сначала он отказался дать под тем предлогом, что друзьям и родственникам в долг не даёт. Пришлось долго унижаться, чтобы он пообещал одолжить. В итоге он не ссудил обещанную сумму. Как-то мы с сыновьями выкрутились. Когда через несколько лет я ему напомнил об этом случае, он ответил: «Давай не будем в дальнейшем вспоминать об этом, я просто позабыл, что обещал». По жизни он был, как разведчик: душа любой компании, отличный собутыльник, везде пытается кем-то управлять, плести различные интриги, быть одновременно неплохим семьянином и «бабником».

Я решил проверить свои подозрения по поводу его причастности к дуэли политиков. На очередной пьянке после бани допросил соседа «с пристрастием». Он подтвердил мои подозрения и во всём признался.

Вот таким путём обычные кухонные дрязги невольно попали на ТВ и создали комичную сенсацию. Случай с соком надолго запомнился публике, а вот о чём политики спорили, вряд ли кто вспомнит. Для пиара горе-политиков все средства хороши, а если преследуются корыстные цели, то их ни что не остановит.

Сотворение иконы

Чему бы жизнь нас ни учила, но сердце верит в чудеса…

Ф. И. Тютчев

Работая в одном из комбинатов Худ. Форда РФ ведущим конструктором по созданию дворца культуры птицефабрики под г. Череповец, в период расцвета социализма и оголтелого атеизма в РФ ССР. Я невольно стал очевидцем создания монументальной иконы, Божией Матери, большого размера, на торце строящегося здания ДК, если смотреть на отдалении и при восходе солнца.

Эмблемой фабрики и торговой марки было изображение петуха. Автор монументального произведения «Петух» являлся именитый художник. Монументалист не молодой.

Панно выполнялось из листов меди, патинированных и местами рас полированных с локальным вечерним под светом фрагментов.

Довольно часто, приезжая в командировку на объект, мне приходилось наблюдать одну и ту же ситуацию. Художник молясь, и чертыхаясь на исполнителей, лазил по лесам как молодой. Хотя, как правило, монтаж произведений, ведут мастера по тому или иному ремеслу. Ваял он, непомерно долго, то и дело, покидая объект и разъезжая на своих Жигулях, по округе. Все не понимали почему, да и я тоже, он затягивал сдачу панно, Худ. Совету и Заказчику, до открытия ДК. Вблизи и панно, выглядело абстрактно – символично, и очень похоже на петуха. Заказчик, дважды герой Соц. Труда, в кулуарных разговорах высказывал сомнения «…,что Работяги, сие творение, не поймут!» Но в связи с новыми веяниями «Оттепели» всё «устаканилось» работу приняли с высокой оценкой.

Вскоре, после открытия ДК, в администрацию района стали поступать жалобы от партийных, первичных ячеек, что это сомнительное произведение, очень похоже на икону Божией Матери. Верующие местные жители по утрам стали выходить из молельных домов и поклоняться лику иконы светящуюся вдали, а количество молельных домов (церкви в таких «Богом забытых» районах практически были взорваны или использовались под склады) стало увеличиваться «как грибы после дождя».

Тут всё началось. Комиссия за комиссией, неважно в каком составе. Одни законники – партийные высокопоставленные функционеры, якобы от имени партии, продвигали «генеральную линию» партии в свете развала «Оттепели», а когда им выгодно прикидывались верующими. Другие законники – именитые художники (Художники в законе) верующие в душе, но без фанатизма. Мне всегда казалось, что с возрастом люди мыслящие перестают быть атеистами и, если не становятся верующими (в традиционном понимании этого слова), то сочувствующими становится обязательно.

Приедут, посмотрят, погуляют «на халяву», а решение на демонтаж панно не дают. Не желали брать грех на душу! Не смотря на неопровержимые факты в виде фотографий снятых с разных отдалённых деревень и поселков, где отчётливо виден лик иконы, когда начинается служба при восходе солнца. Вблизи панно на фасаде ДК смахивало на «Петуха» и никак не походило на икону.

Прошёл год. Автор пригласил меня в мастерскую обсудить очередной проект по воссозданию многоярусного иконостаса в Рублевском музее. Несмотря на преклонный возраст, он продолжал трудиться. Это было не просто, попасть к нему в мастерскую. Он был разборчив в коллегах и без нужды старался ни кого не приглашать. В этом плане, как говорят, мы «родственные души». Какого же было моё изумление, когда я увидел эскизы к окладам икон иконостаса, и обратил внимание на подборку сотен фотокопий икон Богоматери, по всему Свету – оригинальных и парой диковинных. Иконы, выполненные в натуре, в разных материалах и даже, таких как в дереве и камне. Подборку он собирал как коллекционер. Было с чем сравнить его работу «иконы». Таких размеров в таком материале и так с лукавством, выполненная им икона на ДК, пожалуй, была исключением. Попросил мэтра подробнее рассказать о сотворении иконы.

За чаепитием он мне поведал, как он отрабатывал макет, в масштабе 1:10; с фарами, фонарями и специальной оптикой (аппаратурой выполненной на заказ). Аппаратура позволяло удалять изображение в пределах видимости, позволявшей с такой достоверностью с макета реализовать весь гениальный замысел. То есть на определённом расстоянии и определённом солнечном освещении, восходящего солнца, являлся чёткий лик иконы. Всего работа длилась около трех лет, но к реализации замысла автор приступил, как только начал заниматься прикладными монументальными работами на объектах. К сожалению, я не уверен, что его панно не изуродовали или демонтировали в нашей современности. К примеру, я собственными очами видел, как на мозаичном панно вождя, очередной российской революции, на место расположения очей смонтировали кондиционеры, ленясь просто хотя – бы демонтировать панно. Большинство монументальных работ (в основном рукодельные), когда то выполненные в эпоху Социализма демонтированы напрочь или находятся в плачевном состоянии. Остаётся сожалеть, что память, о предыдущей эпохе выраженная в монументальных произведениях искусства, сознательно уничтожается.

Трость

Существует пословица «Дарёному коню в зубы не смотрят». Но на личном опыте я дважды убеждался, что смотреть надо, и очень внимательно. Расскажу об этих случаях.

Случай первый. Конец пятидесятых годов прошлого века. Мне 18 лет, я хорош собой, стиляга, но вынужден ходить с тростью, так как перенёс операцию. Дело в том, что при родах, происходивших во время эвакуации из Москвы в начале войны, я получил увечье ноги. Был несколько раз неудачно прооперирован, но вот наконец-то профессор Чаплин сделал удачную операцию. Трость моя была очень красива. Вырезал её я собственноручно из дикой яблони. Навыками резьбы по дереву я овладел в кружке при Доме пионеров, где достиг таких успехов, что две моих работы экспонировались в Париже на детской выставке.

Итак, я еду с тростью к родственникам в деревню, где проводил с детства каждое лето. Дядя и тётя (сестра матери) – сельские интеллигенты, уважаемые учителя. Семья у них была многодетная. Я у мамы младший, третий; отец погиб на фронте; времена после войны были голодные; моё ежегодное летнее пребывание у родственников облегчало маме жизнь, тем более что ко мне относились, как к родному. Тётя была приветлива, гостеприимна, не просто умна – остроумна, наблюдательна, владела эпистолярным жанром, писала саркастические стихи на бытовые темы. Как сейчас помню её меткое высказывание о ситуации, сложившейся в стране в результате воплощения в жизнь идей Н. С. Хрущёва (тогдашнего главы государства) о выравнивании жизни в городе и в деревне. Так вот, тётушка написала: «Наконец-то сбылась мечта наших партийных руководителей! Деревня сравнялась с городом: раньше у вас в городе есть было нечего, теперь и у нас в деревне тоже есть нечего!».

Но вернусь к рассказу о трости. Дяде, которому уже шёл седьмой десяток, она приглянулась, и он попросил, чтобы я ему её подарил. Ты, мол, сотворишь себе другую, ещё лучше этой. И я подарил, (Сорока лет нет, и ума нет) хотя точно знал из многочисленных рассказов инвалидов, что этого делать ни в коем случае нельзя – дурная примета, которая обязательно сбудется! Вернувшись в Москву, через какое-то время получаю от тёти очередное письмо, где она пишет, что после моего подарка «дед» захромал. Да так, что стал пропускать работу в школе. Тогда я вспомнил о своих сомнениях по поводу дарения трости. В ответном письме я напомнил тёте об этих сомнениях и предложил сломать и сжечь трость. Впоследствии она так и сделала. «Дед» перестал прихрамывать!

Случай второй. Недавно, уже в нынешнее время, меня навестил внук дяди и рассказал, как он отдыхал в Бразилии: ездил на лодке в джунглях по Амазонке; участвовал в карнавале «Лучшая попка»; был ограблен двумя аборигенами в джунглях, они отняли часы и карманные деньги, оставив лишь «подорожные», чтобы добраться до отеля. Для защиты от дальнейших непредвиденных обстоятельств, где один из сотоварищей по пребыванию на отдыхе, сослуживец, подарил ему трость с встроенным кинжалом. Тут я ему рассказал про случай с его дедом по поводу сомнительного дарения трости.

Племянник находился в расцвете лет, посещал фитнес, по возможности блюд я здоровье. Но после получения в подарок трости, у него тоже стала побаливать нога и он начал прихрамывать. Я поинтересовался, кто ему сделал такой подарок. Племянник ответил, что этот человек имеет перед ним старый долг в 200 т. руб. Мы дружно рассмеялись, и он передарил трость мне, так как мне терять нечего, потому как я по жизни прихрамываю.

Не дарите вещи, сопутствующие какому-либо заболеванию или способствующие улучшению здоровья. При выборе подарков будьте внимательны и помните принцип, звучащий в клятве Гиппократа, «не навреди». Лучший подарок – то, что ты можешь сделать своими руками и от Души!

Урок чтения

В советские времена было три источника официальной информации: газеты, радио и телевидение. В основном они дублировали друг друга. Сравнивая то, что они преподносили, с реалиями жизни, некоторые сомневались в правдивости многих сообщений, но большинство все-таки верило и печатному слову, и слову дикторов. Конечно, были отдельные дотошные индивиды, которые, как тогда говорили, умели читать между строк. Это было своего рода искусство, которому надо было учиться. Мне посчастливилось получить урок чтения «между строк», можно сказать, из первых рук – от власть имущих того времени. Было это так.

Москва, ВДНХ, 1972 год. Я работаю в качестве главного конструктора экспозиции павильона РСФСР на выставке, посвящённой юбилею создания Союза Советских Социалистических Республик. Курируют создание экспозиции выставки чиновники высшего ранга РСФСР: председатель Совета Министров Кочемасов В. И (далее по тексту ВИ), министр культуры Попов А. И. (далее по тексту АИ) и министр бытового обслуживания. Они расположились в моём кабинете, где находился макет павильона. У меня возникла проблема с изготовлением зеркал большого размера. Захожу в кабинет, а мои «надсмотрщики» обедают – пьют коньячок и закусывают, чем бог послал. А послал он им икорку чёрную, колбаску копчёную и фрукты. С одним из кураторов, ВИ, я уже успел поцапаться. Суть конфликта была такова. Я с бригадой монтажников монтирую дорогой живописный батик большого размера. Подходит ВИ и запрещает производить монтаж, я применяю свой принцип «начальник моего начальника не мой начальник» и продолжаю монтаж, а ВИ посылаю к своему директору. Ведь если бы я прекратил работы, монтажники не получили бы денег за монтаж, а я своих не «кидаю». Возник скандал: ВИ дал команду милиции, чтобы меня не пускали на ВДНХ, а директору объявили выговор. Мне с трудом разрешили продолжить работу, объяснив ВИ, что без меня будет сложно сдать объект вовремя.

Продолжу. Объяснил кураторам, что мне надо заказать зеркала большого размера и показал газету с объявлением мастерских бытового обслуживания, где чёрным по белому написано, что они могут изготовить зеркала нужного размера. Однако при оформлении заказа выяснилось, что это не соответствует действительности. Министр бытового обслуживания, сидящий тут же, подтвердил, что зеркала такого размера его мастерские изготовить не могут, потому что у них нет необходимой технологии. ВИ вступился за коллегу: «Вот молодежь пошла! Газеты успевают читать, да ещё и верят в то, что там написано. Надо научить его, как читать газеты!». Все хитровато заулыбались и выпили очередную порцию алкоголя. Слово взял АИ и прочитал мне целую лекцию об умении читать прессу, подведя под свои рассуждения принципы и понятия христианской религии.

Начал он с замечаний в мой адрес. Отметил, что я не только не хочу вступать в партию, но даже и комсомольцем не был. Однако партия мне как профессионалу доверила важный партийный объект. Выразил он сомнение в твердости моей веры. По его мнению, я так же грешен, как и все они: работаю по 12 часов без выходных, успеваю читать газеты, иногда ругаюсь матом и т. д. Из всего этого он сделал вывод, что я не верующий, а сочувствующий. Особо он сделал акцент на том, что истово верующие газет не читают (в то время газеты курировались КПСС).

Потом он со знанием вопроса порассуждал об основных грехах, упомянув и первозданный, о соблазнах, о непротивлении злу насилием. Так как церковь была тогда отделена от государства, эти знания можно было получить только в церкви при чтении катехизиса, ведь даже Евангелие невозможно было купить. Но у власть имущих, видимо, были свои источники информации. На основании своих рассуждений АИ высказал парадоксальную мысль: чтение прессы надо приравнять к греху, но если все-таки читать приходится, необходимо минимизировать вредные последствия. Всю информацию он разделил на три группы: правдивая, полуправдивая и ложная. Начинать читать газеты надо не с первой страницы, а с последней. Далее пытаемся найти правдивую информацию, анализируя заголовки статей. Если в заголовке присутствует простая констатация события или факта, то, скорее всего, информация в статье правдива. Если заголовок пытается вас чем-то соблазнить, то в статье, с большой вероятностью, присутствует полуправда. А вот если в заголовке сквозит грех – держи ухо востро! Например, в заголовках типа «Мы впереди планеты всей» звучит гордыня – грех; в заголовках типа «Догнать и перегнать» звучит зависть – грех; в заголовках типа «Выпустим еще больше на душу населения нужного и ненужного» звучит алчность – грех. С большой вероятностью в статьях с подобными заголовками содержится ложь.

Тут я вспомнил про статью, которую опубликовали в газете после того, как я спас утопающего товарища. Она называлась «Пионер спас пионера!» (смотри рассказ «Две минуты славы»). Я действительно спас товарища, но я не был пионером. Первая неточность. Статью надо было назвать «Подросток спас товарища». Какие мотивы толкнули меня на этот безумный поступок? Может быть, гордыня? Ведь все взрослые были против, удерживали меня: они не смогли, а я смог! Следовательно, еще точнее статью надо было назвать «Подросток спас товарища вопреки запрету взрослых». Анализирую дальше. Да спас, но какое я имел право вмешиваться в Судьбу человека, когда это прерогатива Всевышнего? Я же, движимый гордыней, взял на себя роль Всевышнего, и был за это наказан: вскоре сам чуть не утонул; получил травму головы; заболел и получил общее заражение крови; позже, в знак «благодарности» от товарища, получал бесконечные упрёки за его не сложившуюся жизнь и «головную боль» от его поведения.

Я стал выяснять, за что он должен был быть наказан ранней смертью, от которой я его спас. Выяснил, что его отец работал в НКВД и вершил судьбы многих людей. За это, видимо, должны были понести наказание близкие родственники: дети, внуки, правнуки и т. д. (об этом сказано в Библии). Как правило, люди, совершившие тяжкие грехи (убийства и прочее) подвергают близких родственников беспричинным трагедиям. Окончательная редакция заголовка, следовательно, должна быть такова: «Подросток спас товарища вопреки запрету взрослых и даже вопреки воле Судьбы».

Пользуясь полученным от министра культуры уроком, я начал изучать заголовки многочисленных газет. Так сказать, проверил теорию на практике. Странно, но совпадение было почти полное.

Но вернусь к зеркалам. Собутыльники всё-таки заставили меня принять участие в трапезе. И я им рассказал, в свою очередь, байку про зеркала, изготовляемые в России до революции. Во время ремонта Елисеевского гастронома в Москве было принято решение демонтировать громадное зеркало высотой 5 метров и толщиной 12 мм. Когда его разрезали и по частям демонтировали, то в нише стены нашли записку от предков такого содержания: «Сие зеркало изготовлено в году 1899 братьями… на озере…». Как зеркало изготовили, доставили и смонтировали – это остаётся загадкой. Собутыльники засомневались в правдивости байки, а я оправдывался, что слышал ее от главного инженера магазина. За долгие годы трудовой деятельности я бывал на многих стекольных заводах и задавал специалистам этот ребус, но вразумительного ответа так и не услышал, а сомнений было предостаточно.

В конце нашего застолья стало понятно, что помощи от кураторов ждать не приходится и художникам придется менять ранее принятый вариант оформления экспозиции.

Впоследствии, когда я видел большие стёкла в офисах и интересовался, чьё это изделие, всегда получал один ответ: «Не наше!».

За прошедшее время количество источников информации увеличилось многократно, добавился самый мощный и популярный Интернет. Заголовки в желтой прессе и в Интернете повторяют друг друга, как по форме, так и по содержанию: во всех сквозит соблазн и грех! «Похудей на 10 кг за три дня!», «Заработай 500 $ за день!», «Узнай подробности жизни и смерти поп-звезды!» – ловушка для любопытных с соблазнительной приманкой. Если ты повелся и хочешь получить желаемую информацию, тебя начинают вести к ней длинной дорогой, вдоль которой расположена всевозможная реклама. А когда ты достигаешь цели, там или пустышка, или ложь. Из тебя хотят выкачать деньги!

Урок, полученный мною давным-давно от министра культуры, сегодня актуален, как никогда. Включи мозг, прежде чем добровольно лезть в ловушку, тратить время и интеллектуальный ресурс на пустяки. А тот, кто является автором ловушек, пусть вспомнит, что сказано в Библии о соблазняющих «малых сих». Простыми словами, тот, кто приносит грех в этот мир, журналисты разных мастей (телевиденья, радио и прессы), ещё хуже, чем сам грешник, который в этом смысле и является соблазнённым, т. е. Библия и призывает задуматься и раскаяться тех журналистов «малых сил», которые творят грехи и, тем самым искушают простой народ. Приведу цитату из Евангелия от Луки: «…невозможно не прийти соблазнам, но горе тому, через которого они приходят; лучше было бы ему, если мельничный жернов повесили ему на шею и бросили его в море, нежели чтобы соблазнил он одного из малых сих.» Лук. гл. 17 1:2.

Устав доживателя РФ

В системе пенсионного обеспечения РФ существует довольно циничный термин – «возраст дожития». Он выражает суть отношения к пожилым гражданам общества со стороны государства. Исходя из этого термина, люди пенсионного возраста – «доживатели». Медицинское обслуживание этой весьма многочисленной категории населения оставляет желать лучшего, то же можно сказать и о материальном обеспечении. Следовательно, доступ к платным услугам закрыт.

В районных поликлиниках врачей-геронтологов нет. Вывод – «доживателям» остаётся надеяться на помощь родных, свой жизненный опыт и обмен информацией по вопросам здорового образа жизни с такими же «доживателями». Хочу поделиться со всеми желающими результатами своих наблюдений и размышлений, касающихся различных органов и систем нашего организма.

Кожа

Подогретая постель и тёплая одежда. Загорать не долго. При малейшей возможности посещать баню. Желательно два раза в неделю при различных серьезных недомоганиях. Гипертония и онкология – противопоказание!

Костно-мышечная система

Подвижность. Устойчивая обувь, желательно ботинки с невысоким каблуком. При ходьбе не торопиться. Если вам тяжело передвигаться, рекомендуется ходить с тростью.

Дыхание

Свежий воздух, желательно увлажнённый, с температурой +19–21 гр. Вдох минимальный. Приподнятое изголовье кровати. При одышке – массаж лёгких, обязательна дыхательная гимнастика. Не желательно частое пользование кондиционером (как правило, за фильтрами никто не следит).

Сердечно – сосудистая система

Работа + отдых + работа. Ноги вверх, «велосипед». После сна резко не вставать, не сделав специальные лёгкие упражнения. Поддерживать нормы фосфора и магния в крови. При недомоганиях делать биохимический анализ крови не реже 1 раз в два года для сверки нормативов с вашими показателями.

Пища

При приёме пищи меньше разговаривать, а лучше молчать. Пища должна быть мягкая и тёплая. Часто пить чистую ионизированную воду (не менее одного литра в сутки). Вода пригодна обычная водопроводная, но отстоянная от солей тяжёлых металлов. Потребность в жидкости (суммарная) составляет до двух литров в сутки.

Есть желательно в компании, маленькими порциями, жевать тщательно (чем меньше своих зубов – тем дольше) и не позднее, чем за 4 часа до сна. При этих условиях не будет запора, следовательно, и геморроя. Умеренно употреблять жирную, сладкую и солёную пищу. Использовать пряности.

Возможно употребление качественного алкоголя в малых дозах и с закуской. До распития алкоголя в большем, чем обычно, количестве необходимо сделать 2–3 глотка воды для заполнения печени и предотвращения «алкогольного удара» по печени (рекомендация дана профессором из четвёртого медуправления). Приведу цитату по поводу водки, которая попалась мне в первой российской энциклопедии по здоровой пище (эту энциклопедию я читал, когда работал в Историческом музее): «Водка приравнивается к таким вредным напиткам, как кофе, какао и чай… Рекомендуется её употребление в малых дозах при приёме трудно перевариваемой пищи, например: расстегай, рябчики и гуси. Чрезмерное и продолжительное употребление водки (без закуски) может привести к летальному исходу».

Возможно суточное голодание и соблюдение христианских постов. Желательно употреблять пищу вами любимую и приятную. Ограничить употребление холестерина (не более 200 мг в сутки). Исключить из рациона продукты с высоким содержанием холестерина. Например, в курином яйце его содержится именно 200 мг.

Мочевыделительная система

Частое опорожнение. Не терпеть!

Зрение

Хорошая освещённость. Отсутствие порогов и ступеней. Гимнастика для глаз. Просмотр ТВ и работа за компьютером не более 3–4 часов в сутки с использованием специальной оптики (очки для компьютера).

Если есть возможность, производить коррекцию зрения раз в пять лет.

Слух

Говорить не торопясь, негромко, низким тоном. Слушать одного из собеседников, не рассеивая внимание. Проверять пробки в ушах раз в 5 лет.

Вкус

Употреблять пищу свежеприготовленную и тёплую. Разогревать пищу не более одного раза. «При повторном подогреве витаминизация продукта снижается до 40 %». В яйцах желательно употребление только желтка, «…белок – это защитная фракция желтка, трудно усвояемая желудком и имеющая только вкусовое значение для изысканных блюд». Еженедельно полоскать рот и очищать язык от канцерогенов следующим составом: чёрный хлеб + чеснок + подсолнечное масло. Пожевать этот состав 1–2 минуты и выплюнуть. «Трудноусвояемые мясные продукты: различная дичь, говядина и баранина – подлежат длительной тепловой обработке, при которой бульон меняется дважды и не подлежит употреблению». Перечень предпочтительных продуктов смотри по астрологическому гороскопу для твоего знака зодиака (подтверждено многовековым опытом). Например, знак «Лев». Витамины: Д и пищевая добавка Е343(1). Ржаной хлеб. Орехи: грецкие и миндаль. Семечки: подсолнечные и тыквенные. Бобовые: фасоль и горох. Корнеплоды: свёкла и морковь. Мясо: говядина, баранина, птица и любая печень. Фрукты: изюм, финики, инжир, сливы, яблоки, груши и апельсины.

Обоняние и болевая чувствительность

Быть осторожным при обращении с горячими жидкостями, огнём, электроинструментом (в связи заторможенной реакции). Избегать задымлённости и перегрева. Носить только жёсткую обувь. Перед применением приправ, например, уксуса, пробовать на вкус. При отсутствии обоняния, надо бросить курить

Память

Быть бдительным в лесу, чтобы не потерять ориентировку. Повторить услышанную нужную информацию через 7 минут. Телефон с памятью. Желательно планировать день (по гороскопу). Выполнять рекомендации доктора и соцработника. Вести нужные записи. «Лучшая память – это самый тупой карандаш» (В. Ленин). При ухудшении памяти: ограничить употребление картофеля до двух дней в наделю, и делать ежедневно упражнения для глаз.

Сон

Засыпать в одно и то же время. В кровати находиться только для сна. При пробуждении не оставаться в постели более чем на 20 мин. После ужина не пить ЧАЙ, КОФЕ, АЛКОГОЛЬ и пить меньше жидкости. Исключить просмотр ТВ за 20 мину до сна. Покой и темнота. Если плохой сон – увеличите дневную активность. В случае острой необходимости пить тёплую воду в небольшом количестве и малыми глотками. Перед сном проветривать помещение. Температура не более + 20 гр. Перед сном возможен тёплый душ.

Общение

Не отвлекаться при разговоре. Говорить медленно, с юмором, чётко и приветливо. Не раздражаться. Избегать изменений привычных для вас внешних условий. Дома, общаясь с родственниками и знакомыми, рассказывать байки, давать советы и играть во всевозможные игры. По возможности, заниматься будничными делами, завести хобби. Необходимы прогулки, развлечения и знакомства (если вы одиноки).

Секс

Умеренный и спокойный, без «напряга». Исключить секс с применением возбуждающих средств при чрезмерно высоком или низком АД (возможен летальный исход). Один из китайских долгожителей мне рекомендовал для усиления потенции сдавливать яички (до болевых ощущений) столько раз, сколько вам лет.

Соблюдая эти незамысловатые рекомендации из опыта долгожителей, вы гарантируете себе относительное долголетие и, по крайней мере, сносное «доживание», не причиняя особых хлопот родственникам и получая удовлетворение от последнего этапа в этой жизни перед возможной последующей жизнью (наука не опровергла такую возможность). Желаю всего того, что вы сами себе желаете!

Прилагаются, рецепты от народа и долгожителей. (Посоветуйтесь с лечащим врачом):

Поддержание жизненного тонуса (очищение от токсинов): Смесь трав по 100 гр.: ромашки, зверобоя, бессмертника и берёзовых почек. Перемолоть в кофемолке и 1 ст. л. смеси, залить кипятком 0,4 л. Настоять и процедить. В тёплый раствор добавить 1 ч.л. мёда (какой вы любите). За час, перед сном выпить 200 г. раствора, а остаток поставить в тёплое место и утром выпить перед завтраком (не позже чем за 20 мин.). Курс один раз в 3–5 лет.

Склероз и прочее. Смесь сухофруктов по 500 гр.: чернослива, кураги, изюма и миндальных или грецких орехов. Добавить 150 гр. Меда (какой вам нравиться). Пропустить, через мясорубку и принимать смесь по 1 ст. л. за 20 мин. перед едой.

Потеря памяти и прочее. 150 гр. головок чеснока очистить и размять скалкой. Залить 300 гр. водки и настоять 10 дней в тёмном месте. За 20 мин. До еды принимать в такой последовательности: 1 день (д) – 5 капель (к), 2 д. – 10 к…… 5 д. – 25 к., 6 д. – 25 к, 30 д. – 25 к., 31 д. – 20 к., и 34 д. – 5 к. перерыв 1–2 месяца.

Бессонница. Смесь растворов на спирту (по 50 гр.): Валокордин, корвалол, валидол и боярышник. Принимать по 20–25 капель перед сном.

Каменная болезнь. Отмыть корень подсолнуха, растереть на тёрке и высушить: в три литра воды добавить стакан корня и кипятить 5 минут, процедить и тёплый напиток, пить 1 литр в течение дня, за 20 минут до еды; В оставшуюся мякоть, вновь залить 3 литра воды и кипятить 20 минут, процедить и продолжить приём напитка; в мякоть добавить 3 лита воды, кипятить 1 час, процедить и продолжить приём напитка. Цикл приёма один месяц – хватает на год. (рекомендация профессора Болотова).

Учитель – воин

Крупное село с множеством слободок неподалёку от райцентра Тамбовской области. До революции 1917 г. село считалось зажиточным. В нём был красивый храм, в шестидесятые взорванный и разобранный на кирпичи, сельхозбанк (раньше банки располагались там, где ими пользовались) и средняя школа. Расстояние от райцентра до села – 12 км., по бездорожью. В этом селе всю жизнь до преклонного возраста прожил мой дядя, муж маминой сестры, воистину Народный Учитель, Минаков Владимир Михайлович (далее по тексту В. М.). Родился он в конце позапрошлого века в семье зажиточного крестьянина. Жил в добротном кирпичном доме с погребом, ледником для хранения солений и дворовыми постройками (сарай для скотины, сеновал и т. д.). Дядин дом выделялся на фоне деревянных строений села. По центру дома располагалась русская печь и большой сундук, у стены стояла фисгармония, привезённая из очередного военного похода. В. М., неплохо играл на ней и на скрипке (пока музыкальные инструменты были настроены). Любил играть в шахматы и напевать неприхотливые мелодии. При этом исправно вёл домашнее хозяйство.

В. М. учительствовал и воевал по «совместительству» до пенсионного возраста, при этом взрастил двух сыновей и двух дочерей в очень сложное время всяческих смен власти и преобразований. Дети, повзрослев, уехали в города нашей необъятной Родины и стали жить своими семьями, но иногда приезжали навещать родителей со своими детьми и внуками.

Военная биография В. М. была настолько необычная, что можно было удивиться, как он смог остаться живым, пройдя через множество войн и преследований. Вот его послужной список.

До и после революции 1917 г. Он офицер младшего чина царской армии. Есть фото 1918 г., где он сфотографирован в офицерской форме, при оружии, сидящий на стуле, а позади стоит его денщик (офицеру полагался денщик).

Гражданская война 1918–1922 г. В. М. участвует в военных действиях в частях Махно, которые поддерживали Красную армию. На втором съезде РКСМ в 1919 г. произошло примирение всех враждующих сторон: белых, красных и анархистов. Советская власть пообещала молодёжи, принимавшей участие в братоубийственной войне, всеобщую амнистию, наделы земли в личное пользование и различные блага (впоследствии обещания остались на бумаге). Дядину сотню разоружили, отобрали личного коня (любимого, белого – орловской породы) и на дорогу дали дореволюционную винтовку без затвора. Я сам, когда заменял столбы подворья, случайно выкопал эту винтовку, завёрнутую в тряпки, и показал её В. М. У него навернулись слёзы воспоминаний, он даже не помнил, куда её спрятал, так как через полгода после возвращения его арестовывает Н, но скоро отпускает по ходатайству сельского схода. (Мотивация: некому учить детей). Многие его однополчане были расстреляны или репрессированы советской властью.

Тамбовское восстание (Антоновский мятеж) 1920–1921 г. В. М. попадает под репрессии восставших как «сподвижник советской власти». Дом разграбили, а его хотели расстрелять, но сельчане встали на защиту. (Мотивация: некому учить детей).

В 1921 г., после жестокого подавления восстания, его арестовывают (видимо, заподозрили, что он сотрудничал с восставшими), но, разобравшись, мобилизуют в части М. Фрунзе воевать с басмачами. После ранения В. М. возвращается домой с бричкой, гружённой житейским барахлом: фисгармония, ковры, посуда и разная утварь. В деревне тут же конфискуют коня в общественную собственность, а его семье дают кличку «киргизовы». Даже меня, подростка, сверстники по имени не звали, а обращались – «.. киргизов, посмотри…». Привезённое «добро» впрок не пошло.

Перед второй мировой его дом ограбили, а самого чуть не убили. В то время, когда его в очередной раз ограбили, в городе (в 12 км от места преступления) гастролировал знаменитый экстрасенс, и семья обратилась к нему по горячим следам за помощью. Он не поехал на место преступления, так как был довольно пожилым, а попросил привезти соседского подростка в возрасте 10–13 лет. Привезли девчонку, но сеанс гипноза оказался неудачным, тогда экстрасенс попросил привезти пацана. Сеанс прошёл удачно, и мальчик рассказал, как всё происходило: приехали трое грабителей на легковой машине («эмка»), грозя В. М. и его супруге браунингом, погрузили ценные житейские вещи в машину и уехали. Грабители спрятали часть барахла в погребе за рекой в четырёх километрах от дома, а часть увезли на «блошиный рынок» за пятьдесят километров от дома. Милиция вернула лишь небольшую часть украденного.

Советско-польская военная компания 1939 г. Перед началом учебного года В. М. мобилизуют в действующую армию.

Советско-финская война 1939–1940 г. В. М. принимает непосредственное участие в военных действиях от начала и до конца, а к началу учебного года его демобилизуют.

Советско-германская война 1941–1945 г. В 1941 г. В. М. добровольцем уходит на фронт (попадает на интендантскую службу), а в 1943 г. его демобилизуют по возрасту.

То, что В. М. уцелел во всех этих перипетиях, можно объяснить только промыслом Божьим. Господь, видимо, решил: «Если приберу я раба своего Владимира, то кто будет учить детей?».

Я с малых лет и до окончания вуза почти каждый год в летние каникулы постоянно проживал у В. М. и потом часто приезжал на два – три дня, а порой проводил отпуск на малой родине. В. М. всегда был для меня родным человеком, заменившим мне родного отца, погибшего на фронте. В детстве помню общие обеды за большим столом с множеством родственников, евших деревянными ложками из одного большого чугунка, где было и первое, и второе (как говорят: «в одном флаконе»). Если я частил, забираясь в чугунок без очереди, то получал ложкой по лбу, да так, что она разлеталась вдребезги, и мне казалось, что рука у В. М. была тяжёлая. Несмотря на мои не совсем детские шалости (я рос шкодливым мальчонкой), он меня никогда не наказывал, если не считать наказанием прополку или заготовку сена (полезный труд ни есть наказание). Всеобщее уважение и симпатия сельчан к В. М. были искренними, а его супруга (моя родня тётушка) по образованию тоже педагог, была тактичная и гостеприимная хозяйка. Редко кто, проходя или проезжая мимо, не заходил, чтобы подтвердить своё уважение. Мало того, к В. М. приходили за советами и с просьбами составить жалобу, прошение или заявление. Особое внимание к нему проявляли чиновники и руководящие партийные работники областного значения, разъезжающие на казённых машинах с личным шофёром. Все они когда-то учились у него, как у сельского учителя, а воспоминания детства – святое дело.

На моих глазах проходило его «доживание» после пенсионного возраста. Последняя его работа в школе, это лаборант физики в возрасте 75 лет.

Когда я повзрослел, меня дико возмущало то обстоятельство, что пенсию он получал нищенскую, хотя проработал учителем более 50 лет (военный стаж приравнивается к гражданскому). Получая пенсию чуть больше колхозника никогда не воевавшего, или стипендии обычного студента (35 рублей), Материально он не нуждался только лишь потому, что мы ему помогали. Да и сам он работал до глубокой старости.

Пообщавшись с местным руководством, я выяснил, что таковы законы о пенсионном обеспечении. При мне, если кто к нему заходил из чиновников, разъезжающих на чёрных «волгах», я настоятельно просил посодействовать в назначении В. М. достойной пенсии, а если они не в состоянии помочь, то пусть не появляются в его доме и не лицемерят.

Один из них всё-таки «открыл мне глаза». Вопрос о назначении В. М. персональной пенсии, оказывается, рассматривался в обкоме партии (несмотря на то, что он не был партийным), но положительное решение не было принято. Неофициально чиновник мне пояснил, что у В. М. много «тёмных пятен» в биографии: не был членом партии, в гражданской войне воевал за анархистов и при советской власти не раз арестовывался. Дыма без огня не бывает – так решил обком.

Напрашивается вывод – обидно за державу, в которой такие люди, как В. М., честно служившие народу, доживают с минимальным пенсионным обеспечением. И это в такой богатейшей стране, как Россия! Такое повсеместное бездушное отношение к старикам можно объяснить только недопустимым падением нравственности россиян двадцатого века.

Формула счастья

«В глуши лесов счастлив один,

Другой страдает на престоле;

На высоте земных судьбин

И в незаметной, низкой доле

Всех благ возможных тот достиг,

Кто дух судьбы своей постиг»

Е. Баратынский.

Русский философ Бердяев одной из причин неустроенности нашей жизни считал малое количество «средних людей» в России. Так называемый «средний человек» является оплотом стабильности и процветания государства. Я отношу себя к этой категории людей, поэтому, прожив долгую и достойную жизнь, попытался создать формулу счастья «среднего человека».

Однозначного определения понятия «счастье» не существует, но я выделил пять основных составляющих, которые в сумме своей являются базой понятия «счастье среднего человека». Каждый индивид может расставить их в соответствии со своими приоритетами, умножить каждую составляющую на коэффициент, определяющий её роль в жизни индивида. Сумму можно увеличить, введя какие-то составляющие, украшающие жизнь индивида (искусство, спорт, рукоделие и т. д.). Но присутствие пяти базовых обязательно. На примере своей жизни расскажу о каждой составляющей.

Одна из первых и всеми признанная – связь с природой. С детства летом я гостил в деревне (12 км от райцентра по бездорожью). Вокруг поля, лес, река. Гонял лошадей в ночное. Приходилось иногда доить домашнюю скотину. Эти детские впечатления живы и свежи в моей памяти. С 17-ти лет и по сей день жил я в основном в городе. Общение с природой происходило на садовом участке, расположенном в живописнейшем подмосковном лесу. Там я вырастил сад и как «вечный строитель коммунизма» постоянно что-то строил. Всё своими руками, без привлечения наёмного труда. Работа на свежем воздухе под открытым небом, занятие земледелием, строительством, общение с домашними животными – источник благостных эмоций. Лишая себя общения с природой, человек обедняет свою жизнь, делает её несчастной.

Вторая составляющая – любимый и свободный труд, результат которого необходим людям, востребован обществом и, что очень важно для «среднего человека», является источником достатка (моё представление о достатке я изложу в конце рассказа). По жизни я трудоголик. С детства в доме пионеров осваивал различные доступные по возрасту ремёсла. Достиг больших успехов в резьбе по дереву: две моих работы демонстрировались на детской выставке в Париже. Ремёсла, которые я осваивал, были связаны с искусством, поэтому я пытался поступить в Строгановское художественное училище, но не поступил. Позже понял, что это – не моё. Существовать в искусстве достойно, не обладая большим талантом, проблематично! Жизнь была трудная: маме одной приходилось тянуть трех молодых людей. Старшие братья учились в вузах. С 17-ти лет я начал зарабатывать деньги, работая на молодёжной стройке. Освоил строительные специальности. Потом закончил вуз, много работал, часто на нескольких работах одновременно, чтобы семья жила достойно. Без какой-либо протекции построил более чем успешную карьеру конструктора-дизайнера. Имею звание «Герой труда» одной из дружественных стран.

Третья составляющая счастья – семья. Мы с супругой прожили более сорока лет, были неразлучны, воспитали двух замечательных сыновей. Дети для нас были воплощением счастья. Воспитывали их мы сами, не привлекая наёмных помощников. Если кто и помогал, то только родственники. При построении семьи мы руководствовались принципом «моя семья – моя крепость». По моему мнению, если дети воспитываются кое-кем и кое-как, под влиянием телевизора, то вырастают горе – дети. Повзрослев, они становятся для родителей чужими людьми. У нас же, к счастью, все получилось так, как мы задумали.

Четвертая составляющая счастья – свободное общение с разными, по возможности симпатичными, людьми. В этом мне сказочно повезло. Благодаря моей творческой профессии я работал на необъятных просторах России от Архангельска до Астрахани и от Калининграда до Владивостока. Строил дворцы культуры, музеи, оформлял памятники, выставки. При этом диапазон общения был необъятно широк: от первых лиц республик и регионов, академиков, представителей художественной элиты до простых рабочих и служащих, мастеров своего дела.

Наконец, пятая составляющая счастья – хорошее здоровье и спокойный, безболезненный уход из жизни.

Здесь мне и моему поколению, не повезло. Родился я в начале Отечественной войны во время эвакуации в товарном вагоне. При родах получил увечье – врождённый вывих надколенника. По жизни перенёс четыре сложнейшие операции. Дали о себе знать большие нагрузки на работе. В результате – инсульт на 69-ом году жизни. Видимо, безболезненный уход из жизни судьба мне не подарит. После моего инсульта и смерти супруги я чувствую себя брюзгливым пожилым «доживателем», но стараюсь держаться, насколько позволяет здоровье и находиться на «само обеспечении» (то есть по возможности не быть обузой родственникам).

В заключение хочу поделиться своими мыслями о роли материального достатка в жизни человека. На эту тему рассуждают психологи, философы, религиозные деятели и простые люди. Уровень достатка каждый для себя определяет сам и, если он определен адекватно возможностям и способностям, человек освобождается от многих проблем. Я для себя ограничил уровень достатка тем, что я мог заработать своим трудом. Стремясь к самодостаточности, я боялся использовать наёмный труд для получения дополнительных материальных благ. Всячески избегал я славы и зависти. Мне казалось, что они могут иметь для меня негативные последствия.

Подводя итоги, могу сказать, что жизнь моя была счастливой. Теперь моим утешением являются сыновья, их семьи и благостные воспоминания об уходящей жизни.

Шахматы (Влияние шахмат на судьбу)

Шахматы пришли на Русь с востока примерно в восьмом – девятом веке. К двенадцатому веку, судя по данным археологов, получили широкое распространение и популярность: играли не только высшие слои общества, но и купцы, ремесленники, простые горожане. Однако церковь до середины семнадцатого века считала шахматы «бесовским игрищем» и всячески боролась с ними, но проиграла. Любили шахматы цари: Алексей Михайлович, Пётр I, Екатерина II. И в дореволюционной России, и в СССР народ любил шахматы, они были поистине народной игрой. В советское время в шахматы играли повсюду: дома, на работе, в кружках, во дворах, в поездах – трудно назвать место, где бы ни играли в шахматы. Это принесло свои плоды – многие чемпионы мира по шахматам были гражданами России и СССР. Сейчас шахматы утратили былую популярность, а жаль! После небольшого экскурса в историю игры, совершу экскурс в историю изготовления шахматных фигурок. Он немного нарушит хронологию повествования, но, надеюсь, будет небезынтересен читателям. В середине далёких пятидесятых прошлого века было мне 15 лет, я активно и успешно занимался резьбой по дереву в кружке при Доме пионеров.

Однажды наш руководитель повёз нас на экскурсию в глухое подмосковное село, где испокон веков жители занимались резьбой по дереву и где был частный музей шахмат. До революции там вырезали оклады для икон и всякую церковную утварь, в советское время начали резать шкатулки и сувениры, но шахматы резали во все времена. До места мы добирались долго: сначала ехали на поезде с паровозом (электрички в то время не было); потом шли пешком два часа (автобус туда не ходил). Когда добрались до места, начали знакомиться с работами жителей. В каждой избе была своя специализация. Шахматные фигурки вырезали мешками.

Изготовление, например фигурки «конь» занимало не более двух минут. Я тут же подсчитал, сколько людей в РСФСР играет в шахматы. Цифра получилась впечатляющей: практически в каждой второй семье имелся комплект шахмат. Потом мы посетили частный музей шахматных фигур.

Музей оставил неизгладимое впечатление. Все фигурки были выполнены из дерева. Там мы увидели самые разнообразные комплекты: для знати и для смердов; большие и маленькие; покрытые сусальным золотом или краской. В музее были представлены также антикварные комплекты аж со времён Ивана Грозного.

Но вернусь к своему рассказу. По моему мнению, умение прилично играть в шахматы является важной составляющей в формировании интеллекта и характера человека. Мне в этом смысле повезло: с семи лет учил меня играть в шахматы мой старший брат, которому в то время было десять. Учёба эта продолжалась, пока он был жив. Роль его в моей жизни велика, поэтому расскажу о нём подробнее. Копаев Вячеслав Георгиевич, москвич, даты жизни родился 18 марта 1938 г. – 28 мая 2005 г. – российский, ранее советский, шахматный композитор; мастер спорта СССР (1983 г.), международный мастер (2001 г.) и судья всесоюзной категории (1980 г.) по шахматной композиции. В «Альбомы ФИДЕ» включено 47 его работ.

Когда брату исполнилось 11 лет, и мама отдала его в суворовское училище, он отвёл меня в шахматный клуб при доме пионеров. В 11 лет я получил третий разряд и играл в турнире на присвоение второго разряда. Потом у меня появилось множество других увлечений, времени на двухчасовые партии не хватало, и я закончил посещать клуб. Игра в блиц в то время начинающим была запрещена (считалось, что такая игра – «легкомысленна»), и в неё играли только опытные шахматисты. Чтобы поддерживать свой разряд, необходимо было постоянно играть в турнирах, на что времени у меня не было. Но с шахматами я не расстался благодаря опять-таки брату. Он, учась в суворовском училище, начал заниматься составлением шахматных задач и на мне уточнял время, необходимое для решения задачи или нахождения ошибки. Участие в этих экспериментах позволяло поддерживать хорошую спортивную форму. Кроме того, шахматы оказали определяющее влияние на формирование моего характера. Навыки, приобретённые в игре, очень помогали в обыденной жизни.

Я научился логически мыслить, строя планы на завтра, послезавтра и т. д. Научился добиваться поставленной цели оптимальным по затратам и по времени путём. У меня развилась быстрая ответная реакция: на каждое действие в мой адрес я реагировал молниеносно. В разнообразных житейских ситуациях, как в шахматах, я умел выбрать соответствующую тактику поведения: быть активным, пассивным или же нейтральным. Навыки комбинаторного мышления позволяли мне предвидеть все возможные варианты развития событий и отсекать нежелательные.

Причём, сформировавшись на уровне сознания, со временем эти навыки перешли в подсознание и выручали меня не один раз в сложных и опасных ситуациях. Приведу несколько примеров.

Случай первый

Гуляем мы с младшим сыном в парке и наблюдаем гонки мотоциклов по холмистой пересечённой местности. Глубокая разбитая колея, по которой с небольшим интервалом проносятся мотоциклы. Вдруг стоящая рядом с нами девчурка лет пяти решает перебежать трассу и застревает в колее. Все стоят и уговаривают её убраться из колеи. Я, несмотря на свою загипсованную левую ногу, бросаюсь и буквально выкидываю её из колеи, а сам валюсь за колеёй в грязь. Секунду спустя проносится мотоцикл. Мотоциклист, при всём желании, не смог бы объехать ребёнка, и трагедия была бы неминуема.

Спасла ситуацию молниеносная реакция и расчёт времени. Причём всё произошло автоматически.

Случай второй

Моросит дождь, еду с дачи на своей машине М-2140. Впереди едет новое такси Газ-21, а из-под днища у него вылетают горящие детали. Останавливаемся и пытаемся затушить огонь, возникший в разрушающемся двигателе. У хозяина такси огнетушитель не срабатывает, достаю свой – тоже не работает. Таксист говорит: «Отойдём от греха подальше, а то сейчас рванёт! Если что, ты у меня будешь свидетелем. Машина пусть пропадает пропадом, могло бы быть и хуже!». С этими словами он отошёл прочь, а я продолжал тушить, набирая дорожную мокрую грязь в ладони и пытаясь сбивать огонь с движка. Не помню, с какого захода, но пламя загасил. Водитель ещё долго не подходил к машине, боялся.

Опять же в моих действиях в этой ситуации присутствовал простой расчёт, реакция и логическое мышление. Машина при возгорании в двигательном отсеке в сырую погоду взрывается далеко не сразу и не всегда. Случай третий. Заправляю свою легковую машину и отгоню её чуть в сторону к своим пассажиркам (моя супруга и её подруги). Непосредственно на заправке загорается заправляемая машина, и из моторного отсека валит дым. Шофёр открывает капот, оттуда врывается небольшое пламя и вспыхивает с большей силой. Наступает паника. Машины отъезжают, шофёр и обслуга убегают с заправки. Несмотря на протесты девчат, я бросаюсь к машине, прикрываю капот, бегу к противопожарному стенду и хватаю ведро с песком. Быстренько возвращаюсь к машине, открываю капот и сбиваю пламя.

Оценка ситуации, расчёт времени, и быстрая реакция помогли ликвидировать возгорание заправки.

Случай четвёртый. Еду по работе из Москвы в Калугу на личной машине М-2140, рассчитывая вернуться домой вечером. Март, предпраздничный день, ночью был снегопад, и дорогу засыпало снегом на 10 см. Еду в компании длинных фур, несущихся с приличной скоростью, и периодически обгоняю их. Во время обгона возникают трудности при пересечении накатанной фурами колеи. При одном из обгонов с выездом на встречную полосу произошла оказия: зад корпуса машины повело на обгоняемую фуру. Я, будучи неопытным автомобилистом, неправильно дёрнул руль и стал притормаживать, испугавшись, что зацеплюсь за фуру. Этого было достаточно, чтобы машина начала вращаться, двигатель заглох, и машина, выехав на встречную полосу, перекрыла дорогу встречной фуре. Шофёр фуры начал притормаживать, сигналить и включил фары. Съехать на обочину и освободить встречную полосу не представлялось возможным, так как он шёл на приличной скорости, а сбоку был крутой овраг. Меня развернуло на 360 градусов, а навстречу надвигалась фура. Я мгновенно включил двигатель, переключил скорость и выехал на свою полосу, а затем на обочину, отделавшись лёгкой царапиной на заднем крыле. Вышел, умылся снегом и думаю: «Куда несусь, имея семью с двумя пацанами?». Самое возмутительное, что проехав ещё с час, стал опять обгонять фуры. Когда возвращался обратно, снег уже растаял и я остановился у того места, где произошла оказия, закончившаяся столь успешно. Лишь царапина на машине, ещё долго напоминала о случившемся.

Спасла мгновенная реакция: среагируй я хоть на секунду позже, жизнь моя могла оборваться.

Благодаря навыкам, полученным при игре в шахматы, я очень прилично играл в карты:

В юности в компании нескольких игроков я почти всегда выигрывал, пользуясь комбинационными приёмами. Играем впятером в покер (наименование игры значения не имеет), во время игры постепенно я начинаю обыгрывать всех, кроме одного, который тоже играет прилично. Ставлю задачу его обыграть. Он чувствует, что я его противник, не желает со мной связываться и пасует при любых раскладах карт, уступая моему блефу. Не имею возможности его обыграть, но знаю, что у каждого игрока есть «неудобный» противник, которому есть возможность крепко проиграть. Я при удобном случае проигрываю «неудобному» приличную сумму и становлюсь его нелегальным соратником против основного конкурента. «Неудобный», имея приличные деньги, начинает сражаться с моим основным противником с моей нелегальной помощью и обыгрывает его. Основные деньги переходят к более слабому игроку, а обыграть его уже не столь сложная задача. К концу игры основной выигрыш остается у меня. Расскажу две истории, связанные с игрой в карты.

История первая. Как-то ехал я из командировки и, не играя в карты много лет, решил вспомнить молодость, ввязавшись в случайную компанию «катал» (бригада картёжников, которые обыгрывают пассажиров в карты жульническим путём). Собралась такая компания: трое «катал» (конечно, они делали вид, что незнакомы между собой), один шахтёр (как «каталы» говорили – клиент) и я, командировочный (на их жаргоне – «болванчик»). Началась игра, мне и шахтёру сначала дали выиграть незначительную сумму. Я сразу их вычислил и за обедом в ресторане поделился своими догадками с шахтёром – он не поверил. «Каталы» тоже просекли, что я не «болванчик» и предупредили, если я откажусь «играть», то меня ждут неприятности. Грозили скинуть с поезда (таких случаев на Ж. Д. было предостаточно). Пришлось играть, я тут же стал «спускать» выигрыш. Они всё поняли и раздали «выигрышную сдачу карт» (ко всем «пришла» хорошая карта, но только у одного выигрышная). Я выложил все выигранные деньги и сказал «пас». Шахтёр (хохол) проиграл значительную сумму, а я остался при своих деньгах.

История вторая. Я в командировке. Утром следующего дня предстоит монтаж тяжёлой скульптурной композиции из латуни. Бригадир монтажников-хохлов пытается вымогать деньги у скульпторов-москалей под предлогом того, что для монтажа нужна специальная машина. Но он не знал, что получить деньги с художников просто не реально. Предстояла ночь ожидания. Монтажники уговорили меня играть в карты на деньги. Их было много, а я один. Но не понимали они, с кем связались! Я к утру обыграл их всех. На выигранные мной деньги противники купили два ящика водки и очень сожалели, что связались с москалём. Закуска у хохлов была своя, получилось, что и водку они фактически купили на свои. Но в результате работа закипела, и монтаж скульптуры был произведён незамедлительно.

Художники искренне удивились, что я заставил хохлов работать без дополнительной оплаты, а когда узнали правду, накрыли в мою честь «поляну».

Мои личные успехи в шахматах.

Сало Флор (международный гроссмейстер) давал сеанс одновременной игры на 24 досках.

Мне 11 лет – сыграл вничью.

А. Захарченко (мастер спорта Украины) давал сеанс одновременной игры на 18 досках. Мне 25 лет – победа. Сеанс проходил в доме отдыха под г. Сочи. Приз – по местной традиции меня отнесли на руках к пирсу и бросили в море.

Игра в команде за Моспроект 1. Блиц. Партии по 5 мин. Мне 27 лет. Выиграл восемь партий из восьми за полтора часа.

Игра с бывшим тренером по шахматам чемпиона мира А. Карпова.

Мне 37 лет – ничья (1:1). Тренер работал с Карповым, когда тот был мальчишкой и жил в городе Златоусте Челябинской области. Будущий чемпион мира в то время обыгрывал взрослых дяденек за деньги. Заезжие шахматные гастролёры (в основном перворазрядники и кандидаты в мастера спорта) интересовались талантливым мальчиком и просили тренера разрешить сыграть с ним. Тренер подзывал Толика и тот, поздоровавшись, выдвигал условия игры: блиц – партии по 3 – 5 минут за деньги. Взрослые сначала возмущались и предлагали ему деньги на конфеты просто так. Но мальчик был с характером и отказывался брать деньги без игры и играть без денег. Взрослым приходилось уступать пацану, а тот «в благодарность» почти всегда их обыгрывал.

Я учил своих сыновей играть в шахматы, как и все – по учебнику. В результате сейчас они играют посредственно. Повзрослев, захотели играть лучше, но было уже поздно. Однажды, играя со взрослым сыном обычную партию, случайно проиграл. Восторгу сына не было предела, он радовался, как ребёнок, а такой счастливой улыбки я у него давненько не видел. Сейчас учить ребёнка игре в шахматы весьма затруднительно: в школах о шахматах забыли; дома пионеров, где были шахматные кружки, позакрывали; имеющиеся кружки – платные. Остаётся одно – учить самому по книгам. Сейчас я начал бы учить детвору с малолетства и при обучении пользовался бы помощью компьютера. Остальные компьютерные игры желательно ограничить.

Начать надо с малого:

как поставить мат двумя фигурами (Кр+Ф; Кр+Л);

как поставить мат тремя фигурами (Кр +Сл+Сл); – и так далее.

Только после этого можно переходить к классическому обучению, потому как, научившись просто ходить фигурами и их «съедать», теряешь не только суть игры, но и интерес к ней. Необходимо всегда помнить, что цель игры – поставить мат.

Играйте в шахматы, стремитесь к победе, развивайте интеллект, вырабатывайте бойцовский характер!

Экстрасенсорика в моей жизни

В последние годы в обиходе у нас закрепилось понятие «экстрасенсорика». Этим словом мы называем необъяснимые, таинственные явления в психической жизни человека, связанные с нечувственным восприятием окружающей действительности. Раньше я не придавал значения многим необычным случаям, происходившим со мной по жизни, но с возрастом призадумался. Жизнь моя долгая, случаев было немало, и я решил вспомнить их и расположить в хронологическом порядке. Объяснений не ищу, просто констатирую факты. А вы, мои читатели, судите сами.

Когда мне было 12 лет, я вмешался в судьбу другого человека, изменив её течение, и был за это жестоко наказан: чуть не утонул; получил тяжёлую травму головы и общее заражение крови; долго находился между жизнью и смертью (эти события я описал в рассказе «Две минуты славы»). Потом по жизни довелось перенести несколько операций под общим наркозом. Таким образом, моя психика невольно пребывала в пограничном состоянии. Но это отступление. Теперь перехожу к рассказу.

Мне 14 лет

Я учусь в школе для мальчиков. После войны школы были раздельные, и девочки учились в своей школе, после смерти И. Сталина мы стали учиться вместе с девчонками. Несмотря на возраст, я учусь в шестом классе, так как являюсь второгодником. Впервые остался на второй год в третьем классе. Классный руководитель, дама строгая, бывшая разведчица ВОВ, меня невзлюбила. Я отвечал ей взаимностью. Сидя на первой парте, не сводил с нее глаз и про себя произносил всякие гадости типа: «Какая же ты дрянь!». У нее мел падал из рук. Вызывала она в школу мою маму и грозила оставить меня на второй год, повторено или перевести в школу для малолетних хулиганов, если я не перестану смотреть на нее своими «несносными чёрными глазами».

Нас у мамы было трое сыновей, отец с войны не вернулся, проблем хватало, и она не придала значения угрозам, а зря! «Классная» свою угрозу выполнила – я остался в шестом классе на второй год. По правде сказать, повод для этого и в первом, и во втором случае был: отвратительная грамотность, а в шестом классе добавились еще и многочисленные прогулы и неудовлетворительное поведение.

Виновницей моей безграмотности невольно стала моя любимая старенькая бабуля. Была она истово верующей и имела мечту: научиться читать и прочесть библию. Поэтому постигала грамоту вместе со мной, при этом мы с ней читали «Библию для детей» дореволюционного издания со старинной орфографией. Представьте, какой винегрет был у меня в голове! А тут она перед смертью захворала, я за ней ухаживал, в школу не ходил и в результате остался на второй год. В шестом классе меня оставили на второй год по прихоти классного руководителя за множество прогулов и несданный осенний экзамен опять же по русскому языку.

В подростковом возрасте я увлекался азартными играми в карты и практически не проигрывал, а иногда даже выигрывал значительные суммы. Играя в карты и «Чиру» (металлические деньги), выигрывал почти всегда. Играя в карты, интуитивно определял, какая масть у игрока и к кому «пришла карта». Лучше всех, с точностью до нескольких копеек определял, сколько мелочи в зажатом кулаке.

Мне 17 лет

Работаю на фабричном конвейере по сборке мебели. Жаркое лето. Хочется купаться, и я пробую взять бюллетень по болезни. В поликлинике мерею температуру – 40 гр. Медсестра бежит к врачу и докладывает о ЧП. Приходит врач, внимательно меня прослушивает и заставляет ещё раз, уже при нём, померить температуру. Результат тот же – 40,5 гр. Врач в испуге и решает вызывать «скорую» для отправки меня в больницу. Меня такой оборот дела не устраивает. Вместо того чтобы идти купаться с девчонками, загреметь в больницу?! А ведь я всего-то внушил себе, что мне нужна высокая температура, и в течение 3–5 мин напряг мышцы! Пришлось уговаривать врача не отправлять меня в больницу. Он, видимо, сообразил, в чём дело, и дал распоряжение поставить «больному» банки на всю спину, лишив меня тем самым в ближайшее время пребывания на пляже в компании друзей.

Возраст 20–50 лет

Обладал способностью улаживать конфликты, возникающие во время и после застолий. Прекращал скандал или драку путём внушения и уговоров.

Возраст 30–35 лет

В праздничных застольях у супруги «под настроение» было своеобразное развлеченье. В разгар веселья, выпивши, она обвешивала гостей ложками и вилками, прикладывая их на грудь и на лоб (у неё парой была такая уникальная способность). Все смотрели друг на друга и смеялись до упада. Но сколько супруга не пыталась это проделать со мной – ничего у нее не получалось. Мне проще было повесить «лапшу на уши».

Возраст 35 лет

В составе творческой группы художников я работаю на ВДНХ по оформлению международных и отраслевых выставок. И происходит со мной странный и пренеприятный случай. Талантливые художники, как правило, неуёмные выпивохи, причем застолья бывают частенько прямо на работе. Пили хороший молдавский кагор, который, как утверждали академики, выгоняет стронций из организма. Поставлялся он на ВДНХ в спецмагазин. Кагор я в больших количествах не переносил, а предпочитал домашний самогон в выходные дни, на даче и то после бани. Но приходилось участвовать в застольях, ибо «с волками жить, по-волчьи выть».

В павильоне «Космос» готовилась тогда международная выставка к 250-летию АН СССР. Директор выставки был молодой, строгий, принципиальный и к тому же непьющий. А тут разразился скандал с академиком Сахаровым, и большинство зарубежных академиков отказалось принимать участие в празднествах. По этому поводу наш дружный коллектив художников пустился во все тяжкие. В график работ мы не укладывались, а «процентовку» (акты) к концу года надо было подписывать, чтобы получить зарплату. Я как главный конструктор свои акты уже давно подписал. У директора ко мне вопросов не было, а к художникам были, и он категорически отказывался им подписывать что-либо. По актам о выполнении работ через банк выплачивалась немалая зарплата «дорогим» художникам. После очередного застолья художники «наехали» на меня, чтобы я подписал у директора акты о выполненных ими работах. С утра я имел разговор с директором, и он подписал все акты. Мастер цеха отправил акты в банк, и деньги были переведены в комбинат, где мы были штатными сотрудниками. Художники в мою честь накрыли поляну, и мы до ночи пили кагор. На следующий день к нам в творческую мастерскую прибегает директор и, чуть ли не плача, просит вернуть подписанные им акты на значительную сумму, приговаривая: «Как я мог? Как я мог подписать – ума не приложу! Меня теперь уволят, и ОБХСС затаскает и могут даже посадить и т. д.». Только тогда я сообразил, что наделал, а как такое могло произойти – уму непостижимо! Помочь я ему ничем не мог, поскольку эти акты были не за мои объёмы работ, а возврат денег из банка был не реален (банки и тогда придерживались классического принципа – «всех впускать и никого не выпускать»). Я мог в этой ситуации только пообещать, что в случае чего поговорю с ИО президента АН, поскольку общался с ним на планёрках. Но, слава богу, все как-то обошлось. После этого случая обо мне пошла слава, что я способен подписать у Заказчика любые акты.

Аналогичный случай произошёл в г. Куйбышеве (ныне Самара). Наша группа реализовывала проект громадного мозаичного панно на тему «Космос» в вестибюле нового здания вуза пилотов гражданской авиации. Директор, генерал-лейтенант, остановил производство работ и отказывался проплатить уже выполненные работы целой бригады исполнителей-монументалистов (они зарабатывали очень прилично по тем временам) за четыре месяца. Причина была весомая – аварийное состояние помещения, где располагалось панно, выражающееся в трещинах несущих ригелей. Выезжаю срочно в командировку для разрешения конфликта с целью подписать процентовки за уже проделанные исполнительские работы. При встрече директор отказался даже обсуждать возникшую проблему и подписывать акты на завершённые работы. Проведя обследование, я убедился, что перекрытие помещения, где располагалось панно, перегружено не по нашей вине: по расчётам всё было в пределах нормы, но фрагменты строения вестибюля выполнены не по чертежам, и тем самым выбран запас прочности конструкций, а микротрещины на ригелях соответствуют СНИПу. Вывод – эксплуатация панно в вестибюле здания вуза возможна при выполнении напольного перекрытия строго по проектной документации. Для этого необходима разгрузка перекрытия: демонтаж мраморного пола и удаление строительного мусора.

Я направился на приём к главному архитектору города и объяснил суть конфликта. Он пояснил, что ничем помочь не может, т. к. это строение числится по военному ведомству, но обещал попросить директора принять и выслушать меня. Директор меня принял. На приёме у директора я доложил, что нашей вины в перегрузке перекрытия нет и т. д. У него же был один аргумент: он не хочет знать, кто виноват в ситуации, а подвергать, опасности учебный процесс он не позволит! Спор зашёл в тупик. Он попросил меня освободить кабинет, я же настаивал на подписании актов, а если он не подпишет акты, то я не покину кабинет. Пояснил ему, что я такой же служащий, как и он, и приехал из Москвы не к тёще на блины, а решать возникшие проблемы и кабинет, где мы находимся, такой же его, как и мой. Пригрозил также, что мы приостановим все оформительские работы по его вузовскому комплексу. В результате моего делового нахальства на его хамство он покраснел, как рак, и выбежал из кабинета, в свою очередь, пригрозив, что если я к концу рабочего дня не покину кабинет, то его учащиеся выдворят меня и всю бригаду исполнителей из общежития. Я принципиально остался и покинул «поле боя» только к концу рабочего дня, оставив акты и процентовки под расписку секретарше.

Уехал в Москву без всякой надежды, что документы будут подписаны. Но какого же было моё изумление, когда вскоре все акты были подписаны и работы проплачены.

Был ещё интересный случай. Продолжительная командировка (смотри рассказ «Наваждение»). С двумя именитыми художниками общались с валютными путанами (в кои-то веки раз), а когда стали расплачиваться, то с меня напарница ничего не взяла (проскочил на халяву). Коллеги были искренно изумлены, но объяснение нашли, вспомнив о моих «способностях».

Эпизод на ту же тему. Сын-подросток «достал» меня настоятельными просьбами купить новый компьютер. Время было смутное, девяностые годы! Жили значительно хуже, чем при прежней власти. Я считал, что подростку на данном этапе компьютер не нужен, пусть лучше читает больше книг и занимается физкультурой. Но против упрямства сына и веяния времени не попрёшь! Пришлось выкручиваться и покупать. Стоимость была значительной, и планировалось купить обычный компьютер, без наворотов и различных «прибамбасов». Я запроектировал и поместил заказ на гибочной станок для своего сослуживца, ушедшего в частный бизнес. После сдачи заказа должен был получить нужную сумму денег. Заказчик с коллегой по бизнесу приехал получить изделие и расплатиться наличными. Я их оставил в кабинете одних и попросил внимательно пересчитать деньги, чтобы потом не возникло недоразумений. Они вдвоём пересчитали деньги и в конверте передали мне. Я конверт не открывал и не пересчитывал, так как Заказчик был мой бывший сослуживец. У меня не было сомнений в его добропорядочности. Пришёл домой и сразу передал конверт сыну. Через некоторое время, когда сын определился с маркой компьютера, он открыл конверт и пересчитал деньги. Его удивлению не было предела: в конверте оказалось ровно в два раза денег больше и он меня «обрадовал». Когда я дозвонился до Заказчика и сообщил о случившимся, он не поверил и стал меня убеждать, что этого не может быть, потому, как они перечитывали оговорённую сумму два раза! Не знаю, что произошло, но деньги взять обратно он категорически отказался! Жалеть меня ему не было смысла, потому как у меня был свой бизнес, а у него фирма была на стадии первичного развития. Пришлось дать команду сыну, чтобы он купил более современную модель со всевозможными наворотами.

Мне 50 лет

В составе делегации нахожусь во Вьетнаме. Столичный вещевой рынок. С коллегами слоняемся, покупая всё, что заблагорассудится. Из-за нехватки денег решил продать свои «странные» часы с маркировкой «Сделано в СССР». Часы были противоударные, пыленепроницаемые и показывали пульс и АД. Предлагаю их в каждой часовой лавке. Никто не покупает «странные» часы! Коллеги начали уже надо мной посмеиваться. Я с ними заключил пари, что продам часы за номинальную цену. Спросил у очередного торговца, где можно купить швейцарские часы. Он мне подсказал. Подходим к шикарной китайской лавке, а там часы в любом исполнении и на любой вкус. Однако таких часов, как у меня, не оказалось! Предлагаю купить – дают мизерную цену. Начинаю торговаться под общий смех коллег. Бросаю часы на пол и в воду, меряю продавцам пульс, доказываю, что у них на витрине всё есть, даже градусник, который вставляют в попу, а таких часов нет. Цена поднялась до 80 %. Всё это я проделывал мимикой и жестами, так как у продавцов был никчёмный разговорный русский. Со стороны это действительно выглядело ужасно смешно. Друзьям уже надоело смотреть на моё представление, мы собрались уходить, и когда я стал сокрушаться по поводу пари, вышел пожилой хозяин лавки и попросил моих товарищей погулять недолго, а мня – задержаться. Мы сели за накрытый чайный столик с яствами: коньяком, фруктами и кофе. Мило пообщались. Он мне рассказал, что я женат, у меня двое сыновей, и что я хочу прикупить для них сувениры, а из-за нехватки денег решил продать часы. Высказал сомнение, кому он сможет продать такие часы. Я ему посоветовал оставить их себе. Он дал команду, чтобы мне выплатили запрашиваемую сумму. Продавец быстро со мной расплатился, удержав один доллар «за кофе». Только позже я вспомнил весь разговор и был страшно удивлён, что мне всё рассказали обо мне в мельчайших подробностях. Умом было не понять! А пари я всё-таки выиграл!

Еще один случай, произошедший со мной во Вьетнаме. Из СССР поступило упакованное ценное оборудование для музея. Это более сотни разновеликих типовых ящиков. В один из них при упаковке положили пачку дорогостоящих алмазных дисков. В сопроводительном документе специально не указали, что там находятся диски, и никак не пометили ящик. Боялись, что их своруют! Алмазные диски для монтажа нужны были срочно. Стала задача найти среди сотни ящиков один. При упаковке искомого ящика я не присутствовал. Многие коллеги делали попытки найти диски, но безуспешно. Думаю, дай тряхну стариной. Когда-то в детстве я мог определять количество металлических денег, зажатых в кулаке. С третьего раза смог найти этот ящик, к всеобщему изумлению. Как я это сделал, сам себе объяснить не мог!

Мне 60+

С супругой, смотря новые сериалы по телевизору. Я предугадываю заключительное слово, а порой и завершение предложения до того, как его произнесёт герой. Супруга диву давалась и иногда спрашивала, что «отчебучит» то или иное действующее лицо сериала. По заказу не всегда получалось. Продолжалось такое несколько лет, но после инсульта эта способность была утрачена. Такое я замечал за собой и раньше на различных совещаниях. Мог предположить, что скажет оратор и какое он примет решение. И когда я заранее рассказывал коллегам, и впоследствии всё совпадало один в один, они с опаской на меня поглядывали и никогда со мной не спорили.

Возраст 70+

Пенсию приносят на дом две дамы пред пенсионного возраста, общительные и пунктуальные. Одна считает и оформляет ведомости, а другая её контролирует, чтобы коллега не ошиблась.

Первый случай. Передают к пенсии значительную сумму денег. Оставляю деньги на столе, по привычке не пересчитывая. К концу рабочего дня дамы приходят опять и заявляют, что выдали мне сумму, больше чем по ведомости. Проверяем, так оно и есть.

Возвращаю деньги и шутейно даю напутствие, чтобы они были аккуратнее с деньгами.

Второй случай с ними же. Дамы забыли у меня все свои «талмуды», по которым выдавали пенсии. А если бы уехал я, к примеру, на дачу? Их непременно бы уволили. Прибегают к концу дня и забирают документы. Говорят «спасибо» и высказывают предположение, что эти оказии происходят с ними в моей квартире неспроста.

Мнение экстрасенсорики на мой счёт – Человек, который испытал операцию под наркозом или тяжёлую болезнь в период 2008–12 г. (это как раз мой случай я перенёс операцию и тяжёлую болезнь – инсульт). Получил новую программу жизни. Проснувшись, стал другим человеком:

1. Ничего не чувствует к близким родственникам, их просто нет в новой программе жизненного пути.

2. Те, кто находится рядом, с такими людьми, обязаны, относится, к ним.

2.1. С непременным уважением и пониманием.

2.2. Ни в коем случае (категорически) не навязывать им своё общение и свои цели.

2.3. Отношение ко мне должно быть милосердным.

Почти все рассказанные жизненные случаи невольно наводят на мысль, что любой человек обладает теми или иными экстрасенсорными способностями. Наверняка и Вы, мой читатель, вспомните что-то подобное из своей жизни или из жизни своих близких и знакомых. Известный исследователь мозга Н. Бехтерева в последние годы жизни изменила свое отношение к экстрасенсорике и даже ездила к Ванге. Порой люди даже не предполагают, о существовании у них необычных способностей и не желают эти способности развивать. Сейчас ученые изучают людей с необычными способностями, дай бог, чтобы результаты пошли на пользу общества, а не во вред!

Content

Юрий Копаев
Записки героя труда. Том 1. Мемуары

Напутствие

Авторская страница

Астрологические близнецы

Восточная сказка

Воспоминание об олимпиаде 1980 г.

Встречи с президентами

Внедрение новых технологий

Вьетнамские страшилки

Вор в законе (Против притчи не поспоришь.)

Воспоминание о фестивале 1957 года

Две минуты славы за всю жизнь

Долгожители

Дело мастера боится

Женское коварство 18+

Закон сокращения

Закон – дышло

Как я косил от армии

Как я не стал богатым

Корона для шефа 18+

Малолетний шкодник

Мальчишки 16+

Мздоимец

Место встречи изменить нельзя

Мои грехи – моё богатство

Наваждение 18+

Не хочешь на ушах лапши – почаще репу ты чеши

Нос 18+

Пожар

Проблемы жилищные вечны

Проделки козла по кличке Чубайс

Пятак

Работа в школе 18+ (В этом рассказе описан последний эпизод моей холостяцкой жизни.)

Рисовальщик

Реализация проекта

Рецепт самогона 18+

Семья – моя крепость

Скованные одной цепью

Совет наставника

Сотворение иконы

Трость

Урок чтения

Устав доживателя РФ

Учитель – воин

Формула счастья

Шахматы (Влияние шахмат на судьбу)

Экстрасенсорика в моей жизни