Сейид Хоссейн Наср

Молодой мусульманин в современном мире

© Издательство «Исток», 2010

Предисловие

Среди массы литературы по мусульманской проблематике, спрос на которую растет в настоящее время, наблюдается явный дефицит книг, грамотно и доступно излагающих публике основы исламской веры и аспекты образа жизни, построенного на фундаменте коранического Откровения. Надеемся, что работа, которую держит в руках читатель, сможет отчасти восполнить этот пробел. Книга «Молодой мусульманин в современном обществе» принадлежит Сейиду Хоссейну Насру (р. 1933) – известному мыслителю иранского происхождения, в настоящий момент проживающему на Западе. Решающую роль в формировании мировоззрения Насра сыграло его знакомство с трудами так называемых традиционалистов – Рене Генона, Фриджофа Шуона, Титуса Буркхардта и др. Изначальная Истина, полагают эти мыслители, существует в неизменном виде во всей совокупности религий и учений, будучи постигаемой посредством совокупности духовных усилий, горизонт которых образует мистическая Традиция. Эта Истина есть Абсолют – тот Источник, откуда все берет начало и к которому все возвращается.

Невозможно отрицать, что духовная жизнь современного человека – тем более молодого человека – очень трудна, и трудность эта состоит в том, что в условиях инфляции традиций оказывается сложно избрать верный путь и следовать ему. Преимущество книги С.Х. Насра в том, что она говорит об Исламе Традиции, традиционном Исламе без модернистских новшеств, к которым автор относится с нескрываемым скепсисом. Избранный им порядок изложения очень последователен: от основ веры (Единобожие, Коран, пророчество, Судный день) до экономических, политических и эстетических аспектов Ислама. При этом автор затрагивает такие темы, как «человек», «мир», «мужское и женское», «мораль и право», «семья», «философия», «литература и искусство» – и все это в ракурсе исламского мировоззрения. Естественно, в центре его внимания оказывается сердцевина коранического Откровения – Единобожие, монотеизм, Таухид. «Ислам – это религия, основанная на вручении себя воле Бога, Аллаха, и признании его единственности. Ислам – религия покорности Аллаху, то есть той высшей Реальности, от которой берут начало все другие реальности и к которой все возвращается. Ведь Всевышний есть Начало, Творец, Управитель, Охранитель и высшая Цель бытия». Из основополагающей истины Единобожия вытекают и ею обосновываются нормы шариата, нравственно-этические ценности Ислама, особое устройство социума, основанное на равенстве и братстве людей. С.Х. Наср прослеживает влияние Таухида на все стороны жизнедеятельности мусульман. Ислам для него является не теорией, а живой практической силой, преобразующей внутренний мир людей и отношения между ними. Надеемся, что издание данной книги поможет молодым мусульманам и всем интересующимся исламской традицией найти свой ориентир в бескрайнем море коранической религии.

От редактора

Глава 1. Ислам, Священный Коран и хадисы – откровение и смысл религии

Ислам – это религия, основанная на вручении себя воле Бога, Аллаха, и признании его единственности. Ислам – религия покорности Аллаху, то есть той высшей Реальности, от которой берут начало все другие реальности и к которой все возвращается. Ведь Всевышний есть Начало, Творец, Управитель, Охранитель и высшая Цель бытия. Благодаря такой покорности мусульманин достигает мира и благости. Ислам есть не что иное, как жизнь в соответствии с волей Всевышнего для достижения мира и благодати в этом мире и счастья и спасения в загробной жизни. Ислам не рассматривает религию в качестве только одной из сторон жизни. Нет, он считает, что религия – это вся жизнь. По сути, «Ислам» и «религия» – это и есть жизнь, которая сопровождает все наши мысли, дела и поступки и которая в этом истолковании отвечает на вопрос, откуда мы пришли и куда идем. Поэтому Ислам утверждает, что религия («ад-дин») включает в себя все стороны человеческого бытия. Ничто не может быть вне пределов религии, ничто не может быть неохваченным ею. Согласно традиционному исламскому мировоззрению, не существует ничего такого, что бы выходило за пределы орбиты предназначенной и детерминированной Всевышним веры.

Ислам решительно и настойчиво делает акцент на одной вечной и нетленной истине, коей является истина Единобожия. По словам Корана, человек засвидетельствовал единство и божественность Аллаха еще до того, как был создан мир. Посему Ислам не основан на преходящем послании или особой стороне реальности (истинности) Аллаха – Всевышнего Абсолюта, но основан на самой абсолютной Истине, которая прежде всего выражается понятиями монотеизма (таухид) и единственности Бога. Ислам многократно подчеркивает, что Бог един и, согласно тексту Корана, не рождал и не есть порождение чего-либо. Он выше всего. Именно поэтому ключевая, основная истина Ислама заключена в формуле исламского вероисповедания – «ла илаха илла-Ллах» – «Нет бога, кроме Бога». В этих словах подтверждается единственность и неповторимость Всевышнего, у Которого не может быть подобия или сотоварища. Данное убеждение для Ислама настолько фундаментально, что даже говорится: Господь может простить все грехи, кроме многобожия.

Эти монотеистические представления, вытекающие из религиозного послания Ислама, имели место на протяжении всей истории человечества. В определенном смысле, Ислам существовал с самого начала (с сотворения мира). Родоначальник человечества Адам (А[1]) в силу того, что он был первым Пророком Аллаха и первым засвидетельствовал единство Его, может считаться мусульманином. Но в силу слабости человеческой природы, которой свойственно многое забывать, была забыта и истина о единстве Бога. Однако Господь постоянно посылал человечеству Пророков (А), дабы они напоминали ему об этом. Таким образом, дана была пророческая миссия ряду людей, которые принесли религии с разными названиями, но в самом глубоком понимании этого слова были мусульманами. Именно поэтому Коран говорит об Ибрахиме[2]: «Он был единобожником, мусульманином и не был из числа многобожников»[3], хотя он жил за несколько тысяч лет до Пророка Мухаммада (С[4]) и ниспослания коранического Откровения. Коран хотел таким образом показать и подчеркнуть, что идея Ислама не основана на новом, только что появившемся монотеизме, а наоборот, неотрывна от всей религиозной истории человечества. Не было ни одного периода в истории, чтобы где-либо в мире не существовала религия, призывающая человека к поклонению единому Богу. Возникновение множества религий стало возможно именно из-за постепенного забвения этого Божественного послания, а потому нужно было постоянно направлять к людям новых Пророков (А), которые несли бы это послание на основе Откровения.

А посему Ислам – это религия, которая не содержит какой-то новой призыв. Она пришла в мир, чтобы еще раз подчеркнуть истинность монотеизма, существовавшего всегда. Это – вечная религия. Это возвращение к вечному завету между человеком и Богом, согласно которому человек обязан не только быть рабом Божьим, но и осуществлять Божественное правление на земле, то есть быть «наместником Бога на земле». Человек пользуется многими благами и дарами, за которые должен возносить благодарность. Такая благодарность вместе с пониманием единства Бога есть признание Его и подчинение всем следствиям этого.

С другой стороны, Ислам есть последняя, завершающая религия. Пророк Ислама (С) – последний из Пророков, что доказывают 14 веков истории человечества. Со времени окончания земного срока святого Пророка Ислама (С) до настоящего времени на скрижалях истории не была запечатлена какая-либо религия, сравнимая с доисламскими религиями (христианством, иудаизмом, зороастризмом и т. д.). Конечно, порою то здесь, то там возникали религиозные движения либо появлялись течения на стыке двух религий, что можно видеть, например, в Индии. Но с первого века хиджры[5] до настоящего времени так и не был ниспослан пророк, подобный Пророку ислама (С), и не появилось всемирное, подобное Откровению послание, сравнимое с Кораном. Их больше и не появится. Из этого вытекает, что Ислам является завершающей религией нынешнего цикла человеческой истории. Это последняя великая мировая религия. Ислам, который исчерпывающим образом выразил учение о Единобожии, применив его ко всем сторонам жизни человечества, в определенном смысле стал совершенным посланием о единстве Бога. Именно поэтому последний коранический айат[6], ниспосланный Пророку Ислама (С) и повторенный им в прощальной проповеди, звучит так:

«Сегодня Я ради вас усовершенствовал вашу религию, довел до конца Мою милость к вам и одобрил для вас в качестве религии Ислам»[7].

Таким образом, Ислам, с одной стороны, является вечной и нетленной религией, которая всегда существовала и заложена в саму природу и сущность вещей, которая призывает к Единобожию (единству) и для передачи которой на протяжении истории ниспосылались все Пророки (А). С другой же стороны, это последняя религия, завершающая длинную цепь призыва Пророков (А), число которых составляло 124 тысячи. Все они были ниспосланы для того, чтобы свидетельствовать о единстве Бога. Данное толкование религии в Исламе имеет большое значение как для понимания самой исламской веры как таковой, так и для осознания ее в историческом контексте. Ведь в то время как большинство других религий основывалось на личности основателя или пророка, либо – как христианство – на особом историческом событии, либо, как иудаизм, на определенном историческом этносе, Ислам не базируется на определенном историческом событии, на определенном пророке или определенном народе. Ислам стоит на признании единства абсолютной Истины – Всевышнего – и на вечной сущности человека, когда принимается во внимание вся совокупность людей, а не арабы, иранцы, турки и т. д. Ислам не основывается на каком-то определенном событии. Его фундамент – это сущность Истины; Ислам призывает к тому, чтобы находиться в самой сути вещей. Именно поэтому воля Всевышнего заключалась в том, чтобы в последний раз выразить правду о сущности Истины, ниспослав людям Коран. Но ведь и неоднократно до этого различными способами подчеркивалось единство Бога. Высокая истина Ислама, выраженная словами «Нет бога, кроме Бога», не стала чем-то новым, пришедшим только через ниспослание коранического Откровения Пророку Ислама (С) в первом веке хиджры на Аравийском полуострове. Эта высокая истина стала еще одним напоминанием о той Истине, которая всегда была и будет.

Именно поэтому подход мусульман к религиозной реальности внеисторичен. Наша религия не базируется на каком-либо событии (как христианство берет свое начало из жизни Христа). Ислам проистекает из реальности, которая существует и запечатлена в сердце человека как наместника Бога и существа, сотворенного для того, чтобы стать отражением и отзвуком имен и качеств Всевышнего. Человек пришел в этот мир, дабы признать существование Бога как единой высшей Истины, требующей подчинения. Мусульманин должен жить по воле Бога, сотворившего его. Именно поэтому мусульмане всегда считали своей верой не только ислам в узком смысле, но и вечную, исконную Религию, которая неизменно присутствовала в учении всех ниспосланных Всевышним Пророков (А) на протяжении всей истории человечества. Именно поэтому Пророк Ислама (С) и Священный Коран требуют от мусульман поддерживать приверженцев всех других религий, если те признают единство Бога и не впадают в идолопоклонство.

Итак, с исламской точки зрения, религия заложена в сущности человека: ничто в ней случайно не добавлено и не убавлено. Религия не есть нечто внешнее и декоративное – она суть экзистенциальная причина обретения человеком своего бытия. Только религия придает нашему существованию надлежащее достоинство и ценность. Именно она позволяет людям жить в соответствии с их природой, сотворенной Самим Богом. Она придает человеческой жизни конечный смысл. Без нее никто не обретет полноту и совершенство, оставшись случайным, второстепенным индивидом. Только посредством веры и принятия вечного Завета между человеком и Богом мы можем стать самими собой. Мусульманам вообще очень тяжело понять, как могут возникнуть атеизм и вероотступничество, как могут люди жить без веры, как провести свою жизнь, не зная о Высшей истине, коей является Господь. Именно поэтому мусульмане с недоумением смотрят на западных людей, которые суть и не христиане, и не иудеи и даже не последователи других религий, а просто атеисты и безбожники. Абсолютное большинство мусульман считает религию душой и основой человеческой жизни.

Кроме того, в исламском подходе к религии в ее высшем смысле нет и намека на исключительность. Единственная сторона исключительности, о которой говорит Ислам, – это признание того факта, что он – последнее слово в длинной цепочке пророческих призывов к признанию единого Бога, обращенных ко всем народам.

Ислам, вера, благочестие

Религия, переданная в виде Священного Корана с ниспосланием пророческой миссии Мухаммаду (С), обычно называется Исламом, но Коран, как правило, называет принявших это Божественное послание «му’минун», то есть «уверовавшие». В Коране и Сунне также используются слова «ихсан» – благочестие – и «мухсин» – благочестивый, добродетельный. Для более полного понимания религии в исламском мировоззрении следует прежде всего разобраться в значении арабских слов «ислам», «иман» (вера) и «ихсан».

Что касается понятия «ислам», то следует сказать, что каждый мусульманин, который познал самые основные принципы своей религии, хорошо осведомлен, что в Исламе имеются основные положения, которые, по сути, и определяют «ислам». С точки зрения суннитов, они включают в себя следующие принципы: «двойное свидетельствование», то есть признание единственности Бога («Нет бога, кроме Бога…») и пророческой миссии пророка Мухаммада («…и Мухаммад пророк Его»); намаз; пост в месяц рамазан; совершение паломничества (хадж) при условии наличия всех определенных шариатом условий; выплата закята, или религиозного налога.

Некоторые мусульмане к этим пяти принципам добавляют еще и «джихад», то есть усилие для осуществления воли Божьей в соответствии с предписаниями религии. Хотя можно сказать, что «джихад» уже и так составляет часть каждого из перечисленных пяти принципов, ибо для их выполнения и соблюдения мусульманин должен приложить максимальные душевные усилия на пути Господнем. Он обязан вступить на путь «джихада» в самом глубоком смысле этого слова.

Толкование слова «иман» (вера) (как и слов «ислам» и «ихсан») мы находим в знаменитом хадисе о явлении ангела Джабраила Пророку (С). «Иман» здесь истолковывается как вера в Аллаха, Божественных пророков, ниспосланное Писание, в ангелов и в Страшный суд. Необходимо особо остановиться на том, что «уверовавший» (му’мин) должен верить не только в Бога, но и во всех Пророков (А), во все ниспосланные Писания, в загробный мир так же, как и в этом мир; в Страшный суд и в ангелов, которые играют важную роль в кораническом толковании управления миром и связи человека с Божественным, так же как он верит в очевидные и ощутимые силы природы.

В том же хадисе речь идет и о понятии «ихсан». Оно заключается в поклонении Господу в таком сосредоточенном сердечном порыве, как будто бы человек видит Бога, или, если он не способен на это, то хотя бы знает, что Господь видит его. Это дает такую полную силу жизни в соответствии с самым сокровенным смыслом основных положений религии, что обрести это понимание можно только тогда, когда индивид полностью понимает значение фразы «быть человеком». В определенном смысле религия, или Ислам, в том самом значении, в котором мы обычно употребляем это слово, включает в себя не только первый элемент – ислам («покорность»), – состоящий из «двойного свидетельствования» и выполнения фундаментальных предписаний Божественного шариата, но и является залогом «веры» (имана). А в своей высшей степени она включает в себя и «ихсан», то есть то духовное совершенство, которое дает человеку возможность жить в полном соответствии с волей Божьей, в совершенстве поклоняться Богу, всегда помнить о повелениях и воле Всевышнего. На самой же высокой стадии человек не должен даже на мгновение упускать из виду Всевышнего. Как говорит Коран: «Помните обо Мне, и Я буду помнить о вас»[8]. Священный Коран также вопрошает: «Разве не поминанием Аллаха утешаются сердца?»[9].

Священный Коран

Коран – это центральный и священный факт Ислама. Для мусульман в нем свято все: термины, слова, звуки, буквы и сам корпус этой книги, несущий в себе все эти буквы и слова. Коран – не только записанное человеком Слово Божье. Каждое слово здесь – от Бога. Как сказал Сам Господь в Коране: «Воистину, Мы ниспослали его в виде Корана на арабском языке, чтобы вы могли понять его»[10]. Он ниспослан на арабском языке Пророку Ислама (С) по воле Божьей в качестве последнего Откровения.

В отличие от многих других священных книг, которые настолько древние, что неизвестно, как они собирались и записывались, ниспослание Корана произошло в период, охватываемый нашим историческим взором. Мы точно знаем, когда оно началось и когда оно закончилось. Коран в течение 23 лет с начала пророческой миссии Мухаммада (С), принимавшего ниспосылаемое Откровение, передавался людям через него. Первыми айатами были стихи суры «‘Алак» («Сгусток»), переданные сорокалетнему Мухаммаду (С) ангелом Джабраилем на горе Ан-нур. Последние айаты снизошли, когда Пророку (С) было 63 года, за некоторое время до его смерти. В течение этих 23 лет айаты Корана передавались Пророку (С) с разными промежутками времени и в разных ситуациях (иногда во время общения Пророка (С) с людьми, во время ходьбы или поездки на лошади). В любой ситуации Пророк (С) повторял слова Господа, а его соратники запоминали эти слова, в чем им помогала хорошая память арабов того времени, развитая благодаря долгой поэтической традиции. Поэтому они в любой момент легко вызывали их в памяти. Айаты Корана, которые иногда записывались на костях (лопатках) верблюдов или на папирусах, а в основном хранились в умах и сердцах соратников Пророка (С), услышавших их непосредственно от него, стали постепенно собираться. Вскоре уже многие мусульмане, а не только сподвижники, получили возможность выучить наизусть Священный Коран.

После ухода Пророка (С) в мир иной и сокращения числа людей, знавших Коран наизусть, вследствие войн, происшествий и стихийных бедствий мусульмане почувствовали, что рано или поздно должны записать и распространить Коран. Поэтому было собрано то, что начертали ранее писцы Откровения, в особенности Али ибн Абу Талиб (А) и Зейд ибн Сабит во времена жизни Пророка (С) и затем в период халифата Абу Бакра. И, наконец, в годы правления Османа был подготовлен полный письменный текст Корана. Согласно указаниям, данным самим Пророком (С), Коран был записан в 114 сурах, которые мы и имеем сейчас. Затем на основе окончательного варианта было сделано несколько экземпляров: их разослали в четыре конца недавно возникшего исламского мира.

Все остальные экземпляры Священного Корана появились на основе этого окончательно кодифицированного Писания. Нет другого альтернативного текста Корана, а существующий единственный текст никогда не повергался изменению или пересмотру. Данный текст принят всеми мусульманами – суннитами, шиитами и последователями других течений и сект. Именно этот единый, постоянный и окончательный текст является основным источником истины и маяком для всех мусульман.

Следует отметить и то, что, хотя сегодня мы представляем себе Коран непосредственно в виде переплетенной книги, он первоначально был ниспослан Пророку (С) устно в виде слов и звуков. Пророк (С) слышал слова этой Книги в момент ниспослания Откровения – они окружали и захватывали его. Сила Корана в качестве устного слова до сих пор представляет собой его основное качество. Именно поэтому многие мусульмане, не будучи арабами и не понимая арабский язык, погружаются в глубины своей души, слушая чтение Корана. В самих звуках Слова Божьего заключена сакральная сила, которая и заставляет углубляться в свою сущность даже того мусульманина, который не понимает по-арабски.

С самых первых веков истории Ислама широкое развитие получили различные исламские области знания, как то «ихса’» (подсчет айатов различных сур), «тартил», «кира’а» и «таджвид» (все они относятся к правилам прочтения Корана, произнесения звуков слов и огласовок согласных букв), а также «тафсир» и «та’вил» (толкование Корана и комментарий к нему). С самого начала существовала своеобразная устная традиция интерпретации Корана, которой обучил своих соратников Пророк Ислама (С) и которая потом переходила из поколения в поколение. На ее основе (а хадисы тоже можно отнести к первым комментариям Корана) были написаны различные толкования, включающие в себя разъяснение грамматических, социальных, этических и религиозных аспектов Корана. Таких комментариев было великое множество: начало им положили первые произведения имама Али (А) и соратников Пророка, а затем Хасана Басри и Имама Джафара Садика (А), а в более позднее время появились известные комментарии Табари и Замахшари. Написание комментариев продолжалось столетиями. В каждом поколении мусульман был создан свой комментарий, ибо каждое поколение хотело воспользоваться мудростью Корана и применить ее к конкретным условиям своей эпохи. По сути дела, глубокое понимание этого священного текста зависело именно от таких комментариев, написанных сведущими людьми на протяжении веков. Они составляют исключительно ценную часть общего наследия всех мусульман, которые хотели бы понять значение Слова Божия. Священный Коран имеет различные названия: «Аль-Кур’ан» – в значении «читаемого и декламируемого», «Аль-Фуркан» в значении «отличающего истину от лжи и добро от зла», «Умм уль-Китаб», то есть «мать всех книг», «Аль-Xуда» – «направляющий, указующий путь»; «Аль-Хикма» – «мудрость». Эта книга является источником всех знаний, всей мудрости и всех основополагающих указаний для мусульман. Все в Коране от Бога, и Книга эта ниспослана Им. Невероятное, удивительное красноречие и выразительность Корана являются одним из чудес Ислама. Никто из самых красноречивых людей мира не смог создать что-либо подобное Корану, ибо язык человека несравним с языком Всевышнего. Присутствие Творца в Коране настолько сильно и осязаемо, что арабский язык превратился из человеческого в священный. Божественная сила в такой мере обогатила его, что ни один человеческий язык нельзя поставить рядом с ним. Именно присутствие Бога в Коране стало причиной того, что прочтение любого айата прямо и непосредственно переносит человека к Нему, возвращает его к своему Творцу и заставляет помнить о Нем. В этом священном тексте видно несказанное присутствие Всемогущего. Оно ощущается во всем тексте, даже там, где айаты внешне будто бы говорят об обычных, повседневных делах и вещах. Именно в силу такого священного присутствия человек, читающий любую часть Корана, независимо от ее смысла и значения приближается к Богу.

Весь Коран зовет человека к Богу. Этот священный текст есть не только источник и средство направления жизни в нашем мире, но и призыв к человеку обрести начало и исток бытия, то есть Бога. Поэтому обычно каждый айат или несколько идущих подряд айатов, посвященных каким-либо аспектам человеческого или социального устройства, заканчивается призывом идти к Богу и упоминанием одного из Его возвышенных имен, посредством чего все мироздание обретает благо, достоинство и закон.

Многие айаты Корана говорят о сущности Абсолюта в качестве единой высшей реальности, реальности более высокой, чем все, что мы можем вообразить себе, и в то же время являющейся источником всех существ. Коран говорит о сущности мира – не только мира, данного в ощущениях, но и в большей степени мира небесного, то есть такого, который Господь создал вне созерцаемого нами бытия. Священный Коран содержит знание о реальном и сверхъестественном (о том, что можно назвать конечной сущностью вещей) и является носителем нравственного закона, составляющего основу исламского права (шариата), а также сведений о священной истории.

В Коране мы постоянно находим указания на мир природы, сотворенный Всевышним. Многие айаты начинаются с того, что Господь приглашает в свидетели свои создания, как то Солнце, Луну и т. д., а затем следует содержание айата. Для Корана роль сотворенного мироздания и природы очевидна. Кажется, что хотя Коран и обращается к человеку, но не забывает о существовании и иных созданий Всевышнего.

Священный Коран, который удивительным образом снимает покрывала с таких понятий, как единство Бога, величие, возвышенность, любовь, милость и милосердие Его, близость Бога к человеку, включает в себя и глубочайшее учение о сокровенной сущности вещей. С одной стороны, он говорит, что ничто не может быть подобным Господу, Великому и Преславному. Но, с другой стороны, Сам Бог заявляет, что Он ближе к человеку, чем его сонная артерия. Поэтому Коран учит о величии Бога и одновременно говорит о близости, неотделимости и погруженности Бога в человека. Иными словами, Господь направляет нашу жизнь самыми потаенными и интимными путями. Господь ближе к нам, чем мы сами.

Затем приходит очередь учения о мире, находящемся между Богом и человеком. Это мир ангелов. Ангелы являются средством, с помощью которого Господь управляет тварным миром. Из них Он создает промежуточные слои реальности между Собой и человеком. Эти промежуточные миры включают в себя и мир джиннов, который, на самом деле, вбирает в себя многие вещи и явления. Ангелы же являются исключительно духовными существами.

И, наконец, существует мир природы (мир, который включает в себя человека), но он является не только местом обитания людей, но и соучастником предначертанной Божественной жизни для всех тварей Божьих. Мир природы также занимает в Коране значительное место. С точки зрения мусульманина, он имеет в кораническом Откровении то же значение, что и все человечество, к которому Коран обращается непосредственно.

Второй важной темой в Коране является нравственность. Священный Коран постоянно обращает внимание на морально-этические принципы, согласно которым человек должен жить и действовать, а также на применение этих принципов. Он напоминает людям о последствиях их деяний, которые не только скажутся в этом мире, но не оставят его и в загробной жизни. Господь ожидает от нас благих дел, справедливости, сострадания и воздержанности. На протяжении всего Корана говорится не только о таких конкретных преступлениях, как воровство, убийство, прелюбодеяние и т. д., но и об общих принципах, отличающих добро от зла. Коран настаивает на необходимости жить по воле Божьей и предупреждает о последствиях неподчинения ей.

Возможно, самым важным кораническим понятием в этой связи будет «таква», что можно истолковать как страх перед Богом, совмещенный с глубоким уважением к Нему и проявляющийся в делах и поступках людей. Господь постоянно приказывает человеку жить богобоязненно, зная, что если он совершит зло или впадет в грех и разврат, то непременно будет за это наказан. Тем не менее, Коран уточняет, что Господь милостив, и в ниспосылаемом Им наказании всегда есть место прощению. Как говорится в одном известном хадисе, на Божественном Троне написано: «Милость Моя идет впереди Моего гнева». Следует обратить внимание и на то, что все суры Корана, кроме одной, начинаются словами «Во имя Бога, Милостивого, Милосердного!» Этими же словами мусульмане начинают все свои дела.

Наш мир был создан милостью Божьей, и по этой причине Коран начинается отнюдь не с упоминания тех имен Бога, которые отражают Его гнев или величие (например, одним из таких имен является «Сокрушающий»). Хотя Святая Книга постоянно и настойчиво говорит о Божественном правосудии и воздаянии, о необходимости правильных деяний и ответственности человека за его поступки, она в то же время указывает, что всегда можно испросить у Господа прощения. Согласно знаменитому айату из суры «Толпы» – «Не отчаивайтесь в милости Аллаха»[11], – милость Божия пронизывает каждое мгновение человеческой жизни.

Упомянутые в Коране этические нормы и принципы составляют основу исламского права, то есть шариата. Некоторые элементы шариата, в частности, правила наследования, приведены в священном тексте очень отчетливо и ясно. Однако многие законы и запрещения, берущие свое начало в Коране, не получили в Писании ясного истолкования и приведены только намеком. Точно установить их можно только с помощью Сунны Пророка (С), единого мнения богословов и индуктивных выводов из этих источников.

Кроме того, в сурах Корана мы находим священную историю – рассказы о жизни народов и Пророков, начиная с Адама (А). В Коране приводятся имена многих крупных семитских Пророков (А), о которых говорится и в двух христианских Заветах, хотя изложение их жития здесь может отличаться от библейского. В Священном Писании мусульман с полным уважением упоминаются такие великие Пророки, как Авраам, Моисей и Иисус (да приветствует их Аллах!), являющиеся основными фигурами в иудаизме и христианстве. Говорится и о некоторых арабо-семитских Пророках, например, о Лукмане (А), чье имя в христианских Заветах отсутствует. Коран по различным поводам возвращается к событиям священной истории, сформированной и развивавшейся вокруг этих и других Пророков (А). Многие из таких исторических повествований (история жертвы Ибрахима (Авраама), история Йусуфа (Иосифа), жизнеописания Иисуса и Марии), занимающие одно из центральных мест в Коране, являются важной составной частью религиозного сознания мусульман. Муса (Моисей) также занимает значительное место в Коране: событиям его жизни посвящены многие айаты.

Господь в Своей Книге приводит подобные повествования, чтобы предупредить людей о необходимости соблюдения моральных и духовных принципов, а не для того, чтобы просто рассказать о неких событиях. В Коране постоянно делаются полные мудрости выводы из этих сообщений, одновременно отражающих реальные факты истории доисламских народов и повествующих в своих эзотерических глубинах о борьбе между силами добра и зла. Здесь перед нами не только история народов до ниспослания Корана, но и ценный духовный урок.

Таким образом, Коран объемлет собою весь Ислам: законы, идеи, духовное и нравственное учение, эстетические символы – все это явно или скрыто присутствует в Коране. Мусульманин носит в себе коранические звуки с младенчества, ибо обычно сразу же после рождения ребенка ему на ухо читают двойное свидетельство. Вся его жизнь проходит под мелодию Корана, которая слышна как в старых традиционных городах, так и в новых. От колыбели до могилы они окутывают его своим магическим звучанием.

Для всех поколений мусульман основным и первичным делом всегда была любовь к Корану и склонение головы перед величием его учения. Так это есть и сейчас. Так это и будет до тех пор, пока Ислам будет сохранять себя на просторах Вселенной.

Сунна и хадисы

Мусульмане считают Пророка Ислама (С) самым совершенным человеком – наиболее благородным созданием, венцом творения Господа. Всевышний наделил Пророка (С) всеми совершенствами, которые вообще может иметь человек. По словам Корана, Мухаммад (С) не сам достиг положения Пророка, но был избран для выполнения этой миссии Богом. Поскольку все совершенства обрели в нем свое воплощение, мусульмане считают его абсолютным примером и образцом, которому должен подражать каждый. Священный Коран так говорит об этом: «Был для вас в посланнике Аллаха прекрасный пример»[12].

Таким образом, сменяющие друг друга поколения мусульман – от лет жизни Пророка (С) и до нашего времени – следуют ему во всем и пристально изучают его житие от начала до конца. Все мусульмане обретали в этой жизни направляющий пример, ключ к пониманию воли Всевышнего и значения Слова Божия, которое полностью снизошло на Пророка (С) и было передано людям.

Пророк Мухаммад (С) родился в Мекке в семье арабских аристократов; уже в начале своей жизни осиротел, воспитывался дедом и дядей. С ранней молодости он проявил такие высокие нравственные качества, что получил почетное прозвище «надежный» («амин») среди курайшитов, которые позже выступят против него. Его любили все, кто был рядом с ним; его нрав, великодушие, доброта и сострадательность ни для кого не проходили незамеченными. Мусульмане знают, что Мухаммад (С) с ранней юности жил тем, что управлял торговыми делами богатой мекканской женщины по имени Хадиджа (А), ставшей потом его женой и матерью его первого ребенка. До своей смерти в 50-летнем возрасте Хадиджа (А) оставалась единственной женой Пророка (С). Она неизменно была его верной соратницей и оказала ему огромную помощь.

Пророк (С) получил свою священную миссию, когда однажды размышлял в пещере Хира на горе Ан-Нур (Гора Света) в окрестностях Мекки. Один из верховных ангелов – Джабраил – явился ему. С того времени и в течение последующих 12 лет Пророк провел свою жизнь в Мекке, исключительно донося Слово Божье до тех, кто не верил в это Послание – Послание, которое своим учением о единственности Бога ставило под угрозу само существование язычества в торгашеском обществе, окружавшем Пророка (С). В течение этих лет – самых трудных в его жизни – он претерпел всевозможные издевательства, насмешки и оскорбления со стороны не только представителей далеких кланов и племен, но и некоторых из своих родственников, которые, несмотря на кровную близость к нему, больше других упорствовали в неприятии призыва Пророка (С).

В конце концов, когда количество его последователей увеличилось, и они образовали первую мусульманскую общину, мекканцы ощутили явную угрозу того, что эта группа превратится в реальную и значительную силу. После того как курайшитская знать безуспешно попыталась привлечь Мухаммада (С) на свою сторону подкупом и даже предложением стать их правителем, у нее созрел план убийства Пророка (С). И тогда Пророк (С) по велению Всевышнего переехал из Мекки в Медину (это событие именуется «хиджра»). В ту переломную, решающую ночь он вместе с Абу Бакром отправился в Медину, в то время как Али ибн Абу Талиб (А) лег в его постель. Три последующие ночи Абу Бакр и Пророк (С) провели в пещере, вход в которую по воле Божьей опутала паутина, закрыли ветки акации и заслонило птичье гнездо. Поэтому, когда курайшиты по следам верблюдов нашли эту пещеру, им и в голову не пришло войти в нее. Так они и не сумели найти Мухаммада (С). Выйдя из пещеры, Пророк (С) напра вился в Йасриб, город, который затем стал известен под названием «Мадинат ан-Наби» (Город Пророка). В этом лучезарном городе («Мадинат аль-мунаввара») Пророк (С) построил первую мечеть на том самом месте, где она стоит до настоящего времени (Мечеть Пророка). Здесь же он основал первую мусульманскую общину, которой пришлось пройти через горнило войн и различных бедствий, угрожавших ее существованию.

В течение последующих 11 лет Пророк (С) не только упорядочил исламскую общину в Медине, но и распространил оттуда Ислам на весь Аравийский полуостров, а примерно за год до кончины смог триумфально вернуться в Мекку. Он низверг идолов Каабы, восстановил мир и объединил арабов под знаменем Ислама.

Важнейшие события и общие вехи этого 23-летнего периода жизни Пророка Ислама (С) всегда были в сознании, в душе и в мыслях мусульман. Написано множество жизнеописаний Пророка Мухаммада (С): от первых житий, принадлежащих перу Ибн Хишама и Ибн Исхака, до современных книг на эту тему на арабском, персидском, урду, малайском, турецком и всех остальных исламских языках. Несомненно, в жизни Пророка (С) происходили события, которые были важнее и значимее других. Одним из них следует считать «ми‘радж» – вознесение Пророка (С) на небо, во время которого он был перенесен из Мекки в Иерусалим, а оттуда чудесным образом вознесся в горний мир, миновав одно за другим небеса и достигнув Трона Всевышнего и пределов Истины (Хакк).

Среди других знаковых событий жизни Пророка (С) следует назвать его хиджру из Мекки в Медину, а также важнейшие из его религиозных войн (газават), которые происходили во имя сохранения только что образованной исламской общины и имели судьбоносное значение. Мусульмане знают о личной жизни Пророка (С), его женитьбах, его тяжелых трудах, неприятностях и победах, о его славном возвращении в Мекку и его последней проповеди перед кончиной. Все эти события пути самого совершенного из Божественных творений служат для них жизненным примером.

Житие Пророка Ислама (С) стало основой для складывания целой поэтической и литературной традиции. Нет ни одного исламского языка, чтобы значительная часть лучших литературных произведений, созданных на нем, не относилась бы к событиям жизни Пророка (С), его семьи и соратников, его подвигам и трудам, его внутренней жизни и духовным совершенствам.

Пророка Мухаммада (С) называли и другими именами, как то Ахмад, Хамид, Махмуд, Вахид, Акиб, Таха, Тахир, Йасин, Саййид, Расул, ‘Абдулла, Хабибулла, Насир, Мансур, Мустафа и Абулкасим. Каждое из этих имен указывает на одну из сторон характера Пророка (С), а их совокупность дает мусульманам возможность правильно и цельно воспринять всю важность и значительность личности Мухаммада (С) в ее различных проявлениях. Любовь к Пророку (С) считается в Исламе одним из показателей праведности и религиозности. Не любя Пророка (С), бывшего «любимцем Бога» (Хабибулла), нельзя любить и Самого Всевышнего. Верующий мусульманин также обращает внимание и на тот айат в Священном Коране, в котором говорится, что Господь и ангелы небесные посылают приветствие Пророку ислама (С):

«Воистину, Аллах и Его ангелы благословляют Пророка. О те, которые уверовали! Благословляйте его и приветствуйте миром!»[13]. Приветствуя Пророка Ислама (С), мусульманин становится сподвижником Всевышнего и ангелов.

На протяжении всей своей истории мусульмане искренне и с любовью взирали на избранника Божия, который был отправлен для распространения послания Всевышнего на Земле и стал первым комментатором и толкователем Его Слова – Корана. Они постоянно пытались подражать его делам и достигнуть понимания его слов. Деяния Пророка (С), собранные воедино, стали известны под названием «Сунна», а его высказывания получили название «хадисов». Сунна и хадисы после Священного Корана являются второй фундаментальной основой Ислама. Сунна Пророка (C) включает в себя указания на способ выполнения тех или иных действий в разнообразных ситуациях, как то при входе в чужой дом и в мечеть, во время приветствия соседей, при умывании или бритье бороды и т. д. Но здесь содержатся и тончайшие вопросы религиозного, нравственного и духовного характера, касающиеся, например, поведения при общении с друзьями, обращения с врагами, чтения молитвы от всего сердца, милосердия в отношении других людей и т. д.

В Сунне присутствуют две части: одна из них заключается в придании исламского наполнения уже бытовавшим в арабской среде обычаям и традициям (ведь Ислам и возник в этой среде), причем только тем из них, которые не противоречили духу Ислама. Эти обычаи обрели исламское звучание и стали частью Сунны. Вторая часть Сунны говорит о нормах исламского поведения по отношению к Господу и Его созданиям. Здесь рассматриваются важнейшие элементы собственно исламской религии.

Хадисы включают в себя обширный свод изречений Пророка (С), собранных в течение первых трех веков Ислама правоверными улемами, именуемыми термином «мухаддис». Здесь необходимо подчеркнуть, что женщины также принимали в этом активное участие, собирая высказывания Пророка (С) наряду с мужчинами, устанавливая последовательность ссылок, исследуя весь путь, пройденный соответствующим высказыванием. Различные повествователи из поколения в поколение передавали эти слова, пока они не были записаны и кодифицированы.

Во время этой работы также внимательнейшим образом изучалось то, насколько можно доверять каждому передатчику слов Пророка (С), и таким образом достоверные и основанные на надежных источниках высказывания отделялись от имеющих изъяны и потерянные звенья. В результате сформировалась отдельная отрасль знания, которая классифицировала хадисы на те, которые являются абсолютно достоверными, относительно достоверными, «слабыми» и недостоверными. Все они были записаны в особых сборниках. Основное ядро хадисов после двух-трех столетий напряженного труда исследователей получило окончательный и законченный вид и таким образом было дано всему исламскому миру.

Первая группа сборников хадисов состоит из книг, которые получили название «Сахих» (истинный) (всего их насчитывается шесть). Сунниты признали их в качестве правдивых и не подлежащих сомнению. Четыре сборника достоверных шиитских хадисов были составлены на сто лет позже и получили название «Четырехкнижия». Таким образом, составление свода суннитских хадисов предшествовало оформлению шиитских хадисов. Однако основное содержание хадисов этих двух групп в целом одинаково или сходно по мысли. Хотя цепь ссылок и повествователей хадисов различается, их текст и содержание практически одинаковы.

Хадисы включают в себя очень широкий спектр вопросов: сотворение мира, степени ангелов и света, вопросы желания и воли Всевышнего, способ Божественного управления мирозданием, сочетание принуждения и свободы воли в жизни человека, политические, экономические и социальные вопросы, проблемы повседневной жизни в плане обращения с членами семьи, соседями и друзьями. Кроме того, в них прямо или косвенно говорится о проблемах среды обитания мусульман и красоты, чистоты и гармонии в ней. Многие хадисы наряду со Священным Кораном сыграли важную роль в формировании исламского искусства, архитектуры и градостроительства. Они определяющим образом повлияли на оформлении всей внешней жизни мусульман, которая должна отражать дух и суть исламского Откровения.

Помимо этого, хадисы наряду с Кораном являются источником шариата. Будучи первым комментарием к Корану, они были тщательно изучены именно с этой точки зрения. Таким образом, школы исламского права, изучая на протяжении веков хадисы, нашли для себя различные способы раскрытия содержания Корана.

Кроме того, хадисы являются также и источником исламской мысли, все основные отрасли которой – калам[14], исламские науки, философия и даже языкознание – берут свое начало в хадисах, которые, в свою очередь, основаны на Коране. В исламской мысли нет ни одной области, в которой хадисы не сыграли бы важной роли в качестве дополнения или комментария к Слову Божию, записанному в Коране.

Когда Пророк Ислама (С) был уже при смерти, его спросили, как следует помнить его после смерти. Пророк (С) ответил: «Читайте Коран», ибо в каждом слове этой священной Книги есть что-то от самого Пророка (С). Кроме того, высказывания Пророка (С) дополняют и разъясняют значение айатов Корана. Без таких разъяснений полноценное понимание многих айатов может быть затруднено. Даже выполнение основных исламских ритуалов, как то повседневный намаз, было бы невозможно без пояснений, данных мусульманам в Сунне и хадисах. Священный Коран повелевает мусульманам читать молитву, но то, как это следует делать, мы узнаем из примера, данного нам самим Пророком (С). Это касается также хаджа и других исламских обычаев и традиций.

Из этого можно сделать вывод, что Коран и хадисы представляют собой драгоценное сокровище, данное мусульманам от Всевышнего. Причем первое сокровище – Коран – невозможно правильно осмыслить без второго – хадисов от Пророка (С), который лучше всех мог понять переданное через него Откровение, ибо был посланником Аллаха и Его любимым представителем пред родом человеческим.

Выводы из этой главы

Можно сказать, что для разъяснения Ислама необходимо сосредоточиться на ядре его учения, то есть на монотеизме. Господь един, и единство Его таково, что только Он Сам может его полностью понять и засвидетельствовать. Ибо, как говорится в Коране, «Аллах засвидетельствовал, что нет божества, кроме Него»[15]. Но и мы в качестве сынов человеческих, свидетелей Господа и Его наместников на земле должны постараться понять это единство – монотеизм. Человек обязан осознать не только единственность Бога, но и то, что между всеми вещами существует взаимосвязь. Монотеизм воздействует на созданный Богом мир и на человеческое общество (конечно, имеется в виду исламское общество). Он присутствует в связях между людьми и природой, в человеческой мысли, в том, что делается человеком, в его искусстве и архитектуре. Все виды монотеизма отражают мудрость и волю Божию в нашем мире. Эта воля в самом объективном виде заключена в Божественном законе – шариате, и должна проявляться в любых сторонах жизни мусульман.

Для того чтобы понять, как проявляется в человеческой жизни монотеизм, необходимо обратиться к истинам, ниспосланным нам посредством Корана, а также к хадисам и Сунне Пророка (С), которые суть первые комментарии к Корану. Пророк (С) жил по воле единого Бога и во всех своих делах (в суждениях и военном деле, выполнении отцовских обязанностей и в высшей духовной миссии – передаче людям Божественного откровения в качестве Посланника Всевышнего) следовал тому самому Единобожию, постигнуть которое стремятся мусульмане на протяжении всей своей жизни.

Быть хорошим мусульманином – значит жить по воле Всевышнего, жить в соответствии с моральными нормами, заповеданными в Коране и хадисах, жить с сознанием единственности Бога, отраженной в Его созданиях, жить так, чтобы общество стало отзвуком Божественных наставлений, записанных в Его Священной Книге и воплощенных в жизни и делах Его Последнего пророка (С).

Глава 2. Бог, человек и мир – вопросы познания Загробного мира

Господь

Можно утверждать, что основной причиной появления Ислама стало то, что спала завеса тайны с полного и настоящего учения о Божественной истине. Каждая из авторитетных небесных религий пыталась продемонстрировать единственность Бога и различные аспекты Его бесконечной реальности, опираясь на какой-то особый фактор или элемент. Ислам же старается в меру возможностей человеческого языка передать все учение о высшей Истине. Аллах, высшая Истина, будучи Богом, в то же время является Господом; Он превыше всего, но в то же время Он внутри (нас); Он бесконечно далек от человека, но и бесконечно близок к нему; Он обладает строгостью и справедливостью, но при этом милосерден и прощающ. Он абсолютен и бесконечен, Он источник всего доброго. Он начало и конец. Он создатель, охранитель, но и разрушитель мира; Он творец жизни и смерти, он порождает и умерщвляет. Все возвращается к Нему; любые положительные качества, которые мы видим в мире (красота, добро и сила) – от Него. Он не только причина существования вселенной, но и источник этих качеств.

Исламское учение о Боге более всего подчеркивает Его единство. Так, в суре «Ихлас» («Очищение») говорится: «Скажи: “Он – Аллах – един, Аллах вечный, не родил и не был рожден”». Здесь подчеркивается, что Господь настолько абсолютен, что у Него не может быть связи с чем-либо, которая умалила бы Его абсолютность. «Никто не может сравниться с ним» (сура «Очищение», 4). Он неразделим. Это единство Господа, на котором так настаивает Коран, относится к Его Божественной сущности. У Господа есть имена и определения. Коран говорит о Нем не только словами «Аллах» или «Он», но и «Милосердный», «Милостивый», «Охраняющий», «Всеведущий», «Слышащий», «Всевидящий» и т. д. Эти «благие имена» показывают те пути, которыми Господь являет Себя для людей.

Все эти имена, который употребляются в Коране и хадисах наряду с самым возвышенным именем «Аллах», в своей арабской форме являются священными именами Бога, и мусульмане призваны именно с помощью этих имен и атрибутов называть Его: «У Аллаха – самые прекрасные имена. Посему взывайте к Нему посредством их»[16]. Сложилась целая наука, касающаяся имен Всевышнего, которая представляет собой изначальное знание для всех других исламских наук. Исламские мыслители за долгие века написали бесчисленное количество книг об именах Аллаха, известнейшая из которых принадлежит перу Газали. Эта книга – «Аль-максад аль-асна фи шарх асма-Аллах аль-хусна» – известна во всем исламском мире. Всякое имя Аллаха неотделимо от Его сущности, а посему оно есть путь к Нему, ибо открывает нам одну из сторон Бога.

Исламские мыслители традиционно делят имена Аллаха на две группы: имена (духовной) красоты и имена величия. К первой группе относятся те имена, которые говорят о милосердии Бога, в частности, имя рахман, которое в самом Коране используется для обозначения сущности Бога. Именно от имени рахман стало возможным сотворение мироздания, и с него же начинается сам Коран. Ведь суры Корана предваряются словами Бисми-Ллахи-ррахмани-ррахим («Во имя Бога, Милостивого, Милосердного»). Имена рахман и рахим, также как и имена карим («благородный») и гафур («прощающий»), свидетельствуют о милости и милосердии Аллаха. Эти имена, передающие отдельные стороны Божественной милости, входят в группу имен красоты.

Напротив, имена, относящиеся к справедливости, правосудию и могуществу Господа (как то ‘адил – «справедливый», сари‘-аль-хисаб – «быстрый в расчете»), входят в подгруппу имен величия.

Имена величия также находят свое проявление в этом мире. Именно поэтому в нашей жизни переплетены Милость и Гнев. И именно поэтому в исламской традиции постоянно подчеркивается как суд Аллаха, так и Его милость, как гнев Божий, так и Его благо в отношении всех созданий. Господь видит наши поступки и дела, судит о них, но когда мы раскаиваемся и возвращаемся к Нему, Он проявляет милость и прощает нас.

Что касается различий между именами и атрибутами Господа, то можно сказать, что каждое новое качество, которое мы познаем в Нем, становится причиной появления нового имени. Так, благородство дает основание для появления имени «Благородный». Поэтому между сущностью Господа и Его именами существует неразрывная связь, ибо атрибуты указывают на то, каков Бог, а имена называют присущие Ему качества.

Среди имен Аллаха есть такие, которые имеют особое значение и рассматриваются в качестве «матери других имен», их источника и основы. В качестве примера можно привести имена кадир («Могущественный») и рахман («Милостивый»). Все эти имена входят в великое Имя Господа – Аллах. Имя «Аллах» вбирает в себя все другие имена: оно одновременно представляет собой имя Божественной сущности и совокупность всех качеств и имен Господа.

Очень важно обратить внимание и на то, что исламское понимание Аллаха (Бога) подчеркивает могущество Его во всем, Его способность совершить любое действие. Как говорится в Коране, «Воистину, Аллах способен на всякую вещь»[17]. Кроме того, Он Всеведущ и Всезнающ. Господь одновременно имеет власть над Своими созданиями и все знает о них. Поэтому мусульманин должен жить так, чтобы даже на мгновение не забывать об этой власти Творца над человеческой жизнью и о Его знании обо всех людских делах.

Такой акцент на могущество и власть Господа уравновешивается в Исламе тем, что Коран и хадисы подчеркивают Его милость и милосердие. Вопреки тому, что думают многие, Ислам значительно больше говорит именно о милосердии Всевышнего. Как уже было сказано выше, все суры Корана, кроме одной, начинаются с имен Аллаха, свидетельствующих о Его милосердии, – «рахман» и «рахим», а не с имен гнева. Все дела и поступки в жизни мусульманина также должны начинаться с произнесения слов «Бисми-Ллахи-р-рахмани-р-рахим»[18]. В этой фразе заключен глубокий смысл. Ряд слов – Аллах, рахманрахим – идет в иерархии имен Всевышнего как бы по нисходящей: на первом месте стоит высшее имя – Аллах, на втором – имя, свидетельствующее об общей милости, – рахман, а на третьем – имя, говорящее о конкретной милости, распространяющейся на определенного человека (рахим). Рахман, как небесный свод, охватывает всех нас – это имя сверкает и дарует нам свет. Рахим – луч солнца, который падает с неба на каждого из нас в отдельности, согревая в холоде жизни.

Говоря о Всевышнем, Священный Коран использует также слово «ваджх», то есть «лицо», «лик»: «Куда бы вы ни повернулись, там будет Лик Аллаха»[19], «Всякая вещь погибнет, кроме Его Лика»[20]. Поэтому «лицо» (лик) – это важное исламское понятие, смысл которого необходимо осознать.

«Лицо» – это совокупность имен и качеств Аллаха в плане их соотношения с мирозданием, это сторона абсолютной реальности Всевышнего, обращенная к Его созданиям. Очевидно, что в Божественной сути есть такие качества, которые выше создания и не имеют отношения к строю жизни тварей Божьих, в то время как выражение «Лик Божий» характеризует именно те качества, что обращены к тварному и его составным частям, ибо именно Он их и создал. «Всякая вещь погибнет, кроме Его Лика»: здесь имеется в виду, что когда-то исчезнут горы и небеса, земля и люди, но имена и качества Аллаха, которые суть источник всего в этом мире, останутся. Они останутся, ибо принадлежат Господу, тогда как вещи этого мира по определению принадлежат времени и подвержены уничтожению. Только Аллах обладает непреходящим божественным началом – вечным и нетленным в самом полном смысле этого слова.

Для понимания исламских представлений об Аллахе необходимо иметь в виду, что Он является не только Создателем, но и Охранителем, Завершителем мира (все мироздание поддерживается Им и в конечном итоге вернется к Нему). Настоящий мусульманин живет с осознанием того, что Господь не только создал, но и охраняет его в каждый момент жизни, и когда-то он вернется к Богу совместно со всем миром, Им созданным. Эта истина, которая очень важна не только в плане сверхъестественного, но и для обычной жизни, кратко выражена в айате «Воистину, мы принадлежим Аллаху и к Нему вернемся»[21].

Как мы уже говорили, в Исламе многократно подчеркивается власть Всевышнего над людскими делами. Несомненно, и другие религии учат, что Господь всемогущ и присутствует во всем. Это учение не относится исключительно к Исламу. Тем не менее, данный момент выделяется в Исламе особенно выпукло, а в повседневной жизни мусульманина он выражается формулой «иншаАллах», то есть «если на то будет воля Аллаха», «если Аллах захочет». Такие выражения являются как бы вехами и признаками повседневной жизнедеятельности мусульманина. Они напоминают ему, что воля Божья царит над каждым моментом человеческой жизни. Желая того или нет, мы всегда живем по Его воле, а она распространяется на все бытие.

И тем не менее Господь дал нам также и свободу, чтобы мы жили по Его воле на основании собственного выбора, дабы мы направили свои желания в русло, совпадающее с Его волей, подчинившись ей.

Поэтому существует определенная взаимосвязь между всепроникающей волей Господней и желаниями человека. Здесь мы подходим к проблеме предопределения и свободы выбора, которая на протяжении многих веков занимала умы исламских мыслителей. Мы поговорим об этом ниже.

В заключение следует еще раз остановиться на равновесии между милостью Божьей и Его воздаянием, Его Судом. В различных частях Корана, с одной стороны, представлены страшные картины суда над грешниками и их ужасного наказания, а с другой – описания рая и тех благ, которые Всевышний дарует праведникам. Коран ни на мгновение не пренебрегает необходимостью подчеркнуть милосердие Аллаха. Эта священная Книга постоянно напоминает человеку, что Господь милостив и прощающ. Отсюда вытекает важность покаяния и раскаяния. Хадисы также подчеркивают, что человек должен постоянно испрашивать прощения у Господа, и если он сделает это от чистого сердца, Господь может его простить. Здесь мы опять видим глубокую взаимосвязь между милостью и правосудием, между красотой и величием в том значении, о котором говорилось выше. Для обретения полного понимания Божественной сущности, как это указано в Коране и в хадисах, следует иметь в виду оба этих момента.

Завершая данную тему, хотим сказать, что исламское учение основано на Единстве Господа. В этой формуле – краткое изложение послания Ислама к человечеству. Ислам пришел в мир для того, чтобы человек смог понять единственность Бога. Как сказал Последний пророк (С): «Скажите, что нет бога, кроме (Единого) Бога, – и спасетесь». Понятно, что он имел в виду не демонстративное произнесение этих слов, но выражение веры, основанной на искренней убежденности. Слово «шахадат» – «свидетельство» – само по себе несет полное учение об Аллахе, ибо оно лишает Бога всякой относительности, двойственности и отчужденности, подчеркивая, что знание Бога основано на Его единственности. Господь един, абсолютен и вечен. Он бесконечен, как благо и милость, Он – источник всех благ, то есть всего положительного в бытии. Он – первоисточник всех реальностей. Ему принадлежит «кладезь», о котором говорит Коран и из которого берет начало все бытие. Нет в этом мире ничего, даже самого малого и незначительного, о чем не знал бы Господь и чья жизнь не была бы определена и сохранена волей Божьей.

Человек живет в мире, который непосредственно основан на воле Божьей и в любой момент времени и в любом месте открыт перед Ним. Ислам подчеркивает величие Господа, которое выше всего того, о чем вообще можно говорить. В то же время, как сказано в одном известном айате Корана, Господь предельно близок к человеку: «Мы ближе к нему, чем шейная артерия»[22]. Господь ближе к нам, чем мы сами. Таким образом, Он, с одной стороны, беспредельно высок и далек от нас, а с другой – пребывает в сердце бытия, в нашем существе. Поэтому Господь сказал: «Сердце правоверного – престол Милосердного».

Человек

Рассматривая Бога в качестве абсолютной, бесконечной и благостной субстанции, Ислам точно так же подходит к человеку – как к вечной и, в конечном итоге, постоянной и неизменной сущности. С точки зрения Ислама, человек – наместник Бога на земле и Его раб. Оба эти качества образуют фундаментальную основу человека. Будучи рабом Божьим, человек должен быть послушен желаниям и воле Всевышнего, должен беспрекословно внимать этой воле, следовать Его наставлениям в своей жизни и реализовывать повеления Господа в созданном Богом мире. Но людям в то же время надлежит быть активными и деятельными, поскольку они являются наместниками Бога на земле. В этом своем качестве они становятся как бы мостом между землей и небом, средством реализации воли Божьей в этом мире. Ислам рассматривает человека как такое создание, которое одновременно имеет ум и волю: он всегда обращается к нему как к существу разумному. В противоположность мнению христиан-последователей Августина[23], Ислам не утверждает, что наша воля была искажена в результате первородного греха. Нет, в Исламе человек предстает обладающим той изначальной и вечной сущностью, при создании которой Господь вложил в него ум и проницательность, помогающие ему понять, что Аллах – его Господь и что Он един, дабы человек мог засвидетельствовать это единство. Именно поэтому Господь в Коране обращается к людям еще до сотворения мира и спрашивает их: «Разве я не ваш Господь?». А люди отвечают: «Да, мы свидетельствуем»[24]. В этом слове «да» и заключается тот вечный обет, союз, заключенный между Богом и человеком, в рамках которого человек признает Бога своим Господом и свидетельствует о Его единственности. Можно сказать, что признание Единобожия заложено в самой природе человека, с которой и имеет дело исламская религия. Хотя толстый слой наносного забвения и эгоизма закрывает эту сердцевину нашей натуры, она жива в душе каждого. Что касается желаний и намерений человека, то Ислам призывает к тому, чтобы он подчинил их воле и желаниям Всевышнего, ибо только в этом случае удастся ему обрести счастливую жизнь и спасение в этом и другом мирах.

Здесь следует отметить, что Ислам не признает первородного греха, но признает то, что человек пал по сравнению с тем состоянием вечного первоначального совершенства, в котором был создан. Согласно исламскому взгляду, самым большим людским грехом является забвение и беспечность, а потому важнейшей целью Откровения является напоминание человеку о главном в его жизни и борьба с этим забвением. Именно поэтому одним из названий Корана является «зикру-Ллах», то есть «напоминание Аллаха». И именно поэтому конечная цель всех исламских обычаев и обрядов, всех исламских собраний и церемоний – поминание Господа.

Наша природа может принять только единство Господа, может засвидетельствовать только Единобожие. «Падение» же человека, когда его воля, вместо того, чтобы следовать воле Божественной, поддалась собственным страстям, выразилось в том, что он сбился с истинного пути. Поэтому Господь ниспослал человечеству правила и установления, включенные в шариат. Божественный закон был дан для того, чтобы обуздать людские страсти и позволить нам поставить свои желания и волю на службу разуму, свободному от их бремени. Если здравый смысл принимает единственность Бога, то и воля человеческая сможет подчиниться постулатам Единобожия. В результате будет создан образ жизни, идущий в соответствии с волей единого Бога и в подчинении Его повелениям.

Согласно учению Священного Корана и многочисленным хадисам, подтверждающим это учение, Господь создал человека из глины, а затем вдохнул в него Свой дух. Человек не развившись из обезьяны стал человеком. Наоборот, он «понизился» (деградировал), упав из мира духовного. Наш дух принадлежит Господу и возвращается к Нему. С точки зрения Всевышнего, самый большой грех – «ширк», то есть приписывание Господу сотоварищей. Этот грех возникает в результате забвения и отчуждения нас от своих истоков. Забывая о своем начале, мы забываем и о том, что Бог един, и начинаем отрицать это. Ислам не меньше христианства и других религий подчеркивает важность греха, но под грехом он понимает не то, что христианство, ибо не утверждает, что человек суть от природы грешник.

В Исламе грех состоит, во-первых, в забвении единственности Бога, во-вторых, в забвении того, что вытекает из принципа единственности Всевышнего, то есть Его абсолютной силы и знания. Это забвение в свою очередь приводит к неповиновению повелениям Господа и к отдалению от Него. Ислам самым фундаментальным образом обличает бунт против могущества Бога, ибо он есть религия подчинения Божественной силе. Поэтому здесь нет и намека на тот скептицизм и индивидуалистическое бунтарство, которые были распространены в Древней Греции и Европе после эпохи Возрождения, получив отражение, например, в литературе. В Исламе человек не обладает бунтарской, «прометеевской» натурой, чтобы героически восстать против воли небес, как это делали мифические персонажи древнегреческих легенд. Он достаточно смиренен, чтобы стать «рабом» Божьим. Согласно кораническим представлениям, достоинство и благородство человека исходит не от него самого, а от его миссии наместника Бога на земле, дабы смог он исполнить волю верховного Владыки мира. Жизнь мусульманина всегда проходит перед глазами Всевышнего, и сам он постоянно помнит о Боге, являясь созданием, отражающим мудрость и величие Творца в этом мире. Именно поэтому в исламских текстах человек называется благороднейшим из созданий. Конечно, все создания благородны в силу того, что они сотворены Богом и отражают Его мудрость. Но человек, отражающий мудрость и качества Господа самым непосредственным и полным образом, благороднее их всех. Человек – единственное создание, находящееся в центре этого мира; только он в полной мере является наместником Бога на земле.

Человеку дана сила подчинить себе все другие существа, но он несет также и ответственность за то, чтобы защищать и оберегать их. Его ответственность много больше, чем у других созданий, ибо ему дан разум, дабы он сумел познавать Бога и выполнять Его повеления. И одновременно ему предоставлена свобода, возможность ослушаться Божественных установлений.

Здесь мы сталкиваемся с очень важной проблемой предопределения (детерминированности) и свободы воли человека, касающейся нравственных последствий его деяний. С одной стороны, Коран утверждает, что власть Господа распространяется на все, но, с другой стороны, он обращается к человеку как к независимому нравственному субъекту. Если мы не будем ответственны за свои дела и поступки, то нас нельзя будет судить за них на Страшном суде. В свою очередь, для того, чтобы быть ответственными за свои дела, мы должны иметь свободу выбора.

Все основные школы исламской мысли уделяли немалое внимание вопросу соотношения свободы человека и детерминированности его поступков. Некоторые из этих школ склонялись к тому, что превалирует детерминированность, а другие настаивали, что основную роль играет свобода. Каждая из них пыталась найти свой путь решения этой сложной проблемы, которую может распутать лишь истинно мудрый ум.

Не вдаваясь в сложные философско-схоластические рассуждения, отметим, что сам Священный Коран неоднократно подчеркивает свободу выбора человека, напоминая о том, что мы несем ответственность перед Богом и перед другими Божественными созданиями. В Исламе нельзя избежать этой свободы. Господь создал нас людьми, мы заключили с Ним вечный завет, а потому ответственны за то, как выполним свою часть этого завета. Господь даровал нам бытие. Он дал нам силу и могущество, дал нам блага, включающие в себя жизнь не только в животном смысле, но и в высшем человеческом значении, которое предусматривает знание о Творце как бесконечном Абсолюте и свободу принимать или отрицать это знание. Такова доля Господа в вечном завете, и Он ее выполнил.

А как же мы, люди? Доля человека в этом вечном завете заключается в слове «да» («я свидетельствую о единственности Бога»), которое упомянуто в приведенном выше айате из Корана. Сказав это слово «да», человек согласился покорно склониться перед тем фактом, что Бог – его Господин, Которому он должен подчиняться. И, как следствие, человек обязался принять на себя всю ответственность, которая возлагается на земного наместника Бога.

В Исламе не существует свободы без ответственности, прав человека без обязанностей. У нас нет никаких естественных прав до того, как мы приняли на себя обязанности перед Господом. Ведь мы не создали сами себя. Мы стали людьми благодаря тому, что Он дал нам жизнь. Только осознав это, мы обретаем человеческие права. Мысль о том, что человек обладает естественными правами независимо от того, признает ли он Бога и поступает ли в соответствии со своими обязанностями в качестве Его наместника на земле, полностью противоречит исламскому мировоззрению.

Конечно, права человека в Исламе признаются. Они обозначены в шариате. Однако эти права основаны прежде всего на принятии нашей ответственности перед Господом, Который создал и сохранил нас и к Которому мы в конечном итоге вернемся.

Мужское и женское

В значении «человек» Коран обычно использует арабские слова инсан и башар. Оба они обозначают «человека вообще», вне зависимости от пола. Поэтому все повеления Корана обращены в одинаковой степени к мужчинам и женщинам. Но в Коране есть и такие айаты, которые совершенно определенно обращаются именно к обоим полам, например:

«Мусульмане и мусульманки, верующие мужчины и верующие женщины, покорные мужчины и покорные женщины…»[25].

Необходимо понять, что, в противоположность последним веяниям на Западе, особенно в США, где пытаются уравнять мужчину и женщину и представить дело так, как будто между ними нет никакой разницы, Ислам полагает, что мужчина и женщина – это создания, дополняющие друг друга. С другой стороны, они равны в том, что обладают в одинаковой степени нетленным духом, а после смерти предстанут перед Господом и будут вознаграждены за благие деяния или наказаны за то, что отошли от выполнения воли Божьей. В этом они совершенно одинаковы. Все исламские предписания и ритуалы относятся в равной мере к мужчинам и женщинам (исключение касается периода менструации у последних, когда им не разрешается читать намаз, соблюдать пост или выполнять хадж).

И в том, что касается вечной души, обещания загробной жизни, цели человеческого пути, – все это едино в отношении мужчины и женщины. Разница между полами заключается только в их внешней роли и социальных обязанностях. Здесь Ислам провозглашает взаимодополняемость мужчины и женщины, а не их механическое равенство. Критический подход Запада к положению женщины в Исламе объясняется прежде всего тем, что Запад пытается применить собственные традиции и нравы к исламскому миру и судить о мусульманах с этих позиций.

Собственно, западные взгляды на этот вопрос претерпели значительные изменения если не за последние 200 лет, то уж точно за последние полвека. А потому нет никакой причины настаивать на том, что социальная структура Ислама должна быть такой же, как в Америке 1990 года: ведь к 2090 году она может измениться так же, как изменилась по сравнению с 1890 годом.

Во-вторых, очень важно обратить внимание и на то, что Ислам принимал во внимание социальную структуру тех стран и сообществ, в которых ему суждено было распространиться. Бедуинское семитское общество Аравии, где появилась и развилась исламская религия, было более динамично с точки зрения отношений между мужчинами и женщинами, чем другие человеческие общности, принявшие Ислам позднее (в частности, Иран или византийские земли). Это было заметно и в тех постепенных изменениях в общественных отношениях, которые проявились в этих обществах после принятия Ислама.

Проблему участия женщин в социальной и экономической жизни следует рассматривать в свете учения Корана и с учетом институтов обществ, принявших Ислам. Это верно и в отношении хиджаба. В первоначальном исламском обществе хиджаб предполагал закрытие от посторонних взглядов волос и тела, но не лица. Однако потом под влиянием местных обычаев и традиций исламизированных обществ в некоторых из них получил распространение порядок, при котором женщина должна была закрывать и лицо, оставляя только просвет для глаз. В некоторых странах и сельских районах современного исламского мира используется такой полностью скрывающий тело и лицо вид хиджаба, который отличается от того, что носили женщины в городах на родине этой религии. В таком сложном вопросе очень важно обратить внимание на основополагающие положения Ислама относительно соблюдения социальных обычаев, с одной стороны, и на находящиеся в состоянии постоянного изменения формы отношений между женщиной и мужчиной, которые в этом веке стали превалировать на Западе, с другой. Мусульмане ни в коем случае не должны принимать эти западные обычаи в качестве критерия для оценки поведения в исламском обществе. Необходимо осознать, что с исламской точки зрения мужчины и женщины равны перед Богом, им даны равные возможности для спасения, у них единая нравственная и духовная ответственность, они пользуются одинаковыми правами и свободами в духовно-религиозной сфере.

Если женщины в определенных экономических и социальных сферах не пользуются равными правами с мужчинами, это не означает, что они не имеют прав вообще. Напротив, Ислам не только не закрыл двери для участия женщин во всех существующих областях экономики, но и предусмотрел для них и для мужчин различные общественные роли, в которых они дополняют друг друга. Первая жена самого Пророка ислама (С) – Хадиджа (мир с ней!) – занималась торговлей.

Ислам не закрывает для женщин и двери в сферу образования. Следует напомнить, что среди первых передатчиков хадисов Пророка (С) были женщины. В течение прошедших веков в исламском обществе периодически появлялись выдающиеся женщины-ученые, и не вина Ислама, что их не было больше. Ведь и в христианских, иудейских, буддистских и индуистских обществах женщин-ученых было не больше, а то и меньше, чем в исламском мире.

Важнейшее обстоятельство, которое следует принимать во внимание в данном случае, заключается в том, что Ислам обращается ко всему человечеству, а не только к мужской его части. Хотя его учение и может внешне показаться учением патриархального типа, оно несет в себе и сильный женский элемент. Этот элемент проявляется не только в том, что в отношении Божества иногда используются имена и местоимения женского рода, а названия красоты, милости и милосердия Всевышнего звучат по-женски, но и в общем исламском представлении о состоянии человечества, в котором мужчины и женщины играют одинаково положительную роль.

Исламское общество в течение долгих веков могло обеспечивать устойчивость семьи с религиозной точки зрения, поставив ее во главу угла всей своей социальной структуры. Семья воистину стала основной единицей этого общества. Это также свидетельствует о значительной роли женщины в Исламе. Женщина в мусульманской семье играет определяющую роль.

Чтобы завершить разговор о человеке в Исламе, напомним, что мусульманская религия, выступающая за единство во всех сферах, пытается избежать противоречий, разрушительных столкновений и конкуренции, будь то среди полов, будь то среди общественных классов и слоев. Ислам против споров о приоритете мужчины или женщины: он отвергает войну между полами, которая в разных формах идет по свету в XX и XXI веках, так же как не приемлет и принцип классовой борьбы в том смысле, в каком говорит об этом марксизм. Он пытается установить гармонию и согласие в обществе, как между мужчинами и женщинами, так и между различными группами.

Ислам напоминает общество «женатых рыцарей»: каждый из членов этого сообщества несет прямую ответственность за свои дела перед Богом, причем участвует в религиозной жизни не посредством затворничества и устранения от мирских дел, а через непосредственное участие в ней, в частности, вступая в брак. В Исламе настоятельно подчеркивается необходимость брака; исламское общество настаивает на том, чтобы мужчины и женщины вступали в брак. Одинокое холостяцкое существование всегда было здесь исключительно редким явлением. Люди посредством браков настолько тесно включались в широкую, разветвленную структуру семьи, что это препятствовало процессу атомизации общества (когда человек становится абсолютно независим от окружающих).

Все это исходит из понимания человеческого существа, основанного на связи человека с Богом в качестве наместника Бога на земле. Ислам рассматривает мужчин и женщин в виде созданий, находящихся в широкой структуре социальных отношений, которые образуют единое целое. Единство общества отражает единство Бога. Эта взаимозависимость и внутренняя переплетенность социума сама по себе является воплощением Единобожия в том многообразии, которое ему присуще.

Ислам не только сакрализует индивидуальную жизнь человека, но и старается придать святость общественным структурам: он распространяет религиозное значение и смысл на все социальные институты и нормы и создает внутри общества такие связи и отношения, которые не имеют ничего общего с враждой, унижением, столкновением классовых интересов и антагонизмом между различными слоями. Иными словами, Ислам сплавляет многообразные общественные элементы в единую структуру, которая и называется «исламская умма». Воплощая в жизнь свои принципы и институты, он старается создать такое общество, где в сердце каждого человека и во всей совокупности социума получит свое отражение монотеизм. Такое общество станет символом и подтверждением реализации воли Всевышнего в жизни человека.

Мир

Как уже было сказано выше, Священный Коран обращается не только к человеку, но и в целом ко всему миру, сотворенному Богом. Во многих айатах Корана Господь клянется Солнцем, Луной и другими Своими творениями, а в других – привлекает внимание человека к удивительной мудрости, которая проявляется в Его создании. Ислам не только обращается к вечной сущности человека, но и несет в себе космическое послание, относящееся ко всему мирозданию. Это послание начертано на листьях деревьев, высечено на склонах скал и выложено звездами на небе. Именно поэтому слово «айат» относится не только к стихам Корана, но и к природным явлениям. Коран свидетельствует об обоих видах «айатов» (в сердце человека и в мироздании) в качестве знамений Божиих. Так, в одном известном месте Корана говорится:

«Мы покажем им наши знамения по странам и в них самих, пока не станет им ясно, что это – истина»[26].

С исламской точки зрения, мир создан Господом, Им же сохраняется и в конце концов вернется к Нему. Одним из значений айата «Он – Первый и Последний, Высочайший и Ближайший»[27] является то, что Господь – это начало и завершение мира. Кроме того, Он есть сокровенный смысл всех вещей, и даже их внешние проявления суть отражение имен и качеств Всевышнего. Весь тот мир, который мы знаем и можем понять на своем опыте, есть создание Всевышнего. Хотя сам процесс сотворения этого мира Господом, несомненно, не имел временного начала, мир этот не вечен. Ведь в противном случае произошло бы изменение в Божественной субстанции, что Ислам не признает возможным. Весь строй мироздания, который мы видим и знаем, имеет начало и конец. Его начало в повелении Господа – «Будь!», а конец – в возвращении этого мира к Богу. Кроме того, Господь способен привести новое творение, которое в Коране называется «халк джадид».

Потому человек должен всегда помнить о природе сотворенного мира, в котором он живет. Мир – это не отдельный от Творца строй, а реальность, которая в каждый момент своего существования основана на помощи и защите Бога. Все законы и весь строй мира – от Бога. Завораживающая гармония созданного мира есть отражение Единобожия. Это явление единого Бога в разнообразном бытии.

Мусульманин не считает законы природы отдельными законами, действующими сами по себе, как будто мир независим в своем существовании. Мусульманин рассматривает эти законы в качестве отражения Божественной мудрости и результата воплощения Его воли. Именно Господь повелел, чтобы Солнце каждое утро вставало на востоке и каждый вечер садилось на западе, чтобы одни существа летали в воздухе, а другие плавали в воде. Замечательно то, что столько айатов Священного Корана указывают на самые глубинные законы, управляющие природой. Коран не вступает в противоречие с познаниями человека о природе и постоянно призывает человека изучать ее и правильно распоряжаться ею. В то же время он предупреждает о необходимости помнить, что знания о ней должны всегда подчиняться цели познания Бога. Следует понимать, что мир сущностно не обладает полной независимостью, а получает свое существование, законы и гармонию из источника всякого бытия, то есть от Бога.

Если глубже подойти к этому вопросу, то можно сделать вывод, что весь мир несет в себе черты «мусульманина», ибо он полностью вверяет себя воле Божьей. Все существа подчиняются своей природе, которую дал им Господь. Например, грушевое дерево всегда будет давать груши, рыба никогда не перестанет быть рыбой, а птица не изменит своей птичьей натуре. Только человек получил возможность восстать против своей вечной, изначальной природы. Поэтому остальной тварный мир постоянно напоминает человеку, что быть настоящим мусульманином означает полностью подчиниться воле Божьей.

Давая человеку возможность властвовать над всем, постигая имена Аллаха, Коран в то же время возлагает на него ответственность за сохранение мира. Человек не должен слепо и безрассудно покорять природу, делая ее послушной себе. Ему следует сосуществовать с нею в гармонии и согласии, находить в ней следы Божественной мудрости и использовать ее для достижения своей высшей цели: быть хорошим мусульманином и вернуться к Создателю. В некотором смысле, сфера нравственных указаний Корана выходит за рамки исключи тельно человеческого общества, включая в себя также флору и фауну, залежи полезных ископаемых и весь неодушевленный мир. Жить в этом мире как хороший мусульманин означает видеть во всем мудрость Всевышнего и заботиться о Его творении так же, как Он заботится о нас и обо всем том, что создал.

Хороший мусульманин должен помнить о том, что Господь всегда был, есть и будет Создателем и Хранителем гармонии, разнообразия и небывалой красоты мироздания. Он дал определенные права и другим Своим созданиям, возложив на человека заботу о них.

Познание загробного мира

Страницы Корана заполнены указаниями на смерть, загробную жизнь, суд Божий над делами людей, конец света и воскресение из мертвых. В Коране и хадисах нет другой темы, которой было бы уделено столько же внимания, сколько загробному миру и воскресению из мертвых. Поэтому разговор об Исламе невозможен без рассмотрения учения о загробной реальности. Эта тема в большей степени затронута в заключительных сурах Корана, но указания на нее рассыпаны по всему священному тексту. В любом из авторитетных сборников хадисов ей выделены целые главы.

Пророк Ислама (С) всегда предупреждал своих собеседников о близости смертного часа. Он, в частности, сказал: «Умрите раньше, чем станете умирать».

Как передается в хадисах от хазрата Али (А), передавшего, в свою очередь, слова Пророка (С), он завещал мусульманам жить так, будто бы завтра их уже ждет смерть, и в то же время так, будто бы они не умрут еще 1000 лет. Пророк Ислама (С) говорил своим собеседникам также и о вечности человеческой души, о суде Бога над людскими деяниями, о том, какие результаты дадут в загробной жизни действия человека в земном мире. С самого начала мусульманские мыслители постоянно думали о проблемах загробного мира, а жизнь каждого мусульманина проходила и проходит под сенью постоянных размышлений об этом.

Начнем данный раздел книги с размышлений о той части исламского учения, которая относится к загробному миру – месту возвращения человека. Итак, Ислам говорит, что кроме жизни в этом мире существует еще и загробная жизнь. Если исключить эту истину, то исламское учение полностью распадется. В жизни всех поколений правоверных мусульман загробная жизнь присутствует в качестве живой и объективной реальности, непреложного факта. Коран говорит человеку: «Мирская жизнь – всего лишь игра и потеха, а последняя обитель лучше для тех, кто богобоязнен»[28]. Коран и Сунна предупреждают человека о том, что Господь наблюдает за нашими делами и воздаст нам за то доброе и злое, что мы совершили. Ближний мир напоминает поле, в которое наши дела падают как семена, а урожай мы снимем уже на том свете. Этот символ в исламской традиции приводится в различных вариантах, в частности в форме такого хадиса: «Этот мир – пашня для загробной жизни».

Человеческая жизнь устроена так, что плоды и последствия наших деяний в земном мире не принадлежат моменту их совершения и не продолжаются только в их непосредственных следствиях, но ввиду бессмертия нашей души уходят и за пределы этого мира. Душа человеческая нетленна – наше существование не прекращается со смертью. Душа продолжает существовать в иных формах, которые зависят от того, какую жизнь вел человек в этом мире и, конечно, от милости Божьей. И здесь снова обнаруживается взаимосвязь между Божественным правосудием и милостью Всевышнего, в чем проявляется мудрое и рассчитанное равновесие. Господь может простить великий грех совершившему его, если тот раскаялся в содеянном. С другой стороны, малый грех, который постоянно очерняет душу (и в котором человек не раскаивается), может оказать такое долговременное отрицательное воздействие, что душа этого человека будет жестоко наказана в загробном мире.

Какой грех считается великим, а какой – малым, какие грехи Господь простит, а какие – нет, какой будет жизнь человека после смерти и т. д. – все это исключительно сложные и непростые вопросы, в которых заключены тайны Божественной милости и правосудия. А посему их нельзя свести к простым закономерностям и правилам. И тем не менее, исламские законы и установления очень просты и понятны. Согласно им, люди, которые хорошо живут, хорошо и умрут. Бытие человека в загробном мире зависит от того, как он провел эту жизнь. Тот, кто строит ее согласно исламским нормам, на том свете счастливо обретет место на одной из ступеней рая. Те же, кто, согрешив, не покается, подвергнется суровым мучениям, о чем также многократно говорится в Коране:

«Их сердца поражены недугом. Да усилит Аллах их недуг! Им уготованы мучительные страдания за то, что они лгали»[29].

«Их обителью станет Геенна. Как же скверно это место прибытия!»[30].

Итак, говоря о познании загробного мира, следует прежде всего иметь в виду, что учение, относящееся к загробной жизни, несет в себе мощный нравственный потенциал: человек должен жить нравственно в этом мире не из страха перед полицией или правительством, а в силу богобоязненности. На благочестии и богобоязненности основаны любовь к Богу и познание Бога. Именно поэтому сказано: «Апофеоз мудрости – страх Божий». Богобоязненность относится не только к величию и могуществу Творца. Это понятие связано с возвышенным положением человека, с бременем ответственности, возложенным на его плечи, с тем, что мы имеем свободу выбора следовать или не следовать Божественному учению. Мы не имеем права опошлять человеческую жизнь под предлогом отсутствия у нас свободы воли, отрицая свое возвышенное положение наместников Бога на земле. Для нас такое невозможно.

У наших деяний будут последствия в грядущем мире, и от этих последствий нельзя убежать. Именно в силу того, что мы люди, наша жизнь полностью не закончится в момент смерти. Бытие нашей души продолжится и после гибели тела. Понимая это, мы должны воздерживаться от дурных дел, которые Коран и Сунна объявляют грехом, и жить в соответствии с волей Божьей.

В более поздних исламских текстах, в частности, в комментариях к Корану и разъяснениях к хадисам, сущность загробной жизни разъясняется очень подробно и детально. Существует множество книг на арабском и других языках, в которых на основе Корана и Сунны – этих двух основных источников Ислама – описываются этапы существования души после смерти человека. Такое же множество традиционных произведений касается состояния человека в момент предсмертной агонии, обрядов подготовки к похоронам и самого процесса погребения, отпевания покойника и чтения соответствующих айатов Корана во время похорон, омовения тела усопшего мусульманина и т. д. Все эти положения связаны с состоянием умершего после смерти. Они должны облегчить его переход из этого мира в другой.

Очень подробные и точные описания трех различных мест пребывания человеческой души после смерти – рай, чистилище (переходный этап) и ад – приведены в этих источниках. В зависимости от того, как мы прожили земную жизнь, все мы окажемся после смерти в одном из этих трех мест, создав своими же руками свое будущее на том свете. Некоторые из этих этапов величественно представлены в Священном Коране, описание других мы находим в хадисах.

Кроме того, в учении о загробном мире затрагиваются проблемы правосудия Господа, моста «Сират», по которому пройдут наши души после Дня воскресения, весов, на которых будут взвешиваться наши добрые и плохие дела, а также другие вопросы. Все это основано на недвусмысленном указании Корана на вечность человеческой души и на существование загробного мира для человека, который имеет не только духовный, но и телесный вид. Телесность загробного мира признается всеми исламскими школами и течениями. В День воскресения из мертвых пред Господом предстанет не только наша душа, но и наше тело.

Говоря о Дне Суда, следует провести черту между тем, что случится в этот День с отдельным человеком, и событиями, которые произойдут со всем человечеством. День воскресения не касается смерти одного конкретного индивида или его состояния в момент смерти. Здесь речь идет о завершении существования человечества – о смерти мира и людей в целом, как они есть сейчас. В исламском учении понятие воскресения («восстания из мертвых») применяется сразу ко всему бытийному миру. Воскрешение произойдет для всех представителей рода человеческого и всего сотворенного Богом. Точнее говоря, в исламских источниках проводится граница между великим «восстанием» бытийного мира (в том числе и человечества) и «малым восстанием» отдельных людей после их смерти. Различные исламские течения ведут между собой дискуссию о том, что происходит между этими двумя событиями. Так как эти теологические проблемы исключительно сложны, мы не станем здесь их касаться.

Коран повествует также о нашем загробном состоянии. Как уже говорилось выше, Ислам полагает, что мир, в котором мы пребываем, не вечен. У него есть начало и конец. После завершения существования этого мира Господь создаст другой, ибо Бог всегда остается Создателем. Наш мир имеет свое определенное начало и получит столь же определенный конец, который будут предвещать известные события. Согласно Сунне, важнейшим из этих событий станет появление человека по имени Мухаммад Аль-Махди (да ускорит Аллах его приход!). Пророк (С) сказал: «В то время, когда земля погрязнет в угнетении и несправедливости, явится человек из моего рода, имя которого будет как мое». На основе этого хадиса мусульмане – как шииты, так и сунниты – полагают, что однажды придет человек по имени Махди (что означает «направитель», «ведомый»), который уничтожит весь гнет и несправедливость, восстановит господство Ислама и вернет в мир правду. Но время его правления будет очень коротко, а после него последует второе пришествие Христа (мир с ним!).

Ислам и христианство имеют одинаковое мнение по вопросу второго пришествия Христа (А), ибо мусульмане не отрицают этот христианский постулат. Мусульмане, как и христиане, согласны с тем, что второе пришествие Христа (А) состоится в Святом городе Иерусалиме, и здесь же произойдут все события восстания из мертвых. Но, в отличие от христиан, мусульмане рассматривают явление Христа и Махди (А) во взаимосвязи, как часть серии великих событий конца мира. Если Махди (да ускорит Аллах его приход!) будет некоторое время править землей, то второе пришествие Христа (А) ознаменует собой завершение текущей истории человечества и конец времени в том смысле, в каком мы обычно его себе представляем. История подойдет к концу, состоится воскресение из мертвых и Страшный Суд, где Господь установит дурные и добрые дела людей и распределит их между раем, чистилищем и адом. После этого закроется книга истории ветхого бытия. Эти сложные и насыщенные события имеют огромное значение для Ислама, и даже Пророк (С) не мог с точностью сказать, когда же они состоятся. От Пророка (С) приводится один хадис, в котором сказано: «Утверждающие, что они могут предсказать день Страшного суда, – лжецы». Тем не менее, все мусульмане уверенны, что однажды история человечества подойдет к концу. Тогда Господь, как молния, сверкнет над нашим пространственно-временным сознанием, станет непреложной окончательная гибель человечества, и люди получат воздаяние за все свои дела в этом мире.

Основные моменты этого учения обычно не проявляются в повседневной жизни мусульман, которые, конечно, не размышляют постоянно на данные темы. Только религиозные философы и мистики погружаются в раздумья о высшем значении подобных вещей. Но смысл таких наставлений (с точки зрения их результатов) как раз и заключается в том, чтобы мусульмане думали об этом. Все мы – простые люди и религиозные ученые, цари и нищие – когда-нибудь умрем. А посему реальность смерти, как и того, что произойдет после нее, должна занимать умы и сердца всех представителей рода человеческого. Не только мусульмане, но и большинство других людей, независимо от своей религии, неизбежно думают о смерти и завершении нашего бренного существования.

Если взять в целом исламское учение, то важнейшим его уроком, который всегда следует иметь в виду, является признание посмертного воздаяния в качестве результата нашей жизни в этом мире и нашей ответственности перед Богом за свои дела. Обладая ценным даром человеческой жизни, в которой Божественная милость даровала нам свободу действий и принятия решений, мы должны принимать Божественное учение не в силу принуждения, а по собственной воле. Если абстрагироваться от существования загробного мира, то утратят свою обязательную, предписывающую силу и многие другие части религии. Тогда исчезло бы всякое духовное стремление – основная часть человеческого бытия в этом мире. Ведь, несмотря на земные успехи человека, совершенно ясно, что все они в конце концов обратятся в ничто. Величайшие достижения отдельных людей и целых цивилизаций увядают и превращаются в тлен. Только при условии познания истины о загробном мире, в котором обеспечивается вечное присутствие результатов человеческой деятельности, устраняется эта абсурдная ничтожность наших деяний. Становится ясно, что человечество создано для бессмертия.

Простой мусульманин живет с надеждой на то, что сразу же после смерти попадет в рай. А посему он старается жить по шариату, проявлять сострадание и милость, воздерживаться от лжи, не обманывать и не клеветать, не совершать других больших грехов, как то самоубийство или многобожие (которое считается в Исламе величайшим из грехов). Как мы уже говорили, в исламском учении существует замечательное равновесие твердости и непреклонности Божественных законов, с одной стороны, и милосердия, всепрощения Бога – с другой, что выражается в таких Его именах, как Милостивый, Милосердный и Всепрощающий.

Господь требует от человека приверженности нормам нравственности и богобоязненности, но, зная о слабости Своих созданий, Он проявляет к ним снисхождение. Традиционная исламская жизнь на протяжении веков шла по этим законам равновесия, которые проявлялись в понятиях правосудия и милости. Поколения мужчин и женщин, многие из которых являлись образцами набожности и добродетели, прожили свою жизнь в страхе Божьей кары и в надежде на Его помилование. Они предложили исламскому обществу такую добродетельную мораль, которая всегда была отражением реальностей загробного мира. Точно так же и в том мире найдут свое проявление все наши дела, совершенные в мире этом – мире времени и пространства. Эхо сделанного здесь будет звучать и там.

Глава 3. Шариат

Шариат, или исламский закон, занимает в нашей религии центральное место. Можно сказать, что мусульманин – это человек, который признает правоту шариата, хотя, быть может, и не в состоянии выполнить все его предписания и установления. Согласно неоспоримым исламским принципам, шариат есть объективное воплощение Божественной воли для человеческого общества. Только Господь является Высшим Законодателем. Только Его законы постоянны и имеют неоспоримую обязательность. Но это не означает, что шариат не может развиваться в соответствии с требованиями времени и потребностями общества так же, как растет дерево, несмотря на крепость и устойчивость своих корней и ствола.

Шариатские принципы приведены в Священном Коране, но в этой Божественной книге мы находим только самые общие положения. Для того же, чтобы познать шариат во всех его деталях и особенностях, следует обратиться к текстам хадисов и Сунны Пророка (С), который своими словами и делами разъяснил волю Всевышнего исламскому сообществу. Поэтому Сунна и хадисы от Пророка (С) являются вторым основным источником исламского права, наряду со Священным Кораном.

Первоначальное исламское общество жило с сознанием этих двух реалий. Коран всегда присутствовал в жизни этих людей и управлял ею, а Сунна Пророка (С), которой подражали первые последователи Ислама и соратники его, еще была настолько жива и близка, что вся умма оказывалась как бы погруженной в нее. В то время еще не существовало упорядоченных богословских школ. Комментарии к шариату не были классифицированы и распределены по главам, как это произошло позднее, но шариат уже являлся живой реальностью. Для первых поколений мусульман со всей очевидностью проявлялась роль шариата и его влияние на образ жизни, дела и поступки людей, способы решения споров, на торговые сделки и – прежде всего – на религиозные дела. Таким образом, последующие поколения мусульман получили образец для подражания. Собственно, именно опасение того, что другие поколения постепенно отойдут от источника Божественного откровения, забудут просветленный пример Пророка (С) в качестве самого совершенного воплощения религии, наилучшего проповедника и комментатора Божественного закона, заставило в свое время исламских богословов и ученых оформить и кодифицировать шариат в соответствии с воззрениями различных школ и течений.

Итак, Ислам в качестве религии, которая должна была охватить собою все человечество, а не только один конкретный народ, нуждался в том, чтобы найти пути развития в себе различных комментариев и толкований Божественного закона. В результате исламские богословы на основе Корана и Сунны нашли способы извлечения выводов из различных источников. Кроме того, постепенно стали использоваться и такие методы, как «иджма‘» (совокупное мнение богословов), «кийас» (индукция), «истислах» (требование блага общества) и т. д.

Первым великим учителем шариата был Имам Джафар Садик (А), который происходил из рода Пророка Ислама (С). Этот Имам (А) пользуется уважением как у шиитов, так и у суннитов. Имам Джафар Садик (А) являлся наставником Абу Ханифы, основателя одной из четырех суннитских богословских школ – ханифитской, сохранившейся до наших дней.

Живший во втором веке по хиджре, Имам Джафар Садик (А) сам был основателем фикха шиитской имамитской (признающей 12 имамов) школы, известной под названием джафаритского фикха. Богословы, жившие после Имама Садика (А), постепенно распространили шариат среди суннитов и шиитов; особенно большие усилия в течение двух последующих веков были предприняты среди суннитов. В результате этих усилий появились основные школы, которые и сейчас существуют в исламском праве:

• школа Ибн Малика, известная под названием «маликитская»;

• школа Ахмада ибн Ханбаля (ханбалитская школа);

• школа Абу Ханифы (ханифитская);

• школа Шафии (шафиитская школа).

Среди суннитов появились и другие течения (например, «захиритская школа»), однако они постепенно сошли на нет, и остались только упомянутые выше течения.

В наше время ситуация в исламском мире такова:

• Жители Северной и Западной Африки придерживаются маликитского толка, который в наибольшей степени приближен к той богословской традиции, которая существовала в Медине.

• Многие сирийцы и жители Саудовской Аравии являются последователями ханбализма, который в суннитской среде наиболее строго придерживается Корана и Сунны и, в противоположность другим школам, не только не опирается на другие принципы и не доверяет им, но и отрицает их.

• Большинство египтян и мусульман Юго-Восточной Азии (Малайзия и Индонезия) являются приверженцами шафиитской толка.

• В Турции и на большей части полуострова Индостан распространен ханифизм, который в свое время являлся официальной богословской доктриной Османской империи.

• Джафаритский толк остается единственной школой фикха в имамитском шиизме: он распространен во всех землях, где проживают шииты (Иран, Ирак, Ливан).

• Существуют также зейдитская и исмаилитская школы: зейдиты живут в Йемене, а исмаилиты – в Индии, Пакистане, Иране, Восточной Африке; также небольшими группами в Сирии, Египте и на Западе.

Содержание шариата

В старых произведениях, посвященных шариату, он делится на разделы, относящиеся к религиозному поклонению и к экономическим делам. Анализируя темы, которые стали предметом этих разделов, можно со всей ясностью обнаружить, что шариат регулирует не только вопросы религиозной жизни индивида или общества, но и все стороны человеческой жизнедеятельности в ее экономическом, социальном и политическом преломлениях. Первая часть шариатских установлений, касающаяся различных аспектов религиозного поклонения, трактует такие основополагающие действия, как намаз, пост, хадж, закат и – как уже говорилось выше – иногда джихад (в значении благих усилий и стараний во имя Господа, хотя на Западе это понятие обычно неверно истолковывается как «священная война»).

Все шариатские школы включают в себя подробное учение о действиях, посвященных поклонению Господу. Обычно намаз выделяется в отдельные главы или разделы шариатских книг или даже отдельные книги фикха. В этих книгах рассматриваются вопросы омовения перед намазом (вуду), чистоты тела, необходимого состояния ума и сердца для намаза, практических действий при его выполнении и слов, которые должны при этом произноситься; рассматриваются также виды намазов, как то ежедневный пятикратный намаз, пятничный намаз, общий намаз, намаз по различным случаям, имеющим отношение к исламской традиции (например, намаз по случаю праздника разговения после поста ‘ид аль-фитр (ураза-байрам), «намаз страха», «намаз потребности» и т. д.). В таких книгах обычно имеются главы, повествующие об очень тонких моментах, связанных с обеспечением правильности намаза с шариатской точки зрения. Условия правильности намаза могут быть внешними (например, ритуальная чистота или принадлежность предметов, необходимых для намаза, совершающему этот обряд) и внутренними (совершающий намаз должен быть трезв и уравновешен духом; ему необходимо совершать намаз с чистыми помыслами и внутренней сосредоточенностью на Боге).

Эти условия необходимы и для других религиозных обрядов и ритуалов. Главы богословских книг, посвященные посту, с одной стороны, трактуют о внешних предпосылках и условиях поста (например, время его начала и окончания, пост для находящихся в пути и больных; другие дни года, когда можно и даже желательно поститься либо, наоборот, делать это не дозволено; иные требования, которые должны соблюдаться в месяц рамазан наряду с воздержанием от еды, пищи и половых сношений). С другой стороны, мы находим в этих книгах внутренние условия и предпосылки поста, в частности, очищение своих представлений о других людях, воздержание от плохих мыслей, злословия, лжи и обмана. Труды, посвященные исключительно посту, рассматривают такие вопросы, как его социальные и благотворительные аспекты, в которые входят, в частности, подаяния бедным, выделение пищи соседям, обязательное подношение в праздник ‘ид аль-фитр по случаю окончания поста в месяц рамазан.

Главы, разделы и целые книги о хадже рассказывают об очень сложных обрядах, связанных с этой религиозной обязанностью, начиная с экономических предпосылок, гарантирующих достаточную состоятельность человека для хаджа (наличие необходимых средств для жизни семьи как минимум в течение года, отсутствие по близости соседей, которые настолько бедны, что им даже нечем поужинать), и других условий, и заканчивая непосредственно обеспечением самого хаджа и надеванием ихрама (специальной одежды паломника). В этих текстах указываются все виды намаза, все обряды и ритуалы, в частности таваф (обход) вокруг Каабы, стояние на горе Арафат, побиение камнями идолов, дьявола или его образа, бег между Сафа и Марва, жертвоприношение в конце хаджа и т. д. После обсуждения внешних условий, предпосылок и действий хаджа снова приходит черед внутренних условий и предпосылок, ибо у всех религиозных обрядов есть внешние и внутренние стороны. В отношении хаджа духовные, внутренние стороны состоят в следующем: отрешение от мира, просьба о прощении и помиловании у Господа; сознание того, что, как в День воскресения из мертвых, все правоверные абсолютно равны перед Богом, а посему – отказ от высокомерия, забвение социальных различий, основанных на внешних факторах. Внутренние стороны этого обряда включают в себя также приближение к Богу в результате паломничества к Дому Его; в результате этого появляется чувство очищения и райской непорочности, которое было свойственно Адаму, прародителю рода человеческого (мир с ним!), ощущается причастность к бескорыстной вере Ибрахима Искреннего (мир с ним!). И другие подобные возвышенные чувства охватывают человека при этом обряде.

Что касается религиозных податей (заката), то в джафаритском фикхе к ним прибавляются и другие виды платежей, в частности, хумс. Относительно военных трофеев и контрибуций написаны по большей мере отдельные книги, основанные на взглядах различных суннитских богословских школ. В этих книгах разъясняется основное экономическое и социальное значение религиозных налогов. Там говорится, в частности, о том, какие товары подпадают под налогообложение и как следует взимать эти налоги; объясняется разница между закатом и другими видами налогов, например, джизьей, которую платят последователи других небесных религий за право спокойно и безопасно жить под охраной исламского правительства.

В отличие от предыдущих обрядов и религиозных обязанностей, джихад не во всех шариатских школах становится объектом отдельных разделов и глав фикха. Впрочем, все эти течения подробно трактуют вопрос о необходимых условиях для объявления объективного, внешнего джихада. Большинство исламских правоведов полагает, что когда возникает опасность для исламского общества или появляется угроза для границ исламского мира, следует отдать приказ о начале джихада и непримиримо и непрестанно сражаться с дьявольскими силами. В целом, положения о религиозном поклонении в шариате подробно и ясно объясняют внешние и внутренние условия, необходимые для совершения различных видов поклонения, причем делается это на основе принципов, заложенных Господом для человечества в Священном Коране, а также тех принципов, которые обнародовал Пророк Ислама (С) и которые приняты Всевышним.

Мораль и право

Шариат находится в тесной связи с проблемой морали. В Исламе мораль не является абстрактным, умозрительным идеалом. Конечно, здесь делается акцент на том, чтобы человек был хорошим, умел прощать и обладал благими мыслями, однако эти добродетели объективно и осязаемо охарактеризованы в самом шариате. Все принципы нравственного поведения и все стороны морали в общем, принципиальном плане обрисованы в Коране, но их конкретное толкование мы находим в шариате. Из шариатского учения можно понять, каким образом воплощается моральный принцип справедливости в конкретные человеческие дела. В Исламе человек сам не принимает решения о том, что считается справедливым или милостивым: он обращается к повелениям Всевышнего, хотя большое значение придается и роли совести, которую Господь заложил в человека. Шариат предложил определенные принципы, касающиеся некоторых основных деяний человека, но предоставил голосу совести находить более частные подтверждения их в делах людских на основе исламского учения о морали и нравственности. В противоположность некоторым утверждениям, в исламской морали нет никаких слепых, механических и бездушных наставлений. Конечно, Ислам дал конкретные и определенные указания, которые должны быть в поле зрения человека, но в то же время он оставил последнему широкое поле деятельности, дабы он сам в качестве разумного раба Божия, обладающего способностью отличать доброе от злого, применял в своей жизни исламские моральные принципы.

У каждого мусульманина есть обязанности по отношению к Богу, а также к самому себе, к своей семье, своим близким и к окружающим, под которыми в конечном итоге можно подразумевать всю исламскую умму. Если посмотреть на этот вопрос шире, то у мусульман есть обязанности в отношении всего человечества и – еще шире – всего созданного Богом мира. В шариате даются ясные наставления касательно этих обязанностей. Что есть «право Аллаха»? Это право прежде всего означает, что длань Господня владеет нашим духом, а потому мы должны вверить свою душу и плоды своих деяний Всевышнему. Данный вопрос по-разному, прямо и косвенно рассматривается в богословских книгах и трудах по шариату, прежде всего в комментариях к Корану, ибо Коран – это источник неисчерпаемого знания.

Человек сам по себе не обладает ни одним правом; но если он выполнит обязанности, оговоренные заранее в его завете («договоре») с Богом, то Господь даст ему определенные права. Согласно этому «договору», человеку предоставлены, с одной стороны, актуальные и потенциальные силы и возможности, а с другой – наложены обязательства, которые он взамен несет перед Всевышним: признание единства Бога, поклонение Богу и все дела, которые относятся к его обязанностям в качестве наместника Всевышнего на земле. Поэтому у человека есть обязанности и по отношению к самому себе. Он должен сохранять здоровье своего тела и не имеет права на самоубийство; должен заботиться о своей вечной душе и постоянно думать о ее спасении; должен нести бремя наместника Бога на земле, согласившись на принятие всех тех благ, что Господь даровал ему как человеку.

У человека есть и определенные обязанности перед своей семьей. Ислам неоднократно подчеркивает важность семьи, необходимость уважения к родителям и родственникам. Семья считается основной составной частью общества вместо племени, рода и любой другой социальной единицы, существовавшей на Аравийском полуострове до Ислама. Наставления об обязанностях человека по отношению к родителям, детям, близким и родственникам имеются в Коране и хадисах, но в шариате они обрели официальную богословско-правоведческую форму. Некоторые из упомянутых обязанностей имеют экономический характер (например, вопросы наследства и т. д.) Другие касаются заботы о семье, доброго отношения к ее членам и их защиты.

Точно так же у человека имеются обязанности в отношении своего непосредственного окружения, которое начинается с первого же соседа. Традиционное исламское общество создает среди мусульман очень сильное чувство «соседства». Ведь прямое окружение всегда ощущается и чувствуется человеком. Личные контакты с соседями – это основа осознания того, что существует более широкое общество, которое включает в себя в конечном итоге всю умму. Наконец, после исламского общества возникает ответственность за все человечество. Шариат дает наставления и предписания о том, как вести себя с другими сынами человеческими (другими народами), хотя основная часть небогословских отношений с последователями других религий рассматривается в других сферах исламской мысли, которыми мы еще займемся.

И наконец, в шариате даются указания по поводу связей человека со всем мирозданием, сотворенным Всевышним. Они говорят о том, как ему следует относиться к животным и растениям, к воде и земле и в целом к сущему. Человеку дано повеление заботиться обо всех составляющих Божественного творения. Шариат отвергает его слепую власть над другими Божественными созданиями и их безжалостную эксплуатацию без принятия во внимание их прав и обязанностей человека перед ними.

Торговые сделки

Важная часть шариата относится к социально-экономическим и политическим вопросам. Эти вопросы обычно фигурируют под общим заглавием «Торговые сделки». Впрочем, политические вопросы в шариате могут и не рассматриваться непосредственно под этим названием. Тем не менее, в рамках целей и задач нашей книги мы могли бы коснуться социально-экономических и политических вопросов шариата в качестве части, отличной от первой, которая называлась «Религиозное поклонение».

Общество

Ислам предусматривает создание такого общества, в котором между всеми его членами установятся близкие и искренние отношения, основанные, с одной стороны, на признании всеми себя рабами Божьими, а с другой – на искренних братских связях между людьми. В арабском языке слово ухувват («братство») несет в себе настолько сильное содержание, что в исламском обществе мужчины обычно называют друг друга «брат» или «брат мой», а женщины, соответственно, – «сестра» или «сестра моя». В этих обращениях подчеркивается принцип единой исламской семьи.

Можно сказать, что социальная реальность исламской уммы, о которой говорится в Коране и хадисах и которая в значительной степени была реализована в традиционном исламском мире в меру его возможностей, основана на двух столпах:

1) мусульманский народ (умма), образующий широкое исламское общество, которое нельзя ощутить непосредственно; ведь никто непосредственно не видит целостность уммы, но все внутренне чувствуют ее;

2) непосредственно семья.

Наверное, можно сказать, что именно эти два «полюса» – умма и непосредственная (малая) семья – составляют самые важные черты социальной реальности Ислама. Вокруг этих двух полюсов формируется вся его общественная структура.

Конечно, существуют и другие социальные единицы, например, государство, племя, род, город, профессиональный цех, военные круги, ордена (суфийского) духовенства и т. д. Несомненно, они также имеют большое значение. Некоторые из социальных явлений, связанных с этим делением, например, племенной фанатизм, противоречат универсалистской сущности Ислама. Другие же, в частности, профессиональные группы или ордена духовенства, имеют прочные основы в самой исламской традиции. Впрочем, с социальной (но не политической) точки зрения, все эти деления на общественные группы имеют второстепенное значение по сравнению с такими столпами, как умма и семья.

Ислам делит человечество не по расовому, этническому или языковому принципу, а на основе принадлежности к религии. Поэтому с мусульманской точки зрения тем, что отличает один человеческий коллектив от другого, является не принадлежность его членов к черной, белой или желтой расе, к арабам, иранцам или русским, а то, исповедуют ли они Ислам, христианство, иудаизм, зороастризм либо другую религию – иными словами, принадлежат ли они к умме (пастве) Иисуса Христа (А), Моисея (А) или Пророка Ислама (С) или к какой-либо другой религиозной общности. Даже о загробном мире Ислам говорит, что в день восстания из мертвых каждая группа сынов человеческих соберется вокруг того Пророка, религию которого она исповедовала. А после этого они уже предстанут перед Богом. Слово «умма» обычно по умолчанию означает именно исламскую умму. Но следует обратить внимание на то, что с исламской точки зрения, может быть не одна «умма», а несколько.

Забота об умме всегда была делом первостепенной важности для мусульман, и это при том, что принцип политического единства получил свое реальное воплощение только в самом начале исламской истории. Однако, несмотря на политическую раздробленность на протяжении всех прошедших веков, умма как объективная реальность сохранялась, и невидимые нити продолжали связывать между собой всех мусульман – арабов и иранцев, малайцев и китайцев, белых и черных, африканцев и европейцев, азиатов и американцев. Эта связь и есть живое воплощение того самого чувства, которое, по-арабски называется «ухувват» – братство.

Семья

Что касается другого столпа общества с точки зрения Ислама – семьи, – то более всего подчеркивает необходимость сохранения ее основ. Как уже говорилось ранее, в Исламе под семьей подразумевается не та новая атомарная структура, которая существует на Западе, включая в себя только мужа, жену и ребенка. В Исламе речь идет о более широкой общности, включающей в себя бабушек и дедушек, теток и дядей, племянников и племянниц, двоюродных братьев и сестер и т. д. Таким образом, вокруг человека создается структура из людей и социальных связей, которая позволяет ему обрести твердую идентичность. В исламском подходе к семье особую значимость имеет уважение к родителям, что подчеркивается в Священном Коране:

«Вы не будете поклоняться никому, кроме Аллаха; будете делать добро родителям, а также родственникам, сиротам и беднякам»[31].

Подчеркивается также и необходимость сохранения внутрисемейных связей. Это правило значимо до такой степени, что посещение членов семьи, близость к ним и сохранение внутрисемейных уз считается одной из религиозных обязанностей каждого мусульманина и мусульманки.

В значительной степени вследствие гармонизирующей роли, которую семья играет в исламском обществе, подчеркивается необходимость вступления в брак и отказа от холостячества. Одной из причин многоженства, которое Ислам дозволяет при соблюдении ряда условий, является именно то, чтобы женщины, мужья которых погибли в войнах или в природных катаклизмах, а также женщины, которые не смогли найти себе неженатых мужчин, смогли войти в рамки семьи. Реалистичный исламский подход, основанный на важности семьи, предписывает многоженство в тех случаях, когда экономические потребности и социальные реалии не позволяют одинокой женщине каким-либо другим способом включиться в орбиту семьи. Ведь жизнь человеческого общества такова, что в войнах и других происшествиях гибнут в основном мужчины, причем они в силу естественных причин и живут меньше женщин. С учетом того, что Ислам делает такой сильный акцент на брак (как говорится в одном хадисе от Пророка (С), «брак – это половина религии»), и так как в большинстве случаев женщин в обществе больше, чем мужчин, многоженство дозволено при условии, что мужчина сможет справедливо и равноправно обращаться со своими женами и сможет всех их материально содержать.

Здесь следует сказать, что развод в Исламе разрешен (в отличие от традиционного христианства, где развод считается недозволенным актом). Но в одном из хадисов говорится, что Господь из всех дел, которые Он разрешил, более всего ненавидит именно развод. Шариат принимает развод только при том условии, что продолжение совместной жизни женщины и мужчины уже ни в коем случае не возможно. Когда мужчина и женщина доходят до такой степени отчаяния и взаимной неприязни, что сохранение семьи становится немыслимо, тогда они могут расстаться друг с другом, чтобы каждый пошел своим путем. Но, несмотря на наличие такого разрешения в Исламе и на то, что развод запрещен в христианстве, в реальности количество разводов в исламском обществе никогда не могло сравниться с тем, что происходит на Западе в Новое время. Следовательно, разрешение развода в Исламе отнюдь не означает ослабления семейных уз.

Для более полного понимания исламского учения об обществе следует обратить внимание на ключевую, центральную роль семьи и уважение к родителям, особенно к матери (как сказано в одном хадисе, «рай лежит под ногами матерей»), в этом учении. Ислам также отводит ключевую роль отцу, который одновременно является главой, слугой и имамом семьи, ее религиозным столпом: ведь большинство религиозных обрядов в семье проводится под его руководством. Важно рассмотреть и ответственность за других членов семьи: «большая семья» должна заботиться о тех родственниках, которые испытывают бедность и лишения (вдовы, сироты) или сталкиваются с серьезными трудностями. Все эти акценты в исламском учении очень важны. Именно благодаря им сохранилась здоровая и прочная структура исламской семьи, несмотря на все бурные изменения, произошедшие в течение последних двух веков в связи с началом эпохи модернизации.

Исламское учение в своей социальной части охватывает и тех лиц, которые в силу каких-либо причин утратили необходимый социально-экономический базис и возможность для продолжения нормальной жизнедеятельности в обществе. В Исламе много говорится о поддержке сирот. Священный Коран неоднократно подчеркивает необходимость доброго обращении с сиротами и заботы о них. Ведь и сам Пророк (С) был сиротой и воспитывался своим дядей. Кроме того, в Исламе делается такой сильный упор на выделение пищи нуждающимся, заботу о правах и состоянии соседей, как и о потребностях всех членов общества, что, как говорится в одном хадисе, все человечество (сыны рода Адамова) считаются как бы членами одного общего тела. Это исламское положение навеки запечатлено в известном стихотворении Саади, который сказал:

Сыны Адама суть члены единого тела,

Из одной природы созданы;

Если боль вдруг поразит одного из них,

То и другие не останутся в покое.

Конечно, в любом обществе всегда находятся жестокосердные и бесчувственные люди. Были они и в исламском мире. Да и трудно себе представить, чтобы это учение соблюдалось на протяжении всей истории во всех странах, осененных светом Корана. Тем не менее, данный момент составляет центральную часть исламского учения об обществе. Собственно, вызывает удивление не то, что некоторые не соблюдают этих положений, а то, что так много людей их соблюдают. Ведь на протяжении исламской истории было построено столько домов престарелых и сирот исключительно на деньги от пожертвований и добровольных взносов и дарений. Эти пожертвования делались людьми в силу их уважения к исламскому призыву помогать бедным и нуждающимся.

Забота о соседях и уважение их прав также традиционно играет большую роль. Постепенно в большинстве исламских городов сложились такие соседские связи, что соседи стали считаться как бы второй семьей, а принадлежность к какому-либо городу или кварталу превратилась в разновидность религиозных обязательств со своими особыми нравственными добродетелями, как то защита порядка, имущества и жизни земляков. В исламской истории были такие группы мужчин, которые, обладая непоколебимым нравственным достоинством, следили за сохранностью жизни и имущества всех своих соседей по кварталу, а женщины могли свободно и безбоязненно в любое время дня и ночи выходить из дома. Поражает тот факт, что богобоязненность и уважение к Божественным законам в исламском обществе были настолько велики, что даже теперь, несмотря на ослабление традиционных общественных уз во многих исламских городах, безопасность нахождения на улице в этих городах в ночное время (даже в самых бедных районах) намного выше, чем на Западе, где люди в целом живут много богаче и причин для грабежей и нападений должно быть меньше.

Итак, в шариате представлены нормы, относящиеся к идеальному обществу. Даны категоричные приказы о том, как надо действовать согласно исламскому учению; их нарушение ведет к наказанию по шариату. Впрочем, некоторые из этих норм, например, доброе отношение к соседям, относятся исключительно к нравственным принципам, а другие (запрещение воровства, нарушения прав соседей, нападений на людей) – должны в случае несоблюдения караться по всей строгости закона. Тем не менее, основным сдерживающим фактором, который упрочил действенную силу исламских предписаний, было не только наличие специальных сил правопорядка («мухтасибы», полиция – «шурта»), но и в первую очередь постоянное внутреннее убеждение человека в том, что Господь все видит и в Своем могуществе и величии будет судить все человеческие дела и поступки.

Экономика

Экономическое учение Ислама в Коране, хадисах и на практике тесно переплетено с его социальным учением. Семья не только защищает своих членов с экономической точки зрения, но и представляет собой определенный общественный институт. Умма также является важнейшим экономическим институтом, ибо большая часть финансовых, товарообменных и других экономических сделок мусульман на протяжении исламской истории происходила в рамках исламского мира – «Дома Ислама». Это не означает, что они совершенно не вступали в экономические отношения с немусульманами. Дело в том, что большая часть сделок совершалась именно среди мусульман, будучи сопряженной с принципами богобоязненности и добродетелью, свойственной всем экономическим отношениям именно внутри исламской уммы. Некоторые обычаи и ритуалы, в частности, хадж, который собирает в Благородную Мекку верующих со всех концов исламского мира, не только позволяли обмениваться духовными благами между различными концами этого мира (что сопровождалось и обменом товаров), но и облегчали заключение экономических сделок. Исламское экономическое учение всегда было неотделимо от нравственности и основывалось на принципе справедливости: справедливости в недопущении чрезмерной концентрации богатств в ущерб определенному классу или группе людей, справедливости в соответствии между заработной платой и работой, а также справедливости в запрещении злоупотребления капиталом и доходом.

Сложное и многогранное исламское экономическое учение основано на нескольких основных принципах, о реализации которых в течение нескольких веков было очень много дискуссий, но сами эти принципы признаются практически всеми крупными факихами (исламскими правоведами). Первым и наиважнейшим принципом является тот, который относится к собственности, которая, в конечном итоге, принадлежит Всевышнему. Человек получает право частной собственности, будучи Его наместником на земле. Это означает, что, хотя частная собственность и является привилегией, данной Богом человеку, в то же время она представляет собой священное право от Бога, а посему ни одно правительство или социальная группа не могут лишить человека этого права, за исключением особых случаев, когда это может быть сделано на основе законов, взятых из шариата.

Второй важный принцип – это принцип соотношения между личными усилиями, работой человека и накопленным им богатством. Сюда же входит и важность соучастия в риске потери богатства в каждой конкретной экономической сделке. Запретность получения ростовщической прибыли («риба») в исламском шариате обусловлена этим ясным айатом из Корана:

«Те, которые пожирают рост, восстанут, как восстает тот, кого сатана поверг своим прикосновением. Это – потому, что они говорили: “Воистину, торговля подобна росту”. Но Аллах дозволил торговлю и запретил рост»[32].

На этот счет существуют и хадисы. Поэтому исламские богословы и законоведы всегда считали ростовщический процент недозволенным способом обогащения. Данное запрещение действует не только в отношении ростовщического процента с прибыли, но и любого другого вида обогащения, когда определенная сумма денег поступает в распоряжение человека, который не принял на себя риск потери капитала в сделке. Если же человек вложит средства в покупку и продажу товаров и даже получит за счет этого большую прибыль, эти деньги будут считаться дозволенными и разрешенными (халал).

Еще одной важной особенностью экономического учения Ислама является то, что оно непосредственно принимает во внимание человеческие отношения в экономической жизни. На протяжении всей истории Ислама экономическая жизнедеятельность и сопутствующие ей межличностные связи были основаны на взаимном доверии и гуманном подходе друг к другу. В традиционном исламском образе действий нет и следа от той нечеловеческой обезличенности экономической жизни, которая является одной из самых ярких отличительных особенностей современного мира. «Базар», на котором совершается основная часть экономической деятельности исламского мира, всегда, в том числе и до некоторой степени в настоящее время, был местом, где господствовало чувство доверия, уверенности в надежности партнера (аманат), прямые человеческие отношения, богобоязненность, возможность привести в движение людские отношения даже на абсолютно безличностной, неодушевленной и объективной основе (а ведь в современном мире, при новом экономическом порядке в условиях ожесточенной конкуренции крупные бездушные экономические структуры во имя получения прибыли могут растоптать малых и частных предпринимателей, не обращая внимания на потребности людей).

Традиционная экономическая деятельность в исламском мире опиралась преимущественно на одного человека или одну семью, причем семья и экономическое предприятие были обычно неотделимы друг от друга и способствовали взаимному укреплению. Многие из добродетелей, присущих семье, о которых мы упоминали ранее, таким образом начинали воздействовать и на хозяйственную жизнь общества. В экономической деятельности всегда имелось «человеческое измерение» и чувствовались присутствие и контроль со стороны Всевышнего. Эта деятельность была неотрывна от морали и нравственности. Экономическая философия Ислама основывается на важности стараний, прилагаемых для обеспечения жизни, на отрицании лени, соединении упования на Бога и собственных усилий, рассматривая работу по обеспечению жизненных потребностей для себя и своей семьи в качестве религиозного долга.

Работа, или «благое деяние», в экономическом аспекте всегда рассматривалась в связи с религиозными обязанностями. Она никогда не отчуждалась от намаза. Имеется множество предписаний, основанных на хадисах и комментариях к Корану и раскрывавших эту истину. В этих источниках подчеркивается, что человек несет обязанность по добыванию средств к существованию так же, как он должен ежедневно пять раз читать намаз. Именно поэтому во всех аспектах традиционной экономической жизни в исламском обществе неотъемлемо присутствует религиозный элемент. Это придает ей смысл и наполняет ее моральным духом, отличным от того, что мы видим в экономике современного мира. Часть этих особенностей и сегодня можно наблюдать в отдельных регионах современного исламского мира, но, естественно, по мере забвения многих исламских заветов и предписаний о хозяйственной жизни эти вопросы также сходят на нет.

Политика

Что касается исламского политического учения, то представляется, что Господь по Своей мудрости предпочел не давать в Коране ясные и однозначные указания относительно создания единого политического института, которому можно было бы без всяких изменений подражать в течение веков. Тем не менее, в Коране упоминаются некоторые важные политические принципы, как, например, то, что настоящим властителем мира является Господь и вся власть в конечном итоге принадлежит Ему. Во-вторых, Пророк (С) в качестве основателя первого исламского общества был в то же время и первым правителем этого общества, а, следовательно, и примером для подражания в политических вопросах для последующих поколений. Можно сказать, что он был «Пророком-султаном[33]», то есть обладал не только религиозной, но и политической властью.

В-третьих, в результате этой связи в Исламе религия и политика всегда были слиты вместе. В противоположность христианству, Ислам не разделяет «Богово» и «кесарево». Какой бы образ ни приняла политическая власть в Исламе, она будет иметь важную религиозную сторону. Религия и политика на протяжении всей истории Ислама находились в тесной связи друг с другом, и это положение дел изменилось только в Новое время, когда многие мусульманские страны стали подражать взглядам и идеям, берущим свое начало во Французской революции, а также в Октябрьской революции 1917 г. Тем не менее, даже в странах, подпавших под это влияние, религия все-таки полностью от политики не отделяется.

Традиционное исламское учение о политике постоянно пытается найти путь осуществления того образца, который заложил Пророк Ислама (С), дабы правление в человеческом обществе находилось в тесной связи с религиозным учением, почерпнутым из Корана. Именно поэтому большинство мусульман, известных как сунниты, обобщили понятие халифата, который начался с Абу Бакра и включал в себя правление четырех праведных халифов – Абу Бакра, Умара, Османа и Али. Праведные халифы были не пророками, законодателями или передатчиками Слова Господня (Корана и шариата), но правителями исламского мира, преемниками и заместителями Пророка (С). В противоположность суннитам, шииты, составляющие меньшинство мусульман, полагают, что правление должно было перейти в руки Имамов из рода Пророка (С). В обоих случаях политическая власть в соответствии с исламским учением не отделяется от религии, обретая свою легитимность только в ней.

Что касается того, как развивался халифат и другие политические институты после праведных халифов, то следует сказать, что важнейшие династии халифов – Омеййяды и Аббасиды – пришли к власти по-разному, но с опорой на принцип династической наследственности. В то же время религиозная сущность халифата сохранялась в абсолютной неприкосновенности в том смысле, что правитель всегда нес обязанности по исполнению предписаний Ислама и шариата, пусть даже и поверхностно. На более поздних этапах исламской истории халифат и монархия отделились друг от друга: халифат означал легитимную религиозную власть, основанную на наместничестве Пророку Ислама (С), а монархия обладала непосредственной политической и военной властью над обществом. Но и тогда полного разделения между этими двумя институтами не произошло. Поэтому мы видим, что на протяжении исламской истории появлялись различные формы политических и правительственных институтов (халифат, султанат, эмират). Но в XX веке под воздействием европейских идей и взглядов в мусульманских странах появились и нерелигиозные правительства, основанные на западных образцах.

С исламской точки зрения очень важно, чтобы правительство, или власть, имело религиозную природу; чтобы истинным источником его легитимности являлся Господь – Истинный Властитель. А так как Пророк Ислама (С) являлся посланником Божьим, принципы исламского правления берут свое начало в его правлении, в том образце, который он дал. Впрочем, в Коране и хадисах имеются и иные очень важные принципы, в частности, принцип совета (шура), который предусматривает важность консультации с лидерами, шейхами и улемами[34] исламского общества; принцип отрицания деспотизма и принцип соблюдения Божественного учения о правосудии (воздаянии) и милости (прощении). Праведные халифы дали многочисленные примеры воплощения этих принципов, самый высокий образец которых воплощен в знаменитом послании хазрата Али (А) правителю Малику Аштару, своему наместнику в Египте. Текст его приводится ниже:

«Во имя Бога, Милостивого, Милосердного! Это приказ Али, предводителя правоверных, Малику Аштару, сыну Хариса, о возлагаемых на него обязательствах при назначении наместником в Египет для сбора подати на иноверцев – харадж – и борьбы с врагами, а также упорядочения жизни египтян и обеспечения процветания их городов.

Он предписывает ему действовать в богобоязненности и предпочтении покорности Богу всем остальным делам и следовании тому, что Господь заповедал в Своем Писании, ибо никто не обрел счастья, не следуя этим традициям и обязательствам, а наоборот, каждый, кто их нарушал и попирал, был обречен на несчастье. Правитель должен быть сподвижником Всевышнего своим сердцем, руками и языком, ибо Господь (да светится имя Его!) принимает сподвижничество каждого, кто на это идет, и дает величие тому, кто возвеличивает Его религию.

Али приказывает ему воздержаться от следования по пути своих желаний, а во время бунтов внимать повелению о том, что “людские страсти ведут к недоброму, разве только Господь явит милость”. (Качества, которым должен отвечать правитель и сфера его ответственности).

О Малик! Знай, что я посылаю тебя в города, которые подверглись превратностям судьбы, которые видели и правосудие, и несправедливость. Народ будет смотреть на твои дела так, как ты будешь смотреть на дела своих предшественников на этом посту. Они так же будут говорить о тебе, как ты говоришь о них. Благодетелей можно познать по доброй славе, которую Господь вложил в уста рабов Своих. Знай: самым благим твоим капиталом станут добрые дела, а потому держи в узде свои эмоции и страсти и будь скуп на них, не отпускай узду того, что тебе не дозволено. Ведь скупость на страсти означает справедливое им воздаяние в том, что любит или считает негодным.

Сделай покрывалом своего сердца доброту по отношению к своим подданным, любовь к ним и добросердечность ко всем. Не уподобляйся хищному зверю, который только и ищет повода, чтобы съесть их. Ведь подданные делятся на две группы: одни из них суть твои братья по вере, а другие едины с тобой в творении. Если они согрешат или по каким-то причинам вольно или невольно совершат ошибку, не смотри на их прегрешения и прости их грехи, если хочешь, чтобы и Господь простил и помиловал тебя. Ведь ты стоишь выше них, а тот, кто правит тобой, выше тебя. Господь же выше того, кто назначил тебя на правление: Он хочет, чтобы ты уладил их дела, а их сделал средством испытать тебя.

Не готовь себя к войне с Богом, ибо ты не сможешь избежать Его кары и не сможешь обойтись без Его прощения и снисхождения. Не сожалей о прощении и не радуйся наказанию. Не спеши впасть в гнев, которого можешь избежать. Не говори: мне приказали, и я приказываю и требую подчинения! Это очерняет сердце, способствует увяданию веры, уничтожению благодати и приближению беды и несчастья. И если власть, которой ты обладаешь, станет причиной твоей надменности и чванства, и ты посчитаешь себя великим, то вспомни о величии Создателя, который выше тебя; подумай о той власти, которая есть у Него над тобою, а у тебя такой власти нет. Это раздумье успокоит твою дерзость и резкость и вернет тебе утраченный разум.

Воздерживайся от того, чтобы в своем высокомерии назвать Бога своим соперником и посчитать себя равным Ему в своем величии, ибо Господь унизит каждого дерзновенного гордеца, а каждого эгоиста сделает смиренным и ничтожным. Поступай справедливо в отношении Бога, народа и своих близких родственников, а также тех подданных, которых любишь. Если не поступишь с ними справедливо, то будешь угнетателем. А если кто-то станет угнетать рабов Божьих, то Господь станет его врагом вместо Своих рабов. Если же Господь признает кого-либо Своим врагом, то Он не примет его аргументов и будет воевать с ним до тех пор, пока тот не придет и не покается. Ничто так не отвергает божественную благодать и не приближает кару Господню, как несправедливость и угнетение. Ведь Господь слышит молитву угнетенных и мстит угнетателям» (из книги «Нахдж уль-Балага»).

В конечном итоге можно сказать, что суть политического учения Ислама заключается в том, что исламское общество должно управляться на основе Божественного закона и в таких формах, которые почерпнуты из Корана и хадисов. Ислам является номократическим строем, то есть строем, основанным на правлении Закона. А потому на протяжении веков в нем принималось только то из практики правления, что позволяло сохранять и воплощать в жизнь шариат (Закон) и обеспечивать сохранность пределов исламского общества от внешних и внутренних посягательств и агрессии. Конечно, здесь имели место многочисленные войны, в частности, между самими мусульманами, их династиями и государствами. Такие войны составляли основную часть истории человечества в исламском мире так же, как мире христианском, иудейском, зороастрийском, индуистском и любом другом. Но следует обратить внимание на то, что в исламском мире все эти войны между многочисленными династиями, родами и кликами всегда подчинялись превосходству и верховной власти шариата. До новой эпохи ни один из противников в любой войне или конфликте никогда не согласился бы принять тот факт, что он хоть на йоту меньше другой стороны выступает за торжество исламского учения. Хотя в разных концах исламского мира происходили жестокие, кровавые и разрушительные конфликты, ни в одном из них не ставился под сомнение сам принцип шариатского правления в обществе. Крупнейшим исключением из этого правила стало монгольское нашествие, в результате которого значительная часть восточных земель исламского мира была растоптана и разрушена полчищами Чингисхана. Вторым исключением можно считать нынешнее нашествие Запада. Его разрушительное влияние на многие традиционные шариатские (законодательные) институты и исламские обычаи было даже более сильным, чем монгольское вторжение.

В остальном же политические формы правления в истории Ислама носили именно исламский характер, в том смысле, что все они, хотя бы с виду, выступали за учение Корана и Сунны и соблюдали шариат. Хотя нет сомнений в том, что среди правителей были и такие, которые не поступали подобным образом. Впрочем, несмотря на все многочисленные недостатки таких правителей, главным для исламского политического учения всегда оставалась их официальная поддержка шариата. Это учение выступает за создание общества, основанного на Законе, дабы мужчины и женщины могли жить в нем на основе воли Божьей, выраженной в шариате.

Глава 4. Духовность и исламская мысль

Ислам – это не только религия, но и основа большой цивилизации, раскинувшейся от Атлантики до Тихого океана и вобравшей в себя многие этнические группы и народы – арабов, иранцев, индийцев, пакистанцев, малайцев, китайцев, африканцев, турок и т. д. Эта цивилизация породила многочисленные духовные движения и богословские, философские, мистические и научные школы. Достижения этой цивилизации образуют одну из самых богатых идейных традиций мира. Для полного и правильного понимания влияния исламской религии на мышление, ознаменованное появлением сочных плодов на ветвях могучего духовного дерева коранического Откровения, необходимо хотя бы вкратце рассмотреть исламские философские школы. Нужно знать, что на протяжении веков великие исламские мыслители создавали для каждого поколения мусульман средства и инструменты мышления, с помощью которых мусульмане могли бы контактировать с внешним миром и решать свои религиозные и мирские проблемы в свете учения Благородного Корана и Сунны.

Исламская духовность

Несомненно, исламская духовность прямо проистекает из Священного Корана и Благородной Сунны Пророка (С). Она основана на сокровенном смысле айатов Божественного Писания и той части деяний Пророка Ислама (С), которая относится к внутренней жизни человека. В начале исламской истории эта часть исламской традиции получила название «путь к Богу» (тарикат), а во втором веке по лунной хиджре ее стали называть «тасаввуф» – суфизм, хотя исламская духовность существует и в других формах, вне рамок суфизма (дервишизма). Сам Господь создал «путь к Богу» (тарикат) для тех людей, которые, соблюдая шариат и будучи искренними и преданными мусульманами, хотели бы в то же время развить у себя внутренние добродетели, обрести веру в самых глубоких ее проявлениях и полностью уподобить себя Сунне Пророка Ислама (С), что позволяет сделать только их глубокая вера.

Как уже говорилось выше, мусульманскую религию обычно подразделяют на ислам («покорность»), иман («вера») и ихсан («праведность»). Ихсан означает набожность и духовную красоту, и это составляет истинную цель тариката. На протяжении веков люди, вставшие на путь к Богу, старались развить в себе такую духовную красоту – ихсан. Впрочем, были и такие, что претендовали на суфийские черты характера, но на самом деле далеко отошли от прямого пути тариката, истинной традиции Пророка Ислама (С) и учения Священного Корана. Но по сравнению с настоящими суфиями, которые оставались верны самым глубинным пластам исламского учения и в силу этой привязанности корням, духу, незамутненной субстанции исламского Откровения сыграли ключевую роль в истории Ислама, подобных людей было не так уж много.

Тарикаты имели очень большое значение для истории Ислама. На протяжении веков исламское общество изнутри возрождали именно те, кто следовал по духовному пути тариката. Здесь можно упомянуть таких великих суфиев, как шейх Абдулкадир Джилани, Абу Хамид Мухаммад аль-Газали, Ахмад Сирхинди и т. д. Даже Ибн Теймийа, ханбалитский богослов и реформатор, был членом суфийского ордена кадирийа. Последователи духовных тарикатов сыграли важную роль и в распространении Ислама. Если в Иране, Северной Африке и Испании Ислам получил распространение усилиями арабских воинов, то на востоке Ирана, на обширном полуострове Индостан, в частности, в современном Пакистане, Индии и Бангладеш, а также в Китае, на островах Индонезии и Малайзии он появился благодаря стараниям великих суфиев и аскетов, этих совершенных людей. Они принесли туда Ислам и на собственном примере научили ему других. И в более поздний период, а именно в прошлом и позапрошлом столетиях, Ислам преимущественно с помощью суфийских тарикатов получил распространение среди жителей Африки, в особенности на Западе этого континента, в таких странах, как Сенегал. Здесь особую роль сыграли ордена тиджанийа и кадирийа.

Это же относится и к туркам, которые первоначально именно под воздействием суфизма восприняли Ислам. Их первые великие поэты-мистики, такие как Юнус Эмре (умер в 848 г. по лунной хиджре), были в то же время и выдающимися суфиями, которые распространили сокровенное исламское учение среди тюркоязычных народов. Кроме того, в эпоху Османской империи суфийские ордена играли очень важную роль во многих сферах жизни.

Последователи тариката, достигшие наивысших сверхчувственных истин исламской традиции, внесли большой вклад и в интеллектуальную защиту своей религии. Даже некоторые из известных философов исламского Востока, такие как Фараби и Ибн Сина, а также андалузские (испанские) арабские философы (Ибн Баджа или Ибн Туфайл) испытывали тягу к суфизму.

Суфизм оставил яркий след и в искусстве, а его последователи создали замечательные произведения в различных видах творчества, начиная с каллиграфии и заканчивая архитектурой и литературой. Самые яркие литературные образцы на арабском и персидском языках принадлежат именно суфийскими поэтами. Красивейшие образцы каллиграфии также созданы суфиями. При соприкосновении с другими религиями (с христианством и иудаизмом на Западе исламского мира, с буддизмом, индуизмом и зороастризмом в других его частях) именно суфийские мыслители в большей степени, нежели кто-либо еще, дали исламский ответ на возражения этих религий и постарались построить мосты взаимопонимания с ними. Можно сказать, что суфии сыграли основную роль в распространении Ислама за пределы его первоначальной территории и в сохранении его там.

До второго века по хиджре последователи тарикатов, которые постепенно становились известны под общим названием «суфии», обычно объединялись вокруг выдающихся, известных людей, являвшихся их духовными наставниками. Они пытались в противоположность той роскоши, которая проникла в исламское общество в конце правления Омеййядов и в начале эпохи Аббасидов, жить просто и аскетично. Постепенно эти кружки обучения и просвещения стали более структурированы и организованы. К третьему веку по лунной хиджре суфийские круги в Багдаде под руководством Джунайда, известного суфия того времени, получили более прочное и официальное основание для своей деятельности. Кружки превратились в упорядоченные общества – тарикаты, которые обычно получали название по имени своих основателей. Например, «кадирийа» по имени Абдулкадыра Джилани (последователи этого ордена в наше время живут от Филиппин до Марокко) или «рифаийа» по имени шейха Ахмада Рифаи. Некоторые из тарикатов сохранились в ограниченном виде на местном уровне, а другие, как, например, «кадирийа», получили распространение во всем исламском мире.

На протяжении последующих веков во всем исламском мире появились многие крупные суфийские ордена, самыми известными из которых были следующие:

– Шазилийа – орден, основанный шейхом Абульхасаном Аш-Шазли, и получивший особое распространение в арабских землях, от Марокко до Сирии и Египта;

– Накшбандийа – орден иранского происхождения, центр которого находился в Афганистане, там, где теперь находится Средняя Азия, а затем он распространился в Индию (этот орден до сих пор является мощным элементом религиозной и даже политической жизни; именно он способствовал сохранению Ислама на территориях, которые до недавнего времени входили в бывший Советский Союз);

– Маулавийа. Этот орден назван по имени известного иранского поэта-мистика Маулана Джалаладдина Руми. Этот орден, который был особенно распространен и имел влияние в Османской империи, несмотря на запрет его Кемалем Ататюрком после падения этой империи, все еще действует в современной Турции;

– Тиджанийа – орден, который появился в Марокко, в Северной Африке, и стал распространяться на юг среди местного населения, сыграв очень важную роль в развитии Ислама на западе Африканского континента;

– Орден Ниматуллахи, самый распространенный в Иране и имеющий крупные филиалы в Индии;

– многие другие суфийские ордена, которые сохранились на протяжении веков и до сих пор обладают влиянием и авторитетом.

Имеются также и такие ордена, которые ранее имели много последователей, но постепенно утратили их и сейчас относительно малочисленны. К ним относятся орден Кубравийа, который в свое время был распространен в Хорасане, Мавераннахре, Пакистане и в некоторых районах Индии, но сейчас число его последователей резко сократилось, хотя он и сохраняет до сих пор свое историческое влияние.

Суфийским орденам удалось на протяжении всех прошедших веков сохранить истинное учение Пророка Ислама (С) о внутреннем очищении, следовании Сунне, воспитании добродетелей в человеческой душе, украшении человека истиной и способностью оправдывать доверие других, искренности, скромности, борьбе за понимание сокровенного смысла веры и исламского учения, а также воплощении в жизнь монотеизма в его самом высоком понимании. Многие из суфиев были в то же время и великими учителями шариата. Многие стали великими теологами, а часть из них – даже проявила себя в практических делах. В последнем столетии, когда мусульмане попали в зависимость от колонизаторов, во многих частях исламского мира (в Северной Африке, северо-западных штатах Индии и на Кавказе) появились такие выдающиеся суфии, как Амир Абдулкадир Аль-Джазаири (в Алжире), Абдулкарим (в Марокко), имам Шамиль (который мужественно сражался с царскими войсками на Кавказе). Все они подняли знамя борьбы с французскими, английскими и русскими колонизаторами. Все они были последователями суфизма, но в то же время выступали как великие муджтахиды[35] и несгибаемые воины под знаменем Ислама.

Тем не менее в некоторые суфийские ордена, особенно те, которые в течение последних 200 лет стали постепенно деградировать, проникли и замутненные, неверные обычаи и традиции. Однако существующие суфийские ордена всегда умели защищать себя от такой напасти. Поэтому они до сих пор играют ведущую роль в духовной жизни Ислама.

Калам (Теология)

Наряду с очень богатой и разнообразной традицией, воплотившейся в суфизме, Ислам также породил многогранные и разнообразные формы теологии, которые получили общее название калам. «Калам» означает Слово Божие, то есть Коран. Говорят, что именно Али ибн Абу Талиб (А) заложил основы этого направления в исламской мысли (или теологической науке). Поэтому он и известен в качестве первого исламского теолога – мутакаллима. Нет сомнения, что теологические дискуссии имели место уже в самом начале формирования исламского общества.

Первоначальная умма после кончины Пророка (С) столкнулась с рядом проблем, которые неизбежно ставит перед собой ищущий человеческий разум при соприкосновении с истинами Ислама. Например, такой вопрос: кто обретет спасение? Тот, кто делает благие дела, или тот, кто верует? За какие грехи человек выходит из сферы Ислама? Встал и целый ряд других вопросов о сущности Корана. Сотворен Коран или нет? Коран – Слово Божие, и если предположить, что он сотворен, то тогда следует принять и утверждение о его изменчивости. А из этого следует и возможность изменения качеств Господа. С другой стороны, если согласиться, что Слово Божие вечно и нетленно, то как случилось, что мы держим в руках, читаем и слушаем текст Корана, и почему этот Коран в качестве Слова Божия снизошел в определенное время?

Другие вопросы возникали в связи с качествами Господа. В Коране есть такие айаты: «Рука Аллаха – над их руками»[36] и «Поистине, Аллах всеслышащий, всевидящий»[37]. А как Господь видит и слышит? Как у Него может быть рука, если в Коране говорится, что нет ничего, подобного Ему (сура Совет, 11)? Есть вопросы и относительно познания Бога. Познаем ли мы Бога, видя Его? Можно ли вообще Его увидеть? Осуществляется ли такое видение внешним или внутренним зрением? Увидим ли мы Господа в день воскресения, а если увидим, то имеет ли Он форму?

Все эти вопросы, некоторые из которых являются исключительно теологическими, а другие имеют и важное политическое содержание, занимали умы мусульман в первом веке исламской истории.

Актуальность обсуждения данных тем усиливалась постоянным присутствием среди мусульман представителей христианства, иудаизма, зороастризма, манихейства и даже сабатейства, которые уже на протяжении многих веков до этого обсуждали подобные вопросы. В этом плане особенно важным было присутствие христиан, ведь они являлись обладателями очень сложной и развитой теологии, созданной за века существования их религии и использовавшей достижения греческой философии и логики для обоснования своей веры в воплощение Божественного начала в Христе, а также других догматов.

Сталкиваясь с этим вызовом со стороны христианских, иудейских, зороастрийских и иных теологов, мыслителей и философов, а также вследствие внутренней потребности исламского общества, мусульмане должны были создавать свою собственную теологию. В результате возникло то, что мы называем каламом.

Мутазилиты

Важнейшим деятелем, заложившим первоначальные основы исламской теологии, был Хасан Басри, выдающийся улем в области хадисоведения. Он являлся представителем одного из первых поколений Ислама (родился в 21 году по лунной хиджре) и прожил почти до окончания правления Омейядов, то есть до 110 года по лунной хиджре. За свою жизнь он обучил хадисам и комментарию к Корану несколько поколений мусульман, оставаясь столпом науки хадисоведения и в то же время – выдающимся суфийским шейхом. Своим ученикам и мюридам Басри преподавал то, что потом получило название «калам», а именно, учение о вопросах, которые мы приводили выше. С удалением в затворничество (и‘тизал) одного из учеников Хасана Басри по имени Василь бин ‘Ата появилась теологическая мутазилитская школа. Эта школа известна 5 принципами, которых придерживаются ее последователи:

1) монотеизм;

2) справедливость (Бога);

3) наказание и воздаяние;

4) «стоянка между двух стоянок»;

5) «призыв к дозволенному и запрещение недозволенного».

Эти пять принципов объединяют между собой различные мутазилитские направления, связанные с Багдадом и Басрой. Но, несмотря на разнообразие течений, в целом мутазилиты отличаются от других теологических школ своей верой в эти пять принципов, опорой на разум в толковании веры, акцентированием свободы выбора и ответственности человека за его дела и поступки.

Виднейшими представителями мутазилитов первых веков Ислама являлись Неззам, Абуль Хазил Аллаф, Аль-Джахиз (он прославился и своими литературными трудами) и Бишр. Именно они создали первые теоретические работы по исламскому богословию. Некоторые из них занялись даже изучением природы и выдвинули постулат о «неотделимой части», который станет краеугольным камнем теологической мысли последующих столетий.

В дни правления халифа Мамуна мутазилиты достигли в Багдаде высшей степени могущества. Администрация халифата открыто их поддерживала. Даже такого выдающегося человека, как Ахмад ибн Ханбал, бросили в тюрьму из-за его несогласия с мутазилитами. Но последующие халифы отказались поддерживать их. А в 300 году по хиджре бывший мутазилит по имени Аб уль-Хасан Ашари сам выступил против этого учения и основал новую теологическую школу, названную ашаритской.

Аб уль-Хасан Ашари является одной из важнейших фигур среди первых исламских теологов. Как он говорит в своем завещании, однажды во сне к нему явился сам Пророк Ислама (С) и повелел сменить свой путь – отойти от мутазилитов, защищать извечность Корана вопреки мутазилитской теории о сотворенности последнего и проповедовать принцип абсолютной власти Господ ней, в которой сосредоточено все. Воля Господня сокрушает ту свободу выбора человека, на которой так настаивают мутазилиты.

Ашари критиковал мутазилитов с разных позиций. Хотя у него не было с ними противоречий по поводу принципа монотеизма, он не принимал абстрактное толкование единства Господа, считая Его имена и качества реальными и полагая, что понимание их возможно не с помощью молитвы со словами «субханАллах», не нравственным очищением, уподоблением или разделением, но с помощью «среднего пути» между ними. Он соглашался с теорией «неотделимой части», составляющей основу его идей, но выступал против излишнего следования за разумом в том, что касается религиозной веры. Он пытался установить некое равновесие между мутазилитами и приверженцами хадисов и Сунны (ханбалитами), которые выступали против применения разума в религиозных вопросах вообще.

Аб уль-Хасан Ашари с точки зрения фикха являлся шафиитом, а потому вскоре обрел множество приверженцев именно в шафиитских кругах. Им были написаны такие важные книги, как «Книга выяснения», которая стала основой ашаритской теологии, а также многочисленные труды о различных исламских сектах, школах и мазхабах[38] под названием «Макалат аль-исламийин». Он был очень плодовитым автором и сильной личностью, изменившей всю арену исламской теологии и сделавшей ашаритскую теологическую школу основной школой суннизма взамен господствовавшего раньше мутазилитского учения.

Дело Ашари продолжил его ученик Абу Бакр аль-Бакиллани. Проявляя, как и его учитель, живой интерес к вопросам политической доктрины Ислама, в частности, к аспектам связи между халифатом и шариатом (религией и государством), он стал распространять ашаритское учение в Багдаде. Тем не менее до 5 века хиджры влияние ашаритов ограничивалось шафиитскими кругами. В то же время в Хорасане возникло новое теологическое движение под руководством имама «двух святынь» Джувини, автора «Книги наставления», и в большей степени – его ученика Абу Хамида Мухаммада Газали, известного теолога и суфия. В наши дни это течение известно под названием калам аль-мутаххирин («поздняя теология»). В своей книге «Аль-иктисадфиль и‘тикад» и многих других трудах Газали наполнил ашаритское учение философским содержанием и превратил его в свод общих и всеохватывающих правил и наставлений, что позволило этой теологической школе выйти за рамки последователей шафиитского мазхаба.

Эта новая теология после смерти Газали получила развитие в мыслях и трудах таких деятелей, как Фахруддин Рази, ‘Азуд уд-Дин Иджи, Мир Саййид Шариф Джурджани и Саад уд-Дин Тафтазали, превратившись в сложное и филигранно выверенное учение. Указанные мыслители создали развитую философскую теологию, которая до настоящего времени преподается в таких авторитетных высших учебных заведениях, как Аль-Азхар в Каире, Зайтуне в Тунисе и других древних центрах исламских наук. Ашаритское богословие до настоящего времени является самым разработанным и полным видом теологии у суннитов.

Тем не менее, несмотря на преимущество ашаритской теологии, среди суннитов появились и другие направления теологии, которые пользовались интересом и признанием в некоторых кружках в Хорасане и Египте. Эти группы связаны, прежде всего, с именами таких людей, как Абу Мансур аль-Матуриди и Абу Джафар ат-Тахави. Хотя ашаритская теология остается в суннитской среде вне конкуренции, ее влияние на суннитов не абсолютно: некоторые исламские мыслители, особенно среди ханбалитов, выступили против всех видов калама вообще, обрушив свой гнев прежде всего на ашаритское учение. В целом, повсюду в суннитском мире, где теология преподается и имеет последователей, труды Аб уль-Хасана Ашари используются очень широко.

В 13 веке по лунной хиджре в Египте появились мыслители, важнейшими из которых были Джамал ад-Дин Асадабади Афгани и Мухаммад Абд. Они попытались вдохнуть свежие силы в теологию, дать ответы на вопросы, которые поставила перед Исламом новая цивилизация, и освободить калам от старых форм. В этом отношении важными представляются произведения Мухаммада Абда, в особенности его книга «Трактат о монотеизме», где он попытался сделать новый шаг на пути возрождения теологии, акцентируя внимание на разуме, использовании западной науки и на возрождении некоторых положений мутазилизма, который к тому времени уже в течение веков пребывал в забвении. Он, как и большинство теологов нового времени, не испытывал особой тяги к ашаритской натурфилософии, подчеркивая больше ее религиозные и моральные элементы.

Кроме этих деятелей, в течение последнего столетия и другие мусульманские мыслители приняли участие в формировании того, что можно назвать «новой теологией». Самым известным из них – Мухаммад Икбал, который был индийцем и, в некотором роде, основателем Пакистана. В своей книге «Возрождение религиозной мысли в Исламе» он попытался создать исламскую теологию, отвечающую потребностям своего времени.

Шиитская теология (калам)

Что касается шиитской теологии, то имамитская ветвь шиизма в самом начале истории Ислама создала свою особую теологию, а в третьем и четвертом веках по лунной хиджре постепенно появились первые важные тексты по исмаилитской теологии, и эта работа продолжилась и на протяжении последующих столетий. В исмаилитской теологии содержатся совершенно особые, отличные подходы к вопросам о связи между Пророком и Имамом, сокровенном и внешнем смысле Откровения, периодах пророчества и имамата, а также другие чисто исмаилитские идеи и суждения. После установления правления династии Фатимидов в Египте Каир стал центром теологической деятельности исмаилитов. Другим важным центром был Хорасан. Важнейшие фигуры исмаилитской теологии – Абу Хатам Рази, Хамид уд-Дин Кармани и Насир Хосров (все они были иранцами) – являлись одновременно и теологами, и философами. После начала расцвета Аламута в Иране и распада Фатимидского халифата появились две различные исмаилитские теологические школы: одна в Йемене (она в точности продолжала старую фатимидскую школу), а другая – в Аламуте (она была по сути более революционной, но постепенно влилась в суфизм). В конце концов, эти школы обосновались в Индии, которая в последние два века превратилась в центр исмаилизма.

Шиизм двенадцати имамов большую часть своей первоначальной религиозной деятельности посвятил сбору хадисов и комментариям к Корану. В седьмом веке по лунной хиджре Насир ад-Дин Туси создал упорядоченный шиитский калам. Этот факт должен, несомненно, вызвать удивление, ибо Насир ад-Дин Туси являлся также одним из крупнейших астрономов и математиков своего времени и последующих эпох. Фактически, это единственный пример в истории религий, когда великий математик стал еще и выдающимся теологом. После Насир ад-Дина Туси, написавшего важнейшую теологическую книгу шиизма 12 имамов, а именно «Извлечение оснований веры» («Таджрид аль-‘акаид»), многие шиитские улемы также пошли по этому пути, в особенности его непосредственный ученик алламе (великий ученый) Хилли. Данный процесс продолжался в Иране до эпохи Сефевидов. На протяжении столетий шел постоянный обмен между суннитской и шиитской теологическими школами. Даже появился такой деятель, как Джалал уд-Дин Давани, писавший трактаты по шиитской теологии, принадлежа в то же время к позднему ашаризму. По сути дела, эти широкие контакты не ограничивались только обменом взглядами и мнениями, включая в себя иногда и прямые, непосредственные дискуссии между теологами двух направлений в Исламе.

Теологическая традиция – калам – до сего времени остается важнейшей традицией исламского мышления. Хотя многие исламские авторы этого века уделили пристальное внимание политической мысли, шариату, богословским проблемам, науке и тому вызову, что брошен Западом мусульманскому миру, несомненно, традиция калама сохраняется в Исламе в качестве одной из основных частей его мыслительного наследия.

Философия

Пророк Ислама (С) советовал мусульманам везде и во всем находить знание и обретать науку. Известен его хадис «ищи знание даже в Китае». А хазрату Али (А) приписывается высказывание, согласно которому следует смотреть на то, что сказано, а не на то, кто это сказал. Cледуя тем айатам Священного Корана и хадисам, которые говорят о важности получения знания, и тем замечательным примерам, которые показали выдающиеся соратники Пророка (С), мусульмане старались получить знание в любом виде, в каком оно только им представлялось. В результате чудесного выхода Ислама за пределы Аравийского полуострова на просторы Иранской империи, части Византии и Северной Африки мусульмане неожиданно смогли ознакомиться с философским и научным наследием античной Греции, Александрии, Ирана, а также, в определенной степени, Индии и даже Китая. В древнем мире наука и философия были неразделимы. Многие из выдающихся ученых (Аристотель и др.) были в то же время и выдающимися философами. А потому мусульмане, пытавшиеся все узнать и понять, освоить все виды научного и философского знания, с которым они столкнулись, также не стали их разделять.

Мотив, который побудил мусульман всерьез заняться переводом текстов с иностранных языков на арабский, не носил характер внешнего импульса. Причина лежала не в сфере политики, экономики или военного дела. Не было и религиозного воздействия, которое заставило бы их так поступить. Причина перевода научных трудов заключалась в самой сокровенной сущности Ислама, на призывающего получать знание и подчеркивающего, что он является последней религией человечества и хранителем наследия всех предыдущих религий Откровения и всех видов науки и знания, подтверждающего единство Бога. Построив основы исламского общества, мусульмане в силу своего учения стали заниматься переводом иностранных текстов, которые относились к различным областям знания. Большинство этих текстов переводилось с греческого языка, но переводы осуществлялись также и с сирийского, пехлевийского, с санскрита, а в некоторых случаях – с латыни.

Мусульмане получили доступ к важнейшим научным центрам древности, хранившим наследие греческой и александрийской научных школ, а также более ранних достижений Египта, Вавилона и, в особенности, Ирана. Города Антакия, Руха, Хорран и Дженд-Шапур вошли в исламский мир. В конце правления Омеййядов и в начале возвышения Аббасидов началась работа по переводу текстов с древних языков на арабский с помощью деятелей из этих культурных центров. Эта переводческая работа продолжалась 150–200 лет. За данный период большая часть научных и философских знаний античной эпохи обрела свое арабское звучание, а сам арабский язык на 700 последующих лет стал важнейшим научным языком мира. Он и до сих пор является одним из самых богатых языков, что обусловлено, прежде всего, Откровением Корана и трудами исламских мыслителей. Однако это богатство во многом обязано и многочисленным переводам духовного наследия античности.

Периодом наибольшего расцвета переводческой деятельности было правление халифа Мамуна в Багдаде. В это время был основан «Дом мудрости», куда отовсюду стекались лучшие переводчики, которым было установлено достойное жалование. Самым известным и способным из них был арабский врач и христианский философ Ханин бин Исхак: ему помогали и другие члены его школы, в частности, племянник и иные родственники. Другим способным переводчиком являлся Ибн Мукаффа, выполнивший арабский перевод знаменитой книги «Калила и Димна».

В результате усилий этих людей многие произведения научной и философской литературы античности стали доступны мусульманам. В то же время возникли такие вызовы, на которые они должны были дать ответ. Это в свою очередь привело к оформлению исламских философских школ и развитию наук.

Первые перипатетики (последователи Аристотеля)

В атмосфере мыслительных усилий в Багдаде некоторые из исламских интеллектуалов задумались о соотношении разума и Откровения, попытавшись согласовать кораническое учение с теми философскими взглядами, которые содержались в переведенных на арабский язык произведениях. Первым и самым известным из этих мыслителей был Абу Йакуб аль-Кинди, известный под именем «философ арабов». Его следует считать основателем первой перипатетической философии. Будучи правоверным мусульманином, он посвятил всю свою жизнь написанию работ о проблемах, по сути, философских и религиозных, как то связь между единством Бога и сотворением мира, соотношение между разумом и Откровением, смысл разума (рассудка), связь между философией и наукой и т. п. Как и большинство ранних философов, он был одновременно и ученым. Его еще и потому можно назвать отцом исламской философии, что он стал первым человеком, задумавшимся о философских проблемах в рамках Ислама и арабского языка, написавшим по этим вопросам ряд работ и сыгравшим большую роль в развитии арабского языка в качестве языка философии и науки.

Кинди жил в третьем веке по лунной хиджре, а после того, как мутазилиты впали в немилость в Багдаде, он ушел с общественной сцены и умер в забвении. Поэтому мы ничего не знаем о том, как закончилась его жизнь. После него эстафету приняли некоторые из его непосредственных учеников, которые преимущественно были учеными, а также лица, испытавшие влияние его деятельности. Одним из них являлся Абу Наср Фараби. Фараби – это второй великий исламский философ. В отличие от Кинди, он жил не в Багдаде и Ираке, а в Хорасане и Мавераннахре. Фараби был не только философом, но и гением исламской цивилизации в области логики, политической философии, математики, традиционной музыкальной культуры и во многих других областях.

Первую половину жизни он провел на своей родине, недалеко от Фараба (современное название – Фарйаб), а потом уехал в Багдад. Конец его жизни прошел в Дамаске, где он и умер в 339 г. по лунной хиджре в возрасте 80 лет. Фараби продолжил работу Кинди по оформлению и укреплению арабского языка для того, чтобы сделать его способным передавать философские, логические и научные понятия. Он составил множество трактатов по логике, где прокомментировал все известные логические труды Аристотеля. Фараби также являлся отцом политической философии Ислама, написав на эту тему известную книгу «Взгляды жителей ученого города». Он постарался соединить и согласовать взгляды Платона и Аристотеля в рамках исламского монотеистического мировоззрения. Еще одно его произведение – «Великая музыка» – стало первостепенным источником музыкальной теории, в частности, иранской музыки. Оно до сих пор сохраняет свою актуальность. Обычно Фараби называют «вторым учителем». Слово «учитель» в данном контексте не означает, что он занимался преподаванием различных научных дисциплин. Имеется в виду то, что он описал и систематизировал науки, обозначил границы каждой из них и объяснил их взаимосвязь и соотношение. Именно в этом смысле следует понимать прозвище «учитель», данное ему мусульманами; по той же причине первым учителем назвали не Платона, а Аристотеля, который по сути сделал то же самое в греческой науке. Еще одной причиной появления такого эпитета у Фараби следует считать его известную книгу «Ихса аль-улум» («Исчисление наук»), в которой автор классифицировал науки и показал их связи между собой. Эта книга оказала большое влияние на систему образования на Западе. Ее следует также считать важным трудом по истории исламского мышления.

На протяжении всего 4-го века по лунной хиджре Багдад оставался важным центром философии, а такие люди, как Абу Сулайман Сиджистани, выдающийся деятель литературы и логики, продолжили изучение философии в этом городе. Однако центр исламской философии день ото дня все больше перемещался в сторону Ирана и Хорасана. Именно в Хорасане такие люди, как Аб уль-Хасан Амири, продолжили работу Фараби и Кинди по созданию философской школы, получившей название исламской перипатетической философии. Амири известен своей книгой «Заявление в защиту Ислама», в которой выступил с апологетикой мусульманской религии с позиций философа-перипатетика. Он также создал одно из первых исламских произведений по вопросам этики под названием «Ас-саада ва-ль-асаад» («Счастье и то, что делает счастливым»).

Однако работы Амири и тех мыслителей, что появились в промежутке между Фараби и Амири, оказались затменены фигурой Ибн Сины, которого, без сомнения, можно назвать самым выдающимся философом и ученым Ислама и одним из величайших гениев всех цивилизаций. Ибн Сина был колоссом, наложившим отпечаток на все исламское мышление последующих веков. Следы его всестороннего воздействия можно наблюдать в исламской мысли вплоть до настоящего времени. Он, как и Фараби, являлся иранцем родом из Исфахана. Его родным языком был персидский, хотя большую часть своих трудов он создал на арабском. Ибн Сина ни разу не ездил в Багдад, проведя свою жизнь в путешествиях между различными иранскими городами. Он прожил всего 57 лет, меньше Фараби и Кинди, причем жизнь его пришлась на очень неспокойный и насыщенный период в истории Ирана. Но сила умственной концентрации дала ему возможность и в такое смутное время написать ряд важнейших трудов по философии и медицине. Ибн Сина с самой юности, с 16 лет стал известным врачом. Многие даже считали его самым выдающимся врачом из всех, живших до того времени. На Западе его назвали «принцем врачей». Его книга «Врачебные каноны» является не только самым известным из написанных до сих пор произведений по медицине, но и важным трудом по медицинской философии.

Собственно в философии заслуга Ибн Сины в том, что он упорядочил и представил обществу окончательный вариант исламской философии последователей Аристотеля. Впрочем, эта перипатетическая школа не была аристотелианской в узком смысле. Скорее она представляла собой сочетание принципов Ислама с философией Аристотеля и неоплатонизма, где совмещались монотеистическое мировоззрение, вера в пророчество, признание познавательной силы разума и возвращения человека к Богу с принципами философии, берущими свое начало в древних школах Аристотеля и Платона. Продолжая работы Кинди и Фараби, Ибн Сина осуществил синтез этих принципов и взглядов и на основе этого написал величайшую законченную энциклопедию исламской перипатетической мысли, которая называется «Китаб аш-шафа‘» («Книга излечения»). Собственно, это крупнейшая энциклопедия, созданная до сих пор одним человеком. В этой книге, помимо философских вопросов, речь идет о логике, естественных науках и математике. Ибн Сина создал и другие философские шедевры, одним из которых является его последнее произведение «Аль-ишарат ва-т-танбихат» («Указания и наставления»). В нем он раскрыл принципы «восточной философии», которую разработал в конце своей жизни и которая основана в большей степени на эмпирических наблюдениях, чем на чистой аргументации.

Нападки на перипатетиков

После смерти Ибн Сины в восточных исламских землях философия подверглась нападкам со стороны богословов и на некоторое время ушла в тень. В то время официальная поддержка оказывалась ашаритской теологии в ее противостоянии с философией, а посему исламская философия постепенно оказалась под влиянием богословия, пока, наконец, окончательный удар по ней не нанес Абу Хамид Газали, который полагал, что философия противоречит принципам и взглядам Ислама по следующим трем пунктам: сотворение мира из ничего, знание Господа обо всем сущем и воскрешение в телесном виде. Газали подверг исламских философов жесткой критике за их взгляды по этим вопросам. В книге «Намерения философов» он собрал резюме их воззрений, а затем подверг критическому разбору в другой своей работе – «Тахафат аль-фаласифа» («Самоопровержение философов»).

Затем Аб уль-Фатх Шахристани и Фахр уд-Дин Рази каждый по-своему обратили критику на Ибн Сину и перипатетическую философию. В результате 5–7 века по лунной хиджре стали периодом заката исламской философии в восточных землях. Единственное, что можно отметить в этот период, это появление таких значительных фигур, как Аб уль-Баракат Багдади, иудейский философ, обратившийся в Ислам, и Омар Хаййам, который был не только поэтом и математиком, но и философом, очень близким к Ибн Сине.

Философия в исламском Магрибе

Тем не менее, в тот же период исламская философия переживала этап своего расцвета на Западе исламских земель, в Испании и Марокко. Тогда на мусульманском Западе появились выдающиеся мыслители, которые замечательны не только своим местом в истории исламской философии, но и тем влиянием, которое они оказали на европейскую мысль. Одним из них был Ибн Баджа, который в своем знаменитом произведении «Тадбир аль-мутаваххид» («Путь жизни отшельника») говорил о создании идеального общества через внутреннее совершенствование всех его членов. Эта книга находилась под влиянием политической философии Фараби, как бы продолжая ее. После него появился Ибн Туфайл, который написал книгу «Хаййа бин Йакзан» под большим влиянием Ибн Сины. После Ибн Туфайля, который был также врачом и философом, появился Ибн Рушд, ставший самым известным перипатетиком на Западе исламского мира.

Будучи кадием (мусульманским судьей) Кордовы, Ибн Рушд являлся не только выдающимся богословом и сведущим комментатором шариата, но и великим философом, размышлявшим о связи между религией и философией. Он написал на эту тему много научных трудов, в частности, «Фасл аль-макал». Ибн Рушд был также и одним из самых выдающихся толкователей Аристотеля и именно поэтому на протяжении всех Средних веков и эпохи Возрождения пользовался известностью на Западе под именем «комментатор». Он дал ответ и на нападки Газали в своей книге «Тахафат ат-тахафат» («Опровержение опровержения»). Влияние Ибн Рушда на Запад было значительно сильнее, чем на исламский мир. Невозможно представить себе европейскую философию Средних веков и эпохи Возрождения без этого влияния. В то же время воздействие наследия Ибн Сины, которое и на Западе было заметно, в самом исламском мире чувствовалось значительно сильнее.

После Ибн Рушда на исламском Западе появилось несколько других интересных философов, таких как Ибн Халдун (выдающийся философ истории) и Ибн Сабайн, который, как и многие философы Испании того времени, испытывал тягу к мистицизму и суфизму. Последний, родившись в Испании, затем переехал на Восток и умер в Мекке. После них исламская философия в западных исламских землях, то есть, по сути, в большей части арабского мира, переплелась, с одной стороны, с теологией (каламом), а с другой – с суфийским мистицизмом школы Ибн Араби. С того времени философия исчезла с арены исламского мышления в качестве отдельного мыслительного направления.

Возрождение философии на исламском Востоке

Тем не менее, ситуация на Востоке исламского мира и в особенности в Иране была совершенно другой. Здесь в шестом веке по лунной хиджре, то есть за одно поколение до Ибн Рушда, Шихаб уд-Дином Сухраварди, известным как шейх Ишрак, была основана новая философская школа под названием «Ишрак» («Сияние»). Этот гений философии, в возрасте 38 лет приговоренный к смерти, был по происхождению иранцем, но окончил свое земное существование в Алеппо (Сирия). За свою короткую жизнь он подверг критическому разбору мысль перипатетиков и постарался привнести в философию элемент «озарения» (мистического гнозиса), внутреннего самоочищения и дисциплины разума. Сухраварди написал несколько значительных произведений, важнейшее из которых – «Хикмат аль-ишрак» («Рассветная мудрость») – оказало большое влияние на историю исламской мысли в последующее время. Несмотря на критику школы перипатетиков, он в то же время считал мысль Ибн Сины необходимой предпосылкой для понимания философии школы «ишрак». Он писал «эзоповым», образным языком, оставив после себя несколько очень тонких и красивых с литературной точки зрения произведений на персидском и арабском языках.

Через поколение после него в 7 веке по лунной хиджре Насир уд-Дин Туси, известный математик, астроном и теолог, который был в то же время и великим философом, возродил философскую школу Ибн Сины. С того времени эта философская школа снова расцвела на Востоке исламского мира, особенно в Иране. В течение последующих столетий до 10 века лунной хиджры получили развитие и достигли расцвета перипатетическая школа, возрожденная Насир уд-Дином Туси, школа «ишрак» Сухраварди, теологические школы ашаритов и шиитов, а также мистическое течение – теоретический суфизм Ибн Араби. Они день ото дня все больше сближались и соединялись друг с другом. Известные философы, такие как Кутб уд-Дин Ширази, Садр уд-Дин Даштаки, Ибн Турки и другие, постепенно слили воедино эти направления. В результате в 10 веке лунной хиджры в Иране возникла новая школа исламской философии, которая называлась «Исфаханской».

Исфаханская школа

Эта школа была основана Мир Дамадом, который являлся одновременно поэтом, теологом и философом, стараясь соединить вместе учения Ибн Сины и Сухраварди. Мир Дамад особенно известен своим исследованием смысла времени. Он старался разрешить вопрос о связи между вечным бытием Господа и сотворением мира, или старым и новым. Самым известным произведением Мир Дамада является книга «Кабасат», в которой содержится подробное изложение его взглядов на время, сотворение мира и понятие новизны и возникновения.

Однако самым значительным и влиятельным членом исфаханской школы являлся ученик Мир Дамада, Садр уд-Дин Ширази, которого его ученики звали Молла Садра. Можно сказать, что он воплощал собой общий результат 900 лет развития исламской философской мысли, взаимодействия и слияния различных философских и теологических школ. Основываясь на Коране и хадисах, используя и согласуя между собой изречения религиозных деятелей начала исламской эры, философии перипатетиков, школы ишрака, суннитской, шиитской и суфийской теологии, Садр уд-Дин Ширази создал обширный труд, известный под названием «Хикмат мута‘алийа». Он полагал, что у человека есть три пути постижения знания: Откровение, разум и внутреннее озарение. Он хотел создать такую философию, в которой нашло бы непротиворечивое согласование то, что человек может получить из этих трех источников. Созданная им компиляция основана на веках размышлений и теоретических построений исламских мыслителей, работавших в различных областях исламской мысли и пытавшихся установить гармонию между религией и философией, между принципами веры и знанием, полученным с помощью внутреннего видения, и в то же время – с продуктом разума, данного человеку Всевышним в качестве инструмента обретения знания.

Молла Садра написал несколько значительных комментариев к Корану, но самым важным его произведением является книга «Четыре путешествия в высшую мудрость», которая является своего рода концентрированным собранием достижений исламской философии. Эта книга до сих пор изучается и обсуждается на высших ступенях духовного образования. Моллой Садрой написаны и более краткие произведения, по большей части на арабском языке. Его последним философским шедевром (из небольших произведений) стал трактат «Свидетельства Господни», где в краткой форме изложены его взгляды. Он совершил великий переворот в исламском мышлении и считается основателем последней значительной мыслительной школы, которая затем оказала глубокое влияние не только на Иран, но и мусульманскую Индию и Ирак. Это влияние заметно до сих пор.

Учение Моллы Садра и его предшественников повлияло на длинный ряд известных мусульманских мыслителей Индии, таких как шейх Ахмад Сирхинди и Шах Валиулла Дихлави, великий мусульманский реформатор, который непосредственно принадлежал к идеологическому течению Моллы Садра. В самом Иране эта школа возродилась в трудах таких великих деятелей, как Молла Али Нури, Молла Али Занузи и хаджи Молла Хади Сабзевари, продолжив свое существование до наших дней в качестве исключительно важной мыслительной тенденции. Что касается Запада, то Джамал ад-Дин Асадабади (Афгани) в 13 веке по лунной хиджре именно это учение принес в Египет и зажег свет исламской философии в этой стране и в других арабских странах, которые в интеллектуальном плане всегда находились под влиянием идей, приходящих из Египта.

Выводы

Для молодых мусульман, которые еще не успели в достаточной степени познать свою мыслительную традицию, важно знать о том, что различные исламские интеллектуальные школы в области теологии (калам), мистицизма, философии и богословия были развиты усилиями набожных и правоверных людей, стремившихся понять мудрость Всевышнего и опереться на учение Корана и Сунну. Именно таким образом они смогли создать богатейшее исламское интеллектуальное наследие, которое может дать ответ на сегодняшние запросы западной мысли и потребности сознания самих мусульман. Широко развитая мыслительная традиция в Исламе дает твердые и авторитетные ответы на все вопросы, независимо от того, лежат ли они в плоскости философии, науки, познания, этики, языкознания, связи между Богом и человеком, принуждением и свободой выбора, причиной и следствием либо касаются других проблем, над которыми американские и европейские философы бились в течение последних веков.

Необходимо также понять и то, что в Исламе есть не только закон (шариат), по которому нужно жить, но и обширное интеллектуальное наследие, направляющее человеческую мысль. Важно знать и то, что Ислам в течение 14-ти веков выработал богатейшую философскую традицию, какую только могла создать отдельная цивилизация. Кроме того, хотя все эти мыслительные школы находились в состоянии соперничества и иногда даже подвергали друг друга жестоким нападкам, все они брали свое начало в учении Корана и Сунны, в принципах Единобожия. Они всегда помнили о реальности Откровения и важности шариата.

Поэтому эти школы исламской мысли дают молодым мусульманам очень ценные инструменты в борьбе с безжалостным напором современной цивилизации, которая прибегает к оружию секуляризма, гуманизма и научно-философским аргументам, отделенным от Откровения. Молодые мусульмане с помощью своей интеллектуальной традиции смогут сохранить целостность и гармонический строй Ислама как в качестве религии, так и в виде полноценного жизненного пути, который включает в себя и сферу мыслей и идей, являющейся не только одной из необходимых составляющих человеческого существования, но и областью, особо акцентированной в Исламе.

Глава 5. Исламские науки

Исламские науки, то есть те науки, которые со второго века хиджры до настоящего времени развивались в мусульманской среде, являются, без сомнения, одним из важнейших достижений цивилизации. Без них не смогли бы появиться не только научные достижения западного Средневековья, эпохи Возрождения и последующих эпох, но и не осуществилось бы изучение природы с точки зрения ее связи с религиозным миром, что было сделано именно в исламских науках.

Исламская цивилизация за 700 лет – со 2 по 9 век по лунной хиджре – была, вероятно, самой плодотворной и творческой цивилизацией в области науки. Ее достижения шли в авангарде различных видов интеллектуальной и практической деятельности, начиная медициной и заканчивая астрономией. С 9 века лунной хиджры по настоящее время происходил постепенный закат исламской науки, но ее развитие никогда полностью не прекращалось. В этот период в истории Ислама наблюдалась широкомасштабная деятельность в области медицины и фармацевтики. В Османской империи в 12–13 веках по лунной хиджре (до того, как новая европейская наука вошла в исламский мир, что произошло около 200 лет назад) шел активный творческий обмен между исламскими науками и отдельными областями западных наук.

Значение мусульманской науки для исламской цивилизации и ее роль в оформлении и развитии западной науки – это очень обширная тема, обсуждение которой здесь невозможно. Здесь достаточно будет отметить, что исламская наука не была в чистом виде продолжательницей греческой и предшественницей западной, то есть не выступала исключительно в качестве среднего звена в цепи, соединяющей античную и современную западную научную мысль, которая в течение последних нескольких веков господствует в мире. Во-вторых, хотя исламская наука и оказала величайшее влияние на науку западную, она располагала своим особым исследовательским методом в плане изучения сущности явлений, причинно-следственных связей, соотношения между различными состояниями предметов (от неодушевленых тел через растения к животным), смысла изменений в мире природы и конечной цели ее существования. Все эти вопросы исследовались в в свете учения Корана и Сунны. В результате получилась совокупность наук, которые, несмотря на их большое значение для области точных и естественных знаний (математика, астрономия), не следует рассматривать только в качестве предварительного этапа в развитии западной науки. Для полного понимания важности исламских наук для религии, а также для всей исламской цивилизации всегда следует принимать во внимание мыслительную платформу этих наук, которая не зависима от западной.

Переводы

Точно так же, как переводились на арабский язык философские тексты древности, осуществлялось и переложение научной литературы. Собственно, этим занимались одни и те же лица, а происходило это одновременно в большинстве переводческих центров. А посему, нет никакой необходимости еще раз говорить о значении этих переводов на арабский язык в начале исламской эры. Достаточно сказать, что вследствие того большого акцента, который делается в Исламе на науку и ее изучение, мусульмане с самого начала обратили пристальное внимание на развивавшиеся вокруг них человеческие знания, особенно в области математики и астрономии. Ко второму веку исламской эры начался процесс перевода научных произведений с четырех основных языков (греческого, ассирийского, пехлеви и санскрита), хранителем наследия которых стал Ислам. В третьем веке лунной хиджры, после основания Дома мудрости халифа Мамуна арабский язык превратился в язык науки. Перевод многих из важнейших произведений в области математики, физики, астрономии, медицины, фармацевтики, естественной истории, алхимии и других наук на арабский язык превратил этот язык в самый важный научный язык мира того времени и последующих эпох. Это значение и привилегия арабского языка до сих пор не исчезли.

Возможно, важнейшими из избранных для арабского перевода научных трудов были книги Евклида и Птолемея, однако следует упомянуть также переводы произведений пифагорейцев о природе чисел, труды Менелая и Теона, а также многих других математиков поздней Греции. В области медицины был выполнен перевод основных трудов Гиппократа и Галена, в которых сосредоточился весь путь развития великой медицинской традиции первоначального этапа ее развития. Гален пользовался у мусульман особым уважением и почетом, ибо он был монотеистом. В результате, его философские взгляды побудили многих мусульман изучить и его труды по медицине и другим наукам.

Были переведены на арабский язык и работы многих других врачей александрийской и близких к ней школ. В области астрономии мусульмане полностью или частично познакомились с трудами не только Птолемея, но и Гиппарха, Евдокия и других астрономов поздней эллинской цивилизации. В естественной истории им были известны основные работы Плиния, а до него – Аристотеля. Особенно это касается работ Аристотеля по биологии и трудов по ботанике его ученика Теофраста. Мусульмане также внимательно изучили сборник рецептов лекарств Диоскорида, что заложило основу создания исламских произведений в области фармацевтики.

Что касается физики, то следует сказать, что предмет ее в античную эру отличался от того, чем физика занимается сейчас. С одной стороны, из аристотилевской классификации наук в его книге Physica (науки о природе) мы видим, что под физикой понималась именно философия природы. С другой стороны, наука, которую мы в настоящее время называем физикой, включает в себя такие темы и вопросы, как оптика и перспектива, тогда как мусульмане относили данные проблемы к математике. В этой области был сделан арабский перевод книги Евклида «Оптика» и нескольких других произведений греческих ученых.

В других областях, как то география или алхимия, на арабский язык также были переведены многие греческие труды. Книги по алхимии, имевшие большое значение для мусульман, были полностью почерпнуты из александрийской школы. Эти произведения включают в себя сборник Hermetic Corpus, а также труды Зосимы, Демокрита и других известных алхимиков Александрии. В некотором смысле арабский язык с точки зрения существующих на нем трудов по алхимии затмил собой даже греческий.

На Востоке исламского мира также делались переводы научного наследия Ирана и Индии. Важнейшие переводы с персидского на арабский осуществлялись в области астрономии и фармацевтики. На первом этапе исламской эры на деятельность исламских астрономов оказал очень большое влияние перевод «Астрономического календаря Шахрияра». С хинди также было сделано несколько значительных переводов по астрономии и астрологии; они получили известность под название «Сиддханта» (в арабском варианте «Санат Хинд»). В процессе перевода этих произведений санскритские цифры, которые в несколько измененном виде проникли на Запад, где получили название арабских, вошли в исламский мир. С санскрита было переведено много произведений по медицине, влияние которых проявилось в более поздних исламских произведениях, в частности, в книге «Рай мудрости» Али ибн Раббан Табари, написанной в 3 веке по лунной хиджре.

Перевод этого обширного собрания научных произведений древности на арабский язык стал одним из самых значительных культурных событий в истории человечества. Данные произведения не только сделали возможным появление исламских наук в самой внутренней структуре новой исламской цивилизации, но и косвенным образом сыграли свою роль в оформлении более поздней научной традиции, в частности, в Индии и до некоторой степени в Китае во время господства монголов. Особо значительное влияние исламские науки оказали на западную научную мысль Средних веков и эпохи Возрождения.

Математика

Мусульмане в силу абстрактности коранического Откровения, привязанности к принципу монотеизма и особого мировоззрения, которое Ислам воспитал в умах и сердцах своих последователей и которое по традиции понималось «математически», с особым желанием изучали математику. Именно поэтому мусульмане произвели новые значительные открытия во многих областях этой науки.

В арифметике важнейшим достижением мусульман было, во всей вероятности, заимствование цифр из санскрита, изменение их формы. Они же создали те цифры, которые потом стали известны в Европе под названием «арабские». Еще одним достижением стало использование системы дробей. Эти знаменитые арабские цифры появились в «Книге счета» («Китаб аль-хисаб») Мухаммада бин Мусы Хорезми, жителя Хорезма, одного из иранских городов, расположенных к востоку от Каспия. Когда эта книга была переведена на латынь, так называемые «арабские» цифры попали на Запад и способствовали становлению одного из фундаментальных изменений в западной цивилизации.

Кроме того, мусульманские математики провели широкие исследования в области теории чисел, дробных делений и исчисления множеств. Наибольших успехов в этой области добился в 8 веке хиджры Гийас уд-Дин Джамшид Кашани, автор книги «Ключ к счету» («Мифтах аль-хисаб»). Кашани был истинным первооткрывателем правил деления дробей и изобретателем счетных приспособлений.

В области геометрии исламские математики начали свои исследования оттуда, где закончились изыскания древнегреческих геометров. Мусульмане сильно продвинули плоскостную и трехмерную геометрию и нашли способы решения многих задач, систематизировав математические уравнения и установив связь между алгеброй и геометрией. Затем Декарт продолжил их работу, и связь между этими двумя дисциплинами постепенно превратилась в один из основных элементов развития новой математики.

Одной из проблем, которую мусульманские математики и геометры изучали с особым вниманием, был пятый постулат Евклида о том, что через точку, лежащую вне прямой, можно провести только одну прямую, параллельную первой прямой. Доказательства данного постулата (или теоремы) в течение веков обсуждались мусульманскими геометрами. Трактаты об этом написали Омар Хаййам и Насир ад-Дин Туси. Они показали, что следует принять эту реальность в качестве аксиомы, так как ее нельзя доказать в рамках евклидовой геометрии. Критика данного постулата открыла путь новому геометрическому методу, который в конечном итоге привел к появлению на Западе в XIX веке неэвклидовой геометрии.

Тригонометрия была одной из тех областей математики, которая получила у мусульман особое развитие. Именно они впервые вывели 6 тригонометрических функций, которые до сих пор несут в западных языках след своего арабского происхождения. Слово «синус» является переводом арабского слова «джайб» (синус по-арабски означает «яма» или «углубление»). Первый трактат по тригонометрии, в котором этот вопрос рассматривается в качестве отдельной дисциплины, приписывается Хадже Насиру Туси, хотя на самом деле первый труд по тригонометрии в качестве отдельной отрасли математики был создан Абу Райханом Бируни.

Алгебра также относится к числу тех наук, в области которых мусульмане не только создали основополагающие труды, но и, позаимствовав определенные достижения греческой математики в том виде, как ее развил в свое время Диофант, а также воспользовавшись некоторыми теориями индийской математики, превратили их (в данном случае – алгебру) в новую научную дисциплину. Именно поэтому название данной науки на Западе совпало с ее арабским наименованием – аль-джабр, которое в свою очередь берет начало в названии книги по алгебре Хорезми («Альджабр ва-ль-мукабила»). Во второй половине XII века после Р. Х. она была переведена на латынь, а название ее сохранилось в качестве обозначения новой для европейцев науки. В западных языках запечатлелось и имя самого ее автора – Хорезми. В испанском языке оно отражено в словах, обозначающих арифметику и числа, а в английском имеется слово algorism. Мусульмане развили алгебру от достаточно жалкого первоначального состояния в третьем веке по хиджре до блестящего труда по этому вопросу Омара Хаййама, написанного в 6 веке хиджры и ставшего самым полным трудом по этой науке до Нового времени. В своем трактате Хаййам рассматривает уравнения до третьей степени и упорядочивает способы решения уравнений второй степени.

Еще одной областью математики, которая в настоящее время, однако, не считается математической дисциплиной, являлась музыка. В подражание Платону и Пифагору мусульмане считали теоретическую музыку частью математики, что отражено в большинстве классификаций исламских наук. Многие крупные ученые, такие как Фараби и Ибн Сина, занимались теорией музыки. Эти и другие ученые (Ормави, Мусали) написали по теории арабской и иранской музыки глубокие научные произведения, установив связь между изучением музыки и других наук, а также связав изучение математики с гармонией, превалирующей в музыке. В древних математических трактатах (в частности, в трудах Ибн Сины и Кутб уд-Дина Ширази) обычно отдельная глава или раздел посвящались музыке.

Астрономия

Ислам побуждал к получению всех знаний, но астрономия играла особую роль в выполнении исламских религиозных предписаний, поскольку ее сведения необходимы для нахождения Киблы и установления времени намаза. Это заставило мусульман с самого начала беспрерывно вести наблюдение за небом и изучать небесные тела. Исламская астрономия обобщила опыт вавилонской, греческой, иранской, индийской и древнеарабской астрономии и по-новому свела воедино эти достижения, что позволило создать новую науку на более широкой основе. Она включала в себя как собственно наблюдение за звездным небом, так и работу обсерваторий; иными словами, мусульманские астрономы не только создавали и устанавливали соответствующие астрономические приборы, но и вели математические и теоретические исследования.

Многие мусульманские астрономы, не заимствуя вавилонские и греческие звездные карты и таблицы, смогли сделать астрономические открытия и подготовить таблицы, которые назывались зидж. Они постоянно дополнялись. В 4–7 веках по лунной хиджре были созданы всеобъемлющие астрономические таблицы, в частности, таблица Хакими, составленная в 4 веке по хиджре в Каире Ибн Йунисом; таблица Илхани, сделанная в 7 веке хиджры в Мараге (Иран) хаджи Насиром и его сотрудниками; таблица Улуг-бека (10 век хиджры, Самарканд). В эпоху Средних веков на Западе эти произведения служили важнейшим астрономическим материалом.

Что касается обсерваторий, то греки не строили их для изучения звезд. В строительстве обсерваторий в качестве научных учреждений пальма первенства принадлежит мусульманам. В начале исламской эры обсерватории принадлежали отдельным лицам, а астрономы обычно наблюдали за звездами с минаретов мечетей. Так, нам известно, что минарет (башня) Хиральда в Севилье служил не только минаретом, а затем христианским собором этого города, но и использовался в качестве обсерватории. Затем в городе Мараге была создана первая обсерватория в качестве учреждения, в котором ученые собирались, отслеживали движение небесных тел и высчитывали его. Это было сделано Насир ад-Дином Туси. То была первая обсерватория в истории человечества, предшественница всех других обсерваторий, построенных в последующие века. После этого мусульмане основали еще две обсерватории: одну создал Улуг-бек в Самарканде, а другая была построена в Стамбуле, но просуществовала недолго. Эти научные учреждения стали непосредственными предвестниками знаменитых западных обсерваторий эпохи Возрождения и семнадцатого века, в одной из которых работал знаменитый астроном Тихо Браге.

Мусульмане проявили неукротимый интерес и к проектированию и созданию астрономических инструментов. Известнейшим их изобретением стала астролябия. Хотя это название и пришло из греческого языка, честь его изобретения принадлежит мусульманам. Создание этого инструмента началось в самом начале исламской эры, и на протяжении тысячи лет производство астролябий в Исламе объединило в себе тончайшее искусство и выверенный научный подход, что позволило сделать очень полезный и изящно выполненный инструмент, который до новой эры был необходим астрономам и мореплавателям. Невозможно себе представить, как Магеллан или Христофор Колумб смогли бы пересечь огромные океаны без помощи астролябий, отвесов и угломеров, а также других приборов и инструментов, которые исламские астрономы, математики и мореплаватели создали и усовершенствовали для изучения движения звезд и планет.

В области математической астрономии, как и в других науках, мусульмане сначала изучили опыт индийских, иранских и в особенности греческих ученых (который вскоре вытеснил иранские и индийские достижения) в области вычисления движения планет. Великие мусульманские астрономы третьего и четвертого веков хиджры, такие как Баттани и в особенности Бируни в книге «Канун аль-масуди», продолжили с изменениями и дополнениями использование методологии Птолемея, современный перевод книги которого на английский язык – Almagest – до сих пор несет на себе отпечаток перевода этого произведения на латынь с арабского языка («Аль-Маджести»).

Первые мусульманские астрономы-математики не предложили никакой новой теории движения планет. Тем не менее, в их произведениях содержится скрытое несогласие со взглядами Птолемея и Аристотеля по данному вопросу. Это несогласие особенно заметно проявилось в Испании, в произведениях Бетруджи, однако основной вклад в критический анализ работ двух греческих ученых внесла астрономическая школа Мараге, что отразилось в трудах Насир уд-Дина Туси, его соратника Кутб уд-Дина Ширази и последователя их обоих Ибн Шатира.

В произведениях Кутб уд-Дина Ширази («Нихайат аль-идрак»), а после него в трудах Ибн Шатира мы находим новые методы исчисления движения планет и новую модель, известную под названием «заудж аль-туси» (пара из Туса). В этой модели используется соединение двух векторов, начало одного из которых примыкает к окончанию другого. Этот принцип используется вместо эпициклической модели звездного неба Птолемея для объяснения различных движений небесных тел. Видимо, эта критика системы Птолемея и новая лунная модель, появившаяся из ее недр, каким-то образом попала в Польшу. Ведь именно предложенная Ибн Шатиром модель, берущая свое начало в «Тазкире» Туси и в трудах Кутб уд-Дина Ширази, нашла потом свое воплощение в знаменитом труде Коперника о Луне под названием «Вращение орбит», написанном в XVI веке. Этот труд сыграл основную роль в формировании современной гелиоцентрической астрономии.

Следует сказать, что данный переворот в астрономии проявился только в ограниченном числе работ мусульманских астрономов. Последующие астрономы исламского мира в основном ограничивались повторением вычислений своих предшественников, а потому астрономия в качестве непосредственного наблюдения за звездами и математических вычислений на основе этих наблюдений постепенно пришла в упадок, а после 9-10 веков лунной хиджры ее развитие остановилось.

Подводя итог этой главе, следует отметить, что в обсерватории Мараге и созданных позднее обсерваториях в исламском мире ряд ученых создали для группы математиков такие методы и инструментарий, с помощью которого они смогли делать объемные вычисления и по мере этих вычислений выявлять и исправлять свои ошибки. Это достижение имеет большое значение для истории математической астрономии и собственно математики.

Геология и география

Астрономия находилась в очень тесной связи с географией и в некоторой степени с геологией. Мусульмане знали многие из важнейших произведений по географии, оставшиеся от древних греков, причем в арабский, персидский и другие исламские языки слово «география» вошло в практически том же звучании – джуграфийа, хотя затем его заменило собственно арабское словосочетание сурат аль-ард («лицо земли»).

Мусульмане писали сочинения по географии с третьего века хиджры. Здесь можно выделить важные труды таких ученых, как Ибн Хаукаль и Бируни. Наивысшей точкой развития мусульманской географии стали работы Идриси, который в Севилье при дворе Фридриха Великого в 7 веке хиджры составил ценнейшие карты мира. В этих работах были собраны сведения, содержавшиеся в произведениях древних авторов, а также внесены многие дополнения к тому, что писали греки и римляне об Индийском океане, Африке, южном Средиземноморье и других частях Евразии. Так, открытие истоков реки Нил, которое приписывается европейским исследователям XIX века, на самом деле было сделано много раньше первыми исламскими географами. Следует помнить о том, что Генри-Мореплаватель, Магеллан, Христофор Колумб и многие другие первооткрыватели новых земель в эпоху Возрождения с помощью исламских географов и мореходов не только сумели пересечь Атлантический океан, но и обогнули мыс Доброй Надежды и – вот ирония судьбы! – с помощью мусульман покончили с мусульманским владычеством в Индийском океане.

Что касается геологии, то здесь следует сказать, что ряд исламских ученых, таких как Ибн Сина и Бируни, интересовались ею и углубленно занимались, в частности, вопросом скалообразования, выпадения осадочных пород, различиями между осадочными, гранитными и базальтовыми породами, изучением климата, появлением бассейнов минеральных отложений, изменением очертаний горных массивов и океанов и другими вопросами.

Абу Райхан Бируни занял выдающееся место среди исламских геологов благодаря своим обширным познаниям о крупных изменениях, происходящих на земле в соотношении суши и воды, и таким открытиям, как выявление того, что Индийская равнина в свое время образовалась в результате отложения пород, принесенных стекающими с Гималаев реками, а также изучению источников образования минеральных ископаемых.

Физика

Как уже отмечалось выше, физика в современном понимании этого термина не совпадает ни с одной наукой в традиционной исламской классификации научных дисциплин. Тем не менее, мусульмане активно занимались тремя разделами современной физики, достигнув в них значительных успехов.

Во-первых, следует отметить изучение света (оптику), которому мусульмане уделяли особое внимание. Наивысшим достижением мусульман в данной области стал созданный в 4 веке лунной хиджры в Каире труд Ибн Хишама (в латинской транскрипции – Альхазен), который, несомненно, был лучшим исследователем данных вопросов от Евклида до Кеплера и других великих физиков XVII века, занимавшихся этим. Ибн Хишам написал трактат «Книга зримого», в котором он для изучения ряда оптических явлений прибег к методу эксперимента, проведя подробные и точные исследования вопросов преломления и отражения света, свойств различных видов зеркал, в частности, вогнутого (увеличивающего) зеркала. Эти исследования позволили решить задачу, которая в честь крупного вклада этого ученого в оптику до сих пор называется «задачей Альхазена».

Через два века после Ибн Хишама в Иране в этой области работали Кутб уд-Дин Ширази и его ученик Камал ад-Дин Фарси, написавший очерк об упомянутой книге Ибн Хишама. Они впервые в науке правильно объяснили явление радуги в качестве следствия отражения и преломления света.

Второй областью физики, которой мусульмане активно интересовались, была область (кинетического) движения. Это была именно та фундаментальная сфера физического знания, которая разрабатывалась на Западе в XIII–XIV веках и подготовила почву для научной революции, произведенной Галилеем, подвергшим критике теорию Аристотеля. Критика теории движения Аристотеля обнаруживается до этого в трудах Ибн Сины, взгляды которого основаны на работах его предшественника, христианского философа Иоанна Филопонноса. В работе Ибн Сины можно найти ростки нового учения о «наклонении» и важные положения будущей теории «момента движения». Некоторые исламские физики (Ибн Баджа в Испании) также приложили усилия к количественному изучению траектории полета тела и выводили его формулы. Хотя эти теории потом и не смогли выдержать проверки ньютоновской теорией механики, они сыграли важную историческую роль в критике распространенной тогда аристотелевской теории движения. Как мы знаем, Галилей в «Пизанском диалоге», опубликованном в 1609 г., ссылается на Ибн Рушда, который, в свою очередь, упоминает теорию траектории Ибн Баджи.

Эта сторона физического знания у мусульман стала одной из важнейших вех в общей истории науки, ибо, не зная о критике теории движения Аристотеля, невозможно понять последующие события в области западной физики до того, как создали свои труды Галилей и Ньютон.

Третьим направлением физики, получившим развитие в трудах мусульман, следует назвать вопросы массы и объема тел в соответствии с принципом Архимеда. Мусульманские физики и математики развили взгляды Архимеда и написали на эту тему целый ряд трактатов, самые известные из которых принадлежат перу Бируни и Хазани.

Естественная история

В силу обширности территории исламского мира, простиравшегося от Северной Африки до восточной Индии и охватывавшего многие регионы, мусульмане имели возможность обмениваться мнениями между собой относительно флоры, фауны и минеральных ископаемых этих территорий.

Обмен научными взглядами осуществлялся различными способами, одним из важнейшим из которых был хадж. Ежегодное проведение паломничества к святым местам – хаджа – было не только одним из основных религиозных обычаев, собиравшем в Мекке мусульман со всего мира, но и служило в некотором роде большим научным форумом, во время которого мусульмане имели шанс обмениваться своими научными взглядами. А посему нет ничего удивительного и невозможного в том, что подробное описание растений, произрастающих в Хорасане, окажется в трактате, написанном в Северной Африке; или когда сведения о Сицилии появляются в работе, написанной в Мерве. Сведения мусульман о естественной истории были значительно шире, чем у греческих ученых, ибо мусульмане подробнее исследовали намного большие территории с точки зрения их флоры и фауны. Многие из этих растений и животных были неизвестны греческим и римским ученым.

Мусульмане делили природу на три «царства»: неодушевленное, растительное и животное. Каждое из них подробно изучалось. Изучение минералов и металлов часто (но не всегда) было сопряжено с алхимией, а также с медициной, ибо многие из них применялись для лечения болезней. Растения также рассматривались с точки зрения их природных свойств и сельскохозяйственного использования. У мусульман было много хороших ботаников, плоды трудов которых использовались и в сельском хозяйстве, и в медицине. Крупнейшим из них был Гафики из Андалузии.

В области зоологии мусульмане преимущественно использовали метод Аристотеля, бывшего крупнейшим зоологом древнего мира. Но и этот метод получил у них новое наполнение: они стали изучать и нравственную сторону жизни животных. Это можно наглядно проследить с самого начала в книге «Животное» («Аль-хайван») Джахеза, а затем в значительно позже написанном труде Дамири «Жизнь животного». В них описываются преимущественно те животные, которые упомянуты в Священном Коране, дабы показать и лучше понять мудрость Всевышнего в созданном Им мироздании, а также для получения научных сведений о животных, их повадках, размножении и жизни.

Алхимия и химия

В современном языке слова «химия» и «алхимия» имеют разные значения, но оба они первоначально произошли из арабского слова аль-кимийа, которое вошло в процессе переводов в латинский язык. Было много дискуссий о происхождении слова «алхимия». Наиболее вероятным представляется такое объяснение, что это египетское слово, обозначающее черноземную (лессовую) почву, которая остается после разлива Нила и оседания плодородного слоя на прибрежных пашнях, облегчая земледелие. Самым реальным объяснением является именно то, что слово кимийа (алхимия) относилось к такой почве, а сама эта наука (или искусство) сформировалась в египетской Александрии. Алхимия была предтечей химии, но в то же время включала в себя и науку о Вселенной, о духе и веществах, используемых в медицине. Эта наука базировалась на изучении минеральных веществ, при этом пытаясь найти в природных явлениях скрытый, зашифрованный смысл и установить их связь с внутренним состоянием души.

Химия постепенно развилась из материалистической (несакральной) части алхимии. Первый крупный исламский алхимик жил в самом начале исламской эры, и при нем это искусство достигло своего апогея. Этим человеком был Джабир ибн Хайан, живший во втором веке по лунной хиджре. Он происходил из Хорасана и проживал в Куфе, а потому известен под именами «Туси» (Тус – город в Хорасане) и «Куфи». Кроме того, он также являлся учеником Имама Джафара Садика (А). Джабир оставил после себя много трудов по различным научным дисциплинам, в частности по алхимии. Он раз и навсегда основал эту науку в исламском мире и превратился в ее выдающегося представителя и авторитета на протяжении всей исламской истории.

Мухаммад бин Закарийа Рази, известный иранский мусульманский врач и алхимик 3 века хиджры, признанный вторым авторитетным ученым-алхимиком, на основе трудов Джабира постепенно отделил химию от алхимии в качестве особой науки. Он создал внутреннюю структуру новой науки и без всяких символических и духовных аргументов, присутствовавших и имевших особый вес в алхимии, занялся чистым изучением различных веществ. Конечно, это не означает, что Рази за один день смог довести эту работу до конца. Он сделал в данном направлении только первый шаг. В результате, химия постепенно вышла из недр алхимии, хотя сама алхимия и не исчезла.

Многие из основных лабораторных устройств, приспособлений и реактивов, которые используются до сих пор, являются несколько видоизмененными формами все тех же предметов, которыми пользовались мусульманские алхимики. Некоторые из них, такие как перегонный куб, сохраняют до сих пор свои арабские имена (сравните: арабское слово «аланбик» и английское «alembic»).

Кроме того, в исламской алхимии зародились многие основные понятия и теории химии, такие как деление веществ на минеральные и органические, теория кислоты и основания, что соответствует алхимической теории классификации веществ на активные и пассивные. Пока арабские труды по алхимии не были переведены на латынь в XI веке, Запад не знал об этом искусстве и не имел в нем опыта, а посему вся западная алхимия и химия основана на исламской традиции, которая сначала оформилась в работах Джабира бин Хайана, и затем продолжилась на протяжении веков вплоть до Нового времени.

Некоторые из живших позднее крупных алхимиков, в частности, Ираки, Муджрити и Джалдаки, хорошо известны, однако произведения многих других до сих пор подробно не изучены. Как бы то ни было, исламская алхимия – это важная область знания, изучение которой необходимо для понимания некоторых сторон исламских наук и психологии Ислама. Алхимия была не чем иным, как способом установления связи между миром природы и созидательной силой Творца всего сущего – силой, которая правит миром и действует внутри него.

Медицина

Одной из самых широких сфер деятельности исламских ученых, которая на протяжении веков привлекала к себе внимание огромного их числа и до сих пор жива и динамично развивается, является исламская медицина. Фундамент ее покоится на собрании высказываний, деяний и привычек Пророка Ислама (С), известных под названием «Медицина Пророка». Все они относятся к охране здоровья и заботе о теле, уделяя повышенное внимание связи между телом и душой. В то же время у самого Пророка (С) был врач по имени Харис бин Калада, знакомый с некоторыми греческими источниками по медицине. Это свидетельствует о том, что исламский мир с самого начала обращал внимание на греческую медицинскую науку. Некоторое время спустя мусульмане заинтересовались иранской и индийской медициной и, как в случае с другими науками, вскоре сумели составить компиляции из основных элементов медицинской традиции Греции, Ирана и Индии в соответствии с исламскими ценностями и учением.

А сама исламская медицина зародилась в определенном смысле с появлением в 3 веке лунной хиджры труда Али бин Рубна Табари «Рай мудрости». После этой крупной медицинской энциклопедии в данной области появились другие энциклопедические произведения, среди которых самым известным является трактат «Китаб аль-хави», принадлежащий перу Рази. Рази, известный среди «латинян» под именем «Разес», был одним из 2–3 известнейших исламских врачей, причем с точки зрения клинического обучения и эмпирических медицинских наблюдений его можно поставить на первое место. Он не только открыл много новых веществ, но и первым стал использовать спирт для дезинфекции. Произведение «Китаб аль-малики» Али бин Аббаса Маджуси и большая медицинская энциклопедия Ибн Сины «Врачебные каноны» были созданы в исламском мире в продолжение упомянутой выше книги Рази.

Можно сказать, что труды Ибн Сины увенчали собой успехи и достижения исламской медицины. Как уже говорилось выше, на Западе Ибн Сину называли «принцем врачей», а его «Каноны» стали самой известной книгой в истории медицины со времен Гиппократа и Галино вплоть до наших дней. Эта книга преподавалась на Западе в течение 700 лет и до сего времени изучается в Пакистане, Индии, Бангладеш, Шри-Ланке и некоторых районах Ирана и арабского мира, где и поныне распространена традиционная исламская медицина. Ибн Сина был крупнейшим обработчиком и примирителем двух основных медицинских традиций (Гиппократа и Галино), а также опытов, экспериментов и наблюдений предшествовавших ему исламских врачей и некоторых элементов иранской и индийской медицины, в особенности в области фармацевтики. В его книге «Врачебные каноны», с одной стороны, рассматриваются философские основы здоровья и болезни человеческого тела, причин заболеваний, связи между телом и душой и другие философские аспекты медицины, а с другой – конкретные заболевания, лекарства и фармакопея.

Как и Рази, известный диагностикой и лечением краснухи, Ибн Сина прославился обнаружением и диагностикой такого заболевания, как менингит. Но наибольшим его достижением является составление упорядоченного свода многочисленных и исключительно разнообразных медицинских традиций, которые имелись в медицине до него. После Ибн Сины традиция исламской медицины разделилась на иранскую, османскую и арабскую, к которым затем прибавилась и индийская; каждая из них имела свои ответвления. Многие из ученых и врачей более позднего времени, как то Фахр ад-Дин Рази и Кутб уд-Дин Ширази, написали комментарии к «Канонам» Ибн Сины. Некоторые из них на основе теории Ибн Сины выдвинули свои новые взгляды и сделали крупные открытия. Одним из них является Ибн Нафис, который до Мигеля Сервета открыл малый круг кровообращения. Тем не менее, долгое время это открытие приписывалось Сервету.

Исламская медицина, неразрывно связанная с именем Ибн Сины, стала частью культуры и повседневной жизни мусульман. С ней даже была в определенной степени связана их еда, и эта связь сохраняется во многом до сих пор. В последующие столетия, когда данный вид медицины постепенно стал отходить на второй план в Иране, Египте, Сирии и т. д., у нее появились твердые приверженцы в индийских землях, где эта медицинская традиция до сих пор жива и имеет свои школы и врачей-практиков. Такая полностью исламская медицина, которая в Индии и Пакистане иногда называется «греческой» («йунани») или «медициной Ибн Сины», является одной из важных отраслей традиционных исламских наук. Она сохранилась до наших дней и по-прежнему имеет основное значение в повседневной жизни многих мусульман.

В некоторых своих аспектах такая медицина обладает несомненными преимуществами перед распространенной в наше время «новой медициной». Ибо исламская медицина обладает сакральностью: она обращена на излечение не только тела, но и души. Здесь определяются психосоматические (то есть психологические и собственно телесные) симптомы болезней, а в лечении используются травы и другие натуральные средства, которые не имеют побочных воздействий. А ведь именно этого добиваются современные медики и именно этого хотят люди на Западе.

Исламская медицина стала одним из важнейших достижений исламской цивилизации, и мусульмане до сего времени пользуются ее плодами. Кроме того, в последние десятилетия во многих исламских странах на эту науку смотрят не только как на исторический раритет, но и пытаются больше чем когда-либо оживить и активно использовать ее.

Влияние исламских наук

Исламские науки оказали огромное влияние как на западную цивилизацию, так и на великие цивилизации Индии и Китая, находящиеся к востоку от исламского мира и постоянно контактирующие с ним. Если бы не исламские науки, развитие научных знаний в этих трех культурах очень сильно отличалось бы от того, что мы имеем сейчас. Это особенно касается Запада, который имеет ключевое значение, ибо там сложилась и развилась современная наука, оказавшая влияние на весь мир.

Между XI и XIII веками в Испании, а также Сицилии и других районах Италии на латынь были переведены важнейшие труды исламских ученых. Постепенно в Европе познакомились и привыкли к именам некоторых исламских ученых, таких как Ибн Сина и Рази. Исламская медицина стала фундаментом для западной медицины. Эта опора на исламскую медицину была столь велика, что когда такой ниспровергатель авторитетов, как Парацельс (1493–1541) выступил против традиционного врачебного искусства и основал новую медицинскую науку, он прежде всего бросил в огонь в швейцарском городе Бале «Каноны» Ибн Сины, считая эту книгу символом традиционной западной медицины.

То же самое мы наблюдаем и в математике. Основные труды Хорезми и других исламских математиков в течение нескольких веков преподавались в западных университетах. Астрономические таблицы, создававшиеся на Западе (например, таблица испанца Альфонса Мудрого), были основаны на астрономических таблицах мусульман. А западные трактаты по алгебре позднего Средневековья и эпохи Возрождения в целом исходили из трудов Омара Хаййама. Латинские труды по химии и алхимии вследствие истощения запаса латинских слов переполнены арабскими слова ми и выражениями. Примеры такого влияния можно перечислять еще долго. Отметим только, что, несмотря на исследования этого вопроса многими учеными, простые люди на Западе еще мало знают об этом влиянии. Здесь необходимо упомянуть и о том, что практически все трактаты по различным наукам, переведенные на латынь, были написаны на арабском языке. То же, что было написано на втором языке исламского мира – персидском, то есть большинство научных произведений более поздних эпох, созданных в Иране, Турции и Индии, неизвестно западному читателю. В результате большая часть последующей истории развития исламских наук оказалась непознанной. Поэтому долг исламских ученых состоит в том, чтобы полностью и всесторонне изучить историю исламских наук, а не только те ее части и периоды, которые оказали влияние на западную науку. Исламские ученые должны представить традицию исламской науки не с точки зрения сциентизма, рационализма или позитивизма, которые преобладают в Европе и Америке, а именно с позиций самого Ислама.

Выводы. Значение исламских наук для мусульман

Значение широкой научной традиции в Исламе для всех мусульман и, в частности, для современной мусульманской молодежи заключается не только в том, чтобы они прониклись чувством гордости за свою цивилизацию и авторитет своих наук в современном мире. Эта традиция говорит о том, что Ислам смог на основе собственного мировоззрения, без отчуждения от самого себя и без того, чтобы создать науку, которая разрушила бы мир природы и нарушила необходимую гармонию между человеком и природой, выдвинуть из своей среды целый ряд научных дисциплин. Исламские науки важны не только в собственно научном понимании, распространенном на Западе – они обладают и духовным содержанием. Изучение их необходимо для того, чтобы молодые мусульмане смогли перекинуть мысленный мост от западной науки, которую они обычно изучают, к принципам исламских убеждений, в которые они должны верить как мусульмане. Важнейшим достижением исламских ученых мужей является то, что они имели сильнейшие критерии критической мысли и защищали логическую гармонию, не утрачивая веру в Бога и не отходя от исламского мировоззрения, в лоне которого и взросли все исламские науки.

Конечно, постепенно эта традиция ослабла, но она никогда не приходила в такой сильный упадок, как полагают многие на Западе. В 10, 11 и 12 веках лунной хиджры исламская наука, в особенности, медицина и фармакология, продолжала развиваться. Собственно, если уж говорить об упадке исламской науки, то он наблюдался только в последние 2–3 века. Не надо испытывать по этому поводу пессимизм, ибо ни одна цивилизация не занималась беспрерывно естественными науками. В любой цивилизации этот интерес иногда усиливался, а иногда угасал. Нет никаких причин для того, чтобы постепенное ослабление темпа развития науки в исламском мире трактовать в качестве регресса всей исламской цивилизации. Отождествление науки (в современном понимании) с цивилизацией – это одна из западных теорий. Но это ошибочная теория, в которой усомнились и многие на Западе.

Исламская точка зрения состоит в том, что, хотя после первых веков Ислама интерес и внимание к науке действительно упал, сама исламская цивилизация в результате этого никогда не впадала в регресс и в ней не наблюдалось полного упадка. Некоторый регресс произошел значительно позже того, что обычно утверждается. Если когда-нибудь будет написана полная история исламской науки и цивилизации, эта истина будет со всей очевидностью доказана. К сожалению, до сих пор никто не предпринял такой труд, а все, что было сделано в данной области, делалось западными исследователями, которые, естественно, в первую очередь обращали внимание на моменты, связанные с влиянием исламских наук на Запад.

Поэтому исламские ученые должны собраться с силами, засучить рукава и сесть за написание новой полной истории научной традиции Ислама на основе движущих сил самой истории Ислама.

Глава 6. Литература и искусство

Ислам и искусство

Ислам создал цивилизацию, в которой искусство всегда занимало важное, ключевое место, и это место сохранится за ним до тех пор, пока будет существовать данная цивилизация. Можно утверждать, что Ислам исповедует эстетический взгляд на жизнь. Согласно известному хадису, «Господь красив и любит красоту», то есть красота и благолепие признаются атрибутами Божественной сущности. Упор на соблюдение хороших манер, чистоты и опрятности в религиозных делах и в повседневной жизни, а также ясные указания Корана о красоте Творения и всего созданного Богом, ясно и открыто свидетельствуют о серьезном внимании Ислама к красоте.

Если посмотреть на явления исламской цивилизации, начиная с архитектуры и градостроительства и заканчивая поэзией и другими видами литературы, станет ясна важность искусства в традиционном исламском мире. Великие шедевры исламской цивилизации, такие как соборная мечеть в Кордове (Испания), мечеть Гирван в Тунисе и Ибн-Тулун в Каире и другие архитектурные памятники на Востоке исламского мира (Стамбул, Исфахан и Самарканд), не только непосредственно отражают дух исламского Откровения, но и являются отзвуком его души. Можно сказать, что они самым ясным образом отвечают на вопрос о том, что такое Ислам. Эти здания воплотили в своей соразмерности, гармонии, спокойствии и безмятежности важнейшие черты исламского послания к людям.

На протяжении многих веков исламское искусство сумело создать такую среду, в которой мусульмане живут, постоянно помня о Боге и размышляя о красоте, исходящей от Бога, Который красив (джамил) в самом высоком и совершенном значении этого слова. Исламское искусство непосредственно связано и с духом Корана, и с его внешним образом. Это искусство стремится отразить единственность Всевышнего, и именно поэтому избегает создания каких-либо изображений с ликом Бога. Это искусство говорит о непрочности ближнего мира и о вечности загробной жизни. Оно пытается установить нерушимую связь между собой и повседневной жизнью людей. Собственно, самые распространенные слова арабского языка, обозначающие искусство («сана‘а», «фанн»), обозначали не только то, что подразумевается на Западе под искусством, но и правильное выполнение любого дела, умение. Кроме того, Ислам всегда подчеркивал тесную связь между искусством и знанием. Это подтверждают и многократно повторенные высказывания исламских мастеров о том, что искусство рождается от «брака» между умением и мудростью.

Внешняя и внутренняя красота Священного Корана – от Бога. Исламское искусство передает послание, содержащееся в Откровении, в таких формах, которые непосредственно отражают духовное и небесное происхождение Ислама, призывая идти к Господу. Дух исламского искусства и его различные воплощения черпают свое вдохновение из Откровения и находятся с ним в непосредственной связи.

Глубокое изучение Корана, его скрытого смысла, размера стихов, звуков, слов и рифмы и того удивительного воздействия, которое он оказывает на души мусульман, а также глубокое размышление о жизни Пророка Ислама (С) и красоте его души, которая отражается в хадисах – высказываниях и делах Пророка (С), – все это образует внутренние источники и фундаментальные основы исламского искусства.

Конечно, такие отрасли этого искусства, как архитектура, производство тканей, создание изделий из бронзы и меди и т. д., позаимствовали многие приемы и методы у различных цивилизаций, в частности, у Древнего Ирана и Византии. Но все это было переработано в свете коранического Откровения, что дало совершенно новые формы и образы.

Хотя и имелись явные местные различия между направлениями искусства в различных регионах мусульманского мира, из которых самой плодотворной и творческой была, наверное, иранская школа, все виды и школы искусства в исламской цивилизации совпадают между собой в основных принципах. Главной особенностью его является использование стилизованных узоров, получивших название «арабески», геометрических рисунков и каллиграфии в качестве показателя постоянного присутствия Слова Всевышнего. В этом искусстве делается основной упор на абстрактное видение явлений (что, по сути, означает отворение двери в рациональный мир), а также на использование и повторение узоров, которые в некотором смысле направляют человека к пониманию бесконечного в конечных формах. Все эти элементы можно найти в исламском искусстве всех стран и территорий, от Андалузии до Египта и Ирана. Конечно, каждая из крупных расовых и этнических групп в нем создала искусство, которое несет на себе явный отпечаток конкретного народа. Так, существует иранское, турецкое, египетское, североафриканское и андалузийское, индийское, индонезийское и малазийское искусство. Но единство Ислама проступает во всех этих разнообразных и богатых творческих традициях.

Литература

Среди всех исламских искусств центральное место занимает мелодичное, распевное чтение Священного Корана. Это высшее исламское искусство, наделенное священным значением. Конечно, оно во многих случаях идет рядом с мастерством написания Слова Божия и сохранением преданий, который приведены во многих сурах этой Священной Книги. Отсюда проистекает то высокое положение, которое занимает в исламской культуре литература. Влияние Корана на души мусульман было столь сильным, что где бы ни распространился Ислам и куда бы ни проникло влияние Книги, везде исламская культурная среда тяготела к слову (литературе) в качестве одного из основных способов художественного выражения.

Конечно, прежде всего в Исламе использовался арабский язык и создавалась арабская литература, на которой лежал отпечаток коранического откровения. Ведь последнее изменило сам арабский язык, превратив его в достойное средство выражения Слова Всевышнего. В доисламскую эпоху (джахилийа) арабы создали значительные поэтические произведения, но только воздействие Корана позволило превратить эту литературу в исламскую. В годы жизни соратников Пророка Ислама (С) появился такой литературный шедевр, как «Нахдж уль-Балага» («Путь красноречия») Али ибн Абу Талиба (А), где собраны проповеди и изречения этого великого мусульманского деятеля. Современную форму данной книге в четвертом веке лунной хиджры придал Шариф Рази. После этого первого шедевра религиозной арабской литературы появился сборник молитв внука хазрата Али (А), Имама Саджада (А) под названием «Сахифа Саджадийа», которое многие назвали «Псалтырем Имама из рода Пророка».

В начале эпохи правления Омейядов появилось много выдающихся арабских поэтов, в произведениях которых изо дня в день все больше проявлялись исламские черты. Стихи Фарзадака, а затем Халладжа несли на себе не только арабские особенности, но уже совершенно очевидно имели исламский характер. Арабская проза с появлением такого писателя, как Джахиз, также стала однозначно исламской. Даже в незамысловатых сказках «Тысячи и одной ночи», которые относятся к концу эпохи Аббасидов, можно найти литературное воплощение многих сторон исламского учения и мусульманского общества.

Арабская литературная традиция очень богата. На протяжении веков в ней прослеживается неразрывная цепь великолепных произведений прозы и поэзии, от касид Бухтари и нравоучительных строк Мутанабби до мистических стихов Ибн Фариза и Ибн Араби, от трактатов Абу Хайана Таухиди до историко-философских и в то же время исполненных литературных достоинств произведений Хаййа бин Йакзана ибн Туфайля. Тем не менее, исламские особенности не были присущи исключительно этой литературе, созданной самими арабами. Эхо исламского учения и мышления слышится в абсолютном большинстве произведений, написанных на арабском языке арабскими и неарабскими (в особенности, иранскими) поэтами и писателями. Это касается в особенности таких замечательных произведений, как касида «Бурде» Бусири в восхваление Пророка Ислама (С), которая на протяжении веков была у всех на устах. Подобные произведения являются ярким примером высокого развития исламской литературы, которая одновременно отражает суть и образ Корана и Сунны.

В других мусульманских языках также можно обнаружить влияние Священного Корана, подобное влиянию его на арабский язык. Вторым по значению языком литературы исламского мира был персидский, который, как и арабский, стал межнациональным языком, ибо на нем говорили и писали многие тюрки, индийцы и даже китайцы-мусульмане в отдаленных от Ирана землях. Персидский язык сформировался в результате смешения коранической лексики с иранскими языками эпохи Сасанидов. Первые персоязычные поэты подражали арабам, но с появлением Рудаки персидская поэзия обрела самостоятельность и своеобразие. В то же время некоторые иранцы, в частности, Халладж, писали по-арабски и стали известны как выдающиеся арабские поэты.

Сам персидский язык стал быстро развиваться с четвертого века лунной хиджры, с появлением иранского национального эпоса «Шахнаме» Фирдоуси и религиозно-мистических стихов Санаи, Аттара и Джалал ад-Дина Руми. То, что вышло из-под пера некоторых из этих иранских поэтов, составило в переводах на другие языки золотой фонд мировой поэзии. Не случайно, что многие эксперты признали Джалал ад-Дина Руми, который оказал удивительно большое влияние не только на Иран, но и на другие азиатские территории, в частности, на турок и индийцев, величайшим религиозно-мистическим поэтом всех эпох. После Руми, который жил накануне нашествия монголов, появились и другие великие поэты. Самыми крупными из них были Саади и Хафиз.

Саади являлся преимущественно поэтом-проповедником и нравоучителем, а Хафиз, крупнейший иранский поэт, был не только знатоком Корана и шариата, но и величайшим певцом духовности и любви к Богу. Под пером этих двух поэтов персидский язык достиг вершины своего литературного совершенства, повлияв на поэзию и литературу многих других народов. Так, турецкая литература подверглась значительному влиянию персидского языка, с которым находилась в постоянном контакте. В течение нескольких веков крупные писатели Османской империи владели персидским языком, а многие из первых турецких поэтов создавали свои произведения по модели старого персидского стихосложения, хотя и на турецком языке. Но затем турецкие поэты все больше и больше стали склоняться к использованию своего языка. С появлением таких известных личностей, как Ахмед Йасави, основатель ордена Йасавие, и Юнус Эмре, самый выдающийся турецкий поэт, стихи которого среди турков пользуются популярностью до сих пор, появилась значительная турецкая литературная традиция.

Можно много говорить о языках и литературах других мусульманских народов, но у нас такой возможности нет. На полуострове Индостан дух Ислама открыто проявился в синдхском, пенджабском, кашмирском, гуджаратском и бенгальском языках. На них создана богатая литература, которая находилась под влиянием персидского языка, а, следовательно, и живого исламского учения. Понятно, что на ней также лежит печать исламских особенностей.

С 8 века хиджры на полуострове Индостан началось формирование языка урду, который представляет собой смешение санскрита и персидского языка, с использованием ряда заимствованных тюркских слов. Урду в течение последующих столетий все больше и больше исламизировался, став в 13–14 веках лунной хиджры одним из основных исламских языков, на котором создано множество поэтических и прозаических произведений. Случилось так, что после того, как англичане вытеснили персидский язык из Индостана, урду превратился в язык мусульманской культуры этого региона. В настоящее время мусульмане, говорящие на урду и понимающие его, находятся по численности на втором месте после говорящих на арабском языке, языке Корана.

То же мы видим и в Африке. По мере распространения Ислама местные языки постепенно приняли форму и дух арабской (но не персидской) литературы. В Африке влияние персидского языка было незначительным, а арабского – огромным. В прошлые века становление устойчивой литературной мусульманской традиции в Черной Африке стало заметно как на Западе этого континента, где создавалась относительно большая литература на берберском, на хауса, фула и других западно-африканских языках, так и на Востоке, где языками литературы стали сомалийский, амхарский и, конечно же, суахили, самый распространенный из восточно-африканских языков. Часть этой литературы осталась в устной форме и только в недалеком прошлом обрела письменность на латинской основе, в то время как другие литературы пользовались арабской письменностью и получили значительное развитие. Как бы то ни было, литература африканских мусульман – как устная, так и письменная – стала еще одной важной частью исламской литературы. Она, как и другие ответвления исламской письменной традиции, несет на себе отпечаток духа и формы Корана и арабской письменности, но при этом отражает особенности жизни мусульман именно Африканского континента.

В мусульманских землях Восточной Азии наблюдается та же картина. Персидская и арабская литература 7–10 века лунной хиджры значительно повлияла на литературу малайских этносов. Вследствие этого влияния известные литературные деятели региона (Хамза Фансури, Суматрани, Ранири и др.) создавали произведения на малайском языке на основе сказаний о жизни Пророка Ислама (С) или на основе суфийских произведений Джами и – до него – Газали.

Кроме того, на малайский язык были переведены многие основные тексты персидской и арабской религиозно-мистической литературы.

Даже у китайских мусульман сформировалась значительная традиция исламской литературы, в которой находим прямые ссылки и аллюзии на учение Корана и события начальной исламской истории. В то же время совершенно очевидно, что эта литература принадлежит китайской языковой и культурной среде; в ней используются образы и литературные жанры, присущие традиционной китайской литературе. Другие формы и школы исламской литературы существуют в различных тюркских языках Средней Азии и в других африканских языках, но здесь невозможно рассказать обо всех этих языках. Следует осознать только то, что ислам за 14 веков своего существования в мире породил особый раздел поэтической и прозаической литературы, имеющий отличительные исламские особенности и несущий в себе дух и содержание Корана и хадисов.

В исламской цивилизации большое внимание уделялось поэзии, которая высоко стояла не только у иранцев и арабов, но и среди всех других западных и восточных исламских народов. Но иные жанры литературы, такие как новелла (повесть), пользующиеся сейчас большой популярностью на Западе, так и не получили развития у мусульман. Причина заключается в том, что крупные прозаические формы, особенно в том виде, как они сформировались в XIX–XX веках, обычно пытались создать воображаемый мир, в котором читатель забывал о существовании Бога. Ислам же всегда принципиально выступал против таких одурманивающих сочинений.

Так как в исламском мировоззрении не содержалось никаких особых указаний на драматургию в ее первоначальном греческом понимании, мусульмане не обращали особого внимания даже на древнегреческие драматические произведения. Собственно сценической драматургии у мусульман очень мало, хотя исламские литературные жанры в некоторых своих элементах и образцах обладают сходством с театральными пьесами или романами. В области крупных прозаических форм можно выделить философские произведения известного андалузского философа и врача Хаййа бин Йакзана и Ибн Туфайля, которого многие считают создателем первой европейской новеллы.

Тем не менее, в исламской литературе самое высокое место занимают, с одной стороны, эпос и религиозная поэзия, а с другой – сказки. Все эти жанры наполнены ценностями Корана и хадисов. Они являются непосредственным дополнением к религиозным текстам в духовной жизни мусульман. В то же время эти произведения давали и дают мусульманам этические и нравственные советы, которые полезны каждому во время его существования в этом мире. Удивительно, что традиционная исламская литература является не чем иным, как комментарием к некоторым высказываниям Пророка Ислама (С) и к повествованиям Корана, а вся литература исламских народов взросла от благостного дыхания исламских ценностей и наставлений.

Изобразительные искусства

Обратившись к изобразительным искусствам, которые занимают значительное место в исламской цивилизации, мы тут же столкнемся с их иерархическим делением с религиозной точки зрения. Если в аудитивных (основанных на слухе) искусствах на высшей ступени стоит декламация Священного Корана, то в визуальных (изобразительных) искусствах наивысшими и самым священными жанрами считаются каллиграфия и архитектура. Каллиграфия находится в непосредственной связи с записью Слова Божия – Корана, тогда как архитектура создает место для произнесения этого Слова – мечеть, причем все другие виды исламской архитектуры представляют собой расширенный образ мечети.

Следует отметить, что иерархия искусств в Исламе отличается от того, как их принято подразделять на Западе. В западной и некоторых других цивилизациях приоритет принадлежит живописи и скульптуре, которые имеют большое религиозное значение. В Исламе же скульптуры как таковой нет, если не считать фигуры львов, устанавливаемые посреди бассейнов или у входа во дворцы. Живопись же в виде миниатюры всегда была связана с книгопечатанием и никогда не имела такого ключевого, центрального значения в искусстве, как на Западе.

Итак, в исламской религиозной жизни основную роль выполняли каллиграфия и архитектура, которые проецировали Слово Божие на исламское общество. Каллиграфия непосредственно выражает реакцию мусульманской души на ниспослание коранического Откровения. Арабская поэзия существовала и до ниспослания Корана, но арабо-исламской каллиграфии тогда не было. Каллиграфия – это исключительно исламское искусство, которое не имеет корней в доисламской эпохе. Первоначально появился куфический почерк, а затем на протяжении веков были созданы другие каллиграфические почерки: насх, сульс, мухаккик, райхани и насталик, исключительно красивый и изящный шрифт. Таким образом, возникло искусство, которое постепенно вышло за рамки прикладного использования в записи текста Корана и стало применяться в написании других книг, украшении предметов повседневного быта, домов и, конечно же, мечетей. Вся внешняя среда жизни мусульман благодаря этому искусству стала воплощением Слова Божия, когда Имя Его и учение всегда находятся у мусульман перед глазами.

В архитектуре имеют значение не только отдельные здания. Конечно, очень важно возведение мечетей, которое берет свое начало от первой мечети Медины; на более поздних этапах стали использоваться способы строительства куполов, в частности трехарочные, и другие методы, заимствованные у сасанидской архитектуры Ирана и византийской архитектуры Сирии и Египта. Но еще более важным представляется создание законченных городских ансамблей. В городах сохранялась полная гармония между различными сторонами человеческой жизни, когда мечеть выполняла роль сердца города. Существовала такая гармоничная взаимосвязь между дворцами в качестве центра власти, базаром в качестве центра экономической жизни, медресе в качестве научного центра, жилыми кварталами, караван-сараями и мастерскими ремесленников, что религиозные, учебные, экономические, бытовые и политические дела общества сопрягались и согласовывались друг с другом.

Одной из самых заметных особенностей исламской городской архитектуры в ее традиционном понимании является то, что она полностью соответствовала естественному образу жизни, климату и другим природным условиям. Мусульманский город никогда не строился так, чтобы выражать враждебность человека и природы. Наоборот, в нем всегда прослеживалась гармония того и другого. При строительстве максимально использовались факторы света, ветра, тени и доступные материалы, причем так, что если когда-либо люди покидали эти города, они плавно возвращались в лоно природы. В исламских урбанистических центрах – как в Северной Африке и Йемене, так и в Иране и в других местах – мы и сегодня находим впечатляющие примеры гармоничного сосуществования горожан и окружающей среды. В нашу эпоху, эпоху экологического кризиса, можно многому научиться у планировки традиционных исламских городов и архитектуры их отдельных зданий.

Некоторые из элементов традиционного исламского города несут исключительно духовно-религиозную нагрузку. Такой город бывает или белым, как в Северной Африке и на юге Испании (этот цвет остался от прошлого страны), или земельного цвета, как в Иране, Афганистане и других странах. Оба эти цвета ассоциируются со стабильностью и спокойствием. Исламский город никогда не бывает возбуждающим и волнующим; напротив, кажется, что его охватили тишина и мир самой вечности, а покой, выражаемый белым цветом, напоминает об одежде, достойной того света. Однако внутри города, особенно в домах, присутствует все великолепие красок, кирпичей, разноцветных изразцов, а дворы заполнены цветами и деревьями. Вся красота исламского города обращена вовнутрь его, а не наружу. Традиционные дома как богатых, так и бедных мусульман не так уж сильно отличаются друг от друга, если смотреть на них с улицы. Это способствует тому, чтобы люди не испытывали чувства неравенства. Красота домов предстает во всем своем великолепии только изнутри. Только там отражается удовольствие и спокойствие, которое сопряжено с поклонением Всевышнему, и благо Божие, одним из которых является счастье семейной жизни.

Исламский город, выстроенный в традиционном стиле, следует рассматривать в качестве одного из величайших достижений исламского искусства. И точно так же его постепенное исчезновение на протяжении прошедшего столетия следует считать одной из величайших бед, которые в XVIII и XIX веках принесло исламскому миру господство западных колонизаторов, а затем было продолжено внешне независимыми мусульманскими правительствами, которые алчно пытались копировать западные модели градостроительства.

Говоря о других исламских искусствах, следует напомнить о том, что в Исламе нет водораздела между изящными искусствами и прикладными ремеслами (ремесленными искусствами), в то время как он существует на Западе и отражается, в частности, в английском и французском языках, где «изящные» искусства отделены от других. Хотя эти термины переведены на арабский, персидский, турецкий и другие языки и получили распространение в исламских землях, они не основаны на какой-либо исторической традиции. В традиционном исламском мире иерархия искусств не строилась на разделении их на «изящные», «прикладные» и «малые». Она основывалась на том, насколько эти искусства влияли на человеческую душу.

Поэтому после священных искусств каллиграфии и архитектуры, непосредственно связанных со Словом Божьим, стояло искусство изготовления одежды, ибо помимо духовного мира (который в Исламе воплощен в Слове Всевышнего) ничто так сильно не влияет на человеческую душу, как то, что находится ближе всего к его телу, то есть одежда. Вопрос об одежде ни в коем случае не является поверхностным и малозначимым. Основываясь на учении шариата о простоте и твердости нравов и на непосредственных примерах из жизни Пророка Ислама (С) и членов его рода, а также принимая во внимание климатические потребности и этнические вкусы и обычаи, мусульмане на протяжении столетий выработали красивейшие образцы мужской и женской одежды. Мужская одежда всегда подчеркивала мужественность и властность мужчин, а женская – женственность и порядочность.

Кроме того, женская и мужская одежда всегда шилась так, чтобы сохранить внешнее достоинство тела и движений человека в качестве Божественного создания и наместника Бога на земле, а также обеспечить красоту движений во время намаза и общих молитв. Исчезновение традиционных одежд лишило эти обряды их прежней красоты и великолепия.

Особенностью мужской исламской одежды является чалма. Как говорится в одном хадисе, до тех пор, пока мужчины будут носить чалму, исламское общество не собьется с пути истинного. Хотя этот хадис и носит образный, символический характер, он ярко свидетельствует о важности чалмы в качестве одного из красивейших головных уборов в мире. Надеть чалму означает, что надо высоко держать голову и не забывать об обязанности, которую Господь возложил на человека в качестве Своего наместника на земле.

Нельзя надеть исламскую одежду (аба, абайа, джаллаба, традиционные шаровары) и быть агностиком или вероотступником, ибо эти одежды по сути дела означают проявление религиозно-духовной обязанности человека быть представителем Бога на земле. Отказ от традиционной исламской одежды, как и исчезновение традиционной исламской архитектуры и традиционной структуры исламского города, означает большую потерю для целостности исламской цивилизации, в лоне которой мусульмане жили и дышали с самого начала своей истории.

После одежды человек больше всего имеет дело с такими предметами повседневного обихода, как ковры, на которых мы сидим, скатерти, на которые ставим посуду с едой, сама эта посуда, пиалы, из которых мы пьем, и т. д. Исламская цивилизация очень много внимания уделяет этим «мелочам», ибо их влияние на человеческую душу во много раз больше, чем влияние музейных картин, которые западный человек видит раз или два в год, но уж по крайней мере не чаще, чем раз в неделю в воскресенье. Именно поэтому домашняя утварь составляет один из основных предметов мусульманского искусства. Посмотрите хотя бы на то, как важен в исламском искусстве ковер, особенно иранский, который до сих пор является, наверное, одним из красивейших в мире. Это же касается и анатолийских, афганских, берберских (Северная Африка) и других шедевров коврового искусства. Вспомните также замечательные хрустальные сосуды из Сирии, малайские и индонезийские батики, медные изделия Египта эпохи мамлюков, изделия из дерева мастеров Индостана и Северной Африки. Среди них всегда можно отыскать вершины различных видов исламских искусств. Эти художественно выполненные предметы играют огромную роль в создании атмосферы красоты, степенности и умиротворенности, в которой всегда жили мусульмане.

Очевидно, что лучшие иранские, а затем могольские и турецкие миниатюры, которые находились под влиянием иранской миниатюры, являлись шедеврами и высшей точкой развития изобразительного искусства в исламском мире. В частности, миниатюры эпохи Тимуридов и Сефевидов признаны во всем мире в качестве выдающихся творений. Иранские миниатюры своим изяществом, тонкой палитрой и духовным, ненатуралистическим изображением лиц и предметов достигли удивительного совершенства. Но не следует забывать, что искусство миниатюры всегда было связано с книгопечатанием. Поэтому эти произведения и называются «миниатюрами», что никогда не были крупными по размеру.

Хотя запрещено было только изображение Господа и Пророка Ислама (С), тонкая душа и нежные чувства исламских мастеров изобразительного искусства выражали себя преимущественно в геометрических рисунках и арабесках, не входя в сферу портрета. Поэтому, хотя миниатюры и считаются гордостью исламского художественного наследия, это искусство не получило в исламском мире, особенно вне Ирана, такого высокого развития, как каллиграфия, архитектура и градостроительство. Экземпляры Корана, изданные в эпоху мамелюков и Тимуридов, в определенном смысле представляют собой высшую степень исламских изобразительных искусств, и даже самые известные рисунки и картины такого мастера миниатюры, как Бехзад, уступают им по своему духовно-религиозному значению.

Влияние исламского искусства

Исламская художественная традиция оказала огромное влияние как на сам исламский мир, так и на окружавшие его цивилизации. На Востоке, где и само исламское искусство подверглось китайскому влиянию, что проявилось, в частности, в иранской миниатюре, оно в то же время воздействовало на китайскую керамику, фарфор и ковроткачество. В Индии также произошло смешение исламского и индийского искусств (например, в Фатхпуре). В Индии же создан и такой величайший шедевр исламского искусства, как Тадж-Махал.

На Западе основные составляющие исламского искусства, как керамика, музыка, архитектура и т. д., оставили глубокий след в европейской культуре: арки и дуги в архитектуре, художественное украшение латинских и ивритских рукописей XIII и XIV веков. Еврейское искусство в Испании, Марокко, Йемене, Иране, Египте и других исламских землях было особенно тесно связано с исламским искусством. Арки и внутренние украшения синагог Кордовы и других городов Испании до сего времени сохраняют свидетельство тесной связи декоративной отделки еврейских синагог и мусульманских мечетей.

Кроме того, иллюстрации еврейских рукописей, как иранских, так и испанских, свидетельствуют о близости художественного мира иудеев и мусульман. На протяжении многих столетий евреи искреннее и тесно сотрудничали с мусульманами в различных сферах искусства, в частности, в музыке.

Разъяснения о музыке

Прежде чем завершить эту беседу, поговорим немного о музыке. Некоторые исламские улемы считают музыку запрещенной (харам), в то время как другие дозволяют ее людям, в которых она не пробудит страсти и похоть. Тем не менее, исламские богословы на протяжении исламской истории так и не дали однозначного и категорического ответа на этот вопрос. В то же время в различных исламских землях музыка получила значительное развитие в основном в духовно-религиозном плане. У мусульман есть также военная музыка и мелодии, которые напевают крестьяне во время обмола урожая и в других случаях (эта музыка носит народный характер).

Но есть также и высокая исконно музыкальная традиция, которая представлена в исламской цивилизации арабской, иранской, турецкой, мусульмано-индийской (северо-индийской, которая известна теперь как «индийская», но большинство ее исполнителей носит исламские имена) школами. Наличие этих школ отражает укорененность данного вида искусства в исламском мире. Исламская музыка, в отличие от западной, которая используется для массовых танцев на коллективных сборищах, не служит таким коллективным целям. Она больше связана с религиозно-мистической поэзией, духовными состояниями и внутренними размышлениями. Этот вид музыки на протяжении веков развивался такими великими исламскими мистиками, как Джалал ад-Дин Руми и Амир Хосров Дихлави. Таким образом, исламская музыка имеет глубокую связь с литературой (особенно поэзией), будучи также полноценным средством восхваления Господа и мощным стимулом поминания Его.

Впрочем, как уже говорилось, наивысшим видом исламского искусства, связанным со звуком и голосом, является распевное чтение Священного Корана, которое, не будучи формально частью музыки, на деле является высшим ее проявлением. Чтение Корана в некотором роде представляет собой наипервейший и исконнейший музыкальный опыт (или чувство) в душе мусульманина. Так же как текст Священного Корана стал источником формирования литературы мусульманских народов, так и этот музыкальный опыт превратился в основу оформления принципов оригинальных музыкальных школ, появившихся у мусульман. Сходным образом Священный Коран содержит в себе принципы и истоки исламских изобразительных искусств: каллиграфии, которая непосредственно зависит от текста Священного Корана, и архитектуры, создающей помещения, в которых мусульманин на протяжении всей своей жизни слышит неземные звуки Слова Божия – из михраба во всей мечети и с минарета во всем исламском городе.

Примечания

1

Сокращенная форма, применяемая в значении «мир ему (ей)!» либо «мир им»! (прим. ред.)

2

Ибрахим – библ.: Авраам (прим. ред.)

3

Сура «Али ‘Имран» (Семейство Имрана) – 3: 67.

4

Сокращенная форма фразы «Да благословит Аллах его и род его!» (прим. ред.)

5

Хиджра – переселение Пророка (С) и его сподвижников из Мекки в Медину (прим. ред.)

6

Айат (араб. – знак, знамение) — самая мелкая структурная единица, стих Корана (прим. ред.)

7

Сура «Аль-Ма’ида» (Трапеза) – 5: 3.

8

Сура «Аль-Бакара» (Корова) – 2: 152.

9

Сура «Ар-Ра‘д» (Гром) – 13: 28.

10

Сура «Йусуф» (Иосиф) – 12: 2.

11

Сура «Аз-Зумар» (Толпы) – 39: 53.

12

Сура «Аль-Ахзаб» (Сонмы) – 33: 21.

13

Сура «Аль-Ахзаб» (Сонмы) – 33: 56.

14

Калам – исламская теология (прим. ред.)

15

Сура «Али ‘Имран» (Семейство Имрана) – 3: 18.

16

Сура «Аль-А‘раф» (Преграды) – 7: 180.

17

Сура «Аль-Бакара» (Корова) – 2: 20.

18

Бисми-Ллахи-р-рахмани-р-рахим – араб.: Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного (прим. ред.)

19

Сура «Аль-Бакара» (Корова) – 2: 115.

20

Сура «Аль-Касас» (Рассказ) – 28: 88.

21

Сура «Аль-Бакара» (Корова) – 2: 156.

22

Сура «Каф» – 50: 16.

23

Августин Аврелий (354–430) – христианский богослов, проповедник и политик, один из отцов церкви. Разработал учение о первородном грехе, согласно которому природа человека после грехопадения Адама безнадежно испорчена, так что даже стремясь к добру, человек независимо от своей воли вынужден совершать зло. Избавление от последствий грехопадения возможно, по Августину, только посредством божественной благодати, которая передается через Христа (прим. ред.)

24

Сура «Аль-А‘раф» (Преграды) – 7: 172.

25

Сура «Аль-Ахзаб» (Сонмы) – 33: 35.

26

Сура «Фуссилат» (Разъяснены) – 41: 53.

27

Сура «Аль-Хадид» (Железо) – 57: 3.

28

Сура «Аль-Ан‘ам» (Скот) – 6: 32.

29

Сура «Аль-Бакара» (Корова) – 2: 10.

30

Сура «Ан-Ниса» (Женщины) – 4: 97.

31

Сура «Аль-Бакара» (Корова) – 2: 83.

32

Сура «Аль-Бакара» (Корова) – 2: 275.

33

Султан в переводе с арабского означает «правитель» (прим. ред.)

34

Шейх – религиозный или общественный лидер; улем – религиозный ученый (прим. ред.)

35

Муджтахид – религиозный ученый, достигший степени иджтихада и имеющий право самостоятельно выносить фетвы по вопросам исламского права (прим. ред.)

36

Сура «Аль-Фатх» (Победа) – 48: 10.

37

Сура «Лукман» – 31: 28.

38

Мазхаб – правовое учение (прим. ред.)

Content

Сейид Хоссейн Наср
Молодой мусульманин в современном мире

Предисловие

Глава 1. Ислам, Священный Коран и хадисы – откровение и смысл религии

Ислам, вера, благочестие

Священный Коран

Сунна и хадисы

Выводы из этой главы

Глава 2. Бог, человек и мир – вопросы познания Загробного мира

Господь

Человек

Мужское и женское

Мир

Познание загробного мира

Глава 3. Шариат

Содержание шариата

Мораль и право

Торговые сделки

Общество

Семья

Экономика

Политика

Глава 4. Духовность и исламская мысль

Исламская духовность

Калам (Теология)

Мутазилиты

Шиитская теология (калам)

Философия

Первые перипатетики (последователи Аристотеля)

Нападки на перипатетиков

Философия в исламском Магрибе

Возрождение философии на исламском Востоке

Исфаханская школа

Выводы

Глава 5. Исламские науки

Переводы

Математика

Астрономия

Геология и география

Физика

Естественная история

Алхимия и химия

Медицина

Влияние исламских наук

Выводы. Значение исламских наук для мусульман

Глава 6. Литература и искусство

Ислам и искусство

Литература

Изобразительные искусства

Влияние исламского искусства

Разъяснения о музыке

Примечания