Олег Якубов

Ливанская трясина

Часть первая

Война без названия

«Не верьте пехоте,

Когда она бравые песни поет…»

Булат Окуджава.

Пролог

С утра у премьера болела голова. Он то и дело морщился, массируя затылок, но на предложение помощника принять таблетку, отрицательно покачал головой: Ольмерт знал, что никакие таблетки ему сейчас не помогут и причина головной боли была для него совершенно очевидной. За три неполных месяца его премьерства на долю Эхуда Ольмерта выпало немало серьезных испытаний, главным из которых стало обострение обстановки на южной границе, где в секторе Газы вот уже две недели шли настоящие бои. Ему пришлось выдержать поистине бурный натиск собственной оппозиции, испытать на себе весь гнет массированного международного давления. Но предстоящая сегодня через несколько минут встреча представлялась ему самой тяжелой за все прошедшее время — в канцелярию премьер-министра должны были прийти родители похищенного две недели назад израильского солдата Гилада Шалита.

Со слов своих помощников Ольмерт знал, что семья похищенного ефрейтора достаточно резко высказывает недовольство в связи с его отказом вести с террористами переговоры по поводу возвращения заложника. Будучи сам отцом, он понимал их родительскую тревогу, но как глава правительства отчетливо отдавал себе отчет и в том, что его решение продиктовано высшими государственными интересами.

Как Ольмерт и предполагал, встреча началась с упреков, хотя, видимо понимая, что находятся на встрече с премьер-министром, родственники Гилада Шалита были в своих высказываниях достаточно корректны. Ольмерт поймал себя на мыли, что ему возможно было бы даже проще, если бы они набросились на него с резкими упреками. Спокойно, стараясь сдерживать ненужные и только мешающие в этот момент эмоции, он еще раз стал объяснять им свою позицию, подчеркивая при этом, что судьба их сына беспокоит его ничуть не в меньшей степени, чем их самих. Премьер-министр счел возможным поделиться с родителями последними, еще пока секретными данными, поступившими в канцелярию только сегодня утром. Судя по-всему, рассказал Эхуд Ольмерт, похитители предприняли самые изощренные способы конспирации, чтобы сохранить в секрете место нахождения бункера, в котором они удерживают ефрейтора Гилада Шалита. Террористы не пользуются мобильными телефонами, ни на мгновение не покидают место пленения израильского солдата и даже контакты с внешним миром осуществляют через связных, которые не знают место нахождения бункера. Само собой разумеется, пояснил премьер-министр, что в бункер категорически запрещен вход каким-либо посторонним. Хотя вчера было сделано исключение для одного из офицеров египетской разведки, которых для урегулирования палестинского кризиса направил в Газу президент Хусни Мабарак. Всю делегацию хамасовцы отказались пропускать в бункер наотрез, но одному все же позволили. Офицеру завязали глаза и только после этого усадили в машину. Вернувшись, он рассказал, что машина ехала довольно долго, хотя опытный офицер-разведчик полагает, что машина специально делала круги и отклонялась от нужного маршрута, дабы сбить визитера от возможности сориентироваться, в том, конечно, случае, если он раньше когда-либо бывал в этих местах. Повязку офицеру развязали только в бункере, где он и увидел Гилада Шалита. «По словам парламентария, заключил премьер министр, обращаясь к родителям Гилада Шалита, ваш сын вполне здоров.» В этот самый момент в дверь кабинета премьера заглянул военный секретарь главы правительства Гади Шамни и, получив молчаливое согласие, вошел. Еще когда Гади только пересекал кабинет, Ольмерт успел подумать, что у секретаря новости экстренные и вряд ли приятные. И хотя ему удалось сохранить внешнее спокойствие, услышанное не просто поразило его. Шамни сообщил, что боевики «Хизбаллы», вторгнувшись на территорию Израиля близ границы с Ливаном, похитили двух солдат и, начав массированный обстрел северной части страны, обрушили ракетные удары практически на все приграничные израильские город. Уже есть несколько десятков раненных, как среди военнослужащих, так и среди мирного населения.

«Это война?», сам себе задал вопрос премьер-министр Израиля и, хотя прекрасно помнил какое сегодня число, машинально взглянул на календарь, где значилось — 12 июля 2006 год.

Глава 1

Сводка военных действий за 14 июля 2006 г.

2 час.24 мин. Израильская служба тыла приказала закрыть детские летние лагеря в северных районах страны.

07 час.57 мин. По радиосети города Тиверии передали рекомендации жителям города не покидать своих домов.

11 час.50 мин. Служба тыла передала сообщение об опасности обстрела Тель-Авива.

13 час.20 мин. Депутат Кнессета (израильский парламент — О.Я.) Марина Солодкина выступила с требованием переводить все экстренные сообщения на русский язык.

13 час.45 мин. В города Цфат и Хайфа выдвинуты противоракетные комплексы «Пэтриот».

13 час.50 мин. Служба тыла передала по всем северным районам страны рекомендацию: в случае воздушной тревоги всем находящимся в автотранспорте немедленно покидать машины.

14 час.15 мин. Залпами из ракетных установок «Катюша» обстреляны горда Цфат и Кирьят-Шмона. В общей сложности выпущено до 35 ракет.

14 час.21 мин. ВВС Израиля начали массированную атаку по опорным пунктам и складам вооружения «Хизбаллы».

15 час.15 мин. Официальный представитель ВВС Италии заявил о готовности начать эвакуацию граждан европейских стран из Ливана.

15 час.28 мин. Представитель генштаба ЦАХАЛа (армия обороны Израиля — О.Я.) сообщил о данных военной разведки, установившей факт получения «Хизбаллой» ракет из Сирии.

15 час.51 мин. ВВС Израиля нанесли ракетные удары по опорным базам «Хизбаллы» в Бейруте.

18 час. 30 мин. Выступая по ливанскому телевидению генеральный секретарь «Хизбаллы» шейх Хасан Насралла пригрозил Израилю «новыми сюрпризами».

19 час. 00 мин. Стало известно о намерении Хавьера Солана в экстренном порядке прибыть в Бейрут.

19 час.48 мин. Объявлены имена девятерых погибших во время ракетного обстрела Хайфы.

20 час.00 мин. Начата эвакуация иностранных студентов Хайфы в Иерусалим.

23 час. 58 мин. Ракетные обстрелы Хайфы продолжаются. Количество ракет, выпущенных по городу, приблизилось к 100.

Экстренное заседание кабинета безопасности, куда входят все силовые министры и наиболее высокопоставленные представители Генштаба, еще только начиналось, а уже стало известно заявление, с каким выступил шейх Насралла. Он призвал Израиль к немедленному международному посредничеству с целью урегулирования конфликта… Насралла заявил, что Израиль может получить ТРЕХ своих военнопленных только в обмен на ВСЕХ освобожденных из израильских тюрем боевиков Хамаса и «Хизбаллы». Шейх особо подчеркнул, что никакие иные пути получения израильских пленных для него неприемлемы и предложения иного толка он рассматривать не станет. Эхуд Ольмерт решил на этот выпад не отвечать, полагая, что ему, главе государства, пристало бы вести диалог со своим ливанским коллегой, но никак не с самозванцем, который своими действиями и заявлениями явно старался подчеркнуть, что наделен полномочиями, или уж по крайней мере чувствует за собой силу говорить от имени правительства Ливана.

Не высказывая этих мыслей вслух премьер-министр дал понять участникам экстренного заседания, что им сейчас куда важнее выработать общую концепцию и стратегию предстоящей операции, нежели отвечать на выпады Насраллы. После этого он попросил высказать свое мнение начальника Генштаба ЦАХАЛа Дана Халуца. Генерал-лейтенант Халуц был в своей обычной манере сдержан, деловит, а потому и немногословен. Он сообщил, что инфраструктура боевиков «Хизбаллы» опутала своей паутиной всю страну, ракетные склады и склады иных боеприпасов разбросаны по всему Ливану, оружие, и это ни для кого не секрет, поступает из Сирии, а следовательно дороги, мости и даже бейрутский аэропорт являются объектами повышенной опасности. По мнению Халуца даже военно-воздушная операция, направленная на разрушение инфраструктуры «Хизбаллы», может отбросить Ливан на десять, если не на десятки, лет назад. Но иного пути начальник Генштаба пока не усматривал. Жители северных районов Израиля превратились в перманентных обитателей бомбоубежищ. Весь север живет какой-то ужасной жизнью. Ежедневно закрываются десятки предприятий, магазинов, даже поликлиники не могут работать в полном объеме. Об учебных заведениях и говорить нечего. Какие родители отпустят ребенка в школу, зная, что в ее здание с минуты на минуту может попасть запущенная с ливанской стороны ракета.

Выслушав сообщение генерала, Ольмерт не торопился с резюмированием. Сказав общую фразу о том, что граждане Израиля переживают сейчас трудные времена, он предложил собравшимся до конца дня тщательно проанализировать создавшуюся ситуацию, чтобы обсудить ее более обстоятельно.

Уже на следующий день лидер «Хизбаллы» объявил Израилю войну — практически открытым текстом.

«Вы хотели открытой войны вы получите ее, заявил шейх выступая по ливанскому телевидению и обращаясь к израильтянам. Ваше правительство хотело изменить правила игры, так пусть они изменяются. Вы не знаете, с кем вы сражаетесь. Отныне не действуют никакие правила и договоренности. Я сегодня уже не буду говорить о том, что если вы ударите по Бейруту, то мы ударим по Хайфе. Мы готовы к полномасштабной войне в Хайфе и еще дальше Хайфы.» А завершил свое телеобращение Насралла весьма эффектно. Он сделала небольшую паузу и заявил, что ему только что поступило важное экстренное сообщение: «Наши славные воины буквально несколько минут уничтожили боевой корабль израильтян. Так что слова у нас не расходятся с делом».

Позднее стало известно, что с наступлением темноты террористы «Хизбаллы» действительно нанесли неожиданный огонь по израильским кораблям и один из них получил повреждение.

Известно, что военные действия на ливано-израильской границе начались в те дни, когда в Санкт-Петербурге проходил саммит большой восьмерки. Надо полагать, что политическими, идеологическими и военными лидерами «Хизбаллы» это обстоятельство было не просто учтено — на него делалась особая ставка. Уже несколько позже военные и политические обозреватели и эксперты многих стран мира практически единодушно сошлись во мнение, что Хасан Насралла от участников большой восьмерки ожидал чего угодно, только не такой сдержанности, которая по сути дела признавала если и не полную правоту израильтян, то по крайней мере выражала понимание, а следовательно и признание лидеров некоторых стран-членов большой восьмерки на ответные действия израильтян. Получив из Санкт-Петербурга реакцию прямо противоположную ожидаемой, «Хизбалле» приходилось вопреки желанию начинать действовать через государственные структуры Ливана. К тому же приходилось менять на ходу как военную стратегию, так и тактику. Израиль, вопреки надеждам Насраллы, не свернул военных действий в первые же несколько суток, да и израильский премьер Эхуд Ольмерт проявил гораздо больше твердости и спокойствия нежели от него ожидали в арабском мире. В своем обращении к нации он заявил:

«Своими действиями наши враги бросили вызов суверенитету государству Израиль и спокойствию его жителей, в начале в южном округе, потом на северной границе и в тылу. Израиль не хотел этой конфронтации, напротив, мы многое сделали, чтобы предотвратить ее. Так, мы вернулись к границам государства Израиль, признанным международным сообществом. Но были те, кто приняли наши желания жить в мире за проявление слабости.

Наши враги ошиблись, думая, что наша сдержанность — это признак слабости.

У государства Израиль нет территориальных конфликтах ни на южной границе, ни на северной. В этих регионах мы находимся в признанных международных границах с Палестинской автономией и Ливаном.

Мы не намерены вмешиваться в их внутренние дела. Более того, стабильность и спокойствие Ливана и ПА желательны для государства Израиль. Мы надеемся, что настанет день, когда мы заключим мирный договор для взаимной пользы наших народов по обеим сторонам общей границы.

Война, которую мы ведем в эти дни, направлена против террористических организаций, действующих в Ливане и секторе Газы. Эти организации являются субподрядчиками, чьи действия вдохновляются, поощряются и финансируются режимами, поддерживающими террор и противниками мира, осью зла от Тегерана до Дамаска.

Ливан в прошлом перенес тяжелые страдания, когда предоставил иностранным силам право играть своей судьбой. Иран и Сирия до сих продолжают при помощи «Хизбаллы» и ХАМАСа вмешиваться в дела Ливана и ПА.

Даже если правительство Ливана и не знало о подлом нападении на патруль солдат ЦАХАЛа, это не освобождает ливанское правительство от полной ответственности за действия, исходящие с его суверенной территории.

Точно также факт, что председатель ПА выступает против террористической деятельности по отношению к Израилю, не освобождает его и ПА от ответственности за нападение, направленное против наших солдат и произведенное с территории ПА. Они несут полную ответственность за благополучие солдат, захваченных в заложники. Мы видим, что большая часть международного сообщества поддерживает нашу борьбу с террористическими организациями и наши шаги, направленные на то, чтобы избавить Ближний Восток от этой угрозы.

Мы намерены сделать это, мы продолжим действовать, используя всю нашу мощь до тех пор, пока не достигнем этой цели. Мы без устали будем бороться с палестинскими боевиками, пока не прекратится террор, пока не будет возвращен Гилад Шалит и не будут прекращены обстрелы «кассамами».

В Ливане мы будем бороться за выполнение условий, определенных международным сообществом, и прозвучавших в постановлении. Принятом восьмеркой ведущих держав мира: возвращение заложников Эхуда Голдвассера и Эльдада Регева; полное прекращение огня; развертывание ливанской армии на юге Ливана; расформирование «Хизбаллы» во исполнение резолюции ООН № 1559.

До тех пор, пока этого не произойдет, мы не прекратим наших действий.

В обоих случаях мы имеем дело с целью, важность которой намного превышает масштабы ведущихся военных действий. Для нации настал момент истины: согласимся ли мы жить под угрозой этой оси зла или мы соберем все наши внутренние силы и проявим непреклонность и хладнокровие.

Наш ответ известен каждому израильтянину. И сегодня он звучит по всему региону.

Мы нанесем удар по каждому террористу, нападающему на граждан Израиля, разрушим инфраструктуру террора. Мы будем действовать таким образом до тех пор, пока «Хизбалла» и ХАМАС не выполнят справедливые требования, предъявляемые к ним каждым цивилизованным человеком. Израиль не согласится жить в тени ракет, направленных на его жителей».

Мир уполномочен заявить

(Размышление к информации)

«По настоянию Кофи Аннана был экстренно созван Совет Безопасности ООН, где было заслушано требование Ливана срочно прекратить бомбежки его территории со стороны Израиля. На этом же заседании сообщалось о том, что Израиль отверг предложение официального Бейрута о перемирии, так как нет предмета правового соглашения, поскольку правительство Ливана официально отмежевалось от агрессии «Хизбаллы» и не контролирует это движение и связанную с его действиями ситуации. СБ ООН одобрил инициативу Кофи Аннана в ближайшее время отправить на Ближний Восток своих специальных эмиссаров.»

(По сообщениям информагентств).

В том самом заявлении, которое рассматривал экстренно собравшийся Совет Безопасности ООН, премьер-министр Ливана Фуад Синьора изложил свои требования следующим образом: освобождение всех ливанских земель и размещение на юге страны, вблизи израильской границы, частей правительственной армии Ливана. При этом обе стороны должны одновременно вернуться к Соглашению о прекращении огня, заключенном у по окончании войны за независимость Израиля в марте 1949 года. Как уже было сказано, Израиль отклонил это предложение, ибо операция, получившее название военная «Достойное возмездие» ни армией, ни правительством Израиля никоим образом не рассматривалась как объявление войны соседнему суверенному государству Ливан. Израиль выдвинул свои условия соглашения, которые согласился в качестве посредника передать Фуаду Синьоре премьер-министр Италии Романо Проди. В заявлении было сказано, что Израиль выдвигает следующие требования: немедленное освобождение всех военнопленных ЦАХАЛа, разоружение «Хизбаллы» и размещение вдоль границ правительственной армии Ливана.

Собственно говоря, Израиль по сути согласился с одним из условий, выдвинутых ливанским премьером, но категорически отверг тот пункт его требований, который касался возвращения к границам 1949 года. И с той и другой стороны прекрасно понимали, о чем идет речь. Говоря о границах 1949 года, Фуад Синьора, вероятнее всего с подачи все того же шейха Насраллы имел в виду клочок земли на склоне Хевронского хребта под названием «фермы Шебаа». До 1967 года этот клочок находился на территории Сирии. В 2000 году, после того как армия обороны Израиля вышла из Ливана, «Хизбалла» немедленно облюбовала удобный склон в качестве удобного форпоста для будущих боевых действий против Израиля, не делая особого секрета из своих намерений. Правда, выполнению этой тактической задачи все же мешает маленький пустячок: после Шестидневной войны весь район Голанских высот находится под израильским контролем. Собственно, израильтяне и не отрицают, что до 1967 года этот район находился под сирийским суверенитетом, однако сама территория деревни Шебаа и ее ферм, отдаленных от деревни на два километра имеет такой же статус как и в целом все Голанские высоты и на этот участок также распространяется израильское законодательство. В 2000 году, когда Израиль вывел свои войска из Ливана, он сохранил за собой всю территорию Голан, включается, разумеется деревню и фермы Шебаа, полностью и безукоснительно выполнив при этом резолюцию Совета Безопасности ООН, что было подтверждено Генеральным секретарем ООН Кофи Аннаном. Даже человеку мало сведущему в вопросах международного права, должно быть понятно, что если эта территория и может быть предметом какого-то спора, обсуждения или договора, то вестись переговоры могут только между Сирией и Израилем, но никак не предполагают участия третьего государства, а уж тем более организации с репутацией террористической, каковой является «Хизбалла», достаточно явно и цинично не скрывающая своих территориальных претензий.

Впрочем, Сирия решила помочь некогда подконтрольному ей Ливану, заявив что не возражает против передачи «ферм Шебаа». Комбинация сия продумана явно наспех и свидетельствует только о натиске шейха Насраллы как на своих сирийских покровителей, так и на беспомощное в данной ситуации правительство Ливана. Израиль же, по мнению Насраллы вынужден будет под давлением мирового сообщества или в силу каких-либо иных обстоятельств снова отдать часть земли арабскому соседу. Можно с большой долей вероятности предположить и еще один, дальновидный по мнению лидера «Хизбаллы» ход. Какими бы результатами не завершилась военная операция израильтян, но если они, в случае передачи ферм Шебаа Ливану (читай «Хизбалле), отдают собственную территорию, то в любой войне такая территориальная уступка является ярким, да еще и собственноручно подписанным, свидетельством поражения.

Глава 2

Сводка военных действий за 18 июля 2006 г.

11 час.23 мин. Ракеты падают в Кирьят-Шмона.

11 час.30 мин. Министр иностранных дел Израиля встретилась с полномочными посланниками Генсека ООН.

12 час.14 мин. Начался обстрел ливанскими ракетами города Цфат.

12 час.50 мин. Глава ООН Кофи Аннан призывает страны Европы отправить миротворческие войска в Ливан.

13 час.00 мин. Представитель «Хизбаллы» выразил готовность своего руководства приступить к переговорам об освобождении израильских солдат.

13 час.50 мин. Ракета попала в хранилище сжиженного газа в промышленной зоне Цфата.

13 час.55 мин. Начался массированный обстрел ракетами Хайфы.

14 час.00 мин. Представитель МИД Индонезии заявил о готовности направить миротворцев на Ближний Восток.

14 час.30 мин. Руководство пожарными частями Израиля обратилось к гражданам страны с просьбой выключать газ во время воздушной тревоги.

16 час. 50 мин. Представитель командования ЦАХАЛа заявил, что война продлится три-четыре недели.

17 час.00 мин. Ливанское радио сообщило, что израильские ВВС возобновили удары по Бейруту.

17 час. 15 мин. «Мы ответили израильтянам одновременными ударами по Цфату, Хайфе, Кирьят-Шмоне и Твери, выпусти несколько десятков ракет», заявил представитель «Хизбаллы».

17 час.25 мин. ВВС Израиля уничтожили грузовики, перевозившие оружие из Сирии в Ливан.

18 час.00 мин. В результате обстрела северных городов Израиля три человека погибли, несколько десятков ранены.

18 час.45 мин. Ливанские СМИ сообщили, что количество жертв в стране достигло 220 человек.

23 час.55 мин. После завершившегося обстрела Хайфы было подсчитано, что «Хизбалла» выпустила по городу 82 ракеты.

* * *

Естественно, что мир по-разному отреагировал на ближневосточные события. Да и нелепо было ждать в сложившейся грозовой обстановке однозначной реакции. К тому же события с театра военных действий освещались в те дни довольно тенденциозно, сразу выявляя симпатии и антипатии обозревателей, уровень как их независимости, так и ангажированности. Источники армии обороны Израиля преподносили информацию, что называется, скопом, не делая особых акцентов на успехах, не сильно огорчаясь и неудачам, полагая, что победы надо развивать и закреплять, из поражений делать выводы и устранять недостатки. Израильские СМИ, хотя и твердили о вере в победу своей армии, но на недостатках ее сконцентрировались достаточно серьезно, ошибок не прощая, критикуя военное руководство, не взирая на лица, должности и звания. Особенно доставалось обеим разведкам — и Моссаду и военным разведчикам, не обеспечили, дескать, армию надежными сведениями и воевать теперь приходится вслепую. Погибшие солдаты и офицеры ЦАХАЛа, как и подобает в таких случаях, немедленно становились героями, армейское руководство после потерь, даже незначительных, со страниц газет, радио и телевизионных эфиров жалили еще больнее. Надо отметить, что в Израиле никогда особо не верили в пропаганду, потому и внимания уделяют ей немного, стоит ли начинать, если нет привычки.

Пренебрежение к пропаганде на протяжении многих лет привело в итоге к тому, что среднестатистический обыватель во всем мире знает об Израиле не так уж много. Общеизвестно, что в стране хорошо развита медицина и много ученых, что Израиль по сути своей страна-агрессор, которое не дает спокойно жить своим арабским соседям, беспрестанно с ними воюя. Еще меньше известно о сложных отношениях между «Хизбаллой», ХАМАСом, Палестинской автономией, Ираном и Сирией. И когда, уже в ходе июльских боев, в Южном Ливане были задержаны корреспонденты арабского телеканала «Аль-Джазира», обвинявшиеся в корректировке наведения ракет «Хизбаллы», мир в общем-то отнесся к этому равнодушно-спокойно: дескать, на войне как на войне.

Но ведь не зря же говорится, что одна эффектная фотография стоит роты солдат. В Ливане об этом помнили и потому свою пропагандистскую стратегию террористы строили совершенно иначе.

Пропагандисты от «Хизбаллы» действовали совершенно иначе. Телеканал «Аль-Манар», вещающий, как полагают эксперты, с территории Сирии и потому не пострадавший от бомбежек, регулярно транслировал зажигательные речи Хасана Насраллы. Уже за первую неделю ведения боев шейх превратился в настоящую телезвезду. Его не сильно смутила даже резолюция Совбеза ООН, принятая против террористических действий «Хизбаллы» — шейх ее просто проигнорировал. Зато со все усиливающимся пафосом продолжал вещать о том, что «Хизбалла» вынуждена отвечать на израильскую агрессию, но бомбит исключительно военные объекты в отличии от Израиля, который атакует мирные цели. В Иерусалиме и к этому обвинению отнеслись в общем-то спокойно, хотя к августу в таких городах, как Цфат, Кирьят-Шмона и даже Хайфа (третий по величине израильский город, чье население составляет 700.000 человек) уцелевших после ракетных обстрелов «Хизбаллы» домов оставалось уже немного, а количество жертв среди мирного населения перевалило за тысячу человек. Но в самом Израиле даже об этом СМИ говорят вскользь.

В дни военных действий Насралла по сути выбрал довольно простенькую, но весьма эффектную схему своих телеобращений. И хотя формально считалось, что он обращался к своим согражданам, по сути дела его сентенции были обращены ко всему миру в целом, а угрозы — к Израилю конкретно. Он сообщал, что израильская армия практически уже поражена, затем долго и с пафосом говорил о сионисткой гидре, уничтожающей несчастных мирных жителей Ливана и заканчивал практически все свои выступления угрозами в ближайшие дни расширить сектор обстрела и достать ракетами Тель-Авив.

Мировая реакция на события в Израиле и в Южном Ливане в те дни была самой разнообразной. В первые дни боевых действий за событиями на Ближнем Востоке с напряжением следили и участники саммита большой восьмерки и все ведущие политики мира. И хотя реакция Москвы и Вашингтона не была диаметрально противоположной, она скорее все же свидетельствовала о том, что вряд ли приходится рассчитывать на однозначность формулировок двух этих держав.

Владимир Путин осудил все террористические акты, связанные с похищением людей, но подчеркнул при этом, что Израиль не исчерпал всех возможностей для урегулирования конфликта мирным путем. Джордж Буш в своем первом официальном заявлении по этому поводу безоговорочно признал полное право Израиля на самозащиту. «Наше послание Израилю состоит в следующем, сказал президент США. Защищайте себя, но при этом думайте о последствиях, поэтому мы призываем вас проявлять сдержанность».

Лидеры Франции и Японии выразили озабоченность по поводу происходящего, так как общеизвестны их добрые отношения соответственно с Ливаном и Палестинской автономией. Жак Ширак заявил: «Необходимо остановить любые силы, которые ставят под угрозу безопасность, суверенитет, стабильность Ливана». Премьер-министр Японии Дзюнъитиро Коидзуми, как и подобает человеку с Востока, облек свое отношение в иносказательные формы и конкретно лишь выразил озабоченность по поводу того, что разразившийся на Ближнем Востоке конфликт может привести к резком скачку цен на нефть во всем мире.

Английский премьер Тони Блэр занял сугубо нейтральную позицию, заявив: «Я полностью понимаю и принимаю желание, более того — необходимость Израиля в должной степени защищать себя, но я также понимаю положение Ливана и ливанский властей, не говоря уже о палестинцах, которые тоже страдают. Единственный способ урегулировать ситуацию — это возвращение к переговорам на основе «Дорожной карты». По мнению премьер-министра Канады Стивена Харпера «ответственность за эскалацию на Ближнем Востоке целиком лежит на тех, кто похитил израильских солдат. На мой взгляд, реакция Израиля вполне взвешена». А вот иранский духовный лидер аятолла Али Хомеини был в своих суждениях резким: «Поздравляя «Хизбаллу» с ракетными ударами, я призываю раз и навсегда уничтожить сионистскую раковую опухоль, расползающуюся по региону». Испанский премьер Хосе Луи Родригес Сапатеро назвал действия Израиля неправомерными и призвал ООН и Евросоюз в экстренном порядке вмешаться в ситуацию. Президента Венесуэлы Уго Чавеса, похоже, не столько взволновал сам конфликт, сколько вдохновила представившееся возможность лишний раз заявить во всеуслышание о своем отношении к Америке: «В руках Израиля находится оружие массового поражения и никто Израиль за это не критикует, потому что за его спиной находится империя. Желание США доминировать на планете не имеет пределов и это переведет мир к новому Холокосту», предупредил Уго Чавес.

Но даже в самый серьезный момент обсуждения этого поистине мирового значения конфликта не обошлось, как водится, и без курьезов. Во время саммита в Санкт-Петербурге в одном из помещений то ли забыли, то ли специально не выключили микрофоны. И надо же было такому случиться, что именно в этом помещении Джордж Буш решил пооткровенничать с Тони Блэром. Американский президент скал, что нужно найти способ и объяснить Сирии, что она должна «убедить «Хизбаллу» прекратить свои дерьмовые дела». Буш также сообщил Блэру, что в ближайшие дни Конди (так уменьшительно-фамильярно он назвал Кандолизу Райс) отправится на Ближний Восток. Блэр отреагировал мгновенно, высказавшись в том духе, что уж кто-кто, а Кандолиза несомненно добьется там успеха. В свою очередь Тони Блэр предложил отправить в ближневосточный регион международные силы, но как в тот конкретный момент отреагировал на его предложения американский президент, неизвестно. Дело в том, что, прервав себя на полуслове Буш указал Блэру на включенный микрофон, который как раз и заметил. Впрочем, телевизионщики были довольны и той частью приватной беседы двух лидеров, которая оказалась в их распоряжении и постарались растиражировать сенсацию должным образом.

Весьма любопытной была реакция Ватикана. Архиепископ Антонин Франко, представитель Папы Римского в Израиле, сообщил, что он лично и через учреждения католической церкви в Газе пытался убедить ХАМАС освободить похищенного израильтянина. «Мы не получили от ХАМАСА никакого ответа», — заявил архиепископ. В том же время кардинал Анджело Содано, государственный секретарь Ватикана, осудил Израиль по ватиканскому радио. А папа Бенедикт XVI сказал во время воскресного обращения к католикам, что ответные действия Израиля в Ливане не могут быть оправданы. Комментируя слухи о том, что папа Бенедикт XVI планирует якобы посетить Израиль в 2007 году, Франко сказал: «Мы еще даже не начали составлять план такой поездки. Но сложности в регионе могут создать для этого хорошую возможность, а вовсе не обязательно послужить препятствием». Источники, близкие к католической церкви, указывают, что папа не может посетить Ближний Восток до тех пор, пока у власти в Палестинской автономии находится ХАМАС. В противном случае он либо должен будет встретиться с представителями ХАМАСа, а это крайне негативно скажется на отношениях Ватикана с Израилем, либо отказаться от такой встречи, но при этом пострадают отношения с мусульманским миром.

Китайское информационное агентство Синьхуа опубликовало свой комментарий к происходящему на Ближнем Востоке со ссылкой на и ведущих военно-политических экспертов своей страны. В обзоре говорится, что Израиль передвинул к границам Ливана значительные силы и получил из Америки сто бомб, управляемых лазерными лучами и по радио — они получили распространенное название «умные бомбы». Каждая из них весит две с половиной тонны и способна пробить железо или бетон толщиной до шести метров, либо проникнуть в почву глубиной до 30 метров. Международное сообщество требует как можно скорее закончить эту войну и продолжает поддерживать Израиль и США в том, что государство не может принимать условия какой-либо «милиции»… По сообщению Синьхуа начальник генштаба ЦАХАЛа отдал приказ до основания сносить один дом в Бейруте за одну пущенную на Израиль ракету.

Если Насралла, Хомеини и Асад читают китайскую прессу, им должно стать не по себе: Пекин явно отмежевывается от «Хизбаллы» и ее покровителей. Агентство Синьхуа провело опрос 50.000 китайцев и выяснило, что 89 % понятия не имеют, где находится Ливан и где Израиль, а 92 % относятся к конфликту на Ближнем Востоке равнодушно. Можно полагать, что их гораздо больше интересует жизнь собственных миллионеров.

Бейрутская газета «Дейли стар» 21 июля напечатала статью греческого журналиста Ясона Атанасиадиса: «Становится ли Тегеран победителем на Ближнем Востоке?» Автор пишет:

«Ливан живет под бомбами. Ирак исходит кровью в гражданской войне. Палестинцы завязли в затяжном сражении. Явится ли Тегеран тем, за кем останется последнее слово? Во время конференции ст ран Персидского Залива один из делегатов Саудовской Аравии сказал, что Иран и США два слона, и когда они борются друг с другом, и когда они заняты любовью, трава под ними погибает.»

Греческий журналист утверждает, что арабы очень боятся такой ситуации. Атанасиадис ссылается на иранского ученого, с которым общался в Институте Ближнего Востока в Тегеране, в квартале, застроенном роскошными зданиями, и ученый объяснил гостю, что на Ближнем Востоке действуют три ведущие силы: Израиль, Иран и Турция. Арабы обладают очень ограниченной силой и не могут изменить ход событий. «Израиль в данное время занят разрушением шиитской военной силы в Ливане и по сути разрушает надежды Тегерана создать шиитскую империю от Персидского Залива до Средиземного моря».

Профессор Альберт Хурани в классическом труде «История арабских народов», изданном в Оксфорде, писал: «Ислам вышел далеко за пределы арабского мира… Исламская солидарность не означает, что Иран, Индонезия, Малайзия и Средняя Азия не преследуют свои собственные цели… Особо острыми остаются национальные противоречия между Ираном и его арабскими соседями… Монархия династии Пехлеви опасалась за свой трон, также как королевские роды в Ираке и Иордании, и они сдерживали локальные конфликты. После того как власть в Багдаде взяла партия БААС, страной управляли диктаторы. Последний из них Садам Хусейн счел шиитов самой великой опасностью для себя, подозревая в их лице агентов Ирана, и принялся репрессировать их, то есть — 60 % населения. В 1981 году Садам развязал войну против «персов» и заставил их создавать современные вооруженные силы».

Министр иностранных дел Саудовской Аравии дал интервью журналу «Us Today» и объяснил, отчего его правительство обвинило «Хизбаллу» в авантюризме. По его словам, «Иран пытается навязать Лиге Арабских Государств свои интересы и потащить нас всех за собой, как «Хизбаллу»… Иран остается государством персидской культуры и вопреки этому норовит перехватить зеленое знамя ислама, под которым сражался пророк».

«Вашингтон пост» напечатал обширную статью Глена Франкеля «Замечательная дружба?» Вот некоторые выдержки из этой публикации: «Давид Бен-Гурион прибыл в Вашингтон в декабре 1941 года и просил президента Франклина Рузвельта уделить ему 15 минут для беседы. Президент не ответил. Популярность Ольмерта в Израиле нельзя сравнить с популярностью в Израиле Бен-Гуриона, но президент Буш отвел ему два часа для беседы в Белом доме. Дело в том, что Израиль стал стратегическим фактором на Ближнем Востоке и еще более весомой причиной является израильское лобби в американском конгрессе, которое забрало великую силу, поддерживается почти всеми еврейскими организациями в США и консервативными христианскими силами.»

Более того, Франкель пишет: «С Израилем считаются как будто он член НАТО, когда дело касается военных аспектов, и как с Канадой или Мексикой, когда дело касается свободной торговли».

Последний июльский номер одного из английских военных журналов подсчитал тоннаж бомб и ракет, использованных Армией обороны Израиля в Ливане — он равен тоннажу бомб и ракет, сброшенных вооруженными силами США в ходе первой войны против Саддама в 1991 году. Журнал сообщает, что горючее для истребителей израильские ВВС получают из Америки. Напрашиваются два вывода. Насралла (Иран и Сирия с ним) недооценили индустриальные возможности Израиля и просчитались, когда думали, что евреи побоятся обстрелов нефтеперегонных заводов вблизи Хайфы. Еще больший промах был допущен «осью шиитского зла» в ожидании всеобщей поддержки ООН.

Политический обозреватель лондонского журнала «Экономист» пишет: «В Израиле продолжаются споры, надо ли было выводить войска из Ливана 24 мая 2000 года. Среди военных тоже нет единства по этому вопросу. Чаще всего слышны замечания, что уходить было надо, но не бежать, как от огня. Другие говорят, что Барак эвакуировал войско под прикрытие границы, которую ООН признала законной. Теперь генсека Кофи Аннана спрашивают, отчего ООН не приняла решительные меры, предписанные резолюцией СБ 1559. Эта резолюция требовала от ливанского правительства разместить вдоль границы с Израилем регулярные части, а вместо них на границе окопались боевики «Хизбаллы». ООН было ясно, что это происходит от того, что сам Ливан оккупирован войсками Сирии. Господин Аннан не потребовал от Дамаска, чтобы Сирию выполнила свою долю обязанностей, предписанную ей резолюцией 1559. Когда после убийства Харири Франция добилась от СБ ультимативного тона по отношению к Сирии, последняя вывела свои войска, а «Хизбалла» осталась. Поэтому государства, связанные с НАТО, настаивают на роспуске формирований «Хизбаллы» и ограничиваются лишь призывами к Израилю не злоупотреблять силами».

Немецкие СМИ публикуют многочисленные комментарии, в которых говорится, что Фуад Синьора требует от ООН навязать Израилю и «Хизбалле» немедленное прекращение огня. Синьора просит мировую общественность помочь его многострадальной стране добиться всеобъемлющего урегулирования. Удары израильской армии, от которых страдает мирное население, могут стать условиями генерального решения конфликта. Ливан втянут в пучину войны не по доброй воле, а по вине насилия «Хизбаллы», которой позволили создать государство в государстве и гнуть свою внешнеполитическую линию.

По поводу военного конфликта высказала свое видение даже знаменитая ясновидящая Софья Аурэш, которая выступила по радио в Рио-де-Жанейро. 24 июля она сказала:

«В сентябре Насралла перестанет играть какую-либо роль. Не знаю, умрет ли он или его сместят, но это неважно».

Президент Буш и премьер-министр Блэр официально заявили, что захват заложников боевиками ХАМАСа и «Хизбаллой» был продиктован из Тегерана. Комментаторы Би-Би-Си разошлись во мнениях о том, какие цели преследовали иранские власти: отвлечь внимание СБ ООН от ядерной программы аятолл или подтолкнуть палестинцев к активной деятельности против урегулирования с Израилем. В Ливане в руки израильской армии попали тяжелые ракеты иранского производства — Тегеран вооружает «Хизбаллу». Но израильтяне взяли также в качестве трофеев ракеты сирийского производства. В Ливане 32 % населения — шииты. Иран для них — важнейший религиозный союзник. Сирия слишком долго (с 1975 года) была фактической властью в Ливане и вызвала к себе ненависть, как любой оккупант. Поэтому, согласно мнению итальянского информационного агентства, «Хизбалла» — инструмент иранских шиитов — в конечном счете потеряла непререкаемый авторитет на шиитской улице в Ливане. Парадокс, свойственный этой стране. Главное духовное лицо шиитов находится в оппозиции к «Хизбалле», а президент Ливана Эмиль Лахуд — христианин — ставленник Сирии и союзник «Хизбаллы»…

«Иранские поджигатели джихада сами себя загнали в ловушку. СБ не снял с повестки дня их ядерную программу, а «Хизбалла» оказалась под мощнейшими ударами и не добилась обмена пленными, на который рассчитывала. Израильтяне добьют «Хизбаллу», потому что им никто не мешает. С Ираном пока что великие державы воевать не готовы», — заявил обозреватель парижской «Второй антенны» телевидения, рупора Елисейского дворца.

Заместитель министра иностранных дел Сирии заявила, что ее правительство не потерпит такого положения, но «если Асад решится вмешаться в военные действия, он может плохо кончить. Асад летал в Москву и просил ракеты «СС-30» и самолеты новейшего поколения, а получил ракеты «земля-воздух» для ПВО. Авиация у него — старые МИГи времен 80-х годов, танковый парк не обновлялся десять лет. Американцы предупредили его, что если он вмешается в ливанское дела, они пришлют к берегам Сирии два авианосца с тяжелыми бомбардировщиками…»

«США, Евросоюз, Япония и Китай, Египет, Саудовская Аравия и Иордания явно не заинтересованы в расширении зоны конфликта на Ближнем Востоке, — считают обозреватели в США. — Нет логики в том, чтобы требовать от Израиля немедленно прекратить наступление в Ливане. Требовать следует, чтобы «Хизбалла» была разоружена, заложники возвращены, а международные силы расположились на границе Ливана с Израилем», — сказала госсекретарь США Кандолиза Райс после первого визита на Ближний Восток, побывав в Бейруте и Иерусалиме.

КАК НАКОРМИТЬ КРОКОДИЛА

(Размышления к информации)

«Практически шоковое состояние вызвала как у государственных лидеров Ливана, так и у руководства «Хизбаллы» реакция арабских стран. На третий день после начала боевых действий, в Каире на закрытое совещание, происходящее в обстановке повышенной секретности собрались министры иностранных дел восемнадцати арабских стран.»

(Из сообщения информационных агентств).

Как известно, нет ничего тайного, чтобы не становилось явным. Повышенные меры конспирации привели лишь к тому, что в Каир немедленно устремились политические «папарацци» со всех частей света. Разумеется, поспешили в Каир и серьезные аналитики, обозреватели, политологи, вдумчиво и без истерии изучающие сложные и далеко неоднозначные процессы, происходящие на Ближнем Востоке. Каирские гостиницы были заполнены гостями до предела. Участники «совещания восемнадцати» не могли себе позволить просто пообедать в ресторане или посидеть со стаканом прохладительного напитка в баре — они немедленно были атакованы вопросами либо беспардонных и не ведающих никаких преград в осуществлении своей цели ловцов сенсации, либо, что еще хуже — серьезными экспертами, от которых отмахиваться или отделываться общими, ничего не значащими фразами, значило самого себя ставить в достаточно глупое положение. В такой обстановке утечка информации о заседании арабских министров иностранных дел, их разногласиях и конфликтах была практически неизбежной.

Министры собрались для того, чтобы обсудить события, произошедшие после похищения «Хизбаллой» двух израильских солдат и последовавших вслед за этим действий. Первым из арабских глав внешнеполитических ведомств выступил министр иностранных дел Саудовской Аравии Сауд аль-Фейсал. Его выступление, как потом свидетельствовали осведомленные источники из Ливана, конечно не произвели эффекта разорвавшейся бомбы, но только потому, что бомбы рвались в эти дни в стране кедров денно и нощно. Сауд аль-Фейсал заявил буквально следующее:

«Действия «Хизбаллы» несвоевременны и безответственны. Это отбросит наш регион на десятки лет назад, с чем мы не можем согласиться».

Выступивший следом министр иностранных дел Сирии Валид Муаллем тут же резко возразил коллеге, что напротив считает действия «Хизбаллы» легитимны, и что они, эти действия, полностью соответствуют международным правом и решениями ООН квалифицированы могут быть только как акт сопротивления. Разгорелся горячий спор, главы внешнеэкономических ведомств Египта, Иордании, Ирака, Кувейта, Бахрейна и Объединенных Арабских Эмиратов выразили практически полное согласие с мнением своего саудовского коллеги, заметив при этом в весьма резкой форме, что их сирийский коллега руководствуется интересами местническими, нежели судьбой всего региона. В Лигу арабских государств (ЛАГ), как известно, входит двадцать две страны, восемнадцать из которых, как уже было сказано присутствовали в Каире. Ничего не договорившись, министры обсудили вопрос о созыве расширенной чрезвычайной конференции ЛАГ, но и по этому вопросу не достигли единства. Идею созвать чрезвычайную конференцию для обсуждения ситуации в Ливане и в секторе Газы поддержали лишь представители Алжира, Египта, Катара, Судана, Йемена и Палестинской автономии. При этом президент Египта Хусни Мубарак счел необходимым особо подчеркнуть, что такая конференция, на его взгляд, остро необходимо, хотя он считает, что проводить ее следует только после того, как повестка дня будет заранее и тщательно разработана и с ней ознакомятся все члены Лиги арабских государств.

Обозреватели все же считают, что конференция в Каире, на которую так уповали ливанский премьер-министр Фуад Синьора и лидер «Хизбаллы» Хасан Насралла, не принесла им желаемых результатов. Дело в том, что ливанский премьер, будучи, судя по всему, убежден в однозначности решения каирской встречи, заранее подготовил проект резолюции, в котором предлагалось «осудить военные действия Израиля и признать право «Хизбаллы» на сопротивление». В проекте резолюции содержалось также требование к Израилю немедленно освободить всех ливанцев, арестованных за террористическую деятельность. Рассмотрение проекта резолюции в Каире было отклонено как преждевременное. После встречи в Каире все отчетливее стали распространяться и сведения о том, что саудовский королевский дом в последнее время все больше раздражают действия «Хизбаллы». Короля Саудовской Аравии, естественно, не может не тревожить тот факт, что «Хизбалла» по сути подчинена Тегерану, а это значит, что Иран претендует на роль серьезного соперника в борьбе за влияние на Ближнем Востоке.

Однако события последующих недель, массированный прессинг Ирана, Сирии и Ливана заставили министров иностранных дел ЛАГ все же согласиться на созыв чрезвычайной конференции. И 7 августа она состоялась в Бейруте — как демонстрация солидарности и бесстрашия. Представители арабских стран, выступая на этой конференции, тему мятежной «Хизбаллы» постарались обойти молчанием и только министр иностранных дел Сирии не удержался от привычных лозунгов и восславил «храбрых сынов Аллаха, освобождающих священную землю от сионистского врага». В итоге чрезвычайная конференция ЛАГ приняла достаточно инертную резолюцию — обратиться в Совет Безопасности ООН с предложением остановить военные действия в Ливане. Конструктивная составляющая этой резолюции практически равна нулю.

Когда-то Уинстон Черчилль сказал: «Миротворец — этот тот человек, который кормит крокодила и верит, что его-то самого крокодил сожрет последним». Вполне вероятно, что участники чрезвычайной конференции ЛАГ в Бейруте знают и помнят это высказывание Черчилля, ведь большинство из них — умные, образованные и весьма дальновидные политики.

Глава 3

Сводка событий за 20 июля 2006 г.

10 час.55 мин. На завершившемся заседании парламента депутаты не пришли к общему мнению по поводу предоставления льгот жителям северных районов страны.

12 час. 00 мин. Арабы-христиане, проживающие в израильском районе Шфарам, выразили свою поддержку военным действиям «Хизбаллы».

13 час. 15 мин. Президент Израиля Мошел Кцав приехал в город Кирьят-Шмона, где побывал в районах наибольших разрушений, больницах и бомбоубежищах.

15 час.35 мин. В Кирьят-Шмоне разорвалось пять ракет «катюша».

16 час. 00 мин. Король Саудовской Аравии сделала заявление: «Если Израиль не прекратит агрессию в Ливане, будет большая война.»

16 час. 10 мин. Житель Хайфы умер от сердечного приступа во время ракетного обстрела.

17 час. 00 мин. В результате попадания ракеты в друзский поселок Мрар, возле города Кармиэль, погибла пятнадцатилетняя девочка. Еще несколько жителей поселка, не успевшие укрыться в бомбоубежище, получили ранения разной степени.

17 час. 15 мин. Массированные обстрелы ракетами израильских городов Верхней Галилеи.

17 час.30 мин. ВВС Израиля нанесли мощный ракетно-бомбовый удар по Бейруту.

18 час. 00 мин. Руководители телефонной компании «Безек» приняли решение установить телевизоры в бомбоубежищах.

19 час. 00 мин. Заключенные, отбывающие наказание в тюрьмах севра страны, выведены в бомбоубежище. Представитель полиции сделал заявление: «В нашей стране отсутствует смертная казнь и хотя многие из заключенных совершили тяжкие преступления, мы обязаны заботиться о их жизнях».

21 час 15 мин. Представитель ЦАХАЛа сообщил, что в ходе боев в Южном Ливане уничтожено 210 боевиков «Хизбаллы».

22 часа 10 мин. ЦАХАЛ подверг артобстрелу район, где по данным разведки находится крупный ракетный склад «Хизбаллы».

23 часа 50 мин. Обстреляны «катюшами» израильские города Цфат, Нагария, Маалот, Хайфа.

…Разыскал в своем архиве и уточнил дату: 20 июля 1993 года, то есть ровно тринадцать лет назад, автор этих строк, будучи репортером одной из израильских русскоязычных газет, отправлялся на север страны. Маленький приграничный городок Кирьят-Шмона обстреливали со стороны Ливана ракетами, ясно дело, что репортерскую дорогу выбирать не приходилось. От той, теперь уже далекой командировки остались у меня воспоминания о трех ночах, проведенных в бомбоубежищах, да о случайной встрече с тогдашним премьер-министром Израиля Ицхаком Рабиным. Находясь в Кирьят-Шмоне, я как-то вечером решил отправиться за несколько километров в Метулу, город находящийся на самой израильско-ливанской границе. Усевшись на огромную каменную глыбу, в которой были установлены флаги Ливана и Израиля, сфотографировался, полагая, что снимок этот весьма символичен, поднявшись на какой-то холм, долго любовался пейзажем Южного Ливана. А потом, проезжая по одной из улиц Метулы, увидел большое скопление военных, явно высшего офицерского состава, и спешащих туда же репортеров, обвешенных фотоаппаратурой. Когда подошел поближе, разглядел среди генералов и одного седовласого штатского — премьер-министра. Ицхак Рабин был без пиджака, ворот светлой сорочки вольно расстегнут, рукава закатаны. Фотоснимкам он не препятствовал, но когда журналисты попытались задать ему вопросы, ответил достаточно безапелляционно: «Я, господа, сюда не на пресс-конференцию приехал, поездка у меня на границу сугубо деловая, так что не взыщите. Да и времени, честно говоря, нет, спешу дальше». Уже через несколько минут в небе застрекотал вертолет, в котором улетел премьер. Кажется, кто-то из репортеров телекомпании «Си-эн-эн» тогда с досадой воскликнул: «Вот дьявол, надо же было хотя бы спросить, куда он отправляется, может, успели бы в другом месте перехватить, да хоть какой-нибудь комментарий получить». Мне же эта встреча запомнилась потому, что с Рабиным больше встретиться не удалось — он, как известно, погиб от пули правого экстремиста. В памяти же у меня сохранились его слова, сказанные много раньше и при совершенно других обстоятельствах.

За год до встречи в Метуле, в составе журналистов, сопровождающих Рабина в его официальном визите в Россию, вся наша группа из Москвы приехала Санкт-Петербург. Деловых встреч в северной столице почти не было, потому экскурсии по городу и в Эрмитаже у нас были обстоятельные. Вечером выяснилось, что Ицхак Рабин предпочитает возвращаться в Израиль не своим самолетом, а с улетавшими в этот же день новыми репатриантами. Его пытались отговорить, приводя среди иных неубедительный аргумент, что в советском «Ту-154» тесно, нет салонов не то что первого, но даже и бизнес-класса. Премьер в ответ только хмыкнул: «Вы что же полагаете, что я всю жизнь только в первом классе летал, или забыли, что я в прошлом боевой офицер, генерал?» Короче, дискуссию он на корню обрубил, давая понять, что решение принято окончательное. Через какое-то время к нему вновь обратился его помощник: «Господин Рабин, раз уж вы решили лететь вместе с новыми репатриантами, то об этом событии, по крайней мере, надо рассказать всем. Мы решили, что с вами полетят наши журналисты, которые входят в состав делегации». Прикурив новую сигарету от выкуренной только что почти до самого фильтра, Рабин помолчал несколько секунд, потом спросил:

— А сколько всего журналистов в нашей делегации?

— Семнадцать, — ответил помощник.

— А сколько человек летит из Ленинграда в Израиль.

— Точное количество нужно уточнить, но, насколько мне известно, группы комплектуются с таким расчетом, чтобы самолет был полным, или во всяком случае почти полным, — снова пояснил помощник.

— Замечательный вы предлагаете вариант главе правительства, — не скрывая сарказма, хмыкнул Рабин. — Мало того, что нас с женой уже двое, так вы хотите, чтобы еще семнадцать человек, то бишь уже завтрашних граждан Израиля, не попали в страну, потому что они должны освободить свои места в самолете для журналистов.

— Но они полетят в другой раз, — попытался оправдаться помощник.

— Ну, конечно, этих семнадцать человек вы посадите на следующий рейс, с которого семнадцать пассажиров опять надо снять и когда вам все это удастся восстановить, неизвестно. Короче говоря, этим рейсом должны улететь все, кто получил на него билеты. Сначала уточните точное количество улетающих и если в самолете будут реальные места, тогда можно говорить о том, чтобы вместе с репатриантами летели израильские журналисты. Именно вместе с репатриантами, а не вместо репатриантов, — твердо заключил Ицхак Рабин.

Помощники и пресс-секретарь совещались после этого разговора довольно долго и только после того, как выяснили, что еще одно-единственное свободное место в самолете все-таки есть, нашли компромиссный вариант: они решили, что хотя бы один журналист с премьером в самолете быть должен, а уж репортаж и фотографии потом можно будет растиражировать по всем газетами информационным агентствам. Выбор пал на меня, чем, признаюсь, горжусь и по сей день. Собственно, заслуг перед другими коллегами у меня никаких не было, но в группе я оказался единственным репортером — выходцем из Советского Союза, поэтому главной причиной выбора кандидатуры стало мое знание русского языка. Помощники справедливо решили, что уж коли премьер-министр летит с «русскими» репатриантами, то для единственного на борту журналиста знание русского языка просто необходимо. Оставалось уточнить маленькую деталь и пресс-секретарь премьера спросил меня: «Фотографировать умеешь?» В ответ я достал из наплечной сумки копеечный фотоаппаратик-автомат, который сам презрительно называл мыльницей. Но, как известно, на безрыбье… Пресс-секретарь вздохнул и мое утверждение на полет таким образом состоялось и я получил разъяснение, что полечу в Израиль вместе с премьер-министром.

В самолете я оказался рядом с Рабиным. Все-таки одно исключение для премьера было сделано — ему, завзятому курильщику, курить было позволено, чем он с явным удовольствием и воспользовался. Сигарету выпускал из рук только когда, когда ходил меж рядов, беседуя с будущими гражданами своей страны. Ему все было интересно: из какого человек города, как жил, кем работал, какими владеет специальностями, какие имеет увлечения, почему решил репатриироваться именно в Израиль… К концу полета, а было это уже глубокой ночью, большинство пассажиров задремали, тут дошла очередь и до меня. Узнав, что в стране я недавно, премьер и мне задал почти аналогичные вопросы, интересуясь попутно, давно ли я занимаюсь журналистикой, насколько хорошо дается мне иврит, как разбираюсь в израильской действительности.

Похвастаюсь, был я удостоен и похвалы премьера.

— Я тебя заметил на пресс-конференции, которую мы с Борисом Ельциным давали после встречи один на один. Ты (в языке иврит обращение на «вы» к одному человеку отсутствует — О.Я.) по-русски говорил очень быстро и я понял, что ты из России. Мне переводчик переводил твои вопросы — очень толковые.

О чем-то мы, конечно, еще говорили в том полете, но когда речь зашла и палестинцах в частности и об отношениях с арабскими соседями, Рабин, и я это очень хорошо запомнил, сказал: «Надо уметь договариваться. Обязательно надо учиться и уметь договариваться. Мотивация войны во многих странах чересчур завышена. На мир, причем в самое ближайшее время, может обрушиться столько войн, что они могут сделать несчастным все человечество. Нужно научиться говорить такие слова, предлагать такие варианты, которые помогут избежать будущих кровопролитий. Ни один нормальный человек даже просто по своей природе не может хотеть, желать войны. Но пока политики научатся договариваться друг с другом, в том числе и друг другу уступать, сколько будет человеческих жертв».

…И вот, спустя тринадцать лет, я снова ехал на север Израиля. Как и тогда, навстречу мне мчался нескончаемый поток автомобилей, в северном же направлении дорога была пустынной, так что до Хайфы я домчался довольно быстро, но пока задерживаться здесь не стал, решив, что в этом городе остановлюсь на обратном пути, а поехал прямиком в Кирьят-Шмону.

Видимо, наступил час недолгого дневного затишья, мерзкого воя ракет и взрывов слышно не было, на улицах встречались даже немногочисленные жители. Наряженные озабоченные лица, быстрый шаг — из сообщений службы тыла я знал, что жителям северных городов сейчас не рекомендуется далеко отходить от бомбоубежищ, видно те немногие горожане, которые мне повстречались, вышли по каким-то совсем уже неотложным делам, поэтому останавливать их и расспрашивать мне показалось неловким. Да и самому, имея печальный опыт тринадцатилетней давности, следовало найти какое-нибудь бомбоубежище, чтобы в случае ракетного обстрела успеть укрыться.

Как выяснилось уже вскоре, эта мера предусмотрительности оказалась совсем не лишней. Началась очередная атака «Хизбаллы» и громкоговорители на двух языках — иврите и русском передали сообщение всем немедленно спуститься в бомбоубежища. Следом за группой людей отправился туда и я. Кто-то из успевших спуститься пораньше, первым делом включил телевизор и теперь каждый старался занять местечко поудобней. Сообщения об очередном обстреле Кирьят-Шмоны еще в сводки попасть, видимо, не успело, а передавали информацию о том, что именно сейчас начался очередной массированный обстрел «катюшами» Хайфы. Потом на экране появились кадры из Ливана — разрушенные дома, дороги. Эти кадры сменила хроника о похоронах старшего лейтенанта Рана Кохбы.

В мирной жизни он был, как о нем вспоминали знавшие его люди, талантливым архитектором, проектировал жилые дома, в военное время вертолетчик Ран Кохба налетал на «Апачи» более 1000 часов. Накануне старший лейтенант выполнял боевое задание. На борту его вертолета находилось несколько спецназовцев. Внезапно отказал двигатель. И хотя при падении вертолет разбился, спецназовцы получили только ранения, пилот же погиб. Еще накануне, когда произошел этот случай, было много комментариев, один из представителей ВВС высказался в том духе, что пилоту понадобилась все его незаурядное мастерство и гигантское самообладание, чтобы в создавшейся ситуации хоть как-то ослабить удар подающей машины об землю и таким образом в итоге спасти жизнь солдат. И еще о Роне Кохбе вычитал я в одной из израильских газет такой эпизод. Несколько лет назад, вместе с группой других офицеров, выступал он на каком-то студенческом вечере. Ему задали вопрос, как он относится к тому, что во время военных действий гибнут мирные, ни в чем не повинные действия и даже дети. Рон ответил, что это и впрямь ужасно, что гибель мирных жителей, как правило вызвана либо трагической случайностью, либо опять-таки случайным, а иногда и намеренным нахождением невоенного населения в районах, подвергающихся обстрелу. Но никогда ни один командир не отдавал приказа стрелять по мирному населению. И в качестве примера рассказал летчик один конкретный эпизод из своей практики. Спецслужбы отследили шахида, который, в начиненной взрывчаткой машине направлялся в сторону Тель-Авива. Старший лейтенант Кохба получил задание движущуюся цель уничтожить. Он ее уже обнаружил и до выстрела оставались сущие мгновения, а может и просто один миг, когда в наушниках зазвучал голос командира, отменяющего атаку и приказывающего немедленно вернуться на базу. И только на аэродроме Кохба узнал причину: выяснилось, что незамеченным сразу в машину с террористом-смертником сел его шестилетний сын. Тогда операцию довели до конца на земле, террорист был схвачен, но мальчик при этом не пострадал. И вот теперь, сидя у телевизора в бомбоубежище города Кирьят-Шмона, я смотрел как хоронят этого парня. Посмотрев грустный этот репортаж, я огляделся. Видно было, что бомбоубежище недавно ремонтировалось, стены покрыты свежей краской, вместо кроватей и стульев — нары. Сидеть на них, конечно неудобно, но спальных мест, видимо, получается значительно больше. Кто-то принес сюда книги, детские игрушки, в стопке газет я увидел и сегодняшние. Заголовок одной из газет обращал внимание своей броской подачей: «Израильская красавица Анастасия Ентина, которая будет представлять нашу страну на конкурсе «Мисс Вселенная» отказалась фотографироваться рядом со своей ливанской «коллегой». Небольшая заметка рассказывала, что сама Ентина, собственно на недавнем конкурсе красоты титул «мисс Израиля» не получила, а была лишь второй. Но победительница Яэль Низри от участия в международном конкурсе участвовать отказалась в связи с призывом в армию. И хотя она имела право на отсрочку, воспользоваться ею в такой тяжелый для страны момент не пожелала». Свой отказ фотографироваться вместе с ливанской красавицей Анастасия объяснила тем, что этот кадр специально придумал кто-то из фоторепортеров и затея показалась ей надуманной и политизированной…

В холодильник мне, незваному гостю, заглядывать было неловко, но когда кто-то его открыл, я увидел упаковки с какими-то продуктами, бутылки с водой, соки.

Люди, скрывающиеся здесь от ракетного обстрела, понятное дело, были жителями одного района, друг друга хорошо знали, и если раньше многие друг другу наверняка лишь кивали при встрече, то теперь долгие часы, проведенные вместе их сблизили. В бомбоубежище находилось чуть больше двадцати человек, было душно и жарко. Кто-то уже поругивал власти, которые обещали-де поставить кондиционер, да все тянут, а вот в соседнем бомбоубежище о людях позаботились и там теперь прохладно и «можно сидеть хоть круглые сутки, хоть неделю кряду». Я разговорился с сидящим рядом молодым мужчиной, лет на вид тридцати пяти. Дани почти сразу заговорил о наболевшем. У него свое дело. Так, не весть что особенное, миллион в химчистке-прачечной не заработаешь, но на жизнь, как говорится, хватало и нечего судьбу гневить. Сейчас бизнес стоит, о том, чтобы работать и речи быть не может, да и кому придет в голову в такое время отдавать вещи в чистку или стирку.

— Политики наши большие мастера разговоры разговаривать, да вот толку от этих разговоров — чуть, — сетовал Дани. — Ну посуди сам. Все говорят, что это не война, а только военная операция. Поэтому военного положения не объявляют. Раз не объявлено военное положение, значит, нам не могут назначить какие-то льготы, которые предусмотрены только во время войны. Нам какая всем разница, как это все называется, если мы день и ночь сидим в бомбоубежищах, работать не можем и на что жить — неизвестно. Сейчас вот стали говорить о каких-то компенсациях, которые получат владельцы небольших фирм на восстановление свих дел. Если и дадут что-нибудь, то это будут гроши, они убытки и в малой степени вряд ли покроют. Вот у меня мастерская закрыта, а арендную плату я продолжаю платить и владельцу здания, где я арендую помещение, плевать, работаю я, или нет. В крайнем случае, даст какую-нибудь отсрочку. Впрочем, — вполне даже патриотично и как-то сразу другим тоном заговорил Дани, — главное конечно не в этом, а в том, что этот кошмар больше продолжаться не может.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил я его. — То, что сейчас идет война, как бы ее политики не называли, или то, что вообще происходит на севере Израиля?

Надо сказать, что израильтяне народ в целом весьма и весьма политизированный. Считается даже неприличным звонить по телефону без экстренной надобности в те часы, когда по телевидению передают новостные программы. Сказать в Израиле о себе, что я, мол, политикой не интересуюсь, это сильно своему имиджу повредить. Каждый считает себя не просто интересующимся политикой, но и в совершенстве в ней разбирающимся. Израильтяне о себе шутят так: если в обычной стране перед выборами президента кандидатов на этот пост бывает два-три, ну пусть даже десять человек, то в Израиле их никак не меньше пяти миллионов.

Поэтому когда я задал своему новому знакомому вопрос, так или иначе политический, то в ответ выслушал вполне квалифицированный аналитический отчет и также вывод, что если бы к его, Дани мнению прислушались, давно было бы все уже «околь бесэдэр» (с иврита — полный порядок). Дани поведал мне довольно пространно всю историю сложных ливано-израильских отношений, не забыл упомянуть недобрым словом то руководство страны, которое согласилось на поспешный вывод из Ливана шесть лет назад, проявил вполне хорошую осведомленность о сути резолюции Совета Безопасности ООН № 1559 и том, что Совет Безопасности не сумел добиться выполнения собственной резолюции в той части, которая касается разоружения «Хизбаллы». Но долго читать лекцию он не стал и закончил вполне по-житейски:

— Я знаю одно: кто-то все это должен остановить. Вот я практически всю свою жизнь живу на севере, уже много лет — в Кирьят-Шмоне. Ракеты на нас летят постоянно. Я уже не помню, когда этих обстрелов не было. Ну ты скажи, разве это жизнь? И поэтому мы, все, кто живет на севере Израиля, сейчас говорим: мы потерпим, потерпим сколько надо, только вы должны раз и навсегда с этой заразой покончить. Почему весь мир возмущается, что в Ливане гибнут люди, почему весь мир молчит, что в Израиле гибнут точно такие же женщины и мужчины, старики и дети? Когда «Хизбалла» обстреливает нас ракетами, она же знает, что в наших домах нет солдат и нет ракетных установок, что здесь живут обычные люди, которые хотят жить, но не могут, потому что в бомбоубежищах нормальные люди жить не могут и к этому проклятому вою сирен, к тревогам, взрывам ни один нормальный человек привыкнуть никогда не сможет. А сейчас, — с радостной улыбкой закончил он, — пойдем и подышим воздухом, атака кончилась, еще один кошмар пережили.

Бомбоубежище и впрямь уже почти опустело, мы поднялись по ступеням наверх, но люди еще не расходились и Дани пояснил, что если в ближайшие минуты атака не повторится, тогда можно будет пойти домой. А пока Дани предложил утолить жажду пивком, тут буквально за углом находится мини-маркет, хозяин наверняка его уже открыл. Он, оказывается, вместе с нами находился в бомбоубежище, и вообще работает теперь по весьма специфичному расписанию, которое зависит от ракетных обстрелов. Как только объявляют воздушную тревогу Габриэль, или как его все в округе называют — Габи, запирает свой магазин, спускается вниз и пережидает обстрел. Звучит отбой — Габи поднимается наверх и, убедившись, что ракета в очередной раз «просвистела» мимо, открывает двери. Пока Бог миловал. «Из соседних домов мало кто уцелел, а магазинчик мой как стоял, так и стоит, — порадовался Габи. — Я его в спешке, особенно в первые дни, даже закрывать не всегда успевал, так верите, ничего не пропало».

Но пивом мы все-таки в спокойной обстановке насладиться не успели. Едва Габи протянул нам пакет с запотевшими ото льда банками, снова объявили тревогу. «Накаркал» мой новый знакомый, сирена завыла вновь. И я подумал, насколько прав Дани — привыкнуть к этому смертоносному вою невозможно. Спускаясь снова по ступеням в бомбоубежище я чего-то вдруг вспомнил восьмидесятые годы, свою журналистскую работу в Афганистане.

Жил я тогда в первом микрорайоне Кабула, в домах, построенных советскими строителями для братского афганского народа. По ГОСТам того времени через стены этих типичных «хрущоб» даже шуршание газеты в соседней квартире было слышно вполне отчетливо. А уж вою сирен стены эти препятствием быть никак не могли. Кабул же душманы, или как мы их называли — «духи», с близлежащих холмов обстреливали ракетами ежедневно и с удивительной педантичностью. Обстрелы начинались ровно в 19.00, часы можно было по этим атакам сверять. Наша квартира-корпункт, который я занимал еще с двумя коллегами, находилась на пятом этаже. К семи вечера мы, если только не уезжали из Кабула, уже были дома и приготовления к обстрелу начинали минут за пятнадцать. Распахивали стеклянные балконные двери, открывали настежь окна, чтобы детонация не побила стекла, потом садились на стол, наполняли по стакану водки и готовили нехитрую закусь из того, что под рукой было. С первым звуком сирены, молча чокались своими стаканами, выпивали магическое зелье и долго еще сидели молча. Не могу похвастать, что водка, во всяком случае, во мне страх глушила, а спрашивать друг друга об ощущениях у нас как-то было не принято. Так что, я думаю, каждый со своим страхом боролся в одиночку, хотя присутствие друг друга если и не бодрость внушало, то призывало к мужской сдержанности.

Тот вой и афганские бомбежки мне потом еще много лет снились, я смотрел сейчас на людей, собравшихся в бомбоубежище, на их встревоженные лица, на разом притихших детей и думал о том, что привыкнуть к этому и впрямь невозможно.

В Хайфу я в тот день так и не попал, обстрелы Кирьят-Шмоны прекратились к вечеру, чтобы возобновиться ночью. Мне было неловко, что я занимаю в этом подполе место, которого и так немного, что стесняю людей, которым и без меня в этой духоте дышать было нечем. Но никто меня не попрекнул, никто не спросил, откуда я прибился к жителям этого района и потому я остался. Ехать мне в эту пору было решительно невозможно, обстрелы продолжались. Ночью в бомбоубежище спали далеко не все и услышал немало историй о том, как переживают люди эту войну, какие случаются чудеса и забавные случаи. О трагедиях предпочитали не упоминать, настроение и без того было у всех подавленное. Какая-то девчушка, лет этак двенадцати-тринадцати вдруг вздумала всех арбузом угощать. Арбуз был огромный, как она, пигалица этакая, его дотащила и главное откуда взяла, было совершенное непонятно. Ее спросили, она пожала плечами. Когда же я поинтересовался, для чего она, собственно, арбуз сюда принесла, девчонка ответила не по годам рассудительно:

— Здесь жарко, народу много, все переживают, поэтому аппетита ни у кого нет, кушать не хочется. А арбуз жажду утоляет.

— Смадар, ты лучше расскажи, как твоя сестренка во время обстрела живой-невредимой осталась, — попросил ее Габи.

Историю эту, видно, здесь знал каждый, потому что со всех сторон раздались поощрительные реплики и девчонка, поощренная таким вниманием взрослых, стала пересказывать, не первый, видно, раз. Во время недавнего обстрела их района ракета, пробив стену на уровне третьего этажа жилого дома, наискось пролетела через всю комнату и благополучно вылетела в окно. Комната оказалась детской, в это время в ней спала двухлетняя малышка, которую ракета не задела. Она лишь проснулась от шума, но толком ничего не поняв, только немножко похныкала и снова уснула.

— А где же сейчас твоя сестренка? — поинтересовался я у Смадар.

— А ее папа с мамой увезли в Тель-Авив, — ответила девочка.

— А как же ты!? — изумился я.

— А я со своими родителями рядом живу, в нашем доме пока только соседний подъезд пострадал, а у нас еще жить можно. А сестренка — это дочь дяди (в иврите слово «двоюродный» отсутствует, двоюродную степень родства определяют словами «сын дяди», «дочь тети» и т. д. — О.Я.), а мои мама с папой здесь, — и она указала на сидящих чуть поодаль довольно молодых еще мужчину и женщину. У мужчины на коленях была установлена переносная люлька и в ней мирно посапывал младенец.

Видно, ночь, все увиденное и услышанное за день давали о себе знать. В голове возникали какие-то дурацкие мысли. Я почему-то стал думать о том, что расскажут этому младенцу, когда вырастет, об этой войне. Наверное, спустя годы вспомнят, в первую очередь, что прямо из роддома привезли его не домой, а в бомбоубежище. Может быть, при этом даже улыбаться будут. А вообще-то вряд ли, ничего тут веселого нет. И хотя на войне и впрямь происходят всякие курьезные случаи, смех этот все же — сквозь слезы.

Утром, когда уезжал, совсем по-другому смотрел на поврежденные ракетами дома, ведь в них жили теперь уже знакомые мне люди. Зиял пробоинами недавно отстроенный красавец торговый центр, его темно-синие зеркальные стекла теперь уродливой грудой осколков валялись на земле и солнце отражалось от них каким-то зловещим блеском. В открытом бассейне мертвенно голубела вода, не летели вокруг брызги, не было слышно ни смеха, ни звонких детских голосов, потому что и людей здесь не было вовсе. Двери большинства магазинов были закрыты и на улицах по-прежнему встречались только одинокие прохожие, спешащие, как я теперь уже знал точно, по каким-то только совсем уже неотложным делам.

Днем я заехал к коллегам в редакцию газеты «Вести». Это самая крупная ежедневная газета, выходящая в Израиле на русском языке. К обыденной газетной суете здесь сейчас добавлялась еще и горячка войны. Новости снимались из Интернета, как говорится, горячими и немедленно верстались на полосах завтрашнего выпуска. Я знал, что в «Вестях» сразу после начала военной операции была открыта так называемая «горячая линия». А подробнее мне об этом рассказала обозреватель газеты Евгения Ламихова.

— События последних дней самым непосредственным образом затронули нашу редакцию, — говорит Евгения. — . На севере проживает много читателей нашей газеты, в Хайфе работает филиал «Вестей», выпускается приложение «Вести-север». Буквально через несколько дней, после того как начались военные действия в Ливане, мы открыли телефонную линию для читателей. За прошедшие дни сотрудники «Вестей» получили сотни звонков. Читатели обращались с вопросами, высказывали претензии к различным организациям, просили совета. Часть вопросов мы передали в службу тыла, муниципалитеты, больничные кассы. Ежедневно в газете публиковались полученные нами ответы и рекомендации. Если хочешь, могу привести в пример в пример некоторые характерные вопросы, которые задавали нам по нашей редакционной «горячей линии».

— Очень интересно, — отозвался я.

Женя полистала несколько газет и подшивки, заглянула в какие-то свои записи:

— Ну вот, например, к нам обратился некий Лев, который живет в городе Кирьят-Бялик, а его сестра в Кармиэле. Оба получают пособие по старости и социальную надбавку. Незадолго до начала боевых действий в Ливане сестра Льва уехала в Канаду к родственникам и те уговаривали ее остаться хотя бы на несколько недель. Но Лев опасался, что из-за этого ее могут лишить социальной надбавки (в Израиле при выезде пенсионера за границу ему сохранятся только пособие по старости, а выплата социальной надбавки во время длительного выезда за рубеж прекращается — О.Я.) и обратился с этим вопросом к нам. Собственно, по этой причине боялся выехать за границу и сам Лев. Он обратился в редакцию с вопросом, может ли институт национального страхования сделать исключение для жителей севера. Мы отправили этот вопрос в службу национального страхования. Вот что нам ответили официально: «Правила предоставления социальной надбавки не изменились». А неофициально добавили, что служба национального страхования исходит из того, что тревожные времена можно переждать в центре или на юге страны. Так что причин покидать Израиль нет.

Софа, жительница Хайфы, позвонив, рассказала, что многие ее знакомые уехали из города. Софья интересовалась, что если власти не препятствуют выезду людей из города, то почему не объявлена организованная эвакуация. На этот вопрос ответили в службе тыла:

«Причин для эвакуации нет. Люди, соблюдающие наши рекомендации, находятся в безопасности. Рекомендации же таковы. Услышав сигнал тревоги, зайдите в укрепленную комнату или любую внутреннюю комнату с наименьшим количеством окон (желательно, чтобы они не были обращены на север). Безопасно также пережидать обстрел на лестничной площадке. Если вы находитесь вне дома, как можно быстрее доберитесь до любого защищенного места — бомбоубежища или лестничной площадки ближайшего дома».

Татьяна из Кармиэля спрашивала, как вести себя в укрепленной комнате (специально оборудованные комнаты, которые проектировщиком предусмотрены для каждой квартиры — О.Я.) — сидеть, лежать, стоять. Отвечает снова служба тыла:

«Поза особого значения не имеет. В принципе укрепленная комната хорошо защищает от «катюш». Но вот что мы советуем: желательно, чтобы в комнате было как можно меньше тяжелых предметов. Если там установлен подвесной телевизор, его нужно снять. Тяжелый шкаф с вещами тоже стоит вынести в другое помещение, либо освободить от части вещей».

А вот семья Копельман, живущая возле Хайфы, недоумевала по тому поводу, что сирена чаще звучит уже после падения ракеты и спрашивала, как на это следует реагировать.

«Система оповещения задумана так, чтобы сирена звучала за минуту-полторы до приземления ракеты, — ответили редакции в службе тыла. — Но мы убедились, что это действительно не всегда происходит так. На сигнал влияют траектория полета, место запуска, тип ракеты. Иногда взрыв происходит раньше, чем включается сирена. В этом случае все равно нужно принять меры защиты, так как после первой ракеты в этом же направлении может лететь и еще одна. Не выходите из укрытия, пока звучит сигнал тревоги. Держите при себе радиоприемник на батарейках и слушайте сообщения службы тыла».

Строительный рабочий Яков рассказал, что их бригада строила 18-этажный дом на севере. Потом работа прервалась. А пару дней назад ему позвонил начальник и велел вернуться на работу. Яков возразил, что не успеет по сигналу тревоги спуститься с 18-го этажа в укрытие. Тогда начальник пригрозил, что Якову придется искать другое место работы.

— Мне конечно дорога моя жизнь, ведь у меня семь, дети. Но не меньше я боюсь потерять рабочее место. Крановщиком работу в Хайфе найти нелегко. Как поступить? — спрашивал Яков.

Мы передали этот вопрос по инстанциям и получили такой ответ: «В Хайфе и ее пригородах разрешено продолжать работу только там, где есть укрытия и защищенные места. Если работодатель знает, что не может обеспечить безопасность сотрудников и все-таки вызывает их на службу, он нарушает закон. Увольнение в такой ситуации незаконно и Яков вправе подать на хозяина в суд».

Дежурный нашей «горячей линии» позвонил Якову, чтобы передать эти сведения.

— Спасибо за совет, — ответил наш читатель. — Я как раз сижу на верху и вижу всю Хайфу как на ладони.

В это время в телефонной трубке раздался грохот.

— Слышите? Ракета упала в районе порта. Я спускаюсь. Будь что будет! — воскликнул Яков.

Вера из Кирьят-Яма, болеющая гипертонией, пожаловалась, что должна лекарства для понижения давления принимать каждый день. И вдруг обнаружила, что у нее осталась одна-единственная таблетка. Вера пошла в свою поликлинику, но она оказалась закрытой. На дверях не повесили даже малюсенькой записки с объявлением, как быть и что делать. Мы конечно сразу связались с пресс-центром больничной кассы, куда относится эта поликлиника. Там ответили следующее: «По распоряжению Минздрава на севере страны организованы так называемые «Объединенные поликлиники», где работают врачи всех больничных касс и есть дежурная аптека. Телефоны этой новой «Объединенной поликлиники» есть уже во всех справочных. А также лекарства можно купить в аптеке при любой ближайшей больнице».

Галина с тридцатидвухлетним больным сыном живет в центре страны. Ни родных, ни даже знакомых в центре страны у них нет, а жить под обстрелами так страшно. Галина сказала, что была бы благодарна, если какая-нибудь семья в центре страны их приютит. Мы опубликовали телефон Галины и уже через два дня Галина переехала в центр страны. Нашлись добрые люди!

Много звонков было связано с удручающим состоянием бомбоубежищ. Читатели спрашивали, куда обратиться по этому поводу. Мы разослали запросы во многие города севера, практически ото всюду получили ответы. ВЫ частности, мэр города Кармиэль Ади Эльдар сообщил, что делается максимально возможное для благоустройства бомбоубежищ, отремонтированы уже большинство из них. А вот служба тыла прислала нам в редакцию весьма неожиданное разъяснение:

«В нынешней ситуации убежища не так эффективны, как считалось раньше. Сирена звучит всего за минуту до падения ракеты, поэтому люди, бегущие в укрытие, подвергаются большему риску, чем те, кто остается в квартирах. Хотя это вовсе не значит, что муниципалитеты не должны заботиться о бомбоубежищах».

Тяжелобольной пожилой человек по имени Наум сообщил, что передвигаться он сам не в состоянии, нашлась семья, готовая его приютить, но приехать за ним не могут. Куда обращаться в таких случаях? Мы сообщили Науму, что благотворительная организация «Яд Сара» (с иврита — «Рука Сары») организует перевозку именно инвалидов севера в другие района страны на специальных автомобилях. «Яд Сара» также организует подвозку инвалидов на срочные медицинские процедуры. В этой же организации можно получить напрокат некоторое медицинское оборудование, в частности, кислородные баллоны. Это оборудование доставляется в том числе и на дом. Снабдили Наума телефонами благотворительной организации, а уже вечером Наум не поленился позвонить и поблагодарить на за подробную консультацию.

— Машина за мной приедет рано утром, — ликовал Наум. — И представляете, все это абсолютно бесплатно.

И хотя мы пытались ему объяснить, что благотворительные организации тем и занимаются, что оказывают безвозмездную помощь, Наум все повторял: «Нет, вы наверное не понимаете — абсолютно бесплатно».

* * *

А несколько дней спустя в моем распоряжении оказался очень интересный, на мой взгляд личный дневник. Более того, автор дневника, при условии, что я не назову ее имени разрешила его обнародовать. Дневник Ольга (назову ее так) ведет с юности, события же военных дней и свои впечатления записывала с особой тщательностью. Сейчас Ольга вместе с мужем и двенадцатилетним сыном живет в одном из небольших северных городов Израиля недалеко от Хайфы.

ПРИФРОНТОВОЙ ДНЕВНИК

ВОЙНА

А у нас снова война. Бомбят, мне уже слышны частые глухие взрывы и автоматные очереди…

По району ездит машина с громкоговорителем. Две охрипшие тетки, передавая из рук в руки микрофон, на иврите и ломанном русском попросили нас спуститься в бомбоубежище. Ребенок просится ночевать в комнате, которая у нас считается бомбоубежищем. Я не разрешаю. Так нет дивана, только компьютер и книжные шкафы, и спать он собирается на полу…

ПЕРВЫЙ «ЗВОНОК»

Когда мне позвонила подружка, до меня даже не сразу дошло: ракета упала на соседний дом. Телефоны не отвечали. Пока я дозвонилась к ребенку, чуть не поседела. Ребенок мирно спал и был очень недоволен тем, что я его разбудила. Муж вернулся домой и забрал его к себе на работу. Подъехать к дому не смог — все перекрыли.

ИГРА В ПРЯТКИ

Мы живем в доме № 15, ракета попала в дом № 11, ровно через дом.

Отвезли ребенка к свекрови в Хайфу. А очередная ракета прямиком полетела в Хайфу и попала через два квартала от ее дома. Через пять минут после того, как там проехали.

Все-таки бабушка героическая женщина. Выехать из приграничного Измаила 22 июня 1941 года, с четырехлетним ребенком на руках… А те, кто говорили, что нечего бояться, что немцы культурные люди, все, кто остались, погибли.

А я так не могу. Мы вернулись домой за вещами. Все окрестные дома белеют задраенными жалюзи, огней в окнах почти не видно, машин нет. Все отсюда уехали.

Почему-то все время слышу, как говорят зайти в бомбоубежище. Я еще не разу не слышала, как оттуда выйти.

Сегодня на работе сотрудница договаривалась об эвакуации своих детей из Хайфы. А мы «эвакуировались» в Хайфу.

После работы поехали к свекрови. Пообедали, посмотрели по телевизору горящую Нагарию. Увидела эпизод, как раненого в прямом эфире вкатывают в приемный покой. Камера провожает его, спускается на пол, снимает потеки крови и невольно задерживается на оторванной руке, упавшей с носилок. Кадр быстро переключили с комментарием — это же прямой эфир, думать же надо, что показываете!

Мы тоже немного подумали. Посидели пару часов, помаялись. Чужой дом, тесно, неловко. Собрались и поехали домой. Клятвенно обещали при первой же бомбежке немедленно свалить обратно. Хотели ребенка оставить, но он оказался категорически. Решительно обувает кроссовки, спускается с нами, садится в машину — и пристегивается. Не драться же с ним в самом деле… Так и поехал с нами домой. Дома, первым делом, перетащил свой матрас в квартирное бомбоубежище и сел за компьютер.

Не вышло из нас беженцев.

Позвонила Машка. Мне даже неловко было ей признаться, что мы дома. Она не сразу это поняла.

Позвонила маме. Наговорила ей анекдотов и попросила не читать газет и не смотреть телевидение.

Позвонила Натану. Сидит, бедняга, троих младенцев нянчит и новости в Интернете смотрит.

Позвонила Ире. Я даже не сомневалась почему-то, что она никуда не уедет.

Позвонила Ире и Андрею. Стоят возле бомбоубежища наготове и новости слушают. Вчера они ночевали у друзей в другом городе, сегодня вернулись.

ПО ТВ сказали, что можно выйти из бомбоубежища. Мы решили пойти погулять. Не успели одеться, как снова машина, и всех загнала в укрытие. Все, что я смогла сфотографировать, это как мужик в доме напротив закрывает окно в комнате безопасности. А я еще даже не была под обстрелом. Сын был, муж, когда его забирал, был, почти все друзья и знакомые попали. А я — нет. Может, мне поэтому и не страшно.

ГЛУПАЯ СОБАКА

Сегодня мы с ребенком эвакуировались в Хайфу. Только расположились и я задремала, а тут сирена. Звонит с работы Галя: «Спускайтесь в бомбоубежище!» Беру ребенка, собак и иду. Все соседи бегают по лестницам, бомбоубежище закрыто, а ключи неизвестно у кого. Я шла с ключами от квартиры в руке, так меня чуть не разорвали. А еще у меня убежала собака. Я человек к собакам непривычный, а тут еще и сирена. Я забыла посадить их на поводок, а дверь подъезда была открыта, вот они и пошли по привычному маршруту, а не в убежище. Умная собака вернулась, а глупая убежала. Носится по полянке, в руки не дается. Я бегала за ней, наверное, больше часа, она меня совершенно не слушается. А вот Галя гуляет с ними без поводка, они ее слушают с первого звука. Я домой вернулась, думала, она тоже вернется. Вышла через десять минут на улицу — сидит на том же месте, где я ее и оставила. Не могла я ее там бросить, несмотря на бомбежку, для Гали же она как ребенок. Это все равно как я ребенка кому-нибудь доверю, а мне скажут, мол, убежал твой мальчик, а догнать не смогли. Сюр какой-то: сирены, взрывы, а я на улице собаку ловлю. Потом я взяла умную собаку на поводок, вышла и зашла, а эта дурочка с нами вернулась.

Ключ от бомбоубежища нашелся только к последней сирене.

Необходимость

Собираю детские вещи. Реву. Как-то так получилось, что за двенадцать лет мы с сыном еще не расставались ни на день. Мы решили отправить его на каникулы к дяде в Германию, пока все не закончится. Я собрала ребенкин чемодан и начала носиться по дому в поисках какой-нибудь ленточки, чего-нибудь такого, что можно повязать на чемодан, чтобы его потом можно было быстро отличить при получении багажа. Вовка, муж подсказал. И я привязала оранжевую ленточку, которая сохранялась у нас со времен, когда евреев выселяли из поселения Гуш-Катиф и эти ленты раздавали всем протестующим против выселения на всех перекрестках. Это так символично, что если снять эту сцену в кино, критики скажут, что такого в жизни не бывает.

МОЖНО СДЕЛАТЬ ПОКУПКИ

Проехала полицейская машина и хриплым дребезжащим голосом прокричала, что если мы хотим сделать покупки, то надо их сделать до 12 часов. Все зашевелились, пооткрывали окна. Люди вылезли на балконы, повсюду заездили машины. Пойду и я прогуляюсь. Есть жизнь! Рабочие распиливают и убирают деревья, ездят велосипедисты, люди ходят, светофор работает, движение.

Подумала, что надо бы купить и отправить ребенку каких-нибудь книг, чтобы за полтора месяца не забыл буквы. Но это нереально сейчас, для этого одновременно нужны открытый книжный магазин и работающая почта — недоступная нам теперь роскошь.

Снова сильный взрыв где-то рядом. Твержу себе: «Это мы их, это мы их». Но, к сожалению, очень похоже, что это они нас.

Решаю помыть посуду. Еще один взрыв! Ого какой! Пулей влетаю в бомбоубежище и впервые закрываю в нем дверь. Руки дрожат. В окно вижу, как в соседний дом, вприпрыжку, пригибаясь, бежит подросток. Выглядываю, все бегут к дому на соседней улице. Я, конечно, схватила фотоаппарат и выбежала. Поснимала и вернулась. Навстречу мне бежит женщина: «Где упало? Какой дом?» Я сказала. Она схватилась за голову и закричала: «Натали! Это квартира Натали!»

Свет отключался, после этого отрубилось спутниковое телевидение, я осталась без телевизора. Надо завести радио на батарейках. Холодильник, слава Богу, пока живой, и мой любимый «комп» тоже.

От бесконечных телефонных разговоров сильно болит левое ухо. Кажется, левая половина головы раскаляется и приваривается к телефону. Вот сейчас опять были взрывы, а у меня уже нет сил снова звонить и проверять, все ли на месте.

«Нас бомбят, пришлите техника!»

Вчера, когда у меня отрубилось спутниковое телевидение, я позвонила в отдел техподдержки.

— Здравствуйте, у меня не работает телевизор.

— А как это случилось?

— Нас бомбили, ракета попала в соседний дом и телевизор теперь не показывает.

Девочка на том конце провода начинает заикаться, вместе пытаемся нажимать на кнопки, телевизор не реагирует.

— А вы не могли бы прислать техника? — ласково спрашиваю я.

Девочка теряет дар речи. Снова продолжаем упражнение и я вдруг вспоминаю, что коробка спутникового вещания подключена у меня через видео, а так как электричество отрубалось, мне надо его лишь включить. Радостно сообщаю об этом девочке, она счастлива, мы тепло прощаемся.

Я стала заметно хуже соображать. Необходимы значительные усилия, чтобы сосредоточиться и собрать мысли в кучку.

Телефонофобия

Во вчерашней атаке в Нагарии у входа в бомбоубежище погиб «русский» парень, друг моих знакомых, его лицо мне знакомо. Надо бы им выразить сочувствие, но я уже не могу видеть телефон, с утра больше десятка звонков. Уже неделю собираюсь позвонить Сергею, но никак не могу себя заставить. Есть еще множество знакомых, о которых я ничего не знаю, но никак не могу выбрать время позвонить.

Вчера соседний дом покинули три семьи. Я наблюдала с балкона, как они пакуют чемоданы. Папа неторопливо носил вещи, мама очень быстро бегала с сумками. Потом они бегом вывели детей — грудного младенца, девочку лет семи и парня лет тринадцати. Сзади семенила старенькая мама. Особенно дико это смотрелось на фоне спокойно гуляющего с собакой мужчины. В соседнем доме осталось только две семьи. Одна из них — ливанские беженцы с четырьмя детьми.

Вовка говорит, что осталось больше: за ночь еще в двух квартирах изменилось положение жалюзи. А в нашем доме остались мы и соседи по лестничной клетке, я слышала, как они открывали дверь. После того, как ракета упала на соседний дом, мне позвонила соседка и попросила посмотреть в окно на их машину, не побило ли их осколками. Вообще ракеты сейчас падают совсем другие. Они разрываются в воздухе и все решетят осколками.

Сегодня на работе была сирена. Без взрыва. А потом был взрыв без сирены. Отключили свет. Потом никак не могли наладить связь. Потом долго мучались без кондиционера, который никак не хотел включаться. Слушали по радио, где упали ракеты. У нашей знакомой дома остался двенадцатилетний сын, и она, находясь на работе, по телефону умоляла спуститься его в убежище, а он не хотел, потому что сирены не было.

ВЛАЖНО, СЫРО, СКУЧАЮ…

Утром я вышла на балкон за чистой кофточкой в одних трусах. Если так будет продолжаться, скоро я в таком виде смогу гулять по городу. После работы шла домой по улице, возле бомбоубежища сидели на травке люди. Взрыв, и они вскочили и исчезли в проеме. Одна женщина задержалась и проводила меня долгим взглядом. Видно было, что ей очень хочется меня окликнуть. Навстречу мне проехала машина, доверху забитая сумками и людьми. Из нее на меня испуганно посмотрели.

Мы все уже немного привыкли, закончилась эта безумная перекличка после каждой бомбы, я уже могу смотреть на телефон без отвращения, я уже могу следить за новостями. Телевидение заметно изменило тон. По нему уже не показывают оторванные руки и не смакуют кровавые подробности. Тех новостей даже мои нервы не выдерживали. Когда я смотрела телевизор в первые дни войны, мне казалось, что от севера уже ничего не осталось и я собираюсь приехать на линию фронта, пылающую руинами.

Ира рассказала о знакомой, которая в панике уехала в южный город Беэр-Шева в первые же часы войны, закрыв в квартире двух кошек и не оставив никому ключи. Звонит ей каждый час, беспокоится насчет кошек. Но не настолько, чтобы приехать и покормить. Кошки без еды и воды, в задраенной квартире — вот уже восьмой день. Дверь выломать — в полицию позвонят, заберут как мародеров и будут правы.

Та позвонила Ире и спросила, как покупать билеты на кредитку. Ира спросила: «Собираешься приехать покормить кошек?».

— Нет, еду в Эйлат, немного отдохнуть от этого кошмара. Ты не можешь меня осуждать — надо мной пролетели две ракеты!

— Ну да, а над нами тут бабочки летают, — говорит Ира.

Иногда хорошо туго соображать. Только сегодня до меня дошло, что север у нас совсем с другой стороны, чем я всегда считала. И когда ракета попала в соседний дом, она пролетела над нашим. У меня видимо в этот момент включились все защитные механизмы. Особенно преобладает механизм торможения.

То и дело спохватываюсь насчет ребенка. Это уже на уровне инстинкта — позвонить, накормить, обнять. Боюсь, что когда он наконец приедет, я все время буду про него забывать. Ребенок прислал SMS, спрашивает, как перевсти с иврита на русский слово «лахут»» Отвечаю: «Влажно, сыро», и добавляю: «скучаю…»

ВСЕ МЫ — МИШЕНИ

Сотрудник сказал, что возвращается в Хайфу, а вчера муж видел, как в соседний дом вернулась семья. Он сначала думал, что они уезжают, но они приехали.

Муж рассказал о сотруднике, который живет на десятом этаже. Высоко, хорошо: не слышно ни автобусов, ни детей, ни сирены. Уехали.

С воскресенья мы все работаем по обычному расписанию и даже университет грозился открыться. Вообще если с утра не бомбят, настроение улучшается с каждым часом, надежды крепнут. И кажется, что все будет хорошо. До первой ракеты.

Закончила работать. Муж меня забрал. Предложила сотруднице подвезти, но она отказалась. Я еще раз предложила, уже на улице, но она показала на подъезжающий автобус. По дороге мы с мужем «поймали» сирену. Ракета упала как раз там, где сотрудница должна была проезжать в автобусе. Телефона ее у меня нет. Через других коллег узнала. Позвонила. Жива, не доехали, автобус поехал в объезд. Мы поехали к тому месту, но там уже все перекрыли.

Поехали в магазин — еще одна сирена. Кассирша попросила пройти всех к молочному отделу. Стоим там, как послушные дети.

На нашей машине копоть в палец толщиной, вся черная и чумазая.

По нашей улице проехал джип с солдатами. Я уставилась на них во все глаза, а они помахали мне рукой.

Едем через Хайфу, кондиционер шумит. Опускаю стекло, чтобы прислушаться — мне чудится сирена. Муж спрашивает, что ты можешь сделать посреди проспекта. Подумав, честно отвечаю: чтобы знать и бояться!

Муж говорит: «Смотри какой закат». А я подпрыгиваю, мне слышится «азака» — в переводе с иврита — сирена.

Оптимистический финал

И на закуску — счастливое окончание истории с двумя кошками. Приехали трое ребят из общества защиты животных, на машине полной корма, песка и воды. Они сейчас как раз объезжают города севера и пытаются помочь выжить уличным кошкам, которые в отсутствии людей остались без элементарных объектов. Приехал наш ветеринар. Нашли лестницу. Через хозяйственный балкончик парень и ветеринар влезли в квартиру. С большим трудом нашли одну из двух кошек, ту, что посмелее. Они ее их укрытия выгнали — вполне себе здорова, только напугана. Вторая так и не нашлась, но есть большая вероятность, что тоже в нормальном состоянии. Налили очень много воды, оставили очень много еды — сухой и консервов. Насыпали очень много песка в коробку. Теперь у кошек есть все необходимое хотя бы на несколько дней. С сегодняшнего дня я верный почитатель и жертвователь общества защиты животных…

Позвольте с вами не согласиться

(Размышление к информации)

«Вчера боевики «Хизбаллы» продолжили обстрелы северных городов Израиля. По израильской территории было выпущено свыше 140 ракет.

…Главный ашкеназийский раввин Израиля Йона Мецгер в очередной раз приехал в Хайфу, чтобы в хайфской синагоге помолиться за северян и увезти свою мать Хелену в центр страны. В Тель-Авив раввину пришлось возвращаться одному. Старушка наотрез отказалась покидать свой дом. Девяностолетняя Хелена, которая живет одна в скромной двухкомнатной квартирке и вполне, по ее словам, справляется со своим нехитрым хозяйством, сказала: «Я вдова, а Бог хранит вдов и я не боюсь».

…Израильские политики, хотя и считают, что во время боевых действий, правительство следует поддерживать, все же резко критикуют его действия в СМИ».

(По сообщениям информагентств).

Политики, как от оппозиционных, так и от коалиционных партий и впрямь высказывали в первые недели боевых действий в Южном Ливане единодушны были, пожалуй, только в резкой критике. И потому возможность сравнить их, порой прямо противоположные мнения и аргументацию представляется мне вполне обоснованным.

Бывший премьер-министра Израиля, нынешний лидер оппозиции Биньямин Нетаниягу считает:

«После войны за независимость Израильский тыл ни разу не подвергался такому испытанию, какое выпало на его долю в эти дни. Пятнадцать с лишним лет назад во время войны в Персидском заливе Садам Хусейн обстрелял израильскую территорию тридцатью девятью СКАДами. По мощности эта ракеты намного превосходят «катюши», запускаемые «Хизбаллой». Однако тогда удары противника не причинили большего ущерба, не повлекли за собой человеческие жертвы. В сегодняшней войне по нашей стране выпущены тысячи ракет, унесших жизни сотен граждан.

Вновь создав зоны безопасности в Южном Ливане, можно отдалить ракетную угрозу, однако нельзя ее уничтожить. Я не отвергаю идею размещения на ливанской территории вдоль границ с Израилем международного контингента, в отличии от ЮНИФИЛ, вооруженного и обладающего реальными, а не инспекционными полномочиями. Вместе с тем я очень сомневаюсь, что обсуждаемые инициативы принесут практическую пользу. Учитывая, что на вооружение тех, кто может вновь под каким-либо предлогом открыть огонь по нашим территориям, находятся ракеты радиусом 200, а то и 250 километров, совершенно очевидно: создание зоны безопасности не устранит ракетной угрозы. Вот почему основная цель военной операции состоит в том, чтобы лишить «Хизбаллу» накопленного запаса военного снаряжения, представляющего угрозу для нашего тыла.

Совсем недавно я сказал, что ракеты не делают различия между городами, евреями и арабами — они взрываются там, где падают. События июля и августа 2006 года подтвердили мои слова. «Катюши», запущенные «Хизбаллой», привели к гибели на территории Израиля в том числе и арабских детей. Как реагируют на это арабские депутаты Кнессета? Сознают ли они, что те, кто желает зла израильтянам, не делают исключения и для национальных меньшинств. В особенности это касается Ирана. Руководство этой страны, при его подходе к региональной действительности, не остановится перед тем, чтобы уничтожить арабов заодно с евреями. Арабским депутатам не следует отделяться, сейчас именно тот момент, когда нужно отмести все посторонние соображения. Во время войны долг всех — сплотиться вокруг правительства, объединиться, забыть о внутренних разногласиях.

Мы оказались примерно в той же ситуации, которая наблюдалась во время Войны за независимость. Кратко определить эту ситуацию можно так: поле сражения — вся страна, армия — весь народ.

Два миллиона граждан терпят урон от того, что проживают в регионе, подвергающемся ракетным обстрелам. Разрушаются бизнесы, не только большие, но и малые: такие, как продуктовые магазины, парикмахерские. Предприятия расшатываются легко, воссоздавать их очень трудно. Нужно дать бизнесам кислород, предоставить кредиты, оказать помощь работникам, которые ввиду военного положения не могут выполнять свои служебные обязанности.

Говорят, что нет худа без добра. Так хорошо бы, чтобы международное сообщество осознало, в чем состоит суть ливанского кризиса. Иран испытывает мир на прочность. Поощряя ХАМАС к обстрелам израильской территории Касамами, а «Хизбаллу» — к ракетным атакам севера Израиля, Иран бросает выпад западу, проверяя какой будет его реакция.

Мне было досадно, когда член кабинета министров Великобритании заявил, что израильская реакция не соответствует масштабам ракетной угрозы. А между тем во время Второй мировой войны никакая либо иная страна, а именно Великобритания бомбила Дрезден и другие германские города в ответ на ракетные обстрелы Лондона.

Я призываю Запад осознать пока не поздно, что руками «Хизбаллы» и ХАМАСа Иран наносит удары не только по Израилю, но и по всему миру. И когда Запад нас критикует за слишком жесткую реакцию, то тем самым ущемляет свои интересы.

Борцам за справедливость стоит вдуматься, почему объектом нападения избран Израиль. Если нам инкриминируют оккупацию, то от чего запуски ракет производятся с территорий, откуда армейские подразделения были выведены по нашей инициативе: из сектора Газы и Южного Ливана? Не приходится сомневаться, что ситуация только усугубится, если аналогичным образом ЦАХАЛ отступит из Иудеи и Самарии.

Зеев Жаботинский говорил, что враги пытаются нас уничтожить, но убедившись в бесплодности своих стараний, прекратят напрасные усилия. Возможно, это высказывание верно применительно к некоему среднестатистическому противнику. Однако Иран, ХАМАС и «Хизбалла» — хищники, которые будут использовать имеющееся у них оружие до тех пор, пока его у них не отнимут.

Мы должны устранить угрозу, вырвать у хищников клыки, которыми они готовы нас разорвать, и тогда, быть может, идея «нового Ближнего Востока» воплотится в реальности или, как минимум, в нашем регионе станет спокойнее жить».

Авигдор Либерман, Лидер партии «Наш дом — Израиль» (НДИ):

«Обсуждать ситуацию на севере невозможно без понимания того, что происходит на юге, в секторе Газы. В Газе сейчас полным ходом идет процесс «ливанизации». Если мы сейчас не остановим этот процесс, то уже через полгода мы получим в Газе новый Ливан. Происходящее там уже нельзя назвать контрабандой оружия — это свободный, ничем и никем не ограниченный поток оружия из Египта в сектор Газы. Каждый дом, каждое школьное здание, каждый угол превращаются там в укрепленные позиции. Не понимаю, как наши силы безопасности не требуют от политического руководства перейти к совершенно иной форме действий в Газе. Египет полностью провалился, взяв на себя дело охраны «филадельфийского коридора» и обязавшись охранять безопасность нашей южной границы.

Поэтому я призываю приступить к немедленным решительным действиям. Наша армия должна взять на себя охрану «филадельфийского коридора» и КПП в Рафиахе. И пусть через полгода никто не говорит, что у нас не было оперативной информации о том, каким оружием был начинен сектор Газы и какие «сюрпризы» у них для нас заготовлены.

Теперь перейду к тому, что происходит на севере. Я утверждаю, что если мы прервем операцию и пойдем на прекращение огня без достижения ВСЕХ объявленных нами целей — это станет громкой и очевидной победой «Хизбаллы». А надо понимать, что сейчас за происходящим на ливано-израильской границе внимательно следят все.

Само то, что «Хизбалла» проявляет стойкость и продолжает военные действия под массированными атаками наших войск, само то, что они продолжаются, само то, что руководство «Хизбаллы» продолжает функционировать и доводить свои приказы до исполнения, — вызывает огромный интерес у всех наших врагов. Они, что называется, все мотают себе на ус. Последствия этого скажутся и в Сирии, и в Иудее с Самарией, и в самом Израиле — среди его арабских граждан.

Посмотрите, как в последние дни сменилась сирийская риторика. В первые дни войны сидели тише воды, ниже травы. Было видно, что они предпочитают не высовываться, не раздражать нас. Они были напуганы до смерти. А в последние несколько дней их риторика кардинально изменилась. Совершенно очевидно, что они вновь обрели уверенность в себе и, к сожалению, я ожидаю неприятностей со стороны Сирии. Если мы пойдем на достижение огня без достижения объявленных целей, то оно будет использовано «Хизбаллой» не для восстановления мирной жизни, экономики и социального обеспечения граждан Ливана, а для пополнения и перевооружения рядов террористов. Тогда в скором времени нам уже придется вести войну не на два фронта, а и на эти два, плюс три новых: на сирийском направлении, со стороны Иудеи и Самарии плюс внутренний фронт — со стороны израильских арабов.

Так как все предпочитают избегать этой темы, я бы хотел подробнее остановиться на поведении израильских арабов — и их руководства, и рядовых граждан. Отец из Назарета, двое детей которого убиты «Хизбаллой», убиты по сути Насраллой, нахваливал в прямом эфире Насраллу и обвинял в убийстве своих детей правительство Израиля. А СИДЯЩИЕ ПРИ ЭТОМ ДЕПУТАТЫ Кнессета от арабских партий стали вести себя как представители «Хизбаллы» в парламенте государства Израиль. Слыша все это, нельзя не прийти к очевидным выводам. Все кристально ясно. Арабские депутаты Кнессета выступают не против войны, а за «Хизбаллу».

И то, что израильский суд и законодатели, то есть Кнессет, оказались не в состоянии как должно наказать тех, кто во время войны оказывает поддержку нашим врагам, — это явное банкротство и нашей законодательной, и нашей правоохранительной систем. Подобное нельзя представить ни в одной нормальной стране.

Я обращаюсь в том числе и к представителям полиции, внутренней безопасности. Не говорите потом, что вы не знали, что у вас не было оперативных данных. Эти люди сейчас у нас на глазах тщательно готовят очередной этап бунта, того, что мы видели в октябре 2000 года. И пусть потом никто не удивляется. Они подстрекают, они готовят новый октябрь 2000 года и не говорите потом, уважаемые министры силовых структур, что вы были не в курсе.

И еще одно. Меня не могут не беспокоить последние высказывания вице-премьера израильского правительства Шимона Переса. Когда вы, уважаемый вице-премьер, утверждаете, что «ось зла» Тегеран-Дамаск — это проблема всего мира, вы правы. Но очень и очень частично. Гитлер тоже был проблемой всего мира, но евреи были теми, кто первыми и дороже всех заплатил за появление и решение этой проблемы. Я согласен, что Иран и Сирия — это проблема всего человечества, но у нас не должно быть никаких иллюзий — прогрессивное человечество и пальцем не пошевелит, чтобы решить эту проблему. Результат будет нулевой. Мир будет осуждать, мир будет рассуждать, мир будет созывать конференции и комиссии, а результат будет тот же, что и в канун Второй мировой войны. За бесконечными разговорами тогда последовали мюнхенское соглашение и пакт Молотова-Риббентропа. Никаких иллюзий у нас быть не должно: реальных действий от мировой общественности ждать не приходится, и в конце-концов мы окажемся одиноки в противостоянии этой «оси зла». Поэтому потом и не скажешь, что нас опять застали врасплох.

Государству Израиль сейчас нужен Черчилль, а не Чемберлен».

Шауль Мофаз, бывший министр обороны и бывший начальник Генерального штаба Армии обороны Израиля:

«Я не считаю, что это война. Речь идет о военной операции, в ходе которой государство Израиль еще не задействовало и десятой части своих истинных возможностей. Сейчас надо просто дать ЦАХАЛу время для завершения военных действий. Израиль не имеет права прекращать операцию до тех пор, пока не достигнет поставленных целей: возвращения похищенных военнослужащих, уничтожение террористической инфраструктуры «Хизбаллы», имеющихся в ее распоряжении ракет дальнего радиуса действия и передислокации ливанских войск на юг этой страны.

Это должно взять достаточно времени. Вместе с тем ЦАХАЛ целенаправленно уничтожает инфраструктуру базы «Хизбаллы», таким образом лишая эту террористическую организацию возможности заново укрепиться у северных границ нашей страны и продолжать обстрелы израильской территории и похищение наших граждан.

Нельзя сбрасывать со счетов тот факт, что за шесть последних лет «Хизбалла» создала государство в государстве. Ее поддерживает шиитское население Ливана, она выстроила самую настоящую военную организацию, обзавелась собственной «столицей» в самом сердце Бейрута, получила огромное количество денег и ракет дальнего радиуса действия, а также стратегическое вооружение из Ирана, завербовала тысячи сторонников.

Дело в том, что именно в тот период, когда «Хизбалла» наращивала военную мощь, армия Израиля начала готовиться к тому, что в ближайшее время перед нами остро встанет палестинская проблема, и Генштаб принял стратегическое решение — концентрировать все усилия на подготовке ЦАХАЛа к предстоящему противостоянию с палестинцами. Мы не знали, когда точно это начнется, но 2000 год был назван годом повышенной боевой готовности. Была разработана целая программа по подготовке военнослужащих регулярной армии и резервистов, военных баз и вооружения.

Мы были прекрасно подготовлены и доказательством тому стало несравнимо большее количество потерь с палестинской стороны, чем с нашей. Я никогда не забуду, как по этому поводу сокрушался палестинский военачальник Мухаммед Дохлан: «Как такое может быть, что вы несете гораздо меньше потерь?!» — спросил он у меня в телефонном разговоре. А потом такой же вопрос задал всем собравшимся у него руководителям палестинских террористических организаций и сам Арафат. После чего он поставил перед ними задачу начать активные действия.

«Вы сами знаете, что делать», — сказал им тогда «раис». Разведывательное сообщение об этом я получил 11 февраля 2001 года, а на следующий день начались теракты, достигшие своего пика в пасхальную ночь 2002 года. После чего Израиль приступил к осуществлению операции «Защитная стена». Все это доказывает, что в тот период акценты были расставлены, в принципе, правильно и надо было активнее заниматься палестинцами, чем «Хизбаллой», хотя лично я был против вывода войск из Ливана в 2000 году.

Будучи тогда начальником генерального штаба, я сопротивлялся выводу войск из Ливана по нескольким причинам. Во-первых, в 1999 году мы сократили наши потери в Ливане до 12 убитых или раненых в год. Не подумайте, что я не считаю это огромной потерей, но она была намного меньше, чем в предыдущие годы, когда в противоборстве с «Хизбаллой» погибали в среднем от 25 до 35 солдат ЦАХААа в год.

Я считаю, что мы были очень близки к нанесению смертельного удара по «Хизбалле», у которой тогда не было ракет дальнего радиуса действия, что намного облегчало наши задачи. И самое главное: я сопротивлялся выводу войск из Ливана не из-за того, что считал наше военное присутствие в Ливане необходимым, а потому что предпочитал уход на основании межгосударственных соглашений. Я говорил, что в противном случае «Хизбалла» использует наши односторонние инициативы по уходу для наращивания своего военного потенциала. Но правительство, пришедшее к власти в Израиле в 1999 году обещало населению страны, что в течение года вернет домой всех находящихся в Ливане военнослужащих. Кроме того, необходимо было вернуть к нормальной жизни север страны, и невозможно было игнорировать мнение миротворческих организаций и израильского общества. Одним словом, в тот период это стало делом общенациональной важности для Израиля. Так что уходить из Ливана пришлось бы в любом случае, но это, повторяю, следовало делать на основе договоренностей.

Если бы во время правления Асада-старшего Израиль продолжил наносить серьезные удары по «Хизбалле» и параллельно создавать благотворную для себя международную атмосферу, подталкивающую правительство Ливана на заключение договора, мы этого добились бы. Возможно, не в 1999 году, чуть позже. Но шансы были. Нам просто следовало проявить больше упорства и дальновидности. Хотя справедливости ради нельзя не отметить: после встречи Клинтона с Хафезом Асадом стало ясно, что шансы на договоренность с Ливаном ничтожно малы, так как Сирия этому категорически противилась. После чего и было принято решение о выводе войск. Армия была в курсе всех этих событий. Мы надеялись на лучшее — на уход в рамках соглашений, но готовились к худшему — одностороннему выходу. Причем готовились так серьезно, что саму операцию провели за 48 часов и без единой царапины. К тому времени я понимал, что максимальные усилия следует сконцентрировать на палестинском направлении, ибо борьба внутри страны намного опаснее противостояния за ее пределами. А ведь было ясно, что в течение считанных секунд один террорист-самоубийца способен нанести Израилю больше вреда, чем «Хизбалла» за целый год борьбы с нами в Южном Ливане.

Сектор Газы — это не Ливан, который является независимым государством и имеет свое правительство. Кроме того, в Газе, в отличии от Ливана, проживало еврейское население, что обязывало нашу страну задаться важнейшим вопросом: должен ли Израиль оставаться в этом регионе? А ответ состоял в том, что у Израиля не было никаких национальных интересов в секторе Газы и что там мы все равно не останемся навсегда. Зная все это, еще будучи военным, я часто спрашивал себя, почему правительство нашей страны рискует жизнью своих граждан, оставляя их в Газе. Поэтому став политиком, я поддержал программу размежевания и факт, что в течение десяти месяцев после выхода из сектора Газы и до трагического происшествия в Керем-Шаломе не было ни единой жертвы. К сожалению, обстрелы нашей территории «кассамами» продолжаются, но с этим можно бороться. А террор резко сократился, что спасло жизнь множества людей.

Я член нынешнего правительства, у которого есть программа действий, заявленная еще до выборов. Вместе с тем мы прекрасно понимаем, что в Иудее и Самарии дела обстоят совершенно иначе. Оттуда Израиль не может выйти без предварительной договоренности или — если речь пойдет об односторонних мерах — без учета национальных интересов нашей страны в этом регионе. Крупные поселенческие блоки в любом случае должны остаться в наших руках.

Но мы обязаны смотреть на 20–25– лет вперед с учетом опасностей, которые могут подстерегать Израиль с этой стороны. Мы не можем отказаться от Иорданской долины, и не только делить, а даже ослаблять Иерусалим, Маале-Адумим, Гуш-Эцион, Ариэль, Карней-Шомрон — весь этот пояс должен остаться под юрисдикцией Израиля, так как это отвечает интересам безопасности нашей страны. Кстати говоря, все это содержится в документе, подготовленном армией для политического руководства в тот период, когда я еще был начальником отдела планирования в ЦАХАЛе. И тогда же было признано, что геополитическое положение нашей страны обязывает Израиль оставаться в пределах тех границ, с которых он сможет себя защитить.

Нам говорили, что международное сообщество не потерпит нашей атаки на «Хизбаллу», а посмотрите, какую выражали поддержку Израилю во многих странах в первые дни боевых действий в Южном Ливане.

Глава 4

Сводка событий за 27 июля.

09 час.15 мин. По сообщениям ливанских СМИ над Бейрутом сбит израильский самолет.

12 час.45 мин. Хайфа вновь под огнем террористов.

14 час.49 мин. Ракетному обстрелу подверглись северные города Израиля Мигдаль ха-Эмек и Нацрат-Илит.

16 час.00 мин. Ракета разрушила дом в Хайфе, есть пострадавшие.

18 час.15 мин. Ракета попала в дом в Цфате.

21 час.15 мин. Согласно заявлению «Хизбаллы» Хайфа обстреляна ракетами РААТ.

23 час.00 мин. Поступили уточнения: «Хизбалла» произвела неудачный запуск ракеты дальнего радиуса действия иранского производства в сторону Израиля. Как выяснилось, запуск был сорван израильскими ВВС. Взрыв этой ракеты был принят боевиками за израильский самолет, о чем они и сообщили ливанским СМИ.

Сейчас в Израиле чуть ли не каждый считает своим долгом «бросить камень» в «солдата номер один». Так в двухтысячном году называли тогдашнего премьер-министра Израиля Эхуда Барака, по приказу которого Ливан покинули не только израильские солдаты, но и Армия Южного Ливана (ЦАДАЛ).

Эхуд Барак прославился в свое время как храбрый воин. Прослужив в армии 36 лет, он начинал с рядового десантника, но, как в известнеойпоговорке, носил, вероятно, в вещмешке генеральские погоны и в итоге, получив чин генерал-лейтенанта стал начальником Генерального штаба Армии Обороны Израиля.

Барак родился 12 февраля 1942 года в кибуце Машмар Хашарон в семье выходцев из Литвы и Польши. Семнадцатилетним юношей он начал службу и долгое время его армейская карьера была связана с одним из элитных секретных подразделений Генштаба ЦАХАЛа. После чего, собственно, и начался его стремительный рост. Барак заканчивает курсы «командос» во Франции, обучается в военной академии Генштаба Израиля и в военной академии США. Кажется, в его персональных сутках 48 часов. Еще на воинской службе, правда, уже перейдя на штабную работу, Эхуд Барак получает два высших гражданских образования, закончив Иерусалимский университет и экономический факультет Стэнфордского университета штата Калифорния. Если к этому добавить, что он, по рассказам друзей, чуть ли не виртуозно играет на фортепиано, то картина станет полной.

Барак — участник арабо-израильских войн 1967 и 1973 годов, участвовал и в военных действиях в Ливане. Бригадным генералом стал в возрасте 37 лет. Перейдя после этого на штабную работу, он одно время руководил военной разведкой (АМАН), командовал Центральным военным округом, был заместителем, а впоследствии, как уже сказано, начальником Генштаба, снискав себе славу одного из ведущих военных стратегов на Ближнем Востоке.

Его политическая карьера была столь же блестящей и стремительной, как и воинская. Ицхак Рабин давно присматривался к энергичному фоицеру, а впсоледствии и генералу и когда Барак уволился из армии, привлек его к политической жизни. Уже вскоре он становится министром внутренних дел в правительстве Рабина. На этом посту он пробыл буквально несколкьо месяцев и когда правительство возглавил Шимон Перс, Барак стал министром иностранных дел. Затем следуют несколько лет оппозиции, когда выборы выиграл Биньямин Нетаниягу, но на досрочных выборах 1999 года, когда партия «Авода» выдвинула его своим единственным кандидатом на пост премьер-министра, Барак одерживает убедительную победу и возглавляет правительство. Вот тогда-то в Израиле и была выпущена книга под броским заголовком «Солдат номер один». В предисловии говорилось, что за всю историю существования государства Израиль Барак оказался самым орденоносным ее военным.

Однако, через полтора года, в декабре 2000-го он подает в отставку после того, как многие министры покинули его кабинет, недовольные позицией премьера на переговорах с палестинцами и, главное, расценившие стремительный вывод войск из Южного Ливана как позорное бегство. К тому же тогда на территории Израиля оказалось много солдат, офицеров и генералов Ливанской армии (ЦАДАЛ). Они рассчитывали, что Израиль оценит их поддержку и создаст им в своей стране весьма сносные условия. К тому же кому как не им было известно, что «Хизбалла», как и все иные террористические организацию ультрарадикального исламского направления, сурово карает арабов за сотрудничество с евреями. И уж кому-кому, а бывшим цадальникам, не просто сотрудничавшим с израильтянами, но и перебежавшим в ненавистную страну, рассчитывать на снисхождение «Хизбаллы» не приходилось.

Бывшие военнослужащие ЦАДАЛа неоднократно обращались и в израильское правительство и даже жаловались на свою горькую судьбу в ООН. Постепенно жизнь в новой для них стране наладилась, они получили от государства пенсион, некоторые весьма значительный, Израиль позаботился о их трудоустройстве, а многие постепенно наладили и свой бизнес, открывая чаще всего кафе и небольшие ресторанчики — ливанцы славятся ценителями хорошей кухни и практически все отменные кулинары. И хотя живется им в Израиле преимущественно неплохо, имя Барака и по сей день упоминают только в ругательном контексте: живя с надеждой когда-нибудь все же вернуться на родную землю, они-то лучше всех понимают, что это может произойти только тогда, когда «Хизбалла» будет разоружена и потеряет свое влияние в Ливане. В среде бывших солдат, офицеров и генералов ЦАДАЛа, живущих сейчас в еврейском государстве, существует прочно сформировавшееся мнение, что Израиль к проблеме разоружения «Хизбаллы» относится недостаточно серьезно. Живя преимущественно в северных городах страны (в Телль-Авиве в соновном живут только бывшие генералы ЦАДАЛа), эти бывшие ливанцы испытывают на себе всю сокрушительную мощь ракет «Хизбаллы» наряду с евреями.

В свое время именно бывшие офицеры ЦАДАЛа передали сведения о том, какие строятся «Хибаллой» укрепления, как складируются ракеты, стрелковое оружие. Один из них рассказал о якобы имевшей место встрече его лично с Насраллой (правда, тогда этот ливанец еще не служил в рядаях ЦАДАЛа). Так вот, разговаривая с ним сказал: «Израиль обречен на поражение в любом случае. Мы размещаем свои склады оружия в домах ливанцев и я не сомневаюсь, что израильская разведка об этом хорошо осведомлена. Если Израиль побоится атаковать эти районы, он только развяжет нам руки для массированных действий наших боевиков, а если начнет бомбить наши склады, то непременно погибнут мирные жители, а это вызовет такую международную реакцию, что руки сионистам укоротят очень быстро».

После того, как Израиль вывел свои войска из Южного Ливана в 2000 году и стало ясно, что в тот период ни на Ближнем Востоке, ни даже в мире не существует настолько реальной значительной силы, чтобы выполнить резолюции Совета Безопасности ООН о полном разоружении «Хизбаллы», в самой этой организации резко изменили стратегию переформирования военного крыла и подготовки к новым массированным ударам — руки-то по существу были полностью развязаны. К тому времени «Хизбалла» настолько материально окрепла», что могла себе позволить значительные траты. Некоторые частные немецкие фирмы спроектировали мощнейшие бетонные бункеры, глубина которых достигает сорока метров. Вполне возможно, что эти частные проектировщики находились в глубочайшем «заблуждении» и полагали, что проектируют подвалы для мирносеющих ливанских крестьян, которые будут их использовать под сельхозпродукцию. А скорее всего, просто не задавались ненужными вопросами: поступил хорошо оплачиваемый заказ, надо выполнять, а не рассуждать. Бункеры эти спроектированы и построены по галерейной системе, так что каждый из этажей защищен друг от друга дополнительными мощными перекрытиями. Как известно, даже двухтонные американские бомбы лазерного наведения разрушают укрепленное сооружение глубиной до 30 метров. Но только в том случае, если это прямая глубина. Галерейная же система практически гарантирует, что даже при прямом попадании такой бомбы, нижние этажи бункера смогут уцелеть.

К тому же все эти укрепления, так же, как и ракетные склады, и впрямь размещались в жилых кварталах ливанцев. И не просто в кварталах, а непосредственно во дворах, подвалах. И хотя ливанцы — народ преимущественно малоимущий, наелами земли многие владеют вполне достаточными, чтобы разместить склады и оборудованные под бункеры бетонные подвалы. К тому же «Хизбалла» каждому, кто предоставлял для ее нужд свое жилище платила достаточно щедро. По оценкам некоторых экспертов, каждый Ливане, разместивший на своем подворье оружейный склад, получает по 100 американских долларов за сохранность одной ракеты. Во многих домах технические службы этой террористической организации укрепили крыши, таким образом, чтобы на доме можно было установить легкую, самодельного производства, пусковую установку. Это позволяет наносить ракетные удары оперативно и без особого риска. Даже во время обстрелов со стороны Израиля боевики имеют такую возможность. Схема простенькая, незатейливая, но весьма эффективная. Во время обстрела боевики укрываются в бункере во дворе жилого дома. Затем двое-трое из них переносят на крышу легкую сварную пусковую установку, производят залп и снова укрываются в бункере. Учитывая, что на подготовку к массированным боевым действиям у «Хизбаллы» было добрых шесть лет, становится совершенно понятным, почему ежедневные обстрелы поИзраилю достигают в отдельные дни нескольких сотен выпущенных с ливанской стороны ракет.

Известный израильский обозреватель Дов Конторер провел кропотливое и весьма интересное исследование, составив «Хронологию политических и военных событий в Ливане в период с 1918 по 2006 годы.» Хронология весьма поучительная и показательная.

Октябрь 1918 г.

Территория автономного санджака Горный Ливан (60 % христианского населения) и Бейрутского вилайета, входившего прежде в состав Османской империи, оккупирована войсками Антанты и отдана под управление французского верховного комиссара.

Сентябрь 1920 г.

Под французским управлением создан так называемый «Великий Ливан». При этом к изначальному Горному Ливану присоединены долина Бека/ прибрежная полоса, а также обширные районы на севере и на юге. Таким образом устанавливается современная территория Ливана площадью 10.452 квадратных километра.

Июль 1922 г.

Лига наций утверждает мандат на управление Ливана.

Май 1926 г.

Принята конституция Ливана, объявляющая страну республикой под внешнеполитическим управлением Франции. Предусмотренный этим актом принцип межконфессионального распределения власти действует в Ливане до настоящего времени.

Ноябрь 1936 г.

Французское правительство народного фронта (премьер-министра Леон Блюм) заключает договор, предусматривающий предоставление Ливану независимости через три года с сохранением военных баз Франции в этой стране. Французский парламент отказался ратифицировать этот договор и он был отменен с приходом к власти правительства Деладье в апреле 1938 года.

Июнь 1940 г.

После разгрома Франции администрация Ливана присягнула правительству Виши. В стране начались антиеврейские репрессии. По условиям германо-французского соглашения в Ливан направлена итальянская контрольная комиссия, в стране создаются немецкие и итальянские военные базы.

Июнь 1941 г.

Британские войска и силы «Свободной Франции» высаживаются в Ливане. Высадка союзников совершается при активной поддержке диверсионных отрядов Хаганы.

Ноябрь 1941 г.

Командующий французскими войсками генерал Катру объявил об отмене мандата и предоставлении независимости Ливану.

Ноябрь 1943 г.

Ливанский парламент исключил из конституции статьи, ограничивавшие суверенитет страны в пользу державы мандатария. В ответ французские власти арестовали президента Ливана Бишара аль-Хури и премьер-министра Риада ас-Сольха, распустили парламент и объявили о прекращении действия Конституции. В Ливане обостряется политический кризис и французские власти вынуждены восстановить смещенное ими правительство. 22 ноября 1943 года становится Днем независимости Ливана.

Март 1945 г.

Ливан присоединяется к Лиге Арабских Государств (ЛАГ). Хагана налаживает активный маршрут сухопутной доставки еврейских беженцев в Палестину через территорию Ливана.

Ноябрь 1947 г.

С принятием резолюции ООН о разделе Палестины Ливан, вместе с другими членами ЛАГ, объявляет о своей решимости воспрепятствовать силой созданию еврейского государства.

Январь 1948 г.

С территории Ливана в Галилея входят войска так называемой «Арабской армии спасения» во главе с бывшим полковником Абвера Фаузи аль-Каукджи. К апрелю, еще до провозглашения независимости Израиля, численность этих отрядов насчитывала до 8000 бойцов.

Май 1948 г.

Ливанские войска вторгаются на территорию Израиля вместе с армиями Египта, Трансиордании, Сирии и Ирака.

Март 1949 г.

В Рош ха-Никра подписано мирное соглашение между Ливаном и Израилем. На территории Ливана остается значительное число палестинских беженцев. Как и большинство стран арабского мира, Ливан отказывает им в возможности социальной интеграции. Палестинских беженцев держат в специальных лагерях, не предоставляя им гражданства и равных с остальным населением Ливана прав.

Июнь 1949 г.

В Ливане предпринята попытка военного переворота, за которым стояла сирийская националистическая партия. Ее лидер Антуан Сада был одним из лидеров и ведущих идеологов арабского нацизма. Действия мятежников были подавлены отрядами христианских фалангистов.

Май 1958 г.

Острый политический кризис в Ливане, вызванный попыткой левых и мусульманских сил включить страну в насеристский блоки в Объединенную Арабскую Республику (так называлось политическое объединение Египта и Сирии).

1968–1969 гг.

В Ливане создаются многочисленные базы террористических группировок, входящих в Организацию освобождения Палестины.

Май 1973 г.

Ливанская армия предпринимает безуспешные попытки подавить боевые структуры ООП, подвергающие опасности независимость и территориальную целостность Ливана.

Сентябрь 1073 г.

Боевые структуры ООП расширяют зону своего влияния на юге Ливана.

Апрель 1975 г.

В результате нападения боевиков ООП на лидера христианской партии в Ливане начинается гражданская война. Левые, мусульмане и друзы выступают на стороне палестинцев, рассчитывая потеснить христиан в традиционной системе распределения власти. При этом среди них нет единства, время от времени все воюют против всех. Ливанская армия полностью развалена.

Июнь 1976 г.

Лига Арабских Государств решает создать межарабские силы по поддержанию стабильности в Ливане.

Январь 1977 г.

Под эгидой арабского миротворческого вмешательства Сирия начинает политику оккупации Ливана. В течение последующих двух лет символические силы других арабских государств будут выведены из Ливана и сирийская армия введет прямой оккупационный режим в ряде районов этой страны.

Март 1978 г.

ООН принимает решение о создании международных сил по поддержанию мира в Ливане — UNIFIL. Проникшие из Ливана боевики ООП захватывают пассажирский автобус на прибрежном шоссе Хайфа-Тель-Авив. В ходе операции по освобождению заложников 34 человека погибли, 76 получили ранения. Армия обороны Израиля (ЦАХАЛ) занимает территория Ливавна до реки Литани, кроме города Тир. Совет Безопасности ООН принимает резолюцию, требующую вывода израильских войск с территории Ливана.

Июнь 1978 г.

Израиль выводит свои войска из Ливана и передает приграничную территорию под контроль местной христианской милиции, получившей затем название «Армия Южного Ливана» (Ивритская аббревиатура ЦАДАЛ). Первым командиром ЦАДАЛа был майор Саад Хадад. Со временем в составе ЦАДАЛа появятся шиитские и друзские части.

Апрель 1981 г.

Израильские ВВС сбивают два сирийских вертолета МИ-8. Сирия разворачивает в Ливане систему ПВО, состоящую из 19 зенитно-ракетных комплексов СА-6 советского производства.

Июнь 1981 г.

Безуспешная челночная миссия американского дипломата Филиппа Хабиба с целью восстановления мира в Ливане.

Июнь 1982 г.

Израиль вводит свои войска в Ливан с целью ликвидации военной инфраструктуры ООП и оказания помощи христианским фалангистам. В ходе операции, получившей названии «Мир Галилее» ЦАХАЛ уничтожает сирийскую систему ПВО, сбивая десятки сирийских самолетов и, подавляя наземные силы противника, выходит к линии шоссе Бейрут-Дамаск. Одним из результатов израильского вторжения, наложившегося на эффект хомейнистской революции в Иране, стала значительная радикализация шиитской общины Ливана и, в частности, создание «Хизбаллы».

Август 1982 г.

После двухмесячной осады Бейрута израильскими войсками силы ООП и сирийские войска покидают столицу Ливана. В Западный Бейрут введены многонациональные силы США, Италии и Франции. Лидер фалангистов Башер Джумайель избран президентом Ливана.

Сентябрь 1982.

Убийство Башера Джумайеля. Фалангисты проводят ответную операцию в лагерях палестинских беженцев Сабра и Шатила, жертвами которых становятся около пятисот палестинцев. По следам этих комиссий в Израиле создана специальная комиссия, рекомендовавшая снять с поста министра обороны Ариэля Шарона. Восемь израильских солдат попадают в плен террористам ФАТХа. В 1983 году они будут освобождены в обмен на освобождение 4635 ливанцев и 65 палестинцев, находившихся в заключении в лагере Ансар на юге Ливана под контролем ЦАДАЛа. Президентом Ливана избран Амин Джумайель, старший брат Башера.

Ноябрь 1982 г.

75 израильских военнослужащих погибли в результате взрыва в штаб-квартире ЦАХАЛа в Тире. Причиной взрыва была утечка газа в семиэтажном здании.

Май 1983 г.

Израиль и Ливан подписывают мирный договор, который не был затем ратифицирован ливанским парламентом. Позже этот договор был официально расторгнут ливанской стороной.

Сентябрь 1983 г.

ЦАХАЛ покидает пригороды Бейрута и горный район Шуф, израильские силы отведены к реке Авали.

Октябрь 1983 г.

239 американских и 74 французских военнослужащих погибли в результате взрыва, организованного «Хизбаллой» в штаб-квартире межнациональных сил в Бейруте.

Ноябрь 1983 г.

36 израильтян погибли в Тире в результате взрыва, произведенного террористом-смертником из организации «Исламский джихад».

Январь 1984 г.

Генерал Антуан Лахад сменяет скончавшегося от рака майора Хадада на посту командира Армии обороны Южного Ливана.

Сентябрь 1984 г.

«Хизбалла» организует теракт в американском посольстве в Бейруте.20 человек погибли в результате взрыва начиненного взрывчаткой грузовика.

Декабрь 1984 г.

Израильское правительство принимает решение о поэтапном выводе войск из Ливана.

Февраль 1985 г.

Завершен первый этап вывода израильских войск из Ливана.

Март 1985 г.

12 солдат погибли в результате взрыва начиненного взрывчаткой грузовика у ливано-израильской границы. Завершен второй этап вывода израильских войск из Ливана.

Май 1985 г.

«Сделка с Джебрилем». В обмен на освобождение трех солдат ЦАХАЛА, плененных боевиками террористической организации «Народный фронт освобождения Палестины — Общее командование» в Ливане, Израиль освобождает 1150 палестинских террористов..

Июнь 1985 г.

Завершен третий этапа вывода израильских войск из Ливана. Силы ЦАХАЛа остаются в приграничной буферной полосе на юге Ливана, получившей название «Зона безопасности». Эту полосу Израиль контролирует совместно с ЦАДАЛом, численность которого достигает от двух до четырех тысяч человек. За пределами Зоны безопасности под израильским контролем остается христианский город Джезин и его окрестности.

Октябрь 1986 г.

Израильский штурман Рон Арад попадает в плен к террористам в результате аварии самолета над Ливаном.

Ноябрь 1987 г.

Палестинской боевик пересекает израильскую границу на дельтаплане и совершает нападение на пограничную базу ЦАХАЛа. В результате этой атаки погибли шесть израильтян.

Июль 1989 г.

Израильские коммандос похищают в Ливане одного из руководителей «Хизбаллы» шейха Абдель-Карима Обейда.

Октябрь 1990 г.

Завершение гражданской войны в Ливане. Все ливанские милиции, за исключением «Хизбаллы», сдают правительству тяжелое вооружение.

Февраль 1992 г.

Лидер «Хизбаллы» Аббас Мусауи ликвидирован израильскими ВВС.

Сентябрь 1992 г.

Богатейший бизнесмен Ливана Рафик Харири избран премьер-министром. Ему удается получить кредит Международного валютного фонда и западных правительств. Шейх Насралла занимает место Мусауи во главе «Хизбаллы».

Декабрь 1992 г.

После похищения солдата Нахшона Ваксмана в Ливан депортировано 415 активистов ХАМАСа и «Исламского джихада» из Иудеи, Самарии и Газы. Полгода спустя в результате международного давления премьер-министр Ицхак Рабин вернул высланных на территории.

Июль 1993 г.

Широкомасштабная израильская операция возмездия в Южном Ливане, ставшая реакцией на непрекращающиеся ракетные обстрелы севера Израиля.

Май 1994 г.

Израильские командос похищают в Ливане одного из лидеров шиитской организации «Амаль» Мустафу Дирани. Целью операции является выяснение судьбы плененного штурмана израильских ВВС Рона Арада, которого Дирани удерживал в1986-1988 гг.

Апрель 1996 г.

Широкомасштабная израильская операция возмездия «Гроздья гнева» в Южном Ливане, начатая в ответ на постоянные обстрелы северных городов Израиля. Прекращена через две недели после трагического инцидента в Кафр-Кане.

Сентябрь 1997 г.

Высадившийся в Ливане отряд израильских военно-морских коммандос во главе с подполковником Йоси Куракиным попал в минную ловушку вблизи поселка Ансария. Погибли 11 бойцов спецназа и военврач.

Июль 1999 г.

ЦАХАЛ покинул Джезинский анклав.

Май 2000 г.

Израиль выводит все свои силы из приграничной зоны безопасности. Армия Южного Ливана прекращает свое существование.

Октябрь 2000 г.

«Хизбалла» совершает нападение на израильский пограничный патруль на юго-западном склоне Хермона и вывозит в Ливан тела трех убитых при этом израильских солдат. Правительство Эхуда Барака, вовлеченное в вооруженный конфликт с палестинцами, воздерживается от жесткой реакции.

Апрель 2001 г.

В ответ на атаки «Хизбаллы» израильские ВВС уничтожают сирийскую радиолокационную станцию в районе Бейрута.

Июль 2001 г.

Израиль уничтожает еще две сирийские РЛС в Ливане.

Октябрь 2003 г.

Израиль атакует тренировочную базу «Исламского джихада» на территории Сирии.

Январь 2004 г.

Израиль освобождает 437 ливанских и палестинских заключенных в обмен на возвращение тел трех погибших военнослужащих ЦАХАЛа.

Сентябрь 2004 г.

Совет Безопасности ООН принимает резолюцию № 1559, требующую вывода всех иностранных сил с территории Ливана и разоружении всех действующих в этой стране иррегулярных формирований.

Февраль 2005 г.

В Бейруте убит бывший премьер-министр Ливана Рафик Харири. Результатом становятся массовые антисирийские акции в столице Ливана, международное расследование под эгидой ООН и давление на Сирию, в конце-концов вынудившее Асада-младшего вывести войска из Ливана.

Июнь 2005 г.

Первые свободные выборы в Ливане. Победу одерживает антисирийская коалиция во главе с сыном погибшего Рафика Харири — Саадом. Премьер-министром Ливана избран Фуад Синьора.

Ноябрь 2005 г.

Четыре боевика «Хизбаллы» погибли в ходе безуспешной атаки, целью которой было похищение солдата в пограничной деревне Раджар.

Июль 2006 г.

В результате нападения «Хизбаллы» на израильский пограничный патруль в районе кибуца Шетула погибли три и похищены два военнослужащих ЦАХАЛа. Израиль приступает к проведению широкомасштабной военной операции в Ливане с целью освобождения заложников, выполнения резолюции СБ № 1559 и установления контроля ливанской правительственной армии над приграничным районом Южного Ливана.

Государство в негосударстве

(Размышление к информации)

«Министр внутренних дел Франции Николя Саркози сделал заявление; «Израиль должен защищать себя, и у него есть полное право на это. На Ближнем Востоке есть агрессор — это организация «Хизбалла».

(Из сообщения информагентств).

Хизбалла» дословно переводится как «Партия Аллаха». Известна эта организация и под названием «Исламский джихад» (Исламская священная война). В разные времена эту организацию, созданную в 1982 году шейхом Фадлаллой Махаллати, называли Организацией революционной справедливости, Организацией угнетенных земли и Исламский джихад освобождения Палестины.

«Хизбалла» была организована клерикальными и военными деятелями, политическими фигурами в иранском правительстве и некоторыми отколовшимися ливанскими сторонниками террористической организации АМАЛь. Именно тогда иранское руководство организовало будущую структуру «Хизбаллы» и положило основы ее формирования.

Надо иметь ввиду, что, хотя эта организация имеет тесные идеологические и духовные связи с Ираном, это не единое политическое и военное образование с полным подчинением Ирану, а скорее коалиция ливанских шиитских имамов, каждый из которых имеет свои политические взляды, свою сеть последователей и связи с иранским политическим, военным и клерикальным истеблишментом.

Хотя и руководство «Хизбаллы», и иранские официальные лица отрицают, что это движение имеет четкую организационную структуру, «Хизбалла» управляется на государственном и местном уровне трехярусным политико-религиозным руководством, которое состоит из небольшой группы ливанских шиитских духовных лиц, напрямую выбранных духовенством Ирана.

Шейх Мухаммад Хусейн Фадлалла был духовным основателем и лидером «Хизбаллы» в 1982 году и действовал под руководством иранского духовенства. До 1987 года никакой информации о деятельности «Хизбаллы» практически не было. Были известны лишь имена некоторых руководящих деятелей этой организации, которые время от времени появлялись на публичной арене. Это объясняется тем, что деятельность «Хизбаллы» уже на первых этапах ее существования была связана с многочисленными терактами, проведенными «Хизбаллой» против западных интересов в Бейруте и похищением граждан западных стран на протяжений долгого времени. До конца восьмидесятых снабжение «Хизбаллы» поступало из Сирии и из Ирана через Сирию. Поначалу эта схема была лишь подозрением, основанным на некоторых разведданных, потом подтвердилась неопровержимыми фактами, которые и сама-то «Хизбалла» особо не отрицала. Иран и Сирия гарантировали поставку оружия «Хизбалле» и, начиная с 1982 года, сделали ее ежегодное финансирование своим внешнеполитическим приоритетом.

16 февраля 1992 года из израильского вертолета АН-64-А «Аппачи» была выпущена ракета ПТУР, предельно точно попавшая по «Мерседесу», в котором находился шейх Аббас Мусауи. После его гибели» Хизбалла» не только не ослабила своего воздействия на ситуацию в Ливане, но и напротив — усилила ее, создав более четкую и стройную структуру внутреннего управления и руководства. Она стала гораздо более агрессивной по отношению к Западу и Израилю. Это стало возможно в том числе и благодаря поддержке Сирии, позволившей «Хизбалле» начать активную политическую игру в ливанском правительстве, военной, банковской и экономической системе страны.

«Хизбалла» по сути формировалась и и стала радикальной шиитской, террористической группировкой. Она уже открыто декларировала своей целью создание в Ливане исламской республики по типу иранской и ликвидацию всех неисламских влияний в регионе. Она политически, военно и духовно укрепляла свои связи с Ираном и Сирией, во многих случаях напрямую управляется ими, имеет резко антизападную и особенно антиизраильскую направленность. В частности, она не признает создания государства Израиль в 1948 году.

Все члены «Хизбаллы» являются строгими последователями Ислама и учений исламского аятоллы Саида Рухоллы Мусави Хомеини. Большинство членов организации соответствуют следующим критериям отбора: из бедной, непременно шиитской семьи, молодой и радикальный. Многие, отвечающие этим критериям, пришли из организации АМАЛь из-за ее недостаточной, по их мнению, радикальности по отношению к Израилю.

Внутренняя структура и руководство «Хизбаллы» организованы в три политических законодательно-религиозных органа:

ИСПОЛНИТЕЛЬНЫЙ СОВЕТ (Шура). Руководитель Саид Хасан Насралла — занимается повседневной деятельностью «Хизбаллы», проводит официальные встречи, практически единолично принимает решения по финансовым, военным, юридическим, социальным и политическим вопросам.

КОНСУЛЬТАТИВНЫЙ СОВЕТ (Маджлис аш-Шура).

Состоит из 12 наиболее видных религиозных членов организации. Принимает недельные решения по финансовым, военным, юридическим, социальным и политическим вопросам, которые впоследствии утверждаются Насраллой.

ПОЛИТИЧЕСКИЙ СОВЕТ.

Раз в три месяца заслушивает указания Консультативного совета и передает их «на места». Политический совет это также контрольный комитет, состоящий из 15 духовных лиц, координирующий пропаганду и вспомогательные службы на региональном и местном уровне.

Существует упорное непризнание того, что «Хизбалла» давно уже распространила внедрение своих филиалов по всему миру, однако это так. На сегодняшний день в Ливане отделения «Хизбаллы» действуют в Бейруте, провинции Аль-Джануб, долине Бекаа. Существуют также ячейки «Хизбаллы» в Южной Америке, Индонезии, Малайзии, Канаде, Франции, США, Германии, Англии, Бельгии, Африке, Азии.

«Хизбалла» вышла на новый уровень, благодаря государственному признанию Ливана, начало которому положил договор, подписанный в 1989 году при посредничестве Сирии. В конце девяностых «Хизбалла» имела 6,в 2000 году — 8, а на настоящий момент уже 23 мандата в ливанском парламенте, в котором всего 128 мест.

Органами внутренней структуры «Хизбаллы» являются также ее военное крыло и отделение разведки. Последнее управляет теле-и радиовещанием, а также газетами организации.

Структура «Хизбаллы» строится таким образом, чтобы создать независимость каждой ячейки (это особенно касается международных филиалов), что в свою очередь гарантирует конспирацию, создает возможность секретности, при которой одна группа не знает о заданиях, полученных и осуществляемых другой группой.

«Хизбалла» на самом деле снискала себе добрую славу среди населения Ливана, особенно неимущего, своими социальными программами. В социальные проекты организации входит управление девятью школами, от возраста детского сада до старших классов, тремя больницами. «Хизбалла» создает и руководит банковскими и заемными конторами, которые выдают удобные ссуды на покупку жилья малоимущим жителям. «Хизбалла» ремонтирует водопроводы в разных частях страны, на своих предприятиях предоставляет рабочие места, постоянно их увеличивая. Таким образом эта организация внешне не является таинственной террористической группировкой. Это организация, которая играет заметную роль в ливанской государственной жизни. Однако все это лишь внешняя и хорошо отлакированная пропагандой и крупными средствами сторона деятельности «Хизбаллы».

Однако за завесой социальных преобразований стоят действия тщательно скрываемые от всего мира и далеко не безобидные. На основании разведданных и аналитических исследований, проведенных спецслужбами разных стран складывается весьма неприглядная картина. Все «социальные» программы «Хизбаллы» вращаются вокруг одного и только одного: выращивания мака для производства героина в долине Бекаа. Продажа этого наркотика осуществляется на Западе. Прежде всего, из-за отсутствия рабочих мест в этом районе, у населения нет другого выхода, кроме как идти работать на предприятия по производству наркотиков, организованные «Хизбаллой» и на полевые работы по выращиванию мака. Впрочем, большинство из здесь работающих и понятия не имеют на каком «производстве» они трудятся и для каких целей выращивают и собирают мак. Да они этим вопросом, собственно, и не задаются.

С полей мак идет в цеха по переработке, где превращается в героин, опиум и гашиш. Эти наркотики покупаются и отправляются из Ливана в Европу, Азию, Южную и Северную Америку. Некоторая часть наркотиков остается на территории Ливана и используется, в том числе, для медицинских целейх в двух больницах «Хизбаллы». Общим производством заведует министр сельского хозяйства от «Хизбаллы» Али Абдулла. По имеющимся данным годовые доходы от продажи наркотиков достигают от 85 до 95 миллионов долларов США.

Гражданские предприятия «Хизбаллы» включают в себя также услуги такси. Большей частью они занимаются перевозками с работы и на работу людей, работающих на предприятиях «Хизбаллы». Впрочем, последние годы «Хизбалла» занимается строительством деревень, ремонтом домов, которые находятся в непосредственной близости от маковых полей, чтобы людям не добираться на работу издалека. «Хизбаллу» же это избавляет от достаточно обременительных транспортных расходов.

Для облегчения доставки наркотиков в ливанские порты «Хизбалла» организовала собственную строительную фирму — Джихад эль-Бина, или как ее еще называют в официальных документах Отдел социального строительства Исламского джихада. Во главе стройфирмы стоит Махмуд Маис. После мая 2000-го года, когда израильские войска оставили Южный Ливан, Джихад эль-Бина помогала ливанской армии в укреплении пограничных позиций, строила новые дороги, восстанавливала деревни, пострадавшие в ходе войны, а также начала восстанавливать порты и аэродромы по всему Ливану. Другие проекты, которые Джихад эль-Бина ведет с помощью денег от ООН, это восстановление линий электропередач и нефтепроводов.

То, что «Хизбалла» делает на самом деле — это перестройка инфраструктуры для поддержки своего наркобизнеса. Как все это связано?

Пресная вода в большом количестве увеличивает урожай мака, и как следствие, выработку наркотиков. Новые дороги и аэродромы позволяют легче перемещать людей для работы и охраны на полях, а также облегчают транспортировку наркотиков. Укрепление и строительство позиций, которые будет использовать ливанская, сирийская армии и «Хизбалла» вдоль ливано-израильской границы и в долине Бекаа, нужны для отражения израильской или иной агрессии в этих районах и призваны обеспечить надежную охрану маковых полей. Восстановление электростанций вместе с национальной электросетью (строительство с помощью Франции) должно было закончиться в этом году. Это важно для «Хизбаллы», так как сейчас она пользуется маломощными генераторами на жидком топливе.

Военное крыло «Хизбаллы» известно под названием «Движение исламского сопротивления» (Аль-Мукавами аль-Исламия. Не путать с ХАМАСом, который также использует это название). Различными источниками предполагется, что «Хизбалла» имеет до 6500 бойцов. Управление военными формированиями и Аппаратом специальной безопаности разделено между генеральным секретарем «Хизбаллы» шейхом Насраллой и шейхом Аль-Амином. В южном Беруте дислоцированы два пехотных батальона численностью около 300 человек каждый. Один из батальонов моторизован. В долине Бекаа — семь пехотных батальонов, три из них моторизованы. В Южном Ливане также семь пехотных батальонов, пять из них моторизованы.

На вооружении «Хизбаллы» находятся грузовые машины и, по непроверенной информации, «Хизбалла» начала получать из Ирана колесные и гусеничные БТР китайского и советского производства. Стрелковое вооружение бойцов «Хизбаллы» составляют автоматы АК-47, АКМ, АК-74, и М-16, ручные пулеметы ПК, РПК, РПК-74 и РПД. Кроме того, имеется некоторое количество автоматов «Галиль» и «Узи». Автоматы иногда снабжены 40-миллимитровыми подствольными гранатометами.

Противотанковое вооружение «Хизбаллы» включает в себя большое количество гранатометов советского производства, а также их иранскими копиями. Среди гранат последнего поколения встречаются и образцы с тандемными кумулятивными зарядами калибра 80 миллиметров, представляющие опасность не только для БТР и других легкобронированных целей, но и для танков.

Основные противотанковые ракеты, используемые «Хизбаллой», — ПТУР 9К-14 («Малютка») и ее модернизированная версия иранского производства «Раад» обладают повышенной бронепробиваемостью. Кроме того, используются ракеты «Фагот» и «Конкурс» советского производства, «Тоусан-1-М-113» — иранская копия «Конкурса», «Тупан» и «Тупан-2». Последние поступили на вооружение из Ирана. ПТУР «Тупан» и «Тупан-2» производятся иранской военно-индустриальной корпорацией и по сути являются практически идентичными копиями американских ракет. Обе версии «Тупан» имеют дальность стрельбы до 3850 метров и используют полуавтоматическую систему наведения. «Тупан» имеет большую пробиваемость, чем «Раад» и даже «Конкурс» и главное — более высокую точность, которая позволяет использовать эти ракеты не только против бронированных целей, но и для стрельбы по амбразурам опорных пунктов.

Главная угроза тылу Израиля — реактивная артиллерия «Хизбаллы», включающая значительное количество пусковых самоходных установок. Существуют ракетные пусковые установки иранского, советского и китайского производства. С началом нынешних военных действий в Южном Ливане интенсивность поставок вооружения «Хизбаллы» через Иран усилилась, в арсенале организации появились ракеты большого радиуса действий, что позволяет лидерам «Хизбаллы» планировать ракетные обстрелы крупнейших городов Израиля.

На протяжении многих лет продолжаются споры о том, что из себя представляет «Хизбалла» на самом деле. Некоторые страны иначе как террористической эту организацию не называют, иные, в их числе и Россия, не считают «Хизбаллу» террористическим образованием. До недавнего времени принято было считать, что финансируется она чуть не полностью Ираном и частично Сирией, а социальные программы финансируются в том числе грантами, выделенными ООН. Вероятнее всего, так и есть. Но в таком случае в чьи карманы уходят доходы от реализации наркотиков?

Выступая недавно на телеканале НТВ, Евгений Примаков сказал, что Израилю в частности, да и всему миру в целом пора понять, что «Хизбалла» — организация сугубо политическая. Евгений Максимович Примаков, безусловно, является глубоким знатоком и экспертом по Ближнему Востоку и к его мнению трудно не прислушаться. Но если «Хизбаллу» и характеризовать организацией сугубо политической, то в той же, видимо, степени, что и КПСС. Разумеется, Компартия Советского Союза была в первую очередь структурой политической и идеологической. Но не она ли узурпировала всю систему законодательной и исполнительной власти, осуществляла жесточайший контроль армии и всех силовых структур? Генсеки КПСС становились председателями Совета Обороны, от штабов военных округов до ротных подразделений политруки вершили власть. Даже во время Второй мировой войны много ли было командующих фронтами, армиями, дивизиями и соединениями, которые могли бы отстоять свое собственное мнение, идущее вразрез с мнением начальников политуправлений и политотделов. «Хизбалла» несомненно сегодня играет немаловажную роль в жизни Ливана, но основное ее назначение — война против Израиля и других инакомыслящих. Иными словами, цели те же самые, что незримо объединяют собой все террористические организации национального толка.

Шейх-террорист

(Размышление к информации)

«…Израильтяне не понимают намеков. Мы только начали. Мы удивили вас на море, удивим и на суше. «Хизбалла» продолжит обстрелы до тех пор, пока израильские военные будут атаковать цели в Ливане. Я советую премьер-министру Израиля Эхуду Ольмерту слезть с дерева и вспомнить о том, каких успехов «Хизбалла» добилась при Эхуде Бараке».

(Из вытсупления шейха Хасана Насрапллы по телеканалу Аль-Манар).

Будущий лидер «Хизбаллы» шейх Хасан Насралла родился 31 августа 1960 года в Бейруте, в многодетной семье мусульман-шиитов. Рордители дали ему звучное имя: Насралла в переводе с арабского означает «Победа Всевышнего».

Его отец, бывший крестьянин, с женой и десятью детьми перебрался в Бейрут, где открыл мелкую торговлю. Семья ютилась в крошечной квартирке без электричества и водопровода. Денег вечно не хватало, торговля в овощной лавке Насраллы-старшего, мягко говоря, шла не лучшим образом. Понятно, что Хасан вынужден был с детства помогать отцу, закатывал оливки, разливал масло в бутылки, переносил горячий хлеб из соседней пекарни. Но уже тогда религия и идеология интересовали его куда больше, чем торговля и многочасовое пребывание в овощной лавке. Мальчик то и дело убегал из дому, чтобы послушать проповеди шейха Мохаммеда Хусейна Фадлаллы, основателя и духовного лидера «Хизбаллы».

Когда ему было 15 лет, в Ливане вспыхнула гражданская война, и квартал, где жил Насралла, заняли отряды христианской милиции. Это, очевидно, еще больше усилило фанатизм подростка и ненависть ко всем иноверцам и инакомыслящим.

В 16 лет Хасан Насралла неожиданно для родитьелей оставляет семью и один уезжает в Багдад, чтобы продолжить образование в одном из исламских университетов. Но багдадское учебное заведение кажется ему недостаточно религиозным, в них нет того рвения, которое с точки зрения Насраллы должно отличать истинно верующих, и он перебирается в Неджеф, университет которого считается в исламском мире центром изучения шиитского направления.

В Неджефе он проучился три года и познакомился там с двумя людьми, которые оказали большое влияние на его дальнейшую жизнь. Первым был его учитель аятолла Мохаммед Бакр ас-Садр — основатель движения «Ад-Даува» («Призыв»). Благодаря этому человеку Насралла стал еще более фанатичным приверженцем религии. Вторым был Аббас Мусауи, ставший впоследствии генеральным секретарем «Хизбаллы». Он был лучшим другом Хасана и спустя шестнадцать лет Насралла унаследовал от него пост генсека «Партии Аллаха».

В 1979 году подразделение иракских коммандос ворвалось в исламский университет Неджефа. Ас-Садр был убит, а Насралла бежал в Ливан, где присоединился к движению мусульман-шиитов АМАЛь. Параллельно он преподавал религиозные дисциплины в школе, основанной его другом Мусауи.

Но на харизматичного, обладающего явными задатками лидера и, одновременно, не знающего жалости ни к врагам ни к своим, одержимого идеей панисламизма юношу быстро обратили внимание в АМАЛе. Ему прочили блестящую карьеру в этой организации, но самому Насралле АМАЛь, проводивший десятки терактов против Израиля, казался тем ни менее недостаточно активным. И в 1982 году, после входа израильской армии в Ливан, Хасан Насралла вместе с группой таких же недовольных, как и он, бойцов и командиров движения АМАЛь создает при поддержке Ирана новую организацию — «Хизбалла». 22-ухлетний Хасан становится командиром всех отрядов «Хизбалы», базирующихся в долине Бека и неустанно планирует все новые и новые теракты против оккупирующей юг Ливана израильской армии. Это он послал террориста Ахмада Кассира взорвать блок-пост ЦАХАЛа в Тире, в результате чего погибли 75 израильских солдат…

В сентябре 1983 года Хасан Насралла возглавил отряд, захвативший базу ливанской армии в Баальбеке. Когда же Иран и Сирия заставили враждующие стороны заключить договор, с которым Насралла не был согласен, он вновь покинул Ливан и вернулся в Ирак, где продолжил изучения Корана с шиитских позиций.

Впрочем, спустя год Насралла вернулся на родину и вскоре стал одним из лидеров «Хизбаллы». Он не обладал таим религиозным авторитетом, как некогда Мусауи, но у него было два неоспоримых преимущества: политический талант и тот факт, что он не был уроженцем долины Бека, а прибыл с юга. Юг же, как известно, был ареной борьбы с Израилем, одним из вапжных факторов существования всей организации. И когда в феврале 1992 года ракета, посланная с вертолета ЦАХАЛа, поразила машину, в которой находился Мусауи, другого кандидата на пост его применик, кроме Хасана Насраллы, по сути, не было. А став лидером «Хизбаллы», Насралла постепенно изменил структуру всей организации, придав ее деятельности более масштабный характер.

С одной стороны, Насралла продолжил деятельность Мусауи, как «освободителя Ливана», организатора партизанской войны против Израиля, значительно усилив давление на «сионистского врага». Но вместе с тем он изменил стратегию и идеологию, под которой вел войну Мусауи — дл Насраллы это была отнюдь не только война «за освобождение Ливана», для него цель была куда шире — полное уничтожение Израиля, ликвидация этой «раковой опухоли» на едином мусульмансеком пространстве Ближнего Востока и совершении на всей этой территории исламской революции по образцу той, которая была совершена в 1979 году аятоллой Хомеини в Иране. Так что война против Израиля для Насраллы просто не могла закончиться с уходом израильской армии с территории Ливана — эта цель становилась промежуточной.

С другой стороны, Хасан Насралла решил активно включиться в политическую деятельность. Приняв с благословления Ирана участие в выборах в ливанский парламент, «Хизбалла» получила в нем восемь мест — максимум, возможный при демографической и политической ситуации, сложившейся на тот моментв стране. Эта политическая деятельность Насраллы и ввела в заблуждение большинство представителей левого лагеря в Израиле, выдвинувших идею одностороннего выхода ЦАХАЛа из Южного Ливана. Так, депутаты израильского парламента Кнессета от партии Труда и других левых партий утверждали, что как только израильская армия покинет Ливан, «Хизбалла» превратится в исключительно политическую организацию, и на израильской границе установится долгожданное спокойствие. Как видим, этот прогноз оказался ошибочным. Да и учитывая идеологическое знамя, под которымНасралла повел «Хизбаллу», он и не мог быть иным.

Тем временем Хасан Насралла железной рукой объединил все шиитские организации Ливана, включая АМАЛь, превратив их в покорных марионеток, которых он использовал, если ему нужно было обострить обстановку в регионе, но так, чтобы ответственность не была возложена на «Хизбаллу». И одним из главных его достижений стал невероятный рост популярности «Хизбаллы» среди жителей Ливана — прежде всего, за счет той огромной социальной помощи, которую она оказывает им на иранские деньги.

12 сентября 1997 года в столкновении с израильскими солдатами был убит Хади — старший из четырех детей Насраллы от жены Фатимы. Израильтяне, не знавшие, кого они убили, забрали труп с собой в надежде обменять на тело убитого неделей ранее своего соплеменника. Насралла отказался вести переговоры о возвращении тела сына, не выделив его среди остальных павших в борьбе за святую цель. По словам бывшего главы МОССАДа Дани Ятома, тела боевиков, погибших в столкновении с израильтянами, некоторое время спустя были переданы Ливану в гуманитарном порядке. Шейх подошел к гробу сына, попросил поднять крышку, бросил взгляд внутрь, но не проронил ни единого слова, ни единой слезы.

У Насраллы вообще сложные отношения со смертью. С одной стороны, ему близка идея священного самопожертвования и он говорит о том, что хочет погибнуть от рук евреев. С другой — лидер «Хизбаллы» чрезвычайно печется о собственной безопасности, окружая себя многочисленными телохранителями и постоянно меняя маршрут своих перемещений. До недавних пор единственным постоянным место пребывания шейха был бейрутский квартал Дахайя, где на закрытой территории «Хизбалла» оборудовала штаб-квартиру и где жила вся семья Насраллы. Там он чувствовал себя относительно спокойно, хотя крайне небольшое расстояние от дома до офиса предпочитал проделывать не пешком, а на машине. Причем автомобили и канцелярии постоянно менялись. У шейха было не менее шести кабинетов, но основным считался тот офис, что находился на двух нижних этажах 12-этажного здания, остальные помещения которого занимали квартиры. Их обитатели служили Насралле живым щитом.

В отличии от Аббаса Мусауи, имевшего обыкновение выходить в народ и общаться с боевиками, Хасан Насралла редко появлялся на людях. Если раньше он устраивал встречи в бейрутских гостиницах, то в последние годы гостей стали приглашать в Дахайю. Те, кто вел с предводителем «Хизбаллы» переговоры о возвращении израильских пленных, никогда заранее не знали, куда именно будут доставлены с завязанными глазами в машине с черными шторами, да и о времени встречи узнавали в самый последний момент. Окна кабинета шейхап также занавешивались, дабюы нельзя было определить место расположения здания. Рабочее место Насраллы выглядело скромно — голые стены украшали только портрет аятоллы Хомеини и флаг «Хизбаллы». Угощение тоже было скромным: рахат-лукум, миндаль, черный кофе и печенье.

Самым важным человеком в окружении Насраллы считается Имад Мурания, глава военного подразделения его организации и шеф оперативного отдела. Мурания консультирует шефа по всем вопросам, связанным с безопасностью, и помогает принять самые важные решения. Вроде решения, принятого в 2000-м году о похищении трех израильских солдат. Но и без помощников Хасан Насралла осведомлен о всех тонкостях вооружения «Хизбаллы». Если называть тот или иной показатель, например, количество ракет, — то знает, о чем говорит. Опять же, в Мурании, позиции которого очень сильны, шейх усматривает угрозы своей власти и намного комфортней чувствует себя в компании своих политических советников — Хусейна Халиля и его заместителя Наима Касема. Они-чего нельзя сказать о Мурании — работают бок о бок с Насраллой ежедневно, поочередно заходя к шефу на совещание каждое утро. Как только шейх возвращается с молитвы. Принципа «разделяй и властвуй он придерживается неукоснительно. Есть у Хасана Насраллы еще один утренний ритуал — чтение обзора израильской прессы и по возможности репортажей и комментариев. С неменьшим увлечением лидер «Хизбаллы» читает книги, причем не только религиозного содержания.

При всей подозрительности Насраллы в его канцелярри царила приятная атмосфера. Шейх старается в присутствии выглядеть сердечным человеком, имеет обыкновение класть руку на плечо собеседника и говорить ему приятные слова. Журналисты рассказывают, что Насралла не лишен чувства юмора, любит пошутить и посмеяться. Он — не Саддам Хусейн, не склонен к проявления внешнего насилия и не хватается чуть что за пистолет. Если шейх задумает кого-то убрать, то не станет это афишировать, а сделает без лишнего шума.

Помимо советников Насралла регулярно встречается с десятью представителями шиитского духовенства Ирана, представителями региональных подразделений «Хизбаллы» и руководителями ее различный отделений. Это нечто вроде религиозного совета, определяющего политику организации. Возглавляет совет сам Насралла, поэтому решения, принимаемые советом, по сути, решения самого шейха. Единственный человек, от которого Насралла готов услышать «нет» — аятолла Хомеини.

Насралла часто позирует перед фото и телекамерами, чего требует и от своих боевиков, особенно перед проведением террактов. Съемки делаются не для архива, все пленка отправляются для принадлежащего «Хизбалле телеканала «Аль-Манар». Здание телестудии «Аль-Манар» было одним из первых объектов, подвергшихся обстрелу ЦАХАЛа. Однако канал продолжал вещать — по неподтвержденной информации — из Сирии.

По этому же телеканалу, когда война уже закончилась, Насралла сделал «наивное» признание; «Если бы я знал, что из-за двух солдат Израиль поднимет такую бучу, я бы не стал их брать в плен…»

ГЛАВА 5

СВОДКА

Военных действий за 28 июля 2006 г.

3 час.30 мин. Министерство здравоохранения Ливана опубликовала имеющиеся данные о том, что за время военных действий было убито 362 гражданина страны и ранено 1350. Тот же источник сообщает, что среди погибших 26 боевиков «Хизбаллы». Ранее начальник Генштаба ЦАХАЛа Дан Халуц заявил, что в ходе боевых операций Армии обороны Израиля «Хизбалла» потеряла не менее100 боевиков.

6час.15 мин. ВВС Израиля провели очередную атаку на укрепления «Хизбаллы» с использованием так называемых «умных» бомб со спутниковым и лазерным наведением, полученных по договоренности с США.

8 час.50 мин. Силы ЦАХАЛА обнаружили склад вооружений в деревне Маркаба на юге Ливана. Были обнаружены противотанковые гранатометы, снаряды и автоматы Калашникова.

9 час.30 мин. Ливанская газета «Эль-Сафир» сообщила, что разведкой «Хизбаллы» раскрыта шпиоская сеть, которая на протяжении многих лет работала на Израиль.

10 час.20 мин. Со стороны Ливана выпущены ракеты по городам Цфат, Нагария, Кирьят-Шмона. Разрушено несколько жилых домов.

11 час.00 мин. В ходе наземной антитеррористической операции в приграничных с Израилем районах израильские солдаты обнаружили в одной из мечетей склад боеприпасов.

11 час.10 мин. Еще одному ракетному обстрелу подвергся город Цфат. Жертв нет, есть разрушение административного здания.

12 час.10 мин. Началась интенсивная перестрелка боевиков «Хизбаллы» с силами ЦАХАЛа на юге Ливана. Бои ведутся в населенных пунктах Марун а-Рас, Эй-тарун, Ита а-Шааб.

13 час.50 мин. Ливанские СМИ сообщили, что израильские ВВС нанесли удары по антеннам сотовой связи и вышкам ливанского телеканала.

14 час.55 мин. Сообщается о двух раненых на севере Израиля в результате ракетного обстрела «катюшами».

15 час.28 мин. Ракетному обстрелу подверглась Хайфа. Семь ракет упали в городской черте, в районе центральной площади. О жертвах и разрушениях пока не сообщается.

16 час.01 мин. Силы Армии обороны Израиля вошли на территорию Южного Ливана и заняли деревню, возле которой раньше базировалась позиция наблюдателей ООН.

18 час.45 мин. Представители израильской армии обратились к жителям нескольких деревень Южного Ливана с просьбой о срочной эвакуации в связи с проведением антитеррористической операции.

20 час.30 мин. На площади Рабина в Тель-Авиве проходит демонстрация представителей ультралевых организаций, протестующих против действий ЦАХАЛа в Южном Ливане.

22 час.50 мин. Обстрелян ракетами «Хизбаллы» город Цфат. Тяжело ранена женщина, ранения получили две девочки.

24 час.00 мин. В ночной сводке информационного канала израильского телевидения передается, что за день по населенным пунктам севера Израиля было выпущено свыше 120 ракет. В результате этих обстрелов четверо граждан получили тяжелее ранения, девятнадцать человек ранены легко.

* * *

Военная операция в Южном Ливане тем временем развивалась только по ей ведомым законам. Что бы не говорили в те дни политики разных стран, какие бы не принимали они меморандумы и резолюции, как бы глубоко не анализировали происходящее самые известные и авторитетные эксперты, решения по обе стороны ливано-израильской границы принимали все же военные.

Особенно ожесточенные бои проходили в поселке Бинт-Джбейль. Шесть лет назад, после вывода израильских войск из Южного Ливана, именно в этом поселке шейх Хасан Насралла произнес свою знаменитую речь, после которой даже самому неискушенному в политике человеку стало ясно: «Хизбаллла» разоружаться не собирается и по-прежнему самым злейшим своим врагом, подлежащим полному уничтожению, рассматривает Израиль. С тех пор Бинт-Джбейль приобрел дурную славу оплота «Хизбаллы» в Южном Ливане.

До начала нынешних боевых действий в этом населенном пункте насчитывалось до тридцати тысяч жителей. Сколько их оставалось к оставалось теперь — никому не известно. Перед началом операции жителей поселка, как и большинства других населенных пунктов предупредили, чтобы они покинули свои дома, так как именно здесь в ближайшее время начнется антитеррористическая операция. Таким образом, о ее начале были предупреждены и боевики «Хизбаллы», которых, по мнению израильской военной разведки, было около трехсот человек. Уже на следующий день после начала операции практически все израильские газеты опубликовали на первых страницах крупные броские заголовки. Запомнился один из них: «Пал оплот «Хизбаллы». Журналисты явно поторопились. И хотя успехи ЦАХАЛа были очевидны, о паденити Бинт-Джбейля говорить все же было преждевременно.

Действительно, после первого же дня боев практически весь район между деревней Марун а-Рас и «столицей» Насраллы перешел под контроль израильтян. Но даже отступив, «Хизбалла» к утру подтянула новые силы для наземной контратаки, а с воздуха обрушила на Бинт-Джбейль, занятый израильтянами целый шквал ракет. В этой наземной операции участвовоали бойцы одной из самых элитных дивизий ЦАХАЛа — «Голани». По оценкам военных, победа далась израильтянам дорогой ценой — они потеряли девять военнослужащих. Но и «Хизбалла» понесла ощутимые потери как в людях, так и в технике. Кроме всего прочего, в поселке Марун а-Рас и в самом Бинт-Джбейле были обнаружены крупнейшие склады стрелкового вооружения, множество фугасов, другие снаряды.

Кое-кто из обозревателей поторопился заявить, что победа-де далась ЦАХАЛу несоразмерно дорогой ценой. Однако, армейское руководство израильтян считало, что взятие этого района, с одной стороны, существенно улучшило стратегическое положение ЦАХАЛа, который завоевал прекрасную стратегическую позицию для продолжения наземных операций, а с другой стороны, — не просто лишило «Хизбаллу» выгодной позиции, но и нанесло ей моральный урон, слишком явно продемонстрировав, что теперь террористы не смогут навязывать свои правила игры. Забегая вперед, скажу, что у израильских военных были самые веские аргументы для таких утверждений. Именно после потери Бинт-Джбейля, «Хизбалла» стала сдавать свои позиции, как тактические так и стратегические, а Насралла все яростнее атаковал международные организации, Лигу Арабских Государств с требованиями заставить Израиль немедленно прекратить огонь. Его непреодолимые апломб, выступлений и призывов, когда он с пафосом возглашал, что не может больше терпеть гибели мирных ливанцев, уже никого не мог обмануть. Всем было ясно, что «Хизбалла», понимая свое неизбежное военное поражение, стремится избежать хотя бы оглушительного краха.

Прекрасно понимали происходящее и военные стратеги и аналитики на израильской стороне. А потому старались усилить натиск, интенсивно закрепляя достигнутый успех. В ЦАХАЛе стремились сузить территориальную сферу влияния «Хизбаллы», оттеснить ее вглубь, как можно дальше от Юга Ливана, а, следовательно, и от израильской границы, а также как можно больше разрушить не только военную, но и экономическую структуру террористической организации. Во всяком случае официальный Иерусалим, хотя и не подтвердил, но и не опроверг сообщение американского телеканала Эн-Би-Си о том, что израильские самолеты бомбили банки, в которых хранились средства «Хизбаллы».

Сразу вслед за это операцией израильские ВВС обрушивали массированную атаку на Бейрут. В один из дней на ливанскую столицу только за 10 минут было обрушено 11 тяжелых бомб, причем обе воюющие стороны отмечали высочайшую концентрацию ударов. И хотя израильское командование утверждало, что точечная бомбардировка имеет своими целями лишь объекты, связанные с деятельностью «Хизбаллы» все мировые СМИ передавали, что в Бейруте пострадало множество гражданских объектов и мирного населения. Это, в свою очередь, вызвало очередную волну праведного возмущения у всей мировой общественности.

…Именно в те дни политики, политологи, военные многих стран горячо и полемично обсуждали визит госсекретаря США Кондолизы Райс на Ближний Восток.

Мой давнишний израильский друг и коллега Лазарь Данович по этому поводу высказался поначалу непонятной фразой: «Вот приедет лесник…», и заметив мое недоумение пояснил:

— Ну как же ты не помнишь? Был такой старый анекдот. Назывался «Дневник русского партизана»: «20 августа. После трехдневных кровопролитных боев мы вышибли фашистов из леса. 25 августа. После трехдневных кровопролитных боев фашисты вышибли из леса нас. 31 августа. Снова мы вышибли фашистов из леса, но они уже подтягивают к опушке большие силы для наступления. 1 сентября. Приехал лесник и всех нас из леса погнал к едрене-фене». Так что приедет Райс и все это к едрене-фене прекратит. Может, не сразу и, конечно уж, не она, так сказать, персонально, но то, что прекратят, — это точно…

Собственно, по калейдоскопичности встреч это был скорее не визит, а стремительный бросок через океан. Но не только стремительностью умудрилась поразить всех госпожа Райс. Ее ждали в Иерусалиме, а она неожиданно объявилась в Бейруте, где тотчас встретилась премьер-министром Ливана Фудом Синьорой и спикером ливанского парламента Набием Берри, которого иначе как доверенным лицом Хасана Насраллы и президента Сирии Башара Асада никто и не называет. Кандолиза Райс практически потребовала, что Фуад Синьора оказал давление на «Хизбаллу», призвав Насраллу немедленно прекратить огонь, на что премьер-министр довольно твердо возразил, что это не в его силах. Собственно тем переговоры с главой ливанского правительства и были завершены. Но хотя встреча с Берри была куда как более продолжительной, завершилась по сути тоже безрезультатно. Госсекретарь США изложила лидеру парламента условия пакетной сделки, не преминув сакцентировать его внимание, что условия сделки поддерживает американская администрация. Для ее достижения Насралла должен освободить двух израильских солдат-заложников, его вооруженные формирования покинут свои опорные пункты в Южном Ливане, а ливанская армия займет деревни в приграничных районах, где и будет создана зона безопасности, куда в самое ближайшее время зайдет международный миротворческий контингент. Бери ответил, что предложение американцев по сути напоминает ультиматум и предложил встречный вариант, целиком и полностью содержащий те требования Насраллы, которые он без устали высказывал чуть ли не ежедневно и суть которых сводится к тому, что об освобождении заложников не может быть и речи, а огонь Армия обороны Израиля должна прекратить в порядке односторонней инициативы.

Не продвинувшись в своей миротворческий миссии в Ливане ни на йоту госсекретарь США уже через несколько часов встретилась поочередно с министром иностранных дел Израиля Ципи Ливни и премьер-министром Эхудом Ольмертом. Выразив Израилю поддержку администрации США госпожа Райс заметила, что для урегулирования конфликта нужно долгосрочное соглашение, которое обеспечит спокойствие на ливано-израильской границе, выразив мнение, что будущая резолюция Совета Безопасности ООН, безусловно, должна предусмотреть разоружение «Хизбаллы» и дислокацию ливанской армии в районе границы с Израилем.

Уже после официальных встреч, отвечая на вопросы израильских и иностранных журналистов, Райс, не очень тщательно скрывая раздражение (понятно, что результаты переговоров, ее, считающуюся опытнейшим политиком, умеющим урегулировать конфликты любого масштаба, удовлетворить не могли) ответила в довольно резкой форме:

— Я не собираюсь возвращаться сюда ни через три недели, ни через три месяца. Всем очевидно, что конфликт должен быть прекращен. Именно об этом мы будем говорить завтра в Риме.

Улетая из Израиля вечером того же дня, Кондолиза Райс имела ввиду римскую международную конференцию, которая собиралась обсудить гуманитарный аспект ливанской войны.

И поскольку министры иностранных дел многих стран, собравшиеся в столице Италии, и не собирались принимать никаких кардинальных решений, они их и не приняли. Вряд ли, даже спустя короткое время, кто-то рискнет даже с натяжкой сказать, что конференция в Риме сыграла хоть какую-то роль в урегулировании ливано-израильского конфликта. И это не потому, что собравшиеся там главы внешнеполитических ведомств не видели реального выхода из создавшейся ситуации. Хотя, надо признать, ситуация и впрямь была, да остается, запутанной чрезвычайно. Но дело еще и в том, что на протяжении многих лет сформировался определенный стереотип политического мышления по отношению к проблеме Восток-Запад.

Один из ведущих экспертов в этой области — Президент Московского института Ближнего Востока Евгений Сатановский считает:

«Перечень ближневосточных конфликтов даже перечислить трудно. Но для начала назову Ирак и Афганистан, которые больше не являются странами, превратившись в территории — заповедники терроризма. В Афганистане ситуация усугубляется из-за наркотиков. Собственного страна эта стала главным поставщиком героина на мировой рынок. В советские времена ничего подобного не происходило, и, как ни странно, даже при талибах была достигнута определенная договоренность насчет наркотиков. Ну а сегодня производство героина там увеличилось не в разы, а на порядки. При этом оккупационный корпус не вмешивается в происходящее, прекрасно понимая, что если вмешается то начнется нечто невообразимое, по сравнению с чем ситуация в Ираке покажется чуть ли не раем.

Плюс к тому усилились талибы и ужесточились межплеменные раздоры. Проблема беженцев не решена, их по-прежнему миллионы, в том числе в Пакистане. Более того, эта группа практически превратила пограничные районы Пакистана в зону, неконтролируемую правительством. Таким образом, из афганского детонатора Пакистан с его ядерным оружием становится менее устойчивой страной.

Дальше — Ирак. Близится распад страны. Любые заклинания о демократическом пути Ирака относятся больше к политологическому иллюстративному материалу — это хороший пример того, как сверхдержавы становятся похожи друг на друга в мелочах. Сегодняшние Соединенные Штаты смахивают на Советский Союз времен его чрезвычайного одряхления перед распадом. Попытки выдать желаемиое за достигнутое, иллюзии, самообман на любом уровне, а под этим — чрезвычайно опасное и жестокое противостояние, которое в ближайшее время приведет к распаду страны. В результате мы получим один отдельно взятый Курдистан и совершенно непонятные территории шиитов и суннитов с весьма проблематичным будущим.

Судан: достаточно сказать о том, что события на юге в течение последней четверти века и события в провинции Дарфур означают сотни тысяч погибших и миллионы беженцев. Только в Дарфуре погибли около 200 тысяч человек и еще два-три миллиона стали беженцами.

На сегодняшний день вся Центральная Африка охвачена военным противостоянием, диапазон преступлений против человечности — самый широкий — от людоедства в прямом смысле слова до работорговли, не говоря уже о похищениях людей. Это не просто ситуация катастрофы, эта ситуация необратимой катастрофы, распространившейся практически на всю Африку южнее Сахары, за редчайшим исключением, таким как Бацвана.

Продолжу: в Египте, соседе Израиля, исламисты ведут настоящую террористическую войну против государства. Война эта периодически охватывает христианские деревни Верхнего Египта, некоторые кварталы больших городов, а также время от времени выходит на туристические объекты. Более того, Газа является безусловным детонатором для ситуации в Египте. В свое время египетские «Братья мусульмане», ныне предпочитающие политические формы взятия власти, помогли своим соратникам в Палестине, и точно также, заполучив власть в автономии, ХАМАС протянул руку своим товарищам в Египте.

Далее назову курдский конфликт, отнюдь не прекративший свое существование, а лишь слегка притихший. Никуда не делся конфликт берберов и арабов, а также христиан и мусульман. На всей территории Ближнего Востока сегодня происходит дехристианизация, — целый ряд крупных и древних христианских общин оказались отсюда буквально выбитыми. Речь идет, повторяю, практически обо всех странах Ближнего Востока, за исключением Сирии и Ирана с их жестоким авторитарным режимом и, конечно, Израиля.

Вот вкратце перечень основных конфликтов на Ближнем и Среднем Востоке, причем я не говорю об Иране, поскольку иранский конфликт — вещь пока теоретическая, хотя если он вспыхнет, то рискует оказаться глобальным.

Ужасную головную боль для своих соседей представляет Йемен. Известно, что в пределах ближайших десяти лет баланс в стране станет отрицательным. И трудно даже предположить, что может произойти после этого в отношениях Йемена с его соседями и в первую очероедь с Саудовской Аравией. Йемен насыщен и перенасыщен оружием. Йемен чрезвычайно беден и племена в нем составляют основу населения, совершенно не подчиняющиеся ни суду ни армии.

Существует еще проблема династического наследование в Омане, сегодняшнем почти что заповеднике Аравийского полуострова, в который гораздо проще попасть из Москвы, чем из Саудовской Аравии, ибо он жестко отгорожен от вахаббистских соседей. Оман может взорваться после того, как закончится правление султана Кабуса, личная ориентация которого такова, что наследников у него не может быть по определению.

Следовало бы сказать еще о том, что режим в Иордании, в ближайшее время, скорее всего, опять будет испытан на прочность. Прошло 35 лет со времен «Черного сентября», и новое поколение палестинских лидеров (как политических, так и лидеров военных организаций) успело забыть о том, чем закончилась попытка свержения короля. Вероятно, учитывая имеющиеся тенденции, они могут попытаться всерьез выступить против Абдаллы!! при этом опираясь на очень серьезную внешнюю поддержку. Хотя и Абдалла, надо признать, будет защищать свою власть в условиях беспрецедентной поддержки со стороны Запада, России и Израиля, чем не мог похвастаться в 1970 году его отец.

Ну и, наконец, Ливан сегодня стремительно движется к продолжению гражданской войны.

После говорить только об израильско-палестинском конфликте достаточно бессмысленно. На мой взгляд, главная проблема — это неготовность израильских лидеров взять на себя ответственность и решить вопрос, связанный с обустройством Палестины и формированием такого палестинского истеблишмента, какой ныне требуется (что следовало бы сделать, если играть роль оккупирующей державы). Полагаю, что израильтяне исходят из иллюзий и исторической неготовности, им свойствен непрофессионализм и непонимание того, что будущим поколениям отсанется проблема не в разы, а на порядок более серьезные, чем была в 1967 году, в 1973 и даже в 1982.

Второй момент, о котором необходимо упомянуть: палестинская проблема — это главный бизнес ООН на Ближнем Востоке, это основной бизнес многочисленных фондов, миротворцев, европейского сообщества. Речь идет о миллиардных инвестициях и миллиардных бюджетах ежегодно, в течение более полувека. На эти деньги живет огромная масса чиновников и бюрократов. На них кормятся десятки тысяч человек по всему миру, и в первую очередь, сотрудники специального агентства ООН по палестинским беженцам; не случайно верховный комиссариат по беженцам при ООН занимается всеми, кроме палестинцев. Это, если угодно, гигантская, мирового уровня афера, связанная с полувековой эксплуатацией палестинской проблемы.

В том числе это происходит потому, что из палестинских беженцев можно составить отряд борьбы против Израиля. Кроме того, можно бороться за права до последнего палестинца, что успешно делают в арабском мире. Никто не думает о самих палестинцах, но все твердят о их правах. Никого не волнуют их нужды, но все толкуют о теоретическом, теперь уже явно не имеющем шансов возникнуть палестинском государстве. На самом же деле проблемы этих людей другие — это проблемы социального и личного статуса, безопасности, гарантии будущего, карьеры детей. Все они решаются в рамках экономической, а возможно, и политической интеграции с Израилем. Но конечно во главе палестинского автономного анклава должны стоять люди, готовые работать, а не взрывать, и уж ни в коем случае — революционеры, подобные Арафату.

Исламистский зеленый сценарий глобализации не просто существует. Более того, он сегодня имеется в нескольких вариантах. Есть варрант Ахмадинеджада, есть — Бин-Ладена. Уже наведены мосты между шиитскими и суннитскими группировками и это, между прочим, новость. Кроме того используются Интернет и масс-медиа. Я совсем недавно был в Иерусалиме, где мы обсуждали все новые тенденции, в их числе тенденцию проникновения жесткого антисемитизма и антиглобалистских, антиамериканских трендов в массовую культуру, чего не было никогда. Сегодня мы имеем дела с системой ежедневного напоминания о том, кто главный враг, — по телевидению, в средствах массовой информации, в популярной музыкальной и политической культуре. Это означает, что исламо-фашизм стал реальностью.

Даже тоталитарные лидеры типа Муамара Каддафи являются меньшей опасностью, чем радикальные исламисты. Радикальный ислам апеллирует в первую очередь к улице, он блестяще использует избирательные технологии, является лучшим другом демократии. Демократия, в свою очередь, — лучший друг исламистского терроризма на Ближнем Востоке, она открывает исламистам дорогу к власти. Колоссальная опасность состоит еще и в том, что ежегодно тысячи людей, подготовленных на саудовские деньги в пакистанских мечетях, в Египте или в горах Афганистана, отправляются в Малайзию, Индонезию, на Южные Филиппины, в Южный Таиланд. Население этого региона около трехсот миллионов человек и они сейчас стремительно радикализируются.

Демократия явилась чрезвычайно неудачным слоганом для Ближнего Востока. Это такая же глупость как распространение марксизма Советскоим Союзом, — подобные вещи бессмысленно пытаться внедрить в инородную среду. Ведь в ней, в этой среде, демократия принимает совсем другие формы, реализуется другими институтами и совсем на другой основе.

Стабильность — другой слоган, стабильность любой ценой, и здесь внешний фактор точно так же важен, как и внутриполитический. Потому что проблема не в том, что американцы взяли под контроль Ирак, а в том, что они сделали это непрофессионально, что они не продемонстрировали справедливости, равноудаленности от всех групп, наконец, не поняли, как устроен регион, и попытались вмешаться в существующий баланс сил чрезвычайно неумело.

Американцы взорвали Ирак под собственным ногами и собственными руками. Если бы у них хватило ума понять, что, попав в положение империи, нужно соответственно себя вести, а не заявлять: «Мы демократия, поэтому нам не подходит опыт Российской, Британской, Римской империй», у них бы не было проблем в Ираке. Потому что призвание иноземных династий, не заинтересованных в поддержке тех или иных клановых племен, групп, конфессий является традицией для Ближнего и Среднего Востока. У америкнацев была блестящая возможность стать новыми беями, наподобие турецких беев и оказывать мягкое координирующее и в то же время очень координирующее влияние. Мы об этом в мягком режиме дискутировали с американскими политиками и экспертами, включая Кандолизу Райс и президента Буша, так что я отвечаю за свои слова. Но, к сожалению, наиболее серьезная антиамериканская сила в регионе — это госдепартамент США, его политика является абсолютно разрушительной.

В Британии бытовала поговорка: «Джентльмен к Востоку от Суэца и джентльмен к Западу от Суэца — это два разных джентльмена». Нельзя забывать, что Британская колониальная империя, Русская, Французская — весьма и весьма гибко, с использованием местных контингентов, подчеркивали огромное уважение к традиционным властителям. Вести себя так, как повели себя американцы в Ираке, можно после нескольких десятилетий, а то и столетий интеграций территорий внутрь некоего общего социума, когда налажены человеческие связи, связи элиты, выстроены институты взаимодействия. Тогда только можно проводить эксперименты, опираясь на местную элиту.

Но вернемся к Ирану. Президент Ахмадинеджад верит в победу, и при этом он не безумец, а истинно верующий. Он действительно убежден, что Махди — за его спиной и вещает его голосом. Он полагает, что Запад и Израиль рухнут и что ему на самом деле удастся сплотить население своей страны. Наконец, он считает, что атака на Иран в конченом счете обойдется гораздо дороже атакующей стороне, — и он в огромной мере прав.

Ахмадинеджад реально оценивает ситуацию. Ведь так называемый мирный процесс, все это еложение танками по карте и многочисленные зачистки, иначе — антитеррористические операции, не в состоянии скрыть простого факта — Израиль практически расстался со всеми или почти со всеми плодами блестящих блиц-кригов 1967 и 1982 годов. Все завоеванное армией политиками проиграно. Во многом благодаря их иллюзиям, их личному непрофессионализму, их личным амбициям, пристрастиям и интересам. То, что могло стать блестящей разменной картой в установлении нового, безопасного для Израиля порядка на Ближнем Востоке, ликвидировано в угоду попыткам левых убрать правых с политической карты, в угоду давлению США и так далее.

Для Ахмадинеджада правоцирование конфликта означает, что он одержал победу над Саудовской Аравией, став лидером исламских радикалов, в ем не преуспел Хомеини. За Ахмадинеджадом сегодня готовы идти и шииты и сунниты, он чрезвычайно укрепил свои позиции и в арабском и в неарабском мусульманском мире, чего не было никогда. Визит Ахмадинеджада в Саудовскую Аравию, в Малайзию — подтверждение сказанного. Кроме того он попытался войти в Шанхайскую организацию содружества (ШОС), чтобы прикрыться ее щитом и переложить на нее все проблемы по защите Ирана от возможного удара со стороны внешних альянсов. Впрочем, в ШОС Иран пока не берут.

Нынешний курс позволил Ахмадинеджаду сплотить вокруг себя население Ирана. У него сегодня нет оппозиции, даже умеренные, даже либералы заявляют: «Да, нам сегодня нужна ядерная программа». Подразумевается и другое: нам нужно наше ядерное оружие, мы хотим быть уверенной страной, мы не желаем подвергаться демократизации; нравится кому или не нравится наш режим — он наш. И мы будем менять его сами.

Это абсолютно советская позиция, разумная и логичная. Даже секулярные иранцы, уставшие от режима пожилых аятолл и находящиеся в оппозиции к этим аятоллам, не скрывают своего патриотизм и нежелания идти на поводу у кого бы то ни было. И потому, динамичный, жесткий Ахмадинеджад, переведший противостояние с Западом и Израилем на уровень национальных проектов, столь популярен. Он абсолютно точно уловил градус настроения в стране.

На самом деле, если бы создалась ситуация, при которой Ахмадинеджад отказался бы от своей жесткой риторики и планов нападения на Израиль, а кроме того четыре страны (Иран, Индия, Пакистан и Израиль) заключили бы пакт о взаимном ненападении, то Иран мог стать бы вполне легитимным звеном ядерного клуба. Да, это не тот режим нераспространения, о котором говорили великие державы, но, в конечном счете, у нас есть де-факто оснащенные ядерным оружием Израиль, Индия и Пакистан, а Иран, я абсолютно в этом убежден, к ним присоединится.

Скорее всего, американцы, завязнувшие в иракском болоте, не тронут Иран и, соответственно, через два-три года последний продемонстрирует свой атомный потенциал, после чего его никто и пальцем не тронет. Ведь ситуация в Ираке показала простую вещь — если у тебя нет атомной бомбы, тебя атакуют. Если она у тебя есть, как у Северной Кореи, тебя не беспокоят.

Вопрос еще в том, на что еще способен Израиль, израильская дипломатия, израильская разведка и израильская армия. А на что способны американцы мы уже знаем.

И еще важный момент. Мусульмане, и это доказывает тысячелетний опыт «русского» ислама — татар, башкир, кавказских народов, — точно такие же люди, как и все прочие. Следует дать им четкий императив поведения, возвысить их лидеров, которые этого заслужили и, конечно, нельзя допустить превращения собственного населения в заложников радикалов, радикальных исламистов или радикальных националистов. Что, кстати, происходит с арабами Израиля.

Надо заниматься собственным населением, пока радикалы не перетянули на свою сторону умы и бюджеты и сами не занялись вами — вот что должны делать Израиль, Европы, Соединенные Штаты Америки и, кстати, Россия. Никаких новых технологий для этого не нужно — они отработаны веками, в том числе на мусульманах. Соответственно, главный вывод таков: если вы оказались в положении империи, то учтите имперский опыт и прекратите заклинать демократию, как если бы она была джинном из бутылки, способным решить для вас все проблемы.

ИРАНСКИЙ СИНДРОМ

(РАЗМЫШЛЕНИЕ К ИНФОРМАЦИИ)

«Иранские аятоллы выразили свое гневное возмущение по поводу того, что Насралла проболтался на весь мир, как его ракетчики нанесли сокрушительный удар по израильскому сверхсовременному корвету ракетой С-802 иранского производства. А показ ливанским телевидением попадания израильской противоракеты в стартующую дальнобойную ракету типа «земля-земля», способную достичь Тель-Авива, и вовсе вызвал их ярость».

(Из сообщения итальянской газеты «La Repubblika»).

После двух чрезвычайных заседаний Лиги Арабских Государств (ЛАГ) в Каире и Бейруте стало понятным, что никакого кардинального решения в Совете Безопасности ООН эта организация пролоббировать не сможет. Иран устами Ахмадинеджада, поскольку его страна не является членом ЛАГ, счел необходимым в создавшейся ситуации публично заявить о своей всемерной поддержке братьев-шиитов и о том, что израильтяне будут наказаны самым жесточайшим образом. Но аятоллы в тот период заставили замолчать Ахмадинеджада. Дело в том, что пуск противолодочной ракеты и особенно ракеты дальнего радиуса действия мог вызвать нешуточный международный скандал: буквально незадолго до этого официальный Тегеран заявил, что эти ракеты еще слишком рано использовать. В прозвучавшем заявлении содержался и намек на то, что это особо опасное, стратегическое оружие, якобы, еще нуждается в доработке и потому-де Иран применять его не собирается. На самом же деле иранцы рассчитывали на внезапное использование этих ракет в случае военных действий против Исламской республики. Иранские монархисты в Англии и Египте в те дни поговаривали, что аятолла Хомеини был вне себя от ярости, когда узнал, что «Насралла покусился на плод слишком высокого дерева».

Иранская оппозиция такую реакцию аятоллы объясняет тем, что духовенство искренне поверило в способности Ахмадинеджада изменить существующую расстановку сил. Они погнадеялись, что Тегеран в состоянии именно сейчас значительно усилить своей влияние на палестинцев и в целом на весь арабский мир, если сумеет им на деле доказать, что ХАМАС фактически провалил операцию с израильским заложником. Именно Ахмадинеджад убеждал аятолл также и в том, что кто-кто, а уж Насралла-то точно сумеет принудить израильтян к тем кабальным условиям обмена пленными, которые были возможны при Бегине и Рабине.

Если учесть к тому же, что на заседании Совета блюстителей Корана премьер-министр Израиля Эхуд Ольмерт и новый министр обороны Амир Перец были представлены им как люди нерешительные и сугубо пацифистских взглядов, то вполне становится ясно, что неназванная война, объявленная Израилем «Хизбалле» вызвала шок у аятолл. Ну, а то, что «Хизбалла» стала стремительно терять симпатии к себе со стороны Европы и арабских стран добавляли к этой безрадостной картине мрачных красок.

Если популистские заявления шейха Насраллы к концу первой недели ливанской кампании уже утомляли, то позже становились порой просто рискованными. С маниакальным Насралла продолжал заявлять, что он не обстреливает мирной население, а наносит ракетные удары по оккупированным территориям. Не имею права судить, насколько силен шейх в вопросах теологии, но то, что с международным правом, да и с элементарной логикой у него проблемы совершенно очевидно. Ну какие, скажите на милость, территории «Хизбаллы» мог оккупировать Израиль. Хайфу? Кирьтя-Шмону? Или, быть может, Телль-Авив, поразить который он грозился чуть ли ежедневно? Своими выпадами Насралла то и дело раскрывал тайные планы Сирии и Ирана.

Сегодня мало кто сомневается в том, что провокационную акцию «Хизбаллы» на израильской границе санкционировала Сирия. Даже английские военные обозреватели, всегда умеренные в своих высказываниях, в одном из недавних обзоров, опубликованных в «Гардиан» высказались в том духе, что «Израиль сегодня выполняет за нас нашу работу». А ближневосточные прагматики высказываются с присущей им экспансивностью: «Иран и Израиль выясняют свои отношения на теле Ливана».

Почти никто в мире не сомневается, что Иран явился одним из основных заказчиков самой кровопролитной операции нового века. Но в таком случае Тегеран потерпел сокрушительное фиаско и добился результата, диаметрально противоположного ожидаемому. О ядерной программе Ирана на Западе говорить не перестали, вооружение «Хизбаллы» и поставка ей оружия даже во время военных действий стали теперь фактом очевидным (чему и хвастливый Насралла посодействовал весьма «умело»), да к тому же вызвавшем на Западе самую резкую отрицательную реакцию. Объявив экстремистов Ирана и Сирии премьер-министр Великобритании Тони Блэр высказался напрямую: «Есть люди — особенно в Иране и Сирии, которые не хотят, чтобы на Ближнем Востоке начался процесс демократизации, мира и переговоров».

Некоторые весьма уважаемые обозреватели, к мнению которых прислушаваются во всем мире, уже вопрошали напрямую: если завтра Иран получит ядерное оружие, то на ком ин его испытает — на США, России или опять на Израиле?

Конечно же, и сирийцы, надо полагать, чувствуют себя не совсем уютно. Можно сказать, что в ливанскую трясину «Хизбалла» постаралась затянуть Сирию по самые уши. В первые дни военных действий чуть не все газеты и информационные агентства мира сочли своим долгом поерничать над действительно анекдотичной, если бы она ни была столь грустной, ситуацией. Многие тысячи ливанских беженцев устремились в Сирию. Однако, сирийцы не слишком-то торопились представить свой кров и хлеб горюющему соседу. Так что пришлось многим ливанским беженцам, в зависимости от благосостояния, размещаться в сирийских гостиницах, кемпингах, постоялых дворах. Не бесплатно! Кто из журналистов над этим просто изгалялся — каждый соответственно собственному чувству юмора, а кто и успел экономический обзор составить, с указанием конкретных, и весьма при том немалых, сумм, нажитых сирийцами на беде горемычного соседа.

Конечно Башар Асад с удовольствием подписал бы сегодня мир с Израилем на условиях аналогичных Кэмп-Дэвиду. Но Хусни Мубарак оказался прозорливее и сегодня в Каир, а не в Дамаск поступает щедрая американская помощь. Сирийский же лидер, поняв, что объятия «Хизбаллы» настолько крепки (а может, все же цепки!), что из них сегодня не вырваться, отчаянно презрел ультиматум, озвученный израильским премьером Ольмертом и продолжал поставлять «Хизбалле» оружие. Складывалось такое впечатление, что Сирия, расталкивая всех иных соседей по региону, стремится стать первой в очереди на право подхватить военный флаг «Хизбаллы».

Вполне, однако, вероятны, что правы те аналитики, которые придерживаются совершенно иного сценария. Они, напротив, усматривают в действиях Сирии стремление как можно дольше отсрочить свое возможное участие в военных конфликтах, полагая, что пока израильтяне не покончат окончательно с боевиками «Хизбаллы» им будет не до режима Асада. Впрочем, сам Башар Асад в официальном заявлении высказался за прекращение огня в Южном Ливане.

И в Сирии и в Иране полагали также, что израильская агрессия в Южном Ливане вызовет вспышку возмущения среди арабов-граждан Израиля. А это сила, с которой правительство Ольмерта вынуждено будет считаться. Но и здесь все пошло наперекосяк. Поначалу арабы — члены израильского Кнессета выступали с целом рядом резких нападок на правительство, требуя немедленно прекратить огонь в Южном Ливане и призывая соплеменников поддержать их «праведное негодование». Ничего из этого путного в итоге не вышло.

К тому же шиитский лидер Насралла умудрился и эту бочку меда испоганить изрядной дозой дегтя. Его боевики попытались укрыться в христианском квартале Бейрута, стягивая туда значительное вооружение. Ракетный обстрел, вопреки ожиданиям Насраллы, вызвал гнев христиан, обращенный против него самого, а не против израильтян. Обстерл израильского города Нацерета (Назарета) ракетами «Хизбаллы» вызвал резко отрицательную реакцию во всем христианском мире. А жители этого города, подавляющее большинство которых состоит из арабов-христиан, обвинили Насраллу напрямую в преступлении, заявляя о том, что лидер «Хизбаллы», прекрасно осведомленный, что именно арабы живут в Нацерете, нанес по этому городу прицельный удар, дабы втянуть их в конфликт. На митингах, которые в немалом количестве проводят израильские арабы, они возлагают ответственность за действия «Хизбаллы» на Иран и Сирию.

ГЛАВА 6

СВОДКА

Военных действий за 31 июля 2006 г.

10 час.20 мин. Восстановлено железнодорожное сообщение с Хайфой.

13 час.10 мин. ВВС Израиля атаковали объекты «Хизбаллы» в районе Тиры.

14 час.55 мин. Вертолет ВВС Израиля атаковал микроавтобус с боевиками «Хизбаллы» в ливанской деревне.

15 час.15 мин. В Южном Ливане боевиками «Хизбаллы» был ранен наблюдатель ООН. Он эвакуирован в Израиль.

16 час.10 мин. «Хизбалла» официально признала факт сдачи ЦАХАЛу деревни Марун а-Рас.

17 час.09 мин. Попал под облстрел гаржданский автомобиль в Южном Ливане. Погибла ливанская журналистка.

18 час.00 мин. Силы ЦАХАЛа атаковали 46 огневых позиций террористов в районе ЦУРа.

19 час 00 мин. В израильском городе Лод начался митинг против действий ЦАХАЛа в Южном Ливане. Участники митинга требуют прекратить огонь.

19 час.10 мин. Из медицинского центра военного госпиталя «Тель ха-шомер» в Тель-Авиве поступило сообщение, что состояние бывшего главы израильского правительства Ариэля Шарона резко ухудшилось.

19 час.43 мин. ВВС Израиля разбомбили все 46 огневых позиций «Хизбаллы» в районе Цура.

20 час.14 мин. В Хайфе прозвучала воздушная тревога, оказавшаяся ложной.

21 час.00 мин. Поступило сообщение, что до указанного времени по Израилю было выпущено 93 ракеты. Двое убитых, 63 раненных.

23 час.25 мин. По Хайфе была выпущена ракета, попавшая в жилой дом. На место прибыли отряды пожарных, медики оказывают пострадавшим помощь.

…Эта трагедия всколыхнула весь мир. Иначе и быть не могло. Вот и не верь теперь расхожему утверждению бывалых вояк, что бомба в одну воронку дважды не попадает. Попала!

Ровно десять лет назад, во время военной операции «Гроздья гнева», проводимой Израилем в Южном Ливане, в деревне Кафр-Кана погибли мирные граждане. После этого, не продлившись и двух недель, израильтяне прекратили атаковать позиции «Хизбаллы». В памяти немногих остался лишь эпизод, связанный с гибелью людей, да претенциозно-пышное название самой операции. Даже название деревеньки, где произошла трагедия, казалось, навсегда стерлось из памяти. И вот теперь всплыло снова.

Атаки Кафр-Каны израильские ВВС начали в полночь. Если точнее — с 00 часов 07 минут до 01 часа 00 минут. Никаких сообщениях о жертвах с ливанской стороны в течении ночи не появлялось. Атака была продолжена ранним утром, около 8 часов. И почти сразу по ступило сообщение из Ливана: в Кафр-Кане погибло около 40 человек, чуть ли не половина из них — дети. На следующий день телеканал «Аль-Джазира» передал уточненные данные — погибших было 27.

Эмоции хлынули через край, да и как их было сдержать. Сначала видеозапись, а потом и фотография ливанца, держащего на руках мертвую восьмилетнюю дочку, облетели весь мир. Кадры телесъемок, отразивших разрушенную деревню, были ужасающи! Мир захлебнулся в слезах, и было отчего.

Израильский премьер-министр Эхуд Ольмерт выразил глубокое сожаление в связи с гибелью ливанских граждан. Ольмерт отметил: «всему миру известно, что ЦАХАЛ — армия с высокими моральными принципами, не наносящая преднамеренных ударов по мирному населению. Между тем, «Хизбалла» вот уже свыше двух недель атакует именно израильский тыл, наносит удары по густонаселенным районам нашей страны». Начальник генерального штаба ЦАХАЛа генерал-лейтенант Дан Халуц сообщил, что жители всего района Кафр-Каны, по сложившейся практике, были за несколько дней до атаки оповещены о готовящейся операции и об опасности, которая им грозит в случае, если они не захотят эвакуироваться или хотя бы покинуть этот конкретный район. «К тому же, добавил Дан Халуц, мы не располагали информацией о концентрации мирных жителей в этом районе, а напротив — имели сведения, что Кафр-Кану мирное население давно покинуло». Начальник оперативного управления Генштаба ЦАХАЛа генерал-майор Гади Айзенкот рассказал на той же пресс-конференции, что именно в районе Кафр-Каны был расположен региональный штаб «Хизбаллы» и из этого района по Израилю выпускалось ежедневно не менее 150 ракет. Более того, на пресс-конференции была показана пленка оперативной видезаписи, где ясно было видно, как после запуска ракет по Израилю к жилому дому подъехала пусковая установка и въехала в подземный гараж. Но, похоже, что выступления израильского лидера и военачальников Н Генштаба только подлили масла в огонь.

Даже в тех странах, где считали, что Израиль имеет право на защиту собственных граждан, заговорили с яростью о том, что мир не должен и не будет терпеть «беспредела израильской военщины». События в Кафр-Кане вызвали волну возмущения в Бейруте. Участники беспорядков разгромили здание миссии ООН. Финляндия, возглавляющая сейчас Евросоюз, потребовала от Израиля немедленного прекращения огня. С такими же требованиями выступила Франция. Правительства Германии и Италии заявили, что гибели десятков мирных жителей нет и не может быть оправдания. Возмущен был и официальный Лондон.

Нечего говорить, что реакция арабского мира была полна угроз и гнева. Премьер-министр Ливана Фуад Синьора потребовал от Израиля немедленного прекращения огня без всяких предварительных условий и потребовал от Кофи Аннана немедленного созыва Совета Безопасности ООН. Президент Сирии Башар Асад, заявил, что трагедия в Кафр-Кане — это результат государственного террора, практикуемого Израилем. В самом Израиле депутат Кнессета от арабских партий Азим Башара заявил, что Израиль намеренно нанес удар по мирному населению.

…Позволю себе два небольших исторический экскурса времен Второй мировой войны фашисты. Как известно, часто бомбили Лондон, что было всем известно. Потом неожиданно нанесли бомбовый удар по Антверпену. Антверпен перед Гитлером провинился тем, что служил перевалочной базой союзническим войскам, отправляющимся на германский фронт. Мало кому известно, что на тихий Антверпен в годы войны было обрушено немецких ФАУ-2 раз, эдак, в десять больше чем на тот же Лондон. Как мало кому известно, что чуть ли ни в первый день ракетного обстрела одна из ФАУ-2 прямым попаданием угодила в кинотеатр. Дело было в выходной, в кинотеатре — битком и взрослых и детей. Никого из 562 зрителей того трагического киносеанса ракета в живых не оставила.

А в 1944 году сами британцы оказались виновниками трагедии, связанной с гибелью не просто ни в чем неповинных, но к тому же еще и больных детей. Самолеты ВВС Великобритании взяли курс на Копенгаген, имея целью разбомбить здание местного гестапо. Разведка, казалось бы, дала точные координаты. Но… Английская бомба попала не здание гестапо, а в детскую больницу. Погибло более ста детишек. Ошибка? Да! Трагедия? Безусловно!

Человечество знает немало эпизодов чудовищных преступлений фашистов времен Второй мировой войны. Эти два, насколько я осведомлен, не самые известные. А жаль. Дабы не повторялись новые трагедии, историю надо знать. И помнить.

Можно бесконечно рассуждать, в какой степени являются мирными жители, оказывающие сознательное содействие боевикам. Но гибель детей, тех, кто жизни-то еще не видел — это всегда чудовищно, несправедливо. И в этом всегда есть чья-то вина. Пусть чья-то больше, чья-то меньше, но вовсе невиновных не бывает.

Если учитывать чисто политическую ситуацию, которая сложилась в противостоянии Израиля с «Хизбаллой» на момент трагедии в Кафр-Кане, то прежде всего эта атака нанесла вред израильской стороне. И если бы она планировалась военными таким образом, то уж политики бы запретили ее точно. Недаром независимые военные аналитики сошлись в едином мнении: блестяще спланированная операция «Хизбаллы» Именно поэтому результаты ракетной атаки Кафр-Каны были израильской армией тщательно расследованы. К тому же в распоряжении комнадования ЦАХАЛа постиупила аналитическая справка с приложенной к ней видеозаписью. Эти материалы свидетельствуют, что беженцы из окрестных деревень заблаговременно были согнаны в трехэтажное здание в Кафр-Кане, уже покинутое боевиками. Себя-то они под удары израильской авиации подставлять не собирались. Беженцам, веротянее всего, объяснили, что налет израилськой авиации уже закончен и опасться им боее нечего. А может, и не олбъясняли ничего — кто они такие, чтобы объясняться с ними, привезли — и точка. Обеспечили их едой и питьем, создали более-менее сносные условия для ночлега. Все это уже было после первой ночной атаки ВВС Израиля. А под утро, додавшись самолета-разведчика, террористы выпустили «в белый свет» ракету — то ли со двора, то ли даже с балкона трехэтажного дома, в котором находились беженцы, в сонове своей — многодетные. Самолет-разведчик ракетную вспышку, естественно, засек, передал сообщение в штаб и — через несколько минут последовала новая атака, которая и привела к трагедии. Ни для кого теперь уже не является секретом, что «Хизбалла» кощунственно использует жителей ливанских деревень в качестве живого щита. Тому есть многочисленные свидетельства, в том числе и откровенно циничные высказывания Хасана Насраллы. Я сегодня не имею права что-либо утверждать категорично, так же как не вправе делать и скороспелых выводов. Но не сомневаюсь, что все результаты расследования трагедии в ливанской деревне будут еще не раз тщательно анализироваться, как в самом Израиле, так и в соответствующих международных организациях. И если данные израильских спецслужб, собранные в конце июля, получат свое подтверждение, то на сей раз, смею надеяться, мировое сообщество не останется к ним равнодушным.

Предоставив свои страницы военным аналитикам немецкая газета «Der Tagesspiegel» в статье «Смерть приходит из гаража» в те дни писала:

«Знали ли израильтяне, куда они наносили свои удары или нет, в любом случае «Хизбалла» одержала решительную победу в борьбе за благосклонность мировой общественности. К военной тактике «Хизбаллы» стоит присмотреться внимательнее, поскольку здесь вырисовывается поле битвы из будущего. Никакие боевики еще не использовали так искусно и систе6матично асиметрию боевых действий: «Хизбалла» занимает бункеры в населенных районах, а боевые действия ведет, прикрываясь мирным населением. По некоторым данным, ливанская семья получает по 100 долларов США в месяц за то, что укрывает в совеем доме или гараже «катюшу». Когда боец, приписанный к определенной ракете, получает приказ, он едет по адресу, где спрятана ракета и производит запуск. Вся операция занимает не более 15 минут.

«Хизбалла» — враг, которого нельзя поймать, и эта группировка является террористической организацией, наиболее хорошо вооруженной за всю историю. Регулярная армия, за которой внимательно следит вся мировая общественность и которая стремится к соблюдению международных законов военного времени, не имеет против такого противника ни малейшего шанса».

А «война без названия», как ее уже успели — извините за тавтологию — назвать в Израиле, все продолжалась, не делая передышек даже на ночь, и круглосуточно унося жизни людей по обе стороны границы. И глубоко ошибается тот, кто считает, что в самом израильском обществе эта война вызывала единодушное отношение. Об этом, кстати, свидетельствуют и многочисленные социологические опросы, проведенные как израильскими, так и международными институтами. Конечно, жители северных городов Израиля настрадались от непрестанных обстрелов «Хизбаллы» так, что большинство из них не желало от правительства и армии никакого иного завершения кроме полного разгрома террористов. Единодушны израильтяне были, пожалуй, только в одном, своем естественном желании увидеть свою армию победительницей. Но даже это чувство не могло заставить людей не думать о политических просчетах правительств — предыдущих и ныншнего, явных просчетов армейских стратегов.

У израильтян распространена довольно грубая, но весьма точная поговорка: «Израиль — это большое зеркало и какую рожу ты перед ним скорчишь, такую в ответ и увидишь». Так вот, если проводить параллель с этой поговоркой, то в дни войны израильтяне вновь заговорили, что не худо было бы еще раз, попристальнее вглядеться в самих себя. И тогда большое зеркало наверняка бы, не скрывая обидной правды показало, что все конечно знали, что «Хизбалла» все эти годы интенсивно вооружается, накапливает силы, укрепляет моральный дух своих боевиков и их благосостояние. И надо было не благодушествовать, а бить тревогу. Но так комфортно было отдыхать на севере, проводить там многочисленные карнавалы, любоваться его красотами, загорать на изумительном озере Кинерет, рыбачить в быстрых и прозрачных северных речушках. И так патриотично было говорить о любви к своей армии и ее солдатам, восхищаться, читая чуть не на каждом перекрестке призыв к автомобилистам: «Подвези солдата». И сотрудники службы безопаности международного аэропорта «Бен-Гурион» в Телль-Авиве, опрашивая улетающих граждан непременно интересуются отслужил ли и где конкретно твой ребенок, и если слышат отрицательный ответ, то напрягаются и устраивают настоящий допрос с пристрастием, чуть ли не подозревая такого гражданина в измене родине и подрыве ее обороноспособности. А то, что солдаты ходят в старом обмундировании, что правительства, не сомневаясь, что воевать не просто придется, а по сути постоянно приходится, экономили каждый шекель на военном вооружении — об этом как-то говорить было не принято. А если и говорили, то вскользь. Фрондерствующее население всегда найдет повод покритиковать правительство и упрекнуть его в жадности. Так что все было как всегда, все было привычным.

А потом «Хизбалла» убила трех и взяла в заложники двух солдат, ракеты попали в железнодорожный вагон с пассажирами и в элеватор. И Израиль удивился — ну как же, ведь Ливан, вроде, казался таким предсказуемым. Вот только в чем?.. Или кто-то мог и впрямь подумать, что безвольное ливанское правительство в состоянии оказать хоть малейшее влияние на решения шейха Насраллы и его мощных иранских и сирийских покровителей? Право, мне даже неловко в конце каждой из предыдущих фраз ставить инертные вопросительные знаки, когда вместо них кровавые восклицательные куда уместнее.

Вот только не совсем уютно чувствовал себя в первые дни ливанских событий врач из хайфской больницы «Рамбам» Хайтам Насрралла. В этой крупной израильской клинике вообще работает много врачей-арабов и специалистами большинство из них считаются отменными. Двадцативосьмилетний доктор Хайтам Насралла лечит пациентов в отделении интенсивной терапии, так что в июле раненых через его руки прошли десятки. Он закончил обучение в Италии и вернулся в Израиль, который считает искренне родным, так как прожил здесь всю свою жизнь. Поначалу явно повышенное и нездоровое к себе, а вернее к своей фамилии, внимание его раздражало, но постепенно он приучил себя не обращать ни на насмешки, ни на явно откровенные и частенько бестактные вопросы внимания и уж во всяком случае на них не обижаться.

— Я христианин, а Бог учит любить людей и прощать им слабости. Недавно один из сослуживцев мне говорит: «Слушай, доктор Насралла, ну на кой тебе надо всю свою жизнь ходить с такой позорной фамилией. Тем более, я знаю, ты жениться собрался. Потом еще и детей своих такой же фамилией «наградишь». У меня внутри все клокотало от такого вопроса, но я ему ответил, что эту фамилию я получил от моих родителей, а они люди честные, достойные и уважаемые. И если я своим трудом заслужу уважение людей, то и дети мои должны нашу фамилию не со стыдом носить, а с гордостью. А вот Хасан Насралла свою фамилию, а она по происхождению очень древняя и очень благородная, кровью запятнал. Так что это ему впору фамилию менять, чтобы меня и мою родню не позорить, — заключил Хайтам Насралла.

Кстати сказать, именно в хавфской больнице «Рамбам» рассказали мне о штурмане израильских ВВС, который в самый разгар боевых действий получил внезапный отпуск на сутки. Фамилию мне, правда, не назвали, ио по законам военной цензуры имена боевых офицеров называть нельзя. Так вот, этот самый штурман, назову его Н., еще несколько лет назад сдал кровь по программе поиска потенциальных доноров костного мозга. Так сказал, проявил сознательность и гражданское благородство. Уж как его нынче удалось разыскать медикам непонятно, но, видно, даже в напряжении боевых действий, воинские начальники с достаточным пониманием отнеслись к просьбе врачей. Итак штурмана вызвал его командир и сообщил, что Н. является единственным в стране донором, чья кровь подходит для какой-то малышки, больной лейкемией.

— Так что если ты согласен дать для этой девочки кровь, можешь быть 24 часа свободен, — объявил командир.

Н., не мешкая отправился в центр страны, где под Телль-Авивом, в небольшом городке ПетахТиква расположена самая крупная на Ближнем Востока детская клиника «Шнайдер». Там у него взяли костный мозг для больной малышки. Врачи сказали, что шансы на выздоровление у неее неплохие.

Вообще-то говоря, война войной, а люди-то, я, разумеется, говорю о нормальных людях, остаются людьми. Еще в самом начале боевых действий крупнейшая израильская газета «Едиот ахронот» опубликовала короткую заметку. Корреспондент этой газеты побывал на самом севере страны в маленьком городишке Нагария и взял блиц-интервью у жителей, которые в числе первых ощутили на себе удары «катюш». Один из горожан, человек весьма преклонного возраста на иврите, судя по всему, практически не говорил, но слова «катюша» повторял настолько часто, что журналист заинтересовался, чего это дед все время повторяет название ракеты. Кто-то из собравшихся охотно взялся переводить и история выяснилась достаточно символичная.

Хаим Вайсборода, репатриант из России, недавно отметил почтенный юбилей — 95 лет. Живет он один, но вполне еще бодр и, зазвав на день рождения соседей, даже позволил себе рюмочку пропустить. «Не больше, только рюмочку», счел нужным уточнить Хаим. А репортеру он поведал вот что:

— Я в годы войны, которую вы называете Вторая мировая, а мы, хотя и бывшие, но все равно советские люди — Великая Отечественная, воевал с фашистами. И когда у нас появились «катюши», я ими гордился. Я знал, что чем больше «катюши» убьют фашистов, тем меньше фашисты убьют евреев и вообще всех хороших людей. И что же теперь получаются? Раз «катюши» убивают евреев, значит, они оказались в руках фашистов. И главный фашист этот Насралла.

— Мне, конечно, сразу предложили уехать в центр страны и там меня где-то поселить, кто обо мне день и ночь заботиться будет. Спасибо этим добрым людям, но я отказался, — говорит Хаим Вайсборода. — Я не только никуда не поехал, я даже в бомбоубежище еще ни разу не был. Не то что я ничего не боюсь, вовсе нет. Но я уже столько пожил на свете, что мне пора уже ТУДА, — явно выделил он последнее слово. — И если я окажусь ТАМ, то вдруг попаду в рай и сам Всевышний вручит мне цветы за то, что Хаим Вайсборода всегда был порядочным человеком, — пошутил он.

Репортеру история со старым Вайсбородой показалась забавной, он эту коротенькую байку опубликовал и тут история получила неожиданное продолжение. Многолетний читатель «Едиот ахронот» — офицер службы тыла полковник Йехиэль Коферштейн прочитал заметку, она показалась ему не просто забавной, но и по-человечески тронула его сердце. И вот, оказавшись по делам службы в Нагарии он кое-как разыскал букет цветов, а в полуразрушенном городке это было ох как нелегко, потом уже, без особого труда, нашел квартиру Хаима Вайсбороды и когда старик открыл ему дверь, с порога, широко улыбаясь, произнес:

— Хаим, ты только не подумай, что я Всевышний, но ты же мечтал получить цветы, вот я тебе их и привез…

ПОДСЧИТАЛИ — ПРОСЛЕЗИЛИСЬ

(РАЗМЫШЛЕНИЕ К ИНФОРМАЦИИ)

«Прогнозы израильских экономистов по поводу второй ливанской войны весьма пессимистичны. Они опасаются, что связанные с этим расходы, прямые и косвенные, нанесут экономике страны достаточно ощутимый ущерб уже в 2007 году».

(Из сообщения израильской газеты «Вести»).

После первой недели бомбежек разрушения северных городов Израиля всех поразили, настолько они были велики. Уже ко второй неделе боевых действий народное хозяйство Израиля недосчитывалось пяти миллиардов шекелей, что по нынешнему курсу составляет чуть больше одного миллиарда американских долларов. Потери, болезненно ощутимые для любой экономически развитой страны, а уж для Израиля, с его хромающей на обе ноги экономикой, истощенной постоянно возрастающими военными расходами — тем более.

Неприятности, словно тропический ливень, все на своем пути смывающий, обрушились на головы фермеров, владельцев предприятий, хозяев гостиниц и прочих мелких и средних бизнесов, которыми так изобилует север страны, а также на наемных работников, сидящих без зарплаты в бомбоубежищах. В одной лишь Хайфе, а это напомню, третий по величине израильский город с населением в 800 тысяч человек, уже ко второй неделе боевых действий не работало 60 процентов предприятий и бизнесов. А чуть севернее Хайфы ситуация сложилась еще более удручающей. Если к этому добавить, что «катюши» превратили в пепелище десятки тысяч гектаров лесных и такое же количество сельскохозяйственных угодий, то станет понятно, что эквивалент денежных потерь от этого бедствия, близкого к стихийному, подсчитать удастся не скоро.

Опасения экономистов вполне понятны. Они пытаются подсчитать многомиллионные компенсации жителям севера, пострадавшим от ракетных обстрелов и определить размеры и без того серьезных бюджетных требований различных министерств и ведомств. Одно лишь министерство обороны требует очередных миллиардных (в шекелевом исчислении) дотаций, что совершенно понятно и объяснимо в нынешних условиях. Крупные непредвиденные расходы предстоят совершенно очевидно. Убытки владельцев бизнесов в зоне обстрела предполагаемый объем компенсаций, естественно, не втиснутся в бюджетные рамки. Председатель Госбанка Израиля Стенли Фишер хорошо осознает эту угрозу. Он намерен, прежде всего, попытаться максимально сохранить стабильный курс шекеля и в этом видит один из вариантов спасения. Дабы зарубежные инвесторы и кредиторы не потеряли доверия к финансово-экономической политике правительства и Банка Израиля.

Но уровень предполагаемой инфляции не может не превысить стандартные европейские показатели. И курс доллара, как ни старайся, по отношению к шекелю непременно поползет вверх. Местные иностранные вкладчики наверняка разочаруются в израильской валюте и в срочном порядке переведут свои шекелевые вклады в доллары.

В зоне военных действий оказалась значительная часть населения Израиля. Но вряд ли государство раскошелится по полной программе. Степень готовности правительства оплатить счета за ущерб, причиненный войной, во многом зависит от продолжительности противостояния ЦАХАЛа с «Хизбаллой», влияющего на масштабы ущерба. И речь не идет только о непосредственно военных действиях и боевых операциях. Даже если учесть, что августовская резолюция Совета Безопасности ООН, на первом хотя бы этапе, будет выполнена, в Израиле не могут не понимать, что «Хизбалла» по-прежнему представляет из себя реальную угрозу. А это не может не повлечь дополнительных бюджетных ассигнований.

Между военными расходами государства и ассигнованиями на выплату компенсации существует обратно пропорциональная связь. Чем больше потери, чем дольше будет сохраняться в регионе состояние нестабильности, тем меньше будут компенсации.

ГЛАВА 7

СВОДКА

За 9 августа 2006 г.

11 час.20 мин. Министр национальной инфраструктуры Израилья Биньямин Бен-Элиэзер: «На войну с «Хибаллой» нам нужно еще не менее двух недель. Многонациональные силы, которым предстоит войти в Южный Ливан, должны получить под свой контроль территорию, очищенную от «Хизбаллы».

12 час.00 мин. Центральное статистическое управление сообщила: за первую половину 2006 года в Израиль прибыло 8127 новых репатриантов из разных стран. На аналогичный период прошлого года был отмечен примерно такой же показатель: 8121 человек. Сравнительный анализ показал, что численность репатриантов из Великобритании США увеличилась в среднем на десять процентов, в то время как количество репатриантов из СНГ на пять процентов снизилось.

12 час.15 мин. Самолеты ВВС Израиля нанесли удары по району Баальбеке в Ливане.

12 час. 50 мин. Нидерланды выделят в помощь Ливану 3 миллиона долларов СШГА.

13 час.00 мин. Иранский аятолла обратился ко всем мусульманам с призывом помочь «Хизбалле» с оружием.

16 час.30 мин. Солдаты-резервисты жалуются, что получили неподходящее для войны в Ливане обмундирование.

17 час.50 мин. Премьер-министр Эхуд Ольмерт выступил с заявлением, что Израиль примет только ту резолюцию, которая обеспечит разоружение «Хизбаллы».

20 час.00 мин. Из Ливана поступило сообщение, что в боях с ЦАХАЛом погибло 400 боевиков «Хизбаллы».

22 час.30 мин. Начальник штаба Северного военного округа Израиля предупрдеил, что вероятность ракетных обстрелов из Южного Ливана все еще достаточно высока.

23 час.50 мин. Воздушная тревога в израильских городах Кирьят-Шмоне и Маалоте.

События в Южном Ливане не то чтобы оттеснили на второй план израильско-палестинскую проблему, но как-то, я бы сказал, несколько стушевали ее. И не даром самые крупные израильские газеты, как напоминание, день — через день выходили с огромными шапками на первых полосах: «ВОЙНА НА ДВА ФРОНТА».

Конечно, трудно сравнивать самодельные ракеты «кассам», скорее напоминающие кусок запаянной трубы, даже с теми же самыми «катюшами», не говоря уже о ракетах дальнего радиуса действия, фугасах и противотанковом вооружении, которыми снабжены боевики «Хизбаллы». И тем ни менее, острота израильско-палестинского конфликта ничуть не стала меньше. Тем боле, что далеко не только «кассамы» находятся в распоряжении палестинских террористов, а куда более современное вооружение. Как только начались военные действия на севере Израиля, южане (читай — палестинские террористические организации, включая ХАМАС) тотчас сделали однозначный вывод, что ЦАХАЛ сейчас сосредоточит всю свою военную мощь, политические усилия и международное влияние на Ливане, если быть еще более точным — на «Хизбалле», ее лидерах и покровителях. А в мутной воде, как известно, рыбка ловится лучше.

В архивах израильских газет я обнаружил две крохотные заметки, датированные 1995 годом. Процитирую их:

«ХАМАС ОТКАЖЕТСЯ ОТ ТЕРРОРА РАДИ БОЛЬШОЙ ПОЛИТИКИ?

Руководство Палестинской автономии сообщило о намерениях ХАМАСа подписать мирное соглашении и отказаться от террористической деятельности против Израиля. При этом хамасовцы заявили о своем желании принять участие в предстоящих в автономии выборах в качестве новой политической партии».

«ЙОСИ САРИД ОТПРАВИЛСЯ НА ПЕРЕГОВОРЫ К ПАЛЕСТИНЦАМ

Министр экологии Йоси Сарид, получивший неофициальное звание «главного переговорщика с палестинцами», сегодня должен прибыть в Газу, чтобы встретиться с Ясером Арафатом и обсудить с ним вопросы, связанные с переходом ко второму этапу выполнения Норвежских соглашений».

Оба эти сообщения как нельзя лучше характеризуют политическую атмосферу, царящую тогда в Израиле и в Палестинской автономии (ПА). Политики левого толка возликовали: не зря мы, дескать, утверждали, что ХАМАС — это не ФАТХ и не Организация Освобождения Палестины (ООП). Ну «увлеклись» хамасовцы террористическими актами, попали под влияние плохих дяденек, с кем не бывает. Зато теперь вот одумались, за ум взялись, хотят быть легитимной политической партией, участвовать в социальных и экономических преобразованиях, способствовать благоденствию своего многострадального народа. Умеренные правые пытались найти объяснение иного толка, но по сути с теми же оптимистическими выводами, приводя в качестве доказательства известную поговорку: если не можешь перевоспитать бандита, сделай его чиновником.

Весьма любопытными и в данный момент уместными, представляются воспоминания Шалома Шараби. Разведчики такого ранга вообще откровенничают редко, суть их деятельности, так же как и биографии — строго засекречены любыми спецслужбами мира. Но Шараби позволил себе приподнять завесу секретности не только потому что вышел в отставку, но еще и потому, что момент был особый.

Один из ведущих специалистов, начальник отдела оперативных разработок израильской внутренней разведки ШАБАК Шалом Шараби, впервые за 28 лет службы, откровенничает.

Шараби считает, что Абу-Мазен заслуживает большего доверия, но не уверен, что это может изменить ситуацию. Полагает, что похищенного солдата Гилада Шалита могут освободить только по приказу зарубежных руководителей ХАМАСа, но в тоже время полагает, что вести с ними переговоры невозможно.

Он не верит в чудеса, но надеется, что посредством давления на палестинскую общественность можно изменить политику лидеров ХАМАСа.

— Да, говорит Шараби. — Не исключаю мысли, что мы должны были быть с Абу-Мазеном более уступчивыми. Некоторые в ШАБАКе соглашались с моим мнением и мы не раз обсуждали его на своих заседаниях. На мой взгляд, эвакуация поселений и вывод армейских подразделений из Газы можно было согласовать с палестинцами, а не действовать односторонне. Во всяком случае можно было попытаться.

Службу в ШАБАКе он начал с должности охранника, а в последние годы возглавлял отдел по предотвращению шпионажа и подрывной деятельности. Своим мнением о коллегах, о палестинских партнерах по переговорам и о замкнутом круге, в котором израильтяне оказались в Газе, отставной разведчик поделился впервые.

— Политическое и оперативное руководство ХАМАСа, как известно, находится в Дамаске, — рассказывает Шараби. — Несмотря на постоянные контакты и некоторые возможности влияния палестинского руководства и боевиков, на разногласия во взглядах и методах действия, речь идет о иерархической и организованной структуре, в которой приказы вышестоящих не обсуждаются, а беспрекословно выполняются. И только принятое в Дамаске решение о прекращении обстрела «кассамами» и о возвращении похищенного солдата может изменить сложившуюся в Газе ситуацию. Но вести переговоры с ХАМАСом можно только в том случае, если эта организация прекратит свою террористическую деятельность, признает право Израиля на существование и изменит некоторые пункты своей идеологической программы. С врагом же переговоров не ведут. На мой взгляд, можно достичь некоторого взаимопонимания с лидерами ПА, несмотря на их ограниченные возможности и ослабление политической позиции.

Наше присутствие в Газе сейчас оправдано и необходимо для достижения двух целей — прекращения обстрелов «кассамами» и возвращения Гилада Шалита. Я надеюсь, что удары, которым подвергается Газа, вынудит местное руководство ХАМАСа обратиться в Дамаск с требованием пересмотреть свою жесткую политику. Палестинцы, как известно, обладают неограниченной способностью противостоять сложностям и выживать в самых трудных условиях. И все же, на мой взгляд, их сила выживания небезгранична. К тому же никакая властная структура не может позволить себе доводить свой народ до массового уничтожения и вызвать народное негодование. Полагаю, что ХАМАС придет к выводу, что похищение солдата было ошибкой, и попытается найти решение, дабы изменить создавшееся положение. Я не верю, что применение силовых методов повлияет на палестинцев. Скорее всего, нужно найти политическое решение проблемы.

Поскольку на данном этапе соглашение с ХАМАСом невозможно по целому ряду причин, Шараби считает, что все же необходимо попробовать действовать через Абу-Мазена, включая укрепление его политического статуса.

Шалом Шараби оказался в ШАБАКе можно сказать случайно. Он родился в 1953 году в Тель-Авиве, в семье выходцев из Йемена, приехавших в Израиль в конце тридцатых годов. Отец работал бухгалтером, мать была домохозяйкой. После школы — армия и он попадает в разведывательную роту. Разведка, как он сам считает, закалила его и подготовила к трудным боям в южном секторе Суэцкого канала в войне Судного дня.

В1974 году он закончил воинскую службу и поступил в крупнейший на Ближнем Востоке физкультурный институт имени Вингейта. Закончив, стал преподавать физкультуру в школе. Он решил, что ему нужно продолжать учебу, хотел стать психологом, поехать в США и вот тогда-то наткнулся на объявление в газете о наборе будущих студентов-израильтян в США в службу охраны. Как оказалось впоследствии, ШАБАК разыскивал претендентов на охранную службу в авиакомпании. Пройдя курс, подготовки сопровождающих самолеты авиакомпании Эль-Аль и личных телохранителей, он передумал ехать в США, предпочтя службу в разведке. В течение года он был личным телохранителем министра иностранных дел Израиля Моше Даяна и преьмер-министра Менахема Бегина.

Шараби вспоминает:

— Душевные и интеллигентные люди Бегин и его супруга Ализа относились к нам тепло и уважительно, заботились, например, чтобы галстук всегда соответствовал костюму, угощали традиционными блюдами. Но спустя год, я понял, что хочу большего, нежели быть просто телохранителем и обратился с соответствующей просьбой к своим руководителям. Просьба моя нашла понимание у начальства. Я получил направление на подготовку координаторов-следователей на базовом курсе ШАБАКа. В нашем семейном доме никто не говорил на арабском, а мне на курсах приходилось с утра до ночи читать и говорить на этом языке.

Шараби в совершенстве овладел палестинско-иерусалимским диалектом арабского разговорного языка. Впоследствии, работая на территориях, также в совершенстве освоил диалекты Газы и Хеврона, говор бедуинов. По его словам, знание местного разговорного диалекта основное условие выживания для израильского разведчика, проводящего большую часть времени в арабской среде.

После первого этапа учебы Шараби продолжил специализацию на курсе целевых разведчиков и присоединился к группе опытных координаторов ШАБАКа на территориях, которые с 1967 были разделены на секторы — Иудея и Самария, прибрежная полоса Газы, Синайский полуостров. Координаторы превратились в глаза и уши израильской службы безопасности. Они были досконально проинформированы обо всем происходящем в каждом секторе. По их усмотрению выдавались разрешения на экспорт и импорт товаров, они решали, могут ли студенты отправляться на учебу за пределы территорий.

— Должность координатора ШАБАКаа одна из самых ответственных в разведке, — снова вспоминает Шараби. — Двадцатипятилетний парень, начинающий с нуля, должен найти и привлечь к сотрудничеству агентов и связников, следить за их деятельностью. Работаешь до изнеможения, почти не бываешь дома. Даже на церемонию обрезания своего первенца я явился с опозданием… Координатор влияет на судьбы людей — убедить человека совершать поступки вопреки его религиозной принадлежности и вероисповеданию, сделать его сообщником, несмотря на другое мировоззрение, нелегко и непросто. Это могут сделать только сильные и влиятельные люди, заслужившие авторитет и доверие. Приходится налаживать доверительные отношения, иной раз даже на какие-то уступки идти, в бытовых вопросах помогать.

Оперативную деятельность Шараби начал в Синае в 1981 году, в разгар израильско-египетских мирных переговоров и накануне передачи Египту Синайского полуострова. Наиболее важными в тот период стали усилия ШАБАКа по предотвращению контрабанды оружия в Газу. Впоследствии он работал в Газе, в Ливане, в последующие годы активно действовал в бедуинском секторе.

После бедуинской эпопеи снова вернулся в Газу и прослужил там более десяти лет, поднявшись с должности окружного координатора до заместителя руководителя округа. В 1988 году он работает в лагере палестинских беженцев.

— Началась первая интифада, которую спровоцировала гибель палестинских рабочих в дорожно-транспортном происшествии при возвращении из Израиля на территории, — рассказывает Шалом Шараби. — Брожение и недовольство на палестинской улице было очевидным, но мы не предполагали, что сопротивление достигнет таких грандиозных масштабов и распространится также на Иудею и Самарию. В тот период я впервые встретился с лидером ХАМАСа шейхом Ахмедом Ясином, отбывающим срок заключения в израильской тюрьме. Ненависть, с которой шейх на меня смотрел, произвела на меня неизгладимое впечатление. Передо мной был немолодой человек в инвалидной коляске, с резким голосом, не оставляющим сомнения в его умении увлечь за собой массы. В искренность Ясина я никогда не верил. В условиях, которые он предложил, не было даже упоминания о изменениях в идеологической программе ХАМАСа. Не было никаких гарантий, что временное затишье, котрое предлагал шейх, не превратится в кровопролитную войну.

— Мне часто задавали вопрос, была ли оправданной последующая ликвидация Ясина. Думаю, что да. После его ликвидации лидеры ХАМАСа согласились на прекращение огня и приступили к реорганизации, не изменив, правда, ни одного пункта в своей идеологической доктрине. Хочу отметить, что отношение израильских служб безопасности к ХАМАСу менялось неоднократно. Эта структуры была создана как организация, оказывающая помощь социально-слабым семьям палестинцев. Израильская гражданская администрация на территориях поддерживала ХАМАС и даже сотрудничала с ним, так как казалось, что с этой стороны никакой угрозы не существует. Их деятельность того, раннего периода заключалась в основном в борьбе с коммунистами и хулиганами, пристрастившимися к алкогольным напиткам и наркотикам. Только в середине восьмидесятых, когда созданный Ясином ХАМАС начал усиленно вооружаться, шейх был впервые арестован израильскими войсками.

— Сотрудники разведывательного отдела ШАБАКа должны уметь правильно оценивать возможности и делать правильные выводы, — считает Шараби. — Помню встречу некоего высокопоставленного израильского офицера из руководства военного южного округа с палестинцами, во время которой они жаловались на трудности и проблемы, просили помощи. Офицер поверил палестинцам и тогда в беседу вмешался сотрудник ШАБАКа, разбирающийся в ситуации не по наслышке. В ответ на заданные им конкретные вопросы палестинцы начали увиливать от прямых ответов, заикаться, не могли скрыть растерянности.

— Поверьте, мы делаем все возможное в пользу своей страны: предотвращаем кровопролитие, создаем удобные условия для переговоров. В ситуации, когда взрываются автобусы, никто из политиков не решится на переговоры о мире. Точечные ликвидации лучше всего убеждают палестинцев, те начинают соображать, что при помощи террора политических успехов добиться нельзя, — утверждает Шалом Шараби.

…А мне припомнился 1996 год. Тогдашнему премьер-министру Израиля Биньямину Нетаниягу, чуть ли не как приватному адресату, пришло письмо от Ясера Арафата. Арафат писал, что в течение ближайших шести месяцев текст палестинской Хартии будет значительно изменен и израильское правительство, а господин премьер-министр Нетаниягу в первую очередь, должны понимать, что это исключительный политический акт, который в корне изменит взаимоотношение Израиля и Палестинской автономии. Но, как полагал Арафат, и Израиль сейчас должен сделать решительные шаги для позитивных перемен, не дожидаясь тех самых шести месяцев, когда текст Хартии будет изменен, поскольку, можно считать, это уже акт свершившийся.

Не лишним будет, наверное, напомнить, что палестинская Хартия на протяжении всего времени с момента ее принятия была одним из серьезнейших камней преткновения во взаимоотношениях Израиля с палестинцами. Израиль говорил о том, что невозможно вести полномасштабные переговоры с организацией, избравшей курс на полное уничтожение израильского государства и всех евреев. В те годы палестинская Хартия, а в автономии и стар и млад с гордостью говорили, что сей документ по сути — Конституция палестинцев, ровно наполовину всего своего текста действительно состояла из пунктов, призывающих к уничтожению Израиля, как государства, а равно и всех евреев. И вдруг такое письмо израильскому премьеру от палестинского лидера…

Рассказывали, что, получив сие послание, Нетаниягу поначалу даже несколько растерялся, хотя к людям слабохарактерным его никто не относил. Но было отчего. Письмо, как я уже подчеркнул, пришло по отнюдь не официальным каналам, хотя заявление было сделано вполне официальное и названы конкретные сроки исполнения. Кое-кто из советников израильского премьера даже высказывал мысль, что соратники Арафат могут не знать ни то что о письме и его содержании, но и о самой вероятности изменений текста Хартии — это было вполне в духе «раиса», как называли Арафата в автономии. Аккредитованные при израильском парламенте журналисты, разумеется, о письме узнали, но большого ажиотажа оно не вызвало, так как никто к этому серьезно не отнесся.

А спустя какое-то время в Рамалле, не помню уж по какому поводу, состоялась пресс-конференция журналистов с лидерами ПА. Рамалла — небольшой холмистый городок, прислонившийся к одной из окраин Иерусалима. Чистенькую, опрятную, застроенную зданиями белого камня Рамаллу, палестинцы торжественно именовали своей рабочей столицей. В отличии от грязной неопрятной, хаотичной Газы, с ее узкими и кривыми улочками, в Рамаллу и впрямь не стыдно было пригласить иностранцев, да и самим лидерам ПА, наверное. Доставляло удовольствие полюбоваться сверху на вольготно простиравшийся вожделенный Иерусалим.

На той пресс-конференции, о которой я веду речь, присутствовали как израильские, так и зарубежные журналисты. Никогда я не любил пресс-конференций (уж извините за столь откровенное признание), мне скучно и неинтересно на них было, потому как ценился во все времена только эксклюзив. Вел пресс-конференцию Абу-Мазен, незадолго до этого официально провозглашенный приемником Арафата. Махмудом Аббасом его в те годы никто не называл, да подозреваю, что мало кто и знал настоящую фамилию «правой руки» Арафата. Когда пресс-конференция завершилась, я под каким-то предлогом задержался, остановил уже выходящего из зала Абу-Мазена и без лишних слов протянул ему свою визитную карточку. На мое репортерское счастье, он не сунул ее тут же в карман, а вежливо прочитал. Узнав, что податель визитки — главный редактор «Международной газеты», Абу-Мазен очень любезно сказал, что у него есть несколько свободных минут и он готов ответить на мои вопросы. Мы недолго поговорили о международных связях ПА, потом отвечая на мой вопрос о политической биографии самого Абу-Мазена он обмолвился, что докторскую диссертацию защищал на кафедре истории Ленинградского госуниверситета. Сам по себе этот факт сенсацией не являлся — многие представители арабских стран учились в советских вузах, но темой докторской диссертации я поинтересовался.

— Я писал докторскую о сионистском движении и его распространении в мире.

— Довольно удивительно, что именно вы выбрали такую тему, — заметил я.

— Ну что же здесь удивительного, — возразил мой собеседник. — Учение врага и его идеологию нужно знать не хуже самого врага. — И тут же поняв, что сказал лишнее, добавив в последующую фразу шутливую интонацию, поправился. — Ну это мы тогда считали, что сионисты — наши враги.

— Сейчас, стало быть, так не считаете? — не упустил я возможность как следует обработать почти даром доставшийся «мяч».

И тут я получил подарок, поистине для журналиста сказочный. Не отвечая впрямую на мой слишком уж прямолинейно построенный вопрос, Абу-Мазен заговорил об ином:

— Вы, как я понял, гражданин Израиля. Так вот, известно ли вам что-нибудь о нашем намерении изменить текст палестинской Хартии и о изъятии из него тех пунктов, которые касаются Израиля и евреев?

— Известно, что Нетаниягу получил письмо по этому поводу от Арафата, но особых подробностей, честно говоря, не знаю.

— Вот видите, — с удовлетворением отметил Абу-Мазен. — Даже израильская пресса не удосужилась сконцентрировать свое внимание на этом поистине историческом для нас всех моменте. Как же вы не понимаете, что Хартия имеет для нашего народа особое, святое значения. Это и наша Конституция, и наше знамя, и наша идеология. Да еще вчера палестинцы и думать не могли и не смели, что текст Хартии может быть изменен, а сегодня мы эту работу уже проводим. У нас даже готов вариант, рабочий конечно, в котором изъяты все касающиеся Израиля пункты. Понятно, что мы испытываем сильнейшее сопротивление внутренней оппозиции и для того, чтобы это сопротивление преодолеть, нужно время и время немалое. Я уж не говорю, что сам технический процесс — составление нового текста, его обсуждение, да в конце-концов чисто техническое издание новой Хартии — на все это тоже требуется время. И когда мы говорим, что новая Хартия не просто будет составлена, а уже и опубликована через полгода, в Израиле нам не хотят верить. Разве это не обидно? — заключил он свой горячий монолог.

И тут у меня появилась поистине шальная мысль, которую я тут же и озвучил:

— Господин Абу-Мазен, вы уже знаете, что я главный редактор «Международной газеты». Эта газета распространяется в Израиле и еще в одиннадцати странах мира. И я хочу предложить следующее. Вы предоставляете мне сейчас текст Хартии в том виде, каким он является сегодня, и подчеркиваете те пункты, которые намерены из документа изъять. Я, как главный редактор газеты, обязуюсь на двух развернутых страницах опубликовать оба варианта. Это будет очень наглядно: на левой странице — текст существующей Хартии, на правой — проект предполагаемой. Разумеется, в своем комментарии я укажу, что новый текст представляет из себя рабочий вариант. Если через полгода, как вы утверждаете, будет опубликована новая палестинская Хартия, эта газета, а она официально зарегистрирована министерством юстиции Израиля, станет лучшим документальным подтверждением вашей правоты и намерений.

Абу-Мазен задумался надолго, я уж стал опасаться, что его молчание — форма вежливого отказа, когда он вновь заговорил:

— Это очень интересное предложение. Но я не могу принять решение по такому важному для нас вопросу единолично. Насколько я знаю, Арафат уже приехал. Подождите здесь, я попробую к нему зайти.

Его не было около часу. Но побыть в одиночестве мне не давали. Каждые несколько минут появлялся какой-то человек, вежливо, но настойчиво предлагающий мне поочередно, кофе, чай, прохладительные напитки, сэндвичи. Я полагал, что мои отказы дадут понять, что в его услугах я не нуждаюсь, но он появлялся вновь и вновь. Наконец, вернулся и Абу-Мазен.

— Идемте, председатель нас ждет.

Арафат в своем просторном кабинете стоял возле палестинского флага. Выглядел он точно так, как на портретах, известных всему миру. «Раис» произнес одну-единственную фразу: «Я согласен», и на этом аудиенция была закончена. Вполне возможно, он считал, что сделал для израильского журналиста и так слишком много, удостоив его чести лицезреть себя. Как бы там ни было, но уже через несколько минут мне принесли текст Хартии на русском языке и в брошюрке чьей-то аккуратной рукой были отмечены пункты-призывы, предлагающиеся забвению. Конечно же, я все это опубликовал, но по прошествии полугода никаких изменений в Хартии не произошло и материал это, как говорится канул в Лету.

Умер Арафат, успев перед смертью немало попортить крови Абу-Мазену, в Палестинской автономии сменилась одна власть, пришла другая, ХАМАС, по прошествии десяти лет, все же выиграл недавние парламентские выборы и, получив политическое влияние, от бандитских замашек не отказался. Да и Хартия, хотя впоследствии кое-какие изменения претерпела и под давлением международного сообщества наиболее экстремистские высказывания острые углы уж слишком откровенно фашистских высказываний чуток сгладила, хотя и в нынешнем варианте все же содержит в себе все основные пункты, свидетельствующие документально об агрессивных намерениях ее составителей по отношению к Израилю. Уже в начальной главе, озаглавленной «Структура документа» сказано: «Палестинская Хартия состоит из 33 параграфов и карты Палестины, являющейся неотъемлемой частью Хартии. Хартия изображает территорию единого палестинского государства. Все названия населенных пунктов на ней даны в арабском и английском вариантах, но не на иврите и не в израильском варианте». Если перевести канцелярский язык на общедоступный, то означает лишь одно — на карте палестинского государства израильского государства нет и быть не может по определению. Да и на кой, спрашивается, изображать на карте Израиль, если, к примеру, параграф 22 Хартии, в частности, гласит: «Освобождение Палестины уничтожит сионизм…».

А теперь — анекдот. На одной из конференций по проблеме урегулирования израильско-палестинского конфликта, кто-то из выступающих со стороны Израиля сказал:

«Прошу заранее прощения за небольшой экскурс в древнюю историю и в качестве вступления к моей речи. Когда Моисей вывел народ свой к земле обетованной, то увидел он реку Иордан. Снял с себя Моисей одежды, ступил в прозрачные струящиеся воды святой реки, смывая с себя пыль пустынных песков и сорокалетнюю усталость, и вознес хвалу Господу Богу за то, что помог ему вывести евреев из рабства. А когда Моисей вышел на берег, то обнаружил, что одежды его нет, ее украли палестинцы…

— Наглая ложь! — гневно прервал израильтянина вскочивший со своего места Арафат. — Никаких палестинцев здесь тогда еще и в помине не было.

— Вот как раз об этом я и хочу сегодня поговорить более подробно, — ответил израильтянин.

Не вдаваясь в историю времен Моисея, следует все же вспомнить, что даже в начале Двадцатого столетия никакой палестинского народа внутри арабского этноса еще не было, как не существовало и отдельных наций. В 1947 году Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций предложила создать еврейское и арабское государства на территории подмандатной Палестины. Арабы не приняли этого решения. Часть из них, преимущественно арабы-христиане, все же остались на территории Израиля, стали впоследствии гражданами этого государства, иные предпочли скитаться, все больше и больше превращаясь в изгоев даже собственного народа. Вот их-то, арабов, периодически изгоняемых соплеменниками чуть ли не из всех арабских государств, и стали называть «палестинцами», непременно при этом обозначая кавычки, как неизбежное определение чего-то условного. Самое, пожалуй, в этом парадоксальное, что именно Израиль, едва ли ни первым, стал употреблять в СМИ это слово без кавычек, по сути дела легитимизировав само понятие — «палестинцы». Но суть-то, как водится, не столько и не только в названии и четком следовании правописанию. Суть, понятно, в ином. Победив в войне 1967 года, Израиль аннексировал территории у Египта и Иордании, а вовсе ни у какого-то мифического «палестинского государства». И если уж речь идет о передаче этих земель, то следует этот вопрос рассматривать исключительно в соответствии с международным правом. Вполне можно допустить, хотя бы теоретически, что Израиль в качестве жеста доброй воли, либо мирной инициативы может эти земли уступить. Но, если придерживаться все тех же международных норм и законов, эти земли следует возвратить… Кому? Египту, Иордании, Палестинской автономии или все же государству, которое готова признать Организация Объединенных Наций? Но ведь известны десятки примеров проживания различных наций и народностей в пределах различных государств мира. Однако не принимает же ООН директивные резолюции, обязывающие Канаду дать независимость Квебеку, Турцию — курдам, Бельгию — валлонам, Россию — Чечне.

Но Арафат в свое время определил самую важную градиенту. Палестинцы будут волновать мировое сообщество ровно до тех пор, пока они находятся в состоянии конфликта с евреями. А самый звонкий, самый громкий и заметный всему миру вид конфликта — это, как проверено веками, конфликт вооруженный. Одна из сочувствующих сторон пытается урегулировать ситуацию дабы помочь Израилю, с другой стороны реакционно настроенные страны вполне устраивает, что можно воевать с ненавистным сионистским врагом мало того, что не собственными руками, но и еще и превратить это безнаказанное убийство в сладостно перманентное состояние. В обоих случаях на палестинцев обрушивается дождь международных грантов, субсидии международного сообщества, гуманитарная помощь. На эти деньги, львиную долю из которых расхищают «идейные борцы с сионизмом», то бишь чиновники ПА, конечно же не зашикуешь. Но, с другой стороны, вполне достаточно, чтобы не думать о хлебе насущном и вместо выращивания овощей мастерить у себя дома незатейливые игрушки под названием «кассам», несущие смерть, хорошо ли плохо, но оплачиваемую. Это что касается действительно мирного населения. Боевики же ООП, а шахиды в особенности, оплачивались совершенно по иной «тарифной ставке».

В свое время Организация освобождения Палестины явила собой миру совершенно новый тип терроризма. И дело было даже не в том, что она была щедро профинансирована, оснащена современным на тот период вооружением, включая установки залпового он «Град», и насчитывала в своих рядах десятки тысяч боевиков. Принципиальное отличие ООП от всех существующих тогда террористических организаций было в том, что подавляющее число ее боевиков стали таковыми не по убеждению, а от полной безысходности, отсутствию какого-либо иного жизненного выбора. Большинство этих людей выросли в лагерях беженцев, которые, собственно, и создавались вполне осознанно, как рассадники и базы подготовки террористов. Арафат не терпел инакомыслия. Он строго следил за тем, чтобы у мужчин, живущих в лагерях беженцев не было никакой работы, образования, развлечений или увлечений. У него мог быть только автомат, и деньги, которые (а это должны были знать все!) получены лично от «раиса». От его «взгляда» нельзя было укрыться нигде, ну разве что в «сортире» — портреты строгого Арафата висели повсюду. Замечу, кстати, что врученный Арафатом автомат не всегда был направлен против Израиля. ООП решила захватить власть в Иордании, но после двух покушений на короля Хусйна, иорданцы начали резню с ооповцами, в результате чего палестинцы были с позором из страны изгнаны.

Отведав крови, боевики ООП решили попробовать свои силы в Ливане, где объектом их бандитизма стали христиане-фалангисты. Но тут они получили неожиданный отпор от «братьев»-сирийцев, которые не потерпели постороннего вмешательства на то, на что они претендовали сами.

Два этих поражения не прошли для Арафата бесследно: поредели как его ряды, так и касса. А уж с этим мириться было уже никак невозможно. И тогда миру предстал иной Арафат — радетель за нужды собственного многострадального народа. Газеты стали пестреть фотографиями убогих истощенных детей и взрослых. Гибнущий от голодного истощения палестинский народ не мог не вызвать сочувствия даже в холодных европейских сердцах. Европа прослезилась и раскошелилась. Евросоюз посчитал, что на пропитание голодающих палестинцев миллиарда долларов в год будет вполне достаточно. Как минимум, три четверти этих денег немедленно переправлялись на счета лидеров ООП в надежные банки благополучных стран и оффшорных зон, остальные были «честно» разделены. Преимущество при дележки получали шахиды. Как уже сформировавшиеся, так и потенциальные. Если в безработной многодетной семье было десять детей и половина из них отдавалась в шахиды, то такой семье о пропитании уже беспокоиться было нечего.

Но аппетит, как известно, приходит во время еды. От международных субсидий после «честной» дележки оставалось с каждым разом все меньше и меньше, а ропот среди населения автономии все нарастал и о жданости Арафата и его приемников стали говорить уже открыто. Собственно говоря, непомерная жадность предыдущей администрации ПА и позволила ХАМАСу одержать столь легкую победу на выборах…

В последние годы отношение к палестинской проблеме европейского и даже просвещенного американского общества существенно изменилось. Если с начала шестидесятых и вплоть до восьмидесятых годов даже самые жесткие действия израильтян находили моральную поддержку, то позже появилось весьма обтекаемое «понимание» бед и нужд палестинцев. Все чаще в мировых СМИ стали появляться аналитические статьи, в которых и Израиль еще в общем-то резко не осуждался, но и действия палестинцев по мнению аналитиков новой волны находили, как минимум, понимание. Впоследствии тон этих комментариев и последующее за ним вновь сформированное мировое общественное мнение стало все чаще и гораздо резче осуждать реакцию Израиля на теракты, чем сами теракты, проводимые палестинцами. Особенно ярко этот диссонанс стал заметен после взрывов автобуса в Тель-Авиве и дискотеки в самом многолюдном месте тель-авивской набережной. Об убитых израильтянами палестинцах мировые СМИ говорят надрывно, осуждая, в выборе резких до оскоробления выражений себя не сдерживая, а о том, что убитые были либо лиедрами террористов, либо опасными террористами упоминается в лучшем случае вскользь, а то и вовсе умалчивается. Кстати сказать развитиые западные страны, оказывающие Палестинской автономии существенную материальную помощь, зачастую прекрасно осведомлены о том, что большая часть средств идет либо на нужды террористов, либо просто разворовывается их лидером. Финансовые потоки, однако, от этого знания и понимания ничуть не становтся меньше. И было бы верхом наивности и благодушия списывать все на навязший в зубах так называемый «двойной стандарт», ибо из двойного он вырос уже в какой-то поистине геометрической прогрессии и сейчас стандартов этих в современной политике, пожалуй, и не счесть. А не худо бы напомнить политикам, чаще всего страдающим незнанием родного языка, что в любом наречии стандарт, то есть определенная норма, он стандарт и есть. И так же как по меткому выражению Булгакова осетрина не может быть второй свежести, так и стандарт бывает только единым, на то он и стандарт, особенно в подходе к такому понятию, как борьба с международным терроризмом.

ХАМАС, неудержимо рвавшийся к власти в Палеатинской автонмии, безусловно, учел все эти весьма и весьма серьезные обстоятельства. И то, что расход поступающих в ПА инвестиций практически никем не контролируется, и благоприятно сложившееся за последнее десятилетие общественное мнение, и то, что в любом варианте переговоров по израильско-палестинскому конфликту в итоге всегда оказываются виноватыми израильтяне. Достаточно было изучить, да хотя бы бегло просмотреть, все документы последнего времени, чтобы понять: на то, что администрация ПА раз за разом срывает все договоренности, не выполняет международные резолюции и меморандумы, перестали обращать внимание вовсе. Ну, максимум, если речь идет о каком-либо вопиющем случае, могут заявить, что неправильно была составлена сама резолюция. Но и в этом, понятно, вины палестинских радикалов нет.

Все это не могло не создать ощущения полной безнаказанности у палестинских боевиков самого разного толка. И прежде чем израильская армия начала свою операция «Летние дожди» со стороны автономии грянул настоящий «летний гром».

Вооруженный до зубов «парламент»

(Размышление к информации)

«Исмаил Хания определил те позиции, которые устроили бы ХАМАС. Премьер-министр Палестинской автономии заявил, что для урегулирования конфликта Израиль должен создать все необходимые предпосылки к возвращению палестинских беженцев, вернуться к границам 1967 года, дать точные гарантии прекращения ЦАХАЛом точечных ликвидаций боевиков и прекращения боевых действий. В качестве одного из основополагющих требований Исмаил Хания выдвинул создание Палестинского государства н территории сектора Газы и на Западном берегу реки Иордан».

(По сообщению информагентств).

ХАМАС — аббревиатура полного названия организации «Харакат аль-мукавама аль-исламия», в переводе с арабского — «Исламское движение сопротивления».

Организация была основана 14 декабря 1987 года в г. Газа шейхом Ахмедом Ясином, который провозгласил, что «любого еврея следует считать военным поселенцем и наша обязанность убить его». Стратегической целью организации шейх Ясин провозгласил освобождение всей Палестины от моря и до Иордана. Шейх заявил, что нет цели более святой и важной и Палестина должна стать центром арабского и мусульманского мира.

ХАМАС призывает к физическому уничтожению евреев, преследует христиан, левых деятелей, отстаивающих светский путь развития, арабов, сотрудничающих с Израилем. За время своего существования ХАМАС совершил больше терактов и убил больше израильтян, чем все остальные палестинские террористические группировки вместе взятые.

Международная террористическая организация ХАМАС была основана шейхом Ясином из двух группировок, действующих в секторы Газы, официально зарегистрированные как культурно-просветительские ассоциации: Крыло братьев-мусульман западного берега реки Иордан и сектора Газы и Исламского джихада Палестины. Обе организации долгое время даже пользовались поддержкой в самом Израиле. В Израиле полагали, что ХАМАС может стать противовесом влиянию Организации освобождения Палестины (ООП) и другим палестинским националистическим и коммунистическим организациям. По непроверенным данным, Израиль одно время даже частично финансировал ХАМАС.

Штаб-квартира ХАМАС находилась в Тегеране, но в отличии от организации «Джихад», действующей под контролем Ирана, ХАМАС сохранял и сохраняет значительную самостоятельность в выборе стратегии и тактики борьбы. Значительную активность проявляют легальные структуры ХАМАСа, осуществляющую пропаганду и вербовку членов через мечети и социальные учреждения. ХАМАС также структурирован по принципу местонахождения лидеров одного из составляющих организацию крыльев. Организация имеет политическое (легальное) и военное (нелегальное) крылья. Легальное крыло занимается вербовкой, ведением пропаганды. Военное крыло (так называемые бригады Из ад-Дина аль-Кассама, именем которого, кстати, и названы самодельного производства ракеты, выпускаемые по Израилю) проводит военные операции.

Идеологически и структурно движение близко международной организации «Братья мусульмане», штаб-квартира которой находится в Каире. «Путь у нас один и цель одна: распространение Ислама и установление исламского порядка в мире, — говорил еще в 1998 году в Газе тогдашний духовный лидер ХАМАС шейх Ахмед Ясин. — Ислам побеждает и победит».

Однако ХАМАС, в отличии от братьев-мусульман — это исключительно палестинская организация, и главной ее задачей является не столько пропаганда исламских ценностей и даже не столько построение исламского государства, сколько освобождение палестинских земель от израильтян. В отличии от многих других палестинских движений ХАМАС добивается ухода израильтян не только с земель, захваченных в ходе войны 1967 года, но и с земель, занятых в войне с арабами в войне 1948 года.

Для достижения этой цели движение не гнушается использовать самые жесткое и грязные средства. Большинство террористических атак, совершаемых в магазинах, ресторанах и автобусах израильских городов, это дело рук боевиков ХАМАС, а также дугой экстремистской организации — «Исламского джихада». Бывший руководитель израильской спецслужбы МОССАД Дани Ятом в свое время подтвердил, что в конце восьмидесятых израильтяне не особо мешали созданию ХАМАС. Расчет был на то, что движение займется исключительно благотворительной и политической деятельностью и нанесет удар по популярности арафатовского Движения за освобождение Палестины (ФАТХ). С последним у израильтян отношения тогда не ладились.

ХАМАС признан террористической организацией властями США и Израиля. Однако до лета 2001 года израильские военные придерживались негласного правила — уничтожать только боевиков из военизированного крыла движения. В 2001 году израильский премьер Ариэль Шарон распространил тактику точечных ликвидаций на политических лидеров ХАМАС. Так, 22 марта 2004 года израильской ракетой был убит духовный лидер организации шейх Ахмед Ясин. Меньше чем через месяц, в апреле 2004 года, израильтяне уничтожили другого лидера ХАМАС — Абдель-Азиза ар-Рантиси.

Сегодня наиболее известные лидеры организации — это Халед Машаль (курсирует между Катаром и Сирией), а в самой Палестине — Махмуд Захар и Исмаил Хания. Европейский союз в 2002году признал террористическим только боевое крыло движения, однако через год это решение распространилось на всю организацию. Россия не включает ХАМАС, «Исламский джихад», также как и «Хизбаллу», в свой список террористических организаций. Само собой разумеется, что не называют ХАМАС террористическим и арабские страны.

Руководящим органом движения является консультативный совет (Маджлис аль-шура), в который входят наиболее известные лидеры движения. После ареста в 1991 году шейха Ахмеда Ясина ХАМАС возглавил назначенный Ясином Муса Абу-Марзук, живший с 1974 года в США, где занимался сбором средств для организации «Братья-мусульмане». Марзук провел реорганизацию, усовершенствовал структуру, назначил на руководящие должности несколько молодых выдвиженцев.

Муса Абу-Марузк предпринял значительные усилия в сфере улучшения финансирования организации, а также привлечения новых сторонников. При нем были открыты филиалы ХАМАС в США, Европе, Саудовской Аравии, Иордании, Сирии, Ливане, Иране. Цели террористических операций ХАМАС — деморализация населения, дискредитация политических, социальных, военных и силовых структур Израиля. ХАМАС вербует боевиков в университетах, школах, мечетях. Создает отряды шахидов, которым внушается, что гибель во имя Ислама — самый короткий и верный путь в рай. Шахиды в возрасте от 18 до 27 лет — из бедных семей, часто неграмотны, что облегчает лидерам организации идеологическую обработку, которая практически ведется методами, близкими к зомбированию. Последнее время зарегистрированы случаи, увы уже нередкие, когда шахидами становятся даже дети. Так, израильскими спецслужбами был задержан восьмилетний ребенок, обвязанный так называемым поясом шахида и пытавшийся привести его в действия на КПП.

Один из лидеров ХАМАСа Ахмед Баха обосновывает акты шахидов: «Такие действия не являются самоубийством, мы называем их акциями джихада. Коран рекомендует джихад в борьбе против врага. Аллах разрешает отвечать врагу ударом на удар. Это месть Аллаха, а не человека. Именно он выбирает героя, который приносит себя в жертву, и никто больше. Воля Аллаха должна исполняться».

Приняв участие в недавних парламентских выборах в Палестинской автономии (ПА), ХАМАС набрал большинство парламентских голосов: 74 мандата из 132 возможных — и по сути дела обрел реальную власть в автономии. Для сравнения — ФАТХ получил всего 45 мандатов.

21 февраля 2006 года премьер-министр ПА Абу Мазен поручил Исмаилу Хания, возглавлявшему избирательный список ХАМАСа, создать правительство, которое впоследствии сам Хания по сути самочинно и возглавил.

Исмаил Абду Аль-Салам Ахмед Хания родился в 1963 году в лагере беженцев в секторе Газы. Его семья происходит родом из маленького поселка Джора, что неподалеку от Ашкелона. В этой же деревне родился и Ахмед Ясин. Начальные и средние классы Исмаил Хания окончил в школе ближневосточного агентства ООН для помощи палестинским беженцам и организации работ. Старшие классы окончил в школе Аль аз-Хария в Газе. Первую академическую степень по арабскому языку получил в Исламском университете в Газе. Во время учебы принимал активное участие в деятельности исламских студенческих организаций, из которых впоследствии вышли многие активисты ХАМАС.

В 1983–1984 годах Хания был активистом в студенческом комитете Исламского университета, а до 1986 года возглавлял этот комитете. Именно в тот период он очень сблизился с Ахмедом Ясином.

Из-за террористической деятельности, проводимой организацией ХАМАС, Исмаил Хания несколько раз арестовывался израильскими силами безопасности. Впервые он был задержан на 18 дней 24 декабря 1987 года во время первой интифады. Несколько недель спустя, 15 января 1988 года его арестовали и заключили в административную тюрьму на шесть месяцев. 18 мая 1989 года Хания был арестован в третий раз и отбыл трехлетнее тюремное заключение. Освободили его в мае 1992 года. Но уже в декабре он вынужден был покинуть Палестину и был вместе с другими боевиками изгнан в ливанскую деревню Мардж Зухор. В Газу Хания вернулся лишь год спустя.

Свою «академическую» карьеру Исмаил Хания начал как секретарь совета попечителей Исламского университета в Газе. Позднее он возглавил университетскую администрацию, был членом совета попечителей, проректором и даже членом высшего совета директоров университета. Эта его деятельность соответствовала установкам ХАМАСа, придающего особую важность деятельности в университете с целью внедрения в студенческие круги радикальной исламской идеологии и вербовки новых членов в организацию, включая также ее оперативно-террористическое крыло.

Свой статус в организации ХАМАС Хания приобрел благодаря близким отношениям с Ахмедом Ясином. В 1997 году, после освобождения Ахмеда Ясина из тюрьмы, Хания стал руководителем его канцелярии. Эту должность он занимал вплоть до ликвидации израильтянами Ясина в 2004 году. Будучи преданным Ясину человеком, он был назначен членом высшего комитета ХАМАСа для проведения переговоров с другими палестинскими организациями и руководством Палестинской автономии.

Возглавив правительство ПА и организацию ХАМАС, Хания практически лишил власти нынешнего председателя автономии Махмуда Аббаса (Абу Мазена). Недавно, в разговоре с госсекретарем США Кандолизой Райс, Абу Мазен даже пригрозил ей отставкой. Темой разговора, который велся на повышенных тонах, стала ситуация в секторе Газы. Райс потребовала от Абу Мазена применить свою власть и помочь освободить солдата Гилада Шалита.

«Какую власть? У меня уже давно нет никакой власти и Израиль первый постарался, чтобы у меня не было никаких прав. Я не могу выплатить зарплату даже своим помощникам!» — ответил Абу-Мазен. Он вновь повторил свою идею, которая возникла у него еще несколько месяцев назад — о своем выходе в отставку, роспуске палестинской администрации и упразднении Палестинской автономии.

«Какая автономия?! Мне уже многие говорят, что без нее было бы лучше и я с ними согласен», — сказал председатель ПА.

ГЛАВА 8

РАСШИРЕННАЯ СВОДКА

за 12 августа 2006 года

00:00. ВВС Израиля обстреляли заправочную станцию «Хизбаллы» возле Бааль-Бека, а также мост через реку Аазрани с целью уничтожения инфраструктуры «Хизбаллы».

За минувшие сутки ВВС ЦАХАЛа атаковал более 120 целей на территории Ливана, в том числе: 60 зданий и руководящих центров «Хизбаллы», 8 пусковых ракетных установок, 3 группировки боевиков, подходы к ракетным установкам и мосты, которые использовались для доставки вооружений, 5 автомобилей, в которых перевозили оружие, 3 заправочные станции и 2 туннеля.

01:00. Глава правительства Эхуд Ольмерт порекомендует министрам поддержать резолюцию Совета Безопасности ООН, регламентирующую прекращение огня между Израилем и «Хизбаллой». Израильские власти выразили удовлетворение тем, что в проект резолюции были внесены пункты о требовании незамедлительного возвращения захваченных солдат и о постепенном выводе израильских войск из Ливана.

Несмотря на это, наземная военная операция продолжается по заранее принятому плану до заседания правительства, на котором будет принято решение по поводу прекращения или продолжения военной операции.

Правительство Ливана также соберется на специальное заседание, чтобы обсудить проект резолюции о прекращении огня.

02:00. Представитель МИД Израиля сообщил, что действия израильских войск на территории Ливана призваны подготовить почву для размещения в Южном Ливане регулярных войск армии страны.

03:00. Разрешена к публикации информация о том, что в пятницу в деревне Рашаф в Южном Ливане погиб резервист ЦАХАЛа, еще один военнослужащий получил ранения средней степени тяжести. Информация была опубликована с задержкой из-за сложностей с доставкой тела погибшего в Израиль. Сообщение о гибели военнослужащего передано его семье. Число погибших израильтян выросло до 125 человек: 84 военнослужащих и 41 мирный житель.

Совет Безопасности ООН единогласно утвердил текст резолюции о прекращении огня в Ливане, представленный Францией и США. Согласно этой резолюции, в Южном Ливане будут размещены 15 тысяч сотрудников миротворческого контингента ООН UNIFIL. Предусмотрен поэтапный вывод израильских войск. Согласно тексту документа, замешанные в конфликте стороны должны будут прекратить военные действия: «Хизбалла» должна будет прекратить нападения и ракетные обстрелы, а Израиль должен прекратить все военные действия в Ливане. В тексте сказано, что «необходимо вернуться к причинам, повлекшим за собой текущий кризис, включая безусловное возвращение захваченных военнослужащих». Метод возвращения солдат резолюция не конкретизирует.

06:00. Резолюция номер 1701 Совета Безопасности ООН упоминает необходимость возвращения захваченных израильских военнослужащих в «предварительном параграфе». Так же, в «предварительном параграфе», упоминается необходимость «решения проблемы ливанских заключенных, находящихся в Израиле». В «действительных параграфах» резолюции Израилю предписывается прекратить наступление и поэтапно вывести свои войска из Ливана, а «Хизбалла» должна прекратить нападения. ПОЛНЫЙ ТЕКСТ резолюции Совета Безопасности ООН о прекращении огня в Ливане.

07:00. За сегодняшнюю ночь солдатами Армии обороны Израиля уничтожено не менее 10 террористов «Хизбаллы».

09:00. Ливанские СМИ сообщают, что в результате последней атаки ВВС Израиля в Южном Ливане погибли 4 человека. По утверждению ливанских источников, самолет ВВС Израиля атаковал грузовик в деревне аль-Кариб.

11:00. Как сообщает АР со ссылкой на ливанские источники, ВВС Израиля нанесли удар по пограничному переходу между Ливаном и Сирией. По утверждению ливанских источников, в связи с последней атакой ВВС Израиля пограничный переход прекратил свою работу.

В деревне Атири в Южном Ливане трое израильских солдат получили ранения средней степени тяжести.

12:00. Как сообщает АР со ссылкой на ливанские источники, в ночь на субботу, 12 августа, в районе деревни Рандурия (15 км на юго-запад от Мардж-Аюна) между израильским спецназом и террористами «Хизбаллы» завязался ожесточенный бой.

14:00. Ракета, выпущенная террористами «Хизбаллы», упала на открытой местности в районе Кирьят-Шмоны. Никто не пострадал. Стоит отметить, что не сработала сирена, предупреждающая жителей города о ракетном обстреле.

Ракета, выпущенная террористами «Хизбаллы», попала в жилой дом в одном из населенных пунктов Верхней Галилеи. Пятеро человек пострадали.

16:00. Террористы «Хизбаллы» обстреляли Шломи и Маалот. Один человек получил легкие ранения, еще одному человеку понадобилась помощь для выхода из шокового состояния.

Как сообщает агентство АР со ссылкой на телеканал «Хизбаллы» «Аль-Манар», в Южном Ливане погибли семеро военнослужащих Армии обороны Израиля. Кроме того, террористы «Хизбаллы» утверждают, что в долине Вади аль-Худжар к юго-западу от Мардж-Аюна подбит 21 израильский танк.

17:00. Террористы «Хизбаллы» обстреляли Кармиэль.

18:00. Лидер террористической организации «Хизбалла» шейх Хасан Насралла заявил в эфире ливанского телеканала «Аль-Манар», что его организация готова выполнить резолюцию 1701 Совета безопасности ООН. Однако Насралла добавил, что до тех пор, пока израильские войска будут находиться на ливанской территории, «Хизбалла» оставляет за собой право оказывать сопротивление оккупантам.

Террористы «Хизбаллы» обстреляли ракетами город Акко.

19:00. Террористы «Хизбаллы» подвергли ракетному обстрелу израильский город Маалот. Одна из ракет попала в жилой дом — нескольким жителям города понадобилась медицинская помощь для выхода из шокового состояния.

В ходе операции Армии обороны Израиля в районе деревни Айта аш-Шааб в Южном Ливане уничтожены 10 террористов «Хизбаллы». Кроме того, израильские военнослужащие уничтожили пусковую ракетную установку.

Израильское радио сообщает, что отдельные подразделения Армии обороны Израиля уже достигли реки Литании в Южном Ливане.

20:00. Разрешена к публикации информация о том, что сегодня, 12 августа, в ходе боев с террористами в Южном Ливане погибли 7 военнослужащих ЦАХАЛа. Еще 11 израильских солдат получили тяжелые ранения.

23:00. Израильский военный вертолет потерпел крушение над территорией Ливана. Как сообщает пресс-служба Армии обороны Израиля, есть пострадавшие. Вертолет был подбит террористами «Хизбаллы» с помощью противотанковой ракеты. Члены экипажа успели катапультироваться.

* * *

…Ну как же они похожи, эти сценарии — ливанский и палестинский, «Хизбаллы» и ХАМАСа. Да что там похожи! Просто под копирку писаны. Ну, а если допустить, что автор у этих сценариев один, или, скажем, одна авторская группа, то тогда не удивлюсь, что и сроки обеих инсценировок были намечены и утверждены заранее. Конечно, израильские «редактора» внесли свои, и довольно неприятные коррективы в эту постановку из двух действий, но ведь, как известно, в драку главное ввязаться…

ХАМАС обрушил шквал «кассамов» на юг Израиля, солдат Гилад Шалит был ранен и взят в заложники. Правда, боевики совершили акт пробирающего до слез милосердия и гуманизма: после недолгого нажима египетских посредников позволили врачу обследовать пленного. И тут же, заручившись подтверждением медика, что здоровье заложника удовлетворительно и медицинская помощь ему оказана, начали торговлю. Но у Израиля уже был, и не единожды, горький опыт обсуждения обмена своих военнопленных на палестинских заключенных. Чего стоил один только договор с Джебрилем, когда ЦАХАЛ хотел вернуть трех своих раненых солдат. Ставки увеличивались с каждым днем и в итоге из тюрем были выпущены 1500 террористов, включая шейха Ахмеда Ясина. И когда на этот раз лидеры боевиков убедились в израильской позиции, что «торг здесь неуместен», а в качестве весомого аргумента получили массированный военный удар, использовали все ту же тактику: возопили на весь мир, что сионисты точечными ударами уничтожают мирных палестинских жителей. Ох как проникнут был этим пафосом один из первых репортажей, продемонстрированный телеканалами многих стран мира. По двору в Газе бегали малые детишки, а соседний дом превратился в руины. И мать детишек, заламывая руки, причитала от пережитого ужаса, благодарила силы небесные, что чудом уберег ее детей и всю ее семью, а потом и проклятья гневные посылала израильтянам. А рядом стоял сурово молчаливый и гордо сдержанный, как и подобает восточному мужчине отец семейства. И взгляд его был полон гнева, и без слов было ясно, что готов он к самым решительным действиям, чтобы семью свою защитить. И все бы так, все бы верно, если бы не это вечно «но». Разрушенное израильской ракетой строение принадлежало тому же самому хозяину и в нем, то бишь строении, размещались не детские кроватки с игрушками и не гостиная для неторопливых бесед с добрыми друзьями, а мастерская по изготовлению «кассамов». А примыкающий к дому двор был своеобразным испытательным полигоном. И, кстати сказать, один из боевиков ХАМАСа на этом самом «полигоне» получил ранение от взорвавшейся и им же собственноручно изготовленной ракеты, ибо производство все-таки кустарное и «кассамы» нет-нет да и взрывались в руках их собственных изготовителей. И кстати многодетная мать должна благодарить за спасение своих детей не небесные силы, а (понимаю, что эта мысль палестинцам покажется кощунственной) мастерство израильских пилотов, которые нанесли предельной точности удар именно по мастерской, умудрившись не задеть жилых помещений этого «мирного дома». Если кто-то захочет убедить меня в том, что это единичный случай, то пусть не тратит на это время и займется более важными делами. Сегодня уже неопровержимым является тот факт, что кустарное производство «кассамов» размещено только в жилых кварталах автономии и работает как в самих домах, так и между домами, что принципа «живого щита» не меняет, а лишний раз подтверждает его.

Боевые действия на юге Израиля, продолжавшиеся больше месяца, не снизили своей интенсивности и после того, как в июле началась «ливанская кампания». Лидеры боевиков были в полной уверенности, что израильские генералы вынуждены будут передислоцировать свои части и, в первую очередь, ВВС и элитные подарзделения. Действительно, одной из первых покинула южное направления дивизия «Голани». Исмаил Хания решил, что это прекрасный повод заставить израильтян принять условия, выдвинутые его администрацией. Он сделал ряд противоречащих друг другу заявлений, но в ответ получал либо отказ, либо молчание правительства Ольмерта. Впрочем, и мирными предложения премьер-министра ПА назвать можно лишь с большой натяжкой, ибо ни одно из них не предлагало немедленного обоюдного прекращения огня с последующими переговорами. Напротив, каждое заявление содержало в себе определенные и весьма конкретные требования уступок со стороны Израиля. Уступок заведомо неприемлемых, как минимум — в данный момент.

Да и палестинские террористы, продолжающие свою деятельность внутри Израиля расслабляться тоже не позволяли. Уже в самый разгар операции «Летние дожди» полицейские в Иерусалиме обратили внимание на палестинца, чье поведение показалось им подозрительным. Взяв его в плотное кольцо, полицейские потребовали, чтобы задержанный показал им содержимое своей довольно объемистой сумки. Поняв, что вырваться из кольца ему не удастся, палестинец, что называется, отдал сумку без боя. В сумке среди прочих вещей, явно положенных туда для камуфляжа, находилась бомба весом в пять килограммов с большим количеством поражающих элементов. Тотчас были вызваны саперы и бомба за городом взорвана. Позже стало известно, что предупреждения о готовящемся теракте полиция Иерусалима нет получала, сработал, как это нередко бывает в подобных случаях, профессионализм полицейских. Уже на первом же допросе задержанный палестинец рассказал, что в столицу он попал по традиционному маршруту Восточный Иерусалим — Старый город.

А несколькими днями спустя информацию о готовящемся теракте почти в саомо центре страны получила служба безопасности. Силы полиции этого округа были приведены в состояние повышенной боеготовности, усилили патрулирование. Информация гласила, что на территорию страны проник палестинский террорист-смертник. Особое внимание было уделено району города Кфар-Саба, одному из самых густонаселенных в центре страны. Выставили блок-посты, вынуждены были удалить всех посетителей и обслуживающий персонал из огромного торгового центра, где жители этого района любят не т олько покупки делать, но и отдыхать в многочисленных кафе и развлекательных центрах. В целом расчет службы безопасности оказался абсолютно точным. Уже через несколько часов после оповещения террориста-смертника удалось задержать именно в том районе, который был взят под особый контроль полиции.

Операция израильских вооруженных сил на юге страны не случайно получила образное название «Летние дожди». Дожди летом для Израиля соытие если и не совсем уникальное, то уж во всяком случае настолько едкое, что вспоминают от таких исключениях потом десятилетия. Военной кампании, подобной нынешней не было давно. Дай бы Бог, чтобы ее не было больше вообще никогда, но где же взять такие «розовые очки», чтобы увидеть действиетльность, да и ближайшее будущее в таком вот радужном цвете. Прокомментировать насколько сильны и до какой степени затяжными могут оказаться «Летние дожди» я попросил известного израильского обозревателя, журналиста Лазаря Дановича. Читателям хорошо известна его обычно четко взвешенная позиция по проблемам Ближнего Востока». Вот что он рассказал:

«Исмаил Хания заявил, что не намерен обменивать ефрейтора Гилада Шалита, похищенного боевиками бригад «Насера Салах ад-Дина», на арестованных в четверг деятелей ХАМАСа, представляющих эту организацию в органах исполнительной и законодательной власти ПА. Заявление премьер-министра Израиля Ольмерта было предельно ясным: «Израильское правительство не намерено рассматривать требования террористов, похитивших солдата, освободить в обмен на него тысячу заключенных и немедленно прекратить военную операцию в секторе Газы».

Свое заявление Исмаил Хания сделал в одной из мечетей Газы, где появился после нескольких дней вынужденного затворничества. Опасаясь разделить судьбу арестованных коллег по кабинету или главарей палестинского террора, уничтоженных в ходе точечных операций, «премьер-министр» ПА не появлялся в людных местах с начала операции «Летние дожди».

Для опасений главы террористического «кабинета» были на то веские основания. В тот период в Израиле все чаще раздавались призывы присоединить Исмаила Ханию и его ближайшее окружение к восьми арестованным министрам и двадцати депутатам, обезглавив тем самым террористическую власть в автономии. Если угроза свободе «премьер-министра» остается пока на уровне домыслов, то действия ЦАХАЛа, направленные на разрушение инфраструктуры террора — реальность последнего времени.

Приостановленная на некоторое время операция «Летние дожди», целью которой было объявлено освобождение Гилада Шалита, вскоре опять возобновилось. За несколько суток операции по целям на палестинских территориях было выпущено более тысячи снарядов и ракет. При этом атаки проводились с таким расчетом, чтобы не допустить жертв среди местного населения.

Самолеты и вертолеты израильских ВВС наносили удары по объектам на юге сектора Газы. Эти меры предпринимались для предотвращения попыток перевести израильского военнослужащего в другой район сектора и ли вовсе переправить его через границу. А данные о такой вероятности у израильской разведки к тому времени уже были.

Удары ВВС отличались точностью. Фактически не было пострадавших в момент поражения электростанции, разрушения мостов, уничтожения складов оружия террористов. В один из дней боевой вертолет ЦАХАЛа выпустил несколько ракет по машине, в которой находились боевики «Исламского джихада». В момент атаки машина проезжала по жилому кварталу Газы. Находившиеся в машине боевики, причастные к ракетному обстрелу израильской территории, получили ранения, но более никто не пострадал.

Потому-то имевшая место попытка палестинских представителей в ООН, сложившаяся в ПА, как «гуманитарную катастрофу, вызванную атаками Израиля», потерпела фиаско. Проверенная демагогия палестинцев, хоть и была поддержана традиционными «защитниками прав свободолюбивого народа», натолкнулась на неприятие международной общественностью практики похищения людей.

Ситуация, создавшаяся в ПА не только на фоне операции «Летние дожди», но и за все месяцы практического правления ХАМАСа, действительно близка к кризисной. Однако истинными виновниками такого положения являются не ЦАХАЛ и правительство Израиля. Население автономии с неизбежностью осознает, что агрессивное упорство властей ХАМАСа делает его жизнь невыносимой.

Представитель США в ООН Джон Болтон предостерег участников заседания Совбеза: «Лучшим способом разрешить сложившийся кризис для ХАМАСа будет немедленное освобождение захваченного ефрейтора Гилада Шалита».

Возмутительно прозвучало заявление пресс-секретаря ХАМАСа Мушира аль-Масри о том, что требования, выдвинутые боевиками, удерживающими заложника, касаются «исключительно гуманитарных вопросов». По его словам, правительство Израиля должно решить вопрос об освобождении тясячи палестинских заключенных в рамках международных норм. Израиль, как известно, отверг данное требование. Как и выдвинутое ранее предложение обменять палестинских женщин и подростков, задержанных при совершении террористических актов. Не позволяя втянуть себя в подлые торги, Израиль в то же время принял решение об открытии КПП для доставки гуманитарных грузов жителям сектора Газы. О приверженности же палестинцев «гуманитарному разрешению» конфликта свидетельствуют запуски «кассамов».

«Мы министров на солдат не обмениваем», — такова жестокая фразеология выбившегося в «премьер-министры» палестинского террориста Хании. Она не случайно заимствована у налетчика Джугашвили, ставшего палачом своего сына и своей державы. Фанатикам и бандитам безразличны судьбы людей и народов. А Израиль готов идти до конца ради спасения одного солдата и во имя обеспечения неприкосновенности всего государства. Как говорится, почувствуйте разницу…»

Обойдемся без эмоций

(Размышление к информации)

«Профессор Ливанско-американского университета Амаль Сааб-Гураиб по праву считается одним из ведущих исследователей истории и деятельности организации «Хизбалла». Комментируя недавно события, происходящие в Южном Ливане, профессор сделал весьма острое и точное замечание;

Сила «Хизбаллы» во многом проистекает от чудовищного вакуума, оставленного государством Ливан. «Хизбалла» — это, скорее, не государство в государстве, а государство в не-государстве».

(По сообщениям информагентств)

Политический обозреватель РИА «Новости» Петр Романов отличается поистине глубоким знанием Ближнего Востока. Его нынешний комментарий — это взвешенные оценки, тонкий взгляд и отсутствие так навязшей в зубах за время войны, ставшей уже обычной для тех дней истерии;

«Именно политические запалы приводят к тому, что большинство нынешних комментариев на ближневосточную тему, в частности, как вы России, так и Западной Европе, носят ярко выраженный антиизраильский оттенок. Отправная точка всех этих комментариев — «несоразмерность» израильского ответа на похищение нескольких еврейских солдат палестинцами и боевиками «Хизбаллы».

Возможно, и так, только не совсем ясно, что критики Израиля считают «соразмерным». На каких весах они собираются эту «соразмерность» взвешивать и не дойдем ли мы на этом пути до полного абсурда? Не означает ли это, что ХАМАС или «Хизбалла» убьют тридцатилетнего израильтянина с высшим образованием, с двумя детьми, но разведенного, то в полной мере соразмерным будет тогда только убийство одного тридцатилетнего араба с непременным высшим образованием, отца именно двоих детей и обязательно разведенного? Если кто-то считает такой вариант реальным, подайте голос! Или как-то иначе? Тогда скажите как? Не говорю уже о том, что подобная арифметика, учитывая несопоставимость людских ресурсов еврейского и арабского мира, для Израиля самоубийственна.

Стоит понять и другое. Боевики «Хизбаллы» атакуют Израиль так, как могут. Вы же не думаете, что эта экстремистская организация убивает больше израильтян, чем израильтяне арабов по причине своей гуманности? Больше они просто не могут. Или действительно верите, что эти «пацифисты» держат себя за шиворот? Так вот: и Израиль — точно также как и «Хизбалла» защищается (и нападает) так как может. В силу своего военного потенциала и умения. То, что он вооружен сегодня лучше, к нравственности не имеет ни малейшего отношения. Поэтому упрекать Израиль в аморальности — чистая демагогия.

Эмоции приводят и к тому, что в карточной игре обычно называется «передергиванием». Скажем, только ленивый не припомнил Израилю, что он выполняет резолюцию ООН, но при эьтом упорно замалчивается тио, что и Ливан не выполнил резолюции о разоружении вооруженных формирований на своей территории. Если арабьистам об этом напомнить, они тут же вполне квалифицированно объяснят, что Ливан и не мог выполнить эту резолюцию в силу ряда причин. Понятно. Как может Ливан разоружить «Хизбаллу», когда члены этой организации приобрели такой вес в этой стране и даже входят в само ливанское правительство? Здравый смысл подсказывает, что это нереально. Но тогда согласитесь и с тем, что столь же демагогически звучит и требование к Израилю. У него достаточно аргументов для утверждения, что ради сохранения своей безопасности, он просто не в состоянии вернуться к старым границам или открыть свои двери для массового наплыва палестинских беженцев. Так что своя логика есть и у Ливана, и у Израиля. Признание этого и есть объективный взгляд на нынешний Ближний Восток.

Утверждение о том, что Израиль ведет себя неадекватно, имели бы куда большую силу, если бы хотя бы один политик или политолог в мире смог бы убедительно нарисовать действительно реалистичную картину мирного разрешения застарелого конфликта. Если вы хотите быть объективным, придется признать, что таких мирных инициатив на сегодня просто нет. Можно, конечно, бесконечно долго, как заклинание, повторять слова «дорожная карта», но от этого цвет песка на Ближнем Востоке не изменится, так что прежде, чем критиковать любого из противников, предложите альтернативу, а там, глядишь, Израиль и «Хизбалла» помирятся.

На эмоциональный фон не могут не влиять и две прямо противоположные манеры поведения: Израиля, с одной стороны, и Ливана и палестинцев — с другой. Не Израиль в это т раз первым нанес удары, а его соседи, которые после похищения израильских солдат устроили радостные победные пляски на улицах Газы и Бейрута. Израиль не стал апеллировать ни к небесам, ни к международному сообществу, а просто ответил ударом на удар. И на израильской земле рвутся сегодня ракеты и гибнут мирные жители. Но кто-нибудь услышал от Израиля призывы о помощи? Там просто, сжав зубы, упорно дерутся. А вот реакция Ливана и Палестины иная. Получив сдачи, они моментально сменили праздничные пляски на стенания и начали тут же взывать о помощи к мировому сообщества. Эти стенания, стократно повторенные на весь мир телевидением и газетами, не могут психологически не влиять на окружающих. И влияют.

Наконец, каждый раз во время обострения на Ближнем Востоке, начинаются выяснения того, кто первым бросил камень. И каждый раз обязательно находят виновного. Тот, кто симпатизирует Израилю, укажет на араба. Тот, кто симпатизирует арабам, тут же укажет на еврея. Вот и вся объективность. Между тем, как я уже однажды писал, так, бесконечно долго углубляясь в прошлое, можно дойти до библейского конфликта Сары и Агари. Хотя, впрочем, даже библейский текст не дает твердого указания на то, кто из двух леди больше виноват. На мой взгляд, обе «больше».

Естественно, любые усилия, направленные на мирное разрешение мирного конфликта, можно только приветствовать. Война, что бы там не говорили пессимисты, состояние для человек ненормальное и извращенное. Но шанс на успех в деле мирного урегулирования будет иметь лишь тот посредник, который станет действовать не на основе своих эмоций, а на основе здравого смысла.

Часть вторая

Война без победителей

«Не верьте, не верьте, когда по садам закричат соловьи.

У жизни со смертью еще не окончены счеты свои».

Булат Окуджава

Глава 1

Сводка событий за 17 августа 2006 года

00 час.30 мин. Премьер-министр Ливана Фуад Синьора заявил, что правительство страны обязуется полностью выполнить резолюцию 1701 Совбеза ООН, призывающую взять Южный Ливан под контроль ливанской армии. Синьора подчеркнул, что его правительство будет укреплять и защищать государственные институты, необходимые для сохранения демократии в Ливане.

01 час.00 мин… Министр иностранных дел Израиля Ципи Ливни призвала миротворцев ООН не допустить контрабанды оружия, предназначенного боевикам «Хизбаллы», из Ирана и Сирии. В ходе встрече с генеральным секретарем ООН Кофи Аннаном и послом США в ООН Джоном Болтоном Ливни подчеркнула: нарушение оружейного эмбарго будет иметь катастрофические последствия для региона. Она также выразила уверенность в том, что ливанская армия не в состоянии самостоятельно справиться с этой задачей.

02 час.00 мин. Армия обороны Израиля начала передачу армейских форпостов в Южном Ливане под контроль миротворцев — в рамках соглашения между ЦАХАЛОм, контингентом наблюдателей ООН (UNIFIL) и ливанской армией.

07 час.00 мин. Как сообщают очевидцы, подразделения ливанской армии начали движение на юг. Новостное агентство Reuters сообщает со ссылкой на местные источники, что десятки грузовиков, на борту которых находятся солдаты регулярных ливанских частей, движутся в направлении города Набатии и, как ожидается, в скором времени пересекут реку Литани.

09 час.00 мин. Свыше 100 армейских грузовиков пересекли временный мост через реку Литани в направлении города Мардж-Аюн, ставшего за последние годы одним из основных форпостов боевиков «Хизбаллы». Как сообщают ливанские источники, на грузовиках доставляются военнослужащие, артиллерия, боеприпасы и продовольствие. Вместе с частями регулярной армии в Мардж-Аюн входят наблюдатели ООН.

12 час.00 мин. В северных городах Израиля вновь сработала тревожная сирена, предупреждающая о возможных ракетных атаках. Это первая воздушная тревога после трех дней тишины.

14 час.00 мин. Международный аэропорт в Бейруте имени Рафика Харири возобновил работу, прерванную 13 июля — после первых атак ВВС Израиля, установивших воздушную блокаду Ливана на время войны против «Хизбаллы». Первый самолет прибудет сегодня в Бейрут из Аммана, примерно в 17 часов. Рейс совершит лайнер Королевских авиалиний Иордании. Воздушная блокада Ливана была снята в рамках выполнения Израилем пунктов резолюции СБ ООН № 1701. Морская блокада пока остается в силе.

* * *

…В марте 1991 года Саддам Хусейн заявил о своей капитуляции и «иракская война», как ее называли израильтяне, выдержавшие 39 воздушных атак обрушившихся на них СКАДов, закончилась. Хорошо помню этот солнечный день. Утром прошел дивный весенний дождь, зелень засияла, ярче стали цветы.

С утра я был по редакционному заданию на многочасовом, если память мне изменяет, заседании ветеранов профсоюзного движения, и потому сообщения о прекращении войны не слышал. Возвращаясь домой в автобусе, заметил какую-то странность, на которой поначалу внимания не сосредоточил. Дело в том, что с самого начала войны все мы ходили с коробками-противогазами. На длинном ремешке, коробка эта у каждого, без исключения, болталась на плече, мешая и раздражая, но работники службы тыла за этим следили строго и прохожего без противогаза запросто могли завернуть домой, по каким бы важным и срочным делам он не торопился. А теперь, в автобусе, я заметил, что сидящий со мной рядом мужчина — без противогаза, и рядом тоже ехали люди без ставших привычными коробок. У меня еще лениво так мысль шевельнулась: ишь смелые какие. Приезжаю домой и вдруг вижу, что стекла окон просто сияют от солнечного света и нет на них больше наклеенных скотчем жутких Х-образных полос. Только было заикнулся, зачем, дескать, маскировку с окон посрывали, как выбегает пятилетняя моя доченька и звонким голоском кричит: «Папа, папа, Хусейн больше не Хусейн». У нее вообще с Саддамом были какие-то свои сложные детские «отношения». Она, к тому времени уже распевавшая в детском саду песенки на иврите, даже стишок (небезупречный, правда, с точки зрения русской грамматики) сочинила: «Я бы этого Хусейна утопила в дне бассейна». А выглянувшая жена подтвердила:

— Закончилась война, видишь, я полоски сняла и даже окна вымыть успела. Мой руки, обедать будем…

И было ощущение праздника, радости и какой-то необыкновенной легкости на душе. Потому, видно, те, в этом году уже пятнадцатилетней давности события запомнились так надолго и отчетливо…

Теперь же все было иначе. И обычное население Израиля, и военные понимали, что война в Южном Ливане не к логическому и желаемому концу идет, а попросту усилиями политиков и под их давлением сворачивается. Каждый делал свои, доступные собственном пониманию происходящего выводы. Все устали, были раздражены не столько от угрозы нависшей, сколько напряжены угрозой надвигающейся, предполагая, что гром еще грянет.

…Утром резолюция о прекращении огня должна вступить в силу, и война закончится. Ошибки прощают кому угодно, только не вчерашним триумфаторам. Эхуд Ольмерт это прекрасно понимал. И если месяц назад он, проявив твердость и зная, что ничего иного от него не ждут, принял решение о полномасштабной боевой операции, то сегодня, вернее завтра утром, признавая резолюции ООН и прекращая огонь, так же ясно и четко осознавал: это станет началом новой войны, войны за его политическое будущее.

Еще накануне днем израильский премьер-министр Эхуд Ольмерт, министр обороны Амир Перец и их два помощника собрались на закрытое совещание в иерусалимской резиденции премьера. Ситуация представлялась им чрезвычайно скверной и они, в создавшемся положении — единомышленники, не стали скрывать этого друг от друга и не делали попыток сгладить углы.

За стуки до этого, проведя на рассвете серию переговоров с представителями армии, Перец решил «насесть» на Ольмерта и отстаивать свою позицию до тех пор, пока тот не даст своего согласия на продолжение и более того — интенсивное развитие наземной операции. Министр обороны полагал, что обсуждение в ООН зашло в тупик, солдаты находятся на севере в «подвешенном состоянии», никакого продвижения нет.

— Нужна операция. Только наземная операция, и только военный нажим позволят сдвинуть дело с мертвой точки и положить конец войне, — убеждал Амир Перец премьера.-. Так больше продолжаться не может!

Ольмерт понимал, что Перец прав. Они созвонились с Нью-Йорком, но в ООН тоже не было никакого сдвига.

— Нам необходимо принять однозначное решение, — продолжал настаивать министр обороны. — Мы не можем больше оставлять наших солдат на фронте без движения. Если мы сейчас свернем операцию, в ООН примут такую резолюции, что «Хизбалла» потом будет плясать у нас на голове.

Группа политических советников доложила свои выводы, которые также сводились к тому, что никакого продвижения нет. Атмосфера стала еще более напряженной. Ольмерт понимал, что все ждут его решения. Только он один был в этот момент не просто способен, но и обязан это решение принять. И премьер-министр дал согласие на продолжение наземной операции.

Присутствующий на совещании бригадный генерал Дани Дангот зафиксировал решение премьер-министра в протоколе и тут же позвонил начальнику Генштаба, Тот предпочитал оставаться на севере, сказав, что если решение будет принято, то его оперативное исполнение гораздо важнее, нежели участие в совещании, о котором, он надеется, ему сообщат без промедления.

«Есть разрешение», — доложил генерал начальнику Генштаба. Ольмерт и Перец обменялись взглядами. Оба знали, что распорядились жизнями солдат, но, с другой стороны, возможно, это решение спасло жизни многих. Из резиденции главы правительства, не теряя времени, Перец вылетел на север. А Ольмерт снова взялся за телефон.

Тем временем и в Нью-Йорк не прекращались обсуждения, рассматривались, корректировались и уточнялись поправки к резолюции, которые впоследствии могли бы удовлетворить обе враждующих стороны.

Выслушав сообщения и аналитические выводы своих представителей по поводу возобновившейся наземной операции в Южном Ливане, председатель совета национальной безопасности США Стив Хардли понял, что игры закончились. Он переговорил с Кондолизой Райс и послом в ООН Джоном Болтоном. Политическая машина вновь, но с еще большей стремительностью продолжала набирать обороты.

Одновременно начались две гонки: солдаты израильской армии спешили продвинуться как можно ближе к реке Литани, а в дипломатических кругах спешили как можно скорее завершить работу над проектом соглашения о прекращении огня.

В 21:30 по израильскому времени, спустя пять часов после разрешения о возобновлении военной операции, в канцелярии израильского премьера раздался телефонный звонок из Нью-Йорка, которого он ждал, не отходя от аппарата. Ольмерту зачитали поправки, внесенные в первоначальный проект резолюции. Недолгая проверка показала, что внесенные изменения весьма значительны. «Такое оглашение отвергать нельзя», — решил для себя Ольмерт. Он был глубоко уверен в том, что договор благоприятен для Израиля и считал, что поступить иначе невозможно. Хотя и понимал, что самым тяжелым из обвинений в его адрес станет похищение солдат.

В закулисных разговорах Ольмерт не раз говорил, что не было другого варианта, что невозможно продолжать воевать до тех пор, пока не освободят солдат, что невозможно жертвовать жизнями солдат целой армии, да еще и жизнями призванных резервистов. Тем более, что нет никакой точной информации о похищенных военнослужащих ЦАХАЛа.

Он еще раз мысленно «пролистал» события минувших дней, которые за всю его более чем шестидесятилетюю жизнь (Эхуд Ольмерт родился 30 сентября 1945 г.) стали самым большим испытанием. Решительно отвергая всяческую критику в свой адрес по поводу ведения военных действий, он утверждал: «Я — гражданский человек, — И когда армия говорит, что треть пусковых установок находится к северу от Литани, необходимо подумать, стоит ли жертвовать жизнями стольких солдат, чтобы достичь частичного успеха». Как глава государства Ольмерт определил цели «Наземной операция», хотя, по его словам, сама операция по сути являлась не целью, а средством. «Это то, что должна была сделать армия. Но, — говорит Ольмерт, — армия думала, что сможет добиться необходимых успехов без наземной операции. И только впоследствии поступила программа наземных действий. Представьте себе, что было бы, если бы я навязал армии три недели назад наземную операцию и призыв резервистов, а после этого 300 из них погибли бы. Только представьте себе».

— Я не командовал ни ротой, ни батальоном, в отличие от своих предшественников — Шарона, Барака и Рабина, — говорил глава правительства в конфиденциальных разговорах. — Моя функция — указывать цели, а армия должна сказать, как их достичь. Ни одни генерал из тех, кто участвовал со мной в обсуждениях, не предложил четкой программы. Все генералы высказывались против наземной операции, включая начальника Генштаба.

Глава правительства отвергал претензии в свой адрес, сводящиеся к тому, что можно было отложить войну на несколько дней или недель, чтобы хорошо к ней подготовиться, и только потом действовать. «Это полная чушь, — негодует Ольмерт, — Через два дня мы бы полностью лишились международного понимания. Нам бы сказали, что следует успокоиться и не сходить с ума. А я предпочитаю, чтобы никто не указывал мне, как управлять страной в такой ситуации. Настолько хорошо, как я, никто не может договориться с Бушем, Путиным и Кофи Аннаном. Международная поддержка для нас была в тот момент очень существенна».

Да, премьер-министру пришлось поумерить свой пыл в отношениях со слишком претенциозным министром обороны Амиром Перецем. Похоже, что они не то чтобы сработались и стали полными единомышленниками, но в эти трудные дни поняли, что не могут себе позволить вступать в перепалки до того, как побежден враг. И Ольмерт пресекал любые разговоры о том, способен ли Перец быть на посту министра обороны. По его словам, «Перец действует достойно, и работают они слаженно». А вот начальник Генштаба не удостаивался теплого отзыва со стороны главы правительства, хотя генерал-лейтенант Дан Халуц и является, в своем роде, блестящим человеком. Но Халуц не был заодно с Ольмертом, когда надо было настоять на наземной операции и мобилизации резервистов. Он полагался на ВВС, а итог его просчетов всем известен.

И вот теперь, когда глава правительства Израиля принял решение согласиться на резолюции Совета Безопасноости ООН, он четко представлял себе, какие использует аргументы, чтобы убедить в этом и других членов правительства.

Споры об окончательном варианте проекта резолюции Совета Безопасности ООН по поводу прекращения огня в Ливане продолжались практически круглосуточно. Израиль и Ливан «вцепились» в текст, как в спасательный круг, понимая, что в случае будущих конфликтов резолюция Совбеза станет единственным международным правовым документом. Поможет — вряд ли, но хоть будет к чему апеллировать. И вот наконец, 11 августа, то бишь в пятницу поздно вечером, когда по еврейской традиции шабат уже начался, в канцелярию главы правительства Израиля Эхуда Ольмерта были приглашены министры иностранных дел и обороны, которые выразили удовлетворение новым текстом проекта резолюции.

Вечернее совещание в пятницу примечательно само по себе. Еврейский шабат не только запрещает работать, но и вести какие-либо переговоры. Вряд ли по поводу заседания в канцелярии премьера раввины принимали какое-то специальное решение и без того было ясно, что назревший момент отлагательств не потерпит.

Ольмерт подчеркнул, что проект резолюции, по всей видимости, будет принят через несколько часов. На основании этого, премьер порекомендовал правительству в воскресенье подтвердить готовность Израиля к выполнению решения Совета Безопасности, что приведет, по крайней мере — де-юре, к окончанию войны. Никто из собравшихся в канцелярии главы правительства не сомневался, что до мира еще также далеко, как и месяц назад, но никто из собравшихся не сомневался также и в том, что продолжать огонь мировое сообщество не позволит. А уж методы давления найдутся.

Сразу после заседания так называемого «узкого» кабинета министров, было назначено экстренное заседание Кнессета.

Надо сказать, израильское парламентарии повели себя довольно странным образом. В самый разгар боевых действий — в двадцатых числах июля — народные избранники, сторого по графику ушли в отпуск, объявиви о плановых летних каникулах Кнессета. Это было по меньшей странно, учитывая, что в стране идет война, как бы ее не называли. Буквально на следующий день чуть ли не все члены парламента, вместо разных там Багам и Карибов оказались на севере Израиля, где встречались с жителями разрушенных городов, проводили какие-то совещания в муниципалитетах и вообще развили бурную деятельность. Кто-то из острых на язык репортеров в те дни, на мой взгляд весьма точно, заметил, что «наши депутаты просто переместились туда, где сейчас находятся все телевизионные камеры. А вообще-то зарплату свою они получают за законотворчество, а вовсе не за то, что, картинно заламывая руки от возмущения, говорят о своих эмоциях. Куда как полезнее были бы они на своих местах, принимая законы (по возможности умные), способствующие облегчению жизни людей, пострадавших от войны». Надо быть все же справедливым: даже во время этих странных и действительно неуместных каникул, израильский парламент собирался на всякие экстренные, чрезвычайные, срочные и внеплановые заседания довольно часто. И вот теперь, после принятия резолюции ООН 1701 парламент собрался вновь.

После выступления спикера Кнессета Далии Ицик, на трибуну поднялся премьер-министр Эхуд Ольмерт. Он начал свою речь с выражения благодарности и уважения военным, сражавшимся с террористами в Ливане, а также жителям северных районов страны.

Как заявил Ольмерт, решение Совета безопасности ООН свидетельствует о том, что террористы более не смогут действовать с территории Ливана. «Резолюция 1701 призвана аполностью изменить положение на Ближнем Востоке», — особо подчеркнул он.-

Верю, что воплощение резолюции создаст хорошие условия для возвращения похищенных солдат. Так думают во всех странах, которые искренне хотят установления мира в нашем регионе. Необходимо немного подождать, проявляя осторожность и бдительность. Мы требуем полного выполнения резолюции, и оставляем за собой право на самооборону».

Премьер-министр заявил также, что берет на себя всю ответственность за решение о военных действиях.

Глава правительства отметил, что боевые действия израильской армии в течение месяца привели к изменению соотношения сил с «Хизбаллой». Он сообщил, что в каждом столкновении с израильскими солдатами террористы терпели поражение, и в итоге их силы оказались сломлены.

«Их лидеры попрятались, и мы будем их преследовать», — добавил он.

Премьер-министр призвал тех, кто выражает разочарование итогом войны, проявить терпение, так как борьба против террористов во всем мире далека от завершения. «Нам нужны стальные нервы. После двухтысячелетнего изгнания у нас есть много терпения, и мы победим», — заявил он.

Он выразил признательность членам правительства, в первую очередь, министру обороны Амиру Перецу и министру иностранных дел Ципи Ливни за их работу, а также всем депутатам за проявленную выдержку.

«Мы не собираемся извиняться перед кем бы то ни было», — добавил Ольмерт.

Глава правительства также заявил, что верит в экономический потенциал страны, и пообещал восстановить северные города при помощи многолетней общенациональной программы, которая будет представлена в ближайшее воскресенье. «Мы многое вынесли, справимся и с сегодняшними трудностями».

Выступление Ольмерта несколько раз прерывалось выкриками с мест. Председательствующему на заседании и даже пришлось удалить из зала нескольких депутатов, особенно громко и, мягко говоря, некорректно выражавших свое особое мнение, отличное от мнения премьер-министра.

Но оппозиция устами своего лидера Биньямина Нетаниягу все же выразила это самое особое мнение:

— Сегодняшние дни, я бы назвал «периодом разрушения и народного единства, — с места в карьер начал Нетаниягу. — Однако это не только момент единства, но и время обдумать свои поступки. Поймите, чтобы выжить, необходимо определить угрозу и собрать силы для ее устранения. Я говорю вам, что сегодня мы вновь оказались перед лицом страшной угрозы. Со времен Гитлера не появлялся никто, подобный Ахмадинеджаду, президенту Ирана, открыто говорящему о желании уничтожить нас, создающему для этого ядерное оружие, а пока — действующему через шиитских террористов,

Лидер оппозиции, так же, как и глава правительства, высоко отозвался о мощи армии и стойкости жителей северных городов. Но отметил, что были большие провалы и непростительные, на его взгляд, просчеты… В определении угрозы, в ведении войны, в управлении тылом. у.

«Концепция односторонних уступок провалилась, и это не только мое мнение, так думают сегодня все. Враги усмотрели в этом нашу слабость. В 2000 году мы ушли из Ливана без всяких гарантий, и это привело к интифаде. Односторонние шаги дают врагам более удобные позиции для обстрелов наших городов», — отметил председатель оппозиции.

«В связи с чем начался этот конфликт? Ведь не из-за территорий мы спорим! Мы ушли из Ливана — они стреляют. Мы ушли из Газы — они продолжают стрелять. Этот конфликт направлен на наше уничтожение, если враги бросят оружие, то войны окончатся, но если мы сложим оружие, то нас не станет», — подчеркнул он.

Биньямин Нетаниягу призвал также заключить новые союзы: «Мы можем найти сторонников и в арабском мире. Мы надеемся, что президент США Джордж Буш выполнит обещание и не позволит Ирану получить ядерное оружие. Но самое главное — это сила. Со слабым никто не будет заключать союз. Только военная, экономическая, социальная, духовная мощь обеспечат наше будущее. Народ Израиля силен, и будет существовать в этой земле вечно. Это мое сообщение Насралле и его патрону в Тегеране».

Размышление к информации

«За несколько часов до вступления в силу прекращения огня Израиль посетил верховный комиссар ЕС по иностранным делам и обороне Хавьер Солана, человек, имеющий огромное влияние на составление международного контингента, который будет введен в Ливан согласно резолюции Совбеза ООН, Во время визита Солана говорил о войне в Ливане, и выводах, которые израильскому руководству придется делать по ее итогам.

Одним из основных выводов, которые придется сделать премьер-министру Израиля Эхуду Ольмерту, является очевидная бессмысленность, и даже вредность для страны односторонних шагов, таких, как выход из Ливана в 2000 году и эвакуация поселений в секторе Газа в 2005 году. «Опыт этой войны показывает, что односторонний уход с территорий позволяет занять их неправительственным милициям, и в результате приходится туда возвращаться, — говорит Солана — Поэтому израильскому премьер-министру стоит пересмотреть свои планы по поводу «программы консолидации».

Кроме того, Солана высоко отметил действия ООН, чья резолюция имеет хорошие шансы быть на сей раз выполненной, и стабилизировать обстановку на Ближнем Востоке. Он пообещал, что Европа сделает все, чтобы эту резолюцию не постигла судьба ее предшественниц.

Кроме встреч с официальными лицами Хавьер Солана встретился и пообщался с семьями похищенных солдат. По его словам, его не беспокоит, что солдаты упомянуты только в предварительных параграфах резолюции, не обязательных для исполнения. «Вполне возможно, что в самое ближайшее время Совбез ООН выпустит новую резолюцию по этой проблеме, либо же будет выпущена декларация генсека ООН Кофи Анана, которая придаст больший вес этому параграфу».

«В любом случае, — говорит Солана — я пообещал семьям солдат, что приложу все свои усилия для их скорейшего возвращения домой. Я говорил с премьер-министром Ливана Фуадом Синьорой. Он не поддерживает похищение солдат, и также заинтересован в их скорейшем освобождении».

(По сообщениям информагентств).

Собственно говоря, заседание в канцелярии израильского премьера стало завершающей фазой переговоров, так сказать, надводной частью айсберга. Внутренняя оппозиция критиковала предстоящее соглашение резко и напористо, понимая, что в своем противостоянии найдет поддержку если и не всего населения Израиля, то уж, по крайней мере, жителей северных районов — точно. Учитывая, что на севере страны проживает много русскоязычных граждан, один из представителей оппозиции, депутат израильского парламента Юваль Штайниц, буквально за день до принятия резолюции Совбеза ООН, дал интервью российскому международному телеканалу RTVi. В этом интервью он подверг резкой критике израильское правительство и хотя его позиции во многом кажутся спорными, они, тем ни менее, отражают мнение некоторой части израильского общества. В частности, Юваль Штайниц сказал:

«С самого начала войны с «Хизбаллой» военные регулярно строят прогнозы на предмет продолжительности этой операции. Сперва речь шла о двух, чуть позже о нескольких неделях. Потом счет пошел на месяцы. На чем основываются подобные оценки?

Обстрелам северных районов Израиля необходимо было положить конец уже через двое суток после начала военных действий. Армия обороны Израиля вполне была способна взять под контроль южные районы Ливана, после чего атаки на наши города прекратились бы. Именно так мы всегда и поступали. Например, в 67-ом, когда иорданская артиллерия обстреливала Гуш-Дан, а сирийская — районы Галилеи. Мы покончили с этим всего за шесть дней. Или в 82-ом — тогда на наш север обрушились тысячи артиллерийских снарядов и ракет. Отряды ЦАХАЛа всего за сорок восемь часов форсировали реку Литани, и воцарилась тишина. Теперь все иначе: с первого же дня операции правительство бормочет что-то невнятное и на каждом шагу испытывает сомнения. Министры делают все, за исключением самого главного: они не поручают военным защитить гражданское население от артобстрелов.

Так что же тогда ЦАХАЛ делает в Ливане, если не защищает нас с вами от артиллерийских снарядов и «катюш»?

Еще три года назад члены комиссии кнессета по иностранным делам и обороне тщательно изучили ситуацию и сделали вывод, что проблема артобстрелов севера не может быть решена только при помощи ВВС. При всех колоссальных возможностях наших летчиков, Израиль не в состоянии подчинить себе весь Южный Ливан с воздуха. А ведь военные в это свято верили! Но куда хуже то, что полную безграмотность в ключевых вопросах национальной безопасности демонстрирует правительство Израиля.

Эхуд Ольмерт действительно долгое время не решался отдать приказ к началу сухопутной операции в Южном Ливане. Но к настоящему моменту она продолжается вот уже две недели, а интенсивность артобстрелов нашего севера, тем не менее, остается прежней.

Реальные сроки ливанской операции должны определить мы сами. Инфраструктура «Хизбаллы» в Бейруте, ее тренировочные лагеря, командные пункты и разведка были уничтожены еще в первые дни войны. Осталось лишь выдавить ее боевиков из Южного Ливана. Для этого потребуется форсировать реку Литани, а в некоторых местах даже продвинуться выше. Если нам это удастся, война прекратится через три дня, максимум — через неделю. Если же нет, то она либо затянется на необозримый срок, либо нам придется подписать соглашение о прекращении огня, которое будет означать победу «Хизбаллы» и позорную капитуляцию Израиля.

Совместная американо-французская инициатива по прекращению огня в Ливане подверглась жесткой критике со стороны ряда израильских политиков и военных. Специалисты считают, что этот документ во многом игнорирует цели, ради которых Израиль начинал контртеррористическую операцию. Этот документ грозит Израилю чудовищной катастрофой. Во-первых, в нем не содержится никаких гарантий, что будет реализована на практике резолюция ООН номер 1559. Во-вторых, беспрецедентен сам факт нашей готовности пойти на территориальные уступки террористам, похитившим наших солдат и развязавшим войну. Более того, такое поведение может вылиться в дальнейший вооруженный конфликт с Сирией.

Говоря о территориальных уступках, я имею в виду так называемую «ферму Шебаа».Это часть Голанских высот и отказ от «фермы Шебаа» неминуемо приведет к полномасштабной и куда более тяжелой для нас войне с Сирией. Ведь если «Хизбалле» с помощью террора удастся вынудить Израиль отказаться от территорий, то почему бы и Сирии не попробовать аналогичным способом вернуть себе Голанские высоты? Повторяю, для нас подобный исход противостояния с «Хизбаллой» будет иметь катастрофические последствия. Мне кажется, Эхуду Ольмерту лучше уйти в отставку, нежели поставить свою подпись под таким документом.

…В начале войны буквально все складывалось для нас наилучшим образом: и оппозиция, и коалиция, и население, и пресса были заодно. На нашей стороне были США и даже в немалой степени Европа. Не говоря уже о том, что поначалу и Россия во главе с Путиным поддержала нашу попытку наказать «Хизбаллу» и помешать ей окончательно превратить Южный Ливан в колонию Ирана. Но вместо того, чтобы в такой ситуации повести себя разумно и решительно, мы проспали первую неделю войны, затем вторую, и лишь по прошествии месяца правительство вспомнило о том, что пора бы дать армии возможность защитить наших граждан. Терпение американцев не беспредельно. Они не будут вечно подставлять плечо людям без опыта, внутренней твердости и уверенности в своей правоте, какими являются наши нынешние министры.

После прекращения огня неизбежно найнутся перергорвы об обмене пленными. У нас уже есть опыт обмена наших солдат на сотни и даже тысячи арабских террористов, но нынче такая сделка станет для врага доказательством эффективности выбранной им тактики похищений. На мой взгляд, такие переговоры были бы ошибкой. Израиль, собственно, и начал войну для того, чтобы уничтожить «Хизбаллу», и без всяких предварительных условий вернуть похищенных военнослужащих. Ради чего, собственно, мы и несем чудовищные потери, вынуждаем два миллиона человек жить в бомбоубежищах, терпим многомиллиардные экономические убытки. Неужели это все для того, чтобы в итоге полюбовно договориться с «Хизбаллой»? Чтобы вдобавок к освобождению из наших тюрем ливанских террористов еще и отказаться от контролируемых Израилем территорий? Наше правительство демонстрирует в эти дни свою полную гражданскую и политическую несостоятельность. У нас есть замечательная армия, которая при всех своих ошибках остается одной из лучших в мире. Для нее не составило бы особого труда взять под контроль Южный Ливан. Кроме того, если действовать быстро, потери могут оказаться куда меньшими, чем когда застреваешь в каждом бункере и тем самым даешь противнику время опомниться и собраться с силами. Но правительству Ольмерта все это невдомек. Лишь в одном я согласен с премьер-министром: нынешняя война приведет к качественным изменениям на всем Ближнем Востоке, только в худшую сторону. Если «Хизбалла» докажет, что с помощью террора можно победить и оттяпать территории — в данном случае израильские Голаны, то все предыдущие резолюции ООН можно будет выбросить в мусорную корзину. Я очень обеспокоен возможностью удара со стороны Сирии, которую может воодушевить пример «Хизбаллы».

Я, конечно, не думаю, что это будет третья мировая война, но конфликт с сирийцами вполне возможен. Сирийская армия несопоставимо мощнее отрядов «Хизбаллы», и потому я надеюсь, что этого все же не произойдет. Но если избежать войны с Сирией не удастся, наш удар по ней должен быть многократно сильнее, чем по Ливану. К счастью, благодаря давлению комиссии по иностранным делам и обороне, еще три года назад армейское руководство предприняло необходимые меры по укреплению израильско-сирийской границы, тем самым заметно сократив тактические возможности сирийцев.

Какой в итоге ни будет резолюция ООН, одним из ее непременных условий станет прекращение огня с «Хизбаллой» и размещение на ливанской границе «голубых касок». Судя по всему, это будет печально известное Израилю подразделение UNIFIL. Мировое сообщество всерьез надеется, что вооруженные миротворцы могут быть эффективным буфером между нами и «Хизбаллой». Но это и есть одно из главных заблуждений. Если мы сами не выбьем боевиков «Хизбаллы» из Южного Ливана, никто другой этого не сделает. Какие бы резолюции не приняла ООН. Была бы у меня возможность выбора, я бы скорее предпочел наше отступление из Ливана без всякого соглашения — пусть это и будет воспринято как победа «Хизбаллы» — дислокации вблизи нашей северной границы ливанской армии вместо введения в этот регион эффективного международного воинского контингента. Но даже такой исход будет лучше поистине катастрофического для нас — уж простите за такое определение — соглашения о перемирии, за которое выступает ООН.

Еще в 50-е годы Бен-Гурион говорил, что в силу малых размеров Израиля и того, что его главные города расположены так близко от границ государства, в случае начала войны фронт военных действий должен быть как можно быстрее перенесен на территорию противника. Только так можно отвести основную угрозу от нашего тыла. Ольмерт и его министры ничего подобного не делают. Вместо того чтобы эвакуировать население севера, правительству следует уничтожить ракетный арсенал «Хизбаллы» и навсегда выбросить эту организацию из Южного Ливана.

Перейду к еще одному аспекту ливанской операции — информационному. Израиль уже давно проигрывает на этом поле своим арабским противникам. И всякий раз мы оказываемся не в состоянии объяснить миру простую вещь: на этой войне нас тоже убивают!

Этим информационным пробелам есть немало причин, часть из которых — объективные. К примеру — универсальная враждебность в отношении Израиля, отчасти восходящая к старому как мир антисемитизму. В плане разъяснения международному сообществу своих позиций мы не на высоте. Это прежде всего провал трех ключевых ведомств, в чьи обязанности входит пропаганда: Министерства главы правительства, МИДа и Минобороны. А откровенные выступления в СМИ представителей оппозиции, равно как и все наши иные усилия в этом направлении не могут подменить собой четкой линии государства на разъяснение наших позиций за рубежом. Но куда печальнее то, что наше правительство оказывается не в состоянии грамотно распорядиться таким мощным инструментом, как Армия обороны Израиля. И уж коли нет достойного и умелого «златоуста» в своем отечестве, почему бы правительству не пригласить грамотных западных специалистов, чтобы подправить имидж Израиля в глазах международного сообщества?

Правда, в этом направлении какие-то уже все же предпринимаются. У Израиля много друзей во всем мире. В начале войны даже Джордж Буш и Тони Блэр немало потрудились на благо израильской пропаганды. Но, повторяю, об этом должны думать не отдельные люди, а государство. Главе правительства и некоторым министрам пора подумать о том, чтобы отказаться от своего залихватского стиля и поубавить спесь. Во многом из-за их непродуманных заявлений начального периода войны мы и проигрываем схватку на информационном поле. Израилем сегодня управляет правительство дилетантов. А поскольку я не испытываю надежд на то, что эти люди способны измениться с лучшую сторону, пусть уж лучше уйдут в отставку. Ольмерт не заслуживает ни одного доброго слова. Во всяком случае в данных обстоятельствах.

Глава 2

Журналисты информационного сайта «NEWSru. Co.il» за все время боевых действий в Ливане готовили как оперативные, так и аналитические материалы. Достаточно привести один из характерных примеров. Резолюция Совета Безопасности ООН № 1701 о прекращении огня в Ливане, принятая в ночь с 11 на 12 августа, переведенная на русский язык появилась на сайте уже ранним утром, в 6 часов 23 минуты. А бук4вально на следующий день была опубликована полная сводка военных действий за все 32 дня ливанской кампании. Поистине гигантский труд. Выражая коллегам искреннюю признательность и глубокое профессиональное уважение, хочу привести здесь эту поистине уникальную сводку.

Статистика за 32 дня войны

12 июля. Около 30 ракет.

13 июля. Около 150 ракет (первая ракета разорвалась в Хайфе).

14 июля. Около 70 ракет (не менее 10 — на удалении свыше 20 км от границы).

15 июля. Около 40 ракет (не менее 10 — на удалении свыше 20 км от границы).

16 июля. Около 60 ракет (не менее 30 — на удалении свыше 20 км от границы).

17 июля. Около 100 ракет (не менее 60 — на удалении свыше 20 км от границы).

18 июля. Около 100 ракет (не менее 20 — на удалении свыше 20 км от границы).

19 июля. Около 140 ракет (не менее 30 — на удалении свыше 20 км от границы).

20 июля. Около 50 ракет (не менее 5 — на удалении свыше 20 км от границы).

21 июля. Около 40 ракет (не менее 20 — на удалении свыше 20 км от границы).

22 июля. Около 120 ракет (не менее 40 — на удалении свыше 20 км от границы).

23 июля. Около 100 ракет (не менее 40 — на удалении свыше 20 км от границы).

24 июля. Около 100 ракет (не менее 30 — на удалении свыше 20 км от границы).

25 июля. Около 100 ракет (не менее 40 — на удалении свыше 20 км от границы).

26 июля. Около 150 ракет (не менее 50 — на удалении свыше 20 км от границы).

27 июля. Около 100 ракет (не менее 40 — на удалении свыше 20 км от границы).

28 июля. Около 110 ракет (не менее 40 — на удалении свыше 20 км от границы).

29 июля. Около 100 ракет (не менее 40 — на удалении свыше 20 км от границы).

30 июля. Свыше 140 ракет (не менее 10 — на удалении свыше 20 км от границы).

31 июля. Не более пяти ракет.

1 августа. Не более пяти ракет.

2 августа. Свыше 215 ракет (не менее 20 — на удалении свыше 20 км от границы).

3 августа. Около 160 ракет (не менее 30 — на удалении свыше 20 км то границы).

4 августа. Около 200 ракет (не менее 40 — на удалении свыше 20 км от границы).

5 августа. Около 200 ракет (не менее 40 — на удалении свыше 20 км от границы).

6 августа. Около 200 ракет (не менее 40 — на удалении свыше 20 км от границы).

7 августа. Около 180 ракет (не менее 30 — на удалении свыше 20 км от границы).

8 августа. Около 150 ракет (не менее 10 — на удалении свыше 20 км от границы).

9 августа. Около 180 ракет (не менее 10 — на удалении свыше 20 км от границы).

10 августа. Около 170 ракет (не менее 20 — на удалении свыше 20 км от границы).

11 августа. Около 120 ракет (не менее 20 — на удалении свыше 20 км от границы).

12 августа. 65 ракет (не менее 10 — на удалении свыше 20 км от границы) класса «земля-земля».

Ливанские власти сообщают, что за 32 дня войны в Ливане погибли 1,130 человек, 3,600 человек получили ранения различной степени тяжести.

По утверждению ливанских властей, из 1,130 погибших 1,025 были мирными гражданами.

И еще один поистине бесценный документ составлен обозревателями этого же сайта. Я бы назвал его «ОБРАТНЫЙ ОТСЧЕТ». Это — полная хроника событий, предоставленная в обратном порядке — от последнего дня войны и, соответственно, первого, хотя и относительно, мирного дня, то есть 12 августа, до дня начала боевых действий — 12 июля.

Тридцать первый день войны. 11 августа

Число погибших израильтян за время военных действий выросло до 124 человек, около 1.500 человек получили ранения. Глава правительства Эхуд Ольмерт распорядился возобновить наземную военную операцию на территории Южного Ливана. Совет Безопасности ООН обсуждает проект резолюции по прекращению военного конфликта. В проект внесены требования Израиля: незамедлительное освобождение захваченных военнослужащих без каких-либо условий и постепенный отвод израильских войск. При этом от Израиля требуется прекратить огонь «так скоро, как только возможно». На территории Южного Ливана, согласно проекту резолюции, будут размещены 15 тысяч сотрудников миротворческого контингента ООН.

Тридцатый день войны. 10 августа

За сегодняшний день боевики «Хизбаллы» выпустили по территории Израиля 170 ракет «катюша» класса «земля-земля». Наземная операция ЦАХАЛа в Южном Ливане приостановлена по распоряжению главы правительства Эхуда Ольмерта, который намерен дать шанс дипломатическому урегулированию конфликта

Число погибших израильтян за время военных действий выросло до 118 человек, в том числе 79 военнослужащих и 39 мирныx жителей. Около 1.500 человек получили ранения.

Среди тел уничтоженных в Южном Ливане террористов «Хизбаллы» были обнаружены члены «Революционной гвардии Ирана». Их опознали по найденным при них документам. Пресс-служба Армии обороны Израиля предоставила фотосвидетельство, что «Хизбалла» располагает американскими ПТУР TOW 2001-го года.

Двадцать девятый день войны. 9 августа

В боях в Южном Ливане были уничтожены, по меньшей мере, 30 боевиков ливанской террористической организации «Хизбалла». ВВС Израиля нанесли новые удары по южным районам ливанской столицы, в которых расположены объекты «Хизбаллы».

Заместитель начальника генерального штаба Армии обороны Израиля генерал-майор Моше Каплински был назначен прямым начальником командующего Северным округом ЦАХАЛа генерал-майора Уди Адама. Кабинет безопасности утвердил расширение военной операции на Юге Ливана.

Двадцать восьмой день войны. 8 августа

По данным полиции Израиля, с начала войны ливанская шиитская террористическая организация «Хизбалла» выпустила по израильской территории свыше 3.000 ракет «земля-земля» различного радиуса действия.

В боях в Южном Ливане были уничтожены, по меньшей мере, 30 боевиков ливанской террористической организации «Хизбалла». ВВС Израиля нанесли новые удары по южным районам ливанской столицы, в которых расположены объекты «Хизбаллы».

Заместитель начальника генерального штаба Армии обороны Израиля генерал-майор Моше Каплински был назначен прямым начальником командующего Северным округом ЦАХАЛа генерал-майора Уди Адама. Это назначение, решение о котором было принято начальником генштаба ЦАХАЛа генерал-лейтенантом Даном Халуцем, фактически означает смещение Уди Адама с поста командующего округом на период боевых действий.

Двадцать седьмой день войны. 7 августа

В бою с террористами «Хизбаллы» в Бинт-Джбейле погибли трое израильскох военнослужащих. Число погибших израильских граждан за время военных действий достигло 100 человек. Террористы «Хизбаллы» продолжили обстрел Верхней и Западной Галилеи, Цфата, Акко и других городов севера страны. Высокопоставленный офицер службы военной разведки АМАН сообщил, что «Хизбалла» все еще способна выпустить ракеты дальнего радиуса действия, способные достичь Гуш-Дана.

Ливанское правительство сообщило о том, что на юге Ливана будут размещены 15 тысяч военнослужащих регулярных войск после вывода Армии обороны Израиля из Южного Ливана. «Хизбалла» поприветствовала это решение, сообщив, что боевики «будут бороться с израильскими оккупантами бок о бок с солдатами». Рассмотрение «ливанской резолюции» в СБ ООН отложено до вторника.

Двадцать шестой день войны. 6 августа

Террористы «Хизбаллы» выпустили по Израилю рекордное число ракет — 200. В результате интенсивного ракетного обстрела Хайфы обрушился жилой дом. Три человека погибли, более 200 получили ранения различной степени тяжести.

Спикер ливанского законодательного собрания Набих Берри заявил на пресс-конференции в Бейруте, что парламент его страны отвергает проект резолюции СБ ООН по урегулированию конфликта с Израилем, предложенный США и Францией.

Пост UNIFIL, расположенный в районе Аль-Хинайя, повергся минометному обстрелу. Несколько снарядов, выпущенных боевиками «Хизбаллы», попали в штаб китайского контингента UNIFIL. По меньшей мере, трое миротворцев получили ранения.

Никаких обвинений в адрес «Хизбаллы» со стороны UNIFIL не прозвучало.

Двадцать пятый день войны. 5 августа

За сутки израильские ВВС атаковали 88 объектов на территории Ливана, а ливанские террористы выпустили не менее 200 ракет «земля-земля» по Израилю. К северу от границы продолжаются бои. Три человека погибли в результате ракетных обстрелов, всего от ракетных обстрелов за дни военных действий погибли уже 33 человека. Впервые ракетному обстрелу подвергся город Хадера, расположенный значительно южнее Хайфы.

Госсекретарь США Кондолиза Райс сообщила, что резолюция ООН о прекращении огня будет готова в течение нескольких дней. Проект резолюции готовят Франция и США. Правительство Ливана заявило, что слишком рано обсуждать проект резолюции о прекращении огня, поскольку «он еще не окончательный». «Хизбалла» отвергла проект резолюции, заявив, что не будет никаких соглашений о прекращении огня до тех пор, пока на территории Южного Ливана находятся израильские войска.

Двадцать четвертый день войны. 4 августа

По данным полиции Израиля, за сегодняшний день, 4 августа, террористы «Хизбаллы» выпустили 200 ракет по израильской территории. Три ракеты упали в районе Хадеры.

В результате ракетных обстрелов погибли трое жителей Галилеи — двое жителей арабской деревни Мадждаль Крум (недалеко от Кармиэля) и один житель друзской деревни Мрар Разрешена к публикации информация о том, что 3 августа в ходе боев на территории Южного Ливана погибли четверо военнослужащих. Трое погибли в деревне Раджин, и еще один солдат погиб в деревне А-Тайбе.

Двадцать третий день войны. 3 августа

В ходе боев на юге Ливана погибли 4 военнослужащих ЦАХАЛа. Трое погибли в результате попадания противотанковой ракеты по танку в деревне Раджамин на юге Ливана, еще один солдат погиб в результате взрыва противотанковой ракеты в деревне А-Тайбе.

Террористы «Хизбаллы» провели массированный обстрел севера Израиля, в результате обстрела погибли 8 человек. В результате ракетного обстрела Акко погибли пять человек, еще трое погибли в результате обстрела района Маалот.

За сутки по израильской территории ливанские террористы выпустили не менее 160 ракет «земля-земля». При этом около ста ракет были выпущены в течение получаса после 16:00.

Двадцать второй день войны. 2 августа

В ночь на среду бойцы израильских подразделений специального назначения провели наземную военную операцию в цитадели «Хизбаллы» — городе Бааль-Беке в долине Бекаа. Они отметили, что операция завершена, среди израильских войск потерь нет. Были арестованы несколько террористов «Хизбаллы».

За минувшие сутки ливанские террористы выпустили по израильской территории не менее 215 ракет «земля-земля». Впервые подвергся обстрелу город Бейт-Шеан, находящийся на значительном расстоянии от ливано-израильской границы. В результате очередного ракетного обстрела погиб житель кибуца Саад, легкие ранения получили три жителя Нагарии.

Правозащитная организация Human Rights Watch опубликовала предварительные результаты своего расследования обстоятельств трагедии в деревне Кана, когда в результате израильской бомбардировки обрушился дом. Сообщается, что в результате инцидента погибли 28 человек, из них — 16 детей. Первоначально утверждалось, что жертвами стали 60 человек, в том числе, 37 детей.

С начала антитеррористической операции израильские военные нанесли удары по 3.631 цели в Ливане. В настоящий момент в Южном Ливане действуют 6 бригад Армии обороны Израиля (8.000 солдат). Уничтожены 350–400 террористов, проведены 15 спецопераций, сходных с рейдом на Бааль-Бек. Военные передают, что для полного разгрома «Хизбаллы» необходимо ввести еще две дивизии.

Двадцать первый день войны. 1 августа

Офицер и двое солдат ЦАХАЛа погибли и 25 военнослужащих получили ранения в ходе тяжелых боев с террористами «Хизбаллы» в деревне Айта аш-Шааб на юге Ливана. Узкий кабинет безопасности принял решение о расширении наземной военной операции в Ливане.

Израильские ВВС провели ряд обстрелов целей «Хизбаллы» на ливанской территории. Речь идет о ракетных установках, готовящихся выпустить ракеты по Израилю. Напомним, данное условие оговаривалось Израилем при объявлении 48-часового прекращения авиаударов. Израильские войска в очередной раз попросили ливанцев, проживающих к северу от реки Литани, покинуть свои дома. «Хизбалла» провела ряд обстрелов Западной и Верхней Галилеи, Нагарии и других районов севера Израиля.

Двадцатый день войны. 31 июля

По данным израильских военных, «Хизбалла» потеряла две трети арсенала ракет «Зильзаль» с радиусом действия до 200 км, большинство ракет уничтожены. В районе деревень Айта аш-Шааб, Адайса и Э-Тайбе идут тяжелые бои. Боевики утверждают, что задержали продвижение израильских войск в Айта а-Шааб и Адайсе.

Премьер-министр Израиля Эхуд Ольмерт заявил, что прекращения огня нет, и в ближайшее время объявлено не будет.

Девятнадцатый день войны. 30 июля

За девятнадцатый день боевых действий боевики шиитской террористической организации «Хизбалла» выпустили по Израилю более 144 ракет, что является рекордом за все время войны. Обстрелу подверглись Западная и Верхняя Галилея, Кирьят-Шмона, Акко, Хайфа, ранения получили около десяти человек.

В деревне Кана (к юго-востоку от Тира, Южный Ливан) в результате атаки ВВС Израиля обрушился 3-этажный дом. В результате обрушения погибли десятки человек, в том числе около сорока детей. В связи с этим инцидентом Израиль подвегся резкой критике, Кондолиза Райс отменила свой визит в Бейрут. Представитель Армии обороны Израиля, между тем, подчеркнул, что жители Каны были предупреждены о планируемых обстрелах, и их просили оставить свои дома. Он также сообщил, что с момента атаки на данный дом до его обрушения прошло 7 часов.

Восемнадцатый день войны. 29 июля

Ракетному обстрелу «Хизбаллы» подверглись города Севера — Цфат, Маалот, Кирьят-Шмона, Нагария, Акко и Рош-Пина. Ливанская армия впервые конфисковала пусковую установку ракет «Град». Это произошло в 30 км к северу от границы Израиля. Кроме того, ливанские военные конфисковали 25 готовых к запуску ракет.

ВВС Израиля атаковали объекты на сирийско-ливанской границе. Двое миротворцев ООН получили легкие ранения в результате атаки ВВС Израиля на приграничную деревню Адайсе. Солдат Армии обороны Израиля получил тяжелые ранения в бою с террористами «Хизбаллы» в Бинт-Джбейле.

Выступая в эфире телеканала «Аль-Манар», шейх Хасан Насралла заявил, что израильские города к югу от Хайфы на прицеле у «Хизбаллы».

Власти Израиля отклонили просьбу ООН о прекращении огня на 72 часа.

Семнадцатый день войны. 28 июля

Более 100 ракет выпустили боевики «Хизбаллы» по израильской территории. Около 30 человек получили ранения, в том числе 1 ранен тяжело, двое получили ранения средней степени тяжести. В Афуле впервые разорвалась ракета Фаджар-5», дальнего радиуса действия. Одна из ракет, выпущенных террористами «Хизбаллы», попала в здание больницы в городе Нагария на севере Израиля.

В Бинт-Джбейле военнослужащими Армии обороны Израиля были уничтожены, по меньшей мере, 15 боевиков «Хизбаллы».

Начальник Генерального штаба Израиля генерал-лейтенант Дан Халуц госпитализирован в больницу «Ихилов» в Тель-Авиве, после осмотра он был выписан.

Шестнадцатый день войны. 27 июля

Боевики «Хизбаллы» продолжают обстреливать северные районы Израиля. Ракетному обстрелу подверглись Рош-Пина, Тверия, Хайфа, Кирьят-Шмона. Ливанские террористы выпустили по израильской территории не менее 100 ракет. В результате обстрела Кирьят-Шмоны три человека получили легкие ранения осколками.

За истекшие сутки ВВС Израиля атаковали 67 целей на территории Ливана, в том числе здания, мосты, дороги, автомобили, пусковые ракетные установки и другие. Бойцы ЦАХАЛа уничтожили в Бинат-Джабиле здание, в котором располагался командный пункт террористов «Хизбаллы».

США наложили вето на резолюцию Совбеза ООН, осуждающую Израиль за обстрел поста ООН на ливано-израильской границе, в результате которого погибли четыре наблюдателя UNIFIL.

Пятнадцатый день. 26 июля

В результате боев в районе деревень Бинат-Джабиль и Марун а-Рас в Южном Ливане погибли 9 военнослужащих Армии обороны Израиля, в том числе 4 офицера, более 30 получили ранения.

«Хизбалла» продолжает ракетные обстрелы севера Израиля, атакованы Цфат, Кармиэль, Маалот, Кирьят-Шмона, Рош-Пина, Тверия и ряд других городов. Число ракет «Катюша», выпущенных по Израилю, превысило отметку в 145.

В Тире обстреляно здание командного пункта «Хизбаллы», в котором находился офис высокопоставленного руководителя организации Набиля Каука. Семиэтажное здание в результате обстрела обвалилось, 13 человек получили ранения.

Четырнадцатый день. 25 июля

В результате ракетного обстрела Кфар Мрар погибла девушка. Пожилой житель Хайфы умер от сердечного приступа после разрыва ракеты около его дома. «Хизбалла» выпустила по Израилю свыше 100 ракет.

Продолжаются бои в районе Бинат-Джабиля, Марун а-Раса и Айтаруна. ВВС Израиля нанесли мощный удар по объектам «Хизбаллы» в Бейруте.

Завершился визит госсекретаря США на Ближний Восток.

Тринадцатый день. 24 июля

Сухопутные войска Армии обороны Израиля вели ожесточенные бои в городе Бинат-Джабель на юге Ливана, который считается столицей террористической организации «Хизбалла». В ходе боев в Бинат-Джабиле погибли двое военнослужащих ЦАХАЛа, офицер и солдат. Около 20 человек были ранены.

На ливано-израильской границе упал израильский вертолет Apache, зацепивший линию электропередач. В результате катастрофы пострадали шесть военнослужащих. Двое военнослужащих погибли.

Террористы «Хизбаллы» обстреляли Цфат, Акко, пригороды Хайфы, Нагарии и Шломи, обстрелам подверглась также Галилея, около десяти человек получили ранения.

Двенадцатый день. 23 июля

Разрешено к публикации: обнаружено тело пятого израильского солдата, погибшего в боях около Марун а-Рас. Семья погибшего 6 лет назад репатриировалась из Украины.

ВВС Израиля атакуют объекты «Хизбаллы» на юге и на западном побережье Ливана. Уничтожены десятки ракетных установок. Есть жертвы — в том числе, среди мирного населения.

«Хизбалла» за этот день выпустила около 100 ракет по территории Израиля. Только в районе Хайфе разорвалось 14 ракет: 2 погибших, свыше 90 раненых.

Число беженцев в Ливане превысило 500.000 человек.

Одиннадцатый день. 22 июля

Израильское военное руководство заявило, что планирует не крупномасштабную наземную операцию на территории Ливана, а лишь усиление военных действий на юге страны. ВВС Израиля разрушили телевизионные вышки и передающие антенны мобильных операторов в центре и на севере Ливана.

«Хизбалла» продолжила ракетные обстрелы севера Израиля. Ракета «Катюша» попала в жилой дом в Кармиэле. В результате попадания ракеты в жилой дом в Цфате женщина тяжело ранена, двое членов ее семьи также получили ранения. Несколько ракет разорвались на территории Хайфы.

Армия обороны Израиля обратилась к жителям 10 ливанских деревень с просьбой покинуть свои дома в связи с проведением антитеррористической операции.

ЦАХАЛ взял под свой контроль ливанскую деревню Марун а-Рас, которая находится недалеко от израильского населенного пункта Авивим.

Десятый день. 21 июля

Лидер «Хизбаллы» Хасан Насралла выступил с заявлением по телеканалу «Аль-Джазира». Он заявил, что «Хизбалла» не будет освобождать израильских солдат без освобождения заключенных. Кроме того, Насралла опроверг сообщения израильской армии о том, что «Хизбалла» потеряла 50 процентов ракетной мощности, пообещав Израилю «дополнительные сюрпризы».

В результате столкновения двух вертолетов Apache в районе ливано-израильской границы погиб офицер ЦАХАЛа, еще трое офицеров были ранены. Разрешена к публикации информация, что накануне к северу от поселка Авивим в ходе боев с «Хизбаллой» погибли 4 военнослужащих.

«Хизбалла» возобновила ракетные обстрелы Хайфы и других районов севера Израиля. Десятки пострадавших.

Госсекретарь США Кондолиза Райс, выступая в Вашингтоне, заявила, что в кризисе на Ближнем Востоке виновны Сирия и террористическая организация «Хизбалла». «Прекращение огня на данном этапе нелогично. Сирия знает, что она должна сделать, а «Хизбалла» является причиной возникновения проблем», — заявила Кондолиза Райс.

Девятый день. 20 июля

Израильский военный самолет F-16 потерпел аварию при вылете с военной базы, расположенной на юге страны. Двум пилотам удалось катапультироваться из падающего истребителя.

ВВС Израиля атаковали бункеры в южной части Бейрута, в районе Будж Эль-Бурайдж, где, по данным разведки, скрывается руководство «Хизбаллы». На убежища террористов было сброшено 23 тонны бомб.

В течение дня израильские ВВС нанесли ракетно-бомбовые удары по более, чем 70 объектам «Хизбаллы». В результате боев на границе были ранены 8 военнослужащих.

Продолжаются ракетные обстрелы севера Израиля.

Восьмой день. 19 июля

Террористы «Хизбаллы» и армия Израиля продолжают обмениваться ударами. ВВС Израиля атаковали свыше 100 целей на территории Ливана. «Хизбалла» выпустила около 150 ракет по Израилю — в результате попадания ракеты в жилой дом в Нацерете (Назарете) двое погибших детей.

Бой к северу от израильского пограничного поселка Авивим: погибли двое израильских солдат, около 10 ранены. Потери «Хизбаллы»: один убитый, десятки раненых (точной информации нет).

Из Ливана продолжается эвакуация иностранных граждан. Тысячи беженцев ожидают своей очереди на эвакуацию.

Правительство Израиля принимает решение: военная операция в Ливане должна быть продолжена.

Седьмой день. 18 июля

Террористы продолжают массированные ракетные обстрелы Хайфы, Акко, районов северной границы. В результате попадания ракеты «Катюша» в жилой дом в Нагарии погиб 1 человек.

«Хизбалла» отклонила условия прекращения огня, предложенные Израилем. Израильские военные пресекли очередную попытку боевиков ливанской террористической организации «Хизбалла» прорваться на территорию Израиля.

ВВС Израиля продолжили обстрелы позиций «Хизбаллы» на территории Ливана. Число погибших в Ливане выросло до 227. «Хизбалла» сообщила о пятом убитом с начала войны. Над Ливаном сброшены листовки, призывающие лидера организации Хасана Насраллу выйти из укрытия и сдаться. Насралла продолжает отдавать распоряжения посредством видеообращений на кассетах.

Премьер-министр Израиля Эхуд Ольмерт заявил, что операция «Хизбаллы» была спровоцирована Ираном, и ставила под собой цель отвлечь внимание мировой общественности от иранской ядерной программы. Президент США Джордж Буш обвинил Сирию в попытке повлиять на конфликт. Премьер-министр Великобритании Тони Блэр заявил, что Иран поставляет «Хизбалле» оружие, идентичное тому, что использовалось против британских военных в Ираке.

Заместитель начальника генерального штаба Армии обороны Израиля Моше Каплинский заявил, что израильская армия продолжит боевые действия против «Хизбаллы» еще «как минимум, неделю». По словам представителей ЦАХАЛа, ракетный потенциал «Хизбаллы» составляет 50–60 процентов от начала недели, но все еще остается возможность обстрела Тель-Авива.

Шестой день. 17 июля

Ракеты «Хизбаллы» достали до района Нацерета (Назарета) и Афулы. ВВС Израиля атакуют десятки целей на всей территории Ливана — в Бейруте, Тире, Триполи, Бааль-Беке и т. д.

«Хизбалла» нанесла серию ракетных ударов по Тверии, Цфату, Акко, Хайфе, Кармиэлю и населенным пунктам в Верхней Галилее. Есть пострадавшие и разрушения. Одна из ракет попала в жилой дом в Хайфе и практически полностью разрушила его. Вечером одна из ракет попала в помещение больничного комплекса в Цфате.

Днем арабские СМИ сообщают, что ливанские ПВО сбили над Бейрутом израильский самолет F-16. Военные опровергают эту информацию. Позже армейские источники заявляют, что жители Бейрута видели падение ракеты «Зильзаль», которую боевики «Хизбаллы», возможно, пытались запустить по Израилю. Запуск оказался неудачным. Теоретически, ракета «Зильзаль», поставленная террористам Ираном, могла долететь из Бейрута до Нетании.

С израильской стороны ранены около 30 человек, в Ливане сообщают о не менее 45 погибших и 100 раненых.

Международные посредники активизируют действия по прекращению вооруженного конфликта. Правительство Израиля продлевает на 5 дней «особое положение» для районов, находящихся в тылу боевых действий.

Официальный Дамаск сообщает, 12–17 июля из Ливана в Сирию, спасаясь от израильских обстрелов, бежали свыше 100.000 человек.

Пятый день. 16 июля

«Хизбалла» осуществила серию ракетных обстрелов северных районов Израиля, в том числе Хайфы, Крайот и Акко. В результате взрыва ракеты на железнодорожной станции в Хайфе погибли 8 человек. Десятки израильтян получили ранения. Для усиления поражающей способности, террористы снабдили ракеты «Фаджар-2», «Фаджар-3» и «Раад-1» иранского производства боевой частью с дополнительными металлическими поражающими предметами, подобно «поясам шахида».

Израиль продолжил атаки целей на территории Ливана, как с воздуха, так и с боевых кораблей. Был вновь обстрелян аэропорт Бейрута, атакован ряд расположений «Хизбаллы» в долине Бекаа, а также различные кварталы, находящиеся под контролем шиитской террористической организации. Сообщалось о том, что лидер «Хизбаллы» Хасан Насралла получил ранение. Однако вскоре Насралла выступил с телеобращением.

ВВС Израиля нанесли ракетный удар по дому лидера боевиков «Хизбаллы» в Южном Ливане, ответственного за ракетные обстрелы Израиля, Набиля Каука. В результате атаки погибли 5 человек, в том числе 4 детей.

Ливанские источники сообщили, что в ходе одного из авианалетов погибли 5 граждан Канады. США, Россия, Франция, Великобритания и Россия готовятся к эвакуации своих граждан из Ливана.

Четвертый день. 15 июля

ВВС Израиля продолжают наносить удары по объектам террористов. Уничтожена одна пусковая ракетная установка, полностью разрушена штаб-квартира «Хизбаллы» в южном районе Бейрута. Израильские военные впервые атаковали позиции ливанской армии, уничтожив радары. Ударам подверглись также объекты палестинской террористической группировки ХАМАС в Ливане.

Террористы вели ракетные обстрелы северных городов Израиля. Впервые была обстреляна Тверия. Стало известно, что один из моряков погиб, трое других по-прежнему числятся пропавшими без вести. По данным израильских военных, ракетный катер «Ханит» был поврежден ракетой иранского производства.

С начала боевых действий по израильской территории были выпущены 700 ракет «земля-земля» и 600 минометных снарядов.

Третий день. 14 июля

Боевые действия продолжаются. ВВС Израиля наносят удары по террористам «Хизбаллы», НФОП и других организаций на юге и на востоке Ливана, а также в Бейруте и окрестностях ливанской столицы. За один день не менее 12 погибших ливанцев, около 100 раненых.

«Хизбалла» не прекращает ракетные обстрелы израильской территории. По оценкам военных, за три дня войны ливанцы выпустили по Израилю не менее 300 ракет класса «Катюша» и 500 минометных снарядов.

Гибнут еще двое израильтян — пожилая женщина и ее 5-летний внук. Десятки раненых. Телеканал «Аль-Джазира» сообщает о четверых израильских моряках, пропавших без вести.

Второй день. 13 июля

Ночью ВВС атаковали не менее 150 целей на территории Ливана, в том числе, склады вооружений «Хизбаллы». На рассвете был нанесен удар по аэродрому в Бейруте. В течение дня атакованы десятки ливанских объектов: военные и гражданские аэропорты, район Бейрута, в котором находится ставка «Хизбаллы», трасса Бейрут-Дамаск, базы террористов в лагерях палестинских беженцев и т. д. По разным данным, погибли от 50 до 60 ливанцев.

Ливан блокирован с воздуха и с моря. Ольмерт дает указание о продолжении интенсивных ударов по целям в Ливане.

В результате ракетных обстрелов Нагарии, Цфата, Кирьят-Шмоны, Хайфы и других населенных пунктов погибли двое израильтян, свыше 120 получили ранения. Для обстрела Хайфы ливанские террористы применили ракету иранского производства.

Первый день. 12 июля

В результате боевых действий на северной границе погибли восемь солдат Армии обороны Израиля, двое военнослужащих были захвачены в плен, не менее 12 израильтян получили ранения различной степени тяжести — как военные, так и гражданские.

Премьер-министр Израиля Эхуд Ольмерт заявляет, что «Хизбалла» фактически развязала новую войну. Объявлен экстренный призыв резервистов.

Начинается ответная операция Армии обороны Израиля, получившая кодовое название «Сахар Холем» («Достойное возмездие»). За первый день ВВС Израиля атаковали около 40 целей на территории Ливана: мосты, другие транспортные коммуникации и базы «Хизбаллы».

Потери сторон

Израиль: 132 погибших: 91 военнослужащий и 41 мирный житель, около 1.500 раненых.

Ливан: свыше 1.000 убитых (по оценкам израильских военных, число погибших боевиков превышает 500, Хизбалла» говорит о 50 убитых), не менее 4.000 раненых.

* * *

Так уж сложилась у меня эта глава, что приведены здесь в основном всевозможные статистические данные и подсчеты специалистов. Впрочем, иногда сухие цифры и без всяких подробностей изожженные факты, отражают события и их истинную суть гораздо лучше, чем самые красноречивые комментарии.

* * *

Израильские экономисты отметили, что проблема, с которой столкнется экономическая система после окончания войны, будет заключаться в быстром восстановлении экономики севера. Они отмечают, что на это потребуется более 5 миллиардов долларов США.

За месяц войны объем импорта в Израиль сократился на 10 процентов, полагает Уди Каспи, генеральный директор израильской компании международных перевозок.

По данным ЦСБ, за первые 5 месяцев этого года объем импорта товаров составил 19,1 млрд. долларов. 40 % импорта приходилось на долю сырья, 13 % — на долю станков, оборудования и наземных транспортных средств, 12 % — на долю потребительских товаров, а остальное — на долю импорта алмазов, энергоносителей, судов и самолетов.

Резко возросло число срочных посылок из западноевропейских стран, Китая и Гонконга. В последние годы Китай превратился в один из самых важных рынков экспресс-посылок в мире, и до 2010 он будет экспортировать более 30 % глобального производства.

Несмотря на сокращение объемов импорта за время войны, сообщается о 20-процентном увеличении числа посылок экспресс наложенным платежом в первой половине 2006 года по сравнению с 2005 годом.

* * *

Согласно опросам, проводимым израильскими СМИ и социологами, большинство граждан Израиля недовольны тем, на каких условиях правительство согласилось на перемирие с «Хизбаллой». Многие считают, что резолюция СБ ООН № 1701 не будет исполняться ни ливанскими властями, ни ливанскими террористами, но не позволит Израилю предпринимать какие-либо силовые меры для обеспечения безопасности севера страны.

Израильтяне выражают недоверие ливанской армии и межнациональным силам, которые должны будут контролировать Южный Ливан после вывода из этого региона подразделений израильской армии. Согласно промежуточным итогам опроса, проводимого NEWSru.co.il и телекомпанией RTVi, 85 % считают, что международный военный контингент не сможет стабилизировать обстановку в Ливане.

Согласно опросу, общественное мнение негативно отзывается о действиях ведущих лиц государства во время войны. Так, только 47 % оценили работу премьер-министра Эхуда Ольмерта, как хорошую. Еще меньшую оценку заработал министр обороны Амир Перец — его работу положительно оценили лишь 36 % опрошенных. Не намного лучше и положение начальника генштаба Дана Халуца, работу которого положительно оценили 49 %.

По итогам опроса можно заключить, что общество считает, что солдаты выиграли свою войну, в то время как правительство свою проиграло. 94 % опрошенных высоко оценили действия солдат и офицеров, воевавших в Ливане. Действиям правительства положительную оценку дали лишь 14 %. Работа армейского командования была расценена, как положительная, 61 % опрошенных.

Большинство опрошенных респондентов (57 %) высказались за отставку Амира Переца с должности министра обороны. За отставку Эхуда Ольмерта и Дана Халуца высказались соответственно 41 % и 42 % респондентов.

70 % опрошенных недовольны подписанием соглашения о прекращении огня до возвращения похищенных солдат. 69 % призывают к созданию государственной комиссии по расследованию ведения войны.

Стоит отметить, что общество серьезно расходится во взглядах на итоги войны. По 30 % опрошенных считают, что победила одна из сторон, еще 36 % — что не победил никто.

Более 80 % опрошенных считают, что Армия обороны Израиля не одержала победы в этой войне, из них 15 % убеждены, что победу одержала «Хизбалла». Разрыв между теми, кто считает, что положение Израиля улучшилось в результате войны, и теми, кто придерживается противоположного мнения, составляет всего 9 %. Треть общества считает, что все осталось без изменений. Это катастрофический результат для правительства, которое лихорадочно пытается объяснить обществу, что в результате войны Израиль добился некоторых достижений. 67 % израильтян требуют создания следственной комиссии.

Армия обороны Израиля, удивительным образом, вышла из войны незапятнанной. Более 80 % израильтян довольны ее действиями. Это сокрушительный удар для министра обороны, приближенные которого думали, что они сделают то, чего до сих пор в Израиле не происходило: свалить всю ответственность на армейское командование.

Поддержка армии в этой ситуации — всего лишь симптом того, что израильское общество вышло из войны в Ливане травмированным и сильно «поправевшим». Израильтяне считают, что армия ни в чем не виновата, и что войну надо было продолжить. Они хотят уничтожить Насраллу и разбомбить Иран. Нетаниягу находится на пике популярности. Подавляющее число израильтян считают, что правительство «воткнуло нож в спину армии».

В провалах обвиняют прежде всего министра обороны. Число израильтян, считающих, что Перец должен уйти в отставку примерно такое же, как число тех, кто готов и дальше видеть его на своем посту. Разрыв между первыми и вторыми может быть вызван статистической погрешностью.

Ведущая «тройка» получила самые низкие оценки. Действиями начальника Генерального штаба недовольны 52 %. Это беспрецедентный результат, поскольку генштаб всегда пользовался безоговорочным авторитетом израильтян.

57 % в обществе недовольны работой правительства, а 70 % недовольны Амиром Перецом лично. Правительство растеряло доверие общества, и теперь его позиции — наихудшие с момента избрания.

Горечь и разочарование характеризуют настроение израильского общества, как показывают результаты опроса газеты «Маарив».

Нет сомнения, что в Израиле готова почва для протеста.

* * *

За время боевых действий между Армией обороны Израиля и террористической организацией «Хизбалла» в мировых СМИ, в израильской и арабской прессе, в интернет-блоках постоянно звучали одни и те же имена политиков, террористов и военных. Их заявления и портреты чаще всего искали с помощью поисковых систем.

Наиболее часто упоминаемее по теме «Ливано-израильская война» персонажи разместились в этом своеобразном рейтинге следующим образом:

1. Шейх Сайэд Хасан Насралла — лидер «Хизбаллы»

2. Премьер-министр Ливана Фуад Синьора

3. Премьер-министр Израиля Эхуд Ольмерт

4. Министр обороны Израиля Амир Перец

5. Министр иностранных дел Израиля Ципи Ливни

6. Начальник генштаба Армии обороны Израиля Дан Халуц

7. Президент Ливана Эмиль Лахуд

8. Спикер ливанского парламента Набих Берри

9. Президент Ирана Махмуд Ахмадинеджад

10. Президент Сирии Башар Асад

11. Президент США Джордж Буш

12. Госсекретарь США Кондолиза Райс

13. Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан

14. Президент России Владимир Путин

* * *

Представители службы скорой медицинской помощи «Маген Давид Адом» (дословный перевод с иврита — «Красный щит Давида») сообщают, что за 33 дня боевых действий им пришлось ездить на 1.479 вызовов.

Всего за медицинской помощью обратились 2.591 израильтян, в это число включены как солдаты Армии обороны Израиля, так и гражданские лица. Число погибших, которых вывозили на машинах МАДА, составило 134 человека (всего жертвами этой войны стали 118 военнослужащих и 43 мирных жителя).

70 человек были тяжело ранены (37 солдат и 33 мирных жителя), 115 получили ранения средней степени тяжести (47 солдат и 68 мирных жителей). 807 человек были ранены легко. 1.465 израильтян получили нервный шок.

32.000 порций крови были собраны специальными пунктами «Маген Давид Адом». 6.000 добровольцев помогали медикам работать во время боевых действий. Сотрудники «Маген Давид Адом» также оказывали гуманитарную помощь жителям северных городов.

Но конечно же не только статистическими отчетами и подсчетам убытков были занятые в эти первые послевоенные дни по обе стороны от ливано-израильской границе. Весь мир с напряжением следил за ходом событий на Ближнем Востоке и понятно, что само по себе принятие резолюции ООН не могло вмиг, как по мановению волшебной палочки, утвердить прочный мир в регионе.

А атаки «Хизбаллы» тем временем продолжались, ЦАХАЛ отвечал на них своими военными действиями. Снова гибли люди, снова в больницу поступали раненые.

* * *

Принятие резолюции ООН было одобрено во всем мире. На рабском же Востоке его отпраздновали как победу. По традиции собирались на площадях, жгли израильские флаги и превозносили подвиги боевиков «Хизбаллы».

Президент Ирана Махмуд Ахмадинеджад позвонил по телефону своему ливанскому коллеге Эмилю Лахуду и поздравил его с победой, передает пресс-служба иранского президента.

В разговоре Ахмадинеджад старательно и подчеркнуто избегал темы «Хизбаллы», он говорил о «ливанском сопротивлении» (этот эвфемизм иранское руководство, как правило, использует для обозначения «Хизбаллы» в официальных заявлениях).

Махмуд Ахмадинеджад назвал «ливанское сопротивление» «образцом для подражания и гордости все исламской нации». Он сказал, что ливанцы являются свободолюбивой и независимой нацией, и добавил: «Секрет побед ливанцев во всех войнах с сионистским режимом заключается во всеобъемлющей национальной солидарности, несмотря на этнические и расовые различия».

Беседуя с Лахудом, президент Ирана заявил: «Рассчитывая на американскую поддержку, сионисты собирались вновь захватить Ливан и покорить вашу страну. Но народное сопротивление и выдержка правительства нанесли им тяжелое поражение. И эта победа делает честь мусульманам».

Президент Ирана выразил готовность оказать финансовую и иную помощь Ливану для восстановления разрушенных войной инфраструктур. При этом он подчеркнул, что «сионистский режим и его союзники» (Израиль, США, Великобритания) должны компенсировать большую часть потерь Ливана в результате этой войны и ответить за «военные преступления» в Международном суде.

В свою очередь, Эмиль Лахуд поблагодарил иранское руководство за поддержку, согласившись, что «самоотверженное сопротивление и национальная солидарность» были главными факторами, которые позволили «одержать победу». Он отметил, что «ливанская нация должна быть настороже, поскольку повергнутый тель-авивский режим приложит все усилия, чтобы реабилитировать себя после этого исторического и унизительного поражения».

Заместитель генерального секретаря шиитской террористической организации «Хизбалла» шейх Наим Кассам заявил в интервью телеканалу организации «Аль-Манар», что «резолюция Организации Объединенных Наций «ни к чему нас не обязывает и вообще на нас не распространяется». Он добавил также, что израильские военнослужащие «бродили по Ливану, как слепые, не имея разведданных, что и стало причиной провала израильской армии». Кроме того, Кассам заявил, что ни один из лидеров «Хизбаллы» не пострадал в результате атак израильской армии.

Между тем, Армия обороны Израиля сообщила, что за несколько часов до вступления в силу соглашения о перемирии в Южном Ливане был уничтожен руководитель «спецназа» «Хизбаллы» Саджад Давир.

* * *

…Когда измученные войной ливанцы возвращались в свои разрушенные дома по разбитым дорогам, все отчетливее складывалось впечатление, что больше всех от разгрома выиграла «Хизбалла». Основная причина — помимо тяжело завоеванной репутации этого движения как единственной силы в арабском мире, которая победила Израиль, вынудив его прекратить огонь, — это то, что «Хизбалла» по сути уже руководит действиями по восстановлению. И опять-таки за счет потока денег из богатого нефтью Ирана.

Нехме Томе, депутат ливанского парламента от антисирийского блока реформ и он же министр по делам беженцев, сказал, что представители «Хизбаллы» сообщили ему: после прекращения огня Иран предоставит им «неограниченный бюджет» на восстановление.

В победной речи в понедельник, 14 августа, лидер «Хизбаллы» шейх Хасан Насралла пообещал от себя предоставить деньги на «приличную и пригодную мебель» и годовую ренту каждому ливанцу, который за месяц войны потерял дом.

— Окончательная победа, — сказал он, — может наступить после восстановления. И «Хизбалла» ускорит эту победу

А 15 августа Израиль начал вывод многих резервных подразделений из Южного Ливана, и начальник штаба ЦАХАЛа сказал, что все солдаты покинут границы Ливана в течение 10 дней. Ливанские солдаты также должны были начать перемещения через два дня при поддержке первых прибывших из 15-тысячного миротворческого контингента иностранных вооруженных сил.

Когда Израиль начал вывод войск, сотни членов движения «Хизбалла» в десятках деревень Южного Ливана приступили к организации работ по уборке и анализу ущерба. Люди на бульдозерах прокладывали тропы через гигантские завалы. Дороги, которые были завалены обломками зданий, уже через день после объявления перемирия стали полностью проходимыми.

В Срейфе представитель «Хизбаллы» сказал, что его организация предложит единовременно 10 тысяч долларов местным жителям на оплату годовой ренты жилья, покупку новой мебели и пропитание для семьи.

В Тайбе, городе, где велись настолько жестокие бои, что из стен домов вываливались целые куски камня там, куда попадал залп, семья стоит вместе с двумя добровольцами из «Хизбаллы» и обьсуждает технические проблемы реконструкции.

В Бинт-Джбейле машины скорой помощи «Хизбаллы» — большие новые автомобили с мигалками на крыше — доставляли извлеченные из-под завалов тела боевиков.

Репутация «Хизбаллы» как эффективной сети, выросшей из народных недр, — в противоположность правительству Ливана, воспринимаемому многими как сборище хитрых, хорошо обеспеченных чивников в костюмах, — проявлялась во всем. Молодые люди с переговорными устройствами и блокнотами для записи в разрушенном шиитском районе на юге Бинт-Жбейля оценивали масштабы ущерба.

Шейх Насралла сказал в своей речи, что его «братья в городах и селах помогут тем, чьи дома сильно пострадали, восстановить их. Сегодня настало время выполнять наши обещания. Начиная с завтрашнего дня наши братья будут в вашем распоряжении».

Некоторые южные города пострадали так сильно, что во вторник жители еще не начали возвращаться туда. Боевик движения «Амаль», еще одной шиитской группировки, сказал, что представители «Хизбаллы» только начнут подчитывать ущерб в его городе Кафр Кила, что на израильской границе. Кроме того, люди «Хизбаллы» ходят по домам, встречаясь с жителями и спрашивая, в чем они нуждаются.

Хотя «Хизбалла» является шиитской организацией, слова шейха Насраллы нашли отклик и у суннитского мусульманина, 40-летнего Галеба Джази, который работает на нефтехранилище в Джие, в 15 милях к югу от Бейрута. Оно попало под обстрел израильскими бомбами, и отсюда загрязнения распространились на север, в Средиземноморье.

«Правительство может что-то сделать для починки мостов и дорог, но в том, что касается восстановления домов, «Хизбалла» играет более важную роль, — говорит он. — Вчера Насралла сказал, что восстановит дома, и он сдержит слово».

Речь шейха Насраллы была воспринята некоторыми как своеобразный водораздел в ливанской политике, утверждающий его группировку как равноправную с официальным правительством.

— Это был государственный переворот, — говорит Джад аль-Акжауди, политолог, связанный с блоком реформ. Он был среди организаторов антисирийских демонстраций после убийства бывшего премьер-министра Рафика Харири два года назад, спровоцировавшего международное давление по прекращению 15-летнего сирийского контроля в Ливане.

Рами Хури, автор колонки для «Daily Star» в Бейруте, написал, что шейх Насралла «принимает обличье национального лидера, а не лидера одной из группировок в пестрой мозаике ливанских политических партий.

«По тону и содержанию его заявления больше похожи на заявления премьер-министра или президента, который обращается к нации после ужасного месяца разрушений и человеческих страданий, — пишет Хури. — Его продвижение — один из важных политических результатов этой войны».

Министр обороны Ливана Элиас Мурр сказал во вторник, что правительство не будет пытаться разоружить «Хизбаллу».

«Армия не двинется на юг, чтобы лишить «Хизбаллу» оружия и сделать то, что не удалось Израилю», — считает он, демонстрируя тем самым, насколько трудно будет в ближайшие недели и месяцы контролировать боевиков. Министр добавил, что «сопротивление», как он назвал «Хихбаллу», сотрудничает с правительством, и нет необходимости с ним бороться.

Шейх Насралла выглядит теперь очень похожим на правителя, который чутко болезненно реагирует на бедствие своего народа. Он умело имтирует это сочувствие в своих вцыступлениях: «Пока, по предварительным данным, доступным нам, количество полностью разрушенных домов составляет 15 тысяч жилищ. Мы, разумеется, не можем ждать правительство с его оборудованием и тяжелым транспортом, потому что на это может потребоваться время, — сказал он, предупредив также: — Никто не должен повышать цены из-за всплеска спроса».

По сути его выступления — это речи не просто обличенного доверием лидера, но скорее — человека, твердо осознающего себя правителем всего народа.

— Поддержка движению «Хизбалла» может еще больше усилиться, — считает профессор ливанского университета Саад-Гураиб, — из-за слабости центрального правительства.

«Хизбалла» опирается на два столпа — сопротивление и социальная помощь. Эта война показала, что и то и другое им удается лучше, чем кому-либо.

Говоря о Насралле, профессор добавляет: «Он говорит людям: «Не беспокойтесь, мы вас защитим. Мы восстановим дома. Такое случалось и раньше. Мы справимся». И люди, изможденные войнами, распрями, нищетой и инертным правительством, верят ему, потому что очень хотят, хоть кому-нибудь верить.

* * *

Один из лидеров группировки «Бригады мучеников Аль-Аксы» Абу-Насер также высказывает полное удовлетворение результатами войны Израиля и «Хизбаллы».

— Наши братья доказали то, что мы чувствовали в последние годы: Израиль разваливается. Если мы уничтожим израильских агентов и выдержим первый огневой удар, мы изгоним ЦАХАЛ с Западного берега. В следующий раз в дело вступит Иран, выпустив ракету по Тель-Авиву, и будет еще проще, откровенно заявляет он. — «Хизбалла» показала всем, что инструменты, которые все меняют — это ракеты. Если мы станем воспримем уроки «Хизбаллы» и усовершенствуем ее опыт, то мы не ограничимся простыми ракетами, которые у нас есть. Мы используем все, что находится в нашем арсенале, чтобы победить Израиль», — открыто угрожает этот террорист. — Еще во время войны в Персидском заливе были ракеты, которые заставили Израиль сесть за стол переговоров, выход из Газы тоже был следствием применения ракет. Если мы будем правильно ими пользоваться на Западном берегу (в палестинских населенных пунктах Иудеи и Самарии), то мы избавимся от ЦАХАЛа и здесь.

По его словам, Аль-Акса не была удивлена «поражением, которое «Хизбалла» нанесла Израилю». «Все эти годы «Хизбалла» была непроницаема, она действовала втайне и усыпила бдительность израильской армии. Если мы сможем перенять эту тактику, нет сомнений, что придет и наша очередь. Мы поняли, что с верой и хорошей подготовкой можно нанести поражение ЦАХАЛу», — отметил представитель «Бригад мучеников Аль-Аксы».

Абу Насер подчеркнул, что их не пугают угрозы Израиля жестко ответить, если города еврейского государства будут подвергнуты ракетному обстрелу. «Они угрожали разрушить Газу и Ливан, и мы видим, что это не так уж ужасно. Вопрос в том, можем ли мы, палестинские организации, выстоять перед первыми ударами Израиля. Если мы выдержим — есть шанс на победу».

По мнению террориста, именно невозможность выдержать первый удар привела к поражению палестинцев в антитеррористической операции «Защитная стена». «Ливанская операция по масштабности схожа с «Защитной стеной», — добавил он. — Там, кроме лагерей беженцев Балата и Дженин, все произошло быстро. «Хизбалла» показала, что если мы строим необходимую систему обороны в бункерах, позволяющую нам переждать первоначальные атаки, нет никакого сомнения в том, что мы тоже можем победить».

Арабский мир продолжал с напряжением следить за развитием событий в Израиле, Ливане, Сирии и Иране. Там старались не пропустить ни одного слова, сказанного лидерами этих государств, ибо знали, что в момент зыбкого перемирия любая неосторожно сказанная фраза подобна зажженной спичке на пороховой бочке. Официальные газеты трех ведущих стран арабского мира выступили с резкой критикой речи президента Сирии Башара Асада. По их словам, Асад пытается приписать себе чужие победы.

Хотя среди лидеров ближневосточных стран существует негласный договор не критиковать соседей, крупнейшие официальные газеты Саудовской Аравии, Египта и Иордании выступили против Асада дружным фронтом.

«Легче всего наблюдать за войной в соседней стране через армейский бинокль, и ничего не делать», — пишет редактор саудовской газеты «Аль-Ватан». «Асад угрожает и высказывает свою воинственность, как будто только что вернулся с фронта», — вторит ему редактор иорданской газеты «А-Рад».

Не менее критично о речи Асада высказывается и египетская газета «Аль-Масри Аль-Яум», чей редактор обвиняет сирийского президента в попытке «присвоить себе заслуги «Хизбаллы», делая вид, что имеет право угрожать Израилю, хотя при этом он не ударил пальцем о палец, чтобы освободить Голанские высоты».

Напомню, что после объявления о прекращении огня и прнинятии резолюции 1701 Башар Асад выступил с речью, в которой провозгласил победу «Хизбаллы» и высказал ряд угроз в адрес Израиля.

«Израиль пытается стать частью региона, проводя в жизнь план «Великого Ближнего Востока» и надеясь, что каждое следующее поколение арабов будет относиться к нему все лучше. Однако я, представитель третьего поколения, могу подтвердить, что его все сильнее ненавидят», — признался президент Сирии.

По поводу мирного процесса Асад заявил, что «он себя не оправдал. Арабы предлагали все и не получили взамен ничего. Поэтому Сирия отказалась поступиться своими правами. Когда мы говорим, что мы выбираем стратегию мира, это не означает, что мы отказываемся от других опций. Именно Израиль не желает мира. Израиль — враг, построевший свою политику на агрессивности и экспансии. Тот кто говорит о мире, должен понимать, что мир и сопротивление оккупации идут вместе. Мы — Ливан, Сирия и Палестина, не сложим оружия, пока не освободим оккупированные земли».

Речь президента Сирии Башара Асада вызвала бурю негодования и в Ливане. В ведущей ливанской газете «Аль-Мустакбаль» эта речь была определена, как «объявление войны Ливану». По мнению лидера ливанских друзов Валида Джумблатта, Асад готовит операцию по их уничтожению.

Озабочен происходящим и Кардинал Насралла Сфейр — Патриарх Маронитской церкви Ливана. Его святейшество выразил свою серьезную тревогу по поводу ситуации в стране, и, в частности, исходом из нее христиан.

— На протяжении двух тысяч лет христиане проживали в арабском мире, но сейчас обстановка стремительно меняется. Сложившийся кризис только ускорил этот негативный процесс, — заявил Кардинал. — Если в стране к власти придет движение «Хизбалла», то начнется массовый исход христиан.

Насралла Сфейр высказал сожаление по поводу того, что некоторые христиане активно сотрудничают с этим движением. Кардинал имел в виду, что христианский генерал Мишель Аун, который может стать следующим президентом Ливана, вошел в альянс с «Хизбаллой».

Кардинал поддержал план мирного урегулирования ситуации, предложенный премьер-министром Синьорой, который, в частности, предполагает разоружение шиитского вооруженного движения.

— Я надеюсь, что прекращение огня с Израилем и начавшийся мирный процесс начнет выполняться, а это в свою очередь повлечет обмен военнопленными, и фермы Шебаа будут возвращены Ливану. Так что у «Хизбаллы» не будет права на содержание армии. С помощью Ирана, это движение стало государством в государстве. После войны мы просто не можем этого допустить, — заявил кардинал Сфейр.

Он подчеркнул также, что сейчас самой главной угрозой Ливана является Иран, который продолжает поставлять в страну оружие.

РАЗМЫШЛЕНИЕ К ИНФОРМАЦИИ

«Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан подверг критике Совет Безопасности за слишком медленные действия, принесшие, по его словам, тяжелые и ненужные потери и страдания для мирного населения с обеих сторон. «Все члены этого совета должны знать, что их неспособность действовать значительно поколебала веру всего мира в его силу и единство, — упрекнул Аннан. — Произошедшее в течение последних пяти недель вновь напомнило нам, сколь хрупко и напряженно положение на Ближнем Востоке».

(По сообщениям информагентств).

Очень многие офицеры ЦАХАЛа разочарованы ходом боевых действий и «не видят конечной цели».

Военные возмущены неоднократными противоречивыми политическими решениями правительства Израиля и министра обороны, в частности. Так, например, «кабинет безопасности» несколько раз менял свои решения о проведении крупной наземной операции в Южном Ливане.

За день до формального объявления о прекращении войны (предложенного ООН и фактически одобренного правительством Израиля) подразделения израильского спецназа действовали в районе реки Литани, силы 162-й дивизии — в Бекаа, продвигаясь, соответственно на юг и на запад. Целью заброски десанта было достижение тактического преимущества над противником и обеспечение контроля над процедурой передачи территорий под ответственность регулярной ливанской армии или международного миротворческого контингента. Многие офицеры полагают, что операцию по заброске десанта надо было начинать еще несколько недель тому назад, а не за день-два до объявления о прекращении боевых действий.

Израильские войска за последние сутки активных боевых действий в Южном Ливане не продвинулись значительно от границы на север. Многие командиры не хотели рисковать жизнями своих подчиненных в то время, когда руководство страны не в состоянии было поставить четкой задачи армии и не менять при этом своих решений каждые несколько часов.

К тому же было известно, что министр обороны Израиля Амир Перец уже ведет предварительные переговоры с руководством ливанской армии о процедуре передачи контроля над территорией Южного Ливана. Армейские источники эти сведения не комментируют. Как говорится, честь мундира обязывает.

В армии и министерстве обороны только и слышны разговоры о том, что в скором времени «прошедшая» ливанская война станет предметом тщательного расследования, после которого могут последовать громкие отставки — как в армии, так и в правительстве.

Собственно, критику в адрес высшего генералитета можно было слышать в течение всего месяца войны. Как со стороны солдат, так и офицеров звучали упреки в адрес тех, кто управлял этой войной, однако по большому счету они сдерживались. Но когда «пушки замолчали», голоса тех, кто воевал в Ливане, стали раздаваться гораздо громче. Они обвиняют армейское руководство, от начальника генштаба и до командиров дивизий, в провальном ведении войны, непрофессионализме и оторванности от реалий. Начинается сведение счетов среди самих генералов. Израильские газеты пишут о том, что в генеральном штабе и Северном округе уже подводятся итоги войны и это может привести к войне генералов — всех против всех.

Первым под огонь критики попал начальник генштаба генерал-лейтенант Дан Халуц. Его обвиняют в оторванности от реалий, излишней самонадеянности и в том, что он слишком положился на возможности авиации. «Для него Южный Ливан это 20 секунд на боевом самолете», — говорят офицеры генштаба. Кроме того, его приказ о запрете на интервью без предварительного согласования был вполне справедливо расценен как попытка ввести цензуру и заставить замолчать недовольных и несогласных.

Не меньшее количество упреков заработали начальник армейской разведки (АМАН) генерал-майор Амос Ядлин, чьи службы проспали вооружение и укрепление «Хизбаллы» на израильской границе и не предупредили о возможности атаки 12 июля, когда были похищены двое израильских солдат, а также командующий ВВС генерал-майор Элиэзер Шкеди, до войны утверждавший, что его летчики за считанные дни смогут уничтожить весь ракетный арсенал «Хизбаллы».

Еще одна цель критики — начальник оперативного отдела генштаба генерал-майор Гади Айзенкот. Именно он был автором тактики, согласно которой небольшим отрядам спецназа приходилось раз за разом заходить в одни и те же деревни. О том, что эта тактика провалилась, лучше всего свидетельствуют потери ЦАХАЛа в деревне Бинт-Джбейль, которую пришлось брать заново минимум четыре раза.

Вынужден держать оборону и начальник отдела логистики и обеспечения ЦАХАЛа генерал-майор Ави Мизрахи, которому еще немало достанется от резервистов за неразбериху с оружием и амуницией, а также за проблемы с доставкой питания и питья солдатам в Ливане.

Немало критики раздается в генштабе и в адрес генералов Северного округа, и в первую очередь — его командующего, генерал-майора Уди Адама. Его обвиняют в нерешительности, передаче зачастую неточных данных в генштаб, а также неисполнении части решений генштаба. Сам Адам не слагает с себя ответственности за военные действия в Ливане, но отказывается быть «стрелочником». Он обвиняет политическое и армейское руководство в том, что разработанный его штабом план действий был отвергнут, и что, «если бы он был принят, все выглядело бы по другому».

Нападкам подвергаются также действия командира Галилейской дивизии бригадного генерала Галя Гирша и командира бронетанковой «Стальной» дивизии бригадного генерала Гая Цура. Первого обвиняют в том, что он отдал приказ ввести танки в Ливан без разрешения генштаба. В результате первый же танк подорвался на фугасе и весь экипаж погиб. Еще одно из обвинений в его адрес — приказ о зачистке деревни Марун а-Рас при свете дня. В том бою батальон спецназа «Эгоз» потерял убитыми пять человек. Второго обвиняют в том, что в предпоследний день войны он повел танковую колонну по сильно пересеченной местности. В результате девять танков были подбиты и 8 танкистов заплатили за это решение своими жизнями.

Глава 3

Сводка за 19 августа 2006 г.

06 час.00 мин. Подразделения регулярной армии Ливана вошли в город Эль-Хиам (7 км от границы с Израилем). Как передает ливанский телеканал LBC, к югу от реки Литани уже размещены около 4.000 солдат регулярной армии Ливана.

09 час.00 мин. Президент Франции Жак Ширак сообщил, что его страна увеличит свой контингент в составе миротворческих сил ООН в Ливане (UNIFIL) до 400 военнослужащих. Жак Ширак сообщил, что в настоящее время Франция направит в Ливан только 200 солдат, которые присоединятся к такому же отряду в составе UNIFIL. Ожидалось, что французский контингент в Ливане составит не менее 2.000 солдат.

11 час.00 мин. Канцлер Германии Ангела Меркель заявила, что не отправит германских солдат в состав миротворческого многонационального контингента в Южном Ливане. На встрече с депутатами парламента Ангела Меркель сообщила также, что вместо участия наземных войск в миротворческой миссии, подразделения ВМС Германии могут взять на себя обеспечение безопасности ливанского побережья.

13 час.00 мин. Бангладеш направит 2000 военнослужащих для участия в миротворческой миссии ООН в Южном Ливане.

13 мин.45 мин. Заместитель генерального секретаря ООН Марк Моллок-Браун сообщил на встрече представителей 49 стран-доноров, что в Южном Ливане необходимо в течение 10 дней разместить, по меньшей мере, 3500 новых миротворцев, чтобы увеличить присутствие наблюдателей ООН. По его словам, ООН удается собрать необходимое количество людей, и остается обсудить проблему их подготовки и снабжения.

14 час.00 мин. Представители Италии, Испании и Бельгии в ООН сообщили, что правительства этих стран заинтересованы принять участие в формировании мультинационального миротворческого контингента ООН в Южном Ливане.

15 час.00 мин. Представитель королевства Марокко сообщил в ходе заседания в ООН, что его государство отправит 2000 военнослужащих для участия в миротворческой миссии в Южном Ливане в рамках резолюции номер 1701 Совета Безопасности ООН. Представитель Малайзии сообщил о готовности послать тысячу миротворцев.

16 час.00 мин. Ливанская армия продолжает развертывание в Южном Ливане. Ее солдаты вошли в городок Эль-Хиам в 7 километрах от границы с Израилем и, таким образом, заняли позиции в 30 городках и деревнях Южного Ливана, часть из которых прилегает к северной границе Израиля.

17 час.00 мин. Ливанские СМИ передают: первое подразделение регулярной ливанской армии дошло сегодня до южноливанской деревни Кила, находящейся на границе, недалеко от израильского города Метула. Как уточнили израильские СМИ, «подразделение» ливанской армии, достигшее Килы, состояло из двух военнослужащих, которые приехали в деревню на армейском джипе.

19 час.00 мин. Посол Израиля в ООН Дан Гилерман заявил, что страны, не признающие государство Израиль, не должны направлять свой воинский контингент на ливано-израильскую границу для обеспечения безопасности.

20 час.00 мин. Министр обороны Италии Артуро Паризи заявил, что итальянские военные будут готовы к отправке в Ливан в конце августа.

20 час. 45 мин. На Кипре приземлился самолет МЧС России с гуманитарным грузом для Ливана. Россия заявила, что гуманитарная помощь пострадавшим от войны будет регулярной.

Процесс подготовки резолюции Совета Безопасности ООН был таким нервозным и затяжным именно потому, что хорошо взвешенного текста, который устроил бы обе стороны, не получалось. И хотя Кофи Аннан, как уже было сказано, подверг резкой критике Совбез, ему бы стоило прежде всего заняться самокритикой. Никто иной как Генсек ООН первым проявил малодушие, слабоволие и нежелание понимать корневую суть происходящего.

Тому, разумеется, есть свои причины. Именно в разгар военных действий в Южном Ливане мировая пресса запестрела сообщениями о предполагаемых приемниках Кофи Аннана. Я лично в такие случайные совпадения не верю, потому и считаю, что кампания в прессе была хорошо продуманной и к определенному сроку выстроенной. Тем ни менее, именно в эти самые дни в ООН состоялось тайное голосование, на которое были выдвинуты министр иностранных дел Южной Кореи Бан Ки Мун, советник президента Шри-Ланки Джайянта Дханапала, писатель и глава управления информации ООН Шаши Тхарур из Индии и вице-премьер Таиланда Суракиарт Сатхиратхай. Возглавил этот список в итоге представитель Южной Кореи, за которого на тайном голосовании было отдано двенадцать голосов при одном — против. Однако, это вовсе не означает, что именно Бан Ки Мун является основной кандидатурой на пост Генерального секретаря ООН. Из неофициальных источников стало известно, что ни один из участников голосования не вызвал у делегатов этой тайной конференции особо положительных эмоций. Делегаты высказались в том духе, что нужно-де продолжить поиски достойных кандидатур и чем их будет больше, тем лучше.

Конечно, Аннан понимает, что его каденция окончательно завершается в 31 декабря 2006 года. Седьмой по счету Генсек ООН, выходец из Ганы, приступил к исполнению обязанностей главы этой крупнейшей в мире организации 1 января 1997 года. 29 июня 2001 года Генеральная Ассамблея ООН продлила его председательские полномочия на второй срок. Многие политики считают, что период правления Аннана значительно подорвал авторитет ООН и сейчас всерьез озабочены повышением престижа Организации. Не прошли для Кофи Аннана бесследно и скандалы, которые были связаны с его именем и с именем его сына Койо, которого обвиняли в финансовых махинациях в рамках осуществления ооновской программы «Нефть в обмен на продовольствие», действующей в Ираке.

Надо полагать, что и события в Ливане и Израиле Генсеку ООН лавров не прибавили. То, что он пытался выдать за политическую предусмотрительность и мирную инициативу, была расценено как полнейшее нежелание главы ООН предпринять решительные действия. И когда Ливан и Израиль все же признали резолюцию № 1701, Кофи Аннан, похоже, с облегчением перевел дух. Однако — поторопился. Уже спустя несколько дней, после неоднократных заявлений Насраллы, продолждавшихся вооруженных стычек между «Хизбаллой» и ЦАХАЛом, на Западе заговорили о том, что резолюция 1701 не полностью соответсвует своему истинному назначению. Нужен более решительный документ, в котором будут обозначены не теоретические пожелания, а конкретные меры и способы исполнения по разоружению «Хизбаллы». Резолюция 1701 в этой части носит характер скорее рекомендательный и это, прежде всего, почувствовали террористы, которые я циничной самоуверенностью заявили, что не подчинятся решению ООН и разоружаться не собираются, а напротив — намерены усилить свое вооружение, влияние в Ливане и противостояние Израилю.

Между тем международных обозревателей во всем мире беспокоили итоги военной кампании. Еще накануне принятия резолюции, многие из них высказывались в таком духе:

Если военные операции на юге Ливана действительно завершатся, то в последние часы Израиль должен представить веские доказательства своих военных возможностей. Бронетанковые силы и коммандос ЦАХАЛа достигли реки Литани, продвинувшись вглубь территории Ливана на 25 км. Они продвинулись достаточно быстро, за два дня совершив бросок, напоминающий блистательные наступательные операции израильских сил в прошлые времена. В такой демонстрации нуждалось правительство, военное командование, израильское общество. Потому что вторая ливанская война в целом сложилась неудачно для Израиля, — не без оснований полагают обозреватели.

Страна, по их мненипю, выглядит потрясенной и ошеломленной. Ничего подобного, что произошло в этот месяц войны, не происходило на протяжении 60 лет существования Израиля. Недоработанные военные планы, низкая эффективность разведывательных служб, жестокие столкновения между правительством и высшим командованием, споры между министрами, серьезные разногласия между представителями высшего военного командования.

Израильтяне наблюдали за всем этим, испытывали замешательство, которое доминировало на протяжении, по меньшей мере, двух недель в правительстве Ольмерта и Генеральном штабе, в то время как на северные районы страны непрерывным дождем обрушивались реактивные снаряды боевиков «Хизбаллы». Это было первым настоящим ударом по мирному населению Израиля за все шесть предыдущих войн, которые велись, начиная с 1948 года. И высшему командованию не удалось прекратить эти атаки ни на один день. Нет ничего удивительного в том, что данные опросов свидетельствуют о крахе доверия израильского населения к военно-политическому руководству. До небывало низкого уровня упал рейтинг премьер-министра Ольмерта, министра обороны Амира Переца, начальника генерального штаба Дана Халуца.

Маловероятно, что наступление последних двух дней в направлении реки Литани, которое стоило армии больших потерь (среди погибших — и сын писателя Давида Гроссмана), способствовало воодушевлению израильского общества.

Израильтяне выходят из этой войны с «Хизбаллаой» разуверившимися и обеспокоенными. Речь идет не только о нестабильной политической ситуации (после завершения боевых действий правые представили левоцентристскому правительству список его ошибок и просчетов), но и о потускневшем харизматическом имидже израильской армии.

Большинство международных аналитиков обращают внимание на то, речь идет о вещах, которые очень трудно понять, находясь за пределами страны, но, безусловно, они не ускользают от внимания самих израильтян. Тот факт, например, что резолюция ООН о прекращении огня в Ливане просто предоставила выход из ловушки, в которую правительство попало месяц назад, говорит сам за себя.

В истории своих войн Израиль всегда противился инициативам ООН, чаще всего игнорируя рекомендации и решения этой организации. На этот раз, даже несмотря на то, что резолюция, принятая Советом Безопасности, не дает достаточных гарантий, Израилю она подходит. Более того: Израиль даже согласился с размещением у своих границ многонациональных сил, которые будут выполнять миротворческую миссию, при том, что Израиль всегда противился любой идее придать международный характер конфликтам со своими арабскими соседями.

Нет: никогда раньше Израиль не выходил из фазы войны перенесшим столько невзгод, разделенным и растерянным из-за столкновений, произошедших за эти недели внутри военно-политического руководства. Неожиданный удар со стороны Египта и Сирии в 1973 году вызвал бурную полемику из-за ошибок разведывательных служб, которая привела к отставке Голды Меир. И во время вторжения в Ливан в 1982 году, когда Ариэль Шарон, обещавший остановиться у реки Литани, дошел, тем не менее, до Бейрута и взял город в осаду, различные члены правительства Бегина открыто критиковали поведение Шарона, а правительственная оппозиция начала сражение в парламенте.

На этот раз все по-другому. Министры и генералы обменивались жестокими обвинениями. В ходе длительного и бурного заседания кабинета министров, на котором было принято решение о расширении военных действий и за пределамиреки Литани, спорили все: Эхуд Ольмерт и Амир Перец, министр иностранных дел Ципи Ливни и начальник генерального штаба Дан Халуц, оба руководителя разведслужб — глава МОСАДа Меир Даган и Амос Ядлин — руководитель израильской армейской разведкой «Аман».

Пока не дошло до столкновения между министром обороны Перецом и его предшественником Шаулем Мофазом, сегодня министром транспорта. Перец ответил на резкий выпад Мофаза: «Это говоришь ты? Ты, который был на моем месте и допустил безнаказанное укрепление «Хизбаллы» на границе? Почему ты не предотвратил это тогда, вместо того чтобы говорить об этом сегодня?»

Неготовность, с которой израильское правительство и военное руководство устремились в эту вторую ливанскую войну, действительно вызывает вопросы. Армия, благодаря прекрасной работе разведки и самым передовым технологиям, смогла в эти годы провести блистательные «целевые атаки», сумев выявить и ликвидировать отдельных террористов, находившихся в своих автомобилях, но не сумела спрогнозировать, оценить и противодействовать строительству боевиками «Хизбаллы» на северной границе работам по строительству бункеров, транспортировке реактивных снарядов от границ с Сирией, постоянному увеличению численности шиитских боевиков в этой зоне. Не была спрогнозирована и опасность того, что однажды из этого района будут запущены 4000 ракет и реактивных снарядов по северным районам Израиля.

Мофаз не сумел этого предвидеть, как и Шарон, премьер-министр, которого израильтяне избирали дважды (и готовились избрать его и в третий раз), убежденные в том, что именно этот человек обеспечит безопасность страны. В правительстве и в военном истеблишменте за эти последние 4 года всех волновал лишь вопрос о восстании на палестинских территориях, завершившемся победой ХАМАСа на выборах. Вопрос о том, как подавить его при помощи армии, без каких-либо попыток посредничества или переговоров. А в это время из Тегерана неистовствующий Ахмадинеджад обещал стереть с географической карты Израиль, шиитская волна смещалась к Средиземноморью, а боевики «Хизбаллы» продолжали интенсивнро вооружаться, не видя никакого в том противодействия ни со стороны Израиля, но со стороны мирового сообщества.

И вот наступил крах — правительств Шарона и Ольмерта, легендарной израильской разведки, верхов ЦАХАЛа.

Трудно сказать, проиграл ли Израиль эту вторую ливанскую войну. Если не проиграл, то все равно военные действия против «Партии Аллаха» значительно изменили стратегическую ситуацию в регионе. Израиль выглядит более уязвимым, после того как боевикам «Хизбаллы» на протяжении месяца удавалось обстреливать его территорию сотнями ракет. Его враги могут кричать о победе, укреплять свои альянсы, изображать себя маяком исламского восстания, воинами джихада. И вот тут проявляется истинная суть этой войны. Речь идет о том, что она может оказаться лишь эпизодом, пробой сил, первым фрагментом цепочки новых агрессий против израильского государства. Опасность заключается в том, что после более или менее продолжительной паузы может начаться новая ливанская война.

Потому что ясно одно: «Хизбалла» и ее покровители в Тегеране борются с присутствием Израиля на Ближнем Востоке. Они обещают уничтожить его.

Уже в первые дни пермирия стало ясно, что кроме проблем сугубо военных Израилю и Ливану понадобится координированное решение многих проблем иного свойства. Так, Израиль предложил правительству Ливана помощь в очистке нефтяных пятен, загрязнивших ливанское побережье в результате израильских бомбежек.

Одним из первых вопросов, которыми придется заняться израильскому правительству и мировому сообществу после войны, это предотвращение экологической катастрофы, грозящей огромной части Средиземноморья. Нефтяное пятно, образовавшееся в результате уничтожения израильскими ВВС одной из ливанских электростанций, распространилось уже на 140 километров ливанского и сирийского побережья, уничтожая огромное количество рыб, птиц и черепах. Если не будут предприняты срочные меры по очистке морской поверхности, экологическая катастрофа угрожает Турции, Греции и Кипру.

Все страны средиземноморского побережья подписали конвенцию о взаимопомощи в случае экологических катастроф. Поэтому, несмотря на войну, чиновники министерства экологии уже получили обращения с просьбой о помощи в очистке морской поверхности из Ливана и Сирии. После проверки просьбы сотрудниками израильского МИДа и минобороны, было принято решение дать на нее положительный ответ. Сотрудники министерства экологии передали это решении своим ливанским коллегам.

Напомню, что в первые дни войны израильские ВВС нанесли удар по электростанции, находящейся в 25 километрах южнее Бейрута. В результате атаки из резервуаров в море влилось не менее 12 тысяч тонн сырой нефти и нефтепродуктов. В начале израильские экологи опасались, что нефтяное пятно может дойти до Израиля, однако сильные морские течения уносят пятно на север, в сторону Сирии и Турции.

Размышление к информации

«Хизбалла» направила в Израиль два беспилотных самолета, которые, по мнению специалистов, несли груз взрывчатки. Истребители ВВС Израиля сбили самолеты террористов над территорией Израиля.

Сообщается, что еще один самолет рухнул над Тиром в Южном Ливане, по всей видимости, из-за технической неполадки. В ЦАХАЛе полагают, что запуск беспилотных самолетов ведется «Хизбаллой», прежде всего, в рамках «психологической войны».

(По сообщениям информагентств).

После прекращения обе враждующие стороны, «Хизбалла» и Израиль, предъявили свои претензии на победу. Если успех той или иной стороны оценивать в соответствии с заявленными целями, то на данный момент победителя не видно. «Хизбалла» не добилась ни освобождения ливанцев из израильского плена, ни отказа Израиля от спорных территорий так называемых «Ферм Шебаа» в пользу Ливана. Израиль же до сих пор не смог вернуть домой похищенных солдат и не пресек угрозу со стороны «Хизбаллы» в будущем. Война без победителей. Но если в этой войне нет однозначного победителя, то проигравшие совершенно очевидно — есть. В первую очередь это люди, которые потеряли жизнь, здоровье, семью, дом и средства к существованию. Политические руководители — как в Израиле, так и в Ливане, — которые спровоцировали и вели эту войну, должны задаться вопросом, действительно ли они оказали своей стране услугу. Им, политикам, неизбежно придется отвечать, как перед своими народами, так и перед международным сообществом, можно ли разрушать гражданскую инфраструктуру страны без привлечения к ответу виновных и без выплаты компенсаций.

Безусловно, проигравший в войне — и Ливан. После нескольких лет политической стагнации и постепенного восстановления экономики под сирийской опекой страна за последние два года выправилась как политически, так и экономически. Несмотря на убийства и попытки запугивания, ливанцы вынудили Сирию вывести свои войска. Политические руководители вступили в национальный диалог, чтобы устранить противоречия между различными интересами, не стыкующимися в современном государстве.

И конечно же главной из главных проблем на этом пути остается статус «Хизбаллы». Являясь «государством в государстве», «Партия Аллаха» не согласится с требованием превратить Ливан в единую и современную страну. При этом ливанским шиитам «Хизбалла» гарантирует, что их политические требования будут выслушаны и что их страна окажется защищенной от посягательств могущественного соседа — Израиля. Шииты не готовы к повторению исторического опыта бесправия и иноземной оккупации.

Война обострила все эти расхождения. То, что ее спровоцировала «Хизбалла», — казалось бы, еще одно подтверждение необходимости наконец-то покончить с данной военной силой. Но «Хизбалла», напротив, считает подтвержденным свой тезис, что только ее бойцы и ее оружие могут защитить страну от нападения Израиля. Хотя официальный Бейрут старается придерживаться своей изначальной позиции и продолжает утверждать, что не уполномачивал «Хизбаллу» действовать от имени правительства Ливан и вступать в вооруженные конфликты, отставивая его политические и территориальные интересы. Если это противоречие не будет окончательно разрешено в ближайшее время, Ливан может снова скатиться в состояние нестабильности, которое поставит крест на политическом и экономическом восстановлении страны.

При всем том война укрепила ливанское единство. Все части страны и весь народ пострадали от израильских бомбежек; среди всех слоев ливанцев распространились ненависть к Израилю и разочарование бездеятельностью США и Европы. Правительство премьер-министра Синьоры определилось с ливанской точкой зрения в ходе кризиса и успешно защищало ее в Совете Безопасности ООН. Теперь же должна быть выработана единая позиция внутри Ливана: в шиитов необходимо вселить уверенность, что их интересы будут восприниматься властями страны всерьез, а власти должны иметь возможность осуществить подобные намерения на деле. Но здесь Ливан подстерегает уже иная, гораздо более серьезная, грозящая бедами опасность: попытки интегрировать «государство «Хизбалла» в ливанское государство, а армию «Хизбалла» — в ливанскую армию, могу привнести к непредсказуемым последствиям..

От международной общественности, или, если быть более конкретным, от государств, которые охотно изображают себя друзьями и защитниками той или другой стороны (или обеих одновременно), требуются равные обязательства и равная сдержанность. Обязательства по решению региональных проблем, которые привели к недавним потрясениям. Сдержанность, — чтобы дать свободу действий ливанцам, которые без всякого давления извне смогли бы установить у себя в стране современный политический порядок, устраивающий всех.

Сосуществование с «Хизбаллой», которую продолжает вооружать Иран, усугубляет и без того сложное положение в регионе. Ближний Восток сегодня продолжает оставаться самой напряженной точкой планеты. Особенно в свете последних событий. Аятолла Хомпини попытался хоть как-то смяглчить ситуацию, сказав в своем телевизионном интервью, что Ирану, как и любой развитой стране, необходим мирный атом и потому его стране не следует мешать в осуществлении этого проекта. Но уже на следующий день после такого лояльного, в общем-то, заявления Ахмадинеджад повторил свой любимый выпад, внровь заявив, что Иран не потерпит существования Израиля и уничтожит его. Как же должно реагировать человечество на заявление президента одного государства, высказывающего стремление и необходимость в уничтожении государства другого?..

За десять дней до истечения ультиматума Совета Безопасности ООН по вопросу о свертывании Ираном ядерной программы эта страна ответила откзаом, причем представленный в Совбез отчет содержит 700 (!) страниц текста. В тот же день, когда в ООН поступил этот документ, Иран провел показательные испытания своих новых ракет дальнего радиуса действия — до 250 километров, что иначе как демонстрацией силы и назвать нельзя.

Текст ультиматума ООН разрабатывался при непосредственном участии России и Франции. К ультиматуму присоединились шесть стран-членов Совета Безопасности, а также Китай и Германия. Какими могут быть санкции? Радикально военными? Вряд ли. Скорее всего — экономическими. Но экономическое эмбарго, и это уже ясно, Иран не остановит. Получение им ядерного оружия это может максимум на какое-то время затянуть. Но не более того. И мир снова окажется, да что там окажется, уже оказался, перед реальной угрозой ядерной катастрофы.

Открытое письмо в Организацию Объединенных Наций

(Вместо эпилога)

7 сентября 2006 года Израиль приступил к выводу войск из Ливана, вверяя тем самым судьбу своих граждан миротворческим войскам ООН. По обе стороны ливано-израильской границы жертвы минувшей войны уточняются до сих пор. Но скорбный счет продолжают вести не только на Ближнем Востоке. Сегодня невозможно назвать регион, который бы не был поражен террором. Если же принять на веру утверждения экспертов, что первые террористические акты относятся первому же столетию нашей эры, то становится вполне понятным, почему никто не в состоянии назвать точной цифры жертв терактов. Одно лишь очевидно — вряд ли даже самая из кровопролитных войн унесла столько человеческих жизней ни в чем не повинных людей, которые за две тысячи лет погибли от рук бандитов. Кто-то предпочитает называть их борцами за свободу народов или религий, кто-то даже пытается облагородить их звериную жестокость. Я же лично считаю, что терроризм никакой высокой идеей оправдать невозможно. Убийства мирных жителей во все времена наказывались по законам уголовным и никаким иным.

Мне неловко напоминать ставшую уже прописной истину, что борьба с террором должна стать делом всемирным, иначе это зло никогда побеждено не будет. И стыдно будет всем нам перед теми, кто погиб от террора.

Именно поэтому я обращаюсь в Организацию Объединенных Наций с предложением учредить единый Всемирный день памяти жертв террора. Но учредить не формально, а так, чтобы во всем мире в единый день и единый час смолкло все. Чтобы в эту скорбную минуту все люди доброй воли на планете встали и минутой молчания почтили память невинно погибших. Скорбь очищает сердца.

С уважением

Олег Якубов.

Приложение

Резолюция 1701 Совета Безопасности ООН о прекращении огня в Ливане.

Время публикации: 12 августа 2006 г., 06 часов 23 минуты

ТЕКСТ резолюции Совета Безопасности Организации Объединенных Наций, призванной завершить войну между Израилем и шиитской террористической организацией «Хизбалла».

«ПП» означает «предварительный параграф», «ДП» — действующий параграф.

ПП1. СБ ООН напоминает обо всех своих предыдущих решениях по Ливану, в частности, резолюции 425 (от 1978 года), 426 (1978), 520 (1982), 1559 (2004), 1655 (2006) и 1697 (2006), а также о заявлениях президента СБ ООН о ситуации в Ливане, в том числе о заявлениях от 18 июля 2000 года (S/PRST/2000/21), от 19 октября 2004 года (S/PRST/2004/36), от 4 мая 2005 года (S/PRST/2005/17), от 23 января 2006 года (S/PRST/2006/3) и от 30 июля 2006 года (S/PRST/2006/35);

ПП2. Совет Безопасности выражает свое крайнее беспокойство по поводу продолжающейся эскалации военных действий в Ливане и в Израиле после нападения «Хизбаллы» на Израиль 12 июля 2006 года, в результате чего с обеих сторон погибли сотни человек, были нанесены обширные повреждения гражданской инфраструктуре и сотни тысяч жителей были вынуждены оставить свои дома;

ПП3. Совет Безопасности подчеркивает необходимость прекращения насилия, но в то же время подчеркивает необходимость обратиться к причинам, приведшим к нынешнему кризису, включая безоговорочное освобождение похищенных израильских солдат;

ПП4. СБ ООН помнит о чувствительности проблемы заключенных и поощряет усилия в отношении срочного урегулирования проблемы ливанских заключенных, находящихся в Израиле;

ПП5. Совет Безопасности ООН приветствует усилия премьер-министра Ливана и обязательство правительства Ливана, согласно представленному ими плану из семи пунктов, расширить свою власть над территорией страны с помощью законных вооруженных сил Ливана, таким образом, что не будет допускаться никакого оружия без согласия правительства Ливана и никакой власти, кроме представляющей правительство Ливана; приветствует также свои обязательства в отношении сил ООН, которые получили дополнительные людские ресурсы, мандат и полномочия, санкционируемые данным планом, для непосредственного вывода израильских войск из Южного Ливана;

ПП6. СБ ООН настроен действовать для вывода израильских войск максимально скоро, как только возможно;

ПП7. Совет Безопасности упоминает необходимые предложения, упомянутые в плане из семи пунктов, связанные с территорией ферм Шебаа;

ПП8. СБ ООН приветствует единодушное решение правительства Ливана от 7 августа 2006 года разместить ливанские вооруженные силы числом 15 тысяч человек в Южном Ливане после ухода израильских войск за «синюю линию», и просит дополнительные силы UNIFIL по мере необходимости облегчить введение ливанских вооруженных сил в этот район, а также вновь заявляет о своем намерении усилить ливанские вооруженные силы, предоставив все необходимое для того, чтобы армия могла выполнять свои функции;

ПП9. Совет Безопасности осведомлен о своих обязанностях помогать в обеспечении постоянного перемирия и долговременного решения конфликта;

ПП10. СБ ООН отмечает, что ситуация в Ливане представляет угрозу безопасности и миру во всем мире;

ДП1. СБ ООН призывает к полному прекращению военных действий, основанному на, в частности, непосредственном прекращении «Хизбаллой» всех нападений и непосредственном прекращении Израилем всех военных наступательных операций;

ДП2. После полного прекращения военных действий, Совет Безопасности ООН призывает правительство Ливана и UNIFIL, как это указано в параграфе 11, разместить их силы на территории Южного Ливана и призывает Израиль с началом этого процесса параллельно с этим вывести свои войска из Южного Ливана;

ДП3. Совет Безопасности подчеркивает важность расширения сферы влияния правительства Ливана над всей территорией Ливана в соответствии с условиями резолюции 1559 (2004) и 1680 (2006), а также Таифских соглашений для того, чтобы обеспечить полный суверенитет правительства, с тем чтобы не было никакого оружия без согласия правительства Ливана и никакой власти, кроме представляющей правительство Ливана.

ДП4. СБ ООН вновь повторяет о безусловном уважении «синей линии»;

ДП5. Совет Безопасности подчеркивает также безусловное уважение, как и в предыдущих уместных резолюциях, территориальной целостности, суверенитета и политической независимости Ливана в пределах его всемирно признанных границ в соответствии с израильско-ливанским мирным соглашением от 23 марта 1949 года;

ДП6. Совет Безопасности призывает международное сообщество принять непосредственные шаги с тем, чтобы расширить финансовую и гуманитарную помощь ливанскому народу, в том числе облегчение безопасного возвращения беженцев, и, под контролем правительства Ливана, вновь открыть аэропорты и морские порты, как это указывается в параграфах 14 и 15, обращаясь с просьбой также рассмотреть возможность оказать помощь и в будущем, чтобы внести свой вклад в восстановление и развитие Ливана;

ДП5. СБ ООН подтверждает тот факт, что все стороны соглашения несут ответственность за принесенные ими гарантии, что не будут предпринимать никаких действий вопреки параграфу 1, которые могут неблагоприятно повлиять на принятие долгосрочного решения, гуманитарный доступ к гражданским населенным пунктам, включая безопасный доступ для гуманитарных автоколонн, добровольное и безопасное возвращение перемещенных лиц, и обращается ко всем сторонам с просьбой выполнить это соглашение в сотрудничестве с Советом Безопасности;

ДП8. Совет Безопасности призывает Израиль и Ливан поддержать постоянное перемирие и долгосрочное решение конфликта, основанное на следующих принципах и элементах:

— полное уважение «синей линии» обеими сторонами,

— принятие мер безопасности, призванных предотвратить возобновление военных действий, включая создание между «синей линией» и рекой Литани зоны, свободной от любых вооруженных формирований и оружия, кроме таковых от правительства Ливана и UNIFIL, согласно параграфу 11 настоящей резолюции, размещенных в этой области,

— полное выполнение соответствующих условий Таифских соглашений и резолюций 1559 (2004) и 1680 (2006), требующих разоружения всех вооруженных формирований в Ливане с тем, чтобы, в соответствии с решением ливанского правительства от 27 июля 2006 года, в Ливане не было никакого оружия или власти, кроме представляющих государство Ливан,

— никакие иностранные вооруженные силы не могут быть размещены в Ливане без согласия его правительства,

— не допускается продажа или поставка оружия и боеприпасов в Ливан, кроме как с разрешения его правительства,

— предоставление в ООН всех имеющихся карт минных полей в Ливане, находящихся в распоряжении Израиля;

ДП9. Генеральный секретарь ООН призывается поддержать усилия обеспечить максимально скорое заключение принципиальных соглашений между правительствами Израиля и Ливана по принципам и элементам долгосрочного решения, сформулированным в параграфе 8. Совет Безопасности намерен активно участвовать в этом;

ДП10. Совет Безопасности просит генерального секретаря ООН поддерживать связь с релевантными источниками и заинтересованными сторонами с целью совместного выполнения соответствующих условий Таифских соглашений и резолюций 1559 (2004) и 1680 (2006), включая разоружение военизированных группировок и формирование международных границ Ливана, главным образом на спорных участках (имеются в виду фермы Шебаа), и предоставить Совету Безопасности предложения по этим вопросам в течение 30 дней;

ДП11. Настоящим дается санкция на увеличение численного присутствия, снаряжения, мандата и полномочий сил UNIFIL до 15 тысяч человек в дополнение к уже имеющимся силам, размещенным в Южном Ливане согласно решениям 425 и 426 от 1978 года. Силы UNIFIL будут выполнять следующие функции:

а. Контролировать прекращение военных действий;

b. Сопровождать и оказывать поддержку ливанским вооруженным силам в ходе размещения их по территории Южного Ливана, включая периметр «синей линии», тогда как Израиль изымает свои вооруженные силы из Ливана, как это предусмотрено параграфом 2 настоящей резолюции;

c. Координировать свои действия, связанные с параграфом 11 (b), с правительствами Ливана и Израиля;

d. Расширит оказываемую помощь с целью гарантировать доступ с гуманитарными целями к населенным пунктам и безопасное возвращение перемещенных лиц;

e. Помогать ливанским вооруженным силам в получении контроля над областью, как это упомянуто в параграфе 8.

f. Помогать правительству Ливана, согласно его просьбе, выполнять условия параграфа 14.

ДП12. Совет Безопасности, выполняя просьбу правительства Ливана развернуть международные силы, чтобы помочь правительству взять под свой контроль всю территорию Ливана, уполномочивает UNIFIL предпринимать все необходимые шаги в районе развертывания его сил и в пределах их возможностей для обеспечения гарантий, что район их деятельности не используется для враждебных действий никакого вида, противодействовать попыткам таких действий согласно мандату СБ ООН, и защищать персонал ООН, средства обслуживания, сооружения и оборудование, а также гарантировать безопасность и свободу передвижения персонала ООН, гуманитарных служащих и защищать мирных жителей от неизбежной угрозы физического насилия, не предваряя за это ответственности правительства Ливана;

ДП13. Совет Безопасности просит генерального секретаря обеспечить, чтобы UNIFIL были в состоянии выполнить функции, возложенные на них данной резолюцией, и убеждает государства-члены СБ обеспечить это соответствующими вкладами и удовлетворить просьбы от межнациональных сил, высоко оценивая вклад стран, оказывавших помощь UNIFIL в прошлом;

ДП14. СБ призывает правительство Ливана обеспечить безопасность его границ, а другую сторону призывает не допускать вторжение в Ливан без его согласия, и просит UNIFIL помочь Ливану в выполнении его просьбы, как это указано в параграфе 11;

ДП15. СБ ООН считает, что все государства должны предпринять необходимые меры, чтобы не допускать использования принадлежащих этим государствам морских и воздушных судов для следующих целей:

а. продажа или поставка любому юридическому или физическому лицу в Ливане оружия и снаряжения всех типов, включая оружие и боеприпасы, военное оборудование и запасные части для него,

b. обеспечение любому юридическому или физическому лицу в Ливане любого технического обеспечения или помощи, связанной с производством, обслуживанием или использованием пунктов, перечисленных в абзаце «а», за исключением обучения или помощи, разрешенной правительством Ливана или UNIFIL, как это указано в параграфе 11.

ДП16. Совет Безопасности позволяет расширить срок действия мандата UNIFIL до 31 августа 2007 года и выражает свое намерение впоследствии вновь продлить данный мандат, а также проводить другие действия во благо постоянного перемирия.

ДП17. СБ ООН просит генерального секретаря в течение недели сообщить о ходе выполнения данного решения, и впоследствии давать соответствующий отчет регулярно.

ДП18. Совет Безопасности подчеркивает важность и необходимость достижения всестороннего и длительного мира на Ближнем Востоке, основанного на всех соответствующих резолюциях, включая решение СБ ООН 242 от 1967 года и 338 от 1973 года.

ДП19. СБ ООН остается активно заинтересованным данным вопросом

Content

Олег Якубов
Ливанская трясина

Часть первая Война без названия

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Часть вторая Война без победителей

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Открытое письмо в Организацию Объединенных Наций (Вместо эпилога)

Приложение