Игорь Калинаускас

Интеллектуальная авантюра

Истоки бытия

© Калинаускас И., 2017

* * *

Интеллект не обслуживает потребности, он создает интеллектуальный продукт.

Интеграл: надо быть живым и умным

Движение целого в целом в точке координатора посредством нуль-перехода – интеграл всего, что я могу сказать про человека. Отсюда можно извлечь любую информацию. Это предельно сложный объем в очень простой упаковке, потому что интеграл – это упаковка. Процесс познания – процесс распаковки энергии и информации. В этом суть данного текста.

Я буду писать о способе познания как о жизни, о пребывании в мире. Это такая специфическая жизнь. Иногда ее называют путь, иногда профессионализм, иногда просто молча завидуют чьей-то необъяснимо вкусной жизнедеятельности. Есть у некоторых людей такая будто бы природная способность делать все лучше других, а главное – «вкуснее». При современной открытости источников информации такую жизнь связывают с эзотерическими знаниями. Мы же попробуем подойти к ней с технологической, интеллектуальной точки зрения. Собственно, в этом и будет заключаться приключение – авантюра. Интеллектуальная авантюра в поисках человека.

В конечном счете для наблюдателя и для самого человека все сводится к тому, что он делает в итоге всех своих поисков. Упрощенная схема того, что каждый из нас ищет в жизни, такова. Вся внешняя активность человека связана с тем, что он обладает набором потребностей, он потребитель, ибо то, что удовлетворяет потребности, находится вне его. Так устроена природа, что организмы в ней потребляют окружающую среду и за счет этого существуют, размножаются и т. д. В случае с человеком мы имеем ситуацию, когда ресурс, который нужен для удовлетворения потребностей, чаще всего принадлежит Мы в лице социума. «Мы» – это договор о распределении ресурсов в общем виде. «Я хочу», «мне надо» не то же самое, что «я – владелец». Для того чтобы получить ресурс, я должен адаптироваться к требованиям, ожиданиям и соответствовать представлению хозяев ресурса о том, кто чего заслуживает. Если есть шанс заслужить, я работаю так или иначе, чтобы заработать доступ к ресурсу. Эта деятельность и ее условия (системы требований, ожиданий, соответствий) по обратной связи управляют моим поведением через плюс-минус-подкрепления (более-менее свободный доступ к ресурсу для удовлетворения потребностей). Я либо получаю ресурс для удовлетворения потребностей, либо не получаю. Хорошо – получаю, если я «хороший», или плохо – не получаю, если я «плохой». Таким образом, я удовлетворяю свои потребности.

Для того чтобы наиболее эффективно совершать деятельность, которая будет получать положительное подкрепление в виде необходимого для удовлетворения моих потребностей ресурса, я строю системы отношений. Я их строю! Это ресурс, которому я хозяин, – мое отношение к… Это мои отношения. Социум-Мы может мне говорить, что я неправильно отношусь, правильно отношусь, но не может сказать, что это его отношения.

Я строю систему отношений с собой. Создаю некое целое под названием я – Другой, «я как Другой», для себя. Телесность, душа, сознание или любое другое, более подробное дифференцированное описание.

Я создаю систему отношений с миром. Инструментальное описание себя, отношения, совокупность отношений на базе телесность – индивидуальность, совокупность отношений на базе сознание – личность и сущность (то есть совокупность отношений целого с целым). Эта система отношений с миром – мой инструмент, то, чем я действую во вне, по отношению к миру, в том числе и социальному.

В каждый мой инструмент в процессе биологического взросления и социального воспитания заложены стремления, можно назвать их базовыми желаниями той сферы жизни которую представляет данный инструмент. Под базовые желания отведены немалые ресурсы, то есть, следуя базовым желаниям индивидуальности, личности, сущности, мы можем наиболее легко получить доступ к ресурсу в той сфере, за которую каждая из них отвечает.

Так базовые желания индивидуальности являются продолжением базовых потребностей: самосохранение, продолжение рода, эмоциональный контакт.

Базовое желание личности закладывается в ядро личности до 7 лет и связано с символом социального успеха. Базовым желанием личности может быть один из четырех символов: деньги, слава, власть или здоровье.

Базовое желание сущности зарождается в ядре сущности до 3 лет и связано с тотальными переживаниями конкретного человека. Выяснить желание сущности в большинстве случаев очень трудно, однако можно определить сферу, в которой оно находится, проанализировав свою жизнь и выяснив, какого рода информацию мы собираем и ищем постоянно и с интересом, и часто без реального применения. То есть чем мы интересуемся «просто так». Это может быть одна из областей: мироздание, природа, человек.

Соответственно, желания индивидуальности связаны с сохранением человека как представителя человеческого вида и рода. Желание личности – с социальной эффективностью. Желание сущности – с жизнью внутреннего человека. Мы вспомним об этом, когда будем говорить о возможном индивидуальном источнике ресурса и о взаимодействии человека с реальностью и социумом.

Далее я создаю систему отношений с Мы. Раз я подписал договор с каким-либо Мы, значит, у меня есть система требований к этому Мы, система отношений к этому Мы и система ожиданий и соответствий к этому Мы. И навстречу со стороны Мы есть ко мне требования, ожидания, система предлагаемых соответствий. Я выстраиваю к этому свое отношение, строю с этим отношения: мне это нравится или не нравится, я это принимаю или не принимаю, я это критикую или я это одобряю. Но это есть, и я есть.

Мне нужно что-то с этим делать – манипулировать отношениями, чтобы действовать. На чем будет строиться моя деятельность? На выборах. А выборы? Выборы я буду делать такие, которые не понижают мою самооценку, потому что главное – это мое отношение к себе: я хороший или плохой. Все остальное может вообще погибнуть, но я должен быть хорошим в своих собственных глазах.

Я делаю такие выборы. Для этого у меня есть автоматизированная система управления – это тип информационного метаболизма и иерархия ценностей. Автоматизированную систему управления я могу осознавать или не осознавать – это мое личное дело, но она работает сама по себе, поэтому я выбираю, совершаю поступки и при этом понятия не имею, что я делаю. Главное – сохранить положительную самооценку. Я ориентируюсь по этому принципу: плюс – минус. И только если автоматические выборы не дают достаточно положительной самооценки, то подключаю интеллект, начинаю использовать базовые структуры интеллекта, резонанс плоти, переживание, – все это как целое.

Я говорю о том, что для увеличения эффективности жизни есть дополнительные возможности. Возможности связаны с тем, что мне, как человеку, как представителю вида и рода человек, дано. А что дано? В первую очередь тело (плоть плюс организм), психика и сознание. Они выданы мне по факту природой и вместе с ними даны встроенные структуры, через которые я способен добывать из окружающей среды энергию и информацию. Дополнительная возможность состоит в том, что моя плоть резонирует с окружающим миром. Она резонирует всегда и со всем, как ни назовите мир: социальный, несоциальный, духовный, какой угодно, – она резонирует и таким образом поставляет мне – совершенно бесплатно – информацию и энергию. Информация и энергия поступают в специальное чувствилище-вместилище под названием «душа».

Эта информация отличается от той, что мне достается от Мы. Потому что у этой информации нет хозяина. Чтобы у нее появился хозяин и чтобы этим хозяином стал я, я начинаю разрабатывать внутренние структуры, работать с ней. Накапливать, перерабатывать и использовать уже не только для удовлетворение потребностей, но и для чего-то другого. Так я начинаю работать на себя, а не на Мы, потому что информация – это мой личный ресурс. Запас карман не тянет, знания не бывают ненужными.

Решая непотребительские задачи (а перерабатывая информацию, идущую от плоти, я ее, по сути, потребляю, вопрос в том, для чего?), я начинаю разрабатывать такой инструмент, как интеллект. С помощью интеллекта создаю интеллектуальный продукт под названием субъект. Субъект является системой управления, которая в состоянии извлечь из хранилища под названием «душа» энергию и информацию. Таким образом, я становлюсь хозяином своего личного источника ресурса (рис. 1).

Рис. 1. Ключевые системы отношений

Дальше установки мои определяют для меня пространство возможного либо автоматически, либо осознанно. В этом пространстве возможного (невозможного я не вижу, оно невозможно) я совершаю выборы и поступки. Это моя система принятия решений. Здесь опять либо действует автомат: тип информационного метаболизма и ценностная структура, либо выборы делает субъект через резонанс с реальностью.

Деятельность, с помощью которой я добываю ресурс: либо я торгую интеллектом (это познавательная деятельность); либо я торгую руками, своими и чужими (это производственная деятельность); либо я торгую смыслами (это сакральная деятельность). За это мне дают ресурс для удовлетворения моих потребностей.

Самый интегральный способ пребывания в мире: реальность – субъект, резонанс – импульс – поступок – и будь что будет. Все.

А теперь целый том о том, что я только что вкратце рассказал.

Ключевые моменты внутренней жизни. Отношения с собой

Ключ: МКС – как думать, если думать

Первый ключевой момент, безусловно, метод качественных структур. Прежде всего нужно хорошо осознать, пережить разницу между количеством и качеством. Должно быть абсолютно ясное повседневное видение принципиального различия между целым и одним.

В жизни повседневной мы не пользуемся целым, постоянно находясь в рамках одного. Единственный способ выйти в промежуточную фазу между одним и целым – попытаться создать или осознать какую-то систему. Система может предстать целостной, если мы в состоянии установить все связи между ее блоками. То есть система – это некоторый набор блоков и связи между ними. Но каждый блок системы – это что-то одно. Блок, изъятый из системы, не теряет своей определенности, теряет только набор связей, который задан системой.

Таким образом, мы можем говорить о мышлении объектами, если мысли в рамках одного, и о следующей ступени – добавлении к объектам систем связей между ними – связности, то есть мышлении в рамках целостности.

Итак, есть объект, группа объектов, а есть связи между объектами и системы связей между энным количеством объектов.

Например, вы видите двух людей и говорите: они дружат. Что такое «дружат»? Это значит, между ними существуют какие-то связи. Но поскольку мы мыслим категорией одно – нам видна одна связь: они дружат. Все, что мы узнаем из этого сообщения. А как именно они дружат, каково качество этой дружбы, чем их дружба отличается от других дружб? В быту мы делаем выводы путем сравнения: вот эти двое – хорошие друзья, а вот эти двое – плохие друзья. То есть переходим сразу на язык оценочных категорий, категорий сравнения – вместо анализа связей, тем более системы связей – связности.

Связи существуют в реальности прежде всего как системы связей. Если многозначной системы связей не видно, вместо системы связей появляются сравнение, оценка. Даже когда человек думает о себе одном, казалось бы, любимом, он мыслит о себе, либо фиксируя себя как объект или множество объектов, либо устанавливая одну связь с собой: я – такой; либо переходит к сравнению и оценке. Нам так важно, что о нас думают, что о нас говорят, потому что это способ узнать о себе что-то большее, чем одно.

Целостность. Для оценки и сравнения интеллект не нужен. Здесь прекрасно работает тип информационного метаболизма, автоматически фиксируя, отсеивая и перерабатывая информацию. Необходимость задействовать интеллект возникает, когда мы пытаемся увидеть систему связей в рассматриваемой ситуации, будь то человек или теоретическая задача со множеством объектов. В этом случае автоматически не получается. То есть мы можем сказать, что интеллект начинает себя проявлять с момента появления в поле нашего внимания целостности. С попытки увидеть нечто как целостность.

Личность, сущность, индивидуальность – это тоже система связей. Значит, даже для того, чтобы практически пользоваться информацией о том, что каждый человек содержит в своей психической реальности сущность, индивидуальность и личность, необходимо воспринимать это как целостность, как некую систему связей.

Из понятия целостности выросло понятие системы, появился системный анализ, то есть анализ совокупности связей, и человечество в лице его мыслящей части получило гораздо более широкие интеллектуальные возможности, в том числе и в создании технологий. Появление системного мышления было революцией интеллектуальной, плоды которой мы пожинаем до сих пор.

Можно сказать, что интеллектуальный человек от псевдоинтеллектуального отличается тем, что он помнит о системе связей. Поэтому в строгом смысле слова сказать: «Я думаю» – можно только с того момента, когда мы начинаем анализировать систему связей между различными частями некой целостности или создаем новую целостность, вводя систему связей в некоторое множество объектов.

Целое. Известно, что целое не равно сумме частей, его составляющих. Почему? Потому, что сущностной определенностью части целого является самое целое.

Человек как организм и как психическое образование также есть некое целое. Ни одна из частей, изъятая из этого целого-человек, не является тем, чем она является внутри целого. Отсюда такая сложность познания человека. Мы можем системным языком создать его описание, описание пространства сознания, но не можем с помощью системного языка описать человека как целое. Потому что в целом части теряют самостоятельность сущностную. В целом сущностью части, сущностным ее определением является самое целое. Будучи изъятой из целого, часть превращается в нечто другое.

Есть практика, опыт, эксперимент работы с целым. Обобщить подобную эмпирику очень сложно, ибо не было – и до сих пор нет – развитого языка для этого. Поэтому единственным способом описания целого издревле был симультанный образ, картинка. Так называемые эзотерические тексты, религиозные, религиозномифологические и просто мифологические – это попытка обобщить эмпирический опыт на языке образов. Ведь образ, как и целое, расчленить нельзя. Поэтому количественных, рациональных знаний в области «человек как целое» практически нет, а есть образы.

Понятно, что, пытаясь думать о целом, мы попадаем в мир субъективного – у нас нет рационального языка, который мог бы быть конвенционально содержателен, для описания целого. Образный язык для однозначной интерпретации не годится. Он обращается к субъектному в человеке, и, соответственно, все интерпретации абсолютно субъективны. Так возникает вера: я присоединяюсь к какой-то интерпретации какого-то образа и верю, что это так. Что именно «так», я не знаю и знать не могу по определению, но это так. Есть знаменитая полушутка о преимуществе художника перед ученым: ученый должен доказать, а художник говорит: «Я так вижу» – все его доказательство. «Я так вижу», и все, не нравится – отойди. Так за отсутствием рациональных систем описания большинство знаний о человеке, в том числе и человека о самом себе, образовалось на социальном наследовании различных мифологических образов, образных систем описания.

Есть такое разделение: научное описание выигрывает в точности, но проигрывает в глубине; художественное описание проигрывает в точности, но выигрывает в глубине. Глубина в данном случае – возможность субъективных интерпретаций. Все мы знаем, что, чтобы описать содержание какой-нибудь картины, нужно испортить большое количество бумаги.

А что если все-таки существует возможность превратить картинку в нечто рациональное с сохранением всей емкости информационной и создать систему оперирования? когда эта идея посетила, а это было в 1950-е годы тогда вспомнили про целое. Стали искать способы описания целого с соблюдением необходимых требований: что в целом все части взаимосвязаны, но и в системе они взаимосвязаны, но в целом они взаимообусловлены, то есть вне целого часть теряет свою определенность.

Для того чтобы работать с целым, нам понадобятся дополнительные структуры в пространстве сознания. Ведь как мы в автоматическом режиме структурируем информацию? С помощью каких инструментов?

1. СКО (система конденсированного опыта – притяжение) – однородная по некоторым признакам информация собирается вокруг запускающего переживания. СКО – как клубок ниток или как «принцип жемчужины» – в середине песчинка, на ней слой за слоем – слой за слоем, получается жемчужина. Мы можем этот клубок размотать посредством ассоциаций.

2. Базовые структуры.

– Базовая система ориентации: «верх – низ», «право – лево», «впереди – позади». В эту базовую систему ориентации мы укладываем все на свете: небо вверху, земля внизу, направо пойдешь – это найдешь, налево пойдешь – это найдешь, впереди будущее, позади прошлое, настоящего не существует, потому что это ноль, центр системы координат. Есть в этом один психологический сбой – большинство людей живут прошлым, а не будущим по причине, что будущее всегда содержит в себе потенциальную неизвестность, а прошлое всегда известно. Но все держится на том, что настоящего нет, это нулевая точка в системе осей гиперструктуры.

Это естественная система для человека. Можно назвать низом небо, а верхом землю – ничего принципиально от этого не изменится. У подавляющего числа людей базовая система ориентирования одна и та же, и мы не только можем как-то понимать друг друга на одном языке, мы еще можем переводить с языка на язык. То есть в основе структурирования очень простая вещь, но эта простая вещь – высшая форма третьего голоса, то есть она одинаково объективна для всех.

– Вторая структура, которая у подавляющего большинства людей одинакова и может служить универсальным третьим голосом, – это принцип иерархии, или принцип пирамиды: наверху одно, а дальше это одно дифференцируется, дифференцируется, дифференцируется. Благодаря этому мы можем всегда интегрировать все в одно. И иерархия, опять же, по принципу «верх – низ»: внизу много, и это малозначимое, а чем выше, тем меньше, значит, более значимое. Поэтому сравнение происходит либо по горизонтали: я сравниваю с теми, кто находится на том же уровне, что и я; либо по вертикали: с теми, кто ниже меня, с теми, кто выше меня.

Благодаря этим двум системам мы между собой и договариваемся.

Вводим в пространство сознания новую систему – «структурное мышление», систему связей. Вводим определение, что существуют некоторые целостные объекты, для описания которых нужно не только описание множества объектов, из которых они состоят, но и полное описание системы связей между этими объектами, то есть описание их целостности.

Если вы дополнительно к обычному способу мышления еще и структурируете любую информацию по системам связей, то ваши возможности управления значительно возрастают. Вы получаете грандиозные возможности управления собой, своей жизнью, жизнью других людей, технологическими цепочками, учреждениями, фирмами и так далее и тому подобное.

Но даже при введении системы связей целое по-прежнему доступно только как образ.

Тогда мы вспоминаем, что автомат, который есть у нас у всех, то есть информационный метаболизм, базируется на четырех элементах. Во всех психологических системах, то есть в системах, описывающих нечто имеющее отношение к психике человека, доминирует число 4 (в отличие от всех описаний интеллектуальных, мыслительных возможностей человека, где доминирует число 3). Мы можем вспомнить, что в восточной философии существует понятие мандалы, которая построена на принципе четырех ворот, и на плоскости мы пользуемся этим: четыре стороны света. Это опять вписывается в базовую систему структурирования. Что мы делаем? Мы развиваем мандалу следующим образом: мы превращаем ее в открытую систему (рис. 2).

Рис. 2. Получение структуры целостности

Представляем базовую структуру ориентации: верх – низ, право – лево, впереди – позади. Перед нами развернутая система координат для трехмерного пространства. Вводим понятие «связь», ибо из системного анализа мы помним, что целостность не существует вне связности, то есть системы связей. Обращаясь к структурному анализу науки о знаковых системах семиотики, выделяем конструкцию системы – синтагму (синтагма – от греч. syntagma, буквально – вместе построенное, соединенное) и функционирование системы – парадигму (парадигма – от греч. paradeigma – пример, образец).

Остается последнее – ноль, центр системы координат. Центр системы координат – это настоящее, которое как бы есть и которого как бы нет, потому что каждый следующий момент – это уже будущее или прошлое. То есть в плюсовом значении это будущее, в минусовом значении это прошлое… Настоящее в ракурсе описания целого как нулевая позиция может скрываться под маской многого: пространственно-нулевое, временно-нулевое, психологически-нулевое, интеллектуально-нулевое. Таким образом, статус целого может быть придан любой живой системе, при условии что будет найдено нулевое значение, откуда эта система берет импульс для развития.

Итак, «плоская» схема для описания целого, состоящая из четырех аспектов, построена, но пользоваться ей пока нельзя, так как любой аспект можно изъять и рассмотреть отдельно, если воспринимать его как часть.

Теперь вспомним о том, что философия – наука интеллектуальных игр – доигралась до предположения, что у любого объекта есть некая качественная определенность, отграничивающая его самостоятельную сущность. То есть кроме меры как количества (три килограмма, два метра, на три градуса, высота, длина, ширина) существует понятие качества, качественной определенности. Единицы качества нет, числом выразить качество мы не можем. В повседневной жизни качество мы определяем сравнением:

Это более качественно, это менее… Это, естественно, всегда очень субъективно. Но оно есть. И качественная определенность есть.

Качество – философская категория, выражающая неотделимую от бытия объекта его существенную определенность, благодаря которой он является именно этим, а не иным объектом. Качество отражает устойчивое взаимоотношение составных элементов объекта, которое характеризует его специфику, дающую возможность отличать один объект от других. Именно благодаря качеству каждый объект существует и мыслится как нечто отграниченное от других объектов. Вместе с тем качество выражает и то общее, что характеризует весь класс однородных объектов. Любой объект постоянно изменяется; вместе с тем он обладает некоторой устойчивостью, которая и выражается как качественная определенность. Категория качества впервые была проанализирована Аристотелем, определявшим ее как «видовое отличие», как «…тот пребывающий видовой признак, который отличает данную сущность в ее видовом своеобразии от другой сущности, принадлежащей к тому же роду» (Met. V 14 1020 a 33–1020 b 1; рус. пер.: М., 1934). Аристотель отмечал текучесть качеств как состояний вещей, их способность превращаться в противоположное.

Гегель определил качество как логическую категорию, составляющую начальную ступень познания вещей и становления мира, как непосредственную характеристику бытия объекта. «Качество есть вообще тождественная с бытием, непосредственная с бытием определенность… Нечто есть благодаря своему качеству то, что оно есть, и, теряя свое качество, оно перестает быть тем, что оно есть» (Гегель Г. В. Ф. Собр. соч. М.; Л., 1929, т. 1, с. 157).

Диалектический материализм исходит прежде всего из признания объективности и всеобщности качественной определенности вещей. Качество объекта обнаруживается в совокупности его свойств. При этом объект не состоит из свойств, не является своего рода «пучком свойств», а обладает ими, как указывал Энгельс, «…существуют не качества, а только вещи, обладающие качествами, и притом бесконечно многими качествами» (Маркс К., Энгельс Ф., Собр. соч. 2-е изд., т. 20, с. 547).

Категория качества объекта не сводится и к отдельным его свойствам. Она выражает целостную характеристику функционального единства существенных свойств объекта, его внутренней и внешней определенности, относительной устойчивости, его отличия от др. объектов или сходства с ними.

Качественная определенность объекта зависит прежде всего от его структуры, характера связи элементов целого, а также от состава его элементов. Изменение качества обусловлено или перестройкой связей элементов, или изменением самих элементов, или преобразованием того и другого. Мир состоит не из законченных и неизменных вещей, а представляет собой совокупность процессов, в которых вещи постоянно возникают, развиваются и уничтожаются, переходят в другие вещи, имеющие иное качество. Поскольку благодаря своему качеству объект выступает как именно данный, а не иной, то изменение качества означает превращение данного объекта в другой. Категория качества выражает определенную ступень познания человеком объективной реальности. На начальном этапе познания объект исследования выступает перед субъектом прежде всего каким-либо отдельным свойством или рядом свойств. В непосредственном чувственном восприятии качества выступает как некоторое множество свойств. «Сначала мелькают впечатления, затем выделяется нечто, – потом развиваются понятия качества… (определения вещи или явления) и количества… Самым первым и самым первоначальным является ощущение, а в нем неизбежно и качество»… (Ленин В. И. Полное собрание соч. 5 изд., т. 29, с. 301).

Большая советская энциклопедия, А. Г. Спиркин.

Мы делаем следующий ход, мы объявляем качественную определенность всех аспектов. То есть мы строим мандалу (структуру целостности) не по сторонам света, а как квадрат, с полной системой взаимных связей, и получаем:

• такое качество, как связь,

• такое качество, как функционирование,

• такое качество, как организация,

• и такое качество, как координация, воспользовавшись тем, что в сложных целостных системах всегда существует элемент, функция которого – координация (рис. 3). Некий задающий генератор, который синхронизирует работу всех частей системы в одном ритме, с одной частотой, на одной волне и так далее, создавая эффект целостности.

Рис. 3. Квадрат аспектов

Что же мы тут получили принципиально нового? Структуру, с введенной в нее системой связей, то есть качеств, которые взаимообусловлены, то есть системой позиций. Строго говоря, это функции: функция координации, функция организации, функция связи, функция функционирования, действия. Все они собой связаны. Стоит нам заполнить вот этот квадрат аспектов, мы получим качественную структуру данного целого.

Мы можем ввести сюда только один количественный показатель, по принципу сравнения, – это мощность того или иного аспекта. Для чего? Для того, чтобы показать, что, как только мы вводим даже такую, казалось бы, обобщенную количественную характеристику, мы разрушаем целое. Если мощность, условная мощность аспекта координации превышает мощность каждого отдельно взятого аспекта, то все целое сворачивается в одно – точку. Если мощность аспекта связей превышает остальные по мощности, то целое распадается, потому что целое – это взаимосвязанная, качественно связанная, закрытая, законченная система, это мегаобъект. Если аспект организации по мощности превышает другие, целое начинает консервироваться, опять же превращаясь в одно. И так далее.

Поэтому структура представляет собой квадрат – как символ баланса баланс. А в центре, если вывести эту структуру из плоскости, у нас здесь появляется виртуально вершина пирамиды на пересечении связей. Это и есть настоящее – ноль. Вот тут возвращаемся к философии. Не знаю, нашел ли кто-нибудь подобное раньше, но точно знаю, что Николай Кузанский, средневековый философ, сделал рациональное описание целого: «Точка, объемлющая бесконечность».

Качественная определенность ноля состоит в том, что, с одной стороны, это точка пересечения всех возможных осей координат, с другой стороны, это точка, объемлющая бесконечность. Тогда нам становятся понятны все древние системы, в которых человек описывался следующим образом: плюс-бесконечность и минус-бесконечность. Тоже попытка описания человека как целого.

Таким образом, метод качественных структур рождается не на пустом месте. Он является интеллектуальным инструментом, созданным на основе базовых структур сознания и базовых понятий онтологического описания, и имеет свою историю, и прежде всего это история попыток качественно определить, что есть ноль. От простого условно говоря: ноль есть настоящее – до Кузанского: «Точка, объемлющая бесконечность», дальше: центр везде (принцип голограммы: центр везде)… Мы можем использовать математический аппарат, мы можем говорить о нечетком множестве объектов. Здесь нет первого, второго, третьего и четвертого, нет иерархии, здесь нет верха, низа, вперед – назад, направо – налево. Это ноль, и в то же время ноль, внутри себя содержащий качественную бесконечность, некое бесконечное качество.

Следующий ход – это заполнить квадрат аспектов, обозначить систему связей объектов по отношению к описанию мира (рис. 4). Дать качественное определение бесконечности, энергии, вечности, бытию.

Рис. 4. Описание реальности, человека в целом, конкретного человека

а) Это наша базовая структура для производства интерпретаций получаемого знания и создания технологий.

Бесконечность – качество, которым обладает реальность, – любые пространства, любые территории.

Энергия – качество, которым обладает реальность, – все виды энергии. Это качество реальности, связывающее неявленное с явленным.

Вечность – качество, которым обладает реальность, – совокупность всех времен, длительностей и симультанностей, из этого качества возможен переход в любое качество времен.

Бытие – качество, которым обладает реальность, – факт присутствия того, кто мыслит, в том, о чем он мыслит.

Будучи согласным с Гегелем, я считаю: бытие есть неотъемлемое качество реальности, ибо даже абстрактный дух воплощается, то есть бытийствует.

Но нам нужно нечто такое же по отношению к человеку, некое описание человека как целого.

б) Для человека бесконечность существует как чувственная данность, это пространство. Энергия как чувственная данность так и существует как энергия – это аспект связи. Вечность как чувственная данность существует как время. Какое время? Человеческое время. Что такое «человеческое»? Событие. Не астрономическое, не конвенциональное синхронизирующее, а именно событие. События связаны с переживаниями, но об этом дальше.

Бытие для человека есть что? Для человека чувственно это его жизнь. Жизнь прожить – не поле перейти. По-русски очень хорошо: переживание.

В) И осталось заполнить структуру для внутреннего человека, для субъекта, то есть для каждого из нас конкретно. Мы описываем внутреннюю реальность конкретного человека – выясняем, как данную структуру каждый может использовать по поводу себя лично-конкретно. Какая качественная определенность меня самого?

Когда мы говорим о внутреннем человеке, то бесконечность, чувственно представленная каждому пространством, которое он занимает, то есть его телесностью (организм + плоть = индивидуальность), Энергия, в ее чувственной представленности, конкретно для меня – это моя душа (и ее представленность для внешнего человека – сущность). Вечность для конкретного человека предстает в событиях, которые отражаются в его сознании, формируют его (внешне формируя личность). И координирует, управляет всем этим Я. Именно в Я человеку представлена его жизнь и его бытие (или Мы).

Мы создаем некое описание реальности человека, конкретного человека, внутреннего человека как целого. Мы не можем говорить, что он действительно существует как целое, но мы можем придать ему статус существующего с помощью своего интеллекта. За счет чего? За счет того, что у нас есть базовая структура, квадрат аспектов. Квадрат аспектов – принципиально новая базовая структура сознания.

Таким образом, мы получаем рациональное обоснование для создания описания целого, построенного не на количестве, а на качестве, на принципе качественной определенности. Это и есть «быть здесь и теперь», только уже интеллектуально обозначенное. Это и есть точка, объемлющая бесконечность. Мы ноль из разряда чисел переводим в разряд категорий, мыслительных, интеллектуальных категорий.

Это дает нам качественную определенность двух важных понятий: что такое «я думаю» в рамках этого контекста и что такое в рамках этого контекста «я есть» (какова качественная определенность того, что я есть).

«Я мыслю, следовательно, я существую» («Cogito ergo sum») корректно тогда, когда я мыслю в таком контексте.

Это дает возможность рационально определить разницу между интеллектом и работой информационного метаболизма, той автоматизированной части нашего мышления, которая обслуживает наши потребности.

Разница в том, что, будучи психическим образованием, не предназначенным для обслуживания потребностей, интеллект не может работать автоматически. Он включается в жизнь человека в тот момент, когда человек решает использовать избыток информации (получаемый благодаря ненасыщаемости потребности в новой информации) для чего-то не имеющего отношения к удовлетворению потребностей, то есть для своей внутренней жизни, для жизни внутреннего человека. Обычно это выглядит как процесс творчества – решения творческих задач. С развитием интеллекта, с расширением сферы жизни внутреннего человека, умножением деятельности, не направленной на удовлетворение потребностей, интеллект может стать основой для того, чтобы внутренняя жизнь человека, его задачи, а не его потребности начали управлять его жизнью. То есть интеллект формирует управляющую систему, которую мы с вами называем субъект. Кроме этого, интеллектуальная продукция, которую производит интеллект, может быть использована внешним человеком для более эффективного удовлетворения потребностей. А более эффективное их удовлетворение оставляет, грубо говоря, время и силы для чего-то иного.

Итак, у нас есть ключ для нового отношения к себе, нового способа познания себя. Ключ этот в ином способе думания. Думать о себе – занятие крайне невыгодное, если думать о себе по частям. Тогда все попытки размышлений приведут в итоге к одному моменту – к моменту самооценки как ключевому в мире Мы. Самооценка всегда завязана на то, насколько хорошо нам дают удовлетворять свои потребности, то есть свободен и достаточен доступ к ресурсу или нет. Так в человеке живет и существует Мы. Это жизнь Мы-человека. Иной способ думания, то есть «я думаю» в нашем контексте, – это возможность помыслить о себе как о целом. Это возможность нулевой позиции по отношению к Мы-человеку, к жизни, которую мы живем, и к реальности в целом в пределе. Такой способ предлагает метод качественных структур. Чтобы им воспользоваться, надо ввести в пространство сознания новую базовую структуру под названием «квадрат аспектов». Что дает нам этот иной способ познания? Он дает ответ на вопрос: может ли человек принципиально измениться, если захочет?

Может ли человек измениться?

Может ли человек измениться? качественно измениться. Количественно мы все меняемся: возраст наш меняется, количество функциональных возможностей меняется, материальное состояние меняется – количественные показатели, безусловно, меняются. А меняется ли человек качественно? И может ли вообще он в принципе измениться? Трансформироваться?

Фундаментальные факты, связанные с биологией, биопсихологией, зоопсихологией, порождают сомнения. В человеке слишком много данности…

Но на сегодняшний день доказано, что качественно измениться, не разрушая данное, а опираясь на него и используя сделанное, все-таки можно. Благодаря идеальным потребностям, а именно потребности в новой информации – принципиально ненасыщаемой, которая дает основу для развития интеллекта.

Следующий вопрос, чтобы увидеть качественные изменения, необходимо выяснить качественную определенность человека. И пока что у нас есть только одна версия качественной определенности человека как явления реальности – это его возможность делать работу с реальными результатами в пространстве своего сознания.

Человек может качественно измениться, если качественно изменится его отношение с самим собой внутренним. Человек может трансформироваться, если базовая структура его внутреннего Я, а значит, и пространства сознания будет иной, чем исходная. А исходная у нас, как известно, пирамида, а пирамида – это иерархия, социальная структура. Базовой структурой качественного сознания можно сделать квадрат аспектов. В определенном смысле это может стать задающим генератором индивидуальной жизни.

Новая базовая структура пространства сознания дает возможность построить новую управляющую систему внутренней жизни человека. Эту управляющую систему мы называем субъект. Появление субъекта начинается с того момента, как вы пытаетесь себя самого воспринять как тотальность, как целое. То, что в вас пытается быть целым, – это и есть субъект.

Думая о реальности как о целом, как о нерасчлененном и думая о себе как о целом, как о нерасчлененном, мы можем видеть, что наша жизнь – это движение целого в целом в точке координатора посредством нуль-перехода.

Что такое нуль-переход? кажется, полная абстракция. Но вспомним, что каждую одну десятитысячную секунды наш мозг тратит на самого себя, полностью отключается от внешнего мира, – это ноль, о котором говорят эзотерические тексты. С точки зрения пребывания в мире, а не с точки зрения социального устройства мы существуем как некий пульсар. Мы сворачиваемся в эту нулевую точку и разворачиваемся. Это и есть нуль-переход. Про это и говорили: я рождаюсь каждое мгновение. Меня нет – и в то же время есть. Как квантовые частицы: они вроде бы есть, а вроде бы их и нет, они возникают и исчезают, возникают и исчезают, но в результате мы имеем вполне осязаемые вещи.

Структура данности как целое

Условно поделим данность на три классические части: тело, психика, сознание. Так принято делить, имея в виду психику как психоэмоциональную сферу, а сознание как ментально-интеллектуальную сферу (рис. 5). С помощью метода качественных структур определяем аспекты: тело – это аспект организации, сознание – это аспект функционирования, психоэмоциональная сфера – аспект связи, аспект координации – Я, либо самосознание, либо Я-концепция, либо нулевое Я.

Рис. 5. Инструментальная концепция человека как целое

0. Я, либо самосознание, либо Я-концепция, либо нулевое Я

1. Сознание (С)

2. Психоэнергетика (ПЭ)

3. Тело (Т)

Три компонента аспектов могут менять свои позиции, и мы получаем шесть основных способов организации себя как целого. Организация своего внутреннего, или субъективного мира, как целого – это и есть существенное и необходимое действие для появления субъекта. Это то, что человек может сделать только сам. Что значит сам? Из внутреннего побуждения. Ничто внешнее не принуждает. Невозможно организовать систему управления процессом построения субъекта.

Невозможно создать систему поощрений и наказаний на эту тему. Все попытки, которые известны в культуре человечества на протяжении всех лет его развития, создать внешний принуждающий механизм ни к чему не привели. По-прежнему с одними это случается, а с другими – не случается. Какую бы информацию, используя потребность в новой информации, ни вводили, все равно с одними это случается, а с другими…

Что же такое это внутреннее побуждение? как оно может зародиться, как к нему прийти?

Один путь – это вера. Человек воспринимает некоторую систему знаний как сакральную. Принято считать, что сакральная деятельность – это деятельность по поддержанию психологического равновесия между Я и Мы, деятельность по созданию смыслов.

Другой путь – рациональный, путь осознавания. Осознавание – это всегда предельное напряжение, предельный конфликт внутреннего и внешнего. Почему люди к сакральному или к осознаванию чаще всего обращаются в моменты житейских катастроф? Потому, что напряжение между внутренней привычкой жить именно так, именно с этим человеком, именно в этом социальном статусе, именно в этом государстве, именно в этом социально-психологическом мире и потеря этого – это есть катастрофа, предельное напряжение. Внешнее предельно не соответствует внутреннему – это то, что принято называть кризисом. Но это не кризис, это катастрофа.

Кризис – логическое событие: кризис картины мира, кризис системы ценностей, кризис карьерного роста. А катастрофа – это всегда потеря, разрыв между инерцией внутренней привычки или комплекса привычек и внешними событиями, которые не дают возможности никакой продолжать жить так, как жил.

Осознавание приводит нас к тому, что все-таки есть возможность качественного изменения, если мы займемся проникновением в проблему целого.

Как мыслить о целом?

Целое не существует. Но мы можем мыслить о чем-то как о целом, а значит, единственное место, где целое обретает статус существующего, – это наш интеллект. Если мы это осознали, то мы можем получить новое качество самих себя – субъект – за счет того, что в пространстве своего сознания мы формируем реально существующее целое. Тогда целое приобретает статус существующего, а если оно приобретает статус существующего, то наша внутренняя, или субъективная, реальность, структурируясь этим целым, приобретает новое качество за счет эффекта целого.

Что такое эффект целого? Эффект целого состоит в том, что сумма частей целого не равна целому. Целое – всегда иное по отношению к сумме элементов, его составляющих, – вот и основа для качественного изменения.

Так что же такое целое? Целое, тотальное – нечто, что нельзя расчленить без потери качеств. В детской психологии известно, что реакции младенца тотальные. Если он испытывает переживание, то он весь в этом – уж рыдает, так рыдает, хохочет, так хохочет. Однако время младенца проходит и с ним тотальность.

Но можем ли мы, оставаясь осознанными людьми, вернуть себе сначала целостность, а затем в реальность целого? Можно приобрести такое принципиально новое качество, как священное безумие, не став безумным клинически? В сакральном мире ответы на этот вопрос простые: откровение, вера, фанатизм, одержимость, амок, священное безумие. Нам это не подходит. Тогда что необходимо для качественного изменения и обретения тотальности? Для того чтобы случилась трансформация, кроме знаний необходима активизация желания обрести новое качество.

Отсюда: «Научились ли вы радоваться препятствиям?» Не страданиям! Если вы будете страдать, ничего не измените ни в себе, ни вокруг себя. Речь идет о том, что, столкнувшись с каким-то препятствием, с предельным конфликтом между внутренним и внешним, мы можем пойти рациональным путем осознавания и прийти к идее целого. Целое – это идея чисто человеческая. Но оно может стать существующим в пространстве нашего сознания, и тогда воображаемое объективизируется.

Для того чтобы думать о целом, нужно придумать некий способ, в котором исключены такие моменты, как последовательность, иерархия, нужен какой-то подход, в котором равнозначность частей не будет нарушена за счет линейности описания. Ничто в целом не первое, не второе, не третье, не четвертое. Ничто не выше, не ниже, не главнее, не менее главное. Это принцип тотальности. Значит, в первую очередь, если вы хотите обрести себя в тотальном ощущении, логически необходимо перестать расчленять себя. Ни на одном из трех основных уровней:

ни на телесном, называя какую-то часть тела более важной, более главной;

ни на психоэмоциональном, называя какие-то чувства значимыми, а какие-то незначимыми;

ни на интеллектуальном мире, считая одну мысль важнее другой.

Кроме того, сами эти части, если мы пытаемся себя осознать как некую тотальность – тело, сознание, психоэмоциональная сфера, – не являются ни первым, ни вторым, ни третьим, ни одна не важнее другой.

Безумно трудно осознавать себя целым, потому что расчлененное наше сознание, которое мы называем нормальным состоянием сознания, просто не имеет привычки так думать. Причина в том, что сознание теснейшим образом связано с речью (мы думаем словами), а в речи невозможно ни сказать, ни написать, не соблюдая дискретную последовательность: это первое слово, это второе, это третье, четвертое, пятое, шестое… Мы расчленяем то, о чем рассказываем или думаем. Не зря инверсия является специальным приемом. «Я сказал» – это привычно. «Сказал я» – это уже требует усилия.

Человека формируют потребности и способы их удовлетворения

Бо́льшую часть жизни, времени жизни, внешнего времени мы тратим на удовлетворение наших потребностей. Поэтому жизнь может протекать совершенно без осознавания, без участия интеллекта. Потребность возникла, мы выделяем из фона что-то, что становится для нас ценностью, потому что оно может удовлетворить потребность. Дальше личность проверяет, социально одобряем или не одобряем способ удовлетворения потребности через эту ценность. Если одобряем, идет, берет и кушает, если – нет, придумывает, как замаскировать и сделать вид, что нечаянно скушала. У нас очень много потребностей. И нас всячески суггестируют на их постоянное увеличение. Потребностей становится все больше, удовлетворять их все сложнее. Вот она, сложная, трудная, полная драматизма потребительская человеческая жизнь.

Существует такое выражение: что бы человек ни делал, он делает это ради удовлетворения какой-то своей потребности. На уровне личности (системы отношений с социальной реальностью), а соответственно, и на уровне персоны (социальных кукол, которых играет человек) движущей силой жизни являются именно потребности. Их необходимо каким-то образом удовлетворять. То, что может удовлетворить потребность, обретает ценность для человека. Что делает наше отношение к миру ценностным. Мы бессознательно не можем нейтрально относиться ни к чему, потому что окружающий нас мир – это источник пищи для наших потребностей.

Есть три основные их группы: биологические, социальные и идеальные. Биологические потребности удовлетворяются материальными ценностями, социальные – социальными ценностями, идеальные – идеальными, то есть виртуальными, ценностями.

Проблема состоит в том, что если человек все время занят удовлетворением потребностей, то это и будет единственное содержание его реальной жизни. Звучит пессимистично. Поэтому возникла идея повысить эффективность нелегкого дела удовлетворения потребностей и освободить место для чего-то еще. Немного другой подход, ввести какую-то осмысленность в это занятие – обслуживание потребностей.

Потребность в самосохранении. Она окончательно формируется в период гормонального созревания, когда заканчивается детство. За детские годы мы получаем необходимую информацию, вооруженность в процессе социализации, дальше уже самостоятельно этим занимаемся.

Осознав, в чем корень наших представлений о самосохранении, мы можем попытаться разобраться в том, какой букет вырос на этом корне и все ли там действительно нам необходимо для самосохранения. Это и вопросы питания, и вопросы температурного режима, и вопросы свежего воздуха, и вопросы безопасности среды: агрессивная среда, экологически чистая среда или, наоборот, загрязненная среда – целый букет всевозможных требований. Хорошо бы однажды сесть и разобраться в своих притязаниях, в своих претензиях, запросах и понять: а все ли то, что вы воспринимаете как нужду, как необходимость, действительно ею является? И есть ли у вас отношения со своим организмом, который собственно и охраняет потребность в самосохранении, осознанны ли вы по отношению к своему организму? Если у вас этих отношений нет, если вы не общаетесь со своим организмом, то тогда это кто-то делает за вас и, естественно, этот кто-то навязывает вам свое представление о вашем организме. Это представление, с одной стороны, усредненное, построенное на статистической информации, а с другой стороны, носит индивидуальную окраску того, кто занимается вашим организмом. А ведь организм как изделие является сугубо штучным, ибо при всем внешнем и других сходствах между собой все организмы уникальны. Если вы имеете отношения с ним, если вы вступили в диалог со своим организмом, то тогда вы эту штучность можете осознать и корректировать внешнее давление, внушение по поводу потребностей самосохранения в ту сторону, которая соответствует вашему восприятию себя.

Возможности человеческого сознания в этой области практически безграничны, потому что ни в чем человечество так не экспериментировало, как в отношениях с организмом.

В силу разрушения социального наследования, в силу культа рациональной интерпретации всего на свете, как выясняется, не столько рациональной, сколько мифологической, но оформленной в знакомые слова, мы с вами совершенно бездарны в этом вопросе. Бездарны в своих отношениях с телом. Здесь непочатый край работы по самосохранению своего организма, действительно самосохранению. Главное – вступить в отношения со своим телом, помнить о нем, общаться с ним на своем внутреннем языке. Это дело сугубо субъективное. Но мы воспитаны так, что доверяем свое тело кому угодно, по любому поводу и без оного, и поэтому относимся к нему, как правило, свысока, пока оно не ломается, пока что-нибудь в нем не перестает привычно функционировать. И тогда мы спохватываемся, начинаем пристраиваться к нему снизу, в результате ничего по существу дела не меняя.

Такая проблема существует в современной цивилизации, к сожалению, непонятно, как это изменить… Сейчас рекламируют здоровый образ жизни, но опять есть вопросы: этот здоровый образ жизни для кого? как? Почему он так дорого стоит, что доступен только немногим?

Но никто не предлагает заняться этим, опираясь на свои отношения со своим конкретным, единственным, штучным организмом.

Потребность самосохранения обеспечивается навыками и знаниями, которые мы получаем в процессе социального наследования. Есть целая группа биологических потребностей: потребность в пище, потребность в определенном температурном режиме… Они врожденные и чисто биологические. А вот потребность в самосохранении неврожденная, хотя и базовая.

Вторая базовая потребность – это потребность в продолжении рода. У современных людей ее уже наполовину как бы и нет. Дело в том, что потребность в продолжении рода обеспечена биологически огромным количеством плюс-подкреплений. И прежде всего это так называемый центр рая в мозгу, центр наслаждения, центр тотального удовольствия. Известны опыты, что можно туда вживить электрод и крыса будет замыкать цепь, чтобы раздражать эту зону, не будет ни есть, ни пить, так и умрет возле этой педальки.

Поэтому на этой потребности вырос огромнейший куст всевозможных потребностей – так называемые сублимированные потребности. Поскольку биологически, если человек здоров, все предназначенное для продолжения рода в нем обеспечено огромным количеством энергии и всевозможных устройств телесных органов, то за ослаблением этой потребности в современном мире куда-то неиспользуемое надо девать.

Блокировать? как это повелось со времен Средневековья. Блокировка приводит, естественно, к перегрузке тела, застой энергии вызывает разные застойные процессы, кроме того, блокирование обязательно отражается на деятельности сознания, невротизируя человека. Например, так называемый синдром старой девы. Вокруг этого огромное количество всевозможных мистификаций, тумана, табу, манипуляций. То социум говорит:

«Давай-давай-давай, рожай-рожай-рожай», то социум говорит: «Не надо, не надо, не надо».

С другой стороны, проблема сублимации. В разных странах по-разному решают этот вопрос, но везде эта проблема существует – проблема привлечения женщины на рынок труда и при этом невозможности создать нормальные условия для продолжения рода. Тут каждая женщина сама решает. Жизнь человека – это его единственная собственность, и он вправе распорядиться ею как угодно, даже если нам кажется это абсолютно неразумным. Но чтобы осознавать, нужно понимать, что масса проблем рождается из того, что на этом единственном корне потребности в продолжении рода вырос целый огромный букет потребительских потребностей и проблем с их удовлетворением. И вокруг этого букета масса тумана, непонятностей и прочего.

Следующая группа потребностей – это социальные потребности. Здесь не просто букет, а букетище. Найти корень, на котором он держится, многим представляется невозможным, потому что мы социализированы насквозь, до такой степени, что можем умереть рядом с пищей только потому, что в том социально-психологическом мире, в котором нас штамповали, это не считалось пищей.

Так в чем же корень социальных потребностей? как всегда, смотрим на младенца. У него только одна потребность коммуникативного, то есть социального, свойства – это потребность в эмоциональном контакте с матерью. За огромным букетом, который вырастает на этом месте, люди забыли про корень. Поэтому ничто так не ущемлено у современного человека, как потребность в эмоциональном контакте. И поэтому букет хоть и огромный, но очень чахлый. Отсюда всеобщая невротизация.

По данным Всемирной организации здравоохранения, шестьдесят процентов населения Земли – невротики. И все по простой причине: потребность в эмоциональном контакте не учитывается в системах социального обеспечения. Во-первых, ребенка лишают матери раньше времени, уже ущемление базовой потребности. Во-вторых, человеческие отношения все более формализуются, становятся все более конвенциальными, вербальными, а в удовлетворении потребности в эмоциональном контакте слова не помогают, главное – прижаться и ощутить себя в полной эмоциональной, психологической безопасности. Безопасных мест, в которых можно как-то там прижаться, все меньше. От недостатка этих простых и незатратных вещей у людей высокая тревожность, скрытая и явная невротизация.

Казалось бы, семья идеальное место для удовлетворения этой потребности. Но нет! Две консервные банки, которые стучатся друг о друга, закрытые, не доверяющие друг другу, занимающиеся взаимным перевоспитанием… какой там эмоциональный контакт! люди впадают в детское Я, надеясь таким образом как-то решить эту задачку, но не получается, потому что тут же слышат: «Я что тебя гладить по головке должен (должна)?» Да! Погладьте друг друга по головке. Без всяких притязаний – и вам хорошо, и человеку хорошо, которого вы гладите.

Надо иметь в виду, что, если потребность в эмоциональном контакте удовлетворена в достаточной мере, тут же начинается эффективная социальная реализация, и, как следствие, это полезно для карьеры, для социального общения. А нужно всего-навсего по головке друг друга погладить. Прижаться друг к другу и помолчать. Ведь эта потребность обеспечена таким биологическим механизмом, как клеточный резонанс. Живые клетки общаются между собой, взаимодействуют, точнее говоря, резонируют. Знаменитый опыт А. Г. Гурвича, когда колонию живых клеток поделили пополам, кварцевое стекло поставили, одну половину убили ядовитым газом – вторая тоже погибла. Пример межклеточного резонанса.

Потребность в эмоциональном контакте является корнем, на котором вырастает весь букет социальных потребностей. Так что, с какой бы социальной проблемой вы ни столкнулись, особенно если она связана с коммуникациями, с общением, вы столкнетесь с потребностью в эмоциональном контакте.

Но поскольку социум, социальная жизнь – это система мест и функциональных взаимосвязей между ними, иерархическое соотношение этих мест, в строгом смысле слова в социуме нет отношений. В социуме есть интересы: «интересы отдельных людей», «интересы группы людей», «борьба интересов», «кооперация интересов», «совпадение интересов», «противостояние интересов». На уровне персоны (социальной роли) важно разобраться в своем интересе, в интересе партнеров и конкурентов и исходя из этого принимать решения, составлять планы и так далее. Но поскольку потребность в эмоциональном контакте не удовлетворена, мы пытаемся социальную машину использовать как машину, удовлетворяющую потребность в эмоциональном контакте, – все превратить в отношения. А потом кричим: какой ужасно несправедливый мир! как можно предъявлять претензии к машине, что она машина, а не человек?

Удовлетворять потребность в эмоциональном контакте необходимо в частной жизни, а не в социальной. Сложность в том, что на частную жизнь у нас времени все меньше, а социальное функционирование занимает времени все больше. Из этого появился трудоголизм как заболевание, тоже своеобразный невроз. Человек настолько боится личной, частной жизни, что предпочитает быть персоной как можно дольше, тем более социально это одобряется.

Идеальные потребности. Где ж там корень-то? Опять смотрим на младенца. Корень – потребность в новой информации. Неутолимая, ненасыщаемая, потому что это пища нашего главного органа – мозга.

Человеческая память (базовая память, а не оперативная) характеризуется безграничностью, границы ее определить не удалось пока и вряд ли удастся. Человек помнит все, что коснулось его главного органа восприятия – мозга. Все, что человек когда-либо видел, слышал, обонял, ощущал, подумал, почувствовал и так далее, – все четыреста миллионов бит в секунду. Это загадка. Это загадка мистифицирована как ни одно другое свойство человека. Тут и хроники Акаши, и вселенский разум, и книги бога Ра, а все это «просто» базовая память. Это принадлежит человеку, это наше благодаря ненасыщаемости потребности в новой информации. Действительно, позади нас океан знаний (рис. 6).

Рис. 6. От удовлетворения потребностей к решению задач

А код доступа к базовой памяти – это и есть реальная технологическая задача, которую на протяжении всего времени и пытаются решить люди.

Одно из таких решений – интернет. Попытка сделать нечто снаружи, подобное тому, что внутри (интернет как общая базовая память человечества). Но есть и естественное решение – это реальность. Снаружи – то же самое – безграничность реальности. Господи, зачем такая большая реальность снаружи! господи, зачем такая большая реальность внутри!

На этом корне – потребности в новой информации – вырастают эстетическая потребность, потребность в смысле жизни, познавательные все потребности… И целое море всяких потребностей в виртуальных ценностях.

Я отдельно от не-Я

Что выделило нас из реальности? Само сознание: «вот я, а вот все остальное, что не я. Это не я – огромное, а я – только я», и дальше надо было строить, строить и строить защиту от этого огромного, делая его, вычленяя из него те части, которые я в состоянии освоить. На этом построена жизнь внешнего человека и жизнь цивилизации, которую построило человечество. Это жизнь Мы-человека. Существуют разные формы. Личность, персона, таковость – тоже определенные, социальные формы человека.

Но субъект (внутренний человек, Я) не живет на территории, субъект живет в пространстве. А в пространстве все границы условны. Пространство одно и энергия тоже одна. Формы разные.

Человек, в отличие от любого другого живого существа, имеет возможность управлять пространством своего сознания. А управляя качеством пространства сознания, он управляет своей реализацией, то есть судьбой, жизнью, кармой. При одном условии: что он это делает. Потому что, когда он это делает, он есть – Я есть. Вот единственное мне известное, реальное качественное изменение, которое доступно отдельно взятому человеку.

Качество пространства сознания зависит от его структурированности, то есть от структур, которые в него заложены.

Что такое базовые структуры сознания?

1. Система координат: верх, низ, право, лево, вперед, назад.

2. Система социальной ориентации – пирамида и выраженный через нее принцип иерархии.

На информационный поток реальности накладывается базовая структура сознания. Реальность расшифровывается нами как послание, как текст. С помощью базовых структур создается система знаний, система действий, внешних и внутренних. Помните всевидящее око – в треугольнике глаз? Это мы так смотрим, в рамках треугольника. Все, что мы видим, мы видим через базовую структуру сознания – пирамиду. Все, что связано с сознанием, идет на счет: раз, два, три. И все наши интеллектуальные действия – на раз-два-три, и все периоды, циклы, связанные с сознанием. И если бы у нас не было еще кое-чего в изделии, мы так бы и жили в мире раз-два-три. Энтузиазм длится три часа (это экспериментально установлено), три дня, три недели, три месяца, предел – три года. Как ни мотивируй – энтузиазм закончится.

Принцип иерархии как действие базовой структуры сознания – пирамиды – это принцип «да», «нет», «или». Основополагающие посылки нашего сознания: теза, антитеза, синтез. И реальность без специальных усилий наша личность воспринимает в виде пирамиды. А поскольку на глубинном уровне есть ощущение, что все-таки как-то не так, реальность все-таки что-то большее, возникают всякие способы достройки, но все они тоже пирамидальные.

И вернемся к утверждению, что возможность качественного изменения заложена в нас ненасыщаемостью потребности в новой информации. То есть свяжем данность потребности с возможностью трансформации. Что же за ценность пытается найти потребность в новой информации? Она пытается найти структуры, которые хаос базовой памяти превратят в нечто организованное, структурированное и, таким образом, более пригодное для использования нашим разумом. Человек разумен настолько, насколько он может пользоваться материалами своей базовой памяти. Разумность человека определяется базовыми структурами сознания. О данных структурах – система координат и пирамида – мы уже говорили. А в качестве новой базовой структуры предлагается квадрат аспектов метода качественных структур, который позволяет человеку видеть себя и реальность как целое.

Подход к качественной стороне сознания

Для думания о целом обратимся к методу качественных структур. Предположим, что существуют четыре равноправных качества, которые описывают все содержимое целого: организация, функционирование, связь, координация. Они равнозначимы, взаимосвязаны и взамообусловлены.

Как только мы пытаемся придать чему-то в нашем пространстве статус целого, появляется тот, кто пытается это сделать. Это субъект.

Чтобы нечто стало целым, должно появиться еще что-то, кроме четырех аспектов, это «еще что-то» – тот, кто об этом думает. Это и есть субъект.

Попробуем дать предельно возможное описание свойств целого.

1. Целое состоит из некоторого количества разного. Это разное называется части целого.

2. Сумма частей целого не равна самому целому. Это называется эффект целого. Простое сложение этих частей не дает целое. Целое обладает эффектом тотальности.

3. любая часть целого вне целого становится другим, чем-то другим, не тем же, чем она была, будучи частью целого. Если мы вынем печень из организма, то это уже другая печень. Поэтому, изучая части, изучить целое невозможно. Это еще один важный закон.

4. Всякий живой организм – это целое.

Все части целого равнозначны и взаимообусловлены, не просто, как в системе, взаимосвязаны, а именно взаимообусловлены. (Это отличает целое от системы, которая тоже состоит из некоего множества объектов.) линейное описание целого разрушает целое. Потому что как только появляется первое слово, второе слово, третье слово – целое теряет эффект целого. Долгое время человечество знало только один способ назвать целое – симультанный образ: либо картинка, либо инсталляция, либо какая-то композиция, то, что можно воспринять сразу, симультанно, одномоментно, а не последовательно. Говоря современным языком, объемно, как единый объем.

В отличие от системы мы не можем изучить целое последовательно. Это огромная проблема для нашего мышления. Потому что оно построено на ряде чисел: первое, второе, третье и так далее, минус первое, минус второе, минус третье и так далее… Но есть ноль.

Первая попытка найти словесное описание целого (лично я нашел только это, может быть, есть другие, но я не знаю) – это Николай Кузанский, средневековый философ, который ввел такое обозначение целого, как «точка, объемлющая бесконечность». То есть целое как бы одно, но при этом бесконечно. Точка, объемлющая бесконечность. Возможность описания целого появилась с открытием уникальных свойств ноля и понятия качества.

И на языке качеств, а не количеств возникло такое понятие, как качественная определенность целого. Это не давало возможности показать объем в его содержании, но это давало возможность описывать свойства целого по отношению к окружающей его реальности.

Понятие качественной определенности дало возможность выделить такое понятие, как качественная сторона сознания, работающая с качествами, а не с количествами.

Качественное и количественное мышление

Преимущества количественного мышления очевидны, на нем выстроена вся цивилизация. Люди легко обучаются ему, оно легко иллюстрируется, обеспечено огромным математическим аппаратом. Для кого-то в жизни достаточно таблицы умножения и правил сложения-вычитания-деления, а для других необходимы уже логарифмы, интегралы, функции. А для некоторых – нечеткие множества. Возможность упрощать и усложнять системы, просчитывать их – это безусловные преимущества. Безусловный минус: невозможно работать – ни мыслить, ни действовать – с целым. А значит, человек не может эффективно думать о себе, видеть себя, познать себя и изменять себя при желании и необходимости.

Наук о человеке (а мы помним, что человек – живой организм, а всякий живой организм – целое) огромное количество, но все это науки о частях, которые вне целого, как известно, тем же самым не являются, это уже другое. Печень отдельно от организма – это одна печень, даже если мы ее не жарим, а просто думаем о ней. А печень как часть целого – это совсем другое, о чем мы ничего не знаем, и у нас нет инструмента, чтобы узнать.

У нас даже нет инструмента, чтобы снять какие-нибудь показания не с отдельных органов, а с тела как целого. Единственный целостный показатель, который пришел нам от древних, – это так называемая аура. Сегодня есть прибор, установка, которая в режиме онлайн на мониторе показывает ауру – некое свечение, возникающее в сверхвысоких частотах вокруг человеческого организма. Дешифровать показания абсолютно достоверно пока не удается. И мы начинаем сочинять, интерпретировать… Так, благодаря тому, что некоторые из древних развили в себе способность видеть ауру мозгом, без приборов, они обнаружили все приборы, которые потом были сделаны, в самом человеке.

Мы не просто мало знаем о человеке, мы почти ничего не знаем о человеке, мы много знаем о его частях. Если мы корректные исследователи, мы понимаем, что исследуем не человека, а изъятые из него мысленно или немысленно части, которые теряют свою качественную определенность, будучи изъяты из целого.

Теперь посмотрим на другую сторону – качественное мышление.

Минус – огромная сложность передачи информации от одного сознания к другому. Огромная сложность создания адекватного языка описания и языка оперирования. Полное отсутствие математических инструментов, а значит, бесконечное подозрение в субъективности понимаемой как недостоверность. Еще один минус – непривычность. Поскольку весь опыт человечества в этой области мифологизирован, мистифицирован и зашифрован.

Именно поэтому, когда мы читаем эзотерические тексты, мы читаем что-то другое, чем то, о чем авторы писали. Каждый симультанный образ – это символ какого-то конкретного целого в его качественной определенности. Но поскольку нам неизвестен реальный контекст, что же они обозначали этими обозначающими, то мы сочиняем свою интерпретацию их описания. Так постепенно мы многое насочиняли…

Плюсы качественного мышления: возможность оперировать целыми объектами – и в сознании, в пространстве сознания, и в пространстве реальности. В перспективе получить ответ на самый главный вопрос: что же такое человек как целое? Сейчас ученые, занимающиеся электричеством, постепенно приходят к мнению, что единственный человек в истории науки и техники, который знал, что такое электричество, – это Никола Тесла. Но он не мог этого рассказать, даже если бы захотел. Он мог какой-нибудь симультанный образ выдать, но кому это помогает? Создал свою мифологическую систему симультанных образов, а техническую документацию всю уничтожил, понимая, какое это оружие. Он в дневнике написал: «Я мог бы расколоть земной шар пополам, но никогда не сделаю этого».

Качественная сторона сознания дает возможность распоряжаться гораздо большим энергетическим ресурсом реальности, чем количественная сторона. Самое большое преимущество качественной стороны сознания, оперирования качественного – это возможность создать мечту всех кибернетиков – металогику. Логику логик.

Кто будет знать хотя бы три слова из металогики – будет владеть миром.

Что Я знаю обо мне

Велик человек во всем – и в прекрасном, и в безобразном. Потому что человек – это интеграл человечества. Все, что мы знаем про людей и еще узнаем, все, что зафиксировано в интернете, – все это есть в каждом из нас. В виде потенциальных возможностей. Благодаря чему? благодаря базовой памяти, а также устройству нашей телесности.

Ни одно живое существо на этой планете не имеет такого адаптационного ресурса, как человек. Мы говорим: о, вчера еще был атеист, а сегодня уже в церкви со свечкой стоит! Он, что, притворяется? Нет, он адаптировался. Притворщика сразу видно, а адаптировавшийся искренне стал другим, он срочно искренне стал верующим, иначе не выжить. Учителя, воспитатели, гуру живут в иллюзии, что они меняют что-то во имя какого-то светлого или не очень светлого будущего. И не замечают, что люди в силу своих, неизвестных гуру-воспитателю-учителю, потребностей адаптируются к их системе требований, и все. И все!

Как можно было верить в коммунизм? Или фашизм? Очень просто – адаптироваться. Как можно верить вообще во что-либо, чего ты не видел? И не пережил, не прикасался? адаптация. Но эта адаптация вся заглавными буквами. Величайшее достижение природы. Природа, как известно, безнравственна именно потому, что адаптационна. Безнравственна не в том плане, что она никакая, а в том плане, что она неуправляема. И мораль, и нравственность, и принципиальность – это все остается только в механизмах – либо самоуправления, либо внешнего управления. Если внешнего, тогда человек адаптируется к внешней системе требований, если внутреннего – человек адаптирует себя к желательному образу самого себя. Формируются определенные установки, и дальше все происходит автоматически.

В мире, в реальности все время что-то происходит. Нет такого момента, чтобы ничего не происходило. Все движется. Все изменяется. И это есть действие реальности. В общем виде все действия – это изменения. А с человеком что-нибудь происходит? конечно. С точки зрения одного наблюдателя, одно происходит, с точки зрения другого наблюдателя – другое. Психолог смотрит на человека – рассказывает одно, социолог смотрит – рассказывает другое, управляющий смотрит – рассказывает третье, власть имущий смотрит – рассказывает четвертое, статистика – пятое, медицина – шестое. Многие рассказывают нам о нас. А что мы рассказываем сами себе? Мы что-нибудь сами про себя? Что с нами происходит? В чем мы изменяемся?

Чтобы ответить на эти вопросы, надо наметить фон, на котором мы себя будем рассматривать и осмысливать. Как известно, фон важнее фигуры и голый король на фоне своей спальни совсем не то, что голый король на площади среди толпы.

Целое под названием человек

Что же мы имеем в истоке наших попыток осмысления себя и мира?

Вначале мы имеем мир, в данном контексте называемый реальность. На основании того, что мы в чем-то находимся, мы куда-то заложены, мы полагаем, что есть нечто под названием мироздание, или реальность, или, на бытовом языке, мир. Что такое реальность более конкретно? Это пространство – пространство возможного. Мы без всяких доказательств полагаем, что реальность содержит в себе самой все возможное. В пространстве все вибрирует. Всё. Пока не обнаружено ничего, никакого артефакта, который бы так или иначе не вибрировал, то есть не резонировал бы с пространством. Эта вибрация соединяет слабыми взаимодействиями (а иногда и сильными) все сущее, все, что существует, – и то, о чем мы знаем, и то, о чем мы не знаем. Вследствие этого, а также того, что это пространство обладает таким качеством, как энергия, возникает резонанс между всем тем, что находится в реальности в качестве выделенного, и самим пространством реальности.

Далее, конечно, природа. Из всего резонирующего мы выделяем живое, плоть. Плоть оформляется в виды, роды, то есть в формы телесности. Базовая форма плоти – это живая клетка. Совокупность живых клеток, структурируемая природой в биологический объект, функциональную совокупность органов и систем, есть организм. А плоть есть структурируемая субъектом совокупность живых клеток тела как выделенная интеллектом целостность. То есть телесность – это организм плюс плоть. Самая сложно структурированная часть плоти – мозг человека.

Как показал Тейяр де Шарден, в процессе эволюции человека происходит постоянная цефализация, то есть количество мозга (всех мозгов, вместе взятых) по отношению к общему количеству плоти все время растет. Отсюда фантазии на темы, что когда-нибудь, как в «Солярисе», вся плоть станет одним мозгом.

Это дало возможность представителям вида homo sapiens обрести то, что мы обозначаем понятием индивидуальность. Индивидуальность человека осуществляет себя через механизм потребностей, которые порождают желания в виде мотивов деятельности.

Далее вид homo sapiens, используя дешифратор под названием сознание, создает новое, доселе не существовавшее образование – социум, социальную природу. Основной инструмент социальной природы – речь, поскольку социальная природа – это прежде всего коммуникации, договоры, конвенции, то бишь библиотеки. Поэтому слово в человеческом обществе так мистифицируется: «В начале было Слово, и Слово было у бога, и Слово было бог…» (Ин. 1:1). Слово – это то, что нам позволило быть в качестве людей. Вид homo sapiens получил потрясающий, не сравнимый ни с одним организмом ресурс адаптации – возможность подменять обозначаемое обозначающим. Как связано слово и адаптация? Опять вводим объяснение: как в притче об Адаме, который называл, давал имя всему, что сотворил бог. Адам называл, и оно становилось таким, каково было дано ему имя, обозначаемое принимало признаки обозначающего – адаптировалось.

Живое обязательно взаимодействует с окружающей его средой, с той частью реальности, которая ему доступна. Эта доступная человеку часть реальности называется территорией. Существует так называемый территориальный императив: все живое стремится занимать максимально возможную для него территорию. В этом смысле и вид homo sapiens ничем не отличается от других. После создания социальной природы – социума человек нуждается еще и в территории социальной. Так появилась внутри одного вида борьба за социальную территорию. Но все это было хаотично, пока человечество в лице своих продвинутых представителей не пришло к идее пирамиды и не зафиксировало понятие иерархии. Принцип иерархии есть и в дикой природе, несоциализированной, – иерархия существует у всех стайных и стадных организмов. А человек – существо стайное. И только человек смог на том принципе выделить себе из реальности отдельную социальную реальность – реальную только для человека.

Совокупность отношений между человеком и социальной реальностью оформилась как личность. А поскольку личность и индивидуальность соединяет тип информационного метаболизма (ТИМ), то личность также связана с индивидуальностью, как и индивидуальность с личностью. Благодаря этой связке все потребности организма (качественной определенности индивидуальности) социализированы, а все потребности личности имеют и организменный оттенок. И даже идеальные потребности имеют организменный оттенок, поскольку все проходит через мозг.

Благодаря наличию мозга, а также базовой памяти, не имеющей границ, а также нервной системы, связанной с мозгом, мы способны улавливать самые слабые сигналы, которые идут из пространства реальности, и собирать их в отдельный объем, который называется лик, или дух. Совокупность духовных отношений с реальностью формирует сущность. Сущность – целостная процессуальная СКО (система конденсированного опыта, термин введен С. Грофом), существование которой обеспечивается постоянным резонансом: плоть – душа (психоэмоциональная СКО резонанса плоти и реальности).

Таким образом, мы можем говорить о том, что личность обеспечена рациональностью человека, то есть речью.

Индивидуальность обеспечена тем, что существует инстинктивная часть, связанная с потребностями. Информационный метаболизм, если его мысленно представить вне языка, – это дешифратор того, что происходит в этом постоянно работающем устройстве – «телесность», которое является исходным для образования индивидуальности.

Сложнейшая вещь организм становится доступной нашему осознаванию, поскольку мы его воспринимаем через индивидуальность. Сложнейшая вещь социум доступна нашему осознаванию, потому что мы его воспринимаем через личность. Социум как таковой для нас инфернален, это что-то огромное, сложное, непонятное, как и организм, – тоже что-то сложное, непонятное, инфернальное, непознаваемое. Поэтому социум для нас представлен в виде личности, то есть совокупности взаимосвязей, социальных отношений, интересов, целей, задач, способов думания, инструментальной вооруженности личности и так далее. А организм представлен через индивидуальность.

Что касается сущности, она нам доступна только благодаря рефлексии. А рефлексия нам доступна, потому что существует нулевое Я, обеспеченное той одной десятитысячной секунды, на которую мозг отключается от внешнего восприятия и занимается только собой. Это есть мгновение самотождественность – нулевой взгляд на себя, который дает возможность рефлексии. А рефлексия – источник самосознания. Самосознание – это развитое осознавание самотождественности. Так из самотождественности вырастает то, что нам так важно, – сознание как целое, пространство сознания.

Личность, сущность, индивидуальность, сознание – это целое под названием «человек». А так как качественная определенность человека – это его сознательность, обладание сознанием, то человек определяется тем, какое у него сознание. Что значит «какое сознание»? Это значит, как оно структурировано. Чем? какая структура заложена или какие структуры заложены? Ибо сознание – это инструмент, предназначенный для структурирования хаоса. Чем снабжено наше сознание, какими инструментами?

• Тип информационного метаболизма – структура обслуживания потребностей в основном фокусе внимания держит индивидуальность, иначе можно умереть; ТИМ обеспечивает самосохранение данного индивидуума. В быту это называется здравым смыслом.

• Автоматическое мышление в основном нацелено на потребности, проблемы и задачи личности, то есть содержит в себе индивидуальное, штучное и коллективное. Это, можно сказать, единство коллективного и индивидуального разума. Если у нас слаборазвитое, неадекватно структурированное мышление, то и наша деятельность такая же.

• ТИМ плюс автоматическое мышление образуют то, что мы называем разум.

• Для взаимоотношений с реальностью как таковой, для непосредственного контакта нашего сознания с реальностью и существует качественная сторона сознания, тоже укорененная в мозгу, в механизме резонанса плоти с пространством.

Качественная сторона сознания получает информацию от сущности, а сущность есть воплощенная реальность, в ее энергоинформационном качестве. Желания сущности обеспечены собственным ресурсом. Потребность для своего удовлетворения нуждается в получении ресурса извне, и поэтому надо заработать, заслужить, выцыганить, выпросить, по блату и так далее. Кто здесь хозяин ресурса? Не мы, не сам человек. Хозяин ресурса – это либо природа, либо социум. А вот сущность не нуждается во внешнем ресурсе. Она обладает теоретически неисчерпаемым источником, и ее возможности ограничены только возможностями энергоемкости и энергопроводимости телесности.

Вот почему для реализации сущностного, или базового, желания крайне необходима плоть. И в крайнем случае можно обойтись без личности. Так появляются священные безумцы, для которых в некоторых социумах есть ниша, а в некоторых этой нишей является психиатрическая лечебница. Потому что, если человек дикий в социальном смысле слова (нет СКО отношений с социальной реальностью), он реализовать свое желание социально приемлемым путем не может. Он может его только свидетельствовать, он попадает в хаос, в информационно-энергетический потоп, и ему ничего не остается, как свести все сознание к точке под название «метка на потоке реальности». Это и есть «с ума сошедший», или священный безумец.

Если же качественная сторона сознания не задействована, нет включенности, то человек полностью зависим от внешнего ресурса. Полностью! Тут иллюзий – утешающих, умаляющих эту зависимость, тешащих самооценку, которая на гордыне замешана, – очень много. И не может человек никак признать очевидного, и называет очевидное невероятным… Мы нуждаемся во всем. Прежде всего в энергетическом и информационном ресурсах, которые принадлежат не нам. И если бы не сущность, то мы не смогли бы оформлять свою субъектность и растворились бы в очереди стоящих за долей ресурса, без осадка.

Но сущность, обладая собственным ресурсом, перерабатывает огромное, непредставимо огромное количество информации, правда, большую часть отправляет в базовую память. Благодаря сущности – самостоятельной в энергетическом и информационном плане части нас самих – мы есть как самотождественность, имеем индивидуальное бытие, а не просто являемся одной из клеточек социума, которая безымянна, не осознает сама себя, не выделяет себя из этого множества в качестве отдельно существующего.

Например, человек, который по каким-то причинам потерял память. Он ничего не помнит, кроме того, что это он ничего не помнит. Почему он страдает? Тут здравый смысл не срабатывает. Потому что в глубине его активизируется зависимость от внешнего ресурса. Если я про себя ничего не помню, как я буду зарабатывать? как я заслужу? как я получу подаяние? И так далее. Мне никто ничего не даст, если меня нельзя опознать.

Такая сложная и интересная, потрясающе интересная штуковина – человек, даже в схематическом виде. Только качественная сторона сознания дает нам возможность описать человека и реальность как целое. Придать ему статус «в самом себе для себя бытия».

Объемная структура самосознания человека

Мы уже неоднократно фиксировали тот факт, что человек – существо двойственное.

Есть внешний человек, который обнаруживает себя через деятельность, с помощью такого инструмента, как личность. Урезанный вариант личности – это таковость (сформированная социально-психологическим миром, где человек воспитывался) и еще более урезанный вариант в соответствии с социальным местом – это персона.

И есть человек внутренний. У большинства людей это слаборазвитое «существо», такой зародыш. Но каждый имеет все шансы его развить, вырастить, сделать. Внутренний человек – это тоже частично Мы, но уже может в полной мере сказать: «Я субъект!» Внутренний человек обусловлен изнутри… Общая форма человека создается двумя видами сил: сил, действующих изнутри, и сил, действующих снаружи.

Внутренний человек – это в себе самом, для себя бытие, в той степени, в какой это Я, субъект. И в себе самом для других бытие в той степени, в которой это Мы. Я-концепция включает в себя «Я как Я», «Я как Он» и «Я как Мы». Как структура сознания, она опять строится на принципе тройки. В определенных пределах человека уже есть возможность мыслить о себе в трех аспектах: Я как Я, Я как Другой, или Он, и Я как Мы.

Из детской психологии мы знаем, что ребенок поначалу, говоря о себе, говорит в третьем лице. Он называет себя «он» или «она» и только потом начинает говорить о себе «я». Последовательность внутренних событий начинается с того, что ребенок обнаруживает себя как Другого, поскольку о нем так и говорят как о Другом, он обнаруживает себя благодаря общению с другими людьми. И копируя принцип общения, называет себя в третьем лице. В таком простом мире он растождествлен. Собственно говоря, мечта о растождествлении – это воспоминание о первом восприятии самого себя: «он», «она». Потом он отождествляется с собой, так появляется у него «я». Говоря о себе, он начинает говорить «я». Потом он узнает о том, что он сделан из людей, и так появляется Я как Мы – личность. И тогда человеку сообщают, что он состоялся. Изделие завершено. «Ты состоялся, ты уже личность, работай».

Внутреннего человека – Я как в себе самом для себя бытие – закрыл процесс социализации. Если бы не эффект сущности, то вообще можно было бы и без него прекрасно обойтись. Личность – это замечательная, сложная, многофункциональная, работающая самостоятельно в автономном режиме штуковина, которая нуждается в теле, в организме для того, чтобы удовлетворять потребности. Но у организма тоже есть потребности, получается, чем больше строителей – тем больше надо квартир, чем больше надо квартир – тем больше нужно строителей. Получается бесконечность потребления.

Выйти из этого кольца личность не может. Нечем. Некому выходить. Из самой себя она не выйдет. Однако существует возможность вступить в контакт с внутренним собой, с внутренним человеком в себе. Эта возможность (и тут мы переходим на язык качеств) коренится в таком качестве реальности, как пустота, психологически представленное нам как нулевое Я – нулевое качество себя. В физике это вакуум, из которого выскакивают каким-то образом элементарные частицы и каким-то образом в нем же исчезают, но почему-то получается, например, стол. Это загадка пока. Психологически это пустота. То есть первое Я – это пустое Я, ноль.

Но начать обнаруживать внутреннего человека не дает нам смещение с ноля на единицу (Я есть) в системе координат («монитор отклонения», термин введен А. Менегетти). А внутренний человек начинается с пустого Я, начинается с ноля. Ноль – выражение в конкретном человеке такого свойства реальности, как пустота, такого ее качества. Пустота, как известно, неизмерима. Чистый человек (внутренне) – это пустота. Там ничего не должно болтаться. Вот то содержание, которое обозначено текстом «избавиться от (как у нас переводят. – И. К.) эго». Избавиться от точки, от Я точечного, которое центр, пуп Вселенной. Итак, Я – пустота.

Субъектная часть реальности – в самом себе для себя бытие:

Я-нулевое (пустота) – чистая потенциальность.

Я-точка, метка на потоке реальности – рефлексирующее Я – невключенный наблюдатель.

Я-субъект появляется из необходимости управлять воплощенностью изнутри.

Я-сущность – Я как представленность в реальности. Такая вот коллекция «Я».

Сама реальность обнаруживает себя как некий процесс, который принято называть потоком реальности. Он описывается большим целым с помощью метода качественных структур (см. рис. 9). Так появляется Я – метка на потоке. Допустим, течет река, а по ней плывет щепочка. Метка такая – Я. Чего она плывет – неизвестно, но плывет. Куда плывет? куда река, туда и она. Это состояние называется нирваной в эзотерической литературе, когда человек ощущает только это – себя как метку на потоке реальности. Я есть, а вокруг ничего нет – я плыву. Откуда-то куда-то. Все. А там уже есть движение, ощущение движения, соответственно, силы, энергии, потому что это все могучая река, могучий поток реальности.

Следующая представленность – это воплощение. Когда есть реальность, поток реальности и есть нечто внутри реальности и одновременно как бы вне ее, потому что это нечто существует как самостоятельное. Это называется воплощением. Так появляется Я-субъект. В скобочках пишу: «хозяин». Я-субъект – это уже не совсем в себе самом для себя бытие, это уже скорее в себе самом для других бытие. В мифологических текстах это Будда. Некая сущность, сознательно или предназначением поток реальности занес, выпадает из нирваны для того, чтобы жить, быть среди людей. Это напряженный момент, как роды. Поймав кайф слияния с пустотой, потом слияния с потоком реальности, человек теряет это слияние, выделяя себя как воплощенность.

Это еще пока в себе самом для других бытие. Чтобы началась деятельность, нужно построить систему управления воплощенностью. Вот это и будет субъект в законченном своем варианте – взрослый внутренний человек, который управляет своей воплощенностью, включая и ее внешнюю часть, – в той степени, в которой он может предъявить права собственности, забрав у Мы то, что ему принадлежит. Ему не все принадлежит в личности, и это не так просто, как кажется, и поэтому нужно четко отделить принадлежащее Мы от того, что принадлежит тебе, на что ты можешь предъявить права собственности.

Вот жизнь и деятельность внутреннего Я – его история и эволюция.

Внешнее Я мы уже описали: Я-личность, Я-таковость, Я-персона.

Важно понять, что все советы по растождествлению – это не советы отрезать левую руку. Это совет различать внешнего человека, внешнего себя (это и будет Он – Я как Другой. Он – это личность, таковость, персона) от внутреннего человека, который Я как Я. Внутренний человек может совершить такую дифференциацию – отделить внешнее от внутреннего. Отделить не в смысле «отбросить», а в смысле «начать этим управлять». Ведь чтобы чем-то управлять, надо это видеть, а чтобы видеть, нужно быть вне того, чем управляешь.

С внутренним собой никак нельзя растождествиться, потому что он опять превратится в зародыша. А раз нельзя растождествиться, значит, нельзя избавиться от выбора, от ответственности за выбор, от личной подписи под всей своей деятельностью. Поэтому внутренний человек становится взрослым тогда, когда под любым действием стоит его подпись.

Есть ли у внутреннего человека потребности? Есть одна: быть. Быть. А чтобы быть ему, нам надо потрудиться. Сам по себе он – пустота. То есть чистая потенциальность.

Итак, мы осознаем, что у нас два базовых Я: Я как Я и Я как Он. Он – это я внешний, Я как Я – это я внутренний. Внутренний хочет быть, а внешний хочет действовать, продолжать воплощаться… в пароходы, строчки и другие долгие дела. Не только обслуживать потребности своих материальных носителей, в смысле организма и личности, но еще с помощью материального и ментального инструментария что-то делать – самореализовываться. А когда он начинает делать, появляется уже не просто информационный метаболизм, предназначенный для обслуживания потребностей, появляется интеллект. Человек начинает мыслить.

И теперь такой важный момент, очень важный. Существует ли существующее? Вам в голову не приходил такой вопрос, а некоторым давно уже пришло это в голову, и они дали такой ответ: нет. Все это покрывало майи. Покрывало майи – это не иллюзия, это констатация того факта, что мы видим, слышим, обоняем только то, чему в нашем сознании и в его отделении под названием «подсознание» мы придали статус существующего. Народным языком говоря, человек видит только то, о чем знает.

Каждый из нас устроен так же, это наше сознание придает реальности статус существования.

Чему придадим статус существующего, то и существует – для нас, в нашем конкретном сознании. Если по поводу чего-то не удалось нам договориться с другими, они говорят, что этого не существует, а мы думаем, что существует, – ничего страшного: реальность от этого не пострадает. Статус существующего мы можем придать, но отменить его не можем. Если однажды мы увидели корабли, не видеть их мы уже не имеем возможности. Тогда вступает в силу З. Фрейд и говорит: вытеснение, замещение, описки, опечатки, рационализация… то есть мы уже делаем вид, что не видим. Если мы придали статус существующего своему внутреннему человеку, он уже существует. Если я увидел себя как целое однажды, мне от себя не избавиться, я уже существую в потенциале как целый и знаю об этом.

Но как мы выяснили, внутреннее надо вырастить. А систему управления, центр управления деятельностью, нужно создать – внутри. И естественно, внутренняя система управления сможет взять на себя максимум управленческих функций, если она будет структурирована более качественно, чем система внешнего управления. Мощность – это отдельно, энергообеспечение мы изучим с точки зрения целого, которому мы придали статус существующего с помощью нашего сознания. Ведь целое как существующее возникло в поисках адекватного описания как раз организмов. Живое знание по-прежнему только в форме людей.

Изобразим описание структуры самосознания, позволяющей человеку встать в активную позицию по отношению к миру, то есть действовать как во внутренней, так и во внешней реальности (рис. 7).

Рис. 7. Структура самосознания

Я, которое субъект, начинается с объема, пространство Я. Так появляется пространство сознания. Пространство Я, как мы уже говорили, это конкретное отражение пустоты как свойства, качества реальности.

Давайте попробуем помыслить о пространстве Я как о целом с помощью квадрата аспектов.

Рассмотрим пространство Я, отражающее само в себе для других бытие, то есть Я, которое стремится воплощаться, – Я-субъект.

В аспекте координации будет осознавание, в основе своей имеющее рефлексию, способность к рефлексии. Именно осознавание инициирует появление управленческих задач, координирующих нашу жизнь, если, конечно, это наша жизнь.

В аспекте организации будет воплощенность, в которую входят индивидуальность, личность, но и сущность. Вся деятельность субъекта организована воплощенностью, которой он управляет. Без нее управлять нечем, нет конструкции для управления. Воплощенность – это отражение в сознании такого качества реальности, как бесконечность. Из этого факта родились различные попытки найти технологию личного бессмертия, не коллективного, а личного. Потому что там, в базисе, качество реальности – бесконечность. Отсюда понимание того, что человек – это событие во Вселенной, и как событие, его протяженность в бесконечности пространства (для нас бесконечность представлена пространственностью) распространяется в этом пространстве и не имеет границ. Есть такой образ симультанный, что человек как воплощенность – это голограмма Вселенной.

В аспекте функционированая – переживание. Переживание – это действенная часть пространства сознания. Субъект, для того чтобы управлять воплощенностью, не может опираться на линейную информацию, он опирается на информацию, получаемую от переживания как иного способа познания мира. Переживание – это качество, которое принадлежит пустому Я, пространству Я и в то же время отражает такое качество реальности, как вечность. Отсюда рассказы о том, как, пока падал кувшин, Магомет был взят на небеса, получил коран, вернулся и поймал кувшин, и всякие другие рассказы такого рода. И последнее для пространства объемного Я – это аспект связи – деятельность (в данном контексте действие без интерпретации, на основе импульса). Я хочет быть. Чтобы быть, надо что-то делать, ощутить себя как бытие, бытие должно наполняться какими-то событиями, иначе это не бытие, это пустота. Эта действенность очень хорошо описана у Гегеля, он говорит, что вселенский дух стремится воплотиться. И это действие в данном случае совпадает с главным действием всего человечества – структурирование хаоса, превращение хаоса в структурированное явленное. Это миссия человеческого сознания. Фирма под названием Я в качестве миссии имеет преодоление хаоса – деятельность, структурирующую хаос. Это миссия внутреннего человека, его мотивация, базовая, врожденная. Как только он появляется, он сразу хочет структурировать хаос. Всё. Поскольку у него одна потребность – быть.

Быть – это превращать неявленное, хаос, в нечто явленное. Структурировать внутри, потому что внутренняя реальность, внутренний мир человека – это огромное пространство, которое тоже надо структурировать, превратить хаотическое нагромождение всего на свете во что-то человеческое. А поскольку деятельность – аспект связи (связь целого с большим целым), значит, мы обнаруживаем это объемное Я, которому мы придали статус целого, через деятельность. Чем структурированнее внутренний мир человека, тем больше мы можем убедиться в том, что у него есть Я, как раньше говорили.

Теперь рассмотрим Я-метку на потоке, Я, пребывающее в потоке реальности.

В аспекте функционирования событие – переживание себя как события в реальности и восприятие процессуальности себя как сцепления событий. В аспекте связи желание. В аспекте координации базовая структура — структура субъективного мира, на основании которой создаются связи нашего Я: переживания связаны с событиями, деятельность связана с желаниями, воплощенность связана с резонансом. В аспекте организации пространство, наше энергообеспечение и «база». Этот источник ресурса, энергии, который мы получаем за счет резонанса с пространством.

Такова структура объемного Я человека. Структура работает в импульсном режиме, режим задается резонансными свойствами воплощенности. Такими как энергоемкость и энергопроводимость, а также способность структур нашего сознания к распаковке информации из модулированной энергии, поступающей в нас посредством резонанса плоти с реальностью. Таким образом, мы видим не только пространство Я как целое, но и ощущаем целостность человека, его телесности (плоть плюс организм), психоэмоциональной сферы (душа плюс сущность) и сознания (включающего также и базовую память).

Энергия как качество реальности присутствует на любом уровне рассмотрения реальности, в том числе и на любом уровне рассмотрения человека как воплощенности, и в его внешней, и в его внутренней ипостасях. Эту энергию, этот автономный, персональный источник энергии мы получаем тогда и только тогда, когда наше истинное объемное Я создает орган своего действия – субъект, с помощью которого управляет внутренней и внешней деятельностью. Так происходит внутренняя работа. (Важно помнить, что все проблемы, которые есть во внешнем мире, есть и во внутреннем.)

Естественно, существует обратная связь между Я-меткой на потоке и Я-субъектом. На качественной стороне сознания эту обратную связь мы называем импульсом, поскольку Я и субъект находятся в состоянии резонанса между собой через резонанс с реальностью как таковой. Поэтому действие субъекта мгновенно и абсолютно эффективно. Импульс есть импульс, он тем и отличается от излучения, что он длится очень короткий промежуток нашего конвенционального времени. В импульсе можно закодировать гораздо больший объем информации, чем в таком же отрезке, скажем, обычной радиопередачи или телепередачи.

Импульс между Я и субъектом содержит в себе огромное количество информации. Самое интересное, что поскольку дешифратор в данном случае – субъект, а не личность, то распаковка импульса происходит на языке субъекта. А язык субъекта у нас что? События. А события симультанно схватываются чем? Переживанием. А переживание имеет огромную мощность – объем и скорость переработки информации в переживании до десяти тысяч раз больше, чем в обычном умозрительном режиме. Это известно эмпирически очень давно. Существует множество, не одно во всяком случае, предложений, как войти в такой режим, обрести включенность и увеличить время проживания. Чтобы нагляднее было, за один год человек внутри себя может прожить десять тысяч лет. Это предел, это Будда.

Так решают (одно из возможных решений) проблему личного бессмертия. Внутри. Но нас же внутреннее мало интересует, поскольку в процессе социализации наше внимание не было обращено на это и на фабрике на этом сэкономили очень сильно. И сказали: это личное дело каждого.

Ключ: переживание дает бессмертие проживания

Второй ключевой момент – это загадочная штука под названием «переживание».

Начнем с того, что в нас встроено. Кроме переработки информации методом информационного метаболизма у нас еще есть информационные реакции. Реакции – это комплесные функциональные структуры, которые срабатывают от внешнего сигнала сразу, комплексно. Мы не можем ими управлять, мы не можем их почти никогда контролировать. Все, что мы можем, – это иногда скрыть, если они не слишком сильные. Они настолько комплексны, что их физиологическое, нейрофизиологическое, биохимическое описание занимает большие тома. Но они есть.

Первый тип таких реакций – эмоции. Опираясь на работы Павла Васильевича Симонова, вспомним, что эмоции рождаются от информационных столкновений. У нас есть прогнозируемая информация, прогноз как часть системы автоматически действующего желаемого будущего, и реальная информация, ответ на прогноз. Классический пример. Человек идет по пустыне, имея информацию, что через километр будет колодец с водой. Если реальная информация превышает прогноз, то есть колодец оказался через семьсот метров, то мы получаем положительную эмоцию, если реальная информация со знаком «минус», то есть мы прошли этот километр, а колодца все еще нет, мы получаем отрицательную эмоцию.

Следующий тип информационных реакций. Вспомним «Психологию установки» Дмитрия Николаевича Узнадзе. Установка тоже комплексная функциональная система по расходу ресурса. У нас есть установка, которую мы не осознаем, и есть ситуация. Столкновение установки и ситуации дает или плюс-ресурс или минус-ресурс. Установки играют большую роль в нашей жизни, потому что по ним мы делаем вывод, что мы можем, а что не можем. Мы не решаем, а мы уже заранее «знаем»: вот этого я не могу никогда, а вот это я могу всегда.

Максимум усилий зависит не от того, что мы подумали и решили, а от того, как сработала установка. От этого мы ощущаем как бы прибавку энергии или, наоборот, нехватку энергии: ну все, устал я, больше не могу (я же установил себе, что больше этого не могу). А ради славы, ради денег… Достаточно сильный стимул может преодолеть установку, и тогда человек вдруг видит, что способен больше или по-другому. Можно изучать встроенные установки человека, предлагая ему совершить некую работу в некоторой ситуации. В жизни это очень важно понимать и помнить, самое главное – помнить, что мы не знаем своих возможностей, потому что мы не знаем своих установок. Мы придумываем объяснения: «Мне это не было важно», «Да мне на фига», «Да наплевать» – и наоборот: «Да это же очень важно», – а по существу, это все происходит автоматически…

Дальше мы вспоминаем Федора Ефимовича Василюка. И его работу «Психология переживания». Переживание – это тоже информационная реакция, которую Василюк предложил описывать через столкновение внутреннего и внешнего. Внутренний мир человека и внешний мир, с которым он имеет в данный момент дело. Варианты столкновений внутренних и внешних миров по Василюку:

• сложный внутренний сталкивается с простым внешним – возникает переживание, которое в быту мы называем скукой;

• простой внутренний мир сталкивается со сложным внешним – возникает переживание, которое мы называем «страх жизни». Он рождает либо пассивно-оборонительную, либо активно-приспособительную позицию в зависимости от адаптационного ресурса по отношению к данной ситуации;

• сложный внутренний сталкивается со сложным внешним, и это рождает творчество в активном варианте, а в пассивном – суицид или суицидальные намерения;

• простой внутренний мир сталкивается с простым внешним и порождает Удовлетворение. Говоря языком эзотерическим, сон.

И опять же это не зависит от того, что мы в это думаем, чувствуем, потому что чувства, то, что мы называем чувствами, вообще к этому никакого отношения не имеют. Чувства – это биохимическая реакция и стойкий очаг возбуждения в мозгу. Как ни странно, это самое биологическое, что есть в человеке. Переживания в этом ракурсе – это опять реакции информационной природы.

Что же нас интересует в этих всех исходных информационных реакциях? Нас интересует, каким образом переживание может являться способом познания. Ибо познание через переживание – это все то, что в древних эзотерических и недревних эзотерических текстах называется живым знанием.

Каким образом переживание является работой с информацией? Для того чтобы выяснить это, необходимо вспомнить еще один факт: человек для человека является сверхраздражителем. Так у нас закрепилось со времени столкновения нашего очень простого младенческого мира внутреннего с очень сложным внешним миром, который представлен был прежде всего взрослыми: мать, отец и другие члены семьи, люди, допущенные к младенцу.

Младенец усваивает информацию в безумных объемах, и первые три года жизни равны по информационной насыщенности тридцати годам жизни взрослого человека. За отсутствием навыка речи он не может применять количественные способы обработки информации и использует как раз то, что мы сегодня называем качественной стороной сознания, он работает с переживанием. След этой работы, неосознанный навык к ней остается в каждом из нас на всю жизнь. И взрослый человек, увидев впервые другого человека, мгновенно имеет энное количество знаний о нем. Когда мы начинаем создавать описание этого человека, мы теряем очень многое. Но непосредственное столкновение моего внутреннего человека с внешним другим через переживание дает огромное количество информации. Это так не только по отношению к людям, но наиболее наглядно проявляется именно в восприятии других людей.

Если мы ввели в пространство сознания структуру, качественную структуру обработки информации, такую как целое, то мы не можем заниматься анализом, потому что анализ – это последовательность, а у нас симультанность. Но мы можем воспользоваться переживанием, и тогда качественная структура извлечет из переживания, структурирует информацию в огромном количестве. Это и будет то, что в эзотерических источниках называется непосредственным знанием. Знание как бы возникает. Мы ничего не читали, не изучали по этому поводу, а знание возникло. Это знание возникло за счет переживания, а переживание – это использование качественной стороны сознания, самой первоначальной, если брать человека в его развитии. И когда говорится: будьте, как дети, имеется в виду не инфантильная психология современного человека, а – «используйте переживание как источник знаний».

Вопрос: можно ли включить переживание как способ познания? Что для этого надо? Для этого надо активировать свой внутренний мир, а он должен быть достаточно сложный, снабженный структурами для качественной переработки информации, и ввести его в состояние столкновения с миром внешним, тоже воспринимаемым во всей сложности. Данное состояние в данном контексте мы называем включенность. Итак, под состоянием включенности подразумеваем именно активацию переживания, тотального, то есть переживания целого, себя как целого и того, что мы хотим познать как целого, столкновение двух целых – внутреннего и внешнего. Столкновение даст нам в десять тысяч раз больше и быстрее информации, чем обычные установки. Это очень редкое состояние для необученных людей, оно обычно связано с какой-нибудь экстремальной ситуацией.

Значит, наша задача состоит в том, чтобы сформировать новую установку: научиться радоваться препятствиям? людей не призывают быть мазохистами, нет, «радоваться» в данном случае означает «включиться». Включиться, включить механизм переживания. Не эмоций, потому что эмоции неуправляемы принципиально, эмоции – это простая реакция на избыток или недостаток реальной информации по отношению к прогнозу. Не переживания в том аспекте, о котором говорит Ф. Е. Василюк, так как он говорит о том, что реально случается. Он тоже берет реакцию, но реакцию более объемную: мир – мир. И не просто установки, которые мы не знаем в большинстве случаев, которые могут быть жесткие, гибкие, меняться с течением жизни или не меняться. Речь идет о сознательной включенности, то есть «будьте, как дети, но не будьте детьми».

Итак, что необходимо иметь в виду, чтобы использовать переживание как способ познания.

Переживание – это столкновение двух миров: внутреннего мира человека и внешнего по отношению к нему миру наличной ситуации.

Расход ресурса ограничивается не нашими желаниями и не нашим выбором, а нашими неосознаваемыми установками, что мы можем, а что не можем.

Эмоции никакого отношения к переживанию не имеют. Поэтому при переживании человек может выглядеть очень бесстрастно.

Переживание дает нам возможность получать и обрабатывать огромное количество информации в единицу времени – принято считать со времен еще эмпирических исследований в пределе десять тысяч раз по отношению к нашему так называемому нормальному состоянию. И все призывы в эзотерических текстах проснуться относятся к использованию возможностей качественной стороны сознания, к такому способу восприятия и обработки информации, который связан с переживанием.

Переживание – это воспоминание, только уже взрослого человека, интеллектуальное осмысление того состояния, в котором он находился, когда был младенцем. Но это не «назад в детство», а это «вперед, к переживанию».

Таким образом, любовь в понятии духовном (в отличие от влечения, которое лежит в основе обычной человеческой любви) – это взаимоотношение, которое возникает в результате того, что люди восприняли друг друга через переживание. Не зря во всех учебниках, во всех рекомендациях по поддержанию отношений написано: любые переживания сближают, независимо от того, положительные это так называемые переживания или отрицательные так называемые переживания, они сближают.

А с точки зрения энергетической переживание порождает то, что мы называем резонансом. Как принципиально иное отношение между человеком в его субъективности и всем остальным миром.

Переживи свое событие

Примером такого иного отношения может служить разница во времени проживания. Сколько человек живет «на самом деле»? И как это измерить? Понятно, что конвенциональное время здесь не подходит. То, что показывают часы, – это нулевая функция социума, то есть аспект координации, для того чтобы синхронизировать деятельность большого количества людей, производств и так далее. Индивидуальное время, единица индивидуального времени… Я предлагаю в качестве такой индивидуальной единицы событие.

Красивое русское слово «со-бытие», с бытием. Почему я предлагаю именно это? Психологически это и есть единица времени. Не зря иногда нам кажется, что время тянется, тянется, тянется и ничего не происходит, а иногда – что время мчится, мчится, мчится и много-много чего случается.

Определим, что такое событие. На режиссерском языке при анализе пьесы как некоторого отрезка жизни некоторых людей событием считается факт, который изменяет поведение людей, присутствовавших при этом факте. Не всякий факт есть событие. Событие обязательно влечет за собой изменение. И это изменение поведения меняет ситуацию. Ситуация – это единица субъективного пространства. Есть длинные, долговременные, длящиеся ситуации, кратковременные ситуации и ситуации, так сказать возникающие и исчезающие почти сразу. Это зависит от силы события. А чем измеряется сила события? Тем, на сколько, условно говоря, градусов изменилась линия вашего поведения.

Таким образом, когда мы говорим об индивидуальной жизни, мы говорим о ситуациях, которые являются пространством в жизни, и о событиях, которые являются единицей времени жизни.

События и ситуации могут быть внешние и внутренние. Два параллельных потока:

• ваша внутренняя жизнь (иногда, или часто, или полностью совпадающая с внешней);

• внешняя жизнь, внешние события, внешние ситуации.

Не всякий даже грандиозный факт является событием. Внешняя жизнь может быть бурная, кто-то у кого-то выиграл в футбол, кто-то кому-то проиграл, один курс валюты падает, другой поднимается, политик проиграл, политик выиграл, кого-то арестовали, а кого-то наоборот, кто-то дал взятку, кто-то взял взятку – это все факты. Благодаря средствам массовой информации количество внешних фактов, достигающих нашего внимания, растет не по дням, а по часам. И даже те, кто принципиально не смотрит телевизор, не читает газет и журналов, все равно все равно слышат – и слышат и видят очень много.

Но индивидуальное время не зависит от обилия фактов. Индивидуальное время зависит только от таких фактов, которые меняют линию поведения и порождают, соответственно, новую ситуацию, – от количества событий.

Есть люди, которые думают, что есть первичное событие: я родился, и есть конечное событие: я умер. Они полагают, что жизнь – это ситуация, ограниченная двумя такими событиями. И многим почти удается прожить в этой единственной ситуации, игнорируя все факты, которые могли бы изменить линию их поведения. А поскольку нас приучают думать и оценивать не на языке пространства-времени, а на языке целей и их достижения, возникает такой знаменитый фантом, которого ни в объективной, ни в психологической реальности нет, но как фантом существует – он называется линия жизни.

Представьте реальную нашу жизнь. У нас есть линия поведения, связанная с одними, другими, третьими обстоятельствами нашей жизни. На этих линиях возникают события, которые чаще всего мы рассматриваем как катастрофу, линии изменяют свое направление, перепутываются. Ведь события происходят параллельно: в личной жизни одно, на службе другое, в дружбе третье… Что получается? броуновское движение. Даже линию поведения как таковую можно вычертить только условно, проанализировав и усреднив общее направление. А общее направление одно: от рождения к смерти. Поэтому появляется некий такой подсознательный фатализм, потому что больше общего направления нет.

Возникла цель, жажда обладать чем-то – поведение более или менее выпрямилось, подчинилось, сгруппировалось по отношению к этой цели, цель достигнута – и все сначала. Так постепенно нас дрессируют не видеть хаоса своей собственной жизни, прячась за шоры целей. Но, к сожалению, и здесь не очень получается, потому что целей тоже некоторое количество. Тогда нам говорят: есть иерархия – сначала вот это, потом вот это, потом вот это… Это уже получается технология: цель превращается в средство, в ступеньку к достижению основной так называемой цели.

Описать это как целое можно только между двумя событиями – между рождением и смертью. Между ними жизнь распадается на фрагменты. А если жизнь распадается на фрагменты, то линия жизни – это такая огромная иллюзия, фантом, который нам позволяет думать:

«Я все-таки куда-то двигаюсь».

Что это дает социуму, социальной жизни? Это дает возможность провоцировать человека присоединиться к линии какой-нибудь общественной силы: партии ли, движения ли, что там у нас еще есть? Там есть линия, простая как правда: мы победим, мы заработаем больше всех, наш товар самый лучший… Имеет это отношение к индивидуальной жизни? Нет. Это очень эффективный способ отождествления с Мы, при котором индивидуальное нивелируется.

Тогда остается что? Частная жизнь. Частная жизнь при ближайшем рассмотрении состоит из хаоса желаний: и этого хочется, и этого…

Интимная жизнь. Никто не знает, что это такое, почти. Пикаперы говорят: главное – закадрить, а там посмотрим. Девушки говорят: главное, чтобы то же самое – закадрить, а там посмотрим. Интимные контакты делятся всего на две категории: бесплатные и за деньги… Здесь тоже как-то с линией жизни не получается.

Однако мы хотим как-то ориентироваться в этом пространстве своей жизни, в этой большой ситуации.

Разумно это – ориентироваться, и хочется ориентироваться не только в социальной среде, но и в собственном своем внутреннем и внешнем.

Отказываемся от понятия линия жизни. Какое понятие можно предложить? Сцепление событий. У В. Шкловского есть такая замечательная работа «Теория прозы», где он вводит определение: «роман как сцепление событий». Потрясающий способ анализа жизни внутри пространства художественного произведения. Художественное произведение от жизненного отличается только одним – большей концентрацией событий. Поэтому там так интересно. Смотришь кино – интересно! Потому что события происходят часто и все меняется… Динамика! В жизни то же самое, только растянуто не на одну серию и даже не на десять, а на всю жизнь. Разведите фильм на сорок лет, и вы поймете, чем отличается художественное произведение от нашей обычной, так называемой обычной, так называемой повседневной жизни.

Если ретроспективно взять какой-то отрезок конвенционального времени: год, пару лет – и посмотреть на него с точки зрения сцепления событий, что мы увидим? Посмотрим, сколько было событий, сколько раз происходило нечто, что меняло мою линию поведения.

Например, внешние. Были ли события, внешние, которые изменили линию моего поведения? Ну, если никого не арестовывали, не заключали под стражу и не приговаривали к тюремному заключению, то смена места работы еще, может быть, изменила линию поведения, а может, и нет. Выясняется, что внешних событий с этой точки зрения очень мало. А если событий мало, то ситуации длятся очень долго. А человеку кажется, что он меняется, все вокруг меняется, новая жизнь началась, – а это все одна и та же ситуация. Вот почему все плачут – скучно, событий нет.

Но это же естественно. Одна из основных целей социального управления поведением людей – стабильность, предсказуемость, отождествление с конкретной системой ценностей. Какие события? где-то там какое-то светлое будущее впереди, но это ж впереди, а сегодня-то у нас все по-прежнему.

Поэтому событие реальное внешнее, как правило, мы воспринимаем как вынужденную катастрофу: я вынужден изменить свою линию поведения. Но если мы относимся к жизни своей хотя бы как к некоторому тексту, пытаемся не просто жить, а иметь какую-то обратную связь о своей деятельности: сделал – получил обратную связь, – то тогда мы можем даже это небольшое количество событий рассмотреть как некую систему.

Отфиксировав изменения в своей жизни, человек может оглянуться и понять, какое событие изменило его поведение. Хаотичность жизни проистекает из того, что человек не знает, в какой ситуации находится, какое событие ее породило, это его ситуация или он в чужой участвует. Очень часто человек принимает за свое – чужое. Чье-то событие вовлекло его в какую-то ситуацию, она чужая, это не его событие. Он просто участник. И хорошо, и участвуй на здоровье, если не нравится – выйди. Но человек не осознает, где он. Начинает в чужой ситуации пытаться вести себя как в своей, возникает конфронтация, борьба автора ситуации за свое… Мой мастер, он на своем народном языке учил так, он говорил: «Всегда нужно знать, кто причина». Чья ситуация, в которой ты находишься? кто причина? В чужой ситуации – это одно, а в своей – это совсем другое. Из своей выйти невозможно, пока она не исчерпается и не возникнет новое событие, а из чужой-то всегда можно выйти. Даже если зашел случайно, можно сказать: «Извини, я ошибся», – и выйти.

Очень часто человек в своих ситуациях не проявляет такой бурной активности, как в чужих. Потому что подсознательно знает, что ни за что в итоге здесь не отвечает.

Если вы выбираете событие как единицу времени, у вас строится схема: исходное событие, ситуация, новое событие. Если вы выбираете конвенциональное время, то у вас получается столько-то часов, столько-то дней, столько-то месяцев.

Жизнь – это ситуации, порожденные сцеплением событий. Траектория жизни описывается сцеплением событий. Но в каждый отдельный момент мы здесь и сейчас, в данной ситуации. Чтобы реализовать красивый лозунг: быть здесь и сейчас, – практически необходимо мыслить ситуационно, иначе интерпретации возможны всякие, в основном неадекватные.

Настоящее, прошлое, будущее

Чем жестче социальное структурирование, тем меньше событий в индивидуальной жизни. Чем организованнее социум, чем он стабильнее, чем он жестче по требованиям, по плюс-и-минус-подкреплениям, тем меньше событий индивидуальной жизни, а значит, время исчезает, остаются только часы. Поскольку конвенциональное время, как мы выяснили, – это нулевое, аспект координации, синхронизация наших действий, то время индивидуальной жизни исчезает.

Чем меньше событий, тем труднее проследить их сцепление и понять, что вот это событие связано с предыдущим событием вот такой-то вот связью. Но еще труднее понять, что произошло цунами в Индонезии, и в результате этого мой партнер кинул меня на пятьдесят тысяч. Слишком обширное сцепление событий надо увидеть как целое.

Нам трудно в это поверить. Выслушать мы можем, сделать вид, что согласны, тоже можем, но поверить в то, что сказанная мною в прошлом месяце в конкретной ситуации фраза через месяц привела к тому, что у меня случилась такая (с моей субъективной точки зрения) большая неприятность… В это поверить, пока не проведут и не покажут, почти невозможно. И даже когда показывают, первое, что забывается, – это сцепление событий.

Почему? Потому, что никто не сознается, что это он раздавил бабочку и из-за этого вместо демократии наступил фашизм через пять тысяч лет. А как самому себе сознаться, что ты полтора месяца тому назад сказал, а сейчас это тебе обернулось? И даже если человек, который не находится в твоей ситуации, то есть может видеть ее, тебе показывает, как это произошло, то сначала это большая неожиданность, потом отрицание, потом вытеснение… Есть же линия жизни – это судьба! Это судьба! как удобно: это судьба!

Настоящее, прошлое, будущее – существуют ли они (рис. 8)? разные люди ответят по-разному. При нашем подходе мы можем выделить три категории людей по тому, как они относятся к неизвестному, то есть к будущему.

Рис. 8. Настоящее, прошлое будущее

Есть люди, которые отмечают в мире высоковероятные события и, соответственно, живут среди них. У них время выстроено циклами: прошлое и будущее повторяются, меняясь местами в течение цикла.

Есть люди, которые воспринимают время как некий самоорганизующийся хаос.

И есть предложение от технологического подхода, который приняли мы с вами, – воспринимать будущее как пространство выборов, которое отграничено нашими отношениями с реальностью, то есть данностью, человеком как таковым. При таком способе познания будущего человек ориентирован на самореализацию. Он накладывает свои цели на пространство выборов будущего каждый момент времени настоящего, с помощью создания систем требований, соответствий, ожиданий, для неизвестного.

Получается, когда мы не раскидываем сеть наших целей в неизвестном, будущего не существует. А что такое цели, поставленные в неизвестном, – это стратегия внешней и внутренней жизни, которая диктуется намерением. Это стратегия формирования событий собственной жизни. Событий, переживаний и, соответственно, проживания.

Мы предлагаем сидеть за рулем своей машины жизни, тогда все время что-то идет навстречу. Жизнь дает все новые возможности. И не сажать за руль судьбу, карму и т. д., и, сидя в комфорте на заднем сиденье, смотреть назад, наблюдать, как все уходит – жизнь забирает, забирает…

Проживание как сцепление событий

Мы читаем замечательные призывы и пожелания жить сознательной жизнью, проснуться, вспомнить, но ничего не происходит, это не становится событием нашей индивидуальной жизни. По одной простой причине, если принять эту концепцию, то уже ничего нельзя ляпнуть, если ляпнул, то придется принять последствия. Так встает с другой стороны все тот же вопрос: а хочет ли человек быть собою, а не прятаться в Мы? Выясняется, что не очень хочет, потому что личная ответственность воспринимается как система наказания, не как личная, а как требуемая извне.

Посыл в том, чтобы быть ответственным, потому что это личное намерение, а не потому, что так велели, рекомендовали, или там шеф так сказал, господь бог так распорядился, – нет, просто потому что личное! Он может возникнуть только в связи с иным ви́дением своей собственной жизни.

Границы любой ситуации – это два события: исходное событие, которое породило эту ситуацию, и конечное событие, которое изменило эту ситуацию на другую. Вы родились – это породило ситуацию вашей жизни, вы умерли – закрылась ситуация. Дальше новая ситуация – мир без вас.

Также можно отнестись к внутренним ситуациям и к внутренним событиям. Возьмем знаменитый призыв: человек должен развиваться, совершенствоваться, самосовершенствоваться… Что это означает? Что такое «развиваться»? Это значит изменяться. А что означает измениться? Это значит изменить одну ситуацию на другую. А как изменить одну ситуацию на другую? Должно произойти определенное событие.

Теперь посмотрим на так называемый внутренний мир. У большинства цивилизованных людей внутри джунгли. Где там исходное событие? Теоретически исходное событие внутренней жизни – это ваше первое воспоминание о себе. Когда вы первый раз вспомнили себя, то есть «я – это не то, что другие; то, что во мне, – это не то, что снаружи», – когда вы это первый раз пережили, если это уже случилось, то это исходное событие внутренней жизни.

Но если это случилось один-единственный раз и пока больше вас не тревожило, то никакого развития за это время не произошло, ситуация все та же. Если вы за это время забыли про себя внутреннего, то это второе событие. Вы как внутренний человек уже умерли. Сейчас пока у вас фаза отсутствия, или, красиво говоря, вы заснули. В следующий раз, когда вы проснетесь, это будет следующее воплощение. А теперь представьте, что ваша внутренняя жизнь настолько незабываемая для вас, что каждое утро – это новое воплощение в мире внутренней жизни.

Внутренний мир гораздо пластичнее внешнего. Он менее достижим для давления внешних, особенно социальных обстоятельств. Внутренний мир подчинен вам гораздо больше, чем внешняя жизнь. Изменения, в нем происходящие, совсем не обязательно заметны для окружающих. А это означает, что время внутренней жизни и пространство внутренней жизни может быть действительно вашим временем бытия, индивидуальным временем проживания.

Мы имеем возможность заполнить свою внутреннюю жизнь таким количеством событий, которое наше внутреннее время может довести в пределе, сегодня известном, до десяти тысяч единиц по отношению к конвенциональному времени. Теоретически на базе сегодняшних знаний о деятельности мозга и на базе того, что мы можем прочитать в экспериментальной психологии древних и не совсем древних, десять тысяч событий с секунду – это наш ресурс времени проживания.

Повседневная жизнь настолько проста, что никаких таких особых способностей от человека не требует, поэтому время от времени всплывает эта тема в средствах массовой информации: «Что делать людям с выдающимися способностями?» Не нужны они. Ни человек, который умеет считать со скоростью компьютера, ни человек, который приклеивает себе на грудь двести килограммов, как живой магнит, – не нужны. В цирке и то уже вакансий нет на эту тему, так уже конкурс…

А для внутренней жизни все это нужно, чтобы жить максимально интересно и содержательно внутри себя.

Внешний и внутренний хронотопы могут принципиально не совпадать. И при этом адекватность не препятствует реализации, а реализация не препятствует адекватности. Это основа эффектологии, от слова «эффективность» а не «эффектно». Работая над пространством-временем своей внутренней, субъективной реальности, мы увеличиваем объем проживания, что, естественно, повышает мотивацию самореализации. Потому что внутри много, хочется это объективизировать, вынести наружу… Переполненность внутренняя совершенно не мешает адекватности самореализации, то есть ее внятности, членораздельности, дикции поведения и так далее.

Если правильно выбрать, правильно, в смысле технологически удобно, единицу времени персональной жизни, то у вас появляется не фантом линии жизни, а динамика: событие порождает ситуацию, событие закрывает ситуацию, порождает новую ситуацию – сцепление событий. Воспринимая так пространство-время своей индивидуальной жизни, вы для себя самого становитесь провидцем и прорицателем. Вы не придумываете – вы видите, куда движется ваша жизнь, еще раньше, чем это произойдет, и поэтому можете влиять, изменив сцепление событий, изменив ситуацию, породить событие, которое изменит ситуацию, если она вас не устраивает.

Научившись видеть ситуации и сцепления событий, вы получаете возможность видеть структуру своего пребывания в мире и влиять на нее.

Интенсивность проживания

Мы имеем две ситуации. Одна ситуация – это отсутствие времени, когда ничего не происходит и в быту люди говорят: «Время тянется, тянется, тянется, тянется». Это время не тянется, это его просто нет. Поэтому для многих людей автоматическое взглядывание на часы – попытка заполнить отсутствие времени движением стрелочек по циферкам. Время может течь с одной скоростью, с другой скоростью – зависит от интенсивности проживания.

Интенсивность проживания – это время исчерпания наличной ситуации через переживания. Потому что в отличие от так называемого думания, когда можно ходить по кругу, бесконечно перебирая слова и мысли, переживание необратимо. Нельзя переживать, переживать, пережевывать, это только коровы так долго жуют траву, что в них из нее получается вкусное молоко. Человек переживает, пока есть материал для переживания. Ситуацию мы можем прожить быстро, медленно, если мы ее проживаем. Можем никогда ее не прожить, если механизм переживания, та часть сознания, которая связана с переживанием как способом познавательных взаимоотношений с реальностью, не включается.

Значит, либо человек полностью зависит от событийного ряда и ситуаций жизни, и тогда любое событие, как факт, меняющий линию нашего поведения, будет восприниматься нами как катастрофа, как происшествие, в основном со знаком минус. Либо человек может понять параллельность этих двух процессов – процесса внутренней жизни и внешней жизни – и увидеть, что внутренняя жизнь обладает собственным автономным существованием и собственной автономной ценностью. Что позволяет нам во внешней жизни быть эффективными. Не обязательно успешными, это зависит от конъюнктуры рынка, но обязательно эффективными. В результате развитой внутренней жизни, которая повышает эффективность реализации, возникает возможность сделать за конкретный отрезок внешней жизни в энное количество раз больше, но так же качественно. Если вас, как личность, интересует эффективность, вот вам совершенно конкретный путь к ней. Если ваша внутренняя самооценка для вас значительнее, значимее, чем внешняя.

Каким образом возникает эта эффективность? Принцип данной возможности быть эффективным состоит в восприятии пространства своей жизни, внешней и внутренней, как ситуации. Если вы воспринимаете ее как ситуацию, вы имеете возможность видеть ситуацию не как некую протяженность во времени, когда будущее в тумане, а ситуацию в целом, как некую структуру, которую собираетесь реализовать.

Мы живем. И мы воспринимаем процесс движения по линии из прошлого в будущее. Мы не знаем, чем кончится то, что начинается сейчас и здесь. Мы можем предполагать, гадать, но знать не можем. У человека существует специальный компенсаторный механизм для нейтрализации этого незнания, он называется «гарантированное будущее». На подсознательном уровне человек выстраивает «план», что гарантированно будет вот это, может быть, еще что-то, но это будет гарантированно. Если наличная ситуация умещается в этот отрезок, то это еще ничего. Но поскольку во внешней жизни длительность ситуаций достаточно велика, войдя в ситуацию и не мысля ситуационно, человек не может знать, чем кончится то, куда он вошел. Если он мыслит ситуационно, то может ориентироваться по характеру события, породившего ситуацию. Он помнит, что каждая ситуация имеет завязку, кульминацию и развязку. И после развязки произойдет новое событие, которое породит новую ситуацию.

Таким образом, в своем восприятии, в переживании ситуационном мы совмещаем начало и конец, сжимаем время, но не упрощаем, а, наоборот, разворачиваем ситуацию, реализуем ее в той степени интенсивности, которая нам доступна. Мы ее проживаем. Внутри себя мы эту длящуюся, возможно, очень долго во внешнем мире ситуацию сжимаем, пережив. И можем реализовать ее, тоже сжав.

Конечно, иногда для этого нужна особая тренировка инструментов, с помощью которых вы это реализуете. Инструмент должен быть готов к такой скорости реализации. Но в большинстве случаев сам факт ситуационного восприятия и проживания резко повышает эффективность реализации.

Баланс внешнего и внутреннего

Ключевые моменты: ситуация, проживание переживанием и реализация, эффективность. При таком подходе мы можем позволить большему количество фактов стать событиями. Раз мы исчерпали ситуацию в проживании, значит, можно позволить произойти новому событию, которое породит новую ситуацию.

Поскольку реализация во внешней реальности займет несколько больше времени, во внутренней реальности накапливаются нереализованные ситуации, пережитые, но не реализованные вовне. А обязательно ли все внутренние ситуации реализовывать? Если у вас есть такая ценность по отношению к жизни: нечто нужное для себя самого и только, – то необязательно. Проживание переживанием внутренней ситуации – достаточный уровень реализации для себя: в себе самом для себя бытие. Так появляется возможность иметь факт своего пребывания в мире как самоценный.

Какая в этом опасность с точки зрения социума? Опасность в том, что человек уйдет во внутреннюю эмиграцию, а внешнюю жизнь сведет к минимально необходимому для поддержания штанов уровню. Но чтобы ситуация была, нужно как минимум исходное событие, нужен некий факт, изменяющий линию поведения. Если баланс внешнего и внутреннего значительно нарушается в сторону внутреннего, то количество фактов, имеющих шанс стать событиями, тоже резко уменьшается.

Опыты сенсорной депривации показали, что для подавляющего большинства людей минимизированное до предела количество внешних раздражителей (фактов реальности, которые он может психологически зафиксировать) приводит к деструкции внутреннего мира. В нем начинается хаос. Все останавливается, время исчезает, ситуации нет – хаос.

Поэтому баланс внешнего и внутреннего – вещь совершенно необходимая и для эффективности, и для развитой внутренней жизни, и для внешней реализации. Красиво говоря, человек – как птица в полете: одно крыло в субъективном мире, другое в объективном – а он сам есть то, что их соединяет.

Почему произведения искусства влияют, но не учат? Почему волшебная сила искусства, изменяющая жизнь людей, скорее выдумка, чем реальность? Представьте себе, что некое событие искусства: спектакль, симфония, картина, поэма – стали бы событием для вас. Какую бы ситуацию это породило? Ситуацию конфликта между идеальным и реальным. Потому что хронотоп произведения искусства искусствен по определению, искусно сделан. Он насыщен событиями, насыщен возникающими и реализующими себя ситуациями, поэтому за короткий промежуток времени контакта с этим произведением искусства вы проживаете на эстетическом уровне огромную жизнь. Огромную по отношению к обычному уровню проживания. И если это событие, вы хотите его же, но уже вне искусства. А вне искусства не получается.

Поэтому искусство не учит. Оно дает возможность попробовать переживание как таковое. Если вы относитесь к искусству не как к наставнику, а как к подсказке, то оно может помочь включиться той части вашего сознания, которая непосредственно связана с душой, чувствилищем, вместилищем и которая работает на языке переживания. А переживание, очень эффективная вещь, и во внутреннем, и, как следствие, во внешнем мире.

Внешняя ситуация может быть вами осознана как ситуация, дальше прожита, пережита, реализована внутри, дальше у вас может возникнуть потребность реализовать ее и снаружи, что займет больше времени конвенционального, но гораздо меньше, чем у других. На ту же самую ситуацию вам потребуется в три, в четыре как минимум раза меньше времени, энергии, сил, чем человеку, который не прожил ее внутри как ситуацию.

И есть внутренние ситуации, которые не требуют реализации и от этого не теряют своей ценности, потому что это ситуации внутренней интимной жизни, то есть жизни, не предназначенной ни для кого, кроме себя. В себе самом для себя бытие. Оно тоже имеет ценность, но ценность единичную. Потом внутренние ситуации, прожитые, могут быть выражены в произведении искусства, реализованы в сублимированной форме.

Важная деталь здесь одна: является ли ваша внутренняя жизнь для вас самоценной? Не как прилагательное к внешней жизни. Вы сами для себя ценность? И в то же время не нарушаете ли вы баланс во взаимоотношениях с другими, есть ли в вас благодарность другим, потому что без них вы не могли бы существовать. Внешняя жизнь – это благодарность за самоценность внутренней жизни. Баланс позволяет существовать параллельности этих двух потоков: потока внешней жизни и потока внутренней жизни.

Ключ: резонанс и включение

Включение в пространство

Тайна реального действия состоит в том, что оно совершается реальностью. Человек здесь вообще, строго говоря, при реальности. Значит, от того, какие у него отношения с реальностью, такие и совершаются реальностью действия.

Мы живем в таком человеческом, социальном мире, в котором непосредственная реальность как бы отсутствует. В котором все сделано, придумано, согласовано, оговорено, в котором все ясно, понятно, с детства обучают, что хорошо, что плохо, что выгодно, что невыгодно, как надо, как не надо и даже что такое приятно и что такое неприятно. Поэтому мы не в состоянии определить, чего хочет наш организм, хотя у организма есть потрясающий критерий: приятно – неприятно. Если приятно – это то, что надо, если неприятно – это не то. А нам сразу говорят: неприятно, но силу воли надо проявить. Мы на силу воли опираемся, то есть на насилие. И само слово «реальность», оно как бы потеряло свой объем. Но иногда случаются катастрофы, которые заставляют нас, людей, вспомнить о реальности как таковой.

Так где же мы с вами живем? конечно же, не в реальности. Человек не в состоянии без спецподготовки жить в реальности. Он живет в сделанном и выдуманном, и это сделанное и выдуманное – очень маленькое. Мало того, в сознании у человека поставлены сложные ограничители, охранные системы, чтобы даже в сознании человек вдруг случайно не оказался в реальности.

С одной стороны, время от времени случаются проблески, связанные с пониманием, что наше деланье – иллюзия, поскольку логически корректно мы сами – часть реальности, наше сознание – часть реальности, а с другой стороны, жить-то надо. И мы как-то живем.

Энергия того, во что включен

Энергия жизненная, ее количество и качество зависят от того, во что человек включен, что он пережил – не познал рационально, а пережил как бо́льшее целое, частью которого он является. Это целое и есть источник энергии для человека.

Мы живем в мире все более индивидуалистическом, с одной стороны, а с другой стороны, все более жестко социально организованном. Все больше социальных структур, в которые человек вписан и которые обладают очень жесткими системами требований, ожиданий и соответствий. И мы давно не ощущаем себя частью чего-либо. Многие из нас. Как переживание.

Но у человека всегда есть возможность обрести веру, но в данном случае я говорю о вере не в религиозном смысле, я говорю о вере как переживании себя частью чего-то большего. Нельзя пережить «мы – часть Вселенной!». Мы – это уже… мы. Нет, ситуация должна быть иная: вот я, и вот это бо́льшее, во что я включен, – только так можно пережить. Включение и дает человеку индивидуальный источник энергии.

Но если человек никогда не попадал в ситуацию переживания, то есть эта часть сознания у него не задействована, он не может обрести включенность. Как же активизировать свою способность к переживанию? Есть целая область человеческой деятельности на протяжении всей почти истории существования человечества как рода, которая посвящена и базируется именно на переживании, – это искусство. Как же этим воспользоваться? Для этого нужно воспитать в себе способность впускать в себя, в свое внутреннее пространство или самому входить в пространство произведения искусства, построенного как свидетельство мира через переживание. Наиболее доступна в этом смысле классическая музыка: Ф. Бетховен, И. С. Бах, А. Моцарт – примеры такого искусства, где еще рациональное не стало подменять переживание.

В определенном смысле в нашем контексте мы можем сказать, что искусство для того и существует на протяжении всей истории человечества, чтобы сохранился шанс однажды войти в пространство переживания и ощутить другие отношения с реальностью. Не на основе привычного псевдодумания или даже истинного думания, без сравнения и оценок, а на основе непосредственного восприятия. Непосредственного субъективного, единичного переживания, видения, слышания и так далее, не переводимого впрямую на язык для других.

В этом переживании человек обретает смысл своей единичности, своей штучности. Он переживает себя как событие. Тогда возможно и переживание своей включенности в то, с чем со-бытийствуешь. Это не обязательно космос, абсолют, реальность как таковая, это может быть включенность в то, что сейчас называют эгрегор, некую идею, можно пережить себя частью человечества как рода, можно пережить себя как часть поколения определенного. Есть люди, которые ощущали себя частью всех, кто был репрессирован, кто был замучен, а они выжили, и они пережили себя частью этого огромного множества. Вся энергия, которая за ними, она реализовывалась, несмотря ни на какие препятствия.

Когда мы говорим о включенности, что мешает больше всего? Страх перед самим собой. Не перед бесконечностью – перед самим собой. Почему? Потому, что после этого невозможно вытеснить, что ты такой – один и что ты не сможешь никогда полностью перевести свое субъективное в объективное. Абсолютное взаимопонимание – тоже иллюзия, мотивирующая, но иллюзия. Так и получается, что, с одной стороны, прекрасно подключиться к источнику энергии, а с другой – это же одиночество, это же мой источник. Да, я могу делиться, я могу построить мотивацию, делиться этой энергией с людьми, служить людям во имя чего-то там, но они не могут присоединиться.

И здесь мы логически возвращаемся к вопросу: Я и Мы. Пытаясь претендовать на все более и более значимое положение в мире (не в социуме, а в мире), человек все более обостряет в себе самом противоречие между Я и Мы.

Резонанс – способность плоти

Есть в изделии homo sapiens совершенно ненужная вещь. Но невозможно ее выкинуть, потому что изделие не получится, живым во всяком случае. И так ее по привычке вставляют. Эта вещь, свойство – межклеточный резонанс, – это свойство живого. Если мы хотим иметь живого человека, а не робота, нужно, чтобы были живые клетки, а живые клетки взаимодействуют между собой по принципу межклеточного резонанса. Эта штуковина – человек как изделие, воплощенность, поскольку она живая, резонирует с потоком реальности. Энергоинформационные модуляции поступают в мозг и в базовую память, которая ничего не отменяет и не выбрасывает, а только накапливает слой за слоем. И есть какой-то начальный момент, когда вокруг этого факта резонирования по принципу подобия собирается некий объем информационный. Станислав Гроф это назвал СКО – системой конденсированного опыта. Память существует не в виде мусора во Вселенной, а в виде объемов…

Вся энергия вокруг нас, внутри нас – модулирована. Независимо от того, какой частоты эта модуляция, она модулирована, она информационно содержательна. Если у нас есть дешифратор, мы можем перевести эту информацию на любой другой язык: визуальный, аудиальный, тактильный и т. д.

СКО, связанную с информацией, поступающей через плоть (клетки, межклеточный резонанс), древние называли «душа» и говорили, что она от бога. Действительно, так оно и есть. Потому что это система взаимодействия человека и реальности, потому что вся реальность пронизана вибрациями, и в этом смысле и свет далеких звезд тоже на нас действует. Строго говоря, не действует, а взаимодействует с нами. И колебания электронных облачков – тоже, и солнечная активность, и все остальное, что есть. Внешняя и внутренняя реальность соразмерны благодаря наличию такой штуковины, которую пока не знают, как назвать научно, но лучше всего ее называли на старорусском языке: «чувствилище», «вместилище».

Проблема только в одном: как дешифровать эту модулированную энергию, как извлечь из нее информацию?

Что у нас получается? Есть энергия. Энергия – это качество реальности – это энергия реальности. Дальше – энергия живого, которая конкретно, непосредственно наша, пока мы живы. Дальше – это энергия внутреннего человека. И дальше – это энергия личности.

Вот мы и нашли в этом изделии лишнюю деталь, не имеющую отношения к личности. Она входит в состав изделия, но поскольку личность ограничена возможностями конвенциального языка, пришлось для этого найти другое обозначение, отдельное. Это отдельное обозначение – сущность. Но сущность, чтобы она стала частью нашего самосознания, чтобы это было мое, требует другого Я, объемного Я, потому что центр сущности нигде, то бишь везде. Потому что сущность – это пространство. И в этом смысле сущность наиболее адекватна для работы с базовой памяти. Базовая память – это тоже пространство, и, соответственно, у нас есть возможность восприятия сознания как пространства через сущность, как представленности души в пространстве сознания.

Кроме мышления, разума, интеллекта, базовой памяти появляется то, в чем это все находится. В пространстве сознания. Вот мы и вышли на ключевую потерю, чем мы заплатили за цивилизацию. Тем, что нам осталось количество, а качество ушло. Все, что имеет связь непосредственно с реальностью, а есть единственный способ этих непосредственных отношений – через резонанс, то есть через плоть и ее представленость в психоэмоциональной сфере – душу, все, что непосредственно связано с реальностью, не может существовать на территории. Для жизни этому требуется пространство, нечто объемное. Так, интеллект, субъект, сущность развиваются именно в пространстве – в пространстве сознания. Просто потому, что только в пространстве возможно увидеть и использовать такое средство описания реальности, как качество.

Личность мыслить качеством не может, ее инструмент – слова, то есть точки на территории. Точка – символ единицы, и мы опять теряем такое качество реальности, как пустота (ноль), и сбиваемся на монитор отклонения, ставя себя в центр мира и оценивая мир, реальность относительно себя. А дальше арифметика, высшая математика – все это количество. Формальная логика оперирования количеством и так далее. Мы живем, мыслим количеством. Но есть граница количественного сознания – это понятие о нечетких множествах. Я-точка за эти границы видеть не может, не может помыслить за них.

А качество – это пространство сознания с пространственным Я. Объем. Объем – не число. Тем более что это объем с невыраженными границами. Только резонанс с объемом пространства позволяет выявить качественную определенность данного объема. Резонанс дает возможность оперировать объемами реальности.

Резонанс – это и есть путь к включению качественной стороны сознания.

Что такое быть включенным?

Изначально, априори мы выключены из пространства, выключены в смысле самоосознавания, конечно, не фактически; фактически куда мы из него денемся! Вся Вселенная в пространстве. А уж мы тем более. Но мы этого не осознаем. Мы осознаем себя на плоскости, на поверхности. Но в силу того, что рефлексия становится все более развитой и с развитием цивилизации становится все более массово доступной по производственной необходимости, мы можем рационализировать настолько, насколько это доступно, сам путь к этому объемному восприятию, объемному мышлению и к этому самому понятию включенности в объем.

Для этого нам нужно утвердиться в том, что я как объект для самого себя являюсь пространственным объектом – не только пространство сознания, но и все остальное, вся данность, сделанность, явленность, воплощенность – это тоже пространственный объект. Делается это через такую способность человека, как рефлексия. Поскольку рефлексия возможна для нас только потому, что мы можем отделить рефлексирующее Я от всей остальной своей содержательности, то рефлексия – это невключенный наблюдатель, он как бы и не является частью нас, это нечто, с помощью чего мы можем на себя посмотреть.

Когда мы смотрим на себя как на объект, что мы фиксируем? Мы фиксируем некоторую вещь, ограниченную поверхностью опять же. Образно это всегда называлось куклой.

Мы пространственно соприкасаемся друг с другом и с другими объектами в этом мире гораздо чаще, чем отмечаем, но в силу того, что наша приемно-передающая аппаратура не настроена на эти «внетелесные» восприятия, то отсекаем все слабые сигналы о взаимодействии. Как вы знаете, человек может отсечь даже сильные взаимодействия, допустим, не ощутить прикосновение к себе, к телу непосредственно, к поверхности кожи, а уж слабые в большинстве случаев просто не существуют. Потому что нам это неинтересно.

Мы инстинктивно, социально инстинктивно, ни во что не включаемся. Это редчайший случай, когда в силу каких-то причин мы во что-то входим, а так все время за заборчиком. Потому что включение человек воспринимает как покушение на целостность вещи под названием Я-такой. Ведь если расширить границы восприятия, то мы сразу лишаемся образа себя, привычного как для себя, так и для других. Кажется, если кто-то вдруг не только услышит, что я говорю, или увидит мое лицо, но еще и почувствует, ощутит, как изменяется мое энергетическое состояние, то я потеряю внушаемый собой образ. Лишусь защиты. Лишусь собственной индивидуальности, которую создает мой образ себя для других и себя для себя тоже.

Страх включенности, страх раствориться передается по наследству с тех еще времен, когда человек пережил ужас своей отделенности. Когда-то возникло это осознание: вот я, а все остальное – не я. Представляете, какой ужас, сколько наших предков сошло с ума, первых-то мыслящих, не выдержав этого, пока люди научились строить защиты, вытеснение, замещение, чтоб об этом актуально не помнить.

Но есть прогрессивный способ снятия этого напряжения, этот прогрессивный способ и называется «я как пространство в пространстве». Все остальное – не я, но поскольку у пространственных объектов четко очерченных границ нет, в пространстве существуют такие связи, которые на уровне вещь – вещь не фиксируются.

Если вы формируете восприятие самого себя как пространства в пространстве, то в значительной степени блокируете страх, связанный с ужасом отделенности. При этом вы ощущаете внезапный приступ свободы. Оказывается, несвобода связана с огромным количеством механизмов изоляции первичного переживания своей отделенности.

Самый прогрессивный способ в этом случае – это, используя рефлексию, перестроить восприятие самого себя. Перестроить и привыкнуть к этому, так чтобы это стало таким же само собой разумеющимся, как сейчас само собой разумеется, что Я-кукла.

Как полюбить по заданию? Очень просто. Я, пространство в пространстве, я другого человека воспринимаю как пространство в пространстве, я его впускаю в себя. Все, вот и любовь – снятие дистанции. И когда мы читаем во всяких экзотических текстах о вселенской любви, о божеской любви, мы читаем о том, как человек, воспринимая себя пространством в пространстве, в свое пространство впускает все остальное. Так возникает резонанс между субъективным и объективным – снимается противопоставление субъекта и объекта. «когда из двух вы станете одним…»

Есть всеобщее одно на свете, во всяком случае, в нашей культуре нет другого такого, всеобщее одно – это пространство. Во всех языках мира, у всего человечества пространство – одно, а все остальное – это его объемы, вычлененные мысленно, воображением. Но само пространство как таковое – одно, это не целое, состоящее из множества частей, это простое одно.

Нет ничего проще в человеческой культуре, чем понятие «пространство». Оно одно. Все, вся Вселенная, как внутренняя, так и внешняя, находится где? В пространстве.

Парадокс состоит в том, что вся система социализации, обучения абсолютно не акцентирует внимание на этом. Потому что из этого ничего нельзя сделать. Социальная реальность – сделанная вещь. Что можно сделать из пространства? Только выгородить некоторый объем, и все.

Но рефлексия позволяет нам оперировать в пространстве и быть включенным в тот или иной объем пространства, что дает безграничные в буквальном смысле этого слова возможности для самореализации.

Вы заинтересовались искусством, формируете объем, входите в него, оглядываетесь и понимаете, что во всем этом пространстве вас привлекает живопись. Вы формируете меньший объем – живопись, включаетесь в него, входите, сливаетесь своим объемом с этим объемом, в результате при соответствующем намерении, то есть мотивации, вы можете стать художником и реализовывать себя в этом качестве. Помните дзенское понятие «мастерство без мастерства»?

При строительстве субъекта завершающим этапом является включение в индивидуальный источник энергии, независимый от Мы. Как видите, включать и выключать – это навык, который нам всем нужен. Почему нас всех этому не учат?

Напоминание о большом целом

С помощью качественной стороны сознания и метода квадрата аспектов мы можем создать объемное описание реальности. Чтобы представлять себе, помыслить предельный объем, в который можно включиться.

Эта структура сама по себе не существует, мы ей придаем статус существования. Она называется структура целого – базовая гиперструктура описания мира – «большое целое». Так выглядит целое, если его изобразить на плоскости. Все части целого равнозначны, одномоментны и взаимообусловлены.

Рис. 9. Большое целое – способ описания реальности как таковой

Начинаем заполнять эту структуру. Берем четыре качества: вечность, бесконечность, бытие, энергия. Здесь слова обозначают некие качества, а не измерения, не количества.

Что здесь важно? Вы читаете или произносите слово «вечность». Количественное мышление сразу заполняет: вечность – это очень-очень много времени, много-много лет. Однако в данном контексте вечность – это качество, одно из качеств реальности. А внутри этого качества мы можем поместить все времена: и время проживания, и конвенциональное время, и астрономическое время, и физическое время, и так далее… а потом мы из вечности время извлекаем – своеобразный процесс масштабирования нашего взгляда на реальность.

Содержанием всех четырех качеств является реальность. Сущность части целого есть само целое. Значит, сущность вечности – реальность. Сущность энергии – реальность. Сущность бесконечности – реальность. Сущность бытия – реальность. Для линейного количественного мышления это самое сложное. Нам хочется выстроить линеечку и разрушить целое. Внутри целого нет вечности без энергии, бесконечности, бытия. Нет бытия без вечности, бесконечности, энергии. Нет энергии без вечности, бесконечности, бытия. Все взаимообусловлено в целом. Невозможно рассматривать части отдельно от целого – это называется одномоментность, или симультанность.

Целому в нашем понятийном аппарате предшествует целостность. Это высшая, строго говоря, форма работы количественного сознания – способность удерживать целостность в сознании.

Когда мы о чем-то хотим помыслить как о целом, мы должны использовать этот принцип симультанности. Части как бы есть, и в то же время их как бы нет. У каждой части как бы есть собственное содержание, и в то же время его как бы нет. Симультанность – это и есть задача. Прийти к ней мы можем через образное ви́дение.

Перед нами реальность, представленная с помощью квадрата аспектов. Чего нам здесь не хватает? Не хватает ключа. Как это увидеть как целое? Увидеть это можно только в пустом пространстве.

Если вы действительно помыслили о реальности как о целом с помощью ключа «пустоты», у вас сразу образуется поток. Ничего другого не может образоваться. Любой квадрат аспектов, то есть о чем бы вы ни мыслили как о целом, мгновенно, если вы реально сделали это в пространстве сознания, превращается в поток. Отсюда и знание некоторых, передаваемое в словах: мир процессуален и проницаем при этом. Процессуален – потому что все это поток реальности, а проницаем – потому что это все из пустоты. «Всякая форма пуста, всякая пустота оформлена». Данная пустота оформлена в виде потока реальности.

Рассмотрим кратко структуру большого целого, чтобы иметь возможность обращаться к ней, говоря о познании мира и нас самих.

Аспект организации. Поток реальности организуется таким объемом, как бесконечность (аспект организации). Бесконечность не есть неизмеримо огромное количество территории, есть качество реальности, которое мы уже можем как объем поместить в пространство своего сознания. Затем, чтобы в этом объеме была возможность поместить что-то, какие-то связи, процессы или объекты, например самого человека, наше сознание выделяет из бесконечности пространство. Пространство уже можно чем-то заполнить, но действовать в неотграниченном пространстве практически невозможно, и поэтому следующим шагом масштабирования мы выделяем из пространства некоторые объемы, удобные для объективизации человеческих желаний. А для осуществления конкретных желаний и действий выбираем объемы с определенным семантическим полем.

Аспект функционирования. Вечность как качество реальности. Мы не знаем ни ее начала, ни ее конца, но есть в реальности некое качество, которое мы называем вечностью. Это не продолжительность временная, это просто такое качество. Реальность вечна – не смертна, не бессмертна, нет у нее ни начала, ни конца. Она в вечности. В вечности мы уже можем видеть отдельные события, мы можем видеть сцепления этих событий, как ситуации, порождаемые тем или иным событием, и сцепления этих ситуаций. Сцепления ситуаций порождают сценарий нашей жизни. Для функционирования, то есть реализации себя в вечности, человеку, как и любой системе, нужна прежде всего энергия.

Аспект связи. Аспект связи всегда самое сложное, потому что он дает увидеть, как это целое связано со всем остальным, с бо́льшим целым, если говорить корректно. В данной структуре аспект связи – это энергия. Энергия присутствует на всех планах бытия, как в реальности, так и в любой ее части, включая человека, так как является обобщающим качеством любого ресурса. Энергию человек воспринимает чувственно как желание. Например, как первичное желание ощутить себя как Я-есть. Далее энергия желания оформляется в импульс. Импульс принадлежит уже конкретному человеку (Я это Я) и предполагает действие в каком-то объеме. Кроме того, импульс требует реализации (Я-субъект желает быть). Бытие есть то, что придает качественную определенность нашей структуре реальности.

Аспект координации. Бытие есть факт присутствия того, кто думает о целом. Бытие как качество реальности задает тот импульсный режим нашего существования, который предоставляет для пространства нашего сознания другие ее качества: бесконечность, вечность, энергию, являясь таким образов задающим генератором данной структуры. С точки зрения нашей жизни именно качество бытия дает нам шанс на собственное, индивидуальное существование в реальности. Первым шагом человек выделяет себя из всеобщего бытия как точку Я-есть, которая уже может включиться в события, ощутить поток реальности как энергию и организовать свое бытие в пространстве. Второй шаг – выделение своей индивидуальности Я есть Я, живущее в определенном объеме реальности, воспринимающее импульсы и попадающее или создающее ситуации. И третий шаг – осознание себя как Я-субъекта. Я-субъект – лицо действующее, то есть имеющее возможность реализации сценариев в определенных семантических полях. В жизни конкретного человека это представлено деятельностью либо внутренней, либо деятельностью его персон в социуме.

Что нам важно еще увидеть и зафиксировать? То, что аспект координации, то есть качественная определенность реальности и качественная определенность человека (см. рис. 10), совпадают по содержанию. Отсюда возникает модель идеального просветления: движение целого в целом в точке координатора посредством нульперехода. Потому что содержание точек координатора совпадает.

Второй момент. Аспект по связи человека и реальности по содержанию тоже совпадает. Он не может не совпадать, потому что мы смотрим на реальность так, как можем, то есть антропоцентрически. Мы решили, что реальности больше не с чем связываться, как со своей частью в виде человека, человеческого. Это, собственно говоря, и есть в рациональном виде утверждение, что человек – это вершина. Он, конечно, не вершина, потому что в квадрате нет углов, но реальность с ним связана, а он с ней.

Бытие субъекта

Субъект, как я говорил неоднократно, – это центр управления своей жизнью и собой изнутри, и, вырастив, развив его, мы уже можем говорить об осознанных или хотя бы функционально целесообразных, интеллектуальных в том числе, операциях в своей внутренней реальности.

Все, что человек имеет в своей жизни, все, что с ним случается, – результат его желаний. В том случае, если, конечно, человек есть, если он не растворен в Мы.

«желания» Мы не слишком отличаются друг от друга, там вместо желания конвенция – надо. Так надо, так принято, так правильно, так соответствует и так далее. У личности нет желаний, потому что в социуме нет желаний, в социуме есть договор, есть конвенция, есть интерес. Когда в социуме личность говорит: «Я хочу» – это означает: так хорошо, так правильно, так соответственно…

В связи с тем, что у личности нет желаний, идет большая нагрузка на умозрение, как стимулировать себя к действиям без желаний, как создать подходящие мотивирующие иллюзии или найти потребность, удовлетворение которой совпадает с работой на социум. Мотивация достижения регулируется с помощью плюс-, минус-подкреплений, и для личности очень важным становится вопрос «как?»: «как это сделать?», «как достичь своей цели?». Огромное количество времени, ментальных усилий с помощью всевозможных концепций, моделей, логик затрачивается для того, чтобы выстроить план действий, то есть ответ на вопрос «как?».

Для субъекта это самый отсутствующий в нем вопрос. Субъект, будучи связан с реальностью через свою воплощенность как процесс, осознает, что ответ на вопрос «как?» знает реальность. То нечто большее, во что он включен. И поэтому вопрос: «как это сделать?» – субъект не задает. Но зато он обладает желанием: «я хочу», «я этого желаю». Он действительно хозяин своих желаний. Это желания, пропущенные через ту часть сознания, которая связана с переживанием. Переживание превращает желание субъекта в намерение. Да будет так!

Посмотрим на две взаимосвязанные и взаимообусловленные объемные структуры: большого целого, состоящего из явленного и сделанного, и пространства нашего сознания, состоящего из объемного Я и Я-субъекта. Это необходимо, чтобы корректно мыслить о взаимосвязях и взаимодействии человека и реальности.

Рис. 10. Структура самосознания человека и большого целого во взаимосвязи

Не будем забывать о том, что субъект – это не явленное, а сделанное. Субъект существует в реальности, то есть в том большом целом, которое мы рассматриваем как аспект координации сделанного. Намерение через аспект связи сделанного, через воплощенность как процесс сообщается реальности, и реальность реализует это намерение. Для субъекта важно быть сконцентрированным на своих «хочу» и ни в ком случае не концентрироваться на своих «не хочу». Ибо мы знаем, что человек действует всегда из «хочу», что бы он там себе умозрением ни конструировал. В этом контексте мотив стойкий, поддержанный переживанием, становится намерением. Поэтому, если вы формулируете свое намерение через «нет», вы обманываете себя, но не реальность. «Я не хочу быть бедным!» Что слышит реальность? «Хочу быть бедным!» – и подбрасывает вам это. «Я не хочу страдать!» реальность слышит: «Хочу страдать!» – пожалуйста. Поэтому это не только глупость с точки зрения разума, но это еще членовредительство, мазохизм.

Очень важное осознавание, дающее возможность кристаллизовать в себе субъекта, хозяина своей воплощенности – человек не может захотеть то, чего нет. Единственный способ хотеть ничего. Ничего и получите. Это уже нирвана. Что бы человек ни захотел, это уже есть. Факт реальности – во Вселенной все есть. Захотеть чего-то, чего нет, невозможно. Но создать что-то, что было еще не воплощено до вас, – возможно. Потому что процесс воплощения неявленного в явленное постоянен. Это и называется «жизнь духа», в том числе и человеческого духа. Безостановочный, непрерывный процесс воплощения – это и есть бытие, принцип пребывания человека как существа в этом мире.

Естественно, что такая жизнь, такой принцип осуществим только в том случае, если вы находитесь в пространстве, а не на плоскости. В пространстве, в мире субъекта, для которого время предстает как сцепление событий. Сцепление событий порождает ряд ситуаций. Ситуация как таковая есть понятие объемное. Шар на плоскости касается плоскости – минимальное прикосновение. Шар в пространстве соприкасается с пространством всей своей поверхностью.

Пространство и время

Какая связь между включенностью в пространство, то есть переходом с территории в пространство, и временем? Включение обеспечивается переживанием, то есть начинает работать та часть сознания, которая связана с переживанием. Ведь сцепление событий в сознании – это и сцепление внутренних событий. За счет включенности возможна такая скорость, интенсивность разворачивания события в ситуацию и порождение нового события, которая во внешней реальности считается невозможной.

Остается один маленький вопрос: дает ли автоматически включение в пространство включение в переживание? Нет, не дает. А чего не хватает? Не хватает знаний некоторых аспектов. Инструмент, являющийся аспектом организации субъекта, – это душа (с т. зр. возможности резонансного действия). То, что принято называть душой, вместилище, чувствилище на старом русском языке.

Есть в человеке нечто пространственное, некий орган, про который мы, обычно показывая на центр груди, говорим: душа здесь! Почему здесь – непонятно. Потому что сердце, потому что сердце бьется, душа поет. Еще некоторые, чтобы уйти от физиологии, говорят: здесь духовное сердце, другое какое-то, виртуальное. (Некоторые более логичные люди привязывают душу к коже. Потому что кожа – самый пространственный орган нашего тела, а душа – самая пространственная функциональная система нашего сознания.)

Социализация человека направлена на то, чтобы максимально нейтрализовать влияние души и получаемой ею информации на жизнь человека. Человека, который личность, который принадлежит Мы и отождествлен с этим Мы. Ибо если люди будут объединяться на душевном уровне, на уровне своих чувствилищ, то это уже будет резонансное Мы, и оно не может быть конвенциональным, ведь оно будет контактировать непосредственно с пространством реальности, того или иного объема реальности, и, естественно, поэтому будет процессуально, как сама реальность.

Переживание как инструмент сознания и является тем, что связывает душу, чувствилище, вместилище, этот пространственный орган, с сознанием. Поэтому переживание – это аспект координации жизни субъекта. Качественная определенность жизни субъекта – переживание.

Субъект – разумный эгоист

Человек, привыкший жить в Мы и по законам Мы, и так думает, и так чувствует: это наши чувства, это наши мысли. Ему остаться одному так же страшно, как было страшно первому человеку, до которого вдруг дошло, что вот он – а вот мироздание. Это скорее даже ужас, чем страх. Поэтому поговорить, узнать, почитать, послушать – да. А реализовывать мешает страх бесконечного. Страх бесконечного, в бытовом смысле – страх сойти с ума, потому что своего ума нет, есть коллективный, значит, страх сойти с ума равен тому, чтобы встать против коллектива.

Редкие люди рождают такие афоризмы: «Это не я плыву против течения, это течение плывет против меня». Редко подобное случается, потому что все силы социального внушения и социального давления направлены на удержание дикого человека в социальном со-обществе. Изначально предполагается, что человек дик, что он не в состоянии соблюдать нормы, правила, разучить конвенции и действовать в соответствии с ними. Не зря один из самых социальных диагнозов в психиатрии – это не шизофрения, а психопатия – снижение уровня социального торможения. Чем больше человек заторможен, тем больше социализирован. Вплоть до гиперсоциализации, которая тоже вроде как нехорошо, ведь в этом случае творцов не будет, никаких творческих инициатив не будет. И социум маневрирует между гиперсоциализацией и снижением уровня социального торможения.

Субъект по определению является, на социальном языке, эгоистом, или, как говорили в XIX веке, когда стало популярным выражение, придуманное еще просветителями: разумным эгоистом. Не зря оно привилось в дворянской среде, в дворянском Мы. Поскольку там культивировались личная ответственность и личная честь, и некоторый зародыш субъекта формировался под влиянием социального давления, социальной суггестии. Это был специфический социум.

В контексте разумного эгоизма психология субъекта – психология отдельно взятого конкретного человека в его отношениях с его конкретным пребыванием в этом мире.

Сама постановка задачи включения в пространство, то есть подход к пространству сознания, логически приводит нас к сцеплению событий, которое порождает субъекта, необходимость субъекта и необходимость субъективной жизни. Хотя бы в частной жизни необходимо начать осуществляться по принципу резонанса. А это невозможно сделать, невозможно привести пространство сознания в резонанс с реальностью, не использовав главный пространственный орган, или главную пространственную функциональную систему, которая называется душа, чувствилище, вместилище.

Таким образом, мы рационально, оставаясь в рамках рациональных рассуждений, не привлекая никаких потусторонних сил, мистических, оккультных и прочих декораций, имеем возможность рассуждать о душе, попытаться найти технологию ее функционирования и начать использовать ее по ее прямому назначению. Ибо известно: орган, который не упражняется, атрофируется.

Для того чтобы начать говорить о душе рационально и не бояться этого, нужно довериться истории человечества и перестать наконец-то в начале XXI века брать в качестве исходной посылки: дикий человек в каменных джунглях, его надо заставить быть социальным. Возьмите среднестатистического человека из социума и попытайтесь сделать из него дикого зверя. «Выпустим зверя» – есть такая завлекательная тренинговая программа. Выпустим зверя! Там всякими приемами грузят, в конце концов выбегает такая мышка, делает так: пипи-пи-пи, этот зверь уже давно замучен, не кормлен, задрессирован.

Почему мы любим ходить в зоопарк и в цирк? Это подтверждает тезис: сколько волка ни корми, он все равно в лес смотрит. Это подтверждает тезис, что мы дикие люди и если бы не наше Мы, наши конвенции, то мы бы оказались в лесу. А так мы в мегаполисе. Цивилизация: теплый туалет (замечательная, кстати, вещь), душ, холодная, горячая вода, газ и так далее – отвоеванная у природы социальная территория. И замечательно! Почему? Потому, что нет другого места для объективизации ваших желаний, господин субъект! Объективация, реализация желаний субъекта, даже самых духовных, с трепетом произношу это слово, возможна только в социальном пространстве, в пространстве социальной реальности.

Когда человек думает, что он может воздействовать своими экстрасенсорными способностями на природу – это бред. Не может. Природа на него может, а он на природу – нет. Маленький очень. Человек думает, что он может воздействовать на реальность. Нет, не может. А реальность может выполнить любое желание, реализовать любое желание. Главная патологическая идея, мешающая реализации задачи по формированию субъекта, – это идея воздействия на реальность бо́льшую, чем ты сам.

А откуда вообще возникла идея воздействия? Из социальной реальности. Согласно общепринятой конвенции, человек сам кузнец своего счастья, сам автор своей карьеры, сам обладает определенной зоной влияния и может ее расширить. Кроме того, в социальной реальности существует понятие власти, а власть – это воздействие, управляющее воздействие. Мы этого часто не осознаем, но очень многие задачи, возникающие у нас как цели жизни нашей личности, мы пытаемся решить силовым методом. Наше сознание пронизано идеей воздействия.

Порой человек задумывается: «а зачем, собственно говоря, Я как Я и моя отдельно взятая персональная жизнь вне всякого Мы?» И начинает какие-то практики, и чувствует прилив энергии… Что первое приходит в голову? Воздействовать и тем самым достигнуть успешного карьерного роста. Необязательно карьерного в профессиональном смысле, к сожалению. Просто силового карьерного роста. Наше сознание пронизано этой идеей, потому что оно порождает задачи из присвоенных целей, общих целей, мы делаем их личными целями, на мотивации достижения, идее воли как усилия, вообще усилия жизни.

Есть другой путь. Путь не воздействия, а эффективности. Это способ жизни, опирающийся на наличие субъекта, на включение в пространство, на производство событий – это аспект функционирования человека-субъекта и его связь с бо́льшим целым, через воплощенность как процесс. Это путь эффективного решения любых задач, если эти задачи выражены на языке намерения, то есть на языке желания, того желания, которое священно. Все остальное – автоматизм.

Включение – технический аспект

Включение в пространство начинается с того, что вы вводите в обиход внутреннего размышления, общения с собой пространство как категорию, определяющую, где вы живете.

Следующая категория – объем пространства. Некое локализованное пространство, имеющее свои содержательные, качественные характеристики, которые мы по аналогии с музыкой назвали звучанием пространства.

Это что касается модернизации восприятия.

Что касается модернизации самого процесса реализации себя, мы пришли к идее субъекта как инструмента, управляющего воплощенностью. Сформулировали, что воплощенность есть процесс. Тело – это тоже процесс, самое такое, казалось бы, нетекучее. А что уж говорить о сознании, или там о психике в целом, или о чувствилище-вместилище, которые есть сплошной процесс, поскольку на все реагируют, постоянно изменяясь. Некий процесс в пространстве, поток в пространстве.

Есть элементарное Я, которое помнит, что Я – это Я. Я есть тот, кто строит, управляет строительством внутренней реальности, создает субъекта, управляющего моей воплощенностью. Все это есть процесс, происходящий в пространстве. Этот процесс структурируется, моделируется событиями. Между событиями можно обнаружить связи, сцепления событий, а вокруг увидеть то, что мы называем ситуацией.

Так проистекает внутренняя жизнь. Но так же я начинаю воспринимать и внешнюю жизнь, и тогда приоткрывается тайна: тайна реального действия, она в том, что оно совершается реальностью. А что моделирует действие реальности? Мои «хочу», ибо «хочу» всегда обращено к реальности. Мы резонируем с реальностью в разных объемах: в более широком, в менее широком… Если этот объем маленький, то он в состоянии реализовать только маленькие «хочу», так появляется так называемый маленький человек. Если это реальность как таковая, пространство как таковое, а мое желание грандиозно, то, естественно, вовлекается больший объем, который в состоянии реализовать реальность.

На определенном этапе постижения, на определенном этапе деятельности сознания, интеллекта мы с неизбежностью приходим к необходимости осознанного преображения. Не как некоего чуда, которое с нами случится, а как некоторого самостроительства. Логика осознанности приводит нас к тому, что надо попытаться пожить хотя бы… сколько там осталось, неизвестно, но пожить собою – и с собою. Познай себя – и ты познаешь мир. Себя, а не Мы. Заявить свои права на собственность, отстоять эти права на себя как свою собственность.

Ключевые моменты внешней жизни – отношения с МЫ

Человек имеет двойственную природу, и эта двойственная природа состоит в том, что человек включает в себя как целое еще «я как Мы» и «я как Они» – внешнюю часть. И тоже нужно определиться, что является ключевым в этой ситуации, в наших отношениях с Мы и Они, то есть в социальных отношениях, отношениях, которые для нас представлены нашей личностью. Мы говорим о личности как о совокупности социальных отношений, у нас получается очень большой объем и сложно структурируемый.

Ключ: системы социального ориентирования

Ключом к структурированию пространства личности являются три системы ориентации: система требований, система ожиданий и система соответствий.

В процессе социализации, изготовления человека он усваивает для себя эти три системы. То есть он выучивается воспринимать часть идущей от Мы информации как требование, которое необходимо выполнять. Он строит свой прогноз, ожидание, какую роль он играет, и свои модели гарантированного будущего, ожидаемого будущего, желаемого будущего на основе системы ожидания, которая существует в том социально-психологическом мире, в котором он сделан. И, создавая образ себя для других, стремится соответствовать тому социально-психологическому миру, в котором он сделан.

Все, что не умещается в систему ориентации: требования, ожидания, соответствия, но может возникнуть, человек воспринимает как некое нарушение, отклонение, поскольку это не наше, не входит в наше Мы. И несмотря на весь адаптивный ресурс, взрослея, отпочковавшись от своего социально-психологического мира, живя в другом социально-психологическом мире, он очень часто ошибается по поводу себя, базовых желаний личности, сущности, индивидуальности по той простой причине, что продолжает соответствовать тем системам ориентации социальной, которые он усвоил в процессе социализации.

Для человека, который покинул свой социально-психологический мир исходный, главная задача – понять, почему он это сделал. Человек – существо социализированное, социально ориентированное, сделанное из людей. И если он покидает свой социально-психологический мир, значит, в нем существуют такие желания, намерения, потребности, причем базовые, которые не совпадают с усвоенной им первоначальной системой требований, ожиданий и соответствий. Если, имея такие потребности, он остается в исходном социально-психологическом мире, то находится в бесконечном внутреннем конфликте и начинает обманывать сам себя, чтобы остаться в Мы и не попасть в Они. Хотя он уже давно в Они по отношению к своему социально-психологическому миру исходному, к своей, так сказать, социальной родине.

Когда мы говорим о социальной родине, мы имеем в виду тот социально-психологический мир, в котором человек сделан. Если он в силу каких-то причин, в силу тайных нереализованных желаний своих родителей, влияния ближнего окружения социального в детстве приобрел базовое желание, которое не входит в систему требований, ожиданий и соответствий, он тратит огромный ресурс на то, чтобы каким-то образом создать в себе самом иллюзию, что ничего такого не произошло.

Пока он находится в возрасте индивидуальности, это не очень существенно. Но как только он попадает в возраст личности или ранее еще, до возраста личности, становится социально активным функционером, это начинает играть огромную роль. Естественно, создается внутренняя тенденция к саморазрушению. Именно на уровне «я как Мы» и «я как Они». Потому что Мы и Они – это базальная дихотомия нашего обыденного, повседневного, каждодневного автоматического мышления и здравого смысла. Здравый смысл не рекомендует покидать свою социальную родину. Но с развитием той цивилизации, в которой мы с вами живем, подобное происходит с людьми все чаще и чаще.

В человеке и так практически всегда существует напряжение, даже если он остался на своей социальной родине. Все равно почти каждый ощущает в себе не только то, что относится к Мы, но и массу вещей, которые относятся к Они. Их не должно быть, а они есть. Не должно быть у меня таких мыслей, а они есть! Не должно быть у меня таких желаний, а они есть! Не должно быть у меня таких устремлений, а они есть! Но это же Они так живут, а мы так не живем, мы так не думаем, мы так не хотим, мы так не мечтаем.

Жесткая прикрепленность к определенному конкретному Мы усиливает данный внутренний конфликт, а понимание, что Мы – это некий, возможно, даже расширяющийся диапазон (в пределе все человечество), снижает этот внутренний конфликт. Поэтому во всех системах эзотерически-религиозно-мифологических рекомендуется осознавать себя как часть большого Мы, чем больше это Мы, тем лучше. Действительно, тем лучше, потому что тем меньше личностных подсознательных конфликтов, тем меньше затрата внутренних ресурсов, тем меньшая нагрузка конфликтная на плоть, потому что плоть-то реагирует – ей все равно, это Мы или Они. Она резонирует.

Вот эти три системы социальной ориентации и являются ключом к пониманию своей социальной части, к пониманию той части себя, которая называется «я как Мы» и скрыто содержит в себе отрицание «я как Они».

Однако системы требований, ожиданий и соответствий – это не только то, что направлено на нас, но это одновременно и то, что от нас направлено на других. Мы также применяем эти системы к своему окружению.

Род человеческий, вид человеческий

Сделаем небольшое отступление, чтобы выяснить один важный момент. Когда вы занимаетесь собой, надо определиться: вы занимаетесь собой как представитель биологического вида homo sapiens vulgaris или собой как представитель человеческого рода. Это разное. Человек – существо двойственное по определению, как я уже говорил. Если не развести в себе, где я человек, а где я представитель вида homo sapiens, грубо говоря, животное, высшее млекопитающее, то очень сложно разобраться в разных видах своей деятельности.

Каким образом возможно управление временем и пространством своей жизни (как формы совместного существования людей) и своего бытия? Опять двойственность. То, что внутри, – это бытие, это Я, которое «я – это я» и «я есть», и оно ничего не хочет, кроме одного – быть. А внешнее – это жизнь, и там нужно потребности удовлетворять, делать что-то, что-то реализовывать (вопрос в том, что).

Наше Я бытийствует, присутствует в мире независимо от того, знаем мы что-нибудь про это или не знаем, помним или не помним. А живет, осуществляется, объективизируется в жизни наша воплощенность, которая не есть Я, но есть мое. «Мое» чаще всего означает «наше». Поэтому мы не знаем, кто у нас хозяин чего, какое Мы хозяин наших мыслей, какое Мы хозяин наших чувств, состояний, самочувствий и всего другого, о чем мы привычно говорим «мое». Ибо человек сделан из людей, социализирован людьми, живет среди людей, жизнь – это вообще пребывание среди людей.

Кто-то в нас хочет, кто-то в нас чувствует. И пока мы не пытаемся это отрефлексировать, осознать, никаких проблем не возникает. Для того чтобы их совсем не возникало, у нас есть классические посылки. Например: «моя жизнь – самая-самая», «мои страдания – самые страдательные», «я весь такой из себя уникальный-уникальный, неповторимый-неповторимый». И это нормально, это и есть жизнь, приспособления, адаптация к жизни.

Это не плохо и не хорошо. У нас настолько встроено устройство постоянного оценивания, сравнения: лучше, хуже, плохо, хорошо, правильно, неправильно, – что мы ни о чем не можем подумать просто, без хорошо-плохо, правильно-неправильно. Поэтому мы избегаем думать. Вместо думания у нас оценивание, сравнение. И таким образом мы поддерживаем себя в любимом состоянии путаницы, чем больше путаницы, тем все понятнее, чем меньше путаницы, тем страшнее. Но чтобы начать думать о чем-либо, надо перестать это что-то оценивать и это что-то с чем-либо сравнивать.

Так думать и рассуждать о человеке можно, только имея в виду человека как род человеческий. Разговаривать так о homo sapiens vulgaris, представителе вида биологического, бессмысленно. Homo sapiens vulgaris, как и всякий представитель всякого биологического вида, имеет огромное количество встроенных программ, механизмов. Человек бо́льшую часть из них игнорирует, поэтому придумывает искусственное обеспечение, и все находятся на искусственном питании.

Бытие человека не зависит от него. Наше Я, которое Я – это Я и Я есть, пребывает в мироздании независимо от того, что мы по этому поводу думаем или вообще не думаем. Это факт. А наше Мы, наша воплощенность, то, что во плоти, то, что оформлено, явлено, оно живет той или иной жизнью. И жизнь воплощенности зависит от того, что мы об этом думаем, как мы это осознаем, как мы это структурируем, не структурируем и так далее. Воображаемое объективизируемо.

Чего мы только не навоображали за нашу жизнь! И ведь многое из этого объективизировалось. Поэтому я всегда говорю: чудеса происходят практически каждый день, только мы их не замечаем. А не замечаем мы потому, что мы не хозяева самих себя как воплощенности. Мы только говорим, что это «мое», но когда нас просят со своим что-нибудь сделать, выясняется, что моего в этом моем и нет почти…

Мое мной проживается

Если у вас есть намерение жить, участвовать в этом всем общежитии, вам нужен центр управления для того, чтобы вступить в права собственности на свою воплощенность, чтобы сказать: «Это мое, я этим пользуюсь, я знаю, как этим пользоваться, как это содержать, обслуживать, ремонтировать, эксплуатировать, и у меня для этого есть энергия». Дальнейший процесс – деятельность, объективация намерений.

Но разные части нашей воплощенности имеют еще и собственные потребности – то, что называется обслуживанием инструмента. Сколько ни медитируй, без топлива или энергии аккумуляторов машина не поедет. Жизнь моя как деятельность, мое занятие требует энергии. Жизнь для меня становится моментом либо творческого, либо рутинного, но занятия. Я живу. Не она меня живет-жует, а я ее живу. Это – вертикаль власти. Иначе жизнь обломает, жизнь научит, перемелется – мука будет.

Поэтому существует, существовало и будет существовать предложение о доминировании сознания в человеке как представителе рода человеческого, исходя из понимания возможностей, потенциальных и актуальных, превращения контакта с реальностью в информацию, которую можно структурировать и на основе этого совершать определенную деятельность.

И сознание, и сверхсознание, и подсознание, и базовая память – все это делает человека человеком. Каждый человек представляет собой единство пространства и времени, уникальное единство пространства и времени, каждый человек и есть уникальный хронотоп. А мы вместе живем в конвенциональном пространстве и конвенциональном времени и поэтому постоянно заняты согласованием своего индивидуального субъективного с общедоговорным.

Время и пространство нашей жизни меняются и независимы. Все это прекрасно чувствуют и знают: в одной ситуации это одно пространство, в другой – другое, в третьей – третье. Хронотоп, как естественное переживание, или естественное восприятие, – чрезвычайно изменчивая вещь, именно поэтому и понадобилась конвенция о времени и пространстве. Конвенциональное время, конвенциональные измерения пространства, перевод пространства на язык территории – иначе не договориться.

Все та же динамика Я и Мы. Для того чтобы вместе жить – а иначе мы не умеем, только вместе, – нужно договориться. Так и получились два разных процесса, две разные истории человечества: одна история человечества – развитие контекста, конвенции, договора; и совсем другая история – это постижение индивидуальной экзистенциальной судьбы человека, его жизни и приключения Я. Это другая история, это другая культура, другая библиотека, другое наследство, другие открытия, потому что это история, связанная с тем, как мое сделать действительно моим.

История Я и история Мы – эти две правды человеческого пребывания в мире одномоментны, но различны. Когда вы читаете книгу, ее можно прочесть из контекста истории Я, а можно прочесть из контекста истории Мы, и это будут две разные книги. А можно просто жить, перемещаясь из одной плоскости в другую в неизвестном самому себе порядке, по неизвестным самому себе причинам, не ощущая себя никем, кроме паспортных данных, но зато чувствующим, переживающим, вписанным в той или иной степени в разные Мы.

Я и МЫ

Дихотомия Я – Мы. В жизни человека как принципиально двойственного существа такая дихотомия естественно присутствует – это противоречие уникальности и массовости, единичного и типичного, штучного и конвейерного. Haute couture и prêt-à-porter. Все это развитие одной и той же оппозиции: ручной работы и машинной работы. Человек как воплощенность, безусловно, штучен. Это доказано уже всеми возможными способами, и есть масса идентификационных признаков, доказывающих его штучность. По совокупности этих идентификационных признаков социум распознает конкретного человека. Они же имеют большое значение для учета и контроля. Таким образом, социум как бы заинтересован в уникальности, чтобы было легко найти тот конкретный винтик.

Однако для управления это роли не играет. Для управления играют роль такие понятия, как «рабочая сила», «электорат», «общество» и другие явления массовости. Массовое сознание, массовый функциональный набор.

Человек для себя самого в этих двух ипостасях: Я-штучность и Мы-массовость – и предстает. С одной стороны, он вынужден ощущать свою уникальность, ведь ему постоянно напоминают о его штучности, сверяя индивидуальные идентификационные признаки. Кроме того, идет подкрепление факта уникальности на уровне идеальных потребностей: человек – это событие во Вселенной, каждый человек – неповторимый мир и другие красивые и почетные звания. С другой стороны, надо же социуму опознавать преступника, злоумышленника, инакомыслящего… а как опознавать? Опять по идентификационным признакам. Потому что во всем остальном он такой же, как все, – массовый.

Что такое Мы в приложении к конкретному человеку? В приложении к оппозиции: Я как штучность, – такое специфическое заполнение местоимения «я» – я такой один. С другой стороны, Я не только я, но Я еще и Мы, таких, как я, много. Две ипостаси одновременно присутствуют в нашем самоосознавании, или в нашем самовоспоминании, или в описании себя – у кого что. Двойственность: с одной стороны, я такой один, с другой стороны, я такой, как все. А что такое «все»? Все – это та группа людей, на фоне которой человек себя воспринимает. Достоверность восприятия зависит, как известно, от уровня репрезентативности. Выборка либо случайная, и тогда достоверность данных зависит от территории охвата, либо репрезентативная.

Большинство людей, думая о так называемом себе, рассматривают себя на фоне себя. Получается нулевая репрезентативность. Нулевая достоверность получаемой информации. Дальше идет расширение – на фоне семьи, на фоне знакомых и друзей, на фоне социальной территории, заполненной людьми, на фоне коллег по профессии, на фоне населения данного места, города, скажем, или деревни и т. п. Вплоть до абсолютно репрезентативной выборки – человечества в целом.

Уровень достоверности информации о самом себе зависит от выборки, от того, что мы вырезали из человечества в качестве Мы. А все остальное – это Они. Оттуда мы получаем только отрицательную информацию, в отрицательной форме: я не такой, не такой, не такой, потому что это они такие, такие, такие, такие… а мы такие, такие, такие, такие… Так создается групповая таковость. Таковость видит на фоне другой таковости, и это называется знанием о самом себе.

Где же истина? Я такой один или нас таких энное количество? Здесь нам предстоит увидеть пример баланса: одна линия и два ее конца – два полюса единого (целостности). Что посередине? Ноль. То есть я не один такой, но Я и не такой, как Мы. Я – никакой.

Моя личность уникальна или типична? безусловно, типична. Моя личность – это безусловно Мы. Поэтому и возможно создание субличности, которая из этой большой выборки делает маленькие выборки Мы. Из большого Мы выделить какое-то маленькое Мы, поменьше, и так у нас получается субличность с тем же типом информационного метаболизма. Так у личности появляется набор персон, множественное Я из маленьких Мы.

С другой стороны, на уровне изделия я, безусловно, один такой. Это факт, который сложно оспаривать: только у меня одного такая система идентификационных признаков. Я есть сочетание штучности на уровне изделия и типичности на уровне личности. Подобный расклад не зависит от половых, расовых, возрастных и других признаков, это общий закон, это знание об изделии.

Как мы сделаны? Мы сделаны так: в центре неповторимое, уникальное, а вокруг этого система связей, которая абсолютно типична для вида человек. Но связей очень много. Многие из этих связей недоступны осознаванию в силу тех или иных причин. Главное, что нашему осознаванию доступно сформулировать: наши связи в социальном мире – это нечеткое множество – множество, не имеющее четких границ, или объем, не имеющий четких границ, облако, постоянно меняющее свою форму. Личность – огромный объем с нечеткими границами.

Второй важный момент о личности (первый то, что она не имеет четких границ) – она процессуальна. Она постоянно меняет свою форму (в отличие от таковости – рамки, вырезанной социумом из личности в процессе социализации для удобства опознавания и использования). Под влиянием чего? Под влиянием сил социального давления как первой формы управления поведением. На уровне глубинной психологии наша уникальность всегда знает о том, что на нее давят. Поэтому это называется конфликтом между Я и Мы. Но это не конфликт. Это явление природы, только природы социальной, или так называемых надличностных сил социума. Поэтому для адекватного описания личности (в отличие от таковости) надо описывать личность как процесс. Следовательно, тип личности – это фикция, это остановленное мгновение. А личностная тенденция – вот это уже не фикция. Это способ переваривания в единичном всеобщего, то, каким образом наша натура, наше единичное и уникальное усваивает отношения с нашим же, всеобщим – с Мы.

Человек как личность может измениться, но только по очертаниям нечетких границ личности, по существу он измениться не может, поскольку человек – это сделанное плюс природная данность. Отношение между данностью и сделанным – это процесс. Процесс переменчивый, как погода, и называется изменениями. Погода-то меняется? Меняется. Так и очертания личности меняются под влиянием различных сил социального давления.

Форма личности меняется, сама личность, ее содержание меняются, потому что оно обусловлено социальными отношениями, социальными связями, их изменение изменяет содержание.

Вторая форма управления поведением людей – это суггестия, внушение. Люди – стайные существа по происхождению, а потому наша психика – открытая система. Человек не может быть абсолютно независимым от людей. Сбиться в стаю и существовать и не забывать не только про интересы и потребности свои (потребности для себя), но и потребности стаи, то, что называется потребностями для других, – у животных это рефлекс, у людей это потребность.

Для того чтобы она могла удовлетворяться, необходимо быть открытым для суггестии. Поэтому мы все внушаемы в отношениях с Мы, с людьми, поэтому для человека человек – любой, на глубинном уровне – сверхраздражитель: «Я его в упор не вижу» – это уже сверхреакция, между прочим. «Я его не замечаю!» – если вы об этом сказали вслух, то очень заметили, чтоб не замечать. И поэтому мы не можем не реагировать на идущую от людей информацию, тем более если она связана с нашей персональностью, уникальностью, штучностью. Поэтому так важно: «ах! боже мой! что станет говорить княгиня Марья Алексевна!» Мы все очень внимательны к тому, что о нас говорят. Другой вопрос, что мы можем реагировать на это позитивно, если нам это приятно, а можем реагировать негативно, если нам это неприятно. Это связано с метаболизмом и защитой места наименьшего сопротивления, с нашей самооценкой, автоматической самооценкой.

Если бы мы были невнушаемы, мы не смогли бы вместе жить. Но мы можем и живем, размножаемся, увеличиваемся в числе и даже создали цивилизацию и продолжаем ее создавать. Кроме этого, есть культура, библиотеки, музеи, банки данных – довольно-таки производительно живем.

По каналу социальной суггестии мы получаем два вида информации.

Один вид информации – это социальное наследование. В зависимости от социально-психологического мира, в котором мы сделаны, мы по каналу суггестии наследуем информацию от предков. Уж кому что досталось в наследство. В общем виде это называется здравым смыслом, только он разный в разных социально-психологических мирах.

Второй вид информации используется для формирования соответствующих систем ориентации: ценностной ориентации, производительной ориентации и так далее. Это управление поведением людей. В неявной форме это существует и будет существовать всегда. И в явной форме иногда. В экстремальных ситуациях, скажем, социум в лице государства прибегает к явным формам социальной суггестии, социального воздействия, специальные программы запускаются, и люди совершенно органично «сами» приходят к правильным мыслям и поступкам. И это нормально, это факт, который нельзя оценивать по системе «плохо – хорошо», это устройство. Устройство называется «жизнь», «социальная жизнь людей», жизнь людей среди людей, и по отношению к нему хорошо быть грамотным пользователем. Другого места жизни у нас нет. И другого пространства для реализации нет.

А возможен ли обратный вариант? Может ли человек, отдельно взятый человек, влиять на Мы? В принципе? В общетеоретическом виде?

Может ли уникальность что-то изменить в типическом, массовом? конечно же нет. Потому что она вынуждена будет начать с себя. А что означает начать с себя? Попробуйте изменить свою личность, изменить состав Мы и систему отношений, если бо́льшая часть личности находится на уровне, недоступном для осознавания. Поэтому все эти лозунги: «Изменить себя!» – это иллюзия. Да, мотивирующая иллюзия, но все равно иллюзия. Изделие само себя изменить не может. Потому что оно работает в автоматическом режиме. И то самосознание, которое есть у людей, оно тоже часть изделия, автоматическое, инстинктивное. Нет точного термина, потому что люди не хотят об этом знать. А значит, и называть это не хотят.

В рамках человека как изделия, даже если мы его глубже рассмотрим, с позиции единства и борьбы противоположностей, в его двойственности принципиальной, ничего принципиально изменить нельзя. Можно только, и это называется свободой воли, изменить отношения, некоторые совокупности отношений, и то при развитой рефлексии, то есть способности к самонаблюдению и самоконтролю.

Мотивирующие иллюзии – это огромная часть жизни человека, это прекрасно, что они есть. Кто сказал:

«Иллюзия – это плохо»? Не очень умный человек. Потому что он, во-первых, забыл о двойственности (человек принципиально дихотомичен), попытался все сместить к одному. При таком смещении тут же появилась идея праведного человека, который один только абсолютно соответствует всему: всем системам требований, всем системам ожиданий, всем системам управления – идеальный человек, который всему соответствует! Не может человек быть абсолютно «одно», он принципиально двойственен. Поэтому не бывает идеальных исполнителей, не бывает идеальных начальников, не бывает идеальных собственников, ничего идеального в смысле человека не бывает. И хорошо, что не бывает, иначе бы все вымерли. Ибо что такое идеальный человек? Это человек, лишенный огромного количества адаптивного ресурса. Стоит окружающей действительности чуть-чуть измениться – первым погибает идеальный человек, а неидеальный даже не заметит, тут же перестроится.

Все люди – люди и сделаны из людей. А поскольку самая репрезентативная выборка – это человечество в целом, то это стопроцентная информация о том, что у нас есть. Поэтому так важна и сделана качественно система самоконтроля, не позволяющая нам немедленно реализовывать все наши желания. Жесткая таковость – фиксируемая ближним социумом социальная форма, максимально предсказуемая и опознаваемая «рамка» на нечетком объеме личности. Кроме того, еще есть самонаблюдение, позволяющее человеку смотреть на себя как на вещь, как на объект слежения. По существу социальной жизни это безумно важные элементы управления поведением человека за счет ограничения вариабельности личности.

Ориентация в мире и в себе

Чтобы жить в мире Мы, нам в общем-то ничего, кроме социализации, не нужно. Социум сам вложит в человека все, через что потом будет управлять его жизнью. Личность создается в процессе социализации. Другое дело, если человек осознал свою двойственность и кроме жизни Мы желает еще иметь полноценную жизнь Я. И при этом быть эффективным как в социальной, так и в частной и даже интимной жизни. При таких устремлениях нам предстоит разобраться в устройстве социальной жизни, ее отличиях от жизни частной и интимной и выделить для себя координаты для ориентации.

Способы ориентации в социальном пространстве можно свести к трем основным системам: система требований, система ожиданий и система соответствий. Если есть возможность получить достоверную информацию о конкретном содержании этих трех систем у конкретного человека, практически можно с очень большой долей вероятности (от 90 до 95 %) предсказывать его поведение в любой социальной ситуации. И точно такие же три системы есть у человека по отношению к самому себе как личности, как совокупности социальных отношений. Таким образом, имея сведения об их конкретном содержании, можно понять и достоверно интерпретировать и внутренние процессы, происходящие в человеке как личности, как социальном существе.

Система требований

В систему требований (аспект организации нашей системы социальной ориентации) собраны все нормативные, с точки зрения данного человека (нормативные – не подлежащие изменению), требования к нему со стороны окружающих – отдельных людей, групп людей, социума в целом. Чаще всего эти требования представлены в виде само собой разумеющихся ценностей и норм. Таким образом, бо́льшая часть системы требований у человека не подвергается ни рефлексии, ни критическому анализу, поскольку она усвоена бессознательно либо усвоена сознательно, но потом отправлена, вытеснена в подсознательное. Человек, когда его спрашивают о чем-то само собой для него разумеющемся, отвечает:

«а как же иначе? Так и должно быть. Так есть» – и аргументировать свой ответ в большинстве случаев не в состоянии.

Смысл этого в том, что адаптивные механизмы нашей психики нуждаются в некоторой основе, некоторой базе данных, которая не подвергается ни сомнению, ни критическому анализу, для того чтобы действовать максимально автоматично, не теряя времени при принятии тех или иных решений, на обдумывание их, на анализ окружающей ситуации… когда человек говорит: «Я должен подумать», – в большинстве случаев он говорит о чем-то другом, а не о процессе думания как решения умственных задач, потому что система требований большей своей частью представлена в виде само собой разумеющихся норм.

Это то твердое, консервативное основание ориентирования в социальном пространстве, которое дает человеку чувство уверенности в своих действиях. Для постороннего наблюдателя эта уверенность может быть ложной, эта система может не соответствовать реальной ситуации, но для самого человека это не так. Взгляд наблюдателя и взгляд участника процесса – это совершенно разные позиции.

С точки зрения наблюдателя, люди очень часто делают огромное количество бессмысленных действий, затрачивают огромное количество энергии на это. Но бессмысленность по отношению к целям данной ситуации не означает бессмысленность по отношению к самому себе, ибо это затраты на чувство уверенности. Чувство уверенности часто значительно важнее эффективного достижения тех или иных внешних целей. Когда вы имеете дело с человеком: с собой или кем-то другим, – надо об этом постараться вспомнить. Да, это консервативная система, да, она может не соответствовать наличной ситуации, с точки зрения объективного наблюдателя, но она предназначена больше для создания чувства уверенности, чем для адекватности восприятия ситуации.

Поэтому все, кто действует, ошибаются. Мы не можем не ошибаться. И это хорошо, потому что наши ошибки чаще всего – это наша плата за уверенность. Ведь мы ошибаемся не со своей точки зрения, а с точки зрения наблюдателя, со своей точки зрения мы не ошибаемся. Нас обманывают, нас неверно информируют, нас вводят в заблуждение, нами манипулируют… Но мы не ошибаемся. Мы по-прежнему сохраняем это ядро, которое дает нам чувство уверенности.

Есть в этом и определенная слабость – слабость в том, что человек часто неадекватен меняющейся ситуации. Он не может менять свою систему требований в режиме реального процесса, он всегда от него отстает. И в этом его слабость. Поэтому одни успешны в конкретной ситуации, другие нет, одни эффективны в конкретной деятельности, другие – нет. Это вопрос случайности. Случайность эта связана с тем, что мы не знаем, какая система требований как главный принцип ориентации в социальном пространстве содержится внутри нас.

Формирование системы требований начинается с детства, с той системы требований, с которой мы сталкиваемся, имея дело со своими родителями, со своим ближайшим окружением, семьей и значимыми. Требования зависят от того, каким был первый педагог, какие системы требований он выдвигал по отношению к нам. Это зависит от жизненной истории на протяжении первых пятнадцати – двадцати лет жизни. Поэтому когда человека призывают измениться, усовершенствоваться, то он сталкивается с тем фактом, что посторонний наблюдатель всегда знает, чего не хватает тому, кому он берется давать советы.

Посторонний наблюдатель как бы знает, что у человека неправильно. «Хорошо, – отвечаю я такому наблюдателю, – хорошо! Только сначала расскажи мне, а как оно у меня? На основании чего ты делаешь вывод, что у меня неправильно?» Что он мне может сказать? «Я вижу, что ты не рад жизни, недоволен жизнью, что ты неудачник, что у тебя не получается» Я отвечаю: «Это все хорошо, может, даже я с тобой согласен, но все-таки конкретно о содержании моей системы требований по отношению к внешнему социальному пространству можешь рассказать?»

Ошибка в том, что даже специалисты думают, что человеку легко измениться. Нет, он может легко адаптироваться – относительно, скрывая цель своей адаптации во имя каких-то своих ценностей, но это совсем не значит, что он изменился.

Кроме того, такая же система требований направлена на самого себя, то есть на свой внутренний мир: что человек от себя требует. Здесь человек опять же бо́льшую часть системы требований не осознает, что и почему от себя требует.

Человек носит в себе очень много требований, якобы предъявляемых к нему, и искренне считает, что чем больше, тем лучше. «Я очень важный, если с меня столько требуют» – это плюс на самооценку. У каждого масса требований, предъявляемых к самому себе. Это минус, потому что «я надрываюсь, а результата нет, нет, нет», – момент баланса не возникает, затраты ресурса не возвращаются адекватным результатом от усилий.

Система ожиданий

Система ожиданий (аспект связи нашей системы социальной ориентации), в отличие от системы требований, приводит нас к очарованию или разочарованию. Мы ждем сто рублей, получаем двести: о, за что?! Очарование. Ждем двести, получаем сто – обокрали! разочарование. Система ожиданий более гибкая, не такая консервативная, она скорее, если говорить на языке качественных структур, относится к аспекту связи, то есть к аспекту отношений в широком смысле слова «отношения» – с другими людьми, с обстоятельствами жизни и с самим собой. Ожидания ведь можно менять: «Ну и что, что я там хотел когда-то стать ведущим специалистом в этой области? Ну, не стал. Ну, так я и думал, что меня не пустят, что мне помешают, кругом враги, интриги, зависть…»

В этом смысле система ожиданий достаточно гибкая, динамичная структура, которой мы манипулируем. С помощью этой системы мы ориентируемся в социальном пространстве на тему «что от нас ждут», но гораздо скромнее, чем на тему, «что от нас требуют». Ведь можно легко переместить уровень ожидания, направленный на нас, отказаться от предыдущего мнения, выстроить для себя такую интерпретацию, при которой: «а собственно говоря, от меня никто ничего и не ждал. Этим я и соответствовал этому ожиданию. Вы ничего не ждали? Вот я ничего и не сделал».

Например, мы встречаем человека, он производит на нас сильное впечатление, мы ждем от этих отношений чего-то необыкновенного… ждем, ждем… не очень долго ждем обычно, а ожидания не подтверждаются – это же наша проекция, а у человека совсем другие ожидания. Мы постепенно разочаровываемся, это так называется, и он постепенно разочаровывается… Система ожиданий – самая манипуляционная зона именно потому, что она динамичная.

Человек легко усваивает спроецированные на него ожидания. Но надо только помнить, что так же легко эти проекции рассасываются… или почти так же легко.

Ожидания ориентированы на будущее: что будет. А мы уже выяснили, что будущее – это как раз зона манипулирования. Будущее с точки зрения корректного мышления принципиально множественно, его практически не существует или оно существует в форме пространства выборов, ибо реальность процессуальна и наша жизнь есть постоянное превращение множественного будущего в единичное прошлое путем совершения выборов и следующих за ними поступков.

Если продолжить эту мысль корректно, то каждый должен взять ответственность за свою судьбу на себя. Но в систему требований большинства людей это не входит – отвечать за свою судьбу. Мы переносим этот вопрос в систему ожиданий – смотрим гороскоп. И получаем возможность интерпретировать свое поведение не на языке требований, где ты сам отвечаешь за выбор: у тебя было четыре возможности, ты выбрал одну, три ты потерял. А ожидания легко изменить: не оправдалось ожидание. «Не состоялся конец света, когда его объявили. А я ждал, готовился. Не состоялся. Ладно, не состоялся, может быть, даже хорошо. Наверное, неправильно интерпретировали Нострадамуса». И начинается выстраивание новых ожиданий.

Эта же система, направленная на себя, дает нам возможность вообще ничего от себя не ждать. Не ждать от себя ничего – это легко, это в нашей власти. А вот не требовать от себя ничего – невозможно.

Таким образом, система ожиданий как структура, одна из систем социальной ориентации позволяет нам поддерживать свою мотивацию, активизировать свою внутреннюю энергию в разных ситуациях за счет обольщения, самообольщения или обольщения другого человека, формируя вольно или невольно у себя самого, или у другого человека, или у группы людей некое ожидание. Если ожидание это еще и подтверждается, тогда можно построить еще одно ожидание, продолжающее это ожидание, и так далее. При развитой рефлексии, при развитом самонаблюдении мы можем все это в себе фиксировать и фильтровать. Можем отсоединять те элементы ожиданий, те ожидания, которые нам не подходят по нашей неизвестной нам системе требований. Система ожиданий может подчиняться нашей системе требований.

Система соответствий

Следующий момент: система соответствий (аспект функционирования нашей системы социальной ориентации). В системах требований и ожиданий мы решаем какие-то задачи, анализируем обстоятельства. Мы не осознаем основания своего думания чаще всего, но мы думаем. А в системе, построенной на соответствии, мы вообще не думаем, все происходит на подсознательном уровне. Поэтому и возможно такое существование, такое поведение, которое в эзотерической литературе принято называть сон наяву. Ибо поведение наше в социальной среде в этой системе абсолютно не требует никаких размышлений. Это главный адаптационный резерв: мы соответствуем. И соответствуем мы так, как соответствует отражение тому, кто стоит перед зеркалом. Оно переворачивается, лево-право меняется, но в остальном все соответствует.

Принцип прямого соответствия, возведенный в большую ценность, называется принципом обезьяны – принципом подражания. Все начинается еще в детстве, родители что-то там кричат, требуют, ребенок ничего не понимает, он еще слов не понимает, но видит, что что-то нехорошо, и пытается угадать, чего от него хотят, и соответствовать внешнему образу идеального ребенка данной семьи.

Принцип соответствия позволяет нам адаптироваться к огромному диапазону ситуаций, ко множеству людей, групп людей.

Это основная система, которой мы пользуемся.

Компас социальной ориентации

У человека есть внутреннее описание самого себя, содержащее систему требований, систему ожиданий, процессуально меняющихся, но воспринимает он сам себя, в себе самом он ориентируется в основном по системе соответствий: соответствую – не соответствую. А что служит для этого критерием внутри человека, который сводит внутреннее и внешнее в одно? Самооценка (аспект координации системы социального ориентирования). Плюс на самооценку.

Зона манипулирования человеком находится в системе соответствия. И зона самоманипулирования собой тоже там. А поэтому большинство так называемых тренингов, методик направлены на систему соответствий. И, как правило, большинство этих воздействий ничего не меняют в системе требований и в системе ожиданий.

Есть простой принцип: замок к ключу не приспосабливают, приспосабливают ключ к замку. Поэтому, воздействуя, действуя, ставя какие-то цели, направленные на кого-то, что-то, в целом на социальную ситуацию, ищите ключ, а не пытайтесь переделать замок. Его конструкция вам может быть недоступна в силу разных причин. Подберите ключ. Дверь открывается, и вы входите куда-то, куда вам надо.

Если вы хотите быть эффективными в своей социальной реализации, вам нужно подобрать ключ к той ситуации, в которую вы хотите войти, к тому человеку, на которого вы хотите повлиять. А возможности у вас всего две: либо что-то изменить в его системе ожиданий, либо что-то изменить в его системе соответствий. В системе соответствий сложнее, потому что вам придется менять себя: он же замок, а вы ключ. Вы будете пытаться соответствовать ему, и когда наконец попадете туда, вы уже не выйдете. Вы уже не свой среди чужих, а чужой среди чужих. Вы не разведчик, вас перевербовали, потому что, желая попасть, скажем, из одного Мы в другое Мы, вы будете себя приспосабливать, то есть менять свою систему соответствий, изменять свое поведение, свои реакции.

Поначалу это будет что-то вроде актерства, а потом, как известно из литературы, маска может прирасти. Отсюда делаем вывод: ради собственной безопасности, если вы хотите открыть ситуацию ключом, то работать надо в системе ожиданий. Вы делаете то, что человек ждет от вас, что-то нужное ему, он открывает вам дверь, вы входите… Потом ожидания не оправдываются, ну и что? Это же потом, вы уже вошли, это уже другая ситуация. Или, наоборот, вам надо выйти. Создаете систему ожиданий, что, когда вы уйдете, будет так хорошо, так хорошо… И уходите. Хорошо не становится, но вы же уже ушли! И при этом целостность вашей самооценки не нарушена.

Если вы хотите вдруг сами реально измениться в полном смысле этого слова, изменить себе предыдущему («измена», «измениться», «поменяться» – это же все один корень), то тогда вам нужно перестать соответствовать. Или сфокусировать свою систему соответствий на какой-либо ограниченный мир. Здесь больше всего ловушек. Прежде всего, конечно, ловушка в вынесении своих проекций на то, чему вы собираетесь соответствовать. На уровне ожиданий – очаровались духовной доктриной какой-нибудь, разочаровались… Поэтому прежде всего настраивайтесь на то, чтоб соответствовать. В разных формах.

У человека, как и у всего живого, две противоположные тенденции:

• одна тенденция – сохраниться как можно дольше, в бытовом смысле прожить как можно больше календарных лет, желательно здоровым;

• другая задача – сделать как можно больше, достичь как можно больше, то есть функционировать.

Если мы увеличиваем свое функционирование, мы рискуем, мы ставим под удар организованность, конструкцию, мы ставим себя под удар болезней, поломок, разрушений. Если мы снижаем свой уровень функционирования, мы направляем себя постепенно на консервацию. Главное – сохраниться.

Знаменитая история с миллиардером американским, который вообще не выходил из специально построенных помещений, абсолютно стерильных, вода отфильтрованная – он вообще уже не мог оттуда выйти, он думал, что от этого он дольше проживет. А получилось, что он прожил так до среднего возраста, потому что какую-то он тут ошибку допустил. А Уинстон Черчилль или там Иван Андреевич Крылов, которые были весьма тучными мужчинами, не отказывали себе в гурманских наклонностях, Черчилль вообще каждый день выпивал бутылку коньяка и выкуривал две или три сигары, прожил до девяносто. Иван Андреевич Крылов до семидесяти пяти. Почему, как вы думаете? был какой-то баланс между эксплуатацией устройства и его сохранностью. Живая система – она открытая, поэтому нельзя с ней обращаться как с музейной вещью. С живой системой так нельзя. Она живая, она открытая, ей надо функционировать – взаимодействовать с окружающим миром.

Между целью и реализацией

У нас есть система ценностей. Благодаря системе ценностей мы можем выявить часть системы требований, связанную с данными ценностями. Правда, это будут скорее мотивационные требования, чем требования ориентации. Итак, рождается мотив, то есть ценность плюс потребность. На основании этого мотива мы формируем цель путем решения умственной задачи. Между целью и действием по ее достижению, между полаганием цели и ее достижением и находится система ориентации. Вот почему так сложно понять, почему данный конкретный человек или данное конкретное сообщество людей пытаются реализовать одну и ту же цель совершенно различным набором действий.

При анализе выясняется, что система ориентации и определяет, с помощью какого набора действий человек или группа людей пытаются достичь той или иной цели. Поэтому знание мотивации и даже знание системы ценностей не могут ответить на вопрос, каким образом будет действовать данный человек по отношению к данной цели. Или данное сообщество людей по отношению к данной цели. Практика, в том числе и технологический аспект этой практики, не определяется с помощью знания мотивации и целеполагания. Между ними и находится такой механизм, как система ожиданий, система требований и система соответствий.

У нас есть устройство под названием «информационный метаболизм» на базе четырех мозговых структур.

Анализ психологических процессов, приводящих психику к определенной установке, в полной мере был проведен К. Юнгом. Пояснение же нейрофизиологических процессов, участвующих в инициировании поведения человека, то есть в реализации избранной психологической установки, могут дать исследования другого известного ученого П. В. Симонова, изложенные им в монографии «Мотивированный мозг» (М.: Наука, 1981).

Основной вывод П. В. Симонова состоит в следующем: «Экспериментальный и теоретический анализ генеза эмоциональных реакций человека и высших животных привел нас к выводу о решающем значении двух факторов, детерминирующих любое поведение. Имеется в виду наличие актуализированных потребностей и возможность их удовлетворения благодаря взаимодействию с внешней средой. Значимость стимулов, поступающих из внешней среды, зависит от отношений к потребностям, имеющимся у организма, причем все стимулы можно разделить на две основные категории: на стимулы с высокой вероятностью их подкрепления факторами, непосредственно удовлетворяющими ту или иную потребность, и на стимулы с низкой вероятностью подкрепления».

В связи с этим Симонов выделяет в качестве нейрофизиологической основы инициации человеческого поведения четыре мозговые структуры: неокортекс, гиппокамп, гипоталамус и миндалину.

Неокортекс. Строит вероятностный прогноз, осуществляет приурочивание двигательных реакций к пространственной организации внешнего мира. Он же способен производить селекцию высокозначимых сигналов, отсеивая второстепенные, для целей доминирующей мотивации.

Гиппокамп. При его участии события, происходящие в окружающей среде, фиксируются во времени и пространстве. Гиппокамп играет важную роль в творческой деятельности мозга, в порождении гипотез. Имеется основание предполагать непосредственное участие гиппокампа в генезисе «психических мутаций» непредсказуемых (но не случайных), в комбинировании следов хранящихся в памяти впечатлений. В бодрствующем состоянии этот механизм участвует в процессе творчества на стадии интуитивных догадок, гипотез, предположений.

Гипоталамус. В нем обнаружены структуры, связанные с актуализацией потребностей и возникновением эмоций, гипоталамус участвует в самых ранних организационных стадиях поведения и на более поздних этапах, где окончательно реализуется внешне проявленный ответ. Гипоталамусу принадлежит важнейшая роль в инициировании поведения.

Миндалина. Ее функции в большей мере зависят от факторов внешней среды и наличия ситуации удовлетворения потребностей. Миндалина оказывается необходимой для перестройки поведения в соответствии с изменившимися условиями. Миндалина участвует в выборе поведения посредством «взвешивания» конкурирующих эмоций, порожденных конкурирующими потребностями.

Сопоставив описания, данные П. В. Симоновым, с определением содержательного аспекта психологических функций в теории К. Юнга, мы получаем следующую функциональную специализацию указанных мозговых структур.

Неокортекс — анализ сигналов, поступающих от ощущений, оценка их значимости посредством формирования представлений и/или вынесение суждений через ассоциативное мышление.

Гиппокамп — анализ сигналов, поступающих от интуиции, оценка их значимости посредством интеллектуальной интуиции.

Гипоталамус — анализ сигналов, поступающих от чувства, оценка их значимости посредством мышления, управляемого чувством.

Миндалина — анализ сигналов, поступающих от мышления, интеллектуальная оценка их значимости.

Таким образом, выделенные Симоновым четыре мозговые структуры формируют, по сути, оперативно-логическую часть мышления в различных формах его проявления. Оперативное же мышление, в свою очередь, сосредоточено на обслуживании потребностей человека. Особенности этого процесса, имеющего непосредственное отношение к психологической установке и поведению человека, видны, в частности, из рис. 10, отражающего существенные для нас результаты исследований П. В. Симонова.

Как видно из рисунка 10, неокортекс и гиппокамп образуют информационную систему. Они анализируют сигналы, поступающие от ощущения и интуиции, то есть психологических функций, определенных К. Юнгом как иррациональные. Информационная система внутренне сбалансирована в соответствии с принципом компенсации: неокортекс ориентирован на высоковероятные события, а гиппокамп – на маловероятные. Ощущения и интуиция, будучи иррациональными функциями, тем не менее противоположны по своей сущности и взаимно компенсируют друг друга, не вступая поэтому в непосредственную связь. При этом неокортекс ориентирован на прогнозирование возможностей удовлетворения доминирующих потребностей, а гиппокамп – субдоминантных потребностей.

Гипоталамус и миндалина образуют так называемую мотивационную систему, анализируя сигналы, поступающие от чувства и мышления, то есть психологических функций, определенных К. Юнгом как рациональные. И здесь система сбалансирована в соответствии с принципом компенсации: гипоталамус ориентирован на высоковероятные события и доминирующие потребности, а миндалина, соответственно, на маловероятные события и субдоминантные потребности. Чувство и мышление являются взаимокомпенсирующими функциями противоположной сущности.

Рис. 11. Взаимодействие мозговых структур при анализе информации

Очевидно, что и весь аналитическо-оценочный механизм, основанный на деятельности четырех мозговых структур, является сбалансированным. Рациональное в нем дополняется иррациональным, информационная система – мотивационной системой, высоковероятные события – маловероятными, а доминирующие потребности – субдоминантными. Более того, подсистема доминирующих потребностей включает один «информационный» (неокортекс) и один «мотивационный» (гипоталамус) элементы. Равно как подсистема субдоминантных потребностей включает гиппокамп как «информационный» элемент и миндалину как «мотивационный».

Очевидно также, что описанный П. В. Симоновым нейрофизиологический механизм четырех мозговых структур полностью принадлежит мышлению, понимаемому как одна из психологических функций. И в то же время он не тождественен мышлению, охватывая лишь его оперативно-логическую часть, что, однако, оказывается необходимым и достаточным для аналитической обработки сигналов, поступающих от всех четырех психологических функций.

Ясна и направленность функционирования данного механизма: инициация поведения в связи с удовлетворением актуализированных потребностей человека на основании характера и содержания его общей психологической установки.

Данный нейрофизиологический механизм учитывает и такую важнейшую категорию психики, как экстра– и интроверсию. Ибо функции мозговых структур по прогнозированию высоковероятных и маловероятных событий, по отбору доминирующих и субдоминантных потребностей проявляются как в объективном мире, так и в субъективной реальности. Иными словами, прогнозирование высоковероятных событий, происходящих в объективном мире, проявляется в поведении как экстравертное ощущение, а прогнозирование высоковероятных событий субъективного мира – как интровертное ощущение. Отбор доминирующих потребностей объективного мира проявляется как экстравертное чувствование, а отбор доминирующих потребностей субъективного мира – как интровертное чувствование. Подобным образом происходит двоякое проявление каждой из мозговых структур.

Далее мы опираемся на теорию А. Аугустинавичюте. В ее основе лежат два источника: теория К. Юнга и понятие об информационном метаболизме кемпинского. К четырем типам информации, выделенным К. Юнгом, А. Аугустинавичюте добавила предположение, что механизмы переработки информации извне и механизмы переработки информации, идущей изнутри человека, должны быть различными. В связи с этим каждый из четырех видов информации получил две модификации: субъектную и объектную. Аугустинавичюте ввела обозначение этих элементов и предложила с их помощью кодировать типы информационного метаболизма (ИМ). Эти элементы обозначены:

Аугустинавичюте вводит понятия «интротим» и «экстратим» в отличие от «интроверт» и «экстраверт». Какая разница между ними?

Экстратим воспринимает себя как объект, Мир как субъект. В силу этого экстратим может перестроить отношения между объектами, но ему очень трудно изменить сам объект.

Интротим воспринимает себя как субъект, Мир – как объект. Отношения для него фиксированы, но зато ему легче изменить объект.

Суть понятий можно постичь на простой житейской ситуации ссоры. Для интротима ссора означает, что друг все равно остается другом, то есть отношения между ними не изменились, но, чтобы примириться, нужно попытаться друга переделать, взывая к его совести, разуму и т. п. Сказать же ему: «Ты мне больше не друг» – интротиму очень сложно. Но это очень легко сделать экстратиму, который так и поступает. Ему проще изменить отношения с объектом, чем сам объект.

Интроверсия и экстраверсия. Качество, состояние, присущее человеку в конкретной ситуации.

Интротимность и экстратимность. Свойство, присущее человеку постоянно.

Вполне могут существовать как интровертированный экстратим, так и экстравертированный интротим.

Для кодирования типов ИМ Аугустинавичюте ввела систему координат, состоящую из четырех функций типа ИМ:

I функция – репродуктивная, консервативная, ее содержание определяет интротимность или экстратимность типа;

II функция – продуктивная, творческая, постоянно требующая оценки извне;

III функция – место наименьшего сопротивления типа ИМ;

IV функция – суггестивная.

Далее Аугустинавичюте отметила, что первые две функции подвластны контролю человека, III и IV ему не подвластны, и высказала предположение, что человек нуждается в общении с дополняющим его типом ИМ. В дальнейшем мы постараемся разобраться, насколько верно это предположение.

На сегодняшний день соционика не имеет ни одного стопроцентного способа определения типа ИМ тестовым путем и является эмпирическим и объяснительным знанием, а не наукой в строгом смысле этого слова.

Опираясь на метод качественных структур, можно построить функциональный вариант соционики.

Прежде всего опишем базовые элементы на языке их проявления в поведении человека.

Итак, мы имеем восемь элементов, которые могут занимать четыре позиции, соответствующие трем аспектам: организации, функционированию, связи и положению точки координатора. Будем говорить о них, как о четырех функциях мышления в процессе восприятия, обработки и выдачи информации. Согласно методу качественных структур, это можно изобразить следующим образом (рис. 12).

Рис. 12

Теперь о содержательной стороне каждой из четырех функций типа информационного метаболизма.

I функция – аспект организации типа ИМ обозначает консервативное начало, зону уверенности человека. Все, что касается первой функции, человек не подвергает сомнению, легко шутит на тему I функции, так как уверен в этом. Но если серьезно задеть I функцию, человек агрессивно защищает ее, потому что с этой функцией у него связано чувство реальности своего существования.

II функция – аспект функционирования, то, что является выходом, продукцией функционирования нашего сознания. Это творческий элемент, содержанием информации которого человек манипулирует с удовольствием.

Отрицательные высказывания по поводу проявления II функции снижают активность человека, а положительные, наоборот, стимулируют его к деятельности.

III функция играет роль точки координатора и является местом наименьшего сопротивления человека, так как содержание ее связано с оценкой самого себя. Каждый из нас всю свою жизнь бессознательно занят сбором информации на III функцию (об этом нужно все знать, ибо если я чего-то не знаю, я – плохой). Почему именно я плохой – это зависит от содержания III функции. Здесь есть 8 вариантов. Я плохой:

Если на III функцию человека поступает отрицательная информация, пусть даже совершенно случайная, у него возникает реакция избегания, так как это место человеком не осознается и он его не в состоянии защитить.

Например, те, у кого на месте III функции стоит элемент (субъективная сенсорика), склонны к постоянным действиям по укреплению своего здоровья (закаляются, бегают, голодают, дозируют все, что вредно, и т. п.), и это только ради того, чтобы не выглядеть плохим в собственных глазах.

По способу защиты III функции можно определить, активен человек или пассивен. Пассивная защита выражается в демонстрации негативного отношения к себе.

Рис. 13

IV функция – аспект связи, место суггестии, вход, беспрепятственно пропускающий информацию определенного содержания без всякого контроля, ибо содержание этой функции сознательному контролю не подлежит и человек неосознанно стремится попасть в то место, где он получает больше всего плюсов на IV функцию.

На рисунке 13 приведены два типа информационного метаболизма с позиций метода качественных структур.

Если рассечь рисунок горизонтально, то можно заметить следующее.

Интротим обращен к миру экстравертными элементами (для него мир существует как объект), к себе же он обращен интровертными элементами (то есть сам выступает как субъект).

Рис. 14

Для экстратима все наоборот. К миру он обращен интровертными элементами (мир воспринимается им как субъект), к себе же – экстравертными (я – объект).

Если рассечь рисунок вертикально, то получим еще две комбинации функций (рис. 14).

Схема движения информации выглядит так (рис. 15).

В блоке IV функции мы суггестируемся, это информационный вход; далее информация проверяется с позиций языка самооценки (блок III функции отсеивает ту информацию, которая делает человека плохим в собственных глазах); в блоке I функции информация переводится на язык конструкции, и та, которая может конструкцию разрушить, отсеивается или перестраивается, на выходе (блок II функции) информация трансформируется в наше высказывание или действие.

Путь движения информации через блоки функций выглядит так: 4→3→2→1 – все воспринимается через двойное преломление (двойной верт).

Из 8 перечисленных элементов можно составить 24 сочетания по 4 элемента, но жизнеспособными являются только 16. Это следующие сочетания:

Между этими типами существуют вполне определенные отношения, от которых и зависят автоматизмы нашего взаимодействия на уровне личности.

Тип взаимодействия определяется конкретным содержанием элементов всех четырех функций, вступающих в информационный контакт. И ясно, что таких вариантов взаимодействия тоже 16.

Это устройство имеет шестнадцать вариантов и работает в автономном режиме. Создается иллюзия, что это устройство определяет не только то, что названо типом информационного метаболизма, то есть способ восприятия, переработки и выдачи информации. Соционика показывает нам, что мы вынуждены кооперироваться, что единица полного социального типа – это социон – шестнадцать типов, за которыми стоят шестнадцать вариантов автоматической, автономной деятельности информационного метаболизма. В режиме отсутствия наблюдения, и включенного наблюдения, и самонаблюдения в виде рефлексии информационный метаболизм работает автономно, заменяя нам думание. Значит, соционика дает ответ, как будет действовать человек? Нет, это иллюзия.

Одна из тех иллюзий, которые убеждают нас, что мы таким образом можем описать причины, почему этот человек так движется к цели, и на основании этого дать рекомендации, которые будут повышать эффективность. Это было бы возможно, как бы возможно, если не учитывать, что системы ориентирования, а именно система требований и система соответствий, тоже работают практически в автономном режиме.

Отбор действий может совершенно не совпадать с отбором информации. Если информационный метаболизм – это автономный способ принятия, переработки и выдачи информации – пусковой механизм к действию, то система социального ориентирования, имеются в виду системы требований, ожиданий и соответствий, – это метаболизм действий, метаболизм практики: какие действия отбираются, а какие действия отсеиваются. Причем эта система почти не реагирует на обратную связь. Недостижение цели не является информацией, а является нарушением системы ожиданий. А система ожиданий адаптивна по существу своему. На этой системе стоит вся система самооправдания, или, как в старинных текстах написано, самопотакания.

Наши образовательные системы ориентированы на изменение системы ценностей, на изменение описания себя, описания мира, на создание алгоритмов деятельности, технологии деятельности, но это все остается абстрактным и почти неприложимо к конкретному человеку или любому конкретному лицу социальному, потому что это не влияет на системы ориентации принципиальным образом. Поэтому когда мы говорим о трансформации, развитии, если мы говорим об этом ответственно и корректно, то мы прежде всего должны сосредоточить свое усилие на том, чтобы разобраться с имеющимися системами ориентации. Прежде всего с системой требований и системой соответствий. Никто нами не манипулирует. Невозможно манипулировать. Но на нас можно влиять и иногда очень легко. Влияние обусловлено тем, что мы ничего не осознаем по поводу системы ориентации.

Если вы хотите принципиально изменить уровень своей эффективности, не путайте его с уровнем адаптивности. Человек, как известно, имеет огромный адаптивный ресурс. Какая разница между адаптацией и трансформацией или изменением? где критерий? Что такое «изменился человек»? О том, что человек изменился, свидетельствует то, что он по-другому ориентируется и в своей внутренней реальности, и во внешней реальности.

Ключ: внутренний ресурс

Этот ключ тоже связан с таковостью, и он связан с тем, что в любом человеке есть масса содержания социального, в его личности, в совокупности его социальных отношений, которое вообще не попадает ни в категорию родного Мы, ни того Мы, в котором он находится. Это содержание – чужое по отношению к Мы, но родное по отношению к Я. Огромное количество внутренних ресурсов человек тратит на то, чтобы подавить, вытеснить, как-то заместить то, что не входит в Мы, то, что входит в Они. Он стесняется этого, он стыдится этого, он комплексует по этому поводу, он старается это всячески скрыть. Страх самого себя питается из этого источника.

Каким образом практически можно решить эту проблему, снизить уровень страха? Путем расширения Мы, вплоть до полного изъятия Они. Нет никаких Они, есть мы, «человеки», и у каждого человека есть в потенциале то, что есть у другого человека. И все это есть в интернете…

Это мешает деятельности? Я нахожу способ реализовывать это в частной жизни или виртуально. Сейчас интернет – великолепная вещь, можете там реализовать все что хотите, придумали ник, придумали персону, пожалуйста, все свои дурные наклонности реализуйте на здоровье. Интернет – это грандиозное событие в жизни человечества, именно в жизни личностей, если им грамотно пользоваться, потому что это позволяет решить массу внутренних проблем вместо того, чтобы их вытеснять.

Мы знаем, что главное в любом действии – его законченность, не важно, закончил ты его виртуально или поступком, психологически ты разгружаешься. И тогда вы поймете, что это просто выгодно – иметь энное количество персон, энное количество таковостей, то есть выгодно быть игроком. Не притворяться, потому что притворство забирает очень большой ресурс, а играть, и не играть абстрактно вообще, а играть, зная устройство, зная, что такое «я как Мы» и «я как Они».

Играть собой, этой своей частью – это очень выгодно. Выгодно, потому что снимает всевозможные подсознательные конфликты и напряжения, выгодно, потому что, играя, вы нечаянно можете обнаружить у себя какие-то совершенно вам, как вы думали, несвойственные способности, таланты, умения, а они, оказывается, есть. Напоминая себе время от времени, что я как целое – это ноль, это точка, содержащая бесконечность, неисчерпаемая… черпайте грамотно. И чем шире вы воспринимаете свои отношения с Мы, то есть с людьми, чем меньшее количество ваших внутренних потребностей, желаний, намерений, импульсов попадает в вашем собственном восприятии в категорию Они, тем вы свободнее, радостнее, энергичнее и активнее в социальном плане.

И тогда, любя свою личностную родину, откуда вы произошли, вы не попадаете к ней в рабство, вы ее действительно можете любить. А сколько людей ненавидят, не понимая почему, а у скольких людей эта ненависть переходит на личности родителей, и они мучаются: как же так, я ненавижу свою маму?

Три периода жизни

У человека три основных периода жизни: период с доминированием индивидуальности, период доминирования личности и период доминирования сущности, – и, как известно, два наиболее известных кризиса смысла жизни.

В периоде жизни 14–25 человек действует, используя энергию индивидуальности. Энергия индивидуальности – это прежде всего энергия телесности. В данном случае телесность служит уникальности и индивидуальность занята утверждением своей уникальности на базе уникальной телесности. В периоде индивидуальности в определенный момент начинается зарождение будущей личности. В период индивидуальности закладывается структура будущей личности, или персоны. Так же как в период личности закладывается структура сущности (инструментальной).

Личность (25–45) питается энергией Мы и утверждает свою уникальность через таковость.

Сущность (45–65) питается энергией духовной и утверждает свою уникальность через включенность.

Человек может прожить жизнь, поочередно отождествляясь со своими ипостасями, либо он может построить управляющий механизм под названием субъект, который будет в состоянии управлять всей жизнью человека, как целостностью. Твоя жизнь, как твое творчество.

Два кризиса жизни: переход от доминирования индивидуальности к доминированию личности (особенно тяжело переживается женщинами). Переход от доминирования личности к доминированию сущности (особенно тяжело переживается мужчинами).

Личность не имеет Я

Посмотрим на личность и на выделенную для социума ее часть – персону.

Любая деятельность, действия, достижение различных целей в мире людей возможны только через личность, поскольку личность является совокупностью общественных отношений. Личность, кроме того, является центральным образованием современного человека, ибо человек сделан из Мы, ибо он есть человек говорящий, а речь по определению – это конвенция, принадлежность к Мы.

Дело в том, что личность сама по себе не имеет Я. Когда человек говорит «я», имея в виду свою личность, он попадает сразу в очень иллюзорную позицию. Ибо «я» для личности – это совокупность идентификационных признаков. Для внешнего мира личность выделяется среди других по совокупности идентификационных признаков. Сидоров Иван Сидорович, год рождения такой-то, отпечатки пальцев такие-то, форма ушей, родинка на левом плече в виде горошины. Совокупность идентификационных признаков (СИП). К этому человека приучают уже в периоде индивидуальности. Тогда же мы привыкаем говорить о себе «я», полагая, что мы знаем, что это такое. В данном случае для внешнего мира мы отличаемся друг от друга телесностью на уровне индивидуальности и совокупностью идентификационных признаков на уровне личности.

Что такое личность? Это некое множество Мы. Совокупности отношений с разными Мы, из которых человек сделан и с которыми имеет дело, и более ничего. Но понимать, какие именно Мы, какие именно множества активизированы в данный момент, нас никто этому не учил, и у нас нет такой врожденной потребности. У нас есть таковость. К ней мы прикрепляем свое внутреннее опознавание и себя как личность опознаем через таковость «я такой». Человек произносит огромное количество утверждений, в явном или скрытом виде содержащих одну-единственную информацию:

«я такой».

Множество Мы запаковано с внутренней стороны, с нашей личной стороны, в таковость, и поэтому мы имеем возможность воспринимать их как нечто одно. Но это одно только потому, что в этой одной коробке находится много-много всего. Таковость – я такая коробка, а я такая… Предполагая, что у вас внутри что-то одно, очень важно помнить о множественности Мы в вашей личности, вашей таковости.

Для внешнего мира достаточно системы идентификационных признаков, чтобы вычислить вас среди прочих граждан данного государства, данной учетной системы и так далее.

Некоторая сверхзначимость идентификационных признаков – она естественно внедряется, суггестируется человеку, для того чтобы он их не менял, чтобы его опознаваемость была в любом состоянии… «паспорт при себе». Реальное содержание личности никого ни с внешней, ни с внутренней стороны, как правило, не интересует.

А проблема одна: человек же чувствует, что, как только он входит в возраст личности, его становится много – много Мы. С одной стороны, это удобно. Потому что одно Мы говорит: «Все, с завтрашнего дня, то есть с сегодняшнего утра, уже не курю», второе Мы без всяких угрызений совести, потому что они никак друг с другом не связаны, закуривает и говорит: «Да, это неплохая мысль, не хотите подискутировать?» Если мы будем корректно мыслить, то мы можем понять: никакого Я, никакой единичности у личности нет. Личность – это принципиально множественное образование, и это множество состоит не из человеков, а из объединений человеков, из Мы. Человек сделан из людей, на уровне личности это обнаруживается как сделан из Мы.

Если есть возможность быть растождествленными, то мы можем проанализировать содержание личности и выявить, из каких, основных хотя бы, Мы она состоит. Далее мы можем проанализировать, какое из этих Мы наиболее эффективно в той или иной деятельности, с которой я сталкиваюсь. А плата за нежелание признать множественность очень серьезная – это затрудненный доступ к ресурсам.

Есть еще одна грандиозная иллюзия, связанная с личностью. В периоде индивидуальности нет проблем с желаниями. Все умеют хотеть, в смысле желать, поэтому жизнь наполнена переживаниями, все сияет и сверкает. Потом наступает период личности, и мир теряет свою цветность, переживания оскудевают. В чем дело?

Дело в том, что нет у личности желаний. И быть не может, потому что она состоит из Мы, а Мы не строится на желаниях, Мы строится на надо, на конвенциях, интересах.

Конкретное содержание личности

Если есть желание реально повысить эффективность, успешность какой-либо конкретной деятельности, имеются только два пути:

• изменение таковости, что достигается путем всевозможных тренингов;

• более сложный путь – обнаружение конкретного содержания своей личности.

Об изменении таковости мы сейчас говорить не будем. Посмотрим, что нужно для второго пути.

Первое – принципиально понять, принять, согласиться, что то, что внутри коробочки, есть некое множество.

Второе – вспомнить, какие мы решения принимали, одно другое отвергающие? По этим решениям можно определить, какие Мы в нас находятся. Самый простой ход для этого: какое Мы внутри моей личности, скажем, беспокоится о здоровье, а какое Мы внутри моей личности совершенно спокойно ведет нездоровый образ жизни? какое Мы говорит мне, что надо действовать более рассудочно, просчитывать варианты, а какое Мы говорит: да ну, авось да небось! анализируя свои противоречивые решения, можно выявить спектр того, что/ кто там внутри находится.

Обнаруживается очень интересный момент. Поскольку у личности хочу нет, а есть надо, видно, что наши внутренние противоречия, которые мы считаем своими противоречиями, – это противоречия между различными Мы: одно Мы считает, что это надо, а другое Мы считает, что это как раз не надо. Что же мешает произвести этот анализ и увидеть, какие Мы конкретные внутри нас нами управляют? Мешает страх. Страх, что так шизофреником можно стать, произойдет расщепление единой личности на множество подличностей…

Если говорить на уровне личности, в принципе, мы все имеем довольно близкий набор продуктов, за исключением некоторых редко встречающихся специй. Но кроме беспорядочной смеси, «рагу по-ирландски», можно ли приготовить из этого что-то еще? И именно в этом отличие одной личности от другой, в том, что каждый из нас из этого типичного набора приготовит. Не то, что само собой приготовилось, – та таковость, которая образовалась, так сказать, в результате упаковки, когда нас упаковывали в нее, с помощью суггестии, конвенций, табу и прочих-прочих приемчиков, упаковали в такую таковость, – а что можно приготовить самому. Может быть, новую таковость можно приготовить?

Мы можем создавать таковость под задачу, можем приготовить необходимый для эффективной деятельности набор таковостей. Таким образом, для того, чтобы вскрыть содержание личности и проникнуть внутрь упаковки под названием «таковость», необходимо помнить, что содержание личности не единично, а есть некое множество Мы со своими надо.

Личность – это микросоциум. Как и в большом социуме, в индивидуальном социуме существуют и конкуренция между Мы, и иерархия Мы – кто главнее. Личность, если это наш индивидуальный социум внутренний, значит, пирамида.

Значит, 80 процентов нашей персоны – реалисты и моралисты, 15 процентов – это хозяева и 5 процентов – это власть. Вся власть принадлежит 5 процентам. Следовательно, если мы хотим в чем-то в себе (в личности) разобраться, мы должны выяснить, каким Мы или какому Мы принадлежит власть внутри нас. Какие надо? какая система надо? какая система конвенций является реально руководящей силой нашей личности? кто там у нас у власти?

Нас ждут поразительные открытия и свершения. Потому что если мы готовы это осознать, то можно устроить государственный переворот, революцию, перераспределение материальных благ. Я как субъект может взять управление личностью в свои руки. Мало того, оно может создать сверх-Мы не за счет растворения в эгрегоре, а за счет сознательного формирования небольшого, компактного сверх-Мы внутри своей личности. Это вполне реальная и технологически выполнимая задача – создать управляющее Мы внутри своей личности.

Что же мы при этом теряем? Во-первых, мы теряем возможность не думать, не рефлексировать по этому поводу. Во-вторых, мы теряем привычную таковость. А привычка, как известно, замена счастью. Не чему-нибудь, а счастью. «Привычка свыше нам дана – замена счастию она». И мы теряем это автоматическое счастье, которое состоит в том, что я такой, – ничего уж тут не поделаешь, таким родился и так далее и тому подобное, самооправдания, самопотакания… Потому что анализ конкретного содержания личности показывает, что таковостей можно сделать некоторое необходимое количество, а конфигурацию наличной таковости в соответствии с силой своего намерения.

Реализация личности

Если мы говорим об эффективности деятельности, то, конечно, надо прежде всего определить свои Мы. Потом их можно дифференцировать и разобраться, какие Мы наиболее эффективны в той деятельности, которую вы хотите успешно, эффективно реализовать.

Учитывая, что социальная деятельность – это всегда либо соревнование, либо поединок, что тоже соревнование, только с более тяжелыми последствиями, неконкурентоспособные, неспортивные, нечестолюбивые, нерациональные Мы в это дело пускать не стоит. Оставьте их для чего-нибудь другого, для внутреннего творчества, для внутренней работы, а для деятельности, требующей достижения конкретной цели…

Может ли отбор мы проводиться автоматически? Может ли сама цель вытащить из этого ящика соответствующее Мы? Не может. Потому что само появление цели означает, что какое-то Мы жаждет реализации. Если эта цель не порождена намерением субъекта, то тогда это какое-нибудь надо какого-нибудь Мы.

Для максимальной реализации личности необходимо дать возможность реализовываться максимальному количеству Мы. Что полностью противоположно общепринятой социальной установке: сиди в своей таковости с привычным набором социальных ролей и не рыпайся.

Проблема в том, что человек по этому поводу (по поводу множественности своей) очень огорчается, обвиняя себя согласно суггестии в противоречивости, непоследовательности. «а какой же ты на самом деле?» – нам говорят, чтобы мы мучились комплексом неполноценности, мол, мы не соответствуем идеалу, не оправдываем ожиданий единомышленников: одна мысль на всех – единомышленники.

Значит, чем больше мы умеем видеть, понимать и пользоваться большой машиной, социумом как устройством для совместного проживания людей, тем больше мы имеем шансов повысить качество пользования своей личностью. И обратное, чем лучше мы умеем пользоваться устройствами: личность, таковость, персона, – тем эффективнее мы можем пользоваться устройством социальной жизни.

Есть большой плюс в том, что у личности нет желаний. Если мы избавимся от иллюзии, что у личности есть желание, наша личность станет непобедимой. Потому что нет желаний, есть только надо, надобности, интересы. И если вы воспринимаете эти надо не как нечто вынужденное, ужасное, а как часть своей реализации, то в них нет вожделения, потому что нет желания.

Само изделие homo sapiens подсказывает нам устройством личности, правильно подсказывает: нет желаний, и ни к чему они в этот период социальной реализации. Можно совершенно просто в качестве хобби использовать зарождающуюся сущность. У нее есть желания, правда идущие от резонанса с реальностью. А у личности нет желаний и не надо, иначе она будет неэффективной из-за того, что будет пытаться действовать методами индивидуальности. Это всегда смешно, а иногда даже пошло. А иногда трагично. Как говорится, каждому овощу свое время.

Теперь обобщим некоторые моменты, касающиеся личности как системы отношений с социальной реальностью. Итак, личность как объем, нечеткое множество состоит из множества Мы. В процессе социализации из личности выделяется некий объем, границы которого очерчены социальным давлением, – таковость – это та форма, в которой социально-психологический мир согласен нас принимать и использовать. Таковость состоит из набора Мы – представителей тех социально-психологических миров, которые предъявляют к нам системы требований, ожиданий и соответствий.

Таковость – это коробка с множеством Мы. Внешне и внутренне, для себя самих мы представлены как таковость, а не как множество Мы. Мы для себя уже упакованы, поэтому мы можем говорить «я» про личность благодаря таковости. Таковость играет множество ролей.

Роль – это функция таковости. Она либо справляется с предложенной ролью, либо не справляется.

Роль – это внешнее по отношению к человеку. А Мы – это внутреннее. Человек из этих Мы сделан.

Для эффективности в социальной реализации надо научиться определять границы имеющейся таковости, научиться создавать таковость под задачу, иметь ситуационный набор персон. Таким образом, научиться действовать разнообразно, эффективно, то есть играть собою, как продвинутый пользователь этого изделия.

М/Ж, или Можно желать в частной жизни

И еще одно к животрепещущей теме гендерных отношений в социуме. Вопрос полов вообще не имеет отношения к социальному, вообще никакого, это факты частной жизни. И в большей степени жизни индивидуальности, и только. И только. Это природа, мать наша. Социальные союзы типа семьи – это не гендерные отношения, тут половая принадлежность есть большая условность. Социальный союз – это кооперация интересов, а не кооперация желаний. И поэтому любой социальный союз требует осознания в первую очередь взаимного желательно: а зачем мы вместе? Если ответа на этот вопрос нет, все предсказуемо с точностью до 97 процентов.

Раньше было понятно: в основе семейного союза были экономические интересы. Сейчас, с вовлечением всех в производственную деятельность, экономическую, по-разному бывает. И опять же в зависимости от социально-психологического мира разные системы ожиданий, разные системы требований, разные системы соответствий.

«Ну что это за муж?» или «Ну что это за жена?» Вот такой муж, вот такая жена, все хорошо. Они вписываются в свой соцпсих, а вы в свой соцпсих. Можно сколько угодно мыть кости, а толку от этого никакого.

Бо́льшая часть того, что люди привыкли называть «судьба» или «ничего уж тут не поделаешь», – это средство вашего невежества, и все. Нежелание делать усилия и разбираться. Социум не инфернальная вещь, а вполне внятная конструкция с вполне четкими правилами.

Мы – это конвенция, договор, который включает в себя распределение функций, или систему мест, кооперацию, или согласованность действий, и этот договор включает в себя систему ориентации, то есть требования, ожидания, соответствия.

Что такое «Я как Мы»? Это отношение ко всему, что не Я и что я воспринимаю как части себя. Поэтому Я не может заключить договор само с собой. Я свободно настолько, насколько может изменить отношения. Мы говорили об этом: что единственная реальная свобода, которой мы обладаем, – это свобода изменить отношение к чему-либо, к кому-либо. Именно путем отношений Я осуществляется в частной жизни. Определенный социально-психологический мир, определенное Мы создает в человеке знание о конвенциях, правилах, нормах. И эта совокупность усвоенных конвенций определяет личность. Личность как система социальных связей, социальной связности.

А совокупность отношений на базе телесности называется индивидуальностью, а совокупность отношений на базе сознательности называется сущностью.

В Мы нет отношений – есть договор. Отношения существуют как мои отношения к чему-либо, это частная жизнь, поэтому бесполезно думать, как к вам относятся люди, что о вас думает социум. Ничего он не думает о вас, он ждет от вас выполнения договора, требует соблюдать определенные правила поведения и соответствовать своей функции. Если вы отождествляетесь, тогда получается отчуждение сущностных сил по карлу Марксу. Вы начинаете продавать уже не инструмент свой и ресурс, а себя самого. Таким образом, «Я как Мы» и «Я как Они» – это система связей. Поэтому Мы является частью такого целого, как человек, а Я не является частью такого целого, как Мы.

Рис. 16. Я и Мы

Это, может быть, самый главный ключ от квартиры, где бог живет и где он деньги хранит.

Мы. Качественная определенность – конвенция, договор. Функционирование – ожидаемая деятельность от членов данного Мы. Аспект организации – распределение функций, это требование. На этом месте ты должен делать то-то, то-то, то-то. Аспект связи – соответствие данному принципу кооперации, то есть членство. «Член нашего Мы должен соответствовать следующему…»

Я. Качественная определенность по отношению к Мы – отношения. Здесь, естественно, телесность, сознательность, коммуникативность. То есть Я не является частью Мы.

Любое Я не является частью Мы. И человек в целом не является частью Мы. А вот Мы является частью человека. Как говорили древние, человек мера всех вещей.

Мы – это договор. Мы существует, пока существует договор, даже если его не подписал ни один человек. Его качественная определенность – аспект координации. Кто? Что?

«Я как Мы» не есть часть Мы, а есть отношение к Мы и к Они. Как только человек избавляется от тумана, начинает ведать, что он творит, он перестает отождествлять себя с общественным договором: либо ставит под ним подпись, либо не ставит. Если он ставит подпись, он обязуется определенным образом выполнять этот договор. Поэтому жизнь социальная не есть обязаловка, а есть наше присоединение к определенному договору.

Мы можем расширять свое участие в разнообразных Мы вплоть до полного предельного Мы – человечества, и при этом, как все явленное, сохранять определенные границы. Оставаться собой.

Ключи для реальности: отношения с миром

Ключ. Я как инструмент

Ни личность, ни сущность или ментальность, ни индивидуальность не являются частью Я. Это совокупность связей Я с… Таким образом человек в строгом смысле слова является единством субъекта, Я и отношений субъекта и реальности. Это и есть конкретное содержание высказывания: «Я никакой, то есть всякий».

Большинство людей, автоматически произнося Мы, имеют в виду некое множество Я. Отсюда все идеи множественного Я, то есть на самом деле персон, множества персон, или множества социальных ролей, которые я исполняю, но ими не являюсь. Пианист не пианино и не рояль, скрипач не скрипка, они на этих инструментах исполняют музыку. Так и человек как субъект.

Итак, Мы не есть множество людей, подписавших договор, Мы и есть этот самый договор. Потому Мы изучает социология, а Я изучает психология. Тут наука о душе, а там наука о социуме.

Личность всегда будет бороться с сущностью, всегда. Вот не будет такого, чтобы личность успокоилась и приняла сущность, не будет такого.

Значит, чтобы быть эффективными и в отношениях с социумом, и в отношениях с реальностью, и в отношениях с собой, есть один вариант распределения отношений:

• индивидуальность и все, что с этим: аспект организации;

• личность – аспект функционирования;

• сущность – аспект связи;

• а в аспекте координации у нас Я, но не нулевое, а представленное в идеале, – субъект.

Для того чтобы сущность обеспечила нужную мощность, она не должна уклоняться либо в сторону индивидуальности, резонируя только по одному поводу – Мэ – Жо, – или в сторону личности, резонируя только по поводу социального статуса. Она обеспечивает связь между вами и миром, реальностью. Если здесь вы используете принцип резонанса, то, естественно, вы имеете необходимое количество энергии и для личности, и для целого. И в результате получаете не биографию, а бытие субъекта. Чем больше вы питаетесь, удовлетворяете свои потребности за счет резонансной энергии, тем больше вариантов прошлого придумывают люди – для вас. У вас будет десять биографий, двадцать биографий, сто биографий, двадцать пять версий… вам даже не надо беспокоиться об этом. Потому что там пусто, сзади, – придумывайте что хотите. Иногда интересно послушать.

И тогда вы сможете использовать личность во всем объеме, создав необходимое количество персон, необходимое количество таковостей.

Тогда вы индивидуальность сможете сделать с необходимой степенью прочности, чтобы балансировать, для того чтобы был баланс за счет того, что она будет опираться на плоть, а не на организм. И тогда с организмом могут произойти совершенно невероятные вещи.

Сущность, личность и субъект

Ключ к реальности – «пустота», из этой пустоты рождается поток реальности, модулированный содержанием реальности. Мы можем представить это как некие волны, вибрации, на которые реагирует наш мозг.

Из реальности мы имеем некую модулированную энергию, и все. Но с помощью субъекта мы можем эту модулированную энергию превратить в информацию на языке субъекта. Это называется «прямое знание». Но этим знанием невозможно поделиться с другими, потому что это внутренний язык субъекта, это не конвенциональный язык личности. Поэтому существует древнее изречение: «Для усмотрения истины слова не нужны». Слова нужны, чтобы передать эту истину другим, поделиться ею.

Дальше субъект передает информацию следующему дешифратору – личности, и получается информация на языке личности. «Мысль изреченная есть ложь». Потому что здесь слова, а здесь – мысль, то есть содержание. Поэтому слово может быть либо стеной, отгораживающей вас от субъекта и от потока реальности, либо дверью, что даст вам возможность мыслить. Перестает ли человек мыслить, когда он непосредственно резонирует с реальностью? Нет, не перестает, потому что он есть существо мыслящее и этим выделенное из реальности. Мыслит внутренний человек, а рассказывает о своих мыслях личность, внешний человек.

Поэтому и есть в личности штуковина, которая не мыслит, но рассказывает. Что она рассказывает? Она рассказывает, чего хочет, чего не хочет, что ей нравится и что не нравится, что правильно и что неправильно, что надо, что не надо, чего боюсь и так далее. Это информационный метаболизм – система мыслительных (их еще принято называть интеллектуальными) рефлексов, создающая возможность умозрительного мышления, умозрения, то есть автоматического информационного обслуживания наших потребностей. Это не то же самое, что мыслить, вступать во взаимоотношения с реальностью. К реальности информационный метаблизм не имеет отношения. Информационный метаболизм имеет отношение только к потребностям личности человека. Всегда о себе, любимом. Так действует одна из главнейших у человека систем – самосохранение. Ее информационная составляющая и адаптивный ресурс. Поэтому мы можем сказать так: есть умозрительное мышление, оно же умозрение, оно же интеллектуальные рефлексы, – это и будет информационный метаболизм. Назначение его – обслуживать наши потребности, – поскольку мы не можем получить ресурс для удовлетворения потребностей напрямую…

Следующее – это субъект, внутренний человек. Он мыслит, у него есть интеллект. Как мыслит, такой и интеллект. Но мыслит. Если не мыслит, то это уже не субъект.

А мыслит он, переводя информацию, передающуюся вместе с модулированной энергией реальности на внутренний язык, а потом личность, что переводит в слова и картинки. Возможности интеллекта полностью определены структурой пространства сознания. В строгом виде, как мы понимаем, внешний человек в интеллекте не нуждается. Ему его информационный метаболизм заменяет. В интеллекте нуждается внутренний человек.

Итак, наш мозг получает информацию в виде модулированных вибраций, и все это поступает в базовую память в основном в нерасшифрованном виде. Что же за СКО образуется в памяти из этой нерасшифрованной вибрационной модулированной энергии? Естественно, образуется отдельный объем, в котором нет слов, в котором нет структур, добавленных человеком, который существует в базовой памяти в виде, образно говоря, «облака» – в виде нечеткого множества. Это «облако» – сущность.

Имеем ли мы доступ к ней? Да, естественно, через пространство сознания. Количественная часть сознания с помощью слов все-таки какую-то часть информации сущности дешифрует, иначе бы у нас не было никаких шансов на интеллект, никаких шансов мыслить. Строго говоря, именно вокруг процессов, связанных с тем, что человек мыслит иногда, и образуется зародыш того, что мы называем субъектом.

Внутренний человек существует, это часть необходимая, ибо невозможно сделать внешнего человека, не сделав при этом внутреннего, хотя бы в минимальном объеме. Мозг ведь получает еще информацию и от плоти, которая суммируется, а плоть получает информацию в виде модулированной энергии. Часть ее расшифровывается органами, так у нас появляются больно, приятно, неприятно и так далее – для этого мозг имеет специальные центры. Когда сумма поступающих от реальности сигналов превышает критическую, тогда включается центр агрессии, защита опять же, самосохранение.

Личность, которая социализирует по возможности все процессы удовлетворения потребностей и на базовых потребностях выращивает букеты потребностей потребительских, тоже использует информацию плоти, переводя ее уже в слова о том, что происходит внутри изделия и внутри личности. Это та часть информации, которая имеет отношение к внутренним происшествиям в индивидуальности и личности.

Если внутренний человек развивается интеллектуально, то, постепенно кристаллизуясь, образуется первичный субъект. С развитием мыслительных процессов этот первичный субъект время от времени мыслит, а не только обслуживает потребности и таким образом получает возможность доступа к информации сущности. Мы можем себе это представить следующим образом. Если личность образуется вокруг изделия, то субъект образуется внутри сущности, образно говоря, потому что это все пространственные категории. Образно мы будем говорить: вот изделие, а вокруг него виртуальность под названием личность, совокупность отношений с социальной природой. И также вокруг изделия как совокупность отношений другого рода с природой биологической. Вот сущность, внутри нее начинает кристаллизоваться первичный субъект, и потом постепенно при благоприятных условиях он растет.

Будучи по определению образованной из информационно-энергетического материала, а не из плоти (плоть в данном случае только привязка к мозгу как принимающе-передающему и дешифрующему первично на язык плоти устройству), сущность в себе содержит потенциал отдельного от плоти существования. Отсюда весь материал человеческой культуры, связанный с энергоинформационными существами. Понятие о бессмертной душе, что тело, плоть, а вместе с ней и личность умирают, а сущность как бы продолжает быть.

Такие версии в разном изложении, в разных системах образов существуют. Так эмпирическое знание и современная наука, изучающая мозг, встретились наконец. Встретились в том, что у человека есть система непосредственного взаимодействия с реальностью и что эта система представлена в пространстве сознания энергоинформационной целостностью, внутри (как бы внутри) которой путем постепенного введения туда мыслительных структур формируется субъект, который может непосредственно воспринимать эту информацию на своем субъективном языке, а далее частично или полностью переводить это на язык личности, то есть в текст.

Так что, когда Тесла в некоем пространстве пустом обнаружил информационный центр Вселенной, как он его назвал (помня о том, что у нас внутри вселенная тоже), возможно, он соприкоснулся со своей сущностью. Потому что сущность содержит информацию максимального объема. А первичный субъект из этого извлекает, что называется, осознает 5 %, как утверждает а. Менегетти. Сущность это и есть бесконечный океан знания и силы, лежащий позади человека.

Благодаря ей мы можем не только бессознательно, случайно, но и сознательно, направленно резонировать с чем угодно, с кем угодно, теоретически в любом объеме, поскольку сущность содержит в себе информацию обо всей доступной для данного человека реальности. Благодаря ей мы действительно живем во Вселенной. Различные свойства сущности на протяжении всей истории вида homo sapiens исследовались, пробовались с разных сторон, так сложилось все то, что называется «эзотерическое знание».

Три блока жизни

Очень важно иметь системы ориентирования по отношению к жизни в целом, к осуществлению себя-человека во внешнем мире, а также по отношению к самому себе. Предлагаю такой подход: разбить весь процесс жизнедеятельности на три блока.

Первый блок: частная жизнь

Частная жизнь — Я как Другой. Знаменитый европейский private. Что такое частная жизнь? В частной жизни «я» – это мои «хочу» – это главный принцип частной жизни. Поэтому частная жизнь описывается моими желаниями, моими «хочу» и возможностью или невозможностью их удовлетворения. Главный принцип частной жизни – это желания. Желания реализуются через отношения, которые часто и показывают, как человек пытается другие зоны жизни превратить в частную жизнь. Так многие люди пытаются решить свои социальные проблемы, свои профессиональные проблемы, свои духовные проблемы… «частным порядком».

Частный человек центром своего мира воспринимает, естественно, самого себя. Он разумный эгоист. Разумный, потому что для реализации своих желаний он маневрирует среди желаний других, строит системы отношений с желаниями других, и в этом смысле он разумен.

В частной жизни человек начинает строить систему отношений всегда с того, что предъявляет свое описание себя, настаивает на нем. И в этом месте часто бывает неразумен. Ибо, сталкиваясь с другими описаниями самого себя, описаниями себя с позиции других людей, он это либо игнорирует, либо пытается все-таки настоять на своем описании, либо разочаровывается в этом человеке и ищет другого, который будет согласен с его описанием самого себя. Ему не нужен другой как Другой, он сам Другой – Я как Другой. Поэтому другой человек – всего лишь моя проекция. Он должен соответствовать моему описанию. А поскольку мое описание Другого не может в корне расходиться с моим описанием меня как Другого, то в общем все люди в принципе должны и в некотором роде даже обязаны быть такими, как я.

Во всяком случае, человек сознательно или бессознательно именно так и начинает свои отношения с людьми в зоне частной жизни. С осознанного или неосознанного предположения, что другие, собственно говоря, ничем особо не отличаются. Дальше уже вопрос гордыни, уровня притязаний – может быть, отличаются: чуть-чуть глупее, чуть-чуть менее талантливые, чуть-чуть менее понятливые, обычно в эту сторону. Вряд ли они отличаются особой талантливостью, особой гениальностью и так далее, потому что я же такой, а я и есть точка отсчета.

В этом нет ничего плохого так называемого или хорошего – это так. И если вы непредвзято попробуете посмотреть с этой точки зрения на совокупность своих «хочу», то обнаружите через них все остальное. А если вы будете достаточно внимательны, то пусть не у себя, но хотя бы у других заметите, как они начинают отношения с вручения вам своего описания себя.

Раз в частной жизни все идет от «хочу», то огромную роль играет наличие или отсутствие мотивации. То есть «хочу» – это «хочу» направленное на какую-то ценность: хочу + ценность = мотив. Вот формула частной жизни. Именно в этом месте наши желания обрекают нас, согласно Будде, на постоянные страдания. Почему? Потому, что всякое, даже реализованное, желание вместе с реализацией исчезает. Пока хочу, страдаю оттого, что нет, когда получил, страдаю оттого, что уже не надо этого хотеть. Поэтому частная жизнь большинства людей протекает в бесконечных страданиях, тем более что в большинстве идеологических миров страдание объявлено плюсценностью. Страдающий человек – молодец. А человек, который выходит и говорит: «Я счастлив», – вызывает как минимум легкое недоумение: не то у него что-то нехорошо с интеллектом, не то он что-то хочет нам всучить, обмануть и так далее.

Но это не означает, что частная жизнь обречена на страдания всегда. Если она осознанна, тогда, используя тот же разумный эгоизм, помнить нужно один-единственный принцип: Другой – это Другой. Тавтология, казалось бы. Но на самом деле для того, чтобы частная жизнь, жизнь, связанная с реализацией своих личных «хочу», оставалась ясной, прозрачной и радостной, нужно одно-единственное: научиться воспринимать другого человека как Другого, как реально Другого (это очень просто звучит и очень непросто воплощается) и строить отношения с другим человеком как с Другим. Эти отношения будут приносить гораздо больше радости, чем отношения, которые возникают, исчезают, складываются, не складываются. Осознанные отношения могут быть в достаточной мере стабильными и позитивными.

Должен отметить одну небольшую особенность частной жизни: в ней нет цели. Цель – это что? Это некая деятельность по достижению некоего результата. Частное отношение не деятельность, это некое состояние между тобой и другим человеком, между тобой и мирозданием, это некая связь. Цель – это вектор движения к цели, а отношения – это связь. И именно отношения, потому что они связь, ограничивают свободу для. Потому что, заметьте, мы часто рвем отношения только потому, что начинаем их воспринимать как зависимость. Это не зависимость, это просто связь.

Еще раз: в частной жизни нет целей и поэтому нет сознательного движения к конкретной цели. «Я хочу» не может служить основанием для насилия над собой, которое требуется для того, чтобы осуществлять целевую деятельность. Чтобы двигаться к цели, надо все этой цели подчинить. Как же я все подчиню цели, если я сейчас хочу этого, а потом этого, а еще этого, а еще этого… какие же это цели? Это некая совокупность желаний. Я хочу, чтобы мои желания сбылись (заметьте, слово какое: «сбылись» – пассивная позиция), осуществились. В русском языке специальная форма такая: чтобы желания сбылись, осуществились. Пусть сбудутся сами по себе все твои желания! бойтесь своих желаний, ибо они исполняются. Опять независимость желания от того, кто желает. Собственно, бо́льшая часть учения Будды фиксирует этот момент: что желания, возникнув, не зависят от нас. Мы не говорим: реализовать желание. Это нонсенс получается. Желание должно сбыться. Как бы само. Желание как бы обладает собственной энергией (так мы, во всяком случае, привыкли), но, именно обладая собственной энергией, оно не зависит от того, кто желает.

Есть очень простой способ избавиться от желаний: достигать их реализации. Они перестают быть желаниями, они превращаются в работу. Но наше сознание не принимает органично такого факта, что реализация желания – это работа. Тогда это не желание. Желание должно сбываться. Да, я могу что-то сделать для того, чтобы мое желание сбылось, но это не есть движение к цели, которое всегда работа, устремленность, намерение. Так что выбирайте сами: не реализовывать желания? ждать пока сами сбудутся? Что делать-то или не делать? Частная жизнь основывается на опыте периода индивидуальности и поэтому носит такой «пожелательный» характер.

«Я желаю счастья вам, счастья в этом мире большом…» Что касается воздействия на частную жизнь извне, оно идет по линии предложения извне ценности, порождающей мотивацию. Ваше желание, жаждая сбыться, ищет ту ценность, которой ему надо обладать, для того чтобы почувствовать, чтобы желание реализовалось. Подача в частный мир извне ценностей и есть способ управления частной жизнью человека.

Стандартный набор ценностей человек усваивает еще в детстве. Этот стандартный набор ограничивает наши желания и их реализацию. И если человек страдает оттого, что желания не сбываются, он готовый объект для грамотного внедрения в его частную жизнь новых ценностей, которые по эффекту новизны вызывают бурное рождение разнообразных желаний и разнообразных мотиваций.

Второй блок: социальная жизнь

Социальная жизнь – Я – как Мы. В ней нет желаний. А есть интересы, цели и, естественно, борьба интересов и конкуренция в достижении целей. Потому что цели могут совпадать, а интересы при этом преследуются разные.

Поскольку здесь наличествуют цели, то наличествует и специфическая деятельность по их достижению, то есть то, что мы привыкли называть работой. Здесь действуют почти все известные законы социальной психологии, и прежде всего закон соотношения уровня притязаний и уровня ожидания. Собственно говоря, социальная зрелость, с моей точки зрения, – это осмысленное отношение к соотношению между своим уровнем притязаний и уровнем ожиданий.

Уровень притязаний – это желаемое будущее или планируемое будущее. Человек говорит: «Я хочу (языком частной жизни) быть миллионером». Как уровень притязаний это притязание на определенный доход или на определенный капитал.

Уровень ожидания – это сколько я от себя готов потребовать ради достижения данной цели. Сила потребности равна величине препятствия, которое человек (или не человек, животное) готов преодолеть ради удовлетворения этой потребности. Поскольку цель не всегда совпадает с ценностью и даже модно говорить:

«Деньги – это только средство», «Деньги для меня – не цель» (представляете, какой это будет бизнес: деньги – не цель?). А что? Если цель – иметь миллион. «Это я не просто, а ради более высоких целей». Так к какой же цели ты движешься? Откуда ты знаешь, что для нее нужен миллион?

Есть простое правило: цель может быть сформулирована только в трех категориях: слава, власть, деньги. И уровень притязания должен быть четко обозначен, иначе это не цель, иначе это «хотелось бы», а значит, неконкурентоспособно. «Хочу» в мире социальном неконкурентоспособно, потому что вряд ли вам удастся превратить в частную жизнь достижение мало-мальски значительной цели.

Хорошо, если вы сформулировали цель точно:

• «Хочу быть первым парнем на деревне» – мой уровень славы;

• «Хочу, чтобы у меня в подчинении было три человека» – мой уровень власти;

• «Хочу, чтобы мой годовой доход равнялся ста тысячам рублей» – мой уровень материальных претензий.

По ходу работы по реализации достижения этой цели может возникнуть ощущение, что я мало себе спланировал. Мировой опыт бизнеса, вообще социальной конкуренции показывает, что если, не достигнув намеченного уровня, человек пытается его скорректировать в сторону повышения, то он в итоге не получает ничего или значительно меньше первоначально установленного для себя.

Я поставил себе цель заработать в этом году сто тысяч долларов. Я начинаю двигаться к этой цели согласно той технологии, которую я использую, и все у меня получается: плюс, плюс, плюс… И я чувствую: что-то я мало заказал. Давай-ка я в этом году заработаю двести тысяч. А полдороги, пройденных до ста тысяч? Это значит – надо отказаться от этой полдороги и начать с нуля двигаться к тому, чего захотелось больше. Цель изменилась, значит, все движение к предыдущей цели обнуляется.

Таким образом, социальная ориентация, или, говоря другим языком, осознанность социальной жизни, начинается с осознавания цели. Поэтому наиболее эффективным способом существования в социальной реальности является целевое бытие – концентрация и подчинение, в том числе если это необходимо, и элементов частной жизни, подчинение целевой деятельности. Отсюда и постоянная конкуренция в сознании отдельно взятого человека: между желанием (того внутреннего Мы, к которому он принадлежит) определенного уровня социальной карьеры, материального дохода, славы и власти и частной жизнью.

Ведь многие люди только делают вид, что огорчены своей социальной несостоятельностью, а на самом деле в них по-прежнему доминирует частная жизнь. Они очень любят говорить: «а много ли человеку надо?», «Мои желания далеко не распространяются». И удивляются, что они в итоге оказываются совсем в другом Мы, чем предполагали.

Цели определяются тем Мы, с которым в социальном своем аспекте отождествлено ваше Я – Я как Мы. Человек, либо находящийся в периоде социальной конкуренции, либо отождествившийся и забывший про частную жизнь, начинает не с описания самого себя как Другого, а с описания самого себя как Мы. Он начинает вручать другому человеку при контакте описание своего Мы. В речи это очень заметно: «Мы тут подумали и решили»; «а у нас так не принято»; «а не кажется ли вам, что мы более правы?» или «Вы же знаете наших? Стоит ли связываться?»; «Ну что вы, мы всегда признавали ваше превосходство!» – и так далее, все эти маневры. Но это маневры не между людьми отдельно взятыми, конкретными, это маневры между Мы и Мы, это борьба интересов различных Мы, представленных через конкретного человека в его социальной ипостаси, в его личности и персоне.

Если вас вдохновляет социальная деятельность с максимальным результатом, так будьте добры сформулировать цель и ясно осознать последствия своих решений. Большинство людей не желают этого знать, вытесняют по той простой причине, что смелость сказать самому себе, что я не хочу быть знаменитым, я не хочу быть по-настоящему богатым, я не хочу управлять тысячами людей, социум фиксирует как минус персонально единичному человеку. Ведь он заинтересован в том, чтобы конкуренция была как можно более жесткой, с одной стороны, а с другой стороны, чтобы рабочей силы хватало и на роль Второго Могильщика, а не только на роль Гамлета, Офелии, Гертруды… И это противоречие – двигатель цивилизации. Но оно есть.

Теперь о свободе в социальной жизни. Как один из мощных стимулов свобода в данном случае предстает как свобода от. Поэтому оценка, внутренняя, глубинная оценка человеком степени своей свободы зависит в социальной жизни от того, насколько он освободился от той или иной зависимости. Скажем, освободился от бедности, от зависимости материальной, от необходимости подчиняться, от вынужденности бояться того же самого подчинения, от страха сколько начальников над ним, сколько подчиненных под ним и так далее.

В частной жизни с этим связано то, что когда мы пытаемся перенести этот принцип социальной жизни в частную жизнь, то мы теряем ее, потому что отношения – это всегда связь, а связь – это зависимость. Быть свободным от частной жизни – это значит остаться одному. Что, кстати, многие и делают.

Третий блок: бытийная жизнь

После периода целевого бытия (в период личности и социальной реализации) может наступить период целокупного бытия (в так называемом периоде сущности) – баланс между внешним и внутренним человеком. Назовем эту часть нашей жизнедеятельности бытийной жизнью — Я как Я.

Оказывается, у всех людей есть бытийная часть жизни. И в основе бытийной части жизни лежит так называемая самотождественность. Что такое самотождественность? кто делает такое заявление: «Это мое Я»? кто говорит: «Я – это я»? кто говорящий? Вроде бы никто. Но оказывается, очень даже кто, просто его зовут никак. Из экспериментальных данных, а также эмпирических наблюдений древних известно, что каждую одну десятитысячную секунды наш мозг отключается от внешних стимулов и полностью переключает всю свою деятельность на самого себя.

Благодаря этому человек, про которого говорят:

«Он потерял память, он ничего не помнит» – все-таки помнит, что это он ничего не помнит. И пока самотождественность существует, пока нет таких органических повреждений мозга, которые разрушают этот механизм, человек знает в предельном случае хотя бы одно: что это он ничего не знает, он ничего не помнит. «Я потерял память!» – и переживает по этому поводу. Но если это «он» потерял ее, то чего он переживает? Потому что он не может потерять всю память, он может потерять все что угодно, кроме самотождественности.

В традициях духовных экспериментов над самим собой, связанных с теориями развоплощения, в которых воплощение есть падение, больше всего энтузиазма и негодования связано именно с этим. «Я уничтожил свое эго, я уничтожил Я как Мы. Я отказался от желаний, от частной жизни. Я уничтожил Я как Другой». Но куда деть Я как Я? Самотождественное – это и есть то, что во всяких текстах называется «чистое Я». Я, у которого нет никаких определений, кроме того, что это Я. Я как Я. Всё. Другого описания этого не существует, ибо это защищено максимально от вмешательства нашего осознавания. Это та самая точка, которая нигде и везде, без которой нет человека. Без всего остального он есть. Можно даже помыслить теоретически отсутствие тела…

Воплощаться – смысловой аспект

Простое утверждение: «Я – это я» – это и есть наша самотождественность. Есть ли цели или желания у нашей самотождественности? Поскольку, чтобы мыслить о чем-то, нужны какие предикаты, то мы формулируем, что Я как Я имеет некое желание, намерение, тенденцию, необходимость быть. А что такое быть? быть означает воплощаться. А что такое воплощаться? Это двигаться из хаоса в гармонию, из бесформенности в форму. Хаос человек воспринимает как зло, гармонию – как добро. Как видите, бытийная часть жизни есть у всех, ибо у всех нас в явном или скрытом виде существует свое представление об абсолютном добре и абсолютном зле. Мы как-то это усвоили в процессе социализации. Если мы не усвоили склонность к философским обобщениям, то это у нас есть бытовые «плохо – хорошо», «свет – тьма», «добро – зло» и так далее, то есть некая дихотомия: «верх – низ».

В этой дихотомии располагаются все наши оценочные суждения, ибо ценность, ценностное восприятие мира есть оценочное восприятие. Все, что для нас есть, имеет ту или иную оценку и располагается в нашей системе ценностей либо со знаком «плюс» как добро, либо со знаком «минус» как зло. Из этого мы строим следующую иерархию: то, что надо, и то, что не надо. А без наличия факта самотождественности мы не могли бы построить никакого отношения к миру, потому что некому было бы строить.

Бытийная часть жизни позитивна, конструктивна по определению. Ибо она задает бытийно-смысловой аспект индивидуального существования человека. Поэтому, какую бы картину для описания мира мы ни использовали, на самом деле мы все – антропоцентристы. В центре нашего персонального мира находится то самое Я, про которое ничего сказать нельзя, кроме того что оно есть. То самое, которое дает возможность сказать, что оно есть.

Изделие homo sapiens столь великолепно и величественно, потому что самотождественность рождает бытийную, смыслопорождающую часть нашей жизни, с одной стороны. С другой стороны, дает возможность создания всех остальных Я. Действительно, у человека множественное Я:

• для частной жизни одно: Я как Другой, Я хочу;

• для социальной жизни Я как Мы, мне надо;

• для бытийной части это Я есть я, являющееся центром координат для главного, смыслопорождающего инструмента – ценностной структуры и возможности ценностно относиться к миру.

Сатанисты, например, веруют, что все должно вернуться в хаос, дематериализоваться, что человек должен развоплотиться и слиться с реальностью, которая – хаос, из которого все вышло и в который все должно уйти.

Так называемые белые, светлые, служители света веруют в то, что мир воплощающийся – это главный смысл существования мира. Суть состоит в том, что воплощение – добро и участие в этом воплощении есть реализация духа, реализация божьего замысла, что это движение к некоторой цели, к богочеловеку, к богочеловечеству, к абсолютной гармонии и т. п.

Так называемые огненные рассматривают этот мир как результат трансформации хаоса в порядок благодаря двусторонней силе огня. Огонь в данном случае выступает символом не добра и не зла, а символом баланса между хаосом и гармонией, между «распаковкой», развоплощением, и «упаковкой», воплощением.

Свобода в бытии

Каким же образом бытийная часть нашей жизни как устройство нам дана? Она не сделана, а именно дана. Дано человеку разделять на «да» и «нет», на «свет» и «тьму», на «правильно» и «неправильно», то есть дихотомически видеть мир. Каким образом это дано? как здесь проявляется свобода человека? Свобода выбора между «право – лево», «верх – низ». Это и есть самая знаменитая свобода воли.

Если в социальной жизни это свобода от – освободиться от внешних зависимостей, максимально от внешнего обусловливания, в частной жизни это свобода для того, чтобы изменить отношение, то в бытийной части это свобода выбора. О наличии этой свободы большинство старается не знать, потому что свобода выбора – это ответственность.

Но свобода выбора – это свобода выбирать Мы при осознанном отношении, это свобода перемещаться в социальном пространстве. Это божия свобода. Бог не выбирает – он равнодушен. Но человеку дана такая возможность – выбирать. Если он ею не пользуется, тогда он полагается на какую-то внешнюю волю, волю бога, волю Мы, названий много. Но ты один на переправе, это все равно твой выбор, потому что, если бы не было этой возможности выбирать, ты бы не смог даже присоединиться к чужому выбору.

И самое главное: есть возможность совершить выбор по отношению к самому себе. Ибо понимаешь, что то, что ты называешь «я сам», – это не есть Я. «Я сам» – это то, что мое. Все, что в тебе, в том, что у тебя есть, ты воспринимаешь как свое – это одна часть тебя, а то, что ты воспринимаешь как не твое, – это другая, отчужденная часть опять же тебя. Поскольку и то и другое – ты – в себе, в тебе, во мне. Предельное утверждение: это мое Я. Я – это Я, это мое Я? С вопросительным знаком уже воспринимается как знак нарушения функционирования сознания. Итак, мое во мне – это та часть, которую я принимаю. Мое – это плюс. Не мое во мне – это, естественно, та часть, которую я не принимаю, это минус – источник страданий. Это выбор.

Как бывает? Что-то во мне есть хаос – и это не мое, что-то от меня не зависит – это не мое, что-то мне не нравится – и это не мое. Тут соединяются все отношения: частные, социальные, бытийные – образуется целый человек, разделенный в себе самом на «мое» и «не мое». У нас есть шанс вернуть себе целостность, приняв, что все, что во мне, – мое (что с этим делать – это следующий вопрос) и все, что во мне, – не мое. Или можно сказать, например: гены, общество, родители, время – это все не мое. А что тогда мое? Да ничего у меня моего, кроме меня самого. А кто такой я сам? Ноль – самотождественность. Человек так не может к себе относиться. Это уже тоже считается болезнью – полное отрицание себя патологией считается. Хотя, в принципе, почему нет? Выбор.

Что для нас здесь важно? Что мы дифференцировали выборы. Та же система координат, потому что кроме «мое» – «не мое» есть еще «мне надо» – «не надо». И заметьте, одну операцию человек не может произвести – сказать: «Ничего нет во мне». Во мне всегда есть нечто, которое называется Я, «я сам». И это, что во мне есть, при мне есть, – это либо мое, либо не мое. Но в центре системы координат ноль. Это предпосылка для создания управляющей целостности, то есть функциональной целостной системы под названием субъект, в старинных текстах Хозяин. Жить надо, в силу того что я не могу избавиться от желаний, я не могу избавиться от целей, я не могу избавиться от потребностей, потому что потребности – это тоже механизм, данность. Помните базальные потребности? Это данность.

Вот сейчас люди изо всех сил стараются избавиться от потребности в эмоциональном контакте, потому что это как бы мешает, беспокоит. Но не получается. И даже эти самые мифологические индиго, мечта такая, абсолютно рациональные, у них тоже есть потребность в эмоциональном контакте. Не знаю, может быть, те, кто будет рождаться из пробирок, не будут иметь этой потребности, но поскольку пока что все вызревают в чреве матери, в чреве живого, потребность в эмоциональном контакте формируется еще на ранних стадиях эмбриогенеза.

Жить надо, а как жить, каждый выбирает сам.

Духовность начинается с выбора

Остается выбор. Духовность начинается с того, что эта проблема решается одним ударом. Вернее, есть два способа, но каждый в один удар.

Один способ: твое только то, что не гибнет при кораблекрушении. Все не твое, включая и самотождественность – она тоже не твоя. Действительно, какая она твоя, если она существует независимо. Дальше следуют различные предложения, как с этим быть, пребывать в мире стоит после этого или нужно как-то красиво исчезнуть, развоплотиться?

Второй способ тоже в один удар: все твое. И тоже один вопрос: как с этим быть? Первый вопрос духовного развития, или бытийной самореализации, – это вопрос целостности. Ибо целый человек подобен богам.

Идея богочеловека и богочеловечества – это мышление целого, которое решило, что «все мое» и этот мир – мой, раз я его воспринимаю. И тогда сам факт существования меня и мира – абсолютное добро. А если все – «не мое», то сам факт существования меня и мира есть абсолютное зло. Поэтому надо все это развоплотить в пыль, вернуть в хаос.

С таким абсолютным выбором жить трудно, поэтому дальше начинаются манипуляции. Вместо абсолютного зла под названием «не мое» и абсолютного добра под названием «мое» появляются понятия совершенства и несовершенства, греха и добродетели, и человек из человека превращается в поле боя внешних сил. Он исчезает. Но с него спрашивают: его душу захватил Сатана – он виноват. Сатана не виноват, у него работа такая. Такая логика. Победил бог, свет, добро – молодец человек. Но борются-то на моей территории… ах, она же не моя! Она их территория. Они борются, а спрашивают с гипотетического меня. Что у меня возникает? Чувство вины, чувство несовершенства, неполноценности. Есть все предпосылки для управляемости.

Меня лишают бытийной части моей жизни, переводят все на социальный язык: цели, достижения, иерархии, победители, проигравшие. Я не богохульствую, я говорю о том, как рождаются из бытийной части человеческой эти идеи. И показываю, как социальная часть жизни нейтрализует бытийную, переводя стрелку с проблемы выбора самого человека к проблеме нахождения человека между двух борющихся сил, по отношению к которым он инфернально зависим, по принципу «наш – не наш». Если человек уклоняется от выбора, то лишается возможности использовать бытийную часть своей жизни. А раз он не может ее использовать, то она вытесняется.

Хотя в скрытом от осознавания виде все равно присутствует. Ведь самотождественность никуда не денешь, и всегда у любого человека есть свое добро, свое зло, свои надо и не надо, хорошо и плохо. Но они скрыты и бессистемны. В культурном наследии человечества среди различных философско-практических идей существует на первый взгляд для европейца странная идея, великая идея пустоты. Откуда она взялась? конечно, из того, что самотождественность – это пустое Я. Из этой пустоты появляется весь огромный мир человека. Каким же образом он появляется? Попыткой преодолеть дихотомию, вернуть целостность.

Основание рациональной веры

Можно ли преодолеть дихотомию не таким путем крайностей, как «все мое» или «все не мое»? Можно. И это будет основанием рациональной веры, или, как говорят в древних текстах, осознанной веры. Для этого надо утвердить, привязать все свои Я к нулю, то есть к самотождественности. Тогда нет ни добра, ни зла – до совершения выбора. Тогда нет «надо» – «не надо» – до совершения выбора, до начала деятельности. Тогда нет «мое» – «не мое» – опять же до совершения выбора. Это чистое бытие, нирвана, говоря красивыми словами наших далеких предков, когда все Я привязаны к нулю. Я – никто, и зовут меня никак. Когда в центре нашего самоосознавания, а соответственно, и в центре нашего мироосознавания находится пустота, пустое Я. Все Я – пустые.

Дальше создается соответствующее описание мира, в центре которого – пустота. И дальше формула просветления: движение целого в целом, в точке нулькоординатора, то есть пустого в пустом. Мир абсолютно проницаем, абсолютно процессуален.

Этого нельзя хотеть, этого невозможно хотеть.

«Я хочу в центре своего мира поставить пустое Я», – сказать так можно, только от этого ничего нигде не изменится. В этом нет потребности, потому что самотождественность функционирует сама по себе. Значит, это что? Вопрос веры. Я из всего выбрал, осознанно поверил через рациональный анализ устройства, данности, что такой путь самостроительства наиболее мне подходит. Я верю в то, что это наиболее эффективно для меня. Природе все равно. Природа сформулирована в Ветхом Завете: плодитесь и размножайтесь, – все. Вас выгнали из рая – попробуйте построить его на земле.

И тогда мы можем вспомнить две, три, четыре истории про мастеров разных традиций древности, которые выходили на площадь, или на трибуну, или на кафедру и говорили: «Я – бог!» Их четвертовали, сжигали на кострах, убивали, мучили перед этим, чтобы отреклись. А что они такого говорили? Они говорили: «Я (пустота) есть путь и истина, и не знающий меня ничего не достигнет». «блаженны нищие духом (чего ж более нищего то?), ибо их есть Царствие небесное». Игольное ушко. Пропасть между мирами, куда надо проникнуть однажды, – вот она, пустота, пустое Я. Но именно благодаря наличию этой пустоты мы можем создать Хозяина своего мира. Называть его можно Хозяином, можно субъектом – не важно. Важно, что он – это функциональная система достаточного уровня сложности и автономности, которая в состоянии управлять, трансформировать, если есть такое намерение, ремонтировать хозяйство, которое называется «это я сам».

Это основное намерение всех технологий внутреннего развития Я, включая даже традиции развоплощения. Развоплотиться тоже невозможно, оказывается, если нет такого Хозяина. Если нет Хозяина, то человека, обладающего свободой выбора, тоже нет. Потому что он как бытийное существо присутствует только в виде самотождественности. Все остальное с ним случается. Человек пытается задним числом так или иначе объяснить случившееся, но, как известно, борьба за прошлое – самое бесполезное из всех бесполезных занятий, потому что прошлое уже состоялось.

Говорят, анализируя прошлое, надо сделать для себя выводы, нацелить их в будущее… Для чего? Чтобы не совершить тех же ошибок. Но мы совершим новые. Это же следствие, а не причина. А причина – есть ты. И может реализовать ее Хозяин твоего хозяйства. В наличии ты, твое хозяйство, и у твоего хозяйства есть Хозяин. Встает вопрос: как быть действительно действующим лицом, как научиться делать, совершать выбор и отвечать за все последствия, принимать последствия и таким образом корректировать свою деятельность по результатам тех сцеплений событий, которые ты же и породил или в которые попал?

Наиболее распространенный случай. Человек говорит: «Я этого не хотел». Начинаем анализировать, откуда это, то, что он не хотел, взялось. Оказывается, он совершил такой-то поступок, или сказал такие-то слова, или так-то эмоционально отреагировал в такой-то ситуации… В результате… И дальше показываешь ему, что все это последствия его конкретного действия: «Я этого не хотел». Конечно, не хотел – ибо не ведал, что творил.

Вы хотите ведать, что творите? Я бы подумал. Я так и сделал: я однажды подумал, хочу ли я ведать? Потому что если ты захотел, решил так, такое намерение сформировал, то вначале это как у той сороконожки: что делает тридцать девятая нога, когда вторая левая идет вперед.

Свобода для – величие человека

Человек имеет свободу для – свободу выбирать, потому что будущее принципиально множественно. Желая уйти от свободы для, мы создаем гарантированное будущее, мы идем к гадалкам, мы читаем гороскопы, мы пытаемся уничтожить множественность предстоящего нашего будущего и свести его к единичному варианту. Мы хотим иметь позади единичное прошлое и впереди единичное будущее и называем это судьбой, предопределением. Так человек умаляет себя, ибо незрел, чтобы принять свое величие.

Если мы принимаем величие человека как такового, то мы должны принять и свое собственное величие. Но мы не принимаем, мы умаляем себя. Это как бы выгоднее.

Потому что это меньшее напряжение, меньшая ответственность, больше предсказуемости, меньше уникальности, то есть большее количество плюс-подкреплений, идущих извне, от других людей. Рискнуть самооценкой – это поступок. Для персоны, для личности. Вы вдруг начинаете говорить или вести себя так, как положено вести себя человеку во всей его полноте… Но вас заставят доказать, завоевать право так себя вести, или вас изолируют, в лучшем случае вытеснят куда-нибудь в маргиналы.

Закон Мы – это закон усреднений. Мы – любое Мы – усредняет. Это одна из проблем формирования профессиональных групп для спецдеятельности какой-то, скажем экстремальной. Как сформировать группу, чтобы не происходил эффект усреднения? Одна из серьезных практических задач в специальной социальной психологии, занятой формированием целевых спецгрупп: экипаж космического корабля, спецназовская диверсионная группа и так далее и тому подобное.

Кроме того, в социальной психологии зафиксирован закон так называемого обособления специалистов. Все должны жить в своих резервациях как бы: артисты с артистами, ученые с учеными, умные с умными, образованные с образованными. Социум любит стратифицировать, потому что распределение благ в виде денег, славы и власти идет целевой аудитории. И только внизу пирамиды максимальная демократия, все перемешано, поэтому это корни, то, на чем все стоит. Как только революция – это все переворачивается и начинается новое перемешивание, пока не устоится. Взболтают, потом поставят, и оно опять по слоям. Донышко все равно самая широкая часть – чтоб стояло. Чем выше по социальному уровню пирамиды, тем меньше демократии, смешения различных специалистов.

Если вы пережили свое величие как человека, с чем вы столкнетесь? С тем, что личность по привычке начнет из этого делать плюс для самоутверждения. Она будет провоцировать вас об этом всем сообщить. Трудно удержать факт внутренней жизни внутри. Как только вы это захотите предъявить другим, даже если вы, предъявляя, скажете: «И вы тоже великие!» – это немножко приятнее, конечно, что не только вы. Но тут же вас вежливо или не очень попросят: «Давай докажи нам, давай…» – масса всяких обязанностей появится. Еще и расскажут, каким должен быть великий человек. Законы то все действуют.

Ключ: зачем все это знать?

Мифология о мире

«…а зачем нам это все знать?» – спросили себя древние мудрецы. Они, как и все подобные впоследствии, столкнулись с такой проблемой: в каком-то смысле эта проблема порождена вечным противостоянием Я и Мы. И состоит она в следующем: «Многие знания многие печали».

В чем же тут печаль? Мы же знаем, что идеальные потребности практически ненасыщаемы, так в чем же печаль? Печаль в том, что когда человек нацелен на знания, связанные с самим человеком, с жизнью «человеков», а эти знания связаны с тем, что время от времени у кого-нибудь возникает потребность ответить на вечные вопросы: «кто я такой?», «Что я здесь делаю?» – то рано или поздно наступает такое странное состояние – вроде бы человек много знает, качественно знает, а это никому, кроме него самого, не нужно.

Ибо жизнь как устройство развивается очень медленно. С момента появления пирамиды как основы социального устройства ничего больше не произошло принципиального. И даже выдающиеся утописты, такие как Платон, который пытался построить утопическую идеальную модель общества, все равно не смогли выйти за рамки пирамиды.

Естественно, данный принцип устройства совместной жизни людей никак не совпадает с высказыванием Гермеса Трисмегиста, который говорил: как наверху, так и внизу. Потому что как это – как наверху, так и внизу? Наверху, извините меня, президент, а внизу я, Шибздиков, с зарплатой, на которую невозможно прожить. Гермес вообще не об этом говорил, естественно.

Проблема в том, что внутри самой жизни, внутри устройства нет никаких причин для того, чтобы обладать этим знанием. Оно не нужно, оно лишнее. Но внутри отдельно взятого человека, его субъективности оно очень нужно.

Это довольно суровая такая правда, потому что нас так воспитывали, что знание – некая самоценность, и мы даже не в состоянии предположить, что может быть лишнее знание. И лишнее не в смысле – кто-то там говорит: это лишнее, – а в буквальном смысле слова, для жизни не нужное. А раз оно для жизни не нужное, то, соответственно, все устройство этой жизни не создает никаких поводов для возникновения мотивации обладания этим знанием. Поэтому в конечном итоге все то, что мы привычно называем словом «духовность», «духовное знание», «духовное развитие», оказалось на окраинах маргинальных, приобрело самые разнообразные, но всегда специфические формы, как некий отдельный вид человеческой деятельности, времяпровождения, самоутешения, производства компенсаторных иллюзий. Хотя задумано все это было совершенно иначе.

Когда эти самые мудрецы – назовем их так, обобщенно – столкнулись с проблемой, что жизнь выпихивает, выбрасывает знание и оно в результате ненужно, они пришли к тому, что нужно создать какую-то долгоиграющую программу, чтобы все-таки эти знания проникали в человеческую жизнь не только в виде маргинальных экзотических форм, но и в формах повседневного бытия. Чтобы разрыв между жизнью и бытием не достиг критической величины, когда человек перестает звучать гордо. А как же это сделать? Надо как-то обмануть жизнь. В данном случае обманывать означает хитрость. Человек не слышит, он заблокирован, он вытесняет и так далее, необходимо найти способ, чтобы он все-таки услышал. И было придумано все то, что мы привычно называем мифологической частью сознания.

Мифологическая часть сознания заполнилась различными архетипами, и мы уже не замечаем, как говорим: «Бог с тобой!», «ну, с Богом!», «Бог в помощь!». Живя в России, не замечаем, как мы говорим: «аура», «астрал», «ментал» и прочее, и прочее. Масса идей, запакованных в эти слова, циркулирует абсолютно свободно. Но поскольку вторая сигнальная система (речь) в нашей жизни играет гораздо большую роль, чем большинство людей думают, то какая-то возможность завести таких червячков внутри пирамиды была использована максимально.

Но социальная машина тоже развивающаяся и совершенствующаяся. Как программа по отлову вирусов в компьютере. Есть и в социуме такая программа по отлову вирусов и вытеснения их туда, куда и положено, – на маргинальные окраины.

Это очищение машины от лишнего. А все началось с массовых побегов, когда люди стали бросать карьеру, бросать бизнес и с нажитым капиталом скрываться где-нибудь в Гоа и балдеть на берегу океана, ничего не делая. Потому что крушение привычных ценностей у людей, казалось бы, самого активного возраста, от тридцати пяти до сорока, – это новое. Раньше стрелялись на дуэлях, выбрасывались из небоскребов в этом возрасте мужчины, достигшие пика своей карьеры. А теперь все продают и уезжают на Гоа. Социум этого не любит, это брак.

Если человек хочет относиться осмысленно к ситуации своей жизни, ему нужно спокойно, рационально, без всяких декораций мистического характера осознать простой факт: что он как субъективность нужен внешней жизни постольку, поскольку он в состоянии функционировать в ней. Конечно, мир меняется, и сейчас уже не жгут на кострах за ересь, – костры просто другие. Психологические в основном. Это с одной стороны. А с другой стороны, резко увеличивающаяся постоянно доступность Разного рода информации возбуждает сознание задуматься о себе. И как только это происходит, сложности и начинаются. Сейчас модно назвать это «кризис среднего возраста».

Кризис в том, что та система мотивации, которой человек автоматически пользовался, функционируя внутри жизни как устройства, при современных возможностях цивилизации и интенсивности эксплуатации человека для многих очень быстро заканчивается. Просто заканчивается. Человек же не может просто взять и понять, что все кончилось. Программа кончилась. Game over. А поскольку ничего, кроме жизни как устройства, он не знает, а для него это жизнь закончилась. И он начинает судорожно искать продолжение программы. А его нет! Его нет – для очень и очень многих людей.

Цивилизация развивается по своим законам, количество людей с законченной программой функционирования все время растет, в некоторых особо развитых странах уже почти половина населения, и тут план древних мудрецов наконец-то начинает работать.

Однако за прошедшие тысячелетия знание о человеке стало почти профанацией, то оно начинает работать в самых невероятных формах. Против этого древние мудрецы так и не нашли противоядия. В их времена еще не было такой ясности понимания, осознания, что бог людей – это страх. Если убрать все оболочки, то окажется, что там, за всем этим красивым, – страх. И когда человек видит конец программы жизни как устройства, первое, что у него возникает, – страх. Страх одиночества, страх ненужности, страх смерти и т. д. Человек бежит от этого страха. Куда он убежит-то, если это в нем?

Есть ли «добрая» программа?

Встает вопрос: существует ли в принципе нечто разумное, доброе, вечное, что может служить основанием другой программы? И может ли эта другая программа осуществляться, реализовываться внутри той же упаковки, внутри той же пирамиды? Мифологическое сознание готово с ходу отвечать на эти вопросы, говоря про реинкарнации, посмертную жизнь, высшие силы в полном наборе, на любой вкус. Небесные женихи, небесные невесты, бестелесные сущности, инопланетяне… Но даже если допустить, что все это реально существует, – у них тоже своя жизнь, и мы никакого интереса для них представлять не можем просто, разве в том случае, если им там не хватает рабочей силы, они могут воспользоваться свободным материалом, а так – всё. Нам в голову не приходит все это, потому что это мифология, это где-то там, над, вне.

Даже если это существует, то в том же едином пространстве. И там – так же как здесь, только без тел, скажем.

Или с бо́льшими энергиями, силами. Но это количественные показатели, не качественные. По качеству все то же самое. Та же пирамида, кто-то главный, кто-то менее главный, кто-то хозяин, а кто-то работник…

Высшие силы ответа на вопрос о программе функционирования не дают. И поэтому это все превращается в умиление – утешение, в компенсаторные иллюзии, которые как бы успокаивают.

Но страх никуда не исчез. Это страх Я перед Мы. Причем интериоризированный и превратившийся в страх перед самим собой. Человек боится сам себя: а вдруг я не соответствую требованиям того Мы, членом которого я стремлюсь быть?

Гуманизм или бегство от свободы

Можем ли мы решить эту проблему, не покидая пределы человечества, своих соплеменников? Все попытки разумно ответить на этот вопрос обозначены одним абстрактным словом: «гуманизм». Попытки подумать, что-то предложить отдельно взятому человеку с его отдельно взятой жизнью, с его отдельной внутренней реальностью – это все гуманизм, гуманистическое мышление. И что же оно предлагает? Три основные такие есть ценности гуманистические: свобода, равенство, братство.

Братство – это понимание, что все мы люди и поэтому все равны, поэтому все мы братья и сестры… Пока не получается. Поговорить об этом получается, а реально – нет. Не равны мы, не братья мы и сестры. Хотя бы потому, что каждый из нас штучный, не говоря уже о социальном неравенстве, материальном неравенстве, неравенстве способностей врожденных и так далее. Не получается.

Свобода. Есть две формы свободы: свобода от и свобода для. Свобода от – манипулятивное понятие, потому что она полностью зависит от того, что берется в качестве точки отсчета несвободы. От чего мы свободны? Да ни от чего мы не свободны, мы же люди, значит, как все люди, мы несвободны от себя самих. А значит, от жизни, от того, от сего, от всего того, что составляет, собственно говоря, наше человеческое естество.

Перейдем к другой половине: свободе для. Как только вы задумаетесь над свободой для, первое открытие, которое сделаете, что тут сравнивать себя с кем-то бессмысленно. Только вы решаете, для чего вы свободны. Ибо свобода для – это возможность изменить отношение.

Знаменитая легенда об Эзопе. У него был выбор:

Остаться рабом и сохранить жизнь, или, если он говорит, что он свободный человек, то по закону его скидывают в пропасть. Он выбирает свободу и прыгает в пропасть сам. Такова легенда.

Или когда небезызвестного Сократа приговорили к смертной казни за развращение молодежи (не те мысли он внушал). Такая ситуация – она повторяется на протяжении всей истории. Автоматически в голову редко приходит мысль, что можно изменить отношение, потому что существует огромная система социальной суггестии и такое мнение, что изменять отношение – плохо. Просто плохо, нехорошо, нехороший ты человек, непостоянен ты в своих отношениях, непринципиален, неверен, непоследователен… Значит, в основе свободы для лежит способность человека изменить отношение.

Оставаясь в рамках рационального подхода, мы вдруг обнаруживаем, что список, для чего мы свободны, огромен. А список, от чего мы свободны, пара-тройка фактов, и все. А теперь вспомним Эриха Фромма и его замечательную работу под названием «бегство от свободы». Он первый из официальных ученых, который понял, что массовый человек так называемый – это человек, бегущий от свободы. Представляете, огромное море свободы, а я им не пользуюсь. Мало того что не пользуюсь – не хочу пользоваться, я боюсь им пользоваться.

В чем тут противоречие? Противоречие состоит в том, что свободный человек не может найти рамку для свободного человека – таковость. Но если эту таковость поставить в список свободы от, то с неизбежностью мы придем к одному выводу – все приходили к этому выводу, кто об этом думал: ученые, философы, гуру и так далее… Что человек свободен от таковости только в том случае, если он играет. Homo ludens. Играет собой, являясь продвинутым пользователем себя.

Божественная игра

Есть такое слово «лилла», расшифровывается как «божественная игра». Одно из предложений в культуре, заложенное древними мудрецами: посмотреть на всю нашу жизнь, как на игру богов, по-прежнему используем высшие силы, себя ставим под них, но пытаемся посмотреть на это другими глазами. А другими глазами – это все игра и боги бесконечно смеются. Как вы думаете, чего они смеются? Что такого забавного? Над жизнью нашей и хохочут.

Бог (боги, если угодно) дал нам свободу воли. Что это такое, никто не знает, поэтому есть на всякий случай своеволие – нехорошая свобода воли, воля к победе – хорошая свобода воли, то есть манипуляции этой волей… Но она есть! Свобода для дана нам в огромном количестве. И это ужасно с точки зрения социума, с точки зрения жизни как устройства это ужасно. Но это невозможно уничтожить, не уничтожив человека. Изделие без этого не функционирует. Вот у робота – у него нет свободы для, у него жесткая программа. Вот и идет постоянное развитие систем управления человеческим поведением, направленных на то, чтобы нейтрализовать неконтролируемую реализацию свободы для. И это неплохо удается. Удавалось – до появления интернета.

С появлением пространства доступной любой информации конфликт между попыткой удержать человека в рамках таковости и огромным океаном знания и силы, лежащим позади него, как красиво говорили древние, то есть свободой для, вырос скачкообразно.

А что такого страшного произойдет, если вы измените отношение? Самое страшное, что вы узнаете о себе больше. Но все, что вы можете о себе узнать, уже есть в интернете. Всё! В буквальном смысле этого слова: от самой гнусности до самой возвышенности, все там уже есть. Посмотрите в соответствующей рубрике, обязательно что-нибудь найдете.

В наше время, когда умереть с голоду – это надо очень постараться в наших условиях, мы же не в Африке, человек невольно начинает интересоваться чем-то еще, удовольствием например. Не просто пожрать – а вкусно поесть, не просто там оплодотворить или оплодотвориться, а получить эротическое наслаждение, не просто сделать карьеру, а чтобы самому было приятно, что не прогибаясь пробился, ни под кого не лег – а достиг. Рождаются такие изыски, а из изысков возгорится пламя, как известно.

Пламя это начнет изнутри сжигать ваши автоматические системы ценностей, которые являются цензором, охранником, манипулятором глобальным вашей таковости. А ценности тоже, по иерархии: одну вынул, вся пирамида начинает сыпаться… кризис. Во что верить? а что, это обязательно – верить во что-то? Объясните мне, почему обязательно во что-то надо верить? Почему мало знать? Почему это самое «что-то» просто не знать? Знать! а знания нет – вера что, спасет от незнания? Нет, не спасет. Потому что чем больше знаешь, тем больше печали. А по поводу чего печаль? По поводу несовершенства. Это не несовершенство. Это устройство такое.

Жизнь, как и все в этом мире, абсолютна, совершенна на данный момент времени. Потому что она есть. Все, что есть, – совершенно фактом своего бытия. А то, чего нет, не может быть совершенно, потому что его нет. Разрыв между устройством совместной жизни и внутренней свободой – это естественное диалектическое противоречие.

Поэтому если вы чего-то хотите – делайте то, что хотите. Если для этого нужно сменить отношение к целому ряду фактов – меняйте, это вам дано. Животное не может, оно может только через кнут и пряник, поощрение и наказание, а человек это может сделать на чистом осознавании. Вы понимаете, какое преимущество? Так чего же вы ждете, пока вас наградят или накажут? И заставят изменить отношение, но не в ваших интересах, а в интересах Мы. А почему бы вам это не сделать самостоятельно и в своих интересах?

Уже ясно, что в социальном взаимодействии людей нет отношений неформальных – есть интересы, борьба интересов, кооперация интересов, противостояние интересов. Так ваша социальная жизнь – она ваша, чего же вы не делаете этого в своих интересах, а ждете, пока вас накажут или наградят? И попадаете в зависимость, естественно. Почему вы сами себя наградить не хотите? Инерция.

Доступ к ресурсу

В устройство под названием «человек» встроены три механизма, три регулирующих страха: страх конечного, страх самого себя, страх бесконечного. Базальные страхи являются ограничителями по отношению к способам удовлетворения потребностей.

На уровне биологических потребностей это страх конечного, что заставляет человека делать запасы при обострении этого страха, вообще помнить о том, что все кончается, надо запасаться.

Следующий регулятор, связанный с группой социальных потребностей, – это страх самого себя. Страх, позволяющий человеку регулировать свое внешнее поведение, что дает возможность согласовывать свою деятельность с деятельностью других людей. При обострении этого страха человек начинает заниматься самокритикой, самоуничижением в патологическом варианте, старается собрать как можно больше информации, каким его хотят видеть другие, и так далее.

На уровне идеальных потребностей – страх бесконечного. Идеальные потребности в принципе ненасыщаемы и регулируются страхом бесконечного, страхом сойти с ума. Что позволяет человеку отгораживаться от той информации, которая угрожает его самоощущению целостности.

На социальном уровне, на уровне взаимодействия с другими людьми, нами управляет страх самого себя. Социальная жизнь на протяжении всей истории занимает в жизни человека все больше и больше места, вытесняя личную жизнь, частную жизнь, интимную жизнь. Социум расширяет свои права на человека, на управление его поведением с целью максимально эффективной эксплуатации, не в буквальном смысле эксплуатации, а просто «мы тебя сделали, мы тебя сделали для чего? Чтобы ты фунционировал! С максимальной отдачей».

Страх самого себя – это страх сделать что-то не так, страх не понравиться, страх изгнания. Помните одно из самых страшных наказаний древних времен – изгнание? Сначала с тобой никто не общается, а потом тебя изгоняют из племени, иди куда хочешь. Никто тебя не убивает – просто выгоняют. Человек сам умирает. А в некоторых племенах такая степень суггестии была, ему говорили: все, ты должен умереть завтра. Он завтра умирал, настолько человек полностью зависел от Мы. Чем мы кристаллизованнее как субъективность, тем больше опасность потерять связь с Мы. Поскольку каждый человек знает про себя много такого, что не должно знать Мы, то напряжение искусственное, им самим созданное, активизирует этот страх.

Механизмы социального торможения – основа социального поведения. Ослабление этих механизмов приводит к психопатологии, к психопатии так называемой, к асоциальным или антисоциальным действиям и представляет потенциальную угрозу для социума. Чтобы эту угрозу максимально нейтрализовать, нужно напугать. Тогда человек себя будет бояться больше и, естественно, больше контролировать, тормозить и так далее. Без тормозов тоже… машина без тормозов – это что? Средство самоубийства.

Человек – очень сложная конструкция, в отличие от жизни. Жизнь как изделие намного проще. Человек как изделие очень сложная конструкция, в нем много разных встроенных психических механизмов, интеллектуальных механизмов, которые, собственно говоря, и придают ему форму человека. Можно, конечно, распаковать форму и освободить энергию, получится дикий человек, и он разнесет все вокруг, после чего от истощения помрет, но это уже не совсем человек. Это другое глобальное противоречие – между формой и энергией. Отношения между формой, функцией и энергией – это очень сложно, требует точного баланса. Но и здесь можно найти пути решения энергетических проблем: энергоемкости, энергопроводимости, энергообеспечения – нормальным путем, без потери формы человека. Ибо человек больше всего этого и боится – потерять форму. Поэтому лучше быть истощенным. Откуда путь страдания. По существу, культ человека, лишенного избыточной энергии.

Человек разумный уже довольно долго воспроизводит сам себя, фабрика работает, объем социальной реальности постоянно растет. Человек хорошо вооружен, но плохо знает, как пользоваться всем этим грамотно, осознанно, масса проблем возникает из-за этого при попытке задействовать тот или иной ресурс. Поэтому идет поиск методом ненаучного тыка: а если так, что получится? Древние, чтобы оправдать этот ненаучный тык, говорили, что если из тысячи идущих к истине девятьсот девяносто девять человек погибнут, а один дойдет, то жизнь этих девятисот девяноста девяти была ненапрасной.

Очень немного профессиональных, грамотных, базирующихся на ресурсах сознания технологий повышения энергоемкости, энергопроводимости, энергообеспечения. Древние говорили: бог людей – страх. Бог мага – дух. Маг в данном случае – волшебник, колдун, просветленный, любую подстановку любого слова сделайте – человек, который профессионально занимается собой и жизнью. Его бог Дух. Но не как высшая сила, которая им управляет (тот же страх, только в изысканной форме), а как потенциальность, данная ему субъективностью. Как ресурс. Бесконечный океан знаний и силы, лежащий позади него. Доступ к этому ресурсу – свобода для. Естественно, на уровнях управления личностного, надличностного, осознанного, традиционного, суггестивного и так далее прежде всего блокируется именно этот доступ. Это не плохо и не хорошо – это естественно для социальной природы.

Теперь вернемся к трем соблазнам, трем проблемам человека, трем необоримым страстям его сознания.

Три проблемы, три соблазна

Первая проблема – сравнивать. Несмотря на то что при небольшом усилии сознания понятна вся абсурдность этой идеи – сравнивать себя с кем-то, абсурдная идея, однако мы занимаемся этим все по много раз на дню. А идея-то абсурдная! как можно сравнивать уникальное изделие с другим уникальным изделием? ради чего? Но этот механизм позволяет регулировать наше поведение путем создания примеров.

Следующая проблема – это проверять. Вам пришла в голову мысль – вы начали ее проверять. Или кто-то вам что-то сказать – вы начали это проверять. Что вообще в принципе можно проверить, кроме одного – работает эта штука или не работает? а как можно проверить, работает или не работает? Не проверяй, а пробуй сделать. Значит, либо вы принимаете, либо не принимаете. Зачем тратить время на какие-то сложные проверки? Если принимаете, вы все равно это сделаете, и это и будет проверка действием, попытка реализовать; если вы не принимаете, вы не будете этого делать, зачем тратить тем более время на изучение техники, которой вы не собираетесь пользоваться.

Третья проблема – сомневаться. Что страшного в сомнении? Сомнение убивает желание. Желание – это основа жизни, все живое желает, то есть испытывает потребности. Чем меньше у человека желаний, тем он менее живой. Причем это сказывается на всем: на жизни тела, на жизни психики, на жизни сознания, на отношениях с людьми. Умение желать, хотеть, поддержание в себе этого огня жизни… как его поддерживать? Отказаться от сомнений. Возникло желание, значит, не сомневайтесь в нем. Оно ж в вас возникло. Это тоже принцип: если ты этого желаешь, ты все равно это будешь делать. Если ты этого не желаешь, ты не будешь этого делать. И никакие «надо» не помогут, потому что под видом деланья того, что надо, ты будешь делать то, что ты хочешь.

Никто ничего не делает мимо своего «хочу». Это невозможно по устройству. Просто невозможно. Все, что мы делаем, мы делаем, потому что мы это хотим делать. Можно выстроить сложную композицию и спрятать свое «хочу» под «надо». «Я не хочу, но надо, что ж поделаешь». Для того чтобы нельзя было обнаружить, чего же ты хочешь, делая это. Массу времени занимает, безумно неэффективно.

Все реализуют свои желания. Только одни делают это более эффективно, а другие менее эффективно. Вопрос реализации – это другой вопрос. Нельзя ставить вопрос так: можно ли этого хотеть? Хотеть можно все что угодно. Сумеешь ли ты это реализовать? Это зависит от твоего профессионализма. Профессионализм – это расстояние от замысла до его воплощения. А замыслом всегда является в общем виде наше желание.

Смена отношения, свобода для. Это делает человека очень творческим, так как он не перебирает готовые варианты, ища подходящий для своих действий, а действует. И каждый раз по-другому. Потому что это действие есть естественное продолжение желания. А набор, инструментальная подготовленность – это есть то, что определяет диапазон реализации желания.

Жизнь дошла до предела в своих требованиях коэффициента полезного использования, и возникла необходимость выжить. Раньше выжить означало обеспечить себя питанием и продолжением рода и вырастить это свое продолжение рода. Так решали, как природа, с избытком. Теперь возникла ситуация: выжить – сделать так, чтобы тебя не растоптали, не задавили, не выбросили на помойку. Выжить надо в конкурентной среде при высочайшем уровне эксплуатации, не загнуться, не уйти в депрессию, не сойти с ума, не стать импотентом или фригидной и так далее. Необходимо задействовать новые ресурсы.

Нужны новые ресурсы. Есть спрос – есть предложение. Появился рынок на базе мифологии, мистики. Надо бросать тогда все, потому что это специальные формы для специальной, отдельной маргинальной жизни. Только сознание может дать нам возможность новых ресурсов в формах самой жизни. И смею вас уверить, что с каждым годом теперь выжить в социальном смысле слова, остаться живым будет все труднее.

Найти ресурс, использовать этот ресурс и быть живым и эффективным – интересная задача. Упрощение жизни сознания – это не та цена, которую должен платить человек. Это смерть преждевременная.

Человек внутренний и внешний

Важно понимать, что, даже идя рациональным совершенно путем постепенного осознавания устройства под названием «человек» и устройства под названием «человеческая жизнь», мы все упираемся в проблему, которой мучились мыслители на протяжении всей истории человечества: Я и Мы.

Мысля последовательно, корректно, не отвлекаясь на иллюзорные комбинации, мы приходим в одно и то же место. И это место – мы сами. Каждый, кто дошел до этого места, вынужден спросить себя: рождаться или не рождаться? Второе базовое событие – организовывать себе или не организовывать?

Обойти это место – значит изменить своему интеллекту. Любой шаг назад – это измена своему интеллекту, своей человеческой способности мыслить. Можно на этом месте остановиться, не превращать это знание в деятельность. Но нельзя повернуть назад.

Если мы допустим, что тайна реального действия в том, что оно совершается реальностью, то между человеком и реальностью должно быть нечто, что координирует их действия. Некое нужно координирующее пространство – это и есть субъект. И тогда действие реальности и действие человека совпадают.

Итак, есть три категории, характеризующие умственные способности человека – его ментальную сферу.

Первая категория – это интеллект – способность создавать ментальный продукт, не связанный с обслуживанием потребностей.

Вторая категория – это ум. Ум – это возможность видеть в потоке информации связи, взаимоотношения, структуры, системы. Для этого всегда необходимы творческие усилия. Ум – способность человека выявлять связность в хаосе информации.

Третья категория – мудрость – все, что связано с общением, с коммуникациями между людьми. Мудрость – восприятие любого другого человека как источник знания.

Высшая форма индивидуального самоосознавания – переживание. Никакое самое изощренное рацио, никакая самая изощренная рефлексия не заменят переживания. База переживания – это факт бытия, который, к счастью, не зависит от наших жизненных извращений. Только переживание превращает абстрактные логические, металогические построения, философские обоснования в реальность жизни, только то из информации, что пережито, превращается в жизнь, в живое знание. Переживание дает возможность любой степени включенности. Когда появляется возможность любой степени включенности, пространство и время становятся вашим личным пространством и вашим личным временем, то есть вы становитесь хозяевами этих совсем уже не абстрактных, а конкретных качеств жизни. Вы не только можете включиться в любой доступный вам энергетически объем пространства, вы еще можете включить любую скорость (условно назовем это скоростью) времени в этом пространстве, и, соответственно, у вас будут совсем другие отношения не только с абстрактно-духовными категориями, но и с вполне житейскими.

Первичная структура – это сам мозг, структура мозга. Структура предельно сложная, до сих пор не существует ни научного, ни ненаучного описания структуры мозга как целостности, не только как целого, но и как целостности. Слишком сложная.

Вообще у нас всего два первичных канала: это плоть как целое и самая сложно организованная плоть – мозг с нервной системой. Первичное структурирование модулированной энергии, идущей от реальности, происходит структурой самого мозга и нервной системы.

Для мыслящего существа очень важно осознавать, что все начинается внутри, а не снаружи. На Востоке это давно знали в силу так называемой интровертности восточной культуры, поэтому они доходили до крайности и говорили, что весь мир – это на самом деле проекция нашего сознания.

Пространство сознания структурировано системой координат и принципом иерархии. Для дальнейшего структурирования субъективной реальности мы ввели три дополнительных ключевых понятия.

• Метод качественных структур (МКС), то есть структура «большого целого» как базовая структура сознания, его интеллектуальной части, осознанной.

• Резонанс как возможность задействовать ресурс плоти, управлять им и таким образом создавать ситуацию переживания как единственно возможного способа технологического использования целого. В данном случае целое становится доступным для технологии, которая позволяет нам качественно иное взаимодействие с информацией.

• Переживание как источник знаний, получение информации, обработка информации и выдача информации.

А как можно выдать информацию не в тексте? как создать ситуацию сопереживания? Эта ситуация сопереживания, прямой передачи знаний и называлась всегда любовью, или, для уточнения, божьей любовью. Любовь – это снятие дистанции. А дистанцию можно снять между собой и другим, между собой и собой как Другим, между собой и другим человеком, между собой и любым объектом, между собой и мирозданием в целом только с помощью резонанса. Таким образом, когда из двух вы станете одним – знаменитая мысль древних текстов, – это когда вы сумеете с чем угодно входить в резонансное взаимодействие и создавать ситуацию сопереживания. Таким образом снимается любая противоположность, любая дихотомия, в том числе и внутренние противоположности.

Постоянная внутренняя коллизия – это противоборство личности и субъекта. Это столкновение внешнего и внутреннего будет сопровождать вас всю жизнь. Ибо здесь встают два вопроса: управления и энергообеспечения. Личность получает ресурс извне, и получает его постоянно, кроме того, она связана с потребностями, которые обслуживает наше мышление. Поэтому отношения между субъектом и личностью, между внутренним и внешним, – это одна из основных забот взрослого самостоятельного человека. Баланс внутреннего и внешнего необходимо поддерживать постоянно. Помнить и быть внимательным.

Личность – это колоссальное устройство, никакой типологией ее невозможно ни исчерпать, ни объяснить. И когда вы в силу желания большей эффективности начинаете взращивать субъект, вы должны понимать, что главным его оппонентом всегда будет личность, которая не хочет уступить центр управления субъекту.

Только наличие субъекта с его особыми свойствами позволяет помнить о необходимости баланса между внешним и внутренним. Помнить и быть внимательным – самая трудная задача в этом теле. Это действительно так.

Просто чтобы помнить о том, что вы знаете, уже нужен субъект.

Субъект создается изнутри нашим Я. И чтобы это самое Я было действенным, эффективным, практичным, когда нужно, и непрактичным, когда нужно, вы должны четко понимать, что суть в том, чтобы не избавиться от Мы, а чтобы осознать до конца существование этих двух составляющих человека. Человек – существо принципиально двойственное.

Глубинное, причинное осознавание единства и противоречия Мы и Я – это и есть подлинная диалектика по отношению к конкретно взятому человеку. Если человек делает вид, что он избавился от Мы, то он тут же создает фантастическую виртуальную компанию: бог, ангелы, архангелы, серафимы… Ниоткуда нельзя выйти, потому что это и есть двуединство человека, как птица: одно крыло – Я, другое крыло – Мы, а посередине ноль, пустота. Когда мы говорим «личность как совокупность отношений», мы понимаем, какая это потрясающая система, и мы понимаем, что действительно свобода воли – это свобода изменить отношение. В личности, не в персоне и не в таковости, а именно в личности, такое там такое количество вариаций, что мы можем поменять отношение на какое угодно к чему угодно.

Борьба между богом и дьяволом за человеческую душу – это мифологическая проекция вечного противоборства Мы и Я. Причем, заметьте, в разных мифологических системах то Я – бог, Мы – дьявол, то наоборот. А убрать противопоставление невозможно, и только отдельные мыслители, такие как П. Флоренский или Никола Кузанский, понимали, что тут какая-то тайна двоемыслия.

Что это дает практически? Возможность ориентироваться в текстах и речах товарищей из Мы – определять, кто именно в данный момент говорит, кто у власти?

И если бы это двоемыслие не существовало, то никто бы ничем не мог управлять. Все бы так и осталось на уровне социальных примитивных рефлексов стаи. Поведение человека, нерефлексирующего и поэтому не видящего себя изнутри, в большой степени легко описывается зоопсихологией.

Вот почему надо четко дифференцировать, что безусловно принадлежит Мы, а что может принадлежать Я. Но и в том, и в другом случае личность является тем качеством изделия homo sapiens vulgaris, с помощью которого происходит объективизация, реализация, самоутверждение человека.

Задача предельной реализации – объективация своей целостности – резонанс между субъектом и реальностью. Выполнимость этой задачи зависит от того, поставил ли человек себе такую задачу. Стратегическую сверхзадачу – миссию проекта «человек».

Заключение

Но вечность вброд не перейти,

Не отменить ее законы,

И будет свет в конце пути,

И будут лица, как иконы.

Content

Игорь Калинаускас
Интеллектуальная авантюра
Истоки бытия

Интеграл: надо быть живым и умным

Ключевые моменты внутренней жизни. Отношения с собой

Ключ: МКС – как думать, если думать

Может ли человек измениться?

Структура данности как целое

Как мыслить о целом?

Человека формируют потребности и способы их удовлетворения

Я отдельно от не-Я

Подход к качественной стороне сознания

Качественное и количественное мышление

Что Я знаю обо мне

Целое под названием человек

Объемная структура самосознания человека

Ключ: переживание дает бессмертие проживания

Переживи свое событие

Настоящее, прошлое, будущее

Проживание как сцепление событий

Интенсивность проживания

Баланс внешнего и внутреннего

Ключ: резонанс и включение

Включение в пространство

Энергия того, во что включен

Резонанс – способность плоти

Что такое быть включенным?

Напоминание о большом целом

Бытие субъекта

Пространство и время

Субъект – разумный эгоист

Включение – технический аспект

Ключевые моменты внешней жизни – отношения с МЫ

Ключ: системы социального ориентирования

Род человеческий, вид человеческий

Мое мной проживается

Я и МЫ

Ориентация в мире и в себе

Компас социальной ориентации

Между целью и реализацией

Ключ: внутренний ресурс

Три периода жизни

Личность не имеет Я

Конкретное содержание личности

Реализация личности

М/Ж, или Можно желать в частной жизни

Ключи для реальности: отношения с миром

Ключ. Я как инструмент

Сущность, личность и субъект

Три блока жизни

Ключ: зачем все это знать?

Мифология о мире

Есть ли «добрая» программа?

Гуманизм или бегство от свободы

Божественная игра

Доступ к ресурсу

Три проблемы, три соблазна

Человек внутренний и внешний

Заключение