Риля Салахутдинова

Социально-трудовые отношения в аграрной сфере: теория и практика: монография

Рецензенты:

Р.Р. Галлямов, д-р соц. н., проф. кафедры философии, социологии и педагогики Башкирского государственного аграрного университета,

У. А. Назарова, д-р экон. н., проф. экономической теории и экономической политики Башкирской академии государственной службы и управления при Президенте Республики Башкортостан

Введение

Актуальность избранной нами проблемы определяется, прежде всего, тем обстоятельством, что в условиях современных, широкомасштабных преобразований российского общества происходит двуединый процесс трансформации социально-трудовой сферы. С одной стороны, переход хозяйственных отношений в сфере труда, к экономическим, изменение характера труда, его социальной и политико-экономической сущности привели к расширению субъектного состава и ролевой направленности участников отношений, складывающихся в его процессе. С другой стороны, такая трансформация сопровождалась изменением отношения к самому процессу труда. Следует отметить, что именно двойственная сущность протекания преобразований приводит к дисбалансу между созданными организационно-правовыми аспектами и их восприятием участниками социально трудовых отношений, а как следствие их отношением и поступкам в указанной сфере отношений.

Интенсивность протекания процессов в социально-трудовой сфере, определяется рядом факторов и имеет ярко выраженную отраслевую и территориальную специфику. Так, особенно остро указанные противоречия проявились в аграрной сфере, что связано во многом не только с характером результатов преобразований, но и ее специфичностью. Аграрная сфера, является средой обитания значительной части населения России. В сельской местности проживает 38,2 млн. человек, или 27 % населения страны, именно здесь формируются нравственные основы народа, сохраняется его национальная психология, историческая память. Непосредственно в сельском хозяйстве занято около 10,4 % населения России.

Специфичность и переходность аграрной сферы современной России обуславливается альтернативным типом ее развития и характеризуется отмиранием старых и становлением новых элементов и связей. Особенность трансформации социально-экономических отношений в аграрной сфере состоит в двойственном характере ее процессов и результатов. Несмотря на тот факт, что основной результат от реформирования достигнут – сельское хозяйство стало многоукладным и налицо такие позитивные организационные итоги реформирования, как появление на селе новых форм хозяйствования и частной собственности на землю. Однако, наблюдаются и такие негативные проявления, как появление значительного числа убыточных организаций, сокращение посевных площадей и их истощение (деградация), ухудшение материально-технической базы производства. Все это не могло не сказаться не только на труд работников в аграрной сфере, но и изменило существо складывающихся в процессе его реализации отношений, а также создало предпосылки для усиления противоречий в изучаемой системе отношений.

Более того, за кадром государственной политики в сфере труда остаются отношения, складывающиеся в процессе функционирования крестьянских хозяйств (личных подсобных хозяйств граждан). Тогда как, их роль в аграрной сфере является значительной. Так, в структуре сельскохозяйственной продукции значительное место – 58,5 % занимает продукция, производимая в хозяйствах населения – преимущественно в личных-подсобных. В России с подсобным сельским хозяйством были связаны более 35 % (27,1 млн. чел) всех занятых в российской экономике, а для 16 % (12,3 млн. чел.) работа в нем являлась единственной формой трудовой активности.[1]

Все вышесказанное, подтверждает актуальность и значимость исследования проблем посвященных изучению социально-трудовых отношений в аграрной сфере России.

Исследование социально-трудовых отношений в аграрной сфере, их особенностей, тенденций формирования, факторов их определяющих находится на стыке многих наук, в этом смысле, данная проблема относится к числу сложных и междисциплинарных. Современная наука имеет значительную традицию изучения проблем посвященных труду как таковому и соответственно труду в сельском хозяйстве. Различные ее стороны отражены в многочисленных трудах отечественных и зарубежных обществоведов, однако сложность раскрытия проблемы состоит в том, в основе ее лежат два специфических явления: аграрная сфера и труд. Именно поэтому, эти два направления в науке складывались относительно самостоятельно.

В рамках первого направления объектом изучения явилась деревня (в дальнейшем село), сельский образ жизни и, конечно же, труд в нем основного субъекта – крестьянина. Данное направление в дальнейшем сложилось в относительно самостоятельную область знаний – сельскую, а в последствии и аграрную социологию.

В рамках второго направления отечественной и зарубежной наукой накоплен значительный опыт исследования современных процессов и явлений общественной жизни, повседневных практик, закономерностей организации и функционирования социально-трудовых отношений. Вместе с тем, при значительном объеме научных трудов и публикаций остается невыясненным исходный вопрос о принципе построения социально-трудовых отношений в аграрной сфере. В связи с этим и возник познавательный пробел, заполняемый отчасти настоящим исследованием.

Актуальность заявленной проблемы, а также степень ее научной проработанности предопределили постановку цели исследования, которая состоит в выделении единообразных подходов к анализу социально-трудовых отношений аграрной сферы и оценка их состояния в условиях современных социально-экономических преобразований России.

Достижение поставленной цели определило необходимость постановки и решения следующих задач:

• осуществить теоретико-методологический анализ проблемы на основе обобщения научного опыта, представленного в обществоведческой литературе представлений и обосновать авторский подход к анализу аграрной сферы и социально-трудовых отношений складывающихся здесь;

• уточнить понятие “социально-трудовые отношения” применительно к объекту исследования, сконструировав теоретическую модель ее анализа;

• проанализировать предпосылки и основные итоги современных преобразований в аграрной сфере России и их влияние на социально-трудовые отношения;

• выявить особенности реализации социально-трудовых отношений аграрной сферы в сельскохозяйственных предприятиях и крестьянских фермерских хозяйствах;

• показать место личных подсобных хозяйств в системе социальных трудовых отношений аграрной сферы;

• оценить качество трудовой жизни работников аграрной сферы, а также предложить пути его улучшения.

В процессе работы автор опирался на общенаучные методы познания: системный анализ, ориентированный на всестороннее рассмотрение явлений общественной жизни, получение качественных результатов исследования; принципы историзма и сравнения, позволяющие рассматривать общественные явления во взаимодействии, динамике и позволяющие избежать субъективности, односторонности в освещении проблемы; специфические методы социологического анализа.

Привлекая положения теории социальной стратификации, структурно-функционального подхода социологии об обусловленности системы ценностей социальных групп и отдельных индивидов системой ценностей общества, процессами, протекающими в нем, изменениями социальной структуры, автор опирается на конструктивистский (интегральный) подход социологии, позволяющий осуществить целостное исследование проблемы, разные аспекты которой могут быть предметом рассмотрения многих гуманитарных наук (социологии, философии, социальной труда, экономической социологии, аграрной социологии, права и т. д.).

Учитывая, что сельскохозяйственное производство имеет ярко выраженную региональную специфику, данный вопрос рассмотрен на материалах Республики Башкортостан (РБ). Эмпирическую базу исследования составили следующие источники: материалы государственной и региональной статистики; итоги переписи населения и сельскохозяйственной переписи; отчетные данные федеральных и республиканских органов исполнительной власти, органов местного самоуправления, федерации независимых профсоюзов РБ; нормативно-правовые акты; нормативные (коллективные договоры и соглашения) и индивидуальные трудовые договоры; материалы периодической печати. Для обоснования положений и выводов были использованы результаты социологических исследований, проведенных под руководством автора. В их числе:

• Экспертный опрос руководителей сельскохозяйственных предприятий «Социально-трудовые отношения в сельском хозяйстве» (апрель 2009, N-100 респондентов);

• Экспертный опрос глав сельских поселений «Социально-трудовые отношения в сельском хозяйстве» (апрель 2009, N-100 респондентов);

• «Социально-трудовые отношения в сельском хозяйстве: состояние, проблемы и пути решения» – экспертные полуформализованные интервью с руководителями органов управления Республики Башкортостан, руководителями службы занятости, инспекторами государственной инспекции труда, руководителями муниципальных образований Республики Башкортостан (2009, N-48 респондентов);

– Результаты проведенного автором в апреле 2009 года репрезентативного социологического опроса работников сельского хозяйства РБ в форме анкетирования. При формировании выборочной совокупности учитывались локальные черты района, где функционирует предприятие, его территориальная отдаленность от городов и магистральных коммуникаций, а также такие ключевые параметры как пол, возраст, образование. Исходной базой для построения выборки послужили материалы всероссийской сельскохозяйственной переписи, проведенной в 2006 году, а также статистические сборники РБ. Объем выборочной совокупности по РБ составил 1000 единиц наблюдения. Выборочная совокупность строилась в виде модели, воспроизводящей структуру генеральной совокупности. Статистическая ошибка выборки соответствует предельно допустимому значению ошибки выборки в размере 5 % и не превышает его. Результаты опроса обработаны на компьютере по специализированной программе Научном центре БАГСУ.

Глава 1

Теоретико-методологические основы исследования социально-трудовых отношении в аграрной сфере

1.1. Методологические подходы к исследованию социально-трудовых отношений аграрной сферы

Исследование отельных аспектов социально-трудовых отношений в аграрной сфере прошло ряд самостоятельных этапов, характеризующихся изменением не только методического аппарата, но и направлений исследования.

Возникновение самостоятельного течения в социологии, посвященного изучению аграрной сферы и отношений складывающихся в ней, связано с именами таких российских ученых, как А.Н. Энгельгардт[2], А.И. Тодорский[3], В.Е.Посников[4], В.Н.Тенишев[5], А.Шингарев[6], М.Я. Феноменов[7], В.А.Пругавин[8], Ф.А.Щербина[9] и др.

Первоначально самостоятельным объектом социологического исследования являлись, деревня, село и повседневная жизнь в них крестьянства, а преобладающим методом выступало монографическое наблюдение. У истоков монографической школы стояли французские исследователи Демулен и Ле Пле. Практика монографических обследований отельных сел, начатая А.И. Шингаревым, была продолжена в трудах ученых советского периода К.Шуваева[10], А.И.Тодорского[11], А.М.Большакова[12], В.И.Алексеева[13] и др. Практически одновременно в отечественной социологии, в трудах В.Немчинова, С. Струмилина, А. Хрящевой и др. начинает применяться статистико-социологическое наблюдение села. Однако, складывающаяся практика распространение выводов на всю совокупность на основе средних статистических показателей, критиковалась представителями нового методического направления в монографическом наблюдении села – краеведении, основанное А. М. Большаковым. Вместе с тем и данное направление не избежало критики ввиду того, что при его применении в отличие от выборочного подворового обследования преобладали экономические показатели в ущерб социальным.

Оценивая применимость данного метода, для исследования тех или иных аспектов жизни российского села в целом, в связи с обширностью программы монографического наблюдения при небольшом числе обследуемых объектов, учеными делается вывод[14] о том, что полученные результаты носят «местный характер», а достоверность результатов вызывает сомнение и может быть доказана только при повторном проведении исследования. На достоверность результатов исследования влияли также проблема искажения информации в связи отсутствием четкой программы и координации исследований, при некачественной работе интервьюеров. Не смотря на указанные недостатки, которые были связаны, прежде всего, с необходимостью совершенствования методики прикладных социологических исследований монографический метод позволил проводить серьезные исследования на достаточно высоком научном уровне и получить обширный фактологичекий материал.

Данный метод сбора информации был применим на относительно малых по численности населения объектах, а выводы не могли быть в полной мере распространены в целом на процессы и явления, происходящие во всех российских селах и деревнях. Тогда как в рамках всесоюзных исследований при изучении миграционных процессов среди крестьянского населения проводилось практически сплошное социологическое обследование (было опрошено 69 % общего числа крестьян в стране, однако выводы базировались на результатах обработки 0,06 % анкет, заполненных волостными исполкомами[15]). Именно в этот период -20-е годы XX века, встал вопрос о необходимости минимизации временных и финансовых затрат на исследование. В связи с чем, в прикладной социологии широкое применение получил выборочный метод, однако отдельными исследователями не всегда в процессе их проведения в полной мере использовался опыт земских статистов при организации выборки. Следует констатировать, что в исследованиях того времени уже широко применялись почти все известные виды выборок: типологическая (отбор типичного объекта), многоступенчатая выборка, гнездовая, случайная, механическая.

В целом следует отметить, что российскими социологами в этот период при исследовании социальных процессов в аграрной сфере применялись практически все известные методы сбора информации: анкетный опрос, интервью,[16] хронометрическая карта[17], монографическое наблюдение, в ряде исследований применялся комплекс методов.

К сожалению, начиная с 30-х годов ХХ столетия российская социология почти на 30 лет оказалась под запретом. Несомненно, в этот период продолжались исторические и экономические изучение процессов происходивших российских деревнях и аграрной сфере, что послужило определенным источником информации для более поздних исследователей.

Возобновление сельской социологии связано с историческими и экономическими работами В.Данилова, А.Бутенко, В.Венжера, П.Игнатовского, С.Семина. Среди социологических исследований первыми в числе самостоятельных можно назвать работу румынского ученого Д.Густи (монографическое обследование молдавского села «Копанка»).

Тогда как возрождали аграрную социологию такие ученые как: Ю.В.Арутюнян, Т.И.Заславская и В.И.Староверов, И.Левыкина, И.Слепникова, В.Ладенкова, А. Тимуш и ряд других ученых на всем пространстве советского союза А. П. Асташкин, В. Н. Бондарчук, А.Исмаилов, А.А.Ахмадеев., Н.К.Колесов, Э.Э.Мурнеик, Т.Д.Саакова, А.И.Бабий, В.Н.Ермутдинов, И.Бурдымурадов, Б.А. Амантаев, В.А. Зверев и др.

Действительно этот период, может быть охарактеризован как расцвет аграрной социологии. К концу семидесятых годов, как отмечает П.П.Великий[18], не осталось ни одной сферы сельского бытия, которая бы не попала в поле зрение социологов аграрников. «Катастрофическое по масштабам вымирание российской деревни породило немало исследовательских проектов по проблемам изучения и преобразования села… Первое, что привлекает внимание – это разнообразная палитра современных исследований, применяемых подходов и методик»[19]. Повсеместно наблюдалось разделение труда в научном осмыслении проблем аграрной сферы, что позволило выделиться ряду направлений, где в той или иной мере, в зависимости от объекта исследования затрагивались проблемы труда сельского труженика и отношений по поводу них. В изучении социально-трудовых отношений аграрной сферы можно выделить два крупных направления, базирующихся на подходе от общего к частному и соответственно от частного к общему. В рамках первого подхода, в трудах посвященных селу в целом и агарным отношениям вскрывались системные противоречия, определялись факторы обусловливающие те или иные процессы в социально-трудовой сфере села. Данное обстоятельство определялось тем, что социально-трудовые отношения не были самостоятельным объектом исследования. В рамках второго подхода, прежде всего, при исследовании социологии сельского хозяйства, как самостоятельной ветви сельской социологии, российскими социологами исследовались отдельные вопросы, характеризующие определенные проблемы труда работников сельского хозяйства.

Общероссийские трансформации и реформа всех сфер общественной жизни потребовали выработки новых подходов и предопределили возникновение нового направления социологических исследований – социологию трансформационных процессов и их последствий, в том числе и аграрной сферы. В этот период, в научной социологической литературе особое освящение получили проблемы: трансформаций в аграрной сфере в условиях рыночных преобразований; особенности проведения и результаты агарного реформирования; стратегии выживания сельского населения в условиях реформирования; социальная эффективность форм хозяйствования и собственности в аграрной сфере; влияние преобразований на человеческий потенциал.

Однако, социально-трудовые отношения являются объектом изучения прежде всего экономической науки и таких направлений социологической науки как экономическая социология и социология труда. Здесь помимо раскрытия таких аспектов как экономическое поведение в процессе труда и резервы труда раскрываются особенности проявления отношений между работником и работодателем в процессе производственной деятельности конкретной организации, отрасли, регионе, России в целом.

Учитывая тот факт, что для аграрной сферы характерно наличие не только труда в рамках производственных отношений, а в домашнем хозяйстве (крестьянском хозяйстве) отдельные аспекты труда и отношений в его процессе получили свое раскрытие в крестьяноведении и таком направлении социологической науки как социология крестьянства.

Стыковой характер заявленной в настоящем исследовании проблематики, предопределил необходимость выработки объективных подходов к изучению социально-трудовых отношений аграрной сферы и уточнения и единообразного понимание всего комплекса понятий по данному предмету исследования.

Проблемы труда в различных сферах жизнедеятельности человека занимали умы ученых еще в древности. В научной литературе можно встретить, в зависимости от контекста использования самые различные трактовки термина труд, процесс труда. Одним из наиболее распространенных в отечественной науке является понимание процесса труда, данное К.Марксом, как «целесообразная деятельность для создания потребительских стоимостей, присвоение данного природой для человеческих потребностей, всеобщее условие обмена веществ между человеком и природой, вечное естественное условие человеческой жизни, и потому он независим от какой бы то ни было формы этой жизни, а напротив одинаково общ всем ее общественным формам»[20].

Современные ученые социологи, отмечают, что в ходе исторического развития понятие «труд» претерпевает изменение, что связано с появление новых видов труда, не связанного с воздействием человека на природу: управленческий, труд в сфере услуг, путешествия, труд государственных и муниципальных служащих. Данная попытка была предпринята Ю.Е. Волковым в своей статье «О выработке современного представления о сущности труда»[21], где автор подвергает сомнению достаточность следующих общепризнанных характеристик трудовой деятельности человека: трудовая деятельность, заключается в преобразовании природы и создании материальных благ и духовных ценностей; труд – общественно-полезная деятельность; труд служит для человека источником средств существования; деятельность на профессиональных началах; труд есть способ или средство удовлетворения общественных или личных потребностей человека. Что позволило, уточнить пределы и объемы понимания труда и сформулировать определение согласно которому «труд может быть определен как деятельность, необходимая для функционирования общества, признаваемая существующей социальной системой общественно-полезной или, по крайней мере, социально-приемлемой, осуществляемая в рамках установленного социально-нормативного порядка и являющаяся для выполняющих его людей источником получения средств к существованию и (или способом жизненного обустройства)» Такая корректировка тезиса о «всеобщей общественной значимости» труда позволяет по иному посмотреть на отдельные виды труда, в том числе агарный, расширить понимание трудовых отношений, выработать подходы, позволяющие сформировать в сознании человека отношение к работе как ценности.

Труд, являясь атрибутивным свойством жизни человека, проявляется во всех сферах его жизнедеятельности. Именно по поводу него, его применения, а также присвоения, распределения и перераспределения результата труда человек вступает в различного рода отношения.

Значительный объем в системе такого рода отношений занимают социально-трудовые отношения. Несмотря на многообразие подходов к определению сущности такого рода отношений, которые более подробно будут проанализированы в разделе 1.2 настоящей работы, очевидным являются, то, что они возникают между тем, кто дает возможность трудиться (работодатель) и тем, кто трудиться (работник). Все то, что создается в процессе трудовой деятельности индивида включается в хозяйственные отношения либо экономические отношения. Механизмы включения конечно различны, часть идет на развитие производства, часть на развитие человека, который участвует в процессе труда, часть в виде налогов и иных платежей идет на финансирование государства и его институтов, часть включается в отношения обмена, а на определенных этапах развития хозяйственных либо экономических отношений – куплю продажу, часть присваивается собственником средств производства и так далее.

Применительно к типологизации хозяйственных отношений в которых реализуется труд Аристотель, выделял два основных типа хозяйствования: Первый тип – «экономия», искусство ведения домохозяйства (натурального хозяйства) как добывание средств жизни у природы, которое проявляется в традиционных сферах и формах производящей и присваивающей деятельности: земледелие, животноводство, охота, рыболовство, строительство, ремесло. Внутри общины и между общинами возникают отношения обмена, которые носят эпизодический характер и осуществляются в натуральной или внеэкономической формах. Второй тип хозяйства «экономика» или искусство пользоваться и распоряжаться наличным имуществом включает два вида: первый вид состоит в обеспечение запасов, накопление средств необходимых для благополучной жизни и полезных для государственной и семейной общины; второй вид экономии состоит в искусстве накопления денег, наживании богатства. Здесь богатство из средства обеспечения жизни, поэтому имеющую свой предел, превращается в самоцель: стремление увеличить количество денег как символ богатства и бесконечности.[22] И если в первом случае деятельность носит непредпринимательский характер, то во втором случае основной целью является извлечение прибыли.

Однако есть сфера – аграрная, где отдельные законы социально-экономического развития действуют несколько по иному. И не важно, в рамках каких наук или научной парадигмы мы будем рассматривать данное явление, будем ли мы применять «формационный подход», «волновую теорию» Элвина Тофлера или другие теории, которые позволяют классифицировать этапы развития человечества, выявить характеристики, позволяющие определить для данного конкретного этапа единые для всего общества законы его развития.

Суть проблемы лежит в том, что аграрная сфера в России имеет определенную специфику. По существу именно для нее характерны такие черты как традиционность, пассивность. Отечественный специалист в аграрной сфере А.В. Чаянов, приходит к умозаключению, что аграрный вопрос «не может получить для всей России решения, и каждый раз он должен иметь свое особое аграрное устройство…Поэтому единственным путем решения аграрного вопроса кажется путь подробного и тщательного анализа существующей организации сельскохозяйственного производства и выросших из нее аграрных и рабочих отношений; изучения происхождения исследуемых систем хозяйства и аграрных отношений, а также возможных путей и тенденций их дальнейшего развития» [23].

Данное обстоятельство предопределяется специфичностью аграрной сферы, о которой достаточно много сказано в трудах современных ученых, таких как И.Н. Буздалов, Т.С. Мороза, В.И. Староверов, И.Ш. Валеев, И.И. Мюрберг, М.Г.Скляра, И.Е.Ильин, З.И Калугина, Л.И. Руденко и других. В контексте нашего исследования мы, обобщив сформировавшиеся позиции, пришли к выводу о том, что специфика аграрной сферы состоит в том, что все отношения складывающиеся в ней, ориентированы не только на обеспечение сельскохозяйственного производства, но и на сохранение основного средства труда – земли. Данные отношения существенно отличаются друг от друга и не составляют органически единого отношения. Однако они достаточно тесно взаимосвязаны и могут рассматриваться в качестве целостной системы. Целостность системы обусловлена следующими факторами: социальной однородностью субъектов аграрных отношений (входят в одни и те же организации и учреждения и их работники, профсоюзы, вышеназванные субъекты являются клиентами одних и тех же финансовых структур и т. д.); локальностью размещения; однородными организационно-управленческими формами аграрных отношений; комплексностью законодательства, регулирующего аграрные отношения). Все это позволяет определить аграрные отношения как отношения, включающие в себя комплекс социально-трудовых, экономических, производственно-технологических, этических отношений сельхозпроизводителей по обработке и сохранению земли, производству продуктов растениеводства и животноводства, их хранению, переработке и реализации.

Более того, сама деятельность в рамках аграрных отношений имеет ряд специфических черт, которые проявляют ее, обуславливают ее многогранность и сложность. В советский период, вопрос о специфичности аграрной сферы ставился, прежде всего, в контексте изучения и выявления отраслевых особенностей. В частности, отмечалось, что «что главным средством производства в сельском хозяйстве является земля, а технологически процесс построен на использовании биологических факторов – растений и животных… подчеркивалась большая зависимость результатов производства от качества земли, ее плодородия и местоположения., указывалось. на ряд характеристик сельского хозяйства, вытекающих из его биологической детерминированности (широкую территориальную расосредоточенность) и сезонность производства, несовпадение времени производства и рабочего периода, резкие колебания результатов по годам и пр.»[24]

В рамках западной науки, предметом изучения которой являлась аграрная сфера, данный вопрос раскрывался через понимание «эксполярной экономики», которая характеризуется собственной логикой и динамикой, некоторой оторванностью и автономией, способностью манипулировать окружение.[25] Истина находиться где-то посередине. Так как каждое изучаемое общественное явление или процесс не имеет четких границ и характеризуется наличием переходных форм.

В любом случае, аграрной сфере характерны определенные черты, которые обуславливают ее сложность, неоднородность, и позволяют говорить о специфичности данной сферы. Все они могут быть сгруппированы следующим образом:

Производственная специфика:

• ведение производства органически связано с использованием земли и природных ресурсов;

• результатом производства в данной сфере продукты биологического происхождения, которые требуют особого порядка переработки, хранения, транспортировки;

• производство основано на использовании биологических законов (биологические процессы имеют определенные циклы и различную продолжительность);

• сезонность работ, а следовательно разрыв во времени между процессом производства и получением результата (отсутствует ритмичность производства по месяцам);

• результаты производства зависят от погодно-климатических, и природно-экономических условий региона;

• фонды воспроизводства в основном формируются за счет собственных средств;

Экономическая специфика заключается в том, что:

• земля – как основное средство производства не амортизируется и не участвует в формировании себестоимости продукции;

• продуктивность земли не поддается точному учету и под влиянием разных факторов меняет природный и экономический характер;

• разный уровень плодородия и местоположения способствует образованию у товаропроизводителей ренты (дифференцированного дохода);

• отдельная часть получаемой в хозяйстве продукции участвует во внутрихозяйственном обороте, не входит в состав товарной продукции и не принимает денежную форму;

• кругооборот средств сельскохозяйственных товаропроизводителей характеризуется постепенным нарастанием затрат, единовременным высвобождением средств в периоды выхода и реализации продукции, относительной замедленностью.

Социально-трудовая специфика сельскохозяйственной деятельности состоит в следующем:

• труд работников аграрной сферы используется как в общественном производстве, так и в домашнем (подсобном) хозяйстве;

• завязанность жизни и труда на производственный процесс;

• основными субъектами отношений складывающихся в аграрной сфере являются различные типы хозяйств, крестьянские хозяйства, государство, крестьянское сообщество, сельскохозяйственные организации).

• различные виды деятельности, составляющие труд работника лежат в основе разных специальностей и сильно отличаются друг от друга (трудовые операции, которые выполняют работники, носят смешанный, многовидовой характер);

• относительная замкнутость, информационная закрытость сообщества занятого в сельскохозяйственном производстве;

• подавляющая часть работ выполняется на открытом воздухе, под воздействием различных погодных и климатических условий;

• труд в сельском хозяйстве носит вероятностный характер;

• в большом объеме используется труд женщин, подростков и пенсионеров;

• в аграрной сфере отсутствует непрерывный во времени однородный, трудовой процесс;

• аграрная сфера, является средой обитания значительной части населения (в сельской местности проживает около 40 % населения страны), именно здесь формируются нравственные основы народа, его национальная психология, историческая память.

Действительно, для аграрной сферы специфично, то, что она представляет собой сложную экономическую и социобиологическую систему некий «симбиоз экономики, демографии и культуры, а также экологии».[26] Более того эта сфера обладает и таким качеством как самодостаточность.

Несомненно, для развития аграрной сферы и отношений в них складывающихся необходимо развитие техники и технологии, применения новых удобрений и т. д. Как совершенно отмечал в своей работе

«Семейное сельское хозяйство как профессия» Б. Галенски «Общество не может обойтись без фермера, в то время как фермер сможет выжить и без общества, хотя жизнь его станет более сложной, если он утратить связь с системой социального разделения труда»[27]. Во многом именно это обстоятельство определяет следующую особенность аграрной сферы, социальный характер результата труда, зависимость экономической сферы от социальной. Полагаем, что на сегодняшний день, именно это обстоятельство обуславливает специфический характер ценообразования в сельском хозяйстве и необходимость государственной поддержки.

Следует также отметить и такое свойство аграрной сферы, о котором достаточно подробно говориться в труде А.В. Чаянова – как не полное их включение капиталистические (экономические) отношения, так как помимо – капиталистических хозяйств существуют также хозяйства трудовые. «Задачей крестьянского трудового хозяйства является доставление средств существования хозяйствующей семье путем наиболее полного и возможного использования имеющихся в их распоряжении средств производства и рабочей силы самой семьи…задачей нетрудового хозяйства является наиболее полное использования вложенного в предприятие капитала, говоря короче получение максимальной прибыли на этот капитал. Говоря иначе, задачей капиталистического хозяйства является чистая прибыль хозяйства, в то время как задачей трудового – валовая прибыль»[28]. И как следствие этой характеристики, ограниченность включения аграрной сферы в рыночные отношения. Так в прямом рыночном обмене не участвуют следующая группа отношений: реципрокный обмен между членами семьи; социально-демографические (по обеспечению преемственности поколений, воспитанию, начальная профессионализация), биологических (по сохранению экологического равновесия, забота о воспроизводстве плодоносящей силы предмет труда (средства труда) (земли)).

И прежде всего, для аграрной сферы характерно наличие специфического субъекта – «крестьянина», которые действуют, как и, в целом, сама аграрная сфера по самостоятельным законом. Для изучения данного феномена ученые в области социально-гуманитарных наук обращались к рассмотрению сходных, параллельных категорий «крестьянин», «фермер», «сельский пролетариат», «работник сельского хозяйства» а в отдельных случаях и «сельский житель». Особенно активно, этот вопрос начал рассматриваться в связи с проникновением «капиталистических», «рыночных», «индустриальных» отношений в деревню во второй половине 19 века. Как показала практика «деревня» с неохотой воспринимала эти нововведения, оставаясь традиционной и достаточно устойчивой.

Согласно марксистской концепции «крестьянство как некий цельный класс общества не существует, он неизбежно распадается на сельскую буржуазию и пролетариат»[29]. И в рамках данной концепции выделение наемного работника и работодателя в чистом виде выглядело вполне оправданно.

В противовес данной концепции в российской обществоведческой мысли сложился подход, согласно которому обосновывается тезис об устойчивости крестьянства и крестьянского хозяйства, не отрицавший возможности выделения из него отдельных социальных групп. Однако следует отметить, что в рамках данного подхода сущность крестьянства раскрывалась по разному.

Так, А.В.Чаянов в своей работе «Организация крестьянского хозяйства» отмечал, что в русской экономической мысли выделились два основных направления изучения крестьянского вопроса: организационно-производственное и концепция «фиктивного двоедушия крестьянства».

Первое направление оформилось незадолго до первой мировой войны, что было вызвано теми социально-экономическими изменениями, которые были подняты революцией 1905 года. Классически к представителям данной школы относили труды таких ученых как А.Н. Челинцев, Н.П. Макаров, А.А. Рыбников, А.Н. Минин, Г.А. Студенский и других, в том числе и самого А. В. Чаянова. Вместе с тем, А. В. Чаянов не соглашался с утверждением, что его научные взгляды следует рассматривать в рамках данной школы. Так он придерживался позиции, обозначенной уже в работе выше, основанной на концепции крестьянского хозяйства как трудового семейного хозяйства, в котором семья в результате затраты годичного труда получает единый трудовой доход и соизмеряет свои усилия с получаемым материальным результатом. Таким образом, «мотивацию хозяйственной деятельности крестьянина мы принимаем не как мотивацию предпринимателя, получающего в результате вложения своего капитала разницу между валовым доходом и издержками производства, а скорее как мотивацию рабочего, работающего на своеобразной сдельщине, позволяющей ему самому определять время и напряжение своей работы».[30]

В рамках второго направления («фиктивного двоедушия крестьянина») можно выделить труды таких ученых как А.Вебер, Л.Н. Литощенко. Согласно данному подходу в лице крестьянина объединяются роли «и предпринимателя-капиталиста, и эксплуатируемого им рабочего, впадающего в хроническую безработицу и заставляющего своего хозяина во имя своих рабочих интересов переламывать свое хозяйство и поступать предпринимательски невыгодно…»[31].

В плане систематизации сложившихся направлений к пониманию сущности крестьянства особый интерес заслуживает труд Теодора Шанина «Великий незнакомец: крестьяне и фермеры в современном мире»[32]. В частности, в зависимости от направленности исследования крестьянство рассматривается как: класс (Г. Омведт., В. Данилов, Ч. Тили); культура (Дж. Скотт, Ф. Бейли); образ жизни (Фей Сяодун, Р. Редфилд); социальная категория (Д. Торнер); категория экономики (Р. Дюмон, Н. Макаров, А. Чаянов, Г. Робинсон, О. Файджес, М. Неш, Т. Шанин, А. Сен, М. Малита и др).

В контексте нашего исследования, анализ приведенных автором текстов, позволяет выделить достаточно интересный подход, высказанный Р. Редфилдом в работе «Крестьянство как социальный тип», согласно которому крестьянство является, прежде всего, образом жизни в рамках которого может обеспечиваться его существование, там же где проявляется предпринимательская направленность речь стоит вести о фермерстве. В частности, он отмечает, что крестьянами нужно считать «..тех, кого объединяет по крайней мере одно: их занятие сельским хозяйством – средство жизни и образ жизни, а не предприятие с целью извлечения прибыли. Те же, кто хозяйствует на земле в интересах помещения средств и бизнеса и для которых земля представляет капитал и товар, – это не крестьяне, а фермеры»[33]

Заслуживает внимания позиция, высказанная в работе Б. Галенски. «Семейное сельское хозяйство как профессия»[34] согласно которому «применительно к труду семьи на личной ферме термин «профессия» приобретает социальные характеристики, не характерные для других видов деятельности». В частности, автор выделяет следующие характеристики: работа выполняется семьей; место фермера (семьи) в профессиональной категории определяется его классовым положением; труд фермера автономен; различные виды деятельности, составляющие труд фермера, не только сильно отличаются друг от друга, но и лежат в основе разных специальностей. Все это позволило прийти к выводу о том, что «работа семьи на собственной ферме может быть определена как профессия, только исходя из соображений, что это производительный труд, создающий средства существования и занимающий определенное место в современной организации производства, основанных на социальном разделении труда».

Такой анализ мировой крестьяноведческой мысли позволил сформулировать Теодору Шанину четыре основные черты крестьянства, а именно: семейное хозяйство; хозяйство на земле; деревенская культура; низшее положение в системе социального господства. В свою очередь, под крестьянами он понимает «мелких сельскохозяйственных производителей, которые используют простой инвентарь и труд членов своей семьи, работают прямо или косвенно на удовлетворение своих собственных потребительских нужд и выполнение обязательств по отношению к обладателям политической и экономической власти»[35].

Для понимания сущности изучаемого феномена, автор показывает пограничные крестьянству группы, в числе которых называет следующие: сельскохозяйственные рабочие, в том числе рабочие крестьяне, часто практикующие такое разделение труда, при котором «мужчина в городе, а остальная семья в селе». В эту же категорию входят и члены производственных кооперативов;

• семейные группы, занятые в производстве, которое существенно отличается от хозяйствования крестьян, опирающегося главным образом на земледельческом труде. Значительным здесь является и полукочевое население, а также рыбаки, часть охотников, которые заняты в основном непосредственным использованием природных ресурсов;

• – живущие вне деревни крестьяне, у которых также отсутствуют соответствующие формы коллективного сознания или крестьяне-земледельцы, населяющие окраины современных городов;

• «невключенные» крестьяне, то есть крестьянские сообщества, лишь в очень ограниченной степени доступные для проникновения и контроля со стороны «национальных» государственно-бюрократических служб, рыночного хозяйства и актуализации, например современные земледельцы восточной Африки, горные курды[36].

Разграничивая термины «фермер» и «крестьянин» Т. Шанин отмечает, что там, где в процессе труда на земле используется капиталистическое оборудование и тем самым осуществляется преобразование природы, сущности традиционного сельского хозяйства правильнее, будет говорить о фермерстве.

Однако, такое разграничение весьма условно, в связи с эти мы совершенно согласны с позицией Д. Торнера, высказанной в работе «Крестьянская экономика как социальная категория». «Мы должны быть осмотрительны, дабы не попасть на удочку ложного представления о наличии некого «чистого» типа крестьянского хозяйства, потребляющего практически все, что оно производит, и ничего более, и отличного от него «нечистого» типа, производящего как для рынка, так и для своих потребительских нужд… Мы непременно собьемся с курса, если попытаемся рассматривать крестьянские хозяйства как ориентированные исключительно на «потребление» и будем подозревать наличие капитализма везде, где крестьяне демонстрируют «рыночную ориентацию». Разумнее принять как данность, как исходный момент, что крестьянские хозяйства веками имели «двойную ориентацию[37]». Данный подход будет учитываться при рассмотрении границ проявления социально-трудовых отношений в аграрной сфере.

Очевидно, что не во всех типах хозяйствования (предпринимательских и непредпринимательских) присутствуют полноценные отношения между работником и работодателем. В первом типе они размыты, так как в большинстве случаев каждый работник трудится для себя и своей семьи, тогда как во втором типе, характеризующаяся наличием экономических отношений, в рамках которых и возникает целесообразность появления отношений трудового найма. Этот подход породил немало научных споров еще в начале 20 века о том, есть ли наемный труд в аграрной сфере, применять или не применять трудовое законодательство к отношениям, складывающимся в процессе труда крестьянина и членов его семьи, в том числе детей[38]. Он остается актуальным и до сих пор. На первый взгляд, отношения во внеэкономической сфере между членами семьи, друзьями, соседями не находятся в рамках правового поля и не регулируются. Однако с определенного периода времени при возникновении государства, этот вопрос с разной степенью интенсивности решался. В результате чего появились нормы семейного, жилищного, гражданского права.

Развитие общественных отношений показало, что отношения найма работников могут возникать и в первом типе хозяйств. Так как, не только включенность в экономические отношения, является показателем наличия трудовых отношений. Причем это взаимный процесс, так как те и другие могут существовать автономно. Так, вполне успешно в экономических отношениях участвуют индивидуальные предприниматели, такие участники рынка ценных бумаг как брокеры и дилеры, адвокаты и консультанты в сфере бизнеса, а также иные участники экономических отношений, называемые на практике самозанятыми. Тогда как, в хозяйственных отношениях присутствует труд членов семьи и третьих лиц как помощников в домашнем хозяйстве: садовники, горничные, гувернантки, охранники, а также лица привлекаемые к труду в подсобном хозяйстве. Целесообразным будет признать, что в аграрной сфере, а не только в рамках деятельности организаций, могут возникать отношения трудового найма между работником и работодателем. В условиях формирования правового государства этот вопрос приобретает особую значимость. На наш взгляд, социально-трудовые отношения могут возникать везде, где есть лицо, которое предоставляет работу (работодатель) и лицо которое ее выполняет (работник) за плату, в том числе и в виде натуральных продуктов. Мы полагаем, что в случае если труд осуществляется не за плату (добровольческий труд, в том числе волонтерство[39]) говорить об отношениях трудового найма будет неправильно.

В чем же проблема, почему ученые не могут прийти к единому мнению, относительно аграрной сферы и ее субъектов, отношений складывающихся в ней. Во многом это может объясняться применяемой и господствующей в данный период времени идеологии, подходом к рассмотрению данной проблемы, специфическими задачами, которые ставят перед собой исследователи. Полагаем, что понимание данного вопроса лежит, прежде всего, в рамках философии как науки изучающей мироустройство, в целом, и соответственно социологии, которая позволяет вскрыть и проявить те законы, которые разработаны в рамках философии.

В большинстве источников авторы, применяя термин аграрная сфера, придерживаются подхода, согласно которому он отождествляется с сельским хозяйством, сельскохозяйственным производством, а в отдельных случаях и агропромышленным комплексом. Тогда как, базовыми сферами жизнедеятельности, согласно сложившимся в философской науке представлениями являются: физическая сфера, биосфера, психологическая сфера, технологическая сфера, экономическая сфера, социально-трудовая сфера, политическая сфера, информационная сфера. В основе своей, мы будем придерживаться методологического подхода, высказанного И.И.Мюрберг и основанного на анализе исторических парадоксов[40] и рассмотрении земледелия как сфере неотчужденного труда по К. Марксу [41] или невовлеченности, базирующегося на признании, то есть выведении ее из «невидимого» состояния аграрной сферы, как естественной формы жизнедеятельности человека, без которой существование человечества как такового невозможно. Действительно, как показывает практика, человечество на данном уровне развития научно-технического процесса не может существовать без результата труда, произведенного в аграрной сфере.

Такое понимание агросферы в рамках философского осмысления проблем биосферы, в дальнейшем ноосферы, биоэтики прослеживалось в трудах В.Вернадского, Т.Тимирязева, В. Соловьева, Л.Толстого и др. В социологической науке такая попытка была предпринята в 7080-х годах профессором В.И. Зориным, академиком А. Жученко. Несколько позднее В.И. Староверов высказал, точку зрения, согласно которой «… проблемное поле социологического познания агросферы со столь существенной спецификой и значимостью, которых вполне достаточно для институализации специальной ветви сельской социологии – социологии агросферы»[42]

Дело в том, что сложность проявления, «обнаружения» аграрной сферы состоит в том, что показывая место земледелия, сельского хозяйства, крестьянина, крестьянства, фермера и т. д. мы используем, прежде всего, пространственную модель в двоичной системе измерений и видим каждый раз некую точку, точки, которые иногда складываются в определенные фигуры, линии. Малоприменимо на наш взгляд рассмотрение аграрной сферы через круги Эйлера. Все это конечно не дает целостной картины. Тогда как, правильнее показывать аграрную сферу в рамках шара, ядра помещенного в иные сферы.

Мы полагаем, что аграрная сфера для отдельного человека и общества в целом, является неким социальным рефугиумом, позволяющим выжить, сохраниться как вид в период экономических и социальных кризисов. Именно этим может объясняться тот факт, что в условиях резких преобразований, наличия кризисных явлений в экономике, число лиц занимающихся постоянно или временно выращиванием сельскохозяйственной продукцией, пусть даже в рамках вторичной занятости, резко возрастает.

Очевидно, что в рамках традиционного общества, где отсутствуют экономические отношения, существует только аграрный труд, в минимальной степени присутствуют трудовые отношения найма, как таковые, аграрная сфера поглощает экономическую, социально-трудовую сферу. Тогда как по мере появления ремесел, торговли, индустриализации, развития капиталистических отношений, включения произведенной в сельском хозяйстве продукции в общественное производства, в целях обмена, купли-продажи, образования богатства, происходит следующее, либо первичный шар (аграрная сфера) сжимается, либо экономическая сфера, выходя за рамки аграрной, увеличивается в объеме (за счет развития новых направлений деятельности, примером может являться возникновение такого вида бизнеса как виртуальный). Тот же механизм, характерен, если мы поместим данный шар в другие сферы. В том числе социально-трудовую – здесь основными факторами определяющими выход социальной сферы за пределы аграрной стало появление права, государственных институтов власти и городов.

Что же происходит с аграрной сферой по мере разрастания социально-трудовой, политической, экономической сфер? Превратиться ли она в точку, полностью поглотившись другими сферами? Или как любой сжатый шар заданных параметров, он будет стремиться вернуться в первоначальное положение? Достаточно трудно ответить на данный вопрос. Если использовать теорию социальных катастроф, то вполне возможно и «выстрелит». Однако, мы полагаем, что учитывая особенности взаимопроникновения систем, физических и иных сред, все же произойдет процесс «диффузии» – смешения качественных характеристик одной и другой сферы.

Согласно представлениям И.И. Мюрберг аграрная сфера, в чистом виде не равнозначна сельскому хозяйству, грань же можно увидеть тогда, мы обнаружим применение в изучаемой сфере наемного труда, так как здесь уже появляются экономические отношения. Несмотря на очевидную целесообразность выделения данного подхода, полагаем что все же вырывание аграрной сферы из отношений складывающихся в процессе сельскохозяйственного производства будет не совсем корректным. Даже, если мы абстрагируемся от того факта, что наемный труд в домашнем хозяйстве не только может, но и применяется, то мы увидим, что в эту сферу вклиниваются и другие законы общественного развития.

В связи с этим полагаем, что правильнее будет рассматривать аграрную сферу скорее как отправную точку общественного развития, место защиты, место единения человека и природы. Это скорее отправная точка изучения труда и отношений, который в процессе и поводу его результатов складываются в сельском хозяйстве. Сфере, общественного производства, где основным средством труда является земля, а основным результатом – продукты питания, которые позволяют этому человеку выжить.

Однако, труд на земле по выращиванию сельскохозяйственной продукции может реализовываться не только в рамках сельской жизни, но и следующими категориями городских жителей: проживающих в городе и работающих в сельскохозяйственных организациях расположенных в пределах города и за городом (например подсобные хозяйства промышленных предприятий); постоянно проживающих в городе и имеющих садовый участок или иной участок предназначенный для ведения подсобного хозяйства. Однако, здесь правильнее говорить все таки не о субъектах аграрной сферы, несмотря на то обстоятельство, что люди заняты в сельскохозяйственном производстве. И в этом случае правильнее говорить о переходных формах.

В рамках нашего исследования, мы будем придерживаться расширительной трактовки понимания аграрной сферы, которая включает в себя не только сферу деятельность человека в домашнем хозяйстве, по выращиванию сельскохозяйственной продукции, ее хранению, переработке, перераспределению, вовлечению в эту сферу подрастающего поколения, но и в общественном производстве. Вместе с тем, вопрос об объеме, пределах, границах аграрной сферы остается дискуссионным.

Все вышесказанное позволяет определить аграрную сферу как сферу жизнедеятельности людей проживающих в сельской местности, занятых в сельскохозяйственном производстве и выращивающих продукцию для личного потребления и или реализации.

В свою очередь, изучение социально-трудовых отношений аграрной сферы российского села в целом, и региона – в частности, характерны специфические черты, которые усложняют их характер и накладывают отпечаток на состояние и оценку указанных отношений. Обобщая вышесказанное можно выделить две группы таких характеристик. Первая – это исконные, атрибутивные, перманентные черты аграрной сферы. К ней относятся следующие характеристики: ведение производства органически связано не только с использованием земли и природных ресурсов, но и необходимостью их сохранения; труд в сельском хозяйстве основан на использовании биологических законов (биологические процессы имеют определенные циклы и различную продолжительность); сезонность работ, а, следовательно, разрыв во времени между процессом производства и получением результата (неритмичность производства по месяцам); отсутствует непрерывный во времени трудовой производственный процесс; результаты труда зависят от погодно-климатических и природно-экономических условий; подавляющая часть работ выполняется на открытом воздухе, под воздействием различных погодных и климатических условий; наличие в этих отношениях специфического субъекта крестьянского хозяйства; социальный характер труда; не полное включение в экономические (капиталистические) отношения.

Вторая группа связана с современными особенностями социально-экономического состояния и организационно-правового регулирования аграрной сферы, которые будут обозначены во второй главе настоящего исследования. Отсюда следует два момента. Во-первых, подобная многоаспектность требует комплексного подхода к исследованию. Во-вторых, при разработке конкретных мероприятий по оптимизации социально-трудовых отношений в аграрной сфере необходимо учитывать, что степень влияния ограничена лишь второй группой характеристик.

1.2. Социально-трудовые отношения в аграрной сфере: понятие, виды, субъектный состав

Социально-трудовые отношения, в целом, и их разновидность, складывающиеся в аграрной сфере являются в той или иной мере предметом изучения комплекса социально-гуманитарных наук, в числе которых можно выделить, экономику, социологию, историю, юриспруденцию, психологию. Как отмечают ряд ученых термин «социально-трудовые отношения» вошел в научный оборот сравнительно недавно.[43] Данное обстоятельство определяется тем, что в условиях социалистического хозяйствования такого рода отношения раскрывались через призму изучения сходных или взаимосвязанных терминов «трудовые отношения», «производственные отношения», «индустриальные отношения», «хозяйственные отношения».

Анализ содержания словарей по указанным наукам позволяет сделать вывод, что предметом изучения в указанный период являлись скорее прикладные аспекты (трудовое поведение, мотивы к труду, отношение к труду) данных отношений. На сегодняшний день прослеживается четкая связь между отношениями в социально-трудовой сфере и социальной политикой государства.

Предметным полем социальной политики являются: доходы населения, демография, социальная сфера, трудовая сфера.[44] Несомненно, социальная политика государства распространяется не только на «человека трудового», но и на нетрудоспособных граждан (пенсионеры, не достигшие возраста приобретения дееспособности, инвалиды нетрудоспособной группы), граждан временно по тем или иным причинам не участвующим в процессе труда (осуществляющих уход за ребенком и т. д.).

Социальная политика тесно связана с социальной трудовой сферой. Как совершенно справедливо отмечает Н.М. Зазовская, направления, элементы, основные структурные блоки социальной политики и социально-трудовой сферы совпадают. Но в первую они входят как деятельностные, активные компоненты, а во вторую, как пространственные, пассивные.[45] Вышесказанное позволяет сделать нам вывод о том, что социально трудовая сфера есть проекция социальной политики, через призму существующих социальных, в том числе социально-трудовых отношений. Очевидно, что социальная политика любого государства преломляется через отношения, складывающиеся в процессе ее реализации и проявляется на социально трудовой сфере. Характеризует состояние социально-трудовой сферы социально-экономическое положение человека и их групп. Данный вывод может быть положен в основу анализа социально-трудовых отношений.

Как отмечает И.Д. Колмакова, неправильным будет отождествлять такие понятия как «трудовые» и «социально-трудовые» отношения. Так как, первые складываются только в рамках конкретных организаций, тогда как вторые охватывают более широкий субъектный и видовой состав.[46] Действительно, социально – трудовые отношения носят массовый характер и возникают между участниками производства в ходе их взаимодействия по поводу вознаграждения за труд, его условий, занятости, форм и методов разрешения конфликтов.[47] Аналогичного подхода придерживаются В.В. Куликов, Г.Э.Слезингер, однако они объясняют, вышеназванную позицию тем, что основная проблема заключается в том, в каком в узком или широком смысле необходимо понимать термин «трудовые отношения»[48].

Расширительная трактовка термина «социально – трудовые отношения» содержится в труде Г.Я Ракитской, которая определяет их, как отношения в сфере (по поводу) трудовой жизнедеятельности[49]. Вместе с тем, такое лаконичное определение не позволяет в полном объеме определить пределы и объем таких отношений. В частности, в рамках данного подхода открытым остается вопрос о включении в эту систему добровольческого труда.

В этой связи, представляется интересным определение, данное в работе А.В. Чичканова[50]. Под отношениями социально-трудовых субъектов он понимает взаимоотношения работодателей и работников, при посредстве государства (всей системы государственного устройства) и существующих социальных отношений в конкретном пространстве законодательства и порядка. Такое понимание отношений позволяет выделить только двух субъектов между которыми они возникают, тогда как государство рассматривается как самостоятельный институт, чья деятельность позволяет урегулировать возникающие отношения.

Достаточно общий подход к пониманию социально-трудовых отношений, содержится в справочнике по социальному партнерству, здесь под ними понимается разнообразие экономических, психологических и правовых взаимосвязей индивидуумов и социальных групп, возникающих в процессах трудовой (производственной) деятельности, обеспечения рабочими местами и в связи с распределением и потреблением произведенного национального продукцию.[51]

В этом плане позиция, высказанная Колмаковой И.Д.[52] представляет определенный интерес. Основное отличие социально-трудовых отношений от трудовых состоит в том, что вторые включают в себя взаимоотношения только между работниками и работодателями, тогда как первые складываются между большим количеством субъектов (работодатели, наемные работники, профсоюзные организации, органы государственной и муниципальной власти, партии, движения) по поводу согласования интересов и соблюдения трудовых прав субъектов трудовых отношений на локальном уровне, т. е. в организации.

В работе Р.П. Колосовой социально-трудовые отношения понимаются несколько шире (по количеству участвующих субъектов) и представляют взаимозависимость и взаимосвязь субъектов (работник, работодатель, территориальное образование, а в отдельных случаях государство) этих отношений, нацеленные в конечном итоге на качество трудовой жизни[53]. Однако целью деятельности указанных субъектов отнюдь не всего является обеспечение качества трудовой жизни, вполне вероятно, что каждый из указанных субъектов, вступая в такие отношения, преследует вполне самостоятельную цель. Цель работодателя состоит в максимизации прибыли. Цели публичных образований могут различаться в зависимости от конкретного исторического этапа, экономической и политической ситуации. Так, на современном этапе, в условиях ликвидаций последствия финансового кризиса, основная цель государства в рамках такого рода отношений состоит в снижении напряженности на рынке труда. И ряд из возможных механизмов отнюдь не способствуют повышению качества трудовой жизни (например, уменьшение социального пакета работников, введение режима неполного рабочего времени в целях сохранения рабочих мест). Тогда как и работники, вступая в эти отношения, могут преследовать самые различные цели в зависимости от того какой мотив деятельности является для них определяющим его труд. Таким образом, направленность на обеспечение качества трудовой жизни, это скорее цель идеальная не всегда достижимая и осознаваемая как основная. Правильнее в связи с эти будет говорить не о цели как «повышение качества трудовой жизни», а об объекте по поводу которых возникают социально-трудовые жизни.

Более конкретное определение содержится в учебнике О.В. Ромашова «Социология труда и экономическая социология». Автор понимает под социально-трудовыми отношениями систему взаимосвязей и взаимоотношений, складывающихся между работодателем и наемными работниками с участием государственных структур и общественных организаций в процессе труда по поводу производства, распределения и потребления материальных благ.[54]

Аналогично, как систему объективно-существующих отношений, возникающих и развивающихся в процессе труда между его субъектами и направленными на обеспечение высокого уровня и качества жизни индивида, трудового коллектива, общества понимает Н.М Зазовская.[55] Однако очевидно, что в приведенном определении направленность этих отношений имеет иной, несколько более масштабный и «позитивный» характер. Однако, сами отношения в тот или иной период времени, а также в той или иной сфере не всегда направлены именно на обеспечение «высокого» уровня и качества жизни. Особенно остро это проявляется в условиях финансового кризиса, в малоприбыльных отраслях и субъектах хозяйствования.

Встречается в научной литературе подход, основывающийся на вычленении процессуальной составляющей социально-трудовых отношений и представляющейся как «система правовых институтов, связанных с коллективными переговорами, регулированием условий труда, участием профсоюзов в управлении организаций, разрешением трудовых споров»[56].

Подход к определению содержания (сущности) социально-трудовых отношений могут отличаться в зависимости от уровня. Так В.П. Малащенко, характеризуя специфику проявления таких отношений на конкретном производстве, понимает их как ту сферу процессов и отношений, которые возникают по поводу условий труда (осуществления, организации, оплаты, дисциплины), по поводу общения и взаимодействия (создания морально-психологического климата в коллективе, обеспечения творческой удовлетворенности трудом и самореализации работников), а также по поводу производственно-финансовой деятельности предприятия и благосостояния его работников (эффективность производства и благосостояние работников), с существенным влиянием на институты гражданского общества [57].

Интересный подход к пониманию сущности социально трудовых отношений содержится в работе Азаровой Н.Б.[58], которая основываясь на концепции «жизненного цикла человека» в структуре социально-трудовых отношений выделяет отдельные их социальные характеристики.

Во-первых, они выступают в виде общественно необходимого условия экономики в целом, производства в частности. Во-вторых, они выступают в качестве общей формы воздействия элементов на социально-трудовые отношения. В-третьих, в социально-трудовых отношениях осуществляется персонификация субъектов. В них образуются те социальные группы, которые необходимы для собственно экономической деятельности и критически значимы для функционирования общества в целом. В-четвертых, они выражают общественно необходимый механизм взаимодействия субъектов, организованный в специфические социальные группы для выражения и реализации своих интересов. В-пятых, в них возобновляются и модифицируются включения субъектов в целостную систему социальных связей, непрерывно идет процесс их социализации, формируется база социально значимой модели, положения личности ее образа жизни. Наконец, в них осуществляется необходимая регламентация способа действия субъектов экономики.

Все вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что в современных социально-гуманитарных науках не сложилось единого подхода к определению содержания и сущности социально-трудовых отношений.

Следует отметить, что общими составляющими данного понятия являются, прежде всего, два момента:

• во-первых, то, что это некоторая совокупность взаимодействий между их субъектами;

• во-вторых, что основными субъектами таких отношений является работник и работодатель.

Однако и в понимании этих констант, авторы вкладывают совершенно различный смысл. В зависимости от уровня исследования (предприятие, регион, государство) различаются не только элементы системы и разновидности отношений складывающихся в рамках ее функционирования. Аналогичная ситуация складывается и в отношении понимания того кто же является работником и работодателем. В одном случае работник, это только тот, кто работает по трудовому договору, в другом случае это и те лица, которые работают в сфере нестандартной занятости (у физических лиц, на основании договора подряда). Отличаются и понимание того, кто выступает в отношениях в качестве работодателя. В первом случае это предприятии (юридическое лицо), во втором случае это руководитель организации, в третьем случае это сособственник предприятия. Данное обстоятельство предопределяет необходимость конкретизации указанных элементов определения.

В свою очередь, анализ сложившихся в современной литературе подходов к определению сущности социально-трудовых отношений позволяет выделить следующие основные отличия:

Во-первых, признавая что такого рода отношения складываются, прежде всего, между работником и работодателем, отдельные авторы расширят перечень возможных субъектов таких отношений, называя среди них: государство, органы государственной власти, профсоюзы, муниципальные органы, политические партии, общественные организации и т. д.

Во-вторых, в литературе нет единообразия в понимании того на что же направлены такие отношения. Среди целей таких взаимодействий называются: качество трудовой жизни; по поводу трудовой жизни; по урегулированию интересов; по воспроизводству и использованию основного фактора производства; по поводу реализации трудовых прав и прав собственности и др.

В третьих, остается открытым вопрос, в чем состоят эти отношения, где их пределы.

Такое смысловое многообразие обусловлено тем, что сами социально-трудовые отношения являются объектом изучения целого комплекса наук. В зависимости от целевой направленности, уровня исследования, подхода к изучению, целей анализа современные ученые и определяют указанный термин. Поэтому актуальным, при изучении социально-трудовых отношений является не только конкретизация сущности социально-трудовых отношений, но и сужение круга исследования, для выявления специфических характеристик изучаемого явления применительно к отдельной сфере – в нашем случае аграрной.

Как уже отмечалось ранее, составной частью социально-трудовых отношений являются трудовые отношения. Обе эти разновидности существуют в сфере (применения) труда. В Трудовом кодексе Российской Федерации под трудовыми понимаются отношения в рамках которых «работник обязуются лично выполнять обусловленную трудовым договором трудовую функцию и подчинятся правилам распорядка установленным в организации, а работодатель обязуется предоставить работу, своевременно и в полном объеме оплачивать ее и создавать условия труда предусмотренные действующим законодательством и иными нормативно-правовыми актами».

Таким образом, под трудовыми мы будем понимать – отношения по выполнению конкретным работником трудовой функции на условиях предусмотренных трудовым договором (согласно сложившейся в социологии терминологии договором трудового найма – социальной технологии или процедуры формального закрепления ролей, норм и правил применительно к наемному работнику и работодателю в рамках социального института трудового найма).

Следует отметить, что действующее российское законодательство различает понятие трудовой договор и договор гражданско-правовой (договор выполнения работ (подряд), оказания услуг). И если отношения складывающиеся по договору первого вида в чистом виде относятся к социально-трудовым отношениям, то применительно то отношениям складывающимся по договорам второго вида необходимо сказать, что действующее законодательство не относит данные отношения к трудовым, несмотря на то обстоятельство, что для обычного работника нет на первый взгляд большой разницы, как это все оформлено. Более того в рамках применяемой в социологии терминологии они вполне вписываются в отношения по трудовому найму. В связи с этим, настоящем исследовании для чистоты анализа, такие отношения мы будем назвать латентными. Кроме этого в аграрной сфере могут проявляться и такая особая разновидность социально-трудовых отношений как отношения между членами семьи, а иногда и третьими лицами по поводу труда в крестьянском хозяйстве и личном подсобном хозяйстве. Здесь работодателем является глава крестьянско-фермерского или личного подсобного хозяйства, обычно самый старший или уважаемый член семьи, тогда как работником выступают те кто трудиться, вступая в отношения трудового найма. В большинстве случаев такие отношения слабоформализированы, и регулируются нормами обычного права (устоявшимися в конкретной семье традициями).

Действительно, установленный законодательством подход является малопродуктивным, так как не может показать социальные связи субъектов в процессе реализации таких отношений. Так, вне рассмотрения остаются такие отношения, связанные с трудом и носящие не урегулированный правом характер, как взаимоотношения в коллективе (между работниками, между работником и работодателем), со специализированными структурами, в чьи функции входит (внутренний и внешний контроль, сфера нормотворчества, взаимосвязь с внешней средой и т. д).

Специфика социально-трудовых отношений состоит в том, что они определяют собой реализацию не только экономических, правовых, психологических, моральных, этических, но и социальных интересов, потребностей человека в частности и общества в целом. Более того, они характеризуются многообразием видового и субъектного состава. Так как, в процессе их реализации участники таких отношений находятся в связи и с другими явлениями и процессами общественной жизни.

В трудовых отношениях предметом (объектом) взаимодействия является прежде всего труд конкретного работника и они возникают между конкретными (определенными) работодателем и работником. Тогда как, социально-трудовые отношения направлены на создание организационно-правовых предпосылок для осуществления труда или их оптимизации. В эти отношения могут быть вовлечены не только работник и работодатель, но и трудовой коллектив в целом, представители работников в лице профсоюза или иных представительных органов, объединения работодателей, политические партии, иные общественные организации, средства массовой информации, органы государственной власти. Направлены эти отношения на урегулирование интересов и реализацию прав участников трудовых отношений. Следует отметить, что интерес формализованный, начинает приобретать характер права. На первый взгляд у двух основных казалось противоречивых субъектов они не совпадают, однако все они сосредоточены на урегулирования отдельных аспектов трудовой жизни, а правильнее сказать качества трудовой жизни.

Следующим обязательным моментом, который необходимо учесть при рассмотрении сущности социально-трудовых отношений – это их субъектный состав. В научной литературе сформировалось несколько подходов, к определению субъектного состава социально-трудовых отношений. На наш взгляд, субъектами социально-трудовых отношений являются: работодатели, работники, государство (институты государственной власти), институты гражданского общества (СМИ, общественные организации, общество в целом, политические партии). Остановимся на характеристике вышеназванных субъектов. Следует отметить, что деятельность всех указанных субъектов проявляется в общественных отношениях в виде поведенческих актов конкретных людей, которые выполняют соответствующие обозначенные им роли (функции).

Основным субъектом таких отношений является «человек трудовой», который может выступать в процессе реализации трудовой жизни в разных ролях и соответственно является «проявителем» разных функций: «работодатель», «собственник», «руководитель» «наемный работник», «член трудового коллектива», «потенциальный работник», «безработный», «представитель органа государственной власти», «представитель гражданского общества», «само занятый работник» (например, в крестьянском хозяйстве – ЛПХ).

В отдельных случаях эти роли одновременно совмещаются в одном индивиде и могут привести в результате к внутреролевому конфликту. Посмотрим как это происходит на ряде примеров. Не освобожденный профсоюзный лидер, в одном случае представляет в изучаемых отношениях наемных работников, тогда как одновременно сам является наемным работником. На первый взгляд конфликта здесь нет, однако очевидно, что реализуя функции профсоюзного лидера в организации, данное лицо приобретает управленческие функции, то есть может влиять на принятие решений организации. Так, согласно ст. 8 ТК РФ все локальные акты организации должны быть приняты, под «страхом» недействительности, с учетом мотивированного мнения профсоюза. Таким образом, в случае если ролевые интересы столкнуться, то выбор будет определяться субъективными характеристиками данного человека. Более того, если деятельность профсоюза в организации структурирована (есть рядовые члены профсоюза, профактив) то данное лицо больше приобретает характеристик работодателя, чем работника.

Аналогичная ситуация возможна и в случае с руководителем, который в отношении большинства наемных работников является работодателем, тогда как в отношении собственников организации будет наемным работником. Ситуация может, осложняться и тем, что большинство руководителей являются членами того же профсоюза, что и наемные работники. В связи с эти заслуживает внимания позиция В.И. Башмакова[59], согласно которой существующая структура организации профсоюзов – территориальная и отраслевая, не позволяет в должной мере реализовывать свое предназначение.

В любом случае основным субъектом этих отношений является работник, и как показывает практика не всегда «наемный» в полном смысле этого слова. В данной работе мы не будем исходить из расширительной трактовки социально-трудовых отношений. Вместе с тем, в число участников социально-трудовых отношений не будут включаться «потенциальные работники» (безработные, незанятые и т. д.). Корректировка будет производится, лишь в той части, которая характеризует латентные трудовые отношения. Так как, сложившейся в законодательстве в ст. 20 Трудового Кодекса Российской Федерации подход, оставляет за кадром труд в подсобном хозяйстве и труд на основании договора подряда или оказания услуг, тогда как данные лица согласно действующему законодательству о занятости населения относятся к категории занятых. Характеризуя положение «наемного работника» мы будем учитывать также и тот факт, что на его поведение, выбор оказывает влияние статус, социальное положение, самочувствие, настроение «потенциальных работников». Особенно остро это проявляется именно в аграрной сфере, так как предложение на рынке сельскохозяйственного труда ограничено и здесь присутствует монопсонизм на рынке труда.

В научной литературе применительно к работнику как субъекту различных отношений выделяются следующие подходы. Модель «экономического человека», которая раскрывает сущность человека, через призму таких характеристик как стремление к выгоде, экономический эгоизм, рационализм. Такой человек раскрывается через такие категории как «рабочая сила», «трудовой потенциал», «человеческий фактор», «трудовые ресурсы», «человеческий капитал», «человеческий фактор»[60]. Другой подход основывается на концепции «социологического человека», в рамках которой он выступает как человек политический, этический, рациональный, иррациональный, нормативный или девиантный[61]. В зависимости от угла рассмотрения в основу анализа сложившихся отношений закладывается тот или основной мотив определяющий поведение человека.

Такое многообразие, несомненно будет учитываться в процессе анализа, однако в целях оптимизации мы сузим круг ролей работника до трех: работник в чистом виде, работник-собственник, а в отдельных случаях и работник-работодатель. Вместе с тем, мы должны учитывать, что такое распределение ролей возможно только на локальном – микроуровне, то есть уровне конкретной организации. Тогда как, на уровне (территории, региона, государства в целом) проявляется еще одна роль – представитель гражданского общества. Так как, каждый из работников может являться членом общественной организации, политической партии и прежде всего профсоюза. Однако для чистоты анализа мы будем рассматривать данную роль только применительно к такому субъекту как институты гражданского общества.

Вторым субъектом социально-трудовых отношений, как уже было показано ранее, является работодатель. А именно тот человек, который дает работу, определяет, посредством принятия управленческих решений каким образом будет организован труд конкретного работника, создает предпосылки для профессионального развития и в конце концов принимает решение о прекращении трудовых отношений. Вместе с тем, согласно действующему законодательству работодателем являются юридические (предприятия и организации) или физические лица (конкретный человек), в том числе наделенные статусом индивидуального предпринимателя.

По поводу применяемых в трудовом праве терминов – юридические и физические лица сделаем небольшое отступление. С работником которым является также лицо физическое, и работодателем физическим лицом все достаточно ясно – это конкретный человек, который вступает в трудовые отношения с работодателем или соответственно с работником. Однако большинство действующих работодателей это именно юридические лица (предприятия). Но, как мы понимаем, это лицо состоит из множества людей. Так кто же в таком случае будет работодателем, кто конкретно будет играть его роль?

Несомненно, это функция в зависимости от организации и сложившихся в ней отношений может размываться. В одном случае все кадровые вопросы решает директор (руководитель) организации, в другом – часть полномочий передается по структурным подразделениям, однако то в каком объеме эти права передаются решает именно руководитель организации. Однако, если проанализировать сложившееся гражданское законодательство применительно к деятельности юридических лиц мы увидим, что органов управления в юридическом лице несколько больше. Так большинство организаций имеет либо двухзвенную структуру органов управления (высший орган управления, исполнительный орган) либо трехзвенную структуру органов управления (высший орган управления, совет директоров (наблюдательный совет, попечительский совет), исполнительный орган). Однако учитывая ту совокупность полномочий, которые предписаны тому или иному органу в действующем законодательстве мы приходим к выводу о том, что функция связанная с управлением трудовыми отношениями принадлежит именно исполнительному органу – руководителю (директору, президенту) юридического лица. Именно поэтому в настоящем исследовании мы будем придерживаться точки зрения, согласно которой работодателем является руководитель организации.

Таким образом, мы абстрагируемся от сложившейся в большинстве организаций расщепленной функции работодателя и будем придерживаться точки зрения, согласно которой полномочия работодателя в значительном объеме сосредотачиваются в лице исполнительного органа (с точки зрения права), а именно, в лице директора (президента и т. д.). Тогда как функцию собственника несет высший орган управления (общее собрание учредителей или акционеров, товарищи, общее собрание членов кооператива, публичные образования (государство)). Таким образом, если руководителем организации является лицо, которое участвовало своим капиталом в учреждении юридического лица, либо впоследствии приняло участие путем покупки акций, доли в уставном капитале, вступив в качестве члена в кооператив и внеся паевой взнос, то этот человек одновременно несет и функцию собственника. В случае же если, руководитель не является собственником, то он для конкретного предприятия является наемным работником одновременно реализуя функцию работодателя для остальных работников. Очевидно, что ролевая направленность определяет модель поведения и возможные полномочия у такого субъекта как работодатель. Таким образом, работодатель в лице конкретного руководителя может выполнять следующие роли: работодатель в чистом виде; работодатель– собственник.

Отметим, что в отличие от промышленности для аграрной сферы в большей степени характерно наличие особых участников, которые совмещая роли работника и собственника в одном человеке, одновременно выступают в качестве потенциального или реального работодателя. Ввиду сложного характера взаимоотношений, охарактеризованной в концепции «фиктивного двоедушия крестьянства», в процессе труда функции указанных субъектов размыты.

Однако, учитывая объем производимой в рамках таких отношений и реализуемой продукции, исторических особенностей развития аграрной сферы России, социальной значимости таких отношений в системе общественных отношений, переходности форм хозяйствования, мы в настоящей работе придерживаемся подхода, согласно которому в число самостоятельных, специфических форм хозяйствования, где могут проявляться социально-трудовые отношения относятся также и личные подсобные хозяйства (крестьянские хозяйства), и такие «признанные», но сравнительно новые для России специфические субъекты социально-трудовых отношений аграрной сферы как крестьянские фермерские хозяйства (далее фермерские хозяйства)

Применительно к участнику социально-трудовых отношений такого публичного образования как государство изучение функциональной направленности осложнено не только ролевым наполнением, но и уровнем анализа. Учитывая федеративный характер нашего государства, можно выделить следующие уровни: федеральный (уровень Российской Федерации), региональный (уровень субъекта федерации), территориальный (муниципальный).

В современной научной литературе не сложилось единого подхода какие роли выполняет государство в социально-трудовых отношениях[62]. В нашем исследовании говоря о ролях государства в социально-трудовых отношениях, основываясь на анализе нормативно-правовых актов и прежде всего Конституции Российской Федерации, мы выделили следующие роли: государство-законодатель; государство-управленец (включая функции контроля); государство-судья. Особо следует выделить и такую возможную ситуацию, когда государство является собственником имущества юридического лица, в связи с этим в социально-трудовых отношений может проявляться и функция собственника.

Анализ действующего законодательства позволяет сделать вывод о том, что ролевая направленность может реализовываться не на всех уровнях. Например, функция «государство-судья» не реализуется на муниципальном уровне. Однако это совсем не означает, что в реальной жизни данная роль не может проявляться. Так, в сельской местности решение главы местной администрации зачастую являются обязательным для спорящих сторон.

Учитывая то обстоятельство, что такое размытое по своему содержанию явление как государство, которое объединяет в себя значительное количество людей проживающих на его территории, проявляет себя в системе социально-трудовых отношений посредством деятельности отдельных институтов государственной власти на всех уровнях. Мы в своем исследовании, характеризуя деятельность такого субъекта социально-трудовых отношений как государство, будем говорить о деятельности институтов государственной власти

Следующим возможным участником социально-трудовых отношений является гражданское общество. Так же как и в случае с государством реализующееся в системе социально-трудовых отношений посредством деятельности отдельных его институтов. Следует отметить, что в большинстве исследований речь ведется лишь о профсоюзах. В советский период практически все работники являлись членами профсоюза и здесь профсоюз мог рассматриваться на уровне отрасли, региона, республики, государства как «совокупный работник». Тогда как, с приданием профсоюзам статуса общественной организации мы должны говорить о самостоятельной роли профсоюзов в системе социально-трудовых отношений. Полагаем, что иные объединения работников внутри трудового коллектива (совет трудового коллектива, общее собрание членов кооператива, собрание уполномоченных), согласно действующему трудовому законодательству называемые иной представительный орган, должны быть отнесены к «совокупному работнику» внутри организации и демонстрируют лишь групповые отношения на микроуровне (уровне предприятия).

Мы полагаем, что включение в изучаемые отношения на уровне общества только профсоюзов явно недостаточно. Такой усеченный подход, не позволяет объективно оценить сложившуюся систему социально-трудовых отношений с точки зрения достаточности ее элементов. Так, исключение из данной сферы такого субъекта как СМИ или же объединений работодателей не является оправданным. В этом свете правильным также будет говорить и об иных некоммерческих организациях, в том числе политических партиях, ассоциациях и иных общественных организациях. По аналогии с государством, институты гражданского общества могут выступать в следующих ролях: законодатель (посредством участия в принятии актов социального партнерства (соглашения, коллективные договоры)); управленец (посредством осуществления общественного контроля); судья (трудовой арбитраж, посредники, третейский суд), партнер.

Обобщая вышесказанное, мы можем определить социально трудовые отношения как совокупность объективно-существующих отношений, возникающих и развивающихся между их субъектами (работниками, работодателями, государством, обществом) состоящими в урегулировании интересов и (или) реализации прав по поводу качества трудовой жизни.

Анализ социально-трудовых отношений в аграрной сфере предполагает необходимость изучение особенностей их проявления на различных уровнях, выделение их общих и отличительных черт применительно к разным формам хозяйствования, а также в сравнении с дореформенным периодом, что обуславливает необходимость выделения оснований для классификации. Исходными положениями для выделения являются основания, которые позволяют оценить характер (совокупность отличительных свойств предмета) отношений.

Учитывая, что в результате взаимодействий между основными субъектами формируются определенные правила, которые в зависимости от ситуации могут исполняться или не исполняться с разной степенью интенсивности мы, считаем необходимым выделить следующие виды социально-трудовых отношений (см. табл. 1).

Необходимость оценки содержания социально-трудовых отношения в агарной сфере с позиции соответствия их нормам права, установленной форме отношений, степени их формализации, традиционности, активности, конфликтности позволит не только оценить эффективность сложившейся в агарной сфере совокупности социально-трудовых отношений, но и своевременно координировать направления совершенствования государственной политики на основе мониторинга процессов и явлений протекающих в агарной сфере.

Конечно, количество, виды, и направленность отношений включенных в систему социально-трудовых отношений во многом зависит от уровня рассмотрения. Один из подходов состоит в том, что выделяются три уровня рассмотрения: микроуровень, мезуровень, макроуровень[63]. Он является достаточно обоснованным и приемлемым. Однако такое деление является присущим для экономической науки. Мы полагаем, что в рамках прикладного изучения социально-трудовых отношений агарной сферы правильнее выделить, несколько иные уровни, что в целом не исключает возможность параллельного применения и вышеназванного подхода.

Таблица 1

Виды социально-трудовых отношений

Учитывая федеративный характер государства, применительно к системе социально-трудовых отношений, по аналогии с социальным партнерством, как одной из возможных форм проявления социально-трудовых отношений, целесообразным будет выделить следующие уровни:

• локальный (уровень хозяйствующего субъекта);

• территориальный (уровень муниципального образования);

• региональный (уровень субъекта федерации);

• федеральный (уровень Российской Федерации)

В зависимости от уровня анализа существенно может отличаться и предметная направленность отношений. Так, на уровне хозяйствующего субъекта они могут складываться по поводу заработной платы, организации труда, повышения квалификации, условий труда и других обстоятельств, которые будут характеризовать трудовую жизнь отдельного работника и всего коллектива в целом. То есть по поводу реализации определенных прав, которые закреплены в действующем законодательстве в ст. ст. 21, 22 Трудового Кодекса. Следует отметить, что на уровне предприятий может осуществляться также и урегулирование интересов, которое в случае их возможной формализации– приобретает уже характер права соответствующего субъекта. В отношении воплощения в жизнь права механизм его реализации является достаточно прозрачным, то есть соответствующий субъект может требовать, в том числе в судебном порядке его исполнения. Относительно урегулирования интересов все намного сложнее. Данное обстоятельство связано с тем, что в индивидуальном порядке работнику, как более слабой и зависимой стороне будет не просто рассчитывать, на его закрепление. Вследствие этого, наиболее эффективным возможным способом являются коллективные переговоры, возможность участия в управлении то есть урегулирование интересов посредством вступления в групповые социально-трудовые отношения.

На последующих уровнях, в которые вовлечен несколько иной состав, что проявляется в том, что в таких отношений работник в чистом виде отсутствует. От его имени в социально-трудовые отношения выступают профсоюзы, а в отдельных случаях иные институты гражданского общества. Аналогичная ситуация складывается, за некоторым исключением складывается и в отношении работодателя. Такие отношения возникают по поводу урегулирования интересов.

Несколько иные уровни выделяются Е.М. Шевцовой[64] В частности, она отмечает, что уровень отношений является производным от особенностей их субъектов и определяется свойствами социально-экономического пространства, в котором они функционируют. В качестве предметов на каждом уровне выступают различные их стороны. На уровне индивидуумов предметом является определенные стороны трудовой жизни конкретного человека (работника). Тогда как предмет групповых отношений, может выступать кадровая политика, аттестация, контроль и анализ трудовой деятельности, оценка эффективности труда, нормирование, организация труда. Автором также выделяется смешанный уровень, именно в рамках него проявляются взаимосвязи между работником и государством, работодателем и государством.

На наш взгляд, индивидуальный и групповой уровень, а вернее сказать индивидуальные и групповые социально-трудовые отношения, могут проявляться прежде всего на локальном уровне (когда социально-трудовые отношения изучаются в рамках конкретного хозяйствующего субъекта). Смешанный же уровень, лишь вовлекает дополнительный субъект в систему этих отношений. Дело в том, что когда конкретный работник или конкретный работодатель обращается к компетентным государственным органам с жалобой, за защитой нарушенных прав, отвечает на представления, выданные компетентными органами, сдает необходимую отчетность, иным образом вступает в отношения по поводу труда – здесь речь идет об индивидуальном характере отношений. То есть они касаются конкретных лиц (хозяйствующего субъекта (работодателя) и работника).

Тогда как в остальных уровнях социально-трудовые отношения всегда носят групповой характер. Так как, на этом уровне реализуются и защищаются групповые интересы: заключение соглашения, разрешение коллективного спора. Единственным возможным примером наличия индивидуального характера отношений на мезоуровне и макроуровне, который здесь возможно привести – является реализация права работодателя на отказ присоединиться к заключаемому соглашению между объединением работников, объединением работодателей и государством. Однако, здесь правильнее говорить скорее о реализации отношений индивидуального характера конкретным работодателем, что естественно позволяет сделать вывод о том, что включение в социально-трудовые отношения только работника и работодателя в корне не верно, скорее работник и работодатель являются основными субъектами. Таким образом, говоря об индивидуальном и групповом характере отношений правильнее будет говорить не об уровнях социально-трудовых отношений, а об их разновидностях.

В идеале социально-трудовые отношения могут представлять открытую, саморазвивающуюся систему и обладать ее признаками. Вместе с тем, характеризуя конкретные социально-трудовые отношения в той или иной сфере, мы можем столкнуться с тем обстоятельством, что изучаемые отношениями не обладают характеристиками системы, а именно устойчивостью и целостностью; структурностью; взаимозависимостью системы и среды; иерархичностью; множественностью описания каждой системы. Так для применительно к агарной сфере, правильнее говорить скорее о «совокупности», нежели чем о «системе». Так, отдельные социально-трудовые отношения, складывающиеся в сельском хозяйстве (аграрной сфере) страны не включены в эту систему и находятся как бы «оторвано» от них. Например, отношения между работником и владельцем личного подсобного хозяйства (крестьянского хозяйства), отдельные аспекты труда в крестьянско-фермерском хозяйстве. Более того, часть отношений плавно перешло в латентную сферу

Все вышесказанное актуализирует целесообразность исследования социально-трудовых отношений агарной сферы с точки зрения системного подхода. Такой комплексный подход при изучении социально-трудовых отношений агарной сферы позволит, на наш взгляд, оценить ее целостность, устойчивость, особенности функционирования, а также предложить направления совершенствования социальной политики в изучаемой сфере.

1.3. Качество трудовой жизни работников сельского хозяйства как показатель развитости социально-трудовых отношений

Исследования современного состояния социально-трудовых отношений невозможно без использования в процессе его анализа совокупности показателей, позволяющих оценить их качество. Таким интегральным показателем, является качество трудовой жизни (КТЖ), характеризующим уровень жизни и степень благосостояния работников. В научных исследованиях оно оценивается как на макроуровне, с учетом отраслевой, возрастной или региональной специфики, так и на микроуровне – применительно к отдельной организации.

В последние годы в научной среде усилился интерес к изучению вопросов качества общественных отношений в целом, и таких частных их проявлений, как «качество жизни», «качество трудового потенциала», «качество занятости» и «качество трудовой жизни». Вместе с тем, следует отметить, что в современной науке еще не сложилось единого подхода к определению сущности, содержания и механизма оценки понятия «качество трудовой жизни»[65]. Анализ литературы позволяет выделить два основных подхода к определению сущности изучаемого термина.

В рамках первого подхода качество трудовой жизни понимается как совокупность свойств, характеризующих условия и организацию труда. Согласно второму подходу – это степень (уровень) удовлетворения потребностей работника через трудовую деятельность в рамках конкретной организации. В этих двух подходах отражается многогранность и относительность изучаемого явления.

Очевидно, что такая характеристика, как качество трудовой жизни, сложна в анализе, поскольку в ее оценке может применяться различная совокупность показателей. Общеизвестно, что сам термин «качество» включает в себя не только объективные, но и субъективные характеристики. Оценка удовлетворенности трудовой жизнью может определяться применительно к работникам и к работодателям, а также к обществу в целом. При этом для чистоты научного анализа выделение этих трех субъектов оценки недостаточно. Помимо работников, работодателей и общества следует учитывать также лиц, осуществляющего деятельность без наемного труда (в аграрном секторе мы будем говорить о работниках крестьянско-фермерских хозяйств (КФХ) и личных подсобных хозяйств (ЛПХ) как специфических формах хозяйствования на селе).

Отдельно необходимо выделить и государство, что определяется наличием, в отдельных случаях, различных подходов к оценке изучаемого явления со стороны государства, в лице государственных органов, и общества (в нашем случае профсоюз). В зависимости от субъекта оценки меняются не только совокупность изучаемых характеристик, но и методы исследования.

Трудовую жизнь конкретного работника в системе социально-трудовых отношений в целом, и в отдельных сферах деятельности – в частности, в нашем случае – в аграрной сфере, определяет ряд прямых факторов: содержание труда, характер труда и информация (плотность и направленность информационного поля). Рассмотрим каждый из них.

Общеизвестно, что содержание труда позволяет отразить, выявить функциональную особенность конкретного вида трудовой деятельности, обусловленную предметами труда, средствами труда и формой организации производственного процесса. Как отмечала И.И.Чангли, содержание труда имеет два главных аспекта: технико-организационный и социально-экономический[66]. Первый аспект выявляется в количественной и качественной определенности трудовых функций, обусловленных техникой, технологией, организацией производства, предметом труда, мастерством работника. Второй аспект содержания труда выражается в связях и отношениях между трудом отдельного человека и трудом группы людей, предприятия, отрасли, экономики в целом и отражает в целом характерные черты общественных отношений, связей, взаимосвязей, взаимозависимостей при которых осуществляется труд[67].

Тогда как характер труда представляет собой связи и отношения, отражающие степень развития общественной природы труда, т. е. определяет тип сложившихся отношений в сфере труда. Отметим, что эти два фактора, влияющие на качество трудовой жизни, являются общепризнанными. Тогда как в отношении третьего фактора в современной науке пока нет единого подхода.

Очевидно, что современные ученые не отрицают влияние информационной компоненты на трудовую жизнь. Вместе с тем, эта составляющая относится к числу так называемых косвенных факторов, которые осуществляют воздействие на качество трудовой жизни через прямые факторы. Однако, на наш взгляд, и данный фактор является прямым, так как именно от плотности информационного поля зависит субъективная оценка качества трудовой жизни. Так, в территориальных образованиях, удаленных от крупных и малых городов, оценка уровня трудовой жизни определяется работниками посредством сравнения друг с другом или с близлежащими населенными пунктами. В этой ситуации субъективная оценка качества трудовой жизни окажется, несомненно, выше, несмотря на то обстоятельство, что показатели оценки будут свидетельствовать об обратном. Между тем, в более плотном информационном поле, характеризующимся значительным объемом информации о трудовой жизни, обилием доступных источников информации (газеты, Интернет, телепередачи и т. д.), степень удовлетворенности трудом значительно снижается при тех же объективных показателях. В связи с этим необходимо проводить коррекцию оценки качества трудовой жизни с учетом содержательности информационного поля.

Несомненно определенную роль играет и направленность информационного воздействия. Так, если общество ориентировано на сравнение «как было и как стало», а не на «как у него и как у меня», оценка качества трудовой жизни может быть также скорректирована.

Помимо прямых факторов, влияющих на качество трудовой жизни, следует выделить и косвенные факторы, к числу которых можно отнести политические, экономико-правовые, социальноиндивидуальные, технико-технологические и организационно

управленческие. Вместе с тем, их оценка конкретным работником осуществляется через призму своего жизненного опыта, а также знаний о том, каким может или должно быть, то есть и в данном случае через информационное поле. Именно поэтому оценка качества трудовой жизни должна осуществляться не только на основе анализа степени удовлетворенности субъектами социально-трудовых отношений отдельными показателями трудовой жизни, но и на основе объективных показателей, характеризующих их реальное состояние.

Однако, такое косвенное воздействие характерно только для оценки качества трудовой жизни с позиции работника. При оценке качества трудовой жизни с позиции общества и государства эти косвенные показатели выступают уже как прямые. Такая же ситуация, но в меньшей степени, возможна и для оценки качества трудовой жизни с позиции работодателя. Тогда как прямые факторы, обозначенные выше, не оказывают применительно к указанным субъектам существенного влияния.

В научной литературе выделяется совокупность показателей, позволяющих оценить качество трудовой жизни. Анализ работ дает основание для вывода, что в современной науке не сложилось единого подхода в определении их количества и видового состава. Данная ситуация во многом определяется тем, что в основу исследования заложены разные концепции мотивации персонала (А. Маслоу, К. Адельфер, Д. Маккеланд, Ф. Герцберг и др.). В отдельных источниках ряд показателей раскрывается через факторы, определяющие качество трудовой жизни[68].

На наш взгляд, учитывая интегральный характер такого показателя, как качество трудовой жизни, и необходимость обеспечения единообразия анализа независимо от объекта оценки (субъекта, отрасли, территории, возрастного состава), целесообразно выделение универсальных показателей. Такой подход позволит обеспечить возможность сравнения и соотнесения показателей качества, осуществлять мониторинг, своевременно вырабатывать направления совершенствования и оптимизации социально-трудовых отношений, трудовой жизни независимо от объекта оценки качества трудовой жизни. При этом оценка таких показателей будет осуществляться посредством применения разных методов исследования.

Можно выделить следующие показатели оценки качества трудовой жизни: условия труда; организация труда; оплата труда; содержательность труда; социально-правовая защищенность субъектов социально-трудовых отношений.

Что касается субъектно-объектного вопроса оценки качества трудовой жизни, то для работников характерен субъектно-субъектный характер оценки, когда он, как субъект трудовых отношений, оценивает свое собственное состояние. Для работодателя свойственна субъектно-объектная двойственность: с одной стороны, он оценивает качество трудовой жизни работника как объекта, с другой стороны, являясь и сам участником трудовых отношений, оценивает качество своей собственной трудовой жизни как субъекта управления трудовым процессом.

Оценка со стороны государства и общества носит исключительно объектный характер, поскольку касается внешней оценки качества трудовой жизни работников.

Следует отметить, что применительно к работнику качество трудовой жизни по данным показателям будет оцениваться посредством социологического опроса, на основе учета удовлетворенности той или иной составляющей каждого из показателей. В отношении других субъектов (работодатель, общество, государство) применяется дополнительная совокупность характеристик и методов исследования: анализ локальных и нормативных актов, государственных программ, нормативных договоров; анализ статистической информации; результаты наблюдения, а также иных методов исследования (см. табл. 2).

Цель оценки качества трудовой жизни, применительно к каждому из вышеназванных субъектов, различна. Так работник, оценивая качество своей трудовой жизни посредством соотнесения личных потребностей в сфере труда с возможностями их реализации, имеет цель определить предпочтительность данной работы, а в отдельных случаях – и выбрать место работы или поменять его. Работодатель имеет цель определить эффективность применяемых им методов управления. Государство – определить эффективность государственной политики в социально-трудовой сфере. Общество, в лице профсоюзов – предупредить социальные конфликты и противоречия путем их прогнозирования.

Таблица 2

Цели анализа качества трудовой жизни

С учетом выше обозначенных целевых различий, перечень характеристик каждого из показателей будет различен. Так, в оценке такого показателя, как условия труда, применительно к работодателю (как объекту), будут использоваться такие характеристики как: уровень производственного травматизма и профессиональных заболеваний у работников; число рабочих мест с вредными и опасными условиями труда; число индивидуальных и коллективных конфликтов, в том числе трудовых споров по вопросом обеспечения безопасных условий труда; результаты аттестации рабочих мест. Работодатель, как субъект оценки качества трудовой жизни работников, опирается на вышеперечисленные объективные показатели и на субъективную оценку работников, которая определяется с помощью социологического инструментария и поэтому носит объективный характер.

Очевидно, что в результате анализа качества трудовой жизни применительно к каждому из субъектов его уровень может различаться. Это может свидетельствовать о неадекватности требований работников применительно к отрасли, возрасту или региону; неэффективности менеджмента; наличии социальной напряженности; перекосах государственной стратегии в управлении социально-трудовыми отношениями (см. табл.3).

Таблица 3

Соотношение оценки КТЖ работников различными субъектами

Условные обозначения: НР-работник; Р-работодатель; Г-государство; О-общество; 1– высокий; 2– низкий.

Такая оценка качества трудовой жизни может осуществляться, как уже отмечалось выше, применительно к отрасли, отдельным территориям, возрасту, а также иным характеристикам, только при наличии единообразных показателей. Все это позволит вскрыть системные противоречия, своевременно прогнозировать негативные последствия и оптимизировать политику в системе социально-трудовых отношений в целом, и по отдельным ее составляющим посредством выработки соответствующей стратегии направленной на обеспечение сбалансированности интересов и улучшение социального самочувствия.

Глава 2

Социально-экономические преобразования России как основа изменения социально-трудовых отношении в аграрной сфере

2.1. Преобразования в аграрной сфере: предпосылки, сущность, особенности

Экономические, политические и социальные преобразования современной России имеют глубокие корни и историческую предопределенность. Недаром еще С.М. Соловьев(1820–1879) и В.О. Ключевский(1841–1911) оценивали экономическое положение России XVIII–XX вв. как страны запоздалого развития. Запоздалое развитие, по мнению Соловьева, объяснялось прежде всего тем, что Россия на два столетия позже начала переходный процесс от традиционных отношений к рыночным. В частности, на ускорение переходного процесса были направлены реформа 1861 года, Столыпинская реформа. Этому же должна была способствовать революция 1917 года. Однако с этого момента началась новая полоса развития российского общества в целом и экономики в частности.

Смена переходного типа экономики с естественно-эволюционного на реформаторско-революционный сопровождалась развитием по особой целевой программе, которая была направлена на переход к специфической форме плановой экономики, исключающей товарно-денежные отношения, рыночной механизм функционирования, право частной собственности в том числе на землю. Оригинальность этой системы проявилась, прежде всего, в том, что в конечном итоге она обнаружила свою неэффективность и оказалась неспособной обеспечить нормальную жизнедеятельность общества. Данное обстоятельство вынудило большинство стран плановой экономики отказаться от существующей в обществе экономической системы и искать другой путь, обязательным элементом которого провозглашался рыночный механизм.

На протяжении значительного периода времени основным объектом экономического реформирования в России являлись преимущественно аграрные отношения. Во многом данное обстоятельство определялось двумя моментами: ролью агарного производства в общем объеме производства России и существенным числом населения занятого в сельском хозяйстве.

Начиная со времен правления Екатерины в России неоднократно предпринимались попытки трансформации сложившихся в сельском хозяйстве отношений. Устройство сельского хозяйства во второй половине 16 века определялось, принятием акта об освобождении крестьянства от крепостной зависимости в 1861 году.[69] В то время правительство считало, что освобождением крестьян разрешило “крестьянский вопрос”, однако крестьяне все еще оставались неравноправными по сравнению с другими общественными классами и поэтому были обособленным сословием. Таким образом, в конце 60-х годов XIX века начали говорить о росте крестьянского обнищания и появления “нового аграрного вопроса”.

В конце XIX столетия правительство предприняло две основные попытки разрешить обостряющуюся аграрную проблему. Первая относится к началу 80-х годов, она состояла из трех компонентов: налоговые послабления, правительственное регулирование переселения на Восток, облегчение приобретения крестьянами дополнительных земель путем создания Крестьянского поземельного банка.

Вторая попытка относится ко второй половине 80-х годов XIX века. Министр внутренних дел Д.А. Толстой предложил: учредить в составе местной власти пост чиновника с широкими полномочиями, который бы был в состоянии противодействовать негативным последствиям общинной системы землепользования, ограничить и в отдельных случаях запретить раздел семейных наделов и передел семейных наделов в общине, предоставив крестьянину право покидать общину вместе с наделом.

Однако эти преобразования не сдерживали перемен, происходящих в деревне, более того – они усилили общинные основы землепользования, а также закрепили сословность крестьян в результате чего крестьянская община была превращена в “один из оплотов идеологии и политической системы царизма.” Именно в этот период – начало 90-х годов XIX века и 1905 г. стали складываться убеждения С.Ю. Витте, В.К.Плеве, В.И Гурко, А.А. Риттих и др. молодых чиновников, которые проявляли критический подход к традиционным методам правительства и впоследствии попали в число тех, кто подготавливал и проводил реформу Столыпина. [70]

Аграрная реформа Столыпина начинается с отмены выкупных платежей, круговой поруки, выхода 9 ноября 1906 года указа о праве крестьян на укрепление земельного участка в частную собственность. Основная идея этой реформы заложена в следующем принципе – “Ничто не поднимает нравственный уровень человека, как сознание полного и неотчуждаемого права собственности”[71]. Столыпинская аграрная реформа и сегодня вызывает повышенный интерес и противоречивые суждения. Оценивая идеологию данной реформы в среде современных ученых сложилось две кардинально противоположные позиции. Одни видят в ней панацею от всех бед, другие относятся к ней критически, считая ее кабинетной.

Так, историки А.П. Карелина, К.Ф. Шацило отмечают, что опыт Столыпинской реформы показал, что насильственное навязывание деревне форм собственности и хозяйствования и их бюрократическое внедрение чреват тяжелыми последствиями. Но не менее опасно и бросать деревню на произвол судьбы, так как в условиях несбалансированности экономики сельское хозяйство является той отраслью, которой необходима государственная помощь.[72]

К сожалению, идеология этой реформы состояла и в том, что дворянская земля оставалась неприкосновенной и только зажиточным крестьянам разрешалось выйти из сельской общины и превращать свои земельные участки в частную собственность. Через определенное время, когда суть реформы стала прояснятся крестьянину, произошло резкое сокращение выхода крестьян из общины, а в отдельных случаях и возврат в нее. Таким образом, община устояла, продажа наделов за все годы реформы составила 3,4 млн. из 139 млн. десятин. Переселенческая политика так же не в полной мере оправдала себя. Так из 2,7 млн. крестьян, переехавших за 1906–1911 годы за Урал вернулись – 800 тысяч, умерло голодной смертью– 100 тысяч, бродили нищими по дорогам Сибири – 700 тысяч. Все это обозлило крестьян, начались выступления и как следствие государство начало применять карательные меры («галстуки» Столыпина). Соответственно за сопротивление против выхода из общины и за требование раздела помещичьих земель были приговорены 6199 крестьян, расстреляно 1172, на каторгу были отправлены десятки тысяч крестьян.[73]

Следует также отметить, что крестьяне в массе своей не поддерживали реформу Столыпина, направленную на разрушение общины и укрепление частных собственников. Так проведенный историком Сенчаковой Л.Т. анализ наказов и приговоров (664) 1905–1907 гг. свидетельствует, что крестьяне отстаивали свои интересы, выступали за ликвидацию помещичьего землевладения и частной собственности на землю. Они считали, что землей должны владеть и пользоваться тот, кто на ней трудиться. Их мало интересовали политические споры о частной собственности, социализации и национализации земли.[74]

Распространенным мнением является утверждение, что реформа потерпела крах, так как не была завершена и ее проведение прервала война[75], а затем и революция 1917 года. Благодаря февральской революции в России возникли благоприятные условия для проведения аграрной реформы. В ходе ее обсуждения и разработки выявились две основные полярные точки зрения.

Первая точка зрения исходила из признания факта существования “крестьянского малоземелья” как главного фактора остроты аграрного вопроса; отсюда следовало, что помещичью землю необходимо передать крестьянам. Различия были лишь в способах передачи: насильственно или мирно, безвозмездно или за выкуп.

Вторая точка зрения сводилась к признанию необходимости рациональной организации сельского хозяйства, созданию условий для материального, духовного развития крестьянства. В соответствии с этой точкой зрения, крупные и хорошо налаженные хозяйства предполагалось оставить их владельцам, а оставшиеся земли передать крестьянам. В отношении крупных хозяйств предполагалось введение прогрессивного налога в пользу малоимущих. Готовили эту реформу специалисты-аграрники А.А.Рыбников, А.С. Посников, С.Л. Маслов, Н.П. Макаров, В.И. Анисимов, Б.Д. Бруцкус, Н.Д. Кондратьев, Н.Н. Черенков, Н.П. Огановский, А.В. Чаянов, А.Н. Челинцев, А.Н. Минин, Н.И. Ракитников, А. А. Кауфман, П. Н. Першин и др. Стремясь создать самый совершенный закон для “будущего хозяина русской земли” Временное правительство не спешило, постоянно отклоняя предложения министра земледелия.[76]

Народная инициатива опередила принятие этого закона. Большевики сумели взять власть, декларируя два лозунга: о земле и о мире. Принятие декрета “О земле” расстроило тщательно разрабатываемую реформу. В результате аграрных преобразований октября произошла ликвидация помещичьего землевладения. Деревню захлестнула «передельная» лихорадка. Кроме земли и остатков помещичьего инвентаря большевики крестьянам ничего не дали. Поэтому речь идет скорее не об аграрной, а о земельной реформе. Более того, право крестьян на землю оказалось призрачным, поскольку право на продукт труда у крестьян было отнято в ходе продразверсток.

В процессе ликвидации помещичьего землевладения и осуществления передела земли происходил дальнейший раскол крестьянства. Декретами устанавливается продовольственная диктатура, а органам Наркомпрода предоставляются чрезвычайные полномочия для “закупки хлебы по установленным, твердым ценам”. Начиная с 1918 года в деревню стали посылаться продотряды. Голод 1921 года был вызван прежде всего не столько неурожаем, сколько последствиями продразверстки. Далее последовала незамедлительная реакция в виде крестьянских выступлений[77].

Выходом из тяжелого политического и экономического кризиса был НЭП. История введения НЭПа достаточно изучена научной литературе. В марте 1921 года на 10 съезде РКП(б) было принято решение о замене продразверстки продналогом, а на сессии ВЦИК 21 марта 1921 года был принят Декрет “О замене продовольственной и сырьевой разверстки натуральным налогом”.[78] Кроме этого были приняты Декреты: о размерах натурального налога на два года; о разрешении свободной продажи хлеба, зернофуража и картофеля в губерниях, выполнивших разверстку; об обмене.

Курс новой аграрной политики опирался на появление либерального законодательства в отношении свободы выбора форм землепользования. “Земельный кодекс 1922 года хотя и с ограничениями, но все же разрешил краткосрочную аренду земли и наемный труд. В 192425 гг. правительство издало ряд законов, расширяющих условия аренды и применения наемного труда в сельском хозяйстве. Весной 1925 года была ослаблена государственная фиксация твердых цен на зерно и снижен государственный налог, увеличен санкционированный период сдачи земли в аренду, узаконен наемный труд, первоначально ограниченный уборочными работами, сняты различные помехи административного характера для свободной торговли.”[79]

Однако буквально через год действие этих законов ограничивается. В результате идейно-политической борьбы альтернативные варианты Н.И. Бухарина, А.В. Чаянова, Н.Д. Кондратьева, рассчитанные на дальнейшее использование НЭПа, кооперации, индивидуальных крестьянских хозяйств были отклонены. Победила новая политика, творцом которой стал Сталин.[80] Новое отношение к землеустройству началось с апрельского пленума ЦК РКП(б) 1925-го года., который признал одной из главных задач содействие “росту таких форм землепользования, которые благоприятны для развития кооперирования и механизации сельского хозяйства”.[81] Вновь началось преимущественное землеустройство колхозов. С этих пор и вплоть до 90-х годов собственность на землю существует в двух формах – государственной (общенародной) и колхозно-кооперативной. Данные вид земельных отношений поддерживался исключительно благодаря силовому принуждению государства в лице его органов.

Как отмечает Г.Б. Мирзоев, в конце 1920-х – начало 1930-х годов начинается активное наступление на последнюю предпринимательскую группу – индивидуальные крестьянские хозяйства, посредством принудительного кооперирования и обобществления. Важнейшую роль в колхозном строительстве сыграли Постановления от 5 января 1930 года ЦК ВКПб “О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству”, в котором указывались пути и методы решения этого вопроса. Раскулачивание осуществлялось при организации колхозов самими крестьянскими массами, бедняками и середняками по руководством органов партии и государства. Политически экстремизм и правовой нигилизм в этот период достиг своего апогея и сопровождался репрессиями: экспроприацией имущества, арестами, высылками и другими акциями.

Вместе с тем, устоявшиеся уклад крестьянской жизни в России сломать в короткий период оказалось достаточно сложно. В колхозы не хотели вступать большая часть крестьянства. Во избежание активного сопротивления правительству пришлось пойти на уступки и с этой целью опубликовать Постановление от 14 марта 1930 года ЦК ВКПб “О борьбе с искривлениями партлинии в колхозном движении”, назвав насильственное вовлечение в колхозы искривлениями в результате “головокружительных успехов”.

Следующим, основным правовым документом, определяющим аграрные отношения, стал примерный Устав сельскохозяйственной артели 1930 г., закрепляющий уравнительный принцип жизни в стране. В 1931 году во всех колхозах была введена новая форма учета общественного труда – трудодень. В этой связи достаточно трудно было говорить о наличии трудовых отношений в колхозах.

С июня 1935 года начала производится выдача государственных актов на пользование землей. Крестьяне, желая иметь земельные участки в личном хозяйстве, предпринимали различные незаконные действия для их увеличения. В целях борьбы с этим явлением в 1939 году было принято Постановление ЦК ВКПб и СНК СССР “О мерах охраны общественных земель от разбазаривания”. Как отмечают историки “В 30-50-е гг. проблема личных подсобных хозяйств были закрытой темой и практически не подлежали исследованию…В литературе, вслед за политикой, господствовала точка зрения ликвидации ЛПХ, развернувшаяся в 50-е – начале 60-хгг…Программная установка XXII съезда КПСС на создание материально-технической базы коммунизма в 1980 г. и возможность замены на этой основе ЛПХ общественным производством определили вплоть до середины 80-х гг. научные позиции большинства авторов.”[82]

Можно согласится с утверждением А.М. Бакиевой[83], что все преобразования в сельскохозяйственном производстве, начавшиеся в 1935 году приходятся на период уже сформировавшейся государственной системы управления коллективными хозяйствами и продолжавшийся вплоть до принятия в 1990 годах законов “О земле” и “О собственности.” Этот период характеризовался прежде всего тем, что крестьянин, как первичный производитель, благодаря коллективизации полностью утратил свою хозяйственную самостоятельность.

Неоднократно предпринимаемые попытки проведения аграрной реформы в бывшем СССР не приводили к успеху, как отмечают специалисты[84], прежде всего из-за полного огосударствления сельскохозяйственного производства и совершенно недостаточного использования правовых средств. Сложившаяся система аграрных отношений относительно устойчиво просуществовала в течении 60 лет. Характерными чертами этой системы было наличие отраслевого управления, стабильных видов форм хозяйствования на селе, индустриализацией аграрной сферы, устоявшейся системой снабжения сельскохозяйственных производителей, заготовок сельхозпродукции, возрастанием разделения труда в процессе производства в сельском хозяйстве, появлением новых профессий, развитой системой подготовки кадров. Главным недостатком данной системы было существование “внеэкономических отношений”, характеризующихся отсутствием свободы выбора сельскохозяйственными производителями в принятии управленческих решений и отчуждением их от средств производства. Таким образом, в этот период в сельском хозяйстве отсутствовал реальный товаропроизводитель, так как государство фактически отделяло продукцию от ее производителя. Это проявлялось прежде всего, в отчужденности основных субъектов социально трудовых отношений от средств производства, предмета труда, результата труда.

Все вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что в течении XIX–XX веков в России предпринимались попытки решить проблему модернизации и индустриализации сельского хозяйства. Несмотря на достаточный консерватизм аграрных отношений в сельском хозяйстве страны было несколько крупных переломных этапов: Крестьянская реформа 1861 года, Аграрная реформа П.А. Столыпина (1906–1917), Революционное решение аграрного вопроса, НЭП, коллективизация, Современные преобразования 1990-х.

Основным социально-экономическим содержанием этих преобразований была попытка создания эффективно функционирующего сельскохозяйственного производителя, но если первые две реформы предполагали создание его на основе частной собственности на землю, то последующие три на основе коллективного и обобществленного производства. В 80-90-е годы ХХ столетия в России впервые делается попытка совместить эти процессы. Как отмечал академик А.А. Никонов, суть современной аграрной реформы состоит прежде всего в комплексном изменении всей системы аграрных отношений, включая собственность на землю и другие средства производства, системы ведения хозяйства и формы хозяйствования, социальные условия жизни на селе.[85]

По мере приближения 90-х годов все очевидней становилось, что Продовольственная программа СССР не будет выполнена. На страницах печати начали появляться высказывания о необходимости разработки альтернативных вариантов аграрной политики. Специфика осуществляемой аграрной реформы состоит в том, что она началась спонтанно, без четких целей и средств достижения.

Достаточно быстро получила повсеместное признание идея о необходимости аграрных преобразований посредством фермеризации, разгосударствления земельной собственности, перехода к рынку. Реформирование колхозно-совхозной системы организации сельскохозяйственного производства стало неизбежным при переходе России к рыночным отношениям. В этот период в научных кругах особенно остро обсуждался вопрос о наиболее предпочитаемых формах организации сельскохозяйственного производства. Проблемам становления и адаптации новых, а также трансформации ранее существовавших форм хозяйствования, на селе посвящены работы экономистов И.Г.Кириленко, З.С. Беляевой, В.В. Устюкова, Э.И. Павлова и др., а также социологов В.И. Староверова, З.И. Калугиной, Л.В. Бондаренко, П. Великого, А.А. Возьмителя, Е.В. Дудниковой, Заславской, А.Н. Захарова, В. Ладенкова П.А. Михеева, А. Тимуша Г. С. Широкаловой, Ю. Хагурова. По данному вопросу них среди ученых сложились три основных подхода.

Согласно первому подходу, в перспективе в России сформируется модель аграрных отношений присущих западным странам, а наиболее предпочтительной формой организации производства будут крестьянские фермерские хозяйства. Приверженцы данного подхода утверждают, что аграрная политика базирующаяся только на ведении крупных коллективных хозяйств абсурдна. А опыт зарубежного фермерства и крестьянских хозяйств в России до 1917 года и в период НЭПа яркое тому подтверждение.[86]

В соответствии со вторым подходом, ведущей формой в аграрном секторе являются коллективные хозяйства. В связи с этим, В. Милосердов, П. Клемышев, А.Шутьков, В.И. Староверов и ряд других ученых пытаются защитить колхозы и совхозы, ссылаясь на опыт зарубежья, где происходит массовое разорение мелких ферм.[87] Всероссийским НИИ экономики и нормативов была разработана методика комплексной оценки эффективности различных форм собственности и хозяйствования в аграрном секторе. Большинство исследований показало высокую эффективность крупнотоварного производства в сравнении с мелкотоварным. Так, В. Добрынин отмечает[88], что фактическая потребность крупных хозяйств в ресурсах в расчете на единицу площади в 2–3 раза меньше потребности в них фермерских хозяйств.

В соответствии с третьим подходом, которого придерживаются М.А.Аюшев, Р.И. Капелюшкин, Б.Пошкус и др., что нет никаких априорных оснований для того чтобы отдавать предпочтение той или иной форме экономической организации перед остальными. На наш взгляд, все формы организации производства имеют право на существование, в основе же их выбора должен быть заложен принцип субъективности, однако выбор мог быть обусловлен и наиболее предпочтительной для аграрной сферы моделью социально-трудовых отношений.

Вместе с тем, учитывая спонтанный характер выбора оптимальной формы хозяйствования, данный аспект в большинстве случаев не учитывался. Лицами ответственными за принятие решений выбиралась преимущественно наиболее простая с точки сравнения создания форма хозяйствования. Это было вызвано рядом причин, в том числе неготовностью большинства управленцев осуществить обдуманный выбор; навязыванием форм реорганизаций сверху, недостаточной проработанностью нормативно-правовой базы, низкой активностью сельского населения в определении и выборе формы хозяйствования и использования передаваемому в собственность или иному праву земельному участку.

Правовые нормативные акты, изданные в первый год аграрной реформы, не предусматривали проведения широкомасштабных мероприятий по реорганизации колхозов, совхозов, других сельскохозяйственных предприятий. Положение изменилось в 1992 г. Указ Президента Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. "О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР" обязал колхозы и совхозы провести в 1992 г. реорганизацию, привести свой статус в соответствие с Законом РСФСР "О предприятиях и предпринимательской деятельности". В данном Законе отсутствовал производственный кооператив как форма предпринимательства, что негативно отразилось на процессе реформирования колхозов и совхозов. Принятие 6.05.92 Постановления “О ходе и развитии аграрной реформы” решило данную проблему. Так здесь устанавливалось, что перерегистрация колхозов и совхозов возможна при сохранении прежней формы хозяйствования. В целях реализации данного Постановления Минсельхозпрод РФ утвердил Рекомендации по приведению уставов колхозов, сохраняющих прежнюю форму хозяйствования в соответствии с действующим законодательством.

Колхозно-совхозная система, просуществовавшая около 60 лет в процессе проведения современной аграрной реформы трансформировалось. Колхозы, в соответствии с примерными уставами, определялись как кооперативные организации добровольно объединившихся крестьян для совместного ведения крупного социалистического сельскохозяйственного производства на основе общественных средств производства и коллективного труда. На первый взгляд колхозам, советского периода были присущи практически все признаки кооперативов. Вместе с тем, проявления командно-административной системы, исказили кооперативную сущность колхозов. Колхоз в советский период представлял собой “коллективное хозяйство, созданное на земле, находящейся в исключительной собственности государства и переданной хозяйству в бессрочное и бесплатное пользование для производства и реализации в основном государству сельскохозяйственной продукции, имеющее как бы кооперативную организационно-правовую форму, но функционирующую в огосударствленном виде.”[89]

Совхозы в СССР, представляли собой государственные сельскохозяйственные предприятия. Государство, в лице своих органов, осуществляло планирование производственно-хозяйственной деятельности, спускало планы закупок и поставок, назначало директора. Все имущество совхоза, включая землю и производимую продукцию, принадлежало государству. В 80-е годы для укрепления экономики совхозов повсеместно стал внедрятся внутренний хозрасчет.

Реорганизация сложившейся колхозно-совхозной системы включала в себя следующие элементы: осуществление приватизации сельхозугодий и имущества предприятий, определение земельных долей и имущественной паев; выход из реорганизуемых предприятий лиц, желающих создать крестьянские (фермерские) хозяйства; преобразование колхозов, совхозов и других сельскохозяйственных предприятий в иные организационно-правовые формы хозяйствования.

Принятый в 1994 Гражданский Кодекс внес значительные изменения в определение видов организационно-правовых форм хозяйствования, в том числе и для села. Вместе с тем, следует отметить, что помимо предусмотренных в ГК форм организации в сельском хозяйстве функционируют также сохранившие прежнее содержание, но имеющие другую форму хозяйствования: колхозы (производственные кооперативы) и совхозы (унитарные предприятия).

В процессе реорганизации осуществлялась приватизация земель. На базе земель и другого имущества колхозов и совхозов создавались новые организационно-правовые формы хозяйствования на селе. Следует отметить, что в 1991–1994 годы со стороны государства активизировался процесс осуществления глобальных аграрных преобразований, происходящий на фоне спада производства и инфляции. Правительство, заинтересованное в скорейшем воплощении в жизнь аграрной реформы принимает целый пакет соответствующих нормативных актов. Для них характерным было указание предельных сроков реализации, что частично напоминало процесс запрограммирования реформ. Вместе с тем моментальные результаты не были получены, сроки реализации были трудно выполнимы и не выдерживались. Так, опыт стран с развитой экономикой показывает, что внедрение новых организационных форм имеет успех только на длительном временном интервале – 712 лет, тогда как в России этот процесс носил революционно-разрушительный характер. Все это осложнялось разрушением сложившихся хозяйственных связей. Государство, одержимое идей “Рынок все выправит” самоустранилось от не только от процесса реформирования, но и от регулирования аграрных отношений.

К 1996 году роль государства была сведена к минимуму и если в 1992 году еще действовали административные ограничения цен на некоторые социально значимые продукты питания, то затем они были отменены. Применение ценовых дотаций лишь частично способствовало смягчению кризисной ситуации на селе, сельское хозяйство оставалось низкорентабельным.

С формальной точки зрения в аграрном секторе России были созданы экономические и институциональные предпосылки для развития производства в сельском хозяйстве. Однако негативный макроэкономический фон с одной стороны и отсутствие бюджетного финансирования с другой существенно сказалось состоянии сельскохозяйственного производства в целом и сельскохозяйственных производителей в частности.

Причины повлекшие столь негативные последствия достаточно многообразны. Прежде всего, специфика осуществления данной реформы состояла в том, что она началась спонтанно, без четких целей и средств достижения. Академик А.Ф. Сериков[90], оценивая ход аграрной реформы высказывает точку зрения, что истинные цели реформы не сходятся с официально декларируемыми. Цель он считает, а следовательно и причину таких результатов, следует искать в той же плоскости, что и в промышленности, а именно это раздробление крупного производства с тем, чтобы потом легче и дешевле скупить эту собственность или сконцентрировать в руках финансового капитала

Оценивая результаты аграрного реформирования А.В. Петриков[91]отмечал, что отсутствие адекватной рынку системы регулирования в конечном итоге определило сегодняшнее состояние сельского хозяйства. Сельскохозяйственные производители оказались в тисках двойной монополии со стороны перерабатывающих и производящих сельхозтехнику предприятий, испытывают сильную конкуренцию со стороны иностранного агробизнеса.

Однако следует отметить, что ранее показанная специфика аграрной сферы, включенность в аграрные отношения не только экономических отношений, но и социальных трудовых, требует при разработке программ, принятии нормативно-правовых актов учитывать эти особенности. К сожалению, в процессе принятия и реализации программ существует некая раздвоенность, с одной стороны принимаются программы направленные на развитие сельского хозяйства, с другой программы направленные на социальное развитие села. Очевидно, имея совершенно благие цели, однако без учета оторванности, закрытости аграрной сферы, ставя во главу угла конечно связанные, но все же разнонаправленные цели: – повышение производства и улучшение жизни на селе, мы практически забываем о человеке, который живет и трудиться на этой земле. Именно живет и трудиться. К сожалению, в большинство программ рассматривают человека как объект, и не нацелены на формирование самостоятельного, независимого, инициативного человека трудового – субъекта, какую бы он функцию не выполнял: работника, работодателя или собственника

Вместе с тем, несмотря на значительный объем нормативно-правовых актов регулирующих процедурные аспекты создания и функционирования отдельных форм хозяйствования, механизм получения кредитов и помощи со стороны государства для сельскохозяйственных товаропроизводителей вопросам развития социально-трудовых отношений в сельском хозяйстве уделяется недостаточное внимание. Так, основным актом регулирующим социально-трудовые отношения в этой сфере, как впрочем, и для всех других сфер, отраслей и видов экономической деятельности является прежде всего Трудовой Кодекс Российской Федерации.

2.2. Итоги аграрных преобразований современной России и их влияние на социально-трудовые отношения

Специфика трансформации социально-экономических отношений в аграрной сфере состоит в двойственном характере ее процессов и результатов. С одной стороны – появились новые субъекты экономических отношений, основанные на разных формах собственности. С другой – изменились характер и механизм взаимоотношений, как между этими субъектами, так и внутри них. Главное, в результате реформирования к концу XX века в аграрной сфере сложились три основные формы хозяйствования в аграрной сфере: сельскохозяйственные организации (предприятия), крестьянские (фермерские) хозяйства и индивидуальные предприниматели, а личные подсобные хозяйства сельских жителей.

Современные аграрные преобразования в России, как было показано ранее, были направлены, прежде всего, на трансформацию отношений собственности и формированию многоукладной экономики. В процессе реформирования были созданы организационно-правовые основы появления частной собственности. Анализ степени интенсивности преобразований форм собственности, в целом в экономике, показывает, что аграрная сфера оказалась несколько консервативнее. Протекание процессов реорганизации аграрной сферы отличалась и по регионам России.

Во многом это определялось особенностями выбранного и реализуемого подхода к управлению преобразованиями. Один из вариантов состоял, в создании предпосылок для интенсификации приватизации земель сельскохозяйственного назначения, процесса создания фермерских хозяйств, декларировании необходимости повсеместного, скорейшего формирования новых форм хозяйствования в сельском хозяйстве. К сожалению, эти реформы легли на неподготовленную почву. Большинство жителей села, тружеников сельского хозяйства не понимали необходимость и целесообразность преобразований, что привело к негативным процессам, состоящим в лучшем случае в имитации предпринимательской активности в сельскохозяйственном производстве, в худшем же – к росту числа правонарушений, проявляющихся в нецелевом использовании кредитов, рейдерстве, мошенничестве, доведении предприятий до банкротства, нецелевом использовании земель. Второй подход в управлении преобразованиями состоял в их сдерживании, попытке сохранения прежних, крупных форм хозяйствования. Так, происходило в ряде субъектов федерации. К числу таких субъектов относится Республика Башкортостан.

На фоне позитивных организационных итогов реформирования аграрной сферы в России, состоящих в появлении на селе новых форм хозяйствования и частной собственности на землю, изменение соотношения используемых способов реализации произведенной продукции, наблюдаются и такие последствия как: уменьшение числа крупных сельскохозяйственных организаций, в наличие значительного числа убыточных организаций, сокращение посевных площадей, ухудшение материально-технической базы производства и мер по восстановлению плодородия почв. (См. Приложение!.).

В ходе агарного реформирования в России, произошли не только процессы, сопровождающиеся изменением форм собственности, хозяйствования и организационных основ управления. Налицо резкое снижение числа занятых в сельском хозяйстве. (см. табл. 4).

Таблица 4

Среднегодовая численность занятых в экономике России[92]

Сложность реальной оценки числа, лиц которые занимаются сельским хозяйством состоит в том, что официальная статистика оперирует только теми показателями которые включают в число лиц занятых в сельском хозяйстве не только наемных работников, но и индивидуальных предпринимателей, глав крестьянско-фермерских хозяйств, а также лиц занятых в личных подсобных хозяйствах и реализующих произведенную сельскохозяйственную продукцию. Данное обстоятельство определяется самой методикой статистического наблюдения, а также действующим законодательством о занятости в РФ. Таким образом, часть, отношений в сфере труда остаются за кадром и носят латентный характер. Так, критерием отнесения лица к категории занятых в сельском хозяйстве, является реализация личным подсобным хозяйством произведенной продукции (более 60 %). Вместе с тем, вызывает сомнение тот факт, что объем реализованной продукции может с достаточной степени достоверности отслеживаться. Более того, все это может привести к нарушениям законодательства о занятости.

Указанные тенденции характерны и для ее регионов. Однако учитывая тот факт, что Российская Федерация занимает значительную площадь, а ее регионы расположены в разных природно-климатических зонах, что предопределяет неравномерности их развития, наличие организационно-правовых и социально-экономических особенностей, в настоящем исследовании мы будем основываться на материалах. Республики Башкортостан (РБ). Данный субъект федерации является одним из крупнейших сельскохозяйственных регионов страны, который занимает третье место по производству продукции сельского хозяйства, а его доля в общем объеме производимой сельскохозяйственной продукции составляет 4,1 %[93]. В сельском хозяйстве было занято около 15,4 % от числа занятых в РБ.

Следует отметить, что начиная с 2005 года статистическое наблюдение ведется по видам экономической деятельности, а не отраслям как ранее. Именно поэтому в приводимых по тексту таблицах данные будут приводиться, включая такие сферы, как охота и лесное хозяйство, где преимущественно заняты мужчины. Анализ статистических сборников, посвященных труду и занятости показывает, что ранее в общей доле занятых (данные за 1990–2004 годы) среднегодовая численность занятых в лесном хозяйстве в среднем составляла 0,5 % от числа занятых в экономике РБ, и колебалась по годам от 9,7 тыс. до 8,4 тыс. человек, что в среднем составляет 8,8 тысяч человек. Именно на эту цифру в дальнейшем может корректироваться численность занятых по приводимым в работе таблицам.

Учитывая то обстоятельство, что аграрная реформа была направлена не только на изменение форм хозяйствования, но и на изменение форм собственности в системе социально-трудовых отношений произошли значительные изменения, а именно если ранее практические все занятые в экономике работали в организациях с государственной формой собственностью, то в результате преобразований произошло смещение в сторону частной собственности (см. табл. 5). Причем уровень смещения существенно превышает смещение в экономике в целом. Данное обстоятельство во многом определяется так называемыми организационно правовыми формами юридических лиц (сельскохозяйственных организаций).

Дело в том, что согласно действующему гражданскому законодательству по общему правилу, собственником имущества юридического лица являются сами юридические лица (что происходит в большинстве организационно-правовых форм), за исключением случаев когда имущество передается юридическому лицу на праве оперативного управления или хозяйственного ведения (что характерно только для унитарных предприятий, учреждений).[94] В случаях с предприятиями это имущество может передаваться на указанных правах, только публичными образованиями (российской федерацией, субъектами российской федерации, муниципальными образованиями). Во всех остальных случаях, даже если государство будет выступать в качестве соучредителя юридического лица собственность будет частная, так как собственником имущества будет само юридическое лицо. Так, если 2004 году число государственных предприятий было 138, то в 2008 году их число уменьшилось в 2,1 раза, тогда как число обществ с ограниченной ответственностью увеличилось в 2,9 раза.

Основными формами хозяйствования с аграрной сфере являются следующие: организации(предприятия), крестьянско-фермерские хозяйства и индивидуальные предприниматели, хозяйства населения(личные подсобные хозяйства). В Республике Башкортостан на начало 2009 года насчитывались 916 сельскохозяйственных организаций, 4214 крестьянских (фермерских) хозяйств в том числе индивидуальные предприниматели, 588 тыс. семей ведут личное подсобное хозяйство.

Социально-трудовые отношения в первых двух типах хозяйств урегулированы трудовым законодательствам и по природе своей они относятся к хозяйствам предпринимательского типа, так как согласно действующему Гражданскому кодексу– нормативно-правовому акту устанавливающему правовой статус субъектов экономических отношений, имеют основную цель извлечение прибыли. Тогда как третья группа хозяйств (будем называть их личные подсобные хозяйства), не являются самостоятельным субъектом правовых отношений и от их имени в хозяйственном обороте выступают физические лица (члены личного подсобного хозяйства). Данное обстоятельство предопределяет сложность и неоднозначность их правового статуса не только в системе социально-трудовых отношений, но и экономических в том числе. То есть они есть в реальности, но их как бы нет, они не обособлены.

Таблица 5

Распределение среднегодовой численности занятых в сельском хозяйстве по формам собственности в РБ в 2008 году в %

Как видно из табл. 6 большая часть занятых в сельском хозяйстве приходиться на первую группу (включающую лиц занятых в сфере предпринимательской деятельности без образования юридического лица, домашнем хозяйстве, по найму у физических лиц) (48,1 %), тогда как на вторую группу (в сфере предпринимательской деятельности без образования юридического лица, включая лиц, занятых на индивидуальной основе, а также в домашнем хозяйстве производством продукции сельского, предназначенной для реализации) приходиться 47,1 %.

Такая эта ситуация специфична именно для сельского хозяйства. Для экономики в целом она носит несколько иной характер: в хозяйствах первого типа сосредоточено (80,4 %), а в хозяйствах второго типа -19,6 %. Лишь незначительные отклонения в сторону второй группы содержаться в отдельных видах экономической деятельности (Приложение 2).

Обозначенное выше распределение занятых в сельском хозяйстве лиц вызывает серьезные опасения. Так как, на отношения складывающихся во второй группе хозяйств трудовое законодательство не распространяется.

Следует отметить, характерные для России относительно снижения доли занятости в сельском хозяйстве проявляются и Республике Башкортостан. Так в 2008 году число лиц занятых в сельском хозяйстве снизилось на 27,94 % по сравнению с 2000 годом (см. табл. 7). Тогда как в экономике РБ, число занятых, пусть и не значительное – на 5,2 % (в 2008 году по сравнению с 2000 годом), как мы видим увеличивается. И это даже с учетом последствий мирового финансового-экономического кризиса.

Таблица 6

Распределение численности занятых в экономике РБ по месту основной работы по видам экономической деятельности в 2008 году

без образования юр. лица[95]

Таблица 7

Среднегодовая численность занятых в сельском хозяйстве, охоте и лесном хозяйстве, РБ на конец года, тыс чел

Чем же вызвано данное обстоятельство. Собственно можно выделить три основных производственных фактора, которые могут повлиять снижение численности занятых: уменьшение площади сельскохозяйственных земель, интенсификация производства (увеличение уровня механизации производственных процессов), уменьшение числа хозяйствующих субъектов.

Первый фактор, характеризуется незначительным снижением числа используемых хозяйствующими субъектами земель (см. табл. 8). Однако его сокращение не носит такой масштабный характер как снижение численности занятых. Так, по сравнению с 1995 годом в 2007 году площадь используемых земель сократилась на 1,5 %).[96]

Так в чем же причина: может быть с развитием производственных отношений возрос уровень механизации производственных процессов, что в конечном итоге привело к высвобождению невостребованной части работников и перетоку их в другие отрасли?

Таблица 8

Сельскохозяйственные угодья РБ, на конец года, тысяч гектаров

Как видно из таблицы 9 в плане интенсификации производства налицо снижение уровня механизации производственных процессов, что в свою очередь должно сказаться на увеличении ручного труда и как следствии потребности в рабочих руках возрасти. Данная тенденция как было показано ранее характерна и для России (Приложение 1,3).

Согласно данным проведенного Институтом аграрной социологии мониторинга «Либеральная трансформация аграрной сферы» долевое соотношение сельхозработ, выполненных разными культурными способами существенно перераспределилось в пользу ручного труда (см. табл. 10).[97] Таким образом, и этот фактор не может в обозначенной степени сказаться на уровень занятости.

Таблица 9

Динамика уровня интенсивности сельскохозяйственного производства в РБ(на конец года)[98]

Таблица 10

Доля сельскохозяйственных работ, выполненных разными культурными способами (в %)

Тогда может, выросла производительность труда работников и обществу уже не нужен такой объем сельскохозяйственной продукции который выращивается. Однако динамика производительности труда в сельском хозяйстве существенно не отличается от средних показателей по экономике в целом (см. табл. 11). Или же применение новых технологий привело к решению аграрного вопроса. Неужели аграрная сфера насыщена человеческим ресурсом и у нас возникла проблема перенаселения, о которой говорил, но в условиях когда в сельском хозяйстве было занято около 80 % населения страны, А.В. Чаянов. Ситуация далека до продовольственного перенасыщения (Приложение 4).

Относительно третьего фактора следует отметить, что число и видовой состав хозяйствующих субъектов за годы реформ увеличивается (см. табл.12) несмотря на то обстоятельство, что часть из них убыточна.

Таблица 11

Динамика производительности труда в РФ, в % к предыдущему году

Таблица 12

Число субъектов хозяйствования в сельском хозяйстве РБ, на конец года ед.

Так, на конец 2000 года в республике действовало 990 предприятия, тогда как в 2008 году их число составило 916 предприятий и так сильно как доля занятых не уменьшилась. Тогда как, число наемных работников сократилось в разы. Всего лишь за один год (2008) число работников сократилось на 40 тысяч человек и составило 68,2 тысяч человек (см. табл. 13). И если в среднем на одну организацию в 2000 году приходилось 245 работников, то к 2008 году этот показатель составил 75 работников, что в свою очередь свидетельствует об разукрупнении производства, которое на фоне снижения уровня механизации свидетельствует о деиндустриализации аграрной сферы.

Анализ доли «постоянных» наемных работников, в численности занятых в сельском хозяйстве по годам свидетельствует о ее постоянном сокращении (см. табл.14). Так в 2008 лишь 25,6 % от числа занятых в сельском хозяйстве являются наемными работниками предприятий, тогда как 74,4 % приходится на внешних совместителей, лиц занятых в крестьянско-фермерских хозяйствах, лиц работающих в личных подсобных хозяйствах. То есть во многом ушли в латентную сферу, или как принято говорить в нестандартную занятость. Учитывая тот факт, что в сельском хозяйстве республики на конец 2008 года действовало 4214 хозяйств, включая индивидуальных предпринимателей, а их главы являясь по статусу индивидуальными предпринимателями и относящиеся согласно действующему законодательству к занятым, то число лиц занятых в латентной сфере составляет 72,5 % от числа лиц занятых в сельском хозяйстве.

Таблица 13

Среднегодовая численность работников предприятий и организаций сельского хозяйства, охоты, лесного хозяйства РБ, тыс. чел[99]

Таким образом, существенное сокращение численности занятых в сельском хозяйстве напрямую не связано с сокращением числа хозяйствующих субъектов. Так почему же экономически активное население делает выбор в пользу других отраслей. Учитывая тот факт, что количество обрабатываемых земель существенно не уменьшилось, а уровень механизации производственных процессов существенно сократился, то степень трудовой нагрузки на одного занятого в сельском хозяйстве существенно увеличилась.

Таблица 14

Среднегодовая численность занятых в сельском хозяйстве, охоте и лесном хозяйстве, РБ на конец года, тыс чел

Из них работников, занятых в с/х[100]

Все вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что снижение численности занятых на фоне перетока значительного числа занятых в сельском хозяйстве в сферу нестандартной занятости в сельском хозяйстве определяется обстоятельствами характеризующими состоянием социально-трудовой сферы. Данная проблематика разрабатывалась учеными характеризующими рынок труда, в том числе сельскую занятость миграционные процессы, демографическую ситуацию, психологические основы выбора, состояние аграрного сектора, адаптационные стратегии крестьянства, состояние развития села (деревни) в условиях социально-экономических преобразований российского общества, трансформации в аграрных отношениях, изменение социальной структуры села. Практически все они констатируют непривлекательность труда в аграрной сфере для большинства людей. Так, что же определяет нежелание одних работать в сельском хозяйстве, и соответственно выбор других – оставаться в этой системе отношений. Применимы ли здесь общие подходы к регулированию социально-трудовых отношений или же они требуют адаптации к специфической сфере – аграрной.

Данное обстоятельство предопределяет необходимость анализа не только изменений, которые произошли в ходе современных общероссийских трансформаций аграрной сферы. Интересным является не столько результаты реформирования о которых достаточно подробно говориться в экономических, политологических, исторических исследованиях, сколько их влияние на настроение человека, которое и является основным реализатором любых трансформаций. Все это предопределило необходимость исследования мнения работников аграрной сферы об итогах реформ с позиции их оценки конечных результатов, а также определения влияния этих преобразований на конкретного человека.

Позитивно большинство респондентов относиться и к преобразованиям в аграрной сферы (см. табл. 15), особенно тех, которые позволили сформировать многоукладность сельского хозяйства. Тогда как нововведения, касающиеся преобразований колхозов, совхозов, разрешения передачи земли в частную собственность оцениваются уже более негативно. Интересным является и то обстоятельство, что значительная часть опрошенных экспертов затрудняются в оценке к преобразованиям колхозов и совхозов. Что подтверждает неоднозначность преобразований, особенно с точки зрения их последствий.

Оценивая современную ситуацию в сельском хозяйстве большинство работников занятых в нем надеются на улучшение условий и отмечают, что не все так плохо. Причем, чем интенсивность позитивного отношения к ситуации в сельском хозяйстве зависит от приближенности к конкретному человеку объекта оценки (район, субъект федерация, в целом Россия). Тогда как эксперты, дают несколько другую оценку, но уже в обратном Чем дальше объект оценки, тем она хуже. (см. табл. 16).

Таблица 15

Распределение ответов на вопрос (а-население: б– эксперты): Как вы относитесь к следующим нововведениям в аграрной сфере: (появлению фермерства-1), (появлению новых форм хозяйствования -2), (к преобразованию колхозов – 3), (преобразованию совхозов-4), к возможности передачи земли в частную собственность 5),%

(н– вопрос не задавался)

Следует отметить, что относительно итогов реформирования, которые прямо не могут быть оценены сельскими тружениками, оценки носят вполне положительную оценку, и зависят от удаленности объекта оценки, что свидетельствует о высокой степени отчуждения работников аграрной сферы от жизни российского общества.

В свою очередь, степень удовлетворенности отдельными ее составляющими в реальной жизни конкретного человека показывает аналогичные тенденции, и только по ряду характеристик остается крайне низкой (см. табл.16). Следует отметить, что эксперты, оценивая эти же показатели более критичны в своих оценках.

Такая ситуация может объясняться рядом причин: высоким уровнем пассивности сельских жителей их терпимостью, а также тем обстоятельством, что сравнение и оценка осуществляется ими не в сравнении с жизнью с городом, а в сравнении с тем как было и стало. Тогда как эксперты соотносят эти показатели через призму своего опыта и жизни в целом российского села.

Таблица 16

С каким из приведенных высказываний о ситуации в сельском хозяйстве вы согласны, % (работники -1; эксперты-2)

Действительно несмотря на то обстоятельство что за годы реформ помимо утраты определенных составляющих социальной сферы (закрытие малобюджетных школ, клубов, библиотек) есть и позитивные моменты отраженные в материалах статистики (Приложение 5–8). Однако такая ситуация характерна не для всех регионов России на что неоднократно обращалось внимание современных исследователей жизни российского села.

Следует отметить, что доля лиц неудовлетворённых отдельными характеристиками социальной сферы села (жилье, водоснабжение, газоснабжение, наличие досугового центра, больницы, территориальная доступность школы), остается значительной прежде всего среди молодежи (Приложение 9), тогда как люди старшего поколения в оценке указанных характеристик настроены более позитивно.

Вызывает опасение тот факт, что более половины работников (60,3 %) аграрной сферы обеспокоены возможностью потери работы основными причинами которого может, явиться по их мнению: возможность ликвидации организации – 26,3 %, сокращение штатов – 24 %; возможность преобразования предприятия -12 %; сложности в отношении с руководством – 13,5 %; возраст – 11,4 %; возможность изменения руководства организации 10,5 %, недостаток образования и квалификации – 3 %; просчеты в работе – 3,2 %; изменение профиля деятельности организации -1,7 %.

Такая неуверенность в завтрашнем дне не может не сказаться на социальном самочувствии работников аграрной сферы, однако она не проявилась в оценке итогов реформ. Данное обстоятельство может определяться некоторой отстраненностью, замкнутостью сельского сообщества, непониманием основных направлений реформирования и их последствий для социально-трудовой сферы села.

Таблица 17

Распределение ответов на вопросы: Устраивает ли вас следующие условия вашей жизнедеятельности(работники)/ Как вы оцениваете следующие условия на селе (эксперты), %

Условные обозначения

(1 – устраивает полностью/очень хорошее; 2 – больше устраивает, чем нет /сравнительно неплохое; 3 – больше не устраивает, чем устраивает/не очень хорошее; 4– не устраивает совсем /очень плохое; 5 – ответ не предлагался/затрудняюсь ответить)

В контексте нашего исследования возникает закономерный вопрос (см. табл. 18), чем, в первую очередь, является работа для современного труженика агарной сферы?

Приоритеты в оценке роли работы в жизни работника аграрной сферы распределились следующим образом: источник существования, содержание труда, общественная значимость труда, социализация, времяпрепровождение, позиционирование.

Следует отметить, что такое размещение приоритетов, не всегда было характерно для тружеников аграрной сферы. Так, проведенные в 1960-е годы исследования в Ярославской области свидетельствует о преобладании у работников аграрной сферы ценности труда как такового над материальными ценностями. Так, колхозники Угличского района на вопрос «Что является главным для человека в его трудовой деятельности?» колхозники ответили следующим образом: не отставать от товарищей – 67,2 %; добиться повышения производительности труда -63,2 %; помочь бригаде добиться первенства -62,2 %; занять первое место в соревновании – 38,8 %; добиться материального поощрения – 37,%; внедрить новые методы труда – 14 %.[101]

Таблица 18

Распределение ответов на вопрос: «Что для вас наиболее важно в работе, которую вы выполняете в рамках трудовых правоотношений (возможен выбор нескольких вариантов ответов)?», % от числа опрошенных

Действительно, любые ценности, в том числе трудовые, утверждаются в жизни не спонтанно. Они определяются характером сложившихся в обществе социальных, политических, экономических отношений. Это предопределяет необходимость исследования вопроса, в каком объеме в современной системе социально-трудовых отношений аграрной сферы созданы предпосылки для реализации соответствующих ценностей (потребностей). В ходе исследования мы пришли к следующим выводам.

Во-первых, особая значимость заработной платы в трудовой жизни работника определяется самой природой трудовых отношений. Для большинства людей именно заработная плата создает экономическое положение семьи и является единственным источником формирования доходов. В сельской местности дополнительным источником существования выступают также и доходы от личного подсобного хозяйства (см. табл. 19).

Доходы работников сельского хозяйства не всегда зависят от их собственных усилий, а во многом определяется экономическим положением хозяйства.

Таблица 19

Распределение ответов на вопрос: «Зависит ли Ваше экономическое положение от следующих факторов?», % от числа опрошенных

Большинство респондентов отмечают, что их экономическое положение может улучшиться в связи с совершенствованием деятельности хозяйства, где они работают, и изменением подходов к оплате труда (см. табл. 20). Тогда как оставшаяся часть полагает, что причина кроется в них самих и их активности, к сожалению, ограниченной, во многом, тем же экономическим положением предприятия.

Таблица 20

Распределение ответов на вопрос: «Что может изменит в лучшую сторону ваше экономическое положение?», % от числа опрошенных

Рассмотрение предприятия и его финансового состояния как внешнего фактора, влияющего на экономическое благополучие работников аграрной сферы, показывает высокую степень отчужденности в сфере труда, что не может не сказаться на складывающихся здесь социально-трудовых отношениях.

О сложном экономическом положении работников, занятых в сельскохозяйственном производстве, свидетельствует и то обстоятельство, что только 8,5 % семей работников имеют сбережения, а около % (74,9) респондентов сбережений не имеют. В целом, незначительные сбережения – до 5 тысяч рублей – сосредоточены у 14,2 % работников. Действительно в целом по стране и в регионах в частности сложилась ярко выраженная устойчивая тенденция к сохранению отраслевой диспропорции в оплате труда, что особенно остро проявляется в сельском хозяйстве.

Во-вторых, применительно к созданию предпосылок для реализации потребности работника, состоящего из желания, чтобы работа была интересной по своему содержанию, необходимо отметить, что на выбор человека в пользу сельскохозяйственного труда практически невозможно повлиять. Это вызывается тем фактом, что выбор в любом случае определяется субъективными характеристиками конкретного человека. Однако возможно создавать условия для осуществления выбора.

Учитывая двойственный характер содержания труда, его социально-экономическую и технико-организационную составляющую, доказано[102], что научно-технический прогресс оказывает влияние на содержание труда, что, собственно, может сказаться на предпочтениях конкретного человека. Однако тенденция к механизации и автоматизации сельского хозяйства несколько приостановилась, как уже было показана ранее. Снижение уровня интенсификации производства сказалось на увеличении ручного труда и изменении его содержания. Именно поэтому одним из основных направлений действующих государственных программ является обеспечение хозяйств современной техникой.

В-третьих, реализация потребности в общественной значимости труда, во многом определяется интенсивностью и качеством социального информирования. Такого рода деятельность может осуществляться не только путем информационной пропаганды через средства массовой информации, но и посредством поведения профориентационной работы в отношении молодежи различными государственными и общественными структурами.

В этой связи приоритетным направлением государственной политики является социальное информирование, включающее профориентационную работу и информационную пропаганду, направленное на формировании позитивного образа труда в сельском хозяйстве.

Закономерен вопрос, насколько в селе организована профорентационная работа, направленная на привлечение молодежи к труду в аграрной сфере. Так, по оценкам работников сельского хозяйства, такая профориентационная деятельность реализуется преимущественно в школе (39,1 %), местной администрацией (25,1 %). Однако треть респондентов (33,3 %) отмечает, что такая работа не проводится.

Эксперты, оценивая состояние профориентационной работы среди молодежи на селе, направленной на формирование интереса к труду в сельском хозяйстве, отмечают, что такая работа ведется иногда – 49 %, не видеться вообще 23 %, ведется постоянно – 26 % опрошенных.

Конечно, не только профорентационная работа позволит вернуть молодежь в сельское хозяйство. Необходима системная пропаганда, состоящая в разработке и реализации комплекса мероприятий, направленных на повышении престижа сельскохозяйственного труда. К сожалению, анализ материалов печати свидетельствует о том, что такая социальная информация не носит периодического характера. Наибольшее сосредоточение публикаций, посвященных сельскому хозяйству, приходится на период посевных работ и период сбора урожая (весна, осень). При этом за «кадром» остается повседневный труд работников сельского хозяйства.

В этой связи приоритетным направлением государственной политики является разработка мероприятий по социальному информированию, направленному на формировании позитивного образа труда в сельском хозяйстве. Разработка и, самое главное, реализация системы мер направленных на сохранение молодежи в аграрной сфере, с учетом приведенных выше параметров позволит существенно сказаться на состоянии социально-трудовых отношений в сельском хозяйстве страны.

В-четвертых, при оценке степени реализации такой потребности работников сельского хозяйства, как возможность быть в коллективе (социализация, общение), следует учитывать тот факт, что она определяется субъективными характеристиками конкретного человека и социально-психологическим климатом конкретного хозяйства, где он трудится, а также эффективностью менеджмента.

Проведенный анализ свидетельствует, что в целом в аграрной сфере сложился достаточно благоприятный климат. Так, большинство работников удовлетворены сложившимися в трудовом коллективе отношениями – 56,9 %, тогда как затрудняются в ответе – 13,6 % и неудовлетворенны отношениями – 29,%% опрошенных. В данном контексте позитивным является и то обстоятельство, что работники в большей степени рассчитывают на сослуживцев, чем на хозяйство, где они работают (см. табл. 24).

Способствуют формированию благоприятного психологического климата совместное времяпрепровождения сослуживцев. Так, 31,3 % респондентов отмечают, что работа по совместному времяпрепровождению организована хорошо, 25,7 % говорят, что такая работа ведется, но достаточно плохо, тогда как 29,2 % указывают, что такой работы вообще нет.

Таблица 24

Распределение ответов на вопрос: «Можете ли вы в затруднительных обстоятельствах рассчитывать на помощь?», % от числа опрошенных

Изучение интенсивности реализации потребности в социализации применительно к отдельным хозяйствам является самостоятельным и перспективным предметом прикладных исследований. Однако общий фон в реализации данной потребности может быть охарактеризован как благоприятный.

В-пятых, оценивая создание предпосылок для реализации потребности возможности «быть чем-то занятым», мы учитывали тот факт, что труд в сельском хозяйстве, как и, собственно, любой другой труд уже сам по себе реализует эту потребность. Вместе с тем, сам факт оценки 17,3 % респондентами труда лишь как способа времяпрепровождения является достаточно плачевным, поскольку свидетельствует об отсутствии ценности труда в жизни определенной части работников занятых в сельском хозяйстве.

В-шестых, реализация потребности в позиционировании, возможности занимать определенное положение в обществе определяться рядом обстоятельств. Большинство опрощенных работников считают, что их социальное положение (успех) зависят от их собственных усилий 57 % (полностью зависит – 28,6 %, зависит в значительной степени – 30,4 %), 22,6 % отмечают, что зависит в незначительной степени, 9,3 %.

Однако определенная часть респондентов (27,4) отмечают их успех, социальное положение не соответствует или мало соответствует их уровню образования, профессиональному опыту, квалификации.

Сложность оценки реализации данной потребности осложнена монополизмом на рынке труда, который характеризуется что на (территориальный уровень муниципального образования) рынке труда действует один или несколько работодателей. Действительно количество предложений на рынке сельскохозяйственного труда ограничено, особенно данная ситуация усугубляется финансовым кризисом. В этих условиях уже сам факт наличия работы может рассматриваться как показатель успеха и социально-профессиональной реализации.

Подведя итог, следует сказать, что основные потребности работников аграрной сферы слабореализуемы, что создает предпосылки для вымывания из сельскохозяйственного производства наиболее активной, профессиональной части сельского населения. Данное обстоятельство предопределяет необходимость корректировки политики в аграрной сферы.

Вместе с тем, наибольшее опасение вызывает тот факт, что в большинстве своем работники сельского хозяйства воспринимают ценность труда, прежде всего, как средство достижения материального блага.

Трансформация акцентов о ценности труда полезного для общества, интересного по своему содержанию, создающего предпосылки для самореализации, позиционирования в нем – к доминированию материальных результатов труда позволяет сделать вывод о смещении ценностно-рационального к целерациональному трудовому поведению работников сельского хозяйства. Все вышесказанное позволяет сделать вывод о том, самочувствие работников сельского хозяйства характеризуется противоречивостью. При в целом положительной оценке результатов реформирования аграрной сферы присутствует неудовлетворенность по большинству аспектов его трудовой жизни, что свидетельствует о высокой степени отчуждения сознании работников их обыденной (бытовой, трудовой) жизни от жизни российского общества в целом.

Глава 3

Социально-трудовые отношения в аграрной сфере: состояние, направления совершенствования

3.1. Изменение характера социально-трудовых отношений в хозяйствах предпринимательского типа

В ходе анализа, учитывая сложившийся в законодательстве подход. Характеристика будет осуществляться в отношении двух основных категорий хозяйств: хозяйства предпринимательского типа, включающие в себя предприятия (юридические лица) и крестьянско-фермерские хозяйства.

3.1.1. Предприятия в системе социально-трудовых отношений

Существующие на сегодняшний день формы хозяйствования предпринимательского типа в аграрной сфере органически включены в социально-трудовую сферу. В отношении всех них действуют однопорядковые подходы к государственному управлению. Именно в них проявляться отношения между двумя основными субъектами: работником и работодателем. Не останавливаясь подробно на характеристике организационно-правовых форм хозяйствования рассмотрим основные черты складывающихся здесь отношений.

В рамках такой формы хозяйствования как сельскохозяйственные предприятия социально-трудовые отношения носят как индивидуальный так и групповой характер, проявляются на любом уровне. На отношения в данной форме хозяйствования в полном объеме распространяется действующее трудовое законодательство. Все это и определяет особый интерес к указанной форме.

Прежде всего, необходимо отметить, что за годы реформ существенно сократилась доля наемных работников в структуре занятых в сельском хозяйстве. Так, если 1998 году она составляла 67,3 %, тогда в 2008 году она составила уже 25,6 %. И если число занятых сократилось в 1,5 раз, то число постоянных работников сократилась примерно в 4 раза. Тогда как доля временных и сезонных работников в крупных и средних сельскохозяйственных организаций несколько увеличилась и составляет по данным сельхозпереписи 9,2 % (см. табл. 22, приложение 10). В Российской Федерации и Приволжском федеральном округе доля сезонных и временных работников несколько ниже. Тогда как, в малых предприятиях доля временных и сезонных работников в три раза выше, чем в крупных и средних предприятиях.

Такая ситуация может определяться тем, что согласно ст. 59 Трудового Кодекса работодатели субъекты малого предпринимательства, имеют право заключать с работниками срочные трудовые договоры. Однако кратковременный характер трудовых отношений существенно сказывается на социальном самочувствии работников аграрной сферы. Отсутствие уверенности в завтрашнем дне, особенно остро проявляется именно на селе, что связано с тем, что на рынке аграрного труда, в рамках определенной территории, предложение на рынке труда ограничено.

Таблица 22

Численность работников сельскохозяйственных организаций (на 1 июля 2006 г., человек)[103]

Данное обстоятельство определяется рядом объективных и субъективных причин. Так, до сих пор число убыточных организаций остается значительной (184 организаций на начало 2008 года), несмотря на некоторое уменьшение их доли по сравнению с 2000 годом (см. табл. 23). В структуре работников сельскохозяйственных предприятий увеличилась доля временных и сезонных работников.

Трансформационные процессы, происходящие в аграрной сфере, сказавшиеся на изменении числа субъектов хозяйствования, привели среди прочего к изменению их экономической роли. Это проявилось, прежде всего, в разукрупнении производства, уменьшении среднего числа занятых в одной организации, снижением посевных площадей, уменьшением поголовья скота, снижением рентабельности хозяйственной деятельности организации, в том числе и рентабельности реализованной продукции (см. табл.24).

Таблица 23

Число и доля убыточных сельскохозяйственных организаций РБ, на начало года[104]

Таблица 24

Основные показатели деятельности сельскохозяйственных организаций Республики Башкортостан[105]

Кроме этого результатом преобразований является перераспределение доли произведенной предприятиями продукции в объеме сельскохозяйственной продукции (см. табл. 25) и появление спецификации производства основной сельскохозяйственной продукции по формам хозяйствования (Приложение 11).

Таблица 25

Структура сельскохозяйственной продукции по категориям хозяйств в Республике Башкортостан (в %)[106]

За годы реформ в сельском хозяйстве был утрачен и накопленный технический потенциал. Существенно поредел парк основных видов техники практически в два раза по каждому виду, а количество используемой поливальной техники сократилось в 6,4 раза. Данная ситуация во многом могла определяться перераспределением техники внутри существующих форм хозяйствования. Однако в любом случае это привело снижению уровня обеспеченности техникой (Приложение 12) и возрастанию нагрузки на применяемое оборудование. Так, если в 1990 году на 1000 га пашни приходилось 9,1 тракторов, то в 2005 году – 7,3. Это в свою очередь не могло не сказаться на условиях труда работников сельского хозяйства и как следствие изменению подходов к его организации в хозяйствах.

Все вышесказанное свидетельствует о снижении роли сельскохозяйственных организаций в системе социально-трудовых отношений по сравнению с дореформенным периодом. Учитывая тот факт, что согласно данным статистики в целом в производстве сельхозпродукции по категориям хозяйств не наблюдается такого резкого спада (Приложение 13) (в 2–3 раза), как должно было бы проявиться с учетом выше-обозначенных показателей, возникает закономерный вопрос: почему. За счет каких резервов, покрывается недостача: технических ресурсов, посевных площадей в случае если динамика носит все же позитивный характер и во многом определяется спецификой соответствующего сезона. Ответ на наш взгляд нужно искать в в сфере социально-трудовой.

Преобладающая часть (70–80 %) работников крупных и средних сельскохозяйственных организаций составляют лица имеющие среднее общее образование и начальное профессиональное образование в сельском хозяйстве. В малых предприятиях доля лиц несколько ниже и колеблется в пределах 60–70 %. Тогда как доля лиц имеющих сельскохозяйственное образование в независимости от уровня образования не превышает 20 % в крупных и средних сельскохозяйственных предприятиях. Следует констатировать, что доля лиц имеющих высшее образования крайне мала особенно в крупных и средних сельскохозяйственных организациях. Тогда как число выпускников вузов, среднеспециальных учебных заведений с каждым годом увеличивается, при уменьшении числа выпускников учреждений начального профессионального образования по профессии связанной с сельским хозяйством. К сожалению, анализ данных сельхозпереписи свидетельствует о явном гендерном перекосе, особенно остро это проявляется в малых предприятиях.

Гендерная диспропорция характерна, но уже в большей степени применительно к руководителям предприятий женщинам (см. табл. 26). В Республике Башкортостан доля руководителей женщин крайне низка и в целом по всем возрастным группам не превышает 3,7 % от числа руководителей крупных и средних сельхозпредприятий и 10 % от числа руководителей малых предприятий.

Тогда как в Приволжском Федеральном округе доля женщин руководителей крупных и средних сельскохозяйственных организаций составляет 10 %, а в России – 9,6 %; и соответственно 11 % и 14 % руководителей малых предприятий.

Обращает на себя внимание уменьшение в структуре занятых в сельскохозяйственных предприятиях молодежи, такая ситуация характерно как для мужчин так и женщин. Более того вызывает опасение и тот факт, что число работников в возрасте 15–29 лет, существенно меньше, чем доля лиц в возрасте 30– старше. В свою очередь доля руководителей в молодом возрасте до 30 лет не превышает 4,5 % и только в малых сельскохозяйственных предприятия Республики Башкортостан составляет 7,8 %. Основной костяк руководителей колеблется в пределах 55,8-63,8 % составляют лица в возрасте 30–49 лет. Около одной трети лиц руководителей составляют работники предпенсионного и пенсионного возраста.

Таблица 26

Структура численности руководителей сельскохозяйственных организаций по полу и возрасту (в % от общей численности руководителей)

Преобладающая часть руководителей крупных и средних сельскохозяйственных организация эта лица, имеющие высшее образование, однако в Республике Башкортостан этот показатель (69,3 %) несколько ниже, чем в среднем по России (73,9 %). В малых предприятиях доля лиц имеющих высшее образование в свою очередь несколько ниже, чем в крупных и средних сельскохозяйственных предприятиях.

Учитывая тот, факт, что именно руководители выполняют функцию работодателя, можно сказать что в системе социально-трудовых отношений нарастает проблема не только дефеминизаци, но и депрофессионализации лиц реализующих функцию работодателя. Вышеназванные проблемы характерны не только для работодателей, но и для работников.

Все вышесказанное свидетельствует, что результатом современных социально-экономических преобразований является снижении роли предприятий в системе социально-трудовых отношений аграрной сферы, которое проявилось в:

• в уменьшении числа работников сельскохозяйственных предприятий и их доли в структуре занятых в сельском хозяйстве;

• возрастании количества предприятий, как было показано во второй главе работы, базирующихся на эксплуататорской модели социально-трудовых отношений, что повлияло в конечном итоге на характер труда;

• усилении гендерного перекоса в системе социально-трудовых отношений;

• увеличении текучести кадров и доли временных и сезонных работников.

Относительно характера изменений социально трудовых отношений мы учитывали то обстоятельство, что локальном уровне могут складываться не только индивидуальные социально-трудовые отношения (между конкретным работодателем и работником), но и групповые отношения. Что предопределило необходимость их автономного изучения.

Индивидуальные социально-трудовые отношения между работниками и работодателями на предприятиях основываются на правилах установленных работодателем в локальных актах организации, этических правилах сложившихся внутри организации, нормах трудового договора. То есть формальных нормах базирующихся на нормативных правовых актов государства и актах социального партнерства на мезоуровне и неформальных нормах. Относительно уровня формализации индивидуальных социальных трудовых отношений следует констатировать, что на большинстве предприятий сельского хозяйства присутствуют следующие особенности:

• локальные акты принимаются с нарушением процедуры предусмотренной ст. 372 Трудового Кодекса РФ, что порождает их недействительность согласно ст.8 ТК РФ;

• отсутствие на отдельных предприятиях обязательных для принятия локальных актов организации (штатное расписание, график отпусков, положение о защите персональных данных работников, а в отдельных случаях правила внутреннего трудового распорядка, должностные инструкции);

• шаблонный характер большинства локальных актов организации; несоблюдение обязательной процедуры ознакомления работников под роспись с локальными актами организаций;

• несовпадение реальных отношений с формально установленными и прописанными правилами.

Все большую роль в регулировании трудовых отношений между работниками и работодателям начинает выполнять заключаемый между ними трудовой договор. Выборочный анализ содержания трудовых договоров заключаемых с работниками аграрной сферы и анализ материалов проверок проведенных территориальными органами государственной инспекции по труду РФ, позволяет сделать вывод о том, что в этой сфере остаются острыми такие вопросы, ряд из которых характерен в целом при оценке уровня формализации на уровне организации, как:

• шаблонный характер содержания трудового договора и отсутствие возможности повлиять на изменение его содержания со стороны работников;

• нарушение порядка заключения трудового договора;

• отсутствие в тексте отдельных трудовых договоров обязательных условий трудового договора предусмотренных ст. 57 Трудового Кодекса Российской Федерации;

• несовпадение реальных отношений складывающихся между работниками и работодателями и установленных в трудовом договоре;

• нарушение сторонами условий трудового договора.

Проведенный анализ индивидуальных социально-трудовых отношений указывает на преобладание неформального характера их регулирования и реализации и их имитационном характере. Создавшееся положение вещей не приводит, как это должно быть при наличии нарушений, к увеличению обращений в компетентные государственные органы (государственная инспекция по труду, прокуратура, суд) и профсоюзы. Это свидетельствует об отсутствии конфликтного характера социально трудовых отношений и высоком уровне пассивности участников социально-трудовых отношений. Причинами этого является: низкий уровень правовой культуры работодателей и работников, нежелание, а в отдельных случаях и невозможность полноценно реализовывать права участников социально-трудовых отношений. Таким образом, системе индивидуальных социально-трудовых отношений в сельскохозяйственных организациях достаточно сложно говорить о формировании здесь такого полноценного субъекта как работник.

Помимо тех трансформаций, которые произошли в системе индивидуальных социально-трудовых отношений в результате социально-экономических, организационно-правовых и институциональных преобразований аграрной сферы изменился характер групповых социально-трудовых отношений на предприятиях. Так, существенно снижена доля охвата коллективно договорным регулированием. Если в целом по отраслям охват составлял в 2008 году – 84 %, то по предприятиям сельского хозяйства – 74 % предприятий. Несомненно здесь ситуация не самая критическая, хуже дело обстоит в таких сферах как: оптовая и розничная торговля, ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий, предметов личного пользования (47 %), гостинцы и рестораны (43 %), транспорт и связь(69 %), государственное управление обеспечение военной безопасности (62 %). Однако в указанных отраслях уменьшение доли охвата коллективным договорным регулированием объясняется тем, что в первых трех случаях доля малых предприятий – значительна, где велика доля индивидуального характера регулирования системы трудовых отношений и соответственно и во втором случае спецификой системы государственного управления, а также бюджетным характером финансирования.

Анализ групповых социально-трудовых отношений предприятий сельского хозяйства позволил сформулировать вывод о том, что за годы реформ во многом утрачены или снижена роль отдельных структур обеспечивающих реализацию групповых социально-трудовых отношений. Это проявляется в:

• во-первых, в снижении количества и роли представительных органов работников (совет трудового коллектива, представительные органы отдельных структурных подразделений (совет бригады и т. д.);

• во-вторых, в снижении доли работников являющихся членами профсоюза, изменение роли профсоюза в жизни предприятия, отсутствие профсоюзов в малых предприятиях (Так по данным рескома профсоюзов АПК РБ по сравнению с 2005 годом численность членов профсоюзов сократилась на 61,3 %[107]);

• в-третьих, в утрате потенциала органов по разрешению трудовых споров на предприятии – комиссий по трудовым спорам (так на большинстве предприятий, в том числе в крупных и средних, данный орган отсутствует).

Следует отметить, что наряду с этим обстоятельством, в системе групповых социально-трудовых отношений возникло новое явление, а именно заключение коллективных договоров в организациях, где отсутствует профсоюз, что позволяет нам сделать вывод о том, что нарождается новый вид проявления групповой активности работников сельскохозяйственных предприятий: заключение коллективных договоров, где интересы работников представлены иным представительным органом работников, который избирается на общем собрании трудового коллектива. Так, в 2008 году, 12 % коллективных договоров заключенных на предприятиях сельского хозяйства, которые распространялись на 7166 работников, были подписаны без участия профсоюзов.

Одной из основных причин данному явлению является, по оценкам представителей территориальных органов по труду Министерства труда и социальной защиты населения Республики Башкортостан, «привычка». В сознании большинства руководителей и работников сельскохозяйственных предприятий бытует точка зрения, согласно которой коллективный договор является обязательным для любого предприятия. К сожалению, указание данной причины свидетельствует о том, что в отдельных случаях активность участников социально-трудовых отношений носит во многом имитационный характер. Однако есть основание утверждать, о том, что работники в системе групповых социально-трудовых отношений аграрной сферы начинают приобретать характер субъекта на локальном уровне.

Анализ содержания коллективных договоров свидетельствует, что большинство прописанных норм декларируемых как достижение коллективно-договорного регулирования уже закреплено в действующих нормативно-правовых актах, а именно в Трудовом Кодексе Российской Федерации, а в отдельных случаях в соответствующих соглашениях более высокого уровня. Это проявляется не только на локальном уровне. Так в Отраслевом соглашении по агропромышленному комплексу в Российской Федерации на 2009–2011 года раздел 6 «Рабочее время и время отдыха» и отдельные пункты раздела 9 «Охрана труда и здоровья, экологическая безопасность» не отличается от норм установленных Трудовом Кодексе Российской Федерации. Однако неправильным будет утверждать, что такая ситуация характерна только для сельского хозяйства. Анализ содержания актов социального партнерства (соглашений различного уровня, в том числе отраслевых соглашений, отдельных коллективных договоров), свидетельствует, что и здесь присутствует, и отнюдь не в меньшем объеме, дублирование норм, уже прописанных нормативно-правовыми актами более высокого уровня.

Данное обстоятельство имеет, несколько вполне разумных объяснений. Во-первых, одно из них состоит, что современные работники, а в отдельных случаях и работодатели не знают действующего трудового законодательства. Тогда как, если данные нормы будут продублированы, то в силу обязательности ознакомления с коллективными договорами работников, эти нормы станут известными. Вместе с тем, следует отметить, что обязательный характер ознакомления с данным актом, в том числе с иными локальными актами организаций носит зачастую формальный характер. Работникам в лучшем случае предоставляют лист ознакомления с локальными актами под роспись. В худшем, нарушая действующее трудовое законодательство, работодатели не делают даже этого. Несомненно, выполнение на первый взгляд данного формального мероприятия определяется не только уровнем правовой культуры работодателя, но и непониманием большинством современных работодателей того факта, что правила поведения в трудовых отношений должны быть прозрачными, что позволяет впоследствии требовать в дальнейшем их исполнения как работодателем, так и самими работниками. Что создает предпосылки для формирования системы цивилизованных трудовых отношений между работниками и работодателями.

Второе объяснение состоит, в том, что дублирование норм Трудового Кодекса в актах социального партнерства позволяет исполнительному органам по труду, в том числе субъектов федерации и их территориальных органов, осуществлять контроль за исполнением соглашений и коллективных договоров. В современных условиях эта мера является насущной необходимостью, несмотря на декларацию о необходимости снижения количества мероприятий по контролю на бизнес. Дело в том, что есть сфера – труд, где снижение количества мероприятий по контролю не приведет ни к чему хорошему. Так как в этих отношениях присутствует неравенство субъектов: работник-работодатель. Вторые, являются не свободным в своей индивидуальной активности из-за страха «потерять работу», особенно остро это проявляется в ситуации, где предложение на рынке труда ограничено. Несомненно, в Российской Федерации существует орган, в чьи полномочия входит осуществления контроля за соблюдением законодательства о труде. Однако численный состав инспекторов государственной инспекции по труду является явно недостаточным для осуществления периодического, полноценного контроля в сфере труда за хозяйствующими субъектами, где привлекается труд наемных работников. Но решение данной проблемы имеет системный характер и требует более подробного самостоятельного изучения.

Такие вполне разумные объяснения позволяют сохранять сложившееся положение вещей и определяют псевдореальность, имитационность большинства групповых социально-трудовых отношений как на уровне локальном (отдельно взятой организации, так и на более высоких уровнях – отраслевом, территориальном, региональном, федеральном). Что не может не сказаться на активности участников этих отношений, и создают предпосылки, не позволяющие в должной мере сформировать полноценных субъектов социально-трудовых отношений.

Данная ситуация усугубляется и тем обстоятельством, что среди возможных критериев эффективности деятельности государственных органов, профсоюзов, объединения работодателей может выделятся и такой как отсутствие зарегистрированных коллективных трудовых споров на уровне территории, отрасли, конкретном предприятии. Несмотря на тот факт, что он не продекларирован официально, то есть прямо в нормативных актах не обозначен. Но то внимание, которое привлекает возникший коллективный трудовой спор, позволяет говорить о том, что вышеуказанные субъекты предпринимают все возможное для того, чтобы его избежать.

На первый взгляд отсутствие коллективных трудовых споров это показатель социальной стабильности, однако учитывая сложившийся в трудовом законодательстве подход – это лишь легальный механизм достижения соглашения между сторонами. Их наличие свидетельствует об активности субъектов в системе социально-трудовых отношений, и прежде всего работников.

Потенциал применения данного способа достижения соглашения очень высок и может проявляться не только при принятии коллективного договора, но и при принятии в организации локальных актов организации. Замена в связи с принятием Трудового Кодекса РФ, механизма получения согласия на принятие тех или иных локальных актов организации (правила внутреннего трудового распорядка и т. д.), на механизм получения мотивированного мнения представительного органа работников (профсоюзов) (ст. 8, 372 ТК РФ), позволяет представительному органу работника задействовать потенциал коллективного трудового спора в случаи несогласия с содержанием локального акта в целях защиты прав работников. Вместе с тем обязательное требование получить мотивированное мнение, касается лишь тех организаций, где создан профсоюз. Тогда как, для тех предприятий, где он отсутствует данная норма не носит обязательный характер. Таким образом, отсутствие коллективных споров, свидетельствует о высоким уровне социальной пассивности наемных работников и их представительных органов.

Данная ситуация объясняется рядом объективных и субъективных причин. Так, профсоюзы, зачастую встроенные в систему федерации профсоюзов, объединяющие профсоюзы на всех уровнях (федерации, региона, территории, отрасли, предприятия) не в полном объеме независимы, а порой и достаточно политизированы. Именно поэтому «не нарушая сложившийся порядок» и заинтересованные в «устоявшихся отношениях» с органами государственной власти, объединением работодателей – профсоюзы и их лидеры не прибегают к коллективному трудовому спору как способу урегулирования интересов работников и возможному механизму защиты коллективных прав. А учитывая тот факт, что работники по сути своей достаточно пассивны в отстаивании своих интересов и защите нарушенных прав, а в большинстве случаев просто не представляют каким образом это можно осуществить, мы имеем дело с отсутствием коллективных трудовых споров в аграрной сфере.

Нерешенность данной ситуации в ближайшей перспективе сохранит имитационный тип социально-трудовых отношений. Особенно остро это будет проявляется в сферах, где у работников нет особого выбора и свободы. И если относительно перспектив высокопрофессиональных работников еще есть какие либо надежды, то в отношение рядовых работников ситуация носит критический характер.

Все вышесказанное свидетельствует, что в результатом современных социально-экономических преобразований аграрной сферы является трансформация социально-трудовых отношений которая характеризуется:

• деиндустриализации сельского хозяйства, снижение уровня механизации производственных процессов и разделения труда, что привело к изменению способа труда, предметов труда и в конечном итоге содержания труда работников;

• снижении интенсивности воспроизводства основного средства труда – земли;

• преобладании имитационного характера групповых социально-трудовых отношений на локальном и более высоких уровнях;

• снижение роли отдельных структур обеспечивающих реализацию групповых социально-трудовых отношений на микроуровне;

• появление новых структур обеспечивающих реализацию групповых интересов работников при заключении коллективного договора;

• низком уровне формализации (оформление) правил в системе социально-трудовых отношений;

• возрастании значимости индивидуального характера социально-трудовых отношений;

• преобладании неформальных практик в системе социально-трудовых отношений.

3.1.2. Социально-трудовые отношений в крестьянских фермерских хозяйствах

Относительно второй формы хозяйствования предпринимательского типа достаточно сложно говорить о трансформации ее роли в системе социально трудовых отношений. Правильнее говорить о ее становлении. Она представлена двумя основными видами сходными по правовой природе: крестьянско-фермерские хозяйства и индивидуальные предприниматели

Согласно ст. 1 Федерального закона № 74-ФЗ[108] «крестьянское (фермерское) хозяйство (далее также – фермерское хозяйство) представляет собой объединение граждан, связанных родством и (или) свойством, имеющих в общей собственности имущество и совместно осуществляющих производственную и иную хозяйственную деятельность (производство, переработку, хранение, транспортировку и реализацию сельскохозяйственной продукции), основанную на их личном участии». Следует отметить, что фермерское хозяйство может быть и создано одним гражданином. Оно осуществляет свою предпринимательскую деятельность без образования юридического лица.

К сожалению, данные официальной статистики и сельхозпереписи не содержат информации отражающую социально-демографические характеристики работников занятых в таких формах хозяйствования. Учитывая то обстоятельство, что эти формы хозяйства сравнительно новые, то можно говорить здесь о некоторой стабилизации количества начиная с 2005 года данных форм хозяйствования на селе и их роли в системе агарного производства (см. табл.27). На первый взгляд количество таких субъектов хозяйствования в четыре раза больше, чем число предприятий, однако следует констатировать, что их доля в объеме сельскохозяйственного производства остается незначительной (Приложение 11,13).

Таблица 27

Показатели деятельности крестьянско-фермерских хозяйств и индивидуальных предпринимателей РБ

Средняя численность работников списочного состава, чел.[109]

Вместе с тем, если соотносить долю используемой такими хозяйствами земли и объем производимой продукции то мы увидим, что степень эффективности производства в данных формах намного выше чем в предприятиях. А учитывая то, что численность занятых в данных формах хозяйствования значительно ниже, чем в личных подсобных хозяйствах мы увидим, что эта форма является более эффективной и по сравнению и с данной формой. И это на фоне того, что степень механизации производственных процессов в крестьянских фермерских хозяйствах значительно ниже, чем на предприятиях.

Рассмотрим, каким образом в данных формах хозяйствования реализуются социально-трудовые отношения. Как уже было показано ранее законодательство о крестьянском (фермерском) хозяйстве может осуществляться в двух своих разновидностях: фермерское хозяйство, созданное несколькими лицами и фермерское хозяйство, созданное одним лицом.

В целом можно говорить о преобладании первой разновидности над второй по следующим параметрам: числу хозяйствующих субъектов, занятых в них наемных работников, объемам производства, техническому оснащению, обеспеченностью землей (см. табл. 28).

Таблица 28

Основные показатели деятельности КФХ и ИП по данным сельхозпереписи

Функцию работодателя и соответственно собственника в таких формах хозяйствования выполняют глава крестьянско-фермерского хозяйства (который одновременно обладает статусом индивидуального предпринимателя) или индивидуальный предприниматель. Основную долю глав крестьянско-фермерских хозяйств и индивидуальных предпринимателей составляют лица в возрасте 30–49 лет, такая ситуация характерна и для руководителей предприятий, это преимущественно мужчины. Однако в России доля женщин глав крестьянских (фермерских) хозяйств и индивидуальных предпринимателей в два раза выше, чем в Республике Башкортостан и Приволжском федеральном округе (см. табл. 29).

Таблица 29

Структура численности глав крестьянских (фермерских) хозяйств (КФХ) и индивидуальных предпринимателей (ИП) по полу и возрасту, в %

Следует констатировать, что доля лиц имеющих сельскохозяйственное образование несколько ниже, чем среди руководителей сельскохозяйственных предприятий. Такая черта характерна и в отношении лиц имеющих высшее образование (см. табл. 30).

Для первой разновидности крестьянских фермерских хозяйств – характерно, на основании их специфического правового регулирования выделения четырех групп участников социально-трудовых отношений: глава КФХ, который имеет статус работодателя и индивидуального предпринимателя (их количество может быть оценено по числу крестьянско-фермерских хозяйств), а также члены КФХ, которые одновременно являются работниками КФХ и имеют права собственника (43 %); члены семьи, которые не зарегистрированы как члены КФХ, но являющиеся работниками (15,13 %); наемные работники соответственно: постоянные(24,61 %), временные и сезонные (17,27 %).

Такая многосубъектность, во многом усложняет не только механизм регулирования социально-трудовых отношений, но и анализ. На первый взгляд именно здесь формируется такая форма хозяйствования, которая предполагает партнерский тип отношений, однако учитывая тот факт, что наемные работники практически лишены права участия в управления фермерским хозяйством, то и формирование здесь представительных органов работников нецелесообразно. Усложняет эту ситуацию и то обстоятельство, что практически при любом конфликте (возражении со стороны работника), он может быть уволен. Тем более, действующей Трудовой Кодекс РФ содержит главу «Особенности регулирования труд работников, работающих у работодателей физических лиц», где предусмотрена возможность прописывать в заключаемых с работниками трудовых договорах дополнительные основания для прекращения трудового договора.

Таблица 30

Структура численности глав крестьянских (фермерских) хозяйств (КФХ) и индивидуальных предпринимателей (ИП) по уровню образования в %

Более того присутствует некоторая неопределенность роли членов семьи не являющихся членами крестьянских (фермерских) хозяйств. Во многих случаях их бесправность, приравнивает их в правовом статусе к классическому наемному работнику. Соответственно степень влияния на отношения определяется в отдельных случаях, не тем, какую роль законодательство ему предопределило (работник), а скорее его авторитетом во внутрисемейных отношениях.

Следует отметить, что таких формах хозяйствования, ввиду малочисленности наемных работников не сформированы представительные органы (в том числе профсоюзы) работников, что в свою очередь исключает возможность реализовывать работникам свои групповые права, предусмотренные действующим трудовым законодательством. Несмотря на тот факт, такое право работникам предоставлено в ст. 21. Трудового Кодекса Российской Федерации. Таким образом, можно констатировать, что в крестьянско-фермерских хозяйствах преобладает индивидуальный характер социально-трудовых отношений, при практическом отсутствии группового характера социально-трудовых отношений.

Складывающиеся в этой форме хозяйствования социально-трудовые отношения регулируются преимущественно трудовыми договорами с работниками. Однако, если до 2006 года, согласно Трудовому Кодексу РФ работодатели (главы крестьянско-фермерских хозяйств) самостоятельно не могли вносить записи в трудовую книжку и обязаны были регистрировать такие договоры в местной администрации, то начиная с этого момента права работодателей были существенно расширены, а обязательный порядок регистрации трудовых договоров был отменен. Вместе с тем, если ранее можно было проанализировать содержание таких договоров, то теперь это сильно осложнено, в том числе нормами Трудового Кодекса Российской Федерации, согласно которым данные о работнике, в том числе содержащиеся в трудовом договоре могут быть переданы третьим лицам только с их письменного согласия.

Изучение содержания трудовых договоров, что само по себе уже является нарушением их прав, которые заключались с работниками, работающими в крестьянско-фермерских хозяйствах свидетельствует о том, что большинство заключаемых договоров носит шаблонный характер. Здесь недостаточно четко очерчены вопросы режима труда и отдыха, трудовая функция работников, слабо регламентированы права и обязанности сторон трудового договора. Учитывая, тот факт, что отдельные вопросы могли бы быть урегулированы в таких локальных нормативных правовых актах как правила внутреннего трудового распорядка, должностной инструкции, положении об оплате труда, следует констатировать, что такие акты в крестьянских (фермерских) хозяйствах не принимаются, несмотря на то обстоятельство, что отдельные из них являются обязательными. Все это подтверждает то, что большинство трудовых отношений складывающихся в крестьянских (фермерских) хозяйствах даже в минимальной степени не соответствуют действующему трудовому законодательству. Что свидетельствует о преобладании как и в случаях с предприятиями внеправовых практик в системе социально-трудовых отношений.

Ко второй разновидности крестьянских (фермерских) хозяйств в сельском хозяйстве относят индивидуальных предпринимателей созданных одним лицом, которые ввиду своей малозначительности (занято 1359 человек) и схожей правовой природе относят в официальной статистке в одну группу с фермерскими хозяйствами. В такого рода форме присутствуют две категории субъектов, работодатель, который одновременно наделен статусом собственника (362 человека – 26,56 % от числа занятых) и наемные работники (постоянные (48,2 % от числа занятых в данной форме хозяйствования), временные и сезонные (соответственно 25,24). Однако природа социально-трудовых отношений в этих формах хозяйствования несколько отличается от крестьянско-фермерских хозяйств. Это связано с тем, что здесь, четко определен работодатель, в роли которого выступает индивидуальный предприниматель. Именно от его воли зависит характер сложившихся между ним и наемным работником отношений. И поэтому по природе работник здесь практически лишен возможности участвовать в принятии управленческих решений, тогда как модель трудовых отношений носит эксплуататорский характер.

Как и с крестьянскими фермерскими хозяйствами, социально-трудовые носят здесь индивидуальный характер и регулируются трудовыми договорами. Вместе с тем, большинство работодателей индивидуальных предпринимателей предпочитают переводить складывающиеся здесь отношения в латентную сферу, заключая с работниками не трудовые договоры, а гражданско-правовые договоры – договор подряда, выводя эти отношения из сферы действия трудового законодательства.

В складывающихся здесь отношениях проявляются все признаки именно трудовых отношений, а собственно следующие: нацеленность на регулирование трудового процесса, долговременный характер, оплата труда за процесс труда. Все это лишает работников таких прав как право на отпуск, время отдыха, права связанные с оплатой труда и другие права, прописанные в статье 21 Трудового Кодекса Российской Федерации. Здесь конечно неправильно будет утверждать, что отношения складывающиеся между индивидуальным предпринимателем и работником могут рассматриваться как внеправовая практика. Так как, они были выведены из сферы регулирования трудового законодательства в сферу гражданского законодательства. Однако природа отношений остается все таки в сфере действия трудового права, что позволяет сделать вывод о мнимом, имитационном характере оформления трудовых отношений между работником и работодателем.

Такая ситуация становиться возможной по ряду объективных субъективных причин среди которых можно выделить такие как:

• низкий уровень правовой культуры участников этих отношений;

• латентный характер правонарушения, что определяется низкой степенью и сложностью выявления правонарушения;

• желанием работодателя снизить степень обязанностей и ответственности в отношении работника;

• отсутствием инициативы (правовой активности) со стороны работника оформить сложившиеся отношения.

Все это позволяет говорить, о том, что участники социально трудовых отношений в этом случае не носят характер полноценных субъектов. Так как действуют во многих случаях не осознанно, а подчиняясь сложившимися обстоятельствам.

За годы реформ роль фермерских хозяйств в системе социально-трудовых отношений аграрной сферы стабилизировалась и характеризуется высокой по сравнению с предприятиями и личными подсобными хозяйствами степенью интенсивности производства и производительностью труда. Для системы такой нетрадиционной разновидности как социально-трудовые отношения в крестьянских фермерских хозяйствах специфично: преобладание индивидуальных социально

трудовых отношений, которые характеризуются низкой степенью конфликтности, пассивностью их субъектов, преобладанием неформальных практик, наличием некоторой степени их латентности.

3.2. Место личных подсобных хозяйств в системе социально-трудовых отношений аграрной сферы

В случае с формой хозяйствования не предпринимательского типа все намного сложнее. Так, не только в науке[110], но и действующем законодательстве статус личных подсобных хозяйств определен, на наш взгляд, недостаточно четко. Согласно Федерального закона «О личном подсобном хозяйстве»[111] под такого рода хозяйствами понимается форма непредпринимательской деятельности по производству и переработке сельскохозяйственной продукции. К сожалению, такой подход не позволяет рассматривать подсобные хозяйства ни как субъект, ни как объект каких либо отношений.

Более того, отнесение к той или иной (предпринимательской или не предпринимательской) форме хозяйствования предопределено, в первую очередь, не социально-экономическими критериями, а правовыми. Так, крестьянин может зарегистрировать свое хозяйство как фермерское даже в том случае, если деятельность этого хозяйства обеспечивает незначительную часть доходов и занятость членов его семьи. И наоборот, крестьянин, все свое время работающий в ЛПХ, продающий произведенную продукцию и получающий доход, отражается в графе «подсобное хозяйство». Дело в том, что деятельность ЛПХ не относится законом к предпринимательской. В то же время, в соответствии с федеральным законом «О развитии сельского хозяйства», личные подсобные хозяйства признаются сельскохозяйственными товаропроизводителями. Таким образом, крестьяне имеют право продавать на рынке оставшиеся излишки и тем самым вести продуктивное хозяйство, избегая уплаты налогов. Как свидетельствует ряд исследований, такие хозяйства существуют[112]. Что подтверждается и результатами сельхозпереписи, а также проведенного нами в 2008 году опроса[113], среди работников сельского хозяйства, имеющих личные подсобные хозяйства. Так, продают более 50 % выращенной продукции 12 % респондентов; продают от 30 до 50 % выращенной продукции – 31,3 %; продают незначительную часть от 10–30 % – 50 % опрошенных.

Это приводит к тому, что на селе с целью ухода от налогов путем перерегистрации фермерских хозяйств, практикуется создание «фальшивых» ЛПХ. Так, в работе Л. Тимофеева отмечается, что некоторые фермерские хозяйства формально ликвидируются и распадаются на ЛПХ – раздаются земельные паи, а технику и семена передается работникам. Продукция же фактически производится коллективно, а реализуется как продукция частников – владельцев ЛПХ[114].

Действительно эти два типа хозяйств очень близки между собой и характеризуются: преимущественно семейным характером формирования; хозяйство ведется на основе собственных ресурсов – земли, находящейся, как правило, в собственности семьи, скота, значительной части технических средств; работы выполняются преимущественно членами домохозяйства; к трудовой деятельности широко привлекаются пенсионеры и дети; полученная продукция и доходы являются собственностью семьи; единый социально-экономический статус владельцев хозяйств – крестьянин одновременно является собственником, работником и работодателем. Интересна точка зрения социолога П.П. Великого, который в качестве основного критерия, отличающего личные подсобные хозяйства от фермерского, выделяет привлечение наемного труда. Он предлагает частное фермерское хозяйство с наемными работниками называть – «фермерское хозяйство», а личное подсобное хозяйство – «крестьянское семейное хозяйство»[115].

В этом, несомненно есть зерно истины, однако на сегодняшний день достаточное количество личных подсобных хозяйств уже привлекает к труду временных и сезонных работников. Учитывая тот факт, что это делается не на постоянной основе, а может быть вызвано обстоятельствами временного характера: необходимость дополнительной обработки земли, посева и выращивания новых культур, спецификой сезона, болезнью или иными аналогичными причинами, не позволяющему конкретному члену семьи работать в определенный период времени. То такой подход скорее интересен для теоретического осмысления, нежели чем для практического применения. Очевиден лишь тот факт, что для современных личных подсобных хозяйств характерно некоторая нестабильность.

В любом случает отдельные хозяйства могут рассматриваться как переходная, промежуточная форма между хозяйствами предпринимательского типа, и непредпринимательскими формами хозяйствования, трудового и нетрудового хозяйства. Варианты трансформации одной формы к другой могут быть различны. Однако следует отметить, что все варианты осложнены нормами земельного права, согласно которому земли сельскохозяйственного назначения выделяются в особом порядке для ведения фермерского хозяйства и соответственно подсобного хозяйства. В отдельных случаях варианты трансформаций осложнены нормами трудового законодательства.

Так какова же роль личных подсобных хозяйств в экономике и социально-трудовой сфере. В научной литературе по этому поводу встречаются противоположные позиции. Одни ученые видят в них панацею от всех бед, другие говорят о неэффективности данной формы.

Так, отмечается что «одной из основных в развитии сельского хозяйства и сельской местности России является проблема трудоизбыточности аграрного производства, усугубляющаяся с ростом продуктивности этого сектора. Аграрное рыночное производство дает только 1/3 рабочих мест в сельской местности. Излишнее трудоспособное население вытесняется в сектор личного подсобного хозяйства, производящего конкурирующую сельскохозяйственную продукцию, но с меньшей продуктивностью. Такой дуализм на сельского рынке труда не может не вести к падению уровня доходов от сельскохозяйственной занятости.»[116] Несомненно, в контексте поставленной автором проблемы – формирования альтернативной занятости на селе, данное утверждение вполне справедливо. Однако, рассмотрение занятости в личных подсобных хозяйствах как «конкурирующей» и «малопродуктивной» не совсем верно.

Действительно в результате проведенных преобразований роль хозяйств населения в производстве сельскохозяйственной продукции существенно возросла. Такая ситуация характерна для страны в целом. Доля ЛПХ в общем объеме производства сельскохозяйственной продукции в Российской Федерации за период пятнадцать с 1990–2005 годы возросла с 39,9 % до 51,2 %; в регионах Приволжского федерального округа – с 40,1 % до 53,4 %; в Республике Башкортостан – с 49,0 % до 64,1 %.

В сельскохозяйственном производстве на основе традиционной специализации сегодня сложилось определенное разделение труда: сельскохозяйственные предприятия выращивают все зерновые, кормовые культуры, сахарную свеклу, подсолнечник, а хозяйства населения в основном производят картофель, овощи и животноводческую продукцию, включая мед (Приложение 11).

Как видно из таблицы 31, происходит хоть и небольшое, но стабильное увеличение площадей ЛПХ, на фоне уменьшения общих площадей земель вплоть до 2005 года у организаций, занимающихся производством сельскохозяйственной продукции[117].

Сравнение потребностей населения республики в основных сельскохозяйственных продуктах с их производством показывает, что в хозяйствах населения производится половина потребности населения в мясе, более 80 % – в молоке, 40 % – яиц, 71 % – овощей, полностью удовлетворяются потребности в картофеле.

Таблица 31

Сельскохозяйственные угодья в распределении по землепользователям в Республике Башкортостан (на конец года), тыс. га

Все вышесказанное свидетельствует о возрастании экономического значения ЛПХ. Однако при этом меняется и их социальная роль. Особенность ЛПХ и заключается в том, что его экономические функции тесно переплетаются с социальными, что обусловливает устойчивость и гибкость этой формы в различных социально-экономических и политических условиях, особенно в экстремальных.

В настоящее время ЛПХ сельских жителей выполняют следующие социальные функции: обеспечение занятости; сохранение трудового потенциала; повышение социальной стабильности; трудовое воспитание и профессиональная ориентация подрастающего поколения; сохранение традиций, культуры и уклада жизни крестьянства. Учитывая тот факт, что производство сельскохозяйственной продукции прежде всего сосредоточено в сельской местности в оценке реализации функции воспроизводства населения мы будем ориентироваться именно на сельскую местность.

Занятость в личных подсобных хозяйствах достаточно специфична. Многие российские ученые, такие как А.В. Полетаев, Р.И. Капелюшников, С.Ю. Барсукова, труд в ЛПХ рассматривают как нерыночную (нестандартную) занятость, наличие которой отличает их от других секторов экономики. Исследования показывают, что нестандартная занятость, на российском рынке труда, явление распространенное и количественно намного превосходит другие ее разновидности. От решения проблемы занятости во многом зависит социально-экономическое развитие территорий, уровень жизни населения. Сокращение численности занятых в сельском хозяйстве свидетельствуют о том, что значительная часть трудового потенциала была «поглощена» личным подворьем. Так, в России по данным Гимпельсона В.Е., Капелюшникова Р.И., с подсобным сельским хозяйством были связаны более 35 % (27,1 млн. чел) всех занятых экономике, а для 16 % (12,3 млн. чел.) работа в нем являлась единственной формой трудовой активности.[118]

Таким образом, ЛПХ выступает серьезным фактором, сдерживающим массовую безработицу на селе, представляется своеобразным «социальным рефугиумом». Эта форма хозяйствования смягчает трудности реформ и сохраняет квалифицированные кадры села, а при возобновлении экономического роста позволяет вернуть их в реальное сельскохозяйственное производство.

Так по данным сельскохозяйственной переписи населения (см. табл.32) в подсобных хозяйствах в сельской местности, где осуществлялись сельскохозяйственные работы значительную часть хозяйств составляют три группы: где занят один человек -29,6 % (169,3 тыс. хозяйств – 169,3 тысяч человек); где занято два человека-3 0,7 % (202,1 тыс. хозяйств -202,1 тысяч человек), и где занято от 3 до четырех человек – 30,7 % (175,5 тыс. хозяйств – 614, 25 в среднем тыс. человек). В оставшейся части хозяйств, где занято более пяти человек занято (24,7 хозяйств в среднем – 111,5 тысяч человек). Суммарно, эта численность (1096,8 тысяч человек) явно превосходит официально декларируемую численность занятых в сельском хозяйстве в разы, более того приближается по объему к численности занятых в экономике в целом. Что подтверждает тезис о том, что в сельскохозяйственном производстве высок уровень вторичной занятости. Однако, за кадром политики в социально-трудовой сфере остается значительная часть населения (молодежь до трудоспособного возраста, пенсионеры).

Таблица 32

Распределение личных подсобных и других индивидуальных хозяйств граждан по числу лиц, занятых выполнением сельскохозяйственных работ в сельской местности, (тыс. хозяйств)

Следует отметить, что помимо членов семейного хозяйства (ЛПХ), к труду в аграрной сфере дополнительно привлекаются наемные работники, конечно их доля не значительна в общем объеме наемных работников по экономике. Более одной четвертой (25,65 %) хозяйств населения привлекают на сезонные и временные работы наемных работников. Тогда как в сельской местности практически каждое третье хозяйство (29,18 %) вступает в трудовые отношения с наемным работником (См. табл. 33).

Как мы видим из таблицы, временные и сезонные работники привлекаются к в сельских поселениях преимущественно в хозяйствах с численностью о 1 до 4 человек. Все это свидетельствует о том, что в российской федерации не сложился статистический инструментарий оценки доли личных подсобных хозяйств населения в обеспечении занятости.

Претерпевает изменения и такая немаловажная функция ЛПХ как формирование доходов (см. табл.34). В настоящее время размер заработной платы работника, занятого в сельском хозяйстве Республики Башкортостан, остается низким и составляет 49,6 % от средней заработной платы в экономике и 28,5 % – в промышленности.[119] Для сравнения, в 1990 г. эти показатели составляли, соответственно, 96 и 89 %[120].

Таблица 33

Распределение личных подсобных и других индивидуальных хозяйств граждан по числу временных и/или сезонных работников, привлекавшихся для выполнения сельскохозяйственных работ в сельской местности в 2005 г. (тысяч хозяйств)

Из данной таблицы видно, что заработная плата не намного превышает размер прожиточного минимума, а в некоторые годы – ниже его. Учитывая усредненность показателей, а также наличие задолженности по заработной плате (на начало 2009 по организациям сельского, лесного хозяйства просроченная задолженность по заработной плате составляла 800 тыс. руб.), сложившийся уровень оплаты труда не может покрыть даже самые скромные потребности сельской семьи. Так, результаты опроса, проведенного среди работников сельскохозяйственных организаций,[121] свидетельствуют, что более чем у половины работников зарплата ниже прожиточного минимума (56,3 %). В связи с этим, для одной третей респондентов (33,3 %) их экономическое положение полностью зависит от доходов ЛПХ, а для одной пятой (19,8 %) – зависит в значительной степени.

Таблица 34

Среднемесячная номинальная начисленная заработная плата в Республике Башкортостан

Прожиточный минимум по региону[122]

Сложившееся положение можно считать серьезной мотивацией к занятости в ЛПХ. В сложных экономических условиях для некоторой части сельских семей собственное подворье становится уже не дополнительным источником дохода, а основным. Это подтверждают результаты Всероссийской переписи населения 2002 г., по которым 27,9 % сельских жителей республики в качестве источника средств существования определяют ЛПХ, а для 8,5 % сельчан доходы от ЛПХ являются единственным источником. Исследования, показывают[123], что для 59,2 % опрошенных респондентов, занятых в ЛПХ, подсобное хозяйство является главным источником продукции для семьи, а 35,7 % – основным доходом семьи. Таким образом, в настоящее время ЛПХ является серьезным социально-экономическим инструментом в поддержании минимального уровня жизни на селе.

Конечно, социальное развитие села, формирование его трудового потенциала – тесно взаимосвязано с воспроизводством населения. Следует отметить, что в этом вопросе актуальным являются две составляющие: естественное движение и миграционные процессы. Следует отметить, что, на первый взгляд, демографическая ситуация на селе демонстрирует лучшие показатели, чем в городе. Ведь в городе наблюдался в 2008 году естественный прирост населения – 1,3 тысяч человек, тогда как на селе наблюдалась убыль населения – 2,4 тысяч человек. Действительно, рождаемость на селе несколько выше, что связанно с некой традиционностью в семейных отношениях, предполагающей наличие больших семей. Однако ситуация все же не такая радужная: продолжительность жизни сельчанина в среднем на 4 года ниже, чем горожанина[124]. В Республике Башкортостан согласно данным официальной статистики ожидаемая продолжительность жизни сельчанина на 2 года ниже, чем у горожанина.[125] Анализ совокупности демографический показателей также демонстрирует негативные тенденции естественного воспроизводства сельского населения (см. табл.35).

Кроме того, в сельской местности уровень миграции населения остается высокий, убыль населения составила в 2008 году 1011 человек. Сложившаяся ситуация в естественном движении населения в сочетании с миграцией из села способствовала увеличению доли пожилых людей в сельской местности. Эта ситуация была обострена тенденцией естественного старения трудовых ресурсов России. Демографические прогнозы свидетельствуют, что в ближайшие два десятилетия удельный вес населения старше трудоспособного возраста будет иметь неуклонную тенденцию к росту и к концу 2015 г. достигнет в России – 24,8 %, в Республике Башкортостан – 22,0 %[126]. На первый взгляд применительно к подсобным хозяйствам, где реализуют свои возможности трудиться не только население в трудоспособном возрасте, но также и пенсионеры, дети – это повысит функцию ЛПХ как сферы занятости трудоспособной части крестьян пенсионного возраста, а с другой – приведет к сокращению трудовых ресурсов, что будет способствовать в долгосрочной перспективе к «отмиранию» части ЛПХ. Данная ситуация конечно усугубляется миграционной ситуацией и настроением.

Таблица 35

Показатели естественного движения населения на селе в Республике Башкортостан

Реализация функции трудового воспитания и профессиональной ориентации подрастающего поколения как нельзя лучше по природе своей реализуется именно в подсобных хозяйствах населения. В сельской семье возможна реализации функции сохранение традиций, культуры и уклада жизни крестьянства. Так как по природе своей она во многом отражает сущность крестьянского хозяйства, о которых так подробно говорили в своих работах специалисты по аграрной социологии.

Такое изменение социальной и экономической роли ЛПХ, предопределяет необходимость выработки подходов к определению их места в системе социально-трудовых отношений.

Согласно действующему законодательству (ст. ст. 15, 20 Трудового Кодекса Российской Федерации) работодателем могут быть не только юридические лица и индивидуальные предприниматели, но и лица физические. Однако, следует отметить, что здесь речь о возможности вступить в трудовые отношения идет только в том случае, если труд работников будет использоваться «для личного обслуживания и помощи по ведению домашнего хозяйства». Таким образом, если рассматривать труд в личных подсобных хозяйствах как вид помощи для ведения домашнего хозяйства, то складывающиеся же в этой сфере отношения могут быть вполне оформлены как трудовые. Однако в том случае, если произведенная в личном подсобном хозяйстве продукция будет реализовываться третьим лицам, то труд работников в личных подсобных хозяйствах не может рассматриваться как наемный и будет носить гражданско-правовой характер (то есть оформляться договором подряда). Соответственно мы можем говорить о преобладании здесь латентных социально-трудовых отношений.

На наш взгляд, данное обстоятельство существенно сказывается на социально-трудовой сфере села. Согласно сложившемуся в науке подходу, основными субъектами социально-трудовых отношений являются работники и работодатели. В большинстве случаев, человек, занятый в ЛПХ, соединяет в одном лице и работника, и работодателя. Однако это не всегда так. Как уже было показано выше согласно данным сельхозпереписи личные подсобные хозяйства привлекают к труду временных и сезонных работников. Более того, сельские жители которые так и не найдут работы и будут все жизнь вовлечены в процесс производства сельхозпродукции только в рамках личного подсобного хозяйства, фактически утрачивают возможность «заработать» трудовой стаж, что существенно понижает их потенциальные перспективы на рынке труда. По поводу пенсионного стажа, действующее законодательство позволяет, лицам не вступающим в трудовые отношения по средством самостоятельных отчислению сформировать свою будущую пенсию, вместе с тем как мы понимаем такой подход не только скажется на ее размере, но еще больше усилит изоляцию работников личных подсобных хозяйств от социально-трудовой сферы.

Сознательное исключение личных подсобных хозяйств из сферы возможных социально-трудовых отношений приводит к тому, что большинство работников этого сектора классически относятся либо к не занятым, либо к лицам с нестандартной занятостью. Учитывая то обстоятельство, что их доля значительна, целесообразным на наш взгляд будет изменение подхода к определению термина работодатель – физическое лицо. В связи с этим предлагаем изложить ст. 20 ч. 5 ТК РФ в следующей редакции: «Для целей настоящего Кодекса работодателями физическими лицами признаются:

• физические лица, зарегистрированные в установленном порядке в качестве индивидуальных предпринимателей (…);

• физические лица, вступившие в трудовые отношения с работниками в целях личного обслуживания, помощи по ведению домашнего и личного подсобного хозяйства (далее – работодатели – физические лица, не являющиеся индивидуальными предпринимателями)».

Однако такое изменение действующего законодательства может прямо или опосредовано привести к увеличению финансовой и организационной нагрузки на личное подсобное хозяйство. Вместе с тем, совсем исключить отношения, которые возникают в процессе применения труда в личном подсобном хозяйстве между работником и работодателем, из возможной сферы их оформления и правового регулирования в условиях формирования правового государства представляется не вполне оправданным. Все вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что в условиях современных реалий на селе назрела необходимость рассматривать личное подсобное хозяйство как форму хозяйствования в системе социально-трудовых отношений аграрной сферы.

3.3. Качество трудовой жизни работников аграрной сферы: состояние, направления совершенствования

Оценка качества жизни работников аграрной сферы осуществлялась по пяти основным показателям: условия труда; организация труда; оплата труда (стимулирование труда); содержательность труда; социально-правовая защищенность субъектов социально-трудовых отношений – применительно к работнику, работодателям, обществу на основании социологических опросов работников, работодателей-

руководителей сельскохозяйственных организаций, экспертного опроса. В ходе исследования состояния качества трудовой жизни работников аграрной сферы, по каждому из показателей обозначенных выше, мы пришли к следующим выводам. Рассмотрим каждый из показателей более подробно

3.3.1. Условия труда работников аграрной сферы

Оценка условий труда позволяет в самом общем виде определить степень опасности или безопасности средств труда, их влияние на здоровье, настроение и работоспособность человека. Рассмотрение такого показателя качества трудовой жизни как условия труда работников сельского хозяйства осложнялась рядом обстоятельств. Это отсутствие статистических данных, как на федеральном, так и на уровне субъектов федерации по условиям труда в данной отрасли, окончательных результатов аттестации рабочих мест по условиям труда и сертификации организации работ по охране труда по отрасли. Следует отметить, что работа по аттестации рабочих мест по условиям труда и сертификации организации работ по охране труда в сельском хозяйстве еще не завершена. Все это не позволяет не только адекватно оценивать такой показатель КТЖ как условия труда, но и осуществлять эффективное управление в данной сфере. Соответственно, не могут быть проанализированы ни в сравнении с другими отраслями, ни в динамике такие аспекты как число лиц: работающих в условиях, не отвечающих гигиеническим нормативам условий труда (уровень шума, ультро– и инфразвука, уровня вибрации, запыленности воздуха рабочей зоны, загазованности воздуха рабочей зоны); имеющих право на отдельные компенсации и гарантии за работу во вредных и опасных условиях труда (дополнительные отпуска, сокращенный рабочий день, бесплатное лечебно-профилактическое питание, оплату труда в повышенном размере, право на досрочное назначение пенсии по старости); занятых на тяжелых работах, а также работах, связанных с напряженностью трудового процесса; работающих на оборудовании, не отвечающем требованиям охраны труда.

Отсутствие своевременного статистического мониторинга состояния условий труда в сельском хозяйстве существенного осложняет анализ условий труда в данной отрасли. В связи с этим он производился нами на основании оценки удовлетворенности условиями труда работниками и экспертами и работодателями (руководителями), а также отдельных косвенных характеристиках отражающих уровень травматизма.

Результаты опроса работников свидетельствуют о крайне низком уровне удовлетворенности работниками основными характеристиками условий труда (см. табл.36).

Таблица 36

Распределение ответов на вопрос: Удовлетворены ли Вы следующими условиями труда на вашем предприятии, % от числа опрошенных

Так, большинство опрошенных работников отмечали, что не удовлетворены организацией техники безопасности (56,2 %); санитарно-гигиеническими условиями труда (52,0 %); степенью физических нагрузок (43,3 %). Сводные данные приведены в таблице 36. Следует отметить, что, при ответе на вопрос «Если ваши права нарушались, то в какой сфере?», десятая часть (10,8 %) работников отметила, что сталкивалась с нарушениями, связанными с обеспечением техники безопасности.

Аналогичное отношение к отдельным характеристикам условий труда прослеживается в ответах экспертов и руководителей организаций. Так, только 30 % экспертов оценивают санитарно-гигиенические условия труда сельских тружеников как «очень хорошие» и «сравнительно неплохие», 42 % – степень физических нагрузок, 15 % – организация техники безопасности соответственно. Однако руководители организаций оценивают условия труда работников сельского хозяйства несколько выше. Сводные данные приведены в таблице 37.

Таблица 37

Распределение ответов на вопрос: Как вы оцениваете следующие условия труда тружеников сельского хозяйства, % от числа опрошенных экспертов (1) и руководителей сельскохозяйственных предприятий (2)

В целях осуществления сравнения, мы присвоили ответам «удовлетворен», «очень хорошо», «Скорое хорошо, чем плохо» знак +, и соответственно ответам «неудовлетворен», «скорее плохие, чем хорошие», «плохие» знак минус. Результаты сопоставления приведены в таблице 38.

Как видно из таблицы большинство руководителей организаций оценивают, что организацию техники безопасности и санитарно-гигиенические условия труда со знаком плюс. Что свидетельствует о неадекватности восприятия работодателями такого показателя качества трудовой жизни как условия труда. Единственная составляющая, по которой работодатели демонстрируют аналогичное с работниками и экспертами восприятие – это степень физических нагрузок.

Таблица 38

Сравнительная характеристика оценки условий труда в ответах работников, экспертов, руководителей

В связи с этим, интересным является, насколько работодатели могут повлиять на создавшееся положение вещей. Так результаты опроса (Таблица 39) свидетельствуют, что лишь незначительная часть работодателей сомневается может ли она повлиять на ситуацию с условиями труда работников. Полагаем, что данная ситуация объясняется, что определенная часть сельскохозяйственных организаций является убыточной.

Таблица 39

Распределение ответов на вопрос: «Насколько Вы как руководитель можете повлиять на следующие условия труда работников», % от числа опрошенных

О проблемах в организации безопасных условий труда свидетельствует и достаточно высокий уровень производственного травматизма в сельском хозяйстве по сравнению с другими отраслями. Так, по данным Росстата, удельный вес пострадавших от несчастных случаев на производстве в сельском и лесном хозяйстве остается одним из самых высоких и составляет 7,9 % от общего числа пострадавших по Российской Федерации.

Таблица 40

Численность пострадавших на производстве в сельском хозяйстве РФ[127]

На первый взгляд, данные официальной статистики свидетельствуют об уменьшении числа несчастных случаев на производстве, вместе с тем число пострадавших на 1000 человек остается одним из самых значительных – 3,9 человек, а число пострадавших от несчастного случая на производстве лиц со смертельным исходом практически не изменилось за период 1999–2008 годы. Данное обстоятельство может косвенно свидетельствовать о наличии латентных нарушений в изучаемой сфере отношений (см. табл.40).

В Республике Башкортостан, в целом по сравнению с другими отраслями складывается аналогичная ситуация. Следует констатировать, что уровень травматизма на предприятиях сельского хозяйства остается достаточно высоким. Так, каждый второй из 1000 работников занятых в сельском хозяйстве пострадал от несчастного случая на производстве, тогда как в среднем по отраслям этот показатель значительно ниже. Особенно удручающим является то обстоятельство, что в целом на мероприятия по охране труда тратится меньше всего средств, а именно – на одного работающего приходилось в 5,7 раз меньше, чем в среднем по республике, и в 9 раза меньше, чем в обрабатывающих производствах!

Достаточно велико в сельском хозяйстве и количество несчастных случаев со смертельным исходом. По этому показателю сельское хозяйство занимает «почетное» четвертое место, уступая «пальму лидерства» лишь таким отраслям как строительство, обрабатывающие производство, гостиницы и рестораны.

Все вышесказанное свидетельствует о том, что сельском хозяйстве страны в целом и Республике Башкортостан – в частности, проблеме создания безопасных условий труда, в том числе вопросам его охраны в аграрной сфере, уделяется недостаточное внимание. Эта ситуация усугубляется неадекватностью оценки этого показателя качество трудовой жизни работодателями. Данное обстоятельство предусматривает необходимость изменения подходов к управлению данной сферой. В целях выработки направлений повышения качества трудовой жизни по такому показателю как условия труда работников аграрной сферы нами рассмотрен уровень государственного и общественного управления в зависимости от формы хозяйствования (см. табл.41).

Условные обозначения: 1– осуществляется хорошо; 2 – осуществляется недостаточно хорошо; 3 – не осуществляется; 4 – не может осуществляться.

При анализе использовались следующие источники: нормативные акты федерального и регионального уровня, акты социального партнерства, доклады федеральной службы по труду и занятости, в том числе его территориальных органов о результатах работы по осуществлению государственного контроля за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права по годам, отчеты по результатам проверок проведенных инспекцией по охране труда профсоюзов, доклады о реализации государственной политики в области условий и охраны труда по Республике Башкортостан по годам.

Таблица 41

Оценка общественного и государственного управления качеством трудовой жизни работников сельского хозяйства

Наиболее проблемной остается ситуация с управлением создания условий труда, занятых в личных подсобных хозяйствах. Сложившаяся ситуация обусловлена, тем обстоятельством, что действующее трудовое законодательства не регулирует отношения складывающиеся в личных подсобных хозяйствах. Что исключает не только оценку состояния условий труда государством в лице его органов, но и институтами гражданского общества, в том числе профсоюзами.

Преобладание латентных социально-трудовых отношений не позволяет выявить возможные нарушения, отследить уровень травматизма в этой сфере, защитить наемных работников. В случае возникновения несчастного случая, а тем более профессионального заболевания рассчитывать на какие-либо компенсации и выплаты, сохранение рабочего места, и другие права предусмотренные действующим законодательством работник не сможет. Несмотря на тот факт, что на сегодняшний день действуют государственные программы по поддержке личных подсобных хозяйств, в них отсутствуют положения позволяющие это сделать.

Относительно осуществления управления условиями труда в сравнительно новых для аграрной сферы форм хозяйствования– крестьянско-фермерских хозяйствах ситуация является проблемной в отношении осуществления контроля. Следует отметить, что предметом контроля в сфере охраны труда являются преимущественно предприятия. Особенно остро это проявляется в системе общественного контроля. Кроме этого, анализ состояния условий и охраны труда в системе статистического учета ведется не по всем показателям, которые осуществляется в отношении предприятий других отраслей. Аналогичная ситуация с оценкой состояния характерно и для предприятий аграрной сферы. Отсутствие своевременного анализа не позволяет адекватно осуществлять управление в указанной сфере отношений. Все вышесказанное обуславливает необходимость изменения подхода к статистическому учету и законодательного урегулирования отношений возникающих в сфере охраны и создания безопасных условий труда работников в личных подсобных хозяйствах.

3.3.2. Организация труда

При оценке показателя организации труда мы исходили из того обстоятельства, что под ней понимается форма, способ и порядок соединения живого труда (человек) и овеществленного (оборудование) труда[128]. То есть, данное понятие рассматривалось в узком смысле. Организация труда базируется на следующих элементах: разделение труда (специализация), кооперация (функциональная связь с работниками), распределение работ и контроль. К числу характеристик, позволяющих оценить организацию труда, отнесены следующие: режим труда и отдыха, трудовая дисциплина, простои, обеспеченность средствами труда (оборудование, материалы и т. д.). В основу анализа сложившегося уровня организации труда в сельском хозяйстве были положены результаты социологического опроса.

Во многом вопросы организации труда лежат на работодателе и, соответственно, общество и государство не могут оказать существенного влияния на этот процесс. Основным механизмом воздействия на указанную сферу является установление соответствующих норм и организация контроля за их соблюдением и исполнением. Анализ действующего законодательства свидетельствует, что основные нормы, определяющие основные принципы организации труда (рабочее время и время отдыха, нормирование труда, дисциплина труда), сложились в действующем законодательстве, вместе с тем, отдельные аспекты требуют совершенствования действующей нормативно-правовой базы. Имеются в виду расширение перечня сезонных работников и установление возможности увеличивать продолжительность сезона в зависимости от региона и специфики природно-климатических условий, определение основных подходов к установлению перечня лиц с ненормированным рабочим днем; установление специальных норм, определяющих особый порядок регулирования труда работников сельского хозяйства в Трудовом Кодексе РФ (ТК РФ). Актуальным, на наш взгляд, также является увеличение количества тематических профсоюзных и государственных проверок, как это было сделано профсоюзом работников образования, например, в 2008 году в организациях образования по вопросам рабочего времени и времени отдыха.

Реализация организации труда в конкретной организации (предприятии) лежит «на совести» работодателя, который самостоятельно определяет необходимость тех или иных нововведений в этой сфере, в зависимости от опыта, знаний, заинтересованности в результатах деятельности организации в лице конкретного руководителя (менеджера), который, собственно, также является в большинстве случаев «наемным работником».

Оценивая удовлетворенность работников сельского хозяйства организацией труда, мы пришли к выводу, что данный показатель качества трудовой жизни находится на низком уровне. Так, более половины респондентов не удовлетворены организацией труда в своей организации. Сводные данные приведены в таблице 42. Следует отметить, что в числе характеристик организации труда наиболее приемлемым по уровню удовлетворенности является режим труда и отдыха.

Таблица 42

Доля работников удовлетворенных организацией труда в сельском хозяйстве, % от числа опрошенных

При оценке отдельных аспектов организации труда руководителями и экспертами мы видим в целом аналогичную оценку (см. табл. 43).

В целях осуществления сравнения, мы присвоили ответам «удовлетворен», «очень хорошо», «Скорое хорошо, чем плохо» знак +, и соответственно ответам «неудовлетворен», «скорее плохие, чем хорошие», «плохие» знак минус. Результаты сопоставления приведены в таблице 44.

Мнение работников и работодателей достаточно сильно отличаются. Несмотря на тот факт, что большинство работников оценивают отдельные аспекты организации труда (режим труда) в целом положительно, однако их доля значительно отличается от доли работодателей оценивающих режим труда работников как хороший.

Во многом проблемы организации труда в сельском хозяйстве обусловлены объективным обстоятельством, а именно – значительным объемом убыточных предприятий в отрасли (17,3 %). В этих условиях усложняется осуществление эффективного управления по всем аспектам деятельности организации, в том числе, и по вопросам организации труда. Об этом свидетельствует и доля лиц удовлетворенных обеспеченностью средствами производства в процессе труда.

Таблица 43

Распределение ответов на вопрос: «Как вы оцениваете следующие обстоятельства работы работников сельского хозяйства», % от числа опрошенных (эксперты – 1, работодатели – 1)

Проблемы в обеспечении средствами производства вызывает также и такой негативный аспект в организации труда, как наличие простоя. Так, 11 % работников еженедельно сталкиваются с простоями не по их вине; 12,2 % – ежедневно; 25,5 % – редко; 20,4 % отмечают, что простой носит сезонный характер; 30,9 % говорят, что не сталкивались с простоем. Тогда как, руководители предприятия отмечают, что простои по вине работодателя (предприятия) бывают ежедневно не часто – лишь 3,9 % опрошенных выбрали данный вариант ответа. Преимущественно (57,3 % опрошенных) простои носят сезонный характер, однако не отрицают, что такие случаи встречаются, но редко – 30,1 опрошенных. Основными причинами простоев по мнению работников являются следующие обстоятельства: состояние техники и оборудования -38,7 %; снабжение ГСМ – 28,8 %; проблемы в организации труда – 27 %; отсутствие работы в связи с сезонностью труда – 24,6 %; снабжение удобрениями – 6 %; снабжение комбикормами – 6 %; другие причины -4,6 %. В числе последних были названы «проблемы в управлении»; «нарушение дисциплины труда другими работниками»; «отсутствие заказов» «пьянство».

Таблица 44

Сравнительная характеристика оценки организации труда в ответах работников, экспертов, руководителей

Следует отметить, что данные статистки свидетельствуют о наличии проблем в материально-техническом обеспечении сельскохозяйственного производства. Так, в 2007[129] году в республике по сравнению с 1995 годом существенно сократились: приобретение сельскохозяйственной техники (тракторы – в 1,8 раза; комбайны – 1,9 раза; доильной техники – 3 раза); обеспеченность сельскохозяйственными машинами (тракторы – 2,4 раза; комбайны – 3,4 раза; поливные машины и установки – 4,1 раза); объем закупок минеральных удобрений (в 10,1 раза); объем закупок минеральных удобрений на гектар пашни (в 7,76 раза); объем внесения органических удобрений (в 2,4 раза); объем внесения минеральных удобрений (в 3,5 раза); объем работ по химической мелиорации (в 4,8 раза).

Все вышесказанное свидетельствует о крайне низком уровне организации труда в сельском хозяйстве, обусловленным не только субъективными причинами, связанными с эффективностью (менеджмента), но и объективными причинами. Однако, как и в случае с условиями труда, мы наблюдаем более позитивное восприятие работодателями организации труда в сельском хозяйстве. Полагаем, что это определяется тем обстоятельством, что работодатели осуществляют коррекцию с учетом других более слабых хозяйств.

В целях выработки направлений повышения качества трудовой жизни работников сельского хозяйства нами рассмотрен уровень государственного и общественного управления организации труда в различных формах хозяйствования (табл. 45).

При анализе использовались следующие источники: нормативные акты федерального и регионального уровня, акты социального партнерства, доклады федеральной службы по труду и занятости, в том числе его территориальных органов о результатах работы по осуществлению государственного контроля за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права по годам, отчеты по результатам проверок проведенных правовой инспекцией профсоюзов, материалы судебной практики.

Таблица 45

Оценка общественного и государственного управления качеством трудовой жизни работников сельского хозяйства

Условные обозначения: 1– осуществляется хорошо; 2 – осуществляется недостаточно хорошо; 3 – не осуществляется; 4 – не может осуществляться

В ходе анализа мы пришли к следующему выводу. Наиболее проблемной остается ситуация с управлением организацией труда работников сельского хозяйства, занятых в личных подсобных хозяйствах и крестьянско-фермерских хозяйствах. Несмотря на тот факт, что действующее трудовое законодательство предусматривает в отношении крестьянских фермерских хозяйств, аналогичный механизм правового регулирования, что и в отношении предприятий количество нарушений в указанной сфере остается высоким. Большинство отношений возникающих в процессе организации труда остаются в латентной сфере и не выявляются. Слабоурегулированными и контролируемыми являются отдельные аспекты организации труда работников в аграрной сфере: рабочее время и время отдыха, режим труда и отдыха, оплата труда в период простоя работников, привлечение к труду, превышающем нормальную продолжительность рабочего времени, непредставление отпусков, в случаях прямо предусмотренных законом, отсутствие в организациях обязательных локальных актов.

3.3.3. Оплата труда работников аграрной сферы

Для оценки такого показателя качества трудовой жизни, как оплата труда, необходимо определиться: что же из совокупности потребностей работников сельского хозяйства является для них наиболее важным в современных условиях; насколько указанные потребности реализуются; определить удовлетворенность работников сложившейся в сельском хозяйстве уровнем заработной платы, оценить соотношение заработной платой с прожиточным минимумом, уровнем оплаты труда в сельском хозяйстве. Проблемное поле четко вырисовывается при анализе результатов социологического опроса. Современные работники, занятые в сельхозпроизводстве, отвечая на вопрос: «Что является наиболее важным в работе, которой Вы заняты?» на первое место как было показана в разделе 2. 2 поместили заработок.

Согласно действующему законодательству термины "заработная плата" и "оплата труда" являются синонимами и обозначают вознаграждение, получаемое работником за труд и выполняющее ряд жизненно важных функций. В науке не сложилось однозначного подхода к определению их количества и видового состава. Вместе с тем, большинство ученых в той или иной форме говорят о четырех основных функциях заработной платы, а именно: мотивационная, социальная (функция социальной справедливости), ресурсно-разместительная, воспроизводственная. Все присущие заработной плате функции представляют диалектическое единство и в своей совокупности позволяют увидеть, присущие ей противоречия и увидеть направления ее совершенствования. В условиях сельскохозяйственного производства в настоящее время в реализации всех этих функций существует множество специфических проблем. Так, только 17,7 % работников удовлетворены размером заработной платы, тогда как 72,9 % – не удовлетворены им (см. табл. 46).

Таблица 46

Распределение ответов на вопрос удовлетворены ли вы: а) размером заработной платы; б) порядком оплаты труда (своевременность, форма), % от числа опрошенных работников

Несмотря на тот факт, что большинство работников не удовлетворены размером заработной платы, третья часть считают, что она в целом хорошая (см. табл. 47). В этом проявляется явная несоразмерность в восприятии работниками сельского хозяйства размера заработной платы. Данная тенденция определяется тем обстоятельством, что само наличие заработной платы в виде «живых денег» на селе считается показателем успеха.

Таблица 47

Распределение ответов на вопрос: «Как вы оцениваете свою зарплату по основному месту работы?», % от числа опрошенных, % от числа опрошенных

Между тем, эксперты высказывают менее оптимистическую оценку относительно оплаты труда в сельском хозяйстве. Как хорошую и очень хорошую оценивают заработную плату работников сельского хозяйства только 6 % респондентов, а 89 % отмечают, что заработная плата в сельском хозяйстве «плохая» и «очень плохая». Тогда как работодатели (руководители организации высказывают прямо противоположные мнение (см. табл. 48).

В целях осуществления сравнения, мы присвоили ответам «удовлетворен», «очень хорошо», «Скорое хорошо, чем плохо» знак +, и соответственно ответам «неудовлетворен», «скорее плохие, чем хорошие», «плохие» знак минус. Результаты сопоставления приведены в табл. 49.

Таблица 48

Распределение ответов на вопрос: «Как вы оцениваете следующие обстоятельства работы работников сельского хозяйства», % от числа опрошенных (эксперты – 1, работодатели – 1)

Таблица 49

Сравнительная характеристика оценки оплаты труда в ответах работников, экспертов, руководителей

Полагаем, что такая положительная оценка работодателей, определяется тем, что руководителями оценивали оплату труда применительно к организации, где они являются руководителями. К моменту проведения опроса, в сфере оплаты труда в сельском хозяйстве произошли существенные изменения. Достаточно продолжительное время в сельском хозяйстве разрыв в средней оплате труда между 10 % наиболее и 10 % наименее оплачиваемыми работниками был одним из самых значительных в сравнении с другими отраслями. Однако за сравнительно короткий срок этот разрыв значительно уменьшился.

Существующий в сельском хозяйстве к 2007 году разрыв на первый взгляд объяснялся наличием большой доли низко квалифицированного труда, а также высокой разницей в рентабельности различных производств. Но, в любом случае, такое соотношение усиливало социальную напряженность в коллективах, поскольку восприятие человеком своего уровня жизни всегда относительно. Такое резкое уменьшение объяснятся изменением действующего законодательства по вопросам оплаты труда. Так, резкое увеличение минимального размера оплаты труда потребовало от работодателей под страхом ответственности пересмотреть подхода к организации оплаты труда в организации. Именно это обстоятельство может определять, тот парадоксальное расхождение мнений руководителей по оценке заработной платы. Данное обстоятельство потребовало проведения разъяснительной и организационной работы, которая в республике осуществлялось путем разработки методических рекомендаций и проведения семинаров по данной проблематике совместно Министерством труда и социальной защиты населения РБ, Министерством сельского хозяйства РБ, Федерацией профсоюзов РБ.

Уменьшение разрыва в оплате труда 10 % наиболее и 10 % наименее оплачиваемых работников позволяет сделать вывод о том, что в аграрной сфере созданы предпосылки для обеспечения одного из основных принципов трудового законодательства, закрепленного в ст. 2 Трудового Кодекса РФ – «обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда».

Однако, как показывают результаты опроса справедливой не для всех, так как эта характеристика всегда являлась оценочной и ее применение в действующем законодательстве не вполне корректно. Вместе с тем, данный принцип реализуется лишь в части, так как вести речь, о том, что существующая в сельском хозяйстве зарплата позволяет реализовывать достойное человека существование говорить более, чем преждевременно.

Действительно оценка оплаты труда носит субъективный характер, хотя и официальная статистика демонстрирует нам чрезвычайно низкий уровень оплаты в отрасли сравнительно как по стране, так и по республике. Среднемесячная номинальная начисленная заработная плата работников не намного превышает прожиточный минимум, а в отдельные годы была и ниже (см. табл.50).

Кроме того, наблюдается и высокий уровень отраслевой дифференциации в оплате труда. Так, размер заработной платы работника, занятого в сельском хозяйстве РБ, остается низким и составляет 49,6 % (См. Приложение 14) от средней заработной платы в экономике и 28,5 % – в промышленности[130]. Для сравнения, в 1990 г. эти показатели составляли, соответственно, 96 и 89 %. [131]

Таблица 50

Среднемесячная номинальная начисленная заработная плата в сельском хозяйстве, рублей

Все это может привести межотраслевой и территориальной (прежде всего в плане город – село) миграции. Следует отметить, что число лиц, неудовлетворенных заработной платой, и число лиц, не желающих, чтобы их дети работали в сельском хозяйстве, соотносимы по объему и составляют, соответственно, 72,9 и 73,8 %. В конечном итоге, если не предпринять соответствующих мер государственной поддержки, сложившаяся ситуация приведет к вымыванию из данной отрасли наиболее квалифицированных специалистов и молодежи.

Сложность ситуации с оплатой труда состоит и в том, что мотивационная и стимулирующая функция заработной платы в сельском хозяйстве реализуется слабо. Большинство работников отмечает, что интенсивность труда не оказывает влияния на размер получаемой им заработной платы (см. табл. 51). Причем ее размер не зависит не только от того, будет ли работник трудиться лучше, но и от того обстоятельства, что работник трудится с меньшей отдачей.

К сожалению, размер заработной платы определяется преимущественно результатами деятельности предприятия, тогда как количество проведенного на работе времени, личные результаты труда, отношения с руководством не оказывают существенного влияния на ее размер (см. табл.52). Все это, в конечном итоге, может привести к снижению уровня трудовой активности работников.

В свою очередь, работодатели где они являются руководителями отмечают, что размер заработной платы работников предприятия определяется прежде всего количеством времени проведенного на работе (71,8 %) респондентов. И лишь незначительная часть работодателей отмечают, что зарплата работников зависит от личных результатов труда (17,9 %) и результатов работы предприятия (10,3). Тогда как не усматривают связи между размером заработной платы работников и взаимоотношений с руководством. Такая позиция вполне обоснована, так как большинству работников сельского хозяйства установлена повременная система оплаты труда. Вместе с тем, зависимость зарплаты только от количества времени проведенного на работе в сельскохозяйственном производстве не всегда является обоснованной. Вызывает опасение также и то обстоятельство, что большинство работников слабоинформировано, чем определяется размер получаемой ими заработной платы.

Таблица 51

Распределение ответов на вопрос: «Как вы считаете, измениться ли ваш заработок от интенсивности вашего труда если вы будете работать с большой отдачей (с меньшей отдачей)?», % от числа опрошенных

Таблица 52

Распределение ответов на вопрос: «Как Вы считаете, зависит ли размер получаемой вами заработной платы от следующих обстоятельств?», % от числа опрошенных

Данная ситуация имеет и такое негативное следствие, как рост трудовой пассивности наемных работников. Очевидно, что большинство функций зарплаты и прежде всего мотивационная функция не реализуется в должном объеме, а такой показатель качества трудовой жизни, как оплата труда, находится на низком уровне.

В целях выработки направлений повышения качества трудовой в сфере оплаты труда работников аграрной сферы уровень государственного и общественного управления этой сферы в зависимости от формы хозяйствования (см. табл.53).

Как видно из таблицы, наиболее проблемной остается ситуация с управлением оплатой труда работников занятых в личных подсобных хозяйствах и крестьянско-фермерских хозяйствах. И если для личных хозяйств это достаточно естественно, так как в целом отношения, возникающие здесь не урегулированы нормами трудового законодательства. То для крестьянских фермерских хозяйств особое опасение вызывает то обстоятельство, что профсоюзы работников АПК не осуществляют в этой сфере контрольных мероприятий, данные официальной статистики не выявляют здесь случаи задержки заработной платы, а нормы актов социального партнерства в вопросах оплаты труда носят формальный характер и не могут реализоваться, так как распространяются не только на и сельскохозяйственных предприятий, но и в целом для предприятий агропромышленного комплекса.

Таблица 53

Оценка общественного и государственного управления качеством трудовой жизни работников сельского хозяйства

Условные обозначения: 1– осуществляется хорошо; 2 – осуществляется недостаточно хорошо; 3 – не осуществляется; 4 – не может осуществляться

Особое опасение вызывает тот факт, что в аграрной сфере одним из самых распространенных нарушений является задержка заработной платы. Несомненно, это во многом определяется финансовым состоянием хозяйствующего субъекта. Однако во многом эти нарушения начинают выявляться, когда задержка составляет уже достаточно значительный срок. Либо когда на основании жалобы, зачастую уже уволившегося работника, осуществляется внеплановые мероприятия по контроля. Встречаются факты, выплаты заработной платы в натуральной форме в объеме больше чем 20 %.

Отсутствие систематического контроля сохраняет проблему в оплате труда. Учитывая, что действующее законодательство достаточно четко регламентирует периодичность проведения плановых мероприятий по контролю, учитывая особую значимость оплаты труда в системе социально-трудовых отношений, мы полагаем целесообразным будет изменение норм ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при проведении контроля и надзора», а также нормы Трудового Кодекса РФ регулирующие срок за защитой нарушенного права, предусмотрев случаи когда сроки не устанавливаются.

3.3.4. Содержательность труда работников аграрной сферы

Оценка содержательности труда сельских тружеников основывалась на рассмотрении социально-психологической структуры труда в данной отрасли, а именно – его раскрытие через оценку эмоционального отношений к самому процессу труда. Отсутствие творчества в процессе принятии решений, понимание невозможности повлиять своими действиями на результат труда – вот те характеристики, которые позволяют говорить о низком уровне содержательности труда. Все это ведет к эмоциональной отчужденности, равнодушию и как следствие трудовой пассивности.

Как и в случае с организацией труда, оценка данного показателя может быть оценена, прежде всего, на основе субъективных характеристик. В ходе исследования данного показателя нами рассматривались следующие характеристики: оценка работниками своего социального статуса (положение на работе, успех), определение возможности влияния на социальный статус; удовлетворенность отдельными характеристиками содержательности труда; удовлетворенность социально-психологическим климатом в коллективе.

В процессе исследования мы столкнулись с достаточно с парадоксальным обстоятельством. Удивление вызывает, тот факт, что при таком уровне оплаты труда, его организации, условий, в которых он происходит, большинство работников чувствуют себя достаточно комфортно (см. табл. 54).

Так, оценивают свой социальный статус как достаточно высокий 53,1 %. Кроме того, более половины опрошенных (56,6 %) полагают, что их статус зависит от собственных усилий, в том числе от уровня образовании и квалификации (54,6 %). Большинство работников понимают, что уровень их экономического благосостояния определяется их собственными усилиями (52,6 %), тогда как отмечают, что интенсивность их труда практически не влияет на уровень его оплаты (55,6 %). Возможно, это объясняется следующими обстоятельствами: плотностью информационного поля, так как сравнение происходит, прежде всего, внутри населенного пункта, а само наличие работы уже является показателем успеха; социальной пассивностью работников сельского хозяйства; некоторым дистанцированием (отчужденностью) себя от жизни предприятия, в котором они трудятся.

Одной из важных характеристик содержательности труда является удовлетворенность возможностью влиять на принятие тех или иных решений. Реализация данной возможности позволяет работнику почувствовать себя нужным конкретной организации, почувствовать вовлеченность в общее дело и свидетельствует о преобладании партнерских социально-трудовых отношений.

Как уже было показано выше, один из прямых факторов, влияющих на качество трудовой жизни – характер труда. Данное обстоятельство учитывалось при оценке уровня удовлетворенностью содержательностью труда, так как в ходе исследования опрашивались не руководители, труд которых носит управленческий характер. Таким образом, степень значимости указанного обстоятельства, соответственно, понижается.

Таблица 54

Распределение ответов на вопрос, характеризующих социальный статус наемного работника, % от числа опрошенных

Итак, большинство работников 44,4 % не удовлетворены возможностью участия в принятии решений, затрудняются в ответе 28,5 %, тогда как удовлетворены – 27,1 %. Следует отметить, что, оценивая, насколько они могут принимать решение в производственных вопросах, ответили, что могут в полной мере только 17,2 %; могут незначительно – 30,6 %; практически не могут – 15,6 %; не могут вообще -22,1 %; затрудняются в ответе – 14,5 %. Тогда как, работодатели отмечают, что работодатели прямо противоположно оценивают ситуацию применительно для своих хозяйств (см. табл. 54).

Таблица 54

Распределение ответов на вопрос «Насколько работники принимают участие принятии решений в производственных вопросов», % от числа опрошенных

Опрос работодателей свидетельствует, что в вопросах инициирования активности работников в процессе принятия решений значительная часть руководителей отмечают, что могут повлиять на этот процесс и в целом достаточно оптимистически оценивают потенциальные возможности для осуществления права работника участвовать в принятии решений (см. табл.55).

Таблица 55

Распределение ответов на вопросы: Оцените применительно к организации, где вы являетесь руководителем: «а) условия для участия работников в принятии решений» б) отношения в коллективе между работниками; Оцените насколько вы можете повлиять а); б; % от числа опрошенных

Следует также отметить, что, в целом, социально-психологический климат сложившейся в организациях сельского хозяйства может быть оценен как благоприятный. Так, 46,4 % удовлетворены сложившимися отношениями трудовом коллективе, 34,3 % – не удовлетворены; 19,3 % затрудняются ответить. Оценивая сложившуюся в коллективе и непосредственным начальником атмосферу, большинство респондентов характеризуют ее как достаточно хорошую (см. табл. 56).

Таблица 56

Оценка работниками взаимоотношений, сложившихся в организации, % от числа опрошенных

Все вышесказанное позволяет сделать вывод, что уровень качества трудовой жизни по содержательности труда может быть оценен как удовлетворительный. Учитывая, что складывающиеся здесь отношения зависят, прежде всего, от самих участников социально-трудовых отношений и по большому счету не подлежат какому либо контролю со стороны государства и общества (см. табл. 57), функции государства и общества здесь, скорее, сводятся к информационному обеспечению.

Таблица 57

Оценка общественного и государственного управления качеством трудовой жизни работников сельского хозяйства

Условные обозначения: 1– осуществляется хорошо; 2 – осуществляется недостаточно хорошо; 3 – не осуществляется; 4 – не может осуществляться

Следует однако, отметить, что оценка работодателями и работниками основных показателей содержательности трудовой жизни демонстрирует наличие сложившихся здесь противоречий в восприятии, что может создавать предпосылки для возможных конфликтов в указанной сфере и требует пристального внимания со стороны как работников, так и работодателей. Снижению степени противоречия может способствовать формирование социального партнерства на уровне организации.

3.3.5. Социально-правовая защищенность работников сельского хозяйства

При оценке такого показателя как социально-правовая защищенность следует учитывать, что она может оцениваться не только с позиции защиты, как акта субъекта социально трудовых отношений, направленного на восстановление нарушенных прав, но и с позиции наличия прав, в том числе дополнительных по сравнению с тем минимумом, который предусмотрен действующим трудовым законодательством. Таким образом, оценка защищенности будет осуществляться по двум составляющим: насколько в социально-трудовой сфере созданы условия, для реализации основных и дополнительных прав работников(которые признано называть дополнительный социальный пакет) и условия для реализации закрепленных прав, в том числе права на защиту нарушенных прав.

При оценке первой составляющей, мы проанализировали материалы контрольных мероприятий государственной инспекции труда, правовой инспекции профсоюзов. В ходе исследования мы пришли к выводу о том, что в сельском хозяйстве сохраняется значительное количество нарушений трудового законодательства, здесь представлен практически весь состав видовых нарушений трудового законодательства. О низком уровне реализации прав работников свидетельствует также и тот факт, что в Российской Федерации в 2008 году по данным государственной инспекции труда среднее количество выявленных нарушений по результатам одной проверки является одним из самых высоких по сравнению с другими отраслями и превышает средний уровень по отраслям. Так, в 2008[132] году среднее число выявленных при проверках ГИТ нарушений составляет 9,8, тогда как средним показателем по результатом проверок нарушений в целом по экономике составляет 7,9. Причем налицо тенденция к увеличению этого показателя, так в 2007 году среднее количество нарушений выявленных на предприятиях сельского хозяйства составляло 9,4 нарушений.

Относительно закрепления и реализации дополнительных прав работников, по сравнению с действующим законодательством мы наблюдаем в целом аналогичную картину. Анализ результатов социологического опроса работников (см. табл. 58, приложение 15) свидетельствует, о том, что несмотря на крайнюю важность для большинства работников отдельных дополнительных мер социальной защиты работников, как льготные путевки для детей и взрослых, организация бесплатного проезда, реализация их на практике практически не осуществляется.

Изучение содержания коллективных договоров, заключаемых на предприятиях в аграрной сфере, как уже было показано ранее свидетельствует о высоком уровне их формализма, а их нормы и в целом мало отличаются от тех основных прав и гарантий, которые уже закреплены в актах более высокого уровня и фактически дублируют их.

Относительно второй составляющей социально-правовой защищенности работников аграрной сферы, а именно возможности реализации права на защиту в случае их нарушения выявляются отдельные позитивные сдвиги. В частности, можно констатировать, что внешняя среда для социально-правовой защиты (нормативно-правовые акты, государственные программы, отраслевые соглашения, коллективные договоры, структуры защиты – суды, контролирующие органы, отраслевой профсоюз и т. д.), в целом, сформирована. Однако реальная защита находится на крайне низком уровне. Данное обстоятельство определяется рядом причин. Назовем отдельные из них.

Первая причина связана с самой природой социально-трудовых отношений. Для реализации записанных в законе прав на защиту, на объединение, на возможность участвовать в управлении организаций, на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы и т. д. (ст. 21 ТК РФ) необходима соответствующая социально-правовой активность участников этих отношений. Однако основным участником этих отношений является наемный работник, который обращается за реализацией и защитой прав к третьим лицам (суды, органы государственной власти и даже профсоюзы) и, тем более – к работодателю, только в самом крайнем случае. Об этом свидетельствуют результаты опроса (см. табл. 59).

Таблица 58

Распределение ответов на вопросы, % от числа опрошенных: А. В каком состоянии находится реализация следующих мер дополнительной социальной защиты работников; Б. Оцените насколько реализация следующих мер важна для вас

Сокращения: Вопрос А: (очень хорошо – 5, недостаточно хорошо-4, применяется не очень плохо -3, применяется плохо -2, не обеспечивается – 1); Вопрос Б: (5 – очень важно, 4– важно, 3– не очень важно, 2– мне все равно применяется ли данный фактор, 1 – данный фактор для моей работы не важен и не определяет мою трудовую деятельность))

Таблица 59

Ответ на вопрос: если ваши права нарушались, пытались ли вы их защищать, % от числа опрошенных

Вместе с тем, функционирование специализированных государственных институтов, чья деятельность, прежде всего, направлена на защиту прав наемных работников, может оцениваться как малоэффективная. На это есть объективные причины, не связанные напрямую с проблемами бюрократических проволочек, коррумпированностью государственных служащих. Даже при беглом подсчете количество должностных лиц, которые могут контролировать соблюдение законодательства о труде, по сравнению с численностью занимающиеся налоговым контролем, отличается в разы. Анализ норм Кодекса об административных правонарушениях РФ (КоАП), Уголовного Кодекса РФ позволяет говорить, о том, что санкция за нарушение законодательства в сфере труда крайне низка по сравнению, например с нарушениями законодательства о размещении заказов для государственных и муниципальных нужд, антимонопольным законодательством. Отметим, что только одна статья (5.27 КоАП) предусматривает ответственность за нарушение законодательства о труде и об охране труда. Однако в ней не содержится указания на конкретные виды правонарушений. Все это размывает значимость нарушений и вне зависимости от количества и видового состава.

Вторая причина состоит в территориальной удаленности структур защиты (Федеральная инспекция по труду) или их отсутствии у хозяйствующего субъекта, где работает конкретный работник (первичная профсоюзная организация). В частности, все вышеназванные структуры территориально удалены от большинства наемных работников занятых в сельском хозяйстве. Кроме того, не охваченными правозащитной деятельностью остается сфера труда работников в крестьянско-фермерских хозяйствах, у индивидуальных предпринимателей и, тем более, в личных подсобных хозяйствах.

Третья причина обусловлена тем, что для большинства работников сельского хозяйства характерно недоверие к деятельности отдельных институтов защиты. Так, в оценке возможностей профсоюзов в оказании помощи работникам в реализации их прав, позиции опрашиваемых свидетельствуют, что только 22,1 % полагают, что реальная помощь может быть оказана, тогда как 39,9 %, считают, что профсоюзы не могут этого сделать. Более того, среди значительного количества структур защиты работники практически не видят явных возможных помощников, в отставании их интересов и защите нарушенных прав, за исключением может быть суда и непосредственного руководителя (работодателя) (см. табл.60). Тогда как работодатели, называют прежде всего себя, защитниками нарушенных прав, тогда как суду практически не доверяют.

Учитывая частно-правовой характер социально-трудовых отношений между его субъектами (работник и работодатель), основная сложность в обеспечении реализации социально-правовой защищенности работников состоит в отсутствии активности соответствующих субъектов (сам работник, работодатель, государство, общество (профсоюзы)), необходимой для реализации записанных в законе прав. Все вышесказанное позволяет сделать вывод, что состояние социально-правовой защищенности работников сельского хозяйства находится крайне низком уровне.

Таблица 60

Кто может вам реально помочь в отстаивании ваших интересов и защите нарушенных прав, % от числа опрошенных

В целях выработки направлений повышения качества трудовой жизни работников сельского хозяйства нами рассмотрен уровень государственного и общественного управления этой сферы в зависимости от формы хозяйствования (Табл. 61).

Как видно из таблицы, наиболее проблемной остается ситуация социально-правовой защищенности работников аграрной сфере, занятых в личных подсобных хозяйствах и крестьянско-фермерских хозяйствах.

Таблица 61

Оценка общественного и государственного управления качеством трудовой жизни работников сельского хозяйства

Условные обозначения: 1– осуществляется хорошо; 2 – осуществляется недостаточно хорошо; 3 – не осуществляется; 4 – не может осуществляться

Придавая значение «слабости», и «зависимости» наемных работников, особенно в сельском хозяйстве, приоритетной задачей становится создание соответствующих условий направленных на повышение правовой культуры и активности субъектов социально-трудовых отношений и социальной ответственности бизнеса.

Все вышесказанное свидетельствует о необходимости изменения подхода к государственному и общественному управлению социальноправовой защищенностью работников аграрной сферы и потребует совершенствования нормативной правовой базы, поэтапного проведения социального информирования (разъяснительной работы на основе современных информационно-аналитических средств и систем) направленного на повышению общей и правовой культуры участников социально-трудовых отношений.

Заключение

В течение XIX–XX веков в России предпринимались попытки решить проблему модернизации и индустриализации сельского хозяйства. Несмотря на достаточный консерватизм аграрных отношений в аграрной сфере страны было несколько крупных переломных этапов: Крестьянская реформа 1861 года, Аграрная реформа П.А. Столыпина (1906–1917), Революционное решение аграрного вопроса, НЭП, Коллективизация. Но если первые две реформы предполагали создание его на основе частной собственности на землю, то последующие три на основе коллективного и обобществленного производства. В 80-90-е годы в России впервые делается попытка совместить эти процессы.

Сложившаяся система аграрных отношений относительно устойчиво просуществовала в течении 60 лет. Характерными чертами этой системы было наличие отраслевого управления, стабильных видов форм хозяйствования на селе, индустриализацией аграрной сферы, устоявшейся системой снабжения сельскохозяйственных производителей, заготовок сельхозпродукции, возрастанием разделения труда в процессе производства в сельском хозяйстве, появлением новых профессий, развитой системой подготовки кадров. Главным недостатком данной системы было существование “внеэкономических отношений”, характеризующихся отсутствием свободы выбора сельскохозяйственными производителями в принятии управленческих решений и отчуждением их от средств производства. В этот период в сельском хозяйстве отсутствовал реальный товаропроизводитель, так как государство фактически отделяло продукцию от ее производителя. Это проявлялось, прежде всего, в отчужденности основных субъектов социально трудовых отношений от средств производства, предмета труда, результата труда.

Основным социально-экономическим содержанием этих преобразований была попытка создания эффективно функционирующего сельскохозяйственного производителя. Вместе с тем, специфика осуществляемой аграрной реформы состоит в том, что она началась без четких целей и средств достижения. Достаточно быстро получила повсеместное признание идея о необходимости аграрных преобразований посредством фермеризации, разгосударствления земельной собственности, перехода к рынку. Реформирование колхозно-совхозной системы организации сельскохозяйственного производства стало неизбежным при переходе России к рыночным отношениям.

Главное, в результате реформирования к концу XX века в аграрной сфере сложились три основные формы хозяйствования в аграрной сфере: сельскохозяйственные организации (предприятия), крестьянские (фермерские) хозяйства и индивидуальные предприниматели, а также хозяйства населения, включающие личные подсобные хозяйства сельских жителей. С формальной точки зрения в аграрном секторе России были созданы экономические и институциональные предпосылки для развития производства в сельском хозяйстве. Однако негативный макроэкономический фон с одной стороны и отсутствие продуманной государственной политики и бюджетного финансирования с другой существенно сказалось на состоянии агарного производства в целом и сельскохозяйственных производителей в частности.

Помимо общепризнанных, позитивных итогов реформирования, состоявших в формировании многоукладной экономики и возникновении права собственности, в том числе на землю, в результате преобразований в аграрной сфере наблюдается сокращение численности занятых в сельском хозяйстве, напрямую не связанное с такими производственными факторами, которые могут вызвать такую ситуацию. Все это, на фоне лишь незначительного изменения количества обрабатываемых земель и катастрофического снижения уровня механизации производственных процессов, увеличения ручного труда при сохранении объемов производства, привело к возрастанию степени трудовой нагрузки на одного занятого в сельском хозяйстве. Более того, сохраняется тенденция перераспределения занятых в сферу нестандартной занятости.

Негативные последствия социально-экономических преобразований России для сельского хозяйства смягчились за счет реализации страховой функции агарной сферы, что проявилось в перераспределении занятых лиц, посредством реализации адаптационных возможностей крестьянства и выразилось в увеличении доли лиц с нестандартной занятостью в структуре занятых в сельском хозяйстве. Это привело к возрастанию доли латентных социально-трудовых отношений агарной сферы, не регулируемых государством и обществом.

Проведенный анализ, мнения работников о состоянии социально-трудовой сферы российского села свидетельствует, что при в целом положительной оценке результатов реформирования агарной сферы и отношений складывающихся в них, присутствует неудовлетворенность по большинству аспектов его трудовой жизни, что свидетельствует о высокой степени отчуждения сознании работников их обыденной (бытовой, трудовой) жизни от жизни российского общества в целом. Тогда как на фоне, смещения трудовых ценностей работников, предусматривающих доминирование материальных результатов труда в их сознании при слабой степени реализации основных потребностей работников создает предпосылки для вымывания из сельскохозяйственного производства наиболее активной, профессиональной части сельского населения. Данное обстоятельство предопределяет необходимость корректировки политики в аграрной сферы.

Результатом современных социально-экономических преобразований является снижении роли предприятий в системе социально-трудовых отношений аграрной сферы, на фоне возрастания значимости здесь личных подсобных хозяйств и стабилизации фермерских хозяйств.

Состояние социально-трудовых отношений работников предприятий аграрной сферы характеризуется: преобладанием имитационного характера групповых социально-трудовых отношений на локальном и более высоких уровнях; снижением роли отдельных структур обеспечивающих реализацию групповых социально-трудовых отношений на микроуровне; появлением новых структур обеспечивающих реализацию групповых интересов работников при заключении коллективного договора; низком уровне формализации (оформление) правил в системе социально-трудовых отношений; возрастании значимости индивидуального характера социально-трудовых отношений; преобладании неформальных практик в системе социально-трудовых отношений.

В системе социально-трудовых отношениях аграрной сферы роль фермерских хозяйств стабилизировалась и характеризуется высокой по сравнению с предприятиями и личными подсобными хозяйствами степенью интенсивности производства и производительностью труда. Для системы такой нетрадиционной разновидности как социально-трудовые отношения в крестьянских фермерских хозяйствах специфично: преобладание индивидуальных социально-трудовых отношений, которые характеризуются низкой степенью конфликтности, пассивностью их субъектов, преобладанием неформальных практик, наличием некоторой степени их латентности.

В свою очередь социально-трудовые отношения складывающиеся в личных подсобных хозяйствах латентны, так как не урегулированы трудовым законодательствам, тогда как могут быть реализованы в правовом поле в рамках гражданского законодательства. Подсобные хозяйства являясь достаточно традиционными для аграрной сферы, в социальных трудовых отношениях могут быть охарактеризованы как нетрадиционные. Они не реализуются на групповом уровне. Для них специфичен индивидуальный характер, низкая степень формализации и конфликтности.

Проведенный анализ качества трудовой жизни работников аграрной сферы показал, что он находится по большинству показателей на низком уровне. Данное обстоятельство свидетельствует о системном кризисе социально-трудовой сферы сельского хозяйства. Наиболее проблемной остается ситуация с управлением качеством трудовой жизни работников, занятых в личных подсобных хозяйствах, что обусловлено состоянием механизма их правового регулирования, что не позволяет должным образом осуществлять управление в целом всей системой отношений складывающихся аграрной сфере. Сложно реализуемым являются также управление качеством трудовой жизни работников крестьянско-фермерских хозяйств в виду отсутствия необходимого контроля и своевременного мониторинга со стороны государства и общества.

Особенности современных условий, в которых происходит институализация социально-трудовых отношений в аграрной сфере позволяет сделать вывод о том, что в Республике Башкортостан, как и в целом по России, в условиях современных социально-экономических преобразований основные структурные звенья обеспечивающие реализацию социально-трудовых отношений в аграрной сфере, присутствовавшие в дореформенный период, потеряны или ослаблены, а новые элементы системы еще не везде возникли. Кроме этого, функционирующие структуры действуют разрозненно, в их деятельности преобладает имитационный характер, что в конечном итоге отражается на его эффективности.

Формирование складывающейся системы социально-трудовых отношений в аграрной сфере нуждается: в разработке соответствующих программ, типовых документов на уровне государственных органов; совершенствовании нормативной правовой базы; в подготовке и переподготовке кадров; в поэтапном проведении социального информирования (разъяснительной работы на основе современных информационно-аналитических средств и систем); в проведении мероприятий по повышению общей и правовой культуры участников социально-трудовых отношений. Разработка и, самое главное, реализация системы мер направленных на обеспечение целостности, эффективности и устойчивости системы социально-трудовых отношений в аграрной сфере, с учетов приведенных выше параметров позволит существенно сказаться на состоянии социально-трудовой отношений в аграрной сферы страны.

Литература

1. Аверин А. Н. Социальная политика и социальная ответственность предприятия. – М.: Издательство «Альфа-Пресс», 2008.-96с.

2. Аграрная реформа в Российской Федерации: Правовые проблемы и решения. – М 1998.

3. Аграрные отношения: теория, историческая практика, перспективы развития / Буздалов И.Н., Крылатых Э.Н., Никонов А.А. и др. М.: Наука, 1993.-270с.

4. Аграрный вопрос в первой государственной думе. Киев.: Книгоиздательство «Прогресъ». 1906. -94с.

5. Аграрный протекционизм: научные основы и механизмы осуществления в условиях рыночных отношений./ науч. тр. ВИАПИ им. А.А. Никонова: вып. 17.-М.: ВИАПИ, ЭРД, 2007.-472с.

6. Агропромышленная интеграция и социальная структура сельского населения СССР// Н.М. Мамотов, Т.О. Отамурдов, В.И. Староверов. М. Наука.1988.-159с.

7. Агропромышленный комплекс РБ: Статистический сборник/ Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по РБ. Уфа, 2008., 2009.

8. Адамчук В.В., Ромашов О.В. Сорокина М.Е. Экономика и социология труда: Учебник для вузов. – М.: ЮНИТИ, 1999.-407с.

9. Азарова Н.Б. Социально-трудовые отношения как объект социологического анализа // Дисс…д.с.н. М.2000.

10. Аитов Н.А. Социальное развитие регионов. – М.: Мысль, 1985.-220с.

11. Аитов. Н.А. Научно-техническая революция и социальное планирование. М., Профиздат, 1978.-152с.

12. Акатьев Ю.В. Социальное развитие сельского района: проблемы, перспективы (управленческий аспект). Уфа, изд. Башкирск. унта, 1995. – 164 с.

13. Алексеев В.И. Монографическое описание деревни Курово Дмитровского уезда. М. 1923.68с.

14. Алексеенко В.В. Модели экономического поведения сельских жителей (социологический анализ) //Автореф. к. социол. н. Новочеркасск. 2006. -26с.

15. Аллаярова А.М., Ахметова М.С., Кадыров С.Х. Уровень жизни сельского населения Республики Башкортостан/ ЦСПИ АН РБ, Башкортостанстан. – Уфа: РИО РУНМЦ МО РБ, 2006. – 62 с.

16. Амантаев Б.А. Социализм и преобразование социальной природы Казахского крестьянства (опыт историко-социологического исследования. Алма-ата.:Наука. 1969.-451с.

17. Анисимова Г.В. Проблемы социально-экономической дифференциации в российском обществе: экономико-статистический анализ / отв. ред. М.И. Воейков.-М.: Книжный дом «Либроком», 2009.-136с.

18. Анохина Л. А., Шмелева М.И. Культура и быт колхозников Калининградской области. М. Наука. 1964.-354с.

19. Антосенко Е. Социально-трудовая сфера // Экономист.-1998. № 6. -С.44–50.

20. Арутюнян Ф.Г., Топоров В.Г. Стимулирование роста производительности труда в сельском хозяйстве. М.: ООО

НИПНЦ «Восход», 2007.-104 с.

21. Арутюнян Ю.В. Социальная структура сельского населения СССР. М. Мысль.1971.374с.

22. Асеев Ю.И. Аграрная социология: курс лекций. – Ставрополь: Изд-во СтГАУ «Агрус», 2004.-448с.

23. Асташкин А.П. Переустройство эстонской деревни. Таллинн.: «Валгус». 1974.112с.

24. Ахмадеев Ал. А., Ахмадеев Ан. А. Социальное развитие деревни в условиях перестройки (Региональный аспект). -М., 1990.130 с.

25. Ахмадинуров Р.М. Региональный рынок труда и социальные механизмы его регулирования // // Дисс. д.с.н. Уфа. 2003.-390с.

26. Бабий А.И., Ермудский В.Н. Расцвет культуры молдавского села Копанки Тираспольского района. Кишенев.: «Штиница». 1962.

27. Бабосов Е.М. Социология: энциклопедический словарь. М.: Книжный дом «Либроком», 2009.-480с.

28. Байкова Е.Н. Социальные противоречия в современном российском обществе (на примере социально-трудовых отношений) // Дисс…к.с.н. М. 2006.-155с.

29. Бакиева А.М.История развития государственного управления сельским хозяйством.//От П. А. Столыпина до Б. Н. Ельцина: аграрный вопрос в Росии и Башкортостане: Материалы научно-практической конференции. Уфа.1998 с. 64–67.

30. Бакунин А.В., Денисевич М.Н. Развитие личных подсобных хозяйств населения: тенденции и перспективы (30-80-е гг.) Препринт. Свердловск: УрО АН СССР,1999.1-2с.

31. Барлыбаев А. А. Сельские индивидуально-семейные хозяйства в институциональной среде постсоветской России//Автореф. дисс.д.э.н. М. 2006.-24с.

32. Барсукова С.Ю. Неформальные практики в реализации национального проекта АПК // Социологические исследования. 2008.№ 3. С. 43–51.

33. Башкортостан на рубеже веков. История и современность: статистический сборник/ Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по РБ. Уфа.: Китап.2007.-256с.

34. Башмаков В.И. Профсоюзы как институт регулирования социально-трудовых отношений // Дисс. д.с.н. Москва. 2001. -382с.

35. Башмачников В.Ф. Юграй А.М. Совершенствование коллективных форм организации и стимулирования труда. – М.: Агропромиз-дат. 1986.-88с.

36. Башмачников В.Ф., Бородай Ю.М., Еремова И.И., Никольский С.А. Пути аграрного возрождения. М. Политиздат 1991.-255с.

37. Бедный А.Б. Влияние институциональных факторов на социально-экономическое развитие аграрного сектора //Автореф… д.с.н. Н.Новгород. 2005. -28с.

38. Белкин В., Белкина Н. Работник и работодатель: логика взаимного притяжения.// Человек и труд, № 5, 2003.

39. Беляев И.Д. Крестьяне на Руси. Исследование о постепенном изменении значения крестьян в русском обществе. 4-е изд-е М. Ступин. 1903.-306с.

40. Беляева Л.А. Эмпирическая социология в России и Восточной Европе: Учебное пособие. – М.: Издательский дом ГУ ВШЭ, 2004.408с.

41. Бердинских В.А. Крестьянская цивилизация в России. – М. «Аграф», 2001.-432с.

42. Бермурадов И. Культура быта и воспитание сельских тружеников. Ашхабад.: «Туркменистан». 1970.-118с.

43. Бляхман Л. С. Сидоров С. А. Качество работы. Роль человеческого фактора. М.: Инфра-М.2003.-395с.

44. Бойков В. Э. Неадекватная оплата труда как причина инфарктного состояния экономики. // Государственная служба, № 4, 2005.

45. Бойков В.Э. Социальное партнёрство: декорации и реальность. // Социология власти, № 5, 2007.

46. Болдырева С.К. Традиции и преемственность в жизни общества.-М.: Издательство Московского психолого-социального института; Ворнеж: Издательство НПО «МОДЭК», 2004.-280с.

47. Большаков А.М. «Деревня 1917–1927» М. Работник просвещения.1927.-472с.

48. Большаков А.М. Краеведческое изучение деревни. Ленинград.: Работник просвещения.-176с.

49. Большаков А.М. Современная деревня в цифрах. Экономика разнообразный быт деревни за революционный период. Ленинград. Рабочее издательство «Прибой». 1925. -112с.

50. Бондаренко Л.В. Социально-трудовая сфера села: региональный опыт исследования. М.: ВНИЭСХ.2002.-167с.

51. Бочаров В.Ю. Институционализация договорных трудовых отношений на отечественных предприятиях // Дисс…к.с.н. Самара. 2000. -177с.

52. Бочарова Е.В. Процессы социальной изоляции в сельском социуме//Автореф. к.с.н. Саратов. 2004. -19с.

53. Бояк Т.Н. Духовно-нравственные ценности сельской молодежи (на материалах Бурятии и Читинской области) //Социологические исследования. 2009. № 4. С. 117–122.

54. Бояк Т.Н. Русская сельская молодежь: трансформация духовно-нравственных ценностей (на материалах Республики Бурятия и Читинской области). Улан-Уде.: Издательство Бурятского государственного университиета.2007.-476с.

55. Булгаков С.Н. Капитализм и земледелие. //Антология социально-экономической мысли в России Дореволюционный период. – Спб.: Изд-во РХГИ, 2000. С. 494.-539.

56. Валеев И.И. Российская деревня двадцатого столетия. Уфа.: «Гелем».2006.

57. Варакса А.М. Социально-трудовые отношения в устойчивом развитии национальной экономики // Автореф. к.э.н. Кемерово 2004.

58. Васильев А.В. Комплексная социально-экономическая оценка результативности труда //Автореф… д.э.н. Москва. 1992. -56с.

59. Васильев М. Б. Динамика социального капитала в повседневных хозяйственных практиках сельского населения // Дисс. к.с.н. Саратов. 2008. -159с.

60. Великий незнакомец: крестьяне и фермеры в современном мире. Пер. с англ./Сост. Т. Шанина: Под ред. А.В.Городона.-М.: Издательская группа «Погресс»-«Прогресс-Академия».1992.-432с.

61. Великий П. П. Социологические аспекты хозяйственных форм на селе развития крупных и малых предприятий http://liber.rsuh.ru/Conf7Predprinimatelstvo/velikiy.htm

62. Великий П.П. Российская аграрная социология: этапы, имена, идеи //Социологические исследования. 2007.№ 7. С. 101–107.

63. Великий П.П. Российское село в условиях новых вызовов // Социологические исследования. 2007.№ 7. С. 60–79.

64. Виноградский В.Р. Крестьянские сообщества сегодня (южнороссийский вариант)// Социсс.1996.№ 6.с. 125–131.

65. Возьмитель А.А. Социальные типы фермеров и тенденции развития фермерского движения // Социсс. 1994.№ 10.С. 43–50.

66. Волгин Н.А. Мотивационный механизм взаимодействия работников и результативность производства: Дисс.д.э.н. М., 1993.

67. Волков Ю.Е. О выработке современного представления о сущности труда. // Социологические исследования. 2009.№ 3. С. 27–35.

68. Воронов В.В. Трансформация экономического сознания и экономической практики // Дисс. д.с.н. Спб. 2003. -241с.

69. Воронцов А.В. Культура современного села: проблемы, перспектив роста. Лекция. Ленинград.1974.-67с.

70. Гаалс М.Л. Разгром аграрно-экономической оппозиции в начале 1930-х годов: дело трудовой крестьянской партии (по материалам следствия) // Отечественная истории.2002.№ 5.-С. 89-112.

71. Галиев Г.Т. Хасанов Р.А. Социальное здоровье населения Республики Башкортостан. (Проблемы технологического управления социальными проблемами) Изд.2-е, стереотип. – Уфа: РА «Информ-реклама», 2001. -76 с.

72. Говорухина Г.В. Социальная защита населения в аграрных регионах на рубеже 20–21 веков (на примере алтайского края) //Автореф… к. социол.н. Баранул. 2005. -18с.

73. Голубничий В.Ф., Лизунов В.А. Актуальные проблемы социального развития села (состояние и перспективы): учебное пособие. – Оренбург.: Издательский центр ОГАУ, 2004.-79с.

74. Голубцов Н.В. Социальные сети межсемейной поддержки в условиях трансформации российского села//Автореф… к.с.н. Саратов. 2004. – с.

75. Горбачева Р.Ш. Быт колхозного крестьянства. Социологический очерк. Ставрополь. 1969.-135с.

76. Государственному регулированию – научную основу.//Экономика сельского хозяйства России 1999. № 1. С. 9–12.

77. Государственный (национальный) доклад о состоянии и использовании земель в Республике Башкортостан в 2007 году. Уфа. -44с.

78. Грей К. Государственное регулирование сельскохозяйственного производства СССР и США: сравнительный анализ.// Вестник сельскохозяйственных наук. 1991. № 1, С. 53–66.

79. Гуров С.Ю. Сельская потребительская кооперация Чувашии (социальный аспект) //Социологические исследования. 2009.№ 5. С. 142–143.

80. Гурьянова М.П. Концепция формирования жизнеспособной личности в условиях сельского социума. М.: Педагогическое общество России.2005.-48с.

81. Гусманов У.Г., Сайфуллин Ф.А. Основы системного ведения агропромышленного комплекса Республики Башкортостан. Уфа. 1998.181 с.

82. Давлетбаева Л.Р. Развитие экономики личных подсобных хозяйств населения в системе хозяйствующих субъектов АПК. Уфа 2003. -47с.

83. Дайнеко В. Социальное развитие села: проблемы и тенденции // АПК: экономика и управление. 2000.№ 5.

84. Данилов В. П. Советская доколхозная деревня: население, землепользование, хозяйство. М. 1917. -266с.

85. Девид Мейси. Земельная реформа и политические перемены: феномен Столыпина.//Вопросы истории.– 1993.№ 4. С. 3–17.;

86. Девятко И.Ф. Методы социологического исследования.-2-е изд. исп.-М.: Книжный дом «Университет», 2002.-296с.

87. Демократизация управления, или поиск новой мотивации труда: Межвузовский сборник статей. – Самара: Изд-во «Самарский университет». 1993.-160с.

88. Деревня в начале века: революция и реформа/ Сб. ст. отв. ред. Ю.Н. Афанасьев. М.: Российск. гос. гуманит. ун-т, 1995.-76с.

89. Деревня и крестьянство социалистических стран/ под ред. В.И. Староверова. М. ИСИ. 1984. вып.1.-73с.

90. Добрынин В. О концепции развития сельского хозяйства России//АПК: экономика и управление.-1993.-№ 5.

91. Доклад «О реализации государственной политики в области условий и охраны труда в Республике Башкортостан в 2008 г. Уфа. 2008.

92. Доклад о мировом развитии 2008. Сельское хозяйство на службе развития / Всемирный банк; Пер. с англ. – М: «Издательство «Весь мир», 2008.-424с.

93. Докторович А.Б. Социально ориентированное развитие общества и человеческого потенциала: современные теории, методы системного исследования. Дис. на соиск. учен. степ. д-ра экон. наук. – М., 2004.

94. Долгушкин Н.К., Новиков В.Г. Староверов В.И. Проблемность современного сельского бытия и пути его оздоровления // Социсс. 2009.№ 2. С. 86–94.

95. Дудникова Е.В. Рыночная трансформация аграрных отношений в постсоветской России и адаптационные стратегии крестьянства //Автореф… д. социол.н. Саратов. 2004. -35с.

96. Дулясова М.В. Социальная защита работника: жизнь, здоровье, деловая репутация: Учеб. пособие / М.В.Дулясова, Т.Р. Ханнанова.-М.: ЗАО «Издательство «Экономика», 2008.-399с.

97. Дюркейм. Э. О разделении общественного труда. – М: Канон.1996.-432с.

98. Егорова Е.Г. Социальные индикаторы качества трудовой жизни в структуре управленческих решений организации// Автореф… к.с.н. Санкт-Петербург.2008.-19с.

99. Егоршин А.П. Мотивация трудовой деятельности: Учебное пособие. – «-е изд., перераб. и доп. – М.: ИНФРА-М, 2006.-464с.

100. Емельянов А. А. Взаимодействие форм хозяйств в аграрной экономике // Вопр. экономики. 2003.№ 11.С.120–132.

101. Еникеев В.Г., Семин А.В., Новоселов А.Ф. и др. Экономика аграрного рынка /Екатеренбург,1993.-480с.

102. Ефременко А.В. Агрономический аспект столыпинской земельной реформы.// Вопросы истории.-1996. № 11–12.

103. Жеребин В.М., Романов А.Н. Экономика домашних хозяйств. М.1998.

104. Жуков В.И. Россия в глобальном мире: философия и социология преобразований. Изд. 2-е перераб. и доп. В 3 т. – М. Издательство РАГС, 2007.

105. Зазовская Н.М. Социально-трудовые отношения реформируемой России: сущность и стратегия развития// Дисс.к.с.н. М.2002.-145 с.

106. Заикина А.В. Жизненная перспектива сельской молодежи//Автореф… к.с.н. Саратов. 1997. -19с.

107. Займалин Е.П. Экономические проблемы общественной организации труда. Саратов: Изд-во Сарат. Ун-та.-124с.

108. Заработная плата в России: эволюция и дифференциация: моногр./ под ред. В.Е. Гимпельсона, Р.И. Капелюшникова; М.: Изд. Дом ГУ ВШЭ, 2008.-575с.

109. Зарубина Т. Труд: эволюция понятия. // Человеческие ресурсы, № 1, 2003.

110. Заславская Т.И. Современное российское общество: Социальный механизм трансформации: Учеб. пособие. – М.: Дело, 2004.400с.

111. Заславская Т.И. Социетальная трансформация российского общества: Деятельностно-структурная концепция. -2-е изд… испр. и доп.-М.: Дело, 2003.-568с.

112. Затеева Н.А. Русское крестьянство региона в условиях реформирования российского общества на материалах Республики Бурятия. //Автореф. к.социол.н. Улан-уде. 2005.-20с.

113. Захаров А.Н. Либеральная трансформация российского АПК //Автореф. д.с.н. М. 2006. -44с.

114. Захарова Т.В. Село и молодежь. – Л.: Лениздат, 1981.-168с.

115. Збышко Б.Г. Регулирование социально-трудовых отношений в России (международный и национальный аспект): Монография.-М.: Редакция издания «Социальное страхование», 2004

116. Зверев В.А. Семейные крестьянские домохозяйства в Сибири в эпоху коллективизма (истрико-демографический анализ). Новосибирск. 1991.-146с.

117. Здоровье населения: Атлас// Под. ред. Л.А.Бакерия. М.: НЦССХ им. А.Н. Бакурева РАМН.2008.-18с.

118. Здравомыслова Е. А. Парадигмы западной социологии общественных движений. – СПб.: Наука, 1993. -172 с.

119. Зинченко А., Матюхина Ю. Тенденции развития сельского хозяйства России после дефолта // АПК: экономика и управление.2007.№ 6. С. 8–13.

120. ЗиязетдиноваФ.Г., Кучаева Е.И. Российское село в рыночных условиях. М.2008.-199с;

121. Зубков В.А. Человек и агропромышленная интеграция: проблемы и перспективы развития. Саратов. Приволжское изд-во. 1991.-182с.

122. Иванова Л.А. Государственно общественное регулирование отношений социального партнерства в региональном социуме // Дисс…к.с.н. М. 2002. -199с.

123. Иванова Р.К, Обломская И.Я. Характер труда в условиях развитого социализма. М.: «Экономика», 1975.-62с.

124. Иванюков И.И. Основные положения теории экономической политики с Адама Смита до настоящего времени. Спб. 1904.

125. Изменение в быту и культуре сельского населения в Белоруссии. Под. Ред. В.Н. Бондарчука. Минск. Наука и техника. 1976.144с.

126. Ильин И.Е. Аграрная реформа в полиэтническом регионе: социологический анализ. Чебоксары.: Чувашское книжное издательство. 2005.-228с.

127. Индивидуальные трудовые споры (законодательство и практика). М.: Научный центр профсоюзов.1994. -94с.

128. Исаев А.А. Артели в России. //Антология социально-экономической мысли в России Дореволюционный период. – Спб.: Изд-во РХГИ, 2000. С. 423–493.

129. Исайчева И.А. Энциклопедия трудовых отношений. – М.: Издательство «Альфа– Пресс», 2005. -904с.

130. Исмаилов А. Динамика социальной структуры сельского населения. Фрунзе. Кыргыстан.1987.-93с.

131. Исторические уроки уроки деформации крестьянской жизни СССР // Материалы конференции Саратов 1990 г. под ред. В.И. Староверова. М.: Институт социологии.1991.-71 с.

132. Кабанов В.В. Пути и бездорожья аграрного развития Росси в ХХ веке. // Вопросы истории. -1993.№ 2. С. 34–45

133. Кадыров С.Х., Музафарова Р.М., Шайхулов М.А. Некоторые аспекты социальной защиты населения Республики Башкортостан: Препринт / ЦСПИ АН РБ; Башкортостанстат. – Уфа: Гилем, 2008. -58с.

134. Каз. М. Лакуны в структуре экономического знания и неоклассическая рациональность // Вопросы экономики. 2007.№ 6. С. 45–59

135. Калугина З.И. Парадоксы аграрной реформы в России: социологический анализ трансформационных процессов. 2-е изд. Новосибирск. ИЭ иОПП СО РАН, 2001.-196с.

136. Каменицкий В. А. Социально-трудовая сфера в условиях трансформации российской экономики. – М.: ИЭ РАН, 2003.-284с.

137. Каменицкий В.А. Социально-трудовая сфера в условиях трансформации производственных отношений в России. – М.: ИЭ РАН, 2001.-319с.

138. Карелин А.П., Шацило К.Ф. П.А. Столыпин. Попытка модернизации сельского хозяйства России// Деревня в начале века: революция и реформа/ СБ. ст. отв. ред. Ю.Н. Афанасьев. М.: Российск. гос. гуманит. ун-т, 1995.-40с.

139. Карлова Т.В. Социологический анализ жизненного цикла системы как объекта управления // Дисс. д.с.н. Москва. 2005. -338с.

140. Катков Н.С., Рабиновича Л.М., Рыжакова Е.Д., Захарова В.П. Государственное регулирование агропромышленного комплекса при переходе к рынку. Йошкар-Ола,1994.– 148с.

141. Кауфман А.А. Вопросы экономики и статистики крестьянского хозяйства//Антология социально-экономической мысли в России Дореволюционный период. – Спб.: Изд-во РХГИ, 2000. С. 612–629.

142. Кауфман А.А. Наемный труд в крестьянском хозяйстве. //Антология социально-экономической мысли в России Дореволюционный период. – Спб.: Изд-во РХГИ, 2000. С. 540–629. (-832с).

143. Кириченко М.М. Влияние аграрного реформирования на динамику социально-профессиональной структуры сельского населения//Автореф… к.с.н. Москва. 1992. -23с.

144. Киселев И.Я. Трудовое право России и зарубежных стран. Международные нормы труда: учебник / И.Я. Киселев, А.М. Лушников. Под. ред. М.В. Лушниковой.-М.:Экмо, 2008.-608с.

145. Клименко Ю.И. Проблемы организации фермерских хозяйств.//Рыночные отношения в АПК России: проблемы перехода и решения.-М.: ВНИЭТУСХ,1991.-С.293–295.

146. Коваленко Н.Я. Экономика сельского хозяйства. С основами аграрных рынков. Курс лекций.-М.,1998.-448с.

147. Когордин Е.В. Качество труда: содержание, проблемы роста. Воронеж.1990.с.21.

148. Козина И.М. Социально-трудовые отношения в малом и среднем бизнесе // Социологические исследования.2007.№ 7. С. 35–44.

149. Козлова И.Е. 20-й век в социальной памяти российского крестьянства.// РАН. Институт философии.-М.:ИНФРАН.2000.-207с.

150. Козырь М.И. Правовые основы аграрной реформы в Российской Федерации. Москва 1994.

151. Колесников Н.Е. Социально-трудовые отношения: современные проблемы теории и практики. Спб.: ИСЭП РАН.1993.-120 с.

152. Колесов Н. К. Социальные изменения в составе сельскохозяйственных тружеников Казахстана. Алма-Ата.: Наука. 1977.-122с.

153. Колмакова И.Д. Теоретико-методологические основы системного регулирования социально-трудовых отношений региона// Ав-тореф…д.э.н. Екатеренбург. 2007. -43с.

154. Кондратьев Д. Н. Избранные произведения в двух книгах. – М.: Наука,1993. кн. 2. -719с. (каким быть крестьянству (дискуссии о дифференциации деревни) с. 533–565; Индустрия и сельское хозяйство в их взаимоотношении. с. 351–373.)

155. Кондратьев Н.Д. Особое мнение. Избранные произведения в 2-х книгах.-М.:Наука.1993.кн.1.-665с.

156. Концепция долгосрочной демографической политики Республики Башкортостан на период до 2015 года. Уфа, 2002. -16с.

157. Копач К.В. Концептуальные основы, направления и механизмы развития личного подсобного хозяйства//Экономические основы, возможности и направления развития личного подсобного хозяйства: материалы всероссийской научно-практической конференции. М.2004.-85с.

158. Корбут Л.С. Проблемы занятости сельского населения// Вопросы статитстики.2006.№ 3. С. 18–48

159. Косалс Л.Я., Рывкина Р.В. Социология перехода к рынку в России. – М.:Эдиториал УРСС, 1998.

160. Костриков С.В. Теневые формы поведения на российском рынке труда и в сфере занятости. Дис. к.э.н. М., 2003.

161. Кравченко А.И. Классики социологии менеджмента: Ф. Тейлор и А. Гастев. Спб.: РХГИ, 1998.-320с.

162. Кравченко А.И. Социология Маркса Вебера: труд и экономика. – М.: «На Воробьевых». 1997.-208с.

163. Крестьяноведение. Теория. История. Современность. Ежегодник.1997. / Теодор Шанин, Гамза Алави, В.П. Данилов и др.; Под. ред. В.П. Данилова,Т. Шанина.-М., 1997.-380с.

164. Крестьянство в изменяющихся условиях перестройки советского общества // Сб. ст. АН СССР, Институт социологии. Ред. В.И. Староверов., А.С. Прохоров.: М.: ИС, 1991.-178с.

165. Крестьянство и индустриальная цивилизация. – М.: Наука. Издательская фирма «Восточная литература». 1993.-276с.

166. Кудрина. Г.А.Культура села: проблемы возрождения.// Т.А. Кудрина, А.И. Шендрик, С.Н. Комиссаров. М.1992.-236с.

167. Кузнецов А.Е. Институционализация социального партнерства в сфере трудовых отношений в России //Автореф… к.с.н. Пермь. 2004. -23с.

168. Кукса В.Д. Роль сельской интеллигенции в подъеме общеобразовательного и профессионального уровня трудящихся села. М. Мысль. 1973.-40с.

169. Куликов В.И. Социальная структура современной деревни. М. Знание. 1971.-32с.

170. Лежнев-Финковский П.Я. Деревня и наемный труд. Краткая характеристика крестьянского хозяйства в 19 и 20 веке. М. Новая деревня. 1924.

171. Ленин В. И. Капиталистический строй современного земледелия // Полн. собр. соч. Изд-е 5. М.: Гос. Изд-во Политической литературы. М. 1961.С. 319–344.

172. Ленин. В.И. Крестьянство и наемный труд/ Полн. СОБР. Соч. Изд-е 5-е. Т. 24. с. 327–329.

173. Липатова Л.Н. Воспроизводство социально-трудового потенциала населения // Дисс. д.с.н. Спб. 2003. -283с.

174. Литошенко Л.Н. Социализация земли в России. – Новосибирск: Сибирский хронограф, 2001.-536с.

175. Лопухин В.Ю. Социально-трудовые отношения в современной России: рискологиеский аспект// Автореф. к.э.н. Саратов. 2005.-20с.

176. Магдеев М.Ф. Взаимодействие профсоюзов и работодателей в регулировании социально-трудовых отношений в Республике Татарстан// Дисс.к.с.н. М. 2002. -151с.

177. Мазаева Н. Качество трудовой жизни– важная составляющая менеджемента персонала.// Международный журнал. Проблемы теории и практики и управления.2004.№ 3. С. 115–121.

178. Макаров Н.П. Крестьянское хозяйство и его интересы. Акционерное общество «Универсальная библиотека».1917.

179. Малащенко В.П. Социально-трудовые отношения на производстве в контексте становления гражданского общества// Дисс.д.э.н. М.2005.-337с.

180. Мамытов Е.Г. Социально трудовые отношения в условиях рынка:-М.: МАКС Пресс, 2008.-288с.

181. Манусова Г.А.Удовлетворенность трудом: межстрановые сопоставления // Мировая экономика и международные отношения. 2008.№ 12. С. 74–83.

182. Маркович Д.Ж. Социология безопасности труда. – М.: Издательство РГСУ, 2008.-368с.

183. Маркович Д.Ж. Социология труда. – М.: Изд-во РУДН.1997.-512с.

184. Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. – М.: Политиздат, 1988.

185. Маршалл А. Принципы экономической науки, Т.1.– III – М.: Издательская группа "Прогресс", 1993.

186. Маслов С.П. Аграрный вопрос в России. СПб.1905.

187. Маслов С.П. Крестьянское хозяйство и сельскохозяйственная кооперация. П «Мысль». 1919.90с.

188. Маслов С.С. Колхозная Россия. Институт экономики РАН.-М.: Наука, 2007.-302с.

189. Маслоу А. Мотивация и личность. 3-е изд. \ Пер. с англ. – Спб.: Питер, 2008.-352с.

190. Мацуляк И.Д., Ярлыкапов А.Б. Агропром: НТП и молодежь. М.: Прогноз.1991.-154с.

191. Маятниковая миграция сельского населения // Сб. ст. ред. Сост. Т.Д. Иванова. М.: Финансы и статистика. 1981.

192. Медведва ТА. Социально-трудовые отношения: теоретические основы и современная практика регулирования// Дисс.к.э.н… М. 1999. -147с.

193. Милосердов В.В. Многострадальная судьба российского крестьянства. М.: Колос, 2010.-83с.

194. Миниахметов З.М. Российское село: тенденции развития в условиях трансформирующегося общества (на материалах Республики Татарстан) //Автореф… к. социол.н. Казань. 2007. -25с.

195. Мирзоян В.А. Содержание труда и эволюция буржуазной социологии. // Дисс.к.ф.н. Ереван. 1978.-181с.

196. Миронов Б.И. Отношение к труду в дореволюционной России.// Социсс. 2001.-2001.№ 10.С.99-108.

197. Михайлов А. Условия труда как элемент качества трудовой жизни. // Человек и труд.2006.№ 2. с. 84–86.

198. Михеев П.А. Интегральные процессы в сельском социуме изменяющейся России) //Автореф… д.с.н. Саратов 2007. -33с.

199. Михеев П.А. Проблемы современного села в перспективе социальной политики. Саратов.: СГГУ. 2003.-220с.

200. Мониторинг ценностных ориентаций сельской молодежи для оценки ее трудового потенциала в условиях переходной экономики// В.Г. Новиков, О.А. Яковлева, Н.П.Щербаков и др. Под. общ. ред. В.Г.Новикова.-М.:ФГНУ «Росинформагротех»,2004.-140с.

201. Монусова Г. Удовлетворенность трудом: межстрановые сопоставления // Мировая экономика и международные отношения. 2008.№ 12. С. 74–83.

202. Морозова В.Н. Сельское потребительское общество: социально-управленческие аспекты хозяйствования // Дисс.к.с.н. Майкоп.2003.-195с.

203. Морозова Т.В. Сельское сообщество России в период рыночной трансформации. – Петрозаводск: Изд-во КарНЦ РАН, 2005.326с.

204. Муреик Э.Э. Сельский образ жизни в период развития социализма на материалах Латвийской СССР.-Рига.: Зинате. 1985.-213с.

205. Муханова М.Н. Село Калмыкии на перепутье //Социологические исследования. 2007.№ 7. С. 73–79.

206. Мюрберг И.И. Аграрная сфера и политика трансформации. – М. 2006. –174с.

207. Назарова У.А. Работодатель и наемный работник: особенности социально-трудовых отношений/ У. А. Назарова. – Уфа: Гилем, 2007.-264с.

208. Насибуллин Р.Т. Население Башкортостана: социальнодемографический анализ. – М., 1997.

209. Нестандартная занятость в российской экономике./ под. ред. В.Е. Гимпельсона, Р.И. Капелюшникова. – М. Изд. дом ГУ ВШЭ, 2006.-400с.

210. Нефеденко Л.И. Роль профсоюзов в регулировании социокультурных процессов в регионах и муниципальных образованиях современной России // Автореф… д.с.н. Москва.2007. -55с.

211. Нечаева И. В. Социальная адаптация сельских пенсионер-во// Автореф. к.с.н. Новочеркасск.2003.

212. Нечипоренко О.В. Сельское население и реформы аграрной сферы: адаптация или деградация? //Социологические исследования. 2009.№ 6. С. 57–66.

213. Николаев В.К. Управление социально-трудовыми отношениями на муниципальном уровне в условиях риска // Дисс…к.э.н. Саратов.2005.

214. Никонов А.А. Спираль многовековой драмы: аграрная наука и политика России (ХVIII-ХХ).М., 1995.-440с

215. Новохацкая О.В. Повседневная деятельность селян: гендерный аспект // Социологические исследования. 2008.№ 3. с. 52–58.

216. Общая теория институциональных трансформаций: пара-дигмальное переосмысление цивилизационного развития России // Социологические исследования. 2008. № 1. С. 13–23.

217. Овчинцева Л.А. Занятость жителей села: трудности измерения // Мир России. 2000.№ 3 //http://www.hse.ru/journals/wrldross/vo100_3/ovchin.htm

218. Овчинцева Л.А. Особенности сельской бедности/Zhttp:// www.strana-oz.ru/?numid=16&article=772

219. Огарков А.П. Социально-экономическое развитие и обустройство села – М. РАСХН. 2007. -398с.

220. Организация, нормирование и оплата труда на предприятиях АПК /Ю.Н. Шумаков., В.И. Еремин, С.В. Жариков, В.Б. Панов/ Под. ред. Ю.Н. Шумакова.-М.: Колос, 2006.-304с.

221. Особенности национального проектирования сельской жизни // Социологические исследования. 2007.№ 7. С. 66–72.

222. Отношение к труду, быту и досугу (теоретико-прикладные аспекты исследования) / Отв. ред. Патрушев В.Д. -М.: Институт социологии РАН. 1992. -166с.

223. Панков Б. Сельская занятость: нужны не столько деньги, сколько оригинальные решения //http:// www.chelt.ru/20028-02/ pankov-8/html

224. Панкратов М.Г Сельская женщина в СССР. М.: Мысль. 1990.-191с.

225. Папцов А. Новые направления аграрной политики Канады// АПК: экономика и управление.2007.№ 1. С. 51–52.

226. Парсонс Т. О социальных системах/ Под ред. В.Ф. Чесноковой и С. А. Белановского.-М.:Академический проект, 2002.-832с.

227. Патрушев В.Д., Калмакан Н.А. Удовлетворенность трудом: Социально-экономические аспекты / Институт социологии РАН.-М.: Наука. 1993. -112с.

228. Пациарковский В.В. Сельская Россия: 1991–2001. М.: ИСЭПИ РАН. 2003.

229. Пациорковский В.В. Сельская Россия: проблемы и перспективы// Социологические исследования. 2007.№ 1. С. 90–99.

230. Писарев И.Ю. Наемный труд в СССР.М Экономика. 1966.-151с.

231. Платонов О.А. Повышение качества трудовой жизни: опыт США.М. 1992. -188 с.

232. Подмарков В.Г. Человек в трудовом коллективе. М.:Экономика.1982.-175с.

233. Попов Ю.Н., Шевчук А.В. Введение в социологию труда и занятости: Учеб. пособие. – М.: Дело, 2005.-200с.

234. Попова О.В. Государственное регулирование агропромышленного производства в зарубежных странах и аграрная политика России. Монография. – Орел: ОрелГАУ, 2004.-213с.

235. Постников В.Е. Из хозяйственной жизни Самарского края. Спб. Типография В. Демонова. 1894.

236. Постников В.Е. Южнорусское крестьянское хозяйство. М. Типография литературного товарищества И.Н. Кушнерев и К. 1891.

237. Проблемы интивизации человеческого фактора сельского хозяйства// Тезисы докладов и сообщений советских ученых на 13 Европейском конгрессе по социологии деревни. Португалия./ М.: ИСИ. 1986.-66с.

238. Пруговин А.С. Голодающее крестьянство. Очерки голодовки 1898–1899 года. М. Посредник. 1906.-210с.

239. Пруговин В.С. Община в трудах ее местных исследователей. М.: А.И. баранов. 1888.

240. Пруговин В.С. Сельская община, кустарные промыслы и земледельческое хозяйство Юрьевского уезда Владимирской губернии. М. А. Баранов. 1884. -307с.

241. Рабочая книга социолога / под общ. ред. и с предисл. Г. В. Осипова. Изд. 5-е.-М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2009.-480с.

242. Радаев В. В. Экономическая социология: учеб. пособие для вузов / В.В. Радаев.-М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2005.-603с.

243. Радугин Н.П. Аграрная экономика: проблемы обновления. – М.:Финансы и статистика.1993.-240с.

244. Развитие сельских поселений// Под. Ред. Т.И. Заславской, И.Б. Мусина. М.: Статистика. 1977. -295с.

245. Развитие социальной структуры сельского населения под воздействием межхозяйственной кооперации и агропромышленной интеграции.// Сб. ст. ред. В.И. Староверова. М. ИСИ. 1983.-176с.

246. Разуваева Н.Н. Современная Россия. Обострение проблем социальной трансформации. – Москва-Уфа: «Восточный университет», 1998.-204с.

247. Ракитская Г. Я. Взаимоотношения работников и работодателей в современной России // Вопросы экономики, № 11, 2002.

248. Ракитская Г. Я. Необъявленная реформа социально – трудовых отношений в 1990 – е годы. // Вопросы экономики, № 9, 2003.

249. Ракитская Г. Я. Общая теория социально – трудовых отношений и перспективы их демократического регулирования в современной России: Дис. доктора экон. наук. – Москва, 2003.

250. Ракитская Г.Я. Социально – трудовые отношения. Общая теория и проблемы становления их демократического регулирования в современной России. – М.: Институт перспектив и проблем страны, 2003. -480 с.

251. Рандалова, Б.В. Хараева, П.А. Чукреева. Миграционные настроения сельских жителей: действующие факторы и перспективы.// Улан-Уде: БНЦ СО РАН, 2005.-114с.

252. Растянников В.Г., Дерюгина И.В. Экономический рост в аграрном секторе России. Проблемы 20 века./ РАН. Ин-т востоковедения. – М.: ИИЦ «Статистика России», 2005.-287с.

253. Реалии российского села: проблемы есть, адекватные ли решения. //Социологический Вестник РАН. Российское общество социологов Нижегородской областное отделение. № 17.2002.

254. Резник И.А. Социально-трудовые отношения в условиях рыночных трансформационных процессов на селе // Автореф…к.э.н. Спб. 2004.-20с.

255. Рейтинг субъектов РФ по эффективности сельскохозяйственного производства// АПК: экономика и управление.2007.№ 3. С. 34–38.

256. Ренкас Н.Н. Методическое пособие для проведения социологических исследований проблематики сельских территорий //Великий новгород.: Новгородский университет им. Ярослава Мудрого. 2004.

257. Рефлексивное крестьяноведение: десятилетие исследований сельской России // Под. Ред. Т. Шанина, А.М. Никулина, В.Пю Данилова. М.2002.

258. Роик В.Д. Государственное и договорное регулирование заработной платы и пенсионного обеспечения. Зарубежный и отечественный опыт. – М.: МИК, 2008.-304с.

259. Руденко Л.И. Социальное содержание современных реформ на селе: проблемы жизнестойкости российского крестьянства. Очерки социологического исследования. Саратов: Саратовский технический университет.1999.-97с.

260. Рывкина Р.В. Драма перемен.-2-е изд., перераб. И доп.-М.: Дело, 2001.-472с.

261. Рывкина Р.В. Образ жизни сельского населения: методология, методика и результаты изучения социально-экономических аспектов жизнедеятельности. Новосибирск. Наука. Сиб. Отд-е.-352с.

262. Садков В., Попов О. Методические основы целеориентированной господдержки сельхозтоваропроизводителей // АПК: экономика и управление.2007.№ 13. С. 12–16.

263. Садыков Р.М. Социальная защита сельского населения: Монография. – М.: МГОУ, 2005. – 160 с.

264. Сальникова И.С. Качество занятости населения – желаемое и действительное // Человек и труд.2007.№ 6. С. 76–78.

265. Сальникова И.С. Управление качеством занятости населения в Хабаровском крае// Автореф… к.э.н. Хабаровск.2007.-27с

266. Саусанавичюс А.Й. Крестьянство в индустриальном обществе // Дисс.д.э.н. Вильнюс.1990.-360с.

267. Село – объект национального проекта. Прошлое, настоящее и будущее российского села./ Материалы межрегиональной научно-практической конференции. – Чебоксары.: Чувашский государственный университет.2007.-180с

268. Сельское хозяйство в Республике Башкортостан: статистический сборник – Уфа: Башкортостанстат, 2008.2009

269. Сенчакова Л.Т. Крестьянские наказы и приговоры 19051907 гг. // Деревня в начале века: революция и реформа/ СБ. ст. отв. ред. Ю.Н. Афанасьев. М.: Российск. гос. гуманит. ун-т, 1995.

270. Серова Е.В., Тихонова Т.В., Хромова И.Г., Хромова С.В., Шик О.В. Сельская бедность и сельское развитие в России.-М.:ИЭПП.2004.-50с.

271. Сидорова Т.Ю. Два века социальной политики М.: Российск. гос. гуманит. ун-т, 2005.-442с.

272. Скляр М.г. Аграрные отношения в постсоветской России: сущность, необходимость социально-правового регулирования//Автореф… к. социол.н. Майкоп. 2005. -22с.

273. Собонь Януш Государственное регулирование аграрной сферы экономики в условиях перехода к рынку //Дисс. к.э.н. 1996.М.

274. Собственность на землю в России: история и современность \ Под. общ. ред Д.Ф. Аяцкова. – М: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2002.-592с.

275. Современная политика в аграрно-крестьянском вопросе.//Под ред. В.И. Староверова. М.: Институт Социологии. 1991.-87с.

276. Современные этносоциальные процессы на селе // Сб. ст. Отв. Ред. Ю.В. Арутюнян. М.Наука. 1986.-244с.

277. Соколова Г.Н. Экономическая социология. – Мн.: Навука и Техника.1995.-225с.

278. Сорокин П.А. Человек, цивилизация, общество. М. Политиздат.1992. -542с.

279. Социальная политика в регионе: стратегия обновления и социальные технологии/ Изд-е Башкирск. ун-та. – Уфа, 1999. – 380 с.

280. Социальная политика столицы Башкортостана: факты, оценки, мнения. – Уфа, Издательство БГУ, 2001. – 100 с.

281. Социальная политика: парадигмы и приоритеты: Монография / Под общ. ред. В.И.Жукова. – М.: Изд-во МГСУ «Союз», 2000. – 312 с.

282. Социальная стратификация российского общества/ Отв. ред. З.Т.Голенкова. Институт социологии РАН. М.: ЗАО «Летний сад». 2003. – 365с.

283. Социально-демографисеское развитие села // Общ. Ред. Заславская Т.И., Лучина И.Б. М. Статистика. 1980.-343с.

284. Социальное партнерство: Проблемы и перспективы развития. Сборник научных статей / Под общ. ред. проф. Н. А. Волгина. – М.: Изд-во РАГС, 2003.

285. Социально-трудовая сфера Республики Башкортостан: сборник информационно-статистических материалов/ Министерство труда и социальной защиты населения РБ, Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по РБ. Уфа.2008– 10с.

286. Социально-трудовая сфера России в переходный период: реалии и перспективы / Волгин Н. а, Карпухин Д.Н., Катульский Е.Д., Костин Л.А, Майер В.Ф., Ракитский Б.В. и др.; Под общ. ред. Акимова А.К, Волгина Н.А.-М.: Молодая гвардия, 1996.-835с.

287. Социально-трудовая сфера села: сборник материалов Всерос. Науч. практ. конф. – Пенза, 2003.131 с.

288. Социально-трудовая сфера: проблемы и пути их решения. Сб. ст. РАГС.-М. Изд-во РАГС. 2005.-184с.

289. Социально-трудовые отношения в современном российском обществе: Социология власти: Вестник социологического центра РАГС. № 2. 2005.-М.Изд-во РАГС, 2005.-198с.

290. Социальные последствия реформ в Башкортостане: Монография/ Под ред. Д.М.Гилязетинова, Ю.Н. Дорожкина, СВ. Егорышева. Т.2. – Уфа: УЮИМВД РФ, 2000. – 225 с.

291. Социальные проблемы труда в трудовых коллективах (1966–1975). М. 1976.с.492.

292. Социальный облик среднерусской деревни// Сб. науч. труд. АН СССР под ред. В.И.Старовервова. М.:ИСИ. 1982-193с.

293. Социальный портрет сельской Чувашии // В.И. Староверов, А.П. Петров, И.Е. Ильин. Чебоксары.: Чуваш. кн. изд-во. 1985.-176с.

294. Социальный фон трансформационных процессов в Республике Башкортостан. Препринт научного доклада. – Уфа, РИО БАГСУ, 2006. – 113 с.

295. Справочник экономиста-аграрника/ Под ред. Т.М. Васильковой, В.В. Маковецкого, М.М. Максимова.-М.: Колос, 2006.-367с.

296. Становление трудовых отношений в постсоветской России.-М.: Академический Проект, 2004.-320с.

297. Староверов В.И. К истории возрождения Российской сельской социологии. // Социологические исследования. 2008. №. С. 40–46.

298. Староверов В.И. Методика социологического исследования механизмов адаптации специалистов и руководителей АПК к условиям жизнедеятельности. М.1986.-119с.

299. Староверов В.И. Сельская социология. Москва, РИЦ ИСПИ РАН, 2003.с. -259.

300. Староверов В.И. Социально-демографические проблемы деревни. Методология, методика, опыт анализа миграции сельского населения. М. Наука. 1975.

301. Староверов В. И. Социальные факторы экономического развития деревни. М.:Знание.1987.-47с.

302. Староверов В.И. Удмуртская деревня: социальный облик / В.И. Староверов, А.А. Разин, М.И. Шишкин. Ижевск.:Удмуртия.1983.-183с.

303. Старченко В.М. Специфика производственных отношений в личных подсобных хозяйствах// Экономические основы, возможности и направления развития личного подсобного хозяйства: материалы всероссийской научно-практической конференции. М.2004.-137с.

304. Столыпин Д. “Учение Канта и применение его в решении вопроса об организации земельной собственности и пользования землей” М.1891.

305. Струмилин С. Бюджет времени русского рабочего и крестьянина 1922–1923 годов. Статистико-экономические очерки. М.-Л.: Вопросы труда. 1924.-156с.

306. Струмилин С.Г. Технический прогресс и общественное производство. М. 1959.-52с.

307. Стуриков И. Круг интересов жителей одного села. М.1963.

308. Суханов Н. К вопросу об эволюции сельского хозяйства: социальные отношения в крестьянском хозяйстве России. М.: Новая деревня. 1924.-262с.

309. Сухова О.А. Десять мифов крестьянского сознания: очерки истории социальной психологии и менталитета русского крестьянства (конец 19 начало 20 века) по материалам Среднего Поволжья / М.: Российская политическая энциклопедия.2008.-679с.

310. Сычева И.Н. Трудовые отношения в структуре социально-экономических систем // Дисс… д.э.н. томск.2001.-356с.

311. Сюсюра Д.А. Программно-целевое управление социальным развитием села.-М.: Изд. Дом «Финансы и кредит».2007.-160с.

312. Тарасов Н., Скальная М., Кудашева А. Экономические основы классификации малых форм хозяйствования.// АПК: экономика и управление.2007. № 10. с. 48–49.

313. Тарсов А.Н. Региональный срез нацпроекта «развитие АПК» // Социсс.2008. №… С. 135–138.

314. Тенишев В.В. Правосудие в русском крестьянском быту. Сбор данных добытых этнографическими материалами В.Н. Тенишева. Брянск.: Л.И. Итина и К. 1907.

315. Тенишев В.Н. Программа этнографических сведений о крестьянах центральной России. Смоленск. Губ. Тип. 1897.

316. Тимофеев Л. Теневая экономика и налоговые потери в сельском хозяйстве.// Вопросы экономики. 2001. № 2. -125с.

317. Тодорский А.И. Год с винтовкой и плугом 1917. М. сов. Россия.1958.-72с.

318. Тотамианц В.Ф. Кооперация в русской деревне. М. Сабашниковы. 1912.-448с.

319. Тощенко Ж.Т. Парадоксальный человек.-М.: Гардарики, 2001.-398 с.

320. Тощенко Ж.Т. Социальное развитие коллектива. Красноярск.1969.-32с.

321. Тощенко Ж.Т. Социальные резервы труда: Актуальные вопросы социологии труда. М.: Политиздат.1989.-286с.

322. Тощенко Ж.Т. Социология труда: учебник для студентов вузов / Ж.Т. Тощенко – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2008.-423с.

323. Тощенко Ж.Т. Человеческий фактор производства. М.:Знание.1987.-47с.

324. Трансформация социально-трудовых отношений: проблемы, уроки, вектор развития: Материалы научно-практической конференции: В 2 ч./ Под общ. ред. Н.А. Волгина. – М.: Изд – во РАГС, 2006.

325. Троцковский А.Я. Развитие села в условиях урбанизации: на примере Западной Сибири// Отв. Ред. Т.И. Заславская. Новосибирск.: Наука. 1985.-165с.

326. Труд и занятость в РБ: статистический сборник / Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по РБ. Уфа.2008. 2009.

327. Труд и социальное развитие: Словарь. – М.: ИНФРА-М, 2001.-VI, 266с.

328. Труд как основа социалистического образа жизни. Сб. науч. тр. // ред. Староверова В.И.-М. 1979.-201с.

329. Туган-Барановский М.И. Социальные основы кооперации.-М.:Экономика.1989.-496с.

330. Турен Ален Возвращение человека действующего. Очерк социологии. Пер с фр. М. 1998.-204с.

331. Удальцов М.В. Социально-трудовые ожидания незанятых людей и их отношение к несамостоятельной занятости // Социологические исследования. 2003.№ 7. С. 16–25.

332. Феноменов М.Я. Крестьянский труд в старой и новой деревне. М.-Л.1926.-224с.

333. Феноменов М.Я. Современная деревня. Опыт краеведческого исследования одной деревни (д. Гордыши Волдайского у Новгородской губернии). Л-М. 1925.-412с.

334. Фетисов Э. Социально-трудовая сфера и безопасность // Безопасность Евразии.-2000.№ 1. С. 54–68.

335. Фом Ван Ха Деятельность профсоюзов России в период формирования и развития социально-трудовых отношений рыночной экономики // Дисс…к.с.н. М. 2007. -126с.

336. Фролов С.С. Нормативная культура как фактор социального управления (анализ концепций социальной власти в западной социологии) // Дисс… д.с.н. М.1995. -335с.

337. Хагуров А. А. Некоторые методологические аспекты исследования российского села //Социологические исследования. 2009.№ 2. С. 95–101.

338. Хисамутдинов И.А., Байков Р.Н. Агросфера России в XX веке: учебное пособие. Уфа: Изд-во УГНТУ, 2001.-57с.

339. Холостова Е.И. Социальная работа нс селе: история и современность. М.: Дашков и К, 2004.-136с.

340. Хореев Б.С., Лиходед. В.Н. Житель села – работник города. М. Финансы и статитстика. 1982.-95с.

341. Цурканц Н.В. Социальная сфера АПК // отв. Ред. В.И. Староверова. Кишенев.: Штиница. 1989.-93с.

342. Цыганков В. Качество трудовой жизни. Какую модель выбирает Россия // Человек и труд.2006.№ 9. с. 44–49.

343. Цыганков В.А. Качество трудовой жизни в России: экономическая природа, механизм формирования//Автореф. д.э.н. М. 2007. -47с.

344. Цыганкова И. Качество трудовой жизни: концептуальные подходы // Человек и труд. № 11.2007. С. 37–40.

345. Цыганкова И.В. Нестандартная занятость и качество трудовой жизни молодежи. М. 2008.-256с.

346. Цысина Г. Социально-трудовые отношения в странах с развитой рыночной экономикой // Общество и экономика. 2008. № 7.С. 19–36.

347. Чангли И.И. Труд. – Издание 3-е.-М.: ЦСП, 2002. с. 452с.

348. Чаянов А.В. Избранные произведения: Сборник / сост. Е.В. Серова. – М.: Моск. Рабочий, 1989.-3б8с.

349. Чаянов А.В. Организация крестьянского хозяйства. – М.: Кооперативное издательство.1925.-215с.

350. Чаянов А.В. Что такое аграрный вопрос? // Экономическое наследие А.В.Чаянова. Москва: Издательский дом ТОНЧУ, 2006.-664с.

351. Человек и его работа в СССР и после: Учебное пособие для вузов / А.Г.Здравомыслов, В.А.Ядов -2-е изд., испр. и доп. —М.: Аспект Пресс, 2003.-485с.

352. Человек, труд, быт // Сб. ст ред. кол. Новоселов И.С. Вып. 2,3. Свердловск 1967.-96 с. вып. 3. 1971. -95с.

353. Чепак О.А. Изменение социальной структуры сельского населения в процессе реформирования российского общества (на материалах Республики Бурятия) //Автореф… к.с.н. Улан-Уде. 2004.

354. Чернов В. Крестьянин и рабочий как экономические категории. М. Новое товарищество. 1906.-44с.

355. Чернов В. Марксизм и агарный вопрос: историкокритический очерк. Спб.1906.-246с.

356. Чирнина Н.В. Трудовое поведение в новых условиях хозяйствования. Новосибирск. Наука.1992.-205с.

357. Чичин А.В. Правовое регулирование социального развития села: Монография. М.: Право и государство.2005.

358. Чичканов А.В. Социально-трудовые отношения в современной России // Ростов на дону: Изд-во СКАГС. 2005.-32с.

359. Чураков В.Я., Щегорцев В.А., Максимов М.В. Кризис российской деревни: реалии и прогноз. Под. общей редакцией В.А. Щегорцева.-М. Российская государственная академия труда и занятости Минтруда России. 2000.– 304с.

360. Шабанов В.Л. Домашние хозяйства и их роль в социально-экономической адаптации сельских семей с учетом региональной специфики Российской Федерации // Дисс.к.э.н. Саратов.2002.-135с.

361. Шабанова М.А. Сезонная и постоянная миграция населения в сельском районе // Отв. Ред. Т.И. Заславская. Новосибирск.: Наука. Сиб. Отд-е. 1991.-232 с.

362. Шадрина М.Р. Социализм и личность крестьянина. Свердловск. 1972.-186с.

363. Шамаилов В.Б. Взаимодействие субъектов социально-трудовых отношений в системе социального партнерства//Дисс.к.с.н. М. 2003.179с.

364. Шанин Т. Формы хозяйства вне системы // Вопросы философии. 1990. № 8.

365. Шапиро С.А., Равикович Н.Е. Сколько стоит труд? Научнопопулярное издание. 2-е изд., доп. и перераб. – М.: Издательство «Альфа-пресс».2007.-368с.

366. Шапошников А.Н. Социально-экономический анализ формирования доходов сельского населения // Отв. Ред. Т.И. Заславская. Новосибирск. Наука. 1983.-129с.

367. Шаяхметов И.Г. Социальная инфраструктура села: сущность, функции, размещение. Уфа.1999.

368. Шевцова Е.М. Социально-трудовые отношения и их регулирование на уровне региона– субъекта РФ. // Дисс…к.с.н. М. 2003.168с.

369. Шик О. Основные тенденции в развитии агропродовольст-венного комплекса России // Российская экономика в 2007 году. Тенденции и перспективы. (Выпуск 29) – М.: ИЭПП, 2007.-657с..

370. Шингарев А.И. Вымирающая деревня// Социсс.2002.№ 2.-С.124–133.

371. Широкалова Г.С. Аграрная реформа в России 1990–1993 г. (Социально-политологический анализ) // Дисс.д.с.н. М. 1995. -523с.

372. Широкалова Г.С. Социологическое обследование сельской занятости в Нижегородской области: Аналитический отчет. – Н.Новгород. Изд-во.: Гладкова О.В., 2005.– 92с.

373. Шуваева К. Старая и новая деревня. Материалы исследования села Ново-Животенского и деревни Маховатки Березовского района Воронежской области за 1901 и 1907, 1926 и 1937 годы. М. Сельхозгиз. 1937. -346с.

374. Щербина. Ф.А. Крестьянские бюджеты. //Антология социально-экономической мысли в России Дореволюционный период. – Спб.: Изд-во РХГИ, 2000. С. 335–389.;

375. Экономика труда (социально-трудовые отношения)/ Под. Ред. Н.А. Волгина, Ю.Г. Одегова. М.,2002.-34с.

376. Экономика труда и социально-трудовые отношения / Под ред. Г.Г. Меликьяна, Р.П. Колосова.-М.: Изд-во МГУ.1996.-623с.

377. Эльянов А. Государство в системе догоняющего развития //Мировая экономика и международные отношения 1998, № 12., С. 53–63.

378. Энгельгардт А.Н. Двенадцать писем из деревни 1872–1887. М. Государственное издательство сельскохозяйственной литературы. 1960.-516с.

379. Эпштейн С.И. Индустриальная социология в США. М.Политиздат 1972.-232с.

380. Югай А. Проблемы мотивации труда в сельском хозяйстве // АПК: экономика и управление.2007.№ 10. С. 29–33.

381. Юрасов И.А. Особенности управления российскими социально-трудовыми отношениями на современном этапе.// Менеджмент в России и за рубежом. 2007.№ 2. С. 127–131

382. Юрасов И.А. Социальные технологии в сфере трудовых отношений современной России: социологический анализ // Авто-реф…д.с.н. Саратов.2007.-39с.

383. Ядов. В.А. Стратегия социологического исследования. Описание, объяснение, понимание социальной реальности/ В.А. Ядов.-3-е изд., испр. – М: Омега-Л, 2007.-567с.

Приложения

Приложение 1

Основные показатели материально-технического обеспечения сельского хозяйства РФ, на конец года[133]

Приложение 2

Таблица 1

Распределение численности занятых в экономике по месту основной работы по видам экономической деятельности в 2007/2008 году, %

Таблица 2

Численность женщин и мужчин занятых в с\х (на конец ноября человек) в РФ

Таблица 3

Распределение численности занятых в с/х по уровню образования в РФ на конец ноября в %

Приложение 3

Обеспеченность сельскохозяйственных организаций тракторами и комбайнами РБ

Приложение 4

Динамика производства мяса, молока, валового сбора зерна, поголовья скота во всех категориях хозяйств РБ

Приложение 5

Сельский жилищный фонд РБ (на конец года)

Приложение 6

Благоустройство жилого фонда РБ (на конец года; в % от площади жилищ)

1990[134]

Приложение 7

Строительство объектов социально-культурной сферы в сельской местности РБ

Развитие инфраструктуры села в РБ

Приложение 8

Учреждения образования и культуры в сельской местности РБ

Приложение 9

Распределение ответов на вопрос: Устраивает ли вас следующие условия вашей жизнедеятельности, % от числа опрошенных (1– молодежь (в возрасте от 18 до 34 лет); 2– взрослые (35 и старше)

Приложение 10

Среднегодовая численность работников в сельскохозяйственных организациях (по данным сельхозпереписи в 2005 г. (чел.))

Приложение 11

Структура производства основных видов сельскохозяйственной продукции по категориям хозяйств (в % от хозяйств всех категорий) РБ

Приложение 12

Таблица 1

Парк основных видов техники в сельскохозяйственных организациях (на конец года; штук) РБ

Таблица 2

Списание техники в сельскохозяйственных организациях РБ (в % на начало года к наличию)

Приложение 13

Динамика производства продукции сельского хозяйства по категориям хозяйств РБ

Приложение 14

Таблица 1

Дифференциация в оплате труда работников по видам экономической деятельности в РБ

прожиточного минимума[135]

Таблица 2

Среднемесячная номинальная начисленная заработная плата в РБ

Таблица 3

Распределения численности работников по размерам начисленной заработной платы в РБ (%)[136]

Таблица 4

Среднемесячная номинальная начисленная заработная плата работников предприятий и организаций по видам экономической деятельности РБ, рублей

Приложение 15

Распределение ответов на вопрос, в каком состоянии находиться социальное обслуживание на предприятии, % от числа опрошенных работников (1); работодателей (2)

Примечания

1

См.: Нестандартная занятость в российской экономике./ под ред. В.Е. Гимпельсона, Р.И. Капелюшникова. —М. Изд. дом ГУ ВШЭ, 2006.– (231с.)400с.

2

Энгельгардт А.Н. Двенадцать писем из деревни 1872–1887. М. Государственное издательство сельскохозяйственной литературы. 1960.-516с.

3

Тодорский А.И. Год с винтовкой и плугом 1917. М.: Сов. Россия.1958.-72с.

4

Посников В.Е. Южно-русское крестьянское хозяйство. М. 1907.

5

Тенишев В.Н. Программа этнографических сведений о крестьянах центральной России. Смоленск. Губ. Тип. 1897.

6

Шингарев А.И. Вымирающая деревня// Социсс.2002.№ 2.-С.124–133.

7

Феноменов М.Я. Современная деревня. Опыт краеведческого исследования одной деревни (д. Гордыши Волдайского у Новгородской губернии). Л-М. 1925.-412с.

8

Пруговин В.С. Община в трудах ее местных исследователей. М.: А.И. Баранов. 1888.

9

Щербина Ф.А. Крестьянские бюджеты. //Антология социально-экономической мысли в России Дореволюционный период. – Спб.: Изд-во РХГИ, 2000.

10

Шуваева К. Старая и новая деревня. Материалы исследования села Ново-Животенное и деревни Маховатки Березовского района Воронежской области за 1901 и 1907, 1926 и 1937 годы. М. Сельхозгиз. 1937. -346с.

11

Тодорский А.И. Год с винтовкой и плугом 1917. М. Сов. Россия.1958.-72с.

12

Большаков А.М.: Современная деревня в цифрах. Экономика и разнообразный быт деревни за революционный период. Ленинград. рабочее изд-во Прибой.1925.11с; «Деревня 1917–1927» М. Работник просвещения.1927.472с; Краеведческое изучение деревни. Ленинград.: Работник просвещения.176с.

13

Алексеев В.И. Монографическое описание деревни Курово Дмитровского уезда. М. 1923.68с.

14

См.: Говоров А.С. Монографии крестьянских хозяйств. Самара 1924; Прикладная социология: методология и методы: учебное пособие / М.К. Горшков, Ф.Э. Шегери.-М.: Альфа-М: ИНФРА-М, 2009. с. 366.

15

См.: Минц Л.Е. Отход крестьянского населения на заработки в СССР. М. 1925.

16

Струмилин С.Г. Бюджет времени русского рабочего и крестьянина в 1922–1923 гг. М.Л. 1924.

17

Киржнер Д., Трубинер Б. Опыт изучения социально-генетического состояния донской деревни. Ростов на Дону.1925.

18

Великий П.П. Российская аграрная социология: этапы, имена, идеи // Социологические исследования. 2008. № 7. С.102.

19

Там же. С. 101.

20

Маркс К, Энгельс Ф. Сочинения т. 23.с. 195.// Сноска по: Чангли И.И. Труд-Издание 3-е. М.6 ЦСП, 2002.С.38.

21

См.: Волков Ю.Е. О выработке современного представления о сущности труда. // Социологические исследования. 2009.№ 3. С. 27–35.

22

См.: Воронов В.В. Трансформация экономического сознания и экономической практики // Дисс. д.с.н. Спб. 2003. с.241.С. 18–19.

23

Чаянов А.В. Что такое аграрный вопрос? // Экономическое наследие А.В.Чаянова. Москва: Издательский дом ТОНЧУ, 2006.С.11–13.

24

Аграрные отношения: теория и историческая практика/ ред. И.Н. Буздалов. М.: Наука. 1993. С. 23.

25

См.: Шанин Т. Формы хозяйства вне системы // Вопросы философии. 1990. № 8. С.11. // Сноска по И.Н. Буздалову. Аграрные отношения: теория и историческая практика/ ред. И.Н. Буздалов. М.: Наука. 1993. С. 23.

26

Аграрные отношения: теория и историческая практика/ ред. И.Н. Буздалов. М.: Наука. 1993. С. 24.

27

Галенски Б. «Семейное сельское хозяйство как профессия» // Великий незнакомец: крестьяне и фермеры в современном мире: Пер. с англ. / сост. Т. Шанина; Под. ред. А.В. Гордона. – М.: Издательская группа «Прогресс» – «Прогресс-Академия», 1992. С. 104

28

Чаянов А.В. Что такое аграрный вопрос // Экономическое наследие А.В. Чаянова. – Москва: Издательский дом ТОНЧУ, 2006.С.24–25.

29

Аграрные отношения: теория и историческая практика/ ред. И.Н. Буздалов. М.: Наука. 1993. С. 21.

30

Чаянов А. В. Организация крестьянского хозяйства//Экономическое наследие А.В. Чаянова. – Москва: Издательский дом ТОНЧУ, 2006. С.298

31

Там же (Чаянов А.В.) С.297.

32

Великий незнакомец: крестьяне и фермеры в современном мире: Пер. с англ. / сост. Т. Шанина; Под. ред. А.В. Гордона. – М.: издательская группа «Прогресс» – «Прогресс-Академия», 1992.-432с.

33

Редфилд. Р. Крестьянское хозяйство как социальный тип //Великий незнакомец: крестьяне и фермеры в современном мире: Пер. с англ. / сост. Т. Шанина; Под. ред. А.В. Гордона. – М.: издательская группа «Прогресс» – «Прогресс-Академия», 1992.С.71.

34

См.: Галенски Б. «Семейное сельское хозяйство как профессия» //Великий незнакомец: крестьяне и фермеры в современном мире: Пер. с англ. / сост. Т. Шанина; Под. ред. А.В. Гордона. – М.: издательская группа «Прогресс» – «Прогресс-Академия», 1992. С.103 – 105

35

Шанин Т. Понятие крестьянства / Великий незнакомец: крестьяне и фермеры в современном мире: Пер. с англ. / сост. Т. Шанина; Под. ред. А.В. Гордона. – М.: издательская группа «Прогресс» – «Прогресс-Академия».1992.С.11.

36

См.: Т. Шанин. С. 14.-15. / Великий незнакомец: крестьяне и фермеры в современном мире: Пер. с англ. / сост. Т. Шанина; Под. ред. А.В. Гордона. – М.: Издательская группа «Прогресс» – «Прогресс-Академия», 1992.С.11.

37

Д. Торнер. Крестьянская экономика как социальная категория. / Великий незнакомец: крестьяне и фермеры в современном мире: Пер. с англ. / сост. Т. Шанина; Под. ред. А.В. Гордона. – М.: Издательская группа «Прогресс» – «Прогресс-Академия», 1992.С. 79-80

38

См.: Чернов В. Крестьянин и рабочий как экономические категории. М. Новое товарищество. 1906.-44с.; Суханов Н. К вопросу об эволюции сельского хозяйства: социальные отношения в крестьянском хозяйстве России. М.: Новая деревня. 1924.-262с.

39

См.: Кудринская Л. А. Добровольческий труд: сущность, функции, специфика// Социологические исследования. 2006. № 5. С. 15–22.

40

См.: Мюрберг И.И. Аграрная сфера и политика трансформаций.// Монография. М.: ИФ РАН. 2006. С. 54–85.

41

См.: Там же. С. 98–103.

42

Староверов В.И. Сельская социология. Москва, РИЦ ИСПИ РАН, 2003.С 94.

43

См.: Экономика труда и социально-трудовые отношения. М.:Изд-во МГУ, Изд-во ЧеРо, 1996. С.46.

44

См.: Михайлов И.В. Социальная модель государства: критерии выбора для России/ / Социальная модель государства: выбор современной России и опыт стран Европы. Аналитический вестник. М. 2006.№ 6 С. 25–26

45

См.: Зазовская Н.М. Социально-трудовые отношения реформируемой России: сущность и стратегия развития// Дисс… канд. социол. наук М.2002.С.24.

46

См.: И.Д. Колмакова Теоретико-методологические основы системного регулирования социально-трудовых отношений региона// Автореф. дисс…докт. эконом. наук. Екатеренбург. 2007. С. 13.

47

Социальное партнерство: Проблемы и перспективы развития. Сборник научных статей / Под общ. ред. проф. Н.А. Волгина. – М.: Изд-во РАГС, 2003. С. 21.

48

См.: Мамутов Е.Г. Социально-трудовые отношения в условиях рынка. – М.:МАКС Пресс, 2008.С.36.

49

Ракитская Г.Я. Социально – трудовые отношения. Общая теория и проблемы становления их демократического регулирования в современной России. – М.: Институт перспектив и проблем страны, 2003. С. 65.

50

См.: Чичканов А.В. Социально-трудовые отношения в современной России// ростов на Дону: Изд-во СКГАС, 2005. С. 7.

51

Социальное партнерство. Краткий словарь – справочник. Ред. Кол.: В.Н.Киселев А.А.Деревянченко, В.Г. Смольников, Н.В. Шатилов // АТ и СО.-М. 2002.

52

Колмакова И.Д. Теоретико-методологические основы системного регулирования социально-трудовых отношений региона //Автореферат Дисс…д. эконом. наук. Екатеринбург. 2007. С. 13.

53

См.: Экономика труда и социально-трудовые отношения. М.-Изд-во МГУ, Изд-во ЧеРо, 1996. С. 47–49.

54

Ромашов А.В. Социология труда и экономическая социология: учебник. – М.: Гардарики, 2007.С.63.

55

Зазовская Н.М. Социально-трудовые отношения реформируемой России: сущность и стратегия развития// Дисс… канд. социол. наук М.2002.С.62.

56

Цит. по: Шевцова Е.М. Социально-трудовые отношения и их регулирование на уровне региона– субъекта РФ. // Дисс… канд. социол. наук. М. 2003.С.35

57

Малащенко В.П. Социально-трудовые отношения на производстве в контексте становления гражданского общества //Дисс. Докт. эконом. наук. М.2005.С.5.

58

Азарова Н.Б. Социально-трудовые отношения как объект социологического анализа // дисс. Д.социол. наук. М 2000.С. 49–50.

59

См.: Башмаков В.И. Профсоюзы как институт регулирования социально-трудовых отношений // Дисс. Д.с.н. Москва. 2001. С.382.

60

Экономика труда (социально-трудовые отношения)/ Под. Ред. Н.А. Волгина, Ю.Г. Одегова. М.,2002.С.34.

61

Тощенко Ж.Т. Социология труда: учебник для студентов вузов / Ж.Т. Тощенко – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2008.-423с.

62

См.: Азарова Н.Б. Социально-трудовые отношения как объект социологического анализа// Дисс…д.с.н. М.2000; Варакса А.М. Социально-трудовые отношения в устойчивом развитии национальной экономики // Автореф. к.э.н. Кемерово 2004. 26с.; Зазовская Н.М. Социально-трудовые отношения реформируемой России: сущность и стратегия развития// Дисс…к.с.н. М.2002.145с; Колмакова И.Д. Теоретико-методологические основы системного регулирования социально-трудовых отношений региона// Автореф.д.э.н. Екатеренбург. 2007. 43с.; Малащенко В.П. Социально-трудовые отношения на производстве в контексте становления гражданского общества// Дисс. д.э.н. М.2005.-337с.; Медведва Т.А. Социально-трудовые отношения: теоретические основы и современная практика регулирования// Дисс.к.э.н… М. 1999. 147с.; Резник И.А. Социально-трудовые отношения в условиях рыночных трансформационных процессов на селе// Автореф.к.э.н. Спб. 2004.20с.; Шевцова Е.М. Социально-трудовые отношения и их регулирование на уровне региона – субъекта РФ // Дисс.к.с.н. М. 2003.168с.; Чичканов А.В. Социальная функция государства и механизм ее реализации: теоретико-социологический аспект. М.: ЗАО «Издательство «Экономика», 2007.-399с

63

Малащенко В.П. Социально-трудовые отношения на производстве в контексте становления гражданского общества //Дисс…Докт. эконом. наук. М.2005.С.5.

64

Шевцова Е.М. Социально-трудовые отношения и их регулирование на уровне региона – уровне субъекта Российской Федерации // Дисс. к.с.н. М. 2004. С. 39.

65

Каз. М. Лакуны в структуре экономического знания и неоклассическая рациональность // Вопросы экономики. 2007.№ 6. С. 48–59

66

Чангли И.И. Труд: социологические аспекты теории и методологии исследования. М. 1973.

67

Платонов О.А. Повышение качества трудовой жизни: опыт США. М. Издательство.: культурно-производственный центр «РАДА», 1992. 188 с.

68

Экономика и социология труда: Учебник / Под. ред. А.Я. Кибанова.-М.: ИНФРА-М, 2003.584с.

69

Общее положение о крестьянах” 19.02.1861

70

См.: Девид Мейси. Земельная реформа и политические перемены: феномен Столыпина.//Вопросы истории. 1993. № 4. С. 3–17.; Ефременко А.В. Агрономический аспект столыпинской земельной реформы.// Вопросы истории-1996. № 11–12.

71

'Столыпин Д. “Учение Канта и применение его в решении вопроса об организации земельной собственности и пользования землей” М.1891. С. 49–60.

72

Карелин А.П., Шацило К.Ф. П.А. Столыпин. Попытка модернизации сельского хозяйства России// Деревня в начале века: революция и реформа/ СБ. ст. отв. ред. Ю.Н. Афанасьев. М.: Российск. гос. гуманит. ун-т, 1995.40с.

73

См.: Хисамутдинов И.А., Байков Р.Н. Агросфера России в XX веке: учебное пособие. Уфа: Изд-во УГНТУ, 2001.С. 11.

74

Сенчакова Л.Т. Крестьянские наказы и приговоры 1905–1907 гг. // Деревня в начале века: революция и реформа/ СБ. ст. отв. ред. Ю.Н. Афанасьев. М.: Российск. гос. гуманит. ун-т, 1995. С. 43–69

75

К 1917 году в армии находилось почти половина трудоспоспособного населения; война поглотила миллионы лошадей, уже к 1916 году убыль скота достигла 1/4 довоенного поголовья; по сельскохозяйственной переписи 1917 года в 35 губерниях Европейской России из 11,9 млн. крестьянских хозяйств 1,7 млн. было беспосевных, 3,3 млн. не имели скота. // Чунтулов Т.В. и др. Экономическая история СССР.-М.:Высш. шк., 1987. С. 135

76

'См.: Кабанов В.В. Пути и бездорожья аграрного развития Росси в ХХ веке. // Вопросы истории. -1993№ 2. С. 34–45

77

Крестьянская война против помещиков 1917 года по своим параметрам уступала войне крестьян против советской власти, особенно на рубеже 1920–1921 годов.

78

С 1924 года у бедняков по налогу изымалось 1,2 % дохода, у середняков – 3,5 %, в хозяйствах кулаков – 5,6 %.

79

Кабанов В.В. Пути и бездорожья аграрного развития Росси в ХХ веке. // Вопросы истории. -1993.№ 2. С. 42.

80

Бакунин А.В., Денисевич М.Н. Развитие личных подсобных хозяйств населения: тенденции и перспективы (30-80-е гг.) Препринт. Свердловск: УрО АН СССР.1990.С.12.

81

К концу 1925 года в стране было примерно 22 тысячи колхозных хозяйств против 16 тысяч в 1921 году.

82

А.В. Бакунин., М.Н. Денисевич. Развитие личных подсобных хозяйств населения: тенденции и перспективы (30-80-е гг.) Препринт. Свердловск. УрО АН СССР, 1990. С.5.

83

Бакиева А.М.История развития государственного управления сельским хозяйством.//От П.А. Столыпина до Б.Н.Ельцина: аграрный вопрос в России и Башкортостане: Материалы научно-практической конференции. Уфа:,1998 С. 64–67.

84

М.И. Козырь Правовые основы аграрной реформы в Российской Федерации. Москва 1994. С. 3–5.

85

Никонов А.А. Спираль многовековой драмы: аграрная наука и политика России (ХVIII-ХХ).М., 1995.С.440

86

В.Г. Еникеев., А.В. Семин., А.Ф. Новоселов и др. Экономика аграрного рынка /Екатеренбург,1993.с.480.; В.Ф. Башмачников., Ю.М. Бородай., И.И. Еремова., С.А. Никольский Пути аграрного возрождения. М. Политиздат 1991.-255с.

87

Клименко Ю.И. Проблемы организации фермерских хозяйств.//Рыночные отношения в АПК России: проблемы перехода и решения. – М.:ВНИЭТУСХ,1991.С.293–295.

88

Добрынин В. О концепции развития сельского хозяйства России//АПК: экономика и управление.-1993.-№ 5.С.32.

89

Аграрная реформа в Российской Федерации: Правовые проблемы и решения. – М 1998, С.6.

90

Государственному регулированию – научную основу.//Экономика сельского хозяйства России 1999, № 1 С. 9–12.

91

Там же.: С.10.

92

Составлено Российский статистический ежегодник. 2002–2009/М. Росстат.

93

Сельское хозяйство в Республике Башкортостан: статистический сборник – Уфа: Башкортостанстат. 2009.

94

См подробнее: Минигулова Д.Б., Салахутдинова Р.Р. Юридические лица: общие положения// Учеб. пособие. Уфа: БАГСУ. 2005.

95

Включая лиц, занятых на индивидуальной основе, а также в домашнем хозяйстве производством продукции сельского, лесного хозяйства, охоты, рыболовства, предназначенной для реализации.

96

Сельское хозяйство в Республике Башкортостан: статистический сборник – Уфа: Башкортостанстат, 2008. – с10.

97

См. Долгушкин Н.К., Новиков В.Г., Староверов В.И. Проблемность современного сельского бытия и пути его оздоровления // Социсс. 2009. № 2. С.89

98

Комплексный сборник Республика Башкортостан в цифрах. В 2 ч. Ч.2/Башкортостанстат. – Уфа, 2009. с. 57–58.

99

В таблице показана среднесписочная численность работников без внешних совместителей и работников несписочного состава.

100

Без внешних совместителей и работников несписочного состава

101

П.И. Симуш. Колхозная экономика и психология коллектива в кн..: «Социологическое изучение села: социальная структура труда, управление». М. 1968. С. 29.

102

См: Чангли И.И. Труд. – Издание 3-е.-М.: ЦСП, 2002. с. 75–83.

103

Составлено по данным сельскохозяйственной переписи

104

Сельское хозяйство в Республике Башкортостан: статистический сборник – Уфа: Башкортостанстат, 2009. С.14.

105

Составлено по: Сельское хозяйство в Республике Башкортостан: статистический сборник – Уфа: Башкортостанстат; Сельскохозяйственная деятельность крестьянских (фермерских) хозяйств и индивидуальных предпринимателей РБ-Уфа: Башкортостанстат.

106

См. Башкортостан на рубеже веков. История и современность: статистический сборник / Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Республике Башкортостан. – Уфа: Китап, 2007. – 256с; Сельское хозяйство в Республике Башкортостан: статистический сборник – Уфа: Башкортостанстат, 2009.

107

Программа «Организационное укрепление республиканской организации Башкортостана общероссийского общественного объединения «Профсоюз работников АПК РФ». Уфа. 2009. С. 14

108

Федеральный закон от 11 июня 2003 года N 74-ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве»

109

По данным Министерства сельского хозяйства Республики Башкортостан

110

См.: Барлыбаев А. А. Сельские индивидуально-семейные хозяйства в институциональной среде постсоветской России // Автореф. дисс…докт. эконом. наук. М. 2006.С.24.; Жеребин В.М., Романов А.Н. Экономика домашних хозяйств. М.1998.С.34–54.; Давлетбаева Л.Р. Развитие экономики личных подсобных хозяйств населения в системе хозяйствующих субъектов АПК. Уфа 2003.С.47.; Емельянов А.А. Взаимодействие форм хозяйств в аграрной экономике // Вопр. экономики. 2003. № 11. С. 120–132.; Старченко В.М. Специфика производственных отношений в личных подсобных хозяйствах// Экономические основы, возможности и направления развития личного подсобного хозяйства: материалы всероссийской научно-практической конференции. М.2004.С.137.; Копач К. В. концептуальные основы, направления и механизмы развития личного подсобного хозяйства//Экономические основы, возможности и направления развития личного подсобного хозяйства: материалы всероссийской научнопрактической конференции. М.2004.С.85.; Тарасов Н., Скальная М., Кудашева А. Экономические основы классификации малых форм хозяйствования.// АПК: экономика и управление.2007. № 10. С. 48–49.

111

ч. 1 ст.2 ФЗ «О личном подсобном хозяйстве»

112

См.: Тимофеев Л. Теневая экономика и налоговые потери в сельском хозяйстве.// Вопросы экономики. 2001. № 2. С. 125.

113

Результаты социологического опроса работников занятых в сельском хозяйстве Республики Башкортостан. (2008 г. N– 435 респондентов).

114

См.: Тимофеев Л. Там же. С. 140.

115

Великий П. П. Социологические аспекты хозяйственных форм на селе развития крупных и малых предприятий http://liber.rsuh.ru/Conf/Predprinimatelstvo/velikiy.htm

116

Шик О. Основные тенденции в развитии агропродовольственного комплекса России // Российская экономика в 2007 году. Тенденции и перспективы. (Выпуск 29) – М.: ИЭПП, 2007.С.365.

117

Государственный (национальный) доклад о состоянии и использовании земель в Республике Башкортостан в 2007 году С. 44.

118

См.: Нестандартная занятость в российской экономике./ под. ред. В.Е. Гимпельсона, Р.И. Капелюшникова. —М. Изд. дом ГУ ВШЭ, 2006.– 231с.

119

Социально-трудовая сфера Республики Башкортостан: сборник информационно-статистических материалов/ Министерство труда и социальной защиты населения РБ, Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по РБ. Уфа.2008– 10с.

120

Республика Башкортостан. Статистический Ежегодник// Государственный комитет РБ по статистике. Уфа. 1996. С. 62–63.

121

Результаты социологического опроса работников занятых в сельском хозяйстве Республики Башкортостан. (2008 г. N– 435 респондентов)

122

Рассчитано по региону для трудоспособного населения

123

См.: Результаты анкетного обследования ЛПХ в 5 районах Республики Башкортостан. (2005 г. N– 348 респондентов)

124

Здоровье населения: Атлас// Под. ред. Л.А.Бакерия. М.: НЦССХ им. А.Н. Бакурева РАМН.2008.С.18.

125

комплексный сборник Республика Башкортостан в цифрах. В 2 ч. Ч. 1 /Башкортостанстат. – Уфа, 2009.С.33.

126

Концепция долгосрочной демографической политики Республики Башкортостан на период до 2015 года. Уфа, 2002. С. 16.

127

С 2004 года статистический учет ведется по видам экономической деятельности, сельское хозяйство объединено с лесным хозяйством и охотой, транспорт включает в связь, промышленность отдельно не выделяется

128

Социология труда: Учебник/ под. ред. Н.И. Дряхлова, А.И. Кравченко, В.В. Щербины.-М.: Изд-во Моск. Ун-та, 1993.С. 40–41.

129

Агропромышленный комплекс РБ: Статистический сборник/ Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по РБ. Уфа, 2008.

130

Труд и занятость в РБ: статистический сборник / Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по РБ. Уфа.2008 г.121с.

131

Республика Башкортостан. Статистический Ежегодник// Государственный комитет РБ по статистике. Уфа. 1996. с. 62–63

132

Доклад федеральной службы по труду и занятости «О результатах работы в 2008 году по осуществлению государственного надзора и контроля за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права». Москва. 2009. с. 91–94.

133

Данные приведены по крупным и средним предприятиям

134

Оборудование общественного (без индивидуального) жилищного фонда.

135

В апреле 2007 г.– 3342 рубля, в апреле 2009 г.– 4544 рубля.

136

Социально-трудовая сфера Республики Башкортостан: сборник информационно-статистических материалов/ Министерство труда и социальной защиты населения РБ, Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по РБ. Уфа.2008.

Content

Риля Салахутдинова
Социально-трудовые отношения в аграрной сфере: теория и практика: монография

Введение

Глава 1 Теоретико-методологические основы исследования социально-трудовых отношении в аграрной сфере

1.1. Методологические подходы к исследованию социально-трудовых отношений аграрной сферы

1.2. Социально-трудовые отношения в аграрной сфере: понятие, виды, субъектный состав

1.3. Качество трудовой жизни работников сельского хозяйства как показатель развитости социально-трудовых отношений

Глава 2 Социально-экономические преобразования России как основа изменения социально-трудовых отношении в аграрной сфере

2.1. Преобразования в аграрной сфере: предпосылки, сущность, особенности

2.2. Итоги аграрных преобразований современной России и их влияние на социально-трудовые отношения

Глава 3 Социально-трудовые отношения в аграрной сфере: состояние, направления совершенствования

3.1. Изменение характера социально-трудовых отношений в хозяйствах предпринимательского типа

3.1.1. Предприятия в системе социально-трудовых отношений

3.1.2. Социально-трудовые отношений в крестьянских фермерских хозяйствах

3.2. Место личных подсобных хозяйств в системе социально-трудовых отношений аграрной сферы

3.3. Качество трудовой жизни работников аграрной сферы: состояние, направления совершенствования

3.3.1. Условия труда работников аграрной сферы

3.3.2. Организация труда

3.3.3. Оплата труда работников аграрной сферы

3.3.4. Содержательность труда работников аграрной сферы

3.3.5. Социально-правовая защищенность работников сельского хозяйства

Заключение

Литература

Приложения

Приложение 1

Приложение 2

Приложение 3

Приложение 4

Приложение 5

Приложение 6

Приложение 7

Приложение 8

Приложение 9

Приложение 10

Приложение 11

Приложение 12

Приложение 13

Приложение 14

Приложение 15

Примечания