Микасова Екатерина Александровна

Параллельные прямые

Параллельные прямые

Параллельные прямые

Эту книжку я посвящаю всем мечтателям и путешественникам, всем тем, кто уже обрел свое место и счастье в жизни, и тем, кто его еще ищет, а также 2016 году – году английского и русского языка и литературы, всем тем, кто изучает русский или английский язык или русскую или английскую культуру, а лучше все месте и сразу. А также одному из своих любимых британских актеров, творчество и игра которого подсказали мне этот сюжет.

Хочу сказать спасибо моему любимому мужу Вадиму и моему любимому брату Роберту, за то, что поддерживали и направляли мое творчество в нужное русло во время создания этой книжки.

Жизнь проходит, пока Вы строите

свои планы. Живите здесь и сейчас!

ГЛАВА 1

ЛИЗА

3 августа 2015 года.

Вчера мне исполнилось 24. Я сижу в своей одинокой квартире. Она находится в десятиминутной доступности от метро Царицыно, на улице Завидной в доме номер 17 на восьмом этаже. Она очень уютная и … моя самая любимая. Я обожаю в ней каждый уголок. Мое самое любимое место в ней – это кухня. С недавних пор, мне нравиться готовить, я снимаю здесь свой стресс. Соответственно, и обставила я кухню по своему вкусу. Цвет кухни – нежно бежевый, с отдельными яркими элементами, такими как овцы, пьющие чай на кухонной плитке, ярко зеленый кухонный гарнитур, цвет которого дополняют повсюду расставленные комнатные растения и связанный мною собственноручно коричнево зеленый ковер. Гостиная выполнена в скандинавском стиле, обставлена по-простому: только диван, ковер, телевизор, журнальный столик и комнатные пальмы. Ну а спальня, такая же, как у всех, спокойная, голубая расслабляющая, с большой кроватью. В общем – она отлично подходит для сна. Вот такая она – моя милая и уютная квартирка. А точнее наша.

У меня есть муж – Артем. Он у меня спасатель. И сегодня, собственно, как и обычно, он спасает очередную жизнь. Две недели назад у нас была свадьба. И все хорошо вроде должно быть, но чувство депрессии никак не покидает меня. За пару недель до свадьбы меня сократили с работы, и вот уже который день я просто сижу и бью баклуши. Ненавижу ничего не делать! Ох, уж этот кризис. И работы нормальной нет – требуются лишь продавцы, да кассиры в магазине Пятерочка. Ну, уж нет, что же зря я училась пять лет на инженера-логиста в авиационном вузе?!

Звонит телефон. Беру трубку:

– Алло?!

– Лиза, привет! Как дела? – Слышу в телефоне вечно позитивный голос своей обожаемой подруги.

– Привет, Марго! – Отвечаю незамедлительно. Ведь я и вправду очень рада ее слышать.

– Ты всё еще в депрессии? – Такое чувство, что она умеет читать мои мысли на расстоянии. Поэтому, не скрывая своих эмоций, отвечаю ей довольно кратко и лаконично: «Типа того».

Марго немного эгоистично, в своей манере общения, продолжает:

– Короче, я рассталась с этим тупым придурком, так что завтра я абсолютно свободна, и твой все равно опять какого-то спасает… Кстати, где он сейчас??? Наводнение, пожар, или снова какой-нибудь танкер в Арктике сел на мель? Да в прочем неважно, хватит хандрить. Жду тебя завтра к себе в гости на пьяную вечеринку. Ты приедешь? Хотя нет. Не так. Даже не думай увиливать, иначе я с вечеринкой приеду к тебе.

– Марго, ты как обычно, в своем репертуаре. Звучит все это довольно угрожающе! И кстати, Тема в Сочи, говорят там жуткое наводнение в этом году.

– Желаю слышать ответ на другой вопрос! – Какая же она все-таки настойчивая и неугомонная.

– Ну ладно, так и быть, ты права, надо немного развеяться. Во сколько мне приехать? Это ты ожидала услышать?

– Ага! – Довольно потягивает слово она. – Как на счет двух-трех часов? Хотелось бы немного поспать с ночной смены.

– Окей, договорились! Пока, подружка!

– До завтра, сучка! – завершает наш разговор Марго.

Кладу трубку, и ухмыляюсь. Марго, как всегда, в своем репертуаре, со своими фирменными словечками. С ней мы познакомились в университете. С тех пор прямо не разлей вода. Она высокая, яркая, блондинистая, пышногрудая, гулящая красотка с жестким, настойчивым и даже слегка жестоким характером. Она никогда не сдает позиции, на любом из фронтов ее жизни. Марго является тем редким экземпляром, обладающей прекрасной природной фигурой: длинные изящные вечно загорелые ножки, округлая попка, как два сочных яблока, осиная талия, роскошный бюст, который она всегда может выгодно подчеркнуть, и нежные, как попка младенца, наманикюренные руки.

Её лицо – это аккуратно очерченный овал, с легким румянцем на щеках. А её слегка припухлым губам, всегда подходят сочные и яркие цвета помады, что их особенно подчеркивает. Она считает, что ее губы обладают особой выразительностью, шармом и обаянием, чего, наверное, нельзя сказать о ее глазах и бровях. Глаза Марго не так выразительны, цвет глаз мне до конца, если честно так и не понятен. Он очень размыт: что-то между грязным серым, голубым и зеленым, а брови – от природы светлые и совсем негустые. Марго, конечно, всегда слега их подкрашивает, и все же, оставляет особый акцент на ее нижней части лица, а именно аккуратном миниатюрном носике – картошке, ярких губах и маленьком, четко очерченном подбородке с ямкой посередине. И невозможно умолчать о ее прекрасных светлых, струящихся локонах, обрамляющих ее восхитительное лицо. Что же касается одежды, то она всегда обладала своим особенным и неповторимым стилем, выделяющим ее из толпы.

Можно сказать, Марго – идеал для любого мужчины. Она в меру умна, обожает путешествия, умеет развлечь себя и окружающих, может поддержать практически любую тему для беседы, да к тому же еще и так красива.

Все ищет своего идеала. Но пока, на ее пути попадались либо тупые качки, с бицепсами, как дрожжевое тесто, постоявшее в теплом месте, как ее последний, с которым она рассталась. Либо умные, но настолько застенчивые и робкие, что Марго их проглатывала своим неугомонным и сильным характером, как кровожадная акула, пожирающая свою невинную жертву.

Марго – всегда лидер! Она была им и в университете и продолжает сейчас им быть на работе. Ей нет равных! Она всех затмевает своими красивыми высокопарными речами не всегда, конечно разумными, но зато очень убедительными, поэтому не удивлюсь, если узнаю, что вскоре она займет какой-нибудь приличный пост в ее любимом аэропорту, где Марго работает диспетчером по регистрации и посадке пассажиров. Я люблю называть ее просто Марго, хотя полное ее имя Маргарита, что с латинского означает «жемчужина» – жемчужина женской красоты. Что, в принципе, ей очень подходит.

Все что касается меня, то я обычная простодушная девчонка. И, что до внешних данных, то я не так одарена, как Марго. Для того чтобы поддерживать себя в форме, мне приходится ограничивать себя в еде и заниматься спортом. Правда, в последнее время я себя слегка подзапустила. А так мне нравиться йога, плавание и бег. Если говорить про ограничения в еде, то так как я не могу себя ограничивать в каких-то определенных продуктах, особенно в колбасе и конфетах, я приняла себе за правило, не есть после шести. И оно отлично действовало, пока ко мне в гости не пришла депрессия. Всё, что связано с моим внешним видом, то, наверное, я полный антипод моей горячо любимой подруги, хотя все же признаюсь, иногда она заставляет одевать меня платья и каблуки. Если Марго природная блондинка, то я абсолютная брюнетка, и самое выразительное в моем лице – это, конечно же, глаза. Думаю – это единственное, что я обожаю в себе. Спасибо папе и маме за эти роскошные, густые и длинные ресницы и насыщенный темно-коричневый цвет глаз. Мои знакомые даже не всегда замечают, что я их накрасила, так как они и так обладают прирожденной выразительностью.

В детстве я имела большие планы на жизнь. Как, наверное, большинство девочек моего возраста, мечтала мелькать на всех каналах, и наслаждаться преданностью своих поклонников и фанатов. Но, увы, судьба распорядилась иначе, и благополучно завалив экзамен по английскому языку, я проявила все свои знания в области технических наук, благодаря которым и поступила в Московский Государственный Технический Университет Гражданской Авиации.

В один из наших загульных вечеров с моей обожаемой Марго, я встретила своего будущего мужа Артема. Кто бы мог подумать, что я найду себе мужа в клубе! Вот вам и стереотипы всякие… Шесть бокалов мартини с моей стороны, 3 стопки водки и пару бокалов пива с его стороны… Тадам… А у нас официально оформленная семья! Странный, конечно, способ найти свою любовь. Такое поведение и способ знакомства не свойственен ни мне, ни ему. И все-таки мы вместе. Артем настолько спокойный, невозмутимый и размеренный во всех своих словах и действиях человек, что постепенно, все эти качества привились и ко мне. Мое альтер эго, со всеми его амбициями и через чур яркими эмоциями, было потушено где-то в глубине души, наверное навсегда. Артем никогда не был романтиком, походу на романтический ужин в ресторан, он всегда предпочитал сытный ужин приготовленный любимыми руками его будущей жены. Наверное, благодаря этому я и приобрела свои кулинарные навыки. Еще одно из домашних увлечений, приносящих мне капельку радости в данных обстоятельствах – это комнатные растения. Они у меня повсюду. Обожаю, когда в комнате много свежего воздуха и красивых цветов. Они расставлены у меня в квартире по такому принципу: в одной комнате мне перешли растения в наследство от мамы. Вспоминаю о маме, и сразу хочется плакать. Они погибли с папой в автокатастрофе, когда я училась на четвертом курсе. Поэтому эти цветы мне особенно дороги. В другой комнате стоят цветы выращенные собственно ручно из листочков или семян, так сказать с нуля, ну а на кухне расположились те самые цветы, которые были приобретены мной уже выращенными в цветочных магазинах.

Опять звонит телефон:

– Привет, любимая! – это он, мой муж.

– Привет, Тём. Когда ты вернешься? Я скучаю! – Как же хочется его увидеть и просто обнять.

– Знаю, родная. Я тоже очень, очень сильно соскучился, но вода всё прибывает. Нам нужно эвакуировать людей, они не могут жить на крышах своих домов без еды и воды. Думаю, мне придется задержаться здесь подольше.

Я раздражена. И хотя я уже привыкла к его вечным командировкам, каждый день без него дается слишком трудно, особенно, когда круглосуточно сидишь дома и ничего не делаешь, и поэтому, расстроившись, спрашиваю:

– На много дольше? Со дня нашей свадьбы я видела тебя всего три дня! Разве они не понимают, что у тебя есть личная жизнь и молодая жена?

– Лиз, ты же знаешь, я не в силах управлять природой. – По голосу слышу, что он тоже расстроен. И поэтому смягчаюсь:

– Да, конечно, ты прав. Работа – есть работа, и от нее никуда не деться.

– Я знал, что ты поймешь меня. Спасибо! Люблю тебя! – Вот это уже звучит более воодушевленно. И воспользовавшись минуткой говорю:

– И я тебя! А кстати, завтра я еду к Марго!

– Она что, опять будет тебя спаивать? – Артем не доволен. Он считает, что Марго приучает меня к неправильному образу жизни – вечные тусовки, алкоголь, неизвестные мужики. Но только этот дурачок не понимает – что они меня не интересуют.

– Милый – она моя лучшая подруга и она только что рассталась со своим парнем. Ей нужна моя поддержка.

– Хорошо. Будь осторожна! Я буду переживать. Пока. – И все-таки терпит ее, потому что она моя единственная подруга, и благодаря ей мы и познакомились. Ведь это она тогда затащила меня на ту вечеринку.

– Да, буду, пока.

Смотрю на часы. Уже поздно. Пора спать.

4 августа 2015 года.

Передо мной дверь с номером 21. Это квартира Марго. Как-то подозрительно тихо. Ведь обычно, когда Марго говорит пьяная вечеринка, значит, жди толпы левых, незнакомых людей, танцев до упаду и больную голову на следующее утро. Звоню. Открывается дверь и моя челюсть отвисает до пола.

– На тебе пижама!!! – говорю я с очевидным изумлением!

– Да, я же сказала, что у нас вечеринка. – Непонимающее отвечает мне Марго.

– Да, но ты сказала, пьяная вечеринка, а это подразумевает… – не дав договорить, она прерывает меня.

– А что разве две лучшие подруги не могут вместе весело провести время?

– Ты меня удивила!

– Да, я такая! – подтрунила меня Марго.

Не желая сдаваться в нашем диалоге, отвечаю:

– Да уж, а пижамка то все равно секси, как будто под диваном у тебя припрятано пара красавчиков! – и с довольной улыбкой, что проведу сегодня приятный, в кои-то веки, вечер, захожу внутрь.

В квартире пахнет теплом, уютом, рождественским печеньем и Марго. К каждому моему приезду она готовит всякие вкусняхи – и сегодня это печенье. Странновато, конечно, до Нового Года еще почти пол года, но Марго всегда так непредсказуема в своих поступках и действиях, что я этому совсем не удивлена. Представляю ее лицо, когда она увидит, что я привезла под ее кулинарные сладости. Я раздеваюсь и прохожу в комнату.

Хоть комната и проста в обстановке, в ней всегда чувствуются женские руки. Комната имеет прямоугольную форму. Стены поклеены светло-бежевыми обоями, на которых повсюду висят различные фотографии: с наших гулянок, ее путешествий, родителей, различных постеров. У самой длинной стены стоит антиквариатный сервант и шкаф для одежды. В центре серванта находится телевизор, а на полке рядом с ним расставлена дорогая для Марго коллекция моделей самолетов. Чего там только нет и Боинг В737 авиакомпании S7, и superjet Аэрофлота SSJ-100, и Аэробус А320 Airfrance, а теперь в ней появился редкий и очень ценный для всех авиа любителей экземпляр двухпалубного Аэробуса А380 авиакомпании Lufthansa. Мда.. коллекция, что надо, теперь тут не хватает только Дримлайнера – Боинга «мечты» В787. Перпендикулярно стене со шкафами, стоит ее кровать, над которой висит стиральная карта мира, с отмеченными местами, где она уже была. А побывала Марго в очень многих странах. Напротив серванта расположился гостиный диван, на котором, собственно говоря, я и уселась. А возле окна стоит письменный стол, на котором как всегда царит творческий хаос, сквозь который виден ее рабочий ноутбук. На нем играет незнакомый мне фильм.

Закрыв в коридоре входную дверь, Марго подходит ко мне и выхватывает мой рюкзак:

– так, давай-ка посмотрим, что ты нам сегодня принесла. – Она знает, что я никогда не прихожу к ней в гости с пустыми руками. У нас это давняя студенческая традиция «С нее еда, с меня вода» продолжается и по сей день.

Она открывает рюкзак и её подкрашенный брови подлетают почти к началу роста волос, создавая при этом на ее невысоком лбу небольшую морщинку.

– Походу у твоего рассудка и вправду хандра вытесняет все положительные эмоции. – Говорит Марго это таким удивленным видом, доставая из рюкзака бутылку водки и двухлитровый апельсиновый сок.

– А ты не могла сказать это еще мудренее? – выговариваю я с явным недовольством. Мне ведь хочется позитивной терапии, а не поучений взрослой мамаши.

– Прости, я ожидала увидеть здесь что угодно, но только не водку. Ты и водка, ну, если честно, совсем несовместимые вещи. Что забыла, как ты пыталась перепить Виту на Новый Год на четвертом курсе водкой? И как я потом откачивала тебя пол ночи?

Мда… А тот Новый год и вправду был ужасен. Артема забрали в армию прямо накануне праздников. Настроение было на нуле. Отмечать ничего не хотелось. И черт меня дернул с этой Витой в лесенку сыграть. Она же в 3 раза шире меня, да ее и 100 градусной самогонкой то, наверное, не свалить, а я в лесенку с ней играть стала. На каждой ступеньке расставляется по стопке с каким-нибудь крепким алкоголем (в ту новогоднюю ночь, вроде бы, тоже была водка), и кто быстрее доберётся до верха. Кажется, я отключилась где-то посередине. Пожалуйста, никогда не повторяйте это сами – самочувствие на утро, как будто тебя трактор переехал раз пять. Все, все не хочу это больше вспоминать и добавлять к своему говнистому настроению, еще одну частичку негативных эмоций. И, кстати, мне уже порядком поднадоели все замечания моей обожаемой подруги, поэтому решаю её резко обрезать.

– Так, Марго! Предлагаю два варианта сегодняшнего развития события:

первый, мы с тобой напиваемся в стельку, сопровождая наши посиделки дружескими беседами, либо я забираю бутылку и еду домой!

– И чтобы ты начала бухать одна дома, как настоящий алкаш? Ну, уж нет! Доставай стаканы.

Люблю Марго. Она всегда умела принимать любые вызовы. Я достаю два стакана, и Марго разводит нам в них отвертку.

Во время наших посиделок я изливаю ей всю свою душу. Открываю все самые глубинные тайны и тревоги. Мне просто необходимо было это сделать, ведь кому, как не ей. Выслушав все мое нытьё, немного посидев и подумав, вдруг она неожиданно заявляет:

– Я знаю, что тебе нужно!

Я изумленно смотрю на нее.

Марго подходит к своему журнальному столику, берет ручку, лист бумаги и идет ко мне.

– Пиши!

– Что писать? – непонимающе смотрю на нее.

– Что я хочу сделать до 30!

– Ты серьезно?

– Абсолютно!

Видимо отвязаться от нее у меня не получится, и, взяв листок и ручку, отвечаю:

– Хорошо, я попробую.

Так, чего же я хочу? Ну, конечно же, сдать на права, купить машину, родить ребенка. А что собственно мне еще надо от жизни? Муж – есть, жить, вроде тоже есть где.

– Я все, – говорю и протягиваю листок Марго.

Она берет листок и через доли секунды начинает речь.

– Так я и знала! Лиза, ты молодая, красивая девчонка, а судя из твоих желаний, ты загоняешь себя под рамки классической советской семьи, где жена должна сидеть дома, готовить, убираться и воспитывать детей.

Меня слегка поражает ее тирада, я всегда знала, что Марго способна на всякие немыслимые подвиги, в стиле прогулки по крышам, полете на парашюте, наколоть себе татушку на спор. Она всегда жила яркой жизнью. Но только не я.

– Во-первых, я никогда не считала себя красавицей. Я обычная заурядная девчонка, и не стремлюсь к чему-то сверхъестественному, ты же знаешь мне совсем мало надо, – начинаю оправдываться я.

– Да, но, тем не менее, ты замужем, а я нет!

– Марго, ты же знаешь, что мой муж любит меня за характер, и за доброту и терпение, которые я могу подарить ему, но уж никак не за красоту и какие-то там выдающиеся способности.

– Лиза, ни один здравый мужик в настоящее время не будет жить с уродиной, и я тебе это докажу! Да, конечно, тебе бы не мешало сменить прическу, или твой спортивный прикид на роскошное черное платьице, но это ерунда! Тебе просто необходимо поднять свою самооценку! Только это поможет тебе прогнать ТВОЮ ДОЛБАННУЮ ДЕПРЕССИЮ! – Говорит Марго с таким пылом и жаром.

Но мне от этого становится немного смешно, она забавляет меня своими речами, и недолго думая отвечаю на ее словоизлияния, первым, что мне приходит в голову.

– Марго, это похоже на вызов!

– Так ты принимаешь его, Лиза? – без капли юмора спрашивает она меня.

Марго застала меня врасплох. Я то думала – она просто пытается меня поддержать, сказать слова, которая обязана говорить близкая подруга в сложной ситуации, но оказалось все не так просто. Интересно, что она там такое придумала. С тех пор как я стала жить с Темой, обычно я пасовала в таких ситуациях. Но не знаю, что случилось, то ли алкоголь, то ли моя затянувшаяся депрессия сделали свое дело, и неожиданно для себя я выпалила: «ДА».

Марго заулыбалась, похоже, она довольна собой и своим поступком, но мне пока что не все понятно.

– И что же я должна сделать?

– Услышать это от кого-то очень красивого и сексуального! Или познакомиться для начала с кем-то очень красивым и сексуальным!

– Что? Ты сошла с ума? – о чем это она?

– Да, нам нужна медийная личность! – не унимается Марго.

– Ты предлагаешь мне сходить на чей-нибудь концерт, к примеру, Ромы Зверя, и крикнуть из зала, Рома скажи, что я красивая, или пойдем на свидание?! – мне становиться смешно. Вся эта болтовня расслабляет меня, и я позволяю себе похохотать от души.

– Нет! – пробурчала Марго сердито, и не давая вставить мне лишнего слова, продолжила с легкой хитростью в голосе – нам нужен, какой-нибудь голливудский сексуальный сердцеед.

– Ты шутишь? – я не воспринимаю ее слова в серьез, делаю глоток и отворачиваюсь.

Мои глаза жадно впиваются в ноутбук. Там все еще идет тот фильм, который у Марго был включен, когда я к ней пришла. Пялюсь в экран компьютера. «Мне нужно срочно сменить тему беседы» – промчалось в моей голове.

– Что за фильм? – Вылетает из моего рта.

– Это фэнтези – «Искусственные миры». – Незамедлительно отвечает Марго.

В этот момент на экране очень симпатичный, мускулистый, судя по всему, главный герой фильма, снимает футболку и показывает его партнерше по фильму свое тату во всю спину. Вот это да! Аж, дух захватывает! Кажется, этот актер способен заставить меня полюбить фантастику. Марго также смотрит на экран, кажется, она заметила мою реакцию.

– Вот это красавчик! Разве не так, Лиза? – начинает она, – Посмотри в эти бездонные карие глаза, спортивное подтянутое тело и потрясающе нежная улыбка. – Думаю Марго мне уже не остановить. Черт, а я ведь хотела сменить тему беседы, а сама лишь подлила масла в огонь.

– Походу мы нашли, то, что нам нужно, а точнее того, кто нам нужен! – подтверждает мои мысли она.

– Ты серьезно? Во-первых, я даже не знаю, как его зовут. А, во-вторых, где он там живет: в Америке, Австралии? Да мне даже никогда не добраться до туда. Не говори ерунды. – В моей голове яркими красными буквами замигало слово «ПАНИКА».

– Я думала, что ты уже согласилась на мой вызов! Не знала, что ты так легко отступаешь от своих слов! – с легкой обидой в голосе продолжает Марго.

А она умеет ловко надавить на человека. Думаю, из нее бы мог получиться отличный журналист, или переговорщик. Черт возьми, да ладно, расслабься Лиза, это же всего лишь шутка, девчачий треп, и поэтому я решаю подыграть ей.

– Хорошо, хорошо. И как ты предлагаешь это сделать?

Марго смотрит на меня победной улыбкой и говорит:

– Давай свой лист желаний.

Я отдаю.

– И так посмотрим, чего же нам не хватает. Лиза вроде бы я помню, что еще со студенческих лет ты мечтала написать книгу. Разве не так?

– Да, но какая тут связь? Не понимаю. – Что она хочет? Я впадаю в ступор. Стоп, она, что же, хочет, чтобы я написала книгу о нем? Об этом, наверняка, бездушном и смазливом голливудском личике?

И тут Марго прерывает мои мысли:

– Ну, Лиза не тупи! Ты напишешь книгу о нем! Её опубликуют, и так ты с ним сможешь познакомиться! Поверь, твоя самооценка взлетит до небес.

Я больше не в силах сдерживаться и меня сотрясает безудержный смех. Я валяюсь на диване с закрытыми глазами и просто смеюсь. Я хохочу от всей души до слез. Этот смех как будто пробуждает меня. Он пробуждает меня к новой жизни. Смех избавляет от всего, что так давило на меня: от одиночества, самоунижения, тоски. Смех лечит меня от депрессии. Я понимаю, что все, что говорит Марго настолько нереально, но сама ситуация и все ее слова заставляют посмотреть на мою жизнь по-другому. Я понимаю всю однобокость своих взглядов на замужнюю жизнь, открываю глаза и неожиданно для себя говорю:

– Но я ведь даже не знаю, как его зовут!

Марго смотрит на меня с победной улыбкой.

– Сейчас мы это и узнаем.

Она быстро сворачивает фильм и набирает в гугле: актеры фильма «Искусственные миры». Нам выходит страничка с фотками актеров.

– А вот и он, наш прекрасный Эдриан Олбрайт! – сообщает Марго, при этом выговаривая его имя медленно и четко, как будто она снимается в рекламе и говорит слова: «Баунти – райское наслаждение».

Мы переглянулись, и снова засмеялись. Ух, давно я так много не смеялась от души. Но процесс стал настолько интересным и увлекательным, что фантазии Марго, а может быть и отвертка, затянули и меня. Я выхватила лист с желаниями и меня понесло:

– значит так, отныне Эдриан Олбрайт, хочешь ты этого или не хочешь, но ты станешь моим любимым актером! Я напишу о тебе книгу. Я хочу, чтобы книга стала популярна, ее перевели на несколько языков и она дошла до твоих мускулистых рук. Я хочу, чтобы по книге сняли фильм, где я и ты сыграем главных героев! И я наконец-то смогу познакомиться с тобой и поднять свою самооценку до небес! Ну как тебе Марго? – говорю я ей все это, сопровождая смехом.

– Очень хорошо! Только есть несколько НО.

– Я плохо знаю английский и не умею играть на людях. – Да актриса из меня, чего скрывать, никудышная.

– Тогда, тебе не кажется, Лиз, что нам надо чуть-чуть пополнить список твоих желаний?

– Да, ты права. Пожалуй, я добавлю записаться на курсы актерского мастерства для взрослых, выучить английский…

– Ага, и добавь еще занятия йогой, – подшучивает Марго.

– Зачем? – с плохо скрываемым удивлением спрашиваю ее я.

– Толстовата стала, и нервишки шалят у тебя в последнее время!

Ох, уж эта Марго. Засранка. Никогда не упустит возможность пошутить надо мной. Но она права, мне и вправду не мешало бы прийти в форму. Но тут на меня опять накатывает минутка грусти.

– Марго, это все, конечно, отлично. Но где мне взять столько денег на все эти развлечения?

– Может пора уже и поработать? Подруга, не засиделась ли ты дома?

– Ты права, но где же ее взять? В стране сейчас кризис.

Марго никогда не умела сдаваться, она всегда добивалась того, чего хочет, и без доли юмора сказала: «Кто хочет, тот всегда найдет»!

5 августа 2015 года.

Открываю глаза. На часах уже 2. Черт я проспала пол дня. Поднимаюсь, сажусь на край кровати и ловлю страшный вертолет. Это дает о себе знать вчерашняя отвертка. Рядом с кроватью замечаю сумку. Из нее торчит листок. Достаю его и начинаю читать.

Список того, что я хочу сделать до 30 лет!

Получить права

купить машину

родить ребенка

написать книгу

сняться в фильме

записаться на курсы актерского мастерства

выучить английский

заниматься йогой.

От прочитанного мне становится веселее. Я вспоминаю вчерашний вечер. Эх, было здорово! Марго вдохновила меня. И хоть практически все, что написано на листе желаний полная чушь, она, моя самая любимая и близкая подруга, раскрыла меня, расширила мои рамки видения жизни, помогла понять чего я хочу. Черт, а я ведь всегда хотела играть на сцене в университете, но мне никогда не хватало смелости. И когда мы ездили отдыхать заграницу, мне всегда не хватало знаний английского языка – спасибо брат всегда был рядом! Да, пожалуй, Марго права, мне нужно найти работу, но для начала мне нужно привести себя в порядок.

Я встаю с кровати и плетусь в душ. По дороге заворачиваю на кухню и ставлю чайник. Ничего не взбодрит меня сейчас лучше, чем кружка хорошего крепкого чая. Пока кипятится чайник, принимаю душ и сажусь за компьютер с чашкой чая в руках. Так с чего бы начать? Открываю гугл. На столе завибрировал телефон. Это Марго. Беру трубку.

– Ты как, жива? – голос Марго весел и непринуждён. Как будто она и не пила вчера вовсе.

– Я только из душа, – отвечаю я без особого энтузиазма.

– О, Боже! Ты серьезно? Так поздно просыпаются только толстые никому неинтересные домохозяйки, которые по ночам только и занимаются просмотрами любимых сериалов, пока их мужья под предлогом командировок или я сегодня поеду к другу, трахают малолетних студенток.

– Марго, может, хватит уже? – я начинаю злиться. Только вот непонятно на кого. На нее – за то, что она сказала правду, или на себя – за то, что я действительно начинаю превращаться в такого персонажа.

– Ладно, – успокаивается Марго. – Чем планируешь заняться?

– Открыла гугл. Как думаешь с чего начать?

– HeadHunter! Думаю, это то, что тебе сейчас нужно.

– Спасибо, Марго!

– Всегда, пожалуйста! Пока.

– Пока, – улыбаюсь и кладу трубку.

Не задумываясь, захожу на этот сайт. Создаю резюме. И начинаю рассылать его всем подряд: Диспетчер на регистрации, Представитель авиакомпании, Специалист ПДО, Логист в авиакомпанию. За целый вечер я написала, наверное, в 30-40 мест. Ну вот, я спокойна. Теперь осталось только ждать звонков с приглашениями на собеседования. Поднимаю голову на часы. 10 вечера. Ничего себе, как быстро пролетело время. Уже и спать пора. Но спать, как-то, не хочется. Ну, это и не удивительно. Я же проспала до обеда. Так чем бы себя занять? Думаю, что лучший вариант – посмотреть фильм. На глаза попадается вчерашний список желаний. И я решаю остановить свой выбор на «Искусственные миры». Интересно все-таки о ком же мы вчера трепались с моей подругой целый вечер.

Фильм настолько захватил мое сознание, что после его окончания я на автомате ставлю на просмотр вторую часть. Боже, давно я не встречала таких актеров. Но больше всего из них мне, конечно же, понравился Эдриан Олбрайт. Сейчас меня нисколько бы не насмешила та интонация, с которой Марго вчера называла его имя. Меня настолько привлекла его игра, что сама того не замечая, после просмотра я набираю в гугле его имя и начинаю собирать по крупицам всю информацию о нем.

Первое, что попадается на глаза – Википедия.

«Эдриан Олбрайт родился 16 декабря 1985 года, Ливерпуль, Англия – британский актёр кино и телевидения. Младший из пяти детей. Окончил Высшую школу экономики в Лондон, получив степень по философии». – Так – так, а он еще и образованный. Редкость в наше время для голливудской звезды. Читаю дальше. Дальше его фильмография, а вот, кстати, и интересные факты.

«Эдриан – младший из пяти детей. У него есть два брата и две сестры.» – Наверняка избалованный любимчик родителей.

«Его мама – гречанка, отец – ирландец». – Теперь понятно, почему он не рыжик, как типичный британский парень. И вот откуда берется глубина этих бездонных карих глаз.

«Вдохновением для него являются его родители». – Необычный поворот, обычно там любимая девушка, осень, как у Пушкина, а тут родители. Как-то это не совсем вписывается в мой стереотип о голливудских любимцах толпы.

«Актёрская карьера Эдриана началась случайно. Он просто пришёл на прослушивание в драматическую школу поддержать свою сестру Дороти, а она его уговорила тоже принять участие, но получилось так, что его приняли, а ее – нет». – А я думала, что он был рожден для этого и всегда мечтал о славе. Хотя нет, он же закончил университет, да еще и по философии. Что-то пока никак не могу сопоставить данные о нем.

«Если бы он не стал актёром, то, скорее всего, стал бы музыкантом. Эдриан поёт баритоном. Умеет играть на фортепиано, гитаре и саксофоне». – А если я начну петь, то можно оглохнуть! Эта мысль меня слегка развеселила. А почему бы мне не добавить это в список моих желаний?! Точно так и сделаю, запишусь на курсы по пению для взрослых. Вот, когда Тёма узнает про список моих желаний, особенно про пение, смеху будет! Обычно, когда я начинаю «выть», он мне всегда говорит, что с моим голосом, только в туалете на Киевском вокзале кричать «Занято». Блин, а я все равно хочу научиться петь и точка! Заношу это в свой список и продолжаю дальше разгадывать этого британца.

«Кроме родного британского акцента, Эдриан может разговаривать с американским, шотландским и австралийским акцентами. Если роль требует американского акцента, то он выдерживает его на протяжении всего съёмочного процесса, не разговаривая в перерыве между дублями с британским акцентом». – Ну, это и не новость вовсе. У нас в России столько народов проживает, и кто на каком акценте только тут не разговаривает, кто гекает, кто окает, кто якает, и при желании почти любой так сможет. Ладно, что там дальше.

«До того, как стать актёром, Эдриан успел поработать барменом, охранником и продавцом в магазине одежды». – Похоже на меня. В студенческие годы я и официанткой была в японском ресторане. Ох и как же долго я учила всякие там «сяке маки». А еще продавала попкорн, расклеивала разного рода листовки и так далее. Обычная жизнь молодежи в наше время, кто хочет не только учиться, но и погулять…

«Для ролей в различных фильмах изучал паркур, а также тренировался с ножами и хлыстами». – Хлысты…хи-хи-хи… Господи я идиотка! Над чем смеюсь! Это же все для ролей нужно было! Хи-хи-хи… Ладно, успокойся Лиза, похоже на мне сказывается долгое отсутствие мужа. Все, стоп, читаем дальше.

«Любит серфинг и подводное плавание на задержке дыхания. Его личный рекорд – 15 метров на одном дыхании. Ему нравятся прыжки с парашютов и планеризм». – Я, наверное, никогда бы не решилась на такое. Хотя, в глубине души, ну где-то очень глубоко, интерес к экстремальным видам спорта все-таки присутствует.

«Эдриан хорошо владеет боксом. Умеет танцевать разные танцы». – Интересно, есть ли здесь хоть что-нибудь, что он не умеет делать?! Такое чувство, что его ученые в лаборатории сделали. Осталось только в космос слетать.

Какой интересный молодой человек. В нем все привлекает сразу же, и внешность и его неповторимая игра в кино и его увлечения, что говорит о разносторонности его характера, но ни слова, ни единого слова не сказано о его личной жизни. Таинственный незнакомец. Да, хотелось бы мне узнать тебя получше Эдриан Олбрайт. На этой мысли мои глаза закрываются, и я погружаюсь в сладкий сон. Мне снится много разных странных вещей. Моя опубликованная книга, роль в кино, совместный с Эдрианом концерт, Лондон, брат с какой-то незнакомой красоткой… По другую сторону на меня набрасывается какая-то странная коварная женщина, суд, снимок УЗИ ребенка, сбитая на смерть собачка, цинковый гроб, похороны, а за спиной Марго с ножом в руке. Я вздрагиваю и просыпаюсь.

25 августа 2015 года

Я стою перед зеркалом и докрашиваю второй глаз. Сегодня я встречаюсь со своим любимым братом Робертом. Завтра он улетает в Китай изучать международное право в одном из престижных ВУЗов Чунцына. Я им так горжусь. Хоть кто-то в нашей семье чего-то добился. Смотрю на часы, пол шестого – пора выходить. Быстро натягиваю на себя драные джинсы, белую майку – алкоголичку и бежевый кардиган, хватаю свою крохотную сумочку, ключи и выхожу.

Когда подъезжаю к бару, где мы договорились встретиться, Роберт уже ждет меня за стойкой. Обычно мы встречаемся в одном и том же месте – баре «Под мухой». Это наше любимое место. Он находится в центре Москвы на Тверской, в маленькой подворотне без вывески. Короче говоря, бар для своих. И хотя он находится в подвальном помещении, здесь всегда чувствуешь себя комфортно. Неназойливый персонал, приятная музыка, вкусные коктейли и удивительно приятные цены – а что еще нужно для создания отличной атмосферы!

Я смотрю на Роберта и широко улыбаюсь. Он никогда не перестает меня удивлять, на нем красные обтягивающие полу шорты, или полу штаны, я так и не поняла, облегающая белая футболка-поло, ультра модные ботинки, прическа в стиле «тафт – три погоды», и огромные полукруглые, а может полу квадратные очки. Роберт – мистер эпатаж! В переводе с древне германского Роберт – «неувядаемая слава». В принципе, так оно и есть. Он всегда и везде – король вечеринок, в честь этого Марго даже ему на какой-то день рождения подарила самодельную корону из Бургер Кинга. Мы так тогда хохотали… Да-да, и именно этот парень поступил в Китай на международное право. Эх, сучки, такого парня упустили! И улыбаюсь от того, что даже думать начала как Марго и Роберт.

– Привет, сестренка! Ну что напьемся сегодня!? – Кажется, мой брат настроен воинствующе.

– Привет, Роб! Ну, по такому случаю, грех не выпить!

Мы с ним проводим отличный вечер. Я рассказываю ему, что наконец-то нашла отличную работу и с сентября уже начинаю работать. И хотя мне очень хотелось найти работу в авиационном секторе, по специальности, из-за кризиса пострадали все авиакомпании. И набор сотрудников в них закрыт. Поэтому спустя кучу различных звонков и собеседований меня взяли логистом в одну очень крупную фармацевтическую компанию «Фарма» заниматься перевозкой лекарств, чему я была очень рада. Список обязанностей не так-то уж и велик: получила заявку на доставку лекарств, заказала у транспортной компании машину согласно объему, характеристикам груза и бюджету, и оплатила их счет. В общем, я довольна!

Также я поведала своему брату о том, как скучаю по Тёме, и, конечно же, о той нашей потрясающей пьяной вечеринке у Марго. Роберт обожает Марго, когда мы вместе тусуемся где-нибудь, они всегда как-будто на одной волне. У них одинаковые шутки, жесты, движения, жаркие танцы в стиле «Toxic». Жаль только, что они не привлекают друг друга, ну в этом смысле… Из Марго бы получилась для меня отличная сестра.

В общем, провели мы с братом, так сказать, вечер на славу.

Когда мы прощались, Роба неожиданно сказал мне:

– Ты знаешь, а Марго права!

– В смысле? Ты о чем? – непонимающе спрашиваю его я.

– Тебе нужно совершить что-то безумное.

– Ты о чем? – на моем лице, наверное, можно прочитать только лишь искреннее изумление.

– Я про книгу, – сразу же отвечает мне Роб.

– Хочешь, чтобы мне перемывали кости во всем мире? – Пытаюсь отшутиться.

– Ты же всегда в школе любила писать, и к тому же, если книга будет дерьмо, никто и никогда ее не опубликует. Издатели не дураки, чтобы работать себе в убыток. – Говорит он это с едкой улыбкой, присущей только ему и активно жестикулируя руками. Но я не обижаюсь, так как это обычный Робин стиль общения.

– Спасибо, братец! А я смотрю, ты умеешь поддержать.

Мы нежно обняли друг друга, ведь до Новогодних праздников мы не сможем увидится.

– И все-таки подумай над этой идеей. – Не унимается он.

– Хорошо, хорошо!

Мы еще раз обняли друг друга, и я спустилась в метро. Слава Богу, час пик в метро уже давно закончился, и мне удалось сесть. Всю дорогу до дома я размышляла над Робиными словами: «Ты же всегда любила писать». А он прав! Я всегда испытывала кайф от написания различных статей, очерков, да даже сочинений в школе. А что, если у меня ничего не получиться, вдруг я напишу полную ерунду, да и к тому же, что можно написать о нем, об Эдриане Олбрайте? Информации в интернете настолько мало, что вряд ли хватит и на пол странички. Ладно, рискну, «ведь кто не рискует, тот не пьет шампанское», а его я, кстати, очень люблю. Прервав мои мысли, машинист объявляет: «станция метро Царицыно» – моя, пора выходить. Когда я подхожу к дому, понимаю, что открыв дверь, я увижу снова свои пустые стены квартиры. И на меня опять накатывает минутка грусти. Захожу в подъезд, поднимаюсь на восьмой этаж, подхожу к своей двери, вставляю ключ в замок. Слышу странный тявкающий звук. Вроде бы я немного выпила в баре. Поворачиваю ключ. Снова тот же звук. Наверное, это у соседей и мне пора бы поспать. Открываю дверь. Включаю свет. И тут моему счастью просто нет предела! В коридоре стоит он – мой муж. Ах, как же давно я его не видела. И все еще не веря своим глазам, стою и рассматриваю его.

Он примерно одного роста со мной, поэтому мне не приходится задирать голову наверх. У него круглое, доброе лицо, смешная взъерошенная прическа из копны темных, давно нестриженных волос. Большие черные распахнутые глаза, в которых заметна его усталость и постоянные недосыпы, густые брови, впалые щеки от вечных командировок. Он одет в простые домашние треники и облегающую футболку, сквозь которую видны мускулистые грубые руки настоящего русского мужика. Когда я останавливаю взгляд на его руках, то обнаруживаю, что в них покоится маленький пушистый комок. О, боже мой, это же малюсенький щенок йоркширского терьера. Не в силах скрывать больше радости, что он здесь, я кидаюсь к нему в объятия.

– Тёма, вот это сюрприз! Почему не сказал, что приедешь сегодня? Я бы приготовила для тебя что-нибудь вкусненькое.

Артем замечает, что от меня слегка разит алкоголем, и говорит:

– а я смотрю, ты время зря не теряешь.

Я понимаю его негодование, поэтому, чтобы оно побыстрее закончилось, рассказываю ему про брата, и про наши сегодняшние с ним посиделки.

Вечер проходит отлично. Наконец-то могу поболтать с ним вдоволь, а не по телефону три секунды, когда он либо уже спит, либо пашет на работе, спасая чью-то жизнь. Я так счастлива. Тема купил мне собачку, чтобы мне не было скучно, когда он в командировках. Я рассказала ему про новую работу, про список желаний. А я все-таки была права, над пением он долго хохотал. И после исполнения нашего супружеского долга, уже в кровати, я почти было заснула, Тема неожиданно спросил меня: «Так как назовем-то его?»

Спросони, я не поняла, о чем он говорит, поэтому сонно пробурчала: «Кого?»

– Ну, Лиза, ты чего? Нашего щенка.

– Ааа… Давай назовем его Хэлс.

– Хэлс? – непонимающим голосом спрашивает меня Артем.

– Да. Ты знаешь, что Артем с древнегреческого переводится, как «здоровый, сильный, крепкий»?

– А причем тут Хэлс? – похоже, что я его завела в тупик.

Артем же вообще ничего не понимает на английском языке, он только спасать и умеет. Поэтому, чтобы облегчить его любопытство продолжаю.

– На английский «здоровый» переводится как «healthy», ну чтобы было легче называть – будет просто Хэлс. Он будет твоим талисманом. И пока Хэлс будет со мной, я буду знать, что ты здоров, с тобой все в порядке и ничего не случилось.

– По-моему это очень интересно и необычно, и очень индивидуально. Поэтому да, мне нравиться! – счастливым и гордым голосом отвечает мне муж.

И мы оба проваливаемся в глубокий сон.

15 сентября 2015 года

Я возвращаюсь домой с работы. На пороге меня встречает Хэлс. Этот милый щенок так полюбился моему сердцу, что без него мне уже никуда не деться, к тому же Артем вчера снова улетел в командировку, так что вечер мы проведем с ним вдвоем. Я захожу на кухню, подумывая, чем бы перекусить, хватаю яблоко. За мной забегает Хэлс и начинает смешно потявкивать. «Знаю мой хороший, ты тоже проголодался». Насыпаю в его миску корм и иду в зал. Сажусь на диван, включаю телевизор. Щелкаю каналы, смотреть нечего. Тогда беру свой ноутбук, и моя рука автоматически открывает Word. Не знаю, откуда, но мысли о сюжете книжки льются сами с собой. Я быстро составляю краткий план. Я настолько восхитилась своей идеей, что мне срочно надо с кем-то поделиться. Так, с кем же поболтать. Звоню Марго. Она впопыхах что-то говорит мне и кладет трубку. Из всего сказанного понимаю только, что она на работе. И я решаю позвонить брату. Беру айфон. 8 вечера, значит у него час ночи. Он же никогда не ложился рано спать. Ах, была, не была. Набираю его по Face-time. И та-дам, на Face-time запускается подключение. Я так счастлива!

– Привет, сестренка! – с улыбкой на лице говорит мне Роберт. – Как дела?

– Роба, привет! Я решилась! – С гордостью сообщаю ему я.

– Ты о чем? – слышу в его интонации нотки изумления.

Но, этого вопроса было достаточно, и я долго и усердно начала рассказывать брату о своих планах по поводу книги.

– Я наконец-то решилась написать свою книгу!

– Ты серьезно? Не шутишь? – Кажется, мои слова его удивили.

– Да, я абсолютно серьезно. И я даже уже придумала сюжет. И если честно, мне так хочется кому-нибудь его рассказать, потому что я от того что вышло в полном восторге!

– Ну, давай колись, что ты там насочиняла. – С легкой смешинкой, которая свойственна только Робе, произносит он эти слова.

– Короче, я решила разбить книгу на 3 главы. Общий сюжет книги будет заключаться в том, что одна очень милая девушка влюбилась в голливудского актера Эдриана Олбрайта и решила написать о нем книгу, в надежде, что она дойдет до него, и она с ним наконец-то познакомиться. Неожиданно, эту книгу заметят режиссеры, так как все-таки речь идет о такой знатной личности, как Эдриан и по книге снимут фильм, где он и она сыграют главную роль.

Я решаю остановиться и смотрю на Робину реакцию, его зрачки расширились и лицо немного сконфужено. Но я решаю, не дожидаться его ответа и продолжаю дальше.

– Первая глава будет рассказывать историю самой девушки, ее чувства, эмоции, чем она живет, как опубликовывают книгу. Вторая глава о самом Эдриане, о его жизни, эмоциях и о том, как эта книга попадает к нему, о реакции самого Эдриана на книгу. Ну и соответственно счастливый хеппи-энд: знакомство с ним, съемки в фильме, в стиле все мечты сбылись!

Роба дослушал меня до конца. За время моего монолога, его лицо приняло такую неопределенную гримасу, и, выдержав небольшую паузу, он начал:

– Фу-фу-фу! Ты серьезно? Попахивает плагиатом, кажется, таких историй я слышал уже миллион! – видимо заметив мое расстроенное лицо, он притормаживает.

– И что же ты предлагаешь? – не скрывая своего разочарования, спрашиваю я у брата.

Роберт понял, что мое настроение упало на минус сто градусов по Цельсию, и чтобы хоть как-то разбавить сложившуюся ситуацию, добавляет.

– Знаешь, Лиз, здесь необходима интрига! Никому не интересно будет читать какие-то слюни и сопли, нужно что-то такое, что заставит меня перевернуть лист на следующую страницу.

– К примеру? – уже чуть более увереннее спрашиваю я.

– Ну не знаю, кого-то сбила машина, или кто-то кого-то убил. – Стебется он надо мной. Узнаю своего брата.

Ему удается разрядить обстановку, и последующие полтора часа беседы мы проводим, обсуждая интриги в книги, имена главных героев, и наши семейные дела.

Когда мы закончили разговор, на душе было легко и непринужденно. Я снова открыла Word и продолжила свою работу. Когда я оторвалась от компьютера, на часах было уже 12 ночи. Ого, что-то я засиделась сегодня. Пора ложиться спать, ведь завтра мне опять рано вставать на работу. Я приняла душ, приготовила одежду и легла в кровать. Стоило мне только прилечь, как ко мне запрыгнул мой милый йорик – Хэлс. Я нежно погладила его за ушком, в ответ он мне тявкнул в знак благодарности. И мы стали вместе засыпать под мой новый любимый фильм «Искусственные миры». Я так счастлива! Ведь сюжет книги полностью готов, теперь можно приступать к деталям и к написанию самого текста. С этими позитивными мыслями я и погрузилась в сон.

7 января 2016 года

Прошло несколько месяцев моей счастливой и беззаботной жизни. Жизни, насыщенной полных интересных картинок и ярких красок. За эти почти полгода я много чему научилась.

Во-первых, я все-таки записалась на несколько занятий, связанных с моим списком желаний. По понедельникам и четвергам у меня английский, по вторникам и пятницам – йога, а по средам – пение. Таким образом, каждый вечер после работы у меня теперь занят. Но я не испытываю от этого усталости, а наоборот отдыхаю и наслаждаюсь своими хобби, что приносит мне огромное удовольствие. Английский язык насыщает меня духовно, он увеличивает мои знания, расширяет кругозор, ведь вместе с самим языком я изучаю и культуру самой страны. Теперь я балдею от английского чаепития, британских пабов, и, кстати, у меня появилось еще одно желание – побывать в Лондоне. Поэтому, не задумываясь, занесла его в свой волшебный список. Йога же позволяет мне отдохнуть от будничной суеты. После каждого занятия, мое тело как будто заново рождается. Мышцы приходят в тонус, и думаю, что совсем скоро я обрету свои прежние формы, а может даже и лучше. Что же касается пения, то тут не все так как мне хотелось бы. Мой преподаватель по вокалу, наверное, дабы не обидеть меня, сказал, что безголосых людей не существует и при желании даже медведя можно научить петь. Поэтому, вдохновившись его словами, я старательно начала заниматься.

Во-вторых, моя депрессия, или как ее еще по-другому называют – черная полоса, отступила и на смену ей пришла белая. Меня не посещают грустные мысли, меня больше не мучает одиночество. Когда Артем уезжает в командировки, мне теперь всегда есть, чем заняться. Это может показаться странным, но даже моя любимая подруга Марго заметила, что я стала слишком занятой, ведь мне теперь есть, куда тратить свое бесценное время. И, собственно говоря, благодаря всем этим хобби я приобрела полную гармонию души и тела.

Ну и в-третьих, наверное, самое главное, я активно поработала над написанием своей первой книги. Каждую свободную минуту, когда мой муж уезжал в командировки, я посвящала всю себя ей. Меня настолько увлекал сам процесс написания. Он заставлял вспоминать меня школьные годы, где я излучала радость, когда по русскому языку задавали сочинения, или нужно было подготовить какой-нибудь доклад по географии. Мне нравились те драгоценные минуты интервью, которые я брала у ветеранов, для статей в школьную газету к 9 мая. Все это доставляло мне огромное удовольствие, особенно, то приятное чувство ожидания, пока оценивают твои работы. Именно эти чувства поглотили меня и сейчас. Во время написания, мне хотелось, как можно быстрее и точнее выразить все свои мысли на бумаге, так как мне очень хотелось и хочется узнать оценку моих творений. Конечно, я понимаю, что отзывы о ней могут быть и не такими впечатляющими и лестными, как я хочу. Но зато, это будет правда, и я смогу для себя, наконец-то, окончательно решить, писать или не писать мне в дальнейшем.

За все эти несколько месяцев я научилась не просто жить, потому что надо жить ради будущего поколения. Я научилась жить для себя и для близких мне людей. Я научилась наслаждаться и радоваться каждому моменту, проведенному в этом прекрасном, огромном и энергичном мире.

Обо всем этом с приятным наслаждением думаю, пока мы собираемся с Артемом на встречу в этот прекрасный Рождественский вечер с нашими близкими людьми Марго и Робертом, который только вчера поздно вечером прилетел из Китая на каникулы. Ну, а если серьезно, то помимо этих приятных мыслей, я также испытываю огромное возбуждение. Ведь сегодня я собираюсь объявить всем о написании моей книги. Ну, если честно, не совсем всем, а Марго и Артему. Все-таки не смогла удержаться и отправила книгу Роберту по почте, чтобы ему было чем заняться во время его длительного перелета.

Сегодня наступило Рождество 2016 года. А 2016 год является годом огненной обезьяны, поэтому я решила одеть свое новое красное платье, плотные черные колготки, и черные ботфорты на высоком квадратном каблуке.

– Ты сегодня просто супер красотка! – слышу голос из-за спины.

Поворачиваюсь. Вижу Артема. Как же он хорошо выглядит без рабочей формы: обычные прямые джинсы, и скандинавский свитер с высоким горлом. Поэтому не сдерживаюсь, и отвечаю:

– Ты тоже.

– Я тоже? Красотка? – Смеется Артем. Обожаю когда у него хорошее настроение, как сегодня и никакой работы.

– Ты мой любимый дурачок!

– Так я еще и дурачок?

Он подходит ко мне и обнимает. Мы вместе смеемся. Он нежно целует меня в щеку.

– Ну что, пойдем к друзьям? – поднимает на меня глаза он.

– Да!

Мы накидываем на себя верхнюю одежду и открываем дверь. Только мы вышли из квартиры, как у Артема зазвонил телефон. Он скорчивает недовольную гримасу и неохотно достает его из кармана.

– Только не говори, что это снова твоя работа. – Смотрю на него с чувством полнейшего разочарования, а в глубине души, все-таки испытываю хоть капельку надежды, что это просто кто-то из его коллег звонит поздравить с Рождеством. Прислушиваюсь к Теминым словам:

– Алло! Здравствуйте Вадим Евгеньевич! – это его начальник.

– Спасибо! И Вас также. – Может все-таки просто поздравить с Рождеством решил. И тут я вижу, как лицо Артема переходит в стадию печальной гримасы…

– Да, но сегодня же Рождество! Я и так пахал все праздники, почему же нельзя отправить Сидорова, Горбунова или Малькевич? – Мое внутреннее я все же все еще надеется, что Вадим Евгеньевич сжалиться и даст нам провести вместе хотя бы один праздник.

– Да, понял. – Вешает трубку.

– Ну что? – с легкой надеждой в голосе спрашиваю я у Темы.

– «У Сидорова температура 38, а у Горбунова и Малькевич дети, так что ты наша последняя надежда» – с ярой злостью в голосе передразнивает своего начальника мой муж.

– Блин, да что за дерьмо? – так и выскочило у меня изо рта.

– Ты простишь меня? – с виноватым взглядом спрашивает Артем.

В душе у меня сейчас погано. Ведь мне так хотелось провести вечер вместе с ним и нашими близкими людьми, поделиться своими маленькими победами, а теперь опять все планы под откос, из-за этого ужасающего слова «РАБОТА». Смотрю на своего любимого и несчастного мужа. Сейчас он похож на маленького, обиженного, загнанного в угол котенка. Понимая, что у него на душе еще поганее, чем у меня, стараюсь сгладить этот неприятный момент. Выглядя как можно более непринужденно, отвечаю на его застывшее выражение лица:

– Конечно. Тебе же не за что извиняться. Это твоя работа, и когда я выходила за тебя замуж, я знала на что шла. Не переживай. Иди собираться. Люблю тебя.

– Спасибо, Лиза! Ты мое сокровище! И я тебя очень люблю! Повеселись там за нас двоих как следует. – На его лице заметно облегчение.

Затем Артем нежно поцеловал меня в щеку и зашел обратно в квартиру, собираться в очередную командировку.

Ну, что ж, ладно, будем, как всегда, веселиться втроем нашей вечной, дружной, веселой компашкой – я, Марго и Роберт.

Попрощавшись с Темой я выхожу из подъезда на улицу. И не могу не остановиться на мгновение. На улице сказка: повсюду огромные белые сугробы, вокруг кружится хлопьями снег, во дворе слышится детский радостный смех. Пока иду к метро, наслаждаюсь разноцветными огнями, светящими от торгового центра, домов, машин, различных магазинов. Все так красиво и сказочно, аж, дух захватывает! Подхожу к метро, и прежде, чем спуститься пишу Марго смс: «Ждите через 20 минут. Буду одна». Людей в метро почти нет, кто в гостях, кто уехал отдыхать на праздники. В таком волшебном настроении сказочного восхищения и восторга дорога до бара пролетает за секунды.

Подхожу к нашему любимому бару «Под мухой». Захожу внутрь и иду к нашему столику. Я отлично знаю куда идти, ведь мы здесь частенько раньше вместе собирались. Пока иду к столу, вижу, что Роба и Марго что-то активно обсуждают. Марго замечает меня первой. Она вскакивает с места, обнимает и целует в щеку:

– Привет, тихушница! – В ее голосе слышится легкая нотка обиды и зависти, которые Марго всегда старается активно скрывать, ведь она же сильная и независимая.

– Привет! – Отвечаю на ее поцелуй и поворачиваюсь к своему брату. – И тебе привет, засранец! Я думала, что ты умеешь держать интригу. – Я ведь сразу поняла по тону Марго, что Роберт рассказал ей про мою книгу.

– Привет, Лиз! Я же знал, что ты собиралась сегодня всем об этом рассказать. Решил, что у меня получится лучше! – Шутит. – А где, кстати, твой муж? Я его уж сто лет не видел. – Интересуется Роберт.

– Ты не поверишь, его вызвали, когда мы уже выходили из дома. – Отвечаю я, не скрывая своего разочарования.

На этих словах к нашему столику поднесли напитки. Смотрю на поднос официанта и улыбаюсь. На нем стоят: «Белый русский» – для Роберта, «Джун Бак» – для Марго, «Отель понедельник» – для меня, три шота «Бубль гум», морковка с соусом блю чиз, и три порции лапши с креветками, курицей перцем чили и соусом вок.

Официант расставляет все это на нашем столе и уходит. Как только он нас покидает, Марго хватает свой шот и, адресуя мне свои следующие слова, говорит:

– Сегодня больше не желаю слышать никакой грусти. Только алкоголь, мы и наш позитив!

Мы с Робертом подхватываем ее настрой, поднимаем свои шоты, чокаемся и все втроем одновременно выпиваем наш стартовый коктейль.

И больше не желая сдерживать свое любопытство, обращаюсь к своему брату:

– Развей мои сомнения и ожидания. Огласи мне свой приговор.

Марго тут же подхватывает мою тему для разговора, и все с той же ноткой легкой обиды в голосе говорит:

– А меня вообще хоть кто-нибудь поставит в известность. О чем книга то?

– Я думала, что тебе Роб уже все рассказал. – Оправдываюсь я.

– Эй, сестренка, ну я уж и не такой болтун, как ты думаешь! – Смеется.

Понимая, что Марго не подозревает о чем идет речь, смотрю на нее с озорной улыбкой и продолжаю:

– Помнишь, у тебя была пижамная вечеринка с водкой и соком, когда ты проводила мне антидепрессионную терапию?

– Ты что серьезно? О нем? Это книга об Эдриане Олбрайте? – на ее лице восторг.

– Ого, ты даже помнишь, как его зовут? – Пытаюсь с острить. Марго не покупается на мою шутку.

– Говорю же тихушница! – Пытается передразнить меня. – И как она? Книга? – уже обращается она к Роберту.

– О, вы наконец-то вспомнили обо мне! – Пытается обидеться, но он никогда не умел этого делать.

– Ой, какая обижулька! – Марго сегодня прямо мистер сарказм.

– Ну, если честно, это литература не совсем моего профиля и не совсем в моем стиле – продолжает Роб, игнорируя мою подругу.

Мое сердце сжалось. Я ехала сюда и ждала свою оценку. И вот этот момент настал. Но на душе, какое-то тревожное чувство. Ведь всегда, когда начинают с таких слов, как начал Роберт, означает, что что-то не так. Но все же, собрав все свое терпение в кулак, продолжаю слушать.

– Ты же знаешь, Лиз, я читаю научные тексты, в основном касающиеся мировой политики или международного права….

– Не томи. Разразглогольствовался тут! – перебивает его нетерпеливая Марго. Она никогда не умеет ждать.

Не обращая внимания на выпадки Марго, Роберт продолжает:

– Но, думаю, любая девчонка захотела бы пережить такую же историю, которая случилась с твоей главной героиней. Ведь почти каждая из вас мечтает иметь в бойфрендах какого-нибудь зачетного мачо. Признаюсь, если бы я был геем, я бы сам его хотел.

После Роберта слов мы все вместе смеемся.

– Конечно, если честно ошибок многовато, а так очень даже ничего получилось для начала. – Закончил свою речь Роб.

Я испытываю облегчение и счастье. Еще одна мечта сбылась, и я написала свою первую книгу. Осталось только ее каким-нибудь чудом опубликовать. Но это меня уже мало интересует, так как основной моей целью было не стать популярной и не знакомиться с голливудским сердцеедом, а просто преодолеть одну из своих поставленных целей и написать книгу. Марго прерывает мои мысли.

– Ошибки – это не проблема. Завтра приглашаю Вас к себе в гости. Там этим и займемся. И я как раз в процессе тоже узнаю содержание книги. И да, кстати…

Смотрю на Марго. Она слегка покраснела и замялась. На нее не похоже.

–И? – мне любопытно, что там такое случилось.

– И я хочу познакомить Вас с Максом. – Марго замолчала. Ждет нашей реакции.

– Ну, признавайся. Неужели ты влюбилась? Впервые вижу тебя такой смущенной. – Мне и вправду интересно с ним познакомиться.

– Надеюсь! – Нежно, совсем ей не свойственно, произносит она это слово.

– Ну, вот и отлично! А то мне уже надоела ваша бабская компания! – Разряжает нотки смущения, повисшие над нашим столиком, Роберт.

Оставшийся вечер мы пьем, болтаем и наслаждаемся общением друг с другом.

10 января 2016 года

Мы сидим у Марго и уже несколько дней подряд правим мою книгу. Мне очень повезло.

Во-первых, Роберт все найденные им ошибки и недочеты отметил красным цветом.

А во-вторых, Макс – новый парень Марго, оказывается, работает помощником главного редактора в одном из самых крупных издательств в Москве, специализирующемся именно на женских романах, и носящих такое же простое, примитивное и лаконичное название «Женский роман».

Макс высокий, хорошо сложенный парень с очень наивными и добрыми глазами. Это первое, что бросилось мне в глаза. У него прекрасные физические черты: слегка вытянутое лицо, аккуратно очерченный подбородок и такой же картофельный нос, как у Марго, густые черные брови под которыми скрываются плохо очерченные, но очень яркие глаза, яркость которым придает глубокий коричневый цвет зрачков. Его глаза настолько добрые и наивные, что хочется довериться этому человеку сразу же. И еще мне очень бросились в глаза его ямочки на щеках. Когда он улыбается, эти ямочки придают его улыбке столько шарма и озорства. Весь образ завершает аккуратно причесанные черные волосы на левый бок. От него просто невозможно оторваться. Думаю, в школе и университете он был любимцем у девушек. На нем одеты светло синие классические джинсы и белая рубашка, которые очень ему подходят. Думаю, если бы я сейчас была свободна, то обязательно обратила бы на него внимание. К тому же и характер, который он показал нам за несколько дней, оказался тоже недурен. В нем сочетается оптимальное соотношение ума, деловых манер, такта, юмора и уверенности в себе. Короче, Макс, как мне показалось, неплохой малый.

И такое суждение я сделала, не только из активной помощи мне с моей работой, но и из его общего поведения, его общения и его отношения к Марго. Раньше ей встречались парни, куда глупее и бесчувственнее. Он очень дружелюбный и отзывчивый, и как я поняла за последние несколько дней, проведенных рядом с ним и Марго, очень увлечен ею. Раньше мужчины смотрели на нее, как на сексуальную хищницу, он же дарит ей в своем взгляде столько нежности, заботы и тепла, все просто пропитанно страстью и любовью вокруг них. И чего скрывать, я от всей души рада за свою подругу! Вот бы и Роберту повезло с личной жизнью, и он бы встретил какую-нибудь милую, обаятельную девчонку.

Макс помог правильно оформить книгу. Со своей стороны, как настоящий джентльмен, он пообещал полное содействие в продвижении и публикации моей книги в его издательстве. Думаю, что это только благодаря Марго. Если ему это удастся – это будет просто огромная удача, ведь издательство «Женский роман» автоматически придает любому автору, особенно начинающему, уверенности в себе, большую сеть продаж и широкую пиар-компанию. По крайней мере, у меня сложилось такое представление.

Мои мечты об авторских успехах прерывает Макс.

– Ну, что ж мои поздравления! Основная работа проделана, осталось только придумать какое-нибудь привлекающее внимание звучное название. – Сообщает он нам, сохраняя на ноутбуке последние изменения. – Есть идеи?

– Как насчет, проходимка и сексимен? – шутит Марго.

Макс скорчивает ревнивую гримасу по поводу сексимена. И Марго автоматически посылает ему воздушный поцелуй. Боже, до чего же мило.

– Или голливудские интриги? – продолжает Роберт.

– Ну, уж нет! Девушка всего лишь осуществляет свою мечту, а не пытается женить на себе этого всеми желанного красавца. – Встреваю в их предложения я. – Нужно что-то более романтичное, нежное и от души. Например «Люблю тебя», или «Женские мечты», или что-то в этом стиле.

– «Люблю Эдриана Олбрайта» – говорит Макс. – Это отличное название для книги, краткое, звучное, и очень привлекательное. И издатели должны будут зацепиться за него с точки зрения коммерции.

– А что, неплохо, да? – поворачивается ко мне Марго.

– Отлично! Мне очень нравиться! – сообщаю я, поворачиваясь к Максу, думая, что он чувствует мою благодарность за помощь.

– Это надо отметить! – подытоживая общую атмосферу радости, сообщает нам Роб.

Марго решив поддержать слова моего брата, бежит на кухню, берет бутылку белого «Пино Гриджо», четыре бокала и возвращается к нам.

– Пожалуй, друзья, Роб прав.

Роберт помогает Марго открыть бутылку, разливает его по бокалам, и подняв свой, произносит тост:

– За новый суперхит «Люблю Эдриана Олбрайта» и его прекрасного автора!

– И за его команду редакторов! Ура! – Хором получается у меня, Марго и Макса.

Мы дружно поднимаем бокалы, чокаемся и пьем вино. Весь оставшийся вечер мы провели, рассылая книгу по разным издательствам, болтая, и просто радуясь такому отличному вечеру.

23 февраля 2016 года

Я открываю глаза от того, что Хэлс лижет мне щеку. «Мой мелкий дружок – кажется, у тебя сейчас играют свои биологические потребности» – говорю я ему. Хэлс будет меня для прогулки. Поворачиваю голову к телевизору. На глаза попадается календарь, висящий над ним. Сегодня уже 23 февраля. И хотя, с того момента как мы нашей дружной компанией делали рассылку моей книги прошло уже несколько месяцев, а ответа все нет, да и Макс что-то замолчал, у меня отличное настроение, так как мой муж вечером вернется домой из своей очередной командировки. А еще сегодня в России праздник – День защитника Отечества – праздник всех мужчин нашей страны. И у моего мужа сегодня День Рождения. Сегодня ему исполняется 25 – юбилей. Поэтому решаю устроить Артему вечером небольшой сюрприз и приготовить для него романтический ужин.

Так хватит раздумий, пора вставать. Поднимаюсь с кровати и бодрая и воодушевленная своей идеей шагаю в ванную комнату. Умываюсь, чищу зубы и перемещаюсь на кухню. Подогреваю чайник. Насыпаю корм моему пёсику, делаю себе хлопья с йогуртом и сажусь завтракать. Пока мы с моим другом меньшим завтракаем, решаю, что на ужин приготовлю Артему его любимые блюда: запечённую курочку с картошкой в духовке, салат Оливье, куплю Киевский безешный торт и бутылочку Асти-мартини. Позавтракав и, сполоснув посуду, я одеваюсь и иду гулять с Хэлсом. Решаю прогуляться до своего любимого места – Царицынского парка. Когда я прихожу туда летом, то всегда сажусь на одну и ту же лавочку напротив центрального фонтана, который находится в акватории Царицынского пруда. Он очень величественен. На его мерцающие струи можно смотреть вечно. Фонтан идеально вписывается в архитектурный ансамбль исторически важных построек Царицыно. Летом, особенно по вечерам, когда включается подсветка, он напоминает мне арену цирка, такой же формы и все сияет и блещет в капельках воды. Смотришь на это зрелище, на эту плещущуюся в воздухе, разноцветную воду и расслабляешься от Московской суеты и всех накопившихся забот. Но, увы, сейчас еще февраль, и фонтан укутан плотным слоем снега, поэтому постояв и поностальгировав, мы с Хэлсом возвращаемся домой.

Вернувшись домой, хватаю сумку, кошелек и прямиком направляюсь в магазин за покупками для сегодняшнего ужина и за подарком. Придя домой, раскладываю покупки в холодильнике и решаю слегка прибраться, а то за последнюю рабочую недели столько грязи накопилось. Наверное, Теме было бы приятнее вернуться в чистую квартиру. Я включаю на телевизоре канал МузТВ и, пританцовывая и подпевая исполнителям, убираю квартиру. Когда заканчиваю на часах уже четыре. Пора готовить. Я ставлю варить овощи для Оливье и запихиваю курицу с картошкой в духовку, предварительно натерев их специями. Так ну что же, кажется, у меня появилось немного времени и для себя. И дабы, не встречать мужа потной в грязной домашней одежде, иду в душ. Когда выхожу из душа, овощи уже сварились, и я начинаю резать салат.

Смотрю на часы. 6 часов вечера. Примерно через полчаса должен приехать Артем. Все мои блюда готовы, красиво сервированы и ждут, когда их уже начнут есть. Стол украшен свечами, ведерком со льдом, где ждет своего часа бутылочка Асти, красивыми салфетками и нашими с Артемом фотографиями. Так все готово, осталось только переодеться, и я ухожу в гардеробную для доведения своего образа до полного совершенства.

Из коридора доносится лай Хэлса. Он сообщает мне о том, что мой муж уже на пороге квартиры. И точно, как только я об этом подумала, раздался звонок. Это он. Я подбегаю к двери. На входной двери у нас распято огромное зеркало во весь рост. И я, конечно же, как и любая девушка, решила взглянуть на себя в зеркало, перед тем как ее открыть.

Когда я обращаю свой взгляд на красотку, стоящую напротив меня в зеркале, моя челюсть отвисает. Неужели это я? Да, с той последней вечеринки у Марго я сильно изменилась. У меня стала в меру худая и в меру подтянутая фигура, благодаря моей диете и йоге. Я изменила стрижку, с обычных длинных сеченных волос, на ультра модное в этом сезоне удлиненное каре. На мне одето облегающее бежевое кружевное платьице на тонких лямках, цвета кожи тончайшие чулки и загорело бежевые, на огромных каблуках и платформе туфли, добавляющие моему образу законченность и сексуальность. По-моему все идеально. Ведь так и должна выглядеть девушка в 24. Еще раз раздается звонок, и я отрываюсь от зеркала. Открываю дверь.

Хэлс сразу же начал радостно запрыгивать на ноги Артема, а он, увидев меня, застыл на пороге.

– Да уж, такого я точно не ожидал увидеть. – Не сводя с меня глаз, произносит он хрипящим и жадным голосом.

Я немного смущена. И не желая, чтобы нас застал на лестничной площадке какой-нибудь зевака – сосед, хватаю своего мужа за руку и затаскиваю внутрь.

– Так я даю тебе ровно пол часа, чтобы смыть с себя рабочий запах, побриться и переодеться, так как я для тебя приготовила сюрприз. – С этими словами я забираю у Артема сумку, а взамен вручаю ему заранее подготовленное чистое полотенце и отглаженные брюки с белой рубашкой и моей любимой коричневой свадебной бабочкой. И, больше не дав сказать ему ни единого слова, отправляю в ванную комнату. Пока он приводил себя в порядок, я быстренько подогрела в духовке курочку с картошкой.

Спустя пол часа, Артем вышел из ванной комнаты. Как всегда пунктуальный. Как же ему идет классический костюм и бабочка. Он подходит ко мне. От него пахнет чистотой и моими любимыми духами Армани Код.

– Смотрю, ты отлично постаралась. – Говорит он с теплотой и любовью в голосе.

– Хватит болтать! Открывай скорее шампанское, ведь у нас сегодня столько праздников! – Отвечаю ему с улыбкой и энтузиазмом.

– Всего два. – Замечает Артем. С этими словами он берет бутылку шампанского и демонстративно красиво открывает ее и разливает по бокалам.

– У меня три. – С гордостью заявляю я.

– Да ну? День защитника Отечества, мой день рождения, а еще что? – С вопросительной интонацией смотрит он меня.

– Сегодня мой любимый муж приехал из командировки и наконец-то мы проведем с ним вместе приятный праздничный вечер. – Отвечаю на его вопрос, как можно нежнее и приложив в голосе всю гамму чувств и страсти.

– Предлагаю тост за моего любимого мужчину! – Говорю я, поднимая бокал.

Мы выпиваем, и я протягиваю Артему маленький продолговатый серебристый сверток.

– Это мой маленький подарок тебе. – Надеюсь ему понравиться.

– Еще один сюрприз? – да он же еще совсем маленький мальчик, который любит подарки.

Артем срывает упаковку. Под ней небольшая бархатная прямоугольная коробка. Он ее открывает. В коробке лежит серебряная мужская цепь.

– Я подумала, что было бы неплохо перевесить твой армейский медальон с обычной веревки на что-то более подходящее. – Нервно объясняю я.

– Это отличный подарок. Спасибо! – И он при мне меняет веревку на новую цепочку.

В этот момент в дверь позвонили.

– Мы кого-то ждем? – удивленно смотрит на меня Артем.

– Да нет, вроде! Я думала, что мы вдвоем проведем романтический вечер.

И я иду открывать дверь. Смотрю в дверной глазок. Моему удивлению и ярости нет предела. На пороге стоит Марго с Максом. Ну почему она не предупредила меня о своем приезде?! Я ужасно зла. Ну ладно, что же делать. Включаю режим доброжелательной домохозяйки и с приветливой улыбкой открываю дверь.

– Марго, Макс! Вот так сюрприз! А мы Вас и не ждали! Проходите, что же вы застряли на пороге. – И в этот момент замечаю оценивающий взгляд Марго и Макса на себе.

– Вот это да, подружка! Кажется, настолько милой и сексуальной я не видела тебя никогда! – И тут я вспоминаю, что на мне надет специальный наряд для романтического ужина.

Макс впился в меня своим глазами. Чувствую себя чертовски неудобно, так как Марго замечает его особое внимание ко мне. В этот момент в коридор к нам заходит Артем. Кажется, он замечает на мне жаждущий взгляд чужого, незнакомого ему мужчины. Я вижу его удивленное лицо. Какой неловкий момент…

– Макс?! Макс Григорьев?! Это ты? – неожиданно произносит мой муж.

Артем? Наш радист Тема? – с улыбкой произносит Макс.

– Привет дружище! – Хором произносят ребята, и заключают друг друга в медвежьих объятиях.

Мы с Марго стоим и смотрим, то на ребят, то друг на друга, ничего не понимая.

– Сколько лет, сколько зим! Лиз, это ты устроила? Вот так сюрприз! – Отрываясь от Макса, смотрит на меня Артем.

– Эээ… Ребят! Что-то мы ничего не понимаем. Откуда вы знаете друг друга? – Все-таки собравшись с мыслями, спрашиваю я у наших мужчин.

– Мы в армии вместе служили на одном корабле. – Рассеивая наше недоумение, отвечает Макс. – Эх, вот так встреча!

– Ну что же мы на пороге стоим, проходите к столу! Мы как раз только что сели! – командует по-хозяйски мой муж.

Марго и Макс разделись, и мы все вмести уселись за стол. Ничего кроме радости и полного счастья я не могу прочесть на лице своего любимого мужа. Весь вечер Артем и Макс посвящают нас с Марго в их корабельные истории, их армейскую жизнь.

– Лиза, а ты знала, что твой муж в армии геройствовать любил? – произносит с гордостью, как может произносить только преданный друг, сообщает мне Макс.

– Что-то не припомню, чтобы ты мне об этом рассказывал? – с удивлением обращаюсь я к Артему.

– Ты же знаешь, я не люблю хвастать. – Спокойно отвечает мне муж.

– Ой, ну хватит скромничать уже. – Перебивает моего застенчивого мужа Макс. – Он в армии спас нас от ночного кошмара в лице нашего командира Зверева. А тот и в правду был просто зверь. В общем, дело было на Новый год. Нам разрешили праздновать Новый год ровно до часу ночи, и ровно в час ночи мы должны уже лежать в своих кроватях. Все шло вроде бы хорошо. Мы посидели за столом, поели ништячков…

– Ништячков? а что это? – перебивает его Марго.

– Да всякие разные конфеты, пирожки, сладости. Все это у них ништячками в армии называется. – Отвечаю я ей, гордая, что знаю то, чего она не знает.

– Точно. – Подтверждает мои слова Макс и продолжает дальше. – В общем, поели мы ништячков, попили сока и разлеглись по шконкам.

– Шконкам? – Опять встревает Марго.

– Кроватям. Отвечает ей Макс и без остановки продолжает дальше. Ровно в час ночи дежурный по кубрику выключил свет. Многие матросы уже уснули, как вдруг к нам в кубрик залетает разъярённый командир боевой части Зверев, включает свет и орет во все горло: «Кубрик подъем!». Все подскочили, ничего не понимая, и построились на палубе. И тут он говорит: «Бегущий по коридору выйти из строя». Никто ничего не понимает. Все стоят и молчат. Он еще раз повторяет тоже самое. Все опять стоят и молчат. И тут он говорит: «Сейчас устроим перекличку, и если я увижу, что хоть кто-то из вас пошевелиться, мы будем начинать все сначала». Короче, простояли мы так до четырех утра, начиная перекличку каждый раз заново, так как этому командиру все время казалось, что кто-то шевелиться. А подъем в армии в шесть утра. И все время он повторял про какого-то бегущего по коридору. И тут твой муж набрался смелости и заговорил: «Товарищ командир, разрешите обратиться, из строя – матрос Богатов».

– Что? – прорычал Зверев.

– А что за бегущий человек, я не понимаю? – спросил его Артем.

Командир все же смягчился и рассказал, что после отбоя (часа ночи) он видел, как кто-то из нашего кубрика пробежал по коридору. И перекличка началась сначала. Тогда Тема не выдержал и сказал, что это он забежал, хотя вы прекрасно понимаете, что это не так, и тем самым дал нам поспать хоть немного в ту злополучную ночь. – Закончил свою речь Максим.

Я смотрю на своего мужа и горжусь им.

– Да Максим, а ты тоже скромняга. – Говорит Артем. – Ты помог мне в ту ночь дважды. Когда я сказал, что это я бегущий по коридору, командир начал допрос, зачем я это сделал. Но тут Макс вышел из строя и сказал, что я бежал к нему за туалетной бумагой, так как в туалете она закончилась, чем здорово помог, смягчить мне наказание.

Мы все рассмеялись. Марго, гордая, также как и я за своего избранника, решила не упускать возможности и продолжила:

– А как же Макс помог тебе в ту ночь во второй раз?

– А это, кстати, было еще до этого, накануне вечером. Мы готовились к Новому году. Расставляли столы и накрывали их к празднику. Как неожиданно зашел все тот же неадекватный командир БЧ Зверев на вечерний осмотр. Так как он дал нам на то, чтобы раздеться всего 45 секунд, то естественно, вся наша одежда была очень неаккуратно сложена на баночках, ну то есть на стульях. – Дополнил Тема, понимая, что не все из здесь присутствующих понимают жаргонную армейскую терминологию. – Его это взбесило. И он собрал всю одежду нашу в кучу и раскидал по палубе. Потом когда он ушел, мы начали искать. Так как далеко не у всех форма была подписана, мы не могли понять, где чья. И уверен, мне бы досталось что-то очень короткое или длинное, или вонюче потное, если бы ни Макс. Он подсказал мне найти свою одежду по запаху дезодоранта, что собственно я и сделал.

Я с восторгом поднимаю бокал и произношу:

– За наших мужчин!

Все меня поддерживают и мы выпиваем. Неожиданно Марго выпаливает:

– А это правда, что на корабле мужчины… ну как сказать… ну, что некоторые спят друг с другом, так как долгое время находятся в плавании и отсутствуют женщины?

Я с удивлением смотрю на нее. Она поймала мой взгляд и покраснела. Кажется, она поняла, какую глупость сморозила. И мы вместе возвращаем наши взгляды на наших мужчин, чтобы понять их реакцию.

– Да! – Отвечают нам они хором.

– А вы как думали? Пол года в море. С ума сойти можно. – Продолжает Макс.

– Что??? – с искренним изумлением и одинаково искаженными гримасами в голос произносим мы с Марго.

– И ты тоже? – смотрю я на Артема, ожидая услышать отрицательный ответ.

– А как ты хотела? Я тебе даже больше скажу. У нас с Максом были свои любимые попки. – Отвечает он абсолютно спокойно.

Я просто в ужасе. Смотрю на Марго. Она смотрит на меня с зеркальным взглядом. И мы обе не знаем, что сказать.

И тут раздается просто шквальный хохот со стороны ребят.

– Вы разыграли нас! – сообщает Марго.

– ДА! Эх, видели бы вы сейчас свои лица! – произносит, смеясь Макс.

И все мы заливаемся громким смехом.

Мы пьем, едим наш праздничный ужин, болтаем и шутим. Посреди беседы Марго неожиданно обратилась ко мне.

– Кстати, Лиза, за всеми этими интересными событиями мы совсем забыли рассказать тебе отличную новость! – Неужели они решили пожениться. Они ведь знакомы едва лишь пол года.

Но тут Макс прерывает мои раздумья.

– Мне наконец-то удалось достучаться до своего шефа! И он готов встретиться с тобой по поводу книги! – весело сообщает нам он эту новость.

– Боже мой! Ты серьезно? Не шутишь? Я так счастлива! Сегодня просто день сплошного счастья! – вскрикиваю я, переполненная восторгом, не скрывая своих эмоций.

– Думаю, за это стоит выпить! – Произносит Артем, поднимая бокал.

Мы чокаемся и пьем. Выпив, Макс продолжает:

– И кстати, Ваша встреча состоится очень скоро, 26 февраля. Это ближайшая пятница. Он готов тебя принять у себя в офисе после работы в 18-30. Как считаешь, успеешь с работы?

– Это же отлично! У меня как раз в пятницу короткий день! и у меня еще останется немного времени, чтобы подготовиться к встрече. – Окрыленная, сообщаю я окружающим.

Вечер заканчивается фантастически. Ребята уходят от нас в начале двенадцатого. Мы с Темой вместе убираем со стола. И поставив последнюю грязную тарелку в раковину, он пододвигает меня к себе.

Думаю, эта посуда может подождать и до завтра. – Говорит он это низким флегматичным голосом, полностью пропитанным чем-то опасным. – А я вот смотря на всю эту красоту весь вечер, ждать уже больше не могу! – и он жадно целует меня, увлекая нас обоих в пучину страсти.

26 февраля 2016 года

Звенит будильник. Я открываю глаза. Сегодня очень ответственный день. Сегодня я иду на встречу с главным редактором издательства «Женский роман». Мне нужно произвести на него хорошее впечатления, ведь от этого зависит, напечатаю мою книгу или нет. Поэтому, встав сегодня на пол часа раньше обычного, я убегаю в душ. Выйдя из душа, я обматываю себя полотенцем и направляюсь в гардеробную. Решаю одеть классическую черную юбку-карандаш, и бирюзовую атласную блузку без рукавов. Сверху накидываю черный пиджак. Отлично! На мой взгляд, выглядит очень по-деловому, как раз то, что нужно для данной встречи. Делаю аккуратную укладку, и решаю слегка подзавить плойкой верхние пряди волос. Далее перехожу к макияжу. Тени выбираю естественных тонов, наношу туш на свои длиннющие ресницы и подвожу губы помадой телесного цвета. Ну вот, мой образ готов. Теперь можно и позавтракать.

Приезжаю на работу чуть раньше обычного, но некоторые из моих коллег уже здесь.

– Лиза, ты сегодня потрясающе выглядишь! – сообщает мне моя коллега Света – колись, давай, какие планы на вечер?

Ну, уж нет, только ее расспросов мне не хватало. Она же главная сплетница нашего отдела. И поэтому, придумывая первую попавшуюся причину, сообщаю ей, что собираюсь на годовщину свадьбы к своим друзьям. Кажется, она мне поверила и, успокоившись услышанным, она погружается в свою работу.

Рабочий день пролетает не заметно. Дел столько, что я не успеваю оглянуться, как время подходит к обеду. Я оставляю все свои дела и иду в нашу столовую на ланч. Во время приема пищи получаю смс от Макса: «Привет! Напоминаю про встречу, сегодня в 18-30 с моим шефом. Нервничаешь?» Я улыбаюсь. Ох, уж этот педантичный Макс. Пишу ответ: «Разве такое можно забыть? Но спасибо, что напомнил. А как ты думаешь? Конечно, нервничаю!». Отправляю. Через минуту мне приходит ответ: «Не бойся, я буду рядом. И я тоже нервничаю. Хотя зачем? Твоя книга – шедевр! Думаю, она поможет мне стать редактором! Как подъедешь, позвони мне я тебя встречу». Его СМС похожа на легкое заигрывание… Хотя нет, это же Макс, он просто очень дружелюбный. Я улыбаюсь. И от его смс, и от того, что моя нервозность немного успокоилась из-за того, что хоть кто-то из знакомых и приятных мне людей будет со мной рядом в такой трудный момент.

Остаток вечера пролетает также быстро, как и первая половина дня. Я успеваю заказать несколько машин на завтрашнюю отгрузку, написать отчет. Когда я его заканчиваю и поднимаю голову, на часах уже 17-30, а значит пора выходить. У меня как раз на дорогу уйдет целый час, и еще останется небольшой запас времени, на всякий случай.

В 18-10 я выхожу из метро. От метро до офиса 5 минут пешком, поэтому я пишу Максу, что подхожу. Подойдя к бизнес-центру, осматриваю его. На вид около 20-25 этажей. Стены выглядят стеклянными, но внутри ничего не видно. Захожу внутрь. Внутри все стерильно чисто. Все предметы мебели, а также пол, двери лифта так хорошо помыты, что все блестит. В центре огромного холла расположен круглый ресепшен. Я подхожу к нему. За ним сидит молодая девушка лет 25. У нее светлые волосы, аккуратно убранные в пучок, неброский натуральный макияж, и светло-серая униформа работников бизнес-центра. При виде меня, она встает.

– Добрый вечер! Чем я могу Вам помочь? – спрашивает она меня очень любезно.

– Здравствуйте! Я на встречу в издательство «Женский роман». – Отвечаю я ей так же любезно.

– Одну минуту мэм, я проверю, заказан ли на Вас пропуск. Сообщите, пожалуйста, Ваше имя. – Улыбается она.

– Елизавета Богатова.

Девушка с ресепшена проверяет наличие пропуска на мое имя в компьютере. Через несколько секунд она мне сообщает.

– Все в порядке. Вы можете пройти. На лифте на тринадцатый этаж. – Говорит она, указывая рукой по направлению к лифту.

– Благодарю Вас, Ирина. – Отвечаю я ей, увидев ее имя на бейдже.

Захожу в лифт, нажимаю 13 этаж, и его двери закрываются. Пока еду в лифте, думаю про несчастливое тринадцатое число, и какое-то опасное и угнетающее чувство накатывает на меня. Двери лифта открываются и первое, что я вижу – это Макс, сидящий на коричневом кожаном диване, и как я понимаю, ожидающий меня.

Он одет в классический черный офисный костюм, белую рубашку, и галстук темно бордового цвета. Его волосы аккуратно зачесаны в прическу. А лицо свежо и гладко выбрито, как и всегда. Единственное, что кажется мне в нем незнакомым, так это его взгляд. Обычно он добрый и непринужденный, а сейчас деловой и серьезный. Его лицо показывает, что он в данный момент размышляет над чем-то очень важным.

Но завидев меня, выражение его лица меняется, и он превращается все в того же добродушного парня, которого я и знала. Он подходит ко мне, по-дружески обнимает:

– Привет! Молодец, что приехала пораньше. Это говорит о том, что ты пунктуальна и с тобой можно иметь дело! А в издательском деле это очень важно. – Говорит Максим абсолютно серьезно (видно, что он обожает свою работу). – Но нам необходимо немного подождать, пока мой шеф закончит предыдущую встречу. Не все так пунктуальны, как ты!

Я улыбаюсь ему в ответ, и мы присаживаемся на диван. Я оглядываю комнату. Это небольшое помещение, в котором всего четыре стены. У одной из стен, слева от лифта, находится полукруглый ресепшен. Сейчас он пуст, так как рабочий день секретаря уже закончен. За ресепшеном открыта дверь, за которой виден длинный и пустой коридор. По обе стороны коридора расположены двери. Напротив респешена стоит коричневый диван, собственно на котором мы и расположились. Над диваном висит огромная надпись «Женский роман». Ее я еще запомнила, когда выходила из лифта. А вместо окна напротив лифта расположилась огромная стеклянная стена с шикарным видом на один из Московских районов.

– Увы, я не смогу пойти с тобой в кабинет. Он всегда проводит встречи с молодыми авторами тет-а-тет. – Прерывает наше молчание Макс.

Я поворачиваюсь к нему и улыбаюсь. В этот момент открывается ближайшая к нам дверь в коридоре, и от туда выбегает разъяренная женщина. Последнее, что я слышу из ее речей: «Да пошел ты!». С этими словами она с силой захлопывает дверь и пролетает мимо нас к лифту. Она нажимает на кнопку и двери лифта тут же распахиваются. Через несколько секунд, она скрывается за ними. Пока она стояла в лифте, я успела ее слегка рассмотреть. Она высокого роста, выше меня примерно на целую голову. Слегка полновата. У нее коротко стриженные волосы светлого цвета. На вид около 40-45 лет. У нее узкий лоб, маленькие злые глаза, заостренный нос, и узкие плотно сжатые в одну линию губы.

– Что это было? – Спрашиваю я Макса, не скрывая свое изумление.

– Да забей! Тебе сейчас не до этого! – совершенно спокойно сообщает он.

– И все-таки? – не отступаю я, – мне предстоит сейчас общаться лицом к лицу с главным редактором, от которого только что выбежало… Это… – Больше я не могу подобрать данному событию никакого слова.

– Это наш постоянный автор. Можно сказать, что она приносит нашему издательству 50% выручки. Но она такая психованная, все время орет. На нее уже давно никто внимания не обращает. – Успокаивает меня Макс.

Я встаю с дивана и подхожу к двери. На ней висит табличка: «Главный редактор Ремес Илларион Львович». Стучу в дверь. Открываю и говорю: «Добрый вечер! Могу я войти?».

– Да, заходи! – кричит мне противным голосом главный редактор, стоя спиной ко мне у кулера.

Я захожу внутрь и закрываю за собой дверь. Кабинет выглядит довольно просторным. В центре него стоит огромный, деревянный, овальной формы, светло-коричневый стол. Вокруг него 8 стульев. Противоположная стена от двери полностью стеклянная. Около нее находится его рабочее место. На стене слева от меня висят несколько картин с пейзажами. На одной из них я узнаю улицы Венеции по гондолам. Рядом с другой стеной расположено несколько шкафов. Спустя несколько мгновений Илларион Львович поворачивается ко мне.

Он маленького роста, даже ниже чем я примерно на пол головы. Он не просто в меру упитанный, он толстый, я бы даже сказала, что жирный. Одет он в светлый костюм, который, на мой взгляд, делает его еще более толстым, чем он есть на самом деле. Верхняя пуговица от рубашки расстёгнута, галстука нет. Лицо очень круглой формы. Шеи не видно, так как вместо нее расположился второй подбородок. Волосы светлые и не расчесаны, а просто свисают сальными сосульками. Его взгляд, мне кажется, очень холодным и … не могу подобрать слова…опасным. Да, именно, опасным. Он стоит, смотрит на меня и просто молчит. Я испытываю неловкость от этого, поэтому начинаю разговор первой.

– Меня зовут Елизавета Богатова. Максим Григорьев – ваш помощник, назначил мне сегодня встречу с вами по поводу моей написанной книги. – Я заканчиваю и оцениваю его реакцию. Мне странно, что он не предлагает мне присесть и не говорит каких-то приветственных слов.

– Да, он что-то упоминал. – Прерывает молчание Илларион Львович. – Это Ваша первая книга?

– Да. – Честно отвечаю я.

– Вы считаете, что она достойна быть напечатанной в таком известном и крупном издательстве, как наше? – задает он мне вопрос, который я ну никак не ожидала услышать. И что мне ответить? Я думала, что вопрос уже решенный, и мы будем обсуждать, какие-то правки в книге, количество тиражей, мои авторские права и так далее. Но я точно не ожидала услышать такого вопроса. Молчать нельзя. И я продолжаю.

– Конечно, мне бы этого очень хотелось. Если у Вас есть какие-то пожелания или замечания по поводу моей книги, я готова их выслушать.

– Мне плевать! Мне плевать на твою книгу и на ошибки в ней. – Сурово и небрежно говорит мне этот так называемый главный редактор, полностью лишенный чувства такта и уважения.

С этими словами он подходит ко мне очень близко, нарушая мое личное пространство. Он дышит мне в шею. От него несет каким-то мерзким и неприятным запахом его жирного, пропотевшего тела.

– И если ты хочешь, чтобы твоя книга была опубликована нашим издательством, то сегодняшний вечер ты должна провести со мной.

Я не верю своим ушам. Он что серьезно? Я не такая. Я не собираюсь спать с кем попало ради выпуска какой-то книги. И тем более с этим жирным уродом, называемым себя главным редактором.

– И да, кстати, я должен понять, что тебе будет приятно все то, что я с тобой собираюсь сделать! – Продолжает он совершенно без капли какого-либо смущения.

О, господи, он еще и умудряется продолжать говорить мне об этих непристойных вещах. Неужели ему недостаточно моей гримасы, чтобы понять, что я никогда на это не соглашусь. Видно, что он говорит это не в первый раз.

– Прошу прощения, ЧТО? – не удерживаюсь я от комментария, соблюдая при этом, хоть какие-то знаки приличия.

– Ты что, еще и глухая? – Продолжает дерзить мне он. И кладет свою пухлую руку мне на юбку чуть выше колена и начинает ее задирать. – А ты думала, что твои любовные «сопли» опубликуют просто так? Приходят тут ко мне всякие бездарности и клянчат вечно. Надоели! Либо ты соглашаешься на секс со мной, либо пошла вон! – Орет он, при этом как-то непонятно и нервно дергаясь.

Я смахиваю его руку и отшатываюсь назад.

– Никогда! – Это единственное, что вырывается из моего рта.

Я хотела было уже уйти. Но вдруг, этот придурок неожиданно заорал.

– Макс зайди сюда, немедленно! – От неожиданности, и этого противного и мерзкого голоса я слегка дернулась.

Открылась дверь. В кабинет заходит Макс. Его лицо белее смерти. В глазах я вижу только злость. Похоже, что он слышал весь разговор. Вот только я пока не могу понять на кого он злиться на меня за то, что я отказала этому мудаку и подставила его, или все-таки на своего начальника.

– Ты кого сюда привел идиот? – Начинает кричать этот обезумевший от бешенства козел. – Ты сказал, что она талантливая, а что вижу я на самом деле. Ты был неплохим малым поначалу. Но я больше не желаю таких подстав. Либо ты мне сейчас помогаешь ее трахнуть, либо ты уволен! – Орет Ремес, бросая при этом из своего мерзкого рта слюну.

– Да пошел ты придурок! – с яростью и злостью отвечает ему Макс. Он отталкивает меня и становиться между мной и своим бывшим начальником. И я только вижу, как кулак Макса врезается в челюсть этого толстого редактора. – Пошли отсюда. – Он берет мня под руку, и мы выходим.

Не помню как, но мы оказываемся с Максом вдвоем в баре, напротив входа в метро. Он заказывает две двойные порции виски со льдом. Он берет стакан с виски в руки.

– Прости меня, Лиза! – И с этими словами делает огромный глоток.

Я понимаю, что он тоже в шоке. И что, похоже, он сегодня напьется в стельку, поэтому решаю контролировать дозу алкоголя, которую мне предстоит сегодня выпить. Ведь кто, как не я повезу его домой, а точнее к Марго, так как я не знаю, где он живет. Пока я размышляю над всем этим, Макс допивает свой стакан.

– Еще один двойной виски со льдом. – Обращается Макс к бармену.

– А не быстро ли ты стартанул? – интересуюсь я, при этом указывая на его первый бокал.

– Лиза, умоляю, прости! – игнорирует мой вопрос Макс и продолжает. – Я, конечно, подозревал, что он придурок, но что на столько! Я слышал весь ваш разговор! Боже мой, как же я тебя подставил! – Не унимается он.

– Макс! – обращаюсь я к нему, немного подпихивая его локоть, чтобы он повернулся ко мне лицом. Я добиваюсь своего и дальше продолжаю. – Это ты меня прости. Из-за меня тебя уволили. – Говорю я, испытывая искреннее сострадание.

– Ты, что сошла с ума? Неужели ты такого мнения обо мне, что думаешь, что я смогу работать с такими козлами, как он? Если бы я знал это раньше, я бы уже давно ушел. – Отвечает он мне с явной обидой в голосе. При этом бармен ставит ему второй стакан, и он выпивает его залпом.

Я делаю глоток из своего стакана. Я морщусь, так как до этого никогда не пила виски в чистом виде. Я отставляю свой стакан.

– Прости! Я не хотела тебя обидеть. Конечно, ты не такой. Но мне действительно жаль, что ты из-за меня потерял работу.

Я смотрю на Макса. Он уже изрядно пьян. За все время нашего знакомства никогда не видела его таким. Мне как-то не по себе.

– Ты что глупенькая, – с очень смешным, пьяным и в тоже время добрым голосом продолжает Макс, смотря на меня прямо в глаза, – ты сегодня просто помогла мне сделать правильный выбор. Меня уже давно приглашают редактором в издательство, специализирующимся на детективах. Но я не люблю бегать с места на место. И к тому же, мне хотелось сделать для Марго хоть что-то (это он имел в виду помощь ее подруге, то есть мне). Ведь я так люблю… – На этих словах он смотрит на мой стакан. Наверное, он так опьянел, что даже не смог добавить Марго к своему последнему недосказанному предложению.

– Не возражаешь, если я допью? Жаль, добро пропадает.

– Не совсем уверена, что это добро, но нет, не возражаю. – Меньше всего я сейчас хочу пить эту гадость, а тем более, я уже окончательно поняла, что доставка Макса сегодня на мне.

Когда он допивает мой стакан, я понимаю, что Макс уже окончательно пьян. Я достаю телефон и сначала звоню Марго, предупредить ее о нашем позднем визите. Второй звонок я адресую в службу такси.

Спустя сорок минут мы подъезжаем к дому Марго. Макс спит у меня на плече. Я тихонько подталкиваю его, чтобы разбудить. Он просыпается, открывает глаза и смотрит прямо в мои.

– Ну что, дойдешь сам, или мне вызывать подмогу в лице Марго? – по-доброму подшучиваю над ним я.

Но вместо ответа, уже чувствую на своих губах его горячее дыхание, чувствую, как его язык начинает проникать внутрь моего рта. Я немедленно отстраняюсь. Господи, что он творит!? Кажется, у Макса началась алкогольная белка. Я быстро расплачиваюсь с таксистом и вытаскиваю его из машины. Кое-как мы добираемся до квартиры Марго. Она открывает дверь.

– Боже мой, что случилось? – Почти вскрикивает Марго, увидев нас с Максом в таком состоянии. – Макс – пьян, а у тебя блеск на губах размазан! – С ошеломленным видом продолжает она.

– Марго, Маргоша! Прости, я не оправдал твои ожидания! Сможешь ли ты быть со мной после этого? – жалобным голосом произносит Макс.

Конечно, этими словами Макс имел в виду помощь мне с публикацией книги, но Марго походу этого не понимает. Она что же, не знает, что он любит ее до беспамятства? Хотя этот непонятный поцелуй в такси и эти нежные СМСки сегодня. Господи, да о чем это я. Просто он сильно пьян, и наверняка не соображает, что делает. Марго смотрит на него, а потом на меня подозревая что-то нехорошее. Думаю пора развеять ее сомнения на счет нас с Максом.

– Давай уложим его спать, а потом я тебе все объясню. – Сообщаю я ей.

Она очень недоверчиво смотрит на меня, но все же не сопротивляется, и, спустя десять минут, мы с Марго сидим на кухне за чашкой, и я ей рассказываю о сегодняшнем происшествии, упуская, конечно, ситуацию с поцелуем.

5 марта 2016 года

На следующее утро после той жуткой встречи в издательстве «Женский роман», мы дружно решили, что нам всем необходимо отдохнуть. Поэтому на мартовские праздники, мы решили все вместе, а именно я, Макс, Артем и Марго, слетать куда-нибудь, развеяться. В итоге ребята отвалились от нашего списка, так как Артема не отпустили с работы, а Макс решил заняться поисками новой. Но мы с Марго не отступились от своих планов и сейчас сидим у выхода на посадку на наш рейс номер 679 в Лондон.

О, да! Вот-вот и еще одна моя мечта осуществиться! Я побываю в Лондоне! И хотя, тот ужасный инцидент в офисе издательства еще не совсем забыт, я абсолютна счастлива. Ведь я обожаю проводить время на отдыхе с моей обожаемой подругой. Жаль, конечно, что Роберта не будет рядом с нами. Но ничего мы и вдвоем отлично повеселимся, а я к тому же еще и попрактикую свой английский язык.

Объявляют наш рейс. Мы с Марго проходим в самолет. Так как ночь перед этим Марго провела на работе, она решила поспать во время полета, чтобы побольше времени провести в Лондоне не в спящем состоянии. Я следую ее примеру и уже через несколько часов открываю глаза в Лондоне, когда наш самолет приземляется на одну из взлетно-посадочных полос аэропорта Хитроу.

Первым делом мы едем в гостиницу, бросаем там вещи, переодеваемся и отправляемся гулять. У нас есть всего 2 дня, чтобы познакомиться с Лондоном, прочувствовать его атмосферу, и опробовать на себе культуру распития пива в лондонских пабах. В понедельник вечером нам необходимо вернуться в Москву. И хотя на работу надо будет выходить только 9 числа, 8 марта у Марго и, как оказалось, у Макса тоже день рождения. И Макс пригласил Марго и нас с Артемом к себе домой в гости.

Начитавшись различных путеводителей и блогов в интернете, мы с Марго решили начать осмотр достопримечательностей Лондона со станции метро Ватерлоо, так как основные известные места города находятся именно вокруг нее.

Итак, выйдя со станции, мы, следуя указателям, направились к реке, для того, чтобы увидеть «Око Лондона» – одно из самых высоких колес обозрения в мире. Марго предлагает прокатиться. Мы встаем в билетную кассу. Перед нами всего 3 человека. Странно, что очередь такая маленькая. Неужели люди не хотят совершить этот прекрасный получасовой полет над землей и насладиться этим незабываемым видом, о котором так много написано во всех путеводителях. Задаю я себе мысленно этот вопрос. Мы проходим в нашу кабинку. С нами в кабинку заходят те три человека, которые покупали перед нами билеты. И мы отправляемся в это «сказочное круголондонское путешествие». Кабинки похожи на прозрачные капсулы. Когда поднимаемся, я начинаю нервничать, так как очень сильно боюсь высоты.

–Расслабься! Ты в безопасности. Вывалиться из капсулы Лондонского колеса обозрения невозможно. – Сообщает мне Марго, увидев мою нервозность.

Я подражаю ее примеру, и мы плавно парим вверх. Когда мы достигаем самой высокой точки, мое дыхание замирает. Отсюда видны практически все достопримечательности Туманного Альбиона. Можно сказать, что Лондонское око – это своеобразный путеводитель по Лондону.

Когда мы возвращаемся на землю, мои ноги слегка дрожат от этой головокружительной высоты и необыкновенного вида.

– А ты знаешь, что здесь ровно 32 кабинки? – Спрашивает меня Марго.

– Это что-то означает? – Обращаюсь я к ней.

Она не зря меня спросила. Обычно, когда мы куда-нибудь вместе ездили Роберт рассказывал нам историю того или иного места, а Марго интересные факты.

– Да. Капсулы Лондона символизируют собой пригороды Лондона, которых, как не трудно догадаться 32. – Поясняет с умным видом мне Марго.

– Ого, интересно!

Далее, мы прогуливаемся по набережной Темзы и Вестминстерскому мосту. В конце моста видны известные на весь мир часы Биг Бен.

– Надо же, он выглядит точно так же, как и на картинке. Восхищаюсь, что нахожусь рядом с визитной карточкой Лондона. – С трепещущим чувством сообщаю ей я.

– Вот если бы ты увидела королеву Елизавету, то да, я бы поняла, что ты сказала про визитную карточку, но это же всего лишь здание – Биг Бен.       Марго меня не поймет. Это же не она целых шесть месяцев изучала английскую культуру, распевала английские песенки, училась по-английски заваривать чай. Но мне плевать и я игнорирую ее слова.

Мы гуляем по Лондону целый день, перекусывая на ходу различными булочками и хот-догами. И под конец дня мы оказались в замечательном местечке. Место напоминает парк. Вокруг стоят, раскинув свои заснеженные ветви, как огромные мужские руки в варежках, деревья, застывший пруд, за которым открывается вид на Букингемский дворец.

– Как красиво! – Восклицаю я.

– Да! Согласна. Но если бы он здесь не жил, в этом городе, ты бы тоже так сказала? – Спрашивает Марго, при этом с хитрой ухмылкой поглядывая в мою сторону.

Я понимаю, к чему она клонит.

– Мне кажется твоя такая улыбка тут совершенно не к месту. Я вообще не вижу никакой связи между красотой этого прекрасного города и Эдриана Олбрайта, который тут живет. Не думаю, что он может как-то повлиять на мое восхищение этими чудесными творениями и традициями Англии. – Решила не покупаться на ее выпадки и подколы.

– Но признай, он невероятно красив и обаятелен! – Не отстает от меня Марго.

– Ты о парке, Букингемском дворце или в целом о Лондоне? – Включаю дурочку я.

– Ой, хватит валять дурака! Мы обе прекрасно знаем, о ком идет речь! Ты даже о нем книгу написала! – Не унимается моя приставучая подруга.

– Вообще-то я замужем! – Вскидываю от недовольства свои брови. И делаю при этом очень серьезное лицо. В стиле мне это не интересно. Хотя в глубине души что-то екает от ее слов. Но я сразу же глушу это еканье и пресекаю все попытки его вернуться в мою голову.

– И что? У нас просто девчачий треп! – Восклицает Марго, с удивлением смотря в мою сторону. Она ловит мой взгляд. Я не хочу, чтобы это непонятное еканье увидела и она. Иначе я не смогу уже в себе его потушить, так как Марго очень настойчивая и болтливая в таких делах.

– Ну, хорошо. Если я тебе скажу, что да он невероятно красив и обаятелен, тебе станет легче? – Повторяю ее слова, лишь бы поменять тему беседы.

– Ага! – С довольным выражением лица кивает мне она.

Чтобы как-то отвлечь Марго, я решаю сменить тему нашей беседы.

– А ты знала, что в Лондоне тоже есть бар «Под мухой»? – Интересуюсь я у нее.

– Тогда мы просто обязаны его посетить! – С искоркой в глазах, отвечает мне Марго. – После такой прогулки нам необходимо расслабиться.

Поддерживаю ее, и мы направляемся к метро. Всю дорогу до бара я не перестаю думать о нем… О Эдриане… О Эдриане Олбрайте. Интересно, чем же он так зацепил меня? Почему я не могу прогнать его из своих мыслей? У меня ведь есть любимый муж. И все мои мысли должны быть заняты только им, а не каким-то голливудским сердцеедом, которого я даже, скорее всего, никогда не увижу. Неужели это сказывается вечное отсутствие Артема, его командировки и то, что когда я писала книгу, очень много читала о НЁМ. О, господи! Кажется, я начинаю сходить с ума. Все мне надо выкинуть его из головы. Хотя, что я такое говорю! Сложно не думать об Эдриане здесь, в Лондоне, особенно, когда почти на каждом шагу висит его портрет.

Слава Богу, мы уже подходим к бару. Он расположен на Чёлк Фарм Роуд 49, прямо на углу дома. Над входом огромная вывеска BAR FLY.

– Ну, что протестируем и сравним? – С явной активностью и напором в голосе, риторическим вопросом обращается ко мне Марго.

Я одобрительно киваю, и мы заходим внутрь. Это оказывается не просто бар. Посередине помещения расположилась музыкальная площадка. В углу барной стойки Марго находит два свободных места, и мы занимаем их. Повсюду расставлены и развешены таблички с коктейлями, которые можно заказать в баре. Я на английском обращаюсь к бармену и заказываю себе коктейль. Вроде он меня понял, так что мои занятия не прошли даром. Марго также заказывает себе коктейль. Мы решаем с ней остановиться на Лонг Айленд. Немного выпив, я решаю выведать у Марго интересующую меня тему.

– Марго, а как у вас дела с Максом? – Я жажду услышать ее мнение. Ведь недавно Макс излил мне свою душу по поводу своей страстной любви к Марго. И я бы очень хотела что-то подобное услышать от нее. На мой взгляд, он отличная кандидатура в спутники ее жизни.

– Не знаю. – Очень вяло произносит Марго.

– Что-то я тебя не понимаю, он же так любит тебя… – Хочу продолжить, но Марго перебивает.

– Думаешь, любит? – С какой-то опаской в голосе спрашивает она меня. Неужели все же та размазанная на моих губах помада, в тот вечер, когда я притащила пьяного Макса, не покидает ее память.

– Ну, ты и дура! – И я подробно рассказываю ей о признании Макса в своих чувствах к ней в тот злополучный вечер, когда у нас была встреча с тем жирным придурком в издательстве «Женский роман». Но всё-таки про себя умалчиваю, что он сказал лишь «я так люблю…», и не закончил фразу. Нет, он, разумеется, имел ввиду Марго.

Она внимательно слушает меня. Но только вместо радости в ее взгляде, как у обычной нормальной девчонки, я вижу уныние и печаль.

– Неужели, ты не понимаешь, зачем он решил устроить вечеринку у себя? Наверняка он хочет представить тебя своим родителям и друзьям. И решаю, что не произнесу больше ни слова, так как я хочу услышать хоть что-то от нее. И понять ее печаль в глазах.

– В том-то и дело. Думаешь, я не понимаю этого? Думаешь, я не догадываюсь, к чему в наших отношениях все идет? – Говорит и смотрит мне прямо в глаза Марго. – Но мне, кажется, что я не люблю его. Все поначалу так хорошо было. Он умный, красивый, интеллигентный, и он любит меня. Но он хочет семью, понимаешь? Он хочет детей. И он кричит об этом на каждом углу. Но я пока к этому не готова. Я хочу веселиться и гулять. Я хочу путешествовать. Я хочу развиваться на работе. Я хочу карьерный рост. Но я не готова к детям.

Марго смотрит на меня, и ждет мою реакцию. Ну что тут можно поделать! В плане семейных и личных отношений, мы настолько различны во взглядах, что я даже и не знаю, что сказать.

– Но быть вместе, иметь семью – не означает, что нужно запереться в четырех стенах и лишить себя всех этих прелестей жизни. Разве не этому ты меня учила пол года назад? – Это единственное, что мне приходит на ум. Но понимаю, что мои слова сейчас для нее, «как об стенку горох».

– Ладно, не будем о грустном. Пойдем танцевать. – Прерывает меня Марго.

Мы допиваем наши коктейли, и вместе уплываем в танце под какую-то местную музыкальную рок группу.

8 марта 2016 года

Я стою перед холодильником. Только вчера мы с Марго вернулись из Лондона. Столько красивых и ярких впечатлений подарил мне он. Я увидела воочию все, о чем мечтала, Биг Бен, Букингемский дворец, Трафальгарскую площадь, черных воронов, солдат в красных шапках. Единственное, чего не хватает моей душе – так это романтики. Ведь Марго никогда не отличалась способностями к этому чувству, и смеялась над ним. Да и Артем в отношении со мной давно не проявлял ее. Конфетно-букетный период прошел, и началась семейная рутина. Наверное, ему настолько хватает романтики на работе, что для меня на нее уже совсем нет ни сил, ни желания. А мне бы так хотелось прокатиться на Лондонском колесе обозрения ночью под луной, вдвоем. Только он, мой муж, и я при свете маленьких мерцающих звезд с неба и разноцветных огоньков под нами. Но этому, видимо, не бывать, или, по крайней мере, не бывать в ближайшее десятилетие точно.

Я возвращаюсь из своих раздумий, и мой взгляд останавливается на листе желаний, который висит прямо перед моими глазами. Я беру ручку и решаю его слегка подправить, ведь что-то из этого списка уже сбылось.

Первое, что я вычеркиваю – это книга. Да, черт возьми! Я сделала это! И хотя в ее издании я потерпела поражение, но ведь это и не было моей основной целью. Я не искала славы. Я не хотела и не хочу быть кумиром миллионов. Я просто осуществила поставленную цель, а точнее мечту, и близкие мне люди по достоинству оценили это.

Далее я вычеркиваю пение, йогу и английский. А для себя в уме решаю, что не брошу эти занятия, и теперь буду продолжать усовершенствовать свои навыки и знания.

Смотрю, что осталось: театр, права, машина, ребенок. Пожалуй, надо решить, к какой из этих целей мне преступить в ближайшем будущем, чтобы не останавливаться на достигнутом. Решая, что творчества мне и так сейчас хватает, выбираю получение прав. Да уж, пожалуй, это будет не так и легко. Сколько я всего наслышана про нашу замечательную коррупционную систему. Но делать нечего, если я хочу чего добиться, то надо к этому стремиться. Поэтому решаю, что заменю один день занятия йогой и один день английского на обучение вождению.

На этой мысли, я открываю холодильник и достаю от туда яйца, колбасу и масло, для того, чтобы приготовить нам с Артемом завтрак. На завтрак решаю приготовить глазунью с жареной колбаской и тосты.

Позавтракав, Артем идет мыть посуду, а я заворачивать подарки для наших именинников. Марго я заворачиваю подарок в серебристую пленку с красным бантом. На обратном пути из Лондона я увидела прекрасную модель Боинга 787 Британских авиалиний – Дримлайнер ее мечты. И пока она выбирала для себя очередные духи, купила ей его в подарок для ее коллекции.

Артем же купил для своего бывшего армейского сослуживца модель военного корабля. Проведя пол дня дома, немного прибравшись и упаковав подарки, мы направляемся на вечеринку, в честь наших лучших и близких друзей.

Мы подъезжаем к дому на такси, адрес которого мне скинула Марго смс. Дом Макса находится в Подмосковье. Он обнесен огромным красным кирпичным забором. Я удивлена! Я то думала, что Макс обычный офисный клерк, но оказывается, что ошибалась. Хорошо, что я прилично оделась. На мне одето красное приталенное платье с белым ремешком, и свободной юбкой книзу. Волосы красиво уложены. Но я, все равно, ощущаю себя, как бы, не в своей тарелке.

Кажется, мой муж замечает мое смущение и чувство не уюта.

– Не ожидала такого? – Спрашивает меня Артем.

– Точно. – Подтверждаю его слова. – А ты?

– Ну, если честно, что-то в этом роде я и представлял. У него родители за границей живут. Занимаются там каким-то бизнесом. Он и сам там провел студенческие годы. Но захотел вернуться обратно домой. Макс любит самостоятельность и независимость! Но все-таки его родители убедили принять в дар некоторые вещи, к примеру, как я понимаю вот этот дом. – Поясняет мне мой муж.

– А я то думаю, чего ты вдруг костюм надел? И, кстати, откуда ты все это знаешь? – Интересуюсь я. – Не помню, чтобы он о них упоминал.

– Да, он у нас та еще скромняга!

На этих словах, мы звоним в звонок. Открывается дверь, и к нам на встречу выбегает Марго, в красивом длинном черном бархатном платье с разрезом до бедра и накинутой сверху курткой Макса. Ее волосы красиво спадают большими локонами на плечи. Платье, конечно, очень красивое, но честно говоря, бархат ей не совсем к лицу, а точнее не к попе, превращая два сочных яблочка в два переспелых арбуза.

– Привет, друзья! – Радостно обнимает она нас. – Пойдемте в дом.

– Ты знала про его богатства? – Шепчу на ухо я своей подруге, так, чтобы никто не услышал.

– Ага. – Подмигивает мне Марго.

– И когда собиралась рассказать мне об этом? – С обидой в голосе все также шепчу ей не заметно.

– Он хочет, чтобы с ним дружили не из-за денег. Я обещала.

Я решаю больше не докучать ей своими расспросами в День ее Рождения. И мы как раз уже заходим внутрь.

Дом внутри, как собственно и снаружи, выглядит огромным. Он выполнен в классическом английском стиле. Как я поняла, еще подходя к нему, дом состоит из двух этажей. Сейчас мы оказываемся на первом этаже в огромной гостиной, полностью заполненной различными людьми, музыкой. Все это напоминает студенческую вечеринку, только в дорогом обличии. По стенам гостиной располагаются небольшие столики, где на тарелках красиво сервированы различные холодные закуски. Как только мы заходим внутрь, к нам подбегает Макс. Мы с Артемом поздравляем их с Днем Рождения, дарим подарки. Кажется, что с подарками, мы попали прямо в яблочке и я от этого безумно счастлива. Вечер проходит просто замечательно. В самый разгар праздника, Марго решает похвастаться перед Артемом огромной коллекцией кораблей Макса. Они выходят из комнаты и поднимаются на второй этаж в его кабинет.

Когда они удаляются из комнаты основного веселья, в помещении начинает играть очень приятная на слух и красивая мелодия Элтона Джона «Sacrifice». Макс подходит ко мне и приглашает на танец. Он уже изрядно выпил, чего-то очень крепкого и очень дорогущего. Я, собственно говоря, тоже не совсем трезва, и принимаю его приглашение. Мы танцуем, болтаем, веселимся от души.

– А ты, оказывается, прекрасно танцуешь! – Не удерживаюсь я от комплимента.

– А ты сегодня просто восхитительно выглядишь! – Сыплет комплимент мне в ответ Макс.

Музыкальная композиция подходит к своему завершению. Макс кружит меня, наклоняет и на финальном аккорде страстно целует в губы. Я растеряна, я не знаю, что делать, я пьяна… Скорее всего последнее мое состояние не позволяет мне оторваться от Макса. Кажется, он пользуется моментом, и еще яростнее впивается в мои губы. «Боже мой, как же он здорово целуется!» – проносится в мыслях. Моя голова идет кругом. Музыка заканчивается, и Макс, слегка придерживая, ставит меня на ноги.

– Это был лучший подарок на День Рождения за многие годы! – Шепчет мне на ухо Макс. – Спасибо!

Я начинаю понимать, что же сейчас произошло, такое чувство, что все было как в тумане. Я совсем запуталась. Оглядываюсь по сторонам. Но, слава богу, на нас никто не обращает внимание. Все уже очень пьяны и каждый занимается своим делом, кто увлечен беседой, кто поеданием различных вкусностей, кто танцами. Так что можно сказать, мы просто слились с общей волной толпы. Из-за моей спины появляется Марго. О, Боже мой, как я могла с ней так поступить? Чувствую себя полной скотиной! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, сделайте так, чтобы она ничего не видела. Но она просто подходит к нам и абсолютно спокойно рассказывает Максу о восхищениях Артема по поводу его корабельной коллекции. Кажется, она ничего не видела. Отлично! Я сразу же заметно успокаиваюсь. И праздник продолжается.

Когда все гости начали разъезжаться, Марго попросила нас задержаться. И вот наконец-то все разъехались и в доме остались только мы вчетвером.

– Ребят, у меня для вас есть хорошие новости! – Говорит Макс, смотря прямо на меня. Видимо, эти новости большей степенью связаны со мной, чем с кем-либо из присутствующих. – Ну, в принципе, не только для вас, но и для меня.

Я заинтригована.

– Как вы догадались, мои родители богаты. И на мой 30-ти летний юбилей решили подарить один очень интересный подарок. – Продолжает Макс.

А выглядит он явно моложе своих лет. Как же так получилось, что он с Темой служил в армии в одно и тоже время. Ведь Тема на много моложе его. И вспоминаю, что он сказал, что Макс жил заграницей какое-то время, поэтому и пришлось служить ему в армии намного позже других, почти к концу его призывного возраста. После своих раздумий возвращаюсь к речи Макса.

– Так вот они подарили мне мой собственный бизнес. А так как они знают, что кроме издательского дела меня ничего не интересует, то преподнесли мне в подарок новое, но уже готовое к работе издательство. Осталось только уладить некоторые вопросы с бумагами и можно начинать работать! И знаешь, что Лиза!? Я решил, что первая опубликованная книга в моем новом издательстве будет именно твоя! – Заканчивает Макс и ждет нашей реакции.

Вечер удался! Это первое, что пришло мне в голову. Моя книга будет опубликована и причем довольно скоро! О большем я и мечтать не могла!

– Ура! – Вырывается из моих уст.

– За честность, порядочность и немного везения! – Поднимает тост Макс. И мы его поддерживаем. Я, конечно, понимаю, что эти слова в первую очередь брошены камнем в огород его бывшего начальника, но мое сердечко екнуло, так как мы только что сами поступили абсолютно бесчестно по отношению к нашим спутникам жизни. Но не подаю вида.

– И да Лиза, у меня есть кое-какие контакты иностранных издательств. Возможно, нам удастся сразу и на мировую арену выйти! Было бы здорово, как считаешь?

1 мая 2016 года

Сегодня день презентации моей первой книги. А также сегодня 1 мая – День труда и отдыха. Этот день в России считается выходным днем. По всей стране проходят различные демонстрации, концерты, гуляния. Многие, конечно, стараются уехать на дачу, и все-таки остальные проводят его в городе, гуляя и наслаждаясь духом праздника и веселья. Разве можно было выбрать день для презентации книги лучше, чем этот. Конечно, в этом нельзя отрицать профессионализм Макса.

Он устроил презентацию книги в одном из самых больших книжных магазинов Москвы, который носит простое и лаконичное название «Книжная лавка». Под этот магазин отведено целое здание, состоящее из трех этажей. Очень часто именно здесь проходят презентации книг различных известных авторов и жанров, а иногда и даже нескольких сразу на разных этажах. Так случилось и сегодня. Мне достался второй этаж, как новичку. Ведь первый этаж, достается только зарекомендовавшим себя, известным авторам и писателям. Сегодня он достался известной писательнице различных женских романов Ларисе Шипиловой. Если честно признаться, до сегодняшнего дня я не слышала о ней ни слова, так как в литературе предпочитаю классику современной прозе. Но сегодня мне пришлось не просто узнать о ней, но и испытать на себе ее легкие приступы гнева.

Презентация проходила отлично. Я была так воодушевлена, рассказывая читателям о своем литературном произведении, знакомя их с известными личностями других стран (имею ввиду с Эдрианом Олбрайтом), и раздавая направо и налево свои автографы. К сожалению, Артем из-за очередной командировки не смог разделить со мной этого мгновения счастья, а вот Макс смог. Он помогал мне во всем.

Презентация моей книги закончилась раньше, чем презентация Ларисы Шипиловой. И спускаясь со второго этажа, я заметила знакомые черты в женщине, которая раздавала свои автографы. Не знаю чем, но она привлекла мое внимание. Я начинаю оглядывать ее. На вид ей около 40 лет. Она явно выше меня и полновата. У нее коротко стриженные волосы светлого цвета. И то, что мне отчетливо бросилось, так это маленькие, но злые глаза. И хотя, она всем улыбалась, глаза ее были действительно очень злыми. Да, именно, злыми. Я напрягаю свою память, и пытаюсь вспомнить, где я ее уже встречала. Я отчетливо помню, что где-то уже видела эти маленькие злые глаза, но где именно никак не приходит на ум.

– Кто она? – Спрашиваю я сопровождающего на презентацию меня Макса. Он может ее знать. Она же часть издательского бизнеса.

– Это Лариса Шипилова! – Почти плюя в ее сторону, сообщает мне Макс. – И надо же было этой ведьме устроить презентацию именно сегодня! Обычно все свои выходные дни она проводит исключительно на даче со своими любимым телевизором. А тут надо же 1 мая, когда вся страна отдыхает, решила потрудиться!

Выражение его лица, его слова говорят о том, что он с ней хорошо знаком.

– Видимо ты с ней хорошо знаком? – Озвучиваю ему свои мысли.

– Ты даже не представляешь насколько! А кстати помнишь, она вылетела тогда из кабинета этого чокнутого, моего бывшего босса? Ты тогда еще здорово перепугалась и расспрашивала меня.

– Точно! – Срывается с моих губ.

А в голове проскакивает, с таким редактором, как редактор «Женского романа», могут работать только неуравновешенные и неадекватные личности. Интересно и почему вдруг я о ней так плохо думаю. Ведь я совсем не знаю этого человека. Хотя Макс тогда что-то говорил про ее скверный нрав. Я останавливаю себя на этой мысли и решаю не осуждать дальше человека, которого совсем не знаю. Как только я об этом подумала, Лариса Шипилова обернулась и остановила свой взгляд на нас. Кажется, она узнала Макса. И точно.

– Ух, ты какие люди! – Неожиданно срывается с ее губ. – Никак не ожидала тебя здесь увидеть. Кажется, ты должен был опуститься на самое дно издательского дела после такого провала в «Женском романе». – С язвой в голосе произносит она Максу. – Да еще смотрю не один, а с этим новым «супер автором». Эта не та ли девица, из-за которой тебя выгнали? – И она одаривает меня своим оценивающим взглядом.

– Посмотрим, кто еще из вас тут «супер автор» – заявляет сухо и жестко Макс. Видимо она совсем допекла его, на его бывшей работе. – Пошли отсюда, она не стоит больше ни слова. – Уже обращается он ко мне. И мы вышли.

– Как на счет отметить сегодняшний триумф? – уже забыв, про стычку с Ларисой весело сообщает он мне.

– А почему бы и нет? – А про себя думаю, как раз я хочу без свидетелей поговорить с тобой про тот поцелуй.

– Отлично! Я знаю прекрасный ресторанчик. Он тут совсем недалеко.

Мы заходим в ресторан, заказываем себе еду. Я уже начинаю собираться с мыслями, чтобы растолковать Максу свою точку зрения, как мы ужасно себя повели во время того танца, и что это впредь никогда не должно повториться, как он прервав мои мысли выпаливает…

– Я люблю тебя! – Говорит он абсолютно уверенно, смотря мне прямо в глаза. – С того самого момента, как я увидел тебя в этом роскошном бежевом кружевном платье на тонких лямках, я больше не могу ни о чем думать. Я так запутался, я не знаю, что делать с тобой, Марго, Артемом и всем, что твориться в моей душе.

Он замолчал и ждет моей реакции. Слава богу, пока он говорил, нам принесли вино. И моя рука автоматически тянется к бокалу. Я отпиваю большой глоток. Надо что-то говорить, но вот, что? Я только, что собиралась сообщить ему, чтобы мы впредь вели себя предельно осторожно друг с другом, только как друзья, дабы не навредить нашим отношениям, а он… вот что выдал…

– Прости! Все это, как-то неправильно, что ли… – Пытаюсь выдавливать из себя слова. – У меня есть муж, который, кстати говоря, является твоим близким другом, у тебя – Марго. Зачем нам все так усложнять?

– Ты меня слышишь? Лиза! – Он берет меня за руку и смотрит в глаза. – Я люблю тебя! – Снова повторяет Макс.

– Макс, я так не могу. – Уже более тщательно стараюсь подбирать слова, при этом осторожно выпутывая свою руку из его руки. – Ты прекрасный, замечательный, отличный человек. Ты очень добрый, ласковый и внимательный. Но ты понимаешь, что это так не честно ни по отношению к Артему, ни к Марго? Я не могу так подло поступить ни со своим мужем, ни с подругой! Считаю, нам стоит остаться только в дружеских и рабочих отношениях. И если честно, мне обидно, что ты так обманываешь ее. Если не любишь, зачем встречаешься? Мне кажется, тебе нужно прояснить с ней эту ситуацию, потому что это как-то неправильно. Это чисто женская солидарность. И прости, но мне, кажется, лучше уйти.

Я не вынесу больше ни минуты, находясь здесь. Макс отличный парень, но лучше бы он мне сегодня ничего этого не говорил. Я встаю, и, не дождавшись еды, ухожу прочь.

2 августа 2016 года

Сегодня мне исполнилось 25. За этот год я столько всего осуществила, я расцвела, как бутон, какого-нибудь прелестного цветка. И все же я добилась еще не всех поставленных целей. К примеру, водительские права. И хоть эта цель еще не сбылась, я не буду сдаваться, и не буду «платить». Я получу их сама, даже несмотря на то, что вскоре пойду сдавать на них уже в 10 раз.

Сегодня мой муж превзошел все мои ожидания. Мы сидим в прекрасной арендованной беседке моего любимого Царицынского парка и жарим шашлыки, отмечая мой маленький юбилей. Сейчас меня окружают только близкие люди – мой муж, брат, лучшая подруга и ее экс бойфренд. Слава Богу, после их разрыва, они научились быть просто друзьями, а то бы мне приходилось разрываться между лучшей подругой и Максом. Это случилось в тот же вечер, после нашей беседы в ресторане. Вечером, он пригласил Марго в ресторан. Она рассчитывала на предложение руки и сердца с его стороны, ей вдруг неожиданно захотелось за него замуж. Но уже вечером в слезах по телефону, она рассказывала мне, что Макс влюбился в другую женщину, и не хочет ее больше обманывать. Хорошо, что ему хватило такта, не рассказать в какую женщину он влюбился, а то это была бы просто катастрофа. Марго бы, наверное, прокляла меня в третьем колене.

Макс стал просто моим вторым работодателем, и мужчиной с надеждами на мое сердце. Однажды, он мне прямо так и сказал, что будет добиваться моего сердца, пока я не сдамся. А вот сегодня подарил мне роскошное ожерелье, явно, стоящее не меньше тысячи долларов. Лицо Марго нужно было видеть. Оно было пунцовым, когда она взглянула на это ожерелье. Артем тактично промолчал, но нотки ревности проскользнули и в его взгляде. Но на все обещания и уговоры Макса, я, надеюсь, четко дала ему понять, что не могу так жестоко поступить с Артемом, поэтому пока решила оставить все, так как есть. Конечно, я не покинула свою предыдущее место работы, так как очень его люблю. И авторство настолько не постоянный заработок, что я скорее решила сделать его своим хобби. И, кстати, сейчас я себя по праву могу назвать писателем. Ведь мою книгу опубликовали. И продажи пошли настолько хорошо, что благодаря стараниям и связям Макса ее перевели на английский язык и буквально на этой неделе начнут продавать в англоязычных странах.

День на природе пролетел быстро и незаметно. И насладившись свежим летним воздухом, жареным мясом и общением со своими друзьями, мы отправились домой. Артем начал разбирать вещи с пикника, а я поставила чайник, чтобы попить чайку. У нас не оказалось ничего дома сладенького к чаю, поэтому я решила быстренько спуститься вниз в магазин, чтобы купить свой любимый Киевский тортик. Когда я возвращалась обратно, в подъезде я по инерции открыла почтовый ящик, и первое что достала из него – это повестку в суд.

ГЛАВА 2

ЭДРИАН

10 декабря 2016 года

Стою перед зеркалом в ванной комнате. Все тоже овальное лицо, высокий лоб, с морщинкой посередине, от того что морщусь от яркого света лампы, кустистые черные, как смоль брови, картофельный нос и мамины припухлые губы. Это отражение в зеркале я вижу каждое утро. Только сегодня, я наблюдаю томный, усталый взгляд своих глубоко посаженных коричневых глаз, а под ними небольшие мешки. Это сказывается вчерашняя вечеринка с моими коллегами, по поводу окончания съемок. И да, не просто съемок, а супер экшена нескольких последних лет «Искусственные миры». И хотя последний день их сегодня, многие вечером уже разъедутся по своим городам и странам, поэтому все отмечания пришлось перенести на вчера. Ведь четыре года совместной работы, четыре части фильма позади. Все мы очень сблизились и сдружились, поэтому хотелось поставить некую фееричную точку. Кто же знал, что с утра так тяжко будет. Это сказывается возраст. Все-таки мне уже не двадцать лет.

Мда, в таком виде я не могу показаться на съемочной площадке, даже несмотря на то, что сегодня последний день съемок. Это плохо повлияет на мою репутацию. Поэтому чищу зубы и залезаю в душ, чтобы хоть немного освежиться. Постояв под слегка прохладными струями воды, я снова смотрю на себя в зеркало. Уже лучше, но надо бы выпить кофе. Сквозь раздраженную кожу проглядывает щетина. Как же она быстро растет, надоела уже. Все из-за того, что приходится каждый день бриться для роли. Успокаивает только одна мысль, что сегодня последний день съемок и, тяжело вздохнув, беру в руку бритву.

Одевшись, я выхожу на улицу и вижу Бекки. Не знаю почему, может быть, потому что мы вместе провели много времени, снимая фильм, а может быть, потому что с ней очень легко в общении, мы очень сдружились. Она, как всегда свежа и весела. Она одета в простые синие джинсы, серую толстовку, выглядывающую из-под темной куртки и кеды. Ее любимая одежда. Ее коротки волосы, как всегда смешно растрёпаны, но ей это очень к лицу. Бекка практически не пользуется косметикой, слегка только подкрашивает ресницы черной тушью. И выглядит, как классная молодая, симпатичная, успешная девчонка. Хотя почему как? Она и есть классная, молодая симпатичная девчонка. Но она мне просто друг. Поэтому с ней я могу себя вести, как я настоящий.

– Доброе утро, Бекки! – говорю я ей своим болезненным голосом, подходя сзади.

Каждое утро мы вмести ходим в ближайший Старбакс пить кофе с мафинами.

– Привет, Эди! – отвечает она мне, сопровождая приветствие своей фирменной улыбкой.

До Старбакса мы идем молча, так как я не могу вымолвить ни слова – раскалывается голова, а Бекки видимо понимая, мои мучения не досаждает мне. Заходим в кофейню.

– Американо с ирландским виски, пожалуйста! – После моих слов, она косится на меня и хитро улыбается.

– Что-нибудь на десерт, сер? – Улыбается мне продавщица, которая вот уже несколько месяцев подряд продает нам по утрам кофе с мафинами.

– Нет, спасибо. Только кофе. – А про себя думаю, мне сейчас «кусок в горло не лезет».

Ребекка заказывает американо и шоколадный мафин.

– Что, неважно выглядишь? – Спрашивает она меня, пока мы идем к нашему столику в углу кофейни у окна.

– Это так заметно?

– Судя по тому, сколько ты вчера выпил, и ничего не взял на завтрак… – Улыбается снова. Видимо я забавляю ее своим поведением.

– Ну, мне уже не двадцать! – Пытаюсь отшутиться, так как на самом деле не хочу вдаваться в подробности моего плохого самочувствия и почему я вчера так много выпил.

– Типа, старость – не радость? – Смеется она. – Надеюсь, у меня это настанет не так скоро.

– Я тоже так думал. – На этих словах, медленно делаю глоток горячего кофе, который плавно стекает по моей глотке дальше вниз.

Кофе согревает мое тело, и головная боль начинает по миллиметру отступать. Я уставился в окно. Повсюду на улице кишат люди, мерцают различные фонари и плавно падает огромными хлопьями снег. И мои глаза наполняются грустью. Потому, что я понимаю, что в моей жизни начинается ровная полоса, без взлетов и падений. Полная, так сказать, стагнация. Стоящих ролей пока не предвидится, Далила вот уже несколько месяцев не отвечает на мои звонки и смс, и в Лондонской моей квартире пустота и одиночество. Мда… Перспектива так уж себе.

– Дело, не только в головной боли из-за вчерашней вечеринки? Ведь так? Я права? – Вырывает меня из раздумий Ребекка.

Блин, а я так не хотел утро начинать с негатива. Но Бекки очень проницательна, и у нас не принято друг от друга, что-либо скрывать. По сути, она сейчас единственный человек, с которым я мог бы вот так просто поговорить по душам. Ведь с моим лучшим английским другом меня разделяют сотни миль и разница во времени, а такие щепетильные темы по телефону я как-то обсуждать не привык.

– Да. – Решаю открыть ей душу.

– Я права! – Повторяет она снова и смотрит на меня, подразумевая, что я должен что-то говорить.

– Ты когда-нибудь думала о любви? О настоящей, бескорыстной, искренней любви? Когда тебе хочется ради нее, совершать безумные поступки? Так, чтобы ни есть, ни пить, так что дышать без нее тяжело? – Сам от себя не ожидая такого порыва чувств, активно жестикулируя спрашиваю ее я.

– О любви? – Переспрашивает меня Бекки, при этом почти давится своим мафином. Похоже, не ожидала, что я заведу такую тему, да еще утром, за чашкой кофе. Тем более что мы никогда это с ней не обсуждали. Мы общались о природе, погоде, обсуждали друзей, конечно же, увлечения и хобби, стили жизни, но любовь никогда.

Кажется, она в шоке. Черт, и что это я так расчувствовался?

– Да. – Произношу я твердым голосом. Раз уже затеял этот разговор, надо продолжать, но, пожалуй, в дальнейшем без таких сильных эмоций, а то подумает еще, что я размазня какая-то.

– Думала, конечно. – Отвечает Ребекка и слегка сама задумывается о чем-то, а потом продолжает. – Но сейчас она меня вообще не интересует. Я молода. И, к тому же, у меня просто нет времени на это. Я так привыкла к своему образу и стилю жизни. И менять ничего не собираюсь. По крайней мере, я еще не встретила такого человека, ради которого все бы изменила. А вообще, может он, ради меня, должен что-то менять?

Понимаю ее. Когда-то и я так думал. Она сейчас на пике своей популярности в разгар самого прекрасного возраста для девушки. Естественно, она сейчас счастлива, и никакая любовь не тревожит ее мозг. А может и тревожит… Не зря она так задумалась прежде, чем ответить, но пытается это спрятать и показать незаинтересованность в данном вопросе. А меня вот вопрос любви очень интересует. Я понимаю, что хочу семью, детей, стабильных отношений и любви. Я так насытился своими ролями, вечными переездами, что хочется уже какой-то стабильности. Я хочу настоящей любви, а не сыгранной на экране. Но все-таки для себя решаю, что не хочу всем этим забивать ей голову, тем более с утра.

– Думаю, спустя какое-то время ты будешь думать по-другому. Наверное, я уже слишком стар, чтобы понять тебя! – И смеюсь от сказанных слов, особенно от слова «стар», ведь мне всего-то тридцать с крошечным таким хвостиком.

– Конечно, дедушка Эдриан! – Шутит.

Похоже, она тоже не особо хочет обсуждать эту тему, да я и не настаиваю. Поэтому мы молча допиваем кофе, при этом каждый погрузившийся в свои мысли. Я вижу, как она ставит стакан из под кофе на стол, и уже собираюсь встать, чтобы отправиться на съемочную площадку, как она произносит:

– Погоди-ка минутку.

Я замираю и смотрю на нее. Не совсем понимаю ее поступка, так как обычно, Бекки как полный энтузиаст своей работы несется на съемочную площадку. И меня еще обычно поторапливала, чтобы я жевал свои мафины быстрее.

– Сегодня наш последний день съемок и вечером я улетаю домой. А у тебя скоро день рождения. Я, конечно, понимаю, что заранее подарки не дарят. Но вряд ли мы скоро увидимся.

Неожиданный поворот. Я редко получаю подарки. А если и получаю, то в основном от своих родных: мамы, папы, братьев и сестер. Но, хочу сказать, я обожаю подарки, и как маленький мальчик сижу и жду.

– Я недавно была в книжном магазине. И нашла очень интересную книгу. Это подтверждает, что ты настоящий профессионал своего дела. – На этих словах она достает из внутреннего кармана книгу. – Надеюсь, она тебе понравиться. Потому что мне очень. Возможно, на твоем месте я бы даже позвонила этой девочке. Ну, так, к слову, в вопросе о любви. – Подмигивает и загадочно улыбается она мне.

– «Люблю Эдриана Олбрайта» – повторяю я вслух название книги. – Неожиданный поворот.

– Точно. – Подтверждает мои мысли Ребекка.

Первое, что приходит на ум, что это какая-то статистика моих интервью, биография, фото. Но пролистав быстро страницы, и не найдя там ни одной фотографии или сводок, понимаю, что это художественный текст.

– Наверное, какая-то обезумевшая фанатка! – Констатирую я свои мысли, при этом переворачиваю на обложку, чтобы узнать имя автора. – ЭЛИЗАВЭТА БОГАТОВА. – Читаю вслух. – Странная фамилия, интересно, откуда она? – спрашиваю я Бекки.

– Из России. – Невозмутимо отвечает она.

– Точно обезумевшая фанатка. Тем более из России, из этой далекой никому неизвестной, морозной страны. – В голове вырисовывается картинка бурых медведей и водки. – Представляю чего она там себе на придумывала! И вообще, странно, что в России обо мне знают.

– Ты бы сначала прочитал, чем свои доводы тут высказывать. – Немного обвинительным тоном обращается ко мне Ребекка.

И тут я понимаю, что как полная скотина, за звездившаяся своей популярностью, забыл ее поблагодарить.

– Да, конечно, ты права! Обязательно прочту в свободное время! И да, кстати, спасибо за подарок!

– Пожалуйста. Надеюсь, он тебе понравиться!

На этих словах я сую книгу во внутренний карман куртки, мы встаем и выходим из кофейни.

16 декабря 2016 г

Сегодня мне исполнилось 31. Эта мысль не покидает меня. Одна треть жизни позади. Хотя надо завязывать с пьянкой, иначе можно сказать, что я уже прожил пол жизни. Последнее время я слишком много пью. Мда…жизнь обычного голливудского актера: вечные тусовки, вечеринки и алкоголь. Только что закончились съемки последней части «Искусственных миров». И по этому случаю приходилось частенько зависать на всяких пьяных поприщах. Слава богу у меня есть небольшая передышка. Смогу отдохнуть дома от этилового спирта, физических нагрузок, связанных со съемками, и вечного недосыпа. Увижусь с родителями, братьями, сестрами, своим лучшим другом Крейгом и Далилой – моей девушкой, и наконец-то пойму, что же там с ней такое твориться, что вот уже несколько месяцев она не отвечает мне на звонки.

А что дальше? Пока только пустота.

А точнее жизнь обычного актера. То взлет, то падение. Контрактов в ближайшее время стоящих у меня нет, а вот во всяком говне, портящем мою репутацию, я сниматься не собираюсь. Вот она безысходность и зависимость от вечного к тебе расположения или нерасположения стоящих режиссеров.

Тогда остается заняться собой: здоровый образ жизни, спорт, прыжки, погружения и книги. Понимаю, что в свою Лондонскую пустую квартиру ехать не хочу, поэтому решаю сразу же отправиться в гости к родителям.

На этой мысли стюардесса объявляет: «Внимание пассажиры. Мы приземляется в аэропорту Хитроу. Местное время 1 час 15 минут. Пристегните ремни, верните спинки кресел в вертикальное положение, откройте шторки иллюминаторов. Спасибо за понимание.»

Сейчас 1:15, пока получу багаж, пока найду такси. Плюс до дома мне ехать где-то полтора часа. В районе четырех буду дома. Мама вернется с работы в 6, так что успею принять душ и немного вздремнуть. Да вздремнуть мне не помешает после такого длительного перелета из Атланты.

Дорога до дома пролетела быстро. Все, как я и планировал, приехал, помылся. Стою перед зеркалом, и уже решаю пойти завалиться на свою кровать. Но в последнюю секунду останавливаюсь и беру в руки пену для бритья и станок. Мама не любит, когда я ношу бороду, она всегда видела во мне юного перспективного и талантливого сына, « Эдриан, борода тебя не делает взрослым. Она старит тебя, милый. Родителям всегда сложно смириться с тем, что ты уже вырос. Ты всегда будешь для меня тем маленьким милым мальчиком» – сказала бы сейчас она, увидев меня в таком виде. Эх, мама знала бы ты насколько я у тебя уже взрослый и что делает со мной эта взрослая жизнь… Но это моя мама. И я к ней очень привязан. Не хочу ее расстраивать, поэтому бреюсь и иду в кровать.

По дороге замечаю, что моя комната, с тех пор, как я переехал в свою собственную квартиру никак не изменилась. Это радует мой глаз и согревает душу. Я заваливаюсь на кровать и проваливаюсь в глубокий сон.

Чувствую, что меня кто-то нежно гладит по голове, роется в моих отросших кудряшках. Это может быть только она – моя мама. Открываю глаза и автоматически улыбаюсь. Передо мной сидит она и как всегда улыбается. Только к ней из всех женщин я могу испытывать это теплое, трепетное чувство, которое в нашем мире называется любовь. Только она из всех женщин на свете любит меня не за что-то, а просто так: просто потому что я есть, просто потому, что я ее сын, просто потому что она моя мама. Только мама способна сделать мою жизнь в доме абсолютно комфортной и приятной, только она одна способна приготовить еду так, как никто этого сделать не может, с ее материнской любовью и душой.

-Привет, мама!

– Ну, здравствуй, сынок! Как давно я тебя не видела! – отвечает мне мама своим теплым согревающим голосом.

– С прошлых выходных! Мы болтали по скайпу, помнишь? – я смеюсь. На самом деле я не видел ее уже пол года.

– Ты же знаешь, что для меня даже не видеть тебя один день, это много! – с этим словами она наклоняется и целует меня в лоб.

Я чувствую ее горячее материнское дыхание на своей коже и от этого на душе становиться спокойно и светло.

– Мы приготовили для тебя сюрприз. Так что собирайся по скорее и спускайся вниз. – Возбужденным голосом сообщает мне она, поднимается с кровати и выходит из моей комнаты.

Я достаю из чемодана, который еще даже не успел разобрать серые тренировочные штаны, и черную футболку и спускаюсь вниз. Внизу я вижу то, что очень хотел увидеть. Посреди гостиной красиво накрытый стол. В центре стола – мое любимое блюдо запечённое мясо с овощами – мамин фирменный рецепт. Уже в животе заурчало, как же я соскучился по домашней стряпне. За столом собралась вся семья: мама – Джейн, папа – Филипп, братья Дэвид и Бернард со своими женами Бритни и Эшли, вместе с их детьми, и две мои сестры – Кэролайл с мужем Донатоном и Дороти – мы с ней пока, что не обзавелись семьями. Родителям и правда удалось устроить сюрприз – я даже не могу вспомнить, когда это мы последний раз собирались вот так все вмести. Наконец-то меня замечают.

– Дядя Эди, приехал! – Кричат хором дети Бернарда и Эшли – Майлз и Элтон.

– Привет, мои хорошие! – Смотрю на наскакивающих на меня ребят.

Майлз и Элтон – двойняшки. Им по восемь лет! Сколько их помню, всегда обладали огромной энергией и, как волчки, постоянно кружатся, не могут стоять на одном месте и секунды.

– Ого, да вы выросли на пол головы! Как же давно я Вас не видел.

– Ты побоксируешь с нами на рождественских каникулах? – Задыхаясь, спрашивает меня Майлз.

– Папа, говорит, что ты гений бокса! Ты мог бы научить нас всяким приемчикам! – Поддерживает его брат Элтон.

– Раз папа так говорит, значит это правда! – Смотрю на своего среднего брата Бернарда и подмигиваю ему, вспоминая, как мы с ним дрались в детстве, и я всегда побеждал, даже не смотря на то, что был младше. – Конечно, побоксируем!

– Эй-эй, малышня, не так быстро! – Встревает в разговор Рози, единственная дочь моего старшего брата Дэвида и его жены Бритни. Ей сейчас, кажется, четырнадцать – пубертатный период в самом разгаре. Интересно, как мой брат с ней справляется? Помнится, я был самым ужасным подростком в мире, до тех пор, пока не поступил в университет. – У меня ведь тоже есть на дядю определенные планы.

– Ах, да, познакомься – наша новая всезнайка «Гермиона Грейндженр»! – В точности скопировал свою двоюродную сестру Майлз.

– Только та питалась книгами по магии, а Рози по актерскому мастерству. – Добавляет Элтон и дает пять своему брату. Они весело хихикают.

– Просто вы мне завидуете, что я могу сосредоточиться на любимом деле, а вы и дольше 5 минут не просидите ни над одной книгой. – Обижено констатирует Рози. – Посмотрим, что вы скажите, когда я стану новой Эмой Уотсон! – С гордостью завершает она свою речь.

Братья сверкнули друг в друга, жаждущими смеха глазами и хором ответили: «Ничего» – засмеялись и убежали на второй этаж. Как же я обожаю своих племянников – они похожи на меня в детстве, такие же шебутные и неугомонные. Рози, не обращая на них никакого внимания, села обратно за стол и положила себе в тарелку маминого ароматного мяса. Пожалуй, пришло время, сделать и мне тоже самое.

17 декабря 2016 года

Как же хорошо в родительском доме, думаю я, когда, открыв глаза, чувствую запах только что приготовленной овсянки с ягодами, тосты с ветчиной и сыром и чашкой кофе. Мама приготовила мне завтрак и оставила на тумбочке рядом с кроватью. Я поднимаюсь и начинаю жадно есть. Ммммм…. Лучший завтрак на свете. Проглотив его за считанные минуты, возвращаю поднос на прикроватную тумбочку, и откидываюсь обратно на подушки, поглаживая при этом свой сытый и довольно урчащий живот. Эх, обнять бы сейчас, кого-нибудь. Какого-нибудь доброго, светлого и позитивного человечка, который бы разделил со мной это чудесное утро редкого выходного дня.

Подумав об этом, я вспоминаю о Далиле и решаю навестить ее сегодня, и понять причину ее обиды на меня. Интересно, и в чем это я так провинился, что она даже не поздравила меня с Днем Рождения, не говоря уже о том, что несколько месяцев не отвечала на телефон. Конечно, я не сахар, меня часто не бывает дома, я все время в командировках, на съемках, меня сватают то с одной, то с другой партнершей по съемочной площадке. Да, я никогда не был особо изобретателен в подарках или совместном время препровождении, но так живут большинство семей по всему миру. И я все время оставался верен ей. Надеюсь, она это поймет, и мы сможем построить диалог о наших планах и о нашем будущем.

Далила живет в Лондоне. Моя машина также в Лондоне стоит припаркованная рядом с моим домом. Поэтому приходиться вызывать такси. Решаю, что на обратном пути обязательно заеду домой и заберу ее. Хотя может, и забирать не придется. Очень надеюсь, что мне удастся уговорить переехать Далилу ко мне, чтобы мы смогли начать новый этап наших отношений и к родителям возвращаться мне не придется, разве, что за вещами.

По пути решаю пролистать один из сценариев, который прислал мне Лаки – мой менеджер. Одно название у меня уже сразу же вызывает отвращение «10 способов влюбить в себя девушку». Боже, что за чушь! Даже читать не собираюсь, убираю обратно в сумку. Слава Богу взял с собой книгу по психологии Карла Юнга про психотипы людей. Это меня очень увлекает последнее время. И на время в пути, я погружаюсь в нее.

– Приехали, сер. – Сообщает мне таксист.

Я поднимаю голову. И правда, напротив моей машинной дверцы подъезд Далилы. Я расплачиваюсь с таксистом и выхожу из нее. Поднимаю голову. Окна Далилы – на третьем этаже, выходят во двор. Интересно, дома ли она сейчас. На этой мысли, решаю тут же прекратить свои раздумья и направляюсь в подъезд.

Поднимаюсь на третий этаж. Звоню в дверь. Сам нервничаю, вдруг я зря приехал, и ее нет дома. За дверью слышатся шаги и два голоса. Один я узнаю точно. Это голос Далилы, но он какой-то не такой. Он не веселый и озорной, каким я помню его, он слегка усталый и грузный. Второй голос, еле слышен. Я даже не могу понять, кому он принадлежит мужчине или женщине. Да это и не важно, главное я застал ее дома.

Открывается дверь. Передо мной Далила. Но выглядит она как-то не так… Вместо стройной фигуры, расплывшееся тело. На ней одет слишком короткий халат, поэтому я даже замечаю легкий целлюлит на ее ногах. На лице появились пухлые щеки, вместо четко очерченных скул, глаза слегка впали, грязные волосы собраны в неаккуратный хвост. Первое что мне приходит в голову, что у нее случилось какое-то горе, умер кто из близких, или что-то в этом роде, и я чувствую себя полной скотиной, что столько времени оставлял ее одну.

– Господи, Далила, что случилось? – Это первое, что вырывается из моих уст, после некоторого молчания.

– Приехал все-таки? Ну и как там твой новый фильм? – Очень спокойно и ровно спрашивает у меня она.

– Не пустишь внутрь? – Не хочу, чтобы соседи грели свои замершие лондонские уши.

– Нет. – Тихо и просто отвечает мне она.

– Я понимаю, что был скотиной, что так долго оставлял тебя одну. Но, пожалуйста, позволь зайти и все объяснить. Обещаю, что исправлюсь. – Мне хочется скорее зайти внутрь и узнать, что же все-таки с ней приключилось.

– Кто там? – Неожиданно, слышу мужской бас из ее спальни.

– Кто это? – В ответ вырывается у меня на заданный кем-то вопрос.

– Мой муж. И у нас скоро появится на свет наш малыш. – Отвечает мне Далила, при этом поворачиваясь ко мне боком, чтобы дотянуться до ручки двери и закрыть ее.

Когда она поворачивается в профиль, я вижу слегка округлившийся животик. В голове только вертится одно не приличное слово: «ОХРЕНЕТЬ».

– Не надо больше звонить и приходить сюда. – Говорит мне Далила и захлопывает перед моим носом дверь. Стою пару секунд, осознавая, что же сейчас произошло. Я собирался завести семью и детей, но уже, похоже, не с этой женщиной.

Я выхожу на улицу. До моего сознания наконец-то доходит, как жестко меня только что кинули. Черт! Такого я и в самом страшном сне предвидеть не мог. Я смотрел об этом в сотнях фильмах, но никогда не думал, что сам попадусь в это. Мда… Далила… Далила… Прямо, как женщина из Ветхого Завета, обольстившая и предавшая Самсона. Только на этот раз это не Ветхий Завет, а реальная жизнь. И в этот раз Далила – ты предала меня. Это больно бьет по моей самооценке. Как бы сейчас сказали мои племяшки – Майлз и Элтон: «+1». Плюс один к моим проблемам на работе, теперь добавилась и личная жизнь. А я бы еще и добавил «-1». Минус один – это уровень моего настоящего настроения и общего положения дел по шкале от минус одного до плюс одного. Если до поездки сюда – был ровный ноль, то теперь точно настроение ушло на максимум в минус. Это всего лишь простая арифметика.

Ловлю такси.

– Куда едем, сер? – Спрашивает меня таксист.

– Гайд-парк! – Растерянно отвечаю я. Точно, пройдусь по парку, подышу свежим воздухом. И зайду домой за машиной и вещами. Пожалуй, поживу у родителей на рождественских праздниках. Они будут счастливы, так как не часто меня видят, а я там смогу хоть немного отвлечься от своих проблем.

25 декабря 2016 года

Открываю глаза. Сегодня Рождество. И как в детстве, как маленький мальчик бегу к рождественской елке. Не знаю, почему делаю это. Ведь я уже не ребенок, и знаю, что подарки под елку кладет не Санта, а мои родители, но все равно, хочу взглянуть, что там для меня припрятано. По лестнице спускаюсь в гостиную. Вокруг все уже в сборе: мама, папа, мои братья и сестры со своими мужьями и детьми, а теперь и я. Подхожу к елке. Подарков больше не осталось. Последние, из тех что я видел, пока спускался вниз, развернули Майлз, Элтон и Рози. У Майлза с Элтоном по паре боксерских перчаток, правда, у одного синие у другого красные, а у Рози персональный урок по актерскому мастерству у самой Эммы Уотсон. Дети счастливы. Майлз натягивает на себя боксерские перчатки, и боксируя приближается ко мне.

– Извини, все подарки уже расхватали! – Сообщает мне с легкой печалью в голосе.

– Но если поборешь кого-то из нас, то выиграешь пару боксерских перчаток! – Тычет в меня кулаком в бок Элтон.

– Точно! – Тут же подхватывает его брат.

Я осматриваю свою семью, каждый из них что-то распаковывает. И мне становится слегка обидно, что обо мне все забыли. Наверное, думали, что я опять куда-нибудь уеду на Рождество, и не успели приготовить подарка.

– Это ни к чему. Санта принес эти подарки Вам, а я поборюсь с вами и так, только чуть позже! – Отвечаю я ребятам.

– Класс! – Задорно выкрикивают они хором и начинают бороться друг с другом.

– А почему Санта не принес тебе подарок, дядя Эди? – Вдруг неожиданно спрашивает меня маленький и очень любопытный Элтон.

– Это все потому, что я себя плохо вел в этом году! – с шуткой отвечаю я. Не могу же я рассказать своим любимым племянникам, что их дедушка и бабушка просто про меня забыли.

– Нет, нет, дорогой. – Вмешивается в разговор мама. – Санта слишком добрый, для такой подлости, просто он помнит, что ты с детства любил получать подарки в своем любимом рождественском сапожке.

– Правда? – Приподнимая бровь, кошусь я в сторону мамы.

– Да! – Отвечает она мне с теплотой в горле.

Мой Рождественский сапог всегда висит в одном и том же месте над камином. Этот сапог в детстве мы с мамой сделали сами. Точнее сказать мама делала, а я, наверное, мешал. Плохо помню детали. Да и теперь и не важны они. Важно лишь то, что этот Рождественский сапог стал нашей семейной традицией, и каждый год мы вешаем его в одно и тоже место, и каждый раз Санта, в лице моих мамы и папы, кладет подарок не под елку вместе со всеми, а именно в Рождественский сапог. Ну как же я мог об этом забыть! Сапог сшит из какой-то красной плотной ткани и достаточно большой в объеме, так что чего я там только не находил.

Я запускаю руку в сапог, достаю из него конверт. Понимаю, что это не все, что на дне сапога еще что-то лежит, но решаю сначала посмотреть первый подарок. Открываю конверт, в нем два билета, я пытаюсь на них отыскать строчку с направлением, куда они. Но спустя некоторое время поисков, поворачиваю свое недоумевающее лицо к родителям.

– Это два билет с открытой датой и в любое направление. – Шепчет мне мама, чтобы не услышали дети, которые думают, что подарки приносит Санта.

– Ооо! Спасибо!

Я обнимаю маму, потом папу.

– Мы подумали, что ты слишком много работал в последнее время и решили, что тебе надо бы передохнуть. Думали, что ты мог бы слетать с Далилой и восстановить ваши отношения за тот период пока тебя не было в Лондоне. Прости, не думали, что она так поступит. – Виновато шепчет мне на ухо папа. – Надеюсь, с личной жизнью в этом году тебе повезет куда больше.

Отвлекшись от своего подарка Рози увидела, что я уже копаюсь в своем рождественском сапоге и достаю из него книгу. В это трудно поверить, но эту книгу я уже видел раньше, и я сразу же ее узнал. Эта книга той русской обезумевшей фанатки, с пафосным и кричащим названием «Люблю Эдриана Олбрайта». Первые секунды я не понял, зачем это положили ко мне в сапог. И кто вообще рылся в моем чемодане? Ведь я точно помню, что не доставал книгу из него. И вся моя родня знает, что я терпеть не могу смешивать личную жизнь и работу. Поэтому просто не понимаю такого поступка.

– Дядя Эди, а этот подарок не от Санты, а от меня! – Прерывает молчание Рози. – Мы с мамой и папой недавно ходили в книжный магазин и я увидела там эту книгу. Видишь, как людям нравиться твоя актерская игра. Я хочу быть похожей на тебя! И хочу, чтобы обо мне тоже писали книги. – Улыбается Рози.

– Клянусь, мы никак бы не смогли бы выйти из книжного магазина, если бы не купили ее. Рози была так настойчива. – Заканчивает мой старший брат Дэвид.

На душе стало легче. Какая же смешная у меня племяша.

– Спасибо! Конечно, станешь, только не такой же, а в сто раз лучше!

Рози подбегает и обнимает меня, а затем садиться на диван и начинает репетировать очередную свою роль.

– До чего же забавные эти дети! – Смеясь, оборачиваюсь я к своей маме.

– И мы с папой о том же. – Заговорщицки улыбается она.

– И к тому же, у нас всего лишь 3 внука. Согласись, это так мало, когда у тебя пятеро прекрасных детей. – Подмигивает мне отец.

– Ой, только не начинайте! – Повышаю на тон голос я. Они уже давно насели на меня по поводу этой темы. Но раньше мне хотелось добиться чего-то в жизни, коснуться той далекой несбыточной мечты миллионов подростков, мечтающих стать известными и знаменитыми актерами и певцами. И я это сделал. Я коснулся этой палящей яркими лучами звезды, я ощутил вкус славы. Но все это время, я кружился, как белка в колесе, мечтая дотронуться еще и еще до одной звезды, как белка пытается сделать еще и еще один круг. И я понял, что таких мерцающих звезд миллионы, и их можно касаться вечно, сначала одну, а потом другую. И что если белка в колесе сама не перестанет бежать, колесо не остановиться, и это продолжиться вечно, пока она не выбьется из сил. Поэтому в этот момент мне приходит блестящая идея, как остановиться в моем крутящемся колесе и что мне поможет доставить покой, по крайней мере на время, от потока моих дурных мыслей. В это время раздается стук в дверь. Папа открывает ее. На пороге стоит мой лучший и единственный близкий друг Крейг.

Крейг ни капли не изменился. Он высокий и очень мускулистый, похож на огромную скалу, которая всегда тебя прикроет, если откуда-нибудь вдруг подует холодный ветер. Он выглядит очень свежим и бодрым. От него излучается позитив и отличное настроение. Смотрю на него и понимаю, что я сейчас полная его противоположность. У него светлые волосы, огромный голубые глаза, в которых отражается заразная улыбка. Он выглядит молодым и счастливым в отличие от меня, после долгой командировки, недосыпов и такой неприятной историей с девушкой, которую я думал, что любил, или хотел так думать.

С Крейгом мы познакомились в университет. Изучали философию, даже получили степени. Но как оказалось, в дальнейшем, ни он, ни я философствовать не способны, по крайней мере, с научной точки зрения. Вместе мы прошли отчаянную студенческую пору. Вместе мы играли то в одной, то в другой группе. Он кстати отлично играет на гитаре. Нас метало, как бутылку, в шторм то к одному, то к другому берегу. Мы перепробовали все, что можно было, попробовать студентам в их самый загульный период жизни, и если честно, даже попробовали то, что нельзя.

После бурных приветствий мы все вмести отправились к Рождественскому столу, который, как можно было бы уже догадаться, полностью подготовила моя мама. Но моя сестра Дороти, которая также, как и я, еще не обзавелась второй половинкой, не разрешает нам сесть за стол.

Она невысокого роста, ниже меня почти на целую голову. Между нами, я всегда называю ее мелкая, хотя она и старше меня на 2 года. Ее характер можно описать только одним словом – загадка. Она всегда придумывает что-то интересное и необычное. А если уж, что и задумала, то обязательно исполнит, как ни крути.

– Эй! Вы что, забыли? Как же можно сесть за стол без хлопушек? – Обижено сообщает она.

Ох, уж эти семейные традиции. Перед праздничным обедом, принято взрывать хлопушку. Из нее вылетают конфетти и маленькое посланьице на следующий год. Все понимают, что это всего лишь шутка, но Дороти обожает этот процесс, поэтому решаю поддержать ее.

– Ну и долго мне ждать свою хлопушку? Я голоден, как черт, а тут столько еды на столе.

– Минуту! – Довольно кричит она, убегая под елку за корзиной с хлопушками.

Каждый берет по одной из них. На счет три звучит громкое БАМ. Каждый взорвал свою хлопушку. Мое послание падает прямо мне под ноги. Я достаю и читаю его. «Внимание! Это предсказание содержит вирус любви! Вирус находит самого хорошего и доброго человека и проникает в него!» Мне смешно. Это скорее больше бы подошло для моего друга Крейга, чем для меня.

У Крейга написано: «Пора собирать чемоданы. Скоро Вас ждет путешествие с билетом в один конец».

– Я как раз хотел тебе предложить опасную поездку до конца праздников. – Смеясь, сообщаю ему я.

– С билетом в один конец? – Подшучивает Крейг.

– Почти. Мы с тобой давно не занимались дайвингом, и не проводили время в приятной мужской компании. Как на счет Закрытого Ходжа?

– Точно с билетом в один конец. Это же самая страшная пещера в мире. – С диким ужасом констатирует всеобщий факт мой друг.

– И к большому счастью она расположена в Великобритании! – Не сдаюсь я.

– А еще она похожа на череп. – Не соглашается Крейг.

– О чем это вы там шепчитесь, голубки? – Встревает в наш разговор любопытная Дороти.

– О наших птичьих, голубиных делах. – Приходится съязвить мне. Так как очень хочу поехать в эту поездку вдвоем именно с Крейгом. Хочу поделиться с ним о накопившемся у меня на душе. И уж точно не хочу посвящать в это Дороти, так как она все превратит в шутку и обязательно расскажет родителям, которых ну я совсем бы не хотел расстраивать.

– Я рассказывал Эдриану о своих любовных похождениях. – Поддерживает меня Крейг. Интересно понял ли или почувствовал ли он, что я хочу с ним о чем-то поговорить, или просто сам хотел поскорее поменять тему беседы, чтобы избавиться от этой ужасающей для него поездки. Не знаю. Но это ему удается и он начинает нам с Дороти свой веселый рассказ о его последней пассии, которых у Крейга было миллион, наверное. Я растворяюсь в этом смешном трёпе, но делаю пометку в своей голове, что просто обязан уговорить Крейга на это безумие, на которое я его толкаю, под названием Закрытый Ходж.

5 января 2017 года

Я стою перед своей машиной и жду Крейга. Сейчас 9 часов и 57 минут. С минуты на минуту ко мне подойдет он – мой друг. Мы договорились встретиться ровно в десять. И точно, не успеваю я оторвать взгляд от часов, как он заходит в гараж. Я все еще живу у родителей, так как пока не нахожу в себе силы переехать в свою одинокую пустую квартиру. Маме с папой я сказал, что мы с Крейгом едем в Эдинбург, чтобы поболеть за нашу с ним любимую футбольную команду Манчестер Юнайтед, которая встречается с местной шотландской командой в товарищеском матче. Кажется, они поверили. Не хочу, чтобы они переживали по пустякам. На самом же деле, мы собираемся поехать в одно из самых жутких и страшных мест на земле под названием Закрытый Ходж.

Закрытый Ходж – это самая опасная пещера в мире, которая находится на севере Великобритании в графстве Камбрия. Закрытый Ходж – это заброшенный сланцевый карьер с озером и затопленными пещерными лабиринтами. Не каждый опытный дайвер отважится погрузиться во мрак этих непроглядных тоннелей. Заблудиться там – проще простого. Это место уже унесло жизни нескольких людей, но нам с Крейгом должно повезти. Ведь мы много раз погружались в морские глубины, обследовали немало затопленных кораблей, а вот и пришло время попробовать на вкус и нам эту пещеру. Эту пещеру, как в принципе и ее ужасный, устрашающий вид, открыл свету снимок, сделанный фотографом Питером Бардсли, которому удалось запечатлеть отражение одного из ее входов на водной глади карьера. Перевернув снимок, можно четко разглядеть гигантский нечеловеческий череп. Крейг подходит ко мне, но я даже не успеваю сказать и слова.

– Не могу поверить, что тебе удалось уговорить меня на эту авантюру. – Восклицает он. В его глазах вижу только отчаяние, а в словах безрассудство.

– Я знал, что ты меня не бросишь! Я бы, наверное, в штаны наложил, если бы плавал по этим катакомбам один. – В шутливой форме отвечаю я. Хотя про себя думаю, один туда бы я точно не полез.

– Эй, ты, что забыл? Мое имя Крейг означает «скала». Я всегда тебя прикрою и поддержу в нужный момент. – Заявляет мне Крейг, улыбается и залезает в машину.

Я сажусь за руль, и мы отправляемся.

– Ну, выкладывай. Что с тобой твориться? Ты такой унылый стал, после твоей последней командировки. – Начинает Крейг.

– Уверен, что готов к моим сопливым мыслям? Это надолго. – Подмигиваю ему я.

– Нам ехать целую вечность. Как думаешь, хватит времени для душещипательных разговоров?

Обожаю своего друга. Конечно, он понял, что мне просто необходимо открыть кому-то свою душу. Мы всегда чувствовали друг друга. Всегда понимали. И всегда поддерживали, если это было необходимо.

– Это точно – времени навалом. Так с чего начать? – вслух произношу я свои мысли.

– С начала. – Улыбается мне Крейг.

И я начинаю свой длительный монолог. Мой монолог стартует с моей неустойчивой карьеры, с отсутствия второй половинки, с вечной нехватки времени на своих родных и друзей, и завершаю я его полным фиаско с Далилой.

– Представляешь, и мама с папой немного масла в огонь моих бушующих страстей подлили. Они подарили мне два билета на самолет в любую точку мира, где мы вдвоем с ней могли бы наладить наши отношения после моего длительного отсутствия. Конечно, я понимаю они не со зла.

– Дружище, бери пример с меня и не парься. Каждые пол года у меня новая девчонка. Секс есть и слава богу. Я даже к ним привязываться не успеваю, а на горизонте уже новая появляется. Тем более ты все время в разъездах. Представляешь, пол года бунтарка-американка, следующие пол года – педантичная англичанка, потом творческая парижанка, потом жаркая немка. Ох, да я тебе уже завидую! – Подбадривает Крейг и мы вместе хохочем.

– А тут меня еще начала преследовать одна книга. – Неожиданно вспоминаю я.

– Книга? И как же она тебя преследует? – Недоверчиво смотрит на меня Крейг.

– На ножках бегает за мной по квартире. – Язвлю я. А в голове мой внутренний голос так и кричит «НЕ ТУПИ».

– Как на счет доктора? – Выгибает бровь Крейг.

– Ой, что за чушь! Дело в том, что за несколько недель я получил в подарок две одинаковые книги. Причем не от кого-нибудь, а от двух близких мне людей, которые всегда знают, что я провожу четкую грань между работой и личной жизнью.– Я поворачиваюсь на него и смотрю. – Сейчас будешь ржать. – Выдерживаю паузу.

– В чем дело? Колись, давай! – Не выдерживает ее Крейг.

– Ее название «Люблю Эдриана Олбрайта». И писательница – не откуда-нибудь, а из России. – Сообщаю я, и мне от сказанного хочется смеяться, что, впрочем, я и делаю.

– Да, ну! Ты серьезно? И о чем она? – Сразу же спрашивает меня мой друг.

– Если честно, я не читал, пролистал, так посмотрел, что не сводки какие-нибудь, а художественный текст. – Сухо отвечаю я.

– Я бы на твоем месте прочел не замедлительно. Разве тебе не интересно, что пишут о тебе люди? И у тебя еще на пол года появится возможность развлекать себя загадочной русской девицей. Глядишь, еще и разгадаешь эту непонятную и неизведанную тайну русской души! – Прыскает со смеху Крейг.

– О, поверь, я столько начитался о себе во всякой бульварной прессе, что не готов еще и книги читать какой-то обезумевшей сумасшедшей. – Эмоционально выплескиваю я на него свой гнев по поводу этой книги. – А тем более добавлять ее в свой несчастный список девиц. Хочешь, чтобы список превратился из несчастного в ужасающий?

Сказав это, я понял, что испытываю к этой книге и к ее автору – гнев. Гнев, по поводу того, что моя личная жизнь, которую я стараюсь активно прятать от папарацци, будет раскрыта. Что мне придумают кучу новых романов с теми, о ком она пишет в своей книге, а может даже и с ней самой. Отличный способ набить свой карман, используя при этом кого-то другого, даже не спросив у него разрешение.

– А ты уверен, что она обезумевшая фанатка? Уверен, что она хочет просто обогатиться за твой счет? Как ты можешь так рассуждать, если даже и листка от туда не прочёл? – Интересно, Крейг, что умеет читать мои мысли, подумал я во время его секундной паузы. – Может быть она просто благодарна тебе за твое творчество?

– Возможно, ладно, ты меня убедил, как будет время прочту на досуге. Хоть буду знать, что обо мне думают в России. – Сдаюсь я. Тем более никто же меня за это не укусит.

– Вот и правильно. – Успокаивается Крейг. – Не хочешь поесть? А то я уже голоден, как волк.

Вскидываю взгляд на часы. Уже час дня. Мы проехали уже три часа, а значит, что пол пути позади.

– Хорошая мысль. – Сообщаю я ему. – Вот только бы найти какое-нибудь кафе.

Мы едем по трассе, а вокруг только лес. По дороге нам иногда встречались заправки и кафе, но все они остались позади. Спустя еще пятнадцать минут, мы натыкаемся на маленькое придорожное кафе, где и решаем перекусить.

Кафе похоже на маленькую хижину, какого-нибудь лесника. Это маленький домик с зеленой крышей. На входной двери висит табличка «Угощаем тем, что есть». Заходим внутрь. Внутри тепло и пахнет вкусно, чем-то жаренным или тушеным. В заведении кроме нас из посетителей никого больше нет. Мы выбираем ближайший столик и садимся. К нам подходит официантка.

– Добрый вечер! Сегодня у нас в меню тушеный кролик и вареная картошка с укропом, а также облепиховый чай. – Говорит нам с улыбкой на лице доброжелательная Мери. Это имя написано у нее на бейдже. После ее слов я понял, что означает табличка на двери.

– Отлично! – Отвечает ей Крейг и подмигивает своими доброжелательными глазами.

Я также согласно киваю головой. Официантка смущенно повторяет наш заказ и уходит. Первым мы получаем облепиховый чай. Он восхитителен. Спустя минут 20, Мери приносит и основные блюда. Кролик получился очень мягким, легко жуется и приятен на вкус. Прожевав несколько кусочков, я отваживаюсь на разговор, который волнует меня больше всего. Никому кроме Крейга я не могу об этом рассказать, потому что остальные примут меня за сопливую девчонку или за какую-нибудь размазню. Достаточно только вспомнить реакцию Бекки. Хотя подозреваю у нее тоже, что-то в душе твориться, но она пока что не готова это раскрыть.

– Знаешь, Крейг, на самом деле, я бы очень хотел поговорить с тобой о любви. – Вдруг неожиданно для Крейга выпаливаю я.

– Дружище, я не гей. – Почти давиться своим кроликом он.

– Я не об этом. – Мне стало так смешно от его реакции. Хотя я тоже нашел правильные слова, как начать разговор. – Ты никогда не думал о настоящей любви? О любви до гроба? Ты переспал почти с пол сотней девчонок. А когда-то ты любил эту милую девчонку Эни, с соседней улицы, которая училась с нами в одной группе. Помнишь в университете?

– Да ты прав, я переспал с пол сотней, а точнее с пятьюдесятью одной. – Шутит Крейг.

– О боже! Так ты ведешь счет? – Удивленно восклицаю я. – Пол сотни! Иногда мне кажется, что ты свой член на помойке нашел!

– Я просто набираюсь опыта! Ты же знаешь, что мое сердце принадлежит только ей одной. Этой милой, скромной, умной, застенчивой, светловолосой девочке по имени Эни! – Тщательно пережевывая свою еду, сообщает мне он.

– И ты, что же никогда даже не пытался заговорить с ней? Ну, там признаться в чувствах? Ты же так пользуешься популярностью среди женской половины населения. Уверен, она бы не смогла устоять перед твоими чарами. – Не понимаю его. Девчонка, которую он уже любит пол жизни живет и мельтешит у него перед глазами уже столько лет, а он даже ничего не пытается сделать.

– Просто я боюсь. Боюсь, что она отошьет меня. Эни не такая, как все. Ее не купить дурацкими походами в кино, нелепыми словами, цветами и различными подарочками. Она другая. И я даже не знаю, как к ней подойти. – Печально отвечает мне мой друг.

– Ну, ты и дурак! Я всю жизнь живу, ищу любовь всей своей жизни и не могу найти. А она ходит у тебя под боком, и ты столько лет ничего не делаешь! Ты бы уже так давно мог бы быть таким счастливым! – С напором вторю ему я.

– А знаешь что, ты прав! Вот приедем, пойду и признаюсь ей во всем! – Вдруг неожиданно восклицает он, и в его глазах загораются оживленные искорки.

Оказывается, у моего друга на душе тоже не все в порядке, а я скотина, даже и не заметил этого. Надеюсь, он мне это простит. Так как вторую половину пути мы с ним обсуждаем, как же все-таки лучше ему признаться в чувствах его любимой и обожаемой Эни.

6 января 2017 года

Мы с Крейгом стоим в одном из учебных классов маленького домика, который называется тренировочный центр. На самом деле, этот маленький домик выполняет сразу несколько функций – это и учебный центр, и мини-отель, и аренда оборудования для погружений и спасательный пункт, для дайвингистов, попавших в беду в подводных пещерах Закрытого Ходжа. Если у тебя нет навигатора, боюсь, этот домик так просто не найти. Он спрятан в лесистой местности, недалеко от одного из входов в подводные лабиринты. На первом этаже этого дома расположены спасательный пункт и аренда оборудования. На втором – мини гостиница, где мы с Крейгом и провели сегодняшнюю ночь, на третьем этаже – учебные классы, в одном из которых мы сейчас и находимся.

Нам рассказывает об особенностях погружения местный спасатель-дайвингист Тор. На вид ему около сорока пяти лет. Мужчина очень седой, на нем нет ни единой волосинки другого цвета, кроме как пепельного. Интересно – это природа так постаралась, или за цветом его волос скрывается страшная тайна? А что, если он видел смерть и не одну? Наверное, так и было, ведь практически у каждого спасателя есть на памяти отдельные люди, которым они не смогли помочь. И не потому что не хотели или побоялись, а потому, что не было возможности, но каждый из них видит в этом только свою вину. Надеюсь, все-таки, что Тору повезло больше остальных, и мои мысли – всего лишь пустая брехня. Решаю откреститься от негатива и полностью со всем вниманием погрузиться в изучение плана подводных пещер, развернутый перед нами на столе.

Пока что выглядит все не так уж и страшно, как пишут в интернете, любопытно бы было уже спуститься вниз и испытать это чувство на себе. На карте плане Закрытого Ходжа изображен длинный коридор. По обе стороны от него идут ответвления в виде небольших пещер или комнат. В самом начале этого коридора нарисован Огромный прямоугольник, в котором находится еще один, прямо у входа в сам тоннель. Как объяснил нам Тор, этот большой прямоугольник – огромная пещера, обнесенная со всех сторон скалами, а маленький – это небольшой водоем, где есть вход в подземный тоннель.

– Если эта пещера обнесена скалами, как же нам туда попасть? – Задает вопрос нашему учителю Крейг.

– В скалах множество тоннелей, через одну из них вы и попадете внутрь. – Спокойно отвечает Тор и продолжает свой урок. – Под водой натянут трос, по маршруту, который представлен на карте.

– То есть это не полная карта? – Интересуюсь я.

– Это карта, только исследованных мест. Поэтому, пожалуйста, всегда держитесь за трос и никогда не выключайте ваши фонари, иначе заблудитесь сто процентов. Там внизу огромный лабиринт из различных тоннелей, проходов, небольших резервуаров, поэтому следуйте четко правилам и ничего не случиться. – Очень выразительно сообщает нам Тор, информацию, которой владеет.

Мы проводим наверху в учебном классе несколько часов, впитывая каждое слово, которое он нам говорит, так как судя по его словам место и правда жуткое. А затем спускаемся на первый этаж в раздел аренды оборудования. Каждый из нас берет себе по утепленному гидрокостюму, ласты, оборудование для погружения и обязательно по фонарику, который крепко привязывает Тор каждому из нас на руку. Также, каждому из нас он надевает наручные часы.

– Вам хватит воздуха на 30-35 минут, этого вполне хватит, чтобы проплыть маршрут, указанный на карте. Внимательно следите за временем. – Обеспокоенным голосом говорит наш инструктор.

После тщательной экипировки, мы с Тором выходим из здания, и обходим его с обратной стороны. С другой стороны здания природа выглядит совсем по-другому. За домом, в чаще, скрыта высокая скала, которая покрыта непроходимым лесом. Повсюду валяются огромные булыжники, часть которых покрыта снегом. Это место отлично замаскировано от посторонних глаз и могло бы подойти для военных целей, например, стать бункером или убежищем. Как нам рассказывал Тор на занятии, чтобы попасть в сердце Закрытого Ходжа, необходимо пройти по 25 метровому тоннелю, вклинившемуся в толстую стену скалы. Но где же он? Вряд ли где-то далеко, иначе нас бы не стали одевать в гидрокостюмы сразу же здесь, иначе какой смысл тащить это тяжелое оборудование на себе. Разве, чтобы выбиться из сил, и не выбраться из пещер. Но я точно знаю, что это не так. Тор не стал бы над нами так издеваться: его задача облегчить нам погружение, и сделать все, что в его силах, чтобы мы выбрались от туда. Ну, по крайней мере, он так нам говорил на занятиях.

– Эта дорога приведет вас к входу в тоннель. – Сообщает нам этот странный седовласый мужчина. – Вынужден, покинуть вас здесь, чтобы отслеживать ваши перемещения по компьютеру. В ваших наручных часах встроены датчики слежения, так что я буду знать, где вы находитесь.

– Да нам совсем не о чем беспокоиться – Подмигиваю я своему лучшему другу.

– Будьте посерьезнее, джентльмены. – Строго смотрит на меня инструктор. – То что я знаю, где вы находитесь еще не дает гарантию того, что я успею до вас добраться, пока у вас не закончится кислород в баллоне к примеру. И уверяю вас, ни один человек на планете не знает полный план этих пещер. Желаю удачи.

На этих словах он поворачивается и возвращается в дом. Но не тем же путем, как мы пришли сюда. Он не обходит дом, а заходит в первую дверь, к которой ведет тропа. Мы провожаем его взглядом.

– Интересно, а почему просто нельзя было выйти через эту дверь? Зачем надо было тащиться во всей этой экипировке, обходя его кругами, и тратя при этом свои силы? – Спрашивает меня негодующий Крейг, как только Тор скрывается за дверью.

Я лишь пожимаю плечами на его реплику, потому что внутри меня тоже раздирает злость от того, что мне пришлось тащить эти 20 килограмм на себе, хотя, как правильно выразился Крейг нам нужно экономить силы. Ведь по рассказам Тора они нам очень пригодятся. Я пока что не совсем верю во всю сложность нашего погружения и всем страшным байкам Тора. Пока, что трудности нам создает только он сам, ведя нас окольными путями с баллонами кислорода на плечах. А сейчас и не лето, кстати, для пеших прогулок, тем более перед погружением.

– Ладно, пошли. – Это единственное, что я говорю в ответ.

Мы идем по тропе. Хотя это больше похоже на каменную полосу препятствий, где на пути ты можешь встретить только скользкие обмороженные булыжники. Честно говоря, в ластах крайне не удобно по ней идти. Скорее получишь себе травму здесь на этой полосе препятствий, чем под водой. Пока что все это напоминает мне захватывающий приключенческий фильм. Слава Богу, дорога быстро заканчивается и из-за толстых стволов деревьев показывается вход в пещеру. Мы заходим внутрь.

Первое, что я ощущаю – это промерзлый, леденящий воздух. Становится тяжело дышать. Сам воздух очень влажный, и он наполнен запахом сырости и каких-то плесневелых грибков. Такое чувство, что ты вдыхаешь капельки ледяной воды, а возможно и даже мелкие кусочки льда. Этот промозглый воздух резко и сильно охлаждает мои легкие. Я чувствую, как они сжимаются и съеживаются внутри меня. От того, что не хватает воздуха, я автоматически вдыхаю еще и еще. От этого я получаю новые удары по своим легким, и они съеживаются все больше. Я, наконец, понимаю, что впадаю в панику. Надо успокоиться. Это всего лишь обычный приступ клаустрофобии. Меня она раньше никогда не беспокоила. Я вижу в конце тоннеля маленький кусочек света и понимаю, что мне срочно нужно отсюда выбраться. Смотрю на Крейга. По его лицу считываю схожее внутреннее состояние с моим.

– Кажется, нам было бы легче дышать, если мы поскорее выберемся отсюда. – Сообщает он, подтверждая мои мысли о его физическом состоянии.

Я киваю в знак согласия, и мы стараемся идти настолько быстро на свет в конце тоннеля, насколько это возможно. К сожалению, скорость несильно увеличивается по нескольким причинам: во-первых – это жутко неудобный для таких пеших походов по суше гидрокостюм, во-вторых -тяжелое снаряжение и, наконец, скользкие булыжники под ногами. Ура, мы выбрались из этих катакомб. Но добравшись до света, мы понимаем, что впереди нас ждет еще одно препятствие.

Для того, чтобы попасть к озеру, нам необходимо спуститься вниз по самодельной деревянной лестнице примерно метров 10-15.

–Интересно, она выдержит мой вес, с учетом оборудования? – Повисает вопрос Крейга в воздухе.

Понимая, что это я причина того, что мы с ним здесь, беру инициативу в свои руки. Ведь не могу же я так рисковать своим лучшим другом. Хотя о чем речь, большой риск вообще было притащить его сюда.

– Сейчас проверим. – Отвечаю я также в никуда. И мой ответ также повисает в воздухе.

Интересно когда я полезу с этой лестницы, в моих штанах будет сухо? Подхожу к лестнице, а точнее к тому, что называется лестницей и поворачиваюсь так, чтобы когда полезу по ней быть к ней лицом. Опускаю первую ногу на третью ступень сверху, а руками держусь за самую верхнюю из них. Ставлю туда же вторую ногу. Сейчас я нахожусь на высоте, примерно, трехэтажного дома, без страховки, с тяжеленым оборудованием за плечами, которое так и тянет меня вниз. Сверху на меня испытующе смотрит Крейг, в любую секунду, готовый кинуться мне на помощь. Снизу поджидают огромные булыжники, которые явно не дадут пощады, в случае, если мои руки соскользнут. А в спину мне дышит своим суровым, грозным, опасным, но в то же время спокойным и ровным дыханием пасть Закрытого Ходжа. Любопытство берет верх, и я оборачиваюсь. Из глубин этого жуткого пейзажа на меня смотрит чудовище, а точнее злобный и ухмыляющийся череп, какого-то неизвестного огромного существа. Одна половина черепа образована надводным ландшафтом, а вторая – его зеркальным отображением в воде. Зрелище воистину жуткое! Я быстро отворачиваюсь к лестнице и пока не спущусь, решаю больше не смотреть на это чудовище, дабы не поддаваться панике. Сейчас в штанах не то, что не сухо, как бы мягко там не стало – пронеслась нелепая шутка в моих мыслях. Лезу дальше. Преодолев еще десяток ступеней, задаюсь вопросом, сколько еще осталось. Головой шевелить боюсь, так как могу не удержать равновесие. Руки порядком устали.

Подумав об этом, чувствую, что моя правая нога приземлилась на что-то плоское и гладкое – явно не ступенька лестницы. Смотрю вниз, и точно, под моей ногой огромный камень. Ставлю на него вторую ногу, и не отпуская лестницу, проверяю устойчивость камня, на котором нахожусь. Булыжник оказывается устойчивым, поэтому я отпускаю лестницу и двигаюсь ближе к водоему, чтобы дать возможность спуститься Крейгу.

– Можешь спускаться, только руками крепче держись. – Кричу ему снизу, и мой голос эхом прокатывается по пещере.

Пока Крейг слезает вниз по лестнице, решаю осмотреться. Смотрю по сторонам. Складывается впечатление, что я нахожусь на арене Колизея в древние века. Воображение играет. Кажется, что меня сейчас ожидает битва с гладиатором или какой-нибудь безумной зверюгой, а если бы сверху скал сидели люди они бы жаждали только одного – хлеба и зрелищ. Но на самом деле, я нахожусь на окраине водоема, который похоронил под собой сланцевый карьер и несколько жизней людей. По кругу он окружен огромными скалами и ущельями. Вокруг нагнетающая тишина: слышу только свое прерывистое дыхание и шаги Крейга по лестнице. В данный момент мой взгляд привлекает только одна вещь, а точнее говоря, картина – это череп, четко прорисованный на картине моего воображения. Я наклоняю голову набок, чтобы была возможность взглянуть ему прямо в глаза. Они скрывают за собой черную тайну. Глаза выглядят, как два темных огромных овала, один из которых уводит свой ужас в глубину скалы, а второй – в подводный мир. Этот взгляд проникает мне прямо под кожу, наполняет меня страхом и паникой. У меня появляется плохое предчувствие. В этот момент из-за спины окликает меня Крейг.

– На что ты так уставился? – Спрашивает он меня.

– Вон смотри. Наклони голову. Видишь череп? Посмотри в его глаза… Посмотрев в них, у меня появилось такое дурное предчувствие, что должно что-то случиться. – Отвечаю ему.

Крейг смотрит в них, и на мгновение мы оба замираем.

– Знаешь, если со мной что-нибудь случиться, скажи Эни что я ее люблю, что полюбил ее с той самой минуты, с того самого момента, как только увидел. – Говорит мне Крейг, а сам смотрит в эти чертовы глаза.

– Нет! Что ты такое говоришь? Не желаю этого слышать! Понял? – Уверенно отвечаю ему я.

Поворачиваюсь, и жду от него утвердительного ответа. Крейг смотрит на меня, улыбается, а затем отвечает:

– Расслабься, я же шучу! Ну что поплыли? – Одевает маску для подводного плавания, вставляет в рот кислород и плавно погружается в воду.

Надеюсь так и есть. И он правда шутит. И все же решаю, что не буду отплывать от него ни на шаг, чтобы не случилось. А в глубине души чувствую, что пришла моя очередь быть для него скалой, и защитить моего лучшего друга от мглы этой подводной пещеры. И больше ни секунды не мешкая, смотрю на часы – ровно 14-00, и следую примеру Крейга, погружаюсь в воду.

Оказавшись в воде, я понимаю, что отзывы о ее температуре не были преувеличенными, и тут реально холодно, поэтому, чтобы не замерзнуть необходимо активно двигаться. Вода очень мутная. Мы еще даже не заплыли в подводный лабиринт, а видимость очень низкая, не больше двух вытянутых рук. Мне нельзя отделяться от Крейга, поэтому я включаю свой фонарь, чтобы найти его. Надеюсь, ему хватит мудрости не плыть без меня. Как только зажигается свет моего фонаря, мой друг включает в ответ свой, и в этой мутной воде я, наконец-то, вижу, где он находится. Подплываю ближе. Мы опускаемся еще глубже и плывем в сторону, где должен находиться вход в главный тоннель Закрытого Ходжа. Спустя какое-то время мы его находим. Первое, на что указывал Тор – это найти стальной трос, за который мы должны держаться, чтобы не заплутать в лабиринте. Так как сам тоннель не очень широкий, в нем свободно может поместиться лишь один человек, мы находим стальной трос, благодаря фонарям и совместным усилиям, достаточно быстро. Крейг показывает мне на жестах, что поплывет первым. Я не против. И мы заплываем в тоннель. Я четко следую за Крейгом, и не отстаю от него больше, чем на расстояние в мою ладонь. Ведь видимость здесь стала еще хуже. Создается впечатление, что ты попадаешь в полную мглу. Под водой практически полная темнота, даже при свете фонаря. Моя бурная фантазия помогает мне создать в воображении жуткие картины, якобы скрывающиеся на дне. Мне кажется, что из-за какого-нибудь поворота выскочит на нас подводное огромное чудовище и сожрет нас, даже не поперхнувшись, или что мы сейчас заплывем в место, где лежат одни скелеты или трупы. Теперь у меня складывается впечатление, что я попал не в фильм не про захватывающие приключения, а в настоящий фильм ужасов. Все это вызывает панический страх и желание как можно скорее всплыть на поверхность. Тор предупреждал нас, что спешка и неосторожность приводит водолаза к неизбежной гибели, поэтому я пытаюсь угомонить свою паническую атаку и держаться, как можно ближе к своему другу. Подплыв к Крейгу еще ближе, я слегка успокаиваюсь, а мы непрерывно следуем дальше. Так мы проплываем первую подводный резервуар, к которому приводит нас стальной трос, затем проникаем в таинство второй пещеры. На дне этих подводных комнат можно найти сплошной хлам: какие-то металлические рамы, велосипед – интересно, как он сюда попал? – и другой мусор. Пока мы следовали на пути к этим подводным комнатам, я видел множество различных поворотов и других комнат. Теперь понятно, почему наш инструктор так настаивал на том, чтобы мы ни в коем случае не отпускали стальной трос. Когда мы собираемся выплывать из второго резервуара, я свечу фонарем на часы. Они показывают 14-20. Мы плаваем уже двадцать минут. Пора возвращаться, иначе нам не хватит воздуха. Я хлопаю Крейга по плечу, чтобы привлечь его внимание. Он оборачивается, я свечу на циферблат своих часов. Потом одной рукой дважды показываю пять пальцев своей руки, и указательным пальцем тычу в обратном направлении. Думаю, он должен понять, что кислорода у нас осталось примерно на 10 минут. Крейг одобрительно кивает мне головой, и сжав руку в кулак, показывает большой палец. По его жесту понимаю, что он со мной согласен. Я разворачиваюсь и, не отпуская руку от металлического троса, плыву в обратном направлении. Теперь я плыву впереди него. Веду нас к свету из этой страшной, темной мглы. Спустя пять минут я понимаю, что не знаю, плывет ли Крейг за мной, так как свет его фонаря сливается с моим. В страхе, что мой друг может отстать, я оборачиваюсь назад и тут же успокаиваюсь. Крейг приветственно машет мне рукой. Я отвечаю ему тем же жестом и плыву дальше, периодически оборачиваясь, и проверяя, что с моим другом все в порядке. Проплыв так какое-то время, я снова смотрю на часы. По моим расчетам, воздух должен закончится через 3-5 минут, и ускоряюсь. Мне кажется, что мы плывем по этому коридору уже целую вечность: одна минута соизмерима, наверное, с часом времени. Вот-вот и мы должны вырваться отсюда в открытое пространство озера. За своей спешкой, я забываю оборачиваться и проверять Крейга. Единственное, чего мне сейчас хочется, так это побыстрее оказаться на поверхности воды. Спустя еще немного времени, я вижу, что вода становиться менее мутной. И наконец, я выныриваю, вытаскиваю кислородную трубку изо рта и вдыхаю свежий воздух. Сделав несколько глотков воздуха, я начинаю успокаиваться.

– Знаешь, Крейг, не хотел бы я еще раз здесь очутиться, под водой этого мерзкого черепа. – Говорю я своему лучшему другу, с полной уверенностью, что он у меня за спиной и, удивляясь, что он еще не произнес никакой реплики. – Выкуси, – и я показываю черепу свой язык, – мы выплыли оттуда.

Понимаю, что что-то не так, так как я так и не услышал никакой реплики Крейга. Пару секунд жду. Но в ответ слышу только тихое завывание ветра. Оборачиваюсь. За мной лишь пустая, темная, водная гладь. Ни секунды больше не раздумывая, вставляю в рот кислородную трубку и ныряю обратно. Сначала кружусь по кругу, светя фонарем то в одну, то в другую сторону. Его нет. Плыву ко входу в подводный коридор, благо не далеко от него отплыл, когда выныривал на поверхность. Свечу фонарем внутрь тоннеля, но тут у воды видимость не дальше вытянутой руки. Пытаюсь найти стальной трос, который является проводником по этому лабиринту. Нахожу его за считанные секунды, хватаюсь и как можно скорее плыву вглубь. Начинаю судорожно вспоминать, где я последний раз видел Крейга? Кажется, у первого отсюда резервуара. Точно, я обернулся там в последний раз, посмотреть на него, а он в ответ помахал рукой. НУ почему, почему я не обернулся еще и еще раз? Почему я так стремительно пытался вырваться наружу? Все потому, что я трус. Да, я трус! Но, я не позволю ему умереть и найду, чтобы мне этого не стоило.

Поэтому, что есть силы, плыву к первому резервуару. Проплыв около 2-3 минут, я понимаю, что у меня заканчивается кислород в болоне. Осталось на пару вдохов. Каждый раз я вдыхаю, как последний. Меня опять охватывает паника. Разворачиваюсь и плыву обратно.

Я только что осознал, что прошлый вдох кислорода был последним, и мне нечем больше дышать. До конца коридора мне плыть еще около минуты. По крайней мере, я так думаю. Мне должно хватить сил. В голове сейчас крутится только две вещи: мне нужно выплыть из тоннеля и мне нельзя отпускать стальной трос. Я плыву, пока могу обходиться без воздуха. Я уже вижу, что вода светлеет. И тут снова мгла. Какое-то черное пятно, с человеческий рост, размытое появилось впереди. Разглядеть сложно из-за плохой видимости. И от неожиданности я открываю рот. Вода заливается мне внутрь. Я чувствую, как она наполняет мои легкие, а мое сознание начинает улетучиваться. Единственное, что я вижу, что это темное пятно впереди приближается ко мне. Вот как, оказывается, выглядит смерть. Никакой косы, никакого черного плаща – лишь мутное темное пятно, похожее на большую черную дыру, засасывающую тебя в нее. Я закрываю глаза, и перестаю что-либо понимать. Меня уносит во мглу. Я умер.

Я лежу на чем-то жестком и холодном. Тело пронзает дрожь. Я понимаю, что дрожу от дикого холода. А я и не знал, что на том свет такой лютый мороз. О загробной жизни я имел совсем другое представление. Как минимум, там должно быть тепло, как в райском саду, где растут красивые кусты и деревья, и птицы кругом поют. Но нет, мне это не грозит. Я слишком много грешил в этой жизни, так что должен гореть в аду. Так сказать, мучатся от невыносимой жары, купающимся в огненной лаве, одного из его кругов. Но все совсем не так. И ничего этого нет, никаких чертей и дьяволов. Лишь жуткий озноб по всем телу. Такое чувство, что я лежу где-то на льдине в Антарктиде при температуре минус двадцать градусов в одних футболке, да шортах.

– Закутывай его во все, что есть, и растирай его тело. – Слышу чей-то мужской голос.

Голос очень знакомый. Я его явно где-то раньше слышал, но вот где именно, пока не пойму.

– У него точно появились признаки жизни? – Обеспокоенно повторяет этот же голос.

– Да, Тор, пощупай пульс. Он слабый, но есть. Его здорово колбасит, разве так может быть у неживого человека? – Отвечает второй мужской голос. Его я точно не слышал.

Точно, это голос Тора, моего инструктора по дайвингу. Интересно, а он то что делает в загробном мире?

– Нет, мне некогда. Я должен найти второго парня. Он мне никогда не простит, если я не найду его тело. – Со злостью и горечью в голосе отвечает Тор.

Речь явно идет обо мне и еще о каком-то парне. Интересно, почему он говорит о втором, просто называя его одним словом ТЕЛО. Я утонул. Я утонул потому, что искал своего друга… И тут до меня доходит… КРЕЙГ… И я в панике открываю глаза.

– Очнулся, наконец! – Говорит мне мужчина, растирающий мои руки. – Я Сэм – помощник Тора. Поздравляю с днем рождения. Просто чудо, что он успел тебя вытащить.

Я узнаю этот голос. Он говорил вместе с Тором, до того, как тот ушел под воду. Теперь я знаю, кому он принадлежит, Сэму. Но меня это все не интересует, мне важно знать лишь одну вещь…

– Крейг! – Это то, что автоматически срывается с моих губ.

– Тор ищет его в лабиринте. – Сообщает мне мой новый знакомый, при этом отводя свой взгляд в сторону.

– Он жив? – Сиплю я своим неокрепшим после случившегося голосом.

– Одному Богу известно. Никто точно не знает. Но возможно там есть резервуары с воздушным пространством. Надеемся, что так и есть. – Сухо отвечает Сэм. – И зачем вы только сюда полезли…

Наступает молчание. Я лежу на огромном булыжнике, а он меня растирает. Я уже не чувствую холода. Я чувствую лишь огромную боль, как тяжелый камень на шее, она ведет меня вниз, к самому дну. Не знаю сколько мы тут находимся, но минуты тянуться невыносимо долго, а боль от того, что я могу потерять друга все усиливается. Я лежу и смотрю на озеро, даже не пытаясь пошевелиться. Прямо мне в глаза опять смотрит это чудовище, этот гигантский череп. В его черных глазах я вижу высокомерие, надменность и усмешку. Я слышу его тихий, жуткий, пронизывающийся мне под кожу голос: «А я тебя предупреждал! А ты не послушал меня… Так пожинай плоды…»

В этот момент из воды выныривает водолаз и плывет к берегу. Он явно тащит что-то тяжелое, только я никак не могу разглядеть, что же это. Он вылезает на камни и вытаскивает второго водолаза. Мое сердце замирает. Водолаз снимает маску с себя, и я узнаю в нем Тора. Затем он стаскивает маску со второго человека, бездвижно лежащего на камнях.

– НЕТ… – Выкрикиваю я. Это Крейг. – Спасите его! Спасите! Немедленно! – Ору я во все горло.

Тор и Сэм не помогают ему. Я вскакиваю на ноги и карабкаюсь по скользким камням к телу своего лучшего друга. Его лицо мраморно белое, неживое. Он похож на восковую фигуру. Но нет, я не собираюсь сдаваться, я не хочу терять его. Это же он, Крейг – моя вечно защищающая от всего скала. Она не может просто так, взять, и развалиться на мелкие камни.

Я истерично расстегиваю молнию на гидрокостюме, разжимаю его челюсти и вдыхаю туда свой воздух. Его губы ледяные. Но мне плевать. Я должен попытаться спасти его. Ставлю руки на грудь и начинаю непрямой массаж сердца. Он должен ожить. Он обязан это сделать. Он не может оставить меня здесь одного, в этом гребаном сумрачном мире. Я то и дело вдыхаю воздух и пытаюсь завести его сердце. Но оно молчит. Оно не отзывается на мои усилия. Я продолжаю и продолжаю, не желая останавливаться. Спустя какое-то время, я опять слышу знакомый голос.

– Ему уже не помочь. – Тихо произносит Тор. – Он слишком много времени провел в воде без воздуха.

–НЕТ! – Снова вырывается из моего рта это слова.

И я обессиленный падаю на грудь Крейга. По моим щекам текут слезы. Моя скала разрушена. Как теперь я посмотрю в глаза его маме? Как я скажу ей, что именно я тот человек, который убил ее сына? Он же так молод. Он строил планы на жизнь! Я вспоминаю наш разговор в том придорожном кафе, где он, наконец, спустя столько лет, решил признаться Эни в своих чувствах. Но он уже не сможет этого сделать. Никогда. И в этом виноват я. Я один.

– Прости… – Шепчу я ему, а слезы продолжают градом катиться из моих глаз.

8 января 2017 года

Сегодня обычный серый Лондонский день. Вокруг лишь грязный снег, перемешанный с землей, тишина, речь священника и всхлипы людей. Я на кладбище стою напротив гроба моего мертвого лучшего друга. Крейг выглядит, как и всегда. Всего лишь, кажется, что он спит. Но теперь, его лицо другого цвета – цвета гипса, а губы его просто сомкнуты, и не улыбаются, глаза закрыты. Это лицо застыло навечно.

По очереди разные люди говорят прощальные речи, но я не могу вымолвить и одного слова. На мне одет черный костюм и черное пальто, на глазах – темные очки. Не могу смотреть в глаза всем этим людям, особенно, родителям Крейга. С тех пор, как я сообщил миссис Конорс, его маме, что ее сына больше нет, она не разговаривает со мной. Наверное, я ей отвратителен. Конечно, уговорил друга поехать на верную смерть. Да, я и сам себе отвратителен. Я остро чувствую вину за гибель Крейга. Лучше бы я, а не он. Хватит ли у нее когда-нибудь сил заговорить со мной и выслушать меня? Выслушать мои жалкие оправдания? Выслушать мои извинения и сожаления по случившемуся? И примет ли она их…?

На кладбище слишком много людей. Только теперь я осознаю до конца на сколько Крейг добрый, отзывчивый и дружелюбный. Точнее говоря, был. Это слово был, совсем не клеится с его именем, но это действительная реальность. Здесь все наши друзья, его коллеги по работе, родственники. Даже пришли с ним проститься девушки, с которыми он, так сказать, приятно проводил время. Почему то я неожиданно вспоминаю об Эни. Интересно здесь ли она? Окидываю взглядом толпу, но ее нет. Да и откуда же ей здесь быть? Мы только и знали имена друг друга, что мы одногруппники, и что она приличная умная девушка, а мы с Крейгом два вечных разгильдяя. Из-за меня он так никогда и не скажет ей, что любит.

Все речи закончены. Опускается крышка гроба, и тело Крейга навсегда застревает в этом тесном деревянном ящике. Гроб опускается в яму. Все, что я смог из себя выдавить: «Пусть земля тебе будет пухом». Сверху на него сыплется земля. Я нахожусь в каком-то дурмане. Как будто я не в этом мире, как будто я на съемке какого-то кино, и я до сих пор до конца не могу поверить, что это случилось. Он был так молод.

Не знаю, как долго продолжалась вся эта процессия, но начинаю замечать, что людей становиться все меньше и меньше, пока я не остаюсь совсем один. Кто-то положил на могилу вместе с цветами его фотографию. Я сажусь на корточки прямо перед ней, снимаю очки и смотрю ему прямо в глаза. Во время церемонии погребения, я не мог вымолвить и слова, но сейчас они полились рекой.

– Друг! Прости! Я не смог тебя защитить. Я не смог спасти тебя. Ты ушел от нас… ты ушел от меня… навечно… Как же мне теперь жить? Ты был единственным лучом надежды в моей темной душе.

Помнишь, нашу с тобой первую встречу? Я был плохим парнем. Сидел на задней парте в первый день учебы в университете, а на лице у меня красовался фиолетово-бордовый свежий синяк, после очередной драки накануне. Все студенты знакомились друг с другом, а я сидел на задней парте и отпугивал всех своим видом. А ты просто подсел ко мне, как ни в чем не бывало, и дружелюбно сказал: « Привет, я Крейг! Кажется, у тебя вчера был неудачный день. Как твое имя?». Я что-то грубо пробурчал в ответ, а ты лишь сказал мне: «Синяки – это ерунда, они пройдут, через несколько дней или может неделю, ну в зависимости от силы удара, а вот то, что в твоей душе твориться, это проходит очень долго, очень болезненно, а иногда остается с тобой навсегда». И ты, как всегда был прав! Как думаешь, каково это, жить с грузом на душе, что я убил лучшего друга? Как думаешь, пройдет это когда-нибудь? Молчишь… Потому что ты знаешь ответ… Как всегда…

С того дня в моей жизни появились светлые дни. Ты учил жить меня, по-другому, по-новому, так, как я до этого не жил. Я завязал с плохой компанией. У нас появились увлечения. Конечно, не все они были законные, но мы не злоупотребляли. Мы начали заниматься спортом. Конечно, не весь спорт был безопасен, например прыжки с парашюта, скалолазание или дайвинг… Но мы ловили кайф. Всему этому научил меня ты.

А сейчас я приехал домой после долгой командировки, где меня ждали лишь боль и отчаяние повсюду, что с карьерой, что с Далилой. Но когда я увидел тебя, на том Рождественском обеде, в моей душе опять появилась надежда на светлое будущее. И так все и было до того момента, пока ты не покинул меня в этой проклятой пещере. Ты ушел… А вместе с собой забрал все светлые дни, которые могли бы быть в моей жизни. Мне так не хватает тебя. Не хватает этих светлых дней… – На этих словах я не выдерживаю, и из моих глаз текут слезы.

Спустя какое-то время, я успокаиваюсь. Но я не могу уйти. Я сижу и сижу напротив портера своего лучшего друга.

– Прости, ты не против, если я попрощаюсь с ним. – Раздается тихий женский голос за моей спиной.

Господи, какие же тупые эти девчонки.

– Думаю, на церемонии было достаточно времени, чтобы сделать это. – Грубо отвечаю ей. Я еще не готов уйти отсюда.

– Да, конечно, извини, приду в другой раз. – С пониманием отвечает голос.

Я оборачиваюсь. Передо мной стоит Эни. Первое, что всплывает в моей голове: «Она пришла».

– Эни, извини. Я не узнал тебя. Думаю, Крейг хотел бы больше всего на свете попрощаться с тобой. – Я встаю и уступаю ей свое место.

– Спасибо, Эдриан. – Надо же, она помнит мое имя.

Не хочу мешать им. Пусть это и не та встреча, о которой мечтал Крейг, и не в том месте, думаю, что лучше их оставить двоих. Иду ко входу на кладбище. Решаю дождаться, пока уйдет Эни, и снова вернусь к своему другу. Трясущимися руками достаю сигарету и нервно закуриваю.

Спустя какое-то время, слышу опять ее голос.

– Ты все еще здесь? – Спрашивает она меня.

Оборачиваюсь. Она стоит тихая и слега застенчивая, впрочем, как и всегда. На глазах одеты темные солнечные очки, поэтому я не могу прочитать по ним, что же она сейчас думает.

– Не хочешь выпить? – Все также тихо спрашивает она меня.

– А почему бы и нет. – Наконец, отвечаю.

Эни берет меня под руку, и мы с ней идем. Я полностью погрузился в себя, поэтому не понимаю, где мы идем и куда. Просто идем. Очнулся я только, когда мы очутились на пороге ее дома.

– Я думал, мы собирались выпить. – Отвечаю ей, готовый уже попрощаться и вернуться домой.

– Так и есть. У меня дома есть отличный ирландский виски.

Ну надо же, это любимый напиток Крейга. Какое совпадение. – Пронеслось в моей голове. И не раздумывая, я захожу внутрь. Мы проходим на кухню. Эни достает два рокса и бутылку Bushmills. Как только она разливает, я хватаю свой стакан и заливаю виски в свое горло. Я зажмуриваюсь. Внутри от виски все дерет, и лишь удваивает мою душевную боль. Когда открываю глаза, стакан Эни также пуст, а она морщится от виски.

– Еще! – Уверенно произношу я.

Эни беспрекословно выполняет, и мы повторяем наши действия снова. Наливая третий бокал, Эни, похоже набравшись храбрости, спрашивает меня:

– Расскажи, каким он был?

– Крейг был лучшим другом на свете. – Это первое, что приходит на ум.

– И это все? – Она улыбается.

– Нет, конечно, нет. – Незамедлительно отвечаю я. – О нем можно рассказывать часами. Он был позитивным и очень веселым, всегда любил превратить все в шутку. – Я замолкаю, предавшись воспоминаниям, и впервые за это время улыбаюсь.

– Я слышала твой некролог у могилы. – Воспользовавшись паузой говорит Эни. От услышанного я напрягаюсь, а она продолжает. – Как это случилось? Как он погиб?

На глаза опять наворачиваются слезы. Слезы моей вины. Но я больше не могу молчать, и меня прорывает. Я рассказываю ей все в мельчайших подробностях:

– Понимаешь, у него села батарея в фонаре. Всего лишь гребанная батарея… Я плыл впереди и ничего не понял, что случилось. Он быстро потерял меня из виду. Вода была очень мутная. И в ней было очень темно. Пытаясь быстрее доплыть до меня, он выпустил из рук стальной трос, ведущий к выходу. Но до меня он так и не доплыл. Он заблудился в подводном лабиринте. А потом у него просто кончился кислород…

Пауза повисла между нами.

– Я никогда не прощу себя за то, что уговорил его на эту авантюру… А ты знаешь, в Рождественской хлопушке, ему попалось послание, что он отправиться в путешествие с билетом в один конец. Так и случилось… Он не хотел ехать, как будто чувствуя, что что-то случиться, но я его уговорил. А знаешь, какие его были последними слова, перед тем, как он нырнул в воду: «Если я не вернусь, скажи Эни, что я ее люблю». – Я рассказываю Эни обо всех его чувствах к ней, о его планах по возвращении из Закрытого Ходжа.

А потом опять повисает молчание. Мы просто тупо сидим, каждый в своих мыслях, и пьем. Бутылка уже почти пуста. Неожиданно, Эни встает, шатаясь, подходит ко мне, берет мое лицо своими маленькими холодными ладошками и заставляет посмотреть прямо ей в глаза.

– Ты не должен винить себя. Ты не виноват в том, что случилось. Ты сделал все, чтобы спасти его. Ты должен научиться жить без него. Ты должен научиться жить только светлыми днями. Сегодня на прощание, я пообещала, что всегда буду заботиться о тебе. Я не знала о его чувствах, зато, он теперь знает о моих. И я уверенна, он хотел бы пожелать тебе только счастья, потому что я уже очень давно люблю тебя.

Я смотрю ей в глаза. Она застала меня врасплох. Не знаю, что на это ответить. И в эту самую секунду случается то, что я даже и представить себе не мог. Эни наклоняется и целует меня. Она целует меня жадно и страстно, явно намереваясь закончить этот поцелуй чем-то большим. Пару секунд я нахожусь в полном замешательстве и не отстраняюсь от нее. Но когда понимаю, что я творю, немедленно прекращаю ее действия и отхожу в сторону. Я не могу, не могу предать Крейга. Он мой лучший друг и он так любил ее.

– Он любил тебя. А ты… А я… Прости. Мне пора. – Это единственное, что вырывается из моих уст, и я покидаю ее дом.

ГЛАВА 3

ЛИЗА

7 января 2017 года

– Сегодня с Артемом мы снова поругались из-за его отчаянной ревности. Как же меня это уже бесит. Все началось с того страшного дня суда… – Прежде, чем продолжить свой монолог, я делаю огромный глоток крепкого коктейля лонг айленд. Этот коктейль как раз придуман для таких ситуаций – водка, джин, текила, ром и капля колы. Сочувственно сама себе вздыхаю и продолжаю.

– Выступали то Шипилова, то Ремес, то я, то Макс. Лариса с тем мерзким редактором, конечно, подготовились. Они обложились со всех сторон адвокатами, сфабрикованными фактами, даже нашли какого-то подставного свидетеля из их офиса. Они обвиняли нас с Максом в плагиате. Они утверждали, что Макс, будучи помощником главного редактора, превысил свои полномочия, и украл сюжет книги, который якобы принадлежал Ларисе Шипиловой. Они утверждали, что я его любовница, и что мы аферисты решили разбогатеть на ее творчестве, поменяв лишь имена героев, и написав на обложке имя другого автора, то есть меня. По их мнению, мы лишь алчные, не имеющие никакого чувства стыда и совести, бездушные твари, мешающие ее творчеству: ведь я стала известным автором зарубежом, чего ей никогда и не светило, а Макс открыл свою редакцию. Логика ясна до предела: я угроза ее карьере, издательство Макса – прямой конкурент для издательства «Женский роман».

Когда мы шли на заседание суда, мы думали, что это будет легкая победа. Мы распечатали почтовую переписку, а также письма, отправленные с моего почтового ящика в разные издательства, приложили твои показания, подтверждающие, что ты помогал мне с редакцией книги. По настроению судьи, казалось, что он уже почти на нашей стороне, пока… Пока не наступил коронный выход моей горячо любимой подруги. Я бы, наверное, даже попросила выступить ее на бис, если бы это было возможно, а потом бы взяла еще и автограф. Это было ее шоу, и она на нем блеснула, как могла. Это был просто страшный сон. Я слушала все, что она говорила, и не верила своим ушам. Такого предательства в моей жизни еще не было. Как ты понял, я говорю о Марго. Она выступила, что надо! (Ухмыляюсь) Интересно, что ей там наобещали эти гадкие люди? В общем, на вопрос судьи о наших с Максом любовных связях, она непоколебимо ответила: «Да, это правда», – и стала вдаваться в подробности того дня, где она застала наш с ним поцелуй, на их дне рождении. Ты же знаешь, какая она красноречивая… Она без труда завладела вниманием всей аудитории. Люди слушали, открыв рты. Со всех сторон раздавались ахи и вздохи. Но больше всего, меня задело лицо Артема. Он поник на глазах. Он не поднимал на меня взгляд. А после заседания просто встал и ушел. Скандал был уже дома. У меня не было ни малейшего шанса оправдаться, он не желал ничего слушать, а на следующий день улетел в командировку.

– Если судья не глупец, то эти любовные сплетни еще ничего не доказывают. – Возмущенно перебивает меня Роберт. У него снова каникулы. Он снова в России. Мы снова сидим в нашем баре и пьем, а мой брат слушает мои словестные излияния.

– Ты прав. Но она подтвердила, все, что утверждали Шипилова и Ремес. Все, до последнего словечка. – Вздыхаю. – Как понимаешь, суд вынес решение в их пользу. А мне досталось лишь общественное телевизионное унижение, ведь она привлекла целую стаю этих вечно голодных на новости, волков – журналистов, мои книги изымают с полок магазина, а Максу достался штраф в размере проданного тиража плюс моральный ущерб.

– Как она может смотреть в глаза тебе после этого? – Срывается с его губ.

– О, она мне даже посвятила целую после судебную тираду. После заседания, я подошла к ней, приставала с расспросами, в стиле: «Марго, как ты могла? Почему так жестоко?» А в ответ: «А как же ты могла так со мной поступить? Да, пусть я и не собиралась за Макса замуж, но ты своего смотрю не упустила. Что одного мужика мало? В тот же злосчастный вечер я затаила на тебя обиду. Я знала, что отомщу, но пока еще не знала как. А тут такой удобный случай подвернулся». Я пыталась ее остановить, пыталась объяснить всю ситуацию с Максом, что он мне не нужен, что инициатива исходила с его стороны, что настаивала, чтобы он не вел с ней двойную игру. А в ответ снова грубость: «Так вот почему он меня кинул. Больше ничего не желаю слушать» – на этих словах она тогда развернулась и просто ушла. Какого хрена? Неплохо, да? – Поворачиваюсь я к Роберту.

Он задумчиво смотрит на столешницу барной стойки и делает глоток своего коктейля через трубочку. Он молчит.

– Это был день позора, уличений, унижений, предательства… Это был один из самых ужасных дней моей жизни. В этот день я потеряла многое, и прежде всего, я потеряла подругу и доверие своего мужа. С того дня гусеница погрузилась в свой кокон, но вот превратиться ли она в прекрасную бабочку вопрос сложный. Скорее станет добычей какого-нибудь любопытного ребенка, который разворошит ее, и оставит умирать на асфальте. – Я заканчиваю и молчу. Я наговорилась вдоволь. Мой, будучи полный бокал речей, опустел. Мы лишь сидим и тупо молчим. И хотя в баре играет музыка, я ее не слышу. Мой слух не воспринимает ее, так как я просто не хочу ее слышать. В моей голове тишина. Молчание медленно пожирает меня изнутри, сантиметр за сантиметром, превращая все мои мысли и чувства в не просветную тьму. Ее эпицентр в самом сердце. Она поглощает его, легкие желудок… Она распространяется во все стороны моего организма, а когда достигает мозга, я понимаю, что ее как-то надо остановить. Мне хочется кричать, но рот, как будто зашит толстыми портными нитками, мне хочется топать ногами, но на них как будто повесили гири, мне хочется плакать, но в глазах сухо, как в пустыне. Мне хочется заглушить эту боль, но я не могу. От отчаяния лишь делаю еще один большой глоток спиртного.

– А я тебе говорил, что в Китае я подрабатываю, занимаясь с китайскими детишками репетиторством? – Неожиданно меняет тему беседы Роберт. Это и к лучшему. Пора немного отвлечься.

– Правда? Как, здорово! И что же ты им преподаешь? – Мой интерес растет.

– Английский в основном. – Пожимает он плечами. Но это не то, что я хочу сказать.

– Да, ну колись, давай! – Вот он всегда умел быть интриганом.

– Ну, я денег скопил немного, и не вижу лучшего способа, чем спустить их на путешествие. И мне, как ты понимаешь, нужен напарник. – Захватывающе смотрит он в мою сторону.

– Нет, ты что, я не могу потратить твои сбережения. Ты наверняка на что-то другое их копил. – Нет, нет и нет! К тому же праздники заканчиваются, скоро на работу.

– Да, я и правда, их копил на другое…

– На что? – Перебиваю его я.

– Хочу в будущем открыть там свою маленькую языковую школу. Но это сейчас не важно. Мне хочется классно провести каникулы. Думаю, на недельку тебя отпустят с работы. Тем более после праздников пока все раскачаются. Вот и слетаем куда-нибудь. Прости, но я не хочу тухнуть тут до конца каникул и беспробудно пить от горя, чего и тебе не советую.

На этом наш разговор закончился. Я поехала домой слушать очередной скандал от Артема, а Роб отправился по своим делам.

9-15 января 2017 года

Наконец-то мы приземлились в аэропорту Бандаранайк, который находится в столице Шри-Ланки – Коломбо. Наш отель находится не в самом Коломбо, а в его пригороде, поэтому отправляемся на поиски такси. К счастью, таксистов здесь «пруд пруди», поэтому сторговавшись с одним из них до приемлемой цены, мы отправились в дорогу. Первое, что я ощутила на себе, пока мы искали такси – это адское невыносимое пекло. Мои джинсы прилипли к телу так плотно, что кожа ног практически не может дышать. К счастью, когда мы сели в машину, водитель на всю мощь включил кондиционер.

Всю дорогу до отеля, а ехали мы около двух часов, я с интересом смотрела в окно и наблюдала за природой, местными жителями, местным образом жизни. Поскольку мы ехали через Коломбо, то удалось сравнить архитектуру Москвы и столицы Цейлона, а точнее ее отсутствие в последнем случае. Небоскребов тут, разумеется, нет. Лишь невысокие здания и местные низкие постройки с соломенными крышами, больше похожие на землянки, расположившиеся по обочинам дорог. Тут же жильцы этих построек продают свои товары, фрукты, бутилированную воду, но больше всего, из того, что привело меня в шок, это сырое свежее мясо. Свежим, если честно, его сложно назвать, оно в 30 градусную жару висит на проезжей части и все в пыли, от вечно гудящих и мешающихся под ногами, тук-туках. Тук-тук – это мопед, с прикрепленной сзади тележкой, где сидят пассажиры. Самый популярный здесь транспорт, как я поняла. Они повсюду, едут то в одну, то в другую сторону. Правил дорожного движения здесь тоже нет. И если ты собираешься совершить на дороге какой-либо маневр, то необходимо посигналить. И не стоит удивлять, если вдруг увидишь движущийся прямо на тебя по «встречке» тук-тук. И хоть сердце и замирает, поверьте, он успеет свернуть.

Люди же, в отличие от тук-туков, наоборот выглядят очень спокойными, улыбчивыми и дружелюбными. На первый взгляд, их жизнь кажется умеренной и равномерной. У меня сложилось впечатление, что столица Коломбо – это контраст спокойной и мирной жизни людей, и хаотичного транспорта.

Когда мы выехали за пределы города, то мой взор привлекла красота природы. Мы ехали по длинной полосе песочного пляжа. С одной стороны синяя водная гладь самого теплого на земле Индийского океана, а с другой – огромные, высоченные кокосовые пальмы, средь которых выглядывают местные соломенные лачуги. Во дворах этих хижин бегают и лают собаки, и пасутся коровы, настолько худые – кости обтянутые кожей, что, наверное, по ним можно изучать строение коровьего скелета в ветеринарном институте.

Спустя два часа, мы оказались у входа в отель. Пока ждем своего заселения, решаем оглядеться, слегка изучить его территорию. Территория отеля огромна. Повсюду раскиданы, как шахматные фигуры, бунгало, в одном из которых нам и предстоит жить. По сравнению с Московским снегом, вокруг столько ярких цветов: небо чистое и светло голубое, без единого облачка, кажется, что в нем можно увидеть свое отражение; под ногами зелень, различные кусты с белыми, желтыми, розовыми и красными цветами; с пальмы на пальму перепрыгивают маленькие местные белки. В самом центре территории отеля расположен огромный бассейн с прозрачной водой, который окружили местные сонные туристы (никогда не понимала людей, которые едут в такую даль, ради того, чтобы полежать, как тюлень, у бассейна) и неизвестные мне птицы, больше похожие на Российских ворон. Пока мы гуляли и осматривались, наш номер подготовили для заселения, мы зарегистрировались, переоделись в купальные костюмы и отправились на океан.

Береговая линия пуста. На ней нет ни одной живой души, кроме, одинокой, бездомной заблудшей собаки и пустых лежаков, над которыми нависают треугольные солнцезащитные зонты.

– Неплохое место для успокоения души и нервной системы! Как считаешь? – Спрашивает меня Роберт, оценивая при этом мою реакцию на все происходящее вокруг.

До сегодняшнего дня я никогда не была в Азии, не имела ни малейшего представления, как здесь живут люди. Но попадая сюда, ты как будто попадаешь в рай, где на улице ты можешь слышать лишь природные звуки: шум моря, лай дикой бездомной собаки, мычание коровы, пение птиц, и даже звук своих шагов по песку.

– Да. – Отвечаю брату, после небольшой паузы.

Мы бросаем полотенца и шлепанцы на первый попавшийся лежак и отправляемся «пробовать водичку» океана. Вода – теплая, как парное молоко, и мы окунаемся в нее. Спустя несколько секунд, мы осознаем, что буквально через пару шагов от берега становится очень глубоко, а волны океана безжалостно засасывают тебя в свои недра. Наглотавшись соленой воды, мы выбираемся на берег, и решаем прогуляться по нему.

Когда заканчивается песок, прямо перед нами вырастают скалы, о которые плещутся и разбиваются волны. Они с такой силой ударяют о скалу, как будто хотят прорваться сквозь них и захватить еще часть земной поверхности суши. Нам приходится их обойти.

– О, Боги! Ты посмотри! – Недовольно восклицает Роб.

Я поднимаю голову, а передо мной небольшая хижина, а рядом с ней красуется огромная надпись на русском языке: «САША. РЫБНЫЙ РЕСТОРАН. ОМАРЫ. КРАБЫ. РЫБА. КРЕВЕТКИ».

– Русские, что заполонили всю планету? Что специально для нас тут открыли ресторан. – Ворчит Роб.

На ресторан – это мало похоже. Даже палатки с шаурмой в Москве выглядят более привлекательно, чем это, но это же их образ жизни, и на фоне местных домишек, в которых люди здесь живут, выглядит довольно мило.

– Пока мы ехали, я не заметила ни одной кафешки в округе, так что придется нам есть здесь, либо в отеле. Почему бы не рискнуть? – Смотрю на брата.

Долго уговаривать не приходиться, и мы выбираем столик, на улице, прямо на побережье океана. Когда я открыла меню, то была приятно удивлена местными ценами. Нам принесли огромное блюдо с лобстерами, креветками, осьминогами, крабами. Все это обошлось на российские деньги в районе восьми ста рублей на двоих. Такие деликатесы и за такую цену! Мы наелись «от пуза», и отправились в отель, разузнать, чем же здесь можно себя развлечь.

Как оказалось, самым большим развлечением здесь считается вечернее анимационное шоу, больше походящее на клуб художественной самодеятельности, как раз подходящий для немецких бабушек и дедушек. Даже мне показалось это настолько скучным, что от скуки я то и дело пила вино, надеясь, что градусы алкоголя расшевелят во мне хоть каплю какого-то воодушевления. Но, увы, этого не произошло. Представляю, как чувствует сейчас себя Роб. Поэтому, понимая, что не выдержу еще одного вечера таких милых танцевальных выступлений, предлагаю ему завтра развеяться и съездить куда-нибудь.

– Я абсолютно согласен! Как насчет провести завтра целый день в Коломбо? – С энтузиазмом спрашивает он меня.

– Отлично! – И допив наши напитки, мы отправляемся спать, чтобы быть бодрыми и свежими к завтрашней поездке.

Утром мы проснулись, позавтракали и пошли собирать рюкзаки, так как решили на сутки съездить в Коломбо – погулять по городу, ночью потусоваться в местном клубе, а затем наутро вернуться обратно, вещей много не брали, только фотоаппарат, накидки, чтобы плечи прикрыть – для храмов, и деньги.

Первое испытание, которое перед нами встало – как добраться до города. Пешком – невозможно, слишком большой километраж, автобус ходит раз в сутки, и сегодняшний его рейс мы пропустили, такси – слишком дорого, остается только тук-тук. Мы вышли на единственную дорогу, ведущую из нашей деревни, где находится отель, в город. Вокруг пустота и тишина.

– Ну что все как мы любим! – Улыбаюсь я брату! – До здравствует, наша семейная лошарность! – Мы нервно смеемся.

– Есть варианты? – сквозь нервные приступы смеха спрашивает он меня.

– А у тебя? – Не знаю, что еще ответить.

– Предлагаю пойти пешком. Глядишь, и выйдем на более оживленную трассу, там и поймаем тук-тук. – На этих словах он достает карту местности и пытается понять, в какую сторону нам все же идти.

– Ну, раз предложений больше нет…

– О, кажется, я знаю короткую дорогу! – Радостно сообщает он. – Пошли.

«Именно всегда с этой фразы в моей жизни случались самые непредсказуемые и увлекательные путешествия» – пронеслось в моей голове – «ну что ж, посмотрим, как будет в этот раз». И мы отправляемся в путь.

Мы шагаем с братом уже целую вечность: палящее солнце, пыльная дорога, деревни сменяют друг друга одна за одной, а мы все идем. За все время нашего пешего пути мимо нас проехало всего лишь пара тук-туков и то доверху груженные всяким хламом. Полуторалитровая бутылка с водой, которую мы с собой взяли ушла за пол часа… Хотелось пить через каждые несколько шагов… Мы поливали себе голову водой, так как под кепками так жарило, что пот струями тек на лицо… Периодически умывались, так как пыль дороги и жара облепляли нас за считаные минуты. ..

Спустя полтора или два часа пути, мы наконец-то встречаем местную кафешку, и, не задумываясь, туда заходим, так как дорога нас изрядно измотала.

– Как будто с утра ничего и не ел. – Уставшим голосом произносит Роб.

– А я просто умираю от жажды! – Отвечаю ему.

Открываю меню. Выбор не велик. Даже нет бутилированной воды. Только фреш из гуавы и кокос, из еды – только жареный рис с морепродуктами. Рискую и беру фреш из гуавы, аж два стакана – от жадности.

Спустя минут пять мне приносят мой напиток. По виду напоминает воду с кусками льда и перемолотыми листьями. Но пить хочется так сильно, что я не задумываюсь и делаю огромный глоток.

– На вкус, как будто тертые листья со льдом. – Сообщаю Роберту, при этом скорчивая гримасу от экзотического вкуса.

Роберт делает глоток, и делает вид, как будто он только что ложку говна съел. В это время я уже допиваю свой первый стакан и приступаю ко второму. Так уж мне хочется пить.

– Рискуешь! – Ухмыляется брат. – С твоим-то слабым желудком и запредельной дозой неувязанности, которая тебе свойственна… Ух!

– Ха-ха-ха! Как смешно! А ты знаешь, что происходит с теми, кто пьет слишком много кокосового молока? – Мне тоже хочется над ним пошутить.

– Скорее пронесет от этих перемолотых листьев неизвестного растения, чем от этого! – Открещивается он, указывая пальцем на свой кокос.

– Ага, что забыл, как в Изгое Чак Ноланд страдал от кокосов? – Не хочу ему уступать.

– Да, но у него не было другой еды. – В этот раз уже указывая на рис, который он себе заказал.

– Посмотрим. Ведь, кроме этого ты сегодня тоже почти ничего не ел. – Парирую в ответ.

– Надеюсь только, что от кокосов несет не так, как от твоей лиственной жижи! – Отвечает Роб, мы смеемся, доедаем и отправляемся дальше в путь.

Спустя еще полчаса пути, мы наконец-то попадаем в населенную местность. Перед нами оживленная трасса, полная мельтешащих туда-сюда тук-туков. В любой другой ситуации я бы обрадовалась, скакала, как дурочка и кричала во все горло «УРА»…

Но меня не волнуют сейчас тук-туки, я не замечаю сухость во рту, которая успела образоваться за оставшийся участок пешего пути. Единственное, что мне очень хочется сейчас найти – туалет. Я мечусь от одного здания к другому в поисках, но его нигде нет. Я злюсь. Из меня практически извергается лава… Роба заливается смехом и не может остановиться. Я со скоростью света лавирую между так называемыми постройками, и ура, вижу заветную вывеску «Туалет» на столбе и стрелку, указывающую в его сторону. Я следую указателю и заворачиваю за угол одного из домов, и в ста метрах от себя вижу долгожданный приз. Но квест «по моему облегчению» еще не закончен. Перед собой я вижу три старые деревянные кабинки.

– Черт! Да там же наверняка совсем нет туалетной бумаги. – Нервно кричу я. – Что же делать?

Как хорошо, что меня сейчас никто не понимает из мимо проходящих прохожих, а то вокруг бы меня уже давно бы собралась толпа глазеющих. Решаю проверить, верны ли мои догадки по поводу туалетной бумаги. Подбегаю к кабинкам. На двух из них висят амбарные замки – значит, они закрыты. Дергаю за ручку третью дверь. Заперто. Либо кто-то закрылся изнутри, либо она тоже закрыта. Как же понять? За дверью раздается мужской кашель. Значит, эта кабинка всего лишь занята и скоро освободиться. Пока есть немного времени решаю не рисковать, и продолжаю поиски туалетной бумаги. Открываю свой рюкзак – ничего похожего на бумагу, салфетки или хотя бы газету. Сейчас, я согласна на любой вариант. Вижу, что Роберт следует моему примеру и также роется в рюкзаке. Я испытующе на него смотрю.

– У меня нет! – С истерическим приступом хохота говорит он мне.

– Ааааа…. Что же делать?

Я верчусь на месте вокруг своей оси, в надежде хоть что-нибудь придумать. Вдруг, через дорогу замечаю маленький магазин, и что есть силы бегу туда. Спрашиваю продавщицу, про туалетную бумагу или салфетки, но ничего такого нет. Я уже пунцового цвета от преизбыточного желания освободиться от гуавы, жары и злости на всю эту комичную ситуацию. Роберт пытается мне сочувствовать, хотя в его глазах пляшут хохочущие искорки. Продолжаю смотреть по сторонам, то в одну, то в другую сторону… И, да… вот оно – спасение… на прилавке, рядом с кассовым аппаратом лежит старая замызганная газета. Я подлетаю к прилавку.

– Paper! Paper! – Кричу я, тыча своим указательным пальцем на потрепанную и, наверняка, не раз и ни одним человеком прочитанную газету. Продавщица удивленно смотрит на меня и только лишь приветливо улыбается. Тогда я хватаю газету и бегу через дорогу к этой спасительной туалетной кабинке, мимо Роберта, который больше не может сдерживаться и лопается от смеха, согнувшись при этом пополам.

Облегчившись, мы продолжаем наш путь до Коломбо. Мы ехали до столицы почти четыре часа на тук-туке, не сравнить, конечно, с автомобилем, зато дешевле. Когда добрались до Коломбо, уже темнело. Тук-тукер высадил нас на железнодорожном вокзале, мотивировав это тем, что отсюда легче всего добраться до любой точки города. Самая большая достопримечательность в столице это знаменитый рынок Петах, на котором можно купить все, что только душе угодно, но, к большому сожалению, он уже закрыт.

– Так, ну и чем же займемся? – Смотрю на брата.

– Смотри, вон «TOURIST INFO», – отвечает брат, – зайдем?

– Давай, может нам там что-нибудь интересное подскажут. – Киваю в ответ, и мы заходим внутрь.

Внутри этой маленькой комнатки все обставлено по-простому, бежевые стены, на одной из которых висит огромная карта мира, пара стульев и стол, с увеличенной картой Шри-Ланки. Встречает нас высокий темнокожий мужчина с доброй улыбкой на лице. Он одет в классическую голубую футболку, поверх которой висит массивная золотая цепочка с крестом, и темные легкие льняные штаны.

– Добрый день! Меня зовут Бану! Чем могу быть Вам полезен? – Он начал расспрашивать нас о том, как давно мы приехали, сколько планируем времени провести на Цейлоне, что уже посмотрели, что хотим посмотреть. В общем, стандартный набор вопросов хорошего продавца турпутевок и различных экскурсий.

Услышав в ответ, что мы, так сказать, еще совсем «зеленые» в качестве туристов Шри-Ланки я заметила заинтересованный блеск в его глазах. И Он предложил нам незабываемый маршрут: Сигирия («Львиная гора») – Канди (посещение Храма «Зуба Будды») – Нувара Элия (маленькая Англия и ее бескрайние чайные плантации) – Пик Адама. Вот он загадочный, таинственный «Золотой треугольник» Цейлона за смешные 120 евро с человека с завтраками в отелях и личным авто с водителем. Слишком дешево – при отелях это стоимость экскурсии в одно место, а тут цело маленькое путешествие.

– Бесплатный сыр бывает только в мышеловках! – Говорю я брату. – Здесь точно есть какой-то подвох, вот только пока не пойму где.

– Расслабься! И хватит искать во всем что-то плохое. Оглянись вокруг – мир прекрасен! Хватит искать в людях что-то плохое, хватит опасаться их! – Критикует меня Роберт.

– Тебя так, наверное, никогда не подставляли. – И с этими словами вспоминаю тот день суда, полный подвохов и предательства.

– Да, согласен, того, что сделала Марго или эта алчная писательница с ее редактором, не было в моей жизни, но не все люди плохие. Есть и хорошие. – Парирует брат.

Я стою и хмурюсь, я разучилась доверять людям. Вот в чем сейчас главная проблема.

– Хоть раз, поддайся воле случая, побудь слегка отчаянной, и насладись этим! – Уговаривает меня Роб.

– Это лучшая цена! – Подхватывает Бану. – Ни в одном турагентстве такого не найдете. Решайтесь и не пожалеете! Поезд отправляется через 40 минут.

– Мы что зря сюда столько тащились? У нас появился такой уникальный шанс, а ты из-за своей осторожности хочешь все просрать? – Роба выпустил пар. Он успокаивает свое дыхание. Поднимает голову и с хитрой улыбкой произносит:

– Живем ведь только лишь один раз, так? – Он знает, на что надавить. Эта наша завсегдатая фраза из бара «Под Мухой». Он всегда меня ею соблазнял и уговаривал, даже не смотря на то, что утром на работу, а уже двенадцатый час ночи, а в руках у тебя очередной шот.

– Ладно! – Сдаюсь я, а Роб выкладывает на стол 240 евро.

Бану взял деньги и велел через пол часа подойти к поезду, где он нас встретит, вручит билеты на поезд и мы отправимся в сказочное путешествие.

К назначенному времени мы подходим к поезду. Вокруг кишат люди, как тараканы. Их так много, что каждую секунду кто-то толкает тебя, задевает своим баулом или наступает на ногу. До отправления поезда осталось всего семь минут, но Бану к нам так и не подошел. Конечно, разве в таком постоянном хаосе вообще возможно что-либо найти? Себя бы не потерять! Хотя себя я уже, наверное, потеряла – на том страшном суде в Москве, по крайней мере, для всего общества точно. Интересно, эти новости обошли только территорию России, или их пустили и за рубежом тоже. Если да, то что же думают обо мне люди? Что думает обо мне он?.. Эдриан Олбрайт?

– Я начинаю паниковать! – Сообщает мне брат. – Неужели целых 240 евро «псу под хвост»?

Смотрю на часы, до отправления остается четыре минуты:

– Расслабься! Поддайся порыву своих чувств хоть раз! – Передразниваю я брата, все еще не отойдя от своего скверного настроения и своих мыслей.

В этот момент мне по плечу кто-то стучит, но я не обращаю внимания, а все еще негодую на брата. Кто-то стучит меня по плечу еще интенсивнее. Я поворачиваюсь, чтобы накричать на бедного толкающего меня человека, так как устала уже от постоянных задеваний. Но на мое удивление понимаю, что стучит меня по плечу человек без сумок, как все вокруг, и стучит для того, чтобы привлечь к себе мое внимание. Парень показывает, чтобы мы с Робой шли за ним. Хватаю брата, и мы протискиваемся сквозь толпу к вагону за нашим сопровождающим. Парень встает прямо перед вагоном. Мы стоим четко за ним. Замыкает нас сзади еще один человек, как я поняла знакомый того, что вел нас к поезду. Как только мы подошли, двери вагона открылись, и сопровождающий нас молодой человек молниеносно заскочил внутрь. Какая хорошая реакция. Мы с братом полезли за ним, а человек, стоящий за нами пытается сдерживать толпу, пока мы не сядем на свои места. За ним началась настоящая давка. И когда он отошел в сторону, увидев, что мы заняли свои места, люди заполнили вагон за три секунды. Народу в вагоне было столько, что если бы не его разбитые окна, то тут нечем бы было дышать. Провожающий до вагона молодой человек дал нам с Робертом два билета и растворился в толпе.

– Может все-таки не стоит на меня так сильно браниться? – Спрашивает меня брат, когда поезд тронулся с места.

– Да, извини! Но мы даже не знаем, куда едет этот поезд, и где нам выходить!

– Ты можешь просто расслабиться? – Интересуется Роб.

– Я постараюсь! – отвечаю ему и, все еще слегка паникуя, оглядываю вагон.

Мда… Такого я давно не видела. Внутри вагона, все, что металлическое – дверные ручки, сами двери, ободки скамеек, на которых мы сидим – все это проржавело, наверное, уже в третьем поколении. Практически все окна разбиты, а те, что целы, открыты на распашку, и жутко запачканы. Люди чуть ли не стоят друг у друга на головах. А в воздухе чувствуется аромат общественного туалета, потных немытых тел, и несвежей еды. Но больше всего, мой взор привлекла система кондиционирования воздуха, ну не считая конечно, разбитых окон: наверху, к потолку вагона прикручены старые вентиляторы, как вы сами, думаю, уже догадались, также неработающие. Весь этот окружающий меня смрад погрузил в еще более печальные мысли: «Интересно, если Лариса Шипилова, вот так, ни за что так легко меня засудила, что стоит Эдриану Олбрайту – человеку с мировым именем стереть меня в порошок? Но он этого до сих пор не сделал… Почему? Со мной так легко разделалась моя лучшая подруга, ей так легко поверил мой муж, а он все молчит. Может он просто еще не знает обо мне? Может ему еще не встречалась на моем пути книга? Нет, думаю это вряд ли. СМИ наверняка, уже сделали свое, дело, а его агенты тоже готовят на меня иски в суд».

Из моих раздумий и размышлений меня вытаскивает все тот же парнишка, который занял нам места. Он снова велит нам следовать за ним. Мы поднимаемся с наших мест и пропихиваемся сквозь эту толпу.

– Сколько мы проехали? – Спрашиваю брата.

– Часа два, три. Не знаю у меня сел телефон.

На выходе из нашего вагона я замечаю общественный туалет – очень грязный, и сразу же понимаю, откуда весь путь меня сопровождал этот жуткий запах. Как оказалось, поезд разделен на две части: первая половина и все ее вагоны идентичны нашему, в котором мы сидели, а вторая – это купейные вагоны со спальными местами. Мы прошли таких вагонов несколько штук и остановились напротив одного из купе. Какое же было у меня удивление, когда дверь купе распахнулась, и я увидела, уже знакомую мне, широкую и добрую улыбку Бану. Он пригласил нас внутрь. Внутри купе все обставлено также, как и в Российских поездах дальнего следования: четыре полки – две верхние и две нижние, посередине стол. Только он выглядит не так ухожено, а как в послевоенном СССР. На столе стоит Арак – местная кокосовая водка, и незнакомая мне местная закуска, похожая на жаренные пирожки с какой-то требухой. Бану приглашает нас к столу. Роберт соглашается, а я решаю, что все-таки кому-то из нас стоит сохранять трезвость сознания. Так что я пью свою бутилированную воду. В купе становится весело. Роб, в своей манере, решил повеселить местных ребят. Он начал петь и пританцовывать. Бану принял такой его жест в серьез и сказал, что в свою очередь тоже споет для нас.

Его песня не похожа на те, что я до этого слышала. Это не попса, не рок, это очень лиричная, красивая песня на местном языке. У Бану сильный и громкий голос, поэтому я не удивилась, когда в наше купе стали стучаться пассажиры и жаловаться, что мы шумим.

– Успокойтесь, это мой поезд! – Произнес единственную реплику Бану и закончил свою песню.

Он рассказал нам, что песня о любви и посвящена местной, прекрасной девушке. Мы разговорились, и узнали, что Бану оказался местным магнатом, а точнее обладателем нескольких заправок и этого «чудного» поезда.

В моей голове щёлкнула мысль, а что если нас втянут сейчас в местный криминал, или еще хуже продадут на органы, уже прилично напоили моего брата, сейчас ограбят и выкинут где-нибудь в местном лесу… Боже мой, какая я глупая, что согласилась на все это!

На этой мысли поезд резко затормозил.

– Вам пора выходить. – Сообщает Бану.

Выглядываю из окна. Вокруг темнота и непроходимые, опасные джунгли.

– Здесь? – Неуверенно переспрашиваю я.

– Да! И желательно поскорее, потому что через пару минут поезд тронется. – Повторяет темнокожий владелец поезда.

–А… – не успеваю, что-либо спросить, как он меня перебивает:

– Вас встретит мой сотрудник! И лучше бы Вам поторопиться.

Я хватаю уже захмелевшего брата, и мы выскакиваем из поезда, а тот уплывает вдаль, сопровождая свое отправление мощным и звонким гудком.

Станции как таковой нет. Такое чувство, что мы просто остановились, где-то в чаще леса. Вокруг практически ничего не видно, освещает эту, так называемую, станцию одинокий фонарь, стоящий где-то посередине остановки состава. С нами из поезда сошло еще несколько человек. Значит не все потеряно. Люди направляются вдоль фонаря, а дальше исчезают в темноте.

– Нас никто не встретил! – Тихо констатирую я сложившуюся ситуацию.

– Ну, делать нечего! Пошли туда, по направлению за остальными людьми. Не стоять же здесь посреди джунглей всю ночь. – Рассеяно бормочет мой пьяный брат.

Меня пробирает истерический смех:

– Знаешь, когда мы искали тук-тук, еще у отеля, ты сказал, что кажется нашел короткую дорогу, – говорю я Робе, пока мы идем вдоль железнодорожных путей, – я еще подумала, что все самые интересные путешествия начинаются именно с этих слов.

Роб ухмыляется, а мы подходим к этому одинокому фонарю. Недалеко от него я вижу тропинку, поворачивающую налево. Мы следуем туда. Вот именно здесь и начинается все движение, водители перекрикивают друг друга: «Тук-Тук», «Тук-Тук» – раздается то с одной, то с другой стороны.

– Прелестно! – Произносит Роб.

К нам сзади подходит один из местных жителей, и приглашает пройти с ним. Что с нами сегодня уже не было, и я так устала, поэтому, даже не задумываясь, поворачиваюсь в его сторону, и мы идем следом за ним, садимся в его тук-тук, и стартуем с ветерком. Мы едем примерно минут двадцать по горному серпантину, плавно взмывая вверх. На самой вершине горы чья-то частная огороженная территория. Ворота открываются, и мы заезжаем внутрь. На пороге огромного коттеджа нас встречают двое мужчин.

– Добрый вечер! Меня зовут Сагара. Я буду вашим водителем несколько ближайших дней. Добро пожаловать на виллу. Ману проводит Вас! – Сообщает нам один из встречающих, и мы заходи в дом.

– Это совсем не похоже на обещанный нам отель с завтраками! – Шепчу я брату.

Он кивает в ответ. Ману провожает нас в комнату и отдает ключ.

– Завтрак будет готов завтра утром в 8:30. – И с этими словами оставляет нас наедине.

Мы остаемся с Робертом вдвоем. Комната, в которую нас поселили, небольшая и выглядит по-простому. Здесь есть своя душевая, туалет, рядом друг с другом стоят две самые обычные кровати, напротив них висит небольшая плазма. Комната, как в обычном трех-звёздочном отеле. Я бросаю рюкзак на пол, и валюсь на кровать.

– Как же приятно просто повалятся в кровати, после такой «короткой дороги» – уже сонно почти шепчу я.

– Ага, водички бы еще. – Бормочет брат. – Пойду, раздобуду чего-нибудь.

– Что, предчувствуешь утренний сушняк? – Сквозь сон пытаюсь шутить, но дверь уже захлопнулась с другой стороны и я осталась в комнате абсолютно одна.

Я уже практически провалилась в глубокий сон, как меня неожиданно разбудил чей-то кашель. Наверное, Роба вернулся. Решаю убедиться, что это он, и еле-еле раздираю глаза. В комнате пусто. Думаю, что мне показалось, и закрываю глаза. Кашель снова повторяется. Нет, мне не причудилось. Встаю с кровати и прислушиваюсь. За занавесками я точно слышу какие-то шорохи. Это все напоминает мне картину из фильма ужасов. Черт, мне нужно срочно найти своего брата и убедиться, что с ним все в порядке. Хватаю рюкзак, открываю дверь и от неожиданности взвизгиваю. В дверном проеме стоит Роб.

– Ты так напугал меня! – Срываюсь в истерику. – Почему так долго? У нас за занавеской кто-то кашляет и шевелится!

Роба подозрительно смотрит на меня.

– Ты здорова? Может на солнце перегрелась? – При этих словах он пихает мне в руки две бутылки с водой и направляется к окну.

Распахнув занавески, я ловлю облегчение, а Роберт тихо надо мной посмеивается. За занавеской скрывались огромные стеклянные двери во всю высоту стен. За стеклом небольшой палисадник, где садовник поливает растения.

– Ну, ты и трусиха!

Утром мы просыпаемся рано и выходим через стеклянные двери во двор подышать легкой утренней прохладой, пока солнце еще не так сильно печет. Природа в этот час, что надо! Совсем незаметная морозная свежесть чуть заметно охлаждает сожжённую вчера солнцем кожу. Мелодичное и звонкое пение птиц приятно радует слух. А открывающийся перед нами вид восхищает взгляд. Мы на вершине какой-то горы, под которой медленно просыпается раскинувшийся город. «Как странно, а я даже не знаю его название» – проносится мимолетно в моей голове – « и как Роберту удается жить и путешествовать так легко и непринужденно, совсем не задумываясь ни о чем…». Мы завтракаем и собираемся в путь. Сагара уже ждет нас у ворот. Мы садимся к нему в машину и спускаемся по горному серпантину вниз.

Наконец, мы добрались до Сигирии, или как ее по-другому называют до «Львиной горы». Сигирия – это красивое скальное плато, возвышающееся над равниной, засаженной большим количеством деревьев. Отличное место для обороны. Интересно, получится ли у нас сегодня штурмовать эту крепость? И мы начинаем подъем.

Для того, чтобы добраться до начала ступеней, которые приведут нас наверх мы проходим мимо удивительных скалистых, каменных фигур, незнакомых цветущих растений. Как будто попали в затерянные джунгли. Я иду, разинув рот. Все восхищает меня в это утро: малая авиация в роли огромных жужжащих стрекоз и разноцветных бабочек, летающих над головами, искусно вырезанные ступени из камней, по которым мы приближаемся к началу подъема. Меня не беспокоят ни толпа везде встречающихся китайских туристов, ни палящий зной, так как солнце уже почти в зените. Единственное, что меня наполняет сейчас, это желание вскарабкаться в высь.

Наконец, мы добрались до места настоящего подъема. Стена плато -отвесная. На ней видны легкие выбоины, ведущие вверх – очень похоже на ступени, но сейчас они не пригодны для использования. Поверх этих ступеней прибита извивающаяся металлическая лестница. Подниматься по ней жутко, так как прибита она всего лишь с одной стороны. Когда делаешь шаги, понимаешь, как она раскачивается, и к тому же никто не контролирует количество людей на ней. Лестница ведет лишь до середины горы. Там в небольшом ущелье плато расчищены девятнадцать из пятисот наскальных росписей. Налюбовавшись рисунками, мы следуем дальше. Пройдя еще немного шатко валкого пути над пропастью, мы оказываемся у главного входа на самую вершину. Сердце замирает. Вот он во всем величии главный подъем на загадочное и манящее в самое свое сердце плато. Когда смотришь на него с главного входа, понимаешь, почему гора названа Львиной. Даже не смотря на то, что ото льва здесь остались лишь гигантские передние, сильные лапы, само плато напоминает тушу развалившегося льва, не хватает только его гордо поднятой головы, да косматой гривы.

Подъем, ведущий наверх, очень крутой и скользкий. Ступени вырезаны прямо в скале. Прошагав ступеней пять – шесть, начинает появляться усталость и легкая отдышка. Сегодня прямо таки день физической подготовки к тесту на выносливость! Ура, мы добрались!

На вершине плато раскинулся целый маленький город: руины различных построек храмов, домов, бассейнов и незабываемый вид. Мы пробыли здесь несколько часов, исследовав каждый маленький камешек, каждую травинку. Я почувствовала себя археологом на раскопках древнего поселения. Мы сели на край скалы перекусить и отдохнуть. На горизонте появляются первые признаки заката. Мы сидим и уминаем местные мини бананы, а небо в это время наливается все более яркими красками. Солнце опускается все ближе и ближе к линии горизонта, и постепенно прячется за него. Местный гид кричит нам, что пора спускаться, и мы тянемся за вереницей туристов вниз.

– Какой чудесный день! – Говорю я, еще даже не представляя, что главное чудо нас ждет впереди.

Следующие два дня мы изучали культуру острова, культуру буддизма, культуру выращивания чая… Мы побывали в храме «Зуба Будды», на бескрайних чайных плантациях MACWOODS, на заводе по производству и обработке чая. Перепробовали там разные его сорта от белого, желтого, зеленого, до черного и пуэра. Благодаря этому божественному напитку почистили свои организмы от накопившихся шлаков и токсинов. Насладились местной «маленькой Англией» – Нувара Элия, где такая же капризная погода и очаровательные английские домики. И наконец-то, добрались до нее – вершины просвещения, вершины местного преклонения и почитания, одного из чудес острова Цейлона – Пика Адама.

Для меня стало неожиданностью, что взбираться на вершину горного хребта мы будем ночью, чего я ну никак не ожидала, особенно после такого насыщенного дня. Горный серпантин со своими скалистыми боками и журчащими водопадами, по которому мы добирались сюда, вымотали меня и выбили из сил.

– Подъем лучше всего начать в полночь. Как раз доберетесь к рассвету. – Сообщает Сагара, наш водитель. – Хотя вы молодые можете выдвинуться и в час.

– Почему мы не можем сделать это сейчас или завтра утром? – Мое любопытство берет вверх.

– Слишком жарко! А на последнем километре еще и большие перепады давления. Не у всех организм даже ночью выдерживает. А сейчас я вам рекомендую поспать. И кстати, чуть не забыл, ночью на Адаме прохладно и насквозь продувает ветер. – На этих словах он проводил нас до гостиницы, где мы сможем немного отдохнуть и удалился.

Открыв глаза через несколько часов, понимаю, что уже одиннадцать вечера и нам пора вставать. Мы перекусили в ближайшей местной кафешке, и отправились к началу нашего восхождения. Перед главными ступеньками на вершину, раскинулся небольшой базар, где местные торгаши пытаются развести туристов на покупку всяких несуразных и ненужных вещей.

– Пора прибарахлиться! – Весело произносит Роба.

– Хочешь стать жертвой этих торгашей? – Непонимающе смотрю на него.

– А что делать! Ты же не хочешь окоченеть во время подъема? У меня совсем нет теплых вещей, насколько я понимаю у тебя тоже!

И утеплившись, мы отправляемся в наше ночное приключение за просвещением. Нас ожидают 2243 метра в высоту, 4800 ступеней и вся ночь впереди. Надеюсь, полюбоваться утренним рассветом!

Местные жители, ланкийцы, считают эту гору священной, так как на самой ее вершине находится огромный отпечаток человеческой ступни. Они верят, что это след Будды. По преданию, именно сюда он ступил, спустившись с небес. Местные жители говорят, что каждый уважающий себя ланкиейц просто обязан, хотя бы раз, подняться «к небесам» и припасть к священному отпечатку ноги Будды.

– Тот, кто никогда не поднимался сюда – тот дурак. А тот, кто поднимался второй – тоже дурак. – Сказал нам Сагара, пока мы ехали сюда.

Он сказал, а я улыбнулась про себя, подумав, что «каждая лягушка хвалит свое болото». Что ж посмотрим так ли это? Только вот мне совсем не понятно на счет второй части его утверждения. Почему же, тот, кто поднялся сюда второй раз – дурак? Неужели эта гора не стоит того, чтобы забраться на нее дважды? Вот сейчас и узнаем. Взявшись за руки, мы с братом делаем шаг на первую ступень из четырех тысяч восемьсот.

Я слышала, что с декабря по май, здесь пик паломничества, но чтобы эти слова оказались настолько реалистичными, совсем не ожидала. Кого только мы не встретили на своем пути: от таких же туристов, как мы, до монахов, стариков и грудных детей. Кого-то тащат на себе более крепкие или более молодые спутники. Тот, кто совсем выбился из сил, корячатся прямо на ступенях. Те, у кого давление, или кому стало совсем плохо, сгибаются пополам через перила и их выворачивает наружу. Зрелище то еще!

Спустя примерно полтора часа пути мы делаем привал. Мои ноги ватные, я тяжело дышу. И зачем только Сагара сказал, чтобы мы взяли теплые вещи? С меня течет «семь потов». Лишний балласт, отбирающий силы, которые нам очень нужны. Опускаю голову вниз. По ощущениям, кажется, что мы прошли уже половину пути. И от этого становиться немного легче. Поворачиваю голову наверх, и понимаю, что мы прошли от силы одну треть. Путь наверх освещают фонари. И смотря снизу вверх, кажется, что ты идешь на вершину вулкана, по краю которого аккуратно стекает раскалённая лава светящих фонарей. Посидев немного, мы выдвигаемся дальше. Ступени становятся все круче. Идти вверх все труднее. Остановки становятся все чаще.

И вот наконец, мы добрались до финального этапа подъема, самого сложного на всем нашем пути наверх. Во-первых, здесь остро ощущается перепад давления. Людей, согнувшихся пополам через перила, значительно увеличилось, и чтобы не попасть в их число я выпиваю волшебную таблетку «Драмины». Во-вторых, этот отрезок пути, практически вертикален, поэтому мы не восходим, а вскарабкиваемся, как человечки-пауки, на эту вершину. И, в-третьих, тут насквозь продувает ветер. Вот, собственно говоря, нам и пригодилась теплая одежда.

Вот он, последний шаг, и я без сил валюсь наземь. Никаких подъемных установок, никаких поднимающих вверх канатных дорог, только я, мой брат и эти 4800 ступеней! Я не верю, что сделала это. Не верю! Теперь я отчетливо понимаю вторую часть пословицы, что «дурак – тот, кто преодолеет этот путь дважды». Мне, пожалуй, хватит и одного. Я поднимаюсь на ноги, и мы с Робой проталкиваемся к священному отпечатку ноги.

Смотрю на часы – 05:30. Люди начали стягиваться на небольшую, специально оборудованную площадку. Вот-вот начнется рассвет…

По левую сторону от меня, на темном небе заволакивается легкая дымка. Сначала она темно красного цвета, а потом становится все светлее и светлее… Дымка играет разными цветами: оранжевым, желтым, розовым. На этом фоне небо становится более светлым. Сверху небо приобретает нежные тона голубого цвета, с легкими, слоистыми, едва заметными облаками, сияющие бело-золотым оттенком. А ниже, прямо у верхушки горного хребта, пространство заливается ярко оранжевым светом. Я стою, открыв рот. Я не верю своим глазам. В этот самый момент, медленно, как в сказке, в ложбинке двух горных верхушек, появляется светящееся огненное зарево… Солнце поднялось в этом очерченном пространстве горного рельефа и повисло… Сказать, что я восхищена, значит, ничего не сказать! Этот безумный, неописуемый восторг невозможно выразить словами. Я поворачиваю голову назад, чтобы поделиться эмоциями с братом и впадаю в стопор. За мной кромешная темнота. Небо словно поделилось пополам на темную мглу и светлое будущее. Прямо как в моей жизни…

Постепенно, маленькими шажочками мгла отступает, опускается все ниже и ниже. Солнце же, поднявшись и продемонстрировавши всю свою мощь и силу, отвоевывает все больше территории, освещая людям их жизненный путь. И тут я ловлю свое просвещение… Теперь я осознаю слова Сагары, что «тот, кто никогда не поднимался сюда – тот дурак. А тот, кто поднимался второй – тоже дурак» совсем по-другому. Я понимаю, что каждый человек в своей жизни должен осознать какую-то очень важную и глобальную для него вещь. Эту вещь можно осознать лишь единожды. Потому, что она – самая главная! Она меняет ход твоей жизни. Она кардинально и полностью меняет всю твою жизнь.

– Сегодняшний рассвет оказал на меня огромное воздействие! – Говорю я брату, лежа на берегу индийского океана со стаканом свежевыжатого бананового фреша, накануне нашего отлета. – Я слишком долго скрывала свою силу. Пришло время показать ее.

Роба лежит на своем лежаке, и потягивает свой манговый фреш. Он выглядит свежим, отдохнувшим. Услышав мои слова, он повернулся, улыбнулся, и сделал вид, что ждет продолжения.

– Я докажу Артему, что не предавала его, и что не смотря на его такое неадекватное поведение, люблю! Я сделаю так, чтобы в нашей семье царили мир и порядок! Я докажу всем, что это моя книга, чего бы мне это не стоило. Я докажу свою справедливость. Пока еще не знаю как, но я сделаю это.

– Зато я знаю как! – Хитро подмигивает мне брат! – Я же у тебя будущий мировой юрист, поэтому все юридические тонкости я возьму на себя.

18 января 2017 года

По окончанию работы, я спешу на встречу с Максом и Робертом в ближайшее кафе неподалеку от моей работы. Мы собираемся обсудить наши дальнейшие действия по поводу книги и суда.

– Ну что, друзья, поборемся за справедливость! – С порога восклицаю я и подсаживаюсь к ним за столик. Они уже пьют кофе, поэтому взмахом руки, я подзываю к себе официанта и заказываю себе чай.

–Ух, ты! – Удивленно смотрит на меня Макс.

Я делаю вид, что меня изумляет его удивление. Хотя… В последние разы после суда он видел меня совсем разбитой, и выглядела я у него в глазах, как «унылая какашка». От моего внешнего напористого вида, полного желания борьбы за правду, у него появляется легкий задор в глазах.

– Вот это совсем другое дело! – Восклицает мой издатель, и его добрую и непринужденную улыбку сменяет серьезное, профессиональное выражение лица.

– Так, давайте подведем итоги, и выработаем предложения по линии защиты в суде. – Наконец-то ввязывается в наш разговор мой брат.

– Для начала, нам необходимо зафиксировать тот факт, что Лиза действительно приезжала к нему в офис на встречу. Это можешь подтвердить ты, Макс, и, как я понял из разговора с сестрой, девушка с ресепшена бизнес центра, которая выписывала ей пропуск.

Макс, а ты не знаешь, случайно, камера в офисе у главного издателя есть?

– Насколько я знаю, у них камеры развешены чуть ли не в каждом кабинете, на этом настаивает служба безопасности бизнес центра – они очень дорожат своей репутацией.

– То есть они принадлежат не издательству, а службе охраны бизнес центра? – Поднимает с вопросом свои брови мой брат.

– Да, так и есть.

– Значит шансы на то, чтобы достать эту пленку увеличиваются. – Потирает руки Роб, а по его лицу видно, что он уже продумывает план, как это сделать.

– Слушайте, в этом нет проблем! – Вскидывает ладони мой издатель. – Я попрошу это сделать своего адвоката.

– А у тебя есть адвокат, Макс? – Удивленно спрашиваю у него я.

– Да.

– И что, даже не тот, которого нам бесплатно предложило государство, который на суде только сладко позевывал во время всего процесса?

– Да!

Повисла пауза. По лицу Роберта видно, что он что-то обдумывает, и возможно, даже и не слышал, о чем мы тут треплемся с Максом. Я же уставилась на Макса и жду от него объяснений. После минутной тишины он сдается.

– Когда родители узнали, в какую я попал «задницу», то безотказно настояли, чтобы я воспользовался услугами их адвоката.

Теперь понятно, почему он так мнется. Он же всегда пытался и пытается всем показать, что всего добивался и добивается сам. А тут такой промах. Ясное дело, что чувствует он себя сейчас очень неловко.

– И все из-за меня. – Опускаю глаза в чашку с чаем. Чувствую укол совести за то, что заставила этого человека переступить через себя и свои принципы. Ведь, если бы не моя тогдашняя идея «фикс» с этой чертовой книгой, то ничего этого сейчас бы не было и мы бы, возможно, сегодня просто пили чай, кофе, если вкусные пирожные и болтали обо всякой всячине.

– Прошу тебя, только не начинай, ладно? – Ворчит Макс. – Если бы не ты, я бы до сих пор сидел в этом болоте, и общался бы с этим совратителем молоденьких и очень симпатичных девочек. – На последних словах он слегка покраснел и засмущался.

– Вы закончили? – Вырвался из своих дум мой брат. – Можем продолжать?

– Извини! – Отвечаю на его недовольное выражение лица, по поводу наших дискуссий кто и в чем виноват.

– Отлично! Также у вас будут мои показания и наша с тобой переписка, где мы обсуждаем сюжет книги, героев и с различными правками. – Смотрит он на меня, и своим суровым взглядом дает понять, что мне надо будет поднять всю нашу с ним переписку.

– Можно еще приложить рассылку в издательства. – Неожиданно для всех выпаливаю я.

– Неплохо! – хвалит меня Роб. – Только это все ничто против показаний Марго. Необходимо ее свидетельство в нашу пользу.

После его слов, над нашим столом повисло молчание. Все понимают, что сделать это практически невозможно. Во-первых, Марго ненавидит нас с Максом. Хотя, на счет Макса, думаю, я преувеличиваю, а вот меня точно. Она же привыкла всегда и во всем быть первой. А тут, какая-то неуверенная в себе серая мышка отбивает у нее, красивой привлекательной особы, вечного лидера во всем, парня. По крайней мере, так она, наверное, думает обо мне. А, во-вторых, если моя бывшая подруга будет свидетельствовать в нашу пользу, то для суда это будет означать лишь одно – что она явно нарушает статью 307 уголовного Кодекса Российской Федерации «за дачу заведомо ложных показаний».

– Я возьму это на себя! – Поднимает на меня Макс свой уверенный и твердый решимости взгляд.

– Уверен? – Осторожно спрашиваю его я. Если честно я в шоке от услышанного. Он же ненавидит свою бывшую с тех пор, как она совершила ужасный поступок против его любимого человека, то есть меня. От всего этого чувствую себя вдвойне неудобно.

– Да! – Все также уверенно повторяет Макс.

– И как же ты собираешься это сделать?

– Расслабься и не думай об этом, хорошо? – Отвечает он мне.

Ну, вот опять. Опять это слово «расслабься». Я его слышу, наверное, уже сотый раз, только до этого мне его все время говорил брат, а теперь еще и Макс присоединился. Неужели я выгляжу так напряженно?

21 января 2017 года – Марго и Макс

Красивая, уютная кофейня, с терпким, приятным запахом кофе в округе. В углу, за столиком, друг напротив друга сидит красивая, молодая пара, и о чем-то сильно ругается…

– Неожиданное предложение с твоей стороны… Выпить чашечку кофе с тобой… Его величеством Максимом… Такой важной и недоступной для меня персоной! А что Лиза тебя больше не удовлетворяет? – Ехидно плюет в лицо свои слова Марго Максу.

– Хватит нести чушь! У нас с ней ничего не было! – Огрызается Макс. – Ты прекрасно знаешь, что мне от тебя нужно.

– Мне не интересны детали ваших отношений. – Снова язвит Марго. – И поверь мне абсолютно не понятно, что же ты от меня хочешь. – Она ведет себя, как хитрая лиса, так и ищет место, где бы укусить по больнее.

– Не ерничай! – уже начинает злиться Макс.

– Хорошо, мой дорогой! Чем же я могу тебе помочь? – Все в том же духе продолжает она.

– Мне надо, чтобы ты свидетельствовала на суде. Естественно в нашу пользу. – Твердо отвечает он.

Марго смеется. Ее забавляет ситуация, что сейчас она все может вывернуть в свою пользу. И не теряя такую возможность, естественно, пользуется этим.

– А мне то, что с того? Что тебе что-то там надо? Кто ты мне такой, что я должна для тебя что-то делать, а? И к тому же, я не такая дура, как ты думаешь и судья тоже. Или ты считаешь, что он не заметит, что я изменила свои показания? Прости дорогой, но я не хочу быть уголовно наказуемой в мои-то молодые года, лишь потому, что ТЕБЕ ЧТО-ТО ТАМ НАДО. – Последние слова она подчеркивает особенно ярко.

– У меня хороший адвокат. Он тебе поможет. – Все так же спокойно отвечает он.

– Нашел дуру! Мне проще не свидетельствовать в тою пользу и вовсе! – Ухмыляется Марго. – Как только тебя с Лизой оправдают, ты даже и не вспомнишь обо мне.

– Я привык держать свое слово!

– Кажется, я помню, ты хотел жениться на мне, и чтобы я нарожала тебе кучу детишек? А сам пытался и пытаешься увести чужую жену. Господи, и что ты только нашел в этой скромнице? – Юлит своими словами хитрая лиса – Марго.

Макс не выдерживает.

– Ладно. Чего ты хочешь?

На лице Марго прозрела довольная улыбка. Наконец, она добилась, чего хотела: вывела своего бывшего возлюбленного из равновесия, а вот теперь настало время атаковать.

– Женись на мне!

От неожиданности услышанного, Макс открывает рот.

– Что прости? Я не ослышался?

А лиса продолжает:

– Ну ты же хочешь спасти свою любимую Лизу от всеобщего позора, а я хочу спасти свою шкуру.

– Нет! Никогда! – Прикрикнул на нее Макс.

– Тише, тише. Зачем же так шуметь? Привлекать ненужное внимание? Мы же обсуждаем очень важную тему, не для всех «ушей». – Пытается сбавить его обороты Марго. – Ой, а я-то думала, что ты по настоящему, очень сильно любишь Лизу.

– Я сказал, нет! – Уже тише, но все также твердо произносит ее собеседник.

– Ааа, кишка тонка! Не можешь, значит, спасти свою любимую. А сам-то, наверное, наобещал ей «с три короба», что, к примеру, меня уговоришь дать нужные вам показания… – Она замолкает, дает ему переварить информацию.

– Проси, что хочешь, но только не это! – Почти с мольбой в голосе говорит Макс.

– А мне ничего другое и не нужно. Думаю, ты и твои родители очень хорошо постараются, чтобы твоя жена, то есть я, была без, так сказать, «сомнительной репутации». Ведь так? А иначе я не буду уверена, что твой адвокат мне поможет.

Марго замолкла. Она сказала все, что хотела. Над ними повисло молчание.

– Что, все равно не хочешь на мне жениться? – Спустя пару минут, удивленно произносит она.

В ответ молчание.

– Тогда до встречи в суде. Не думаю, что ваша поданная апелляция вам хоть как-то поможет. – Уже с вызовом произносит она.

Марго встала со стула, и начала одевать свою норковую шубку. Про себя она подумала, пусть этот раунд проигран, но в суде я сделаю все, на что способна. В этот момент тихим и печальным голосом Макс произнес: «Согласен». Она была в не себя от радости! И для того, чтобы закрепить свой результат, произнесла:

– Отлично! А чтобы ты не соскочил, заявление в ЗАГС подадим до суда и всем объявим о нашей помолвке.

– Ну, ты и, дрянь! – Единственное, что вырывается из уст Макса.

– Зачем грубить будущей жене? Она ведь может и обидеться! Пока дорогой! – Марго подходит к нему и целует в щеку. Макс скорчивает противную гримасу.

– Ну, что ты, дорогой! Мы же теперь влюбленная пара, так сказать, жених и невеста, будь добор, веди себя соответствующе.

На этих словах, довольная своей игрой, Марго вышла из ресторана. Лиса съела свою добычу.

8 марта 2017 года

С тех пор, как мы с Артемом получили приглашение на День Рождения к нашим друзьям с подписью Макс и Марго, хотя в последнее время сложно их обоих для нас называть друзьями, так как Макс увлечен женой своего друга, а Марго сыплет комплименты в мой адрес, его ревность потихоньку начала утихать. Увидев, в приглашении их совместную подпись, я сразу поняла, что Максу удалось невозможное, и Марго будет присутствовать на суде с нашей стороны. И даже, спустя несколько дней, я уговорила принять это приглашение, так я со своим редактором запряжена в одной упряжке, и нам предстоит еще раз проскакать вместе сложный судебный путь. Поэтому, слегка принарядившись, мы отправляемся уже почти в ночь на фуршет, посвященный этим двум дням рождениям, все в тот же роскошный дом. Только в этот раз встречает нас у порога не Марго в бархатном платье, а роскошная пара преклонного возраста, родители Макса.

– Добрый вечер! – Приглашают нас они внутрь.

– Ирэн Григорьева!

– Марк!

Представляются родители Макса. Оба высокие, стройные и хорошо сложенные люди. У мамы, коротко стриженные волосы темного корично-рыжеватого оттенка, большие, глубоко посаженные глаза, слега заостренные нос и скулы, в ушах аккуратные крохотные сережки-гвоздики, которые переливаются на свету. Она одета в длинное бардовое платье в пол, из-под которых выглядывают черные лакированные лодочки. Её муж в черном смокинге с бабочкой, также выглядит очень галантно. С первого их взгляда, с первого их слова, можно понять, что эти люди давно живут не в России.

– Здравствуйте! – Произносим с Артемом хором.

– Елизавета Богатова! – Протягиваю руку Ирэн. – А это мой муж и сослуживец вашего сына, Артем.

– О, Елизавета! Премного о вас наслышана! – Отвечает мне она, растягиваясь в улыбке.

Не знаю, что ответить, так как по этой улыбке я не поняла, как она ко мне относится, и чего мне ожидать от этой женщины, и просто стою и краснею от смущения.

– Что же мы застряли на пороге! – Восклицает Марк, снимая общее напряжение! – Проходите внутрь!

Мы заходим все в тот же холл. Играет нежная фуршетная музыка, по периметру комнаты расставлены столы с закусками и шампанским.

– Привет. – Слышу тихий голос из-за спины.

Мы с мужем оборачиваемся. Перед нами, переминаясь с ноги на ногу, стоит Марго, в роскошном длинном белом обтягивающем платье с разрезом от бедра. «Не хватает только фоты» – ловлю себя на этой мысли.

– Привет! – Отвечаем с Артемом снова хором.

– Извини! – Тихо, почти шепчет Марго. – Извини за все. Не знаю, что на меня нашло ребят. Мне очень стыдно, правда. Артем, надеюсь, ты не принял мои слова на счет того, что они любовники в серьез. – Последней репликой обращается она к моему мужу.

Смотрю на него. В глазах зажигается пожар гнева и ярости.

– Ты просто чудовище! Ты чуть не разрушила нашу семью! – С каждым словом его голос становится все громче. – Да ты же мне никогда не нравилась, с чего вдруг, я так легко во все поверил?

Он хватается за голову, и начинает ходить из стороны в сторону.

– Прости! О, господи, прости Лиза!

В нашу сторону, потихоньку, начинают оборачиваться близ расположенные к нам зеваки. Про себя понимаю, что ссориться с ней сейчас не выгодно. Представляю, каких усилий стоило Максу уговорить ее выступать в нашу пользу в суде, а уж, чтобы она еще и прощения просила… Наверное, он пообещал ей золотые горы и полную защиту в суде со своей стороны, как минимум. Марго уже встала в оборонительную позу, и открывает рот, чтобы что-то сказать, но я опережаю, так и оставив ее слова не вырвавшимися наружу.

– Ну что, ты, дорогой! Давайте не будем горячиться. Главное, что человек осознал свою ошибку и искренне раскаялся. Правда, Марго?

Подхватив мои мысли, она утвердительно машет головой. Наконец, из-за ее спины появляется Макс, чем спасает повисшую над нами неудобную для всех нас ситуацию.

– Смотрю, вы уже помирились! Вот и здорово!

– С днем Рождения, друг! – Первым поздравляет хозяина дома Артем. Потом по-дружески обнимает его и шепчет на ухо: «Извини, что не поверил».

Я поддерживаю инициативу поздравлений моего мужа и также обнимаю Макса, но на ухо ему шепчу: «Спасибо». Мне очень хотелось бы ему сейчас выразить благодарность за всё, что он сделал для нашего общего дела. Но, к сожалению, не могу. Не все нас окружающие поймут это. Да и сам он, как-то странно отстраняется, не обнимает меня своими медвежьими объятиями, а только лишь тактично напоминает, что день Рождений сегодня не только у него. Мы с Артемом извиняемся, и приносим свои поздравления и Марго. Артем держится с ней очень формально и очень холодно. Думаю, что если бы здесь не было столько народу и если бы мы были наедине, он высказал бы ей все, что о ней думает. Он никогда особо ее не жаловал, а теперь в его выражении лица, читается явная ненависть по отношению к ней.

Через некоторое время в центре огромного холла слышу легкий звенящий звук. Все устремляют свои взгляды на этот звон. Его издают изящные руки мамы Макса. Рядом с ней стоит ее муж Марк. Они чем-то очень довольны. Когда все взоры в зале были обращены только на них Ирэн начала речь:

– Дорогие гости! Сегодня, в этот прекрасный день, мы от всей души хотим поздравить нашего замечательного сына с днем его Рождения! Мы любим тебя сынок!

Она поднимает бокал и по залу раздаются восторженные возгласы. Отец Макса понимает руку, призывая всех к тишине, и продолжает речь своей жены:

– В этом зале присутствует еще один именинник. Вот эта прекрасная девушка, Маргарита. – Указывает он рукой с фужером в сторону Марго, при этом обнимая другой рукой свою жену. В зале слышны поздравления, но Марк опять призывает всех к тишине. – Хочу сообщить, что Маргарита в скором времени станет членом нашей семьи, а также любимой женой нашего сына.

В зале раздаются аплодисменты по случаю их помолвки, а я стою, разинув рот от удивления. Вот, оказывается, какую цену заплатил Макс за нашу с ним реабилитацию в судебном процессе. Это штамп в его паспорте с ненавистной ему особой. И ему так все это противно, что не хватило духу сообщить об этой помолвке самому. Понятное дело, Марго отомстила не только мне, но и ему, за то, что он расстался с ней, за то, что влюбился в ее бывшую лучшую подругу. А Макс, как настоящий джентльмен, повелся у нее на поводу, не отступился и до сих пор продолжает бороться до конца, спасая при этом свою честь и честь его любимой. Весь остаток вечера он избегает встреч со мной, все время прячет и отводит взгляд. Он, наверное, думает, что я не догадываюсь о его истинных намерениях, а потому так себя и ведет.

А вот Артем, наоборот, расцвел. Не отходит от меня ни на шаг. Все время шепчет извинения за то, что не верил мне, и от всей этой абсурдной ситуации мне становится не по себе. «Как же ты мог, так легко верить чужим людям, а не мне, твой жене, которая все время ждала тебя из командировок и старалась все время согревать своим сердцем наш семейный очаг? Как мог ты, просто взять и потушить все тепло, которое в нем было?» – пронеслось в моей голове. Смотрю на него. Он выглядит так беспомощно и жалко и глупо, что все-таки решаю дать ему второй шанс и еще раз испытать его доверие ко мне.

28 апреля 2017 года

Все идет хорошо. Все идет, как надо. Все идет, как и планировали мы с Максом. Наши доказательства звучат убедительно. Осталось лишь несколько свидетелей и «дело в шляпе». Судья просит пройти к трибуне Марго. Я мысленно напрягаюсь.

– Представьтесь. – Произносит судья.

– Костина Маргарита Витальевна.

– Суд Вас предупреждает об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний суду. Вам понятно предупреждение?

Наконец-то, все формальности закончились и судья задает ей главный вопрос: «Что вы можете рассказать о взаимоотношениях между Григорьевым Максимом и Богатовой Елизаветой?»

В зале все притихли. Марго сделала глубокий вдох, повернула голову в мою сторону, и, смотря мне прямо в глаза, ответила:

– Они находятся в рабочих и дружеских отношениях, Ваша честь.

– Расскажите более подробно. – Пытается выяснить подробности судья.

– Максим Григорьев издатель Лизы. Она написала книгу, а Макс ее издал.

– В прошлый раз вы утверждали, что они любовники.

В зале опять на какое-то время повисла пауза. Марго сделал пристыженный, смущенный вид. Она хорошая актриса.

– Это не так, Ваша честь. Я познакомила их. Лиза моя лучшая подруга, Максим мой будущий муж. Когда Лиза написала книгу, я решила познакомить их, так как Максим на то время был помощником главного редактора издательства «Женский роман» и думала, что он ей сможет, чем-то помочь.

И дальше она принялась рассказывать историю о нашей первой встрече с редактором «Женского романа», о том, как я вечером притащила к ней домой пьяного и расстроенного и уволенного с работы Макса, и о том, как мы до этого все вместе редактировали книгу.

– Ремес – и она указывает на него пальцем и запинается в своих словах – грозился изнасиловать меня или сделать еще чего похуже. Он ведь и к Лизе приставал, хорошо, что Макс оказался рядом. Вот я и испугалась.

– Ваша честь! – Перебивает ее адвокат. – Нам удалось достать запись, где Ремес Илларион Львович пристает к Елизавете. У нас есть и другие свидетели подтверждающие, что главный редактор издательства «Женский роман» ведет абсолютно бесчестный образ жизни, домогаясь при этом молоденьких девушек, начинающих авторов, и пытается воспользоваться их телом и непристойными делами в обмен на издание их книг.

Судья одобрительно кивает. В зале суда демонстрируется видеозапись. Ремес закрывает руками лицо. А адвокат приглашает в зал молоденькую девушку.

– Савельева Александра Андреевна. – Объявляет свое имя она, на просьбу судьи представиться.

– Я хотела опубликовать свою первую книгу. Я разослала ее экземпляр в различные издательства. Через некоторое время мне позвонили из «Женского романа» и пригласили на встречу. Я была счастлива. Я была готова согласиться на все, на исправления, которые мне предложило бы издательство, на любые деньги, даже на самые крохотные копейки. Мне просто очень хотелось, чтобы мою книгу увидел мир. Но то, что мне предложил он (указывает на главного редактора), я не согласилась бы никогда и не под каким предлогом… А потом, спустя какое-то время у Ларисы Шипиловой выходит мой роман, только с другими именами и другим названием.

Адвокат начал показывать видео, где Ремес пристает ко мне, к новой свидетельнице Саше…

– Лиза ты собираешься домой? – вырывает из моих раздумий моя коллега Света. Смотрю на часы, уже 5 вечера, короткий день, а значит пора домой.

– Ой, не заметила, как время пролетело. Не жди меня, я тут сама все закрою.

И прокричав «Хороших праздников» Света закрыла за собой дверь с обратной стороны.

Боже мой, как я счастлива, суд выигран, мои книги опять в продажах, Макс и его издательство реабилитированы, и сейчас он ведет работу с Сашей Савельевой в восстановлении ее авторских прав над книгой и ее изданием, а Ремес и Лариса Шипилов отправлены за решетку за мошенничество и сексуальные домогательства. Ах, да! Забыла упомянуть еще двух персонажей…

Марго, пытается снова со мной подружиться и тщательно готовиться к свадьбе, а точнее говоря к огромному торжеству, которые устраивают родители Макса.

Артем же пытается реабилитироваться в моих глазах. Надеюсь, это ему удастся, и мы снова сможем доверять друг другу, как и раньше. Марго он ненавидит всей душой и всегда пресекает все мои попытки заговорить с ним о ней. Ну а я решила, дать всем второй шанс. Может Марго и вправду оступилась, что ж раз она сейчас опять так старается мне понравиться. Ладно! Так тому и быть попробуем все сначала.

На такой позитивной ноте, я закрываю кабинет, сдаю ключи и выхожу из здания на встречу солнечной весне, навстречу майским праздникам и на встречу новым приключениям, которые ждут меня впереди.

Неожиданно в мой сумке завибрировал телефон. Достаю его. Номер незнакомый.

– Алло?

– Это Елизавета Богатова? – Раздается в трубке неизвестный мне мужской голос.

– Да.

– Здравствуйте. Это Александр Новиков. Я режиссер. Хотел бы встретиться с Вами, и обсудить возможность съемок фильма по вашей книги.

– Здравствуйте. – Неуверенно произношу я. «Что? Фильм по моей книге? Это, наверное, розыгрыш. Этого просто не может быть». Пока я размышляла, Александр атакует вопросами.

– Готов встретиться с Вами завтра в пять часов вечера.

– Завтра? – завтра мы с Артемом уезжаем на праздники вдвоем на турбазу отдыха, чтобы как-то начать путь сближения после холодной войны. – Дело в том, что завтра после обеда я уезжаю на выходные. Удобно ли Вам было встретиться в 11 утра?

– Хорошо! – Отвечает Александр. В его голосе чувствую слегка недовольные нотки. – Тогда до завтра Елизавета. Адрес ресторана вышлю Вам в смс. – И кладет трубку.

– ДА! – Вырывается из моего рта во все горло!

Впереди меня идущая девушка дергается и оборачивается.

– Извините! – Произношу я, а сама, улыбаясь, следую к метро. Неужели все мои несбыточные мечты осуществятся? Неужели по моей книге снимут фильм? Я неописуемо С Ч А С Т Л И В А…

ГЛАВА 4

ЭДРИАН

15 мая 2017 года

– Привет, неудачник! – Шутливо приветствую я Лаки, моего доброго приятеля и одновременно агента.

Сколько помню, всегда его так называл. Так сказать «шутка для своих». Но он никогда не обижается, ведь знает, что я любя. Ведь именно он мне периодически подкидывает различные интересные проекты, за что я ему весьма благодарен.

– О, привет Эди! – Улыбается он, вставая со своего рабочего места и протягивая мне руку.

Сегодня мы встречаемся в его арендованном офисе, значит, Лаки подобрал для меня что-то действительно стоящее, захватывающее, новое и интересное. Потому что обычные, стандартные сценарии он мне скидывает по почте, или передает с курьером. Поэтому я сегодня особенно заинтригован: что же мне на этот раз приготовил этот смышлёный малый. По-хозяйски присаживаюсь на стул напротив моего агента:

– Ну, чем ты сегодня мне порадуешь?

– Думаю, ты это уже читал и без меня. – С этими словами он кидает на стол книгу.

Это та самая книга… Темная обложка с огромными белыми буквами, в которых можно прочитать три ненавистных мне слова «ЛЮБЛЮ ЭДРИАНА ОЛБРАЙТА»… Книга преследует меня… Уже в третий раз… Я больше так не могу… Я скоро сдамся… Внутри закипает злость…

– Ты что, издеваешься что ли? – Единственное, что срывается с моих губ.

– Прости? – Недоумевает Лаки. – Я вот что-то сейчас совсем ничего не понял…

– Чтобы ты мне сейчас не предложил, связанное с этой книгой, мой ответ НЕТ! – Перебиваю я его.

– Может, выслушаешь сначала? – Обижается мой давний приятель.

Я не выдерживаю снова:

– Это уже третья книга в моей коллекции!!! Сначала Бекки, потом моя мелкая племяша, а теперь еще и ты, да? Вы что все сговорились и проверяете мою стрессоустойчивость? Так вот, она уже на пределе! Ты же прекрасно знаешь, что я не выставляю личную жизнь на показ! Ты, как мой агент, иск в суд бы лучше подал за использование моего имени без моего же ведома, а сам втягиваешь в эту дурацкую авантюру?! – Сам того не замечая, я выхожу из себя и ору на своего несчастного агента.

Лаки в шоке. Раньше я никогда не позволял себе такого поведения, но смерть Крейга и отсутствие хороших ролей в мой адрес негативно сказываются на мне. Я стал нервным, даже вернее сказать, иногда неуравновешенным, часто повышаю голос на близких мне людей и много – очень много пью… алкоголя… Делаю глубокий вдох. Лаки тут не причем. Успокаиваюсь понемногу.

– Извини. – Тихо произношу я.

– Последнее время, даже звонить тебе лишний раз боишься. Ты стал таким…

– Извини! – Снова перебивая, и уже громче произношу я.

Лаки делает вид, что моего гневного припадка сейчас вовсе и не было и в спокойном, но интригующем тоне продолжает наш диалог.

– Просто это, действительно стоящий проект. Во-первых, это будет международная картина. Во-вторых, там заложен совсем не хиленький бюджет. И, в-третьих, это отличная PR-компания для тебя самого. – Он завороженно смотрит на меня, думая, что я как маленький мальчишка запрыгаю и захлопаю от радости, как будто мне только что купили новую приставку.

Спустя некоторое время, он понимает, что не заинтересовал меня, и начинает прибегать ко всяким уловкам, как продавец в магазине, который хочет впарить товара побольше и подороже. – Я просто хочу тебе напомнить, что актерская работа – это… это… как отношения с девушкой. Хочешь, чтобы у вас все было хорошо – ты должен все время стараться – ну там дарить цветы, ходить с ней в кино, должен быть паинькой и плохо себя не вести и не бухать вечерами со своими друзьями в баре и покуривать травку. И если ты все это выполняешь, то она счастлива, да и ты тоже… от того что она счастлива. Так же и здесь! Если хочешь быть «на плову» надо все время прокачивать и вкладывать в себя, чувак!

Последние его слова меня насторожили. Он как будто отчитал меня, как мальчишку. Похоже, что я и правда обнаглел слегка и достал моего агента своими выкрутасами.

– Ладно. Давай сюда свой сценарий! – Естественно, я не собираюсь в этом сниматься, но беру его только ради Лаки, чтобы он не обижался.

– Ну, вот и молодчина! – Он встает и хлопает меня по плечу, надеясь, что ему удалось уговорить меня. А я, расстроенный от того, что поход в офис моего агента не оправдал ожиданий, отправляюсь в ближайший бар. Чтобы не пить в одиночку, беру с собой свою свободную ото всех мужчин сестру Дороти.

Я приезжаю в бар первым и заказываю двойную порцию виски со льдом. Спустя немного времени ко мне присоединяется Дороти, и мы с ней растворяемся в местной алкогольной атмосфере, обсуждая при этом предложение Лаки. Точнее говоря, я ною, а сестра слушает, не говоря ни слова.

– Почему ты так категоричен? – Спрашивает она меня, допивая второй стакан ирландского крепкого виски.

– Ой, только ты не начинай! Знаешь же, что я ненавижу, когда мне задают такого рода вопросы.

Дороти смотрит на меня удивленным, уже слегка покосившимся от виски взглядом.

– Не понимаю. Я же твоя сестра. Мы должны друг другу помогать во всем. Ты можешь мне довериться! Человек не может так долго замыкаться в себе.

Я смотрю на нее потупленным взором. Ее огромные карие глаза, слегка блестящие от алкоголя смотрят на меня. Они добрые и умные, понимающие и сочувствующие. Я уже давно ни с кем не разговаривал по душам. С тех пор… Запинаюсь и сглатываю. С тех пор как погиб мой лучший друг Крейг. Дороти ждет ответной реакции. А моя темная душа, все мои заблудившиеся и запутавшиеся мысли рвутся наружу.

– Я не такой, каким все привыкли меня видеть, как привыкла меня видеть ты, мама, папа, братья и сестры. Я совсем несильный, я не пример для подражания, я много пью, курю, срываюсь на близких мне людей, подбиваю их на различные авантюры, а потом теряю их. Мой единственный друг, который знал во мне все стороны, мои слабости, мое нытье, мой самый верный и преданный мне друг погиб… – Делаю секундную паузу. – Из-за меня. Я в этом причина. Я подбил его на это безрассудство. Я не уследил за ним. Я подвел его. И причем не только в тот раз. Помнишь, девочку из нашей университетской группы: такую милую, прилежную отличницу Эни, в которую Крейг был по уши влюблен? – Дороти одобрительно кивает головой. – Так вот в день его похорон, она накинулась на меня со своими поцелуями и вечными признаниями в любви. Она чуть не соблазнила меня в прямом смысле слова. Я еле сдержался, и убежал от туда.

– Главное, что ты смог перед ней устоять, и в тебе хватило силы воли уйти. Разве нет? – Пытается привести мои мысли в порядок сестра.

– Возможно… – Пожимаю плечами и делаю огромный глоток виски. – Просто понимаешь, мне даже не к кому теперь пойти за советом, что мне делать со всем этим, как выбраться из этой мглы, и как дальше жить вообще? У меня даже нет никаких определенных планов. Вот чем бы мне заняться завтра, к примеру? – И сам же улыбаюсь от сказанной ерунды.

– Хочешь я дам тебе совет? – Пытается привлечь мое внимание сестра.

– Попробуй. – Раньше я никогда ее не слушал, и все время шутил над ее предложениями и высказываниями.

– Прямо завтра тебе стоило бы забронировать себе место на рейс до Москвы.

– Серьезно? – Мне становиться смешно. – Я правильно делал, что никогда не слушал твои советы. – Констатирую ей факт.

– Вот и очень зря. – Обиженно надувает губки она. Выглядит очень смешной. – Я думаю тебе надо встретиться с этой девушкой, поговорить, выяснить, зачем ей все это, зачем это нужно тебе, и решение, что же делать тебе дальше придет само собой. Тебе всего лишь для этого необходимо сделать маленький шажочек.

– И даже не думай смотреть на меня таким щенячьим взглядом…

– Эди, ну пожалуйста, ну хоть один разочек, сделай так, как я тебя прошу. Обещаю, если все это зря, больше никогда не буду приставать к тебе со всякими дурацкими предложениями и советами. – Она мило улыбается и моргает своими причудливыми глазками.

– Ладно, ладно.

– Ура! – Визжит она от радости, хорошо, что здесь громкая музыка и особого внимания этот визг никого не привлекает. Но пусть рано не радуется. Я тоже кое-что задумал.

– Хорошо! Но ты же помнишь, что мне родители подарили билеты на две персоны!? Так что, хочешь этого ты или нет, но мы летим туда вместе или не летит никто. Один я туда точно не полечу. И если ты согласна, тогда непременно воспользуюсь твоим советом и на ближайшие выходные бронирую нам места на самолет.

21-22 мая 2017 года

Сегодня суббота. Утро. Я стою перед зеркалом и сбриваю остатки своей заросшей бороды. Не могу поверить, что я в Москве. Еще несколько дней назад я был непреклонен. А в итоге иду встречаться со своим самым злющим врагом, со своим ночным кошмаром, с человеком, потревожившим мою частную жизнь, по имени Елизавета Богатова. Не знаю, как Дороти достала ее номер телефона, но именно сегодня у нас назначена с ней встреча в центре Москвы в одном из местных ресторанов в двенадцать часов. Черт возьми, обычно в это время я еще сплю крепким сном, особенно учитывая разницу во времени.

Мы с сестрой выходим из отеля и ловим такси.

Мы выходим из такси и подходим к ресторану. Один из их сотрудников проводил нас к столику, где сидят два человека: молодой, деловитый мужчина, в строгом черном костюме с белой рубашкой, на вид ему не больше тридцати, и спиной к нам особа женского пола. Из-за спинки стула видны лишь ее маленькие, худенькие плечи, обтянутые темно-синей кофтой из какой-то легкой ткани и темно-каштановые распущенные волосы, спадающие до плеч. Так понимаю это она – Елизавета Богатова. Пока мы шли к их столику эти двое молодых людей о чем-то оживленно болтали и смеялись. Похоже, что они давно и хорошо друг с другом знакомы. Интересно, почему она не пришла одна? И что это за мужчина рядом, меня одолевает сплошное любопытство. Мы подходим к столику.

– Good afternoon! – Произношу я, не задумываясь, на своем родном английском языке. Девушка оборачивается. Такое простое милое лицо, добрые глаза, внимательный взгляд, и животворящая улыбка, из-за которой от кончика носа до уголков рта образуются едва заметные складки, которые придают ее улыбке еще больше нежности, озорства и шарма. Я собрался с мыслями и продолжил. – I am Adrian Оlbright. And this is my sister, Dorothy. We have arrived in Moscow for a weekend together, so to speak, she is my right hand on this weekend.

– Hello! – Произносит она на мое удивление на английском. – My name is Elizabeth Bogatova. And this is Maxim Grigorev. He is… – она растерянно смотрит на своего спутника.

– I'm Lisa’s editor. I will help with the translation. Lisa has recently began to learn English. So this weekend I will be her right hand.

Максим протягивает мне руку. Мы садимся за стол и начинаем активное обсуждение книги и перспективы съемок будущего фильма. Мои вопросы были прямыми и дерзкими. Дороти даже иногда пинала меня под столом ногой. Макс усердно переводил. А Лиза не сдавалась. Она не уходила от ответов, а говорила так, как есть, как думает, как чувствует. Мне казалась, что она совсем загнала меня в угол, и я скоро сдамся и соглашусь, но тут меня осенил последний главный вопрос:

– What I will get in return?

Макс перевел.

Она посмотрела на меня с изумлением своим умными и проницательными глазами, а потом с деликатной тактичностью стала отвечать. Пока Макс не начал переводить, я просто сидел и смотрел в ее очаровательные, полные заинтересованные огромные глаза. Она в ответ начала шевелить губами. Видимо начала что-то отвечать. А я понял, чтобы этот мужчина мне сейчас не перевел, я уже согласен.

– Ах, Эдриан, как же Вы не понимаете. Я не пытаюсь вытащить ваше личное, ваше неприкосновенное наружу. Нет. Я и сама все это не так давно пережила и теперь понимаю каково это. Я привела в своей книги только лишь опубликованные и одобренные Вами в прессе факты. Я не заставляю и не призываю Вас играть какого-то там секс-символа или героя-любовника. Я всего лишь хочу дать Вам шанс сыграть самого себя, такого какой вы есть на самом деле. Я хочу показать всему миру, что не все актеры, да и многие другие публичные люди, алчные и жаждущие только лишь богатства и славы, я хочу показать, что они такие же, как и мы. Что у Вас есть свои принципы, цели в жизни, тайные желания. Ну у кого из Вам подобных возникала еще такая возможность?

«Обо мне в книге представлены только факты?» – промчалось в моей голове. Мне стало стыдно, что я общаюсь с этой девушкой, а сам даже и не открывал ее трудов… обо мне… Она такая юная, красивая и умная, давно я не встречал таких. Она смотрит на меня, а ее глаза горят ее мечтой, ее идеей, которую она хочет воплотить в жизнь, и сможет, если я дам на это свое согласие. Она ждет… Когда-то я и сам был таким. Я всегда стремился к своей намеченной цели, мои глаза горели и нужные добры и хорошие люди всегда подкидывали дровишек в мой костер, чтобы он разгорался еще больше. Видимо сейчас пришло и мое время стать таким человеком, передать этот факел олимпиады другому талантливому игроку. И тем более, что я уже принял решение.

– I agree! – Наконец, объявляю я его.

Видимо она поняла мой ответ и без перевода. Ведь ее улыбка, в ту же секунду, засверкала еще больше, искры от огня, которому я только что дал новую жизнь засветились и загорели ярче прежнего. Они окутали наш столик таким неимоверным теплом, что из него уже не хочется никуда дальше выбираться. После того, как я сказал вслух «согласен» и в моей душе как будто кто-то начал шевелить своей кочергой старые потухшие дровишки и искать искры или едва тлеющие угли, от которых можно было бы снова развести огонь.

Оставшийся вечер и весь следующий день мы провели вчетвером, гуляя по Москве. Макс и Лиза показывали нам их интересные и милые местечки. Когда в воскресенье вечером мы приземлились в Лондоне, я поверить не мог, что за какие-то два дня меня как будто обновили, вставили мне новое сердце или пересадили новую кожу, я дышал и радовался жизни, я наслаждался каждым прожитым мной моментом или событием. Я почувствовал себя снова двадцатилетним мальчишкой, ищущим приключения на свою голову. А самое главное, я приобрел двух новых друзей, которые вернули меня к реальной, полной любви и тепла жизни. Воодушевленный всеми событиями, я набрал на мобильнике номер преданного мне агента:

– Привет, Лаки! Я согласен сняться в этом фильме! – Слышу в трубке вздох облегчения!

– Познакомь меня с тем светлым человеком, который надоумил тебя на это, я буду ему вечно преклоняться. – Слышу его шутливый голос.

– Думаю, ты и так с ней скоро познакомишься. А может даже и уже, откуда мне знать. – Запутываю его мысли своим ответом.

– Мне нужно всего лишь его имя! Имя этого золотого человека! – Говорит абсолютно серьезно Лаки, а я на подсознательном уровне слышу, как он смеется.

– О, так ты хочешь его имя! Что ж держи! Это Елизавета Богатова! – И кладу трубку, дабы избежать ненужных дополнительных вопросов.

– Ну что, будешь еще слушать мои советы? – Обращается ко мне сестра.

– Обязательно!

10 июня 2017 года

Вчера я наконец снова прилетел в Россию. Я ждал, как ребенок этого события несколько недель, зачеркивал в уме дни на календаре. Так уж мне хотелось снова ее увидеть. Хотя Лаки предупредил меня, что Лиза уже замужем, я все равно никак не мог выкинуть ее из своей головы. А сегодня мне придется перецеловать несколько десятков разных хорошеньких девиц, пробующих себя на главную роль, и еще к тому же на ее глазах, так как она принимает активное участие в подборе актерского состава и вообще всех съемок. Вот, черт! А целовать, на самом деле, я бы хотел только ее одну. Вот один из первых и самых главных минусов актерской работы.

–Следующая!

– Следующая!

– Следующая!

– Следующая!

– Следующая!

Это я слышу на протяжение половины дня! Осталась еще одна актриса. Мои губы уже красные и обветренные, как будто я школьник, в тайне целующей за углом школы на ветру свою прекрасную одноклассницу. И кто придумал, сделать для отбора главной героини именно эту сцену? Гример закрашивает косметикой мои опухшие губы и наконец, ко мне подходит последняя девушка. Я уже уставшими и сонными глазами смотрю на нее. Режиссер командует о старте и мы начинаем играть.

– СТОП! – Слышу до боли знакомый мне голос Лизы. – СТОП! – Повторяет она, и все обращают на нее свои взоры. – Черт возьми! Ну что это такое! – Она подходит к нам. – Как тебя зовут, дорогая? – Она что-то спрашивает у моей потенциальной партнерши по фильму. Я ничего не понял из того, что она сказала. Но, кажется, что она не довольна.

– Маша. – Тихо что-то промямлила та.

– Маша. Дорогая, Машенька! Ну где твоя искренность? Ты влюблена в него, а не хочешь просто выйти за него замуж потому что он до неприличия богат! – Уже совсем сурово что-то произносит Лиза бедной девушке. Интересно, что же произойдет дальше. Режиссер и вся съемочная бригада молчит. А оператор не отводит от нашей разыгравшейся сцены свою камеру. Все просто молча наблюдают.

– Ты должна смотреть ему прямо в глаза, если ты действительно влюблена в него, а не стеснительно мямлить, опустив их в пол. – После Лизиных слов, моя потенциальная партнерша совсем поникла.

А Лиза поднимает свой взгляд. Я ловлю его и не отпускаю. Я не понимаю, что это: всего лишь игра, или…? Я впился в ее взгляд своими жаждущими глазами. Похоже, она слегка смущена и немного покраснела. В ее глазах промчался страх, изумление, любопытство и … что-то еще… таинственное и глубокое… то, что она не хочет показывать мне и кому-либо другому, а возможно и себе тоже. Вот он мой шанс, мой момент. Еще утром я мечтал поцеловать только ее, и что же неужели я это сделаю. Сейчас, или никогда. Да, я его не упущу.

– May I kiss you? – Робко и довольно тихо произношу, так чтобы слышали только мы двое. Она молчит. Я притягиваю рукой ее к себе за талию и целую. Мои ноги подкосились, а в животе запорхали бабочки. Я думал раньше, что это женские симптомы. Ее губы сладкие, а дыхание теплое и согревающее. Что же со мной происходит? И тут в моей душе случилось чудо. Я понял, что человек, который пытался расшевелить потухшие дрова моего костра, была она, и у нее это получилось. От ее поцелуя, от ее легкого дуновения, в моем сердце зажглась искра.

– Отлично! – Режиссер что-то радостно прокричал! – У нас есть главная героиня!

Лиза вздрогнула от его восклицания. Я отстранился. Она очень смутилась и была слегка ошарашена моим поступком.

– Мне надо посоветоваться с мужем. – Она что-то прошептала.

И ушла прочь. Наконец-то, мне перевели, кто будет моей партнершей по фильму. Это будет она – хранитель моего очага. Именно так я назвал мою дорогую Лизу в своих мыслях. Я был счастлив.

Лирическое отступление – Лиза

Я всегда знала, что мне в жизни не хватает острых ощущений. Что у нас с Темой стандартная, скучная семейная жизнь. Но что же случилось сегодня? Эдриан поцеловал меня… Я никогда не думала об этом… Но теперь мне страшно… Страшно не от такого поступка, который сегодня совершил Эдриан, нет. Ведь это всего лишь издержки актерской профессии, так сказать, служебная необходимость. Мне страшно от того, что произошло со мной в этот момент. Такое чувство, что моя дремлющая гусеница начала потихоньку перерождаться в прекрасную бабочку. Именно это я почувствовала сегодня. У меня появились новые возможности своей реализации. Все к чему я всегда так стремилась, вдруг, каким-то необыкновенным чудом сваливается мне на голову, как подарок судьбы. Тот лист с желаниями, который когда мы с Марго создали, оказался магическим и волшебным, а точнее сказать пророческим. Надо получше его сберечь. Но осталась еще одна проблема…

Мы с Артемом только что начали все сначала, после этой ужасной истории моей жизни с судом и сплетнями Марго. Наши отношения только что начали налаживаться, как вдруг в мою судьбу врывается новое препятствие, и смогу ли я его преодолеть? Я больше ничего не собираюсь скрывать от мужа и сегодня непременно должна поговорить с ним о моей роли в кино, и о всех любовных моментах и сценах, которые мне предстоит пережить, а точнее, которые мы с моим мужем должны будем пережить вместе. И только потом соглашаться или не соглашаться на эту роль.

1 июля 2017 года

Сегодня суббота. И после съемок вся наша команда решила

прогуляться в ближайшем парке. Погода замечательная. Легкий, приятный, летний, вечерний ветерок. Он приятно обдувает лицо. На улице уже стемнело, и вокруг горят фонари. Вся эта атмосфера навевает нотками романтики. Как же мне хотелось бы сейчас на этой прекрасной пустынной улице остаться с ней вдвоем.

Лиза, впрочем, как и всегда выглядит потрясающе. Она одета в легкое льняное платье, цвета летней сочной травы. Оно очень выгодно очерчивает ее утонченную фигуру. Она вечно нас веселит, все время шутит и много улыбается. Я не могу не наслаждаться ею. Мы стали лучше понимать друг друга. Она стала уже неплохо говорить на английском, конечно, иногда все равно приходится прибегать к первобытным способам общения – жестам. Но это нам не мешает. Кажется, что мы понимаем друг друга с одного лишь взгляда.

Чудо случилось. Последний человек из нашей веселой компании, попрощался с нами, и мы, наконец, остались одни. Мы медленно подходим к метро.

– Will your husband meet you? – Я же не могу отпустить ее одну в такую темень.

– He’s in a duty now. – Отвечает она в замешательстве.

– I’ll send you home.

– No. – Смущенно восклицает она.

– Well, in such case, how are you going to get from the metro to the house? I won’t let you walk through the dark streets alone.

– Ok, if it’s not difficult for you. – Лиза слегка покраснела, и мы спускаемся в метро. Я безумно рад, что могу побыть с ней еще хоть немного времени.

Наконец мы выходим из метро. Я понимаю, что нам необходимо о чем-то поговорить, потому что эта тишина уже становиться невыносимой.

– Tell me about yourself. – Это единственное, что приходит мне на ум.

– What exactly? – Нежно улыбается она.

– All. I want to know about you everything. – Ведь это правда. Пусть знает об этом.

Она опустила голову:

– But, the whole road will be not enough for it. – Лиза всегда умеет ловко выпутаться из сложной ситуации.

– So, tell me about your deepest secret.

Она немного задумалась.

– In my childhood, when my mother was still alive, she loved plants. I loved when she began to make with them something: to pour, to spray or to loose soil. And I always helped her with it. She had a very beautiful olive tree. One day, we had transplanted it. And she told me her story about it. She said it was her symbol of family happiness. My father gave it to her as a sign of eternal love. I was so pleased with this story, I hugged my mom and said I wanted it as well. And she said, "Honey, it will. You’ll meet your handsome prince. You will have your own family, your children and the olive tree. " And then my parents died, but her words are written in my memory forever.

– And what happened to the tree?

– After they died, it withered.

Помолчав и погрустив немного, она оживилась.

– And what about you? Tell me about yourself.

– Well, I’m not… I did not do gardening being a kid. – Пытаюсь поднять ей настроение.

Похоже удалось. Ведь Лиза улыбнулась.

– And what did you do?

– Well, I like other boys, played with cars, pulled girls on the pigtails and fought.

– Fought?! – Повторяет с изумлением она.

– Yes, terribly! There was a time when the color of my skin on the entire body was blue-purple. – Улыбаясь, говорю я.

– I cannot believe it! This is one solid bruise! – Восклицает она, и мы дружно смеемся. – But, seriously?

– All my life I have been into music. I was a huge bully – and it's true, but the music, but mostly singing, gave me the opportunity to through all the negative energy from myself. I even had a rock band.

– Oh, wow! Everything is so serious! And I have not had the strength and courage to learn to sing! I visited a couple of lessons, but this whole thing is over. And in my head … I imagine already myself a famous singer … – Улыбается. – My husband always says, that with the voice like mine, only sing I can do is screaming “Occupied” in the railway station’s toilet.

Мы снова смеемся.

– Maybe you can sing something? It would be better with a song.

– No, I too shy.

– How did you sing in the band?

– But it was when I was young and reckless.

– Please! – Уговаривает она меня. – You like singing, so sing, what bother you?! Mother always told me, that you need to do what you like, not what you have to under circumstances.

– Good words, I’ll remember!

– We arrived. – Констатирует факт Лиза. – And you haven't sung yet. –Обиженно дует губки. Совсем как моя сестра Дороти. – Promise me, that someday you will do it. I curios to listen it.

– You don’t want to wake up you neighbors, do you. – Я и правда немного ее стесняюсь.

– Thank you that you sent me! – Она машет мне рукой и заходит в подъезд.

5 августа 2017 года

Сегодня съемки последней сцены – сцены поцелуя, той самой, когда я впервые поцеловал Лизу. Я жду ее с нетерпением. Пожалуй, я ничего и никогда так не ждал. Черт, да что же это со мной такое происходит?

Я восхищен ею! Меня поражает, как Лизе удается успевать все и сразу. Помимо основной работы, она вечерами и в выходные приезжает на съемки. И, несмотря на такой плотный график, она всегда свежа, весела и всецело посвящает себя работе над фильмом. Если у Лизы выходные на основной работе, значит, со съемок ты уйдешь домой объевшийся всякой разной вкуснятиной. Благодаря ей, я перепробовал уже почти все блюда русской национальной кухни, и хочу сказать вам честно, что они пришлись мне по душе. Когда я их ем, то чувствую всю любовь, которая была приложена при их приготовлении, всю теплоту души хозяйки, чьими руками было состряпано блюдо. Она заражает всех своими улыбками и оптимизмом и в первую очередь меня. С каждым днем работы над нашим фильмом, ее бутон какого-то неизвестного экзотического мне цветка, раскрывается все больше и больше, наполняя окружающую среду сладким, притягательным ароматом.

Пару дней назад у Лизы был День Рождений, и мы еще не виделись, так что вечером меня еще ждет мини фуршет после съемок такой долгожданной для меня сцены. Единственное что мне нужно, это подобрать для нее подходящий подарок, но вот какой? Поэтому, побыстрее собравшись, выхожу пораньше, чтобы отправиться на поиски подарка.

Наконец-то, я дождался.

– «Мотор, начали» – прокричал режиссер. Эту его фразу я уже выучил наизусть. Лиза сказала свою реплику и подняла на меня свой взгляд. Он уже не был таким смущенным и напуганным, но он был искушенным, чрезмерно любопытным, и желающим чего-то нового неизвестного и таинственного. Я смотрел в ее бездонные темные глаза и понимал, что тону в их морской глубине. Мое сердце замерло, как и тогда, я придвинул ее за талию к себе и поцеловал. И в моей груди разгорелся не то что костер, а огромный, сметающий все на своем пути пожар. Горело все вокруг: мои мысли, мое тело, моя душа, мое сердце. И я понял, что влюблен. Мое предсказание в Рождественской записки оказалось пророческим. «Вирус любви» глубоко проник внутрь меня. Да, я бесспорно влюблен. Только в нее одну, и что, то прозвище, которое я придумал для нее «хранитель моего очага» больше не подойдет ни к кому. В моей голове заиграла песня Ози Озборна «Oh, I am lucky man».

– Стоп. Снято. – Прокричал режиссер. Эту реплику я тоже понял. И мне пришлось остановиться, хотя очень не хотелось.

Все начали сворачивать съемочное оборудование, а Лиза накрывать на стол. В процессе фуршета я подошел к ней и вручил его. Мой подарок. Огромный горшок с оливковым кустом, на котором висели маленькие ее плоды. Лиза слегка была ошарашена моим подарком.

– You remember! How cute! – Она стала увереннее говорить на английском. –

Мда… Артему так далеко до тебя… – И что-то добавила на русском, но я уже не совсем понял.

– I’m glad, that you liked it. By the way, do you know, in the Scripture said that the first olive tree grew after the Flood?

– Uh…no. – Неуверенно произнесла она.

– Me too, until I read on the internet before you give it to you. Truth to be told, my life before I met you was a real World Flood, there had horror, betrayal and death. And all that I associate after a meeting with you – that's life, smile, joy, happiness. You gave me a second chance to start again, learn how to notice every moment, you are my eternal "tree of life", as the olive in Scripture.

– Thank you! – Она обняла меня, поцеловала в щеку, и, чтобы никто не слышал, тихо прошептала. – This is the most unique present I have ever received.

11 ноября 2017 года

Сегодня премьера фильма. Мы не виделись с ней несколько месяцев, но каждый день, каждую свободную минуту я думаю лишь о ней. Она – моя мечта, она – мое будущее и я безумно сильно в нее влюблен. Я вижу ее практически каждый день в рекламных роликах, где рекламируют наш фильм, и наш с ней поцелуй. Он до сих пор не выходит из моей головы. А Лаки был, как всегда, прав, проект и правда получился громким и международным. Наш с Лизой поцелуй начали активно обсуждать журналисты. Также было и с Бекки, когда в прокаты вышел фильм «Искусственные миры». Но только сейчас я понял, что на съемках творилась между мной и Лизой настоящая химия, настоящая любовь. Ах, как же я не люблю врать. Но придется как-то отделываться от этих мерзких журналистов и говорить, что мы с Лизой просто друзья, и любим друг друга только лишь дружеской любовью, хотя в моей душе все совсем не так.

Я захожу в помещение и вижу ее. Она превосходна. Богиня неземной красоты. На ней одето длинное в пол обтягивающее фигуру платье, красного цвета, цвета любви и страсти. Ее идеальные черты лица подчеркивают аккуратно свисающие локоны. Я на секунду замер. Я больше не могу скрывать к ней своих чувств. Она должна решить мою судьбу сегодня или никогда. Как только все закончится, я просто обязан с ней поговорить. Как только эта мысль посещает меня, к Лизе подходит, какой-то неизвестный мне мужик, нежно обнимает ее, целует в щеку. Черт! Неужели это ее муж? И неужели он приперся на сегодняшнюю нашу с ней премьеру? Какого черта? Но тут всех пригласили в зал и премьера фильма началась. Ведущий предоставил слово Лизе первой, как автору книги и главной героини ее же романа. В моем ухе вставлен микрофон, и я слушаю голос переводчика, так как Лиза говорит на своем родном языке.

– Первое, что я хочу сказать, что счастлива быть здесь. – Начала свою речь она. – Я очень благодарна читателям, которые сделали мою книгу столь продаваемой и популярной, и я очень надеюсь, что зрители по достоинству оценят мою актерскую игру. Все вы прекрасно знаете, что это моя первая актерская работа, поэтому не судите строго. Особые слова благодарности я также хотела бы уделить всему актерскому составу и съемочной бригаде, особенно своему главному партнеру по фильму Эдриану, который помогал мне и подсказывал, как и что лучше сделать. – Зал зааплодировал. Я про себя подумал, какая же она чистая и честная. Ну и как после всего этого можно ее не любить. – Но самое большое «Спасибо» я хочу сказать своему мужу, который героически терпел, мои поздние возвращения со съемочной площадки и пропавшие совместные семейные выходные. Надеюсь, все это было не зря. В этом году мне удалось добиться многого: книга, фильм, новые знакомства, так что же еще? А ну вот, например, на права мне, наконец, удалось сдать… с 25 раза… – Шутит, как всегда. – А также, я хочу поделиться со всеми Вами еще одной своей радостной новостью, которая опровергнет все недобрые слухи в мой адрес и адрес моего партнера по фильму. А точнее сказать радостной новостью моей и моего мужа. Совсем скоро мы станем родителями, и я помимо рабочего счастья, смогу насладиться и счастьем материнским. – Зал зааплодировал вновь, а в моей голове пронеслось лишь «ОХРЕНЕТЬ».

За какую-то минуту или две, которые она говорила, произошло две вещи связанные со мной:

Она полностью развеяла слухи о нашем романе, и эти журналюги больше не будут ко мне приставать с дурацкими вопросами.

Мой только что недавно созревший план по завоеванию ее сердца и построения своего личного счастья с треском провалился.

До конца вечера я был невнимательным и рассеянным. Когда мне дали слово быстро протараторил какие-то стандартные слова и передал микрофон в другие добрые руки. Я как дерево, перед зимней спячкой сбросил всю листву, а кровь в жилах заледенела. В моей душе наступила холодная промозглая, унылая и депрессивная осень.

Я на автомате взял в руки телефон и машинально набрал номер, своей подруги.

–Hello? – Слышу удивленный голос в трубке. Ведь в Америке сейчас глухая ночь.

– Hi, Becky! – Отвечаю я.

Content

Микасова Екатерина Александровна Параллельные прямые