Дем Михайлов

Башня Инвы

Темный край.

Стоит яркий солнечный день. Раскаленные светила обрушивают вниз солнечные лучи изничтожающие тьму.

Вокруг сумрачно и зябко.

Это Темный край.

Здесь всегда одна и та же погода.

Сумрачная, зябкая, стылая и одна и та же весь день и ночь напролет. Тут ничего не меняется.

Когда по плотным кронам высоченных и мощных древесных великанов яростно колотит дождь, на землю под ними не падает почти ни капли.

Когда ревет снежная буря – внизу ни снежинки.

Господствующие здесь древние деревья принимают на себя все – и удары и дары стихий. Земле под ними не достается ничего.

Это Темный Край – страшнейший лес Вальдиры. Место, где время кажется застывшим, где пасуют магические карты и точнейшие компаса, где опытный проводник спустя двадцать шагов теряет дорогу и беспомощно крутится из стороны в сторону. Охотничьи собаки начинают жалобно визжать через милю пути, давая понять хозяевам, что потерялись и не знают, как вернуться домой.

Вокруг только деревья – настолько толстые и старые, что их не обхватить и десяти полуоркам взявшимся за руки. Кора столь толстая и бугристая, что кажется вырезанной из камня – а может так и есть, ведь перед ней пасуют жуки-короеды, закаленные топоры и пилы дровосеков и даже лесной пожар не в силах пережевать столь черствую пищу.

Любое путешествие по Темному Краю превращается в блуждание между высоченными древесными колоннами удерживающими на себе растительную крышу угрюмого леса. Между деревьями витает ледяной ветер, несущий с собой тонкие смешки и визг неведомых созданий. Может кто-то скрывается на ветвях, столь толстых, что по ним можно спокойно ходить, не боясь упасть. Сверху постоянно летит мусор – листья, сухие веточки, чья-то шерсть и кости. Порой падают на лиственный ковер оскаленные в последней вечной улыбке черепа – будь то череп крысы или же человека.

Каждый шаг – даже самый осторожный – сопровождается режущим уши шелестом, шорохом и хрустом сминаемых и ломаемых листьев – палая листва покрывает землю слоем толщиной в локоть самое малое, но чаще всего море листьев достигает до бедра взрослого человека. Тут нередки глубокие ямы и овраги, что давным-давно доверху засыпаны листвой. Этакое болото, куда проваливаешься не постепенно, как в трясину из воды и грязи, а мгновенно – будто кто-то дернул за ноги, утаскивая тебя ко дну. Один рывок – и ты пропал. А на листве не остается и следа…

Что же говорить о тех, для кого кошмарный дремучий лес является домом родным?

Сильные, быстрые, безжалостные, уродливые и жестокие. А еще терпеливые и коварные. Другим в столь ужасном месте попросту не выжить. Да и тем, кто здесь обитает по праву рождения, все время грозит опасность столкнуться с более сильным и кровожадным соперником.

Съесть или быть съеденным – это единственный способ выживания.

И это тактика тех, кто не знает другого места жизни. Что же тогда говорить о редких гостях Темного Края, осмеливающихся пересечь черту между тьмой и светом и зайти в древний лес заполненный ревом, плачем, визгом и воем убивающих и убиваемых, раздирающих и раздираемых, плачущих и хохочущих… таким визитерам редко удается вернуться обратно – обычно уже на десятом шагу их ожидает смерть.

Но кое-кому все же удалось здесь прижиться. Тем, у кого попросту не было выбора. Разбойники, беглые каторжники, дезертиры. А так же направленные сюда стражники и армия, старающиеся поймать беглых преступников, убить разбойников и хоть немного проредить ряды обитающих здесь монстров. Получалось у них из рук вон плохо…

А когда те или иные куда-либо отправлялись, они всегда соблюдали три главнейших правила:

Первое – не шуметь!

Второе – передвигаться только большими отрядами!

Третье – держать оружие наготове!

Эти три правила соблюдались всегда. Неукоснительно. Ведь это Темный Край. Гиблое здесь место…

Покачивающийся на спине высокого жеребца воин дремал. Руки лежат на луке седла, меж пальцев стальных перчаток зажаты поводья-цепи. Шлем склонился на грудь, плечи опущены. Чрезмерно длинное и очень не подходящее для частого леса оружие приторочено к седельным сумкам – речь о боевом рыцарском копье, даже на неискушенный взгляд выглядящим немыслимо тяжелым. Между всадником и конем много общего – оба полусонны и на обоих просто чрезмерное количество боевого железа. В первую очередь в глаза бросается именно конь.

Жеребец выглядит как мобильная четырехногая крепость. В сталь закованы даже копыта. Болтающийся на бронированном заду прекрасно расчесанный лошадиный хвост выглядит чужеродно, кажется, что его просто приклеили к изогнутой броневой плите. В хвост частой спиралью вплетена тонкая серебряная цепь с шипами на каждом звене. Если такой стегануть по живому – будет очень больно. Если стегнуть по нежити – та возопит и мгновенно развоплотится. А метелка хвоста дли-и-инная… Подковы укрытых сталью копыт представляют собой сложный рунный рисунок, внутри которого вспыхивают разноцветные огоньки. Длинная сегментная конструкция защищает шею и голову жеребца, не оставляя неприкрытым ни дюйма кожи. Во многих местах в лошадиной броне сверкают крупные драгоценные камни трех цветов – красный, желтый и зеленоватый. Несущий на себе не только броню, но и всадника с его вооружением, конь ничуть не выглядит усталым, он спокойно и уверенно шагает вперед, грудью раздвигая океан из палой листвы и мусора.

Всадник…

Широкоплечий детина укрытый тяжелым доспехом ручной работы. Вещь мощная. По вздымающемуся вверх воротнику кирасы видно, что она очень толстая, такую пробить не каждое оружие сможет. Там и сям на доспехе в кажущемся беспорядке натыканы изогнутые углом броневые пластины, куски серебряной и золотой кольчуги. Из редких щелей в броне торчат длинные посеребренные шипы и крюки. Шлем выглядит как клин. Направленное острым концом вперед лезвие топора. Забрало представляет собой вытянутое рыло неведомой твари стиснувшей клиновидную клыкастую пасть.

Всадник из рода «чужеземцев» прибывших сюда из иного мира. Это сразу станет ясно любому, кто увидит мерцающие у сонного рыцаря над головой буквы «Фагнир Некроз».

Одинокий всадник в сумрачном дремучем лесу…. Да еще и дремлет….

Как не воспользоваться шансом?

С высокой ветки бесшумно канула вниз вытянутая грациозная тень, оказавшаяся огромным котом весом под сто килограмм, с дымчатой серой шерстью, острейшими клыками и когтями. Хищник не промахнулся. Он упал точно на круп лошади позади всадника и тут же вцепился лапами в бронированный торс рыцаря, а клыками заскрежетал по не менее защищенной шее. Всадник лениво шелохнулся, поднял левую руку, из прикрытого забрала клиновидного шлема послышался протяжный зевок. Хищный кот утробно зарычал, ударил лапами сильнее, попытался содрать с воина шлем, но тут его за шкирку схватила стальная перчатка и, крепко сдавив шкуры, резко рванула в сторону…

Спустя миг в воздухе сбоку от лошади покачивался поджавший лапы громадный хищник, выглядящий сейчас как нашкодивший котенок.

- Прервать чуткий сон воина усталого дозволено родичам, друзьям, деве прекрасной либо же врагу лютому – пророкотало из шлема – Изыди, тварь голодная.

Взмах руки и хищника отшвырнуло прочь, впечатав спиной в исполинский ствол. Но сильного зверя неудача не отрезвила, и он вновь бросился вперед. В Темном Краю не терпят слабости. Проявишь трусость, побежишь – и в твой загривок тотчас вопьется отравленная стрела или чужие острые когти. Вытянувшегося в высоком прыжке серого кота встретил удар копья.

Столь быстро… Всего за один миг сонный всадник успел поднять оружие?

О нет.

Прежнее копье по-прежнему мерно покачивалось на лошадином боку. В грудь хищника вошло другое оружие, появившееся прямо из воздуха и послушно упавшее в подставленную стальную ладонь рыцаря. Его он и метнул, пробив матерого зверя насквозь и пришпилив к дереву.

Серый хищник издал протяжный рев и растаял в беззвучной вспышке. В гигантском дереве осталось торчать копье, выглядящее как железная зубочистка.

- Сегодня зол я, видят боги – прогрохотал рыцарь, поведя клиновидным шлемом, наведя его острый конец на клубящуюся за ближайшим деревом тьму – Не хочешь коль ты мертвым пасть от моего удара – изыди прочь.

За деревом мелькнула огромная тень, широкоплечая, массивная, в толстую кору вцепилась пятипалая лапища, по земле ударила толстая дубина достигающая двух метров в длину. Неведомый гигант чуть помедлил,… а затем ладонь разжала пальцы и убралась за дерево. Следом утянулась и дубина, оставив в слое листвы глубокую канаву, быстро заполняющуюся древесным мусором. Послышалось глухое и недовольное бормотание, медленно удаляющееся прочь. До слуха рыцаря донеслись затихающие тяжелые шаги.

Бронированный конь под всадником недовольно фыркнул и топнул левым передним копытом. Что-то сдавленно вякнуло. Под лиственным ковром судорожно зашебуршилась неведомая зверушка, дернувшись пару раз и затихнув навсегда.

И вновь рыцарь погрузился в дрему. Медленно брел конь вперед. Прочие встретившиеся им на пути монстры пугливо уступали дорогу грозному всаднику – круто свернула и ушла прочь кабанья семья, возглавляемая седошерстым клыкастым кабаном, поспешно умчались три эльфа лучника, облаченные в лохматую неприметную одежду лесовиков, закопались в листья несколько оборванных разбойников и затихли словно пугливые мыши.

Путь всадника был извилист и долог. Он вел по таким глухим заповедным местам, где не было власти у магии переноса. Сюда было можно попасть только своим ходом, преодолевая опасности, блуждая, обходя толстенные тела упавших деревьев гигантов, пересекая наполненные темной и неприятной на вид стылой водой речушки, проходя засыпанными листвой оврагами, где каждая пядь была населена ядовитыми насекомыми и змеями. Лианы заплели паутиной проходы между деревьями, а поверх них сплели свои тенета волосатые четырехлапые пауки глоуры-птицееды, проклятьем разгневанного светлого божества лишенные четырех задних лап. Теперь их раздутые животы волочились с шелестом по листве, напоминая своим видом раздутые до невозможности бурдюки. Забираясь с огромным трудом на деревья, глоуры закрепляли паутинные плети, а затем оставшимися лапами принимались с ожесточением расчесывать свои раздутые животы, сдирая с них жгучие волоски и пуская их по гуляющему между деревьями ветру. Пауки делали это одновременно, всем гнездом и воздух в этой области Темного Края наполнялся летящей по ветру обжигающей ядовитой смертью – прикосновение к волоску грозило немедленным параличом и смертью. А волосков тысячи… они будто тычинки черного отравленного одуванчика летят по воздуху….

Бронированный всадник даже не поднял головы, когда медленно проехал под сидящими на нижних ветвях глоурами, поблескивающими красными мерзкими глазками. А те поспешно уползли подальше, волоча за собой раздутые и мерзко булькающие бурдюки животов. Высокий жеребец шагал с хрустом – его окованные сталью копыта дробили под листвой многочисленные кости жертв глоуров, забредших сюда случайно и оставшихся здесь навсегда.

Миновав еще одно упавшее дерево, рыцарь потянулся со скрежетом брони и повел шеей, стряхивая с себя сон. Вот оно…

На том месте, где когда-то росло исполинское дерево, остался лишь пень – причем с идеально ровной верхней поверхностью. Отлично сделанный срез, словно немыслимо толстое дерево срезали ножом так же легко и просто, как грибник срезает сыроежку или белый гриб. Если забраться на возвышающийся над землей на пять метров пень, можно увидеть ровную площадку шагов сорок в поперечнике. Прямо посреди древнего пня высилась башня возведенная из обычного на вид серого камня. Высокая и тонкая, она переходила в шпиль поднимающийся еще выше – его верхушка терялась в сумраке среди свисающих вниз десятков лиан.

Здесь рыцарь остановил коня и, ласково потрепав его по забранной железом шее, тяжело спрыгнул на землю, раздавив пару черепов из сотен валяющихся там и сям вокруг пня. С треском коры в огромном обрубке дерева открылись две горизонтальные щели, полыхнувшие тускло зеленым светом. Послышался сиплое ворчание, вокруг вздрогнула земля, показались из листвы толстенные корни облепленные комьями земли.

- Затихни, мерзость! – глухо велел Фагнир и древесное чудовище послушно затихло, хотя превосходило рыцаря в размерах в десятки раз. Вновь сомкнулись щели его глаз, потухло грозное свечение.

Пошарив в седельных сумках, воин извлек наружу три большие клетки со змеями, яростно зашипевшими на своего пленителя. Змеи необычные, разноцветные, среди них не увидишь одинаковую, а знаток тут же заметил бы, что они собраны со всех уголков мира Вальдиры. Из другой сумки появилась на свет связка заполненных жидкостями аптекарских бутылочек. А еще тарелка с пятью большими булочками щедро обсыпанными сахарной крошкой. По угрюмому лесу поплыл запах недавно испеченной сладкой сдобы…

Запах был настолько силен и ароматен, что его не могли не заметить. И с вершины старого живого пня, из-под шпиля каменной башни, послышался восторженный детский голос:

- Мы любим булочки!

Едва слышно хмыкнув, Некроз снова запустил ручищу в седельную сумку, хорошенько порылся там и добыл большущий стеклянный кувшин запотевший от холода, до краев полный прозрачной янтарной жидкостью, в коей мягко бултыхались кусочки фруктов.

- Мы обожаем компот! – с еще большим восторгом пропищали из башни.

- Любит она и обожает – проворчал могучий воин, с трудом удерживая в руках столько различных предметов – Так! А вот это уже нехорошо! А пароль?!

Недовольство конного рыцаря объяснялось просто – по каменной стене башни с легким шумом сползала разматывающаяся веревочная лестница, если таким простым словом можно назвать прекрасную поделку, где каждая ступенька представляла собой отполированную деревяшку из мореного дуба, а веревка скручена из трех линей хищного моллюска гребехрока. Эта лестница выдержит и слона, возникни у него желание карабкаться по раскачивающимся ступенькам.

- Какой пароль? – с детской непосредственностью и удивлением поинтересовались из башни.

- Правильный! – шибче зарычал рыцарь и сделал вид, что хочет убрать булочки и компот обратно в сумку.

- Ой! Ой! Ой! – поспешно завопили из башни, лестница быстро поползла вверх – Я спрошу! Спрошу!

- Ну спрашивай… - приостановился воин.

- Самый лучший зверь на свете?

- Конь!

- Самый лучший друг на свете?

- Конь верный!

- Верно! - лестница вновь поползла вниз, и на этот раз Некроз не стал протестовать.

Медленно ступая, он подошел к замершему громадному пню, ударил закованной в железо ногой по черной разбухшей коре, отдал короткий приказ и мягко взмыл в воздух, поднимаемый вылезшим из земли толстым древесным корнем.

- Компот! Компот! Булочки! Булочки! – веселым стихом лились с вершины башни слова.

- Ишь разбушевалась – снова заворчал воин, недвижимо стоя на корне и полностью игнорируя веревочную лестницу - к чему ступеньки, если есть послушный магический подъемник?

Пожиратель доставил рыцаря до самой цели – до достаточно большого окна с широким каменным подоконником. Свесив ножки вниз, на подоконнике сидела весело улыбающаяся девчушка, одним своим видом могущая довести до истерики любую мамашу из любой страны мира. И было с чего истерить – длинные черные волосы представляли собой если не колтун, то подобие шарообразного птичьего гнезда надетого на голову. Редкие черные пряди спадали на лицо, почти полностью закрывая левый желтый взгляд, но оставляя открытым глаз черный. Лицо чумазое, из волос торчат веточки и соломинки, над правым ухом виднеется жалкое подобие нормальной косички – видимо девочка пыталась заплести косу самостоятельно, но толком не получилось и вообще надоело. Вместо нормального платьица ребенок одет в красные шорты и чересчур большую рубашку завязанную узлом на животе. Воротник рубашки наполовину оторван, правый рукав закатан до плеча, а левый лишь до локтя. На ногах соломенные шлепки, колени настолько покрыты грязью, что можно запросто сажать огурцы и на полном серьезе ожидать урожая. В общем – кошмар. Окажись здесь женщина, она бы немедленно схватила этот чумазый ужас за шкирку и засунула бы в ванну с мыльной водой, после чего взялась бы за мочалку и попыталась отодрать хоть немного грязи.

Рыцарь не стал браться за мочалку, хотя и покачал с едва заметной укоризной головой. Поставив на подоконник блюдо с булочками и кувшин с компотом, спросил:

- А где платья?

- Какие? – вопросило чудо, поспешно хватая горячую булочку.

- Красное.

- Поввалось! – невнятно ответили ему. Еще бы. Какая тут внятность, когда на языке тает сладкая сдоба…

- А серое?

- Поввалось! – с не меньшей уверенностью было произнесено.

- А другие платья?

- Все порвались! Фу! Платья для девчонок!

- Ну-ну… Мама рассердится твоя.

- А где мама? – ребенок оторвался на мгновение от булочки, взглянул на рыцаря с отчетливо различимой надеждой – Придет? Придет? Придет?

- Придет – едва заметно улыбнулся Некроз – Мама тебя любит, Инвазия. Просто сейчас она немного занята.

- Битвами?

- О да. Сейчас твоя мама сражается не покладая рук. Да и мы помогаем ей, чем можем – рыцарь говорил медленно, обращаясь к девочке как к взрослой – Все ради тебя, Инвазия…

- Просто Инва! Ну или Ужасающая Инва!

- Хо... Все ради тебя, Инва. Там – стальной палец воина указал наверх – Там у тебя много врагов, Инва. И сейчас мама сражается с ними не на жизнь, а на смерть.

- Я хочу помочь!

- Ты уже помогаешь – теперь палец воина указал на стоящий у дальней стены стол заставленный загадочными бутылочками, ретортами, колбами, пробирками и горелками. В каждой емкости содержится жидкость или пар, все это булькает, клокочет, пыхает. Промеж алхимического оборудования с шелестом бегают громадные волосатые пауки. В большом стеклянном аквариуме сидят две огненно-красные крохотные жабы важно раздувающие щеки и при выдохе выпускающие в воздух тут же лопающиеся синие газовые пузыри.

- Помогло? Помогло? – подскочила девчушка – Помогли мои напасти-гадости, козни болючие, болезни падучие?

- Помогло! – склонил голову рыцарь – Да еще как! Многие вороги мерзкие погибли в корчах заслуженных, многие пали от болезней тобою созданных! Ты очень сильно помогла маме, Инва. Она гордится тобой!

- Ура! – узнав о том, что помогла смертям многих, девочка радостно рассмеялась, обняла кувшин с компотом и радостно закружилась по большому помещению башни, разбрасывая ногами разбросанные там и сям кости животных, черепа вовсе непонятных созданий. В воздух взмыла чешуя и пыль.

- Я создам еще больше болезней падучих! Да таких, что он них не оправишься, от них не излечишься! – обещал радостно танцующий ребенок – Они все умрут смертью ужасной! Пятнами и язвами покроются, ослепнут и оглохнут, отсохнут у них руки и ноги…

- Хорошо, хорошо – утирая скупую слезу умиления, кивал Некроз – Хорошо. Так с ними с еретиками! Так с ними!

- Выцежу яд змеиный, выдавлю яд паучий, разотру с корнями мухловой заразки, осыплю пылью костяною из могильников древних, вскипячу и окурю кислотным выдохом жабьим… ой!

- Ой? – переспросил вмиг напрягшийся рыцарь – Что такое, Инвазия?

- Что-то не так… рядом с башней кто-то есть… - девочка в восторге прижала ладошки к чумазым щекам – Враги подкрались! Битва грядет! И мы их всех убьем! Да, дядя Некроз?

- Никто не тронет и волоска на твоей голове, Инвазия – с рыком пообещал Некроз, уже успевший развернуться и вскочить на подоконник – Тех, кто осмелится встать у тебя на пути - я превращу в прах, по которому ты пройдешь дальше!

- В прах! В пыль! – поддержал его восторженный детский голосок.

- Мы покажем им силу истинной веры!

- Покажем!

- Я сейчас…

Прыжком вылетев из башни, закованный в сталь рыцарь с грохотом приземлился на макушку исполинского пожирателя, бросил взгляд на спокойно стоящего коня, огляделся мрачные стволы гигантских деревьев вокруг и что есть мочи закричал:

- А ну покажитесь! А ну!

Что-то послышалось ему вверху, он вскинул голову, грозно сверкнул глазами небесам, в его отставленной в сторону перчатке зажглось магическое свечение. Сверху послышался треск ветвей, вниз обрушился водопад из сучков, листьев, веток, обрывков лиан и мерзких насекомых. Однако внимание не тронувшегося с места рыцаря было приковано к крутящемуся среди мусора человеческому телу, что быстро преодолело путь от вершин высоченных деревьев до их подножья и тяжело ударилось о макушку пожирателя, рухнув всего в шаге от Некроза и в двух шагах от башни.

- Ах это ты всего лишь – с явственным разочарованием произнес рыцарь – И поднял же ты шуму зряшного! К чему столь громко появляться, коль ты всего лишь мелкая личинка?

- Некр! Хватит нести чушь! Совсем глубоко занырнул? – завопил едва не померший от падения светловолосый парень игрок, достигший сто семидесятого уровня, с ником Завварон Адский – Какого черта ты не снимаешь полную блокировку?! До тебя не достучаться!

- Не понимаю я речей твоих никчемных – с лязгом передернул рыцарь плечами – Инвазия, малютка, не думай и пугаться. То лишь наш мелкий и несчастный друг, что возомнил себя лесною птахой. Но крыльев не дала ему природа, как отказала и в мозгах.

- Чтоб тебя! – едва не взвыл Завварон, прикладывая ладони к своим бокам и начиная исцеление – Выруби полный блок, Некр! Немедленно! Приказ Гвиневры!

- Не понимаю я о чем ты!

- Мама! Мама Гвиневра! – звонкий детский голосок перекрыл недовольное ворчание боевого рыцаря, что вновь насторожился и начал крутить головой по сторонам. Одновременно с этим Некр отдал приказ и послушный его железной воле пень Пожиратель подхватил послушно замершего коня и начал поднимать его вверх.

- Что-то здесь нечисто! – набычившийся рыцарь казался выходцем из реального средневековья.

- А я тебе про что?! Вырубай полный блок!

- Что там про мою маму? Она придет?

- Гвиневра любящая мать! Она придет к любимой доче! Как только ворогов не станет, как только мерзких недругов мы изничтожим, то сняв доспехи, облачившись в платье бело, придет она к тебе, Инвазия!

- Ура!

- О-о-о… - промычал жалобно Завварон, закрывая светящимися ладонями лицо – Чтоб вас всех… сними блок, Некр! Я крайне интеллигентный человек, но я сейчас сорвусь! Мы до тебя не можем достучаться, а пернатых посланцев перехватили. Пришлось добираться на чем попало, включая в средства передвижения телепортацию, красного дракона, каменное ядро и пинок огра! Эту локу вычислили. Сюда топает немало сил. А наши отстают! Гвиневра сейчас лопнет от бешенства!

- Так с этого и стоило начать! – сверкнул глазами рыцарь, одним махом оказываясь в седле поднятого на макушку исполинского пня коня – Готовься к бою, Завва! С решимостью! С праведным гневом! С пылающей в глазах свирепостью воинствующего праведника!

- О Господи! Не-е-е-е-екр! Просто сними блок!

Завве было с чего кричать – полной блокировкой в Вальдире назывался режим, при котором персонаж получал наибольшую степень погружения в игровой мир. При этом режиме исключались все те сообщения игровой системы, что было можно исключить. А Некроз пошел еще дальше, отключив вообще абсолютно все оповещения. Он не получал от игровой системы ничего. Ни комментария об отравлении, ни сообщения о бонусах или о разыгравшейся непогоде. Вообще ничего он не получал.

Лишь изредка, скрипя зубами, Некроз включал некоторые функции, чтобы посмотреть те или иные статы покупаемого оружия, или же для того, чтобы распределить накопившиеся единицы баллов или выбрать новые умения. В остальное время Вальдира представала для Некроза совершенно реальным волшебным миром, где в темных логовах свирепо рычали драконы, а глухих чащобах визгливо хохотали ведьмы, а в высоких башнях правили миром могущественные волшебники.

И этот мир настолько сильно нравился конному рыцарю Фагниру Некрозу, что он не собирался портить окружающее его волшебство какими-то мелодичными перезвонами сообщающими о новых посланиях или же мерцанием виртуального интерфейса. Нет уж.

Гордо выпрямившись в седле, ударив тыльной стороной громадного копья в макушку Пожирателья, рыцарь Фагнир Некроз с непреодолимой уверенностью заявил:

- Враг не пройдет!

- Все – выдохнул Завва – Нам конец!

- Восстань тварь темная! Пришло время сослужить службу верную! – загрохотал воин, не обращая внимания на причитания Заввы – Восстань и служи!

Ответом стал тяжелый рокот, исполинский пень пошатнулся, дернулся, между деревьев ударили в воздух столбы взметнувшейся земли – там, где темное чудовище высвобождало свои корни. Засвистели гибкие корневища покрытые черной влажной корой, что давно уже умерла и лишь чудом держалась на гниющей древесине. Самые толстые корни ударили в землю, ушли в нее глубже, напряглись… и громада Пожирателя начала вздыматься, оторвав гниющее брюхо от земли. Во все стороны порскнули гигантские мокрицы, желеобразные ядовитые создания и стрекочущие жуки с зазубренными жвалами.

- Быть может в этот раз удастся нам познать отраду боя! Быть может в этот раз появится достойный враг! – кричал в голос Некроз.

- Мы их всех убьем! – поддерживала его криком маленькая девчушка в красных шортах и старой серой рубашке, приплясывающая на подоконнике окна башни и воинственно потрясая кулачками, в каждом из которых было зажато по колбе, содержащих неведомую мутную жидкость – Я Инва Ужасающая! Дочь Гвиневры Великой! Я нашлю на вас бубонную чуму! Костную гниль! Корчи адские! Язвы кислотные! Вы все познаете мой гнев!

- Во бардак… - пробормотал Завва, стараясь не вслушиваться и лихорадочно строча сообщения – Во бардак!

- Не бормочи! – гневно толкнул рыцарь носком сапога прибывшего посланца – Восстань на бой!

- Некр! Я тебе сейчас восстану! Я тебе устрою! – заорал в ответ парень – Контролируй периметр! И дай мне описать ситуацию!

- Хило и малодушно нынешнее племя – скорбно заметил рыцарь, после чего коротко размахнулся и с чудовищной силой отправил в полет копье, усвистевшее во тьму между деревьев.

Спустя миг раздался глухой яростный рев, оповещающий, что копье нашло свое цель.

- Мерзкая еретичная живучая тварь – выдохнул с ненавистью вздевший руку Некроз. Воздух над его головой замерцал, полыхнул вспышкой, в бронированную ладонь рыцаря мягко упало появившееся из воздуха копье – Прими наказанье свое! Пади на колени греховные, тварь!

Бросок! Распарываемый широким наконечником копья воздух загудел, пропуская через себя стремительно мчащийся предмет. Удар! Звук столкновения ознаменовался отрывистым хрустом и жалобным стоном, а так же встревоженными криками. Словно невидимый великан сорвал магическую пелену и как на ладони появились те самые «вороги поганые», что подступали к заветной башне.

На переднем фоне медленно заваливался на землю огромнейший зверь, что походил на помесь черепахи с удавом – толстое и длинное змеиное тело в пяти местах прикрыто буграми костяных панцирей. Словно пять черепашек решили прокатиться на змее. На каждом из панцирей закреплены рукотворные площадки из железа и дерева, окруженные навешенными на перила воинскими щитами, защищающих засевших там лучников и магов. На плоской змеиной голове размером с трамвай размещен шестой панцирь, но на этот раз он выполнен словно бы их зеленоватого светящегося хрусталя. Однако гигантский кристалл уже не светился – покрывшись глубокими трещинами, он медленно затухал, в его глубоко пробитом боку засело брошенное Некрозом копье. Сама змея была жива, но уничтожение кристалла явно ввело ее в оглушение на некоторое время. Именно кристалл скрывал магической прячущей пеленой большую часть подкравшегося к башне вражеского отряда.

Кроме этих врагов в округе пока никого…

Передовой отряд. И понятно, почему они оказались здесь первыми – громадному, но ловкому и легко изгибающемуся змею легко передвигаться по древнему лесу. Ведь сам змей водится во влажных джунглях и эльфийских лесах на юге. Его название – шактир. Змей чудовище, хищный и прожорливый, хорошо защищенный и не имеющийся естественных врагов в своем влажном лесном царстве у Южного побережья, далеко к западу от Акальроума. С помощью вооруженных пассажиров шактир легко справился с опасностями Темного Края – хищными тварями могшими на него напасть.

- Какие смельчаки! – с явной издевкой проревел Некроз врагам, выхватывая из воздуха новое копье – Глупцы!

- Глупцы! – поддержал детский радостный голосок, в котором неожиданно зазвучали весьма кровожадные нотки – Дядя Некр! Дядя Некр! Я хочу эту змею! Большую змею хочу! Она станет моей! Я люблю змей, ты же знаешь, что я очень сильно люблю змей! И люблю змей и люблю болезни!

- Змею? – переспросил замахнувшийся рыцарь – Я постараюсь, Инва. Приготовь-ка те пузырьки, что ты давала мне в прошлый раз.

- Да! Сейчас! – чумазая девчонка соскочила с подоконника и исчезла внутри башни. Послышался звон бьющегося стекла, из окна вырвался клуб багрового дыма.

- К чему тут столько было крику? – с недоумением спросил рыцарь у Заввы, прижавшего окутавшиеся черно-багровым свечением руки к макушке Пожирателя – Мы справимся и сами. Лишь жаль копье марать о рожи смрадны!

- У-у-у… - тихо провыл явно взбешенный Завва – Некр! Некр! Слушай! Лучше не мешай! Бей их! А я взял на себя прямой контроль пнем.

- Веди тварь в наступление!

- Надо бежать!

- Я сказал – лицо Фагнира Некроза исказилось в яростной гримасе, и он навис над Заввой как прибрежный утес над песчаной кучей – Я сказал – веди тварь на врага! Мы уничтожим их! Сметем еретиков! Очистим добрый лес от мерзких наглецов!

- Ладно! – взорвался Завва, понявший, что Некр не отступится – Чертов фанатик! Я тебе припомню! А Гвиневра нас съест вместе с гов…

- Ц-ц-ц! – к губам Заввы легонько припечаталось бронированное копыто боевого коня – Не вздумай при ребенке извергать подобные слова!

- Кого и что там съест моя мама Гвиневра?

Девочке не ответили. Ибо громадный змей шактир зашевелился, очнулся от забытья, тем более что ему наконец вырвали копье из головного кристалла. Причем выдернуть пытались три раза и лишь последняя попытка удалась – предыдущие два смельчака погибли от разящих страшных бросков конного рыцаря, который не промахнулся несмотря на расползшиеся по лесу клубы красного и черного дыма.

Шактир приподнял плоскую хищную голову, узкие глаза зажглись желтым светом, сфокусировавшись на гигантском темном Пожирателе, что как раз шагнул вперед, повинуясь жесткой воле Заввы, мага со специфичными умениями.

- И я хочу в бой! И я! И я!

- И где шлем твой, Инва? – с радостным рыком вопросил Некроз – Где тот рогатый гордый шлем, что подарил тебе я? Хватай его – и прыгай вниз! Я подхвачу, и ринемся мы в бой, сметая ворогов с пути!

- Ты совсем обалдел, придурок? – Завва заорал так громко и так жалобно, что окажись здесь кто из комиссии по присуждению Оскара, ему бы немедленно вручили золотую статуэтку за роль трагичного второстепенного героя, делающего все возможное, чтобы хоть чуть-чуть вразумить безумного рыцаря.

- Яхх-ххахаха! – Инвазия прыгнула прямо из окна, угодив точно в подставленные руки рыцаря. Ее голову скрыл блестящий черной полировкой трехрогий шлем, странно смотревшийся вместе со старой рубашкой, красными шортами и соломенными шлепками.

- Я покажу тебе смерть врагов – пообещал Некроз, выхватывая из воздуха новое копье – Мы промчимся сквозь их ряды как пылающая десница справедливости! Мы познаем вкус их агонии!

- Познаем! Познаем! – кровожадные нотки в голосе девочки усилились стократно, в смотровых щелях трехрогого шлема полыхнул багровый свет с золотыми искорками – Познаем их агонию! Возьмите это! И выпейте!

Рыцарь принял из рук девчушки склянку с клокочущей бурой жидкостью и без малейшего промедления проглотил содержимое. Завва последовал его примеру. Они прекрасно знали, что иначе их ждет быстрая гибель – болезни Инвы с каждым днем становились ужасней. Действовали все быстрее и эффективней.

Со скрипом и грохотом пень пожиратель сделал очередной шаг. Громадный змей шактир окончательно выправился и с грозным шипением пополз навстречу врагу. Еще несколько мгновений и в воздухе засвистели многочисленные стрелы и магические разряды, направленные на пожирателя и стоящих на нем троих смельчаков, если не считать коня.

- Вот дьявол! – выкрикнул Завва – Берегись!

Вокруг него вспыхнул «купол отрицания», еще через секунду в него ударило несколько десятков стрел и три разорвавшихся огненных шара. Взревел пожиратель, принявший своей черной гнилой древесиной большую часть повреждений – как туловом, так и корнями, часть из которых он поднял и сомкнул в виде стены перед сидящими на бронированном коне рыцарем и ребенком.

- Вот это жизнь! Вот это схватка! – обрадованно завопил Некроз и вместе с ним завопила Инвазия – Завва! Готовься! По моему сигналу ты уберешь заслон!

- Надо уходить! Бежать!

- От кого? От горстки презренных сарацинов? От никчемных трусов? Ни в жизнь!

- Ни в жизнь! – поддержала его и Инва – Мы должны их всех убить! Убить! Убить! Обязательно убить!

Удар! Треск, шипение, грохот, крики, вопли – все смешалось в момент, когда две громадные твари столкнулись под пологом древнего леса. Во все стороны полетели ошметки коры и чешуя. Вокруг шактира сомкнулись корни-щупальца, а сам змей начал оборачиваться вокруг пожирателя, беря его в убийственный кольцевой захват. При этом площадки поверх панцирей шактира так же приближались к пню, что позволило стрелкам бить в упор. И они не пожалели огненных стрел – за пару секунд на пожирателя обрушился яростный пылающий ливень, затопившийся его злобным прожорливым огнем. Затрещала воспламенившаяся древесина. Пень полыхнул, уподобившись еще бьющемуся мертвецу отправленному на огненное погребение.

Пожиратель закричал… вибрирующе и протяжно, наполнив Темный Край жалобным эхом, от звука которого тревожно закачались старые многовековые деревья, узнавшие в крике темной твари голос своего давно умершего товарища… А деревья в древнему лесу опасны… они неподвижны лишь до поры до времени, а на самом же деле лишь спят и лениво сосут соки из земли. Но коли они вдруг оживут… Но сейчас мало кто думал о таящейся в старых деревьях опасности. Внимание гостей Темного Края было сосредоточено совсем на другом.

- Да мы горим! Да мы пылаем! – взревел в полном восторге Некроз – И едкий дым нам в глотки лезет! Сама война пришла за нами и принесла пожар с собой! Вот этот день мне кажется прекрасным! Завва! Убрать заслон!

- Чтоб тебя! – поник маг и его руки окутались черным дымом.

Сплетенная из обугленных и тлеющих корней стена разошлась в стороны. Не успели враги радостно закричать, как свозь брешь прорвался гигантский конь с грозным всадником, пред которым сидело странное создание в трехрогом шлеме, держащее в руках целую гирлянду пузырьков. Не промедлив и мига, боевой конь прыгнул вперед, с легкостью преодолев разделяющее пень и шактира расстояние в несколько метров.

К ужасу седоков шактира всадник оказался прямо на спине змея!

И словно таран рванулся вперед, молотя бронированными копытами по чешуйчатой спине.

Первую площадку, заполненную магами, конь пролетел мгновенно, благо два брошенных копья разбили навешенные щиты, открыв скакуну дорогу. Кого-то смяло лошадиной грудью и копытами, но большинству удалось уцелеть, они остались позади, когда всадник промчался дальше. Однако радовались они недолго – на дне площадки быстро растекалась и курилась цветным паром большая лужа.

- Что за? – удивленно спросил один из игроков, глядя, как его ладони покрываются густой белой шерстью.

- Черт! Уходим! – закричал кто-то еще, переваливаясь через перила и летя вниз. Глупец – от болезни «снежное лихо» так просто не убежишь, она уже успела глубоко запустить коготки в твою трусливую цифровую душу. И вскоре накроет тебя белой шерстью целиком.

Конный рыцарь продолжал мчаться по спине шактира, причем Некроз без устали призывал все новые копья, вонзая и вонзая их словно адский частокол глубоко в змеиную спину. Пришла очередь кричать шактиру… яростное шипение слилось с вибрирующим ревом пожирателя, обе гигантские твари судорожно тряслись. Летели к земле дымящиеся щепки и сорванная покореженная чешуя. В воздухе звенел ликующий детский смех, едва слышно раздавался звон тонкого бьющегося стекла. Клубы ядовитого дыма, будто живые и разумные существа, стремились расползтись в стороны и схватить в страшные объятия как можно больше жертв. При каждом прикосновении рождалась новая болезнь – она мгновенно вонзала цепкие коготки в тело несчастного. Некоторым заболевшим посчастливилось – безумный конный рыцарь убил их до того, как они успели воочию лицезреть ужасные метаморфозы собственного тела. Другим так не посчастливилось.

Шерсть возникла там, где должна быть обнаженная кожа. И наоборот – внезапная плешивость привела в уныние обладателей роскошных чубов и челок. Пальцы слиплись вместе. Или вовсе сжались в кулак – и попробуй разожми! А о том чтобы спустить стрелу с тетивы или же взять в руку меч не могло быть и речи – до тех пор, пока не выздоровеешь. Все больше кричащих, рычащих и воющих тел летело вниз со спины судорожно трясущегося шактира, чей уровень жизни стремительно летел к нулю.

- Трусливые мерзкие твари! – кричал рыцарь Некроз, щедро раздавая удары и пинки – Никчемные темные порождения посмевшие посягнуть на святое! Вы все умрете здесь! Не суждено вернуться вам домой! Не суждено обнять жен и мужей! Я очищу вас от скверны! Освобожу ваши грешные души из гниющих заживо тел! И они воспарят! Воспарят к небесам на высший суд!

Полубезумный рык бронированного берсерка пронял многих. Некоторые игроки впечатлились настолько, что предпочли избежать столкновения с этим воющим и орущим двуногим зверем, похожим на выходца из ада, обещающего всем лютую смерь и посмертные муки. Ведь он такой же как они – игрок! – и при этом он совсем другой. Какой-то более… н а с т о я щ и й…

С длинным тоскливым воем прочь убегал тот, кто совсем недавно был «местным» стрелком наемником. Это был средних лет светловолосый эльф с синими глазами, белозубой улыбкой и стройным телосложением. Сейчас под пологом крон древних деревьев с диким воем и рыком бежало нечто ужасное, более всего похожее на трехметровую мускулистую гориллу с чудовищными клыками, пылающими синим огнем глазами, всю обросшую густой зеленой шерстью. Это уже не разумный. Это воющий дикий зверь несущийся прочь со скоростью скачущего во весь опор породистого жеребца. Никто не успел, да и не хотел останавливать превратившегося в больного зверя эльфа – тот скрылся среди высоченных деревьев и пропал бесследно. Вскоре его удаляющийся рык сместился выше – обезумевший наемник начал карабкаться по стволам, перепрыгивать с ветви на ветвь, цепляться за сучья и лианы.

Шипящий шактир разжал объятия и вялыми кольцами рухнул оземь. Гигантский бронированный змей издыхал. В его теле торчало множество копий. Со стуком копыт боевой конь слетел с тела змея и поскакал вокруг бьющейся туши, сбивая с ног разбегающихся врагов, втаптывая их в палую листву, где за них с голодной радостью принимались скрывающиеся там местные обитатели.

Припавший к телу Пожирателя маг Завва сосредоточился на контроле ужасного монстра. Изъеденный гнилью древний оживший пень тяжело развернулся, ударил корням по земле, качнулся и шагнул вперед, двигаясь на северо-восток, туда, где за деревьями, на расстоянии многих-многих лиг, высился мрачный горный хребет.

Пожиратель шагал медленно – ему было тяжело пробираться в тесном частоколе деревьев. Установленная на его вершине каменная башня медленно покачивалась. Часто звенели стукающиеся на столах алхимические бутыли, пробирки, реторты и прочие склянки. Некоторые слетели вниз и разбились. Из окна башни потянулся разноцветный дым, причудливо смешивающийся и постоянно меняющий цвета. За идущим вперед громадным пнем тянулся дымный цветной шлейф, исходящий из вершины каменной башни.

Там, в верхнем помещении, затряслись в страшных корчах запертые в клетках различные существа, кого коснулся расплывшийся по комнате болезнетворный загадочный дым. Затрещали прочные клетки. Прутья начали выгибаться, выскакивать из гнезд и ломаться. В своих узилищах запрыгали и зарычали неведомые звери, порожденные загадочными болезнями. Многие из освободившихся страшил сцепились в беспощадной схватке с себе подобными. Прочие же предпочли свободу – из дымящегося окна башни с визгом, рыком и воем посыпались столь необычные монстры, что любой был бы озадачен, попытайся он определить их вид.

Разве может существовать змея с гребнем акулы на спине? Слишком уж нелепое существо, оно и двигаться то не должно – но змея с плавником скользила легко и плавно, вмиг спустившись по отвесной стене башни.

А бывает ли птица выглядящая как раздутый морской еж с орлиными крыльями?

А это просто изуродованный слим – студенистый полупрозрачный комок слизи шлепнувшийся на растрескавшуюся макушку пня Пожирателя у самого подножия башни и мгновенно скользнувший в одну из глубоких трещин в гнилом дереве. Мутировавшийся слим оставил за собой едко дымящийся глубокий след, напоминающий широкий желоб проеденный какой-то кислотой. Оживший темный пень яростно заревел – внутри него поселился кислотный паразит, принявшийся испарять гнилую древесину и медленно продвигающийся к самому сердцу Пожирателя.

Управляющий гигантским пнем маг Завва выругался еще яростней – он все видел, ведь страшный слим бурого цвета проскользнул в трещину всего в паре шагов от лежащего игрока. Выпестованное девчонкой оружие невольно ударило по союзникам.

- Хватай змея! – закричал грозно Некроз, продолжающий бойню вокруг их мобильной деревянной крепости.

У мага не осталось сил даже на ругань. Он лишь обреченно поник головой и отдал приказ монстру. Пожиратель стремительно вытянул пару толстых сучковатых корневищ-щупалец, вцепился ими в шипящего на земле змея, обвившись вокруг его туловища и резко дернув на себя. Шактир безвольно обвис в мощной хватке. Его передавленное горло не издавало больше ни звука. Змеиное тело поволочилось следом за гигантским пнем, уходящим вглубь Темного Края.

Конный рыцарь закончил избиение кричащих игроков пораженных болезнями. Это не составило особого труда. Разве что на броне лошадиной и рыцарской появились новые выбоины и подпалины. Да и запас копий существенно пострадал. Развернув боевого коня, Некроз поскакал следом за удаляющимся прочь Пожирателем, не обращая внимания на раздающиеся из-под листвы возгласы чудом уцелевших игроков, сражающихся там с местным поганым зверьем. Их схватка продолжалась и стала еще ожесточеннее – на шум прибыло немало голодных местных обитателей, обрадованных столь громким призывом к обеду или грабежу. Преследователи стали беглецами.

Тем паче конный рыцарь не обратил ни малейшего внимания на грозно скользящий с шелестом по растительному ковру большой акулий плавник – полное впечатление, что в Темный Край заплыла гигантская голодная акула. Плавник медленно скользил в сторону бегущего навстречу мага, пытающегося догнать удаляющегося Некроза и достать его боевой магий. Но не получилось – едва маг поравнялся с плавником, как раздалось злое шипение, игрок бухнулся на растительный ковер и скрылся в его глубине. Пару раз взлетели вверх фонтаны палой листвы, высунулись хватающие воздух руки, и снова все затихло, а толстенный слой листьев медленно выровнялся сам собой.

Передовой отряд противника был полностью разгромлен – причем разгромлен бесславно, проиграв вчистую, проиграв позорно и обзаведясь множеством страшных болезней. Кошмарней такого проигрыша не сыскать.

Но это еще не конец сражения! Нападающие еще не сдались. Пусть первая сшибка оказалась не в их пользу, но ничего страшного – их главные силы еще даже не вступили в бой.

Позади, за спиной удаляющегося Пожирателя, на расстоянии в милю, тяжело двигалось несколько зверей гигантов, на чьих спинах покачивались воины и маги жаждущие вступить в бой. Их было много. Не меньше сотни игроков и умелых наемников «местных». И двигались они куда быстрее, чем темный оживший пень волочащий за собой многотонного змея шактира. А за этим отрядом двигалось что-то еще – скрытое густым сумраком, топочущее и рокочущее, идущее к цели столь же неотвратимо как природное бедствие.

- Подмога еще нескоро! – крикнул привставший Завва, спешно выпивая несколько пузырьков маны – Некр! Я бросаю шактира! Он нас тормозит – прямо как опущенный якорь!

- Нет! – громовой рык рыцаря не терпел возражения – Не сейчас!

- Не сейчас?! Нас уйма злых рыл догоняет! И догоняет быстро! Бросаем его! А следом бросаем и меня с пожирателем – а сам вместе с Инвазией уходи на коне. Я их задержу сколько смогу!

- К чему такой никчемный план? – поразился Некроз, сквозь смотровые щели шлема глядя на Завву с глубоким состраданием. Так же смотрела и сидящая перед рыцарем девчонка.

- Это не мой план! Приказ Гвиневры!

- Сколь долго будешь ты за юбку ее держаться? Сколь долго?!

- Обалдел?! Она лидер клана! Глава! Ты, между прочим, ей подчиняться должен, так же как и я!

- Опомнись! Приди в себя… Мельчает племя мужское.

- Держи свой сексизм при себе! Бросаю змея!

- Не вздумай! И внемли мне, о трус ты мерзкий!

- Я тебе в бубен щас дам! Сдохну – но дам! Танк ходячий! Выныривай из Вальдиры! А не то окончательно спятишь!

- Слушай! Мы поступим иначе! Мы поступим мудро – как и должны поступать могучие мужи, давно уже не держащиеся за женскую юбку.

- А у меня юбки нет! – гордо произнесла Инва, указывая на свои потрепанные шорты.

- Нашла чем гордиться! – буркнул Завва, следя за тем, чтобы Пожиратель не врезался в древнего древесного великана на своем пути.

- А я женщина? Ведь юбки у меня нет…

- Какая же ты женщина? – удивился Некроз, ласково проводя бронированной пятерней по спутанным волосам ребенка – Ты богиня!

- Ура-а-а-а! Я не женщина! Я боги-и-и-иня!

- Мы поступим так, Завва – рыцарь резко посерьезнел, прислушиваясь к доносящимся крикам, пришедшим с тыла – Сейчас Инва поработает над шактиром. Поработает на ходу, но серьезно. Напоит его всем, что есть из болезней, который не трогают разум, а лишь подчиняют зверя нам и меняют его тело. Пусть уродливо меняют, это не суть. Слышишь, Инва?

- Слышу! – закивала головой девчонка, спешно роясь в большой старой сумке на ремне, висящей у нее на плече. Многие кланы Вальдиры отдали бы многое, чтобы заполучить эту потрепанную невзрачную сумку из старой буйволиной кожи…

- Потом ты – продолжил Фагнир Некроз – Потом ты отпустишь Пожирателя. Вновь прикажешь мерзкой твари перейти под мой контроль словесный. А сам прыгнешь верхом на измененного шактира и направишь его в атаку на вражеские силы. И будешь косить ты сарацинов словно пшеницу в поле! Будешь наслаждаться их воплями и корчами! Ты будешь будто агнец господень оседлавший ужасного демона! Ниспошлешь ты кары очистительные на головы вражеские!

- Але! Але! Приди в себя! Я тебя понял, хватит мне ужасы библейские рассказывать! Хм… в этом есть смысл…

- В этом есть твоя судьба, о трусливый Завва, боящийся гнева Гвиневры…

- Кх-х-х-х…!!!

- Инва, готова?

- Готова! Но…

- Но?

- Я хотела оставить большую змею себе! Инва любит змей! Очень любит змей! И хочет, чтобы все змеи поклонялись ей! И только ей! Не хочу отпускать шактира…

- Скоро я подарю тебе трех маленьких шактиров – пообещал конный рыцарь – Самых зубастых и самых ужасных!

- Правда?!

- Правда – с абсолютной уверенностью припечатал Некроз – И ты сможешь сама вырастить их.

- Ура! Тогда я согласна!

- Отлично. Готовь же свои болезни, о Инвазия Ужасающая, наша будущая великая богиня! Напои болезнями сего шактира, дабы воспрял он, дабы стал он ужасней, дабы подчинился он воле нашей. И направим мы его на врагов наших… На беду им – во славу тебе!

- На беду им – во славу мне! – повторила девчонка, вскакивая на ноги и держась за закованное в броню плечо рыцаря – На беду им – во славу мне!

- На беду им – во славу тебе! – поспешно произнес и Завварон Адский, заметивший, как задумчиво скользнули по нему разноцветные глаза будущей богини…

Вскоре позади тлетворного Пожирателя на земле забилось нечто исполинское и ужасное, ничем больше не напоминающее грациозного змея шактира. Насквозь больная и изуродованная тварь уже не шипела, а рычала, ее защитные панцири трансформировались в огромные багровые опухоли, дрожащие всей поверхностью от переполняющей их гнилостной жидкости. Попади стрела – и опухоль лопнет как надутый гнойник, разметывая во все стороны липкую заразную жижу. Из множества тонких дыхалец идущих по всему телу исходил едкий пар несущий болезнь и слабость. Плоская голова в бесновании билась о землю, заплывшие слепые глаза таращились в пустоту.

- Долго я его под контролем не удержу! – предупредил Завва, с опаской вскакивая на шею ужасного чешуйчатого скакуна.

- Сделай все возможное – усмехнулся Некроз, который вновь стоял на макушке Пожирателя, равно как и его конь, на чьем крупе восседала гордо подбоченившаяся Инва, любующаяся делом рук своих.

- Зарази их всех, мой верный воин Завварон Адский! – зазвенела голоском будущая богиня, вскидывая руку в прощальном напутствии – Ворвись в самую гущу врагов и сокруши их! Положи жизнь свою ради меня! На беду им – во славу мне!

- На беду им – во славу тебе! – прогрохотал рыцарь.

- На беду им – во славу тебе! – послушно повторил Завва и приглушенно пробормотал – Некр, чтоб тебе! Ты и богине мозги забил своими бреднями!

- Скачи же во весь опор! Враг уже близко! – прорычал Некроз и, круто развернувшись, пошел к каменной башне, по пути раздавив ползущего куда-то мохнатого оранжевого ужа.

Пожиратель так же пришел в движение. Тяжело ступая корнями, он поволочил многотонную тушу в лесные дебри, неся на себе башню приютившую будущую богиню. Из окна башни по-прежнему валил густой болезнетворный дым, разносясь по Темному Краю. Он успел достичь многих местных обитателей, наполнив их тела уродствами, а разум кровожадной яростью. Древний лес наполнился звуками ожесточенных беспощадных схваток. Кошмарный пень шагал вперед, в то время как за ним все пространство превращалось в безумное поле боя.

- Куда вы идете? – успел спросить маг Завва, вцепившийся в ставшую мягкой и слизистой чешую шактира – Она спросит. Сам знаешь.

- Гвиневра любопытна. На то она и женщина – прогрохотал рыцарь – Скажи ей так – мы идем к Соцветию Кошмара!

- Понял! - крикнул в ответ игрок и его ладони засветились, посылая в тело изменившегося змея жесткий приказ.

Трясущееся создание ударило хвостом по дереву, извернулось всем телом и рванулось вперед, словно живая торпеда, несясь навстречу приближающемуся врагу.

Замедлить противника любой ценой!

Дать еще не вошедшей в силу девчонке спастись!

На беду им – во славу Инвы Ужасающей!

- Соцветие Кошмара – покачал головой всадник оседлавший чешуйчатый апокалипсис с именем Шактир Гнойный – Нашли же куда сунуться. Хотя может и правильно… кто такое сможет предугадать? Это же самоубийство…

Они не боялись называть место назначения, ибо вслух произносились лишь кодовые обозначения. На картах не найти такого места как Соцветие Кошмара. Это название придумано в клане Золотых Храмовников. Только особо приближенные знают, что эти кодом обозначено место на севере леса Темный Край, там, где земля покрыта каменными гребнями торчащими между деревьями причудливым узором. А в самом центре этой местности находилось очень старое поселение лесных великанов, уродливых и вечно голодных монстров. И вот поблизости от того места и остановится Пожиратель в следующий раз, там и спрячет он в землю корни, там и застынет под прикрытием древних деревьев. Там и станет жить веселая и злая девочка Инвазия Ужасающая, растущая не по дням, а по часам…

Поднимаясь на услужливом корне к окну башни, Инва взглянула вниз, на макушку Пожирателя. Она смотрела туда, где на дне одной из глубоких трещин, внутри тела темного пня притаился исковерканный болезнью громадный бурый слизень, курящийся едким кислотным дымом и оставляющий повсюду густую слизь медленно разъедающую древесину. Над пнем поднимался слабый буроватый дым.

В монстре затаился монстр… как восхитительно двусмысленно….

Взглянув последний раз на гнездилище бурого кислотного слима, Инва отвернулась и стала смотреть на окно башни – а вдруг кувшин с компотом и булочки уцелели?

Инва любит булочки! И компот тоже!

Узбекистан. Зарафшан. 2016

От автора: последующие события после описанных в этой истории не остались совершенно неизвестными – в романе ГКН-8 можно найти упоминание о громадном пне, каменной башне, мрачном рыцаре и Инве Ужасающей.

Окончание сих событий и приключений можно прочесть в рассказе Соцветие Кошмаров – еще одном бонусном рассказе.

Content

Дем Михайлов
Башня Инвы