Грон Ольга

Нет права жить, нет права умирать

Ольга Грон

Нет права жить, нет права умирать

Пролог

Наша жизнь как лабиринт. Он имеет свои входы и выходы. А остальная часть это запутанные бесконечные коридоры и хитросплетение ходов. Можно стать на верный путь. И тогда свет выхода уже виден вдали, остается лишь дойти. А можно зайти в тупик. И тогда придется разворачиваться и вновь возвращаться на исходную позицию, если хватит для этого сил и терпения. А можно идти путем, который будет бесконечно водить по своим запутанным коридорам, тая в себе всевозможные преграды и опасности. И как дойти до конца и не сдаться, и не упасть? Иначе можно навечно застрять в этом лабиринте, хотя выход, казалось бы, совсем близко. Или он и есть рядом, стоит только свернуть в нужном месте и больше не сбиваться с верного курса…

Вся эта история началась задолго до того момента, когда война Эймара и Ар-магора привела к тому, что два мира навсегда остались заклятыми врагами. Воевали не сами миры, конечно, и не их обитатели. Как и все войны, что происходили во всём, далёком от нашей Метагалактики, невообразимом пространстве, включающем те самые миры, войны начинали те, кто был при власти. Вот только расплачиваться приходилось существам, что обитали в невообразимых человеческому сознанию мирах. Одними из таких миров и являлись Ар-магор и Эймар, что располагались, так сказать, по соседству, если только можно назвать этим словом. Но обитали в них не люди. Точнее не совсем люди. И если приблизиться к нашему пониманию всяких мифологических существ, то ближе всего к ним были демоны, вот только там они назывались несколько по-иному.

Правящие династии их насчитывали тысячи предков, крови которых уходили далеко вглубь времён. Алистеры, что тысячелетиями управляли Эймаром, имели невообразимую силу за счёт артефакта, что передавался из поколения в поколение, а представлял он из себя небольшой прозрачный полумесяц, чуть голубоватый на вид и идеально гладкий на ощупь. И назывался он просто, Фор. Его невозможно было разрушить, уничтожить или обратить против себя, настолько прочен был этот полумесяц, но воспользовавшись его свойствами император мог разрушить хоть весь мир, хотя этого было делать нельзя. Потому как если поступить неосторожно и задеть ту самую, Грань, что ведёт в бесконечный вакуум и тьму Междомирья, то начнётся цепная реакция, что уничтожит всё, не оставив места ничему живому. Но при разумном использовании Фор мог нанести огромные разрушения и блокировать силы противника, не задевая Грани, и его присутствие в Эймаре домокловым мечом висело над Ар-магором, не оставляя покоя императорской семье.

Тысячелетиями лучшие маги Ар-магора бились над тайной Фора, но ничего не могли поделать с его силой. Уж слишком много тайн было за этим отшлифованным куском неизвестного науке вещества, слишком неподвластна была эта мощь и бесконечна сила. И чего только не пробовали, но разгадать секрета Эймара не могли. Но пришёл день, когда Cамайон Лемерт, великий придворный маг императрицы Кителлы вел Деолен сделал открытие, за которым последовал новый этап в отношениях этих миров. Они не смогли полностью лишить Алистеров силы Фора, но идея, как ограничить его возможности, воплотилась в жизнь. И началась война, которую тяжело представить нам. Это была не совсем война оружия, или машин. Нет, это была война магических сил, противостояние магии и огня, противодействие высших, что привело к страшным разрушительным последствиям.

Фор всё ещё защищал Эймар, но силы были на исходе. И тогда Кителла вэл Деолен наложила заклятье на артефакт. И настал судный день, и была великая битва, погрузив Эймар во тьму времён. А заклятье, что было наложено на Фор, невозможно было снять просто так, существовал лишь один способ избавиться от него, только одна вещь могла снять эти ограничения, и что это было никто не знал, кроме самой императрицы. В момент, когда битва была почти на исходе, и свершилось великое противостояние, Фор исчез. Не потерялся, просто испарился, растворился. Или его последний владелец своей силой забросил Фор туда, где ещё не был никто из тех существ, дабы спасти его от посягательств сошедшей с ума императрицы, задумавшей уничтожить всё на своём пути. А старший сын убитого в той битве императора Клайстена фом Алистера, Дэнмириан, что встал на пути Кителлы, силой императрицы был заброшен далеко от своего дома, в другой мир, тюрьму, из которой не было выхода. И так бы всё и случилось, как хотела она, но Кителла не знала той вещи, что Фор сам стремится к своему хозяину, и даже Грань не преграда для него.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Как быстро закончилось лето, будто его и не было. Казалось бы, ждёшь его, ждёшь целый год, считаешь дни до него, отмечая в календаре, как будто от этого время начнёт бежать быстрее, но от этого дни лишь тянутся, и не знаешь, когда всё это закончится. А потом раз – и оно наступает. Наступает резко, так что даже не успеваешь опомниться, бьёт обухом по голове своей свободой от бесконечных уроков, никому не нужных секций, нравоучений мамы и всей прочей белиберды. А потом время резко ускоряется, и все оставшиеся дни пролетают один за другим, торопливо исчезая в бессмысленном времяпрепровождении.

Это лето, правда, не было таким скучным. Первый раз в жизни мне предоставили хоть малую толику свободы и не загнали как обычно в деревню, где живёт моя бабушка. Это вовсе не значит, что я её не люблю. Напротив, она одна из немногих по-настоящему дорогих мне людей, а не те предатели, что меня везде окружают. Этим летом я смогла насладиться покоем и тишиной, оставшись дома одна, и посвятила себя книгам. Я читала с раннего детства, ещё с тех пор, как меня научила бабушка, а мне тогда было всего-то года четыре. С тех пор я перелопатила весь тот скудный запас книг, что остался в нашей квартире, потому как большую часть моя мама вывезла под предлогом того, что они мешают ей и лишь собирают пыль. Раньше их покупал отец, но он давно развёлся с моей матерью, оставив ей квартиру, и убрался восвояси, женившись на другой женщине.

Но зато недалеко от моего дома открылась, точнее переехала, новая библиотека, в которой я летом была одним их немногих посетителей. Покупать новые книги не позволял мой скромный бюджет, а мать не интересовалась моими желаниями, увлёкшись очередным в её жизни мужчиной. Я читала всё, начиная от женских детективных романов, и заканчивая научной фантастикой, удивляя пожилую женщину-библиотекаря, которая узнавала меня сразу, как только я входила, скрипя входной дверью, в которой наверное никто и никогда не смазывал петли. Конечно же, читала и электронные, но сидеть перед монитором несколько напрягало, а на электронную книгу я никак не могла раскрутить мать, поскольку она считала её лишним и никому не нужным гаджетом.

И пока все мои знакомые девчонки загорали на пляже, летали с родителями на курорты в Болгарию, Турцию и другие неведомые мне места, тусовались в различных местах, я сидела в парке на одной и той же зелёной скамейке, углубившись в свои истории, и проникалась лишь мне доступными в тот момент мирами. Если бы только я могла тогда догадаться, в какую историю вскоре попаду сама...

Я не оговорилась насчёт своих знакомых, друзей настоящих у меня не было вообще. Были те, кто пытался сделать вид, что является моим другом, но в душе я знала, что это далеко не так. Они все ненавидели меня за то, что я не такая, как они, и смеялись, когда я проходила мимо, избегая их гламурных компаний. Я старалась не обращать на них внимания, но иногда меня просто напросто доводили до слёз, и я убегала прочь, чтобы не видеть их. Хотя с моей внешностью вроде бы на первый взгляд всё в порядке: лишним весом никогда не страдала, рост у меня средний, глаза серые, а волосы тёмно-русые. Обычная среднестатистическая девчонка, каких везде хоть пруд пруди из самой обычной, что ни на есть обычной средней школы. Я не всегда была изгоем. Это произошло несколько лет назад, и никто не знал, из-за чего всё началось, даже моя мама. Правильнее сказать, особенно моя мама. Да ей до меня и тогда дел-то особо не было, она всегда или работала или занималась наведением порядка в личной жизни, что как раз попадало в рамки разряда фантастики.

И вот лето на исходе. На перекидном календаре, что висел на кухне напротив окна, тридцать первое августа. Этот день я обвела чёрным жирным маркером, обозначив для себя окончание хорошей жизни. Я возненавидела школу с некоторых пор. Дело было вовсе не в уроках, которые всегда давались с лёгкостью, помимо физики, химии и математики, где я имела стабильные четвёрки. Да и учителя относились ко мне как-то трепетно, даже жалели частенько, видя моё угнетённое состояние. К тому же увидев в моих руках бестселлер прошлого года писательницы, что лишь на пару лет старше меня, наш школьный психолог, молодая девушка, что только-только пришла работать к нам в школу по распределению, взялась за меня со всей силой, на которую была способна. Но она так и не узнала тот самый, самый сокровенный страх, который никто и никогда не поймёт. На самом-то деле я никогда не задумывалась про самоубийство, я лишь глотала очередную информацию, иногда представляя себя на месте главной героини.

Дело было в моих одноклассниках, которых ненавидела я, и которые ненавидели меня. Особенно отличались некоторые личности. Сашка Маркин, белобрысый наглый, задирающий с самого детства, хотя с возрастом он начал придумывать всё более извращённые формы для того, чтобы вывести меня из себя, казалось, получая от этого особое удовольствие. Или Лера Каткова, высокая брюнетка-отличница, которая на самом деле пользовалась мной лишь для того, чтобы в очередной раз списать домашнее задание или вариант на контрольной. Хотя она считалась самой умной девочкой в классе исключительно из-за того, что её отец был одним из спонсоров нашей школы. Да и остальные особо не отличались в моих глазах добрым отношением или поступками.

Последнее свободное лето моей никчёмной жизни пролетело быстрее всех предыдущих, как оно всегда бывает. Ведь самое хорошее имеет свойство быстро заканчиваться. Следующее лето не обещало такой привольной жизни, впереди ещё предстояло тестирование, выпускные экзамены и поступление, а ведь я даже не определилась, кем я хочу стать. Наверное, патологоанатомом – там хоть не придётся общаться с живыми людьми. На этом я и порешила недавно, когда вдруг почувствовала острую необходимость определиться в своей будущей профессии.

Я сидела на кухне, уставившись в окно, где как обычно на скамейке напротив облезлого подъезда пятиэтажки собрались все пенсионерки двора, а вокруг них расположились вечно голодные кошки, жадно провожая взглядами каждое движение своих кормилиц. Было тихо, почти все соседские машины разъехались, освободив тесные асфальтированные парковки, покрытые грязными лужами. А я всё пыталась представить себя не в нашем заездном городишке, а где-нибудь в невообразимых далях волшебных миров прочитанных за лето книг, но вдруг подняла голову, услышав, что происходит нечто новенькое.

– Чёрт, что за фигня? – выругалась я вслух. Потом поднялась, пытаясь рассмотреть, что случилось в нашем дворе, пока я витала в облаках. Серая грязная иномарка, сдавая задом, въехала в блестящий новенький джип нашего нового соседа, и сигнализация заревела, пробудив своим истошным пронзительным звуком весь наш дворик. Бабки не преминули возможности обсудить это событие, окружив несчастного водителя, который растерянно озирался по сторонам в поисках хозяина джипа, а тот ещё видимо сладко спал в квартире напротив, вернувшись под утро. Я слыхала из окна своей комнаты, как он въехал во двор с музыкой, переполошив всех мирно дремлющих котов, что прыснули от машины в разные стороны. Почему я это знала, имело очень простое оправдание. Окна моей спальни выходили во двор, и я как раз дочитывала финал истории про Дориана Грея, не в силах остановиться, когда это произошло.

Вскоре на поле боя, расталкивая локтями бабок, которые проклинали несчастную сигнализацию и всю современную молодёжь, показался и мой сосед, Станислав. Его помятая майка не была заправлена в джинсы, смешно топорщась в стороны, а сам он имел вид напыщенного индюка, которого разбудили, а поесть не дали. Почесав стриженную голову, он вновь взглянул на смятый металл двери своего автомобиля, прикидывая, во что обойдётся ремонт, а потом лишь соизволил выключить свою какофонию, вернув во двор на миг тишину. Но потом бабки загалдели с новой силой, расписывая на все лады звуки его сигнализации, что по их словам достала весь белый свет.

– Тихо!!! – раздался резкий, возмущённый крик Стаса, заставив замолчать оскорбляющих его бабулек. – Дайте разобраться!

Ловить здесь больше стало нечего, поэтому бабки с недовольным видом, чинно расселись на свои скамейки в ожидании приезда патрульной машины, а из серой иномарки виновника медленно, оглядываясь по сторонам, вылез пожилой мужчина, который тоже ждал окончания атаки со стороны моих злобных соседок.

Телефонный звонок отвлёк меня от интересного наблюдения, и я медленно сползла с подоконника на пол, лениво потянувшись за телефоном. Телефон у меня, кстати, не блистал новизной, это была старенькая модель, в которой даже не предусматривался доступ в интернет, потому как дорогой телефон для школьницы моя мать тоже почему-то считала непозволительной роскошью, что частенько становилось предметом насмешек со стороны моих одноклассников.

Телефон нервно подпрыгивал на кухонном столе в ритм вибрации, так же, как бились мысли у меня в голове о том, как я не хочу наступления завтрашнего дня. Но я всё-таки успела поднять трубку, услышав родной, но не любимый голос. Я конечно же по-своему любила свою мать, но некоторые её причуды просто напросто мешали мне жить, и порой казалось, что лучше вообще жить одной, потому как я не могла понять, для чего я ей нужна.

– Да, мам, – сонным голосом произнесла я, одновременно открывая холодильник.

– Карина! Ты встала? Решила не будить тебя сегодня, всё же последний день каникул, – раздался голос мамы в трубке, немного раздражённый, впрочем, как и всегда.

– Встала, куда ж я денусь, – протянула я в ответ, изучая взглядом опустевшие полки холодильника. – Мам, а что сегодня есть будем?

– Кариш, я там в морозилке пельмени оставляла. Свари, а! я сегодня задержусь на работе.

– Хорошо, мам, сварю, – согласилась я.

– Ладно, будь умницей. Если чего понадобится – звони. Ты, кстати, уже приготовила себе вещи для линейки?

– Мама! – воскликнула я, – Я в джинсах пойду!

– Карина, это же первый учебный день! Какие ещё джинсы?!

– Я под них рубашку белую поглажу! – нашлась я. – Но ту юбку не надену, и даже не проси. Носи её сама.

– Ладно, твоё дело. Мне пора бежать. Если выдастся свободная минутка, я тебе позвоню.

Как же, одна из тех, кто мне часто звонил. Я прекрасно знала все её уловки, и то, как она работает. И даже знала, с кем она проведёт сегодняшний вечер, ведь не раз видела за последний месяц, кто подвозил её домой. Очередной любовник, которого мама мечтала сделать моим ненаглядным папой. Спасибо, мне уже одного хватило.

От этого воспоминания телефон приземлился на пол, звонко подпрыгнул и замер. Я наклонилась, чтобы поднять его, и положила на белую, выкрашенную белой эмалью полку, где стояла месяц не мытая микроволновка. Надо было всё же помыть её, но руки никак не доходили, а моей маме до неё и дела никакого не было. Я вновь потянулась к дверце холодильника, который встретил меня своими пустыми полками. А вот и ненавистные пельмени. Я ненавидела пельмени, хотя это много кому показалось бы странным, но за три последних года мне пришлось есть их столько раз, что постепенно начало воротить от них. Уж лучше просто было пожевать корку позавчерашнего хлеба, но желудок предательски отзывался, издавая урчащие звуки, поэтому, тяжело вздохнув, я поставила кастрюльку в раковину, включив кран, и вернулась к своему наблюдательному посту.

Но там видно всё порешили на месте, тем более, у моего соседа наверняка было оформлено «каско», поскольку за эти десять минут во дворе не осталось ни соседа Стаса, ни бедного неуклюжего владельца серой иномарки, ни даже вечно голодных котов. Лишь один джип Стаса одиноко красовался у бордюра, сияя большой вмятиной на переднем дверце и крыле. Стало интересно, кем же он работал? По утрам сосед стабильно отсыпался, выползая их дома лишь часов в двенадцать, потом возвращался на часок-другой где-то в промежутке с шести до восьми вечера, и так же исчезал до утра. Я частенько сталкивалась с ним на нашей площадке третьего этажа, но он никогда не замечал меня, либо просто создавал вид, что меня вообще нет рядом. Но меня это обстоятельство вовсе не расстраивало, ведь знакомиться с ним в мои планы не входило категорически.

Я повернулась, вдруг поняв, что вода уже полностью заполнила раковину и вот-вот польётся на пол. Почему всё так несправедливо? Жить тошно, а завтра всё начнётся вновь. Ненавижу их всех, ненавижу проклятую школу и всё, что с ней связано. С этой мыслью я резко повернулась и оторвала лист календаря с надписью «август», где моё лето закончилось, а последний день как знак чего-то недоброго мельтешил в глазах чёрным кружком, перечёркивая мои крохи счастья, и смяв его, запустила его в форточку прямо на машину соседа.

Ненавижу первое сентября! Наверное, я слишком часто начала употреблять это слово, но что поделать, если оно так и было. В школу я шла медленно, еле тянула ноги, а ведь путь был неблизким. Вышла поздно, чтобы не пробыть там ни одной лишней минутки, и всё еще оттягивала время своего похода, выбрав длинный путь, в обход новой стройки, за которой располагался поросший бурьяном пустырь. Странное явление для центра города, но когда-то там находилась спортивная площадка, а теперь всё поросло травой, и лишь ржавые футбольные ворота торчали из бурьяна. Вскоре и этому пустырю предстояло стать новым магазином, но пока финансирование прикрыли, и там ничего не менялось уже лет как пять.

Строящееся здание было обнесено высоким бетонным забором, а с другой стороны от площадки находилась обратная сторона парк, о котором я уже упоминала. Так вот меж парком и стройкой проходила старая дорога, по которой с грохотом проносились грузовики, добивая и так дырявый асфальт, роняя по дороге щебень, который так и лез потом под ноги. Но самое противное было не это. Примерно посредине этого участка располагались ворота, за которыми стоял вагончик сторожа. Сторожа самого никогда не было видно, но вот свора бездомных собак, которых он прикормил, как стая голодных волков провожали каждого, кто рисковал сунуться в их владения.

Не то, чтобы я боялась собак. Напротив, я всю жизнь выпрашивала у матери хоть какого-нибудь малюсенького щеночка, но после развода она категорически отказалась от этой идеи. Но вот эти собакомонстры наводили на меня какой-то панический ужас. Иногда, конечно, можно было проскочить мимо незамеченной, но зачастую они вылетали из-под ворот и с истошным лаем гнали прохожего, пытаясь оттяпать при этом икры ног.

Вот так произошло и в этот раз. Но если бы этого не случилось, то и не произошло бы того, что случилось дальше. Рыжая крупная дворняга-вожак вылетела из открытых ворот в сопровождении нескольких собратьев поменьше и бросились в мою сторону, грозя оставить меня без новых джинсов, которые я с таким боем одела сегодня. Я рванула в сторону, хотя умом-то понимала, что самым разумным в этой ситуации было бы либо остановиться, заставив их потерять интерес, либо направиться в сторону самой стройки, где они при звуке хриплого голоса сторожа сразу же ретировались за синий вагончик. Но почему-то я поступила иначе, пулей припустив в сторону пустыря, а рыжий наглый кобель летел за мной, агрессивно оскалив зубы, а сзади наступали так же настроенные коричневые с подпалом его подруги-близняшки со стоячими наполовину ушами, угрожая сожрать меня целиком, не оставив ни крошки.

Стало страшно, даже руки затряслись, уронив рюкзак на землю, и я зажмурилась, будто это могло бы хоть что-то изменить, а потом села на корточки, обняв коленки, и опустила голову вниз, чтобы не слышать этих воплей. Но что-то произошло в этот момент, я толком и не поняла, что это было.

Наступила тишина. Мёртвая, будто всё вокруг исчезло, но эта тишина не пугала меня, напротив, погружала в странное состояние покоя. Я попыталась открыть глаза, и мне пришлось зажмуриться, потому что странное явление сопровождалось ярким пронзительно белым светом, который затмил всё вокруг меня. При всём этот внезапно поднялся сильнейший ветер, но он не затрагивал меня. Я будто находилась в эпицентре воронки, а на расстоянии нескольких метров от меня исчезло всё, превратившись в сплошной белый столб, уходящий высоко в небо. В порыве этой странной воронки летали те самые ржавые футбольные ворота и выдранный с корнем чертополох, а также мой рюкзак, в котором почти ничего и не было, кроме старого телефона, ключей от квартиры да розы, упакованной в прозрачную шуршащую бумагу, что торчала из полурасстёгнутой молнии.

Преодолев сопротивление потока, что доносился до меня, я поднялась, выпрямившись во весь свой небольшой рост, и широко открыв глаза, смотрела на всё это, но мои ноги подкосились, а в глазах резко потемнело от долгого сидения на корточках, и кровь ударила в голову, затмив странное деяние. А потом я на мгновение отключилась, потеряв всякую связь с происходящим.

Я понятия не имела, сколько прошло времени с того момента, но очнулась я, лёжа на подсохшей желтоватой траве пустыря. Рядом на вывернутых металлических трубах висел мой рюкзак. Собак не было, лишь где-то со стороны стройки раздавалось жалобное поскуливание. Но самое интересное было не это. Я поняла, что на пальцах моей левой руки висит нечто странное, напоминающее цепочку. Это действительно оказалось цепочкой, несколько странной на вид, не холодной, напротив, будто излучающей тепло, а сделана она была из металла, немного напоминающего белое золото. Мельчайшие звенья соединялись меж собой причудливым способом.

А на цепочке висел кулон, прекрасней которого я не встречала никогда в жизни. Белоснежный объёмный полумесяц около десяти сантиметров в высоту и пяти в ширину, не то стеклянный, не то фарфоровый, в котором прорезались узоры. Я осторожно положила его на колено и потрогала пальцем, потом резко отдёрнула, почувствовав странное покалывание.

– Откуда же ты взялся? – удивлённо спросила я его, будто он мог бы мне ответить. – Верно, и тебя ветром из травы вынесло? Тебя потеряли, да?

Но кулон, естественно, молчал, скрывая свои секреты в себе.

– Ты мой талисман. Если бы не ты, мои косточки уже бы обгладывали, – пробормотала я, всё ещё решая, что с ним делать. – Даже ума не приложу, где мне искать твоего владельца. Будешь моим теперь.

Я нацепила его на шею, спрятав под рубашку, и почувствовав тепло, исходящее от него. Потом отряхнулась и осмотрелась вновь. Рюкзак, конечно на месте, даже телефон в нём лежит в застёгнутом кармашке. И до линейки ещё есть время. Вот от розы остался лишь стебель с колючками. Я выкинула её как-то без всякого сожаления. Думаю, наша Надежда Ивановна переживёт, если не получит его.

С этой мыслью, на ходу переваривая странное для города явление, я и направилась дальше, несколько отвлёкшись от своих горьких представлений о начале нового учебного года. Но как ни странно, всё оказалось далеко не так страшно, как мне представлялось.

Первым знакомым лицом, что я увидела на переполненной площадке перед нашей школой, стала Лера. Да, та самая, которую я вспоминала за день до того, у которой папа был известным в городе бизнесменом и спонсором школы. Как обычно деловая, с поднятым вверх курносым носом, с уложенными гладкими волосами, на каблуках сантиметров по десять. Рядом с неё стояла её подпевала, Настя Калинина, невысокая блондинка с неестественными голубыми глазами, что было вызвано вставленными контактными линзами. Я знала её с первого класса и прекрасно знала, что все восторги по поводу цвета её глаз напрасны, так как на самом деле за линзами скрывались самые обычные, что ни на есть светло-серые рыбьи глаза, а волосы без краски были тускло-каштановые.

– Каринка, привет! – чуть язвительно произнесла Лера, рассматривая мой подмятый вид, потом презрительно улыбнулась, отвернувшись.

– Привет! – буркнула я ей в ответ. – Давно не виделись.

– Где была всё лето? – насмешливо спросила её подруга, Настя. – Даже ни разу не позвонила. Ездила куда-нибудь?

– Не хотела и не звонила, – произнесла я сквозь зубы, проигнорировав второй вопрос.

– У нас новенький. Ты это знала? – перебила её Лера. – Никитой зовут. Симпатичный…

– Мне как-то всё равно, – я отвернулась от них, пытаясь рассмотреть, что происходит впереди, где толстый лысый директор Пал Палыч вышел на небольшую сцену, чтобы, как водится, толкнуть речь. Впереди стояла Надежда Ивановна, наша старая классная, которой давным-подавно следовало уйти на пенсию, а не портить всем жизнь своими нравоучениями и попытками привить любовь к математике.

Рядом со мной стоял незнакомый мальчишка. Рослый, на голову выше меня. Ему не нужно было задирать голову, ведь с высоты его роста и так было всё прекрасно видно. Он небрежно поправил свой серый пиджак, и задел меня локтем. Я возмущённо сверкнула глазами, глядя на него.

– Прости, не заметил, – бросил он.

– Конечно, я такая незаметная, – проворчала я в ответ. – Аккуратней надо!

Он повернулся, рассматривая меня, потом поправил свои тёмные волосы.

– Извини. Тебя как зовут? Я тут новенький. Кажется, мы теперь будем учиться вместе?

– Карина... Карина Симкина.

– Меня Никита. Покажешь, что здесь к чему?

– Нет. Но знаю, кто это сделает с удовольствием, – я указала на парочку, что стояла чуть поодаль нас. – Вот они с удовольствием тебе всё покажут.

– Ну как знаешь. Ладно, поговорим позже.

Я вздохнула. Не то, чтобы он мне не понравился. На самом деле он был довольно симпатичным, но желания знакомиться никакого не было. Ещё терпеть всех их целый год, а это немало. Время вновь обрело свойство медлительности. Стало до боли грустно и захотелось попасть домой. Хотя может быть, на самом деле и не было всё так плохо, как я себе надумала. Просто в тот момент мне именно так всё представлялось.

Глава 2

Я не сразу поняла, где нахожусь. Холодный гладкий каменный пол заставил подскочить меня с места, и я осмотрелась вокруг, пытаясь понять, что здесь делаю. Тусклый белёсый свет падал откуда-то сверху, подсвечивая поверхности, что казались странными и незнакомыми. Но для меня всё это не было удивительным, потому как я восприняла всю эту обстановку, как должное.

Каменная высокая стена открывала огромное помещение, где в разные стороны шли бесчисленные выходы, не имеющие дверей, за которыми была полнейшая мгла. Я осторожно дотронулась до стены, ощутив, как капли холодной воды стекают по ней, сделав пальцы влажными.

Сердце заколотилось, но я тут же попыталась взять себя в руки. Предстояло разобраться, где я нахожусь, и что мне теперь со всем этим делать. Было так холодно, что зуб на зуб не попадал. Но я всё-таки набралась сил, чтобы рассмотреть себя. Выглядела я весьма странно, ноги были в тонких кожаных сандалиях, что своей шнуровкой перекрывали пол-икры. Затем взгляд скользнул выше, где я увидела свои стройные ноги, обтянутые блестящим материалом. А выше тонкая рубашка прикрывала обнажённое тело. Что-то кольнуло мою шею, и я нащупала на ней тот самый полумесяц, что так и находился на цепочке меж ключиц, приятно согревая меня. Распущенные волосы касались обнажённой шеи, щекоча кожу при дуновении ветерка. Если есть ветерок, то где-то есть выход.

Вновь почувствовав страх, я, что было сил, рванула в первый же проход, в котором не было ни толики света. Мрачный коридор с полукруглыми сводами, покрытый плесенью, встретил меня тем самым ветром, что ввёл меня в заблуждение. Я рвалась вглубь, спотыкаясь на перепадах высот, но чувствовала, что силы покидают меня. Казалось, кто-то гонится следом за мной, черпая в моих силах энергию. Будто нечто невидимое и холодное преследовало меня, и вот-вот должно было поглотить своей пастью тьмы.

Показалось, что впереди моргнул свет, и новые силы появились, заставляя меня двигаться вперёд. И я припустила что было силы, почувствовав боль в мышцах ног, но, несмотря на неё, рвалась к выходу, где свет усиливался, приближая новую неизвестность.

Я пулей выскочила к свету, минуя последний арочный свод, нависший угрожающе над головой, мне пришлось пригнуться, чтобы пробежать под ним. И тут я выскочила наружу к тусклому свету. Отдышавшись, я подняла голову и вдруг до меня дошла истина: я находилась всё в том же помещении, что так стремительно пыталась покинуть.

– Вот, блин! Попала, – прошептала я, боясь нарушить тишину и вновь навлечь на себя страхи.

Я тут же подорвалась и побежала в другой проход, изо всех сил спеша проникнуть как можно дальше от того места, и опять мания преследования овладела моим разумом, заставляя двигаться скорее. Расположение поворотов было несколько иным, чуть по другому шёл уклон отшлифованной поверхности пола, но через несколько минут я поняла, что вновь приближаюсь к тому же самому месту, с которого начинала свой путь.

Третий коридор, четвёртый, пятый… Я полностью сбилась со счёта, и возможно пробежала по одним и тем же проходам несколько раз, каждый раз, возвращаясь на то же самое, освещённое тусклым светом место, я понимала, что делаю что-то не так, но ноги сами двигались, пытаясь вырваться из ловушки. Я вообще не понимала, зачем я это делаю. Всё это страшный сон, который надо было как-то прекратить, каким реальным он бы не казался. В отчаянии я ущипнула себя больно за руку, будто от этого что-то изменилось бы. Но ничего не изменилось. Лишь свет чуть приглушился, будто где-то там, вверху, наступали сумерки.

Я закрыла глаза и села на пол, больше не ощущая холода. Обняла свои колени, положила на них голову, и просто смотрела на удивительные стены, что не напоминали мне ничего из увиденного раньше. Удивительные узоры, что я не заметила сразу, украшали их, врезаясь в материал, из которого они состояли. А над проходами возвышались странные резные скульптуры, высеченные из камня. Они напоминали горгулий с собора Парижской Богоматери, как я себе их представляла.

Внезапно какая-то дрожь и вибрация овладела всем этим местом, постепенно усиливаясь, нарастая, будто снежный ком, а потом перешла в истошный рёв, сопровождаемый ярким ослепляющим белым светом, похожим на тот, что я видела недавно. Свет перерос в ярчайшее пламя, а потом я будто услышала чьи-то слова, значение которых не могла разобрать, будто сам ветер проговаривал их вслух. От ужаса я отползла в сторону, забившись в один из проходов, и прикрыла глаза рукой, глядя на то, что происходило дальше. Огромный силуэт женщины в огненном ореоле проявился в этом адском пламени, но это не было женщиной. Огромные крылья украшали её спину, а вокруг развевались раскалённые вихри. Они не доставали до меня, но то самое помещение, откуда я никак не могла выбраться, всё озарилось этим пламенем, а её голос гремел, оглушая меня.

Я спряталась как можно глубже в коридор, не в силах смотреть на этот ужас ночи, закрыла глаза и поняла, что мне конец. Я погибну здесь, в этом никому не известном месте, и никто не узнает, что произошло со мной. Или напротив, умру здесь и проснусь в своей кровати в нашей квартире, поняв, что всё это было кошмарным сном.

Но не произошло ни того, ни другого. В момент, когда я решила, что всё кончено, шум внезапно стих. Мёртвая тишина пронзила зал, а белёсый свет, что падал сверху, вновь заморгал, осветив ненавистное место. Что там находилось – небо, либо некий другой уровень, я не понимала.

В тишине вдруг раздался шорох, а потом чей-то стон заставил меня поднять голову и тихо, еле дыша, подползти ближе к выходу из коридора. У стены, что возвышалась над всеми остальными, лежал кто-то. С места наблюдения невозможно было понять, кто там находится. Протяжный стон повторился вновь, и тот кто-то шевельнулся.

Я вышла, поняв, что этот человек (а это несомненно был человек), не причинит мне вреда. На холодном полу, напоминающем сейчас мрамор, находился мужчина. Он лежал спиной кверху, уткнув голову в согнутый локоть. Сквозь порванную одежду просматривались рельефная мускулатура, украшенная странными узорными татуировками. Потом мой взгляд скользнул на его голову, где в густых чёрных волосах зияла кровоточащая рана. Ноги, обутые в высокие сапоги, были обтянуты чёрными брюками из плотной на вид ткани, с широким тёмным ремнём, в котором мерцали драгоценные камни. Запястья рук обхватывали широкие кожаные браслеты. А дальше шла огромная, неподъёмная цепь, звенья которой оборачивались вокруг предплечья и ноги. А цепь уходила вглубь гладкой поверхности пола, будто в расплавленную массу.

Мне показалось, что он не дышит, но потом, присмотревшись внимательней, я поняла, что его спина ровно вздымается вверх, а на руке, где крепко сжались в кулак, жилистые пальцы, еле заметно пульсировала тонкая жилка. Он жив, это было очевидно.

Что мне делать дальше, я не знала. Но все планы побега вдруг забылись, и я удивлённо рассматривала незнакомца, решая, как с ним быть. Внезапно он шевельнулся пару раз, а потом перевернулся на спину и открыл глаза, издав тихий стон. Я в ужасе озиралась в поисках укрытия, но ничего, кроме замкнутых проходов, что я уже исследовала, в голову не приходило.

А незнакомец приподнялся на локте, рассматривая меня, забившуюся в угол и растерянно наблюдающую за ним. Потом что-то быстро проговорил на непонятном мне языке и уставился в ожидании ответа либо некой реакции. Это было похоже на просьбу, но я ничего не понимала, а подойти к нему не могла, поскольку он вызывал у меня некий ужас, который я не могла преодолеть.

– Я не понимаю тебя, – прошептала я чуть слышно, но похоже он меня понял. Мужчина присел, отбросив в сторону тяжёлую цепь, потом выругался и вновь уставился на меня.

– Не понимаю. Я не смогу тебе помочь, – произнесла я вновь, отодвигаясь ещё дальше. Потом произошло что-то странное. Он поднял руку, и яркий синий огонь пронёсся по цепи, но цепь так и осталась на месте.

Он прекратил и удивлённо поднял голову, вновь словив меня в ракурс своего взгляда. Я не смотрела ему в глаза, для меня это было уже слишком. Я уставилась на цепь, что вытянулась струной.

– Ты должна мне помочь, – расслышала я слова, произнесённые немного хриплым голосом. – Подойди сюда.

Странно, он говорил на русском, или это был некий другой язык, тем не менее он стал понятен мне?

– Вряд ли я смогу тебе помочь. У меня нет ничего подходящего под рукой, да тут и топор не поможет, – сказала я, постепенно отползая всё дальше от него в коридор.

– Просто подойди. Я всё равно не могу тебе ничего сделать, – раздражённо произнёс незнакомец.

Действительно, что могло бы произойти хуже того, что уже было. Я осторожно поднялась с пола и сделала осторожно пару шагов ему навстречу.

– Подойди ближе! – скомандовал он, и я медленно сделала ещё шаг в его сторону. Но в этот миг я ощутила, что мою ногу обхватила та самая цепь и больно протянула меня по холодному полу, доставив прямо в его руки.

Я дрожала как осиновый лист от страха, не зная, куда деваться, когда он отпустил меня. Но нога всё ещё была зажата будто тисками.

– Что ты делаешь? Мне больно, придурок! – прошептала я. – Отпусти сейчас же!

– Дотронься до этих цепей! – скомандовал он.

Верно, он был сумасшедшим, поэтому мне даже в голову не пришло ему перечить, чтобы он вдруг не надумал задушить меня той же цепью, что был связан сам. Я осторожно взялась, почувствовав холодный металл в своих руках, а он поднял вновь руку и сделал тот же жест. Яркое синее пламя пронеслось по оковам, а потом они внезапно растворились в холодном воздухе лабиринта, оставив вокруг нас лишь пыль. Я отскочила и потёрла ногу, что зашлась в месте, где только что была сдавлена металлом.

Но далеко уйти мне не удалось. Он вмиг поднялся, расправив плечи, пока я отползала к стене. Потом мужчина посмотрел на меня, сверкнув своими странными золотистыми глазами. Я даже не заметила, как меня подняла и вдруг понесла неведомая сила, будто что-то странное призрачное тащило по полу, а через несколько секунд я ощутила, что меня пригвоздило к отвесной стене металлическими скобами.

Подвиснуть вот так, на руках, когда ноги еле-еле касаются пола, стало не самым приятным ощущением в моей жизни. Резкая боль охватила запястья, куда впивался холодный белый металл. Я подёргала ногами, но это доставило лишь дополнительных болевых ощущений.

Но хуже всего было не это. Я широко открыв глаза смотрела, как он вновь потянулся передо мной во весь свой огромный рост, а потом подошёл ко мне и дотронулся пальцем до моей шеи.

– Зачем она тебя сюда прислала, говори, – прорычал он мне в ухо, и меня обдало странным холодом.

– Кто? О ком ты говоришь? – осторожно спросила я, отвернувшись, чтобы не чувствовать на себе это ледяное дыхание.

– Ты прекрасно знаешь, о ком я.

– Понятия не имею, что ты имеешь в виду, я вообще не знаю, где я.

Он ничего не ответил, лишь провёл пальцами по моей шее, спустившись ниже, отчего меня бросило в дрожь, а потом, открыв глаза, я увидела, что его глаза светятся странным оранжевым огнём.

– Ты боишься меня… Нет, это не она тебя прислала. Тогда кто же?

– Я не знаю, как попала сюда, – прошептала я в ответ.

– У тебя получилось разрушить цепь силы. Как? – удивлённо прошипел незнакомец. И пока я молчала, решая, что сказать, он скользнул рукой ниже, где под рубашкой на тонкой цепочке висел белоснежный полумесяц. Я зажмурилась, а он вдруг резко отдёрнул от меня руку, будто ожёгся.

– Фор…Откуда он у тебя… И почему я не могу до него дотронуться.

– Я нашла его… Кажется, это было вчера.

– Где ты нашла его? – он удивлённо поднял свои чёрные, как смоль брови?

– На Земле… – тихо повторила я, и уставилась на него с неким удивлением.

– Ты хочешь мне сказать, что ты оттуда, из-за Грани?

– Какой Грани? Я простой человек…

– Человек?! – он вновь подошёл, глядя мне прямо в глаза, и я зажмурилась от яркого света, что исходил от его взгляда.

– Да, человек. Да отпусти меня, наконец. Я правда ничего не знаю…

Но он меня не отпустил. Руки безудержно ныли от металла, что впился в них, пальцы посинели и начали затекать, я их уже почти не чувствовала.

– Значит ты из-за Грани, и у тебя Фор. И я не могу до него дотронуться… Но он цел и вернулся… что мне теперь с тобой делать? – он провёл пальцем по моей губе, заставив прикусить её, потом по подбородку, и вновь вернулся вверх. – Человек…

Он вдруг вновь сверкнул огненным взглядом и залился смехом так, что эхо пронеслось по помещению, повторившись где-то вверху странным раскатом.

– Да отпусти меня! Мне больно! – не выдержала я, когда он наконец-то остановился.

– У людей нет силы веллинов. Это всё Фор, он работает через тебя, как через проводник.

– Сам ты проводник! Полуэлемент! Ты хочешь сказать, что ты не человек? И вообще где мы?

– Значит заклятье Кителлы включает то, что я не могу дотронуться до Фора, а ты можешь. И я могу использовать его лишь через тебя, – продолжал странный незнакомец, не слушая меня. – И я не могу использовать свой второй облик.

– Так ты не человек? – удивлённо спросила я его, на миг забыв о боли, что уже перешла к плечам.

– Я не человек. Точнее для тебя я человек… С виду. О, великий демиург Эймара, за что?

Он в отчаянии опустился к моим ногам, попытался вновь протянуть руку к моему медальону, но что-то не пускало его, но зато он умудрился ощупать мой живот, перейдя ниже, а потом издал гортанный рык, не напоминающий ничего из того, что я знала.

– Я в ловушке… я не выберусь отсюда никогда.

– Где?

– Это Варитор, мир-лабиринт. Кителла забросила меня сюда, считая, что я не смогу отсюда вырваться и помешать её планам… Но она не знала, что Фор найдёт меня…

– Значит, это эта штука виновата в том, что я здесь? – прохрипела я в ответ.

– Варитор… лабиринт отражений… есть лишь один способ выбраться отсюда, Фор это может, но я не могу до него дотронуться и использовать его сам. А ты почему-то можешь… Я забросил его за Грань, чтобы он не достался Кителле, а он выбрал тебя.

– Офигеть… – произнесла я, понимая, что в глазах темнеет. Незнакомец наводил на меня жуткий ужас, который я не могла преодолеть. Особенно когда его пальцы начинали касаться меня, мне становилось особенно жутко, а перед глазами вдруг вставала та самая картина произошедшего три года назад…

– Варитор… я никогда не был здесь. Как мне найти выход, когда я она лишила меня почти всех сил… я могу пересечь границы отражений лишь при помощи Фора...

Что он говорил дальше, я уже не слышала, ведь в это время в глазах окончательно потемнело, все слова слились в один фон, а дыхание спёрло.

Очнулась я уже без оков, лёжа на полу у стены в странном положении. Я повернулась, и попыталась оттереть затёкшие руки. Не поняла, я что осталась одна? Слишком странно. Однако этот кошмар ещё не закончился. Через несколько секунд он появился, будто и не покидал это помещение, просто проявился в воздухе.

Незнакомец сидел рядом на полу, ожидая, пока я очнусь. Если бы не эта странная обстановка и его взгляд, он мог бы показаться довольно красивым. Я его боялась, как огня, но понимала, что если вновь дёрнусь, то вновь окажусь пригвождённой к стене, чего мне не очень-то хотелось, а бежать было всё равно некуда. То, что эти коридоры связаны между собой и ведут обратно, я уже прекрасно знала, поэтому вновь испытывать судьбу там не хотелось. Но оставаться здесь с этим монстром, что нёс какую-то чушь, мне тоже ни капельки не хотелось.

А может, я исследовала ещё не все коридоры? Как в любом лабиринте, наверняка есть хоть один верный путь, он должен быть. Надо выбраться наружу и найти кого-то нормального. Может, это всё розыгрыш? Или всё же сон, который скоро закончится.

Я подождала, пока он отвернётся, а потом рванула, что было сил, в тот проход, который я по моему мнению ещё не смотрела. Бежала в кромешной тьме, рвалась всё дальше, в неизвестность, а этот коридор, как назло оказался длиннее всех предыдущих. Неужели, это и есть тот самый, ведущий хоть куда-то подальше от этого места?

Ноги уже не бежали, я просто шла, чересчур устав от всего. Рассматривала стены, что имели некое зеленоватое свечение. Погони не было, ведь я постоянно прислушивалась к звукам шагов позади. Сколько можно идти. Хотелось просто лечь и отключиться, но я понимала, что нельзя останавливаться тут. Вот сплошные зеленоватые стены сменились более высокими, где вверху просматривались окошки, больше напоминающие овальные бойницы в камне, а оттуда шло равномерное мутно-зелёное сияние. Дотянуться до отверстий я не могла, сколько не пыталась подпрыгнуть.

А потом, когда я в очередной раз попробовала достать до них, я вдруг ощутила на талии чьи-то сильные руки, и почувствовала на затылке ровное, но тяжёлое дыхание, что было таким знакомым.

– Куда ты собралась? – прошептал он мне в ухо, склонившись надо мной. – Мы с тобой ещё не договорили. Хочешь опять повисеть на стене? Смотрю, тогда разговор у нас идёт гораздо быстрее.

Одной рукой он держал меня за талию, а другой скрутил волосы и больно оттянул их, заставив отбросить голову назад. Я уже поняла, что бороться с этим монстром бесполезно. На миг стало интересно, чего он всё же хотел от меня, но когда он скользнул языком по моей шее, проведя по ямочке вниз, а потом больно укусил меня за плечо, я отчаянно закричала и попыталась вырваться, но от этого оказалась зажата в его руках, как в тисках.

– Не ори…Я лишь пытаюсь понять, так ли ты меня боишься, как показываешь это.

– Я не боюсь тебя… Сейчас я проснусь и окажусь дома. Ты лишь мой кошмар, – прошептала я ему в ответ.

– Ты мне врёшь…я чувствую, как ты дрожишь, когда я трогаю тебя.

– А ты можешь просто не дотрагиваться, – попросила я его.

– Тогда я не смогу воспользоваться Фором, чтобы выбраться отсюда.

– А другого выхода нет? – сомнительно спросила я.

– Нет, боюсь другого в нашей ситуации нет. – произнёс он и вдруг отпустил меня. – Это же надо, угораздило связаться с глупой человеческой девчонкой.

– Заметь, это не я тебя сюда притащила, – проговорила я, отпрыгивая от него на безопасное расстояние. – Мне как-то и дома неплохо было.

Я соврала, конечно же. Но и оставаться здесь со страшным незнакомцем, пусть он и имел внешность аполлона, мне никак не хотелось.

– У меня нет иного выхода, как попытаться выбраться с твоей помощью. Я должен добраться до Кителлы и узнать, какое именно заклятье наложено на Фор. И ты мне поможешь, хочешь ты этого или нет.

– Вряд ли я та, кто тебе нужен. Если эта штука твоя, я тебе её отдам, но не проси меня делать то, что я не могу, – с этими словами я потянулась, чтобы снять с себя странную находку. Цепочка легко соскользнула с шеи, а потом упала рядом, зазвенев на ледяном полу освещённого зелёным светом коридора.

– Подними! Возьми Фор в руки!

– Нет! – я отпрыгнула дальше, а потом поняла, что он может просто убить меня, если я не начну с ним нормальный разговор.

Он вновь настиг меня, подняв обе мои руки к стене, а его взгляд обжёг своим дьявольским огнём. Но сделки с дьяволом я была заключать точно не намерена.

– Успокойся! Нет иного выхода, я тебе уже это сказал. Если будешь делать так, как я говорю, то останешься жива, а может и вернёшься за Грань, на свою примитивную Землю.

– Обещаешь? – осторожно спросила я, уворачиваясь от его дыхания.

– Для этого ты будешь делать то, что я тебе говорю.

– Например?

– Например, ты сейчас поднимешь Фор и оденешь обратно на себя.

– Для этого ты должен меня отпустить, тебе так не кажется?

– Ладно, – согласился он вдруг. Странно, что это за штука, которая так важна для него. Может мне удастся им манипулировать?

Зря я это подумала. Когда я, сидя на корточках, подняла голову и вновь взглянула на странного человека, моя уверенность в этом почему-то сразу испарилась. Его красивые губы, искривленные в ухмылке, говорили об обратном.

– Как тебя хоть зовут? – вдруг спросил он, рассматривая овальные бойницы под потолком коридора.

– Меня… Карина. Просто Карина.

– Значит Карина… Рина…

– Не надо только сокращать, пожалуйста, – возмутилась я в ответ.

В этот момент я поняла, что всё вокруг начало таять и постепенно исчезать. Силуэт мужчины стал полупрозрачным, а стены и зелёный свет за окном потеряли свою яркость. Неужели… Это был всего лишь кошмарный сон, и сейчас я вернусь домой.

– Что происходит? – закричал он, вновь создав эхо, которое пронеслось по тоннелю, отражаясь от стен, гладкого узорчатого пола и потолка. – Ты где?

– Скажи мне, кто ты? – спросила я на прощанье, поняв, что скоро всё закончится.

– Дэнмириан вом Алистер…

«Дэнмириан вом Алистер…Дэнмириан» – повторило вслед за ним эхо, а дальнейшие слова мне уже не удалось расслышать, потому что всё вдруг исчезло.

Глава 3

Я ещё не успела даже открыть глаза, когда вспомнила свой кошмар. Неужели я настолько ушла в себя, что мой мозг начал выбрасывать со мной такие шуточки. Однако, как же в том сне всё казалось реально и страшно одновременно, словами не передать. А в голове ещё стоял его голос. Приснится же такое. Верно, за лето я слишком много поглотила лишней информации, да ещё и переживала вчера…

Эй! Что там случилось вчера? А я и забыла. Странное происшествие по дороге в школу видно оставило свой след в моей и так расшатанной психике. С этой мыслью я дотронулась до амулета, что никуда не исчез за ночь. Он всё так же обдавал неким таинственным теплом. Как назвал его персонаж из моего сна? Фор? Отличное имечко. Фор так Фор. Я вдруг вспомнила имя того, кто мучил меня пол-ночи, и мне стало жутко от воспоминания тех прикосновений и том ужасе, который они у меня вызывали…

Мать давно ушла, я слышала, что кто-то заехал за ней. С некоторых пор я вообще не интересовалась её новыми знакомыми. Если даже кто-то приходил к ней, то я не выходила из своей комнаты, либо выскальзывала незаметно, пока она была увлечена разговором или ещё чем-нибудь. Хорошо хоть на ночь больше никого не оставляла, всё чаще пропадала где-то сама.

А из старых её подруг в городе оставалась лишь моя крёстная, тётя Тамара. Она приходила к нам четыре раза в год строго по определённым дням: на мамин День Рождения, на мой, потом заявлялась вечером первого января. А затем её не видно до самого восьмого марта, когда она приносила стандартный набор парфюмерии и тортик в подарок. А потом сидела и жаловалась моей маме на свои лишние килограммы. А моя мама сочувствующе утверждала, что тёть Тамара шикарна, как никогда для женщины её возраста. Но я не припоминала, чтобы она была другой. Зато она всегда завидовала моей маме, что у неё есть я, и всё время пыталась потискать, забывая, что мне уже не шесть, а шестнадцать.

Вот папу, единственного дорогого мне человека, я видела крайне редко. В основном он сам находил меня, когда приезжал в город по делам. Он жил в Москве уже пять лет. Уехал, как только повторно женился, и вместе с новой женой купил квартиру, оформив ипотеку, и у них было уже двое сыновей. Моя мама при разводе старалась сделать безразличный вид, даже на алименты подавать не стала, и мне запретила принимать от отца всевозможные подарки, что он пытался мне передать, мотивируя это тем, что она и сама неплохо справится с моим содержанием и воспитанием. Вот только терпения у неё хватило лишь на год, а потом я оказалась предоставленной самой себе. Отец обещал подарить мне на День Рождения планшет, который я ждала уже год, представляя, сколько книг смогу закачать в него. Я боялась даже говорить матери про это, надеясь, что они сами разберутся в своих отношениях.

Но я не вспоминала про это в то утро. Именно тогда я медленно ползала по дому, собираясь в школу, под впечатлением от странного сновидения. Пила чай, одевалась, всё ещё вспоминая те мрачные коридоры и того мужчину, Дэнмириана. Это же надо, глаза его горели просто адским пламенем, а тело в оборванной рубашке было чем-то неземным. Какой же он однако был противный в остальном. Руки до сих пор чувствовали холодные кандалы, что держали меня, распятой на стене темницы…

Я опоздала на первый урок. Настроение было на нуле, а вахтёрша высказала мне своё «фи» по поводу того, что я пробежала мимо, даже не поздоровавшись с ней. Вообще это была моя соседка по дому, одна из тех бабок, кто прикармливал бездомных котов и каждый день ругался на соседа Стаса. Понимая, что десять минут урока уже прошло, я спешила наверх, перескакивая ступени, потому как история была одним из моих любимых предметов, а строгая училка, от которой все стонали, нравилась мне своим творческим походом к занятиям и реальным знанием своего дела.

Потёртый паркетный пол коридора за лето превратился в отшлифованную и покрытую свежим лаком поверхность, чего я вовсе не ожидала. На повороте между лестничной площадкой и проходом к раздевалкам меня вдруг занесло на повороте, и я, не рассчитав свою скорость, полетела почти что вверх ногами, почувствовав, что кто-то подхватил меня, поставив на место.

Я повернулась, желая взглянуть, кто же лишил меня возможности провести пару месяцев в больнице с переломом, и вдруг увидела перед собой нашего новенького, Никиту. Вчера мне так и не удалось рассмотреть его, ведь его вниманием завладели Лера и Настя. Да я и сама не особо стремилась с ним общаться, стремившись как можно быстрее смыться домой.

– Привет! – его рот вдруг расплылся в широкой добродушной улыбке. – Опаздывать, конечно же, в первый день учёбы не слишком хорошо, но надо хоть иногда смотреть под ноги.

– Сам и смотри, – буркнула я ему. – Я тут всю жизнь учусь, а вот почему ты опаздываешь, мне не очень понятно.

– Отца вызвали в часть. Он военный, – объяснил Никита, почесав затылок. – Машину забрали, а оттуда до города ещё пять километров.

– В Кузьминках, что ли? – спросила я, поняв, о какой части идёт речь. У нас их было всего две в городе, а вторая находилась в противоположном краю. Так назывался за глаза район города на самой окраине, где располагалась старинная усадьба. Конечно, ей было далеко до столичной, но местные прозвали её в честь графа Кузьмина, кому она ранее принадлежала. Потом, в советское время, усадьба перешла в ведомство военной части, что располагалась неподалёку, и стала клубом. А теперь огромное здание стояло в полузаброшенном состоянии, ведь ремонт там не планировался, а выставить на аукционе его не могли, слишком много было с усадьбой бумажной волокиты.

– Да, вроде бы, – ответил он. – Мы только на прошлой неделе переехали. А тут ещё маму в больницу положили. Короче, сама понимаешь.

– Да уж конечно, понимаю, – произнесла я. Что-то было непонятно, чего я с ним вообще церемонюсь. Такой чести у меня уже не удостаивался никто. Неужели за то, что он не дал мне упасть.

– Где этот класс? Нумерация вся вразнобой, – удивлённо спросил он, рассматривая таблички на дверях. Я давно знала, что такого бардака, как в нашей школе больше в городе нигде не найдёшь. Когда-то здесь делали капремонт и меняли двери. Так вот рабочие даже не стали разбираться, какую надпись куда вешать, а поступили «по совести», прикрутив наглухо таблички так, как они лежали в заготовленной стопке. С тех пор все так и учились, и никто не обращал на это внимания. Местные давно привыкли, автоматически находя нужные двери, а вот новичкам приходилось поначалу туго.

– Спасибо, кстати, что лишил меня удовольствия полежать на новом полу, – проворчала я, подходя к нужному классу. – Вот два-пятнадцать, заходи первым.

– Ты же местная. Вот ты и заходи, – он внимательно посмотрел на меня своими серо-зелёными глазами. – Я даже не знаю, как училку зовут.

– Как хочешь, – я нагло дёрнула ручку, открыв двери, – Анна Романовна, можно? – протянула я, метнув злой взгляд в Никиту, что стоял сзади меня в ожидании.

– Симкина! Почему опаздываешь?! На первый раз прощаю, но в следующий раз такого от меня не жди. Не пущу! – пригрозила стриженная блондинка средних лет в очках, что стояла перед классом. – Заходи, твоя парта свободна.

Я вырвалась вперёд, оставив новенького, одного, и плюхнулась на своё место за первой партой. Это было отличное место, где я не видела никого из своих одноклассников. И пусть меня видели все, мне не приходилось ловить взглядом их ухмылки. Никита вошёл через несколько секунд, но оборона была уже пробита, ведь настроение Романовне ещё не успели испортить этим сентябрьским днём.

– Эй, опоздавший! – тормознула она его, когда тот уже направился по проходу назад. – Садись-ка к Симкиной. Нечего прятаться по последним партам.

– Этого ещё не хватало, – прошипела я, почувствовав посягательство на моё личное пространство. Но моих возмущений никто не услышал, поскольку его сумка тут же опустилась на соседний стул, а сам он бесцеремонно уселся рядом.

– Ничего, что я тут посижу? – нагло улыбнулся он, выкладывая на парту принадлежности для письма.

– Чего! – фыркнула я. – Надеюсь, первый и последний раз.

– Эй! Разговорчики в строю! – рявкнула вдруг грозным тоном наша училка, которой уже несколько минут не давали объяснить новую тему.

– Ага, юмор «за триста», – вновь пробурчала я, поднимая голову с ядовитой ухмылкой.

Остаток урока прошёл как-то очень быстро. Даже кошмар наконец-то забылся, освободив место другим неприятным чувствам. Я старалась не обращать внимания на своего временного соседа, но он то и дело что-то спрашивал, а Лера с соседнего ряда метала молнии разъярённых взглядов из-за того, что кто-то обращает на меня внимание.

Как только раздался спасительный звонок, я первая подорвалась с места и рванула в школьный коридор, куда высыпали толпы мальчишек и девчонок, громко галдя и обсуждая подробности прошедшего лета. Мне делиться было особо не чем, да и не с кем. Конечно же, раньше у меня, как и у всех, была подруга, Алина Боброва. Плотная светловолосая девчонка, обожающая вкусно поесть и громко посмеяться. Мы дружили с первых классов, вместе ходили за ручку и провожали друг друга домой, вместе делали уроки, обсуждали по телефону наших знакомых и менялись одеждой. Она и сейчас училась в нашем классе, да и жила неподалёку на соседней улице Пушкина, но с некоторых пор моё общение с ней перешло в ранг «привет-пока». Она была, наверное, единственным человеком, которого я не ненавидела здесь, но и любить её я не могла тоже. Она страшно раздражала меня своей болтливостью и поведением, и в один прекрасный момент я поняла, что нам не по пути. Она и сейчас заливалась смехом на весь наш коридор, что-то быстро тараторя прямо в ухо своей новой подружке, Машке.

Я вдруг почувствовала на своём плече чью-то руку, и резко повернулась, одновременно услышав слова.

– Смотрю, ты вообще оборзела? – прямо передо мной стояла Лера, а сзади неё её вечный хвостик, Настя Калинина.

– Что надо? – я гордо подняла подбородок, глядя этой стерве прямо в глаза.

– Я тебе ещё вчера сказала, что новенький мой. И чтобы ты даже не смотрела в его сторону! – язвительно произнесла она.

– Каткова, ты совсем дура, что ли? – не выдержала я. – Зачем он мне нужен – это раз. А во-вторых я его к себе не за парту садила. Забери его, пожалуйста, чтобы он мне вообще глаза не мозолил!

– Счас же, не садила. Вы пришли вместе. И он почти не разговаривает со мной, хотя вчера сам дал мне свой номер.

Я вдруг вспомнила о проблемах, что он мне рассказывал по дороге. Про переезд и маму в больнице. Естественно, ему пока неохота ни с кем общаться, да ещё с такой идиоткой, как Каткова. Не думаю, что он и ей был нужен. Слыхала, у неё был парень постарше. Здесь скорее работало её чувство собственности и жадности. И то, что ей досталось чуть меньше внимания, чем она могла бы получить. А ведь Никита и правда был симпатичный, высокий, широкоплечий. Да ещё и сын военного, как выяснилось.

– Отвали, я сказала! Иди, вон он стоит! Бери! Чего ко мне-то привязалась! – я почувствовала, что уголок губы приподнимается от нарастающего во мне гнева. Как же я её ненавижу!

Никита, фамилию которого я пока так и не запомнила, действительно стоял неподалёку, беседуя около окна с Сашкой Маркиным, ожесточённо жестикулируя при этом. Сашка что-то показывал в своём новом смартфоне, а потом они вдруг вместе заржали, а мне стало до смерти обидно за себя.

– Что ты мне сказала? – взъелась Лерка, перейдя на более повышенные тона. – Ты как со мной разговариваешь! Ты вообще кто здесь, Симкина! Ты никто! Поняла? Никто! Ничтожество!

На этом слове я не выдержала. Я долгое время старалась не обращать на неё внимания и просто избегала общения с Катковой и ей подобными существами. Ведь ещё тогда, когда я замкнулась в себе, та мгновенно почувствовала слабинку, что я ей дала, и начала щемить меня. Но сегодня почему-то просто накипело.

Я набросилась на неё, как разъярённая тигрица, вцепившись в тёмные волосы, липкие от литра лака, вылитого на них. Мы вместе покатились по паркетному полу. От неожиданной атаки Лерка сразу оказалась внизу, а я сидела на ней, царапая ногтями ей лицо, а она закрывала глаза руками, визжа при этом как поросёнок. Её подруга тоже пищала на весь коридор так, что даже стёкла звенели, но не вмешивалась. А мальчишки окружили нас, наблюдая интересное зрелище, но никто даже не пытался разнять нас, потому как всем было любопытно, чем же закончится эта потасовка. Кто-то, кажется, даже пытался снять происходящее на мобильный телефон, но мне было не до этого. Наверное, ещё ни разу Лерка не попадала в такие ситуации, поэтому растерялась, не зная, что и делать, а я не могла остановиться, войдя в состояние аффекта.

Уж и не знаю, чем бы это и закончилось, не появись в этот момент в коридоре наш пожилой физрук, Сан Иваныч. Он быстро растолкал локтями зевак и рванул к нам, оттаскивая меня за плечи от Катковой, а я пыталась лягнуть её вслед кроссовком. Пока он держал меня, я отбросила длинные спутанные волосы назад, тяжело при этом дыша. Каткова тоже поднялась, отряхивая пыль с новенького брендового костюма, привезённого из-за границы. Сейчас она напомнила мне тех шавок с пустыря, что гонялись за прохожими, тявкая с угрозами укусить побольнее, что-то общее у них точно было.

– Что произошло? – спросил Сан Иваныч, отпустив меня, когда я наконец-то перестала вырываться.

– Она меня оскорбила, – спокойно произнесла я, глядя прямо на помятую Леру, которую держала за руку Настя, второй рукой поправляя той причёску.

– Я?! – смогла наконец-то вымолвить Лерка. – Да я ей слова не говорила. Спросить подошла, а она как набросится! Психичка!

– Так кто из вас всё начал? – спросил Сан Иваныч, который не слишком верил Катковой, и нормально относился ко мне.

– Она! – закричала Каткова. – Идиотка! Посмотри, всю юбку помяла новую!

– Так, стоять. Кто-нибудь ещё может подтвердить?

– Это Каринка сама набросилась. Никто её не трогал! – вдруг встряла крашеная подруга Катковой. – Я всё видела.

– Короче, всё с вами понятно. Обе пойдёте к директору, там и разбираться будете. И не дай Бог хоть ещё раз увижу такое около моего кабинета! – порешил Сан Иваныч, указывая на двери в спортзал, который гордо называл кабинетом.

В этот момент прозвенел звонок, заставив любителей хлеба и зрелищ покинуть коридор и разойтись по своим классам. А ко мне вновь сел Никита, с интересом разглядывавший меня, как-то уже по-другому, заинтересованно что-ли. Я ничего ему не сказала, просто отвернулась в сторону, слушая тему по химии, в которой напрочь ничего не понимала.

Но на этом мои злоключения в тот день не закончились. На большом двадцатиминутном перерыве заявилась наша классная, что заволокла нас вместе с Катковой в прямом смысле этого слова к директору, Пал Палычу. Тот слушал нас по очереди, а мне жуть как не хотелось оправдываться за мой поступок. Да меня даже угрызения совести не мучили. Я ему так напрямую и сказала, когда Пал Палыч пытался заставить меня просить прощения у той, что меня оскорбила. И естественно, не желая портить отношения с Юрием Катковым, известным бизнесменом нашего города, что являлся другом Палыча и спонсором школы, крайней во всей этой истории оставили меня.

Я не ожидала ничего другого, если честно, зная, что так и произойдёт. Но в душе остался очередной осадок от несправедливости. Ещё одна кроха моего терпения была подорвана.

Каткова ушла, а Надежда Ивановна, наша классная, оставалась в кабинете Пал Палыча. Марина, его секретарша, тоже вышла, и я осталась одна в приёмной. Я сидела и смотрела в окно, а за дверью шёл разговор. Было слышно всё, о чём они там говорили, для этого даже не нужно было сильно напрягать свой слух.

– Ума не приложу, что делать с этой девчонкой, – причитала за дверью Надежда Ивановна. – Нормально учится, да и способности шикарные. Но вот после развода родителей изменилась полностью. Да она вообще ни с кем не общается…

Ага, как же, после развода. Да его я как раз восприняла адекватно. Да дело было вовсе не в моём папе. Я знала, что он у меня был и любил меня, хоть и жил далеко и виделись мы с ним редко.

Они не знали того, что произошло потом, спустя два года. И никто не знал. Никогда и не с кем я не обсуждала ту тему и не собиралась делать этого впредь. Да, я действительно замкнулась в себе, пыталась разобраться в своих мыслях. Я перестала общаться с людьми без крайней на то необходимости. Как я не сошла с ума за всё это время, скрывая то, что случилось, никому было неизвестно, даже мне самой, хотя хранить эту тайну было нереально тяжело. Было время, когда я просто головой о стены билась, желая выбросить из головы те воспоминания. Если бы существовала таблетка, с помощью которой я смогла бы потерять память, я бы выпила её без сомнения. А так…

– Симкина! – голос Надежды Ивановны вывел меня из самотерзаний. – Я сегодня же позвоню твоей маме и приглашу её в школу на беседу.

– Звоните, мне то что, – я пожала плечами. – Она всё равно не придёт.

– Вот и позвоню. Это же надо, только учебный год начался, а ты уже такое вытворяешь. Представляю, что будет дальше. после уроков к Алёне Викторовне, поняла? Я ей позвонила, она будет тебя ждать.

Она покачала седой головой, а потом вышла, оставив меня одну. Я тоже не стала спорить. Визит к Алёне Викторовне подразумевал порцию веселья. Она была нашим школьным психологом. Той самой, кто в прошлом году заваливал меня всевозможными тестами с целью изучения моей самооценки, что по её мнению была заниженной, но тесты давали нормальные результаты. Я долго училась контролировать себя и скрывать эмоции и знала, как отвечать на тот или иной задаваемый вопрос. Я посвятила этому несколько месяцев, прочитав массу литературы по психологии. Иногда у меня было такое ощущение, что я знала больше, чем эта самая, только пришедшая к нам на работу Алёна. Да меня можно было проверить хоть на детекторе лжи, но они всё равно ничего бы не узнали.

Я невольно улыбнулась, вспомнив прошлогодние наши беседы. Интересно, что она выдумает в этот раз? Читать морали не в её правилах. Неужели она начнёт вновь отвечать на дурацкие вопросы.

Каткова больше не подходила, а новенький не лез с разговорами. Даже Сашка Маркин молчал, не обращая на меня внимание. Надо было давно побить эту Каткову, она меня бесила все эти годы. Хотя я знала: придёт время, и она станет, как и прежде, наигранно вежливой, ведь наверняка придётся что-то у меня списать. Это не за горами. Или после этого она долго мне подойдёт ко мне?

Она сидела надутая, держала в одной руке зеркальце, а другой рукой пыталась закрасить небольшую ссадину, что осталась на её лице. Странно, неужели не поёдёт жаловаться папочке или снимать побои. Или будет мстить? Кажется, она даже не смотрела в мою сторону, или не считала меня достойной её великого взгляда.

Следующий урок ещё не начался, когда ко мне вдруг подошла Алинка. Я окинула её взглядом, представляя себе сколько пирожных та успела съесть за лето. Скоро будет как наша теть Тамара, и начнёт ходить и жаловаться всем на одиночество.

– Слушай, Карина! А здорово ты её отделала! Давно пора её проучить, – зашептала она тихо, чтобы никто больше не услышал, что против Катковой есть ещё кто-то.

– А тебе чего? – спросила я, глядя на неё в упор.

– Ничего. Просто я подумала… – Алина запнулась, передёрнув головой. – Как ты вообще? Даже ни разу не позвонила за три месяца.

– Нормально, – ответила я, отвернувшись. Если бы у Алины было желание выяснить, как я поживаю, она позвонила бы сама. А так это лишь пустые разговоры. Или то, что я ответила Лере, просто сыграло свою роль.

– Ладно, потом поговорим. Звонок сейчас, – сказала Алина, отходя к своему месту.

А я поспешила к себе, вновь встретившись взглядом с Никитой, виновником сегодняшнего происшествия. Я послала ему ядовитую ухмылку, а он лишь улыбнулся в ответ, поправив лацкан своего пиджака. В нём чувствовалась выправка и строгое воспитание, недаром он был сыном военного. Интересно, кто его отец? Да впрочем, какая разница. Я вновь подняла глаза и поймала на себе его взгляд. Нет уж, завтра я не позволю ему сидеть со мной. Пусть катится назад, чтобы я его даже не видела, а то наживу себе ещё проблем по его вине.

– Слушай, Карина! – вдруг позвал он меня.

– Чего тебе? – спросила я недовольно.

– Давай я тебя провожу домой. О-кей?

– Ещё чего не хватало. Иди вон, Каткову провожай. Мне провожатые не нужны! Или её подружку крашеную!

Я бесцеремонно отвернулась, даже не став слушать дальнейших слов, а в этот момент вошла наша классная, что проходя мимо, бросила на меня недовольный взгляд. Действительно, мне же предстоял ещё визит к Алёне Викторовне, чуть не забыла. А вечером наверняка будет скандал дома, ведь моя мама просто так этого не оставит. Она молчит до поры до времени, но стоило её зацепить, она тут же выходила из себя, разнося всё на своём пути. Наверное, в чём-то мы с ней похожи. Дай Бог, чтобы у меня никогда не было дочерей.

Глава 4

Я вновь находилась в страшном лабиринте. Не знаю, что произошло, но я поймала себя на мысли, что даже не удивилась своему возвращению. Меня встретил тот же мрачный коридор с окошками бойницами и зеленоватым туманом за ними. Стало чуть теплее, но каменный пол, на котором сейчас светились огненные узоры, всё так же отдавал прохладой, что особенно чувствовалась в кожаных сандалиях. Но я вздохнула с облегчением, поняв, что нахожусь здесь одна.

Я знала, что это всего лишь сон, поэтому начала бить себя по щекам, щипать руку. Но ничего не изменилось. Я тяжело вздохнула и направилась вперёд. Туда, где, по моему мнению, должен был находиться выход, куда я бежала в прошлый раз, сломя голову.

Вскоре уклон коридора пошёл вверх, заставив мышцы работать чуть больше, а вскоре я увидела впереди тусклый мерцающий свет, который означал, что этот ход заканчивается, а впереди меня ждёт нечто иное.

Зал, что открылся передо мной, был гораздо больше предыдущего. И он был совершенно иным, нежели тот, что я увидела в первый раз. В него сводились одновременно три прохода, я же вышла из крайнего правого. По краям торцевой части возвышались ступени, переходя в невысокие площадки, над которыми находились невысокие окошки-бойницы, где пробегал туман. А посреди зала возвышалась колонна. Но это была не простая колонна, в ней прорезались маленькие окошки, наполненные огненными вихрями. Казалось, она скрывает в себе столб огня из преисподней. В целом же это было довольно симпатичное помещение, если не смотреть на пугающую колонну и на потолок, что был выполнен из выпуклых многогранников, что нависали ярусами, грозя упасть на голову с высоты десяти метров.

Вдруг я обернулась, услышав странный, леденящий душу звук. А потом почувствовала, как по моей щеке легко скользнули чьи-то пальцы, остановившись за ухом и приподняв мои волосы. Я рискнула отпрыгнуть в сторону, но тут же оказалась в стальных тисках рук, что развернули меня, и вновь увидела его, мужчину из моего кошмара.

– Где ты была? – он яростно смотрел на меня, сверкая своими золотистыми глазами и сводя густые, но чётко очерченные брови к переносице. – Почему ты исчезла?

Я ощутила, что дыхание спёрло от ужаса, и попыталась сделать вдох, но не смогла. Воздуха не хватало, а лёгкие будто свело судорогой, и каждое его прикосновение добавляло мне всё больше мучений. Я открывала рот, как рыба, выброшенная на берег, слёзы выступили из глаз, капнув на его руку. Внезапно он ослабил хватку и пристально посмотрел на меня, поняв, что сделал что-то не так.

«Это лишь мой сон…это ненадолго. Он всего лишь мираж», – думала я, не сводя с него глаз.

– Почему ты меня боишься? – он отпустил меня вдруг и отошёл в сторону, встряхнув густой шевелюрой, что доходила почти до плеч, скрывая шею.

И лишь тогда я смогла сделать вдох, опустившись на пол, где меж пальцами пробегали красные отблески, отражаясь от странного камня пола, закручиваясь причудливыми узорами и подсвечивая мне подушечки, будто они горели изнутри. Потом, отдышавшись, я приподнялась, сидя на коленях, и вспомнила про его вопрос.

– Я не знаю, – прошептала я. – Не понимаю. Ты странный… Это начинается, когда ты касаешься меня.

– Я пытаюсь почувствовать Фор… Карина, – ровно ответил он. – Так где ты была столько времени? У тебя нет силы, тогда как у тебя получилось исчезнуть?

– Сколько времени? – поинтересовалась я. Сейчас мне начало казаться, что я и не покидала это место.

– Не знаю точно. В Вариторе время течёт странно, может один или два тэля.

– Это сколько?

– Примерно одна четвёртая суток Эймара. В Вариторе нет дня или ночи. Здесь всегда сумерки.

– Что такое Варитор? Расскажи мне! Дэн… Дэн… как там тебя?

– Дэнмириан вом Алистер, – перебил он, глядя на меня свысока, сделав при этом ледяной тон.

– Боюсь, не выговорю, – заключила я грустно. – Можно называть тебя как-нибудь проще? Например, Дэн.

– До этого никто не удостаивался такой чести, – бросил он мне в ответ, одновременно рассматривая зал.

– Почему же? – спросила я. Это же надо! Мало, что он персонаж из моего сновидения, так ещё и оказался чрезмерно наглым и надменным.

– Потому что я старший сын правящей династии Эймара, принц Кантермонский, герцог Моонтельский, владелец артефакта силы эмов…

– Угораздило же меня связаться с такой титулованной особой, – изрекла я. – И чего тебя сюда вообще занесло?

Он нахмурился, вспыхнул синим огнём и … исчез. А потом так же неожиданно появился с другой стороны центральной колонны.

– Ты всё видела! Зачем спрашиваешь?

– Я видела? – искренне удивилась я. – Ты имеешь в виду ту дьяволицу? Это она затащила тебя сюда?

– Кителла… Как ты её назвала?

– Дьяволица. Такая страшненькая, красненькая. С перепончатыми крыльями и когтями, как у дракона. Отвратительное существо.

– Ты правда так думаешь? – он внимательно посмотрел на меня, а потом разразился странным смехом. – Вообще-то она мнит себя первой красоткой Ар-магора.

– Вероятно, у их жителей странные представления о красоте, – заметила я, радуясь, что он прекратил все попытки дотронуться до меня.

– Вообще, в ней есть свой шарм и притягательность. Но при перевоплощении она может навести страху.

– Ты о чём? – не поняла я. – Она бывает другой?

Он лишь безразлично пожал плечами и усмехнулся.

– Как и все мы. Это я застрял в одном облике. Хотя, когда я чувствую Фор, то кажется, что моя способность к перевоплощению возвращается.

– Хочешь сказать, ты такой же? – насмешливо спросила я, но сама почувствовала, что голос как-то дрогнул.

Он промолчал. Лишь недовольно фыркнул, метнув вдруг синюю молнию вверх, что оттолкнулась от потолка и рассыпалась на тысячу мелких искр, озарив при этом своды помещения.

– Я позволю называть меня просто Дэн. Но ты должна успокоиться, иначе я перестаю чувствовать артефакт, я не ощущаю связи с ним.

– Вот и спасибо, Дэн, – я поднялась, рассматривая его. Больше я не слышала в себе того страха, что испытала сразу при нашей с ним встрече.

– Не за что. Так как тебе удалось покинуть Варитор?

– Я просто проснулась, – пожала я плечами. – Это всего лишь мой сон.

– Сон? Ты хочешь сказать, что появляешься здесь лишь сне?

– Угу, – пробормотала я. – Скоро я проснусь, и тебя не будет рядом. Ты всего лишь мой мираж.

Ох, зря я это произнесла. Он тут же очутился рядом, прижав к колонне, что осветила мои волосы ярким огнём, который усилился при прикосновении к полупрозрачному веществу. Но сам материал отдавал холодом.

– Я мираж? Посмотри на меня! Я также реален, как и ты! – прошипел Дэн мне в ухо. – Чувствуешь меня?

Сердце вновь бешено заколотилось, но я попыталась взять себя в руки. Дэн склонился надо мной, и я услышала его тяжёлое дыхание у виска, а его рука потянула вверх мой подбородок. Он медленно провёл указательным пальцем по верхней губе и остановился.

– Я похож на сон? – спросил он неожиданно.

– Ещё как, – ответила я, увернувшись от его руки. Второй он держал меня, и я понимала, что сопротивление бесполезно. Мало того, что он был на голову выше меня и гораздо мощнее, так ещё и его странные свойства исчезать и появляться, а также синий огонь, что исходил из его рук, пугали меня. Но я вспомнила, что скоро проснусь, и мне внезапно стало легче. Придётся потереть ещё немного, и всё закончится. Я вдруг расслабилась в его руках, и он тут же понял это.

– Вот и молодец. Хорошая девочка, – похвалил он, прижавшись ко мне полуобнажённым торсом, при этом меж нами пробежала искра, что замкнулась в полумесяце на моей шее. Он чувствовал это. Вероятно, поэтому и делал это, иначе с чего бы он вообще обратил на меня внимание. Его нос жадно вдыхал запах моих волос, а рука поднялась к груди, но тут же опустилась вниз. Сердце вновь ускорило свой темп, а он получал некое странное невообразимое удовольствие от контакта со мной.

– Отпусти меня! Прошу! – попросила я, когда пальцы начали исследовать дальше моё тело.

– Интересно, каков твой другой облик, – прошептал он, не слушая меня. – Мне любопытно, какой ты бываешь ещё.

– Ты о чём, Дэн? Какой облик? Я простой человек!

Он отпустил меня, а я присела на корточки, опираясь на огненную колону. Он стоял, поставив ногу на ступень, и рассматривал меня. Я тоже окинула себя взглядом, чтобы удостовериться, что я и правда осталась человеком.

– Хочешь сказать, люди всегда в одной ипостаси?

– Именно!

– Удивительно. Как же вы живёте? Хотя, у нас встречаются подобные существа.

– Так и живём. И неплохо. Очень даже весело иногда, – пошутила я. – А вообще я не пойму, если мы с тобой из разных миров, то как я тебя понимаю?

– Ты понимаешь меня, потому что я это захотел. Это несложно, все в нашем роду обладают этим даром. Это телекинез.

– Удивительно, – я вытянула ноги, усевшись на пол. – И что ваше высочайшее дарование хочет от меня? Может, всё-таки расскажешь мне, коль ты стал моим навязчивым сновидением.

– Мне нужно выбраться отсюда. А затем добраться до Кителлы. Это можно сделать лишь с использованием Фора, иначе я не смогу проникнуть в Ар-магор. Варитор состоит из оболочек, точнее локаций. Мы находимся где-то в центральной части, самой маленькой. А дальше нужно искать портал.

– И мы проникнем в следующую часть? – удивлённо спросила я, пытаясь понять, о чём он вообще говорит. – Так можно всю жизнь искать? Ты готов потратить на поиски несколько годков? Я как-то нет. Давай я тебе всё же твой камушек отдам, и уберусь восвояси, пока чего не случилось.

– Не говори чепухи! – оборвал он мою речь. – Я не могу пользоваться Фором. А с ним как раз-таки мы найдём портал гораздо быстрее. Он укажет нам направление выхода.

– Боже… Какая вездесущая штука, твой Фор. А на вид простая безделушка.

– Мой отец почти пятьсот лет использовал его, но я пока не знаю всех его способностей.

– Сколько-сколько? Пятьсот? Или мне послышалось? – я широко открыла глаза, разглядывая Дэна. – А вот тебе не дашь на вид больше тридцатника.

– Мне всего лишь сто шестьдесят три, так что я ещё молодой, – звонко рассмеялся он.

– Обалдеть. Я столько жить не хочу, – мне вдруг стало жаль его. – Ладно, Дэн. Коль я уже тут, то пойдём искать твой портал, а то я уже замёрзла сидевши на одном месте. Только не трогай меня руками лишний раз.

– Ну наконец-то. До тебе туго всё доходит.

– Как есть. Могу просто проснуться, и будешь искать выход сам.

– Идём! – он подал мне руку, подняв на ноги, и наши взгляды вновь встретились. Я даже не испугалась этого бешеного оранжевого огонька в его глазах, позабыв вдруг свой страх. Он действительно был привлекателен, насколько может быть красивым мужчина. Но это же был мужчина из моего сна, поэтому удивляться не приходилось, что он соответствует моим идеалам красоты. Если бы он ещё и руки не распускал, было бы вообще шикарно. Он приподнял бровь, рассматривая моё глупое в тот выражение лица, а я невольно залюбовалась этим красиво очерченным лицом, а потом опустила глаза на кубики мышц, что виднелись в прорехе его непонятного цвета рубашки.

– Слушай, Дэн, – внезапно сообразила я. – А мы здесь что, совсем одни?

– В этой локации, видимо да. А дальше есть вероятность повстречать кого-либо. И не факт, что настроенного к нам положительно.

– Что, великие имперские наследники не пользуются здесь популярностью? – пошутила я.

– Боюсь, многие даже не знают о существовании Эймара, – ответил он сухо, никак не среагировав на мою колкость. – Варитор создал великий демиург, что создал и ваш мир. Верно, поэтому, ты и имеешь сюда доступ.

– Короче, я попала в ад, и нам нужно пройти все его круги.

– Не ад… А локации, – поправил он меня. – Варитор находится где-то между Эймаром и вашей примитивной Землёй. Отец тоже использовал его, чтобы защитить Эймар от некоторых недовольных им подданных. А ещё отправил сюда несколько пойманных с поличным тайных агентов Кителлы, чтобы они пожизненно мучились в поисках выхода.

– Странно, а что они будут тут есть, чтобы пожизненно мучиться? – удивилась я, еле поспевая за ним следом.

– Внутренняя энергия лабиринта даёт силы. И сама же черпает их в своих пленниках. Такой своеобразный круговорот энергии.

– Ну прямо таки закон сохранения, – прокомментировала я. – Видать демиург был чокнутым, коль придумал такое развлечение. Прямо как мыши в лабиринте, над которыми проводят опыты. Ты уверен, что Землю создал именно он?

Дэнмириан остановился и посмотрел на меня удивлённо. Верно, он ещё не встречал того, кто может говорить столько глупостей вподряд.

– Я не знаю. Лично не знаком. Не задавай мне лишних вопросов.

– Куда нам идти? – спросила я, вспомнив, что мы пошли в центральный проход зала с колонной. Теперь же мы стояли на развилке двух коридоров, абсолютно одинаковых на первый взгляд. Потолок редко стал ниже, и Дэн почти касался его головой, а мне достаточно было поднять руку, чтобы достать до него. Сами же коридоры были довольно широкими. При желании туда мог въехать автомобиль, если бы он тут вдруг очутился.

Мой красивый кошмарик тоже не знал, куда идти дальше. Он принюхивался, чуть скривив свой рот, подняв уголок губы вверх, будто воздух мог сказать ему о том, где находится выход.

– Иди сюда! – произнёс он строгим приказным тоном.

Я решила не пытать судьбу. Лучше сделать то, что он говорит, чем связываться с этим типом. Поэтому подошла ближе, рассматривая тьму, что ждала нас в обоих вариантах пути. Он незаметно очутился сзади, взяв меня за плечи.

– Идём сюда! – указал он в правый ход. Мы вошли туда, сделали пару шагов и остановились. Он сверху с высоты своего роста смотрел на свой амулет, но ничего не происходило. – Не туда. Попробуем другой ход. Иначе придётся возвращаться обратно.

– Только не это, – ответила я. – мы час шагали, а ты предлагаешь идти назад!

Хотя, какая разница, где в этом лабиринте дожидаться времени своего пробуждения. Но на наше счастье в левом коридоре Фор вдруг издал мутное белое свечение. Мы направились дальше, во мрак, а он освещал нам дорогу. Я шла впереди, а Дэн подгонял меня, пока лишь словами.

– Расскажи, как там, в твоём мире, – попросила я, чтобы как-то скрасить тишину.

– В моём мире? Неужели интересно?

– Очень, – призналась я, даже не солгав ему.

– Эймар имеет звезду, подобную вашей. А наша планета – единственная обитаемая в системе. Правящая династия Алистеров управляет Эймаром уже много тысячелетий. До войны наши народы жили хорошо. Вся система мира устроена так, что сословия имеют чёткое разграничение. Воин всегда остаётся воином, а маг магом. Есть и простые крестьяне, они живут в отдельных поселениях. В общем, всё как и у вас, только власть одна, поэтому порядка больше. Есть элита: высшие веллины – эммы, есть маги, жрецы, дворянство, военачальники. Остальные же подчиняются им. Правят те, кто обладает силой.

– Тогда точно, как и у нас, – ответила я, внимательно слушая его длинный рассказ. – Только правят те, кто обладает деньгами. А как там, с технологиями совсем туго?

– Мы против развития машин и прочего подобного. Всё, что нам нужно, можно сделать при помощи магии, она гораздо эффективней и затрат энергии меньше. Тем более, мы заботимся о нашей планете, в отличии от вас, людей. Я знаю, что происходит у вас. Некоторые обладатели силы умудрялись посещать ваш мир.

– Обалдеть, как у тебя всё просто. А что за война у вас была?

– Войну затеяли давно. Мир Ар-магора умирает. Конечно, это произойдёт не скоро, но все прекрасно знают, что планета, где проживает Кителла, медленно, но верно с каждым годом приближается к своей звезде. Это происходит мизерными долями, но когда-нибудь придёт время, и жить там станет просто невозможно. Сначала она превратится в безлюдную выжженную пустыню, а потом её поглотит солнце.

– И почему так происходит?

– У Ар-магора был спутник с большими залежами драгоценного металла. Так вот местные маги не поделили его, а император Страурум тогда разозлился и просто уничтожил его, спалил и разнёс на кусочки, чтобы никому не достались те богатства. Тогда и нарушилась орбита их планеты.

– Я думала, в других мирах не знакомы с устройством их систем, – вспомнила я наблюдения из прочитанных мною книг.

– Есть и такие. Но Ар-магор, как и Эймар, стоят на ступень выше по своему развитию. Есть миры, где до сих пор тёмные века или местное средневековье. Там обитают всевозможные иные расы.

– Если они уж такие продвинутые, то почему бы просто не найти другую планету в вашей галактике и не переселиться туда? – удивлённо спросила я Дэна.

– У нас нет космических кораблей, я же объяснял тебе. Для этого придётся осваивать целый комплекс технологий. Проще использовать магию для открытия портала и проникнуть в параллельную реальность.

– Вот как? Хорошо, хоть на Землю не лезете.

– Земля не подходит нам, у нас всё иначе, чем у вас. Да и пересечь Грань можно только в одиночку, а не тянуть за собой армию.

– Слава нашему демиургу! Знал, где домик строить, – обрадовано заметила я. – За границей!

– Так рассказывать дальше про войну? – спросил он, пока мы медленно, но верно шагали вперёд.

– Валяй! – согласилась я.

В таких разговорах мы шли ещё часок, не меньше. Потом пришлось несколько раз выбирать верный путь, но Фор чётко указывал нам дорогу, при этом ещё и освещал её. Единственное, что меня смущало, что Дэн каждый раз обнимал мои плечи, а иногда его шаловливые пальцы лезли мне под рубашку, заставляя вновь дрожать, хотя в душе я его уже не боялась.

В довершении всего мы встали перед очередной развилкой, откуда шли сразу несколько лестниц. Некоторые из них взмывали вверх, маня мерцающими ступенями. Другие, напротив, уходили резко вниз, так, что идти по ним было бы несколько опасно, только и смотри под ноги, чтобы их не переломать. Все они выходили из очередного круглого зала, подсвеченного странными моргающими факелами под сводами потолка. Я по очереди сунула нос в каждый из проёмов, но так и не поняла, где проходил наш верный путь. Дэн тоже не спешил, рассматривал каждый проход, прищурив свои огненные глаза, будто тигр перед нападением. Он наблюдал и за мной, я чувствовала его пристальный взгляд на себе, и понимала, что он не знает, что ему делать.

– Дэ-э-эн, – протянула я. – Куда нам идти дальше? Ты уверен, что мы не сбились с пути в прошлом зале.

– Уверен, – резко ответил он. – Артефакт не может ошибаться. Иди сюда!

Он притянул меня к себе, и я снова задрожала. Я ненавижу, когда меня трогают посторонние, кажется я ещё это не говорила. Я и в реальной жизни стараюсь делать всё сама в гордом одиночестве. Будем считать, что это одна из моих фобий. Он же будто решил преступить все мои устоявшиеся принципы. Его я боялась особенно, потому что он был взрослым мужчиной. Умом я пыталась понять, что я не нужна ему, он делает это только для поисков выхода, а душа рвалась как можно дальше от него, пыталась ретироваться, сбежать, улететь прочь.

Он уже понял это, но видимо, его терпение было стальным, как и его руки, что держали меня в тисках. Он ощущал мои страхи, но делал всё наоборот. Или мои кошмары нашли отражение в моём сне?

– Вот наш коридор, – он указал на самый простой, невзрачный проход, потянув меня за собой. Я лишь успела отойти от очередной порции полученного адреналина.

Стены сами подсвечивали дорогу мерцающим голубоватым светом. Мы шли долго, спускались по ступеням, потом поднимались, и так раз двадцать пять. Ноги безумно болели, и я всю дорогу мечтала о том, что вот-вот проснусь, но этого не происходило, и мне приходилось догонять его, спотыкаться, падать в его руки, что подхватывали меня и ставили на пол.

– В следующий раз надумаешь попасть сюда – прихвати карту местности, – посоветовала я, когда мы в очередной раз вышли в более широкую часть коридора и остановились, чтобы отдышаться.

– Главное, чтобы в следующий раз мне не досталась такая идиотка, как ты, – парировал он. – Я терплю тебя лишь потому, что по другому не смогу найти выход.

– А если бы я встретилась тебе просто, не в лабиринте? – резко ответила я.

– Этого бы не произошло. Вряд ли я вообще обратил бы внимание на человека.

– Так ты же тоже человек, ну с виду, по крайней мере!

– Я обладаю силой эммов. А ты нет. В этом и состоит разница. Мы живём в основном в этом облике, лишь при необходимости мы принимаем вторую и третью ипостась. Либо когда нужно применить силу, либо когда эмоции превышают допустимые пределы.

– Есть ещё и третья? – удивлённо спросила я, не обращая внимания на его слова.

– Третья – это призрачная. Я при тебе несколько раз пытался её принять, но надолго не могу в ней удержаться.

– Понятно. Посмотри, где мы. Кажется, мы собираемся пойти назад! – заметила я. – А то придётся ещё долго терпеть такую бестолочь, как я.

Как же он меня иногда раздражал своей циничностью и высокомерием.

– Сюда! – он потянул меня за руку, и мы продолжили путь. Ноги заплетались, став ватными. Не хотели идти, останавливались, но он непоколебимо направлялся вперёд, не глядя на моё состояние.

– Я больше не могу, – прошептала я, опустившись на пол.

Он обернулся, глядя на то, как я растираю ступни и икры ног.

– Ты правда не можешь идти? – спросил быстро он. – Осталось немного, я в этом уверен.

– Вот и иди сам, – огрызнулась я.

– Какие же вы, людишки, слабые существа. Ноете постоянно.

– Было много человеческих знакомых?

– Не поверишь. До тебя – ни одного, но мне тебя на всю жизнь хватит, – с этими словами он легко подхватил меня, как пушинку, завалив на плечо.

– Эй! Ты что делаешь? – попыталась возмутиться я, но мои вопли никто уже не слушал. Я расслабилась и повисла на нём, свесила голову, положив голову ему на лопатку, что несколько напрягалась при шагах.

– Вот он…, – он вдруг сбросил меня на пол, чуть придержав, чтобы я не грохнулась с высоты его роста. – Портал!

– Выход из этой локации? – тихо спросила я, рассматривая то, что он мне показывал. На вид это было некое силовое поле по размерам напоминающее обычную двухметровую дверь. Именно так по моему разумению и выглядел портал в ад. Синее мерцание распространялось на ширину всего прямоугольника, но оно было абсолютно плоским. Если обойти с другой стороны, можно было увидеть то же самое.

– Что теперь делать? Ты хочешь, чтобы мы прошли сквозь это? – испуганно спросила я. – Туда не пойду! Даже не проси.

– Я не пройду без тебя и Фора, – ответил он. – Портал не пустит меня.

– Ну ты прям кладезь информации, ходячая инструкция по использованию артефакта. Ты же не пробовал! Откуда тебе знать, кого он пустит, а кого нет.

– Это поле убьёт каждого, кто сунется туда просто так, – спокойно ответил он, не обратив внимание на очередную глупость, сказанную мною.

Но лучше бы он этого не говорил. Желание пытаться туда проникнуть сразу же исчезло, удалилось восвояси.

– Мы должны сделать это вместе, – произнёс он после недолгих раздумий. Ты должна чувствовать меня, а я должен чувствовать тебя. А ты меня боишься. Если будешь продолжать в том же духе – в решающий момент всё рухнет. Если ты испортишь переход – мы погибнем оба.

– Не знаю, смогу ли я сделать так, как хочешь ты. Это не от меня зависит. Поверь, я не специально.

Он обнял меня сзади, прижавшись всем своим сильным телом, его ноги прижались к моим, руки свелись вместе, а пальцы переплелись воедино. Грудью он касался моих плеч. В то же время его лицо опустилось к шее, и он провёл языком по моей коже.

– Неужели я так тебе противен? – прошипел он мне в ухо. – Могла бы просто расслабиться и получить удовольствие.

– Хорошее удовольствие – сгореть заживо в силовом поле, – ответила я, проигнорировав его слова. Оправдываться мне не слишком-то хотелось.

Пришлось бы объяснять причины моего поведения, а это было худшим, что я могла себе представить. Я просто попыталась представить, что его нет рядом. Но он напоминал о себе, дыша мне прямо в затылок.

– Прошу тебя… Я никогда никого ни о чём не просил. Расслабься и почувствуй меня. И тогда Фор проведёт нас обоих.

Я вновь постаралась сделать то, о чём он просил. Закрыла глаза, потому что сияние поля портала слепило меня. И вдруг я почувствовала тепло, исходящее от Дэна. Мне стало комфортно, я прижалась к нему спиной, тяжело дыша, будто эти действия забирали часть меня самой.

– Вот так лучше, – прошептал он мне прямо в ухо. Он работает! Только не думай ни о чём больше. Идём!

С этими словами мы шагнули вперёд, потом ещё шаг и ещё… Разноцветный калейдоскоп заставил меня прищуриться, когда я открыла глаза. Но зато я была уверена, что жива, и это безумно радовало. Внезапно краски стали тускнеть, блекнуть. А реальность вокруг стала какой-то далёкой. Я и забыла, что это всего лишь сон. Я возвращалась домой. Сейчас всё прекратится…

«Карина! Вернись!» – раздался далёкий голос из пустоты, но я уже не слышала окончания фразы.

Будильник вовсю голосил о том, что мне пора подниматься, а я всё ещё ощущала тепло тела Дэна. Впервые за последнее время я поняла, что прикосновение может быть приятным.

Глава 5

Этот дурацкий сон вновь навеял мне некую тоску. Проснувшись, я тупо смотрела на свой медальон, не понимая, отчего он мне приходит во сне. Видно, надо просто снять его, и всё станет, как и прежде.

С этой мыслью я сняла амулет и забросила его в шкатулку. Его даже как-то не хватало, но морально стало намного легче. Странно, как это я не проспала сегодня. День вчера закончился так же ужасно, как и начинался, да ещё и лабиринты во сне. Может, я просто начала медленно, но верно сходить с ума?

Надежда Ивановна так и не позвонила моей маме. Либо просто не успела, либо мама додумалась не ответить на звонок. И неудивительно, она вернулась, когда я уже засыпала. Мама работала в частной фирме бухгалтером, и хоть работы у неё на самом деле хватало, после работы она умудрялась обслуживать ещё пару организаций, а всё остальное время раскатывала по городу со своим новым увлечением, женатым начальником завода, на котором изготавливали железобетонные конструкции. Я знала это, хотя она ничего мне не рассказывала о своих приятелях. Слыхала разговор своих соседок по подъезду. Случайно, просто обрывки фраз донеслись, я вообще никогда не была любителем подслушать чужие разговоры. Но говорили они уж слишком громко, видимо не знали, что я в тот момент выходила из квартиры.

На улице моросил мелкий дождик. Небо затянулось серыми тучами. На вчерашнюю солнечную погоду не было даже намёка. Видимо, дождь начался ещё ночью, потому как все ямки двора были заполнены водой. А я дура, даже не додумалась взять зонт. Но возвращаться не хотелось, иначе точно можно было бы опоздать вновь, поэтому, натянув на голову капюшон, я старательно перепрыгивала через лужи, смахивая капли с лица.

День пролетел как-то незаметно. Меня совсем никто не трогал, и я ни с кем не разговаривала. И меня это очень даже устраивало, потому как слышать противный голосок Катковой мне вовсе не хотелось.

А вот вечером началось самое противное. Как это было ни странно, моя мама заявилась домой вовремя. И сделала она это лишь потому, что наша классуха всё же смогла ей дозвониться. И не успела я смотаться в свою комнату, как моя мать, допив свой чай, позвала меня не обещающим добро тоном.

– Карина! Надо поговорить! – остановила она меня.

Я обернулась, скорчив мину. Мама сидела на табуретке, глядя на меня в упор, сняв свои очки.

– Чего? – отозвалась я.

– Зачем ты побила Леру Каткову?

Как же мне не хотелось оправдываться за вчерашний поступок.

– Она сама напросилась. Могу побить опять, мне не сложно! – ответила я, отвернувшись в сторону и разглядывая синие цветочки на обоях.

– Ты считаешь это нормальным? – она начинала повышать голос, и её тон мне совсем не нравился. Да мне никакой её тон не нравился, но когда в нём появлялись такие, чуть раздражённые нотки, я сразу просекала, что добром это не закончится.

– Я считаю нормальным. Она меня оскорбила, да и просто достала.

– Это не повод сразу лезть в драку. Тебе почти семнадцать, а ты ведёшь себя, как маленький ребёнок! Только год начался, а у меня от тебя одни проблемы!

– Я и есть твоя вечная проблема, – прокомментировала я, не поворачиваясь и стараясь не смотреть в глаза.

– Так и есть. Лучше бы тебя вообще не было! – крикнула она, задев во мне нечто живое, будто некая струна зазвучала внутри.

– Тогда почему ты не отдала меня папе, когда вы разводились? Почему?! – я почувствовала, что слёзы наворачиваются на глаза.

– Об этом даже и речи не было. Несносная девчонка! Ты мне всю жизнь испортила! Испоганила! – крикнула мать в ответ, хлопнув дверью. – Я больше не собираюсь краснеть за тебя! Может сдать тебя просто в интернат?

– Боюсь, ты опоздала по возрасту! – крикнула я в ответ.

И почему я не поехала учиться куда-нибудь в колледж ещё год назад? Жила бы себе сама, спокойно в общежитии. Так нет же, хотелось как лучше, поступить в университет. Так и хотелось крикнуть что жизнь испортила не я ей, а она мне. Но от этого вряд ли что-то изменилось бы в тот момент, я ещё рисковала схлопотать пощёчину. Я поклялась никогда не говорить ей то, что всегда рвалось наружу в такие моменты. Но в последнее время что-то слишком часто хотелось просто взять и отомстить всем.

Я просто ушла, легла, укрывшись пледом с головой, чтобы не слышать дальнейших криков, что всё ещё раздавались из-за дверей спальни. Я ненавидела весь мир в тот момент, всех вокруг. Кроме папы. Почему-то к нему у меня было особое отношение.

В тот день не видела никаких снов, я и не спала пол-ночи, всё обдумывая, как жить дальше, и стоят ли все мои мучения и самотерзания хоть чего-то положительного в этой жизни. Иногда мне казалось, что проще рассказать те события кому-либо, но умом я понимала, что лишь усугублю этим всю ситуацию. Тогда мне точно не жить нормально. Так ещё есть шанс всё забыть, и с некоего момента начать новую жизнь, где не будет тех воспоминаний и той страшной тайны, что я скрывала от всех.

Амулет так и остался лежать в шкатулке. Мысли о том, что я никому не нужна, перекрикнули все положительные стороны моего существования. Я твёрдо решила уехать, но куда и как пока соображала весьма смутно. Под утро я смогла уснуть, но сон был тревожным и прерывался невнятными видениями, но страшного лабиринта в нём не было и в помине.

Я проснулась от того, что входная дверь захлопнулась. Ей было всё равно, позавтракаю ли я, не было дела, не просплю ли я в школу. Её волновала лишь работа и репутация. В тот момент я и решилась уехать.

Поспешно забросив под тахту все учебники из рюкзака, я вытряхнула из шкафа вещи, что могли бы мне пригодиться. Джинсы, водолазка, и всё остальное, что было нужно. Остальное полетело назад в шкаф...

До вокзала шагала медленно, оглядываясь по сторонам, будто кто-то мог остановить меня здесь. На часах было пол-девятого, когда я увидела в конце квартала ярко-жёлтое здание, как ядовитое бельмо выделявшееся на фоне серых пятиэтажек. Из нашего городка не шёл ни один прямой поезд в Москву, да и как я буду туда добираться, я пока тоже не знала, ведь денег у меня как обычно не было. Но я твёрдо решила уехать жить к папе, искренне веря, что смогу убедить его забрать меня к себе, хотя бы на год, пока я не поступлю куда-нибудь.

Нужно было хотя бы позвонить папе перед тем, но я боялась, что он тут же перезвонит маме, и меня с позором вернут обратно. Тет-а-тет его легче было бы убедить в правдивости моих слов, тем более он не понаслышке знал её тяжёлый характер.

Четыре ветви железнодорожных путей лежали передо мной, как бесконечные линии жизни. То и дело пробегали мимо работники железки, дворник с метлой недоверчиво косился на курящих около скамейки парней с большими рюкзаками, а голуби подбирали крошки и семечки, что кто-то заботливо успел рассыпать на перроне. Турникетов никаких не было. Я много раз ездила к бабушке в деревню на дизеле, и прекрасно знала, во сколько идёт какой пригородный поезд. До областного центра около часа пути, а там придётся гораздо хуже, придётся выкручиваться и думать, что делать дальше.

Поезд пришёл гораздо быстрее, чем я ждала. Или просто время пролетело мгновенно, пока я прогоняла одни и те же мысли. Я запрыгнула в вагон, пробираясь между деревянными скамейками в середину вагона. Скоро придёт контролёр, я знаю, они обычно начинают с противоположного конца поезда, так что возможно мне повезёт сегодня, и я успею выйти раньше. Возможно, лучше стоило бы ехать автостопом, но этот способ был безопаснее. При поездках автостопом водителей всё чаще интересовали альтернативные методы оплаты, а рисковать не хотелось.

Сегодня я ошиблась, или просто стратегия проверки проездных билетов поменялась за год. Но так или иначе, минут через десять после того, как поезд тронулся с места, я услышала скрипучий голос тётеньки, что шла по вагону с вполне определённой целью, и путь мне был один.

Я бросилась, скрываясь за стоящими людьми, присаживаясь за скамейки, но голос приближался. Можно было попробовать перескочить в другой вагон, но успею ли я? Нет, следующая станция минут через десять, мне это ничего не даст. Как-то раньше мне удавалось обмануть контроллёров этим способом, но сейчас нужно нечто другое.

Я встала, вытянувшись в струнку, и сделала безразличный вид, мечтательно глядя в окно. Но краем глаза я искала, кого бы мне сделать сегодня героем в моих глазах. Два парня, что стояли на перроне с рюкзаками, находились тут же, о чём-то оживлённо беседуя. Я прижалась спиной к огромному рюкзаку, рассматривая обстановку.

Контролёрша подошла быстро. Даже чересчур быстро. Я ещё не успела придумать ни одного довода. От безысходности я повернулась к парням, что стояли позади. Один из них, белобрысый, напоминал чем-то нашего Маркина, но в данный момент выбирать не приходилось. Я обратилась ко второму, лицо которого мне показалось более адекватным.

– Помогите, прошу! – быстро зашептала я, напустив для пущей значимости на глаза пару слезинок. – Меня сейчас высадят! Дайте на билет, пожаааалуйста! Ведь это совсем мелочь.

– А ты чего, сбежала? – спросил второй, рассматривая меня.

– Нет… – я запнулась. – Забыла дома кошелёк. К папе еду.

Белобрысый недоверчиво посмотрел на меня, а потом перекинулся со вторым вопросительным взглядом.

– Да ладно, я заплачу, – вдруг отозвался первый. – Не убудет. Докуда едешь, малая?

– До города… Спасибо… – прошептала я в ответ.

Парень достал мелочь и отсыпал проходящей мимо нас контролёрше, что скосилась на нас своими чёрными глазами.

– И далеко едешь? – спросил после этого первый, блондин.

Отчитываться перед незнакомцами не очень-то хотелось, но всё же некая благодарность за то, что меня выручили, взяла верх, поэтому я ответила на его вопрос:

– В Москву…к папе.

– Знаем мы, как вы все к папам ездите. Только потом вдоль трассы почему-то стоите, да клиентов ищите, – проворчал он в ответ.

– Да ладно, посмотри, вроде нормальная девчонка, – вступился первый, что повыше. – Мы тоже в Москву валим. Новую ветку метро строим. Вахта: две недели там, две дома. Так ты с нами?

– Я не с вами, – пояснила я. – Но добраться как-то надо.

– Ладно. Меня Витька зовут, – представился белобрысый. – А это Вадик. У нас правда тоже денег в обрез, но сейчас приедем, чего-нибудь придумаем.

– Карина, – представилась я для приличия, отвернувшись к окну. Передо мной уже вставали картины моего прекрасного будущего, и я вдруг поверила, что мир не без добрых людей.

Я уже представляла себя в новой столичной школе, где меня совсем никто не знает. И то, что больше не увижу мать, и не вернусь в опостылевшую квартиру, в которой каждый уголок напоминает мне о чём-то нехорошем. На мгновение я почувствовала себя самым счастливым человеком на свете.

– Выходим! – прервал мои мечтания Вадик. – Приехали!

– Угу, – пробормотала я, подхватывая свой рюкзак. Вадик помог мне забросить его на плечо, а сам взял свой баул.

Мы вышли на знакомой станции, где я бывала не раз. Но сегодня всё казалось иным, будто навевая запах новой жизни и свободы. Мы сели на выступающий фундамент здания вокзала, отделанный чёрным пыльным мрамором. Виктор достал сигареты.

– Будешь? – предложил он и мне.

– Не-а. Не курю.

– Ну как знаешь. Чего с тобой делать будем? – спросил вдруг он.

– А чего со мной делать?

– Денег надо раздобыть. У нас всё под счёт. Да и выпить в дорогу взять не помешает. Поможешь нам.

– Я? – удивлённо подняла глаза.

– Нет, я! Ты, конечно же, – он наклонился к Вадиму, что-то шепча на ухо, потом они переглянулись меж собой.

– Какой с меня помощник…

– Да тебе ничего делать и не надо будет. Смотри! – он указал на бабку, что продавала рядом пирожки и воду.

Старушка, одетая в тёмный платок, из-под которого выбивались седые волосы, громко зазывала покупателей, рекламируя на все лады свой супер-товар, только выпеченный в печи и приготовленный из свежайших продуктов. Причём делала она это так убедительно, что если бы я ни разу их не пробовала, то возможно и поверила бы в искренность её слов. Её полные красные щёки забавно раздувались при каждом крике, будто воздушные шарики.

– Покупайте пирожки! Не проходите мимо! – орала она не своим голосом. – Не проходите мимо! Пирожки в дорогу! Беляши!

На миг она куда-то исчезла, а потом вынырнула вновь с другой стороны перрона.

– Наш поезд через два часа, время ещё есть, – сообщил только что вернувшийся из здания Вадим.

– Нормально. Проходящий?

– Да, из Краснодара.

– Пойдёт. Так что, хочешь заработать себе на билет? – спросил меня Виктор.

– А как?

– Видишь, бабка деньги в карман сумки прячет?

– Ну и? – не понимая, спросила я.

– Подойдёшь, будешь отвлекать. Сочиняй чего угодно, хочешь про потерянные телефоны, хочешь – дорогу спрашивай. Главное, чтобы она от своей сумки отошла. А дальше мы всё сами.

– Разве так можно? – тихо спросила я, поняв, чего они задумали.

– А разве можно покупателей обманывать? Ты знаешь, что она туда в пирожки кладёт? Их же есть невозможно! По три дня потом греет, о них уже зубы можно сломать. Да ещё и налоги не платит.

Для меня это не являлось весомым аргументом, но остаться без денег вот так, на вокзале, не слишком хотелось. Москва стояла передо мной в душе, как город, где сбываются надежды и мечты.

– Ладно. Попробую, – сама не знаю почему, согласилась я.

– Идём! – ткнул меня в бок пальцем Виктор, оставив Вадима караулить наши вещи. Он шёл немного позади меня, делая вид, что мы не знакомы.

Очередной поезд двинулся, гремя составом, и бабулька успокоилась, поняв, что пока потенциальных покупателей нет. Под грохот и шум колёс отходящего поезда, я подошла к ней, тронув за плечо.

– Извините! – пробормотала я. – Вы не видели здесь собачку?

Конечно же, я несла первое, что приходило в голову, но это подействовало, потому как она повернулась ко мне, рассматривая с ног до головы.

– Какую ещё собачку, девочка?

– Маленькую… Щенка… Белый, с рыжими пятнами. Джек-рассел. Знаете такого?

– Не знаю, – проворчала бабка в ответ.

– Не важно. Ну он такой… маленький, три месяца! Потерялся утром, здесь, недалеко! – я начала отчаянно размахивать руками, показывая размер вымышленного потеряшки.

– Не видела, иди там поищи, да в ларьке спроси. Не отвлекай.

Краем глаза я увидела, что Виктор уже направляется к своему другу, и поняла, что разговор можно заканчивать.

– Ладно, пойду искать там, – протянула я.

Я не успела даже дойти до угла вокзала, куда скрылись мои новые знакомые, как услышала истошный крик позади себя.

– Людечки! Обокрали! Держите их!

Бабулька оказалась не так проста, как казалось. И не такая несчастная и обессиленная. Она мчалась, размахивая баулом и поднимая шум на всю площадку. Прохожие шарахались в стороны, некоторые смотрели мне вслед, не понимая, что происходит. Но на мою беду откуда-то вынырнул наряд полиции, один кинулся наперерез мне, а другой уже вёл, пристегнув наручниками друг к другу, Витьку и Вадика, что громко возмущались при этом.

– Эти? – спросил один полицейский не умолкающую бабку.

– Эти, сынок! Эти! И девка с ними!

– Я не с ними! – возмутилась я.

– Как же! Видала я, как шушукались тут недалеко. Да и приехали они вместе. Это же надо, последние три тыщи достали! Ироды! – кричала она, надрывая голос.

– Ладно, сейчас пойдём в участок, а там и разберёмся, кто чего украл. Идём!

– А как же? – бабка показала на свой баул с пирожками.

– Это с собой. Или заявление писать не будем?

Бабка засомневалась на минуту, что-то бубня себе под нос. Три тысячи для неё конечно же были глобально большой сумой, но и уходить она не желала. Я же увидела, как из кармана Виктора выпали деньги, и так легко полетели, подгоняемые ветерком, по тротуарной плитке.

– А вон те не ваши деньги? – спросил он, указывая на купюры свободной от наручников рукой.

Бабка от волнения даже бросила свою котомку, побежав, как молодуха, за ними.

– Мои! Мои родимые!

– Так что, мы свободны, сержант? – спросил Вадик полицейского, что держал их.

– Пройдём в участок. Проверим вас по базе, – немного засомневавшись, произнёс старший. – Если всё нормально – отпустим. Через сколько ваш поезд?

– Через полтора часа, – ответил Виктор. – Да всё у нас нормально, чисто. Можете проверять.

– А девчонку куда? – спросил тот, что держал меня за руку.

– С собой.

– Мне мои вещи отдайте! Я к папе еду.

– Вот там и разберёмся, кто куда едет. Идём, – он толкнул в спину, и мне пришлось плестись с ними, прихватив по дороге рюкзак.

Здание полиции располагалось неподалёку, через дорогу. Мы поднялись по ступенькам, прошли по коридору, пару раз свернули, а затем нас втолкнули в большую комнату, в углу которой находилась клетка. Я видала такие по телевизору в бесконечных сериалах, но лично попала в такое помещение впервые. В клетке находилась лишь одна лавочка, а в самом кабинете по краю располагались такие откидные деревянные стульчики в ряд, как когда-то стояли в актовом зале нашей школы. В другом же конце кабинета стоял стол, а за ним важно восседал усатый мужчина в форме.

– Иваныч! Принимай! Надо их проверить! – произнёс молодой сержант, что привёл нас.

– Давай туда! – усатый бросил ключи от клетки, и через минуту возмущающихся парней затолкали туда, оставив рюкзаки в углу кабинета.

– Девчонку оставь, не сбежит, – проворчал он, сетуя на недопитый чай. – Чего вытворили?

– Митрофановну обчистить хотели. Что пирожками на вокзале торгует.

– Её обчистишь. Сама кого угодно облапошит, – буркнул он в ответ. – Ладно, оставляй, сейчас глянем, что за фрукты.

– Здравия желаю! – с этими молодой сержант покинул помещение, а усатый уставился на нас с недовольным видом.

Я ёрзала на неудобном стуле, пытаясь пристроить ногу на ногу, но с его высотой это было сложно сделать. А ещё разболелась спина. В данный момент я понимала, что папе всё-таки придётся позвонить, но телефон лежал в рюкзаке в выключенном состоянии.

Усатый полицейский медленно нажал кнопку, включая свой допотопный компьютер, на котором загорелся значок Windows, а сам агрегат издал протяжный скрип.

– Документы есть? – протянул он, гладя на парней.

Вадик вытащил из-за пазухи паспорт и подал его через решётку, второй сделал то же самое.

– Сейчас посмотрим, кто такие…

– Смотри быстрее, командир. На поезд опоздаем, правда.

Он полез в свой компьютер, практически уткнув в монитор нос и бубня что-то. Но в этот момент в коридоре раздались ровные шаги, и в кабинет без стука вошёл молодой высокий парень, лет двадцати шести-двадцати восьми. На тёмные короткие волосы были подняты солнечные очки, глаза были прищурены, а губы чуть заметно улыбались. В одной руке он держал кожаную папку для документов, в другой были ключи от машины, которые он ловко перебрасывал через палец. Глаза сверкали, а шаги были ровными и чёткими. Одет он был по гражданке, в синие джинсы и чёрную рубашку. Его взгляд на секунду остановился на мне, а потом он обратился к усатому:

– Майор Телегин? Вам тут для меня документики кой-какие передавали.

– Стучаться не пробовали? – вновь произнёс в усы наш новый знакомый.

– Капитан Ветров, уголовный розыск, – парень достал удостоверение и ткнул усатому прямо в лицо, невзирая на ранг. Лицо его казалось мне таким знакомым, сама не знаю почему, я не могла отвести от него глаз. Но и не могла вспомнить, где видела его и при каких обстоятельствах. Внезапно он повернулся ко мне, пристально рассматривая меня, и я поспешно отвернулась. Усатый майор Телегин наклонился, открывая сейф, а я вновь ловила на себе взгляд вошедшего.

– А это кто? – спросил капитан, указывая на меня.

– На вокзале задержали, пытались бабу одну обчистить эти трое.

– Я знаю эту девушку! – уверенно произнёс Ветров.

– Откуда?

– Расследовал одно дело три года назад. Знаю, живёт одна с матерью. Родители в разводе.

– Куда собиралась? – спросил меня усатый.

– К…к…к папе в Москву.

– А мать в курсе?

– Не-а, – я покачала головой.

– А с этими чего связалась? – он махнул головой в сторону незадачливых парней.

– Я связалась? Ехали вместе просто в дизеле… я ничего не делала, – я начала рассказывать, как было на самом деле, умолчав о самом моменте кражи и причастии к ней парней.

– Понятно, – прервал меня молодой капитан. – Сергей Иваныч, я заберу её, всё равно еду в их город. А то будет опять ночь шататься без денег.

– Я не… – попыталась возмутиться я.

– И даже спрашивать не буду. Едешь со мной, – его тон был резок, и я поняла, что лучше не спорить. – Идём!

– Всего доброго, – он кивнул Телегину, и вывел меня за руку в коридор. Я вздохнула с облегчением. В Москву, я, конечно же, не попаду, но хоть здесь пронесло. Интересно, кто он такой?

Мы вышли на улицу и прошли к парковке, где я увидела серебристый внедорожник, припаркованный с краю. Он нажал кнопку, и автомобиль звучно пропищал сигнал приветствия.

– Садись, – он по-джентльменски открыл двери, а сам уселся за руль, и мы медленно тронулись.

Ехали долго. Я молча смотрела в окно, представляя, что будет твориться дома, и как будет орать мать. Чуть пожелтевшие деревья вдоль трассы пролетали мимо, а он так, расслабленно держал руль одной рукой, второй нажимал кнопки магнитолы. Я почти что уснула, когда он внезапно повернулся ко мне.

– Ты меня не помнишь?

– Нет… А должна? – удивлённо проговорила я.

– Я был у вас дома, помнишь, три года назад, когда пропал без вести знакомый твоей мамы, Зорин, кажется. Я запомнил тебя…

Что-то ёкнуло в груди, добавив паники, но я постаралась сразу же взять себя в руки, чтобы не выдать эмоций. Это же надо… первый человек, кто напомнил мне о том уроде, с которым и были связаны худшие воспоминания в моей жизни. То, о чём я старательно пыталась не вспоминать и просто стереть в памяти.

А этот молодой капитан и есть следователь, что приходил к нам тогда, беседовал со мной, потом с моей мамой. Он ничего не заподозрил, ведь я тщательно подготовилась тогда к его визиту. Это же надо, встретить его вот так, по глупости. Если бы я не сбежала, то никогда бы и не увидела следователя, ведь с тех пор нам больше не удалось встретиться.

– Я вас не помню, – повторила я, отвернувшись в сторону. Но он не унимался.

– Что у вас произошло дома? Почему сбежала?

– Я не сбежала. Просто к папе хотела, – заявила я, стараясь не встречаться с ним взглядом.

– А ты подумала, что может случиться в дороге. И вообще, ты предупредила своего папу о том, что ты едешь к нему?

Это был настоящий допрос с пристрастием, это я поняла сразу. Он начал выпытывать всё по порядку. Нашему школьному психологу было далеко до него по способностям, а за эти три года он ещё поднабрался опыта. Видно, в нём это было заложено, и мне было далеко до этих умений, буквально за час ему удалось выудить из меня информацию по поводу обстановки дома и в школе, про драку с Катковой и визит к директору, про постоянные наезды со стороны моей мамы и полное отсутствие внимания. Даже про то, какие я книги прочла за лето, мы умудрились поговорить с ним. Единственное, о чём я молилась в душе, чтобы он не начал вновь разговор про Олега Зорина. Эта тема была для меня запретной, и не знаю, как бы я стала выкручиваться, начни он снова про это говорить. Но всё обошлось.

– Знаешь, Карина… – он немного промолчал в момент обгона по встречной полосе. – Я, кажется, понял, в чём дело. Ты переживаешь за развод родителей, а мать не даёт тебе видеться с отцом. Я прав?

– Правы, наверное, – согласилась я, желая поскорее закончить эту тему.

– Я сам поговорю с твоей матерью. Не думаю, что она обрадуется сильно твоему побегу. И одну я тебя не отпущу. Покатаешься со мной, иначе я опасаюсь серьёзно за твою жизнь, – он вдруг рассмеялся, и я поняла, что он пошутил, хотя его тон был довольно серьёзен.

Часы на экране начищенной панели его автомобиля показывали три часа дня. Что же, скоро мать уже вернётся домой. Зато недолго кататься с этим полицейским. Хотя, он вдруг перестал меня напрягать. Я почувствовала некую защиту в его лице. Использую его дар убеждения, чтобы сгладить обстановку. Может мама прислушается хоть к его словам? Было похоже, что он на моей стороне, а мне это ой как не помешало бы сейчас. Позвонить папе я смогу и на следующий день.

– Держи, кстати. Вдруг что понадобится – позвонишь, – он протянул мне свою визитку, а я быстро прочла, что там написано. Значит, Ветров Денис Андреевич. Хорошее имечко, складное. Не то, что у меня. Я спрятала её в карман и расслабилась, слушая радио.

Время прошло очень быстро. Правда, мне пришлось таскаться за этим Денисом Андреевичем по всем коридорам местного управления полиции, но это оказалось довольно забавным мероприятием. Я столько нового услышала, что просто глаза на лоб лезли от такого количества информации и разнообразия происшествий в нашем городишке. Никогда бы не подумала, что такое вообще может происходить у нас. Хотя, кому не мне про это думать. Он не отпускал меня ни на шаг, опасаясь, что я могу просто сбежать, и желая доставить моей маме прямо в руки.

Уже в пол-седьмого вечера, когда мы добрались до моего дома, я быстро, стараясь не попадаться ей на глаза, прорвалась в ванную. Мама ничего не успела сказать, хотя, как ни странно была уже в курсе моего исчезновения. Видно, вновь классуха накапала, что меня нет в школе. Но следователь сразу же преградил ей путь, дав мне возможность прорвать оцепление и ретироваться.

– Марина Степановна, следователь уголовного розыска, капитан Ветров. Разрешите войти и побеседовать по поводу вашей дочери.

Эти слова оказали на мою маму прямо таки волшебное воздействие. Тон сразу же сменился, а на лице отразилась наигранная улыбка. Этим шансом я и воспользовалась. Он сам пошёл с ней на кухню разговаривать обо мне. Я была уже в постели, слушая обрывки фраз, что доносились из кухни. Похоже, моя мама ещё варила ему кофе, потому как я почуяла запах, что шёл оттуда. А мне безумно хотелось спать, и ничего больше.

Мне вдруг искренне стало жаль его, симпатичного капитана Ветрова. Незавидная его работка. Целый день промотался, а теперь ещё мои проблемы решает. А ведь ему ещё ехать обратно за рулём, а это займёт пару часов, не меньше. Скоро будет уже темно, а он там будет совсем один, на трассе…

…Я вдруг сообразила, что где-то там, в страшном лабиринте моего сна, в некой непонятной мне локации находится человек с созвучным именем. Он там совсем один и нуждается в моей помощи… Чёрт, что мне делать. Рука невольно потянулась к тумбочке, где стояла шкатулка с амулетом…

Глава 6

Лучше бы я этого не делала. Я не успела придти в себя, как меня резким сильным ударом чего-то невидимого и неосязаемого отбросило на спину. Как будто воздух сконцентрировался в огромный кулак. Было не больно, но и приятного тоже я ничего не почувствовала. Единственное, я ударилась спиной о твёрдую немного шершавую поверхность и стиснула зубы от противного ощущения, пытаясь сообразить, что происходит. Но яркий светящийся шар, внезапно появившийся передо мной в воздухе, мешал мне увидеть, что происходит там, за ним, а свист ветра в ушах заглушал всё остальное. Не вставая на ноги, но и не в силах отвернуться от этого зрелища, я медленно отползала назад, пока спина не коснулась холодной стены. Не поняла, а где же мой кошмарик?

Я медленно поползла вдоль стены, опасаясь, что этот шар двинется в мою сторону, но вокруг лишь нарастало давление воздуха, которое жутко давило на барабанные перепонки. А шар на глазах рос в размерах, постепенно заполняя помещение. Казалось, он вот-вот доберётся до меня и коснётся своим неосязаемым на вид контуром. Кстати, помещение, судя по размерам сферы, было довольно большим, но кроме этого шара я не видела ничего, потому как вокруг, за пределами распространения этого магического свечения, ничегошеньки не было видно, некая чёрная пустота сжирала всё вокруг.

Внезапно, шум стих, а в сфере появилось некое вращение, которое напоминало водоворот. В ней проносились неясные мне картинки, размазываясь и тут же исчезая в центре. Если бы в тот момент у меня получилось проснуться – я бы без зазрения совести сделала это, но, к сожалению, я этого сделать не могла. Тревога нарастала, будоража кровь, но я боялась кричать, чтобы не выдать тому непонятному, что находилось здесь, своё присутствие. А потом я услышала следующие слова. Они не были произнесены вслух, я скорее почувствовала их внутри себя.

«Ты не уйдёшь отсюда…никогда»

Чего? Не поняла, кому предназначена эта фраза. Уж точно не мне. И вообще, кому я тут понадобилась.

«Подойди ближе. Ты боишься атаковать? Тебе не тягаться со мной!»

Вполне такой логичный был ответ. И вообще, я сразу поняла, что эти слова предназначены не для меня. Кто-то был здесь помимо меня, и я видела, точнее чувствовала, противостояние высших сил, невидимых мне существ.

«Ты ничего не сможешь мне сделать, у тебя нет силы…Зря стараешься, веллин»

Какое знакомое слово. Значит, я точно попала по назначению. Вот только где же Дэн?

«А попробуй-ка это!»

Яркая синяя молния озарила помещение сияющей вспышкой, а шар стал голубым, будто волшебные разводы появились в нём. Я боялась произнести хоть один лишний звук.

«Хоть я и обессилен, но буду стоять до конца. Моя энергия не достанется тебе! Я буду сражаться до последнего!»

Что начало происходить потом, было настоящей фантасмагорией, неподвластной человеческому разуму.

Синии молнии, яркие всплески, чьи-то ругательства и крики души. Интонация в них не присутствовала, но душой я начала понимать, что происходит нечто страшное.

«Карина, где же ты!?»

Этот безмолвный крик я услышала последним, и вдруг поняла, что он здесь. Ещё немного и он не выдержит натиска того невидимого существа, что находится здесь. Мне стало страшно, но страшно не за себя, а за него. Что же делать?

– Дэн! – произнесла я тихо, осторожно. В ответ увидела лишь новую атаку невидимого духа, а шар переместился вверх, начав медленно вертеться.

– Дэнмириан! Ты здесь? Где ты! – крикнула я, встав на ноги. Боязнь непонятного мне существа затмил страх за Дэна, хоть я и не понимала, почему, ведь особых симпатий к нему я не питала.

Яростная вспышка, сопровождаемая чьим-то криком, заставила закрыть глаза на доли секунд, а потом я увидела, что из тьмы, материализуясь на лету, как будто проявляя изображение, вылетает мой знакомый, и падает передо мной, еле успев подставить руки, чтобы лицо осталось целым. После такого падения я бы точно не выжила, ведь ускорение было приличное. Сначала мне показалось, что он мёртв, но я увидела тут же, что он шевелится.

– Дэн! – успела крикнуть я.

Он был цел, хоть и обессилен. Подняв голову, в отблесках магического свечения он увидел меня и вдруг улыбнулся, чего я сейчас и вовсе не ожидала.

– Карина! Как хорошо, что ты вернулась!

Хоть где-то и кому-то я была нужна. Я даже как-то обрадовалась, что он здесь. Всё же лучше, чем встретиться с такой штукой наедине. Но, оказывается, всё только начиналось.

Он поднялся, не оглядываясь. Невидимый противник, видимо, тоже взял тайм-аут, потому как свечение несколько поубавилось. Дэн выглядел, прямо скажу, не ахти. Мало того, что часть его и без того порванной верхней части одежды, и вовсе пришла в негодность, так ещё и добавились новые ссадины и порезы, сквозь которые сочилась вполне так человеческая ярко-алая кровь. Но хуже всего было то, что его глаза не излучала той энергии, что присутствовала в них в прошлые наши встречи. Они потускнели, будто лишённые сил.

– Дэн, я здесь. Что нам делать? Кто это? – я подошла к нему, протянув руку к кровоточащей ране на плече, но тут же отдёрнула её, как от огня. Мне до смерти хотелось ему помочь, но как это сделать, я не знала. – Где ты был? почему я не видела тебя только что?

– Я был здесь. В третьей ипостаси, призрачной. Бороться с противником надо его же методами, – устало ответил он. – Иди-ка сюда! сейчас мы сделаем это вместе!

– В призрачной ипостаси? Шутишь?

– Ты останешься в своей. Ну же!

– Нет! – отпрянула я. – А что, другого выхода отсюда нет?

– Позади тупик. Мы зажаты здесь, и выход лишь один. должен его одолеть, – злобно произнёс он, потом вновь глянул на меня. – Мы должны, если ты ещё не поняла этого. Артефакт поможет нам это сделать!

– Обрадовал, – ляпнула я в ответ. – что надо делать, говори!

Он вздохнул, представляя, как объяснить мне то, что хотел сказать. Пустоголовой человеческой девочке, которая не знает, что такое ипостаси.

– Я всё сделаю сам, просто расслабься и постарайся меня почувствовать. И не делай больше так, как было в момент перехода.

Вспомнил же, зараза, как я его бросила. Что я, виновата, что ли, что так получилось. Я пока ещё не научилась контролировать свои сны.

– А что, всё было так плохо? Ты же жив, и вовсе не сгорел в силовом поле, – пошутила я, хотя было вовсе не до смеху.

– Ты бы этого хотела? – насмешливо спросил он, поворачиваясь к невидимому противнику, который в этот момент нанёс силовой удар. Невидимый, но меня до костей пронзило противным ощущением, будто меня лишили возможности дышать.

«Иди сюда, осталось немного, Дэнмириан!» – произнёс чей-то чуть насмешливый голос.

– Рина! Возмущаться будешь потом! Нет времени! – крикнул Дэн, подхватывая меня на руки, а потом я услышала продолжение фразы, которое сразу изменило моё отношение к происходящему. – Меня сейчас не стоит бояться. Просто слейся со мной. Бояться нужно это.

Невидимая сила подхватила меня, прошвырнув меж колоннами что обнаружились по краям огромного зала, а Дэн просто исчез. Я не видела его, лишь чувствовала некое тепло, которое исходило от него. Я всё поняла. Он перешёл в ту самую, призрачную систему, он преобразился. Я и себя не видела, казалось, мои руки стали полупрозрачными. Было очень страшно осознавать, что происходящее это реальность. Я решила переквалифицировать зрелище и ощущения в кошмар, так было легче воспринимать действительность, и просто прижалась к нему, испытывая перегрузки, как в парке аттракционов. Но на самом деле бой шёл на смерть. Противники были настроены очень серьёзно.

Словами это передать было невозможно, даже если сильно захотеть. Всё слилось передо мной в едином порыве. И вдруг я поняла, что нахожусь в той самой страшной сфере, которую увидела при попадании сюда. Передо мной проносились картины из моего детства. Причём не самые лучшие. На смену им пришли другие, из более позднего периода моей жизни. Было ощущение, что все мои кошмары вылазят наружу в этот момент. Свист и грохот молний заглушал происходящее, лишь отдалённые обрывки фраз, которыми обменивались противники доносились до меня. В самый неприятный момент я увидела смутное изображение темноволосого мужчины, что лежал передо мной, упав навзничь, лицом в ярко-зелёный ковёр и не дышал. Я успела передёрнуть головой, и противная картина будто испарилась, сменившись на следователя, который сидел на стуле в моей комнате, а я смотрела в окно, в тот момент я его очень боялась. Меня крутануло на триста шестьдесят, а вместо них я увидела страшную женщину в демоническом обличье и себя со стороны. Чёрт, это же не мой кошмар!

Всё закончилось внезапно. Я ощутила, что лежу на каменном полу, ни жива, ни мертва, а надо мной склонился Дэн. Тишина с непривычки резала слух, всё ещё воспроизводя в памяти остатки того ужасного свиста ветра.

– Рина! Рина! Очнись!

– Ооо… – простонала я, поворачиваясь на другой бок. Я чувствовала, как он приблизился ко мне, а его дыхание согревало кожу в вырезе рубашки. Рука скользнула от груди выше, дотронувшись до моей шеи, а потом его палец остановился на моих губах, очерчивая нежно их контур. Я замерла, делая вид, что ничего не чувствую, хотя внутри меня боролись за место под солнцем мои ощущения. От руки исходила энергия, но не тепло, а нечто волшебное, не поддающееся описанию. Пальцы двинулись дальше, гладя скулу, и замерли в ямочке около уха.

– Рина! – другой рукой я получила лёгкий шлепок по второй щеке, и резко открыла глаза.

– Спасибо! А по-хорошему нельзя? – я попыталась подняться, стараясь не показывать, что слышала предыдущие слова.

– Можно. Но на тебя только это действует.

Я приподнялась, рассматривая последствия того, что только что здесь творилось. Свет появился, тихий, моргающий, бледно-зеленоватый, но тем не менее это был тот же лабиринт. В стенах расползались трещины, длиной по несколько метров каждая, одна мраморная чёрная колонна была свалена и лежала поперёк зала, а потолок в месте, где она была закреплена, угрожающе накренился. Выбитые камни в полу, разбросанные вокруг, дополняли картину. А в центре этого всего лежал некто в белых одеяниях, весь белоснежно белый, как статуя. Лишь на груди сквозь ткань было видно подсыхающее пятно бурой крови.

– Дэн, а это кто? – спросила я, поняв, что мой голос дрожит.

Он отдалился от меня и повернулся, рассматривая тело.

– Так это и есть тот неар. Тот, кто хотел убить меня. если бы ты не появилась вовремя, ещё немного и тут лежал бы я.

– Кто он? – испуганно спросила я.

– Он такой же заключённый, как и я. Анмгрин. Дух света. Рина! Как мне сделать так, чтобы ты больше не исчезла? – он говорил об этом как-то спокойно. Подумаешь, убил некоего Амгрина за то, что он мешал ему пройти. Противостояние высших. Почему для него всё так просто?

– И чегой-то ты надумал сократить моё имя? – решила я перевести тему. Я вдруг увидела краем глаза, как труп просто испаряется, будто уходит в стены и в потолок, будто его высасывает само помещение, этот зелёный зал. Я передёрнулась от ужаса, что такое могло произойти с нами. Ещё немного – и он просто исчез. Но Дэн не обратил на это внимание, считая порядком вещей. Зато не преминул ответить на мой вопрос.

– Ты знаешь, я так подумал, почему я должен коверкать язык, выговаривая твоё полное имя, потому, что этого хочется тебе. Ведь я же не возмущаюсь, что ты сократила моё, – он произнёс это абсолютно серьёзным тоном. Что мне даже стало не по себе, хотя совесть по поводу сокращения его высочайшего титула вовсе не замучила.

– Ладно, – согласилась я, желая как можно скорее покинуть это помещение.

Он тоже оглянулся, услышав шум.

– Идём-ка быстрее отсюда. Нехорошее у меня предчувствие, что этот потолок скоро не выдержит, – он поднял меня за руку, и мы рванули к выходу, откуда начинался длинный освещённый коридор. Так быстро мне никогда не приходилось бегать, а ведь зал был метров так под двадцать, не меньше. Но мы успели. Треск позади усилился, и уже, отойдя порядком, мы услышали там оглушающий грохот, а до нас донеслись крупицы пыли, что наполнили туманом весь проход, создав завесу между нами и стенами.

– Успели, очень хорошо, – он остановился, а я пыталась отдышаться.

– Что за… – он вдруг осмотрел себя, а потом с недовольным лицом рванул остатки своей рубашки, которые бросил туда, в туман. – так будет лучше, только мешает.

– Это уж точно, – я отвела взгляд, стараясь не смотреть на его полуобнажённое тело, покрытое шрамами. Кожаные браслеты на руках, в которых виднелись вкрапления драгоценных камушков, и ремень, что обхватывал стройные, но накачанные бёдра, поблёскивали в этом свечении, отражая блики крупиц света, проникающего откуда-то сверху.

– Что мы будем делать дальше? – спросила я, когда мы перевели дух.

– Дальше? Пойдём! Это лишь второй круг. Мы должны пройти все оболочки, в этой локации должен быть выход. Когда ты исчезла, я шёл наугад, но попал в западню. Я же говорил тебе, что здесь идёт игра на выживание сильнейших, когда заключённые встречаются друг с другом.

– Опять? – расстроено произнесла я. – Это хоть когда-нибудь закончится?

– Мне нужно попасть к Кителле. Я пока не знаю, как буду это делать, но лишь попав к ней, я смогу вернуть себе силу управления Фором, и смогу снять с него заклятье. А потом ты будешь свободна, и можешь больше вообще не появляться, – раздражённо ответил Дэн, пока мы пробирались через узкий проход.

– Как же я рада. Стой! Хочешь сказать, что мы будем искать выход так же, как в прошлый раз? Я не собираюсь каждую ночь шататься тут с тобой, рискуя отправиться на тот свет.

Чего-то я ляпнула лишнего, потому как он скосил на меня свои огненные глаза и яростно сверкнул ими. Уж не знаю, какие мысли крутились в тот момент в его голове, я лишь потом поняла, что он вообще думал тогда, если человеку можно вообще понять мысли этого неземного существа.

Одновременно мы вышли в странное место. Потолка над головой больше не было, лишь стены, уходящие ввысь, туда, где бежали, закручиваясь водоворотом, серо-зелёные облака, изредка пронзаемые вспышками синих и фиолетовых молний. Пол под нами был прозрачным, как горный хрусталь, а под ним полыхал самый, что ни на есть, настоящий с виду огонь. Но тепло не проникало сквозь толщу материала, поэтому от пола тянуло всё той же прохладой. Представляю, что было бы, проломив они вместо того потолка этот пол. Кажется, мы бы просто сгорели заживо. Выйдя на середину, я поняла, что туман, образовавшийся вокруг, мешает мне рассмотреть что-либо дальше моей руки. Но вот его я видела отлично.

Дэн всё ещё обдумывал мои слова. На холодном красивом лице не было эмоций, он просто молчал. Но я понимала, что молчание это неспроста. Я даже не заметила, как он просто исчез. Я стояла одна посреди этого туманного анклава в бесконечном лабиринте моего сна.

– Дэн! Где ты! Вернись сейчас же! Мне страшно!

Тишина начинала меня пугать, и я чуть продвинулась вперёд, но остановилась, поняв, что не знаю, куда мне идти дальше.

– Дэнмириан! Куда ты пропал! – возмутилась я, поняв, что голос дрожит, потом бросила назад надоевшие локоны и дотронулась до Фора, что всё так же висел на шее, издавая некое волшебное свечение. Я не знала, что мне делать дальше. Варианта было два – остаться на месте и ждать, пока мой сон закончится, либо идти вперёд, но куда идти я тоже не могла понять, ибо пользоваться артефактом мне было не под силу.

Я вдруг услышала его дыхание прямо у себя на груди. Он проявился из ничего также внезапно, как и исчез. Дёрнувшись от неожиданности, я замерла, почувствовав, что его руки находятся у меня сзади на талии, а сам он стоял передо мной на коленях, глядя мне в глаза. Наши взгляды встретились, его огненные глаза горели ярким дьявольским огнём, от которого я не могла оторваться. Казалось, всё вокруг померкло и перестало существовать в тот миг.

Осторожно, не делая резких движений, он запустил руки мне под рубашку снизу, и пальцы ловко скользнули по моей обнажённой спине, поднявшись вверх. Он изучал каждую точку моего тела, а я боялась шевелиться, и не сводила с него глаз. Мне было весьма приятно, хоть и несколько страшновато быть здесь, с ним, вот так, один на один.

– Какая у тебя гладкая кожа, Рина… – прошептал он. – хочу исследовать её всю. Я хочу почувствовать тебя полностью.

Он поднялся, оказавшись напротив меня, и притянул одной рукой моё лицо вверх, к своему, не отпуская второй руки, которая прижимала меня к его обнажённой груди, а губы приблизились к моим, оставив лёгкий поцелуй. Потом он несколько отстранился, наблюдая за моей реакцией.

– Никогда не думал, что мне будет так приятно касаться человека, – произнёс он бархатистым тоном. – Ты возбуждаешь меня, тебе это известно?

– Потому, что ты столько времени провёл без женского общества? – съязвила я, пытаясь отстраниться, но это оказалось бесполезным занятием.

– Вовсе не поэтому. Я сам не понимаю, что со мной. Именно ты… – он остановился, не отпуская меня. – Я мог бы дать тебе гораздо больше…

– Что, например? – попыталась выбраться, но он лишь зажал меня ещё сильнее в своих стальных объятьях.

– Я мог бы показать тебе наслаждения, которые ты не знала…

– Я не… – попыталась ответить я, но ничего не успела произнести. Его губы властно впились в мои, полностью захватив в свой сладкий плен. Никогда бы не подумала, что можно так целоваться. Это было настолько волшебно, что голова начала кружиться от ощущений, которые он во мне вызывал. По телу разлилось неведомое ранее тепло, а ноги дрожали. Его язык настойчиво исследовал каждую клеточку моего рта, то ускоряя свой темп, то медленно проводя по моим губам, прикусывая их, будто пробуя на вкус. Руки держали меня так, что шевелиться вообще не было возможности, да мне этого и не хотелось. Я осторожно протянула руку, запустив пальцы в его густые волосы, которые оказались не жёсткими, как я ожидала, а шелковистыми и очень приятными на ощупь. Я начинала входить во вкус его игры, но потом он сделал то, что вдруг прервало мои приятные ощущения. Его пальцы ловко расстегнули верхнюю пуговицу на моей рубашке, дотронувшись до груди.

Я воспользовалась моментом, когда меня ничего не держало, и отскочила от него, словно от огня, тяжело дыша, пытаясь понять, что произошло только что, а Дэн остался на месте, невозмутимо глядя на меня.

Для него это было лишь очередной забавой, а я искренне не могла понять, зачем он это делает, когда ему угрожает опасность, да ещё в таком ужасном месте. Где-то над нами сверкнула яркая лиловая молния, за которой последовал раскат грома, а между нами пронеслась лёгкая дымка, и тут же исчезла.

– Рина! Что с тобой? Я не понимаю. Тебе же это нравится! – он скрестил руки на груди, глядя на меня с высоты своего роста.

– Не знаю… Как-то всё не так. Я боюсь тебя.

– У тебя никогда не было мужчины? – вдруг спросил он напрямую.

Я даже не знала, что можно ответить на этот неожиданный вопрос с его стороны. Ответ в любом случае не был бы однозначен, что бы я не говорила. Пришлось бы объяснять то, о чём мне говорить абсолютно не хотелось. Или напротив, хотелось кому-то рассказать? Может Дэн единственный, с кем можно об этом поговорить? И тогда он перестанет добиваться большего…

– Дэн… Как тебе сказать. Если тебе это очень интересно, то я не девственница. Надеюсь, теперь твоё любопытство удовлетворено?

Он удивлённо посмотрел на меня, что-то решая в своей красивой голове.

– Ты же врёшь мне! Ты боишься каждого моего прикосновения, я чувствую это. Ты дрожишь даже при мысли, что кто-то дотронется до тебя.

– Потому что мне это не нравится! Ты это понимаешь? Мне противно от этого!

– Дело же вовсе не в этом! Скажи, в чём?

Я не могла ему сказать. Слишком больно было говорить про это. Даже во сне я не могла говорить о том, на что поставила блокировку в своей голове.

– Хочешь стать моим личным психологом? – я постаралась сменить тему, но на него это не подействовало.

– Иди сюда, Рина. Просто подойди!

– Нет уж! – я попыталась отойти дальше, но он настиг меня. и когда же до меня дойдёт, что прятаться от него бесполезно.

– Скажи мне правду!

– Правда и есть в том, что я сказала тебе. Мне это не понравилось. И не лезь ко мне больше, лучше давай искать выход отсюда. Я согласна вести себя мирно.

– Ладно, идём, – согласился Дэн, отстав от меня. – Нам действительно пора выбираться отсюда. Чем быстрее я попаду в Ар-магор, тем скорее сниму с Фора заклятье и мы забудем друг друга, как страшный сон.

– Вот в этом ты прав! Ты и есть мой страшный сон, – огрызнулась я в ответ. – я тут тебе про это битый час толкую, а у тебя на уме лишь руки распускать.

– Но ведь тебе понравилось со мной целоваться? – не унимался он.

Не могла же я сказать ему, что это был первый поцелуй в моей жизни. Действительно, самый лучший, хотя сравнивать то и не с чем было. Надо постараться, и преодолеть свои комплексы, хоть во сне. Я до сих пор ощущала на своих губах его вкус, ни с чем не сравнимый, его тепло и нежность. Неужели всё может быть вот так, приятно? Но в то же время я боялась Дэнмириана, мне было не по себе от его странных исчезновений и того, как он крутил меня, словно игрушку. Вообще, он был очень странным. Но что тут говорить, когда он по его словам вовсе и не человек. Человеческие мужчины на такое не способны.

– Да, мне понравилось… наверное, – согласилась я. – Идём искать твой портал!

– Это самое разумное сейчас решение. Идём! – он потянул меня в туман, где оказался один единственный выход.

Дальше нас ждала долгая дорога по новой локации, в которой я стала его проводником. Путь затянулся на несколько часов, в течение которых я не раз ощущала, как бьётся его сердце, когда он обнимал меня как и в ту, прошлую ночь. И пусть ноги устали и не хотели идти, я превозмогала себя и двигалась вперёд. Я знала, дома меня ждёт серое уныние и неприятный разговор, и я не хотела, чтобы этот сон прерывался, пусть и в страшном лабиринте, но без всяких нравоучений.

Портал оказался там, где мы даже не ожидали. В самом дальнем углу одного из коридоров, куда без подсказки амулета, мы бы даже не посмели сунуться. Он сиял, освещая путь в следующую неизвестность, переливаясь всеми оттенками зелёного и синего цветов. В этот раз уже было не так страшно, ведь я знала, что Дэн рядом, и всё будет хорошо. Я поверила ему, не знаю почему. Просто взяла и поверила.

При переходе я вновь ощутила, как энергетические волны пронзают меня, а потом нас настиг резкий удар, будто мы проваливались в пропасть. Как будто мириады звёзд неслись мимо нас, рассыпаясь на частицы, а потом вновь объединяясь в пушистые облака. Потом, откуда ни возьмись, возникла яркая радуга, прямо в необъятном пространстве перед нами выросла до неимоверно больших размеров, заполоним всё свободное место, и вдруг рассыпалась на лучи и исчезла, а всё вокруг померкло. И лишь сильные руки Дэнмириана и губы, что касались сзади моей шеи, отбросив в сторону локоны, остались в кромешной тьме. И как это я пропустила такое в прошлый раз? Я никогда в жизни не видела столь красивого зрелища.

Мы очутились в новом месте. Заставить себя открыть глаза я не могла, но он всё ещё был рядом со мной, я понимала, что полностью в его власти. Он не может сделать мне ничего плохого, ему это просто не надо. Или напротив, он делает это лишь потому, что я пока нужна ему? Где найти ответ на этот вопрос, когда я не могу прочесть то, что творится в его мыслях.

Мы сидели вместе на чём-то твёрдом, колени больно упирались в камни, но я откинулась на его широкую грудь, а его руки обхватили мою талию, в то время, как его губы нашли мои. Он не спешил, делал всё медленно и очень аккуратно. Волна наслаждения накрыла меня целиком, тело перестало сопротивляться вовсе, а что-то твёрдое упёрлось мне в поясницу.

В этот момент он начал таять, словно мираж. Это же надо, всё прервалось на самом интересном месте. Реальность медленно возвращалась ко мне, а потом он исчез вообще.

– Я буду ждать тебя, Карина! – услышала я его низкий голос где-то вдалеке. Мне показалось, или он немного дрогнул?

Глава 7

Лёгкое сожаление, что осталось после пробуждения, быстро сменилось насущными заботами. Разговор мамы со следователем Ветровым оказал должное воздействие: она не кричала, не спрашивала меня, почему я уехала, не пилила, как обычно. Просто вела себя так, будто ничего и не произошло.

Я ушла в школу, представляя, что начнётся там. Но как это не было странно, никто меня не трогал. А потом на перемене случилось нечто, что вообще выбило меня из колеи. Когда я стояла у окна, чуть прикрыв глаза и вспоминая свой сон, в котором Дэн страстно целовал меня, ко мне подошла Лера Каткова, вернув меня в реальность своим голосом.

– Карина, я хотела поговорить с тобой, – тихо произнесла она.

Я повернулась, рассматривая обидчицу. Но она стояла передо мной без тени привычного ехидства. С ней даже не было вечного хвостика, Насти.

– Чего хотела? Кажется, с ничтожествами не разговаривают, Каткова. Только запомни, ничтожество здесь – это ты, – я отвернулась, не желая продолжать этот разговор, но она не отставала.

– Карина, я сморозила глупость, кажется. Я хочу попросить у тебя прощения…

– Чего? – я резко повернулась, рассматривая её, ожидая от неё чего угодно, но не этих слов. Она стояла, немного опустив голову, глядя на меня из-под длинной уложенной чёрной чёлки. – Каткова, ты чё, с дуба рухнула?

– Я правда была не права. Зря наговорила на тебя. Понимаешь, это виновата Настюха. Говорит, смотри, новенького уводят твоего. Вот я и взбеленилась. На самом деле он мне абсолютно не нужен. Прости меня.

– Ладно, Каткова, – я всё ещё пребывала в некой эйфории. – Так и быть. Но если ты ещё раз на меня хоть что-то скажешь – я твои глаза-то повыцарапаю Ты меня поняла?

– Мы же с тобой дружили раньше, помнишь? Давай просто забудем тот день, пусть всё будет, как прежде. Если хочешь – общайся с новеньким, мне не жалко, – она кивнула головой в сторону Никиты, что стоял в стороне, не обращая на нас никакого внимания.

– Если ты имеешь в виду списывание домашек – так это и не дружба как-то. Ладно, живи, Лера, – язвительно произнесла я. – Мир?

– Мир! – согласилась она.

Временно этот разговор был окончен. Я выжидала, когда же закончатся занятия, чтобы позвонить папе. Наконец-то спасительный звонок оповестил всех о долгожданной свободе. Я набросила рюкзак на плечи и вышла на крыльцо, а потом достала телефон и набрала заветный номер. Родной голос раздался в трубке через несколько секунд. Видимо, он сейчас не ожидал моего звонка, потому как ответил несколько удивлённо.

– Кариша? Как ты? – было слышно, что он за рулём, но судя по его тону, он ничего не знал о вчерашнем происшествии. Да мать и не стала бы звонить ему, этим она бы вновь подтвердила папе, что я любила его больше, чем её, и скучала по нему.

– Папочка! Я так соскучилась! Как ты там?

– Работаю... Как школа? – спросил он, зная моё отношение к ней.

– Как обычно. Разве там может быть что-нибудь новое? Папочка, – я сделала небольшую паузу, собираясь с мыслями, – можно я к тебе приеду. Пожалуйста!

– Кариш… – он немного промолчал. – я не думаю, что твоя мама это одобрит. Да и у меня работы невпроворот.

– Папа! – протянула я. – Работа у тебя всегда.

– Карина, ты должна меня понять. Я приеду к тебе как только у меня будет свободный день. И про подарок я не забыл на день рождения. Ты разве забыла, что мы договаривались?

Его тон стал более серьёзным, но как мне нужно было объяснять ему, что мне не столь нужны его подарки, сколько он сам. Я прекрасно понимала, что с новой семьёй у него больше нет столько свободного времени, но мне было обидно, что я не могу его видеть, как прежде. Будто я была хуже всех. Да и не только в этом было дело. Если бы мать относилась ко мне лучше, то мне было бы легче перенести эту разлуку. А так мне некому было больше поплакаться и просто почувствовать себя вновь маленькой девочкой, какой я давно не была. Ведь обстоятельства жизни сыграли свою роль в том, что мне пришлось повзрослеть раньше времени.

– Я позвоню тебе вечером и мы поговорим. Обещаю, – ответил он. – Я сейчас за рулём, извини, Кариш…

В трубке раздались короткие гудки. Я тяжело вздохнула. Я знала, что он не забудет позвонить, в отличие от моей мамы, которая про меня никогда не помнила. И понимала, что позвонила сама возможно не вовремя, но мне всё равно стало легче после того, как я услышала его голос.

Солнце сегодня светило ярко, по-летнему. Не верилось, что ещё месяц-полтора – и всё изменится, мир станет вновь тусклым. Но пока даже бархатцы на немногочисленных клумбах вдоль тротуара напоминали о том, что лето ещё где-то здесь, совсем рядом. Ведь это люди выдумали, что с сентября начинается осень, я бы перенесла его к летнему периоду. И если бы не школа, то можно было бы радоваться этому месяцу сполна. Кто вообще выдумал эти условные деления на месяцы, зависимость от дней недели, времени и прочие мелочи, которые мешали людям просто жить, устанавливая свои порядки? Если бы мне дали волю, я бы всё изменила по-своему, пусть даже потратив на это пол-жизни.

Даже вода в облезлом круглом фонтане, что находился в маленьком сквере по пути, журчало весело, переливаясь солнечными бликами, а вокруг фонтана гуляли голуби, и мамы с колясками активно что-то обсуждали рядом, сидя на скамейке.

Я прошла уже большую часть пути, когда мой телефон вновь запищал. Это была мама. Странно всё это, обычно она не звонила мне в это время, разве что изредка, чтобы напомнить о домашних обязанностях.

– Да, – коротко ответила я.

– Карина! Ты уже закончила?

– Да!

– Домой идёшь? – напряжённо спросила она.

– Да!

– Неприятность одна… Короче, твою бабушку забрали на скорой сегодня утром, завезли в городскую четвёртую больницу. Мне её соседка звонила, рассказывала. Ты же знаешь, она никогда не поднимает трубку. Надо сходить к ней, посмотреть, как она там.

– Что? – я подпрыгнула, споткнувшись о бордюр.

– Ты же знаешь, что у меня работа. Придёшь домой – возьми у меня в тумбочке деньги. Возьмёшь пятьсот рублей. На маршрутке езжай. Купишь какого йогурта, да яблок. И печенья возьми… Карина, ты меня слышишь?

– Да! – произнесла я уже тише.

– Сдачу принесёшь. Я буду поздно, но позвоню тебе. Найдёшь, чего поесть.

– Ладно. Схожу, – согласилась я.

Эта новость несколько взволновала меня. Конечно же, я пошла бы, даже, если бы меня не просили. Я не видела бабушку несколько месяцев, только разговаривала раз в неделю с ней. Но последние дни она не звонила совсем, а мне в связи с последними событиями некогда было даже набрать её номер. Да и время теперь быстрее пройдёт до вечера, планов всё равно не было никаких.

Бабушка никогда и никому не жаловалась на жизнь, и это было главным отличием от моей мамы. Напротив, старалась помочь всем, чем только можно, и не только своим родным. Я знала это не понаслышке, ведь раньше часто жила у неё на протяжении всех каникул. Соседи её любили, но сама она лишний раз никого не беспокоила и ничего не просила. Скорую видать вызвала её соседка, Воронина Наталья. Она одна из немногих, кто сам приходил к бабуле, чтобы принести продукты или просто помочь по дому, зная о её слабом сердце. Отличная тётка, звала меня всегда в гости, поила чаем. Её дочери давно вышли замуж и разъехались, а муж погиб при исполнении, работал в милиции ещё в девяностые, когда его пристрелили во время бандитских разборок. Его портрет в форме висел на стене, а рядом в рамочке местился его посмертный орден за героизм. С тех пор тёть Наташа стала другой, несколько замкнутой, но ко мне и бабушке всегда относилась с теплом и заботой, хоть ей и нелегко пришлось в жизни, воспитывая в одиночку двоих дочерей. Не то, что моя мама, которая не могла найти время для меня единственной.

Ехать пришлось на автобусе, ведь больница находилась в противоположной стороне нашего провинциального городка. Жёлтая маршрутка пролетела мимо, переполненная пассажирами, водитель даже не удосужился остановиться. Хорошо, хоть до места было недалеко идти. Я вышла, направившись с остановки по мощёной дорожке туда, где располагались корпуса больницы. Я вошла туда, где, как я помнила находилась регистратура и справочная. Не слишком разговорчивая светловолосая девушка выглянула, когда я всунула в окошко лицо.

– Чего?

– Иванченко Раиса Павловна в какой палате? – спросила я. Естественно, моя фамилия не совпадала с бабушкиной, ведь я носила фамилию отца, а фамилия моей матери была такой же как у бабушки. Девушка скосилась на меня, не особо желая смотреть ничего, ведь её отвлекли от телефона, где одно за другим сигналили новые сообщения. Ещё бы, я бы тоже не хотела работать за такую мизерную зарплату. Но потом она полезла в компьютер, что-то рассматривая и щёлкая мышкой.

– Кардиология, сорок вторая, – быстро ответила она, сразу же переключившись в телефон.

– Спасибо, – на ходу произнесла я, направляясь к лестнице.

Бабушка сидела на кровати, молча глядя в окно. В переполненной палате сложно было дышать шестерым находящимся там, в основном немолодым женщинам, я заметила это как только вошла. О кондиционерах не могло быть и речи, ведь здесь было всё как и везде в нашей стране.

– Здрасте! – я вошла, сразу же направившись к бабушке. – Привет, ба!

– Карина! – бабушка попыталась подняться в места, но я остановила её жестом. – Как рада видеть тебя! Боже, какая ты большая, почти взрослая!

– Да, ба! Как ты? – я присела рядом, доставая из пакета покупки.

– Зачем всё принесла! Забери, сама съешь дома.

– Нет уж. Мама велела тебе принести, – ответила я, не слушая её возмущений. – Что доктора говорят?

– Да что говорят… всё одно и то же. Стенокардия. Говорят, меньше нервничать надо, да отдыхать больше.

– Так отдыхай, бабуль. Чего ты напрягаешься? – я обеспокоенно взглянула ей в глаза. Она здорово изменилась за это время, время никого не щадило. Под глазами выступили дополнительные морщинки, лицо похудело и осунулось. Но глаза сверкали ярко, будто ей до сих пор было лет двадцать пять.

– Когда, Карина! Сама же знаешь, хозяйство. А если всё заброшу, за что жить буду? Ведь пенсии той ни на что не хватает. Да и не могу я так просто сидеть сложа руки. Мама как, всё на работе?

– Где ж ей ещё быть, – не могла же я рассказать ей, что творится у нас дома на самом деле. Ей нельзя нервничать лишний раз, ведь и так сердце шалит. – Ба, а что с твоим телефоном? Почему не отвечаешь?

– Так вон он, в сумке лежит, – она кивнула в сторону тумбочки. – Не звонит!

– Настройки смотрела?

– Какие? Я понятия не имею, где они находятся.

– Давай, сделаю. А то мама тебе дозвониться не может, переживает.

– Сделай. Только скажи, пусть не переживает. Я сама ей позвоню ей, когда скажут, что к чему. Всё равно меньше недели не продержат.

Разговор затянулся на полчаса. А потом, когда я вышла из здания и направилась по дорожке, меня ожидал новый сюрприз. Знакомый голос окликнул меня, от чего я споткнулась и резко остановилась, оглянувшись. Я сразу же сообразила, кто это, ведь уже три дня он раздражал меня своими нелепыми порой вопросами.

– А-а-а, это ты, Королёв? – протянула я.

– Привет! – обрадовано сказал он, подходя ближе.

– Да вроде только недавно виделись! – огрызнулась я в ответ.

– У меня здесь мама лежит, в том корпусе, – он указал рукой на больницу. – На третьем этаже.

Я повернулась, рассматривая его. Он вёл себя вполне естественно, и почему-то не вызывал раздражения в тот момент. Мне вдруг стало жаль его, я представила, что значит переехать в абсолютно иной город, где никого не знаешь, нет друзей, да ещё и мама в больнице, а отец постоянно на службе. Он стоял передо мной без малейшей улыбки, глядя не моргая прямо в глаза, приглаживая одной рукой тёмные волосы одной рукой. В другой руке он держал перекинутую куртку, а сам был в белой футболке с надписью какого-то футбольного клуба.

– Серьёзное что-то? – вдруг спросила я, глядя на него.

– Да… неважно. А ты что здесь делаешь? – осторожно спросил он, боясь нарваться на новую порцию возмущений.

– Бабушка здесь… сегодня на скорой привезли, – ответила я, сделав небольшую паузу. Ты сейчас куда?

– Домой, наверное. Вот только отсюда ничего прямого не едет. Придётся с пересадкой, через центр. А ты где живёшь?

Некое подозрение закралось мне в душу, но я тут же выбросила из головы все сомнения. Он всего лишь мальчишка, мой одноклассник. И он не представляет мне никакой угрозы. Мы медленно шли вместе по дорожке, я ковыряла ногой мох, что проступал между швами в плитке, немного нервничая, ведь я давно не ходила ни с кем вот так. Но он оказался неплохим собеседником.

В разговоре о книгах, которые он , как выяснилось, тоже читал, мы добрались до остановки, а потом вместе ждали автобус. Затем он ехал со мной до центра города, откуда мне предстояло идти домой уже пешком, но Никита увязался за мной, не отставая ни на шаг.

– Карина, подожди! Куда ты?

Я остановилась, глядя в его серые глаза.

– Вообще-то я иду домой, если ты ещё не понял. Мы вместе доехали, а тебе, кажись, пересаживаться теперь.

– Я провожу тебя!

– Эй! Не стоит этого делать! Предупреждаю, мне общение не нужно. Так что как-нибудь без тебя дойду! – огрызнулась я, шагая от него прочь по безлюдной в тот момент улице. Откуда-то подул ветер, неся мимо меня листву, и вдруг повеяло холодом, заставив меня ускорить шаг.

– Карина! Постой!

– Нет! – отрезала я. – Завтра увидимся.

Он не стал меня догонять, а так и остался стоять посреди тротуара, молча глядя мне вслед, а я хотела быстрее покинуть эту улицу и попасть домой, чтобы закрыться ото всех в своей комнате. Единственное, что омрачало момент, это то, что скоро должна была придти моя мама, которую я ещё не простила за вчерашний день.

Но зато я быстрее лягу спать и вновь встречу в своём сне Дэна, которого я хотела видеть больше всех остальных на этом свете хоть и боялась его. Но тот адреналин, что я получала во время встреч с ним, положительно действовал на меня, придавая настроение.

В какой-то момент мне показалось, что мимо проехала знакомая серебристая машина, и возникло некая мания преследования, но потом я решила, что всё это лишь моя фантазия. И почему Ветров так странно смотрел на меня вчера? А он симпатичный, этот следователь. И очень напоминал мне кого-то, сама не знаю кого. Если бы я могла чувствовать что-либо помимо ненависти, и не те события, то вполне могла бы в него влюбиться.

Я ещё раз подняла глаза туда, где мне только что примерещился его автомобиль, и мне стало страшно. А вдруг кто-то знает о том, что я скрываю всё это время? Что будет тогда? Почему всё произошло именно со мной? Во всём виновата моя мама. Ведь если бы она не развелась с папой, ничего бы не случилось. И если бы не водила никого домой. И смотрела бы за своим единственным ребёнком, а не спихивала это на бабушку и улицу.

Интересно, был кто-нибудь там, в том месте, где находился мой секрет? Я не была там с того самого дня, боясь даже думать об этом. Интересно, есть ли в мире люди, которые могут вот так, три года носить в себе столь ужасные вещи, скрывая от всех окружающих. Мне даже не с кем про это поговорить… разве что с моим ночным кошмаром. Может мне станет немного легче? Я не могла даже представить себе, что меня ждёт в случае, если про Олега узнает кто-то здесь, на Земле. Что будет дальше? Перечёркнутое будущее? Всеобщее презрение и шушуканье за спиной? Тюрьма? Вселенский позор? Таскание по судам и кабинетам следствия? Ещё большая ненависть к моей матери, которая не усмотрела за своим больным на голову любовником? Меня не устраивал ни один из возможных вариантов развития событий, но и носить в себе я больше не могла. Душа кричала и хотела поддержки, но только не от матери или кого-то из знакомых. Просто хотелось, чтобы меня поняли и пожалели.

Где найти выход из этого лабиринта, в который я себя загнала? Неужели это и есть причина моих ненормальных снов, в которых я вечно ищу выход из сложившейся ситуации? В тот момент я поняла, что я не совсем здорова, ведь только психически больному человеку могут во сне так реально мерещиться демоны-оборотни и лабиринты с непонятными локациями. Но если этот сон приятней реальности, то почему бы и нет? Зачем противиться своему же наркотику, хоть там и страшно, но это некий притягательный страх, заставляющий действовать решительно.

Задумавшись, открывая двери в подъезд, я не заметила, что оттуда выходит человек, и столкнулась с ним лбами, отскочив в сторону и потирая ушибленное место. Потом подняла голову, увидев своего соседа по площадке, который поднимал упавшие документы. Он выругался, а потом уставился на меня, не зная, что сказать. Мы впервые сталкивались со Станиславом лицом к лицу.

– Извините! – пробормотала я, пытаясь пробраться мимо него в открытую дверь.

– Ты что, слепая? – он наступал, и мне вдруг стало страшно.

– Я же извинилась…

– Ладно, живи, – он рассмеялся вдруг как-то злорадно, а я наморщилась в ответ, не понимая причины его смеха, – смотреть надо, куда прёшься!

– Хорошо, обязательно буду смотреть. Может вам помочь? – вдруг предложила я.

– Да! Держи, – он вручил мне кипу разбросанных бумаг, в которых я узнала бухгалтерские расчеты, ведь много раз видела, как похожее делала моя мама, когда ещё чаще бывала дома, – я пока остальное подниму.

Бумаги по двору разлетелись порядком, ведь ветер так и не утих, а напротив поднимался, не обещая ничего хорошего. Стас бегал, поднимая листки и складывая их на заднее сиденье своего автомобиля. Сейчас он был в костюме, что несколько нелепо смотрелся в такой ситуации, пиджак он снял, бросив на руль джипа, а галстук перекрутился и висел на спине. Тут ещё ко всему прочему зазвонил его телефон.

– Да! – прокричал он в трубку, ловя на ходу листок с синей печатью, который кружился вокруг него, не давая себя поймать. – Я знаю, что завтра тендер! Всё будет хорошо! Не мешай мне!

В трубке что-то проговорили, а Стас скосился на меня, кивая головой, чтобы я подошла к нему.

– Да пошёл ты! Говорю тебе, не успею заехать в банк! С утра деньги переведём! Всё успеем!

Я медленно подошла и вжала плечи, опасаясь попасть под раздачу, а потом вернулся ко мне, молча приняв из моих рук ценный груз. Краем глаза я видела, что суммы на документах проставлены немалые. Недаром он так переживал за каждый листок.

Но всё обошлось благополучно и он наконец-то, не говоря мне больше ни слова, нервно развернулся, заехав задними колёсами на клумбу, за которой ухаживали бабульки всего двора. Если бы кто-то увидел это его злодеяние, не видать бы ему целых стёкол в своей машине. Но никого больше сейчас не было и никто, кроме меня не смог оценить его поступок. Я же лишь улыбнулась, когда он, добавив газку, выскочил со двора, проскрипев на выезде тормозами, чтобы пропустить кого-то.

Из двора нашего старого кирпичного дома выходила арка, выезд из которой был прямо на одну из главных улиц городка. А во дворе росли старые толстые тополя. А чуть дальше, в густых зарослях колючей акации и высокого не стриженого можжевельника скрывалась кирпичная будка с метр высотой, в которой сбоку была вделана никогда не открывающаяся толстая ржавая решётка. Её не открывали уже лет десять или больше. Такое ощущение, что про бомбоубежище, скрывающееся от посторонних глаз за бугорком, мусорными баками, между растениями и бетонным забором позади него, давным подавно забыли местные власти. Но не забыла про него я и не могла забыть.

Я отвела взгляд от этого места, тяжело вздохнув, и направилась наконец-то домой. Что со мной сегодня? Почему я так часто начала вспоминать негатив своей жизни? Наверное, мои сны так влияют на меня, да ещё и случайная встреча со следователем. Мне стало страшно, когда я представила, что эта встреча могла быть не случайна, а всё это закономерность, которая ни к чему хорошему не приведёт.

Я вновь и вновь думала об этом, делая уроки, но мысли возвращались к вчерашним событиям. Может, лучше было бы встретиться и поговорить с Денисом Андреевичем, и тогда все мои сомнения отсеются, и всё вернётся на свои места, как было до того. Я слышала из комнаты, как пришла моя мать. Она вошла и несколько минут спрашивала меня о том, как я съездила к бабушке, ни слова не произнося о том, что я вчера сбежала из дома. Видно, Ветров хорошо проработал её в отношении меня, в этом я была ему очень благодарна.

Скорее бы наступила ночь. Я аккуратно потрогала тонкую цепочку на своей шее, не понимая, как то, что происходит во сне, может происходить в действительности. Это никак не могло быть реальностью. Но для меня это лучше, чем моя настоящая жизнь...

Глава 8

Я оказалась у него за спиной. Я молча стояла и смотрела, как Дэн принюхивается, будто кого-то ищет здесь, в этом полутёмном помещении. Его скулы играли, а он сам вытянулся во весь свой рост, всматриваясь вдаль. Я осторожно сделала шаг ему навстречу, но остановилась, сама не знаю почему. Но этого оказалось достаточно, чтобы он внезапно повернулся и заметил меня.

– Рина! Наконец-то! – как-то обрадовано произнёс он, но я видела, что Дэнмириан абсолютно серьёзен.

– Как получилось. Я же не виновата, что не могу быть с тобой постоянно. Ты знаешь, у меня и другие дела имеются, – огрызнулась я в ответ. Просто, из вредности, чтобы не мнил о себе слишком многое.

– Хотел бы я знать, что там у тебя за дела, да боюсь времени на это нет. А вообще, я как-то даже соскучиться успел по твоим выходкам.

– Это у меня-то выходки? – возмутилась я. – Это ты, вроде как, постоянно издеваешься надо мной. И вообще, с какой это радости я должна тебе помогать, терпя унижения, издевательства и домогательства?

– Ты о чём? – удивлённо спросил он, подходя ко мне, а я уже и не была рада, что ляпнула это. – Ты об этом?

В этот миг некая сила подняла меня, и тут же опутав невидимыми цепями, подняла вверх, держа в воздухе. А он приблизился ко мне, опалив своим дыханием, а глаза яростно сверкнули злым оранжевым огоньком. Я начала дёргаться, но поняла, что невидимые оковы лишь затягиваются ещё сильнее. Я отрицательно замотала головой.

– Нет…нет…Отпусти меня! Дэн!

– Ах, так значит ты об этом…, – он впился в мои губы сладким поцелуем, как тогда в прошлый раз, доводя до головокружения, а его язык неумолимо искал во рту что-то, проводя по дёснам и зубам, а потом вновь ныряя вглубь. При этом его губы полностью захватили мои в свой плен. Я закрыла глаза, чтобы не видеть его страшного взгляда, а потом, резко открыв их увидела, что он наблюдает за моей реакцией. При этом он абсолютно не касался меня руками, и лишь своей странной магией удерживал меня на месте.

– Нет, не об этом, – ответила я, отдышавшись.

– Странная ты. Я же не виноват, что Фор выбрал именно тебя, – ответил он, отпуская меня.

Я села на холодный полупрозрачный пол коридора и осмотрелась по сторонам. Ничего нового я не увидела, разве что освещение сменилось на более тусклое по сравнению с прошлым разом.

– И я тем более. Хотя, иногда мне кажется, что лучше сдохнуть с тобой в этом лабиринте, чем та моя жизнь на Земле.

– Э-э-э! – пресёк он мою фразу. – Никто тут умирать не собирается. Нам ещё выбраться, а потом до Ар-магора добраться. А ведь я ещё не знаю, получится ли у нас это сделать.

– Уж скорее бы, чтобы избавиться от тебя.

– А мне показалось, что я тебе нравлюсь, но ты сама боишься в этом признаться.

– Как ты мог такое подумать! – возмутилась я. – Ведь ты абсолютно не в моём вкусе.

– А кто тогда в твоём вкусе? – передразнил он, пока мы медленно двинулись вперёд.

– Никто! – выпалила я. – Но непонятные существа типа тебя в эту категорию точно никогда не попадут.

Он рассмеялся в ответ, а потом легко подтолкнул меня, оказавшись позади меня.

– Многие почли бы за честь просто поговорить со мной, а наши женщины сами предлагают мне себя в качестве подарка. И до того никто не жаловался, что со мной было плохо.

– Какая радость, что я не отношусь к вашим странным женщинам, – заметила я, не поворачиваясь к нему лицом. Я прекрасно знала, что его скорее забавляет этот разговор, да и поделать он ничего не мог, ведь меня защищал его же артефакт. – И много у тебя их было?

– Кого? – не понял он.

– Женщин, кого же ещё!

Он сглотнул, я слышала это краем уха, а потом даже как то приотстал на время.

– Ты что, думаешь, я считал? Достаточно, мне кажется, для того, чтобы немного разобраться в том, что они хотят.

– Да кто же тебе правду скажет, если ты такой там титулованный перец. Они же все просто льстили тебе.

– А ты права, – согласился он вдруг, – правду мне скажешь ты.

– Боюсь, это нереально. Я, конечно, не могу тебе сильно врать, но я не дам тебе мной пользоваться.

– Ты сама этого скоро захочешь.

– Как-нибудь постараюсь этого избежать. И вообще, как ты себе это представляешь? – пробормотала я, не слишком уверенная в своих же словах. – На полу лабиринта? Или опять подвесишь меня на невидимых цепях? А?

– Я постараюсь сначала выбраться отсюда. Кстати, эти цепи не могут держать долго, ты же знаешь, что мои силы работают лишь наполовину. Думаю, нам ещё предоставится такая возможность.

– Ох, надеюсь, что нет, – ответила я, не представляя, как у нас с ним вообще могло быть что-нибудь большее. От этой мысли меня охватывал некий панический страх и он, зараза, это чувствовал.

– Расслабься. Смотри, развилка!

– Вижу! – произнесла я, всматриваясь в кромешную тьму, что скрывалась дальше, в тёмных коридорах.

Система нашей форо-навигации работала, конечно, безупречно. Но лучше бы в тот момент я оказалась дома. Двигаясь в кромешной тьме, мы не заметили, как стены и потолок пропали вовсе, а потом внезапно всё оборвалось, а впереди нас в тусклом бирюзовом свечении возник обрыв, за которым виделся лишь сплошной туман. Я, не удержавшись, полетела было вниз, издав резкий крик, который улетел в дымку, но вдруг почувствовала, что рука Дэна крепко держит моё запястье.

Я открыла один глаз, пытаясь рассмотреть, где нахожусь, потом второй. С ужасом увидела, что я повисла над пропастью, а меня держит Дэн. Мне стало страшно даже представить, что случилось бы, не поймай он меня. Но об этом предстояло думать позже.

– Рина, ты как? – произнёс он, но доставать меня как-то не спешил.

– Может, ты меня поднимешь?

– Я ещё подумаю! – насмешливо ответил он, не отпуская моей руки.

– Дэн, пожалуйста! Мне страшно! Подними меня! – повысила я голос. Но вообще-то я знала, что это лишь фарс. Он не станет отпускать в пропасть того, на ком одет его бесценный талисман. Но смотреть вниз я тоже не могла, ведь там, в сизой дымке даже не было видно дна этого котлована.

– Ладно, считай, уговорила, – он резко поднял меня вверх, ловким движением поставив перед собой. Я схватилась за его плечи, стараясь не смотреть, что там, внизу.

– Дэн, кажется, мы зашли не туда! Как мы будем отсюда выбираться?

– Мы шли правильно. Артефакт не может ошибаться, – уверенно произнёс он, но я что-то не чувствовала его уверенности.

– Полетим? – неуверенно спросила я, вспомнив бой с Амгрином прошлой ночью.

– Слишком опасно. Должен быть иной путь. Сейчас посмотрим.

Он прошёл вдоль обрыва, заглядывая под его края, а потом вдруг поднял голову вверх, всматриваясь вперёд.

– Вот она! Левитирующая платформа!

– Чего? – не поняла я. – Какая, блин, платформа! Дэн, ты соображаешь, чего говоришь?

– Смотри! – он указал жестом вперёд, туда, где из тумана медленно выплывал плоский камень метра полтора в диаметре. Он как бы парил в тяжёлом сыром воздухе, но при этом двигался исключительно в одной плоскости на одном уровне с поверхностью пола, где стояли мы. Я широко открыла глаза, пытаясь осознать возможность существования этого чуда природы. Хорошие у меня сны, ничего не скажешь. Надо было меньше читать всякой фантастики в последнее время. Теперь чего только не надумаешь себе теперь.

– Не стой на месте! Идём! – он протянул мне руку.

– Дэн, пойдём-ка, поищем с тобой другой выход. Я не полечу на этой штуке!

– У нас нет времени на твои споры. Чего ты испугалась?

– Я впервые вижу такое. На чём она держится?

– Магнитные антиполя… Ты чего? У меня весь дворец на таком держится!

– И ты считаешь это нормальным? Ты что, летаешь оттуда?

– Ну да…, – он промолчал, а потом резко схватил мою руку, перекинув на странный камень, где я еле-еле удержала равновесие. – Нет времени, говорю тебе.

Я с ужасом наблюдала, прижавшись к нему, как дрожащая под нами платформа отъехала от края плато, за которым остался лабиринт, и двинулась в туман, который постепенно раскрывал перед нами новые картины.

А вслед за этим Дэн меня снова обрадовал.

– Уверен, что эта платформа, она не одна. Тут могут быть тысячи таких камней. Надо выяснить, который из них нам нужен.

– Ты надо мной явно издеваешься, – закатила я глаза в ответ, но мне тут же пришлось схватиться за его руку, так как платформа дёрнулась и вдруг изменила направление движения. Он прижал меня к себе, а сам вновь поднял голову.

– Вот следующая. Ты готова прыгать?

Я со страхом выглянула, пытаясь преодолеть свои страхи. Это же надо, не было печали. А я ещё думала, что самое ужасное уже позади. Камень примерно такого же размера выплыл из тумана, медленно двигаясь в нашем направлении, но вот траектории полётов несколько отличались. Судя по их направлению, прыгать нужно было всего-то ничего, пару каких-то метров. Подумаешь, ерунда какая. Эх!

– Как это сделать?

– Я помогу тебе… Только не отпускай моей руки!

– Мы же упадём!

– Нет! Говорю тебе, держись за меня.

Он видно, использовал свою призрачную ипостась. Иначе невозможно было бы вот так просто перемахнуть через расстояние, разделяющее платформы. Но я не успела закрыть глаза от страху, когда мы уже находились на следующей.

– Ну и локация, – съязвила я. – Час от часу не легче!

– Вероятно, мы приближаемся к выходу.

– Хотелось бы в это верить!

Полёт над пропастью затянулся на пару часов, не меньше. К концу я уже успела привыкнуть к этим платформам и даже получала некое удовольствие от этих прыжков, когда вдалеке забрезжил тот же странный мерцающий зеленоватый свет. Мы перепрыгнули на ровную твёрдую поверхность и отдышались.

– Какое счастье, что они закончились…. Дэн! Скажи, а если бы я упала, я бы умерла? Или проснулась?

Он внимательно посмотрел мне в глаза, которые вновь полыхнули огнём, будто пронзая меня насквозь в отместку за бесконечные нелепые вопросы. Меня даже как-то передёрнуло от этого.

– Если бы ты умерла, то я бы не смог выбраться из Варитора, это уж точно. Кажется мне, что при смерти в любом из миров, ты погибла бы и здесь. Хотя, я далеко не уверен в этом. Судя по строению Метагалактики, и свойствам Фора, если бы ты умерла у себя на Земле, то Фор просто переместил бы тебя ко мне, а если наоборот – не знаю. Рина, прекрати задавать мне эти вопросы.

– Так что, мне вообще молчать? – обиделась я.

– Не надо молчать. Нам надо идти!

– Не слишком хочется с тобой никуда идти. Я устала, и вообще, ты можешь себе представить, что мне ещё в школу завтра. Или то, что у меня могут быть другие проблемы? А я должна появляться у тебя каждую ночь и помогать тебе. Мне-то что с этого причитается? Даже если мы сделаем всё по-твоему, я твои богатства в свой мир вряд ли протащу!

– Рина! – он прищурил глаза, глядя на меня…

– Что Рина? Или я не права?

– Неужели ты не можешь помочь мне просто так, бескорыстно…

– Нет! – заявила я. – Завтра же я прячу твой артефакт куда подальше и начинаю нормальную жизнь! Должна же она у меня хоть когда-то начаться!

Видно, снова я ляпнула что-то не то, ведь он чувствовал, когда я начинала ему врать.

– У тебя там нормальная жизнь? Да у тебя секретов больше, чем у меня. Твоя аура вся затемнена, и я пока не пойму причину этого. Скажи, что у тебя был за мужчина? Дело в нём, не так ли?

– Какая тебе разница? – раздражённо спросила я, шагая вперёд, туда, где в стене начинался широкий коридор, стены которого светились уже привычным белёсым светом, означающим, что скоро где-то будет новый портал.

– Мне? Никакой почти. Просто не могу понять, что тебя во мне пугает! Я хочу почувствовать полный контакт с тобой, чтобы я мог нормально управлять ситуацией. Иначе, я не смогу принять свою вторую ипостась, а после того, как мы выберемся из лабиринта, мне она очень бы пригодилась.

– Какой же ты корыстный, ваше притворство Дэнмириан. А ещё делаешь вид, что я тебе интересна, – мне вдруг стало обидно за себя. Не из-за того, что он ко мне всё время пытался приставать, а из-за того, что тот поцелуй, и всё остальное, что успело мне понравиться, было лишь способом достижения его целей.

– Нет же… Ты неправильно меня поняла, я действительно хочу помочь тебе взамен за то, что ты делаешь для меня.

Я вдруг вспомнила страхи реальных последних дней. И то, что я хотела снять блокировку и попытаться рассказать хоть кому-то о том, что наболело давно у меня в душе. Точнее, не кому-то, а именно этому странному типу из моего сна. Может, он действительно, даст какой дельный совет? Ведь он не станет упрекать меня или коситься после того, как узнает правду.

– Понимаешь, Дэн… как тебе сказать… – язык застыл, не в силах пошевелиться во рту, а губы замерли на словах, что я приготовилась сказать.

– Говори же! Неужели всё так страшно?

– Очень! Смотри! Вот и наш портал! – обрадовано запрыгала я, забыв про усталость, от счастья, что допрос временно прекратится.

– Точно. Ты уже быстро соображаешь, девочка! – похвалил он меня. – Ещё бы научить тебя элементарной вежливости, и вообще будет чудесно!

– Этому меня учить не надо! – осекла я его. – Поскольку ты мой сон, то и разговаривать с тобой я буду так, как считаю нужным.

– Идём, пройдём в следующую локацию! Вспомни, что от тебя требуется…

Скоро мы стояли в новой части лабиринта, который, как я тогда считала не закончится никогда. Вновь те же ярчайшие краски и ощущение перехода взрывом отдались в моём уме, а звёзды стояли перед глазами, будто тысячи световых точек. Дэн находился рядом, как и в прошлый раз. Он молчал тяжело дыша, уткнувшись мне в затылок, будто это он только что отдал всю свою энергию, а не его странный амулет. Он не отпускал меня, а я боялась шевельнуться лишний раз, чтобы не изменить этот момент на нечто иное, то, что не принесёт мне столько спокойствия, сколько было тогда.

Но он не забыл про наш разговор. Видно, он решил меня сегодня добить. Ещё бы, я представляла, как скучно было ему здесь после весёлой демонической жизни, хот я и не могла пока представить, что он бывает другой.

– Так расскажи, чего у тебя там случилось? – попросил он, когда мы отошли от портала и двинулись дальше, рассматривая яркие светящиеся красным огнём стены широкого прохода. Кстати, каждая локация, хоть и имела сходство с предыдущей, была индивидуальна по своему, так сказать, дизайну. Особенно если учесть, что весь этот лабиринт был на самом деле предметом творения неких демиурговских рук.

– Не надоело спрашивать? – ответила я скучно, наблюдая за картинами, что открывались в каждом новом зале.

– Нет. Я не привык, что от меня что-то скрывают, – холодно ответил он.

– Тогда почему ты вообще оказался здесь? А? Дэн, ты не думаешь, что тебя тоже подставили? – попыталась я перевести тему разговора.

– Подставили? Карина, слушай, а возможно, ты права, – вдруг задумался он. – Вот только кто мог сделать это?

– Уж мне-то откуда это знать. Предатели, Дэн, они кругом. Иногда от самого близкого человека не ожидаешь подлости, а тут бац! И нежданчик! В твоём случае, не от человека, конечно, – поправилась я.

– Вот только кто это сделал? Постой, я находился в своём дворце потом влетел мой личный слуга, сказал, что меня вызывает мой военный советник. Отец к тому дню уже погиб, когда армады Кителлы громили всё живое на своём пути…

– Слуга вряд ли замешан, – заметила я, опираясь на тематику прочитанных за жизнь всевозможных историй. – Скорее тут дело рук кого-то посолиднее… у тебя есть родственники? Или другие претенденты на трон?

– В случае моей гибели, императорский трон Эймара переходит к моему младшему брату, Орсиниану. Но вряд ли Орс в этом замешан. Какой ему смысл остаться без Фора? Да и власти ему не надо… у него и так территории свои немалые.

– А что с советником? – осторожно спросила я. – Кто он?

– Мой друг… Неро… Нет! – отмахнулся он. – Но в любом случае надо быть осторожнее. Ты права. Надо быть осторожным со всеми, кто так или иначе может быть связан с Кителлой. Так расскажи мне!

Вспомнил, это же надо! Что мне делать, как увильнуть от его вопросов?

– Нет, Дэн!

– Да! – он остановился и развернул меня к себе лицом. – Мне надо знать, с кем я имею дело.

– С глупой человеческой девочкой, с кем же ещё…

– Послушай меня, человеческая девочка. Я тебе не верю. Откуда ты оказалась рядом со мной в тот момент? Ты не так проста, как кажешься!

Он наклонился ко мне, обжигая паром, что выходил из его расширенных ноздрей, и на миг мне показалось, что он меняется, будто в нём проступала насквозь через его красивое обличье некая абсолютно иная личность. Он скрутил мои волосы в хвост и оттянул к спине, заставив меня смотреть ему прямо в глаза.

– Отвечай!

– Про себя?

– Про то, кто ты в своём мире.

– Я простой человек. В школе учусь. Знаешь, математика, биология и всякое разное. Папа ушёл от мамы, потому что она довела его своими бесконечными упрёками, а друзей у меня нет. Я ненавижу всех!

– Почему? – прошипел он мне в ухо.

– Я не знаю…

– Знаешь!

– Дэн… – я немного промолчала, пытаясь отвернуться от его лица, но рука Дэна не давала мне это сделать. – Ты сам не знаешь, чего добиваешься этими вопросами!

Я уже мечтала, чтобы этот сон поскорее закончился. Что-то мне стало не по себе, когда я увидела, как жилки на его лице и шее начинают светиться ярко-красным огнём, а цвет самой кожи меняется. Но всё больше я не могла отвести глаз от того, что яркие языки пламени начали проскакивать по помещению, замыкаясь на нём. Они не обжигали, но обдавали странной энергией, от которой леденели пальцы на моих руках.

Я встряхнулась, пытаясь придти в себя, а через миг увидела, что это такой же Дэн, каким он был перед тем.

– Что это было? – спросила я шёпотом.

– Кажется, моя сила возвращается…

– Так ты такой… – я не могла подобрать к этому нужных слов. – Такой страшный?

– Грозен в гневе, не поспоришь. Но я не могу вернуть себе этот облик, пока мы не выберемся отсюда. Когда Варитор не будет поглощать мою энергию, возможно, всё получится. Это ты меня довела!

– Чем же? Тем, что помогаю тебе? Заметь, абсолютно безвозмездно, – я воспользовалась тем, что он отпустил меня, и выскользнула на пол, пытаясь отдышаться. – Ненавижу тебя!

– Меня нельзя ненавидеть… Эммы – высшие существа вселенной, нас можно бояться, любить, но ненавидеть таких, как я, себе дороже.

– Ты просто мерзкий заносчивый тип! Я не вернусь к тебе больше, можешь даже не ждать! Надеюсь, что вижу тебя в последний раз! Ты такой же, как все мужчины!

– А какие все? – тихо спросил он.

– Мерзкие существа, способные думать лишь про удовлетворение своих потребностей.

– Да что тебе за мужчины в жизни попадались? Неужели всё так плохо?

– Один попался… я же говорила тебе о нём…

– И кто он был?

– Хахаль моей мамочки… Олег… Редкостный мудак… Сначала спал с ней просто, а потом и вещи свои перевёз…Жил с нами месяц почти, – не знаю, кому я это рассказывала. Не думаю, что Дэн разбирался в земных документах, но теперь я просто не могла остановиться. – Она ему отчёты подделывала, а он платил. Дела у них были совместные, бизнес какой-то нелегальный. А потом начал её шантажировать, подписи на документах ведь её стояли. Говорил, что если выгонит, то он её сразу сдаст, и маму посадят. Я слышала, как они много раз из-за этого ругались, хоть и не всё тогда понимала.

– И что произошло дальше? – Дэн опустился ко мне, рассматривая моё напряжённое от гнева лицо.

– Он был у нас дома чаще, чем мама… Мать всё время торчала на работе, говорила: «Дел много. Олег о тебе позаботится. Карина, доченька, Останься с Олегом…» А он лишь делал вид, что заботится обо мне. Но на самом деле всё обстояло совсем иначе. Я знала, что если скажу тогда хоть слово – мою мать посадят в тюрьму, а меня тут же отправят в детдом.

А папа тогда вообще пропал и не брал трубку… А он… этот Олег… начал ко мне приставать. Он практически не давал мне прохода, находил каждую возможность, чтобы заставить меня раздеться и трогал меня везде. При этом закрывал мне рот так, что я не могла кричать или звать на помощь.

– И что, никто бы не помог? – Дэн был спокоен и серьёзен, но он точно не видел в моих словах ничего страшного. Видно, для него, озабоченного сексом полу-демона всё это было в порядке вещей.

– Я не смогла бы доказать это. А у него было прикрытие – те самые документы. Он бы просто сказал, что я делаю это, чтобы избавить от него мою маму…

– И чем всё закончилось?

– Чем это могло закончиться? В тот день он напился до чёртиков, и всё началось заново. Я не видела, что он пришёл, и не успела убежать, как делала перед тем. Но так он ещё не издевался. Он связал меня и заткнул рот полотенцем, а потом…, – я замолчала, ощущая на себе то самое чувство, что испытала тогда. Я не могла ничего больше сказать, мой язык замер и онемел. – Он был ненормальный, больной человек…

– Он овладел тобой? – Дэн сам подтолкнул меня к тому, что я не могла произнести.

– Да… Два раза. В ванной на полу. Я лежала вся в крови, пытаясь пошевелиться, мне было страшно, больно и стыдно… я не смогла бы никому признаться в этом… Надо было что-то предпринять раньше, но я не знала, что. Я тогда ещё плохо разбиралась в законах. Мне хотелось умереть самой, чтобы не чувствовать всё это… Мать была на работе, как всегда были срочные дела. Потом он запер меня в ванной, пригрозив придушить меня, если я только пискну. Я сидела, голая, дрожала, и просто ненавидела его. Но потом я поднялась, решившись сделать это. Когда он пришёл в третий раз я была готова к его визиту, – я чувствовала, что слёзы льются рекой по щекам и шее, но не могла остановить этот поток, как бы не пыталась это сделать. Я вспомнила всё, до мелочей. Тот день как наяву встал передо мной, будто и не заканчивался никогда. Я вспомнила свою боль, свои безмолвные крики души в пустоту вечности.

– И что ты сделала? Ты отомстила ему? – спросил Дэн, приподняв одну бровь, сидя со мной на холодном гладком полупрозрачном мраморе, за которым внизу вились огненные языки пламени.

– Я его убила… убила этого подонка…, – хриплым шёпотом ответила я, а потом почувствовала, что мой сон заканчивается, а я возвращаюсь в реальность, на Землю, где я ненавидела каждого, кто пытался влезть в мою жизнь. Какие-то фибры моей души звенели, пытаясь передать состояние, что охватило меня, когда я смогла впервые в жизни произнести это вслух, пусть и во сне. Будто что-то рвалось наружу теперь из меня, меняя меня изнутри, как и Дэна перед тем. А Дэн вдруг растаял, словно мираж, каковым он, судя по всему, и являлся для меня…

Глава 9

Что тут и говорить. Дэн из моего сна на самом деле стал первым, кто узнал мою тайну. С того самого дня, когда ночью я тащила тело вниз по лестнице в подвал, в котором начиналось то самое бомбоубежище, я не могла спокойно спать ни ночи. Слёз я не лила, и вообще старалась даже не подавать вида, что это произошло, просто стала скрытной и молчаливой. Я зареклась никогда и никому не говорить об этом.

Тело Олега так и не нашли. Удар пришёлся напольными весами по голове, а весили они немало. Видно произошло кровоизлияние в мозг. Крови как таковой не было, как и следов произошедшего, которые я тщательно удалила всевозможными моющими средствами с гладкой плитки пола ванной комнаты. Тащила ночью, когда во всём доме стояла мёртвая тишина, и все спали. Возможно, было три или четыре часа утра, я не знала.

Моя мать пришла лишь утром, вспомнив, что у неё есть свой дом, а не только её работа. В это время я спокойно лежала в кровати, притворившись спящей. Она тихо вошла, а потом я услышала шум крана в той самой ванной. А я лежала и вспоминала о том, как эта тварь, Зорин, издевался надо мной там. Невозможно передать те чувства, которые прошли сквозь мой разум, никому в мире не дано испытать подобного. Именно так я считала тогда.

Не думайте, что меня мучила совесть или что-то в этом роде. Дело было даже не в этом. Я знаю, что мне ничего бы не было за это, разве что длительный курс реабилитации пришлось бы проходить, а мне он был не нужен абсолютно. Мне же не было ещё четырнадцати на тот момент, никто бы не посадил меня за превышение самообороны, тем более, что факт изнасилования было бы несложно установить. А совесть по поводу смерти этого поддонка меня вообще не тревожила, одной тварью на Земле будет меньше. Такие, как он не достойны жить вообще. У них просто нет права жить.

Лишь утром, когда я наконец-то вышла из своей спальни, моя мать допивая своё кофе и собираясь на работу, обронила: «Карина, а Олег вчера разве не приходил?»

«Нет…» – я промолчала немного, а потом добавила. – «Он даже не звонил, мама!»

«Странно. Я думала, он здесь. И телефон его недоступен»

«Ма… а ты не думаешь, что нам без него будет лучше» – ответила я тогда, сглотнув слюну.

Она как-то странно посмотрела на меня, а потом тяжело вздохнула. Я знала, что происходит у неё в душе. Его постоянный шантаж мешал ей спокойно дышать, как и мне. И именно она стала причиной того, что я не стала ничего рассказывать. Решение пришлось принимать ещё ночью и очень быстро, так как убрать следы моего преступления было нужно очень и очень быстро. Зато теперь я точно знала, что мою мать никто не посадит, ведь кроме Зорина никто не знал про их финансовые махинации. Но я не собиралась говорить ей это. Пусть считают, что он просто исчез. Ведь бывает такое: человек пропал – и нет его. Некоторые вещи, я зарыла вместе с его трупом, который уже начинал коченеть. А телефон я тщательно протёрла, хотя на нём и не должно было остаться моих следов, там могли быть лишь его отпечатки, и, завернув в платок, выбросила в небольшой пруд, что был за парком. Я сделала всё возможное и невозможное, чтобы полиция не нашла никаких улик пребывания Зорина у нас той ночью. Но самое невозможное, что я сделала тогда – это перекроила саму себя и свои мысли, пытаясь выбросить из головы все события. Я их практически забыла, но при этом возненавидела весь мир вокруг себя.

Мама, конечно, обзвонила его знакомых, и ей подтвердили, что Олег пил с ними в баре вечером накануне, а потом покинул их. Но никто на моё счастье, не видел, как он заявился к нам около двенадцати.

Молодой следователь Денис Ветров, только-только приехавший на работу в наш городок, несколько дней ходил к нам домой, а потом вызывал в участок мою маму для дачи показаний. Но никто и подумать не мог тогда, какова была истинная причина исчезновения Олега. Со мной беседа полицейского прошла вообще быстро. Он лишь задал мне несколько вопросов, получив на них исчерпывающие чёткие ответы без тени слёз или сомнения.

Утонувший телефон нашли гораздо позже, после этого водолазы прочесали весь пруд, но тела, естественно, никто найти не мог. А поскольку тот пруд соединялся с рекой канавой, то следствие пришло к выводу, что он утонул по пути из бара, будучи не слишком трезвым, а тело унесло течением. На этом всё и завершилось для всех, но только не для меня. Для меня лишь начался период душевных мучений и самотерзаний. Но никто не знал, чего мне стоило даже не показывать вида, что ничего никогда не происходило. С этого всё и началось.

И поэтому я даже не удивлялась, что мой мозг преподносит мне сюрпризы в виде оборотней и лабиринтов во сне. А та странная безделушка, что я нашла несколько дней назад на пустыре, ничего мне не доказывала. Я никогда не верила в сказки. Их нет. Всё, что происходит с нами либо реально, либо нет, и мои сновидения, судя по всему, попадали под случай номер два. Тоже мне, нашла какую-то фигню, которая перемещает в параллельные миры. Выдумала же я себе такое.

Но вот то, что я рассказала в этом сне моему кошмарику Дэну, действительно помогло мне. В тот день, проснувшись, я почувствовала себя абсолютно другим человеком. Будто новая жизнь возродилась во мне. Это вовсе не означало, что в один миг я смогла полюбить весь мир. Я по-прежнему не выносила на дух своих обнаглевших одноклассников. Но я ощутила, что мне просто напросто стало легче дышать воздухом и получать удовольствие от того, что я существую, а тот подонок мёртв. Я даже представить себе не могла, что было бы со мной или моей мамой, произойди всё иначе.

Я шла в школу, не задумываясь о том, что ждёт меня там. Я просто шла, рассматривая то, что происходило вокруг меня каким-то другим, свежим взглядом. Радовалась тому, что в тот день не было дождя, пинала жёлтые листья, что, весело кружась, падали мне под ноги. А потом около школы повстречала Никиту Королёва, что шёл с неким потерянным видом. Он даже не сразу заметил меня, а я не обратила внимания, пока мы практически не столкнулись с ним лбами. Но в этот раз я отнеслась к этому более благосклонно.

– Ты чего такой хмурый? – спросила я его, открывая двери. – Случилось что?

– Нет… Что могло случиться. Всё одно и то же. Мать завтра выпишут из больницы, не берутся делать операцию здесь, говорят, в центр надо ехать, а там очередь.

– Представляю, – тихо произнесла я, подняв на него глаза.

– Знаешь, Карина. Я тут подумал, ты всё время твердишь мне, что я тебе мешаю, что ты со мной сидеть не хочешь. Я решил пересесть на другое место. Чего тебе досаждать?

– Да ладно, можешь сидеть рядом со мной столько, сколько влезет. Мне не жалко на самом деле.

– Да? Правда? – он как-то наивно посмотрел на меня, и я едва не рассмеялась от его растерянного вида.

– Точняк.

На этом разговоры временно закончились, а потом произошло ещё одно странное событие. Та самая Алина, которая когда-то являлась моей подругой, подошла ко мне на перемене с глупой ухмылочкой, оторвав от прочтения скучной брошюры о наркотиках, что нам всем раздали волонтёры на прошлой перемене.

– Карина! Здравствуй!

– И тебе не хворать!

– Карина, а приходи ко мне на днюху!

Я несколько раз моргнула, глядя на неё, и не знала, что на это ответить. Она единственная приглашала меня почти каждый год, но я упорно отказывалась. В прошлом году Алина даже не напомнила, зная, что я всё равно не приду. Но сегодня моё хорошее настроение видно передалось и другим, и она решила рискнуть.

– Это послезавтра? – уточнила я, отложив в сторону предмет своего чтения.

– Надо же, помнишь! – обрадовано затрещала Алинка, не понимая причины моей к ней благосклонности.

– Помню, чего же не помнить. Во сколько?

– Каринка! – она бросилась ко мне на шею, но я аккуратно отстранила её от себя. – Неужели придёшь?!

– Приду, можешь не сомневаться, – согласилась я, не зная, почему это сделала.

– В пять. Адрес помнишь ещё?

– По-твоему, у меня проблемы с памятью?

– Да я же не об этом, – смутилась она вдруг. – Мало ли…

Наш разговор вдруг прервался приходом Надежды Ивановны, которая обвела класс строгим взглядом, а потом остановилась напротив меня.

– Симкина! Ты не забыла, что тебя ждёт Алёна Викторовна.

– Обязательно приду, Надежда Ивановна, – я попыталась изобразить наигранную улыбку, но для нашей классухи этого оказалось достаточно для того, чтобы она оставила меня в покое.

– Ладно, договорились. Если чё – звони, – отозвалась откуда-то сбоку Алина, которая так и не успела отойти.

– Ладно, – бросила я ей в ответ и поспешила за парту, ведь звонок прозвенел уже минуту назад.

Решила – так решила. Поздно, наверное, было что-то менять. Надо пытаться жить дальше. Хотя я не слишком горела желанием идти на День рождения Алины, но я смогла себя уговорить, пока шёл урок, а Ивановна упорно рисовала на доске знаки интегралов, производных и некие непонятные мне графики, объясняя новую тему.

Поход к Алёне выдался вообще весёлым. Когда я вошла в её кабинет, она сидела за столом, что-то рассматривая в своём телефоне. Она, судя по всему, и забыла, что я должна была придти к ней, видок её был несколько удивлённый. Она отложила в сторону мобильник и уставилась на меня, быстро моргая длинными накладными ресницами и поправляя свои крашеные светлые волосы с причёской а-ля каре.

– Чего тебе, Симкина? – спросила она.

– Так сами же звали, – я плюхнулась на стул рядом с ней, потирая руки о свои синие джинсы.

– Точно… сама чуть не забыла, – попыталась оправдаться она. Видно, желания меня видеть у неё было не больше, чем у меня, но перечить нашей классной она не смела, поскольку Ивановна была женщиной строгой и иногда не в меру надоедливой.

– Говорить будем? Или тесты проходить? – подколола её я.

– Я просто задам тебе пару вопросов, а то у меня сегодня времени мало, – она взглянула на часы, что светились на телефоне.

– Ну тогда давайте, задавайте. А то у меня тоже его не слишком много.

– Знаешь, Карина, ты не первая, у кого родители развелись. Да ещё и переходный возраст… существует масса методик, которые позволяют избавиться от этого комплекса.

– А у меня что, комплекс? – не поняла я.

– По данным статистики, эти проблемы испытывают восемьдесят процентов детей после того, как их родители расстались. Возникает чувство неполноценности, депрессии, а зачастую дети винят себя в этом… потом начинаются конфликты с одноклассниками…

– Я отношусь к другим, двадцати! – перебила я её.

– К двадцати чему? – не поняла она сразу.

– К тем процентам, которые не испытывают проблем. У меня их нет.

– Тогда как ты сама можешь объяснить своё поведение? Я понимаю, что Лера не подарок, и что она тебя обидела. Но это же не повод бросаться на неё? Тебе так не кажется?

– Нет. Дело не в этом. Знаете, Алёна Викторовна, – пропела я в ответ, а потом в голову мне пришла весёлая мысль. – Мне тут каждую ночь кошмары снятся. Да ещё такие…

– Какие? – удивлённо спросила она меня.

– Антигравитационные платформы, левитация с призраками… Продолжать?

Она судорожно кивнула головой, пытаясь понять, серьёзно ли я говорю. Но сейчас мне даже не пришлось особо ничего сочинять.

– Локации мира отражений, порталы между ними… и…

– Что-то ещё? – она нервно сглотнула.

– И демоны! – выпалила я, еле сдерживая свой смех.

Она едва не подскочила с места в возмущении.

– Симкина! Я с тобой абсолютно серьёзный разговор веду, а ты мне зубы заговариваешь. Какие ещё демоны?

– Симпатичные, и весьма обаятельные. Правда временно обессиленные и запертые в том самом мире. Скажите, как я могу после этого адекватно реагировать на своих одноклассников?

Алёна вздохнула, глядя на меня.

– Иди, Симкина. Я доложу, что провела с тобой беседу. Но впредь я не буду слушать твои выдумки. Поняла?

– Фирштейн, – выдала я, стараясь как можно быстрее смотаться от неё.

Это же надо, меня это спасло. Я чуть не рассмеялась ещё не выйдя из кабинета. Первый в жизни раз я сказала истинную правду, а тут такая реакция. Вот спасибо тебе Дэнмириан Демонический. Хоть где-то ты мне помог. У меня даже настроение поднялось на время вновь.

Но очередная встреча вновь выбила меня из колеи. Когда я шла по дорожке в сторону нашего местного проспекта, рядом со мной остановилась машина. Я подняла голову, прикрыв рукой солнце, что мешало обзору. Тот самый Денис Ветров на своём внедорожнике сидел за рулём, открыв полностью окно с пассажирской стороны, и сигналил мне.

– Карина! – он позвал меня, улыбаясь при этом.

Интересно, что он хочет? Странно всё это, ведь я прекрасно знала, что он работает в областном управлении, ведь недаром я провела с ним столько часов, когда он таскал меня за собой в качестве хвостика.

– Здрасте! – я повернулась и попыталась изобразить улыбку. На самом деле я только и думала, зачем он здесь находился.

– Домой? Садись, подвезу.

– Нет, спасибо. Мне же недалеко, сами знаете, – попыталась ретироваться я.

– Давай! – скомандовал он, открывая дверцу автомобиля.

По его тону я поняла, что он всё равно не отстанет от меня. Я подняла глаза, рассматривая его. Бояться мне с ним было нечего, возможно, лучше согласиться? Он не вызывал во мне никаких отрицательных эмоций, напротив, даже притягивал своей открытой улыбкой, которая хоть и редко, но появлялась на его красивом лице.

– Ладно, – я присела в его внедорожник, бросив под ноги рюкзак, и мы тронулись, обгоняя немногочисленные автомобили, что ползли как черепахи, ведь в нашем провинциальном городке никто не ездил быстро, здесь просто негде было разогнаться, да и многочисленные ямки асфальта не позволяли делать этого.

– Как дела? Как с мамой? – спросил он вдруг, нарушив равномерный гул двигателя и песни, что раздавалась из радиоприёмника.

– С мамой всё нормально. В школе тоже, – ответила я, отвернувшись в окно, где его отражение от стекла было видно наилучшим образом. На его лице почти не проявлялось никаких эмоций.

– Я волновался за тебя. Она сказала, что ты с ней совсем не ладишь…

– Это она просила поговорить со мной? – недовольно спросила я.

– Нет…, – он вдруг усмехнулся. – Она меня ни о чём не просила. Это моя инициатива.

Он вновь улыбнулся, чуть подняв вверх уголок губы, образовав маленькую морщинку над ней. При этом прищурил правый глаз, а его скула чуть заметно дёрнулась.

– Странно. Обычно, она всех просит поговорить со мной. Самой-то некогда.

– Я представляю, каково тебе, – отозвался он. – Знаешь, я сам рос без отца, а мать работала сутками. Я оставался дома один, приходилось самому учиться всему.

– Сочувствую. Нет, мне наоборот хорошо одной. Вот только иногда раздражает, что она, не видя меня днями, и не интересуясь моими проблемами, в конце четверти вдруг начинает интересоваться, сделала ли я домашнее задание, когда уже начинаются каникулы, или что-нибудь в этом роде. Когда привыкаешь вот так, в одиночестве, неожиданно нелепое внимание лишь начинает раздражать.

– Согласен, – он ловко вывернул руль, и я заметила, что мы едем уже не в сторону моего дома, а в сторону местного отделения.

– А мы куда? – удивлённо спросила я.

– Вспомнил, мне же надо заскочить на минут пять, человек ждёт, – он набирал скорость, а я сжала зубы, чтобы не высказать своё негодование. Но решила промолчать, тем более, дома всё равно было нечего делать.

– Поступать куда собираешься? – он плавно остановился у светофора.

– Не знаю. В медицинский, возможно. Хотя…

– Пора бы уже и определиться, – заметил он.

– Да ладно! – я отмахнулась.

Он пригладил свои волосы, а потом одел вдруг свои солнечные очки, за зеркальными стёклами которых я уже не видела его глаз.

– Посидишь в машине, я быстро. Хорошо?

– Вообще-то, я бы уже была дома, Денис Андреевич.

– Прости. Я увидел тебя и совсем забыл о встрече, – улыбнулся он.

– Ладно, я подожду, – вздохнула я.

Через пять минут мы уже были на месте. Он вышел из машины, аккуратно закрыв дверь, и закурил, а я осталась внутри, пытаясь разобраться с его магнитолой, а сама краем глаза наблюдала за Ветровым. Статный, в чёрной выглаженной рубашке и чёрных брюках, он неплохо выглядел для мужчины. Я представила, каков он в форме, верно, она ему очень шла.

Я видела, как он встретился с незнакомым мужчиной, о чём-то ожесточённо споря, но сделала лишь громче музыку, не вникая в суть их разговора, ведь он не предназначался для моих ушей. Ветров что-то доказывал, а в конечном итоге второй согласился с ним. Они обменялись чем-то и разошлись, а он направился обратно к машине.

– Извини… – пробормотал он.

– Ничего. Домой надо! – произнесла я. Это же надо, мне бы так научиться доказывать свою правоту. Я наблюдала внимательно за ходом их разговора, читала по лицам. А ведь Денис Андреевич был очень спокоен при этом и уверен в себе.

Мы выехали в сторону дома, а я всё не могла отвести от него своего взгляда. Его спокойствие настораживало, а неожиданное внимание к моей персоне заставляло задуматься, что он мог знать больше, чем показывал это внешне. Расставшись с ним, я несколько минут стояла, рассматривая, как его машина выезжала из двора, а бабульки косили на меня свои недовольные взгляды. Находя для себя ещё одну ему для сплетен. Что скрывалось в голове Ветрова? Жаль, мой талисман не помогает мне читать чужие мысли.

Мне до чёртиков не хотелось возвращаться в лабиринт. И дело было вовсе не в Дэнмириане. Скорее в том, что я рассказала ему. Я прекрасно понимала, что он вновь поднимет эту тему, а мне больше не хотелось говорить о том, что было мне не по душе. Я подумала, что не случится ничего страшного, если Дэн подождёт меня там, в конце-то концов, мне надо подумать над всем этим новым в моей жизни. Я целенаправленно отложила артефакт в сторону, и настроилась на то, что мне просто нужно поспать в тишине, без сумасшедших приключений и будоражащих кровь сцен.

Пол-ночи рука дёргалась в сторону Фора, но я решила быть сильной и не поддаваться на провокацию со стороны моего странного сновидения. А в голову лезли всякие идиотские мысли, что мешали мне отдыхать. Наконец-то я сомкнула глаза, уже под утро, а за те 3 часа, что успела поспать, мне приснился простой мутный кошмар о том, что меня преследует следователь Ветров на своей машине в компании Алёны Викторовны. Если бы я это предполагала, то лучше бы отправилась с Дэном открывать новые локации.

Следующий день и ночь также не преподнесли мне никаких новостей, но мне всё же удалось выспаться, и я направлялась в школу в спокойном состоянии, просто делала то, что должна. Но около школы я вдруг встретила Алину.

– Карина, не забыла про сегодняшний день?

На самом деле, я забыла, что согласилась пойти на её День рождения. Но менять что-то в своих планах уже не хотелось.

– Нет, не забыла, приду.

– Хорошо, буду ждать тебя.

– Давай, – я махнула рукой, проходя внутрь. Мои мысли несколько омрачились на время, но потом вновь вошли в колею, затмившись насущными проблемами и занятиями.

А вечер настал неожиданно скоро. Собиралась я недолго, одеть мне толком было нечего, ведь в моём гардеробе напрочь отсутствовали платья и прочие девчачьи штуки. Обычные джинсы я посчитала достаточным приложением для того, чтобы не особо выделяться из толпы, правда вместо обычной футболки я всё же надела синюю рубашку, а волосы распустила, сняв надоевшую за день резинку. С подарком проблем не возникло вообще. Я прекрасно знала вкусы своей бывшей подруги, чем слаще – тем лучше. Поэтому, зайдя по пути в наш местный супермаркет, приобрела там большую коробку шоколадных конфет, а в придачу к ним небольшого медведя, коих она коллекционировала.

Ноги еле тянулись, словно в предчувствии чего-то нехорошего, и я уже начала себя отговаривать от похода в гости, но вот коробка конфет в руке т то, что я уже стояла у подъезда Алины, всё-таки перебило мои мысли. Я решила, что уйду оттуда при первой же возможности, стоит лишь зайти и поздравить её, коли я уже на это согласилась.

Постояв минуту в раздумьях, я неохотно позвонила в домофон, а ещё спустя минуту поднималась на её четвёртый этаж, где из-за открытых дверей раздавались шум и громкая музыка. Дверь открыла подруга Алины, Катька. Я сразу обратила внимание на её платье, что едва прикрывало ягодицы.

– А, Каринка! Заходи, не стой.

Я осторожно вошла, оглядываясь по сторонам. И внезапно до меня дошло, что те дни рождения нашего детства давно канули в лета. Сейчас всё обстояло иначе. Родителей Алины, судя по всему, не было дома, зато обстановка значительно поменялась с тех пор, как я была здесь последний раз. Шторы были наглухо закрыты, еле пропуская закатные лучи солнца, а в зале был полумрак. За это время в этой квартире был сделан новый ремонт, и всё выглядело таким безвкусным, что и смотреть на обстановку не хотелось. Огромный телевизор на стене разрывался от какого-то нашумевшего клипа, а с другой стороны было подобие фуршетного столика, на котором громоздились тарелки с канапе и роллами.

А потом я вдруг обвела комнату глазами, пытаясь понять, кто тут ещё находится, и вдруг увидела, что здесь собралось добрых пол-класса, да ещё несколько незнакомых мне парней. Но хуже всего было то, что среди них были все те, кого я и на дух не переносила: Каткова с недовольной гримасой, её подруга Настя, Сашка Маркин сидел в кресле с бутылкой пива. И даже наш новенький, который о чём-то беседовал с нашим одноклассником. Я не могла понять, зачем они меня сюда вообще позвали, ведь Алина знала, что я терпеть не могу Каткову и всех остальных. Она никогда не дружила с ней настолько. Видно, решила выпендриться перед ними? Возникло ощущение, что она меня позвала сюда специально, и это часть плана мести Катковой. Та ещё не видела меня, будучи увлечена вытанцовыванием посреди зала в целях привлечения всеобщего внимания.

Я развернулась и вышла в сторону кухни, чтобы отыскать именинницу, поскольку стоять с коробкой конфет в пороге мне совершенно не хотелось. Она находилась там, болтала по телефону с кем-то, загадочно улыбаясь при этом.

– Алина! – позвала я её.

– Карина! Пришла всё-таки, я даже не ждала тебя.

– Мы же договорились, – упрекнула её я. – Вот тебе, кстати, подарок, к твоей коллекции, – я торжественно подала ей то, что было в моих руках.

– Конфеты зашибись. А коллекции давно нет, выбросила после ремонта. Ладно, давай сюда, – она взяла игрушку, посадив на кухонную полку. – Чего к остальным не идёшь?

– Ты чего не сказала, кто у тебя будет, – упрекнула я Алину.

– Так ты же и не спрашивала как-то, – отмазалась она. – Да ладно тебе, идём к остальным.

Она потащила меня за руку в зал, где внезапно зажёгся свет, и я оказалась посредине, как белая ворона, единственная в джинсах гостья, а сама куда-то смоталась.

– Кого мы видим! Симкина явилась, – съязвила Каткова, рассматривая меня, – а вырядилась как! Словно на показе мод.

Вокруг раздался ехидный смех её подпевал.

– Уж не таким попугаем, как ты, – ответила я, ведь смолчать у меня больше не получалось.

– Ладно, раз все собрались, может тост? – донеслось из угла, где на кресле восседал Сашка. – Тащи пивас.

Его друг выволок из стенного шкафа припрятанный там ящик с пивом, а потом ещё три бутылки с водкой.

– Э не, мальчики. Я такое не пью, – скривилась Лерка, глядя на них и скривив свой нос.

– Для тебя есть что-то особенное, – Сашкин друг вытащил из запасов бутылку мартини.

– Пойдёт, – согласилась Каткова. Я молча наблюдала за ними, решая, уйти сейчас или через несколько минут. Оставаться совершенно не хотелось, меня раздражала громкая музыка и их физиономии, а тем более я уже представляла, что начнётся через час.

– Как это Симкина соизволила придти сюда. Я-то думала, она совсем в своих книжках зашилась, – съехидничала Настя, поправляя свою короткую юбку, что сползала наверх.

В этот момент моё терпение лопнуло. Я топнула ногой и вышла. Но сразу уходить означало бы то, что я просто спасовала перед ними. Алина не заслуживала прощения, я ей ещё припомню этот день. Я вышла вновь на кухню, где в этот момент никого не было, а потом услышала позади себя шаги и голоса, а открытая дверь балкона оказалась весьма кстати. Я прошмыгнула туда, стараясь остаться незамеченной. На кухню вошла Каткова со своей подругой, которая полезла в шкафчик, видимо в поисках более подходящих бокалов для мартини.

– Ты её видела? Вот же дура, – раздался злорадный смех. – Как это она ещё согласилась придти. А Алинка – молодец. Развела, как надо.

– Ага… ты видела, в какой рубашке модной она явилась-незапылилась?

Вот же змеи подколодные. Я слушала дальше, сдерживая желание выйти и дать им обеим в рожу. Но они исчезли вдруг, а кухня вновь опустела, лишь из комнат раздавался громкий смех и музыка.

Я дёрнула ручку и поняла, что дверь закрылась. Как это могло произойти, я понятия не имела. Я дёрнула её снова и снова, а потом прекратила бесполезное занятие. Выглянула наружу – высоко, а ещё и погода начала портиться, поднялся ветер, и стало вовсе не жарко. Мне в одной рубашке, было совсем не комфортно, но и не было никого, кто открыл бы мне. Они там смеялись, веселились, и не было никому дела, куда я исчезла. Я здесь была ненужным элементом, пугалом для их развлечения.

Сколько я там находилась, полчаса, может чуть больше. Я замёрзла и понимала, что начинаю дрожать, но звать никого на помощь не хотелось. Лучше сдохну здесь в одиночестве. С горя я присела на корточки, взяв в руки пачку сигарет и зажигалку, что лежали на подоконнике. Вздохнула, нажала кнопку и подпалила её, чуть закашлявшись при этом. Плевать, жизнь не стоит и ломаного гроша, чего уже беречь то здоровье. Я вновь вдохнула едкий дым, почувствовав, что у меня кружится голова и темнеет в глазах. Попыталась подняться, но ноги подкашивались.

– Эй, Карина! Ты чего тут делаешь? – раздался знакомый голос, а я подняла голову, пытаясь рассмотреть сквозь чёрные точки в глазах, кто это.

– Что с тобой! Чего сидишь одна? Да брось ты эту сигарету, – Никита, обладатель голоса, вдруг проявился в поле моего зрения. – Ты куришь?

– Нет, но когда-то надо начинать, – тихо ответила я. – Дверь случайно закрылась, сама, понимаешь?

– Не понимаю, зачем тебе это. Ай, ты же вся дрожишь. Держи! – он снял с себя куртку, набросив мне на плечи. – Чего никого не позвала?

– Кого? Каткову? Или её тупую подругу? – обиженно ответила я.

– Хоть кого-то надо было позвать.

– А ты чего пришёл? Курить? – перевела я тему.

– Типа того, – он достал сигарету. Поджёг и вкусно затянулся, не сводя с меня своего взгляда. Сегодня он выглядел иначе, чем в школе. Скорее, он напомнил мне того Никиту, с которым мы вместе ехали из больницы.

– Я хочу уйти отсюда. Не поможешь? – я наконец-то решилась попросить его о помощи.

– Давай. Я сейчас гляну, что там творится. А ты посидишь на кухне, подождёшь. Хорошо?

– Ладно, вали, – согласилась я.

Он докурил, выбросил вниз окурок, и вышел, а я присела за кухонный стол, рассматривая газету, что там лежала. А через пару минуточек мы уже выходили из подъезда.

– А ты куда? – спросила я. – Иди, тебя же ждут там.

– Знаешь, мне не интересна их компания. Да и шёл я так, из любопытства. Я провожу тебя, – он прищурился, рассматривая красное закатное небо, что проступало меж пятиэтажек.

– Ладно, идём, если тебе так хочется, – в этот момент я испытала некую благодарность за то, что он выручил меня и вытащил из нелепой ситуации. Должен же быть на свете хоть кто-то, кто делает поступки просто так, бескорыстно. Неужели всё-таки существуют люди, а не их подобие…

Глава 10

Тело ныло, словно тысячи осколков взорвались внутри меня, а боль насквозь пронзала, мешая адекватно воспринимать ситуацию. Мне никогда в жизни не было настолько больно, как в те минуты. Казалось, что прошла вечность с того момента, как я поняла, что нахожусь не на Земле, а вновь в этом странном, магическом лабиринте моих снов.

Холодный пол казалось, забирал из меня последние силы, а леденящий душу звук резал слух. Нет, это был не звук, скорее некая волна, некий поток энергии, что раздражал не только тело, но и мои барабанные перепонки.

Я пыталась понять, что со мной, но перед глазами были лишь огни, что затмевали всё вокруг. Пыталась отползти в сторону, что-то сделать, но у меня ничего не выходило, а мои мышцы не слушались, будто моё тело жило отдельной от моего сознания жизнью. Лишь еле слышный стук сердца говорил мне, что я ещё жива.

Сквозь пелену боли я услышала чей-то знакомый голос, который звал меня. Потом чьи-то руки подхватили меня, и понесли прочь. Внезапно стало тихо и страшно от всего происходящего, а бесконечный поток боли вдруг затих, и сознание начало воспринимать происходящее вокруг меня. Это был Дэн. Я видела его профиль, чётко вырисовывающийся тёмным на фоне ярко-алого смрада. Он молчал, проходя сквозь непонятную мне субстанцию, но я видела, как напряжено его лицо, и как играют его скулы. Он нервничал, это было очевидно. Но в то же время стойко молчал, сберегая энергию.

Потом всё почернело, и, кажется, я в тот момент просто отключилась. А очнулась от того, что боль резко исчезла.

– Карина! Рина! Очнись!

– Ооо, – простонала я, пытаясь повернуться на бок. – Что произошло?

– Ты попала в поле камра… Они здесь иногда встречаются, но мы с тобой до сих пор все поля обходили стороной. Хорошо, что я оказался рядом…

Я присела, держась за голову, потом махнула головой, убирая локоны, что падали на лицо, мешая смотреть на него. Он был предельно спокоен, как никогда.

– Что это ещё за штука?

– Оно как ловушка. Стоит оказаться рядом, как оно затягивает внутрь, не оставляя выхода…

– Прямо, чёрная дыра… Но ты же смог выбраться? Как тебе это удалось?

– Ещё немного – и мы с тобой застряли бы в нём надолго. Хотя, мне кажутся, эти поля блуждающие. Вполне возможно, что оно бы переместилось в другое место.

– Ты сам себе противоречишь, Дэн, – я поднялась на ноги, почувствовав тошноту, что подошла к горлу. Видимо, это было одним из последствий действия странного поля, в которое мне больше попадать не хотелось.

– Все свойства его ещё не изучены. Оно встречается и в моём мире, хотя крайне редко. Но я уже попадал в подобные переделки.

– Странный у тебя мир, Дэн, – я отошла чуть в сторону, рассматривая, откуда он меня вынес, но ничего не видела своими глазами. А он каким-то образом чувствовал эту опасность.

– Ничего странного в нём нет. Конечно, он слегка отличается от твоего…

– Ты так говоришь, будто ты бывал на Земле.

– Мой отец бывал…, – он немного промолчал, решая, рассказывать мне или нет эту историю. – Ещё до войны.

– Представляю, что он там делал…

– Что делал? Изображал божество в одной отсталой стране.

– Так сколько же лет назад это было? Теперь всё иначе…

– Внешне, возможно да. Но люди вряд ли изменились за пару сотен лет.

– Наверное, – я решила не спорить с ним, ведь себе же дороже. Убедить его в чём-то было очень сложно. Одно радовало, что он не поднимал мою больную тему и ни о чём меня пока не спрашивал.

– Почему тебя не было так долго? – вспомнил вдруг Дэн.

– Я должна отчитываться за свои посещения? Я что, на работу хожу и должна появляться здесь по расписанию? – рассмеялась я, обрадовавшись, что нашла отговорку.

Но видно сказала я это зря. В один момент Дэнмириан оказался прямо передо мной, я даже не успела заметить, как это произошло.

Его руки подхватили меня, прижав к стене таким образом, что мои ноги оказались обвиты вокруг него. Я попыталась выдернуться, почувствовав панику, тяжело задышала, пытаясь взять себя в руки, но это выходило плохо.

– Да успокойся ты, – недовольно произнёс он, едва заметно улыбнувшись, – послушай меня!

– Сначала отпусти! – прошептала я в ответ, чувствуя через одежду, как стучит его сердце.

– Не хочу тебя отпускать. Хочу, чтобы ты не исчезала вообще, – прошептал он тихо, но при этом прижав меня ещё сильнее.

– Почему тебе этого хочется? Думаешь, сможешь быстрее выбраться?

– Дело не в этом… Я скучаю, когда тебя нет рядом. Когда ты здесь, у меня появляется надежда, что всё будет хорошо. И вообще, я не хочу отпускать тебя туда…

– А ещё? – неуверенно спросила я, справившись с волнением.

– Ты мне нравишься… – наши глаза встретились, а в его взгляде проскочил огонёк, на минуту они засветились ярко оранжевым, и я не могла оторваться, будто под гипнозом, до того они привлекали меня. Лицо его вновь начало преображаться, превращая его в неведомое мне существо, но этот облик больше не пугал меня, а, напротив, вызывал некий интерес к тому, каков Дэн на самом деле.

– Я же человек…, – напомнила я, не отрывая взгляд от его лица.

– Чаще всего я тоже нахожусь в подобном обличье. Зачастую, это более комфортно. И в нём я могу позволить себе некоторые приятные вещи… во второй ипостаси я не испытываю столько удовольствия…

Он склонился надо мной, всё ещё не отпуская, а потом его язык нежно скользнул по моей шее вверх, но мне даже некуда было отодвинуться, затылок упёрся в твёрдую стену лабиринта, что уходила высоко вверх, лишь в тумане мутного неба я видела небольшие проёмы, словно в тюрьме. Мы же находились по центру большого зала, где вдоль стены шло небольшое возвышение, а по сторонам пол резко обрывался, и там, внизу начинались другие коридоры, и там булькала зелёная жидкость.

Я перевела глаза на Дэна, и тут он начал целовать меня, нежно исследуя мой рот любопытным языком. Голова начала кружиться от этого неземного ощущения. Будто маленькие иголочки кололи меня, находя те клетки моего тела, что отвечали за удовольствие. Он рычал, продолжая орудовать языком, а потом вдруг прикусил меня за ухо, одновременно проведя по мочке пальцем. Я дотронулась свободной рукой до его шеи, пробежала пальцами по ней, ощущая странный поток энергии, что исходил от него, когда он был рядом.

Его кожа была особенной на ощупь, не огрубевшей, но весьма эластичной и сейчас даже казалась тёплой. Он застонал от моего прикосновения, будто это доставило ему особое удовольствие, и прижал меня ещё сильнее, не прекращая целовать.

– Что ты со мной делаешь, девчонка. Я возьму тебя прямо здесь, – прорычал он, продолжая свои действия.

Я вновь задрожала, представив то, что могло произойти. Дэну с его силой ничего не стоило исполнить свои слова, для него это было раз плюнуть. Это же надо, попался мне такой озабоченный тип. Вместо того, чтобы думать, кто его подставил и быстрее выбираться из плена, он теряет время на то, чтобы завести меня. Я не могла спорить, что ему это удавалось. Меня даже охватывало некое особое чувство. Верно, поэтому я и вернулась сегодня к нему, мотивируя для себя тем что делаю это из чувства жалости к пленнику. Но на подсознательном уровне я понимала, что уже попала к нему в зависимость.

– Я буду предельно осторожен… Прошу… Не могу так больше. когда я чувствую тебя, то схожу с ума от желания обладать тобой, проникнуть полностью, – простонал он. – Я покажу тебе, насколько могу быть нежен, и ты забудешь, что это бывает по-другому.

– Отпусти меня… Дэн… – прошептала я. – Прошу тебя… Не сейчас. Я не готова к большему.

Я поняла, этот магический лабиринт со всеми его опасностями прибавлял адреналина и желания и мне и ему. Но в тот момент, когда я представила, что произойдёт дальше, я вернулась в реальность, оставив его в недоумении, ведь только что я отвечала на все его действия. Я представляла, как он разденет меня, уложит на холодный пол, за которым внизу светились разводами всё те же адские огни этой локации. Потом войдёт в меня, резко, как он привык делать всё. При этом будет заглушать мои крики боли своими поцелуями, а я ничего не смогу поделать, буду лишь молча страдать, ведь вряд ли этот контакт даст мне то же удовлетворение, что испытает он.

Но я уже знала, что если не избавлюсь от этой зависимости, и не перестану сама по доброй воле приходить к нему во сне, то сексуальный контакт со временем будет неизбежен. Уж слишком напористо, но в то же время ласково, он это требовал, что я даже не знала, как я смогу отказаться, когда всё дойдёт до крайностей. Я хотела его, я поняла это сейчас, хотела больше всего на свете, но одновременно боялась, словно худшего кошмара.

– Ты будешь моей… И я сделаю всё так, чтобы ты поняла, насколько это приятно и волшебно, – прошептал он, отстраняясь от меня. – Ты сама меня скоро попросишь об этом.

Я отряхнулась, поправила волосы и подняла глаза, яростно глядя на него. Последние слова Дэна взбесили меня. Никогда в жизни не буду просить об этом! Лучше я удавлюсь и на всю жизнь останусь старой девой, чем поддамся на этот соблазн.

– Нам надо идти! Не стоит оттягивать время, когда твоему миру грозит серьёзная опасность! – воскликнула я, всё ещё ощущая его вкус на губах. – Или ты думаешь, я вернулась для того, чтобы заниматься тут с тобой этим…

Я не смогла выдавить из себя другого слова. И вообще не понимала, как правильно назвать то, чем мы тут занимались.

– Отчасти да. Я же чувствую, что тебе это нравится. Поверь мне, за свою жизнь я научился определять, чего хочет женщина. А тебя я чувствую особенно. Может всё дело в артефакте?

– Естественно в нём. Но это не значит, что я отдамся тебе. Если ты будешь продолжать в том же духе, то я перестану приходить к тебе вообще. И останешься ты без мира, без трона и навеки останешься здесь, прячась от странных полей и ловушек.

– Ты не сможешь! – гневно изрёк он в ответ. – Ты не поступишь так со мной. Не сегодня-завтра, но я найду способ и отыщу тебя в любом из доступных миров…

– Ты не сможешь сделать это! У тебя нет силы. Забыл?

– Я буду черпать её, убивая других пленников, и в конечном итоге её наберётся достаточно, чтобы выйти отсюда без тебя!

Он явно блефовал. Сам же говорил мне, что может выйти отсюда только при помощи Фора. Это он специально?

Его тело покраснело, а кровавые сосуды вдруг засветились огнём. Оранжевые глаза стали просто огромными, а сам он резко стал увеличиваться в размерах. Или мне показалось, или за его спиной проступила чёрная тень крыльев наподобие драконьих. Но потом по залу пронёсся чёрный вихрь, я отскочила в сторону и увидела, что он такой же, как обычно, и ничем не отличается от человека. Очень красивого, необычного, мужественного не в меру – но человека. Его энергия постепенно возвращалась, он был прав. С каждым разом он приобретает всё больше силы, и скоро я увижу его настоящее лицо. Страшно не было, ведь я знала, что он ничего мне не сделает, пока на мне его талисман, но всё равно какой-то холодок проскочил в душе, когда я поняла, что чуть не отдалась здесь у каменной стены странному, невозможному существу. Хоть он всего-то и из моего кошмара, и никто об этом не узнает.

– Идём, впереди ещё новый портал. Я чувствую, что он рядом.

– Сейчас посмотрим дорогу, – ответила я, поняв, что мой голос дрожит, не то от страха, не то от холода.

Путь лежал вниз, как я и предполагала. Дэн ловко спрыгнул в высоты метра в полтора, где по колено булькала странная на вид жидкость, не имеющая запаха. Но он уверил меня, что это безопасно.

– Я не верю тебе, – произнесла я в ответ, косясь на это радиоактивное с виду месиво, – и не стану туда прыгать.

– Идём, – он протянул руки, и плавно подхватил меня, устроив у себя на груди. Я прижалась к нему, наблюдая, как он ступает по этой штуке, которая скрыла почти полностью его сапоги, даже не думая о том, что это может оказаться опасно. Он хищно всматривался вдаль, наклонялся, чтобы пройти в местах, где потолок опускался ниже его головы, крепко удерживая меня на руках, но двигался вперёд. Постепенно я заметила, что уровень жидкости стал уменьшаться, и вот, наконец-то мы вышли с ним на сухую поверхность, и он снял сапоги, вытряхивая их них остатки зелёной жижи.

– Сушить негде, – заметила я. Его жилистые голые ступни были интересной формы, какой я никогда не видела у людей, тёмные, загорелые. Большие пальцы ног заметно выступали вперёд, заканчиваясь не то когтями, не то просто заострёнными ногтями, но пока это было единственным отличием от обычных мужчин.

А сам Дэн повернулся и странно взглянул на меня.

– Зачем? – спросил он, сверкнув глазами.

– А что, так пойдёшь? – спросила было я, но вдруг поняла, что сказала глупость, ведь радиоактивная жидкость испарялась на глазах, улетучиваясь в пространство, словно эфир. – Ну, вообще, ладно. Не буду даже спрашивать, что это было.

– Разумное решение, – заметил он, зашнуровывая свои сапоги. – Ты вообще мастер по глупым вопросам.

– Да, не буду спорить. Просто как-то странно всё здесь, в этом лабиринте. Я даже и представить себе не могла, что существуют всякие подобные штуки. И подобные тебе существа, – добавила я, понимая, что краснею при этих словах.

– И подобные тебе…, – с этими словами он сделал последнее движение в шнуровке, а я и опомниться не успела, как он ловко опрокинул меня на спину, упав сверху. Он облизнулся, глядя на меня, а потом припал языком к моей шее, продолжая её обследовать. А я поняла, что нахожусь в том же положении, что мысленно представляла всего-то какой-то час назад.

Я одновременно крутила головой, пытаясь избавить себя от его поцелуев, но сама же выгибалась ему навстречу, оставаясь на одних лопатках. Он чувствовал это, поэтому специально оставлял небольшой промежуток между нами, не придавливая к полу всем своим весом, а находясь чуть выше.

– Дэн! Нам идти пора, – смогла я произнести, когда он приостановился.

– Пойдём, – он поднялся сам, а потом приподнял меня вверх одним движением руки, и мои пальцы на несколько секунд задержались в его ладони, что была вдвое больше моей.

Очередной портал ждал нас через несколько километров пути. Он был таким же, как и все предыдущие. Я больше не боялась этого странного поля, ведь мы с Дэном уже прошли несколько таких переходов между частями лабиринта. Как эти локации располагались относительно друг друга на самом деле, я даже представить себе не могла, для моего человеческого разумения это было уже слишком, мой мозг и так подвергался настоящей пытке когда я видела всё то, что меня окружало здесь, включая нежные издевательства со стороны моего странного спутника.

Мы уже смело продвигались вперёд через многочисленные ступени, коридоры, подвалы, наполненные сияющим светом стены, узкие проходы и огромные залы с колоннами, минуя огни и непонятно зачем выполненные окошки под верхней частью стен, а над нами где-то далеко нависло сумрачное серое небо. Цвет его не предвещал ничего хорошего, ведь я уже привыкла к зеленоватому свечению, и теперь это серое окружение несколько угнетало меня. Но Дэнмириан, будто маяк, давал надежду, что всё будет хорошо. Он был уверен в себе и невозмутим, он вёл меня всё дальше, туда, где впереди всё казалось совсем чёрным, казалось, что наступает ночь, которая никак не наступит окончательно.

– Рина, давай, думаю, нам надо спешить, – произнёс он, наконец-то после долгого молчания.

– Отчего же? Мне кажется, мы намного больше времени потеряли в прошлом отражении, – я возмутилась, рассматривая то, что находилось вокруг нас. Ни одной живой души, помимо меня и Дэна здесь не предвиделось, – когда ты приставал ко мне, то почему-то про это не думал.

– Дело даже не в этом. Что-то мне говорит о том, что нам надо скорее выбираться из этого места.

– Чем же мы по-твоему занимаемся? Мы только что и делаем, что выбираемся отсюда. Да только вот мне это надоело. Мне твой лабиринт будет сниться ещё долго, когда всё закончится. Мне он уже и в нормальной жизни мерещиться на каждом шагу.

– Рина! – он внезапно отдёрнул меня в сторону, а я успела заметить, как мимо меня пронеслась чёрная тень, словно призрак ночи.

– Это ещё что? Я не поняла?

– Потом расскажу… Бежим!

Он рванул вперёд, удостоверившись, что я правильно восприняла его слова про побег. А сзади нас настигала огромная тень, нечто громадное, что росло на каждом шагу. Страшное, непонятное и непостижимое для моего человеческого ума. Пугающее, и одновременно леденящее кровь. Будто весь поток чёрных сил ночи был направлен на нас, чтобы поглотить целиком.

Мы мчались, что было сил вперёд туда, где вновь начался потолок, и неба не было видно, лишь частые своды нависли над нами, ещё больше угнетая обстановку. Ноги не слушались, не хотели бежать, они, словно ватные, начинали заплетаться, когда Дэн вновь подталкивал меня вперёд. С ним творилось то же самое, но он воспринимал это иначе, чем я. Он боролся из последних сил, чтобы не остаться здесь, где вот-вот нас настигнет эта тьма.

– Дэн, я так больше не могу. Дэн! – я упала, а он вдруг остановился, вернувшись ко мне.

– Рина! Рина! Ещё немного!

– Не могу!

Он дёрнул меня за обе руки, резко поставив на ноги, а потом подтолкнул. И тут-то я увидела, что из-за поворота вновь выползает тень, скрывая всё видимое нашим глазам. Я успела рвануть вперёд а вот Дэн не успел. Он так и остался там, во тьме. И я вдруг услышала его крик, его отчаяние.

Я не знала, что делать дальше, я бежала, но понимала, что он остался там, в этой тьме, и больше не слышала его голоса. И мне вдруг стало за него страшно, как никогда. Фор светился из-под рубашки так, будто подсказывал мне, что делать дальше. Я не понимала, что означало это странное свечение, но поняла, что надо что-то делать в этой ситуации. Нельзя оставлять его там, ведь он беспомощен без своей силы, и не сможет справиться с этой опасностью. Если бы я в тот момент поняла, что представляла эта тень на самом деле, то точно не бросилась бы за ним, сломя голову.

Я достала артефакт, взяв его в руку, так как поняла, что это единственная вещь, которая защитит меня в случае чего, ведь недаром он выбрал именно меня. И если всё это правда, то я смогу воспользоваться его силами, а если это мой сон, то я проснусь дома, и всё закончится, как кошмар. Фор светился, указывая мне путь во тьму. А тень всё приближалась, ведь всё вышеперечисленное происходило в течение нескольких секунд. Я шагнула навстречу, и вокруг меня внезапно всё погасло. Осталось лишь странное ощущение, что я больше не существую, меня нет. Я видела лишь Фор, что как проводник, вёл меня, указывая путь к своему владельцу. Но Дэна не было видно нигде.

У меня не получалось сделать ни одного резкого движения, мои руки и ноги будто тормозились в этой странной субстанции. Она была живая, шевелящаяся… Она не могла поглотить меня, как Дэна, ведь у меня была защита. Будто голый разум, лишённый тела, пытался сожрать нас, уничтожить и постепенно высосать из нас наши жизненные силы.

Где же Дэн? Мне уже не было страшно, страх за него перебил это чувство. Но и кричать я не могла, ведь мой язык тоже не слушался, а я понимала, что здесь нужно экономить свою энергию, беречь последние силы.

Фор вывел меня к нему через несколько минут… или часов… время потеряло свой смысл, оно остановилось, оставив место лишь бесконечной чёрной мгле иномирного разума. Что это было на самом деле, я так и никогда и не узнала. А вот Дэна я нашла, на миг ужаснувшись тому, что увидела.

Его тело было как бы подвешено в воздухе, оно вращалось, будто он плавал в невесомости. Глаза его были закрыты, я увидела это, когда артефакт вдруг усилил своё свечение при приближении к своему хозяину, частичкой которого он и являлся. Я протянула руку, пытаясь дотронуться до него, преодолевая сопротивление со стороны тени. Она не пускала меня, как будто понимала, что я сейчас отберу её добычу, хоть и говорить не могла.

Но я постепенно начала вытаскивать Дэна наружу, двигая им словно он плавал в вакууме, сама же при этом понимала, что попадаю в такое же состояние, потому как ноги мои отрывались от поверхности, лишая меня опоры. Но вот мне начало удаваться двинуть его. Чтобы подтолкнуть его к выходу мне потребовалось, наверное, около получаса, если это можно было измерить человеческими величинами времени.

Тень не хотела отпускать свою добычу, она будто держала его своими щупальцами, удерживая на месте, но мы с Фором оказались сильнее. Страх потерять Дэна давал мне новые силы и надежду. И вот, мы вдруг оказались снаружи, будто резко что-то высшее отпустило нас.

Он лежал на полу лабиринта, практически не дыша. А я склонилась над ним, всматриваясь в его лицо. Это напомнило мне тот самый, первый раз когда он был заброшен сюда. Но тогда я ещё не знала, кто он, а теперь переживала за него, будто Дэн являлся сам частичкой меня. Сама же тень отползла в сторону, оставив наконец-то нас в покое, а тусклый свет с неба вдруг осветил пространство вокруг нас. Я прижалась ухом к его груди, пытаясь услышать стук его сердца. Дэн был жив, несомненно, но при этом он не шевелился, и мне стало до смерти страшно за него. Вдруг я подоспела слишком поздно?

– Дэн! Дэн! – кричала я в истерике, пытаясь тормошить его. Но сдвинуть его тело теперь, при обычном притяжении, я не могла. – Ты не можешь! Ты не можешь просто взять и умереть! Нам надо идти дальше!

Ничего не происходило, и я уже теряла надежду. Должен же найтись способ вернуть его в эту реальность! Фор, может хоть он поможет мне? Но я не могла приблизить его к телу Дэна, как не пыталась, сказывалось действие заклятья, наложенного на него. Полумесяц светился, переливался всеми цветами радуги, показывая всем своим видом, что готов помочь мне. Но как это сделать я не знала.

Я перекинула артефакт на спину. А сама расстегнула свою рубашку, а потом сбросила её вообще, оставшись лишь в тонких облегающих бриджах непонятно откуда взявшихся на мне в этом лабиринте. Я легла на Дэнмириана, обняла его так, как мы делали при переходах между локациями, и попыталась расслабиться, ощутив его всего, увеличивала контакт наших тел и чувствовала энергию, что рассекала меня насквозь, проникая в него. Я могла помочь ему, и больше никто. Если бы я этого не сделала, то лабиринт просто забрал бы его силы себе, впитав в свои бесконечные стены.

Он вдруг зашевелился, едва не сбросив меня с себя, а потом резко открыл глаза, что вспыхнули нереальным огненным светом, но потом заметил меня, и просто прижал к себе, пытаясь вспомнить, что произошло за это время. Мы оба тяжело дышали, будто совершили нечто грандиозное. Я смогла вытащить его.

Вот так, за несколько часов сначала он спас меня, а потом я его. Но я понимала, что бесконечно это наше путешествие продолжаться не может. Надо выбираться отсюда как можно скорее, нельзя оставлять всё так вот просто. И я поклялась в тот момент, что не оставлю его здесь, пока он не выберется из этого ада. Иначе он погибнет тут, а все мои старания окажутся тщетными. И его мир, захваченный странными врагами, не увидит ни своего наследника, ни свой артефакт, который являлся неотъемлемой частью его бытия и защищал от всех напастей.

– Дэн… Я с тобой, – прошептала я, радуясь, что очередная опасность осталась позади, – я не оставлю тебя.

– Рина… Спасибо…, – только и смог произнести он. Всё закружилось, стало таять, делая эту серую дымку некой далёкой и невозможной. Как будто два мира сливались в этот момент, возвращая меня в тот, который я ненавидела всей душой. Я тянула руки к Дэну, но он вдруг стал неосязаем, как настоящий сон. Но этот кошмар больше не был для меня кошмаром. Я хотела вернуться туда, хотела оставаться с моим оборотнем как можно дольше, но артефакт обладал неким своим разумением происходящего и возвращал меня в нашу реальность раз за разом…

Глава 11

Никита встретил меня у школьных ворот, когда я ползла в школу, чувствуя себя абсолютно разбитой. Ночь не дала мне никакого отдыха, а странные поля и надвигающаяся тень мерещились мне, стоило закрыть глаза.

– Карина, – как-то радостно произнёс он, – я тебя жду!

– Зачем? – уныло ответила я, даже не останавливаясь.

– Спросить хотел… как ты?

– Лучше всех. Что, разве не заметно?

– Не очень, – он покачал головой, догоняя меня. – Да ты не обижайся на них. Я и сам не хотел там оставаться. Предпочитаю более тихие компании.

– Ты? Не сказала бы, что ты такой скромник, каким хочешь казаться. Ладно, сейчас опоздаем…

День пролетел быстро, и после уроков он вдруг предложил прогуляться с ним. Я подозрительно посмотрела на него, но почему-то не нашла ни одного довода для отказа.

– Ты правда согласна? – спросил Никита, когда мы шли из школы.

– Согласна. Куда хочешь пойти?

– Да куда угодно. Хочешь в ваш парк, хочешь по магазинам.

– Нет уж, по магазинам – это без меня. Мне к бабушке надо…

– Так вот туда и поедем.

– Хорошо. Позвоню тебе через пару часов, – на этом мы временно расстались с ним, а я поспешила домой. Что-то на улицах в тот день было многолюдно, словно был выходной, и это показалось мне странным.

А через час я сидела дома, разогрев себе обед, и от скуки включила телевизор. Там показывали региональные новости, которые я тут же хотела переключить, но внезапно картинка стала знакомой, и я узнала на ней одну из наших улиц. Потом изображение переключилось на мужчину в форме, который что-то объяснял журналистам.

«…сегодня ночью найден труп мужчины, в котором опознан один из бизнесменов города, владелец сети магазинов, Дмитрий Ларионов. В теле найдено две пули предположительно выпущенные из пистолета Макарова. Совершено ограбление, но следствие уверено, что это лишь инсценировка, а на самом деле убийство было заказным… С другими новостями мы будем знакомить вас…»

Я выключила телевизор. Убийство… Для нашего городка это действительно новость. Хотя они происходят каждый день где-то. Я давно не смотрела криминальной хроники, боясь увидеть там то, чего не надо. Сейчас же я восприняла эти слова просто как лишнюю мне информацию. Я взглянула на часы. Пора звонить Никите, ведь ему ещё добираться до центра города.

– Ты идёшь, или как? – спросила я, услышав его голос в трубке.

– Конечно! Уже собираюсь.

– Встретимся на остановке, хорошо?

– Давай…

Поездка вышла весёлой, даже настроение поднялось, и бабушку должны были выписать через пару дней. Жаль, не получится её увидеть минимум до моих каникул, если мать одобрит эту поездку. Раньше меня не тянуло в деревню, а вот сейчас почему-то напала некая ностальгия по тем временам, когда мы с ней вместе возились на кухне и занимались хозяйством.

Потом мы с Никитой двинули в наш местный парк. Точнее, парком это лишь называлось. Скорее это был большой сквер, в котором никто сто лет не делал ремонта, и старые лавочки вдоль аллеи напоминали о детстве, когда мы гуляли здесь с папой. Ветер поднял с потрескавшейся плитки жёлтые кленовые листья, которых нападало уже прилично, и понёс по дорожке, кружа в воздухе. Я поймала один, и показала его Никите.

– Смотри! Таких больше нигде не увидишь. Они здесь особенные, глянь, какие на них красные прожилки.

– Обычный клён, – он пожал плечами.

– Ничего ты не понимаешь. У нас самые красивые клёны. Им больше ста лет. А на том дереве видишь, трёхцветные, будто краски на них разводили, – я указала на соседний клён, а сама подняла ещё парочку симпатичных листочков.

– Он рассмеялся, глядя на мою забаву.

– Интересная ты… Я бы никогда в жизни не обратил внимание на то, какого цвета листья на разных деревьях. А ты всё замечаешь, какое небо, какие на нём облака, где какие деревья растут…

– Просто я наблюдательная, – я рассмеялась, – хочу пару штук вон с того дерева.

– Принести?

– Давай! – я уселась на скамейку, откинувшись на спинку, и с улыбкой наблюдала, как он перепрыгнул через бордюр и низкий металлический заборчик, и помчался к тому дереву, разметая собранные кем-то горки листвы на пожелтевшей сухой траве. Интересно было наблюдать, как Никита выбирал для меня самые яркие и ровные листья. Я не знала, зачем они мне вообще нужны, так сказала, посмотреть на его реакцию.

– Держи! – я задумалась, прикрыв глаза, а он вдруг подошёл сзади напугав меня. Одной рукой он держал целый кленовый букет, а в другой цветочек, сорванный на соседней клумбе.

– Ты дурак? Зачем мне столько, что мне с ним делать? – растерянно спросила я. – Я же парочку просила.

– Это тоже тебе… – он протянул мне оранжевый цветочек.

– Точно придурок… Клумбу только испортил. Убери немедленно! – скомандовала я, еле сдерживая смех. Вроде парень он симпатичный, выше меня на голову, а вёл себя он как ребёнок. – Ладно! Пойдём…

Цветок я так и не взяла, он одиноко остался на зелёной скамейке, ярко выделяясь на её фоне. Зато листья прихватила, и теперь шла, размахивая жёлто-красным букетом, и посматривала на своего спутника.

– Ладно мне домой надо, – протянула я.

– Провожу тебя.

– Как хочешь, – я вновь не стала отказываться. В тот момент я чувствовала себя с ним вполне комфортно, и он не мешал мне. Заодно отвлекал мои мысли от воспоминаний событий этой ночи.

Знакомая машина в моём дворе заставила меня остановиться на месте. Не поняла, в чём дело? Я замерла на месте, стараясь не показывать вида, что заинтересована тем, что происходит. Капитан Денис Ветров стоял, опёршись на дверцу, со своей неразлучной чёрной кожаной папкой. Сегодня он был в форме, я впервые видела его таким. Он кого-то ждал.

– Что случилось? – спросил Никита, переведя взгляд на Ветрова.

– Пока не знаю, – проговорила я, прячась за спину Никиты.

Из подъезда вышел мой сосед, Станислав, и направился к следователю, и они о чём-то заговорили. Уф… Не ко мне. Интересно, чего он забыл у моего соседа? Лица их были серьёзными, а у Станислава под глазами вообще виднелись тёмные круги. Он даже похудел как-то за то время, пока я его не видела. Ветров закурил, положив документы на машину, а сам что-то долго говорил Стасу после чего они сели вместе в машину Дениса Андреевича.

– Я пошла домой. Всё пока. Завтра увидимся, – прервала я дальнейший разговор с Никитой.

– Ладно, давай, – он развернулся и пошёл. Потом почему-то обернулся, помахав мне рукой. А я двинулась вперёд, стараясь делать вид, что не замечаю своих знакомых. А автомобиль Ветрова вдруг завёлся, и они поехали, приостановившись около меня.

Дни полетели один за другим. Лето закончилось, и наступила та самая бесконечная осень, которую я ненавидела. Уже не светило так ярко солнце, а дожди заряжали очередями на несколько дней, делая всё вокруг серым и унылым. Листья с деревьев летели уже не одиночными красивыми корабликами, а падали потоком, разлетаясь при каждом дуновении ветра в разные стороны. Стало как-то холодно и зябко в этом мире. Лишь в моих снах мы с Дэном по-прежнему выпутывались из разных неприятностей, став сплочённой командой. Именно сны и стали моей отдушиной делая мою жизнь более интересной.

Это был мой секрет, мой герой в них, и моя радость. Я уже не ждала, а знала, что придёт время, и я попаду к нему, и мы будем дальше проходить эти бесконечные локации его тюрьмы, в которой я была его единственным собеседником. И не хотелось бы верить, что у меня уже ехала крыша, ведь каждый раз я просыпалась в своей постели без всяких следов моего ночного путешествия, но всё было не так уж и плохо в этих снах.

Моё дневное настроение скрашивал мой новый друг, Никита. Сама не знаю, почему я ему поверила, но тем не менее мы с ним стали общаться каждый день, а иногда и созванивались по нескольку раз в день. Мы беседовали, смеялись, обсуждали наших одноклассников и учителей. Он заходил за мной, и мы вместе шли в школу или ещё куда-нибудь.

В школе же наступило временное затишье. Странно всё это было, но меня вообще никто не трогал и не обращал на меня внимание. Даже Каткова унялась, и вроде как даже не смотрела в мою сторону. Я чувствовала себя свободной от них, даже слишком. До этого я уже успела привыкнуть к её вечным издёвкам или подколкам, когда старалась сделать безразличное лицо, или рыдала потом в одиночку. Но я прекрасно осознавала, что негативные эмоции лишь накапливаются во мне и однажды они могут вырваться наружу, и что тогда будет – не известно никому. Та драка была лишь началом конца.

Мать я видела каждый день, но мизерное количество времени. Она знала, что у меня появился знакомый, но даже ни о чём не спрашивала. Ей было всё равно, чем я занимаюсь. Главное, что её больше никто не трогал ни из школы, ни извне её. Зато папа начал звонить чаще, спрашивая, как дела у меня. А потом он обещал приехать, ведь скоро у меня тоже предстоял день рождения. До него оставалось совсем немного времени. Устраивать вечеринки, как другие, я, конечно же, не собиралась. Я вообще относилась к этому событию абсолютно безразлично уже много лет, ещё с тех пор, как папа уехал от нас, я потеряла интерес ко всяким праздникам. Разве что придёт мамина подруга, что будем разговаривать со мной, как с маленьким ребёнком, хотя скорее являлась им сама. Единственное, что в этот день я видела папу каждый год после того, как он расстался с мамой.

Но вот Никита почему-то относился к этому событию иначе. Он уговаривал меня, что нельзя оставлять без внимания такой день:

– Карина, ты же сама понимаешь, что День Рождения – это праздник. Ну не хочешь звать никого – не надо, – говорил он мне, провожая домой со школы.

Я внимательно взглянула на него:

– Слушай, Королёв. Чего ты ко мне вообще привязался? Не пойму я никак.

– Он вздохнул, а потом остановил меня, развернув на месте.

– Ты мне нравишься. Понимаешь?

Неужели я ему действительно нравилась? Я никак не могла взять в толк, чего он добивается, но сама лишь испытывала к нему дружеские чувства. У меня впервые за столько лет появился один единственный друг, к которому меня тянуло. Не физически – в этом мне хватало Дэнмириана из моих снов. Просто для общения и поддержки. Он не доставал меня в отличие от многих и не раздражал, напротив, как-то заботился обо мне, как старший брат.

– Королёв, я не знаю, что тебе нравится. Но эту тему ты больше не трогай. Договорились?

– Договорились. В обмен на то, что ты согласишься пойти со мной, например, в кафе.

– Когда?

– На твой День рождения. Отметим это дело вдвоём.

– Ты меня правда достал. Тебе это зачем?

– Понимаешь… Хочу сделать тебе сюрприз. Так мы с тобой договорились? Только кафе выберу я.

– Ладно, так и быть. Соглашусь с тобой один единственный раз. Пусть будет по-твоему. Только смотри – с сюрпризами осторожнее. Я их не очень-то люблю.

На этом моменте он странно улыбнулся, а потом мы двинулись дальше. Зачем я только согласилась? Хотя, всё, что не делалось – было к лучшему. Если бы не он, мне не открылась бы другая истина, до которой я доберусь чуть позже.

На улице было холодно, и стало понятно, что не за горами тот день, когда всё вокруг завалит снегом. Так частенько бывало, что именно на мой День рождения падал первый снег, и этот год мог не быть исключением. Приближался ноябрь – самый противный месяц в году. Как я не пыталась – я не могла любить этот месяц, как и всю осень, как и этот мир, в котором я не могла найти себе места.

Очередной порыв ветра заставил нас зайти в кафетерий, что находился на нашем пути. Мы забежали, кутаясь в куртки, и он бережно подхватил мой рюкзак, повесив его на крючок под столиком.

– Я куплю тебе коктейль. Какой хочешь?

– Давай клубничный, – вздохнула я, наблюдая, как он становится в очередь. Мы частенько заходили сюда последнее время. потом я перевела взгляд наружу, где за стеклянным большим окном было видно всё, что происходило снаружи, а оттуда, напротив, не было видно того, что творится внутри.

И пока он стоял в очереди за клубничным коктейлем, я наблюдала, как у магазина, в котором и находился сей кафетерий, припарковалась уже знакомая мне машина. Из неё вышел Ветров Денис. Всё такой же подтянутый, в чёрной короткой куртке, которая выгодно подчёркивала его фигуру. Он стоял, повернувшись ко мне в профиль, кого-то ожидая. Лицо его было несколько напряжено. Он ждал кого-то. Я уже знала это выражение, как будто тигра перед атакой. Спокойный и сосредоточенный, но весь начеку.

Он напоминал мне Дэнмириана, я поняла это лишь сейчас. И ещё я поняла, что хоть я его и боюсь, как огня, но испытываю к Ветрову некое странное влечение, он мне нравился, нравился как мужчина. И если бы не та тайна, которую я скрывала, всё могло бы быть иначе. Хотя, с другой стороны, зачем ему нужна школьница, хоть пусть и выпускница? Я любовалась его профилем, поняв вдруг, что не всё так уж и плохо в этом мире, когда ко мне вернулся Никита, что нёс в руках два пластиковых стакана.

– Клубничного не было. Взял вишнёвый. Подойдёт?

– Подойдёт.

– А на кого ты там смотрела? – он выглянул в окно, но объект моего наблюдения уже дождался кого-то и ушёл из поля зрения.

– На улицу смотрела. Дождь, наверное, собирается. А что?

– Просто.

Вот так у него было всё просто. Если бы оно так обстояло на самом деле. Так нет же, всё было гораздо глубже и серьёзнее, чем могло показаться на первый взгляд. И Никита лишь сделал первый шаг, сам того ещё не зная, во втягивание меня в авантюру, которая изменит мою жизнь. Он стоял напротив меня, улыбаясь, болтал о чём-то, пытался меня развеселить, но у него это сегодня плохо получалось. И не он был в этом виноват. Если бы я не увидела Ветрова, то не вспомнилась бы вновь та история, которая омрачала мою жизнь столь долгое время.

– Ладно, Королёв. Я пойду домой. Только провожать меня не надо, – я отставила свой недопитый коктейль в сторону и вновь оглянулась, наблюдая за тем, что происходило на улице.

– Карина, ты куда? – он кинулся было за мной.

– Не надо идти за мной. Ты это понимаешь? Я домой! – отрезала я.

Он вернулся за столик, растерянно глядя на меня. И я схватила рюкзак, выбегая на улицу, и кинулась прочь от этого места. Но произошло неожиданное, и я, не заметив, столкнулась, с капитаном Ветровым, который возвращался в свою машину. Он подхватил меня, поставив на ноги.

Я почувствовала его руки, которые не вызвали впервые негативных эмоций. Видимо, в этом была заслуга моего сладкого кошмарного видения.

– Карина! Не ожидал тебя увидеть здесь.

– Почему же – проговорила я, отряхиваясь. – Я же домой здесь каждый день хожу, по этой дороге.

Он чуть заметно улыбнулся, рассматривая мою недовольную личность.

– Как жизнь?

– Лучше всех! – с этими словами я ринулась от него, куда подальше, а сердце вдруг бешено, и весьма предательски, застучало.

Но он настиг меня, в один момент, встав передо мной и вытянувшись во весь рост:

– Я подвезу тебя домой. Я всё равно в ваш двор еду.

– Не надо, Денис Андреевич! Это вовсе не к чему!

У меня вдруг возникло странное подозрение, но я тут же отбросила его прочь. Вряд ли эти поездки связаны с моими тайнами. Скорее дело в моём соседе, к которому он как-то уже наведывался. Или всё-таки не в нём?

– Поехали, – он усадил меня в машину практически силой, а сам быстро оббежал её, запрыгнув за руль, – чего ты испугалась?

Значит, я всё же выдала свой страх. Он чувствовал его, верно, слышал через одежду, как билось моё сердце, желая выпрыгнуть наружу.

Я глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки.

– А чего это вы к нам зачастили, Денис Андреевич?

– Дело об убийстве расследую. Произошло недавно в вашем городе. Бизнесмена убили, Ларионова. А ты что подумала?

На этой фразе он повернулся ко мне, глядя прямо в глаза. Я не могла оторвать взгляда, пытаясь побороть его, но в этот миг он завёл машину, и блокиратор дверей щёлкнул у моего уха. Я вздрогнула, и Ветров почувствовал это. Он увидел это, хоть и не отрывал от меня свой пристальный взгляд.

– Я ничего вообще не думаю я и думать то не умею, Денис Андреевич. Давайте поедем уже, а то у меня сегодня столько дел, что вы себе и представить не можете.

– Поедем, конечно, – он наконец-то отвернулся, а я вздохнула с облегчением.

– И как успехи в вашем расследовании?

– Не всё сразу. Я почти вышел на след. Тебе это разве интересно?

– Нет, – согласилась я.

Через десять минут я уже поднималась по лестнице, всё ещё не переставая думать о Ветрове и его странном поведении, когда вниз спускался мой сосед. Значит, Ветров действительно приехал к нему. Я лишь кивнула ему головой, здороваясь, а сама прошмыгнула в квартиру, где была моя крепость.

Я вспомнила, что из-за напряга последних дней в школе, я уже несколько дней не видела Дэна. Как он там, интересно? Мы прошли с ним почти все локации лабиринта, и до выхода оставалось совсем немного по его словам. А что будет дальше, я пока не знала. Нужно помочь ему, это точно отвлечёт мои мысли от земных насущных проблем. И я поняла, что соскучилась по нему…

Глава 12

Итак, мы с Дэном приближались к конечной локации Варитора. Всё изменилось за это время, лабиринт стал совершенно иным, мы были где-то на внешнем его уровне, когда я появилась здесь вновь. Что будет когда он наконец-то закончится? Или он бесконечен? Я не могла себе представить Дэна вне его стен, и почему-то не слишком верила ему, когда он начинал строить свои планы мести. А он только этим и занимался по пути нашего следования.

Мы с Дэном шли по новому коридору локации. Небо над нами превратилось в бесконечную красноватую дымку, а в пути то и дело встречались мостики, под которыми была сплошная красная субстанция, напоминающая лаву.

– Это ещё что такое? – испуганно спросил я у Дэна, когда мы пересекали очередной мостик. – Похоже на адское пламя…

– Что-то вроде этого, – согласился он, не опуская головы. – Оттуда нет выхода, она поглотит целиком, если туда упасть. Но мы этого делать не будем.

– Хотелось бы тебе верить. Что-то мне не по себе от одного вида этого огненного месива.

– Проходи, осторожнее, – он поддержал меня за руку, когда я перебиралась через него.

Внезапно уклон пошёл резко вниз, а сам мост уже висел на стенах на странных с виду креплениях, и адское пламя лишь приближалось, обжиная своей близостью. Казалось, дорога вот-вот заведёт нас внутрь, и нам будет конец. Бесконечно уходящие вверх каменные стены по бокам подсвечивались этим красным огнём, а свет наверху практически погас. Да и сама дорога, по которой мы проходили, казалось, светится насквозь.

– Я не пойду дальше, Дэн! Посмотри, куда ты меня завёл? Сам же сказал, это опасно, – я попятилась назад, когда идти дальше стало невозможно.

– Скоро будет портал, сама же знаешь! – прошипел он. Он воспринимал это иначе, казалось, что он даже черпал из этого огненного смрада некую только ему знакомую энергию, смертельно опасную для него же. Я увидела как он меняется, и мне стало ещё страшнее.

Я знала, что с каждым моим посещением его сила постепенно возвращается в норму. И ему не доставляло особых усилий использовать свою третью призрачную ипостась, но он не слишком часто этим увлекался, потому как знал, что мне это не нравится. А несколько раз наружу рвалась его любимая по его словам внешность, в которой он чувствовал себя более уверенно, но пока этого так и не произошло, и я радовалась, что не увидела его истинное лицо. Мне его как-то пока хватало и в человеческом, хоть и несколько странном облике.

Но теперь я знала, что это ненадолго. Так и в этот раз он внезапно задрожал, словно охваченный энергетическим вихрем.

Я упала на красное покрытие моста в ад, и на всякий случай отползла немного назад. А он увеличился в полтора раза, вырос, словно на глазах, а потом все его вены начали светиться тем же адским светом, насквозь прорезая тело, а глаза стали огненными. Или мне показалось, или во рту проступили клыки вместо зубов? Я надеялась, что мне показалось.

С кем я связалась. Он же реально оборотень? Как-то до этого времени я не особо страдала по этому поводу. Это казалось неким вымыслом. А теперь, когда на моих глазах он начал становиться страшным монстром, стало жутко. А лава внизу никуда не исчезла тоже. Может я на самом деле в аду?

Позади него возникли очертания крыльев, что распростёрлись над красной субстанцией, освещая снизу ярким светом. И каждая перепонка на них выделялась, будто он весь горел огнём. Перепонки каждого крыла сходились в острый коготь, грозящий разорвать каждого, кто попадётся на его пути. Но потом я вдруг взглянула на его лицо и поняла, что от него осталось мало чего человеческого. Это был действительно самый настоящий демон, какого я когда-нибудь смела себе представить. Его рык раздался на всю локацию, а потом он резко махнул невесть откуда взявшимся хвостом с шипами на конце, и обвил им себя. вот же чёрт! Приём в прямом смысле этого слова. А каким же милым прикидывался в последнее время, чтобы ввести меня в заблуждение. Я перевела взгляд на нижнюю часть его тела, при этом покраснела сама.

– Кар-р-рина, – прошипел он, но так громко, что это разнесло его голос.

– Эй! Я тебя такого не знаю, понимаешь!

он не обращал внимания на мои возмущения и двигался на меня, настигая. Чего-то стало совсем стрёмно. А я-то думала, дурочка, что больше не боюсь его. Я глубоко ошибалась. Нельзя верить тем, кто называет себя демоном, тем более посажен в тюрьму невесть за что. Может он и вправду преступник-демон? А рассказывает мне всякое о спасении своей нации и имперском троне? Э нет. Так дело не пойдёт.

С этой мыслью я развернулась и дала дёру, хоть мост и уходил вверх. Но он настиг меня в мгновение ока, и, взметнув своим длинным хвостом, обвил меня вокруг талии и притянул к себе, и я оказалась прямо перед ним. И тогда мне стало на самом деле страшно.

– Ты меня боиш-ш-шься, Р-р-рина? – прошипел он мне прямо в ухо и обжёг своим дыханием. А я отвернулась от него, потому как не могла видеть «это». Мельком я заметила, что на голове появились огненные рога. Натуральный демон, во всей его красе.

– Пусти немедленно! – я начала пытаться вырваться из его цепких когтистых рук, что царапали до крови мою кожу. Охватило настолько мерзкое ощущение, что я не могла с ним справиться. Я закричала. Да и куда я могла бы вырваться, когда вокруг меня был адский огонь.

– Прекрати дёргатьс-с-ся! – прошипел он. – Сейчас мы выберемся отсюда? Ты что не видиш-ш-шь, твм портал-л-л.

Я повернула голову вверх, туда, куда он показывал, и действительно увидела, что над огромной страшной огненной маской на нависшей над нами стене, под которую и уходил мост через красную субстанцию, находился портал. Вот только в человеческом облике достать до него было просто нереально.

– Увидела? – спросил он, а я вновь отвернулась, ведь смотреть на него я не могла себя заставить. Мне не было противно. Просто как-то не по себе. Но артефакт на мне предательски засветился, указывая на то, что он прав.

Но худшим было то, что я только что осознала для себя. Чтобы пройти этот портал мне придётся расслабиться и дать ему почувствовать свой Фор через моё тело, а на это я никак не могла пойти. Ведь это означало то, что я приму Дэна в облике этого страшного монстра, а это был не Дэн. Или Дэн? Единственное, что напоминало о нём – его огненный взгляд.

– Прош-ш-шу тебя, – произнёс он тише. – Ты должна это сделать.

– Лучше бы ты оставался прежним, Дэн – выдавила я из себя, не желая упорно называть это существо Дэном. Мне он всё время представлялся прежним, и я вспоминала ту картину, когда он лежал поверженный, в магических цепях, или потом, когда я оживляла его после ловушки силового поля.

– Тогда мы останемся здесь. Давай же, пока я не вернулся в человеческий облик…

Возможно, Дэнмириан был прав. Да тем более, он же не раз предупреждал меня о том, какой он бывает. И не просто бывает, а находится в этом состоянии значительную часть своей жизни. Нужно попытаться свыкнуться с этой мыслью. Но как? Как это сделать, когда тебя держат кожистые когтистые лапы, а шею обвивает тонкий холодный хвост, да ещё впивается горящий бешеный взгляд.

Я сделала над собой усилие, закрыла глаза и отвернулась. Попыталась представить тёплые руки настоящего Дэна, не такого. Как он целовал меня на полу лабиринта, или как мы проходили все предыдущие локации. На воспоминании о поцелуе моё тело мгновенно откликнулось, дрогнув, но я пыталась отречься от реальности, и быть с ним тем Дэнмирианом, которого я привыкла видеть. Открыв глаза, я увидела, что артефакт на моей груди затмевает своим ярким светом красную адскую субстанцию.

– Да, Рин-н-на! Сделай это!

Я зажмурилась, пытаясь расслабиться как можно больше. И одновременно почувствовала, что за его спиной крылья взметнулись, и мы поднялись в воздух, быстро набирая скорость. потом вновь возникло то самое ощущение перехода, и тысячи разноцветных искр взорвались в моём мозге, рассыпаясь на мириады частит. Переход был завершён. Мы с Дэном находились в другой локации.

Я открыла глаза, пытаясь придти в себя. Мы находились на полу, а я лежала на нём. Дэн был самым, что ни на есть обычным с виду человеком. Глаза его были закрыты, и он не шевелился. Приподнявшись, я потрогала его, словно боясь, что передо мной снова окажется тот страшный монстр, но ничего не происходило. Почему же он не поднимается? Что произошло?

– Дэн! Дэн! – позвала я тихо, но потом продолжила громче. – Дэнмириан! Что произошло? Что с тобой?

Я приложила ухо к его широкой груди, вслушиваясь, как стучит его сердце. Потом потормошила его за щёку:

– Эй! Приди в себя?

Стало даже как-то страшно. Я и забыла, как только что видела его другим, я удивлялась самой себе. Но он не отзывался. А потом не успела я оглянуться, как он вдруг открыл глаза, перевернул меня, и мы вместе покатились по полу, в результате чего он оказался на мне и приник ко мне нежным поцелуем, удерживая на месте. Он рычал, и его рык напомнил мне о том монстре, который только что держал меня в своих когтях. Но я уже не думала о том, что случилось до того.

Дэн несколько отстранился, но лишь для того, чтобы лишить меня верхней части моей одежды, а сам принялся вылизывать мой затвердевший сосок, нежно проводя языком, и покусывая, после чего перешёл к моему животу. Меня спасал Фор, который Дэн не мог трогать напрямую, поэтому ему приходилось избегать контакта с ним.

– Дэн… Дэн… Нам надо идти!

Он действительно поднялся, сев рядом на каменную ступень, с которой открывался огромный туманный зал.

– Неужели? Сама додумалась? Что с тобой такое было?

– Где? – я поняла, о чём он, но не хотела поднимать эту тему.

– Там, в прошлой локации. Чего ты испугалась?

– А ты себя со стороны хоть раз видел? Или ты думаешь, в облике демона ты хорошо выглядишь? Кстати, как у тебя это получилось?

– Сам не знаю. Сила возвращается. Это происходит неожиданно, и я даже не понимаю, что происходит.

– Так скоро я тебе и вовсе не понадоблюсь. И наконец-то отдохну от тебя, – я вздохнула, приводя себя в порядок.

Он взъерошил свои волосы, глядя на меня:

– Я не знаю, что произойдёт в случае, если мне всё удастся. Когда у меня получится снять с Фора заклятье, то тебя больше не будет здесь, не так ли?

– Не знаю, – я действительно не думала об этом, но сердце как-то сжалось от его слов. – Скажи, когда мы наконец-то вылезем из этих локаций?

– Эта крайняя. Дальше, если я правильно понимаю свойства лабиринта и соотношение его к Эймару, мы должны выбраться отсюда. Но я не знаю, каковы свойства портала между этими мирами. Для того, чтобы пройти, мне придётся сначала увидеть его.

Уж если он не представлял, как это будет, то для меня его изречения вообще являлись тёмным лесом.

– Слушай… А ты можешь, ну для меня, специально, больше не перевоплощаться в страшного монстра.

– Тебе это неприятно?

– Да, ты знаешь… Как-то мне не по себе стало… Точнее совсем не по себе… Короче, я испугалась.

– Я постараюсь не делать этого в твоём присутствии, если на это не будет необходимости. Пока постараюсь, – добавил он шёпотом, и ехидно улыбнулся. – Ты привыкнешь…

– Знаешь, не буду я ни к чему привыкать. Мне хватает того, что ты меня всё время лапаешь! – я подскочила. – Я терплю…

– Терпишь или тебе это нравится? – перебил он. – Я же не поступаю как тот, кого ты потом убила. Мне ещё хочется немного пожить.

– Зачем ты опять начал! Просила же тебя не раз не трогать ту тему…

– Не вижу в ней ничего страшного, в этой теме. Я бы тоже на твоём месте его убил. Вообще, месть – весьма сладкое чувство.

– Ловко ты тему перевёл, Дэн! – возмутилась я. – Чтобы не поднимать вопрос о твоей внешности, ты решил зацепить меня, да? Я никогда и никому кроме тебя это не говорила! Никто! Повторяю, никто на Земле не знает о том, что я сделала! Только тебе я смогла это сказать!

– А ты в этом уверена? – как-то подозрительно спросил он.

– В чём?

– Что никто не знает. Всё тайное когда-то становится явным…

Вот же гад! А может он прав. Все секреты являются таковыми до поры до времени. Что будет, когда правда всплывёт наружу? Мне становилось даже жутко и горько от этой мысли. Я не выдержу этого.

– Надеюсь, что к той поре, когда оно станет явным, я уберусь далеко из этого города. Уеду. И тогда мне будет уже всё равно, ведь у меня будет другая жизнь. Всё изменится!

Он замолчал, рассматривая с лёгкой улыбкой моё негодование, а потом вдруг сделал несчастное лицо. И как у него это получалось?

– Я не отпущу тебя, – произнёс он, приблизившись ко мне настолько, что я чувствовала на себе его дыхание. Он поднял меня на руки и прижал к холодной стене, как частенько делал.

– Заберёшь меня в свой странный мир, да Дэн? Только не забудь, что тебе ещё нужно разобраться со своими проблемами. У тебя их больше, чем у меня, – в этот момент я подумала, что мои трудности действительно не идут ни в какое сравнение с теми, что предстоит преодолеть Дэну.

Он закрыл мне рот поцелуем, который я ждала. Я даже успела позабыть, что он не человек, хотя отчасти эта мысль даже заводила меня. Лишь вспыхнувшие ярким пламенем глаза напомнили мне о существовании в нём другого страшного крылатого монстра. Пальцами он зажал мой подбородок, чтобы я не смогла отвернуться от него или выкрутиться, а сам настойчиво повторял свои отточенные движения, рыча при этом.

– Какая ты сладкая, моя малышка. Никогда не думал, что буду так хотеть человеческую женщину. Это заводит меня. Когда мы выберемся из лабиринта, я покажу тебе, каким может быть настоящий контакт. Ты будешь сгорать в моих объятьях.

– Ещё чего надумал! – возмутилась я. – Может твой Фор перебрасывает меня только сюда. А дальше я вообще перестану появляться!

– Фор будет приводить тебя до тех пор, пока на нём заклятье. Вот только мне уже не хочется его снимать… Что за выбор.

Он застонал, а потом отпустил меня:

– Идём! Надо выбираться! Иначе ты исчезнешь. Как же я хочу тебя…

Я неровно дышала, опустив голову. Что будет, когда артефакт перестанет переносить меня к нему? Как же я смогу привыкнуть к этой мысли? Где-то там, в уголке моего сознания, я была уже бесконечно влюблена, но его сегодняшнее перевоплощение всё испортило. Я не могла положительно относиться к тому монстру, что находился в нём. Интересно, если он сказал, что сила его возвращается, то теперь он частенько будет становиться таким? Нет уж! Я махнула головой.

– У нас с тобой никогда ничего не будет, Дэн. Я не могу спать с оборотнем. И вообще не хочу этого.

Он рассмеялся, слушая моё негодование, а потом ответил:

– Я сделаю так, что ты сама меня захочешь. Поверь, я бываю разным. Я могу быть очень даже нежным.

– Не похоже что-то. И вообще, я не верю тебе, Дэнмириан. Зачем я нужна тебе, особе голубых кровей, когда все красотки Эймара у твоих ног и так. Зачем ты делаешь это?

– Сам не знаю. Просто меня тянет к тебе.

– А может всё дело в твоём артефакте? – шёпотом спросила я.

– Не знаю. Надеюсь, что не в нём.

мной никогда такого не было. Когда я прикасаюсь к тебе, меня словно прошибает. Может я в тебя влюбился?

– Демоны на это разве способны?

– И чего ты привязалась к моей внешности. До тебя она всех устраивала. Да у нас весь мир такой, и не только наш. Веллины обитают в нескольких известных мне мирах.

– Дэн! – я отошла в сторону. – А ангелы, они существуют?

– Не знаю, о чём ты говоришь. Не знаком с такими.

– Они такие, понимаешь, с белыми крыльями словно у птиц. А над головой у них нимб.

– Такой? – Дэн слегка напрягся, и над его тёмными волосами возник сияющий круг, на который он скосил глаза. Но он быстро исчез.

– Типа него, – прошептала я в восхищении. И как он всё это делал?

– Я понял, о ком ты. Есть мир, в котором обитают подобные существа.

– Обалдеть… я просто выпала в осадок. Это был мираж?

– Естественно, Рина. Надо идти…

– Ты говоришь это уже третий раз. Лучше бы не отвлекался. Глядишь – уже бы выбрались отсюда.

Лабиринт действительно подходил к концу. Небо над головой уже не было зелёным. Оно вдруг потемнело и стало почти чёрным. А эта локация не обещала быть приятнее остальных, уже пройденных нами. Фор светился всё ярче, указывая нам дорогу. А коридоры сменялись бесчисленными залами, и арочными сводами. Где-то наверху вечные факелы освещали чёрные каменные стены, а потом внезапно коридоры переходили в мостики, под которыми был густой туман.

Как-то не слишком весело проходил этот путь. Я задумалась о том, что ждало меня на Земле. Грустно понимать, что у тебя нет друзей и хуже того, нет желания их заводить. Интересно, смогу ли я преодолеть себя когда-нибудь, чтобы вернуться к нормальной жизни, какая была у меня когда-то. А ведь всё было по другому.

– Чего загрустила? – спросил меня Дэн, поднимая на ступеньку, с которой начинался новый проход.

– Я не знаю. Дэн, у тебя есть друзья? Или особы императорской семьи не знают, что это такое.

– У меня есть друг, если ты это имеешь в виду. Неро… Нерокромеран. Но я не знаю, где он сейчас. Надеюсь, что он ещё жив. Так что не думай, что я такой зазнавшийся. Неро… Хоть бы с ним всё было в порядке.

– А ты сможешь отыскать его?

– Стоит мне попасть в Эймар, я отправлю ему знак.

– Зачем?

– Там увидишь. Надеюсь, Кителла ему ничего не сделала. Но если бы он был в Вариторе, я бы почувствовал его.

Я промолчала. Перед нами вновь открылся обрыв, а под ним густой туман. Как будто наш путь действительно заканчивался. Опять те же левитирующие платформы? Нет, это было нечто новенькое.

– Дэн, куда дальше?

– Нам надо попасть на ту сторону.

– И как нам это сделать? Что-то я не вижу никаких тут мостиков. Давай-ка мы вернёмся. Наверняка есть другой выход из этой локации.

– Выход из неё будет только наружу.

– Какой ты продвинутый в вопросах локаций. Откуда тебе это знать?

– Я же не спрашиваю тебя, что происходит в твоём мире. Хотя он меня несколько заинтересовал, – он яростно сверкнул глазами. – Полетим!

– Чего?

– Полетим! Ты не ослышалась.

– Дэн, давай-ка без этого. Хочешь мне сказать, что…

– Да, ты правильно меня поняла. Надо пересечь эту пропасть.

– Давай-ка мы обойдёмся без твоих изменений внешности…

Ох, зря я это сказала. Не обойдёмся, это было уже понятно. Я еле успела отскочить в сторону, когда он вдруг засветился сказочным огнём, и будто по краю пропасти пролетел холодный вихрь, а потом я увидела Дэна, который уже не был Дэном. Скорее страшным Дэнмирианом. Он взмахнул кожистыми крыльями и издал громкий рык, а эхо от него разнеслось, верно, по всей локации.

– Уйди от меня… Не приближайся, – прошептала я. Но он меня услышал.

Дэнмириан не стал выяснять со мной отношений. Он в один миг оказался около меня, а потом обхватил меня, больно впившись когтями сквозь и так давно подранную рубашку, и взмахнул ввысь, удерживая меня около себя. Я слышала, как рассекают воздух мощные крылья, а под нами, в бесконечной на вид дымке, всё сгущается туман. Мне было нереально больно, больно и страшно, но он не слушал моих возмущений. Он зажал меня так, что я не могла даже шевелиться в его лапах, а хвост его сдерживал мои ноги, чтобы я не могла брыкаться. Да хотя, куда там… Мне и смотреть вниз было страшно, не то, чтобы сопротивляться ему.

Тяжёлое дыхание обдавало меня то ледяным холодом, то нестерпимым жаром. Я закрыла глаза, прислушиваясь к свисту ветра вокруг, а потом мы влетели в облако, вокруг было сплошное густое испарение зеленоватого цвета. Он ещё сильнее заахал меня, набирая скорость. Повернуться к нему я не могла себя заставить, чтобы взглянуть на выражение его лица. Но я и так знала, что он целенаправленно ведёт меня туда, где мы окажемся в безопасности.

Столько противоречивых чувств я ещё никогда не испытывала. Что же за странная моя такая жизнь, что завела меня в такую дыру как этот лабиринт, да ещё в компании с таким озабоченным монстром. Который при этом каким-то образом умудрялся мне нравиться.

– Мы должны ус-с-спеть, – прошипел он мне в ухо, а я открыла широко глаза, рассматривая противоположную сторону пропасти. Может и в моей жизни пропасть не настолько бесконечна? Может у неё тоже есть противоположная сторона, которую я пока не вижу? Бесконечность – это свойство присущее лишь Междомирью, как Дэн как-то мне заявил. Всё остальное имеет определённое начало и конец. Вот только он оказался бы таким, какой нужен мне.

Он ещё пару раз взмахнул крыльями, а потом я увидела под нами твёрдую поверхность из камня, на которую мы стремительно падали. Казалось, что мы сейчас разобьёмся. Но ничего подобного не произошло. Мы приземлились как нельзя лучше. Практически с комфортом. Вот только взглянув на свои расцарапанные до крови руки и живот, я поняла, что не всё так весело. А он и не собирался превращаться обратно в того, знакомого мне Дэна. Казалось, этот облик его вполне устраивает. Но он не устраивал меня.

– Отпусти! – крикнула я.

Он ещё сильнее зажал меня, впившись когтями, а потом его длинный чешуйчатый хвост обвил меня вокруг горла, сдавив так, что я еле могла дышать. Я хрипела, пыталась махать руками, но его это лишь забавляло. Может, в этой ипостаси он и мыслил по-другому?

– Даже в этом виде я хочу тебя, Рин-н-на.

О! Я уже представила, как это может осуществиться. Только на такие размеры я не подписывалась. Да и вообще, заниматься любовью с рогатым крылатым существом в мои планы точно не входило. Или он забыл, каков он сейчас? Неужели его так возбудил этот полёт? Или он просто соскучился по своему запасному облику? А может, для них это нормально, входить в контакт и так, и так?

– Я зато не хочу тебя. Мне же больно! Что ты делаешь, – смогла произнести я, когда он чуть-чуть ослабил свою хватку.

– Хочу увидеть тебя во всей красе… – с этими словами он резко провёл когтем по моей рубашке, раздвоив её на две части, а потом он сделал то же самое с моими бриджами, оставив меня, в чём мать родила. Его глаза сверкнули адским пламенем, осветив пространство вокруг нас, и он облизнулся, предвкушая что-то известное лишь ему.

Но поскольку для этого он отпустил меня, и я тут же постаралась ретироваться. Просто сбежать от него. Правда, куда бежать, я пока сама не знала, а дорога внезапно перешла в очередное строение, присущее большей части локаций. Я рванула от него в первый же коридор, пока он думал, становиться ему человеком обратно или нет.

– Ну ты и сволочь, Дэн, – прошептала я, обдувая свои раны которые начали нестерпимо жечь. – Я отомщу тебе! Посидишь ты ещё в своей последней локации, да подумаешь над своим мерзким поведением.

Кровь капала на камень, медленно, стекая из раны, что была на бедре. Похоже, он сам того не ожидая, задел какую-то вену. Но рана была не смертельная, хотя и приятного в ней ничего не было. Остатками своей рубашки я зажала ей, прислушиваясь к тишине.

Я слышала его тяжёлые шаги где-то там, за поворотом. Я слегка поёжилась от холода и отвращения к этому неземному существу, которое преследовало меня. Но на моё счастье я поняла, что боль моя резко утихает, и идёт на спад. Я возвращалась в своё родное измерение. Ещё немного, и всё исчезнет. Пусть помучается теперь! А я отправилась на Землю, зализывать свои душевные раны.

Глава 13

Я действительно крайне обиделась на Дэнмириана. Не то, чтобы я его ненавидела, но и оставить это просто так я не могла. Я не вернусь к нему в ближайшее время, пусть даже и не надеется, что ему удастся издеваться надо мной. Я понимала, что не сам он виноват в том, что он такой. Что же возьмёшь с демонического отродья? К счастью, когда я проснулась, на моём теле не осталось ни ранки, все они остались там, в лабиринте, который мы почти что прошли. А ещё я представила себе, что попаду с ним в мир, полный таких страшных существ и мне стало не по себе от этой мысли.

Ноябрь. Я ненавижу этот месяц. Если и есть в году самое ненавистное время кроме начала сентября, с которым потом свыкаешься, то ноябрь я любить не могла и вовсе. Если бы можно было просто взять и вычеркнуть его из календаря! Именно в ноябре и произошёл тот случай, перед самым моим Днём рождения. Кстати говоря, дни рождения с тех пор я ненавидела тоже.

Моя иллюзия исчезла на несколько дней. Нашла в интернете определение своей напасти, загуглила на днях: эскапизм, вот оказывается, как это называется, стремление личности уйти от действительности в мир иллюзий, фантазий. Вот только странные у меня какие-то фантазии. Я давно подозревала, что со мной не всё в порядке. Кто бы ещё, кроме меня, ненавидя при этом весь мир, выдумал себе такое удивительное существо, как Дэн. Неужели я стремлюсь к нему сама? Если бы не зажившие на утро раны, я бы поверила, что он существует на самом деле, до того всё представлялось реальным. Туманный лабиринт, такой же, как и моя вся жизнь…

Сырая холодная улица встретила меня неприветливо и хмуро. Кутаясь в куртку и уже сожалея, что не взяла шапку, я шагала по улице, задумываясь о том, что будет завтра. А завтра и будет тот самый, самый ненавистный день ноября, десятое ноября, в который меня угораздило родиться семнадцать лет назад. С самого утра день не задался, чего же ожидать от его продолжения. Всё летело из рук, телефон сломался, и я его добила, чтобы больше не брать в руки, хотя туда ему была и дорога. Жутко разболелась голова, видимо от лишних мыслей в ней. А потом ещё обрызгало грязью из-под колёс проезжавшего мимо грузовика. Пришлось возвращаться домой, чтобы переодеться. В школу я уже опаздывала, часы показывали ровно восемь, когда я второй раз выбралась из квартиры.

Мать ушла на работу полчаса тому назад, не забыв напомнить мне о том, чтобы я убралась дома, ведь завтра ожидался визит тёти Тамары. И так каждый год одно и то же. Опять засядут на кухне и будут хихикать, обсуждая общих знакомых. Это был, наверное, единственный день, когда она приходила домой вовремя.

И всё происходило, как обычно. Если, конечно, не считать того, что в школе Королёв вновь напомнил мне, что завтра в семь часов вечера приготовил мне «сюрприз», а я довела училку по истории своими высказываниями по поводу Первой Мировой войны и участия в ней союзного блока Антанты. Весь класс при этом молчал, местами и не понимая что я имею в виду. Но мне было это не столь важно. Настроение с кем-то поругаться или поспорить проявилось внезапно. Во всём виноват Дэн. Как можно было влезть в мои мысли и душу, а потом так меня обидеть? Мало мне здесь своих проблем будто.

День так и прошёл не слишком удачно, а следующий обещал стать ещё хуже. Естественно, ни в какой лабиринт я так и не попала, потому как не собиралась так быстро прощать Дэна, а полночи крутилась, обдумывая всё то, что произошло со мной и сопоставляя факты. Почему-то сквозь сон мерещился Ветров вместе со своей машиной, и мать, что читала мне нотации. И проснулась я от того, что она действительно стояла у меня над душой с наигранной улыбкой.

– Карина! Пора вставать!

– Ма, ещё только семь… Стоп, а почему ты ещё не ушла?

– Мне по делам надо, в город. Поздравляю тебя…

Вспомнила же, змея. Она потянулась ко мне, желая поцеловать меня в щёку, но я увернулась, выпрыгивая из постели и направляясь в ванную комнату. Этот спектакль обещал затянуться на весь долгий и ненавистный день.

Хорошо, что в моём классе почти что никто не помнил о том, что сегодня мой День рождения. Лишь одна Алина подошла ко мне с виноватым видом, вспоминая про тот день, и долго каялась, объясняя этот тем, что не подумала про мои отношения с Катковой. Лера с Настей просто переглядывались молча, будто меня и не было в кабинете. А Королёв пристал ко мне со своими претензиями на поход в кафе:

– Я зайду за тобой!

– Никита, может всё-таки мы отложим этот поход? – неуверенно произнесла я.

– Нет уж. Мы же договорились. Ты же мне друг, а друзей не предают.

Я подняла голову, решая, что сказать ему на то. Если он действительно считает меня своим другом, несмотря на мои натянутые отношения со всем классом, то пусть будет так. и я почувствовала вдруг некое тепло, будто моя душа начала оттаивать от ненависти ко всему миру. У меня толком и не было друзей, если не считать когдатошней дружбы с Алиной. Разве я могла знать, что он думает в этот момент?

– Ладно. Где встретимся? – согласилась я вдруг.

– Я зайду к тебе. Хорошо?

– Не надо, – отрезала я. – Встретимся лучше у входа во двор.

Он почесал затылок, а потом важно поправил воротник рубашки, серьёзно рассматривая меня. Сзади подошёл Маркин, который позвал его, и они вдруг ушли о чём-то шушукаться, а Каткова ехидно улыбалась своей подруге-блондинке. Скорее бы закончилась эта дурацкая перемена. Ещё и погода мерзкая. Небо всё затянуло тёмно-серыми тучами, будто сейчас было не двенадцать дня, а вечерние сумерки. Моё настроение упало соответственно ещё больше, и я хмуро смотрела на всех окружающих меня людей.

– В шесть зайду, – сказал мне на прощание Королёв, когда мы одевались после уроков в вестибюле школы.

– Хорошо. Позвони мне, когда выходить будешь.

У ворот школы меня ждал приятный сюрприз. Увидев знакомую чёрную машину, я подпрыгнула от радости. Я бросилась навстречу тому человеку, который стоял около неё, разговаривая по телефону со всей радостью, что могла ещё оставаться во мне. Он стоял спиной ко мне и не видел, как я выходила. Но я знала, что он ждёт именно меня. Он не звонил сегодня, и это, верно, повлияло на моё утреннее настроение. А тут всё таки приехал сам.

– Папуля! – я бросилась ему на шею, обнимая его.

Он несколько вздрогнул от неожиданности, а потом повернулся, подхватив меня на руки:

– Каринка! Вымахала как! Сколько мы не виделись?

– С лета, пап, – я смотрела на него с неким восхищением.

Он взял меня под руку, усаживая в машину.

– Поехали, хоть поговорим. Соскучился то как по тебе! Не успею заметить, как ты и замуж выйдешь.

– Нет уж. Это событие будет о-о-очень нескоро, – я повернулась к нему, а папа повернул ключи, и мы тронулись с места. Боковым зрением я заметила, что Королёв провожает меня взглядом, остановившись у ворот. Я ничего ему не рассказывала о взаимоотношениях моих родственников, не считая необходимым посвящать его в свои проблемы.

– Подарок твой, кстати, лежит сзади на сиденье. То, что ты хотела, – сказал он, улыбнувшись, когда мы остановились около магазина на центральной улице.

Я скосила глаза, увидев небольшую коробочку, и подпрыгнула на сиденье. Это и был тот самый обещанный планшет, который мне был так необходим.

– Папочка! Спасибо тебе! – протянула я, обняв его за шею.

– Прости, что я ненадолго. Хотел зайти к вам, но твоя мать сказала мне, чтобы я даже и на порог не появлялся её дома. Да и времени особо нет. Ещё назад в Москву к вечеру надо попасть. Сорвался с работы специально из-за тебя.

– Спасибо тебе! – я почувствовала, что на глаза навернулись слёзы. Не от обиды, что он приехал лишь увидеть меня. Просто какие-то чувства вдруг нахлынули. Может, это были слёзы радости? Мне не столько нужен был этот подарок, сколько важно было знать, что я хоть кому-то нужна.

– Приедешь ко мне на каникулы зимой. Думаю, Алиса не будет против. И Максимка с Ромкой обрадуются, они частенько о тебе спрашивают.

Алисой, кстати, звали вторую жену папы. Она была тоже той ещё стервой, но при этом, в отличие от моей мамы, заботилась о своём семействе и папе, хоть и ревновала его к каждому столбу. Просто человеком она таким была. Не думаю что она была рада бы меня увидеть у себя дома лишний раз. Её наигранная улыбка в отношении меня была частью её образа. Но вот папу она любила, это было очевидно, а мои маленькие сводные братики вообще души не чаяли в своих родителях, в чём я им частенько завидовала, тем более, что они с детства были во всём обеспечены.

– Меня мама всё равно не отпустит к тебе, – тихо ответила я. Чего обнадёживать себе зря? После того, что она на него наговаривала, не стоило ожидать от неё ничего больше. Да она с самого начала его доводила сама, ещё когда я была совсем малышкой, и неудивительно, что он нашёл себе отдушину в образе своей секретарши. Но мать подала на развод первая, было такое чувство, что она долго добивалась его измены сама, чтобы никто не влезал больше в её личную жизнь.

– Люблю тебя, Кариш, – он ещё раз чмокнул меня в щёку.

– Я тебя тоже, пап, – я повисла у него на шее, и обняла так крепко, как только могла. И не могла позволить себе разжать руки, боясь, что он растает словно мираж, которого я так долго ждала.

Он вскоре уехал, а я, прижав к груди тот самый драгоценный планшет, отправилась домой, где ещё никого не было. Домашнее задание несколько отвлекло мои мысли от того, что предстояло вечером. А потом я полностью увлеклась своей новой игрушкой, что и не заметила, как быстро настал этот самый вечер.

Королёв действительно ждал меня во дворе в шесть часов. Он позвонил в домофон уже три раза, а я всё никак не могла выбраться из дому, ведь за полчаса до того к нам явилась тётя Тамара, и мама моя пришла с работы. Скучно всё это было. Она принесла торт, есть который мне ни капельки не хотелось. Как-то странно пахло сладким парфюмом, что смешивался с запахом молотого кофе, который варила моя мать. А теть Тамара трещала, не переставая о том, как им на работе поменяли руководство, а новый шеф грозится уволить всех. Мать пока молчала, лишь изредка кивала головой, соглашаясь лишь внешне. Но на самом деле она ждала, пока я уйду, чтобы рассказать своей подруге о своём приятеле. Мне пришлось съесть для приличия один кусочек, который оставил во рту приторный вкус варёной сгущёнки. И в этот момент домофон протяжно зазвонил вновь, напоминая о том, что Никита так и ждёт меня у подъезда.

Не знаю, что можно было выбрать из этих двух зол. Альтернатива была небольшая. Я предпочла Никиту, так и не сумев придумать ни одной отговорки. Уж слишком рьяно он настаивал на нашей встрече. Поэтому натянула на себя куртку, а потом ботинки, заглянув при этом на кухню.

– Мам, я гулять, – сообщила ей, отвлекая от уже начатого рассказа.

– Эх, возраст, возраст. До чего ты уже взрослая, Каринка, – протянула тётя Тамара с набитым ртом. – Ещё недавно была такой малышкой.

Я была куда взрослее, чем она могла себе представить. Жизнь такая штука неприятная, заставила повзрослеть раньше времени.

– Да, тёть Тамара. Спасибо за презент, – съязвила я, имея в виду очередной набор парфюмерии.

– Смотри, Маринка, и не боишься ты её одну отпускать? На улице темень уже, а кругом столько всяких случаев.

Я бы могла им рассказать, где происходят «всякие» случаи. Представляю их физиономии при этом.

– Я с Никитой, – сообщила я.

– Гляди-ка ты, у неё уже и мальчик есть, – захихикала Тамара.

– Он не мой мальчик, – скопировала я её тон. – Я пошла, хорошо?

– Смотри, в девять чтоб дома.

– Постараюсь, – с этими словами я выскочила наружу, на ходу натягивая шапку, ведь ветер поднялся нешуточный. Погода вообще не предвещала ничего хорошего. Королёв стоял хмурый, что было несколько неожиданно.

– Заждался тебя, – он протянул мне букет из трёх алых роз.

Я скосилась на них, и меня даже несколько передёрнуло от вида цветов, ведь первое, что пришло на ум – это воспоминание о дне, когда я нашла свой амулет.

– Эй, Симкина, ты чего? Это тебе.

– Вот это лишнее, Королёв. Поверишь? И что мне теперь, таскаться с ними предлагаешь? Ты бы хоть подумал перед тем, как их нёс, – недовольно ответила я.

– Прости…, – он замолчал, глядя вперёд, – не подумал как-то.

– В следующий раз будешь думать, друг ты мой. Ладно, коль ты избавил меня от семейных посиделок, я тебя на сегодня прощаю.

– Идём, я заказ сделал, в «Юбилейном».

– Нашёл, куда идти.

– А мне там понравилось. Думаю, тебе тоже понравится.

Я надеялась честно и откровенно, что нас там не ждал ужин при свечах. Да и обстановка «Юбилейного» не предрасполагала к романтике. Единственное, что там можно было спокойно выпить кофе и съесть пирожных. Молодёжь постарше предпочитала другие места, где можно было выпить и потусить. Но в моём случае это было даже лучше, спиртное употреблять я как-то и не собиралась, а идти потом домой было недалеко. Проведу с ним пару часов, пока дома все разбегутся – и домой, ведь я уже успела скачать себе парочку интересных историй. И мне не терпелось погрузиться в них целиком, чтобы отключиться от моих двух реальностей.

– Сюда, присаживайся, – он подвинул мне стул, забирая куртку. Я уселась, рассматривая то, что окружало меня. Как это не было странно, людей сегодня практически не наблюдалось.

– Карина, ты хорошо выглядишь сегодня, – он улыбнулся, отодвигая стул.

– Чего-то ты сегодня такой добрый, а Королёв? Чем же я сегодня отличаюсь от той, меня вчерашней.

– Не знаю. Понимаешь, когда я увидел тебя два месяца назад в первый раз, то у меня даже челюсть отвисла.

– Что-то ты темнишь, Королёв, – подозрительно произнесла я, щурясь, – я воспринимаю тебя лишь как друга. А ты хотел чего-то большего?

– Карина, – он сделал жалобное лицо. – Пойми меня тоже. Хочешь – я буду тебе просто другом. Мы ведь друзья, да?

Я рассмеялась от этих слов.

– Да, Никита. Мы друзья, – мне стало как-то легко на душе. У меня действительно есть друг, первый друг за последние три года. И я не испытывала к нему никакого отвращения. Он отделился в тот миг от всего мира, стал мне ближе и как-то роднее.

– Я хотел бы большего. Мы могли бы с тобой встречаться, – он вздохнул, а потом достал из кармана браслет с белыми камушками. – Это тебе ещё от меня подарок.

– Спасибо, – я протянула руку, чтобы он одел его мне на запястье. Он неловко застегнул эту недорогую безделушку, чуть задержав пальцы на моей коже. А потом задумался. – Нравится?

– Да, очень, – не солгала я. Хоть вещь и не была сверхдорогой, а представляла собой просто бижутерию, цвет хорошо гармонировал с моим свитером. Да и просто сам знак внимания был приятен мне.

– А где моё спасибо? – он скорчил вновь такое жалобное лицо, что я не смогла удержаться от смеха.

– Спасибо тебе, Королёв, друг ты мой.

– Так не пойдёт. Принимаю благодарность в виде поцелуя.

– Никита, мы же договорились с тобой.

Но он не слушал мои возмущения, а придвинул свой стул ближе ко мне, неприятно скрипнув по плитке его металлическими ножками.

– Один дружеский поцелуй – и я от тебя отстану навсегда. Конечно, если ты сама не передумаешь.

Чего он добивался? Мне он не был неприятен. В конце-то концов, всего один поцелуй. Дружеский, уточнила я про себя. Я его пожалела, глядя на его расстроенное лицо.

– Ладно. Один. Но если ты хоть раз ещё потребуешь от меня поцелуев, то…

– То, – он приблизил своё лицо, дотронувшись до моих губ, – я больше никогда никогда не стану к тебе приставать.

– Чего?

А он не слушая возмущений обнаглел, и, зажав меня рукой, влез своим языком дальше в рот, и принялся медленно водить им. Я не могла вырвать голову, ведь за мной находилась стена. Ощущение не стало чем-то противным. Просто безразличное, ведь я не испытывала к нему никакого влечения. Да и до моего ночного кошмарика ему было по сноровке ой как далеко. Но я не испытывала страха, и это нравилось мне. Впервые я нормально отнеслась к тому, что кто-то целует меня, поэтому даже ответила ему тем же, желая удовлетворить его любопытство, и быстрее от него отвязаться.

– Один только. Ты мне обещал, Королёв, – сказала я, чуть запыхавшись, и попыталась отодвинуться от него дальше, – иначе я никогда больше не стану с тобой разговаривать. Это уже не дружеский поцелуй, а браслетами меня ты не купишь.

– Конечно, мы же договорились, – он вдруг ехидно улыбнулся мне.

Тогда я уже могла ожидать от него чего угодно. Но не того, что последовало за этим никому не нужным поцелуем. Двери кафетерия резко открылись, и оттуда вдруг завалилась гоп-компания. Каткова со свое неразлучной подругой, в похожих новеньких блестящих курточках. А следом противный Маркин. И куда бы они направились? Конечно же к нам. Они громко хохотали, глядя на нас, и я поняла, что они видели всё то, что происходило внутри. Но хуже всего было другое: когда я перевела яростный взгляд на Никиту, то увидела, что он как-то загадочно улыбается, еле сдерживая свой смех.

– Королёв, ты знал, что они здесь будут, да? Отвечай! – я подскочила, перевернув случайно стул. Работница кафетерия злобно уставилась на меня при этом, но мне было всё равно.

– Конечно он знал, да, Никита? Держи, твой выигрыш, – Лера рассмеялась прямо мне в лицо, а Никита с гордым безразличным видом принял из её рук пачку купюр и начал их пересчитывать.

– Ну ты и сволочь, Королёв, – прошипела я. – А ещё другом назывался.

– Он на тебя поспорил, дура. Поспорил с Маркиным и мной, что сможет пригласить на свидание и поцеловать взасос самую нелюдимую девочку, то есть тебя. Ты сама виновата, корчила из себя недотрогу, – Настя рассмеялась, и мне вдруг прояснилась вся та дурацкая ситуация, в которую я попала. Не было никакой дружбы, не было никаких чувств. Всё это лишь розыгрыш! Какой же я была наивной, поверила в то, что в этом городе, в этом мире есть хоть один нормальный человек.

– И на сколько поспорил? – я сделала безразличный вид.

– На пять штук. Рублей, разумеется, – Маркин заржал, хлопнув по спине своего приятеля, который уже и не смотрел на меня. ещё бы, выиграл спор за мой счёт.

– Как мы тебя развели! А Никитка вообще на высоте! Думала, он действительно влюбился в такую серую мышь, как ты? Мастерски сыграл свою роль! Респект тебе, Королёв! Минута в минуту! Ещё немного – и бабло пришлось бы отдавать тебе, – Маркин вновь рассмеялся, а смех поддержали Лера с Настей, присаживаясь к нему за столик. – А она действительно в тебе успела влюбиться?

Он ещё и это наплести успел. Стало тошно и противно от одного его вида. Никогда у нас речь не шла про любовь. Он отлично знал, как я отношусь к нему. Но, видимо, для полноты эффекта он приплёл и это, и теперь упивался своей победой и поднятием репутации в глазах ненавистных мне людей.

– Значит, пять тысяч для тебя цена дружбы? Грош тебе цена самому, – я сняла браслет и швырнула ему прямо в чашку, в которой ещё было кофе. – Пошёл ты! – Потом мой взгляд упал на цветы, что одиноко лежали на краю стола. Я хотела было зашвырнуть ими в Леру, что не могла никак уняться, но потом просто взяла и сбросила их со стола. Они упали прямо под ноги Катковой, которая брезгливо переступила отпавшие от них лепестки.

Я не стала больше разговаривать с ними. Взяла свою куртку и вышла. И так всё было предельно понятно. Я не злилась на него, потому, что все они одинаковые, люди, окружающие меня. Я злилась лишь на себя, что ослабила свою бдительность. И получила результат. Я ненавидела себя за то, что волею судьбы стала не такой, как все. Не такой, как они. Всё вдруг стало безразлично и сумрачно. Ничего не хотелось, лишь уйти от этой реальности. Уйти навсегда. Какая-то горечь на душе…

Мне не хотелось домой. Я не плакала, не устраивала истерик. Лишь молча направлялась в сторону парка, чтобы побыть одной и не видеть никого из людей. Меня встретила та же неуютная сейчас скамейка, и фонарь, гневно качавшийся на холодном ветру. Моросящий дождь прекратился, и наступила тишина. Пугающая, мёртвая. Ни души вокруг, лишь я, скамейка и тусклый фонарь, да аллея, что своими голыми деревьями в темноте напоминала дорогу в сумрачный мир. И тени других, выключенных фонарей казались надвигающимися из загробного мира призраками ночи.

Ветер усилился вновь. И теперь завывал, словно в тёмном тоннеле, напомнив мне первые локации лабиринта моих снов. Стало нестерпимо холодно, и я поняла, что моя шапка осталась там, в ненавистном кафе. Ничего не хотелось, жизнь вновь потеряла свой смысл. Хотелось просто спать, отключиться и не знать, что вокруг существует зло и предательство. Но к Дэну не хотелось тоже. Я словно растеряла себя полностью и целиком, утратила частицу себя, которая ушла вместе с той, несуществующей дружбой. Ведь дружба – это не любовь, которая бывает безответной. Это чувство всегда обоюдное, а предательство того, кто назывался твоим другом ещё недавно иногда хуже, чем любовь без ответной реакции.

Даже не знаю, сколько провела тут времени, оно потеряло свой счёт. Я продрогла до костей, и вся дрожала. Собравшись с мыслями, я заставила себя пойти домой. Ночевать на скамейке мне не слишком хотелось, и я честно надеялась, что моя мама уже спит, но она встретила меня со странным злым выражением лица:

– Поганая девчонка! Ты видела сколько времени? Твой телефон недоступен!

– Он сломался, – тихо ответила я.

– Ты его специально сломала, думаешь я завтра побегу покупать тебе новый? Дрянь ты такая! Чем ты там занимаешься? Хочешь мне дитё в подоле принести?

– Мама! – я повысила тон. – Ты ничего не понимаешь!

– Я вкалываю сутками для того, чтобы прокормить тебя! Спать нормально не могу, устаю. А ты такое творишь, сучка, – она дыхнула мне в лицо дешёвым коньяком, и я поморщилась от этого запаха. Меня охватила ярость, которой прежде я не замечала в себе, и я высказала ей то, что знала очень давно, но просто молчала:

– Ты вкалываешь? Да что я вижу от тебя?! Драные носки и пельмени? Ты собираешь на своих счетах деньги лишь для того, чтобы потом сплавить меня к бабушке, а самой полететь в Милан или махнуть со своими знакомыми в Египет! Думаешь, я не видела твои фото, что ты скрываешь так старательно? Предполагаешь, что я не знаю, чем ты там занимаешься? Ты хоть раз подумала обо мне? Никто обо мне не думает. Но другие хотя бы не делают вид, что я им нужна. А ты просто лицемерка! Не нужны мне твои деньги и ты мне не нужна, – я взорвалась, но всё это так долго копилось во мне.

– А тебе нужен только твой отец-бабник! Он никогда не любил нас. Вот эти его подачки…, – она взяла с полки невесть откуда взявшийся здесь планшет, что подарил папа, – это всё на что он способен! Я сколько раз говорила тебе ничего у него не брать! Сколько повторяла!

– Я люблю его! И он гораздо лучше тебя! За что мне такая мать вообще досталась?

В ответ она размахнулась, чтобы ударить меня, но я увернулась, а планшет вылетел из её рук и упал на пол. Я ринулась, чтобы поднять его, и вдруг сквозь ту пелену, что застилала мои глаза увидела на нём трещину, что расползлась по почерневшему экрану. На минуту я просто потеряла дар речи, просто слова застряли во рту, и я начала задыхаться.

– Ты…ты…что ты наделала… я тебя ненавижу! – слёзы прыснули из глаз, и я потеряла над собой контроль. Я не могла находиться здесь больше, не хотела. Хлопнув дверью так, что штукатурка посыпалась, я выскочила в подъезд, кинувшись по лестнице вверх. Потом затаилась, пытаясь отдышаться. Мать открыла дверь, выглянув, и прошла по лестнице вниз два пролёта.

– Вернёшься сама! Иди, гуляй ночью, продолжай…, – она вернулась и закрыла дверь за собой, хоть и не повернув ключи.

Где-то раздалось тиканье настенных часов и раздался лай собак, а потом всё стихло. Я двинулась дальше, вверх. На пятом этаже мой взгляд упал на люк, ведущий на крышу. К нему вела дверь с решёткой, которая никогда не закрывалась, а через пролёт был люк на саму крышу. Я вылезла туда, и мне в лицо ударил холодный ветер со снегом. Первым снегом приближающейся зимы. Мокрый, он таял тут же, попав на лицо, стекая по щекам холодными каплями. Я споткнулась о какой-то провод, и упала, протянувшись на поверхности. При этом я больно расцарапала свои ладони о шершавое, как наждачная бумага, покрытие кровли. Трубы и разваленные кирпичные вентиляционные шахты вставали на моём пути, а я почти не видела их через слёзы, застилавшие глаза. Свет внизу, а это был свет фонаря во дворе, как путеводный маяк светил, предательски маня туда.

Я подошла к низкому парапету, выглянув наружу. Руки скользнули по металлическому покрытию, покрытому тонким слоем снега. Тишина. И свобода. Смерть, которая возможно ждала бы меня. Поток свежего воздуха отрезвил меня. Я поняла, что мне не хочется ничего, просто не хочется жить, существовать на Земле. Видеть всех этих мерзких людей, видеть этот город. Ничего хорошего в жизни я так и не успела увидеть – лишь боль, предательство и ненависть к окружающим. Я положила окровавленные саднящие ладони на холодный металл, почувствовав лёгкое жжение, а потом облегченье.

Там, внизу, весь асфальт успел покрыться белым, как свет, снегом. Исчезла временно та грязь, что месяц мешала всем жить, и стало ещё тише. Слух резало то странное ощущение. Я спрыгну, и будь, что будет. Умру, покинув навсегда этот свет. Интересно, будет больно или нет? Лучше перенести ту, физическую боль, чем дальше продолжать загонять себя в угол. И тогда больше не придётся терпеть все издевательства надо мной. Уйти молча. Стиснуть зубы и прыгнуть, на мгновение почувствовать ту свободу, когда летишь и никто не держит тебя. Или нет?

Я встала на парапет, пошатываясь от порывов ветра, и смотрела вниз безразличным взглядом, взвешивая свою жизнь, словно на весах. Стоит ли она моих мучений? Или есть что-то, что может заставить меня посмотреть на всё другим взглядом. Звук мотора прервал мои размышления о судьбе. Чёрный джип моего соседа въехал во двор, и остановился, прочертив на белом снегу тёмные мокрые полосы. Он вышел. Ярко моргнули поворотники оранжевым цветом, и протяжно пискнула сигнализация. Стас направился к подъезду, но над моей головой в тот миг каркнула злобно большая ворона, что уселась на высокую самодельную антенну, возмущаясь, что кто-то прервал её сон. Стас поднял вверх голову, и увидел меня.

– Что там происходит? – спросил он. Во дворе стояла такая тишина, что было слышно каждое слово, будто он находился рядом.

Естественно, отвечать я не собиралась. Очередной порыв ветра чуть пошатнул меня, но я смогла удержаться, безразлично глядя вниз.

– Эй, там кто-то есть? – он присмотрелся, а потом рванул в подъезд. Я слышала звук быстрых шагов на лестнице, который приближался. Тиканье часов, карканье одинокой вороны, лай собаки в чьей-то квартире на четвёртом этаже. Горечь во рту, которая сопровождалась некой пустотой души. Привкус дешёвого коньяка, которым снабдила меня мать. Я ненавидела её больше всех, кажется. Что стоит Зорин, убитый мной. Или Никита, который лишь играл свою роль. Или Ветров, которого я боялась как огня. Все они никто, лишь очередные раны на сердце. Вот она заслуживала худшего наказания, но я не могла ей ничего сделать. Мне было жаль её, жаль безумно, что она загнала себя в тупик своей жизни. Может, она никогда и не хотела детей, и я ей лишь помеха? Если меня не будет, она сможет полноценно наслаждаться своим призрачным счастьем?

– Карина… это ты? – послышался мужской голос позади.

Я ничего не ответила, собираясь уже прыгнуть. Страшно. Жутко. Странное ощущение, когда стоишь на волосок от смерти.

– Иди сюда. Ты не должна это делать. Карина… Что произошло?

Он приближался ко мне, а я не могла ничего ответить, будто ком встал в глотке.

– Слезь. Расскажи мне, что произошло. Ты можешь мне доверять… Я ничего тебе не сделаю, – его голос дрогнул, а я поняла, что сейчас ему страшней, чем мне.

– Уйдите, – прошептала я.

– Я не уйду отсюда. Я не стану никому звонить… Ты сама слезешь… Я тебя прошу… Ты знаешь… у меня недавно погиб мой лучший друг… Было так плохо, что я хотел сам спрыгнуть, или разбиться на машине… Вся моя жизнь, всё, к чему мы вместе стремились, полетело прочь, разбилось. Как разбиваются мечты. Но я нашёл в себе силы, чтобы жить дальше и найти того, кто сделал это. У меня появилась цель жить дальше… Карина… Ты тоже найдёшь её, эту цель… Я помогу тебе.

Я вздрогнула, услышав про его друга. Верно, это тот самый, убийц которого ищет Ветров?

– Не могу. Нет смысла ни в чём… Одни разочарования.

– Карина… Ты не должна это делать. Ты можешь не умереть, а остаться на всю жизнь в инвалидной коляске. Ты про это подумала? Самоубийство не выход из проблем, их станет лишь больше. Подумай о тех, кто тебя любит.

– Меня никто не любит…, – я вдруг вспомнила про своего отца… а потом про Дэна, который остался там, в лабиринте, и не может выбраться наружу без моей помощи. Пусть он лишь мой мираж, но только я могу ему помочь. И освободиться от того что меня гложет.

– Ты вряд ли сможешь помочь мне, – прошептала я, переходя на «ты». Но мне было уже всё равно.

– Я попробую. Будем вместе искать в жизни смысл… Иди ко мне…Не бойся, – его голос дрожал, прерываемый порывами ветра, что несли мокрый снег в этот город. Ему было страшно не меньше, чем мне.

– Мне не нужна помощь…, – ответила я, но сама в тот момент думала совсем о другом. Дэн… Плевать на ту боль, что он причинил мне. Я хочу попасть к нему, прикоснуться к нему. Но попаду ли я туда без Фора, что остался дома? Хоть для кого-то я буду хорошей… Стас, что всё ещё находился рядом, подошёл ближе, и протянул руку. Я безразлично подала ему руку, спрыгивая с парапета на крышу дома.

– Идём ко мне… Отогреешься. А там и поговорим, – прошептал он. Мне было всё равно, куда идти. Я не боялась Стаса. Я больше не испытывала по отношению к мужчинам того, что ещё недавно мешало мне жить. Есть в жизни вещи гораздо страшнее. Предательство близкого человека и обман…

Глава 14

Я вернулась к Дэну той же ночью, точнее это произошло уже под утро, когда я смогла наконец-то уснуть. Я ждала этой встречи, хоть и была зла на него. Но должен быть способ воспитания моего же сновидения. Но застала я Дэна вовсе не там, где мы с ним так нехорошо расстались. Первое, что я увидела – были серебряные нити, растянувшиеся на протяжении всего пространства, что открывалось передо мной. Насчет нитей я погорячилась, скорее это были полупрозрачные с серебряным отливом канаты без плетения. Они едва заметно дрожали от ветра, что проносился со свистом, будто играя свою особую музыку на этих хитросплетениях. Скорее это напоминало бесконечную 3-Д паутину, у которой не было ни начала, ни конца. Они соединялись меж собой хитрыми переплетениями, то часто, где не смогла бы пролезть даже я, то удлинялись на сотни метров, выстреливая в стороны, будто лучи света. Зеленоватый туман, в котором они находились, несколько скрадывал то, что было подо мной и вверху, где почти не было видно небо.

Я находилась как раз на переплетении этих странных нитей, сидела, свесив ноги. Вниз смотреть было настолько страшно, что я даже закрыла глаза, а голова закружилась. Подступила тошнота, которая мешала мне адекватно воспринять ситуацию. А потом я услышала где-то вдалеке знакомый голос, который звал именно меня. Я открыла глаза, преодолев сопротивление своего существа. Самое интересное было то, что моя одежда вернулась в прежнее состояние, это вновь сподвигло меня на мысль, что это всего лишь сон.

Это был голос Дэнмириана, но звучал он тревожно, будто ему действительно грозила опасность. Я уже знала этот его тон. Где же он сам? Странно, если есть паутина – значит должен быть, тот кто её создал, её хозяин, это закон природы. Я медленно спустилась, подвиснув на руках. Косточки побелели от непривычного напряжения. Главное не смотреть вниз при этом, иначе голова опять может закружиться. Я продвинулась вперёд, напрягая все свои мышцы, цепляясь за холодные канаты пальцами, а потом перебрасываясь на другие, останавливалась на узлах, которые давали мне передышку.

Дэн был там. Не знаю, как он смог попасть в такое положение, видно крылья запутались в паутине, а потом он вновь принял своё человеческое обличье, оставшись там. Его лицо перекосило от гнева, когда он высмотрел что-то впереди. Я видела лишь его профиль, нахмуренные брови и огненные глаза, светящиеся в сумраке, которые смотрели вдаль. Опасность шла оттуда, двигалась на нас, приближаясь к Дэну. Неужели всё начинается заново? Я ускорила свой темп, но перебираться между этими хитросплетениями было сложно, а Дэн вообще застрял между тремя близко проходящими друг к другу нитями и не мог выбраться из этого плена. С моими габаритами пробираться было несколько проще. Я ускорила свой темп, насколько это было для меня возможно, и почти подобралась к нему, когда он заметил меня.

– Рина! Наконец-то!

Я остановилась, не подходя к нему слишком близко. Те болевые ощущения откликнулись в моём теле, хоть самих ран и не было. Каждое моё перемещение через Грань было абсолютно новым, будто перемещалась не я сама, а лишь какой-то мой внутренний облик, материализовавшийся тут. Думаю, что в это время моё тело спокойненько предавалось сну в постели.

– Я не пойду к тебе, Дэн, – ответила я. – Забыл, что наделал?

Он удивлённо посмотрел на меня, вспоминая, что такого мог натворить.

– Рина… Прости меня…

– Ты просишь прощения из-за того, что я должна тебе помочь?

– Нет…, – он задумался. – Я действительно не рассчитал своих сил и желаний. Это так сложно, когда столько времени не был во второй ипостаси. Когда я перевоплощаюсь постоянно, то могу контролировать себя.

– Я последний раз тебя простила. Больше не повторится такое, – ответила я. Но я не могла ему рассказать о том, что произошло на самом деле в моём мире.

– Обещаю. Иди ко не. Только осторожно. Впереди ецион.

– Где мы? – удивлённо спросила я, – и кто это такой? Паук, который сплёл эту паутину?

– Если можно так назвать. Он вполне разумное существо.

– Ещё никогда не встречала разумных пауков. Знаешь – я и безмозглых не очень-то люблю. Он агрессивный?

– Раз сплёл здесь свои сети, то явно настроен решительно.

– А когда же выход?

– Чувствую, что он там, в конце этой локации.

– Если он разумный, может у нас получится с ним договориться?

– Сомневаюсь… Хотя…

– Идём вперёд, – я приблизилась вплотную к Дэну, и он подхватил меня, обняв за талию. А потом глубоко вдохнул запах моих волос. Я прижалась к его полуобнажённому телу, как к спасению от других невзгод. Мы были вместе, и это сейчас главное. Его зрачки вдруг вспыхнули красным пламенем, а сам он задрожал.

– Как это мне отсюда вылезти?

– И давно ты здесь? – поинтересовалась я.

– Нет, не очень. Попал практически перед тем, как почувствовал твоё присутствие.

– Дэн, а если ты примешь другое обличье – ты не сможешь вырваться отсюда, – я серьёзно взглянула на него.

– Смог бы, вероятно. Но ты же сама сказала мне, что не хочешь видеть мою вторую ипостась.

– Я потерплю, – тихо сказала я и отвернулась, чтобы не видеть эти горящие глаза.

Амулет на шее загадочно засветился, что я увидела сквозь ткань. . Он указывал путь туда, откуда по словам Дэна грозила опасность в виде паукообразного создания. Представила, какого размера должен быть паук, что смог сплести такую паутину.

– Нам туда, Дэн! – я указала дорогу.

– Я вижу, чувствую это сквозь тебя.

– Ты скучал по мне?

– Да, представь себе. Когда ты исчезла в последний раз, мне стало даже как-то не по себе от того, что я наделал. Но я осознал это, лишь вернувшись в этот облик.

– Дэн…, – я прижалась к нему, почувствовав тепло, исходящее от его тела, и силу, что была в нём. Я провела свободной рукой по нему, и он вновь задрожал, обняв меня ещё крепче.

– Давай же. Считай, что я тебя простила. Думаю, в этот раз ты будешь аккуратнее обращаться со мной.

– Да, Рина… Я тебе это обещаю. В последнее время мне кажется, что в жизни у меня есть лишь ты…. Естественная и настоящая.

Он прошептал ещё что-то, что я не поняла, и одновременно начал менять свой внешний вид. После того что я пережила на Земле, мне больше не было так страшно, как в предыдущие посещения лабиринта. Я уже смело смотрела на то, как его тело увеличилось, всё так же прижимая меня к себе. Глаза сверкнули, вновь становясь огненными, а за спиной внезапно выросли огромные кожистые крылья. Опустив голову вниз, я увидела, что ступни ног превратились к мощные лапы с огромными когтями, которых я не замечала раньше. я больше не боялась его такого. Только что я поняла это. Я знала, что в этом страшном с виду существе, которое издало громкий рык, разнёсшийся на всё окружающее нас пространство, внутри скрывался тот самый, благородный человек, преданный своей стране, своему дому. В отличие от тех людей, что окружали меня на Земле, а сами скрывали личину мерзких подколодных тварей.

– Рин-н-на, – уже привычно, и вовсе не страшно прошипел он, – держись за меня.

Я держалась, увидев, как он вдруг получил через меня от Фора ту самую силу, которой ему так недоставало. Окружающие нас нити паутины вспыхнули синим огнём, что он так любил использовать, и повисли в воздухе лабиринта. А Дэн взлетел, рассекая крыльями воздух и уничтожая попавшиеся в пути преграды, будто они и не представляли для него особой сложности.

Существо, которое контролировало эту часть локации, находилось в конце паутины, когда Дэн ворвался, наконец-то в свободную от канатов часть полёта. Он опустил меня на край скалы, что открылась перед нами, и я впервые увидела над собой не мутно-зелёный туман, что преследовал нас во всём лабиринте, а звёздное иссиня-чёрное небо, усеянное миллионами ярких искр. Скалистая поверхность плавно переходила в неизвестный мне материал, напоминающий металл. Атмосферы не было видно, будто мы стояли в космической пустоте, хотя дышать мы могли здесь без проблем. Видно, это было вызвано тем, что атмосферный слой не имел никаких облаков. Все они сгустились наоборот, внизу.

Я повернулась, рассматривая то, что мы прошли, и ужаснулась этой картине. Внизу, в том самом тумане раскинулось грандиозное сооружение, какого я даже не могла себе представить. Бесконечные локации, которые сверху сливались меж собой, и я видела некоторые элементы, что мы с Дэнмирианом уже прошли за всё это время: и огромные залы, скрытые в тумане, верхушки стен с бойницами, и бассейны с огненной жидкостью, вокруг которых перекидывались мостики. Всё это можно было различить в далёких очертаниях Варитора. Кто же мог создать этот странный мир? Картины одновременно сливались друг с другом, и тут же зрительный образ рассыпался как луч на сотни разных локаций, но все они находились в одном и том же месте. Как это вообще было возможно? Я открыла рот, рассматривая лабиринт сверху. Верно, я стала первым человеком, увидевшим подобное зрелище.

Я повернулась, вспомнив про Дэна, и увидела его рядом со странным существом. Они о чём-то разговаривали. И существо вовсе не показалось мне страшным. Это действительно внешне был огромный паук, но его ярко-зелёные глаза выражали разум. Дэн уже вернулся в свой человеческий облик, и выглядел теперь меньше, чем хозяин паутины. Я подошла ближе и прислушалась к тому, о чём они говорили.

– Рина, познакомься. Это Сворош, ецион, я тебе о нём говорил.

Я удивлённо посмотрела на странное существо и удивлённо спросила Дэна:

– Бояться не стоит?

– Нет. Он ждал нас, оказывается.

– В смысле?

– Я здесь уже четыре сотни лет. Я прошёл все локации, но больше мне негде черпать силы. Я не могу вырваться наружу. Рад видеть здесь хоть кого-то разумного.

– Я тоже…, – пробормотала я, на всякий случай прячась за спину Дэна.

– Сворош, оказывается, знает выход отсюда, – ответил за него Дэн. – Мы покинем Варитор вместе. – Его взгляд светился гордостью и уверенностью.

– Я давно нашёл портал. Но мне сложно проходить эти все локации. Я уже и не чаял, что кто-то сможет пройти тот же путь, что и я.

– Мы прошли его благодаря Рине, – ответил за меня Дэн, умолчав про свой артефакт. Вот только что ты будешь делать в Эймаре? У нас нет подобных тебе существ.

– Я помогу вам. Но для этого мы должны отсюда вырваться.

– Ты сможешь быстро двигаться за нами?

– Я могу строить паутину очень быстро. Ведь эта магия присуща моему народу испокон веков.

– Тогда покажи нам, где находится портал. Я не уверен, что он пропустит тебя в Эймар.

– Они здесь повсюду, – Сворош поднял мохнатую лапу. – портал в мой мир я не нашёл. А вот Эймар – он доступен для нас.

– Пока доступен. Если Кителла ещё не установила в нём свои порядки, – заметил Дэнмириан.

– Наследнику имперской династии стоило быть осторожнее, ведь Эймар действительно под угрозой. Я чувствую это.

– Хорошие у тебя способности, Сворош, – заметила я осторожно потрогав его огромную мохнатую лапу. Я уже не боялась, хотя некоторое чувство страха ещё оставалось во мне.

– Мои способности не идут ни в какое сравнение с силами эммов. Я лишь чувствую иногда то, что должно произойти.

– Скажи куда нам идти? – спросил его напряжёно Дэн.

Огромный паук ловко задвигался, перебирая своими лапами по покрытию, а потом развернулся, и я увидела его глаза. Их было шесть: два больше, расположенных наверху, а под ними располагались ещё таких же четыре, уже поменьше. Но все они выражали разум, а не были бездумными. В их чёрной глубине проскочил желтоватый блик, тут же исчезнув.

– Идём это недалеко. Я не мог долго находиться здесь, для меня слишком холодно. Поэтому предпочёл строить себе паутину там, внизу, где обрыв. Но некоторое время я могу продержаться и здесь, – он перебирал своими лапами. – Надеюсь, что найду путь из Эймара к себе домой. Я не был там столько сотен лет.

– А сколько вы живёте вообще, – удивлённо спросила я.

– По-разному. Кто-то живёт семьсот лет, а кто-то тысячу. Никто не знает, сколько времени отпущено нам, – его низкий голос исходил откуда-то изнутри, а снаружи он лишь шевелил странными отростками, покрытыми коричневой шерстью. Мне было всё ещё не по себе при виде такого огромного паука, но маленьких земных я боялась гораздо больше.

Дэн уверенно продвигался следом за ним, а я всё крутила головой, стараясь запомнить для себя всё это великолепие. Звёзды, будто на ладони. Казалось, что до них можно достать руками, волшебные переливающиеся туманности. А потом я увидела, что вверх будто идут призрачные ступени. Они дрожали, исчезали, потом проявлялись вновь. Казалось, воздух сконцентрировался в этом месте и создаёт их. Но они расходились в разные стороны, как лестницы в небо, создав сеть переходов. Каждый из них вёл в свой портал, которыми было усеяно пространство над нами.

– Вот он, путь из Варитора. Лестница миров, – раздался низкий голос Свороша.

– Отсюда можно попасть в любой мир? – удивлённо спросила я.

– Лишь в те миры, что подобны меж собой. В отражения.

– А на Землю путь здесь есть?

– За Грань путь тоже должен быть. Но я не чувствую его.

– Путь за Грань открывает Фор, лишь с его помощью мы могли бы увидеть его.

Кстати, что касалось артефакта. Он будто почувствовал верное направление. Он светился так, что это заметил даже паук, пристально смотревший, как я вся окуталась волшебным свечением.

– У тебя волшебный артефакт Эймара. Так вот, как вам удалось пройти все локации.

– Это вообще-то его штука, – я указала на Дэнмириана, что рассматривал лестницы, ведущие в никуда.

– Для меня до сих пор является загадкой, что Фор отыскал именно тебя, Рина. Но когда-нибудь я пойму, почему это произошло. На самом деле я рад, что это случилось, – Дэн наклонился и нежно поцеловал мою шею, чуть задержав дыхание на коже.

Я прижалась к нему.

Я простила его за прошлый раз. Он не делал это нарочно, скорее сам сожалел о том, что натворил. Но он был самым родным мне существом, и я поняла, что он единственный, кому я так или иначе нужна в двух мирах.

– Дэн, – я прижалась к нему сильнее, – я боюсь твоего мира…

– Думаю, что твоя техногенная Земля гораздо опаснее, чем Эймар. Не бойся. С тобой Фор, он сможет защитить тебя.

– Я боюсь не за себя. За тебя, Дэн! – я встретилась с ним взглядом, и мои глаза наполнились слезами. – Что, если ты погибнешь. Та Кителла, она опасна? Что она может тебе сделать?

– Если мы будем бояться, то останемся здесь навсегда. Тюрьма, не имеющая выхода. И я буду также скитаться туда-сюда по локациям в поисках источников энергии. Мы должны это сделать! В Эймаре сам мир придаст нам силы. Я часть его, а он часть меня.

– Тогда идём! – воскликнула я.

– Да, надо спешить. Я не могу долго находиться здесь, – подтвердил позади нас Сворош, – вон он, ваш Эймар.

Лестница, на которую он указывал, взмывала ввысь почти что отвесно. Мне стало не по себе от того что за ней скрывается. Это уже не будет тот лабиринт, который мы с Дэном прошли. Там будут и другие существа, и новые опасности. Но с его поддержкой мы преодолеем всё, что встанет на пути. я вдруг поняла, что жизнь – она вовсе не та, которую вижу я. И вместе с тем, как мы выберемся из этого лабиринта, я смогу вырваться из плена своих страхов в той, реальной земной жизни. Я смогу измениться. Может, я целенаправленно попала сюда, чтобы эти опасности, и Дэн, которого я сначала боялась как огня, смогли вместе помочь мне? Даже паук, одно из существ, по отношению к которым у меня была своеобразная фобия, присутствует здесь. Все мои самые сокровенные страхи вылезали наружу, одновременно заставляя относиться к ним иначе. Я смогу измениться. Но вот что мне делать дальше?

– Дэн. Я не пойду туда. Мы же упадём!

– Ты боишься высоты? – удивлённо спросил Дэн.

– Я не боюсь высоты. Но боюсь упасть. Боюсь того, что будет после.

Перед глазами внезапно встала та самая картина: первый снег, покрывший двор там, далеко внизу, и свет одинокого фонаря. И тиканье механических часов, которые не в каждом доме сейчас встретишь. Я едва не прыгнула. Мне оставалось совсем немного для того, чтобы сделать шаг. Единственный, который изменил бы всё. Но так ли он изменил бы мою жизнь, как мне этого хотелось? Нет. Я должна найти способ изменить её иначе. Время невозможно отмотать назад, но нет безвыходных ситуаций. Я найду тот самый поворот, который заведёт меня в нужном направлении. Изменю себя, и свою судьбу.

– Мы полетим. Если ты не возражаешь, Рина.

– А как же Сворош? – я повернулась, глядя на страшные челюсти, которыми обладал наш новый знакомый.

– Я успею за вами. Не переживайте за меня. Моя магия поможет.

– Ты выстроишь паутину?

– Да, – он пошевелил мохнатыми лапами. – До портала мне её как раз хватит.

– Тогда вперёд, – Дэн подхватил меня на руки, и я прижалась к его груди, почувствовав одновременно и его, и Фор.

Фор вспыхнул ещё сильнее, и эта мощная сила придавала Дэну того, чего ему так недоставало. Я уже поняла, что он может накапливать эти силы в себе. Что ещё было подвластно моему странному подопечному? Неизведанные способности, которые были чужды моему разуму. Он преобразовался за считанные секунды, и теперь я была не в руках мужчины, а в когтях монстра, который прижимал меня к себе, боясь поранить или покалечить. Всё-таки мои воспитательные меры возымели воздействие.

– Держись, Рин-н-на, – всё так же несколько жутковато, но уже привычно прошипел Дэн. Я схватилась за его грудь, пытаясь обнять существо, что держало меня, но он сам придерживал меня кожистой лапой.

Мы взмыли вверх. Туда, где звёзды стали вовсе и не звёздами, а некими светящимися субстанциями лишь отдалённо напоминающие светила. Это были мини-звёзды. Мир в мире. Будто всё здесь имело другие размеры или очертания. Всё преобразовалось вокруг. Я не закрывала глаза, а удивлённо разглядывала чудеса, которые останутся здесь навсегда, надеясь, что больше не увижу их, но, в то же время, пытаясь запомнить всё, что видела.

Сворош двигался за нами. Откуда в этом, громоздком с виду существе, взялась та прыть, было непонятно, но он не отставал. Его передние лапы выбрасывали те самые канаты, которые я видела там, а он двигался за ними, подтягиваясь и ловко перебирая всеми своими лапами.

Дэн увидел портал первый. Он весь напрягся, и я почувствовала, что его мускулы стали как камень, он осторожно сделал несколько оборотов вокруг прохода в свой мир, рассекая крыльями воздух. Свист сопровождал его движения. Потом он прижал меня ещё крепче, а его хвост с шипом на конце как хлыст задал ему направление полёта.

Он практически завис у портала. Удивительное свечение его напоминало свечение Фора, будто они были заряжены одной и той же энергией.

– Сделаем ж-ж-же это, Эймар… Он совсем близко.

– Сворош успеет, – я указала Дэну на паука, который чуть задержался, переводя дыхание. А потом я увидела сверху ту самую призрачную лестницу, что вела в портал.

– Дож-ж-ждёмся Свороша. Мне жаль оставлять его здесь.

– Да, невесёлая участь, провести четыре сотни лет в этих локациях, – пробормотала я.

Он настигал нас. А потом остановился, обвив невидимую ступень паутиной, и повис на ней, практически вниз головой.

– Последняя… Еле хватило сил.

– Как мы это сделаем? Пропустит ли нас всех портал? – спросила я.

– Да. Фор-р-р проведёт нас всех.

– А давайте, на спину ко мне, – предложил паук. – Я выдержу. Только вернись, стань обратно человеком.

Дэн ухватился рукой за воздушную ступень, тяжело дыша. До самого портала оставалось несколько метров. Он почувствовал артефакт, и засветился, указывая нам на то, что мы сможем пройти туда.

– Рина, держись за Свороша. Я сейчас, – он пересадил меня на спину исполинского паука. Я устроилась между двумя большими частями его тела, придерживаясь за мохнатую шерсть.

– Вам не больно? – на всякий случай спросила я, хотя чего там было моего тела в сравнении с этой массой.

– Не беспокойся. Я выдержу вас двоих. Но это вовсе не значит, что вы часто будете пользоваться моим добрым расположением.

Мне показалось, или я различила в голосе улыбку, которую невозможно было нарисовать на его жутковатой голове. Он важно сидел на своей паутине, которую сплёл так быстро, что я и оглянуться не успела.

– Давай, Дэн. Смотри, портал готов принять нас.

– Уже, – я вдруг увидела, что Дэн тоже держится на отвесных ступенях, балансируя на их краю. Потом он спрыгнул ко мне, обняв одной рукой, и устроился на нашем знакомом, как на скакуне.

– Давайте же, мне не терпится попасть домой.

– Вот бы мне так хотелось домой, – заметила грустно я.

– Держитесь, – произнёс Сворош. – паутины хватит лишь зо верхней ступени, потом будем прыгать.

– Стоило отрастить крылья на всякий случай, – проговорила я, но больше ничего сказать не успела.

Мы прыгнули. В ярком свечении Фора, что слился с порталом единым коридором, я увидела, как те, мнимые звёзды, что окружали нас, закружились вихрем, и мир лабиринта растворился в дымке. Будто разбившись на осколки, будто мы пересекали некую стеклянную стену что разлеталась от нашего проникновения, и я одновременно видела то, что было позади, и тот странный мир, что ждал нас там, за перегородкой. Хрустальный звон, сопровождающий это перемещение, не резал слух. Скорее некая чудесная музыка звучала, усиливаясь. Но это заняло лишь пару секунд. Лишь мгновение, в которое я чувствовала, как замедлилось сердцебиение Дэна, будто время замерло на месте. Хотя, это было для меня чем-то очевидным.

Мы очутились в полной темноте. Ничего вокруг, лишь ветер со свистом проносился мимо нас. Дэн держал меня за талию.

– Что, его больше нет? – спросила я.

– Это полночь. Здесь всегда так.

– Всегда так темно?

– Временно. Скоро начнётся рассвет. Ты привыкнешь.

– Надеюсь, – мы спрыгнули с паучьей спины.

– Сворош, как ты? – спросил его Дэн.

– Отлично. Я, правда, больше не могу создавать паутину, для этого нужно вернуть силы, – раздался голос в темноте.

– Когда начнётся рассвет, нужно выяснить, в какой части Эймара мы находимся.

– Скорее бы. Что-то мне не по себе в этой темноте, – я попыталась ступить вперёд, но ничего не видела перед собой, поэтому схватилась за руку Дэна.

– Сутки здесь отличаются от того, к чему ты привыкла. Всё происходит плавно в течение одного оборота Эймара. Днём свет самый яркий, а ночью есть момент, когда вообще ничего не видно. Это нормально, – прояснил Дэн. Ты сама увидишь скоро.

Рассвет действительно наступал. Сначала мне показалось, что глаза привыкают к этой непроглядной тьме, но потом я поняла, что это вокруг нас становится светлее, будто солнечные лучи прорезаются со всех сторон, делая этот мир красочным. Но единственное, что я успела рассмотреть – это горы вдали, полностью окутанные яркими жёлто-розовыми облаками. И то, что мы с Дэном и Сворошем находимся у их подножья. Дальше был обрыв, за которым я не могла ничего рассмотреть. Но сквозь облака прорезались контуры поселения, я уже начала различать дома где-то там, внизу.

Эймар… я никогда не видела такой красоты. Дэн же стоял на краю этоо обрыва, жадно вдыхая воздух родного ему мира, в котором он был законным правителем. Он весь наполнился энергией, неведомой доселе. Мышцы переливались в рассветных розовых лучах, а глаза ярко сверкали, давая понять, что он настроен решительно.

– Да… Это Эймар… мы сделали это, Рина. Благодаря тебе.

– Я ничего не делала, Дэн. Это всё твой Фор, – произнесла я, не в силах оторваться от зрелища, что открывалось передо мной с каждой новой минутой. Но внезапно весь мир начал таять. И силуэт Дэна стал далёким и туманным.

– Я не хочу туда! Верни меня обратно, Фор! Я не хочу домой! – кричала я, пытаясь вырваться из того потока, что нёс меня назад, в ненавистную мне квартиру. Но преодолеть я эти магические силы не могла. В глазах вдруг потемнело, и всё померкло, как и было каждый раз…

Глава 15

У меня был жар. Я сразу почувствовала это. Мать пришла ко мне в спальню утром, предварительно заглянув, но прощения так и не смогла попросить. А я сразу вспомнила, что произошло вчера. Как Стас вывел меня вниз по лестнице, как мы пили чай у него на кухне, а я сидела и дрожала, завернувшись в тёплый плед. Я рассказала ему всё. Не всё, конечно, но про одноклассников, родителей и разбитый планшет он всё же смог у меня выведать. Мне было чертовски плохо, как никогда в жизни. Озноб не прекращался, и начало подташнивать.

«Что-то ты совсем бледная. Оставайся у меня»

«Нет», – я покачала головой. – «Мне домой надо»

На самом деле единственной причиной, по которой меня тянуло туда, был артефакт, спрятанный в моей спальне. Дэн… Мне безумно хотелось к нему.

«Значит, завтра вечером я тебя жду. И планшет свой неси – посмотрим, что можно с ним сделать. А там и поговорим», – произнёс на прощание Стас, провожая меня взглядом до дверей моей квартиры.

«Хорошо. Договорились», – еле слышно произнесла я.

Потом я молча шмыгнула домой, и, никуда не заходя, рванула на цыпочках в комнату. Мать спала у себя. Я видела через приоткрытую дверь – она даже не разделась. А меня ждал Дэн, с которым мы, наконец-то, выбрались из лабиринта и при этом приобрели нового друга. Это несколько сгладило моё настроение, и теперь мне было просто плохо от того, что я перемёрзла вчера.

– Ты заболела, Карина? – спросила мать.

Я молчала в ответ, уставившись в потолок. Передо мной ещё стояла картина Эймара, и Дэн на краю обрыва.

Мать молча подошла, потрогав голову.

– Да ты вся горишь. Я тебе доктора вызову. Сама справишься? – в её голосе прозвучала нотка сожаления, но про то, что случилось вчера, она не напоминала.

– Справлюсь. Голова болит. И горло, – прохрипела я неожиданно. Видно, я правда заболела. Хоть в школу не идти теперь.

– Я тебе позвоню. Прости меня за папу и планшет.

Удивлённо подняв голову, я посмотрела на неё, но мать опустила глаза. Видно, до неё и правда дошло, что она натворила. Я давно не слышала от неё этих слов. Я вспомнила слова Стаса, что он поможет мне с ремонтом моего подарка. Экран действительно можно было заменить. Только кто заменит мои воспоминания…

– Ладно, – только и смогла ответить я.

Главное, чтобы она скорее ушла. Не могла я её лишний раз видеть.

Температура у меня действительно была повышенной, и почти весь день я повалялась в постели, чувствуя острую необходимость отлежаться. Мать позвонила всего один раз, на домашний, спросила, ен приходил ли наш участковый доктор. А к вечеру меня немного отпустило. Итак, результат – в школу в ближайшую неделю я не пойду. И не увижу эти ненавистные лица, и никто не станет хихикать за спиной. Всё это теперь отложенный процесс. Он начнётся тогда, когда я приду туда.

А к вечеру я вспомнила про Стаса. Вспомнила тогда, когда услышала за окном шум его мотора. Я же обещала прийти к нему. Может, он просто сказал это из-за того чтобы успокоить меня? Скорее всего, так дело и обстояло, но он поднял голову вверх, и вдруг увидел меня в окне моей квартиры, будто специально отыскивая меня взглядом.

– Эй! Давай ко мне! – сказал за него его жест рукой. Я вздохнула и взглянула на часы. Полшестого. Странно, обычно он не появлялся в такую «рань». Но мать придёт ещё не скоро. Я вышла, прихватив коробку со злосчастным» планшетом, и мы встретились у его квартиры. Он как-то растерянно посмотрел на меня.

– Заболела?

– Типа того.

– Заходи, – он протолкнул меня внутрь и закрыл двери на ключ. – Иди на кухню, чайник включай. Я сейчас.

Я скользнула на кухню, отыскивая глазами его чайник. Потом включила его в сеть, наполнив водой.

– в школу ходила? – спросил он из-за дверей, переодеваясь.

– Не-а. Не ходила. Болею.

– Правильно. Нечего давать врагу лишний повод для шуток, – он вошёл, одетый в синюю футболку. – Сама то чего про всё это думаешь?

– Чего тут думать, – я пожала плечами. – Мне всё равно.

– Ты что, хочешь оставить это просто так? – удивлённо спросил он.

– Наверное. Мне всё равно.

– И будешь дальше загонять себя в угол?

– В какой угол? – я вдруг осеклась, а потом резко чихнула.

– Э не, так дело не пойдёт. Сейчас и меня заразишь. Где-то у меня тут немецкое лекарство было – симптомы как рукой снимет.

– Зачем, – я пожала плечами. – Тогда в школу идти придётся.

– Чтобы трезво мыслить, – он полез на полки в поисках лекарства, а я выключила закипевший чайник.

– Вроде с мыслями моими всё зашибись.

– Тогда почему ты позволяешь так с собой обращаться?

– Мне они не интересны. Понимаешь, Стас. Я не хочу общаться с ними. Один Никита был…, – я осеклась и замолчала.

Стас забросил в чашки пакетики и быстро залил водой, а потом посмотрел на меня.

– И что он был? Одним из них. Ты должна сделать так, чтобы им хотелось с тобой общаться, а вот тогда и будешь выпендриваться и посылать всех подальше. Понимаешь, нужно не просто быть выше их, а отвечать врагу той же монетой.

– И как это сделать?

– Во-первых, быть умнее их. И ещё…, – он провел по мне своими серыми глазами, – ты в чём в школу ходишь? В джинсах из секонда?

– Вовсе не из секонда. Они новые. Были.

– А телефон свой покажи.

– Он… он же сломался.

– Понятно. Тогда и смотреть значит там не на что.

– А зачем? – любопытно спросила я, отхлебнув чай. Привкус бергамота остался на языке. Где-то там играло радио, а наверху раздался лай собаки.

– Для начала, чтобы не давать им лишнего повода для разговоров.

– У меня ничего другого и нет.

– Значит будет.

– Боюсь, Каткову мне не перещеголять.

– Как ты назвала? Повтори?

– Кого, Каткову Лерку? – удивлённо спросила я.

– Это дочь Каткова Юрия?

– Ага. Она самая. А вы с ним что, знакомы?

– Неважно, – он замолчал, а потом на его лице вдруг появилась странная улыбка. – Тогда тем более. Ты должна выглядеть лучше её. Ты же симпатичная девка, не пойму, чего ты скрываешь. И разговаривать надо тебя учить тоже.

– Думала, что разговаривать я умею. Я и обидеться могу.

– Не надо. Я же не со зла. Помочь тебе хочу?

– Зачем?

– Потому что мне тебя жаль – это раз. И ты мне нравишься.

– А второе?

– Я здесь один. Димку убили. А мы всю жизнь вместе, понимаешь? С первого класса. Только что в армии в разных частях служили. Я на свадьбе его свидетелем был, а потом дело своё открыли. У нас с ним фирма была одна на двоих.

– А сейчас её нет? – тихо спросила я.

– Есть… То, что от неё осталось. Десять лет работы коту под хвост. Тендер мы должны были выиграть, понимаешь? А выиграл Катков. Да чего там, у него кругом подвязки… а несколько дней спустя Димку мёртвым нашли. Он мне звонил перед тем… говорил нашёл что-то, флэшку мне вёз. Но не довёз.

– А флэшку нашли?

– Нет, конечно, – Стас махнул рукой.

– А что там было на той флэшке? – с интересом спросила я.

– Не знаю в том-то и дело. Но Димка сказал мне по телефону, что нечто очень важное! То, что поможет нам.

– Компромат? – я прищурилась, глядя на Стаса. Он сидел на подоконнике, свесив ноги, и держал свой чай, а пар от него поднимался, делая ео чуть полноватое лицо влажным.

– Возможно. Я не знаю.

– На кого? На Каткова?

– Он не успел мне сказать. Говорил, что информация очень важная.

– А найти её никак не удастся?

– Не знаю. Следователь пытается что-то выяснить, но пока результата никакого.

– Мне жаль, что погиб твой друг. Хотя, у меня никогда не было настоящих друзей.

– Да ладно, – он горько усмехнулся. – Лучше скажи, что происходит у тебя дома?

– Я же говорила. Мама с папой развелись уже давно. Лет пять как назад. Они вообще не ладят, и мать запрещает мне с ним встречаться. Хотя я с ним и так не встречаюсь.

– Странная она. Я её практически не видел.

– Я тоже, – подтвердила я.

– Ну, так что, – он отставил в сторону чашку, потирая руки. – На то, чтобы приодеть тебя денег мне вполне хватит. Завтра в город?

– Куда? – не поняла я.

– В Москву. По магазинам.

– Думаете, стоит?

– Ещё как. Отвлечём твои мысли. Да, заберёшь мой запасной телефон. Он мне всё равно без надобности.

– Не… Я так не могу, – я приподнялась, – пойду я, пожалуй, домой. Мама скоро придёт. Она и так на меня наговаривает всякое.

– Карина!

– Чего?

– Я же не предлагаю тебе его подарить. Просто возьми и пользуйся. Отдашь потом. Иначе, как я стану искать тебя?

– А чё меня искать, – я пожала плечами.

– Чтобы отомстить обидчикам. Нет? Разве тебе этого не хочется?

А мне этого хотелось, ещё как. Я прямо облизывалась в предвкушении того, что всем им, а особенно Катковой и Никите, что представился моим другом, когда-нибудь воздастся по заслугам.

Я ненавидела всех их давно кроме Никиты, разумеется, которого я знала всего ничего. Но те мои одноклассники – Лера, Настя, Сашка и ещё несколько человек, были понятным и привычным в моей ненависти явлением. Но он, который меня абсолютно не знал но при этом смог так поступить… кому я не сделала ничего плохого, и единственный, кому смогла доверить хоть малую толику оставшегося во мне человеческого тепла… Он заслуживал наказания. Какого – я ещё не придумала. Но глядя сейчас на Стаса, понимала, что всё возможно осуществить, когда есть поддержка.

– Ладно. Телефон давай. На время, естественно. Верну как только свой приобрету. А чё с планшетом делать?

– Прекрати чё-кать! Думаешь, это придаст тебе симпатии?

– А чё? – не поняла я.

– В твоём разговоре это лишнее. Говори просто по-русски.

– Вот, блин…

– И блины свои тоже прибереги для другого случая, – он возмутился, а я прикусила губу, вспоминая, что ещё говорю не так. – Где он?

– Кто?

– Планшет твой!

– Вот же он, – я достала из-под табуретки шелестящий пакет с коробкой внутри. Потом открыла её, почувствовав, что на глаза наворачиваются слёзы обиды за папу, который специально из-за него ехал из Москвы.

– Давай сюда, – проворчал Стас. Он взял его в руки, покрутил, а потом положил на холодильник. – Это поправимо. Не стоит из-за этого слёзы лить. А ну-ка прекрати!

Он выругался, и я вдруг замолкла, глядя на него глазами, полными слёз. Он смотрел в окно, а я пыталась осознать, что на самом деле важно для меня. Слёзы по поводу разбитого экрана или хорошие отношения с ним.

– Завтра с утра встречаемся. И телефон включи. Кстати, где же он? Сейчас принесу. Я тебе на днях как раз новый купил.

Он вышел в комнату, а я смотрела в окно. Ещё издалека увидела, что во дворе показалась моя мать.

– Стас, мне пора, кажется, – я подхватилась, зазвенев ключами. Хорошо, что я в домашних тапочках. Она не поймёт, что меня весь вечер не было дома.

– Давай быстрее, там мама!

– Уже! – он застал меня в пороге, всунув мне коробку с телефоном, что я положила в тот же шелестящий пакет, и рванула прочь.

– Утром найдёмся. Окей?

– Давай. Ты же не успела записать мой номер… Сама зайдёшь, короче.

– Всё, я побежала.

Вот так уйдя с одной коробкой, а вернувшись с другой, я успела еле-еле проскочить в свою комнату и лечь в кровать, сделав больной вид, и забросить коробку под кровать, как услышала шаги мамы в коридоре.

– Карина, как ты?

Я не ответила, а лишь повернулась к дверям, когда она вошла.

– Температура есть?

– Не знаю. Я спала, – тихо ответила я и натянула на себя плед.

– Держи термометр.

– Зачем?

– Держи и всё.

– Ладно, давай, – согласилась я. Мне на самом деле было нехорошо, даже подташнивало, и в глазах темнело. Ехать в таком состоянии завтра в Москву, ну уж нет. Я постараюсь отговорить его от этой затеи. Я достала градусник взглянув на нег краем глаза, и увидела, что полоска заползла уже за тридцать восемь. Видно, к вечеру температура опять повышалась.

– Ну что? – мама вошла, приблизившись ко мне.

– На! – я протянула ей градусник.

– Что доктор сказал?

– Что-что. Вон, список написал.

– Так, антибиотики… полоскание… чего? А иммуностимулятор… чего-нибудь пила?

– Так у меня же нет ничего. Чай пила.

– Ясно. Ладно, пойду в аптеку, – она прихватила стопку рецептов. – Когда тебе на приём?

– Во вторник.

– Ладно, отдыхай.

Я осталась в комнате, и услышала, как закрылась дверь, а потом достала телефон, увесистый чёрный смартфон, и моему старому добитому было до него далеко. Потом достала припрятанную сим-карту и вставила, включив его. Зазвучала мелодия, и экран его ярко вспыхнул синим цветом, изобразив некий тропический остров. Я залезла в свои немногочисленные контакты, вдруг увидев, что их стало гораздо больше. Контакты Стаса, что остались сохранённые в телефоне, конечно же. И мелодии… Я наугад нажала на первую попавшуюся, и услышала знакомую мелодию из рекламы шоколада. Оставив её, я прикрыла глаза, а потом снова взяла в руки телефон, пролистывая контакты. Мой взгляд вдруг остановился на одном из них…

Ветров, конечно же. Сдержанная улыбка, и снят чуть в профиль. Хищный уверенный взгляд, устремившийся куда-то вдаль. На фоне своей машины, в той же чёрной рубашке, что я привыкла видеть его. Я быстро полезла в альбом, откуда и было установлено это фото. Здесь качество было лучше, что позволило мне увеличить картинку.

Мелодия всё продолжала звучать, усиливая моё восприятие этого момента. Будто он напомнил мне о чём-то что я пока не могла понять. Что за непонятное ощущение. Словно де жа вю. Я не могла отвести глаз от лица Дениса, он притягивал меня словно магнитом. Странное чувство, может именно так жертва смотрит на охотника? Но я любовалась этой грацией пантеры. Казалось, это идеальные черты лица. Что скрывалось за этим, безразличным с виду лицом? Поток мыслей, логических цепочек и умозаключений? Я ещё не могла забыть, как он усаживал меня в свою машину, и как мы ехали с ним домой тогда, по вечерней трассе, когда он забрал меня из отделения. Непонятное чувство, что я испытывала именно к этому человеку, переплеталось со страхом, страхом разоблачения. Неужели меня всю жизнь будут мучить те воспоминания? Какой интересный у него цвет глаз, кажется, что они одновременно зелёные, карие и золотистые. Что во мне сильнее? Восхищение или страх? Ненависть и жажда мести или желание просто жить?

«And you say it should be better than this

Oh you think so

Temptation

You just can't resist

So it goes

Call it heaven, call it a day»

Прозвучали финальные аккорды, чем-то напомнившие мне о моей жизни. Очень в тему, конечно. Но то состояние души было чем-то новым, непонятным и пугающим одновременно. Выбор, который сделать невозможно. Продолжить мучить себя и терзаться или просто жить…

Следующая мелодия вывела меня вдруг из странного состояния. И я подскочила, испугавшись своих же мыслей. Я нажала было на кнопку, чтобы удалить это фото вообще, но рука не посмела это сделать, и я вновь не могла отвести от него своего взгляда. Пусть остаётся. В конце-то концов, это не мой телефон, он у меня лишь на время. Я начала пролистывать дальше, рассматривая фотографии неизвестных мне людей в альбоме Стаса.

Один и тот же человек повторялся больше всех. Неужели это и есть его погибший друг? Молодой, светловолосый, со смеющимися глазами. На многих фото он был изображён с неизвестной мне девушкой, а на некоторых с маленьким мальчиком. Несколько фото были сделаны со Станиславом, в основной в компании, на природе или на чьей-то даче. Они же держат друг друга за плечи и улыбаются на фоне реки. Передо мной пролетела вся жизнь того, незнакомого мне Димки. Как может такая безделушка, как мобильный, хранить столько всего важного. Может неудивительно, что Стас решил сменить телефон? Интересно, а с Ветровым он знаком давно или же познакомился после убийства?

Мать вернулась. Я отключила звук, засунув свой телефон под подушку, а она позвала меня на кухню, выкладывая из сумки коробочки с таблетками и спреями. Я показательно шмыгнула носом.

– Это мне всё надо?

– А ты хочешь ещё пару недель от школы отлынивать? Ну уж нет. Учиться важнее. Ты не определилась, куда будешь подавать документы?

– Никуда, ма, – ответила я, – стану дворником.

– Ответ не принимается. Пока сидишь дома, пересмотри, что есть в областном центре, да какие экзамены потребуется сдавать. Делом займись.

– Я в Москву поеду, ма.

– Да кто тебя туда звал? Думаешь, я потяну твоё проживание?

– А не надо ничего тянуть. Я сама во всём разберусь. Но поступать буду там.

– Как ты не понимаешь…

Я её прекрасно понимала, странный ход мыслей. Сэкономить деньги, но при этом ничего мне не дать. Если бы это было возможно, она давно бы меня переселила к бабушке и забыла, как меня зовут.

Вот только она не думала, что я не хочу оставаться здесь вообще. Я жила лишь тем, что когда-нибудь уеду из этого города и смогу забыть о том. что скрываю ото всех.

– Ладно, давай свои таблетки. Если отравлюсь – виновата будешь ты.

Он вздохнула. К подобным колкостям с моей стороны за последнее время она уже привыкла, и не всегда обращала на них внимание.

– Не отравишься. Кушала что-нибудь?

– Нет. Не хочется как-то.

– Хочешь, приготовлю?

– Не хочу. Я спать пойду… Мне плохо.

– Зря. Салат с курицей и сыром…

– Хорошо, уговорила, – перебила я её, услышав, что сегодня не придётся питаться пельменями или макаронами. Я уже и забыла, когда она что-то вообще готовила вне праздников.

Я заставила себя выпить таблетки. А потом долго сидела на кухне и думала, как мне незаметно съездить в Москву со Стасом. И как я смогу отомстить Катковой и компании. Вчерашнее происшествие в кафе уже не так давило на меня, но вместе с этим росло желание отомстить им. может, Стасу, как человеку взрослому, придёт в голову хорошая мысль? Но оставлять безнаказанными все издевательства я больше не могла.

А потом я вспоминала про Дэнмириана и о странном путешествии из мира в мир. Неужели, я больше не увижу тот лабиринт? Я уже успела привыкнуть к нему. А что же будет теперь, когда он вернулся в свой мир? Необычный, пугающий и завораживающий одновременно. А может, станется так, что уснув, я снова окажусь в бесконечном лабиринте? Я не смогу это проверить, пока не увижу своими глазами. если я вновь вернусь в лабиринт, значит выхода просто нет. А если это на самом деле был выход, значит и в своей жизни я смогу найти его. Хватит загонять себя в угол, как и сказал мне Стас. Он прав. Пора учиться смотреть на вещи другими глазами, с иной точки зрения…

__________

пер. с англ.

«Ты говоришь: "Так не должно быть",

Ты, и правда, так думаешь?

Это соблазн,

Которому невозможно противостоять,

Вот и всё.

Можно назвать это райским блаженством или покончить с этим...»

Глава 16

Я перенеслась в Эймар незаметно для себя вместе с тем, как мой разум отключился, чтобы восстановить свои силы. Горный воздух ударил мне в лицо, и я поняла, что нахожусь там же, недалеко от тропы, а сам Дэн находится недалеко. Но он почувствовал моё возвращение сразу, обернулся, почуяв мой запах, хищно напряг ноздри, а потом мгновенно оказался рядом со мной.

– Рина! Я устал тебя ждать.

– Привет! Соскучился?

– Можно так сказать, конечно. Но это не правда.

– Чего?

– Шутка, – он подхватил меня на руки и наши губы слились в страстном поцелуе. – Как дела за Гранью?

– Ужасно. Я заболела.

– Если бы я мог, я бы вылечил тебя.

– Знаю я твои способы. Стой, Дэн, а где Сворош?

– Он недалеко. Скоро вернётся. Спит. Слишком много энергии отдал перед перемещением.

– Так вы оставались на месте?

– Я бы мог двигаться быстрее, но он не может. Но когда его силы восстановятся, можно будет перемещаться в другой ипостаси.

– А где мы?

– В противоположной части от моих земель. Как тебе объяснить…

– И что тут?

Он поставил меня на ноги, всмотревшись в даль, где стелился густой туман.

– Императорский дворец далеко. Но здесь есть тоже мои земли. Мы отдохнём, когда доберёмся туда, а я займусь поисками Неро и Орса.

– Понятно.

– Что понятно?

– Идти придётся долго, – улыбнулась я.

– Зачем идти? – его глаза вспыхнули огнём, но тут же стали нормальными. – Мы полетим.

– Куда?

– Здесь недалеко есть мой дворец. Другой, про него не знает Кителла. У меня же не один дом.

– Не сомневаюсь, что у имперского наследника недвижимости хватает кругом.

– Смотря, можно ли это назвать недвижимостью…

Он вдруг замолчал, а потом его взгляд тревожно устремился вдаль, а глаза вновь сверкнули.

– Что там, Дэн? – осторожно спросила я.

– Кажется, Сворош возвращается. Скорее бы нам добраться до замка.

– Зачем? Чтобы найти твоего Неро?

– Чтобы мы с тобой, наконец-то, могли остаться наедине. Я столько ждал этого, – прошипел он мне прямо в ухо, а потом осторожно провёл языком по шее, а в довершение всего нежно укусил за ухо.

– Э, ты так не пугай, – я попыталась вырваться из его рук, – мы с тобой так не договаривались.

– А у тебя никто не собирается спрашивать.

– Это ещё почему? – я всё же увернулась и отпрыгнула, сверкнув глазами.

– Ты сама захочешь.

– Дэн, если ты продолжишь в этом духе, то я сейчас проснусь, и ты будешь разбираться со своими проблемами один. Без меня. Понял? – громко возмутилась я.

В этот момент к нам действительно вернулся Сворош, и мне пришлось прекратить этот разговор.

– Как ты? – спросил Дэн у него.

– Сил хватит, чтобы успевать за тобой. Где твой замок, о котором ты говорил?

– Надо сначала узнать, нет ли там воинов Ар-Магора, – ответил ему Дэн, – придётся спуститься вниз, в деревню. Рина, приготовься.

– Я готова. Я с тобой.

Дэн вдруг вспыхнул весь оранжевым сиянием, которое поглотило его, и превратился в монстра, которого я уже не боялась. Потом подхватил меня, прижав к себе, и мы взмыли вверх. Его кожистая рука с огромными когтями, аккуратно держала меня за талию, а вторая снизу, за живот, и я ощущала пульсацию в этом огромном теле. Воздух свистел под размахами его чёрных жилистых крыльев, а хвост двигался в ритм с крыльями, задавая ему направление. Я держалась за эту руку, ставшую лапой, и мне было уж всё равно в какой он ипостаси.

Я рассматривала, как под нами проносились облака, казалось, что этот мир устроен наоборот. Розовые, бело-жёлтые, иногда фиолетовые, они то темнели, то напротив, становились яркими, будто свет проникал через них. Казалось, что весь спектр красок присутствовал там, а вдали, где горы заканчивались, я увидела сквозь разноцветный туман, что внизу петляет серебряная речушка, переливаясь на солнце и отбрасывая блики, а потом мы вновь влетели в большое облако размером с дом.

– Дэн, а как же паук? Он успеет за нами? – обеспокоенно спросила я, когда не увидела Свороша.

– Мы договорились, где встретимся. Сейчас спустимся вниз.

Он взял направление к земле, пикируя, словно большая птица. И я увидела, что мы приближаемся к поверхности. И те дома, что я видела с обрыва, приближались, увеличиваясь на глазах, будто росли. Странные, но не страшные. Это и была деревня, о которой говорил мне Дэн. Он опустился вниз, и перевоплотился, предварительно поставив меня на поверхность, выложенную плиткой. Это была небольшая площадь, в центре которой был изящный фонтан, что представлял собой фигуру девушки, которая лила воду из кувшина, а вокруг всё было в ярких цветах. Голубых, жёлтых, красных, лиловых. Я замерла в восхищении, рассматривая это чудо.

– А у вас неплохо, я ожидала худшего.

Я повернулась, чтобы посмотреть, где находится Дэн, но увидела, что своей посадкой он здорово напугал людей, что присутствовали в этот момент здесь, и они разбежались в разные стороны, растерянно выглядывая из-за углов. Обычные с виду люди, и чего мне казалось, что Дэн живёт в мире, сплошь населённом демонами. Он стоял рядом, гордо поднял голову. Потом обернулся, рассматривая народ.

– Кто здесь ваш рон?

Из толпы показался седой человек, невысокий старик, что подошёл к нам.

– Я, моё имя Торгон, ваше высочество. Какая честь для нашего посёлка, – он поклонился Дэнмириану, и тот кивнул головой.

– Потом все церемонии, Торгон. Есть разговор.

– Как пожелаете, ваше высочество.

– Полетели туда, где никто нас не увидит.

– Может, проследуем в мой дом? – старик скользнул взглядом и по мне, но ничего не спросил.

– Давай. Лети, я за тобой. Покажешь путь.

По площади пронёсся вихрь, и плитка затряслась, когда я увидела, что передо мной стоит уже не тот седой старик, а существо, подобное Дэну. Два демона стояли, а остальные не смели даже подойти. Второй отличался от Дэна. Он был серым, а на фоне его серых крыльев его перепонки чётко выделялись чёрным цветом, а рога на голове закручивались вверх, касаясь друг друга. Ростом чуть пониже, он склонился перед своим повелителем, глядя ему в глаза выделяющимися на фоне головы белыми глазами.

– Следуйте за мной, ваше высочество, – пророкотал его голос, прижав цветы на клумбах, будто пронёсся ветер.

– Лети, Торгон, я за тобой, – ответил Дэн низким голосом, а потом подхватил меня, и мы взлетели, следуя за ним.

– Дэн, а здесь все такие? – поинтересовалась я.

– Да. Но принимать вторую ипостась без крайней необходимости или приказа свыше запрещено.

– А он, этот старик, тоже обладает силой?

– Нет, просто местный управляющ-щ-щий, – прошипел Дэн, но я заметила, что мы уже прилетели к высокому белоснежному дому, который выделялся средь остальных. Мы влетели прямо во двор и Торгон. Ударившись оземь, превратился в человека. Дэн тоже вернулся, поставив меня, а сам отошёл в сторону.

– Торгон, я не мог говорить там. Слишком много ушей. Я не был в Эймаре давно, и не знаю, что сейчас происходит. Мой замок в Моонтеле, он свободен?

– Да, ваше высочество. А вот Кантерм захвачен чужаками полностью. Недавно в наших краях бывал один эмм, рассказывал, что весь город до отказа забит людьми Кителлы и воинами Ар-Магора.

– Хорошо, хоть до сюда не добрались, – прошипел Дэн. – Благодарю тебя за сведения, старец. А нам пора.

– Удачи вам, ваше высочество.

Он ещё говорил что-то, но Дэн его уже не слушал, ведь мы уже неслись в неизвестном направлении, пронзая облака. Туда, где по его словам, было пока безопасно. Я ожидала увидеть что угодно, но то что предстало перед моими глазами было невероятно, волшебно и великолепно. Будто бы опираясь на облака перед нами возник остров, что висел в небесах, а вокруг него будто собрались облака со всей округи. А на этом плавающем в воздухе острове и был выстроен замок, красивее которого я никогда не видела. Тонкие башни с острыми шпилями взмывали ввысь. А окна подсвечивались странным, мерцающим сиянием, будто весь он горел. Внизу, под замком и островом были горы, в которых били водопады, сверкающие в тени острова и отбрасывающие блики, а чуть поодаль, где горы переходили в пологое место и был город.

– Дэн, как это возможно? – я расширила глаза от удивления.

– Магнитные поля, что же ещё. В платформе под замком поле, противоположное тому, что в земле. Это же элементарно. Как и левитирующие платформы.

– И что, там безопасно находиться?

– По крайней мере было последнюю тысячу лет. Этот замок выстроен задолго до моего рождения.

– Мы летим туда?

– Да, – он взял уклон вниз и мы камнем полетели на замок, а потом, приблизившись к нему, спикировали прямо в окно.

– Сюда можно попасть лишь по воздуху, да, Дэн? – наверное я задавала глупые вопросы, как обычно, но он не возмущался. Он сразу же принял нормальный человеческий облик, и гордо поднял голову, рассматривая свой запасной дом. Я представила, что за красоты в самой столице, если здесь увидела такое, но предпочла не трогать больную для него тему и ничего больше не спрашивать.

– Да, Рина…, – он хотел сказать что-то ещё, но я увидела, что в зал, уда мы влетели, бежит незнакомый мне мужчина.

– Ваше высочество Дэнмириан! Как хорошо, что вы здесь. Ваш младший брат, Орсиниан сказал, что вы исчезли.

– Орс? Он был здесь, Кион?

– Да, он посетил нас несколько дней назад.

– Значит он жив, – задумчиво прошипел Дэн. – Она его не тронула.

– Где же вы пропадали, ваше высочество?

– В Вариторе, Киор.

– Как?! Как вы туда попали?

– Кителла постаралась, кто же ещё. Киор. Это Рина. Она со мной. Вели подготовить ей комнаты. И найди мне, наконец, одежду. И узнай, куда после Моонтела собирался Орс.

Мужчина перевёл на меня глаза, серые, пронзительные. Он был довольно молод и статен, при этом выглядел весьма серьёзно.

– Лайн Рина надолго останется здесь?

– Не знаю. Займись делом! – рявкнул Дэн, и я почувствовала в нём другого человека.

Мы остались одни, и я крутила головой, рассматривая, что меня окружало. Это было чудесно, все стены, украшенные лепниной, и удивительные статуэтки с изображением крылатых существ. И мебель, расставленную со вкусом, огромные диваны и кадки с цветами. И это при всём при том, что хозяин здесь практически не появлялся.

Дэн подхватил меня на руки, усадив на подоконник, а я увидела, что за окном начали быстро сгущаться сумерки. Видимо, скоро и настанет та самая тьма, что была вчера. Пик ночи. Я обхватила его ногами, почувствовав напряжение его тела. Он был возбуждён, а глаза вновь сверкали оранжевым огнём. Я обернулась, увидев, что за окном стометровый обрыв, и повернулась к Дэну, обняв его крепче, а он впился в мои губы сладким поцелуем, от которого у меня закружилась голова. Язык медленно прошёлся по моим зубам, а потом сплёлся с моим. Я задрожала, даже не пытаясь вырваться из его рук, и поняла, что не боюсь его. Я никогда ещё не испытывала таких ощущений, и мне уже самой хотелось большего, хоть некий страх ещё оставался во мне. Он остановился, глядя на меня. Наши взгляды встретились.

– Какие у тебя красивые глаза, Рина. Я никогда не замечал это в Вариторе.

– Конечно. Там же было темно постоянно.

– Они светятся!

– Это всё закат, – я махнула головой в сторону белого заходящего солнца, – надеюсь, ты не думаешь, что я останусь здесь ночевать с тобой.

– Мне нужно слетать и привести Свороша. Он ждёт у подножья гор. Мы же с ним договорились. Я пока оставлю тебя здесь.

– Нет, Дэн! – воскликнула я. – Ты это не сделаешь! Мне страшно.

– Я не смогу поднять вас обоих. Это ненадолго. Сейчас вернётся Кион, ты его не бойся. Он здесь управляющий, – Дэн вновь приник ко мне, скользнув языком по моей коже. – А вечером я не упущу свой шанс. Ты будешь моей.

– Дэн! Нет!

– Да, Рина…

– Нет!!! – я отскочила на всякий случай на безопасное расстояние.

– Ладно. Не кипятись. И ничего здесь не бойся! Надеюсь, тебе понравятся твои комнаты.

– Надеюсь, что пока ты будешь разбираться здесь со своими проблемами и готовить план войны – я это время проведу у себя дома.

– Даже не думай! – его глаза сверкнули. – Ты нужна мне!

Он держал меня ещё несколько минут. А потом, не говоря ни слова, поставил на мраморный белый пол, и просто взял и выпрыгнул в окно. Я подбежала к проёму в страхе, что Дэн разобьётся, но увидела, что из-под проёма взмывает ввысь мой демон. Он яростно хлестнул себя по ногам хвостом, а потом издал рёв, с которым набрал скорость и через минуту скрылся в алеющих закатных облаках.

Дэн ещё ни разу не оставлял меня вот так одну, поэтому стало не по себе. Темнело быстро, и в комнату надвигались тени, которые дрожали и извивались, причудливо оттеняя мебель и статуэтки в нишах. А по стенам один за другим зажигались огоньки светло-голубого цвета. Я смотрела на них, как заворожённая, когда услышала в переходе, что начинался из этого зала чеканные шаги. Это был всё тот же Киор, что приходил недавно. Первый, кого я увидела в этом дворце.

– Лайн Рина, ваши комнаты готовы. Изволите следовать за мной?

Что за странное обращение? Ладно, я решила, что не буду ничего спрашивать. Раз меня считают высокой гостьей своего вассала, то пусть так и будет. Я молча пошла за ним, крутя головой по сторонам. Идти пришлось долго, но вот он завёл меня в какое-то помещение, освещённое закатными лучами солнца.

– Что-нибудь ещё желаете? – спросил он.

– Нет, спасибо…, – я несколько замялась, но потом всё же спросила. – Где вас если что найти?

– Просто позовите, – ответил он и исчез, будто его тут и не бывало.

А я начала тщательное обследование этих комнат. Первое, что бросилось в глаза, – это огромная кровать круглой формы, белые как снег шёлковые простыни и рассыпанные кругом подушки. Я прикрыла глаза, представляя, как будет смотреться на них Дэнмириан, но сама испугалась этих крамольных мыслей. Огромное зеркало странного оттенка, что украшало другую стену комнаты, подсвечивалось, словно окно в неизвестность открывая визуально проход в совсем другое место.

Я подошла к зеркалу и вдруг увидела своё отражение во весь рост. От удивления я отпрыгнула в сторону, но потом вернулась обратно. Это была я. Странная, я никогда не видела себя такой. И одновременно на меня смотрела совершенно иная девушка. Я пощупала свои руки, ноги, лицо… что же могло вызвать такое чувство? Девушка в зеркале была статной и уверенной в себе. Брови изящно выгибались, а глаза светились синим оттенком, который я никогда не замечала раньше в себе. Я нравилась себе такой, и одновременно чувствовала. Что это будто чужое лицо, более решительное выражение которого не было присуще моей ранимой натуре.

«Конечно же. Это моё воображение подыгрывает мне. Чего же тут удивляться, когда всё это мне просто снится», – подумала я. В голове почему-то всплыла та самая песня, что я слушала перед сном.

Я смотрела на закат, а потом на то, как зажигаются еле заметные огоньки в стенах. Теперь было понятно, почему здесь нет свечей и люстр. Особые кристаллы, аккуратно вставленные в стены, не требовали лишних усилий на освещение. Вероятно, они накапливали солнечную энергию, а возможно, работали благодаря некой магии. Какая разница, ведь это так красиво.

Потом я лежала на кровати, вспоминая о поцелуе Дэна там, у окна в большом зале. Губы ощущали его вкус, а шея покрывалась мурашками при этих приятных воспоминаниях, а тело непроизвольно выгибалось, будто ему навстречу. А те слова, что он сказал мне перед тем, как покинул меня, заставляли меня дрожать в предвкушении чего-то неизвестного. Страшного, но одновременно притягательного. Я широко открыла глаза и подскочила, потому как внезапно сообразила, что больше не воспринимаю секс как нечто страшное. Я впервые захотела мужчину сама, и это стало для меня новостью. Уже и не думала, что смогу хотеть заниматься с кем-то любовью. Сталось, это лишь потому, что всё мне снится? Я проснусь, и пойму в реальном мире, что мне так лишь показалось и опять получу очередное разочарование.

От этого мне вдруг стало плохо. Я подскочила с кровати, не в силах оставаться в этой, чужой мне комнате, которая без Дэна казалась пустой. Я вышла в коридор и двинулась по нему, рассматривая стены и закат за окнами, который был виден почти из всех окон замка. Но темнело очень быстро, и скоро лишь мерцающие огоньки в стенах придавали помещению таинственный свет. Я остановилась у окна, всматриваясь вдаль. Где же Дэн? Что с ним? Хоть бы опять не попал в какую-нибудь переделку.

Но вместо этого я увидела в полутьме скользящий ко мне в воздухе силуэт демона, и моё сердце сжалось. Силуэт резко увеличился в размерах, и в замок влетел огромный демон, крылья которого заполнили весь коридор, а хвост яростно щёлкал будто хлыст. Он вдруг увидел меня и его глаза вспыхнули ярко зелёным свечением. Я вжалась в стену, поняв, что это не Дэн, как мне показалось издалека. А он весь вспыхнул бледно-зелёным, и я увидела перед собой молодого мужчину, который яростно сверкал зелёными глазами. Его волосы доходили почти до пояса, а широкая грудь была облачённая в сияющую броню, а ниже я увидела ноги в высоких сапогах.

– Это ещё что за крошка? – он сделал шаг мне навстречу, издав рык, а потом остановился, разглядывая меня. – Ты здесь откуда взялась?

Не знаю, за кого он меня принял но я прижалась к стене, решая, что мне с ним делать. У меня был артефакт, который долен был по словам Дэна меня защитить, но всё равно стало страшно.

– Откуда надо, оттуда и взялась, – парировала я.

– Смелая какая. Надо же…, – он подошёл ко мне вплотную и чувственно провёл длинным пальцем по моим губам, потом по подбородку и шее. Я вздрогнула, но взгляда не отвела. Послать его сразу или успокоится сам? Я отпряла от него, насколько это было возможно.

– Отойди от меня! – прошипела я. – Не знаю, кто ты такой.

– А ещё и строптивая. Кто ты? Новая служанка?

– А ты кто? Новый мажордом?

На этих словах он звонко рассмеялся, сверкнув зелёными глазами.

– Ты не знаешь, кто я?

– Понятия не имею, – честно ответила я уворачиваясь из его рук и отскочив в сторону. Что-то он мне не очень-то нравился, а его тон разговора меня вообще взбесил.

Но он настиг меня так быстро, что я даже не успела оглянуться.

– Ты сейчас договоришься, – его пальцы протянулись к моей шее, а во мне вспыхнула нотка гнева, и я вдруг почувствовала злость. Незнакомец отскочил от меня как ошпаренный.

– Почему не сказала сразу, что ты эмм?

Я судорожно попыталась вспомнить, кто это такие.

– Должна отчитываться? – огрызнулась я.

Наш чудесный диалог перебили. В коридоре раздались ровные шаги, и я вдруг увидела Дэна. Он успел сменить одежду. И теперь вместо тех вещей, что были на нём всё время знакомства с ним, от которых мало чего осталось целого, я увидела, что он в серебряной рубашке, перехваченной таким же ремнём, а ноги заправлены в высокие облегающие сапоги, подобные тем, что были на незнакомце. На руках сияли новые браслеты, а его бедра обхватывали чёрные штаны, а на ремне висел тонкий кинжал в серебряных ножнах.

– Что здесь происходит? – прозвучал его голос на весь широкий коридор. – Рина, ты здесь? Я тебя обыскался.

Он вдруг остановился, уставившись на моего собеседника, потом прищурился и вдруг широко улыбнулся, я в глазах вспыхнул знакомый оранжевый огонёк.

– Неро!!! Наконец-то!

– Дэн!

Они бросились друг к другу, а я недовольно надулась в углу, обидевшись на обоих. Но Дэн заметил меня.

– Это Рина. Знакомься, Неро. Я же рассказывал тебе о нём.

– Очень рада, – иронично произнесла я. – Где ты был столько времени, Дэн?

Неро бросил на меня удивлённый взгляд, а в глазах вновь пробежал зелёный блик. Для него было удивительно слышать, что кто-то обращался к его принцу подобным образом.

– Я смотрю, ты не терял времени даром. Она хороша в постели? – съязвил он в ответ. – Такая красивая лайн не может не быть приятной и в других отношениях.

– Не говори так, Неро, – прервал его Дэн. – Она помогла мне выбраться из Варитора, где я и был всё это время.

– Как у тебя получилось выйти оттуда? – удивлённо спросил он.

– Это тайна, – он, конечно же, не стал говорить, что не имеет больше той силы, что раньше, и про Фор смолчал. – Рина со мной, и любой, кто тронет её хоть пальцем, будет отвечать головой.

– Я только что прибыл из пригорода Кантерма. Кителла постепенно перебрасывает туда всех своих воинов, чтобы продолжить захват. Я не смог попасть в город, слишком много чужаков. Но у нас ещё остались солдаты. И силы остались. Мы сможем дать им отпор. Её р-лерон завис над всем городом, будто тьма сгустилась там, – прошипел Неро.

– Нам нужно будет поговорить. Ты останешься здесь?

– Да. Мой замок тоже захвачен. Я остался без дома.

– Я буду рад этому. Мы вместе. И это главное, – чётко ответил Дэн, а потом взглянул на меня. – Я должен тебя оставить, мне нужно поговорить с Риной наедине.

Он вдруг снова трансформировался в крылатое существо, и, схватив меня, выскользнул в окно, а потом, пролетев несколько пролётов своего дворца, скользнул в тёмный проём, в котором я и узнала ту комнату, что недавно покинула. Видимо, он решил, что так будет быстрее.

– Где ты был? Что за наглый тип твой Неро? – возмутилась я.

– Ты же знаешь, что я летал за Сворошем.

– А после этого? Я ждала тебя тут три тэля! – я уже поняла что начинаю говорить его языком. – А ты свой гардероб перебирал?

– Не три, не преувеличивай. Чем тебе так не понравился Неро?

– А ничем он мне не понравился. Наглый самоуверенный тип…

– Согласен. Бывает немного резковат. Когда вы познакомитесь ближе, то ты увидишь, что он вовсе не такой, каким хочет казаться.

– Хотелось бы верить в это, – пробормотала я. – Дэн, а почему он сказал, что я эмм..

– Ты эмм? – он ехидно улыбнулся, а потом подхватил меня на руки и бросил на кровать.

– Он так сам сказал!

– Видимо, он спутал силу Фора с твоей. Не так ли…

– Видимо, да, – пробормотала я, вспомнив про Фор. – Дэн, а где же Сворош? Ты нашёл его?

– Конечно. Он ожидает меня внизу, я предоставил ему часть нижнего яруса. Ему не терпится сплести новую паутину. А я спешил к тебе.

– Дэ-э-эн, – протянула я, вспомнив про его слова.

– Да, Рина…

Я вспомнила, как лежала на этой кровати, и думала о нём. Моё тело вновь выгнулось как пружина при этих мыслях, и пробежала мелкая дрожь. Он заметил это, приникнув губами к моей шее, и начал ласкать языком ложбинку меж ключиц. Его жилистые пальцы скользнули вдоль цепочки, на которой был артефакт, а потом вдруг развязали шнурок, сдерживающий рубашку, а он схватил плотно губами мой правый сосок, не забывая помогать языком.

– Сними её Рина… Сними Фор. Я хочу дотронуться до тебя везде.

Аааа. Я и забыла, что эта штука мешает ему.

– Это не слишком безопасно, – проговорила я. А сама подумала, что не смогу вернуться на Землю без артефакта, если дело зайдёт слишком далеко.

– Рина, прошу тебя, – он прищурился и хитро улыбнулся.

– Нет уж. Не дождёшься!

Но я всё же поддалась на его провокацию. Я сняла рубашку, бросив её на ковёр рядом с кроватью, а потом облизнулась. Впервые я сделала это сама, разделась в присутствии мужчины, который уже не был мне чужим, и не испытала страха.

– Сними остальное, – он облизнулся и расстегнул свою серебряную рубашку сверху.

– Нет Дэн!

– я же всё видел. Просто хочу вновь насладиться видом твоего тела. Ты даже не представляешь, насколько оно совершенно.

– Дэн. Наверняка ваши лайны гораздо красивее меня, – пошутила я, а сама заметила, что он уже снял сапоги, отбросив их в сторону.

– Ты прекраснее всех, – прошептал он возбуждённо, а его голос дрогнул.

– Хорошо. Но ты обещаешь, что не будешь трогать меня, – я уже входила во вкус этой игры.

– Этого я не могу обещать, – он вновь облизнулся. – хочешь, чтобы я тебе помог?

– Не надо. Сама, – шутливо огрызнулась я, освобождаясь от остальной одежды. Я стояла перед ним обнажённая, и то, что на меня смотрит мужчина моей мечты, хоть и во мне, заводило меня ещё больше. – Но Фор не сниму.

– Хорошо, – он нервно сглотнул.

Я тронула свои небольшие груди, почувствовав, как набухли соски. Верно, от сквознячка, что был в комнате. А потом дрогнула под взглядом его горящих глаз. Я запустила в рот свой указательный палец облизывая его, а потом провела им по шее, отбросив голову назад, как делал это Дэн языком. Я играла с огнём, но это возбуждало меня. . Небо за окном стало чёрным, будто в этом мире вообще отсутствовало солнце, а комната, освещённая огоньками в стенах казалась неким волшебным местом, где не было никого кроме меня и Дэнмириана, странного оборотня-демона.

– Рина, – простонал он. – Нет, я так больше не могу.

Он изловчился и схватил меня за руку, притянув к себе таки образом, что я оказалась сверху на нём. Я упёрлась руками в его мускулистую грудь, и вдруг почувствовала сквозь ткань его брюк, как он возбуждён. Его мужское достоинство было твёрдым, как камень и рвалось наружу. Он хотел меня всегда, я знала это ещё в лабиринте, когда вроде как было не до того.

Его руки крепко держали меня за обнажённые бёдра, и я вдруг почувствовала пульсацию и жар внизу живота. Это было удивительное и пугающее одновременно ощущение. Я чуть слышно застонала, отбросив голову, а потом вновь потёрлась о него.

– Рина! – прорычал он, сбросив меня с себя, и тут же оказался сверху. – Я больше не могу терпеть.

Он буквально пригвоздил меня весом своего тела к подушкам, и я не могла шевельнуться, и кричать не могла. Лишь попыталась открыть рот, как он тут же закрыл мне его поцелуем. Ему пришлось изогнуться, ведь Фор мешал ему делать это.

– Раздвинь ноги, – возбуждённо прерывисто прошептал он.

– Нет…

– Да, Рина…

Я закрыла глаза пытаясь успокоиться и не видеть того, что произойдёт потом. Почувствовала, как он упёрся мне в промежность чем-то большим твёрдым и горячим. Но тут же передо мной проскочила картина из моих воспоминаний…

« Олег, нет!!!»

Удар по лицу тыльной стороной ладони. Кажется, кровь должна была политься из носа… Резкий запах спиртного…

«Сучка, не сопротивляйся, будет только хуже. Прекрати орать…»

Ещё один удар по лицу, открываю глаза… полотенце…

«Нет!!! Не надо!»

Ничего не вижу, глаза застелили слёзы… Слёзы отчаяния. Я не могу дышать, у меня и так заложен нос... Толчок, руки скручены за спиной. Плитка… Мокрая белая плитка…Я задыхаюсь… Ещё один удар.

«Ответишь и за себя и свою мамашку шлюху…Раздвинь ноги…»

Резкая боль, что расходится по всему телу. Волна бессилия, поток ненависти… до чего противно…зубы, стиснутые на полотенце, его член, разрывающий меня на части… алая кровь на белой плитке… отчаяние и страх. Я вижу его искажённое ненавистью лицо, руки, что держат мои… Никто не поможет, я в его власти. Не могу даже позвать на помощь… удар ногой в бок, когда я лежу на полу, скрутившись от боли…

«Получила, сучка…»

Его чуть заплетающийся язык, голос, который я ненавижу. Удаляющиеся на кухню шаги…

– Рина! Рина! Очнись! Что с тобой! – знакомый голос, что я различила в тумане, который постепенно рассеивался. Я вдохнула полной грудью, увидев обеспокоенное лицо Дэна, склонённое надо мной.

– Что случилось?

– Ты вдруг начала задыхаться. Рина… я так испугался за тебя.

– Дэн! – Я растерянно осмотрелась, поняв, что я всё ещё с ним в той же комнате, и ничего не произошло.

– Всё в порядке… Дэн, я должна вернуться на Землю… временно… я вернусь к тебе скоро.

– Зачем, Рина? Фор уже зовёт тебя?

– Мне нужно отомстить…, оставшимся мразям. Понимаешь? – с этими словами я поняла, что мерцающая спальня с кроватью вдруг начала таять в дымке, а реальность возвращалась ко мне…

Глава 17

Я читала в своей жизни множество книг, в которых происходили убийства. И почти в каждой преступник рано или поздно возвращался на место преступления. Я никогда не верила что это возможно. Всё казалось, что незачем возвращаться туда, где тебя могут вычислить или заподозрить. Поэтому я и рвалась уехать как можно дальше от этого места, где всё напоминало о том самом дне, когда я собственными руками убила того, кто убил во мне желание просто жить и быть счастливой.

И теперь я здесь… Дождалась, пока мать уйдёт на работу, а двор опустеет. Взяла ключи от подвала. Туда редко кто-то ходил, его зачастую затапливало, прорывало канализацию, и из него шли всевозможные запахи, поэтому подвал по большей части являлся местом хранения всевозможных ненужных вещей и хлама. Но мало кто уже помнил, что именно там, в самом конце подвала за кучей хлама была ржавая металлическая дверь. Три года назад этой свалки не было, а теперь её даже не было видно из-за приставленных полусгнивших досок, старых дверей, чей то тумбочки образца советских времён и разобранных деревянных рам окон. Освещения в этой части подвала тоже не было, лампочка давно перегорела и её никто не менял. Я включила фонарик, и тусклый луч света озарил это помещение, обнаружив проходящую низко по стене большую чугунную трубу. Я вздохнула, потом положила фонарь на эту самую трубу, и начала отставлять доски к кирпичной стене, на которой на глазах обваливалась сырая потрескавшаяся штукатурка. На миг послышались чьи-то шаги, но потом всё снова стихло, и я продолжила. Мне не нужно было много места для того, чтобы протиснуться в приоткрывшийся за дверью проход.

За ним шла крутая лестница вниз, за которой в темноте виднелась тяжёлая металлическая дверь. Она не открывалась просто так, но я помнила её секрет. Папа мой показал мне ещё, когда я была совсем маленькой, и мы с ним играли в различные прятки. А он знал это ещё со времён своего детства, когда они лазили туда мальчишками. Никогда бы не подумала, что мне это может когда-нибудь пригодиться. Но я несколько раз пряталась здесь от Олега, когда убегала из дома и ждала, когда он наконец-то уйдёт или вернётся мать. Я сидела здесь, испытывая страх перед ним, после попыток его домогательства, дрожала, боялась каждого шороха, и мне мерещилось, что там, вверху на лестнице раздаются его шаги.

Я протянула руку вверх, отодвинув засов в паз, а потом толкнула дверь плечом. Тяжёлые шарнирные петли бункера предательски заскрипели, и дверь приоткрылась, а я скользнула внутрь, тяжело при этом дыша. Зачем я сюда шла? Я сама не знала этого, но меня как магнитом тянуло в это место. Если не получается избавиться от воспоминаний временем, то буду действовать иначе. Мне нужно было ещё раз убедить себя, что я сделала всё правильно, поступила так, как должна была в той ситуации. Да, и я хотела убедиться, что его никто до сих пор не нашёл. Хотя, я бы узнала эту новость первая.

Коридор расходился на несколько комнат, в некоторых из них оставались широкие деревянные стеллажи на стенах и остатки осколков снарядов и противогазов. Некоторые были пусты, и света соответственно здесь не было, хотя по стенам осталась старая проводка и одинокие патроны, висящие под потолком. До войны в нашем дворе находился большой деревянный двухэтажный барак, но ничего целого не осталось, потому что в него попал снаряд, а потом, через несколько лет и выстроили нашу пятиэтажку, присоединив подвал к этому подземному бункеру.

Я помнила эти комнаты, будто была здесь буквально вчера. Ничего не изменилось за три последних года. Луч от фонаря высветил самую дальнюю из них, в которой ещё оставались деревянные доски пола. Под ними были лаги, а сами доски легко снимались при желании, не имея никаких креплений. Они находились точь в таком же положении, как я их оставила. Именно там, в яме под лагами, оставленной строителями, лежало тело подонка Зорина, который должен был понести это наказания. Как я ни пыталась, когда начинала корить себя за это, я до сих пор не нашла ни одного оправдания его поступку. И даже то, что он был пьян в тот день, не могло смягчить обстоятельства. Перед глазами встала картина жутких воспоминаний. От неожиданности я уронила фонарь, и свет вдруг погас.

Я задыхаюсь от напряжения, но знаю, что если не сделаю всё быстро и аккуратно, то все узнают, что произошло на самом деле. И маму посадят…Откуда могут взяться силы у тринадцатилетнего подростка-девушки, чтобы аккуратно, не оставив следов и свидетелей, ночью перетащить ещё тёплый, увёрнутый в пододеяльник труп взрослого мужчины с третьего на первый этаж, потом открыть дрожащими руками двери в подвал, протащить его до бункера, отставив в сторону весь хлам, загораживающий дорогу, а потом спрятать труп так, что никто до сих пор его не нашёл. Откуда?! Мне было непонятно это. Или состояние аффекта сыграло свою роль в этом деле? И это ещё полбеды. Потом предстояло убрать все следы преступления, приставить на место доски, вымыть пол в ванной и в коридоре, протереть все возможные свежие отпечатки пальцев Олега, что могли появиться в ту ночь. И всё это при том, что тело нещадно ноет и болит после того, что он сделал...

Правду говорят, что у человека в стрессовой ситуации иногда проявляются сверхсилы. Но хуже всего то, что потом пришлось перестроить свой разум, очистив свою память от тех воспоминаний. Но невозможно полностью удалить их, у меня получилось лишь затолкать их в глубину своего сознания, но не уничтожить, как хотелось бы сделать.

И вот они постепенно просачиваются наружу одно за другим. Если не получается их ликвидировать, то нужно попытаться перестроить их на другую волну, попытаться их изменить и представить всё как-то иначе, чтобы впредь они не мешали мне жить.

Я вспомнила всё будто наяву, словно это случилось вчера. Неужели я не одна такая на свете? Униженная, раздавленная, брошенная всеми… есть же на свете и другие девочки, которым пришлось перенести то, что перенесла я, но не все в состоянии постоять за себя потом. Каково им? Мне удалось отомстить, как бы тяжело не было это осознавать. Но я поняла, что мне не было бы легче, если бы этого поддонка просто посадили. Он бы потом всё равно вышел на свободу и я не смогла бы жить спокойно.

Я вновь задала себе вопрос, зачем пошла сюда… Чтобы понять, что месть может быть сладкой? Может? Или нет? Или это лишь иллюзия, обман. Засада, чтобы заманить дальше в пропасть. Я ненавидела большую часть этого мира, и некоторым мне хотелось отомстить не меньше, чем Олегу. Отомстить не за физическую боль, а за душевную, которая иногда ранит не меньше, чем телесные раны. Отомстить…

На этом моменте я подняла голову. Темнота вокруг меня не пугала, в своих снах я привыкла и не к такому. Я села на корточки, шаря по полу в поисках выпавшей из фонарика батарейки. Вот же она… Я вставила её, и тьму подземного бункера пронзил луч света. Я не вернусь сюда никогда. Нужно возвращаться домой, пока никому не взбрело в голову спуститься сюда и увидеть отставленные в сторону доски. Я бросила в угол на доски последний прощальный взгляд и дала себе слово, что больше никогда не приду сюда. Мне не было страшно, лишь некая досада за случившееся прожигала сознание, за то, что это произошло со мной.

Я вдруг вспомнила про Стаса, который наверняка, уже ждал меня. Надо идти домой, разведать обстановку и идти к нему, как мы и договаривались. Я вышла, тихо, выключив фонарь, на ощупь закрыла двери, а потом, удостоверившись, что никого нет, включила снова свет, убирая следы моего здесь пребывания.

Дома было тихо, как никогда. А машина Станислава стояла на своём коронном месте. Хорошо, в это время года никто уже не устраивал посиделок во дворе, потому как мокрые скамейки не прельщали даже самый отъявленных сплетниц двора. Даже коты попрятались по подвалам и подъездам. Хорошо. Я знала, что так оно и будет, иначе никогда бы не решилась пойти туда вновь. А сегодня накрапывал мелкий моросящий дождик, который смыл весь тот снег, что покрывал двор той самой ночью.

Я быстро перекусила, чтобы не отвлекаться потом, и вышла из квартиры, нажав на кнопку звонка жилища Стаса. Он открыл сразу, как ни странно, даже ни в домашней одежде, а в джинсах и сером свитере.

– Карина! Заходи, чего стоишь. Я не забыл о тебе, – он сделал жест, приглашая меня на кухню.

– Привет, – растерянно произнесла я.

Он закрыл двери и повернулся ко мне, а потом в шутку легко подтолкнул меня к своей кухне.

– Не стой в пороге, ну что за девчонка. Давай, давай! Сбежала вчера, даже номера не взяла.

– Мама вернулась, – откликнулась я.

– Так и понял, что пришла твоя чокнутая маманя. Чего застыла?

А я стояла на пороге, не понимая, что происходит. На столе стояли две пустые чашки с недопитым кофе, рядом стояла пепельница в виде пустой банки из-под икры, в которой лежали два окурка. А рядом так незаметно пристроилась пустая пачка от сигарет «Кент». И всё бы прошло незаметно, допустим, что он мог выпить подряд две чашки кофе, не помыв посуду. Но он ни разу не курил при мне. Да… при мне такие сигареты курил лишь один человек… Моё сердце бешено застучало, когда до меня дошло, кто мог здесь быть. Может я не права?

– Приходил кто-то? – спросила я почувствовав, что голос слегка дрогнул.

– Следователь приезжал. Ушёл совсем недавно, буквально перед тобой.

Ветров… Чёрт. Кто же ещё мог появиться здесь в самый ненужный момент? Казалось, этот человек будет преследовать меня всю мою жизнь. Его же не было давно, почему он появился именно в тот момент, когда я решилась пойти в бомбоубежище. Хотя… Он же ничего не видел. Я смотрела, кто есть во дворе перед тем, да и после, когда я поднялась домой и выглянула в окно, его машины уже не было. Это просто совпадение, успокоила я себя. Да! Но почему тогда он появился именно сегодня? Почему он приходит сам к Стасу, ведь он бы мог просто вызвать его к себе в кабинет, или встретиться где-то в кафе. Так нет же, приезжает сам сюда, собственной персоной. Ходит, вынюхивает, как идеальная ищейка, каковой он и является. Или же они действительно знакомы со Стасом давно, а я этого просто не знаю… Я не могла узнать сама ответа на эти вопросы. Но вот Стас, не представляющий мне угрозы, мог дать на них ответ, главное, не подать вид, что меня это интересует по какой-то особой причине, а так, случайно, поинтересоваться, что за отношения у них с Денисом. Поинтересоваться, как идёт расследование, предложить свою помощь. Но я не стану делать это прямо сейчас. Позже, но при первой же возможности. Мне нельзя упускать из вида Стаса, чтобы я могла контролировать ситуацию с Денисом Андреевичем. Да… Что он там предлагал мне вчера?

– Как ты себя чувствуешь? – спросил вдруг Стас, выдернув меня из моих мыслей. – Чего стоишь? Чай будешь?

– Не застыла… Так… Нормально. Лучше уже сегодня, – пробормотала я, усаживаясь за стол. – Буду.

Я смотрела на чашку, что стояла передо мной. Он был здесь… Я чувствовала лёгкий запах его парфюма. Сидел на этом же стуле. Касался своими длинными пальцами этой чашки… Я дрогнула, поняв, что стала думать о нём слишком часто, сама не понимая, что происходит. Стас вновь нарушил ход моих мыслей, убрав посуду у меня из-под носа, а потом и всё остальное на столе, а взамен вытащил откуда-то пиалку с печеньем и поставил большую чашку чая.

– Ешь, давай. Что решила, поедем? Мне как раз по делам надо в ту сторону.

– Во сколько же мы вернёмся? – я подняла голову, рассматривая его. – Ночью?

– Ты права, – он взглянул на часы. – Уже одиннадцать. Тогда поехали в центр, это ближе, к вечеру как раз дома будем.

– Хорошо. Поедем.

– Правда?

– Да, я же сказала.

– Тогда давай, пей чай и бегом собираться. Как телефон? Не глючил?

– Нет, – я улыбнулась. – А должен был?

– Бывало иногда. Правда, потом в ремонт сдавал.

– Нет. У меня он вёл себя прекрасно. Вот только номера твоего у меня нет, сам знаешь.

– Диктуй свой… Позвоню сейчас, – он присел напротив меня с чашкой и достал свой огромный ай-фон. – Ага… ага… это мой, запиши.

– Думаю, я не потеряюсь, – улыбнулась я. – Мы же живём на одной площадке.

– Главное, чтобы я не потерялся сам, – буркнул он, сдерживая улыбку.

– Куда же ты денешься, – я чуть заметно улыбнулась, а потом вдруг вспомнила, что его друга недавно убили, и замолчала, а его выражение лица вдруг стало серьёзным и деловым.

– Не знаю. Давай уже. Собирайся, – ответил он пару минут спустя, заметив, что я уже допиваю чай. – По дороге поговорим.

– Ладно. Уже бегу…

И через пятнадцать минут мы выезжали со двора на его большой машине в направлении трассы, ведущей в областной центр, набирая скорость. Стас не слишком напрягался за рулём, но ни один из мешающих ему водителей не остался без его внимания и ласкового слова. Это выглядело несколько смешно для меня, когда на каждом перекрёстке он кричал что типа: «Куда прёшь, урод!» или «Кто водить тебя учил!» или «Тормоз, правее возьми, дай обогнать!». Я молчала, но посмеивалась с каждой его новой фразы, и настроение моё постепенно поднималось. А ещё на мою радость наконец-то выглянуло солнце. Тусклое, осеннее, но этот лучик света приподнял мой боевой дух.

– А зачем приходил следователь? – спросила я невзначай, когда выдалась минута молчания.

– Всех подозреваемых пришлось отпустить, а у других алиби. Но он вышел на того, кто мог быть причастен к заказному убийству.

– А ты сам кого-нибудь подозреваешь?

– И не только подозреваю. Я уверен.

– И кто?

Он посмотрел на меня, решая, говорить или нет со мной на эту тему, но потом видно что-то вспомнил.

– Катков, кто же ещё. После того тендера Димка начал копать под него, говорил добьётся того, что его пересмотрят. И о том, что Катков давал взятки в нашей администрации. Там всё повязано, понимаешь? Ах… Не твоего ума это дело.

– Почему же, – обиделась я и надулась.

– Короче, Катков и есть организатор убийства. Ветров уверен в этом. Но мы ничего не можем доказать. Ничего! У него кругом связи, все бреши закрыты. А та информация, которую вёз мне Димка, и содержала на него компромат. Да не только на него, там полгорода замешаны.

– А подобраться к Каткову нереально? Обыскать?

– Как? Нет подписанного ордера на обыск, так кто же даст там копаться. А домой к нему попасть не так просто. И никто не подписывает. Нет никаких оснований, как говорят в управлении.

– Странно.

– И я о том. Боюсь, что если раскроется это убийство, то полетят многие со своих должностей. Это как клубок со змеями, стоит лишь потянуть…

– Согласна. Змеи – они везде нас окружают.

Я повернулась в окно, решаясь спросить у него то, что волновало лично меня. Ещё недавно красивый, жёлто-оранжево-красный лес стал тусклым, каким-то чёрным и мрачным. Но солнце, что скромно выглядывало меж голых ветвей, несколько скрашивало его. А потом вновь пряталось за быстро бегущие облака, меняя картину вокруг.

– Стас, а ты давно знаком с тем следователем? – выдавила я из себя.

Он повернулся, придерживая руль одной рукой.

– Нет. Недавно. А почему спросила?

– Просто странно как-то, что он сам приезжает, тебе не кажется. Ты хоть не попал в круг подозреваемых?

– Нет, – он пожал плечами. – Но я же согласился работать со следствием. Д а и так, как человек он нормальный.

Вот тебе и ответ. Значит, Ветров приезжает к нему по какой-то иной причине. Как я ни старалась выбросить это из головы, мысли всё равно в конечном итоге сводились к тому, что я одна из причин его визитов.

– Почти приехали. Смотри! – Стас указал на белый знак справа от нас.

– Вижу, – отозвалась я, вынырнув из своих мыслей.

А минут через двадцать мы уже выехали в центр города и остановились на парковке у магазина, который знал Стас. Мы вышли из машины и я, покрутив головой, остановила свой взгляд на первом же магазине. Я никогда не была там, ведь все мои вещи были куплены в наших немногочисленных магазинчиках. Лишь иногда привозил что-нибудь папа. Я глубоко вдохнула, а потом повернулась к Стасу:

– Ну чё будем делать?

– Карина. Мы же договорились… – он рассмеялся. – Мне нравится, когда ты улыбаешься, ты сразу меняешься!

– Я постараюсь улыбаться чаще, – обещала я.

– Тогда вперёд! Будем менять не только твоё настроение, но и самооценку.

– Пойдём, – я потянула его за рукав куртки…

Это был первый настоящий шопинг в моей жизни. Мы шатались по всем магазинам, примеряя на меня то, что никогда в жизни я не купила бы сама, но Стас оценил мой вкус, похвалив выбор. Я старалась не наглеть, но он настаивал на том, чтобы я купила то, что мне нравится. А я действительно обретала некую уверенность в себе и надежду на то, что действительно получится отомстить моим неприятелям.

Потом он ещё умудрился затащить меня в кафе, чтобы накормить, не слушая мои возмущения. Я тревожно посматривала на часы, переживая, что мать может появиться раньше, чем обычно, хоть такое и редко бывало. Да и чувствовала я себя не слишком-то хорошо, несмотря на свои слова.

– Стас, поехали домой. А? Хватит пока нам. Я потом всё тебе отдам.

– Что отдашь? – не понял он.

– Я про деньги.

– Отстань ты со своими деньгами. Не в том дело…

– А в чём?

– Понимаешь, Карина. Одно то, что ты укусишь дочь моего врага, многое значит. А если нам получится атаковать их сразу с двух сторон, то это будет вообще нечто…

– Будем мстить вместе? – я рассмеялась.

– Ну, можно сказать и так. Это говорю, чтобы ты не считала себя моей должницей. Думай о том, что это экипировка для вылазки к врагу. Но останется ещё важная часть твоего перевоплощения.

В довершении всего мы зашли в обувной магазин, где я выбрала себе высокие сапоги на каблуках. Мне уже не хотелось думать, сколько Стас потратил на то, чтобы одеть меня. В зеркало на меня смотрела совсем иная девушка. Похожая на ту, что я видела ночью там, в Эймаре. У которой светились глаза, был решительный уверенный взгляд и обольстительные черты лица. Ради которой даже сам принц Эймара готов пойти на безрассудные поступки. Я нравилась себе, и это был важный шаг в становлении моей новой личности. Я уже не ребёнок, причём давно, а почти самостоятельный человек. Остался всего лишь год, и я не буду зависеть от матери и города, в котором мне всё опостылело…

– Карина, хватит крутиться перед зеркалом! – позвал меня Стас, который находился позади. – Нам ещё обратная дорога предстоит.

– Уже бегу, – я повернулась к нему, подмигнув.

Он довольно улыбнулся. Мы вышли и сели в его машину, а я в это время думала над его словами по поводу мести. Чёрт, что за выбор… Но начало уже положено, теперь останавливаться глупо, хотя и не поздно. А если нет? Тогда меня и дальше продолжат втаптывать в грязь? И это на ближайшие несколько месяцев. Досадно. И у них в памяти я останусь безвольной дурочкой, ни на что не способной. Ну уж нет, я сделаю всё, что мне скажет Стас, если его слова не будут противоречить моим принципам, и даже большее. Я ещё докажу этому миру, чего я стою, и можно ли связываться со мной…

– А теперь займёмся твоим воспитанием, – довольно сказал Стас, рассматривая меня во всей красе.

– Воспитанием?

– Ага… Манерам поведения в высшем обществе нашего города, – он подмигнул мне, и тронулся с места, машина быстро набирала скорость, но потом он вспомнил что-то ещё и вдруг остановился на обочине. – Да, Карина, коль мы уже взялись за тебя, то давай-ка прикупим ещё косметики и зайдём в парикмахерскую.

– Час от часу не легче, – я накрутила на палец длинный локон и вздохнула. Он прав, давно пора избавиться от длинных волос. Думаю, до плеч будет вполне достаточно.

– Давай.

В голову внезапно пришёл Дэн. Каково ему там одному? Хотя, он не один, теперь он в своём мире, где у него множество сторонников. Даже странный друг по имени Неро. Почему-то я боялась Неро, я видела, как он смотрел на меня, смотрел с пугающим желанием и страстью. И его странная ухмылка… Но надо вернуться. Я вдруг вновь вспомнила, что произошло ночью со мной, и испугалась, что он мог трактовать моё поведение не так, как оно обстояло на самом деле. Я правда уже не боялась его, хотела лишь его. Я сама не ожидала, что моя игра с этим демоном зайдёт так далеко. И не ожидала, что всё может произойти так быстро… но у нас с ним так ничего и не было. Как мне пересилить себя? Дэн, как же хочется опять к тебе, коснуться твоего совершенного тела и почувствовать вкус твоих губ, чтобы доказать что я не боюсь…

Глава 18

Эймар встретил меня рассветом, прекрасней которого я не видела. Багряные с золотом облака окружили замок, и сквозь них проникали лучи ярко белой звезды, падая на поверхности и освещая их мягким светом восходящего светила. А светлячки в посещениях постепенно гасли, уступая место естественному свету, проникая в открытые проёмы. Свежий ветер ударил мне в грудь, когда я оказалась там, принеся с собой сладкие запахи цветов.

Интересно, бывала ли в этом мире холодная сырая осень, подобно той, которую я ненавидела на Земле. Я стояла у окна, впитывая я себя это сказочное великолепие, хоть оно было и чужое мне, но я чувствовала себя счастливой. Где же может находиться Дэн? Нужно найти его, сказать то, что я собиралась сказать ему ещё в прошлый раз. сказать, что он не безразличен мне… Каким словом назвать это? Может влюблённость? Странно как-то, любить персонаж из своего сна, пусть он и такой отважный, смелый и красивый. Он никогда не сможет полюбить меня, ведь я простой человек из-за Грани, а он наследный принц этих земель. Я не нужна ему, или всё же… Нет, я не буду ничего ему говорить пока. Ведь когда закончится его война, если всё обойдётся, и он вернёт себе Фор, который я как раз нащупала на тонкой светящейся цепочке меж ключиц, всё вернётся на круги своя. Вновь повеяло ветерком, и я отпряла от окна, задрожав.

Я развернулась, пытаясь понять в какой из частей этого огромного замка я нахожусь. И где мне искать своего оборотня. Полупрозрачный коридор встретил меня за первой же дверью, а за ним открывался вид на соседние башни и переходы. Сколько же трудов потребовалось, чтобы выстроить такое сооружение. Или же им и в этом помогает магия. В голову вдруг пришёл местный управляющий Демон по имени Кион. Почему-то к нему я не испытала неприязни. Как же он сказал. Если он мне понадобится, просто позвать его? Интересен метод связи в замке. Дай как я попробую. Может, он мне скажет, где находится Дэн? Искать самой те комнаты не представлялось возможным. Я обернулась и тихо произнесла его имя, прислушиваясь к тому, что будет происходить. Повеяло неким мраком, будто что-то невидимое коснулось моего плеча, некий силуэт пронёсся мимо, а потом передо мной возник тот самый сероглазый мужчина. Странно, он тоже эмм? Или как там себя называет их правящая верхушка. Он слегка склонил голову, глядя на меня сверху вниз.

– Лайн Рина, вы меня звали? – спросил он низким бархатным голосом.

– Да, слушай, а где Дэн?

Кион удивлённо приподнял брови, а потом чуть заметно улыбнулся.

– Его высочество Дэнмириан сейчас на нижнем ярусе дворца. Вместе с его превосходительством.

– Каким ещё превосходительством?

– Советником Нерокромераном вом Уорменом.

– А, с тем самым наглым типом, – заявила я в ответ. – А ты не проводишь меня туда?

– Насчёт вас, лайн Рина, было отдельное распоряжение его высочества. Идёмте.

– Так бы сразу, – проворчала я. – А далеко это?

– Не очень. Не переживайте, есть способ добраться туда быстро.

– Интересно какой же?

– Обычный, – он пожал плечами, а потом сделал жест рукой, – сюда, прошу.

Он вывел меня по тому же прозрачному коридору, а потом провёл до нового зала, в котором ничего не было из мебели. Но зато странная светящаяся штука в углу заставила меня отпрянуть.

– Это что ещё?

– Дверь на нижний ярус, – терпеливо произнёс он.

– Портал? – я округлила глаза. – Эт чё, лифт ваш? Ну вы даёте. Я не пойду туда! А обычной лестницы у вас нет?

– Нет. На тот ярус нет.

– Странные вы. Мне эти порталы ещё в лабиринте поперёк горла встали. Нет, чтобы по лестнице пройти… Слушай, а может мы лучше полетим? Не очень-то я вашим порталам доверяю.

– Туда не проникнуть извне. Нижний ярус находится в самой платформе, на которой расположен дворец его высочества.

– И тут бомбоубежище…

– Я извиняюсь, вы о чём? – он удивлённо приподнял одну бровь.

– Да так, о своём. Так что же мы, пойдём!

Он сделал приглашающий жест рукой, показав, что я должна пройти туда первая. Чего уж там было бояться. Но на всякий случай по привычке я нащупала на шее артефакт, который придал мне уверенности, и, ощутив энергию, что полилась от него, шагнула вперёд. Огромное помещение, наподобие грота, в которое мы попали, освещалось теми же штуками в стенах, а портал в центре напоминал голубой столб света, от которого исходило яркое сияние. Мы вышли в сторону выхода, и я теперь поняла почему Дэн так хорошо ориентировался в Вариторе. Сущность этих миров была схожей, та энергия, что наполняла это место, напоминала мне о тех потоках, что проходили сквозь меня ещё там.

– Его высочество…

– Где он?

– Он там. Я не могу последовать за вами дальше, меня просили не беспокоить.

– Ну и ладно. Сама пойду, – я нагло отвернулась от него, прошагав вглубь зала-грота, откуда мне открылся новый вид. Огромное пространство, напоминающее соты, внутри которых кто-то находился. Я даже остановилась, не в силах пойти дальше, а потом услышала знакомый голос. Вдоль стены шёл выступ, по которому можно было смело идти, не боясь упасть, а смотреть вниз было как-то жутко и непривычно. Но я всё же прошла мимо этих сот, откуда исходила непонятная мне, пугающая энергия. Но вскоре передо мной открылся коридор направо. Где было нечто, наподобие кабинета. Голоса шли именно оттуда.

– В нашем распоряжении больше пяти тысяч маонов, – раздался шипящий голос, в котором я признала Неро. – Нам хватит их чтобы атаковать. Пора будить их.

– Рано. Ещё не время. Ты же сам знаешь, что р-лерон, что держит Кантерм в её руках, уничтожит их очень быстро. Маоны хорошие единицы, но нам надо открыть им путь, иначе мы не выдержим натиска, – знакомый голос Дэна. – Нужен тот, кто сможет проложить нам дорогу.

– Разве Фор не поможет нам? – прошипел Неро.

– Фор… – он внезапно замолчал, и я услышала, что ко мне незаметно приближается тот самый вихрь, который подхватил меня, приподняв с каменной поверхности ступени.

– Дэн! Я знаю, что это ты. Отпусти! – воскликнула я.

– Рина… Я боялся, что ты не вернёшься.

Он принял свой обычный облик, и прожёг меня своим взглядом. Осторожно пальцами он отбросил назад мои волосы, глядя мне в глаза.

– Я боялся, что напугал тебя вчера. Прости, Рина. Мне было так плохо. Я не ожидал, что так получится, должен был держать себя в руках. Это я виноват, вёл себя, как последний кретин.

– Мы не одни, – заметила я, – кивнув головой в сторону Неро, который приближался к нам. – Дэн, мы потом поговорим. Хорошо?

– Обязательно, – прошептал он мне в ухо, а я повернулась, увидев, что зеленоглазый Неро уже близко.

– Смотри-ка, кто сюда пожаловал… посвящаешь своих любовниц в государственные тайны? А ты не боишься, Дэн, что она не та, за кого себя выдаёт?

– Что за тайны, Дэн? – нахмурилась я.

– Неро… Прошу тебя, – он повысил на друга голос, и тот нахмурил брови, когда Дэн подал мне руку, чтобы я вошла в его кабинет. – Рина не шпионка.

– Кто знает… Ты давно с ней знаком? Она странная, её сила велика.

– А чё это ты разговариваешь, будто меня здесь нет, – взбесилась я. – Хочешь что-то спросить обо мне – спроси напрямую!

– Неро, Рина! Успокойтесь! – прорычал Дэнмириан. – Мы здесь не для того.

– А я вообще не знаю, чего меня сюда привёл твой Кион. А он, – я подняла подбородок, указав взглядом на Неро, который еле сдерживал себя, – мне вообще не нравится. Давай уйдём отсюда, Дэн.

– Мне нужно разбудить моих оставшихся солдат. Это не так быстро, они спят много сотен лет. Пробуждение займёт время.

– Каких солдат? – испуганно спросила я.

– Маоны, – Дэн кивнул головой в сторону огромного зала с сотами.

– Они спят? Они что, всё-таки живые?

– Они рабы силы эммов. Они не веллины. Они духи-воины. Подобные солдатам Кителлы вел Деолен. Но наши гораздо сильнее.

– Как обычно, Дэн. Только вот, не пойму, зачем я тебе здесь понадобилась. Так ты специально прилетел в этот замок? Ты знал, что они здесь есть?

– Ты сама знаешь. Не задавай мне лишних вопросов.

Я так и не поняла, что он имел в виду, но то, что я видела его рядом, придавало некую уверенность. Я вела взглядом по его точёному профилю, смуглой искрящейся коже, а его глаза чуть не ввели меня в состояние транса, притягивая к себе словно магнитом. Я опустилась ниже, где из-под рукавов тонкой батистовой рубашки выглядывали руки в браслетах, украшенных сияющими камнями. Теперь я поняла их назначение. Я будто видела, что от них отходят энергетические лучи, что замыкаются в пространстве, подпитываясь энергией самой планеты. Они просто не работали в Вариторе. Я опустила взгляд на его ремень, что обхватывал стройные бёдра и почувствовала, что краснею от своих же мыслей, а внизу живота вдруг сладко заныло, когда я представила, что нахожусь в его объятьях. Странно, почему в прошлый раз со мной такое произошло? Ведь я уже настроилась на то, что могло случиться. Что за выходки моего сознания… скорее бы Дэн договорил со своим Неро, чтобы остаться с ним наедине.

Дэн застыл. Я видела по нему, что в этот момент принимается некое важное решение, от которого будет многое зависеть. Его лицо стало каменным, а взгляд замер в одной точке. Неро смотрел на него, удивлённо приподняв одну бровь, а его хищные глаза, казалось, метали молнии.

– Сделай же это, Дэн. Сам знаешь, сколько времени займёт пробуждение.

– Надо найти Орса, – произнёс Дэн в ответ. – Это и его солдаты тоже.

– Орс покинул Моонтел несколько дридов назад. Неужели ты не понял до сих пор? Он не хочет, чтобы ты будил маонов. А они наша единственная надежда. Почему он не дождался тебя?

– Хочешь сказать, что Орс предатель? – Дэн вдруг очнулся от своей эйфории. – Нет, Неро! Это невозможно!

– Да, Дэн. Именно это я и хочу сказать.

– Но она убила нашего отца. Как он мог! Я не верю.

– Пора, Дэн. Сделай это сейчас.

– Фор… – Дэнмириан замер на месте. глядя на меня. – Рина, иди ка сюда?

– Эй. Вы только меня в свои интриги не вмешивайте. Я всего лишь человек из-за Грани.

Неро остановился, услышав эти слова, а потом перевёл взгляд на Дэна.

– Она из-за Грани? Человек? – он захохотал, да так, что это разнесло его угрожающий смех по всему гроту, отразившись от стен. «Человек… век…век…» – Дэн, да она же врёт тебе!

– Нет! – встал на мою защиту Дэн.

– У неё сила эммов. Я чувствую это.

– Да, ты это чувствуешь, – взорвался Дэн, – но лишь потому, что её принял Фор! Она носитель артефакта.

Дэн осторожно отвернул ворот моей рубашки, обнажив светящийся артефакт. – На нём лежит заклятье Кителлы. Я не могу пользоваться им сам.

Неро поменялся. Он вдруг перевоплотился в демона, издав странный рык при этом, а потом взлетел, обдав меня ветром от взмаха своих крыльев, и прочертил пару кругов над сотами, в которых находились странные неизвестные мне существа. Я прижалась к Дэну, испугавшись в тот момент, но он просто смотрел на своего друга, в ожидании, пока тот успокоится. Потом Неро практически упал рядом с нами, снова став человеком.

– Ты не можешь пользоваться Фором? Тогда чего мы вообще здесь собрались. С таким успехом, можно сразу сдаться Кителле и покончить с этим раз и навсегда. Как ей это удалось?

– Не знаю. Я не могу пользоваться. А вот мы вместе можем. Правда, Рина? – он наклонился ко мне, обдав горячим дыханием. – Мы вместе. Ты помнишь?

– Хочешь разбудить своих спящих мертвецов?

– Зря ты на них так, – он улыбнулся. – Ещё посмотришь, на что они способны.

– Они просыпаются лишь, когда их попросят об этом?

– Почти. Когда им поступает приказ. Но на это потребуется энергия.

– Ладно. Пользуйся мной, пока я согласна.

– Я бы предпочёл сделать это иначе, – прошептал он мне в ухо, – но ты не готова.

– Зато я готова, чтобы будить твоих странных солдат. Я не испугаюсь?

– Это произойдёт не сразу. Не волнуйся, они полностью подчиняются мне или тому, кому я прикажу.

. Тебе ничего не грозит.

Он вывел меня, и мы стали посреди уступа, под которым открывался обрыв со спящими существами. Он обнял меня сзади, как и тогда, в Вариторе. Я вздрогнула, представив, что может произойти, но он лишь сильнее сжал руки на моей талии.

– Расслабься. Как раньше. Ты же можешь, – прошептал он, а потом я почувствовала, что его горячий язык прокладывает себе порожку по моей шее вниз, где находился Фор. Его глаза вспыхнули одновременно с тем, как артефакт издал сильнейшее свечение, озарив всё вокруг.

Я отдалась его воле, ощущая, как сквозь меня бегут те самые потоки энергии Фора. А тело Дэна я ощущала так же хорошо, как и своё. Его тепло, что он отдавал мне, забирая в это время ту страшную силу, которой обладала маленькая безделушка, непонятно почему попавшая именно ко мне.

Я закрыла глаза, отдавшись этим ощущениям, а потом вдруг почувствовала, будто что-то взорвалось во мне и вспыхнуло потрясающе ярким светом. Я широко открыла глаза, наблюдая за тем, что происходит. Дэн уже не держал меня, он лишь прижимался ко мне торсом, а его руки, протянутые вперёд, сияли его любимым синим огнём, посылая энергию туда, вниз. А вот там творилось самое невообразимое. Один за другим начинали шевелиться неведомые существа, они будто впитывали энергию, что проходила сквозь меня и Дэна, и появившаяся лёгкая дымка над ними вдруг озарилась чем-то волшебным, откуда начали расходиться многочисленные воронки в каждое гнездо. Нереальное, страшное и одновременно удивительное зрелище притягивало мой взгляд вниз.

– И как скоро они будут готовы? – спросила я у Дэна, прервав эту тишину.

– Зависит от того, как подействовало пробуждение. Возможно, несколько дней, возможно гораздо больше. Но Неро прав, мы не могли больше тянуть. Это всё, что у нас осталось.

Я повернулась, отыскивая глазами Неро. Он стоял недалеко, поставив руки на бёдра, и вожделенно смотрел на то, что происходило внизу. Казалось, он получал некое лишь ему ведомое удовольствие от того, что внизу началось странное движение теней. Его глаза вновь сверкнули.

– Нужно было дать им ещё силу.

– Нет. Этого достаточно, – возразил Дэн. – Если дать слишком много, возможна обратная реакция.

– Чушь… Нет никакой обратной реакции!

– Поздно. Пробуждение уже началось.

– Мне нужно уйти. Встретимся вечером, друг, – прошипел Неро, бросив на меня странный взгляд.

Он перевоплотился, и демон, что появился вместо него, взмахнул огромными крыльями, ударив хвостом по скале, и, пролетев низко над туманом, который застилал грот, издал громкий рык, разнёсшийся эхом, и исчез в коридоре, что вёл к выходу.

– Давай уйдём отсюда, Дэн. Я прошу тебя, – я прижалась к нему, услышав, как часто стучит его сердце.

– Согласен. Да нам тут и нечего больше делать.

– Ты специально меня сюда заволок, чтобы разбудить это? Да, Дэн? Я думала, что ты пошёл к Сворошу. Кстати, где он?

– К нему я как раз и собирался. Летим! – он подхватил меня на руки, и прежде, чем я успела опомниться. Мы промчались мимо таинственных солдат, а потом выскочили через портал в некую иную часть нижнего яруса, где я увидела, что большой тёмный зал весь опутан сверкающей паутиной.

– Вот и Сворош! – Дэн указал мне в угол, где наш огромный паук что-то перебирал передними лапами, будто бы задумавшись. Ецион почувствовал наше присутствие и повернулся, ловко цепляясь лапами за паутну, а его несколько глаз уставились на нас.

– Дэнмириан! Я понял!

– Как ты Сворош? Что ты понял?

– Я разработал новую паутину. Я изменил её сущность. Она сможет задерживать воинов Ар-Магора.

– Ты в этом уверен? – Дэн нахмурил брови, прижав меня к себе.

– Да. При соприкосновении он лишит их сил на некоторое время.

– Это было бы неплохо, – он задумался. – Считаешь это реально возможным? Надо посоветоваться с Неро.

Я прервала его, вспомнив, что хотела сказать Дэну:

– Я не верю твоему Неро. Он какой-то странный, тебе не кажется, Дэн?

Дэн посмотрел мне в глаза, в них вновь появился огонёк, который вспыхнул и погас вновь. Его губы скривились в горькой улыбке. Он перевёл взгляд на Свороша.

– Рина, я не знаю, кому вообще можно верить. Не знаю. Если бы Орс был здесь, что-то могло бы проясниться.

– Орс, твой брат?

– Да. Младший. Я не верю, что он может оказаться предателем, но очень уж на то похоже.

– Сворош, как ты вообще?

– Прекрасно. Хочется домой, но здесь в любом случае лучше, чем в лабиринте. Я устал там от одиночества.

Я взглянула ему в глаза, в которых светилась мудрость. Его шерсть на голове вдруг поднялась, когда он вспомнил о том, что с ним произошло.

– А как ты попал в Варитор, Сворош?

– Так же, как и все туда попадают, за редкими исключениями, – Сворош повернулся к Дэну, указав на него. – А я пытался попасть за Грань.

– Ты хотел на Землю? – удивлённо спросила я.

– Нет. За Гранью есть миры подобные нашему. Я хотел отыскать одного товарища. Но в Межмирье есть энергетические воронки, попав в которые путь один в лабиринт. Так попадаются многие. Это как сеть, расставленная для того, чтобы искать очередную жертву.

– А что, путешествовать между мирами могут все? – удивлённо спросила я.

– Нет, конечно же, – ответил за него Дэн. – Лишь те, кто обладает магией для перемещения. Но ловушки есть не только в Межмирье. Они есть в каждом из известных мне миров.

– И даже в том самом, Ар-Магоре?

– Естественно. Как и в Эймаре. Проблема в том, что сложно вычислить её местонахождение. А Кителла провела в столицу Эймара целую армаду своих воинов.

– А она одна? – поинтересовалась я.

– Император Ар-Магора погиб давно, много лет назад. У неё кажется была дочь… Но я не знаю, где она.

– Как всё запутано, я поражаюсь, – я вздохнула.

– Мне нужно ещё несколько дней, чтобы завершить процесс создания паутины. Я полностью преобразовываю свою энергию, – отозвался тихим внутренним голосом Сворош.

– Тебя оставить одного? – спросил Дэн.

– Если можно. Мне нужно сосредоточиться на внутренних потоках.

– Идём, Рина. Теперь ты убедилась, что со Сворошем всё в порядке.

Я подняла голову, рассматривая то, что успел сотворить всего за сутки огромный, обладающий странной силой паук. Это же надо, проводить эксперименты с собственной магией. Странные миры, на Земле всё гораздо проще с её компьютерами, автомобилями и мобильными телефонами. От них по крайнеё мере знаешь, чего ожидать. Но не от людей, что её населяют.

– Идём, Рина, нам надо поговорить с тобой.

– Да, Дэн, – согласилась я.

Несколько непривычное ощущение, что я больше не боюсь его, пронзило меня насквозь. Я доверяла ему, доверяла себя странному оборотню, что снился мне каждую ночь. Вот только опасный это сон, если бы можно было просто остаться с ним наедине, и забыть обо всём, что ждёт после пробуждения. Такое сладкое чувство, будто внутри меня появилось нечто согревающее и волшебное. Я боялась не его, а того, что мой сон когда-нибудь закончится и в один прекрасный день я пойму, что ничего нельзя вернуть назад. А ведь всё так реально, будто это происходит со мной в реальной жизни, в которой та, другая, земная кажется сном.. Далёким и невозможным.

Мы не спешили, шли через бесчисленные коридоры, переходы и лестничные пролёты. Дэн ничего не говорил, лишь молча подавал руку, чтобы я не споткнулась на очередной ступени, ведь я, широко открыв глаза, рассматривала каждый уголок этого грандиозного сооружения. Лицо Дэна сделалось холодным, как тогда, в первый день нашего с ним знакомства. Лишь огонь в глазах выдавал его эмоции. Мы вышли в знакомый мне коридор, где находилась та самая дверь в спальню. Дэн приоткрыл её, пропуская меня, а потом захлопнул её резко, со звоном. Я повернулась, испуганно глядя на него. Что он задумал? Будет продолжать вчерашний эксперимент? Или же нечто иное, не известное мне.

– Дэн… – неуверенно произнесла я.

– Я хотел сказать тебе... – он замер на полуслове, пожирая меня взглядом.

– Что Дэн?

– Прости меня за вчерашнее. Я не должен был спешить. Я никак не могу привыкнуть, что мне попалась такая впечатлительная человеческая особа.

– Я сама тебя завела. Забыл? Это я сама виновата. Мне казалось, что я смогу… смогу расслабиться, чтобы доставить тебе удовольствие.

– Я не должен был, – повторил он, а потом сел на кровать.

Я присела с другой стороны, рассматривая его. Наши взгляды встретились.

Это я виновата, Дэн. Кажется, я никогда не смогу. Что мне делать?

– Я не хочу подвергать тебя опасности. Рина…

– Ты хотел мне что-то сказать?

– Я… Мы… Не знаю, что будет дальше. Я боюсь. Понимаешь?

– Боишься страшной императрицы?

– Боюсь, что ты больше не вернёшься ко мне.

Наши мысли всё-таки сходились. В этот момент мне захотелось обнять его так крепко, как я только могла бы, прижаться к его груди, почувствовать, как бьётся его сердце, и как кровь пульсирует в венах. Ощутить вкус его губ, его руки. Что за странная прихоть. Я не ожидала, что смогу вообще желать такого после того, что произошло со мной.

– Не знаю, что будет дальше. И почему я здесь вообще нахожусь, – тихо ответила я. – Сколько дней у нас с тобой осталось…

– Я не хотел бы терять их… Но я боюсь ранить тебя глубже. Что за тварь сделала с тобой такое, от чего ты до сих пор не можешь отойти… Убил бы собственными руками.

– Ты считаешь, что я поступила верно? – осторожно спросила я. Мне уже было всё равно, говорим мы на эту тему, либо какую-то иную. Я могла говорить об этом, хоть только и во сне.

– Да. Я так считаю, – он приподнял брови, скользнув по мне взглядом. Даже зубы сжал так, что челюсти побелели.

Я видела, что он специально сдерживает себя в руках. Только зачем он вновь привёл меня сюда? Чтобы никто не мг услышать наш разговор или помешать нам? Или же хотел чего-то большего? Жаль, я не могла прочесть его мысли.

Я подвинулась ближе к нему. Осторожно, не желая повторения прошлого раза, села сзади, обняв его большую спину, и положила голову ему на плечо. Я слышала его тяжёлое дыхание, будто ему приходилось прикладывать усилия, удерживая себя в руках. Он вздрогнул. А потом резко протянул руку назад, разворачивая меня лицом к себе. Я упала на постель, а он склонился надо мной. Его волосы приятно щекотали мою шею, а сам он был горячим, как пламя. Его дыхание обжигало, манило за собой. Осторожно, одним пальцем он провёл по моей щеке, смахивая слезинку, что взялась неизвестно откуда.

– Ты плачешь, Рина? Почему?

Я не могла сказать ему. Не хотела. Он не должен знать, что значит для меня больше, чем надо. От этого ничего не изменится. Я закрыла глаза, чтобы прекратить эту пытку, и почувствовала лёгкое касание губами моего рта. Почти воздушное. Я никогда бы не могла подумать, что тот грубиян, которого я знала, может быть способен на такое.

– Я не знаю, что произойдёт дальше, Дэн. Просто, побудь со мной сейчас.

– Я никуда не ухожу, – он приподнял мои волосы, нежно покрывая поцелуями мои щёки, которые вспыхивали от его ласк, потом шею и вновь вернулся к губам, захватывая их в свой плен. Я сжалась, почувствовав себя в его руках одновременно беззащитной и слабой, но в то же время уверенной в том, что этот странный оборотень лучшее, что есть во всех мирах пространственно-временного континуума.

– Дэн… если ты хочешь, я могу попытаться ещё раз… я хочу, чтобы тебе было хорошо.

– Нет, дорогая моя, – он отстранился, глядя мне в глаза. – Это я хочу, чтобы тебе было хорошо со мной. А не так, чтобы я потом не знал, какую магию применить для того, чтобы привести в чувство. Я подожду. Ты знаешь, что я понял, мне просто хорошо вот так, находиться рядом. Когда тебя нет, то внутри сразу возникает пустота.

– Тебе не хватает моих идиотских шуток и вопросов?

– И этого тоже, – согласился он, усмехнувшись.

Боже, он был самым лучшим мужчиной на свете. Жаль, на Земле таких не существовало. Да мне и не нужны были все остальные. Когда я находилась рядом с ним, всё остальное меркло и теряло смысл. Лишь одни Дэн, и никто другой. Я потянулась к нему, робко дотронувшись губами, а он осторожно ответил мне.

– Я не хочу домой, – пробормотала я, когда поцелуй закончился. – Там холодно и сыро. Я ненавижу осень.

Он внимательно посмотрел на меня, а потом лёг рядом, а я уместилась на его плече, рассматривая облака за окном, не имевшим стекла.

– Хотел бы я взглянуть на эту пору года. Мне кажется, когда природа перерождается, это прекрасно. В каждой погоде есть свои прелести.

– Ещё бы. Хорошо, когда за секунду за спиной вырастают крылья. И тебя никто не держит. Как это, летать, Дэн.

Он засмеялся, услышав мои слова.

– Так же, как и всё остальное. Ничего особенного. Я хотел бы увидеть твой мир, Рина. Каков он? – спросил он в свою очередь.

– Серый и мрачный. Почти как Варитор. Даже хуже. Машины, люди, предатели. Всё основано на информации.

– В этом и есть магия твоего мира?

– Наверное. Нет ничего того, что интересовало бы меня там.

– Так вот и у меня здесь ничего нет. Я один. Если бы не ты, не знаю, что могло бы произойти. Почему Фор выбрал из всех людей из-за Грани именно тебя? Почему?

– Потому что я была совсем одна… судьба дала мне второй шанс. Шанс научиться жить. Но некоторые мешают мне на Земле. Некоторые предатели.

– Так может поступить с ним так же? Убить их?

– Нет. Это было бы слишком просто. Вот только мне потом жизни не будет. А им будет уже всё равно. Нужно что-то другое…

– Тогда унизь их…

– Этим я и собираюсь заняться. Ты мне поможешь?

– Я? – он удивлённо поднял голову. – Как я могу помочь тебе?

– Сделай так, что я поверю в себя, в свои силы. Поверю в себя.

– Рина… – он повернулся ко мне, дотронувшись рукой до моей щеки. – Это вовсе не сложно. В конце-то концов, ты временно носитель артефакта. Ты не представляешь, сколько силы скрыто в нём.

– Я не про это, Дэн, – я ждала от него каких-то других слов, но потом тяжело вздохнула. Что можно ожидать от демона. Если он способен даже так себя вести, то это делает его в моих глазах больше человеком, чем те, кто окружал меня на Земле.

Глава 19

Отношения с Дэном и его ко мне новое отношение значительно подняли мой боевой дух и самооценку. Уже три ночи подряд обсуждались планы контратаки и освобождения его мира, а потом он уделял время лишь мне. Я летала в облаках в прямом смысле этого слова, ведь он показал мне многое из того, что находилось в сказочных просторах его владений, что не были захвачены воинами Ар-Магора. А потом он вновь становился человеком, который своими невесть откуда возникшими чувствами доказывал мне, что я лучшая на свете. Я была просто счастлива с ним, забывая все свои неприятности и беды. Я могла говорить с Дэном на любые темы, и он поддерживал меня во всём. Он был нежным и внимательным, и я чувствовала его тепло, его бесконечные поцелуи и прикосновения, которых я ждала всё время, воспоминания о которых согревали меня всё то время, что я проводила дома.

А по возвращению на Землю на протяжении всех этих дней пока я не ходила в школу, Стас занялся моим воспитанием. Мне пришлось учиться не только правильно разговаривать, как хотелось ему, и отвечать в случае неожиданных вопросов и подколок, но и делать макияж. Я представляла, что наношу боевую раскраску, чтобы выйти на тропу войны с Катковой и компанией. Но давалось мне это не так легко. А ещё мне пришлось дефилировать по комнате Стаса на каблуках, что оказалось не так легко. Сам он, развалившись в кресле, наблюдал за моими действиями, комментируя каждое лишнее или неверное движение или слово.

– Что ты делаешь, Карина! Хочешь быть похожей на цаплю? Естественней!

– Не могу! – возмущалась я в ответ. – Лучше бы мы и не начинали. Я всё равно не буду похожа на Каткову.

– Ты и не будешь похожа на неё. Нам надо втереться в её круг общения. Понимаешь? Нужно думать как они, говорить, как они. Нужно влиться в стан врага.

– Замечательные слова, блин. Только для меня всё это сложно. Может лучше записаться в секцию карате? А, Стас? Чтобы бить по морде профессионально.

– Не говори ерунду. Хочешь нажить себе новых проблем?

– Нет, Стас. Проблем мне и так хватает.

– Так. Успокоилась. Встала к стене, – он указывал рукой истерический смех, – и пошла. Не спеши, ты не на пробежке!

Я дошла до противоположной стены. Впервые так, как хотелось ему. А потом упала со смеху, прямо на диван, держась за живот. Он посмотрел на меня, не понимая, в чём дело, а потом расхохотался сам.

– Ладно. Думаю, пока нам хватит. Идём чай пить. Завтра трудный день, – произнёс он еле сдерживая смех. – Я тебя сам завтра завезу. Будем наблюдать за ними.

– Было бы за кем, – отозвалась я, немного успокоившись.

– Почему же. Это будет не так просто, как тебе кажется.

– Да, Стас. Главное, найти от чего оттолкнуться. Вычислить их на чём то.

– Этим ты и займёшься. А заодно выясним, что происходит на горизонте у Каткова-старшего.

– Это будет сложнее. Он не такой идиот, как его дочь.. Но я не знаю, как мне вести себя с ними.

– Первое что ты должна для себя уяснить – ты намного умнее и лучше их. Это они должны хотеть общаться с тобой.

– Что они подумают, когда увидят, как я выгляжу? – обеспокоенно спросила я.

Он пожал плечами, а потом встал и пошёл на кухню.

– Ты ничего не объясняй им, – раздался его голос. – Может у тебя появился богатый любовник…

– Это как раз в репертуаре Катковой и её подруги, – я сбросила надоевшие сапоги и последовала за ним, радуясь свободе своих ступней. – они только про это и разговаривают.

– Я сам отвезу тебя в школу.

– Блин, Стас, – я посмотрела на него, представив в роли героя-любовника, и меня снова разобрал смех. К счастью, я знала, что ему ничего от меня не нужно. У него был свой интерес, и он это не скрывал. – Хорошо, что в твоей машине тонировка.

Он осмотрел себя, скосив глаза на животик, торчащий над джинсами. Недовольно скривился и рассмеялся.

– Между прочим, многим это нравится.

– Возможно. Не все же ищут себе атлетов. Главное, чтобы человек хороший был, с душой.

– Я расстался со своей девушкой полгода назад. Хотел жениться, но она вдруг передумала и уехала в Москву. Она хотела, чтобы я переехал тоже, а я не мог бросить наш с Димкой бизнес. Понимаешь? Я пожертвовал счастьем ради дела, и теперь, когда сложилась такая обстановка, и Димка погиб, не могу просто так взять всё и бросить.

– Понимаю, – тихо ответила я. Я действительно не знала, что случилось у него, и почему он вдруг снял квартиру в нашем доме, на моей лестничной площадке. Такое вот совпадение в жизни, что именно он спас меня от смерти, а теперь мы помогаем друг другу, увлечённые общей идеей мести.

– Вот и молодец. Выше нос! А им нос мы утрём. Можешь даже не сомневаться.

– Да, главное не увлекаться, – буркнула я в ответ.

– Значит, встречаемся с тобой утром, без двадцати восемь.

– Ты только не проспи, – жалобно произнесла я, представив, как буду добираться в школу сама, на каблуках, вызывая посторонние взгляды, от которых мне придётся вжимать голову в плечи, как страус прячется в песок.

– Не просплю. Значит, в семь-сорок около выезда со двора.

И вот оно, это самое утро. Я шла, высоко подняв голову. На ходу поправляла новую кожаную сумочку вместо громоздкого рюкзака, хотелось протереть сонные глаза, но я вспоминала, что они накрашены.

Накрашены не броско, но так, чтобы выделить то, что надо. На мне дорогие джинсы, которые выгодно облегали стройные ноги, что казались довольно длинными с десятисантиметровыми каблуками. Сапоги я успела разносить ещё по дому, когда матери не было дома. Хорошо, что она никогда не совала нос в мой шкаф, видимо, боясь нарваться на очередной упрёк по поводу нехватки новой одежды. Из-за нехватки места в новой сумке, количество учебников пришлось сократить. А точнее не прихватить с собой пару книжек, что я обычно читала на переменах. Но зато в моём телефоне, а точнее телефоне Стаса, появились электронные книги, что я просматривала в свободное время. Но теперь не до них. Я вдруг остановилась, решив бежать домой, спрятавшись в свою берлогу от всех этих проблем. Хоть бы Стас проспал… Страшно как-то. Но нет, его джип уже стоял в условленном месте, тихо рычал мотор. Работали щётки, протирая лобовое стекло. Фары моргнули мне три раза, будто напоминая о том, что предстояло сегодня.. Я прошла к нему, усаживаясь на переднее сиденье. Забросила ногу за ногу, а потом повернулась к Стасу. Он придирчиво осмотрел меня.

– Отлично. И улыбайся чаще. Сделай вид, что тебе всё по барабану.

– Так оно и есть, – я улыбнулась, даже не прилагая к этому усилий.

Он выехал, а я тревожно смотрела по сторонам, стараясь понять, что от меня требуется. Но когда я вспоминала, зачем я это делаю, моя уязвлённая гордость подсказывала мне, что всё идёт по верному пути. Так и должно быть. Доказать всему миру, что я существую… доказать им, что они ничтожество. Главное настроиться на нужную волну, а там буду смотреть по ситуации. Хуже, чем есть, в любом случае не будет. Я вздрогнула, поняв, что мы уже приехали. Автомобиль остановился у школьных ворот. Я посмотрела на часы, увидев, что до звонка ещё целых десять минут, а потом подумала, что лучше просижу их в машине, чтобы явиться в последний момент.

– Ну что, – Стас откинулся на спинку кресла, выключив обогрев. – Показывай своих обидчиков.

– Пока никого, – я замерла, рассматривая школьников. Совсем детей, которые размахивали портфелями, о чём-то громко споря, молодёжь, что не вылезала из мобильных телефонов даже на ходу. Но вот появилась Алина. Да та самая, к которой я зачем-то согласилась пойти на День рождения. Сучка. Одна из подпевал Катковой.

– Вот одна, – я чуть вздёрнула подбородок, стараясь не делать лишних движений.

– Это мелкая рыбка. Ищем главных действующих лиц нашего спектакля.

– Вон он, Никита, – я вдруг заметила Королёва в зеркале заднего вида Стаса, – лёгок на помине.

Стас перевёл свой взгляд в сторону, и посмотрел на Никиту, прищурившись. Меня передёрнуло от ненависти, когда я вспомнила, как он пересчитывал деньги, выигранные в споре. Да Стас за один день потратил на меня гораздо больше. Но суть игры была не в этом. На какое-то время Никита стал единственным человеком, которого я не отвергала, кому я смогла поверить. Могла ли я пережить ещё одно предательство? Я вновь посмотрела на Стаса, взвешивая в душе своё отношение уже к этому человеку. Нет, не могут быть предателями все. Захотелось верить хоть кому-то в жизни.

– И чего в нём особенного? – Стас пожал плечами.

– Ты серьёзно думаешь, что он мне нравится? – я тихо рассмеялась и тревожно взглянула на часы.

– А давай-ка, Каринка, иди, пока он мимо проходит. Как раз и посмотрим на его реакцию.

– Страшно как-то…

– Иди, – Стас протянул руку и открыл мою дверцу, – через пару часов созвонимся. Расскажешь, как идут дела. А я пока поехал кофе пить, – он зевнул, показывая всем своим видом, что ему надо ехать, иначе он уснёт прямо здесь, а потом легко вытолкнул меня из машины.

Я выскочила, мгновенно придя в себя от холодного воздуха. По асфальту стелился туман, несколько скрывая очертания зданий и лица прохожих. Жаль, совершенно не было времени на раздумья, иначе я бы точно рванула домой. Но я гордо подняла голову и, ни на кого не обращая внимания, двинулась в сторону школы, пройдя синие ворота, где вдруг нагнала Никиту, что задержался, завязывая шнурок. Он не заметил меня. Точнее не узнал, а я прошла мимо, будто его и не существовало здесь. Конечно же, он ещё не знал всех учеников школы, чтобы делать выводы по причёске и ягодицам, плотно обтянутым тканью, на которых я внезапно почувствовала его взгляд. Он нагнал меня, чтобы посмотреть, кто же так привлёк его внимание, осторожно повернулся, будто невзначай, и вдруг остановился в недоумении.

– Чего смотришь? Давно не виделись? – не останавливаясь бросила я через плечо.

– Ка-ка-карина? – он вдруг начал заикаться, а я проскочила в раздевалку, чтобы отдышаться.

Первый есть. Пока он ничего не будет говорить, он ещё в шоке. Но впереди остальные, более язвительные особы. Я вновь напомнила себе, ради чего всё затевалось, и это придало мне сил и уверенности в себе. Я прошла с класс, когда уже вот-вот должен был прозвенеть звонок, и вдруг почувствовала на себе взгляды, от которых мне стало не по себе. Но высоко подняла голову и уселась на своё место, где больше, к моему великому облегчению, не было Королёва. Он находился позади меня. Рядом с противным Маркиным. По классу пролетел едва слышный шёпот, когда вошла наша учительница истории. И все замолчали.

Меня не вызывали, что чрезвычайно порадовало. И учителя не задавали мне никаких вопросов, хотя подозрительно косились на моё улыбающееся чуть накрашенное лицо и ногу в новом сапоге, вытянутую из-под парты. Я ни с кем не разговаривала две перемены, старалась улыбаться и звонила по телефону Стасу, специально делала довольное лицо и безразличный ко всему обществу вид. Каткова о чём-то переговаривалась со своей подругой Настей, изредка поглядывая на меня. Первым не выдержал Никита. Он подошёл ко мне, когда рядом не было его новых друзей чуть смущённо, даже покраснел вдруг.

– Карина, тебя не было несколько дней.

Я подняла голову, безразлично глядя на него.

– Думал, что-то случилось.

– Что могло со мной случиться? Королёв, уйди. Я тебя видеть не желаю. Ты мне противен, – я старалась сохранять сдержанность и не выдавать вообще никаких эмоций.

– Извини, – пробормотал он.

Я отвернулась, услышав звонок мобильного, и увидев, что Никита всё ещё рядом, подняла трубку. Это, конечно же, снова был Стас.

– Привет! – я улыбнулась, услышав его голос.

– Как ты? Каково чувствовать себя лучше всех? – оптимистично спросил он.

– Лучше всех! – я заметила, что Королёв отвернулся, но не уходит. – Ты за мной заедешь? Я соскучилась.

– Кто-то рядом с тобой? – тихо спросил он.

– Да! Конечно! – обрадовано произнесла я. – Мне идти надо. Пока!

Никита дождался, пока я спрячу мобильник, а потом вдруг повернулся.

– Карина, что папа приехал?

Я удивлённо подняла брови, не понимая, чего он от меня хочет.

– Нет, – пожала я плечами. – Это мой парень звонил.

Он даже побелел от неожиданности. Наверное ожидал услышать что угодно, но не это.

– Твой… кто? – он едва не подавился, но бросив на меня взгляд вдруг замолчал, не находя слов для ответа.

А я ушла в другую сторону, не желая видеть его. Но назло мне навстречу шагал наш директор, который знал в лицо почти всех учеников школы, хоть и не разговаривал с каждым.

– Здравствуйте, Пал Палыч, – улыбнулась я, всё ещё чувствуя, как Королёв буравит меня своим взглядом. Тот почесал свою лысину, пытаясь вспомнить, кто перед ним, но его отвлёкла наш завуч, что бежала навстречу.

– Палыч, это срочно! Кого-то надо отправлять на открытие.

– Какое ещё открытие? Ты о чём, Оксана? – на ходу ответил ей наш директор.

– Вы что, забыли? Нас ждут через час в центре культуры. Открытие выставки! И просили прихватить кого-то из учеников респектабельного вида.

Думаю, на такие мероприятия директор обычно брал Каткову, что любила светиться везде и всюду. Но в тот момент её рядом не оказалось. И первой, кто попал в ракурс его зрения, стала я.

– Пойдёт? – спросил он, указывая на меня. Я хотела сбежать, но было уже поздно. – Стой, а ты кто вообще?

– Симкина. Симкина Карина. 11 «А».

Он прищурился, потом удивлённо приподнял бровь, рассматривая меня.

– Едешь с нами.

– Зачем? – я нервно сглотнула.

– Какая тебе разница. Просто рядом постоишь. Ленту разрежем и обратно.

– Ладно. Мне как скажете, – я пожала плечами. – Сумку только прихвачу.

Я гордо проследовала в класс, прихватив свои вещи. Взгляды наших мальчишек обратились в мою сторону, вызвав некую обескураженность Королёва, что не сводил с меня глаз. Мне даже не нужно было смотреть в его сторону, чтобы понять это. Потом вышла, не забыв непринуждённо поправить причёску. Пал Палыч ждал меня в коридоре.

– Давай быстрее, Симкина, уже опаздываем. Как же я мог забыть про открытие выставки, – сетовал он на ходу. Я уже слыхала, что недавно он балатируется в депутаты нашего округа, и видно та встреча была действительно важна для него, но в круговороте всех его навалившихся проблем он просто забыл о ней.

Водителя у него не было, ведь пока он ещё не дорос до того уровня, поэтому он быстро затолкал на заднее сиденье меня и Оксану Витальевну, своего заместителя по воспитательной работе. И мы быстро выехали из школьных ворот, взяв направление к единственному в городе дворцу культуры, где и намечалась некая важная для него выставка.

Народа собралось для нашего городишки немало. Кажется, там были представители из многих учебных заведений. И администрация города, а также представители местной газеты, что слонялись из угла в угол, настраивая свои фотоаппараты. Выставка была посвящена юбилею города, и на многочисленных стендах красовались старые и новые фотографии, собранные за долгие годы. Мы быстро прошли в центр, я еле успевала за ними на каблуках, а ноги с непривычки начали гудеть. И я уже думала, что лучше бы осталась в школе, но поделать ничего уже не могла. Телефон тревожно завибрировал в сумке, но я находилась под пристальными взглядами руководства нашей школы. Я вздохнула и сбросила, решив перезвонить, когда мы выйдем.

Наконец-то все собравшиеся замолчали, а в центр зала, глее уже натянули красную атласную ленту, вышел высокий худой мужчина с сединой на висках, который начал свою речь. Я не слушала его, думала о своём. Мне было непривычно находиться в людном месте, но я старалась не подать даже вида, что мне что-то мешает. Я улыбалась всем, чьи взгляды ловила на себе, и мне вдруг стало всё равно, что будет дальше.

А дальше было то, что я и предполагала. Когда речь завершилась, в центр к ленте вышел наш Пал Палыч, который сказал несколько приветственных слов собравшихся, и объявил о том, что выставка объявляется открытой, после чего вместе со мной перерезал ножницами красную ленту. Она упала мне под ноги, будто в тумане. Я приветливо улыбнулась, скорее на автопилоте, потому как мысли всё время возвращались к тому, что мне нечего здесь делать. Сквозь пелену, застилавшую глаза, я увидела, что вокруг несколько раз моргнули вспышки фотоаппаратов. А Пал Палыч, взяв меня под руку, вернулся обратно, к Оксане Витальевне. Раздались аплодисменты, от которых я хотела бежать, словно от огня. Всё это казалось хуже того, что происходило со мной в лабиринте в самом начале нашего пути.

– Вот и всё, Симкина. Чего ты испугалась?

– Ничего. Я не испугалась, – проговорила я, отходя в сторону.

– Надо было взять дочь Каткова, – услышала я голос Витальевны. – Обычно она участвует в таких мероприятиях.

– А где же она была? Надо было бегать и искать её по всей школе? Да, Оксана Витальевна, прошу впредь напоминать мне о таких вещах заранее. А тем более, не сказали, кого брать конкретно. А что, Симкина смотрелась не хуже.

Я глупо улыбнулась, услышав слова Пал Палыча. То, что я смотрелась не хуже Катковой, было конечно хорошо. Но я вдруг поняла, что этот случай зацепит её самолюбие. Вот только чем это обернётся для меня?

Мы вернулись в школу ещё до окончания уроков, но я ни с кем не разговаривала. Лишь в конце ко мне подошла одна тихая скромница, тихая троешница нашего класса, Варя, которая смущённо попросила меня помочь ей с заданием по истории, где нужно было написать ответы на вопросы, не входящие в программу нашего учебника. Я смерила её холодным взглядом, н обещала помочь. Эти всё и закончилось.

Стас заехал скоро, он уже ждал меня у ворот, когда я вышла. И всё время казалось, что меня преследуют чьи-то взгляды. Но это были лишь мои опасения. Я спряталась в его машине, словно в танке. Укрылась от всего мира и этой реальности. Я сидела, словно отрешённая, наблюдая как Стас что-то щёлкает на своей панели. Наконец-то он поднял голову, глядя на меня:

– Как прошла вылазка?

Я дёрнулась, будто испугавшись чего-то, и перед глазами возникла та красная лента, падающая под ноги.

– На выставку пришлось ехать, с директором.

– Палычем?

– Ты его знаешь?

– Я же учился в твоей школе. Это и моя школа тоже. Да и потом встречались не раз.

– Ясно. Боюсь, Каткова не переживёт, что взяли не её.

– Это хорошо. Пусть это её заденет. Это сыграет нам на руку, – он улыбнулся, и мы тронулись с места.

Возможно, кто-то и наблюдал за мной в тот момент, но мне было всё равно, что обо мне подумают остальные, в частности Никита. Мы проехали несколько кварталов, когда Стас вдруг что-то вспомнил, резко взяв вправо. Мы остановились у магазина.

– Ты со мной?

– Зачем? – не поняла я.

– За компанию.

– Я пожалуй тут прогуляюсь, – буркнула я в ответ.

– Может ключи от машины оставить? Я не хотел бы оставлять тебя одну.

– Не надо, я же с телефоном, – мой взгляд вдруг упал на вывеску зоомагазина, куда я заходила иногда, просто посмотреть. Женщина, что работала там, знала меня давно, и была довольно милой. – Туда зайду, хорошо?

– Давай. Я скоро, – он щёлкнул сигнализацией, и мы временно разошлись в разные стороны.

За прилавком что-то искала коротко стриженая женщина в очках. Это была всё та же, с которой мы иногда беседовали летом, когда я бесцельно бродя по городу, заходила в магазин просто поглазеть, или же возвращалась из библиотеки, что находилась рядом. Она поднялась, рассматривая меня, а потом вдруг узнала.

– Какие люди! – восторженно произнесла она. – Давненько не забегала. Отлично выглядишь!

– Спасибо. Да как-то некогда было. Школа, – я махнула рукой.

– Понятненько. Смотри, кого нам привезли, – она указала в дальний угол магазина, где стоял пустой аквариум, переоборудованный под террариум. – Я к нему и подходить то боюсь.

Я подняла голову, рассматривая то, что она мне показала. Сначала мне показалось, что аквариум пуст, но когда я подошла ближе, то мой взгляд упал на существо, которое находилось там. Это был огромный паук, увидев которого ещё пару месяцев назад. Его шесть чёрных глаз уставились на меня, и он пошевелился, повернувшись ко мне. Я не могла отвести от него своих глаз. Он подполз к стеклу так близко, что я могла рассмотреть каждую шерстинку на его тельце.

– Странно, обычно в углу сидит, – отозвалась продавщица. – Ну и страшилище. Боюсь даже руку к нему засунуть.

Я смолчала, вспомнив, что сама недавно боялась этих существ до смерти, но сегодня я не почувствовала этого страха. Напротив, мне хотелось погладить его мохнатые лапки и подержать его в руках. И я вдруг поняла, на кого он похож. Он был словно маленькая копия Свороша из моих снов. Того самого, разумного паука-гиганта, что обладал странной магией перемещения.

– Представляешь, что мне тут рассказали, – говорила женщина, пока я рассматривала паука, – у нас в городе появились догхантеры.

– Кто? – я повернулась к ней, не поняв, что она имеет в виду.

– Собак убивают. Раскладывают отраву по городу. Уже несколько собак нашли. А на днях у моей клиентки пёс отравился. Ничего сделать не успели. Да где там… Вот же нелюди.

– Это точно, – поддержала её. Я никогда не понимала подобного рода занятия, хоть и сама боялась некоторых беспризорных собак. Но травить… Зачем?

– Так не только травят, а ещё и с глоткой перерезанной находили, – не унималась она, – и кому они мешают? Что за люди, твари.

Я ужаснулась, представив эту картину. Но тут зазвонил телефон, Стас уже разыскивал меня. Через пару минут он вошёл, направившись ко мне. Потом остановился, глядя на паука.

– Прикольный. Птицеед? – спросил он.

– Да. Самец, говорят. Не могу на него даже смотреть. Шеф припёр. Говорит, модно сейчас таких живностей дома держать.

– А смотри, какие у него оранжевые полоски, – показала я в умилении. – Сколько он стоит?

– За тысячу забирайте, если это вам надо, – усмехнулась продавщица.

– Я хочу его… Кажется, дома были деньги. Если их хватит, – вспомнила я.

– А террариум для него есть? – поинтересовался Стас.

– Вон, поменьше можно взять. Этот для рыб. Завезти должны новых.

– Мы его берём.

– Стас… – я уже представила реакцию матери. Хотя, с другой стороны хорошо. Меньше будет ходить ко мне в спальню. – Спасибо! Я назову его Свор.

Глава 20

Я вновь очутилась в том же дворце, где первым делом бросилась искать Дэна. Я уже предполагала, где он может находиться. Покинуть надолго свой запасной дом он не мог, так как каждый день они наблюдали за тем, как набирали мощь их странные солдаты, армия, спрятанная до поры до времени в огромной левитирующей платформе. Поэтому большую часть времени Дэн находился либо вместе со Сворошем, либо со своим другом Неро, к которому я никак не могла привыкнуть.

Но сейчас он находился в своих огромных апартаментах, где я впервые увидела его спящим. Он был полуобнажён, а его мощная грудь равномерно поднималась от тяжёлого дыхания. Чёрные волосы разметались по подушке, резко выделяясь на фоне белоснежной постели. Пальцы были сжаты в кулаки даже во сне. Он казался беззащитным, но в то же время бесконечно сильным и могучим. И красивым, словно божество. Я остановилась, рассматривая его, но вдруг почувствовала, что он знает, что я уже здесь. Его веки чуть заметно дёрнулись, и он улыбнулся во сне так, как умел лишь он, самыми уголками губ.

– Дэн… – тихо прошептала я, сама испугавшись, что нарушу его покой.

Он открыл глаза, потянувшись.

– Я тебя заждался. Как ты? Чем занималась за Гранью?

– Строила планы мести, как и ты. И даже начала воплощать их в жизнь, – довольно ответила я, приблизившись к нему.

Он сладко потянулся вновь, а потом поймал моё запястье и бросил на постель, склонившись надо мной.

– Сладко, моя девочка? Мстить тем, кого ненавидишь.

– Да, Дэн. Никогда бы не подумала. Но это не касается того случая.

– Ты скоро всё забудешь. Я тебе обещаю, – он приник ко мне долгим вкусным поцелуем, одновременно лаская пальцами мой живот, опускаясь ниже. За последние дни он ни разу не заходил дальше определённого рубежа, а я уже давно хотела большего. Не знаю, в какой именно момент это началось, но когда он вот так целовал меня, внутри что-то взрывалось, тянуло и требовало продолжения.

Но как сказать это ему, я не знала. И не знала, чем может закончиться для меня эта игра с оборотнем. Но желание боролось со страхом, делая эту пытку невыносимо сладкой. Я не была уверена до конца, что нужна ему в этом смысле, ведь те женщины, которых мне удалось увидеть здесь, были просто очаровательны, и я сама себе казалась самой обыкновенной простушкой, непонятно зачем попавшей в этот мир. Я представляла, на что были способны его бывшие любовницы, до которых ему сейчас не было дела, и постоянно сравнивала себя с ними мысленно.

– О чём ты думаешь? – внезапно спросил он, приподнявшись.

– О нас. Скоро всё закончится. Ведь так? Я не смогу остаться здесь.

– А ты бы этого хотела? – он провёл пальцами по моим растрепавшимся волосам.

– Я не знаю… Что мне делать, Дэн? Это ведь не мой мир. Я не понимаю здесь абсолютно ничего. Я не смогла бы здесь жить…

– Значит, нужно просто ловить момент и наслаждаться им.

– Зная, что в любой момент этот замок может быть атакован твоими врагами? – я поднялась, поправляя рубашку.

– Это добавляет свою прелесть, – заметил он.

– Для тебя? Но не для меня. Мне страшно. Страшно, что в любой момент мы можем оказаться обратно в лабиринте, и всё начнётся сначала. Страшно, что я могу проснуться и понять, что я никогда тебя больше не увижу. Как ты не поймёшь это?

– Я понимаю это так же, как и ты. Но Фор выбрал именно тебя. Именно ты появляешься около меня на протяжение всего этого времени. я понимаю природу перемещений между мирами, сущность Грани. Но как происходит то, что ты появляешься здесь, я не могу понять. Даже для меня это слишком сложно. И мне приходится постоянно думать о тебе.

– Я тоже ничего не понимаю. что произойдёт, если снять заклятье с Фора?

– Если бы я мог не делать этого, я бы предпочёл оставить всё как есть. Но я не могу… что за выбор… Знать, что твоё счастье так близко, но не иметь возможности изменить свою жизнь.

– Ты бы правда изменил свою жизнь ради меня?

Он замолчал, сжав зубы. В глазах вспыхнул злой оранжевый огонь. Казалось, он вот-вот поменяет свой облик. Он находился на пределе эмоций, но старался сдерживаться. В такие моменты я не могла понять, что у него на душе. Я предпочла отодвинуться в сторону, чтобы не нагнетать обстановку, и смотрела на него, широко открыв глаза, не моргая. Что с ним происходило?

– Дэн! Дэн! – воскликнула я, возвращая его в реальность.

– Прости…

– За что? – удивлённо спросила я. – Ты же ничего не сделал.

– Я чуть было не сорвался, хотя обещал себе, что не сделаю этого.

– Ты себе обещал? Это возможно? Что ты не станешь иметь со мной ничего общего?

– Рина, – упрекнул он, – ты слишком важна для меня.

– В чём, Дэн? Скажи мне!!!

– В том, что я люблю тебя! И не могу без тебя! Как с тобой можно разговаривать?! – взорвался он. А потом, обернувшись огненным вихрем, на лету приобретая очертания крыльев, что заполнили полкомнаты, ударил хвостом по постели, разорвав на части простыни рядом со мной своим шипом, и молнией вылетел в окно, выписывая виражи меж разноцветных облаков, окружающих дворец.

Я подскочила, несколько опешив от его слов, а потом подбежала к оконному проёму, наблюдая за тем, кто взмывал ввысь, отражая все закатные блики, а потом камнем падал вниз, чтобы в последний миг подняться вновь. Я поняла вдруг, что с ним. Он знал, что я не люблю видеть его вторую ипостась и всячески пытаюсь избежать лишнего контакта с ним, когда он принимал этот облик. А Дэнмириан не мог иначе, ведь это было частью его сущности. Я вздрогнула, когда откуда-то раздался страшный рык, что всегда пугал меня. Почему он признался именно сейчас? Неужели это правда? Он влюбился? Я невольно улыбнулась, когда вспомнила события лабиринта. Разве я могла тогда ожидать того, что происходило сейчас.

Я вдруг увидела, что издалека, из самых дальних облаков, приближаются в сторону дворца несколько крылатых силуэтов. Я замерла, пытаясь понять, кто это может быть. Сердце застучало от тревоги за Дэна. Я всматривалась вдаль, потеряв его из виду на несколько минут. Если бы я могла вот так взять и отрастить крылья, чтобы помочь ему. Жаль, это нереально. А потом я увидела, что это просто Неро вместе со своей охраной. Дэн вдруг появился снова, уже рядом с ними, и они о чём-то говорили, после чего вместе взяли направление в противоположную сторону и исчезли из поля моего зрения. Я села на мраморный пол и вдруг разрыдалась от бессилия. Меня тронули его последние слова настолько, словно кто-то прошёлся острым ножом по сердцу. Сквозь слёзы я сделала пару шагов и упала на кровать, прижав к себе те самые, разорванные шёлковые простыни.

Его не было долго, и я вышла в коридор. Его голос до сих пор стоял в голове. И я думала, почему эти слова были произнесены именно сейчас, когда обстановка и так накаляется. Неужели он это скрывал и наконец-то сознался? Или же это просто мимолётная мысль? У меня в голове не особо укладывалось то, что в меня может влюбиться такое странное существо из другого мира. Любила ли я его? Наверное, да, если я правильно определяла для себя смысл этого слова. Да! Как же назвать иначе то, что я постоянно думала о нём, тянулась к нему… И это после всего того, что он вытворял со мной, желая этого или нет. Но я чувствовала в нём кого-то близкого мне по духу. Может, судьба специально повернула путь так, что мы встретились в тяжёлый момент нашей жизни? Ведь раньше я не была готова к таким событиям, а позже могло бы быть слишком поздно.

А может быть,ему самому тяжело говорить про свои чувства? Кто я здесь? Всего лишь человек из-за Грани, который даже не имеет дополнительных внешностей и способностей. Обычный человек, простая девушка, не способная на то, что умеют многие местные крылатые барышни. И он не хочет меня видеть сейчас? Верно, ему стыдно за его же слова, иначе почему он так стремительно покинул меня. Что мне делать?

Я остановилась у большой хрустальной колонны, уходящей высоко в потолок. Прижалась к ней спиной, ощутив холодок, исходящий из неё, и думала о том, почему именно со мной судьба сыграла такую злую шутку. Кем была я здесь, и кто он? А ещё война непонятных сил, которую я не воспринимала всерьёз до того момента, пока мы не разбудили странных существ, от которых шла неведомая мне энергия. И ещё этот его Неро… Надо же было ему явиться именно сейчас.

Я увидела вдруг снаружи крылатую тень, что приближалась к дворцу. Но летел он неровно, как-то странно, казалось, он вот-вот упадёт. Но в последний миг веллину всё таки удалось спикировать на открытую площадку, что находилась в другом краю крытого перехода. Его крылья были изорваны почти в клочья, это было видно отсюда невооружённым взглядом. Я замерла на мгновение, но поняла, что ему требуется помощь, поэтому осторожно подошла к незнакомцу, рассматривая его, но боясь подойти. Он уже принял человеческий облик, менее устрашающий для меня.

Это был молодой парень в белой рубашке, с браслетами на руках, подобным тем, что носил Дэнмириан. Его лицо было окровавлено, а кровь ещё капала, расползаясь на его белой одежде алыми пятнами. Веки закрытых глаз подёргивались. Что же делать? Надо позвать Дэна, но успею ли я? Или попытаться помочь ему сейчас?

– Ты кто? – спросила я, разворачивая его к себе. Он молчал. Может попытаться остановить кровотечение? Но как это сделать? – Эй, не надо тут загибаться. Я сейчас позову Дэна.

– Постой, – прохрипел он. Я остановилась, решаясь на рискованный шаг. Ведь он мог оказаться кем угодно. – Не надо…

– Почему? Ты кто вообще такой?

– Ты меня не помнишь? Арис… – с этими словами он потерял сознание, а я опустилась на колени и оторвала часть его рубашки. Грудь его была вся окровавлена, а под ключицей зияла рана, из которой сочилась кровь. Я приложила к нему ухо, услышав хрип и бульканье в лёгких. Видимо рана был сквозная. Удар пришёлся между рёбер. Я вдруг увидела, что в ней что-то есть похожее на осколок прозрачного стекла. Я оторвала часть его рубашки, а потом осторожно ухватилась за осколок. Пытаясь достать его из тела незнакомца. При этом я боялась сломать его, чтобы ничего не осталось внутри. Вот он двинулся, и начал медленно выходить. Я прислушивалась к его прерывистому дыханию, чтобы понять, жив ли он. Нужно позвать кого-то на помощь.

– Кион! Ты где? Срочно лети сюда! – крикнула я, а эхо разнесло сои слова по переходам дворца.

Мне удалось извлечь осколок, и я отложила его в сторону, чтобы зажать рану, из которой ещё сильнее полилась кровь. . На некоторое время мне удалось это сделать. А потом я услышала за спиной вихрь, что преобразовался в Киона, который подбежал к нам.

– Ваше высочество… что случилось?

– Кион, кто это такой? – удивлённо спросила я, не поднимаясь с колен.

– Младший брат Дэнмириана. О, демиурги, что произошло? Нужно срочно позвать его высочество Дэнмириана.

– Давай-давай. А я пока посижу с ним… Только быстрее, мне кажется, он на нижнем ярусе со своим Неро.

– Кажется да, – я впервые увидела волнение на лице этого мужчины, до этого он казался беспристрастным ко всему.

– Лети. Я побуду здесь.

Он испарился так же внезапно, как и появился тут. А я всматривалась в лицо молодого человек, что умирал у меня на руках. Он действительно был похож на Дэна, но черты его лица были несколько мягче. Орс несколько раз пытался открыть глаза, но терял сознание. Я понятия не имела, испытывают ли эти существа такие же болевые ощущения, как люди, но было видно, что ему оставалось совсем немного времени до того, как его сердце остановится окончательно. Хоть бы Дэн успел вовремя!

Как странно, похоже, он не предатель, как уверял Неро Дэнмириана. Предатель бы не посмел вернуться, да тем более в таком состоянии, в каком он смог добраться до дворца. И Неро, что внезапно прилетел со своими воинами незадолго до него… В чём же тайна? В мысли вдруг закралось сомнение, но я не была уверена в этом до конца. Дэну виднее, что происходит вокруг него.

– Эй, как там тебя… Не умирай, прошу тебя… – я приложила к нему голову, увидев, что артефакт на моей шее сработал.

Естественно, он же чувствовал представителя имперского рода, которому он и принадлежал. Чего тут удивительного. Но как странно он на меня смотрел… И назвал неизвестным мне именем. Оно вдруг испарилось из головы, и как я ни пыталась вспомнить его, у меня не выходило. Я приложила к нему обе ладони, чувствуя, как бьётся сердце, будто хочет выскочить из груди. А я почувствовала, как привычная мне энергия перетекает сквозь мои руки от артефакта к умирающему около меня существу, так похожему на человека.

Ему становилось лучше. Я видела это, потому что он вдруг шевельнулся, и чуть дёрнул веками, а с лица убралась гримаса боли, а кожа приобретала нормальный оттенок. Энергия Фора действовала на него целительно, и только сейчас я вздохнула с облегчением, поняв, что у него есть шанс выжить. Я продолжила, полностью расслабившись, отдалась своим ощущениям, выдавив из себя страх.

Дэн явился не один, а в сопровождении Неро, который бросил очередной подозрительный взгляд в мою сторону. Он увидел, что я сижу на коленях, придерживая голову его брата. Тот не открывал глаза, но дыхание стало ровным. Его длинные тёмные волосы касались моей руки, чуть шевелясь на сквозняке коридора.

– Орс… Рина, что с ним?

– Смотри, – я указала взглядом на странный прозрачный предмет, что достала из его тела. – Это было в нём.

– Это же… Это оружие используют в Эймаре. Обломок кварцевого метательного клинка… странно.

– Хочешь сказать, в него это кто-то запустил?

– Именно это я и хочу сказать, – Дэн склонился над ним, отбросив волосы с лица брата. – Орс, ты же должен выжить.

– Он выживет, Дэн. Ему уже лучше. Фор помог.

– Спасибо тебе, моя девочка, – прошептал он мне прямо в ухо.

Неро, что стоял рядом, развернулся, прошипев сзади:

– Предатель… Наверняка, первым пошёл в атаку… Иначе, почему наши его тронули.

– Не знаю! Неро, прекрати! Я не верю тебе!

– Тогда спроси, почему он летел из Кантерма? А? И после этого будешь говорить, что я не прав?

– Откуда ты знаешь это? – взорвался Дэн, подскочив к нему, а в его руках гневно мелькнула синяя молния. Казалось, он вот-вот метнёт ей в своего друга. – Что за голословные обвинения, Неро! То ты обвиняешь Рину непонятно в чём, то Орса… Что происходит?

– Ты скоро сам всё поймёшь… Нам надо готовиться к атаке.

– Что ты скрываешь, Неро? Я не понимаю? – Дэн грозно надвигался на друга, вспыхивая красными языками пламени.

– Сам узнаешь. И поймёшь, что прав я. Не могу пока сказать больше ничего.

– Говори! – Дэн метнул в него молнией, которая попала в соседнюю колонну, что звонко обрушилась, рассыпавшись на мелкие хрустальные осколки.

Это было словно на замедленной съёмке, будто в тумане. Я не могла отойти, всё ещё придерживая голову Орса. Не знаю почему, но я чувствовала его так же, как Дэна. Осколки будто миллионы искр разлетелись вокруг, чуть не достав до меня. Но Неро успел увернуться от них, став снова крылатым существом, и взмыл вверх. Дэн бросился вслед Неро, издав рычание, что пронеслось раскатистым эхом меж башен замка в облаках.

– Я вернусь, когда ты успокоишься, друг, – прошипел сверху Неро, делая очередной манёвр, чтобы не попасть под магическую молнию, способную его убить.

После этого Неро стремительно набрал скорость, скрывшись в разноцветном тумане над горами. А Дэн спикировал вниз, несколько раз перевернувшись в воздухе от неожиданного порыва ветра, и практически упал на площадку дворца, пытаясь отдышаться. Он снова был человеком. Его скулы играли, он пытался что-то сказать, но от возмущения ему не хватало воздуха. Я давно не видела его таким решительным. Наконец-то он смог подойти к нам, и всмотрелся в лицо Орса.

– Пусть летит. Он не вернётся сюда, испугается. А я подожду, пока Орс очнётся и сам всё расскажет.. Я позову Киона, чтобы переложить его в более уютное место. Ты выживешь, братишка!

– Да, Дэн. Думаю, так ему будет лучше.

Мы дождались, пока Орса перенесут в спальню, а наверх поднялся Сворош. Который знал способы, как вернуть Орса в чувство. Он остался с ним, а мы, наконец-то, смогли остаться наедине.

Он молчал, но я видела, что ему нелегко далась эта сцена на площадке. И я понимала его. Они оба были дороги ему, и Дэну не хотелось видеть предателя ни в Неро, ни в своём младшем брате. Ох, не нравилась мне эта интрига…

– Он успел сказать хоть что-то? Вспомни?

– Орс… он… – я пыталась поставить все события по порядку в своей памяти. – Сказал, что не надо звать тебя. Но как-то странно, не так, как говорят предатели. Он будто хотел поговорить со мной. Да!

– С тобой? – Дэн удивлённо поднял брови, сверкнув глазами.

– Мне так показалось. И он назвал меня как-то странно… Не могу вспомнить…

– Он же не мог видеть тебя!

– Не мог. И я вижу его впервые. Сама не понимаю. А Фор, он не действует в его руках тоже?

– Не знаю. Думаю, когда он придёт в себя, мы сможем проверить это.

– Постой, Дэн, – воскликнула я. – Кажется он назвал меня Арис!

– Арис? Что за странное имя? Хотя, почему-то оно знакомо мне.

– Он говорил невнятно. Возможно, мне показалось!

– Нам остаётся только ждать, – заключил Дэн.

Я вдруг вспомнила его признание в любви и сердце защемило. Я смотрела на него, вспоминая, кем он был ещё совсем недавно. Стоит ли говорить ему то, что я чувствую то же самое? Или это станет новой раной для меня и для него. У него и так проблем больше, чем я могу себе представить. Чего стоит та Каткова и все остальные в сравнении с тем, что он не может доверять ни родному брату, ни другу?

– Почему ты молчишь, Рина? – тревожно спросил он.

– Боюсь за тебя, – прошептала я, встретившись с ним взглядом. Он смотрел на меня сверху вниз, решая, то ли сказать мне некие слова в ответ, то ли просто поцеловать.

– Не бойся, Рина. Пока мы вместе, нам ничего не грозит.

– А если меня не окажется здесь в тот момент, когда тебе будет грозить опасность? Что тогда? Ты про это не думал?

– Я смогу постоять за себя.

– Надеюсь, что так оно и есть, – прошептала я.

– Полетели отсюда, хорошо, Рина? Пока у нас есть время.

– Куда?

– Увидишь, – он поцеловал меня, причём сделал это настолько нежно, что я растаяла в его руках.

– С тобой хоть на край света…

Он подхватил меня на руки, вскружив по мраморному полу, и спустя минуту я уже летела вместе с ним в сторону гор, где мы ещё не бывали. Над нами расстилалось поле облаков, освещённых ярким полуденным солнцем этой планеты, а внизу были свои облака, которые отражали верхний слой и все его цвета, будто в зеркале. Где то под ними, далеко внизу виднелась поверхность земли и горы, что пронзали нижние слои облаков насквозь, будто острова в океане. Здесь сверху было холодно, но я грелась о Дэна, который излучал странное тепло. Видно, эти существа были привычны к перепадам температуры, подстраиваясь под окружающую среду.

– Долго нам лететь? – спросила я.

– Уж-ж-же. Почти прилетел-л-ли!

Он взял направление вниз, где я вдруг увидела сквозь туман нижних облаков озеро на вершине горы, расположенное в чаше, а по бокам струи воды, играя всевозможными бликами, падали вниз с огромной высоты, струясь водопадами. Они срывались где-то далеко внизу, где начиналась река, что стремилась меж гор в сторону низины. Если бы не его крылья, сюда просто невозможно было бы попасть.

– Нравится? – он опустил меня на воду, придерживая руками.

– Я умею плавать, Дэн!

Он бережно отпустил, словно опасаясь за меня. Но здесь оказалось вовсе не глубоко, чуть выше груди. А вода на удивление тёплая, будто в ванной. Я нырнула, проплыв несколько метров, рассматривая подводный мир этого странного озера. Здесь не было растений или рыб, но минералы, из которых складывалось дно, придавали воде необыкновенный оттенок. Я вынырнула, отбросив мокрые волосы назад.

– Иди сюда! – поманил он.

– Нет! – я рассмеялась, бросившись в сторону, но поток воды помешал мне уйти далеко.

Дэн тут же оказался рядом, вынырнув из воды прямо передо мной. Он пригладил одной рукой волосы, что локонами падали на глаза, а другой ухватил меня за талию. Я задрожала от знакомого прикосновения. Почему я боялась его там, в лабиринте? Теперь я не понимала этого.

– Тебе не мешает одежда? – прошептал он.

– Нет…

– А мне кажется, что это лишнее, – он протянул руки, освобождая меня от рубашки, а потом по очереди подняв мои ноги, снял с меня сандалии, сложив всё на край чаши, где находилась небольшая площадка, освещённая белой звездой Эймара. – Сними Фор…

Я сама не знала, зачем это сделала, но чувствовала, что давно пора хоть на время избавить себя от этого бремени. Я осторожно сняла цепочку, и положили артефакт поверх своей одежды. А потом, стянув с себя мокрые прилипшие к телу штаны, разложила их так, чтобы они могли высохнуть. Когда я обернулась, стоя на камнях, то увидела Дэна, который находился в воде. Его одежда находилась там же, где и мои вещи. Мокрая грудь блестела. А ниже стихия чуть скрывала его детали, хотя в кристально прозрачной воде просматривалось почти всё.

Я сделала шаг к воде, а потом нырнула, направляясь к нему. К мужчине моей мечты. Единственному из всех миров, кому я доверяла как самой себе. Словно вечность прошла, прежде чем я доплыла до него, вынырнув прямо перед ним и потянувшись к нему за поцелуем. Я забыла обо всём на свете. Мы были одни, одни на этой сказочной планете. Я доверяла ему, доверяла всю себя без остатка. И нам не нужен был артефакт, столько времени создававший преграду меж нами. Он не мог мне сделать ничего плохого. Я хотела его, всего, без остатка. И пусть хоть на мгновения, но он будет моим.

Я обняла его ногами за талию, почувствовав под собой, что он полностью возбуждён. Глаза сверкали, а ладони его поддерживали меня под ягодицами, не давая ускользнуть или двинуться в сторону. Он прижал меня к себе так сильно, как только я могла выдержать, потом потёрся об меня своим телом, задрожав при этом, и издал протяжный рык.

– Рина... Как же я хотел этого. Я ждал тебя всю жизнь.

– Я люблю тебя, Дэн! – прошептала я, приникнув к его жадным губам, словно к источнику, без которого я больше не могла жить.

Он снова зарычал, услышав эти слова, чтобы прижать к себе ещё крепче.

– Моя любимая девочка. Почему мы не поняли это раньше?

– Значит, было не подходящее время… – улыбнулась я.

– Я не отпущу тебя больше. Быть может, без Фора ты не сможешь вернуться обратно?

– А как же моя Земля?

– Ты же не хотела возвращаться…

– Теперь хочу… Мне нужно завершить своё дело и свою месть. Но я не хочу оставлять тебя.

– Я так хочу тебя… Не боишься, что снова повторится прошлый раз?

– Не знаю… в любом случае, пока не попробуем, не узнаем это, – прошептала я в ответ.

Он прошёлся языком по моей шее, обследуя каждую клеточку кожи, будто не мог насладиться мной. А его пальцы скользнули под водой между моими ногами, нащупав там самое сладкое место, от чего у меня закружилась голова. Дэнмириан достал руку, облизнув их по очереди, после чего приник ко мне поцелуем. Он прерывался, тяжело дыша, а его дыхание обжигало меня. Его мужской орган прижался к моей плоти настолько, что у меня свело дыхание в предвкушении того, что предстояло дальше. А Дэн не спешил. Он наклонился, чтобы захватить ртом по очереди мои соски, которые торчали вверх и затвердели от прикосновения его губ и горячего языка. Я в ответ запустила пальцы ему между мокрых волос, прижимая к себе ещё ближе.

– Ты готова, моя девочка, но в этот раз я стерплю, – прошептал он между поцелуями.

– Почему? – сбивчиво спросила я?

– Я бы предпочёл сделать это, когда у нас будет больше времени. Хочу наслаждаться тобой долго и мучительно, хочу, чтобы ты запомнила этот момент на всю свою жизнь. И сделать это в постели. Проникнуть в тебя языком, доставить тебе удовольствие. А лишь потом всё остальное. А сейчас у нас уже совсем мало времени. Нам нужно вернуться, надеюсь, я уже смогу поговорить с Орсом.

– Дэн… Нет

– Да, Рина. Я считаю, что так будет лучше для нас обоих, – он несколько отпустил меня от себя, расслабив свои руки. – Ты даже не представляешь, насколько я хочу тебя, и чего мне стоит сдерживаться, но я считаю, что так будет правильно.

– Как хочешь, – мне вдруг показалось, что он чего-то недоговаривает. Но я предпочла промолчать.

Я вышла из воды на плоский камень, натягивая свою, уже подсохшую одежду и бросила на него недовольный взгляд. А Дэн издал рык, а потом бросился с головой в воду, чтобы не смотреть на меня. Я взяла в руки Фор, и вдруг ощутила, что меня уносит, а пейзаж вокруг меня растворяется, как и каждый раз.

– Нет! – закричала я. – Нет!!!

Но меня уже никто не слышал.

Глава 21

– Нет! Нет! – я проснулась от своего же крика, когда вдруг поняла, что не одна в комнате. Я открыла глаза и повернулась, увидев свою мать, что вздумала разбудить меня в школу.

– Что случилось, Карина? Почему ты кричишь во сне?

Удивительно, почему бы после всех тех событий, даже если не брать во внимание мои ночные путешествия, я не могла бы что-то крикнуть. Надеюсь, что я не разговаривала во сне, ведь если бы кто-то услышал все мои разговоры с Дэном, то «жёлтый» билет мне бы обеспечили точно.

– Кошмар приснился, ма, – протянула я, потягиваясь в постели.

Внезапно мать округлила глаза и замерла на месте, боясь шелохнуться. Её взгляд замер в одной точке. Я уже поняла в чём дело и ждала её реакции, невольно улыбаясь.

– Ка-карина… Это ещё что? – она осторожно сделала шаг назад.

– Это Свор, ма. Он мало ест, не кричит и не мяукает. Его не надо выгуливать. Идеальное домашнее животное, – я скосилась на террариум в углу, который я ещё не успела обустроить до конца.

– Где ты взяла эту гадость?

– Это не гадость. Это мой питомец. Ты же не хочешь покупать мне собаку.

– Убери его из квартиры…

– Нет! – я поднялась и подошла к паучку, приподняла крышку и достала его, взяв на руки. – Ты мой хороший... Как спалось?

– Чтобы за пределами твоей комнаты я это не видела! – он пулей выскочила в коридор. – Собирайся, иначе опять опоздаешь!

– Вот видишь, тебя не выгнали. Не всё так плохо, – ласково произнесла я, усаживая паука на место. – После школы поговорим.

Честно говоря, я ожидала любой реакции, поэтому слова матери лишь вызвали во мне улыбку.

Но собираться стоило, ведь Стас вновь обещал отвезти меня. Я вдруг вспомнила про вчерашнее мероприятие и поездку с Палычем, и мне стало страшно. Но действовать нужно было в любом случае, поэтому я помчалась в ванную, чтобы приводить себя в порядок. Если я сдамся сейчас, то потом будет поздно что-то предпринимать. И я останусь в их глазах той, какой они хотят меня видеть. Поэтому я вспомнила всё, о чём мы договорились со Стасом, и занялась укладкой своих волос. Я никогда раньше не занималась подобным, предпочитая собирать их просто в хвост либо ходить с распущенными волосами, но сегодня я вновь должна была выглядеть лучше, чем они.

И вот позади мои сборы и приготовления, и дорога в школу на пассажирском сиденье машины Стаса. Он подмигнул мне, а потом оставил одну, поехав по своим делам.

– На связи. Расскажешь, какова их реакция на вчерашнее.

– Ладно. Давай, – я вышла, и тут же поймала на себе взгляд Никиты, что стоял у школьных ворот. Он видел, что я вышла из машины. Сложилось впечатление, что он ждал меня, или хотел убедиться, что я ему соврала по поводу того, что у меня кто-то есть. Но его сомнения подтвердились. Я же, не обращая внимания на Никиту, с гордым видом прошла мимо, даже не поздоровавшись.

– Карина, постой же! – услышала я его голос. Он слегка дрогнул, но я не могла показать вида, что мне есть до него вообще дело.

– Карина… Это твой парень?

– Наверное, – произнесла я наконец-то, уже подходя к ступенькам.

Сегодня у меня уже получалось шагать на каблуках довольно ловко. Я вошла в класс, нагло обвела всех взглядом, а потом бросила сумку на парту. Сегодня я вовремя, как ни странно. И мне не страшно от того, что Каткова и Калинина уставились на меня, словно на привидение. Предстоял урок нелюбимой математики, поэтому в класс вошла Надежда Ивановна. В руке она держала газету, это была наша районная пресса. И первое, что я увидела с первой парты, была чёрно-белая фотография на первой странице, где я стояла рядом с Палычем. Чёёёрт! Почему я не смылась вчера от него?!

– Смотри! – классуха протянула мне её, чтобы я рассмотрела ближе. – Ты засветилась, Симкина. Не пойму только, что ты там делала.

– А я причём? – невозмутимо спросила я. – У Пал Палыча спросите, зачем он меня туда потащил.

– Не потащил, а повёз. Ладно. вроде бы всё прошло нормально. Я видела его вчера, он остался доволен выставкой. И тобой, между прочим.

– Какое счастье, – буркнула я в ответ.

На время мне показалось, что все замолчали, прислушиваясь к нашему разговору. Но скорее всего я это себе просто возомнила.

Первая же перемена выдалась весёлой как никогда. Ко мне сразу же подошла Варя, которая принесла мне свои записи по истории, что нужно было свести в таблицу. Но, кажется, это был лишь предлог. Она тут же обратила внимание на газету, что так и осталась лежать на столе, привлекая посторонние взгляды. Варька взяла её в руки, всмотревшись в фото.

– Как хорошо ты вышла, Карина. Посмотри!

– Угу, – промычала я в ответ, отправляя сообщение Стасу, что у меня всё хорошо.

Но потом подтянулась Алина, которой я улыбнулась, делая вид, что забыла про её предательство.

– Карина… А правда, что у тебя новый парень?

– Правда, – подтвердила я. Эти слова доказывали, что разговоры за моей спиной всё же велись.

– Как интересно, – она удивлённо хлопала ресницами. – А кто он? Или это секрет?

– Чего секрет. Бизнесмен…

– Вау! Говорят, у него тачка крутая?

Я всегда поражалась, чего нужно людям для счастья. Тачка крутая, мобила крутая да внимание к своей персоне. Неудивительно, что мне не хотелось потом общаться с таким вот людишками.

– Обыкновенная. Икс шестой. Чего там особенного?

– И давно вы с ним… встречаетесь?

– Ещё с начала лета, – я улыбнулась наивно. Пусть не думают, что удастся от меня добиться правды. – Он в командировке был. Во Франции.

– Ничего себе! – восторженно протянула Алина, а Варька рядом не сводила взгляда с моей фотографии.

Я вновь поймала на себе взгляд Никиты. Потом не выдержала и повернулась к нему.

– Чего уставился? Думал, что всё так просто? Я просто прикалывалась над тобой, а ты, дурак, поверил, что ты мне друг. Да я с самого начала ждала, пока ты расколешься. Я же всё знала. А вы спектакль устроили. Весело было? За пять тысяч столько стараний, это же надо было так напрягаться. Мне казалось, цена твоего затраченного времени должна быть повыше. Ты продешевил, Королёв.

Я звонко рассмеялась, а потом взяла телефон и вышла в коридор, увидев, как он покраснел от моих слов. Так тебе и надо, гад. А теперь сиди и думай, что натворил. И кому это было нужно. Пошёл на поводу у дураков, теперь сам там же. А ведь мог бы нормально общаться. На моё счастье прозвенел очередной звонок, и я вернулась на своё коронное место. Пока всё шло по моему плану, и переживать было не с чего. Но приманка была заброшена, оставалось только выждать поклёвку и подсечь. Каткова клюнула на неё, как жадная рыбка. Выносить то, что её персоне не уделяется должного внимания, она не могла. Но и ругаться со мной пока не собиралась. Видно, ей стало интересно, что происходит, поэтому она соизволила подойти через пару часов лично, бросая на Никиту косые взгляды.

– Каринка, как же ты хорошо выглядишь. Прямо, похорошела за эти дни. Ты же не обижаешься на то, что мы пошутили? Правда? Мы лишь хотели сделать сюрприз. Это розыгрыш. Понимаешь?

Вот же тварь двуличная. Знала я, чего ты хотела. Унизить, растоптать и бросить в грязь лицом. Вот только теперь ты сама там же.

– Я так и поняла, Лера, – спокойно и с улыбкой ответила я. – Твой юмор как всегда на высоте.

– А знаешь… Ты прости меня. Что-то я последнее время сама не своя. Просто я ревновала. Ревновала к Никите. Он мне и самой нравится. Если бы я знала, что у тебя есть парень, я бы даже не дёргалась. А ты скрытная, оказывается.

Какую чушь она несла. Какая, к чёрту, ревность? Каткова, ты в своём уме? Но я продолжала улыбаться как ни в чём не бывало.

– А я и не обижалась как-то.

– Вот и хорошо. Мы же взрослые люди, а ведём себя как малолетки глупые. Давай забудем тот инцидент.

– Давай забудем.

Я увидела, что её подруга Настя бросает на нас косые взгляды. Вот она точно ревновала. И боялась потерять расположение Лерки. Я видела их насквозь, как они ни пытались притворяться. А Каткова вдруг проявила ко мне неожиданный интерес. Она ходила за мной целый день. А потом вдруг подошла с предложением дружбы. Как же всё просто. Что за люди… Но мне это было на руку, поэтому я мило улыбнулась ей и сказала снова, что прощаю за всё.

– Карина, ты знаешь, мои предки уехали. Мы собираемся устроить небольшую вечеринку у меня дома. Ты придёшь?

Неужели она думает, что я такая наивная. Или же ищет повод унизить вновь?

– Не знаю, Лера. Мне с вами неинтересно. Да и мой вряд ли поддержит. Вы уж как-нибудь сами.

– Зря. Я правда хочу наладить с тобой отношения. С Настей совсем не о чем разговаривать, она же болтает только про шмотки и парней. Жаль, нам не удалось подружиться раньше.

Какое счастье, что не удалось. Какая же ты змея, однако. Что же делать?

– Я позвоню тебе. Может, и приду, – уклончиво сообщила я.

Каткова успокоилась. Я видела, что она не обращает никакого внимания на Настю, а Никита вообще вился вокруг меня весь остаток дня. Даже Маркин молчал и не язвил, как обычно. Я была уверена, что они что-то задумали новое. Хотя… Буду дальше продолжать играть свою роль, чего бы мне это не стоило.

Стас забрал меня, как и обещал. Я уселась к нему, рассказывая последние новости.

– Каринка, это же нам на руку. Почему не согласилась?

– Чтобы она ничего не заподозрила. Пусть не думает, что всё так просто.

– Она клюнула. Значит, мы на верном пути!

– Ага. Ты бы её видел. кстати, смотри, моё фото, – я протянула ему газету.

– Отлично вышла. Жаль, цветного нет. Может, узнать, кто делал фото?

– Зачем? – не поняла я.

– На память оставить. У меня, кажется, был знакомый в редакции. Надо поискать его.

– Не стоит. Мне оно не нужно.

– Как хочешь. Итак, каков наш дальнейший план действий? – он рассмеялся.

– Я… иду… в гости к Катковой!

– Ты молодец! Отлично держишься, – оценил Стас.

– Знал бы ты, чего мне это стоит…

– Ты справишься. А я помогу, – пообещал он, и я поверила этому человеку.

– Стас, скажи, что от меня требуется? – спросила я, вспомнив про его вопросы с Леркиным папой.

– Их же не будет дома… постой, возможно, удастся что-нибудь узнать. Где же можно найти доказательства? – он задумался. – Нужно посоветоваться с Денисом.

– Зачем? – испуганно спросила я.

– Он сам заинтересован не меньше меня в раскрытии того дела. Я позвоню ему.

– Стас, тогда нам придётся рассказывать про меня.

– И что? – он удивлённо посмотрел на меня. – Думаешь, он не сможет нам помочь?

– Не знаю, – недовольно ответила я.

– Не дури. Сейчас съездим в город, найдём его.

– Я не поеду, – заявила я, – ещё уроки делать. Не представляешь, сколько задали.

– Карина, сегодня пятница!

Чёрт… Видно, придётся ехать с ним. Я хотела это и не хотела одновременно. Почему у меня было такое странное отношение к Денису? Ведь то дело с Зориным давно уже закрыто. Три года прошло. Я дёрнулась, вспомнив снова, как он усаживал меня в свою машину, и как он смотрел на меня. Не может быть, он ничего не знает. Просто так вышло, что мы вновь встретились в жизни. Работа у него такая, что поделаешь. Сердце почему-то сжалось. Не то от страха, не то от того, что напротив не увижу его. Но настроение было безнадёжно испорчено.

Он достал свой огромный телефон и, чертыхаясь от того, что не мог попасть на нужную кнопку, набрал номер, который был и у меня. спустя несколько секунд я услышала отдаленный знакомый голос и замерла, делая вид, что мне это не интересно.

– Денис, мне нужно поговорить.

– Я у себя в кабинете, – услышала я. – приезжай, если надо.

– Давай где-нибудь на нейтральной территории.

– Хорошо, тут недалеко есть кафе. Мы встречались там, кажется.

– Буду в течение часа. Я не один, – проговорил Стас, а я скосилась на него, решая, как сбежать из его машины. Но это было по крайней мере глупо с моей стороны.

Мы развернулись и выехали в сторону города. Я молчала, решая, как мне решиться на вечеринку у Катковой. У меня было странное чувство, что всё в моей жизни повторяется вновь, но это было только ощущение, не более того, ни чем не обоснованное.

Добрались мы быстро, трасса, как ни странно в тот день была не загружена, и вскоре мы уже находились в том самом кафе, где Стас договорился встретиться с Ветровым. Молоденькая официантка подошла к нам, и Стас заказал мне чай и яблочный пирог, и два кофе, себе и Ветрову. Я напряглась в ожидании того, что мне снова придётся увидеть этого человека. Раньше у меня отлично получалось не подавать даже вида, что у меня что-то не в порядке, я была абсолютно хладнокровна. Но за последние два месяца я стала замечать за собой, что становлюсь иной. Или же я просто начала возвращаться к жизни с момента знакомства с Дэном? Во мне проснулись чувства, которые выдают меня?

– Где же этот Денис Андреевич. Сейчас позвоню ему, – Стас достал телефон, и услышал, что тот придёт через пару минут.

– Странный он… – прокомментировала я.

– Денис? Один из тех немногих, кто работает честно и не из-за денег.

– Не сказала бы по его машине и одежде, – буркнула я, уткнувшись в меню.

– Да ты выбирай ещё что-нибудь, не стесняйся. А то будешь до ночи голодная, опять пельмени есть придётся дома, – пошутил Стас. – Кстати, насчёт машины. У него же отец за границей, кажется в Германии живёт, в Гамбурге. Большой человек, банкир. Денис мог бы жить себе на широкую ногу и горя не знать. Так нет, честного строит из себя.

– Странно, – я подняла голову. – Мне казалось, у него нет отца?

– Он с матерью развёлся, и эмигрировал. Да только вот несколько лет от него ни слуху ни духу не было, а потом сам нашёлся, мать искал, да её уже в живых не было. Вот так, когда сын взрослый уже стал и профессию получил.

– Он сам это рассказывал? – я вдруг поняла, что всё окажется сложнее, чем я думала. Те, кто работает не за деньги, намного опаснее обычных полицейских. Это, кажется, пожизненно…

Он был уже близко. Кажется, я чувствовала его присутствие на расстоянии, ведь меня пронзила странная дрожь, которая сопровождала все наши последние встречи. Денис вошёл и направился к нам. Увидев меня, он изумлённо поднял брови, но, не сказав, ни слова, уселся рядом, положив на столик мобильный и чип от машины, и поднял глаза на Стаса.

– Станислав Александрович, – он протянул Стасу руку.

– Это Карина, моя соседка.

– Мы уже знакомы, – он сверкнул глазами так, что у меня душа ушла в пятки.

– Карина поможет нам. Дело в том, что Катков уехал на выходные, а его дочь, она учится в одном классе с его дочерью. Мне кажется, это прекрасная возможность, чтобы найти информацию.

– Думаешь, он оставил ту флэшку у себя? – Ветров усмехнулся. – Маловероятно, что он что-то хранит у себя дома. Знать бы, что могло быть на ней. Возможно, нам надо найти посредника, что нанял убийцу?

– Нужно найти тот компромат. Димка знал что-то важное. Просто из-за тендера убивать его было глупо.

– Что там могло быть? Чем занимается Катков помимо сети магазинов?

– Кажется… стоп, он же имеет фирму, что занимается оптовыми закупками. А потом эта же продукция и идёт в его магазины. Да и не только в его… Димка брал у него партию алкоголя…

– А это уже может быть интересно? Попросить проверить их документы? Хотя, мне кажется, что мы ничего там не найдём.

– Почему же? – Стас напряг лицо. В тот момент он был предельно серьёзен, и не напоминал мне того Стаса, с которым мы бесились в его квартире пару дней назад.

– Если только… с кем он общается? Мы могли бы попытаться раскрутить его поставщиков! Уверен, что дело не только в алкоголе. С кем он имеет дела? И кто покрывает его в мэрии?

Я молча слушала их разговор, делая вид, что мне это не интересно. А сама украдкой наблюдала за его манерами, скрывая улыбку. На время я даже забыла о своих проблемах. Казалось, ему нет до меня никакого дела.

– Что же могло вызвать такую реакцию на ту информацию. Дело возможно, не только в деньгах, хотя на них всё опирается… Стой, Денис! Мне нужно поговорить с женой Димки! Возможно, он ей что-то рассказывал.

– Я уже говорил с ней, – произнёс Ветров, делая маленький глоток кофе, при этом он перевёл на меня взгляд, и я отвернулась. – Она ничего не знает. В тот день он не поехал домой, а ехал к тебе.

– Но кто-то же дал ему ту флэшку?! Иначе, откуда Димка мог её взять. Значит, у него были свои информаторы, и кто-то готов сдать Каткова, да и не только его.

– Я проверю ещё раз звонки с телефона Ларионова, – Денис поставил чашку на стол, – сегодня же. А Карина, если хочет помочь, пусть внимательно слушает всё, что сможет. Возможно, мы и выйдем на верный след.

– Тогда я вечером еду к Свете. Тогда она была ещё в шоковом состоянии. Возможно, сейчас и сможет что-то вспомнить.

– Да, – вспомнил вдруг Ветров, поднимаясь со стула. – Дай Карине диктофон. И себе приобрети. Никогда не знаешь, когда он понадобится. . Я должен вас покинуть. Жду свидетеля.

Стас протянул руку, прощаясь, а сам задумался. Ветров исчез так же неожиданно, как и появился. Я допила свой чай, глядя на Стаса.

– Что случилось?

– Света… Жена Димки… Может ли она что-то знать?

Мне показалось, что Стаса волнует не то, что та Света не рассказала ему всего, а сама та девушка. А может её тоже шантажировали? Или угрожали ей? Я сказала об этом Стасу.

– Не знаю. Не похоже было. Поехали, нам надо вернуться. А я сразу к ней.

– Стас… Мне страшно идти домой к Катковой, – призналась я.

– Не бойся. Я с тобой. Если что сразу прилечу.

– Только тебя там светить не хватало.

– А мы аккуратно. Согласен, к самому дому Каткова ехать не стоит. Заберу тебя на остановке, там недалеко, метров семьсот.

– Стас, – я замолчала.

– Что?

– Будь осторожнее!

– Не волнуйся. Ну что, собираемся домой?

Это была первая ночь, когда я не попала в Эймар. Странно, почему так произошло? Я так ждала этой встречи, но Фор решил иначе. Я проснулась с неким разочарованием и грустью. Кажется, он вспоминал обо мне… Или мне показалось, что я чувствую, как обо мне кто-то думает. Дэн, где ты? Что случилось? Я надеюсь, что с тобой всё в порядке? Или ты действительно мой прекрасный сон, который с приходом в мою жизнь новых проблем, отходит в мозге на второй план. Я не знала, что и думать в тот день. Что происходит со мной? Может, я и правда схожу с ума? Ведь я постоянно думала про Дэнмириана, я чувствовала, закрыв глаза, его поцелуи и прикосновения, словно они вполне реальны. Казалось, он близко и одновременно так далеко от меня… И его слова любви… Они же стояли в голове, навсегда врезавшись в мою память…

Мы встретились со Стасом на следующий день, когда он приехал от Светланы. Мать моя, как ни странно, находилась дома, что-то делала в своём ноуте на кухне с чашкой кофе, но стояла тишина, когда Стас сообщил мне, что вернулся. Я выбежала, остановившись на пороге, и как-то странно посмотрела на неё.

– Я на улицу, – сообщила я ей.

– Ненадолго, надеюсь? Я собралась в деревню к бабушке. Ей опять нехорошо.

– Нет, думаю, скоро вернусь, – я пробежала мимо неё, наливая себе чай, а потом с тем же темпом рванула в спальню, чтобы одеться.

– Твоё страшилище ещё здесь? – послышался напряжённый голос с кухни.

Она имела в виду Свора? В тот момент он казался мне лучшим существом на Земле. И мне действительно казалось, что он меня понимает.

– Здесь, конечно. И он вовсе не страшилище. Милашка, одним словом, – я посадила его обратно в террариум, включив обогрев, а после, глотая на ходу чай, бросилась в подъезд, где пробежав по лестнице один пролёт, точно так же вернулась обратно, прошмыгнув в квартиру Стаса.

– Выспалась? Ездил утром по делам.

– Выспалась, – грустно ответила я. – Узнал чего?

– Света не хотела ничего рассказывать. Но я же знаю её много лет. Я провёл у них почти три часа, немного успокоил. Она страшно боится. Но тут я понял, что она мне рассказывает действительно не всё. Пришлось набраться терпения. Ей действительно угрожают.

– Так и думала. А кто?

– Она не сказала. Сообщила, что боится за себя и за Лёшку. Больше ничего. Но и так всё было понятно.

– А ты чё? – в нетерпении спросила я.

– Ничего ей не сказал. Обещал защитить в случае чего. И обещал, что убийцу Димки найдут.

– Странно. А может, она тебе просто не доверяет?

– Я тоже так подумал. Поэтому не стал больше её пытать. Знаешь… она же мне всегда нравилась. Но выбрала Димку. Ещё давно, до армии.

Он опустил глаза в пол, и мне стало жаль Стаса. Видно, ему всегда не везло с девушками. Он мотнул головой, жалея, что рассказал это. Стало быть, он никому не рассказывал про своё отношение к жене друга? Но я не стала его расспрашивать. Он сказал мне ещё не всё, и я внимательно слушала дальнейший рассказ.

– Я поехал к ней утром. Не знаю, почему, но чувствовал, что что-то не так. И поехал не зря. Я увидел, как из его подъезда выходит подозрительный тип. Я записал номер его машины, дождался, пока он уехал, а потом поднялся к ней, как будто оставил вчера свой бумажник. Светка была вся в слезах, не хотела ничего рассказывать. Но потом всё же сказала, что ей угрожают. Но больше она ничего мне не сообщила.

– Но номер же ты записал? – кажется, у меня даже засветились глаза в тот момент.

– Конечно! И тут же по выходу сбросил его Денису. И не успел приехать домой, как он мне выдал всю информацию о владельце машины. А потом подъехал сам. Мы поехали на место, где зарегистрирован владелец, увидели эту же машину, но он поехал куда-то, забрав какие-то бумаги. Денис молодец, ехал за ним так, будто крался. Никто не заметил преследования. А потом мы выехали на окраину.

Я уже представила Ветрова, что крадётся за своей добычей. И почему он всё время представлялся мне неким хищником в засаде.

– Куда?

– К усадьбе. Знаешь, где это?

– Конечно. Около военной части.

– Именно. Обменялся он, значит с кем-то документами и исчез. Мы даже не успели его догнать.

– Может, что заподозрил?

– Вряд ли. Скорее спешил. А потом мы попали на красный свет. Но Денис обещал подъехать туда отдельно, чтобы разобраться, что же там происходит.

– Сколько интересного я проспала, – пошутила я. – Что с Катковой делать будем? Маманя уезжает сегодня. Видно с ночёвкой. К бабушке. Она опять заболела.

– Звони ей! – Стас протянул мне телефон. – Она хотела тебя видеть? Будешь там во всей красе. Первое испытание ты уже выдержала с честью.

– Ладно. Не очень-то хочется слышать её голосок.

– Давай! Они не ожидают, что ты согласишься. А пасовать уже нельзя. Помни, нужен подход к ним. Влиться в расположение и узнать, чем дышит её компания.

– Знаю. Если бы не последний год в школе, то я бы не ввязалась в эту авантюру! Одно радует, ещё несколько месяцев – и я больше никогда не увижу их рожи! Я больше из-за тебя… – призналась я. Хотя отомстить хотелось ещё как. Но ненависть уже сменилась холодным расчётом.

И вот я иду к Катковой домой. Ещё пару недель назад, если бы мне кто-то рассказал про это, мне стало бы просто смешно. А теперь я сама в короткой юбке и на шпильках иду к ней домой, настроившись на всё, что угодно, лишь бы не испортить своё настроение. Она открыла не сама, открыл Никита, что тоже находился там. Он широко раскрыл глаза, рассматривая меня.

– Каринка! Заходи! Здесь весело, – он подал мне руку, но я проигнорировала его жест.

Я нагло оттолкнула Никиту плечом, и вошла в дом. Предков действительно не было дома, а народа Лерка собрала человек, наверное, пятнадцать. Вечеринка была уже в разгаре, и трезвых лиц я там не видела. Никита вился около меня рядом, но я не замечала его. Впервые я не услышала ни смешка в свой адрес, что было непривычно мне. Музыка звучала на весь дом, а приятели Катковой расположились в большом холле с кожаными диванами, расположенными полукругом. Кухня была пристроена там же, с широкой барной стойкой, за которой сидели незнакомые мне девчонки. Алины здесь конечно же, не было. Видно, она не входила в круги постоянного общения Лерки. Не удостоилась чести. А вот все остальные как раз присутствовали, включая Сашку и Настю, что давила на меня косяка.

– Карина, иди сюда! Как хорошо, что ты всё-таки пришла! – услышала я приторно сладкий голос Катковой. – прости меня ещё раз. Отлично выглядишь!

Она окинула меня взглядом, не найдя ни одной зацепки для осуждения. Я действительно неплохо выглядела в короткой, даже слишком, юбке, в сапогах, которые не сняла, как и впрочем, все остальные. Ноги в чёрных матовых колготках, а сверху новый джемпер, который выбирал Стас. Глаза накрашены, огромные, как у кошки, а сзади тянется шлейф дорогих духов. Стас оценил мой сегодняшний облик ещё час назад, когда я только вышла из дома.

– Выпьешь с нами? – попыталась перекричать музыку Лера. Её язык уже заплетался. А я соображала, что можно против них предпринять.

– Выпью. Почему и нет, – согласилась я. Знала, в конце то концов, куда иду.

Лерка сделала недвусмысленный жест незнакомому парню, что стоял у стойки. Тот достал ещё пару фужеров.

– Виски будешь?

– Буду. Только разбавь, если можно, – ответила я.

Всё конечно хорошо, но где найти зацепку… Наркотики сошли бы за компромат, но кажется их тут нет. Неужели Каткова живёт одними тусовками? На неё это не похоже. Надо ждать. Хоть на чём то она должна расколоться.

– Держи, Карина. За нашу дружбу! – Лера с наигранной улыбкой подняла свой бокал, в котором плавал лимон. Потом выпила, даже не моргнув.

Я сделала пару глотков, улыбаясь. Вкус колы несколько скрасил виски. Главное, не увлекаться и не терять контроль. Я знала, что Стас заберёт меня в случае чего раньше.

– Танцевать! Врубай громче! – скомандовала Лера кому-то. – Давай уже чего-нибудь медленное.

Я отошла в сторону, наблюдая, как Каткова крутит ягодицами около незнакомого мне парня, а потом тянет его за руку в центр комнаты.

– Карина. Может мы тоже? – услышала я голос Никиты.

– Что мы тоже?

– Танцевать пойдём. Блин… Какой я был дурак. Ты абсолютно права.

– Да пошёл ты! Ещё только с тобой танцевать не хватало. То, что случилось – только твои проблемы. Понял, Королёв?! Отошёл, я сказала. Чтобы около меня даже духу твоего не было. Иначе, пожалеешь, что со мной связался.

Он мешал мне. Я бы могла потерпеть его недолго, так, для пользы дела. Но то, что он ходил за мной по пятам, раздражало с неимоверной силой. Я увидела, что на меня никто не смотрит и вылила содержимое в горшок с фикусом, что стоял в углу. Как же я их ненавидела! До боли в сжатых кулаках, до скрежета зубов. Не могла выносить весь этот бомонд нашей школы. Челюсть свело до такой степени, что что-то хрустнуло во рту. Стоп, нужно успокоиться. Меня пригласил на танец незнакомый мне парень, и я пошла, стараясь взять себя в руки. Что угодно, главное чтобы Королёв от меня отвалил.

Эти твари не знали меры. Каткова, уже пошатываясь, держала в руке который по счёту бокал. Казалось, она вот-вот упадёт.

– Что, Сашка. Завтра на охоту? – она засмеялась на всю свою гостиную.

– Ещё бы. Я тут коё-чего новенькое придумал. Закачаешься.

О чём они говорили? Я вся обратилась в слух.

– Зашибись. Завтра предки приезжают как раз, дома не посидишь… – она практически упала на кожаное кресло. Видно, пока не допьёт, точно не поднимется. Настя пристроилась к ней, что-то рассказывая и показывая на Сашку Маркина, что не вылазил из компа, что-то показывая остальным и комментируя.

Вот и возможность обследовать дом. Я тихо выбралась в туалет, ополоснула лицо, а потом вышла в коридор, стараясь разобраться в плане дома. Если бы меня кто-то увидел, я бы сказала, что заблудилась. Но, по-моему, никому не было до меня дела. Кабинет Юрия Каткова находился на первом этаже, он имел прозрачные двери, поэтому было легко понять, что там. Но двери оказались заперты на ключ. Чёрт! Искать ключи времени не было. Я протянула голову, рассматривая, что там находилось. Компьютер, в котором наверняка, было много интересного, но попасть туда было пока нереально. Я вдруг увидела на столе стопку документов. Видно, придётся придти сюда ещё раз. Интересно, Лерка только сегодня такая добрая? Может, она меня больше и не пригласит? Я отправилась дальше, по коридору. Кладовка, интересно, что там? Я осторожно открыла двери, заглянув внутрь. Прямо передо мной стояли ящики со спиртным, откуда, видно, мои одноклассники и брали всё то, что пили. Включила свет, рассматривая содержание. Как интересно, я не видела таких в магазинах давно. На всех маркировка производства Украины. Но это меня не слишком взволновало. Я отправилась обратно, зайдя в гостиную. Пора собираться домой. Почему-то начали слипаться глаза, и навалилась неожиданная усталость.

Вечеринка приобретала более весёлые масштабы. Вскоре между двумя приятелями Катковой разразилась пьяная драка, один из них ударил другого, привязавшись к какой-то фразе, а тот ответил. И понеслось. В сторону полетел дорогой фарфоровый горшок с фикусом, а с барной стойки на плитку пола с подогревом попадали несколько дорогих бокалов, разлетевшись на осколки. Но разнимать их никто не собирался, напротив, все поддерживали продолжение. Кроме самой Катковой, что громко орала на своих знакомых.

– Идиоты! Вы хоть знаете, сколько это всё стоит! Пошли вон отсюда!

Когда силы иссякли, и драка прекратилась, смотреть на последствия боя было страшно, разлитые по всему полу виски, водка и газированная вода придавали сумрачной гостиной особый аромат, смешанный с запахом табака. В луже спиртного виднелись осколки битой посуды и плавали окурки из разбитой пепельницы. Каткова ещё раз обвела всё мутными глазами, а потом успокоилась. Видно, это было не впервой. Она гордо взяла за руку победителя драки и повела вверх по лестнице, на ходу снимая с него потную майку, которую забросила сверху на кожаный диван.

– Настя… убери тут, – презрительно обратилась она к подруге.

Я достала телефон и набрала Стаса, пока никто не обращал на меня внимание.

– Стас! Забери меня, прошу, – зашептала я.

– Я давно здесь, хотел уже сам звонить…

Мы ехали обратно недолго, всего минут двадцать. Он что-то подпевал себе под нос синхронно с радио, светофоры не работали, да и машин практически не было. Остановились на заправке, а я всё думала, что мне делать дальше. Он вернулся быстро, держа в руке пластиковый стаканчик кофе.

– Держи. А то на тебе лица нет.

– Тебе бы столько наливали, – буркнула я в ответ, принимая стакан. – Знал бы ты, какие они все придурки. Надеюсь, недолго придётся это терпеть!

– Недолго… Как же попасть к Юрию в компьютер… Ты уверена, что он закрывает кабинет?

– Стас, я дважды дёргала. Точно!

– А ещё что видела?

– Да чего там видеть… Придурки наши все нажрались… Блин… сколько у него в кладовке ящиков.

– Водки? – он засмеялся. – Так он же её продаёт. Оптом, причём.

– Да… И везёт их Украины. Мне казалось, у нас в стране санкции на это дело.

– Что? – он вдруг замер и поменялся в лице.

– Что слышал! – я глотнула кофе и откинула голову на сиденье, прикрыв глаза.

– Кажется, я начинаю понимать. Ты в этом уверена? – он не дождался моего ответа. – Он везёт в город нелегальную продукцию. А потом продаёт её во все свои магазины под видом нашей. И сверху всё это покрывают, потому что он давно прикормил всю нашу мэрию.

– Этикетки что ли переклеивает? – рассмеялась я, не воспринимая всерьёз его слова. Но видно, всё было гораздо серьёзнее.

– Пока не знаю… Надо как-то попасть в усадьбу. Кажется, там происходит что-то интересное… поехали-ка домой. Завтра разберёмся.

Глава 22

Эймар встретил меня очередным закатом. Я так обрадовалась, что снова попала сюда, что моё настроение сразу же поднялось. Я напрочь забыла о том, что произошло накануне на Земле. В мыслях стоял один лишь Дэн, которого необходимо было отыскать. Но судя по всему, его не было во дворце, ведь Кион, которого я отыскала сразу, понятия не имел, где он может находиться. Оказывается, он не видел Дэна ещё с тех пор, как мы с ним покинули дворец после ранения Орса. Орс по-прежнему был без сознания. Я вошла к нему, присев рядом. Он дышал уже ровно, будто просто крепко спал, но его губы шептали уже знакомое мне имя. Я нахмурилась, не понимая ровным счётом ничего из того, что происходит. Красивое лицо парня будто искажалось гримасой боли, а потом все морщины в одночасье разглаживались, и он начинал улыбаться, словно ему снилось что-то очень хорошее. Он вновь повторил имя «Арис», и я, чтобы успокоить его дотронулась до его лба, проведя пальцами.

– Арис, я чувствую, что ты здесь… – вдруг произнёс он, не открывая глаза.

– Что? Я не Арис, – я тревожно оглянулась, будто кто-то чужой присутствовал рядом, но мы были одни в комнате. Фор странно засветился, его сияние проникло даже сквозь ткань моей рубашки.

– Я искал тебя…

Чёрт возьми. Дэн, где его в тот момент носило. Может он смог бы прояснить мне хоть что-то. Я ещё раз провела ладонью по лицу Орса, жалея его, и выскочила прочь из спальни, будто испугавшись чего-то. Я помчалась по бесконечным коридорам дворца, заглядывая в каждую комнату, но пустынные коридоры и залы с потрясающе красивой отделкой встречали меня эхом. Казалось, во дворце нет ни слуг, ни хозяев, хотя я знала уже, что местная прислуга не появляется на глаза высших без особой на то надобности. Но вот я услышала отголоски знакомого мне голоса, и рванула туда, откуда раздавался знакомый мне тембр. Это действительно был Дэн. Но я остановилась, поняв, что он не один в том зале. Внезапно раздался женский голос, и я замерла на месте, не понимая, что происходит.

– Ты покинешь Моонтел, не спорь со мной. Тебе нельзя тут оставаться!

– Почему, Дэн? – раздался приятный женский голос.

Я вытянула голову, чтобы рассмотреть его обладателя. Это была светлокожая стройная блондинка с длинными золотыми волосами и сверкающими в наступающем сумраке глазами. Я вдруг почувствовала укол ревности, но не выдала себя, спрятавшись обратно за широкую колонну. Она называла его именем, доступным лишь близким ему, что было позволено не всем.

– Это опасно. Ты же знаешь, что на нас могут в любой момент напасть воины Ар-Магора. Зачем ты вернулась сюда, Лайли?

– Я скучала по тебе, Дэн. Я видела Неро вчера, он сказал мне, что ты вернулся.

– Неро… кто его просил… – прошипел Дэн.

– Он сказал, что вы разбудили воинов маоров. Это правда?

– Да, Лайли.

– Победа близка? Кителла не найдёт помощи в отраженьях, её никто не поддерживает. А силы её на исходе, она исчерпала своё могущество в последней битве.

– Да… Но силы у неё ещё остались и они велики! Одних маоров недостаточно для того, чтобы атаковать её!

– У тебя есть Фор! Ты же наследник Империи! Пусть Клайстену не получилось победить чужаков, но ты, Дэнмириан из рода Алистеров, сделаешь это!

– Фор есть, конечно, – Дэн вдруг замолчал, а потом пронёсся вихрем по комнате, вернувшись обратно на то же место. На миг он замер, я это поняла, так как звуки прекратились и в мёртвой тишине зала было слышно лишь его дыхание.

– Но ты не боишься оставаться здесь… Почему же я должна уйти? Я искала тебя по всему Эймару, а ты оказывается здесь.

– Не спрашивай ни о чём, Лайли. Я не обязан перед тобой отчитываться!

– Раньше ты так не говорил, Дэн. Что происходит с тобой? Ты сам не свой!

– Вот сейчас как раз таки я свой… Но не твой.

– Больше не мой? – она рассмеялась. – Раньше ты так не говорил.

– Есть на то своя причина.

– Неро сказал мне, что ты притащил в Моонтел какую-то девчонку. Дело в ней?

– Неро слишком много говорит!

– Он заботится обо мне. Он же мой брат.

– Знаю. Лишь поэтому и терплю тебя сейчас.

– Вовсе не поэтому. Ты сам прекрасно знаешь, чем грозит тебе то, что ты имел контакт со мной! Члены священного норна поддержат меня!

– Ты ничего не докажешь!

– Моим словам поверят, и ты это прекрасно понимаешь. У меня два десятка свидетелей, что ты прилетал ко мне домой. И оставался со мной до рассвета.

– Твои слуги не могут выступать свидетелями! Ты сама этого хотела!

– Да, хотела. Я с детства знала, что ты будешь моим, Дэн. Помимо слуг есть ещё один свидетель, один из эммов норна, Варос. Ты женишься на мне, хочешь этого или нет.

– Это шантаж? – прогремел голос Дэна.

– Можешь считать, что так. Тебя спасает лишь то, что объявлено военное положение, до окончания которого эммам запрещено вступать в брак. Как только закончится война, тебя вынудят жениться на мне.

– Какая же ты тварь, – угрожающе прошипел Дэн. – Я всегда знал, что не стоит связываться с тобой.

– Это Неро ещё ничего не знает.

– Неро мой друг!

– Друг… Но он заинтересован в соблюдении древних законов Эймара, в отличие от тебя!

– Я никогда не любил тебя, сама это знаешь.

– А любовь здесь не главное. Я хочу заполучить трон и стать одной из Алистеров. Это моя мечта. Я достойна этого, тебе не кажется?

– Скорее я убью тебя!

– Ты не посмеешь это сделать! Ты знаешь, чем это может закончиться. Тебя могут вообще лишить притязаний на трон, и ты будешь обязан передать Орсу все полномочия! У меня хорошие связи в сенате норна. И моё слово много значит. Я лучшая из кандидаток на место императрицы Эймара!

– Я люблю другую девушку!

– А ты можешь любить кого хочешь, Дэн. Наложницы не запрещены. Хоть целый гарем заведи себе, но женишься ты на мне. Тебя спасает лишь указ о военном положении. Как только ты вернёшься, твоя судьба будет предрешена.

– Война ещё не окончена…

– Если ты заинтересован в том, чтобы уступить власть Кителле вел Деолен, то ты последний предатель. Это твой долг перед Эймаром!

На этих словах я развернулась и тихо вышла в соседний коридор. Мне вдруг стало понятно, что я здесь никто. И какой сильной бы не была наша с Дэном любовь, я не стану частичкой этого мира. Мне уготовано лишь место любовницы, не более того. Здесь, как и на Земле, играет свою роль политика и власть. И Дэн не сможет уговорить весь сенат сделать императрицей незнакомку, которая появилась невесть откуда. А ведь ему ещё предстоит коронация и восхождение на трон, который пока занят чужемирной императрицей, что наводит свои порядки в их столице. А впереди война, которая ещё не закончена. А если она убьёт Дэна? Я ужаснулась вдруг этой мысли. Чем может завершиться противостояние сильных этого мира, расположенного за какой-то Гранью от Земли? Что я вообще здесь делаю, почему именно меня Фор притащил в это странное место?

Я бежала по коридору, понимая, что слёзы льются ручьём, застилая глаза. Снаружи темнело, странные сумерки этого мира длинными тенями наползали на замок в облаках, окутывая его мраком предстоящей ночи. И надо же было мне явиться именно в этот момент! Лучше бы я вообще не слышала тех слов и верила бы, что всё хорошо. Надежда, ещё теплившаяся во мне, вдруг угасла, будто кто-то затушил пламя, и я почувствовала опустошённость. Где же был Дэн всё это время? Может он посещал ещё какую-нибудь бывшую любовницу? Он же сам как-то говорил, что она у него не одна. Как мне противостоять им, когда я простой человек?

Я вдруг споткнулась на ступеньке, и упала, протянувшись на холодном мраморном полу коридора. Потом поднялась, потирая ушиб на руке, и села, прислонившись к полупрозрачной стене, в которой загорались огоньки. Так плохо здесь мне не было ни разу, и я даже не знала, что думать. Тревога за Орса почему-то тоже не выходила из головы. Кто же пытался убить его на своей территории, причём оружием, что было лишь в Эймаре, как говорил сам Дэн. Почему вокруг меня столько тайн и интриг? Не хотелось оставаться здесь ни на минуту, и видеть Дэна в тот момент тоже не хотелось. Я дотронулась до Фора, пытаясь понять, что скрывает эта странная штука. Он один всё знал, будто центральный компьютер этого мира, в который стекалась вся информация. Но кода от неё не было.

Но Дэн ничего мне не рассказывал про свою белокурую любовницу, которая шантажировала его. Может быть, именно поэтому он не вернулся во дворец? Мне не нужна была власть в незнакомом и чужом мне мире, но я только смогла обрести некий душевный покой, а теперь всё рушилось в одночасье. Обида на Дэна мешала ровно дышать, а страх перед предстоящей войной рос с каждой минутой. Но, я же обещала Дэну помочь в любом случае, когда ещё боялась его. А я не из тех, кто не держит своё слово. В конце то концов, сам натворил дел – пусть сам и разбирается, но не надеется, что я стану очередной его жертвой. Такие мысли посетили меня в тот момент. Но Фор не отправлял меня обратно, видно ещё было не время.

Я поднялась, расправила плечи, и двинулась в сторону спальни Орса. Нужно выяснить, кто такая Арис. Я не собиралась ничего рассказывать Дэну о случайно подслушанном разговоре. Если не дурак – сам поймёт и предпримет меры. А если нет – то он не стоит моих страданий. Я переживу, как пережила и всё остальное. Несчастная любовь не повод, чтобы вешаться.

Просто я не смогу никого полюбить больше никогда, вот и всё.

Я добралась до Орса быстро, ведь я уже выучила примерное расположение коридоров дворца. Вошла, остановившись на пороге. И увидела, что Орс пришёл в себя, а рана его почти затянулась. А сам он стоит полураздетый у оконного проёма, рассматривая задумчиво закатные огни Эймара. Внезапно он повернулся, и сверкнул глазами.

– Арис? – он сделал шаг ко мне навстречу, но остановился, протянув руки.

– Вы меня с кем-то спутали, чес слово. Я никакая не Арис, – я тоже встала от неожиданности как вкопанная.

– Почему ты так говоришь! – его глаза яростно сверкали. – Что ты вообще делаешь в Моонтеле? Как? Как ты здесь оказалась? Я искал тебя повсюду!

– Я не Арис. Может, вы скажете мне, кто это вообще такая? – настойчиво повторила я.

– Почему ты так со мной?

– У вас шок после ранения, – я осторожно сделала шаг к нему навстречу, но остановилась. А он подошёл ко мне резко, как делал это его брат, но отпрянул в сторону.

– Если ты не Арис, то кто ты? Не шути так со мной…

– Это моя любимая, – раздался знакомый голос позади меня. – Рина, что ты здесь делаешь?

– А где был ты? – прошипела я.

– Проверял своих солдат. Мы наберём еще пару тысяч веллинов в городе, что за горами. Орс!

– Дэн! – они бросились друг к другу, обнимаясь.

Но кратковременная радость Дэна переросла в очередные подозрения.

– Где ты был, Орс? Кто ранил тебя?

– Возвращался из Лиора.

– Что ты там делал? Почему сразу не отыскал меня?

– Я искал тебя кругом. У меня были уже самые худшие подозрения, но, к счастью, они не оправдались. А ещё я разговаривал с членами норна, – Орс скосил на меня глаза, но промолчал. На его лице смешивались все эмоции, начиная от недоумения и заканчивая гневом.

– Кто тебя ранил? Это были воины Ар-Магора?

– Нет, Дэн. Это были наши, наши солдаты. Я не успел увернуться.

– Кто мог это сделать? Ты видел их лица?

– Это произошло в сумерках, на рассвете.

– Тогда почему ты считаешь, что это были не воины Кителлы? – Дэн нахмурился.

– Потому что… ими командовал Неро…

– Неро?

– Именно. Я не видел его, но это имя звучало в устах одного из воинов. Того, которого я убил.

– Дьяволы, что происходит здесь? – Дэн прямо таки подскочил с места. – Ты наговариваешь на Неро, а он говорит, что предатель – это ты. Кому из вас можно верить?!

– Я не предатель.

– Но ты говоришь мне не всю правду!

– Нет… я не могу…

– Кто такая Арис? – встряла я в разговор. Почему меня считали кем-то другим?

– Кстати да, Орс. Кто такая Арис?

– Вы что, издеваетесь надо мной оба? Я не ожидал от тебя такого. Если бы я знал, что ты предпочитаешь Дэна, то не надеялся бы ни на что сразу…

– Чего? – не поняла я.

– Вы сами оба предатели. Ты пользовалась мной!

– Э не… я вчера увидела тебя первый раз в жизни. Не надо тут ля-ля!

– Рина не веллин, Орс! Видно, ты совсем потерял рассудок, если хочешь увидеть в ней кого-то. Мы встретились в Вариторе! Кителла забросила меня в самую дальнюю локацию, и если бы не она, не видать вам ни меня, ни Фора… Фор выбрал её!

– Так Фор у неё? Как это возможно? Так вот почему я не смог дотронуться до тебя… Фор…

– На нём лежит заклятье. Мы не можем использовать его без Рины! Она из-за Грани!

– Вы оба лицемерные лжецы… – прошипел Орс, пытаясь перевоплотиться в крылатое существо. Но увидел, что его крылья ещё порваны. Он вернулся в человеческий облик, и вышел в коридор, направившись в сторону портала.

– Дэн! Почему он так говорит? Он всегда такой?

– Не знаю… Но я разберусь с ним… Рина, как же мне было плохо без тебя.

– Я бы не сказала, – я обижено отвернулась, вспомнив про разговор с блондинкой. Поймёт ли он сам? Стоило придумать месть и для неё, но сейчас, когда он встал передо мной на колени, прижав голову к моему животу и обняв меня, я временно забыла обиду. Точнее припрятала её вглубь своего сознания. Дэн будет моим и больше ничьим! Я найду способ избавиться от соперницы, пусть я всего лишь человек из-за Грани! Но я и только я обладаю той мощью, которую боятся существа двух миров. Может сенат норна, или как она его назвала, примет это во внимание? Но я не стала спрашивать Дэна про неё, не смогла себя заставить, а ревность лишь усилила мои чувства и я поняла, что действительно лучше умереть, чем жить без него. Обязательно найдётся способ всё исправить. Главное, что он любит меня!

– Как же я скучал. Прости меня.

– За что, Дэн? – стало интересно, будет ли он говорить о своей бывшей и их разговоре, или же имеет в виду нечто другое.

– За то, что отпустил тебя в прошлый раз. Не представляешь, чего мне стоило сдержаться.

– Сдержался? – я усмехнулась, освободившись от его объятий, и зашагала прочь от него.

– Рина! Куда ты? – Дэнмириан бросился за мной, настигнув за считанные секунды.

Чего он добивался? Ведь он недоговаривал, я это чувствовала. Как понимала и то, что всё это моё счастье призрачно и может растаять в любую минуту, как обычный сон, который больше никогда не вернётся. А даже если я останусь в этом сне, то что меня ждёт? Одни разочарования.

– Я люблю тебя! Понимаешь? – прозвучал его низкий голос прямо за спиной.

– Я тоже люблю тебя, Дэн, – тихо ответила я, не поворачиваясь к нему.

– Тогда что с тобой происходит? В прошлые разы ты была другой!

– А мне страшно, Дэн.

Он обнял меня сзади, уткнувшись лицом в мои волосы, перебирая их. Странно, почему я не замечала, что мои волосы, остриженные на Земле, во сне оставались прежними. Я чувствовала его учащённое дыхание, и даже его страх. Он говорил мне правду, я не могла ошибаться. Недосказанную, нереальную, но правду.

Или я просто хотела верить ему?

Сумерки сгущались. На небе Эймара одна за другой вспыхивали яркие, нереально красивые звёзды. Но я знала, что наступит та самая полночь, когда свет померкнет вообще. Не знаю, почему так происходило, видно это было вызвано аномалиями самой этой волшебной планеты. Таинственный мир, в котором столько загадок и тот, кого я желала больше всех в своей жизни. Если правда то, что это лишь сон, то почему бы не скрасить эти моменты. Я буду счастлива с ним, несмотря ни на что. Что мне терять? Земля никуда не денется вместе с её проблемами и предателями. А здесь был тот, кто смотрел на меня восхищённо, смотрел не так, как другие там, в моём мире. Он видел во мне некую мечту или же просто объект для удовлетворения своих желаний? Какая разница, если мне хорошо с ним.

– Я обещал тебе что-то в прошлый раз. Помнишь, Рина?

– Ты намерен заняться этим сейчас? – я чуть заметно улыбнулась, но мне стало вновь не по себе.

– Именно сейчас. Кажется, ещё пару дней – и нам придётся выступать. И если я погибну в той битве, то хотел бы знать, что был с тобой, помнить эти минуты, если буду сгорать в огне или падать в пропасть с порванными обожжёнными крыльями.

– Ты говоришь так, будто это последний наш вечер.

– Не знаю, что будет дальше. Со мной впервые такое. Сначала, когда я понял, что Фор вернулся, я был уверен, что у меня появился шанс всё изменить. А сейчас я ни в чём не уверен. Любовь к тебе делает меня слабее.

– Кажется, должно быть наоборот?

– Боюсь, что ты исчезнешь, и больше не вернёшься ко мне. Боюсь, что ты можешь пострадать. Боюсь разочаровать тебя… – последние слова он произнёс так, что я растаяла и забыла недавнюю обиду.

– Я боюсь только этого. Что мой сон закончится рано или поздно… Ты знаешь, люди не живут столько лет, сколько веллины.

– Между нами Грань… Но ты здесь… О, демиурги небесные… Почему всё так сложно? Где взять силы разобраться во всём этом…

– Дэн… – шепнула я ему на ухо. – Сделай то, что собирался.

Он издал оглушающий рык на всю дворцовую амфиладу, эхо его пронеслось меж высоких арочных сводов, и отражалось от стен, в которых уже зажглись огоньки. Эхо вернулось к нам, словно тень. Я вздрогнула. А Дэн поднял меня на руки и понёс, покрывая поцелуями в свою огромную спальню. Пустота вокруг не пугала. Я привыкла к ней ещё в лабиринте. Остались лишь мы: Дэнмириан вом Алистер, наследник императорского трона Эймара и я, простая девушка из глубинки со своими проблемами и страхами, временно отошедшими на второй план.

Он осторожно положил меня на огромную кровать, освобождая от одежд. Его язык ласкал мои ступни, а пальцы одновременно ловко развязывали высокую шнуровку, после чего он принялся за рубашку, развязывая немногочисленные крепления. Он приподнял меня за руки, и она плавно упала на пол. Я потянулась, сняв с шеи цепочку с Фром, что легко коснулась моих распущенных волос. Фор упал рядом, на мои вещи. А Дэн заурчал, будто мартовский кот. В приглушённом свете огоньков в стенах он казался неким божеством, сошедшим с небес. Его смуглая кожа, казалось, излучает некое свечение, которое манило и притягивало к себе. Он легко провёл пальцами правой руки по моим соскам, которые напряглись, а я изогнулась, рассматривая его. Другой же рукой он расстёгивал свою шёлковую рубашку и пояс с драгоценными камнями. Ладонь скользнула вниз, где он нежно прошёлся вокруг моего пупка, а оттуда ещё ниже, стягивая с меня всю остальную одежду. Я интуитивно приподнялась, помогая ему.

И вот я обнажённая уже лежала перед ним, словно кукла, с которой можно было делать всё, что угодно. Страх исчез, и восприятие происходящего сменилось желанием подчиниться ему во всём. А он знал своё дело. Поиграв с ложбинкой меж грудей, Дэн опустился, и его язык медленно, не упуская ни одного миллиметра, дразнил меня, заставляя извиваться под ним. Я чувствовала, как его шелковистые волосы касаются моей кожи, заставляя вздрагивать от неведомого до сих пор ощущения свободы от моих страхов, что держали меня в цепях всё это время. Дэнмириан опустился ниже, уже настойчиво раздвигая ладонью мои бёдра. Я на миг интуитивно сжала их.

– Расслабься, девочка моя. Прошу тебя, – прошептал он, не останавливаясь.

Я кивнула и сглотнула слюну, понимая, что хочу того, что произойдёт дальше. Если я не сделаю это сейчас, то никогда в жизни не повторится этот момент, эта сказочная ночь, наполненная волшебным сиянием и звёздами, что светили в окно, будто наблюдая за нами.

– Ты молодец. Вот так, – он прошёлся языком по внутренней стороне бедра, дразня меня и возбуждая воображение. Но разве я могла бы подумать, что прикосновения мужчины могут быть такими приятными, разжигающими страсть и затмевающими разум. Язык его уже приблизился к моему потаённому месту, мгновенно отыскав там чувствительный набухший под его напором бугорок, и он начал неспешные движения, то захватывая его полностью, то дразня лёгким почти воздушным прикосновением. Я задрожала, понимая, что скоро просто взорвусь от восторга. Стыд ушёл, ушли сомнения. Он вновь прошёлся губами вокруг бугорка, а потом скользнул вниз, войдя в меня, чтобы заполнить настолько, насколько мог. А я закричала, вцепившись в его волосы, понимая, что не могу больше лежать тихо.

– Дэн… Дэн..

– Моя сладкая девочка… Рина… Лежи тихо, тебе же хорошо. Да?

– Да, Дэн, – прошептала я еле слышно.

– Забудь обо всём… прошу тебя. Я буду лучшим в твоей жизни… и не отпущу тебя никуда.

– Я так этого хочу, – призналась я, и закрыла глаза, предвкушая дальнейшее развитие событий.

А потом поняла, что он поднялся, снимая с себя оставшуюся одежду. Мягкий шёлк прозрачных простыней… кажется, что снаружи раздаётся некая музыка, согревающая душу. Или это звон хрустальных осколков льда на вершинах гор… Он подошёл ближе так, что я могла рассмотреть его полностью. Я прикрыла глаза, кажется, покраснела, по крайней мере кровь прилила к моему лицу. Потом почувствовала, что он рядом. Я зажмурилась, когда поняла, что он раздвинул мои ноги и касается своим каменным естеством меня, готовясь проникнуть внутрь.

Но картина передо мной в сознании сменилась белой плиткой пола и кровью, забрызгавшей её. Будто луч страшного воспоминания пронзил меня, и я бессознательно начала сопротивление, царапая Дэну грудь и ничего не понимая.

– Рина! Рина! Открой глаза! Не вздумай закрывать их! Это я! – услышала я в тумане его далёкий голос. Я преодолела свой страх, и смогла открыть их, поняв вдруг, что со мной мой любимый мужчина, которого я не боюсь.

– Вот так, девочка моя… И не закрывай их. Я излечу тебя от твоего страха… и ты забудешь обо всём, как о страшном сне… Это всё в другой жизни, а здесь мы вместе, – шептал он.

– Давай же, Дэн!

Он не стал больше разговаривать, и я вдруг поняла, что он заполнил всю меня. Я закричала, вцепившись в простыни, но не от страха, а от бесконечного восторга, а внутри меня взорвались сладкие искры, и голова закружилась, а всё тело охватила сладкая до боли дрожь, что понесла меня волнами далеко от мира, в то место, где остались лишь мы. Я широко открыла глаза, запоминая его облик, и красивое лицо, на котором было выражение беспредельного счастья. Он двигался медленно, издавая тихое рычание, сдерживал себя, чтобы доставить удовольствие мне. Когда он понял, что всё получилось, то приник ко мне поцелуем, унимая мою дрожь. Потом наши взгляды встретились, а его глаза сверкнули всё тем же дьявольским огоньком, но не холодным, а наполненным теплом и светом.

– Ты справилась… ты сильная, моя Рина… Любимая моя…

– Да, Дэн, – я улыбнулась ему.

– У тебя глаза светятся!

– Это свет звёзд отражается в них…

– Если не возражаешь, я хотел бы продолжить… О, демиурги… Кажется, я готов ласкать тебя всю ночь… моя девочка…

– А я не против.

Он больше не спрашивал меня ни о чём, а набросился, будто голодный зверь на свою выстраданную добычу. Никакой боли не было, лишь страсть, огонь, сжигающий изнутри и беспредельное счастье… хотя бы сейчас… пусть оно даже не повторится больше, но я не смогла бы прожить без этой ночи.

Он остановился, упав на меня всем весом своего тела. Я обняла своё иномирное чудовище… Обняла того, кто довёл меня несколько раз до вершин наслаждения, прижала к себе, не желая прерывать этот момент счастья. Пусть кратковременного, но настоящего.

Я освободилась от своих страхов, кажется навсегда. Или нет? Но точно была близка к тому. Он не сводил с меня глаз, молчал, но я понимала, что в его голове пролетают миллионы мыслей. О чём он думал в тот момент? Неужели только обо мне?

– Дэн, – тихо позвала я.

– Рина, – он уткнулся мне в волосы, и вздохнул.

– Ты чем-то расстроен?

– Смеёшься? Да я самый счастливый на свете.

– На каком свете?

– Это не важно… – он нежно проник языком в мой рот, заставив замолчать.

Он остановился лишь утром, когда где-то там, за горами, занимался бледный туманный рассвет. Лучи белой звезды проникали сквозь туман, рассеиваясь и освещая замок в облаках. Дэн мирно спал, обняв меня и прижав к груди. Я осторожно выползла из его рук, а в сердце внезапно закралась некая тревога. Я натянула штаны и рубашку, а затем схватила артефакт, прижав его к себе.

За окном промелькнули чёрные крылатые тени, их было много. Я испуганно дотронулась до Дэнмириана. Он резко открыл глаза, возвращаясь в реальность.

– Дэн, там что-то происходит.

– Где? – потянулся он.

– Снаружи…

Раздался стук в дверь и Дэн, выругавшись, поднялся, завернувшись в шёлковую простынь.

– Кто?

– Это Кион, Ваше Высочество… Кажется, наш замок атакован.

– Только этого сейчас не хватало, – взревел он. – Срочно найди мне Неро! Срочно! Я жду его внизу, на первом ярусе!

Он оделся, а потом, поцеловав меня, произнёс:

– Жди меня здесь, моя сладкая…

Я кивнула головой, поняв, что сейчас начнётся что-то страшное. Дэнмириан вспыхнул огненным вихрем, и через секунды, став крылатым существом, вылетел из спальни, взяв направление вниз, как птица пролетел в туман.

Фор загадочно светился, будто успокаивая меня. Но я поняла, что реальность Эймара теряется некой дымке, а всё вокруг тает, как сон. Происходило возвращение на Землю. Не самый подходящий был для этого момент, но меня никто не спрашивал. Всё завертелось и исчезло, а меня поглотила тьма перехода…

Глава 23

Почему артефакт вернул меня в самый неподходящий момент? Сколько загадок осталось нераскрыты, а тут ещё нападение на замок. Я смутно вспоминала этот момент, на миг мне даже показалось, что это мне привиделось, как вдруг крылатые тени возникли передо мной, будто наяву. И поцелуй Дэна… как же мне было хорошо с ним ночью. Наверное, так бывает только в сказке. Но я в реальной жизни, где нет Дэна, а лишь одни проблемы, что окружают меня.

Всё воскресенье я провела дома одна. Мать должна была вернуться лишь к вечеру, она звонила мне из деревни. А я всё вспоминала те минуты счастья, сладкие мгновения пережитой ночи. Как же хорошо было ощущать, что находишься в его крепких руках. Каждый его поцелуй, каждое прикосновение. И не только. Лучше в жизни ничего не бывает. Но что произошло потом? Тревога за Дэна нарастала, но я надеялась, что они смогут отбить атаку. А если нет? Что тогда? Дэн, как же я люблю тебя… почему всё так сложно. Как можно помочь победить, когда не знаешь, кто в твоём окружении предатель. И ещё та блондинка, чтоб её… Чтобы облегчить свои душевные терзания к вечеру я всё же уверила себя, что это всего лишь мой сон.

Мать вернулась поздно, уже затемно. На улице слегка подморозило, и от тех туманов, что охватывали город в последнее время, не осталось и следа. Оставшиеся лужи замёрзли, и всё казалось, что вот-вот должен пойти снег, который превратит улицы в сплошное белое поле. Зиму я тоже не любила. Но зимой, особенно после Нового года, вдруг просыпалась надежда, что скоро наступит весна, и мир снова оживёт. Я каждый год ждала этого и думала, что весной всё изменится.

Поговорив перед сном с пауком, я осторожно посадила его в домик. Он отбежал, а потом остановился, глядя на меня, будто хотел мне что-то сказать в ответ. Я же надела на шею цепочку с Фором, который снимала, чтобы принять душ, и прижала пальцами к груди.

– Верни меня обратно. Я хочу к Дэну! Я должна помочь ему, – шептала я вслух, пытаясь уловить то тепло, что издавала эта штука в мире Дэна.

Я долго не могла уснуть, всё думая о нём. Как вдруг сон охватил мня. Простой земной сон. И… утром я проснулась и внезапно поняла, что перемещения не произошло. Чёрт! Что опять происходит? Может, Дэна уже и в живых то нет? А я ничего не знаю… Лучше бы я попала на Землю в прошлый раз до того, как произошло нападение. И не знала бы. что Дэну угрожает опасность.

Стас уехал рано утром. В связи с последними событиями ему пришлось полностью перестроить свой привычный график, но сегодня он с самого утра вместе с Денисом и его операми собирались выяснить. Что же происходит в усадьбе и в военной части. Кажется, они хотели взять с поличным того, кто угрожал жене Димы. Как же те. кто был причастен к махинациям? Получить ордер на обыск бывшей усадьбы не составило бы труда, но тогда бы они могли спугнуть более крупную рыбу, а сам Катков пока там замечен не был. Или пока не был. В любом случае, за усадьбой установили наблюдение, и я слыхала, что пару оперов, переодевшись дорожными рабочими, не сводят с неё глаз.

И поэтому в тот день я шла в школу одна. Но мне уже не было страшно. Что могло быть страшнее вечеринки у Катковой? Наверное, ничего.

Поэтому я резво шагала, не обращая уже никакого внимания на каблуки, привыкнув к ним за эти дни. В школе меня встретили всё те же лица. Каткова сидела в компании своих приятелей, обсуждая приезд своих родителей. Я услышала лишь обрывки фраз, а потом раздался смех. Но тут она заметила меня.

– Каринка, иди сюда! Я тут рассказываю, чем всё закончилось.

Я наигранно улыбнулась. На самом деле мне было абсолютно всё равно, чем могла закончиться их пьянка, красиво именуемая вечеринкой. Но послушать стоило, тем более, что разговор шёл о родителях. Возможно, в её рассказе проскочит что-нибудь полезное и для меня?

– Папа вернулся утром. Настя, дура, не убрала ничего. А он тут со своим компаньоном, – взахлёб рассказывала она, не стесняясь. Тут я заметила, что Насти как раз таки рядом с ними и нет. Зато Алина сидела рядом давясь слюной.

– И что было дальше?

– Мы уснули с Вадимом, моим парнем. И тут стук в дверь, в семь утра… У меня тут и сердце в пятки ушло. Он ведь никогда не возвращался раньше обеда. Но видно, у него какие-то дела срочные были. Я Вадика в шкаф свой спрятала, а сама на поклон. Так вот дела его меня и спасли. А мама ничего не сказала. Лишь домработницу вызвала хоть у неё и выходной был. А Вадику пришлось в окно вылезать, пока я на шухере стояла. Вот только мама со мной вообще не разговаривает теперь. а папа запретил мне звать к себе домой знакомых. И теперь, если я появлюсь дома позже десяти – то моя машина к восемнадцатилетию накрылась. Но он передумает, не в первый же раз…

Значит , в дом Катковых доступа пока не будет. С одной стороны, это хорошо. Рассказать родителям о Вадиме, что скрывался в шкафу? Наверняка, на камерах запись осталась. Смысл? Ей от этого хуже точно не будет. Странно, почему он приехал раньше обычного, раз даже для дочери это сюрприз? И что за деловой партнёр был с ним.

К моему облегчению, начались уроки, а на перемене я сообщила Стасу новости. Партнёр его тоже заинтересовал:

– Каринка, что-то готовится. Уже несколько машин проехало туда, но Ветров выжидает. Да и Юрия не видно пока.

– Стас, будьте осторожны, – мне вдруг стало страшно за Стаса. Да что там за Стаса, даже за Дениса стало вдруг страшно. А вдруг что-то не получится? Вдруг там всё гораздо серьёзнее? Хотя, они люди взрослые, сами во всём разберутся. Мало мне переживаний за Дэна будто, и за свою месть ненавистным одноклассникам. Почему нельзя просто взять в руки автомат и перестрелять их всех, как это делают в старых американских фильмах? Так нет, чего-то выжидаю, всё пока не по мне. Нет зацепки, которая устроила бы меня.

На большой перемене разговор в чудесной компании продолжился, и вдруг тему разговора сменил Маркин, вспомнив о том, что говорил в субботу:

– Так что, Лерка, на охоту? Сегодня и погодка шепчет…

О чём они говорили. Чем занимались эти твари помимо того, что устраивали пьянки и дебоши?

– Точно! И завтра на форуме видео выложим! – обрадовалась вдруг Каткова, чуть не захлопав в ладоши.

– Ник смени, чтобы не светиться лишний раз, – посоветовал друг Маркина.

– А давай Карину возьмём. Ей тоже понравится.

– Куда? – недовольно спросила я.

– А там увидишь.

Что-то не хотелось мне ничего там видеть, но я согласилась по уже понятной причине, а после уроков, что было сил, рванула домой, куда уже ехал Стас. Мы встретились у него дома, где можно было смело разговаривать обо всём, не опасаясь быть услышанными.

– Так куда она тебя позвала, не могу понять.

– В том-то всё и дело, что я ничегошеньки не поняла. Но не к ней домой точно. Они собираются недалеко от парка, а потом пешком.

– Чёрт… неохота тебя одну отправлять.

– Разберусь как-нибудь, – буркнула я, недовольная тем, что он недооценивает мои способности.

– Будешь на связи…

– Конечно… Да она что-то говорила про видео… Что она имела в виду? И какой-то форум?

– Это может быть что-то интересное. Но ты пока просто осмотрись. Делай то же, что и они.

– То же точно не получится.

– Тогда получится создавать вид.

– Ты узнал что-нибудь? – поинтересовалась я в ответ.

– Ещё бы! – он вдруг подскочил, вспомнив, что собирался рассказать мне. – Мы наконец-то вышли на информатора!

– Да ладно! И кто он?

– Тот самый тип, что лично знаком с посредником убийства. Но он не готов давать показания, пока Катков на свободе. Слишком боится его. А Юрия можно взять только с поличным, по-другому ничего не удаётся доказать. Какой-то замкнутый круг. Такое ощущение, что в этих делах замешаны полгорода.

– А что там, в усадьбе? – поинтересовалась я.

– Что-что… склад нелегальной алкогольной продукции. Вот только конфискацией мы ничего не добьёмся и не выйдем на тех, кто стоит выше. Разве что с офицеров военной части погоны полетят.

– Странно. Неужели так бывает. Когда полиция знает, кто виновен в преступлении и чего-то выжидает? Неужели остальное так важно?

– К сожалению, так бывает часто. Иногда не столь важно раскрытие мелкого дела, как то, что за ним стоит…

Сколько же было правды в его словах. Я вдруг ужаснулась, поняв, что Ветров может знать гораздо больше и обо мне. Иначе откуда та заинтересованность? И откуда странный взгляд, что порой появляется у него? Но разве это возможно? Если бы он знал про труп, спрятанный в бомбоубежище, то давно бы поставил галочку в своём послужном списке. Или нет? Или действительно для него важны некие другие причины и факторы?

– О чём задумалась, Карина? – озабоченно спросил меня Стас. – Сомневаешься насчёт вечера?

– Да, – отмахнулась я, – наверное.

– Я подстрахую тебя на всякий случай, – сказал он наконец-то.

– Стас… тебе нельзя светиться лишний раз, – напомнила я ему.

– Какая разница. Я же твой парень для них? Или нет?

– Хорошо, что Каткова не обсуждает с папочкой подробности моей личной жизни, – вздохнула я. – Иначе у нас бы ничего не вышло.

– Ничего не бойся. Я с тобой, – подмигнул он мне.

– Да, ты со мной мой друг, – почему-то несмотря на то, что Стас действовал с некой своей выгодой, я чувствовала его отношение ко мне. Мы будто сплотились перед общим врагом.

– Вот и чудненько. Мне нужно ехать, ещё на сегодня не всё.

Я вздохнула. Идти домой не очень-то хотелось. Мне впервые становилось легче от того, что я разговаривала с кем-то. Три года молчания не сказались положительно на мне. Может, действительно было бы лучше, если бы я кому-то всё рассказала тогда? Но что последовало бы потом? Именно мысли о последствиях пугали меня больше всего. Но сейчас слишком поздно о чём-то думать. Чёрт… надо перестраиваться на вечернюю прогулку…

Вечером наконец-то пошёл снег. Когда я вышла из дому, то он уже усиливался, заметая все уголки города. На улице стояла мёртвая тишина, даже в ушах звенело. Что-то не слишком хотелось участвовать в неизвестном мне мероприятии. Что они замышляли? Но я не узнаю это, если сейчас не рискну. Я вновь набрала Стаса, удостоверившись, что он на связи. Всё хорошо, если что – ему не составит труда подъехать, чтобы защитить меня. Страшно…

Компания собралась быстро. На сцене всё те же лица, только в профиль. Маркин со своим закадычным другом, за спинами рюкзаки. Никита в тёмной куртке с капюшоном. Каткова и её подруга Настя. Был ещё один парень, Ромка, который не учился в нашей школе, но я видела его у Катковой дома. Я подошла со стороны дома, увидев их компанию ещё издалека. Лера была странно возбуждена, глаза её сверкали.

– Что, все в сборе? Двинули?

– Телефон хоть зарядила в этот раз? – буркнул Маркин.

– Ещё бы… прости, в прошлый раз вылетело из головы.

– А она у тебя есть? – злобно пошутил он.

– Есть в отличие от тебя, Шурик.

– Эй вы, не кипишуйте, – отозвался Роман. – Куда сегодня двинем? Опять на стройку?

– Ага. Там их много… тварей.

Никита вился около меня, не сводя глаз. Хорошо, что я не додумалась надеть сапоги на каблуках. Компашка тоже была одета по-спортивному, Лера всё время смеялась и злорадствовала, а Настя вторила ей во всём. Мы приближались к пустырю, что находился за парком. Да, именно к тому, где я и нашла Фор в тот самый злополучный день.

– Никита, – позвала я, хоть разговаривать с ним не особенно хотелось. – А мы куда?

– На пустырь, куда ещё, – тихо ответил он. – Новое Лерино развлечение.

– Это действительно так весело? – не поняла я.

– А что… забавно.

Я увидела, как Маркин с другом остановились, достав из рюкзаков дротики в целлофановом пакете.

– Я их прикормлю сейчас. Днём ещё приманку забросил. Сейчас мигом соберутся.

– Да разбросали бы отраву, как там, в прошлый раз, на окраине.

– Толку с той отравы. Азарта никакого. Да, Лерка? – Маркин рассмеялся.

– Никита… я чё то не поняла… они что, ворон пугать собрались?

Никита тихо рассмеялся в ответ.

– Ага…сейчас увидишь.

– Что-то уже не хочется, – пробормотала я себе под нос.

– Не дрейфь… Всё будет нормально.

Я молчала, не задавала больше никаких вопросов, предпочитая смотреть и слушать. Хорошо, хоть участвовать не заставляли. Видела, как Сашка Маркин разложил на снегу куски мяса, а потом достал свисток и подул в него что было силы.

– Всё, отходим в засаду, – скомандовал он.

Все мы спрятались за бетонным блоком, что стоял неподалёку, а парни достали свои дротики.

– Слышь, несутся… сволочи.

– Я снимаю, – усмехнулась Лера.

– Давай-давай. Ромка, ты нож достань на всякий-то случай.

Со стороны стройки раздалось радостное тявканье и лай. Псин, наверное, пять или шесть, как раз из той своры, что прикормил сторож на стройке, и которые загнали меня тогда на пустырь, неслись в нашем направлении с радостными воплями. Мне стало страшно, когда я вспомнила про те мгновения, и я на всякий случай спряталась за спину к Никите.

– Опля! – Маркин первый запустил дротик, попав одной из них с бок, пока остальные делили меж собой куски мяса и кости, что разложили наши. – Первая есть.

Друг последовал тому же примеру. И вторая псина, кажется тот крупный рыжий вожак, попала под раздачу. Мне стало не по себе от того, что происходило. В тусклом свете дальних фонарей я видела, как ухмыляется Лера, а Настя радуется каждому меткому выстрелу. Первой собаке, видимо кормящей матери, не удалось уйти далеко. Её начали сводить судороги, и она упала на снег. А изо рта у неё пошла пена. Она была ещё жива, но счёт шёл на секунды. Казалось, что её взгляд умоляет помочь ей. Но вокруг слышался лишь смех и злые возгласы…

– Снимай, давай! – крикнул Маркин Лере, которая крутилась рядом.

– А я чем занимаюсь?

У меня внутри всё вскипело от злости и негодования. Как могла Земля выносить таких выродков, которые не гнушаются такими способами развлечения, убивая живых тварей. Я никогда особенно не любила этих дворняг, и даже побаивалась их. Но в тот момент, глядя со стороны в глаза умирающей передо мной собаки, которая уже почти не дышала, я почувствовала жгучую ненависть к этой компании. Руки тряслись от злобы и бессилия, а зубы сжались. Хотелось взять просто и набить им всем рожи, а потом воткнуть в них те же дротики, которыми они убивали несчастных животных. Они смеялись, и их это занятие забавляло, а мне становилось всё хуже с каждой секундой.

– И что, это забавно? – наконец-то смогла вымолвить я, когда Никита подошёл ко мне.

– Как же! Конечно! Лерка потом всё на форуме одном выкладывает. Я тебе дам ссылку. Там таких, как мы знаешь сколько…

– И зачем это надо?

– Чтобы очистить город от этих тварей. Ты что, не понимаешь? Они же опасны! Не видела, сколько смертельных случаев от их нападений в этом году зафиксировали? – умничал Никита, а мне становилось ещё хуже.

«Сами вы твари, от которых надо планету чистить» – подумала я. Но мысли в тот момент работали слабо. Видно, сказался стресс. – «Кого они трогают? Ну бывает, могут погнаться. Но не убивать же их за это!». Не скажу, что я когда-то была некой ярой зоозащитницей. Просто я никогда не думала раньше, что есть люди, способные на такие поступки. Слышала конечно же, но чтобы вот так, рядом… Да они же просто развлекаются, объясняя это некими высокими идеалами! Как так можно?!

Рыжий вожак упал рядом с сукой. Возможно, он и был отцом её щенков? Да впрочем, какая разница. Остальные псы успели ретироваться. А за поворотом бетонного забора послышался свист и голос сторожа:

– Эй! Кто там? Сейчас я вам задам! – грозно крикнул он.

– Бежим. Пора сматываться, – шепнула мне Лера. Её глаза как-то дьявольски блеснули в свете включенного телефона, который она тут же затолкала в карман.

– Валим отсюда, – Маркин махнул рукой, и мы все перепрыгнули через бетонный блок и помчались в сторону жилых домов.

Бежали мы недолго. Остановились в первом же дворе. Отдышались. А я наконец-то смогла придти в себя от увиденного.

– Как, тебе понравилась охота? – спросила вдруг у меня Каткова.

«Какая же ты мразь…» – подумала я.

– Занятно, – произнесла вслух.

– Ещё бы… Такой азарт. Ты когда сама в этом поучаствуешь, поймёшь, как это здорово. Раньше мы просто отраву раскладывали. Но это неинтересно. Потом ждать долго, пока сожрут, – она рассмеялась, – Сашка догадался прикармливать. Так веселей. Понимаешь?

– Понимаю, – кивнула я, попытавшись изобразить улыбку на лице. Кажется, у меня плохо вышло.

Только я одна знала, чего мне стоило сдержаться в тот момент, чтобы не вцепиться ей в лицо. Я уговаривала себя, что осталось потерпеть их ещё немного. Хотя… Ещё же учиться с ними до июня месяца. Как же я буду теперь на них смотреть? Как на безжалостных убийц, которые издеваются над ни в чём не повинными живыми существами. Как, впрочем издевались надо мной недавно.

Стас забрал меня минут через пятнадцать на заснеженной улице. Я села в машину, глядя остекленевшими глазами за оконное стекло. Даже дар речи пропал на какое-то время.

– Ну что там? Всё в порядке?

Я молчала, вспоминая несчастное выражение морды той собаки и её глаза.

– Карина! Не молчи же! – крикнул мне Стас, не понимая, в чём дело. – Что вы там делали?

Он испуганно схватил меня за плечи и развернул лицом к себе, увидев, что из моих глаз текут слёзы.

– Что они с тобой делали? Карина?

– Они ничего со мной не делали… Стас…

– А в чём тогда дело.

– Они… они… – я стала заикаться, не будучи в силах говорить о том, что произошло.

– Что они?!

– Они догхантеры… – я вдруг вспомнила слово, обозначающее их занятие. И слова продавщицы в зоомагазине. Она же как раз на днях рассказывала мне о них. А оказывается, что они совсем рядом… Ближе, чем казалось.

– Чего?! – он вдруг поменялся в лице. – Хочешь сказать, что дочь Каткова развлекается тем, что травит собак?

– Да. Мрази… – прошептала я.

– Вот это новость!

– Стас… а если их сдать полиции, их всех посадят?

– Вряд ли. Максимум, что могут, это штраф выписать, да и то…

– Стас… они выродки… они снимали это всё на видео… считают, что бродячим собакам нельзя жить в городе… Да у них у самих нет права жить!

– Успокойся. Поехали, кофе попьём, да помыслим.

– Я не хочу домой. Мне нужно привести себя в порядок…

– Тогда домой пока не поедем… Стой… – машина двинулась, а я всё оглядывалась в сторону стройки, будто что-то изменилось там за это время. Представляла лицо сторожа, пожилого мужчины, что найдёт своих любимцев на снегу. Было больно. Не за себя. За то общество, в котором приходится жить. А сколько таких выродков, как Лера, Сашка и все остальные, обитает на Земле? Наверное, они есть кругом. Не люди. Недочеловеки.

Мы остановились около ночного придорожного кафе на трассе у въезда в город. Мотор затих, а Стас, повернув ключ, повернулся ко мне.

– Ну ка идём! Я тебя одну здесь не оставлю.

Я поднялась и вышла за ним на свежий воздух, который привёл меня в чувство. Трасса была пуста в это время, редкие машины пролетали мимо, чертя на свежем снегу бесконечно длинные полосы. Свет в кафе был приглушённым, лишь стойка ярко освещалась лампой. Лишь телевизор на стене издавал звук. Я присела за столик, а Стас заказал мне чай, и вернулся ,попросив сделать звук громче, чтобы наш разговор не доносился до девушки-бармена.

– Что же нам делать с твоей Лерой? – задумчиво произнёс он.

– Убить… отравить, как крысу.

– В тюрьму захотела?

– Не-а. Просто я не знаю, как можно поступить с такими людьми.

– Ну, поступить можно по-разному. Вопрос в том, чего она боится.

– По-моему, она ничего не боится. Разве что, что папаша машину не подарит.

– Боюсь, что машина ей уже и так не светит.

– Стас… она боится, что про это узнают. Они там шифруются, вспомнила, Сашка советовал ей сменить свои данные!

– То есть она не боится тебя. Но боится, что про её увлечение кто-то узнает?

– А я вообще не знаю, почему она мне доверяет.

– Она не видит в тебе никакой угрозы. Ты для неё, Карина, лишь очередное развлечение, как новая игрушка. Понимаешь? Именно поэтому нам нельзя откладывать ничего. Скоро она поймёт, что не на ту нарвалась. Пока она относится к тебе, как королева положения. Захотела – оскорбила, захотела – приголубила.

– Может быть… А может Никита ей что-то сказал. Знаешь, он ревнует, – я усмехнулась.

Взгляд Стаса упал на телевизор. Его глаза стали стеклянными, смотрящими в никуда, как бывает только тогда, когда в это время думаешь совсем о другом. Он неуверенно повернулся, достал из кармана телефон, пролистывая контакты.

– Где же…

– Кого ты ищешь? – конечно, в тот момент я подумала про Дениса, но в этот раз ошиблась.

– Она же наверняка хочет славы? Мы ей её устроим.

– Как, интересно?

– Просто сдать её полиции бессмысленно. Надо сделать так, чтобы она запомнила навсегда. Говоришь, видео снимают?

– Угу…

– А когда следующий раз будет?

– Думаю, на днях они ещё пойдут. Но позовут ли меня?

– А что, есть сомнения.

– Нет. Она говорила, что покажет мне что-то ещё более весёлое, – я нахмурилась. Что могло быть ещё «веселее», чем то, что я увидела сегодня.

Я взглянула на часы, полдвенадцатого. Наверняка, мать будет злиться. Но мне было плевать на неё в тот момент. Главное, чтобы она не увидела меня со Стасом, будет задавать лишние вопросы. Ей же невдомёк, что у меня могут быть свои проблемы. И вообще, она была уверена, что я встречаюсь с Никитой. Всё спрашивала, куда он исчез, пришлось придумывать нереальную историю о его болезни.

Он всё копался в своём телефоне, что-то решая про себя. Я молчала, лишь глотала чай, пытаясь смыть ту горечь во рту, что осталась от моих слёз. Но его спокойствие передалось и мне. Нужно быть сильной, не стоит показывать свою слабость, даже перед Стасом. Ему ведь пока тоже нелегко, а он ещё с моими проблемами возится. Хотя, они были взаимосвязаны между собой.

– Как же я его записал…

– Стас, а кого ты ищешь? – поинтересовалась я.

– Есть один… репортёр… Точнее не он сам мой знакомый, а мой одноклассник его хорошо знает.

– Что, прямо с телевидения?

– Ещё с какого… прямёхонько с НТВ…

– Думаешь, это кому-то интересно? Хочешь сделать Леру знаменитостью?

– Думаю что если заснять всё на видео, то вполне можно сделать из этого сенсацию.. Уже представляю текст… Чем занимается нынче молодёжь… Нет… Дочь известного бизнесмена убийца животных… Или «чем живут дети миллионеров»… Да ей же потом «зелёные» жизни не дадут.

– А ты не боишься, что потом кто-нибудь заинтересуется Катковым-старшим, – прошептала я, обернувшись на барменшу. Но она, кажется, не обращала на нас внимания. Мало ли, кто бывал в этом месте.

– Боюсь. Нам нельзя его спугнуть. Но поинтересоваться всё равно стоит…

– Сейчас уже почти ночь, Стас, – напомнила я. – Утром позвони лучше!

– Да ты права, пожалуй. Эй! Выше нос! Главное, что у нас теперь есть зацепка! Поехали-ка мы домой, надо выспаться. Чувствую, завтра будет тяжёлый денёк...

Глава 24

Я уснула почти что сразу, а мать, кажется, уже спала, не дожидаясь меня. Очнулась я в том же замке. Но это был уже не тот радужный дворец с хрустальными колоннами и прозрачными переходами, куда проникали яркие солнечные лучи. Здесь стало сумрачно. Мне показалось, что с каждой минутой становилось всё темнее. Я осмотрелась, бросившись по коридорам, расположение которых было до боли знакомо, вглубь, разыскивая Дэна.

Но те зрелища, что открывались передо мной на каждом шагу, шокировали меня всё больше и больше. Почти что в каждом зале я видела трупы людей. Скорее всего, это и была та самая невидимая доселе прислуга. В последнем из них я нашла Киона, который ещё дышал. Он был весь в крови, а руки изранены. Рядом на полупрозрачном мраморном полу лежал меч странной формы. Материал, из которого он был сделан, напомнил мне тот осколок, что я вытащила из Орса. Кровь была не свежая, запёкшаяся и коричневая, и присохшая к одежде.

– Что же случилось здесь? – я осторожно повернула его к себе. Интересно, с ним сработает Фор, как это было в прошлый раз с Орсом? – Вы можете говорить?

Он был в сознании, наверное, один из немногих, оставшихся в живых. Его строгое лицо вдруг перекосилось, а брови нахмурились. А губы беззвучно зашевелились.

– Кажется, со мной всё в порядке, – наконец-то прохрипел он.

– Вас ранили? А где Дэн? Вы не видели его?

– Кажется, Его Высочество захватили в плен.

– Как? А где же Неро?

– Не знаю… – он попытался приподняться, но у него не получалось. Но похоже, что важные органы не были задеты. Чёрт, что за магия у местных жителей, ведь они как-то умеют себя исцелять. Может попробовать ещё раз?

– Постойте, я попробую что-нибудь сделать.

Я положила руки на Киона зажмурилась, пытаясь снова ощутить ту энергию. Я не могла оставить его вот так лежать на полу. Как же страшно. Что с Дэном? Может его уже убили? Как узнать это.

– Сколько времени прошло с тех пор? – спросила я.

– С тех пор, как я пришёл в себя, прошло, кажется несколько тэлей. Мне уже удалось зарастить часть ран. Регенерация идёт.

– Сейчас я помогу вам, – пообещала я, не уверенная в своих же словах.

– Ты неправильно пользуешься своей силой, – проговорил он.

– У меня она есть? Это же фор.

– Фор подчиняется лишь членам императорской семьи. А в тебе скрыта совсем другая энергия.

– Да ну? Откуда вам это известно?

– Я чувствую. Я же эмм.. Его высочество не понимает это, потому что поле Фора мощнее, оно затмевает ваше…

– Неро это почувствовал…

– Он был прав.

– Почему вы не сказали это Дэну?

Он нахмурился, видно, что ему было тяжело говорить.

– Меня никто бы не послушал. А Его Высочеству сложно что-то доказать.

– Скажите, Кион, сто мне делать?

– Руки держи вместе… Не так. Сложи их, чтобы ощутить, как между ними появится энергетический шар.

– А он появится? – видно, это был глупый вопрос с моей стороны.

– Должен. Потом прими его, впитай с себя и вновь пропусти через ладони. Ты сама почувствуешь это. И лишь тогда ты сможешь пользоваться своими силами.

– До чего всё просто…

Я сделала так, как он говорил. И действительно поняла, что между моими руками будто разрастается бурлящий поток энергии. Я развела руки, пытаясь удержать его, и он вошёл в меня, охватив полностью, проникнув в каждую клеточку моего тела и заставив сердце стучать сильнее, будто кто-то поддал ему газку. Сравнение было неуместным, но это первое, что пришло мне в голову. Но я постаралась не отвлекаться, а следовать инструкции. Я не знала, что мне делать с этой энергией, но чувствовала, что она поможет Киону. Я опустила руки ниже, даже не касаясь его, но почувствовала тепло, что исходило от оборотня.

– Ты молодец, быстро учишься. Смотри!

Я открыла глаза, боясь даже взглянуть на него, но вдруг обнаружила, что ран практически нет. Как же странно. Неужели это не Фор? Тогда что?

– Как это вообще возможно?

– Этим даром в той или иной степени обладают все избранные… все эммы. Я тоже… Но мои силы на исходе.

Он поднялся, чуть пошатнувшись, но опасность больше не угрожала ему.

– Где искать Дэна? Кто напал на вас?

– Воины Кителлы, кто же ещё… Кажется, они что-то искали.

– Кто-нибудь ещё живой остался?

– Кажется, повезло лишь мне. Но можно попытаться кого-то найти.

Мы вместе двинулись по дворцу, рассматривая каждого, кто попадался нам на глаза. Но среди них не было ни Дэна, ни Орса, и, конечно же, не было Неро. Битва произошла именно в этой части, так что бесполезно было искать кого-то на других ярусах… Или…

– Чёрт… Сворош! Я совсем о нём забыла… Где он?

– А я чуть не забыл о нём, – Кион оглянулся. – Давай-те ка проведаем нижнюю часть дворца, лайн Рина.

– Скорее! Надеюсь, его не тронули.

– Кажется, они не заглядывали туда. Их целью было похищение Его Высочества.

– Не Неро ли это организовал? – спросила я, пока мы добирались до портала-лифта.

– Нерокромеран сражался наравне с Его Высочеством и остальными, мы с ним были совсем рядом. Вряд ли, чтобы он оказался предателем.

– Тогда кто? Орс?

– Его Младшее Высочество я знаю с самого детства. Он не из тех, кто может предать свой мир и родных. Хотя, бывает слишком добр к окружающим, что не слишком хорошо для сына императора.

– Если никто не виноват, то значит дело совершенно в другом? Так ведь?

– Не знаю.

Мы уже входили в портал, оказавшись там, где оставленное без присмотра войско странных существ в полной боевой готовности повернуло свои прозрачные головы, провожая нас вдоль обрыва. Они чем-то напоминали людей, но на вид больше были похожи на каких-то духов, или привидений. Кажется, за спинами шевелились прозрачные крылья, а глаза светились.

– Чёрт побери, Кион, а что теперь будет с этими? – я остановилась, поняв вдруг, что Дэн не сможет повести их в атаку.

– Маоры… Они не станут подчиняться нам.

– А кому они подчиняются? Фору?

– Фору… но фор тоже для нас не имеет смысла без одного из членов императорской семьи. Хотя…

– Есть какой-то выход? – озабоченно спросила я.

– Выход есть всегда. Если нам не получится отыскать Его Высочество, то нужно найти его младшего брата.

– Они послушают Орса? – недоверчиво спросила я.

– Да… Он покинул Моонтел за несколько тэлей до битвы. Думаю, что с ним всё в порядке.

– Да, вот только где же он может находиться? Идём к Сворошу.

Мы покинули это место, перейдя к следующей части внутреннего пространства платформы. А потом вошли в часть, где всё опутывалось сверкающими канатами, вот только их создателя не было видно нигде. Я испугалась было, что могло произойти нечто страшное, но потом увидела Свороша, который впал в некое бессознательное состояние, повиснув на сплетении своих же нитей.

– Сворош! Проснись! – я полезла в его сторону, цепляясь за макропаутину, раскачиваясь, чтобы достать до следующей части. А потом тяжело дышала, приводя в порядок своё кровообращение, и двигалась дальше. Стало душно, но в то же время прохладно. Просто не хватало воздуха.

– Сворош! – позвала я вновь, когда находилась совсем близко к нему.

Он зашевелился и резко зашевелился, повиснув на паутине. Его шесть чёрных глаз повернулись ко мне.

– Рина! Почему ты здесь? – он ловко зацепился лапами, на которых имелись маленькие крючки-зазубрины, за нити, двинувшись к нам. При виде Киона он остановился, рассматривая его.

– Сворош… Ты всё проспал. На дворец напали, а Дэн исчез. Мне нужна твоя помощь.

– Надеюсь, что Дэнмириан жив? Нехорошо…

– Я тоже надеюсь,что он жив. Это Кион. Ты уже видел его.

– Как же я мог пропустить это, – он заметно волновался, если можно сказать такое про паука. Мне не хватало лишь несколько тэлей для окончания процесса преобразования, все силы ушли на это. Мне нужен был отдых.

– Сворош, не оправдывайся, прошу. Не ты виноват в этом, – расстроено ответила я. – Ты с нами?

– Конечно, Рина.

– Тогда давай выбираться отсюда! Нужно спешить!

И пока мы шли наверх, я всё время думала о том, что если бы я была рядом в тот момент, а не вернулась на Землю, не произошло бы подобного. Я винила себя, сама не знаю почему, хотя понимала, что не в силах сопротивляться странному повелению артефакта. Где же Дэн? И Орс? Что с ними?

Кион, похоже, разделял мои сомнения. Но в этом демоне я чувствовала некое спокойствие, что передавалось и мне, и вскоре я уже поняла, что от моих терзаний ничего не измениться. Нужно действовать, хоть я и не знала ка это делать. А ещё я вдруг подумала, что Дэн может быть где-то недалеко от нас, ведь Фор всегда переноси меня к нему. Хотя… Не всегда.

– Кион, скажите, а далеко находится столица?

– Мы можем воспользоваться порталом. Если добираться своим ходом, то это займёт несколько дней.

– Они у вас везде, эти порталы?

– Лишь там, где они необходимы. На них тратится значительная часть энергии, – отозвался он, а его серые глаза стали ещё более грустными. – Правда есть и те, что образуются сами, пространственные воронки. Их невозможно контролировать.

– Как у вас всё сложно.

– Так кажется на первый взгляд. Вы привыкнете.

– Значит, ты тоже веришь, что я не отсюда? Да?

Сворош что-то хмыкнул позади, но слова не сказал.

– Я это знаю. И даже больше, – он вздохнул. – У меня такая должность, лайн Рина, что иногда становятся известны чужие секреты.

– Тогда скажи мне, кто я? Почему Орс считает меня кем-то другим?

– Возможно потому, что вы находитесь в теле другой? – он прищурился, но вдруг по его словам стало понятно, что он не станет говорить мне, откуда ему это известно.

– Как? Я это я. Что я, себя не узнаю? – резко ответила я, а потом внезапно задумалась. У меня действительно бывали сомнения по этому поводу, но я списывала всё на действие Фора.

Он промолчал, и я перестала задавать ему вопросы. Когда мы найдём Орса, я попытаюсь разобраться, кто я на самом деле, а пока не до того.

– Кион, если уж ты столько всего знаешь, выскажи свои идеи по поводу нахождения младшего принца. Ведь он же куда-то улетел, когда поссорился с Дэном. Вопрос, куда?

– Вероятно, он направился в столицу.

– Как?

– Я не знаю, лайн Рина. Возможно его стоит поискать в древнем Лоранде?

– Это далеко?

– Не очень. Точнее, далеко, но можно ведь воспользоваться порталом.

– Тогда пойдём туда! Нам нельзя терять время!

– Не надо его терять, я уже здесь, – вдруг услышали мы знакомый голос позади нас.

Я повернулась, увидев Орса, что стоял, прислонившись к хрустальной колонне. Он удивлённо рассматривал зал, в котором валялись мечи, другое оружие, неведомое мне, а пол был залит кровью. Из ближайшей деревни уже прибыло подкрепление, о котором говорил Дэн, поэтому тела убитых уносились отсюда, но смотреть на последствия битвы было страшно. Орс нахмурился, пытаясь оценить масштаб потерь. По словам окружающих, военное дело не было его сильной стороной, а теперь ведь именно ему придётся принять на себя это бремя.

– Что здесь произошло, Кион? – он поднял бровь, сверкнув при этом глазами. – Арис! Только не начинай вновь твердить, что ты это не ты.

– Я буду вообще молчать, – огрызнулась я. – Вы мне всё равно ничего не говорите. Дэна похитили!

– Вновь? Как?

– Думаю, Кителла подослала сюда отряд, целью которого было похищения Его Высочества Дэнмириана. Но они искали ещё кого-то.

– О, демиурги всех вселенных… Почему меня не было здесь?!

– Потому что некоторые улетели… Гордость остаться не позволила, – вновь встряла я, желая вызвать на разговор.

– Потому что я не могу видеть, что ты теперь с Дэном, – тихо ответил он и отошёл в сторону.

– Я никогда не была с кем-то другим.

– С каких пор ты научилась врать, Арис? – он усмехнулся.

Неужели он и правда знал, в чём дело? Нет уж, я выясню у него всю правду, которую никто не хочет говорить.

– Я действительно не Арис. Фор перебрасывает меня сюда, в это тело, извините, так похожее на моё. Вот он! – я достала артефакт, сняла его и помахала у него перед носом.

Орс дёрнулся, а его взгляд замер на самом сокровенном секрете Эймара.

– Откуда у тебя Фор? – его глаза сверкнули.

– Опять двадцать пять… Я устала объяснять это твоему брату, поэтому ты, пожалуй, обойдёшься.

За меня ответил Кион, который подошёл незаметно для нас двоих.

– Это на самом деле не Арис. На Форе заклятье, и лишь лайн Рина может до него дотронуться. Это истинная правда.

– Кион, – я прищурилась, глядя на него. – Ты же всё знал сразу, не так ли?

– Да, лайн Рина, – Кион поднял глаза на Орса. – Ваше Высочество, мне кажется Рине можно узнать правду. Она на самом деле переносится сюда из тела человека из-за Грани.

– Это же невозможно, – прошипел он, почти как Дэн. – А откуда это известно тебе?

– Вы же сами, вместе с Его Высочеством Дэнмирианом приказали мне быть невидимым и неслышным. И не попадаться лишний раз на глаза. Я так или иначе узнаю о том, кто находится во дворце. А вы посещали Моонтел ещё до того, как столицу захватили. Вместе с лайн Арис… – он осёкся и опустил глаза.

– Ты шпионил за мной?

– Можно сказать и так.

– Тогда скажи, кто-то из слуг мог рассказать об этом Неро? Кто-то ещё знал про это?

– Вы были крайне неосторожны, Ваше Высочество. Но я никому не говорил об этом.

– Я тебе верю, – Орс отошёл, рассматривая меня. А я не знала, что делать. Я подняла взгляд, и остановилась на его лице. Судя по тому, как он выглядел, его тело полностью регенерировалось. Он даже успел переодеться, и теперь был во всём чёрном, лишь драгоценные камни несколько разбавляли его мрачный вид. Он боялся смотреть на меня, поэтому быстро отвёл взгляд.

– Кто такая Арис? – повторила я, надеясь, что меня хоть кто-то услышит.

– Арис – это моя любимая, – прошептал Орс, не поворачиваясь ко мне. Неужели он считал, что я украла её тело?

– И не забудьте сообщить, Ваше Высочество, что вышеназванная лайн Арис является…

– Кем она является? – разве могло быть что-то хуже, чем то, что я уже знала.

– Дочерью Кителлы вел Деолен, – Орс развернулся и бросился прочь по коридору, а я пыталась переварить услышанную информацию.

Значит, Орс встречался с дочерью врага своего народа? Жестоко. Прямо таки Ромео и Джульетта. Конечно же, он скрывал это от всех. Но рано или поздно всё тайное становится явным, как сказал мне Дэн. Дэн… чёрт возьми. Если я нахожусь в теле Арис, которую любит Орс и которая вероятно, любит его, то как же я смогу остаться с Дэном? Эта мысль ошарашила меня, и я замерла на месте. То положение, в которое попала я, было ужасно, и я только сейчас начинала понимать до конца его масштабы. Кроме того, Дэна похитили. Что же делать?

Я уже начинала ненавидеть это тело, и тот день, когда мне повезло «найти» артефакт. Точнее, он сам свалился мне прямо в руки. Я поняла, что плачу. Слёзы звонко капали на мрамор пола, а во дворце стояла тишина, был слышен каждый звук. От бессилия я топнула ногой, а потом замахнулась, чтобы выбросить Фор в окно, но что-то удержало меня. Дэн… Нам надо спасти его. А потом будем разбираться с телами и перемещениями. Самым обидным было то, что нам с Дэном пришлось столько перенести, чтобы выбраться из Варитора, что никто и никогда не поймёт этого. Вот только зачем это было нужно? И куда исчезает Арис в тот момент, когда я перемещаюсь обратно на Землю? И как воспримет Дэн реальность происходящего? Он точно не был знаком с хозяйкой тела. Хотя… у него были некие подозрения ещё в момент нашего с ним знакомства, но он быстро отсеял их. А ещё же его блондинка…

– Не стоит так расстраиваться, – услышала я голос Киона, что бесшумно подошёл сзади.

– По-вашему, не с чего? – огрызнулась я.

– Мы собирались искать Его Высочество. И раз так вышло, что Фор пока у вас, то именно вы должны помочь ему.

– Верно. Но нам нужно убедить в этом Орса! Ведь солдаты-призраки послушаются лишь его!

– И не только они. В городе уже почти готова армия. Я считаю, что нам нужно выступать. Но чтобы командовать полноценной армией, Его Младшему Высочеству нужно временно принять на себя полномочия.

Орс появился неожиданно. Видно, привычка пугать окружающих была у них в крови. Он материализовался из пустоты. А может, он следил за мной?

– Чтобы принять полномочия правителя, нужно уведомить сенат норна. Тебе это прекрасно известно, Кион! Мы не можем нарушить закон.

– У нас нет на это времени.

– Я думал над твоими словами. Возможно, вы правы. Я уже допускаю мысль, что Рина занимает тело Арис, хоть и не понимаю, как это возможно. Я был в пригороде Кантерма ещё вчера, пытался разобраться, что там происходит. Но обратно я не последовал пространственным тоннелем. Я предпочёл иной способ. Я шёл в обход, через несколько тоннелей, выясняя, что же происходит в других городах Эймара. И я выяснил одну любопытную вещь. Воины Кителлы не пользуются пространственными тоннелями. Они им недоступны. Я видел сожжённые деревни, которые находились в стороне от порталов.

– Хотите сказать, они двинулись сами, своим ходом?

– Именно! И мы сможем их обогнать, если воспользуемся порталом. Мы сами устроим им засаду. Но мы не может тянуть всю армию сквозь портал. Он не пропустит всех. Нам придётся взять с собой лишь лучших бойцов.

– И тогда вы не нарушите свой закон? – сообразила я. Конечно же, Дэн вернётся и сможет вывести армию самостоятельно без всяких ненужных согласований с сенатом.

– Именно. Но нам нужно спешить. По моим подсчётам, им не уйти далеко. Отправляйся в город, Кион. Выбери десятка два лучших воинов, и возвращайся сюда. Только сделай это предельно быстро.

– Этим я сейчас и займусь, – глаза его сверкнули, и он на глазах отрастил крылья и исчез в темноте ночи. С каждой минутой сумрак окутывал замок, будто тьма своими щупальцами хотела охватить здесь всё.

Мы с Орсом молчали. Да и что мы могли бы сказать друг другу в тот момент. Ничего. Каждый думал о своём. Я понимала его чувства, но в то же время начинала уже ненавидеть это тело и этот мир, в котором оказывалась вопреки своей воле. Тишину нарушили шаги. Я оглянулась и увидела Свороша, который перебирал своими огромными мохнатыми лапами, подходя к нам.

– Я понял, Рина.

– Что, Сворош?

– Я долго пытался разобраться, что же вокруг тебя за странная аура. Я сразу её ощутил, ещё в Вариторе.

– И что же это, Сворош? – недоверчиво спросила я.

– Мигрирующая пространственная воронка. Она связана с этим телом каким-то образом, и кажется, дело в проклятье, наложенном на Фор.

– Хочешь сказать, что вокруг меня постоянно витает некий движущийся портал?

– Увы… Я не впервые сталкиваюсь с ними.

– Значит, это правда… Тогда где сама Арис? – встрял Орс. Кажется, он до последнего не верил в эти слова.

– Я откуда знаю!

– Сворош, а нельзя ли нам попробовать эту самую воронку использовать самим?

– Вряд ли это возможно. Она настроена на конкретное существо. А возможно, Фор управляет ей.

– Орс, мне нужно поговорить с тобой. Наедине! Прости, Сворош, – мне нужно было расставить все точки над «i», а времени для этого оставалось всё меньше.

– Мне тоже! – его глаза недовольно сверкнули. Я видела, что ему приходится сдерживаться, чтобы не трогать меня, и была этому безумно рада.

– Я покину вас. Позову, когда вернётся Кион, – Сворош отошёл в сторону.

– Где будем говорить? – спросила я. – Не здесь же?

– Идём, – он протянул руку, взяв меня за запястье. При этом я почувствовала дрожь в его пальцах. – Я знаю место, где нас никто не потревожит.

Мы шли долго. Те же переходы, амфилады, залы и коридоры. Но без Дэна они казались мне иными, какими-то чужими. Я с горечью поняла, что Дэн – единственное, что удерживает меня здесь. А потом Орс вывел меня на большой балкон, на котором располагались кресла, открывая вид на панораму гор. Но сейчас там было темно. Лишь светлячки в колоннах давали толику света.

– Здесь нас никто не услышит, – произнёс он ледяным тоном.

Я присела в мягкое кресло, решая, с чего начать свой разговор. Слова вертелись на языке, но я не могла выбрать именно те, что заставят его говорить. Орс молчал, лишь пожирал меня отчаянным взглядом золотистых глаз. Даже в темноте я видела и чувствовала его напряжение. Да уж... Для него эта ситуация не лучше моей. Хоть бы всё разрешилось.

– Расскажи мне про Арис, – попросила я, наконец-то.

Он выждал пару минут, решаясь на этот разговор. Но потом всё же повернулся ко мне, чтобы рассказать свою историю. Его голос слегка дрожал. Или это прохладный ветерок, гуляющий по балкону, создавал этот эффект?

– Не знаю, почему так вышло… Мы познакомились с Арис в Ар-Магоре.

– Что ты делал там? – удивлённо спросила я.

– Ещё до того, как Кителла напала на Эймар, когда был жив Клайстен, наш с Дэном отец, отец отправился в Ар-Магор на мирные переговоры. А я, как будущий дипломат и младший брат наследного принца, должен был сопровождать его. Он взял меня с собой, а Дэнмириан остался в Эймаре вместе с Неро. Мы провели несколько суток в императорском дворце, пока отец пытался найти с Кителлой и её министрами общий язык.

– Там ты с ней и познакомился? – догадалась я.

– Да… когда я впервые увидел её… или тебя… ведь как я понял, вы выглядите одинаково, то понял, что со мной что-то происходит. Она боялась меня и отвергала мои ухаживания. Но потом я понял, что она просто боится. Боится не меня. А гнева своих же родных. А её мать… знаешь, она немного не в себе.

– Ага… как моя, – заметила я, но замолчала, чтобы не перебивать его.

– А потом, когда мы утром уже должны были покинуть Ар-Магор, она выбежала ко мне, такая… такая красивая, растрёпанная, в глазах огонь. Она сказала, что любит меня, и я понял, что попал. Я не мог больше жить без Арис. Мы встречались тайно, она перемещалась ко мне, в Эймар. Однажды мы были с ней в этом замке. И мы надеялись, что наши родители всё-таки смогут найти общий язык, но не могли пока признаться. Отец не понял бы меня. А потом началась война… точнее Кителла нарушила договорённость, что действовала последние годы. И отец погиб в той битве. Меня не было там, и я не знал, где может находиться Арис. Но и проникнуть в Ар-Магор не мог. Все порталы работали лишь на то, чтобы пропускать её войска к нам, в Эймар.

– Ты её потерял?

– Да… мы не виделись больше. Я искал её повсюду. Искал в Эймаре, пытался проникнуть в столицу, но нарвался там на Неро… Пытался вернуться в Ар-Магор. Однажды мне это удалось. Но я не нашёл её, и поговорить с Кителлой я тоже не мог. И Дэн пропал вместе с Фором. Я возвращался в замок, в надежде найти брата, чтобы попытаться использовать Фор для поисков Арис. А потом на меня напали… Дальше ты всё знаешь. Когда я увидел тебя в первый раз, то не смог поверить своим глазам. И я был уверен, что Арис меня предала, начав встречаться с Дэном. Но я не мог выдать её… Хорошо, что я не натворил глупостей.

– Она тебя не предала. Но я и правда не знаю, где она находится, Орс.

– Я рад, что это не так.

Я вдруг вспомнила о той ночи с Дэном. Теперь было понятно многое из того, что я не понимала раньше. Про то, как обновлялась одежда на мне, как заживали мои раны. И то, что при возвращении на Землю ничего не происходило, и я никуда не исчезала там. Всё становилось на свои места. И теперь я уже была уверена, что это не сон. Это не могло быть сном. Мой мозг не в состоянии выдумать такое положение вещей и все эти миры с их порталами, воронками и левитирующими платформами. Это реальность, которая жестока ко мне. Я не смогу остаться здесь… Либо всегда буду знать, что заняла место кого-то другого и лишила счастья двоих влюблённых. Только я со своим вечным невезением могла попасть в такую нестандартную и безвыходную ситуацию. И Дэн ничего не знает ещё. Интересно, как он отнесётся к таким новостям?

Орс ещё долго рассказывал про Арис, и я видела, что ему становилось легче. А меня с каждой его фразой одолевали странные мысли и сомнения. Нас отвлёк звук шагов. Это был Сворош и Кион, которые пришли за нами. Но в этот миг я поняла, что пришло время вернуться на Землю, в свою, не менее весёлую жизнь. Голоса стали далёкими и почти неразличимыми.

– Видишь, Орс… Это происходит вновь… Не ждите меня, ищите Дэна… – успела сказать я. Надеюсь, что меня услышали. Всё закружилось и исчезло в некой туманной дымке, а тьма накрыла мой разум…

Глава 25

Это случилось через три дня после того, как произошла та самая расправа над несчастными животными. Всё это время я не находила себе места, но Стас стойко пытался меня урезонить. Просил подождать ещё немного. А в школе мне приходилось мило улыбаться тем людям, кто ещё недавно на моих глазах творил бесчинства. Каткова два дня выспрашивала меня, понравилось ли это мне, и я всё время кивала ей и приторно улыбалась, боясь при этом взорваться и высказать всё, что я думаю про неё и компанию. Но некий внутренний голос подсказывал мне, что это делать не стоило, по крайней мере, пока. Знакомый Стаса обещал вот-вот приехать, но его визит откладывался уже третий день. А мне было страшно, как никогда.

Но вот мы со Станиславом, наконец-то, сидели в кафе в ожидании его знакомого. Дело происходило после обеда, когда мои уроки уже закончились, а Стас, решив свои вопросы, забрал меня по пути домой, и мы рванули в город. Я пила сок, слушая музыку, что доносилась из динамиков в углах. Стас пересматривал какие-то документы, с кем-то созванивался, но я не вникала в его разговоры, ведь они не касались меня.

В помещение вошли двое молодых мужчин, направившись к нам. Я приподнялась, пытаясь их рассмотреть, а Стас отложил в сторону свои документы, и встал, чтобы пожать им руку.

– Станислав, давненько не виделись.

– Здорово, Макс. Сколько лет, сколько зим. Неплохо выглядишь.

Я так поняла, это и был одноклассник Стаса. А вот со вторым он не был знаком.

– Знакомься, Костян. Тот самый, о ком я тебе рассказывал.

– Репортёр? – Стас улыбнулся, глядя в глаза незнакомому высокому мужчине.

– Он самый, – улыбнулся в ответ незнакомец.

– Надолго приехали?

– Нет, сразу обратно. Сегодня один выходной, а завтра лечу в командировку. Но ненадолго, – они присели, а я осторожно рассматривала их.

– Это Карина. Она и есть наш человек.

Я почувствовала на себе их взгляды, и мне стало немного не по себе, и я спряталась за меню, прикрыв своё лицо.

– Макс говорит, что есть возможность снять новую сенсацию про догхантеров? – сказал Константин.

– Да… и не просто есть. Можно попытаться заснять полноценное видео, – поддержал его Макс.

– Я тоже так думал. Но сомневаюсь. Можем ли мы использовать изображения других людей. Мне кажется, что это противозаконно.

– Действительно, есть такой закон, – поддержал его Макс. – Что ты про это думаешь, Костян?

– Есть закон… статья сто пятьдесят два пункт один Гражданского Кодекса… Макс, закажи нам кофе, – он на минуту отвлёкся, а я вздохнула с облегчением. Что-то мне не слишком хотелось уже в этом всём участвовать. Но я поспешила со своими выводами. – Но к этому закону есть небольшая оговорка. Если изображение используется в интересах государственных, общественных или публичных, то этого согласия не требуется.

Хорошо тем, кто знает законы. Я вдруг поймала себя на этой мысли. Знать все лазейки и выходы. Но для меня это сейчас обозначало другое: мне не отвертеться.

– Подойдёт любое видео?

– Любое, даже снятое на мобильный. Глаза можно прикрыть, если пожелаете.

– Мой мобильный ночью снимает плохо, – отозвалась я.

– Есть камера… только она не здесь. Отличное качество даже ночью. Могу передать только завтра.

– Сегодня они и не собираются, – буркнула я из-за развёрнутого меню.

– Тем более, что время позволяет.

– А что будет дальше? Что будет тогда мне? ведь я тоже буду наблюдать за всем этим.

– Не волнуйся. Тебя никто не тронет. Ты под нашей защитой.

– Да… Вот только сначала надо разобраться с её папой, – напомнила я Стасу.

Он помрачнел, нахмурился. Эта тема была для него больной, как и для меня вопросы мести его дочери и остальным.

– Да… Константин… Тут у нас ещё новость назревает. Но это потом. Больше подойдёт для криминальной хроники. Я помогу Карине сделать видео. Но оно не будет использовано до нашего сигнала.

– Как скажете, – Костя пожал плечами.

Разговор длился ещё полчаса. О чём они только не говорили. Но уже не обо мне. Разговор перешёл на более обширные темы. Обсуждалась политика и экономика. Я не слушала, всё думала о своём. Что мне делать со всем этим? Что будет дальше, когда выйдёт тот репортаж? Как мне потом учиться с ними? Лучше включить обратку, пока ещё не поздно, и придумать другой, менее шумный способ отомстить им. Что угодно можно придумать. Но это… Стас прервал мои мысли:

– Карина, собирайся. О чём задумалась? Денис Андреевич только что звонил, у него есть новости. Едем к нему!

– А! – я подняла голову, поняв, что мы уже остались одни.

– Поехали, говорю, – кажется, он нервничал.

– Куда?

– К Денису.

Что-то внутри меня сжалось, как бывало всегда в моменты, когда я думала о нём. Сердце застучало быстрее. Я так и не поняла, что со мной. Хочу ли я его видеть так, что это ожидание просто сводит меня с ума, или напротив, страх перед ним мешает мне адекватно воспринимать эту ситуацию.

Стас расплатился, и мы выехали. Кажется, назревало что-то серьёзное. Не знаю, почему мне так показалось. Я увидела, что мы подъехали к большому серому зданию, в котором и располагался областной следственный комитет.

– Стас… Я, пожалуй, останусь в машине.

– Не дури. Пойдём, – он обошёл с другой стороны машину, открыв мне по-джентльменски двери. – Он хочет видеть и тебя.

– Я ему зачем?

– Не знаю. Просто пойдём.

– К нему… к нему в кабинет? – кажется, я начала заикаться.

Стас больше не слушал меня, вытащив за руку из машины. Видно, времени на раздумья действительно не было. Выражение его лица было серьёзным. Мы вошли внутрь, где дежурный в окошке связался с Ветровым, и мы поднялись к нему. Серый коридор давил на меня, пока мы шли к его кабинету. Стас вошёл внутрь, а я чуть задержалась на пороге, пока он не втянул меня туда силой.

Я вошла, увидев Дениса за столом. Рядом, на столе лежал пистолет в кобуре, а сам он сидел за компьютером, что-то рассматривая в мониторе. Он обернулся, сверкнув глазами.

– Что вы там затеяли за представление с догхантерами?

– Ты уже знаешь, – Стас протянул ему руку.

Денис махнул мне, указывая на диван у противоположной стены его небольшого кабинета. Вообще, здесь было вполне уютно и светло. Напротив, в другой углу кабинета, находился ещё один компьютер и стол, но там сейчас никого не было. Странно, как он мог знать, когда мы не рассказывали ему последние новости. Неужели, он знал всё, что происходило кругом. Его взгляд был непроницаемым. Что происходило в этой красивой голове, было известно лишь ему. Иногда мне уже начинало казаться, что он читает чужие мысли. Какой бред.

– Хочешь спугнуть Каткова?

– Нет. Ни в коем случае. Это произойдёт лишь после того, как мы возьмём Каткова.

– Детский сад какой-то, – буркнул Ветров, – Не вздумай спугнуть его. У меня двадцать человек задействовано в операции по раскрытию их схемы.

– Когда операция? – спросил его тихо Стас.

– Как ты думаешь? – ухмыльнулся Ветров. – Завтра.

– Уже?

– Сегодня на территорию склада заезжали несколько грузовиков из военной части. Что-то выгружали. Не похоже на алкоголь. А потом туда сам лично пожаловал Юрий вместе с бизнесменом, что приехал к нему на днях. Ящики выборочно вскрывали, что-то смотрели. К сожалению, нашим операм не удалось увидеть, что там находится, с такого расстояния.

– Нужно было остановить грузовики ещё перед тем, как они заехали на территорию.

– Ты в своём уме? Это же собственность вооружённых сил. Мы не имеем права выставить просто наряд ДПС, чтобы обыскать машины. Они имеют право стрелять на поражение. Нужно быть хитрее.

– А откуда следовали грузовики? Выяснили?

– А тут и начинается самое интересное. С товарной железнодорожной станции. Я поднял их товарно-транспортные накладные. Согласно им Катков закупил в рыбхозе тонну икры.

– Не слишком много с его-то запросами.

– Судя по количеству ящиков, там её не меньше ста тонн.

– Ё-маё… Сколько денег. А вагоны обыскать не пробовали?

– Не вышло. Их сопровождает человек одной важной шишки. Никто не дал мне ордер. Да это и не наша компетенция. Вопрос, кто заинтересован в военной части и сколько они с этого имеют. Наверняка, не простой майор. Скорее всего там целая команда.

– Подставного всё равно найдут.

– С этим разберёмся позже.

– Неужели ради икры можно убить человека? – встряла я, не выдержав.

– Карина… ты слишком далека от этого. Это же чёрное золото. Ты не представляешь, какие там суммы.

– Понятия не имею.

– А что с убийцей?

– А вот ради этого я тебе и звонил. Мы взяли его под стражу. Но на другом, на мелкой краже. Это произошло сегодня утром. Я только оттуда. Он в наших руках. Естественно, всё отрицает пока. Но как только мы возьмём Юрия, на него дадут показания и опровергнут его алиби.

– Так что делать мне? Что будет, если операция пройдёт успешно?

– Я еле добился разрешения на её проведение. Но командовать будет мой начальник, подполковник Иванченко.

– И когда? Когда всё намечается?

– Вот для этого я и позвал Карину. Нужно узнать точное время. Когда будет подписан договор и состоится передача товара.

Я подняла голову. До того я вообще не слушала их разговора. Мало мне было проблем своих. Я старалась делать вид, что меня эта тема не интересует вовсе. У Стаса зазвонил телефон. Он взглянул на нас, вышел в коридор. Видно, разговор был важным.

– Что могу сделать я?

– У тебя же неплохо выходит играть, если ты этого хочешь.

– Вы о чём, Денис Андреевич? – возмутилась я. Что он имел в виду?

– Помнишь тот день, когда я встретил тебя в участке. Думаешь, я не знаю, что вы делали на вокзале?

– А что мы там делали?

– Мне передали твой разговор с бабулькой. Я долго смеялся, если честно. Нужна похожая схема. Только проникнуть придётся в дом Каткова.

На этих словах я подхватилась с дивана. Что они все от меня хотят. Зачем вообще впутывать меня во всё это? Я не буду! Не хочу ни в чём участвовать. Хочу просто уснуть, чтобы больше не видеть их.

– Нет! Я буду помогать вам! Вы не представляете, что для меня всё это значит.

Денис поднялся, и через секунду оказался рядом, схватив меня за плечи. Одной рукой он поднял вверх мой подбородок, а наши глаза встретились. Он хотел мне что-то сказать, но не мог. Что, интересно? Я почувствовала знакомый запах его дорогой туалетной воды, а его сильные руки удерживали меня. Я не могла отвести от него свой взгляд.

– Успокойся!

– Что? – услышала я вдруг свой голос. Это всё, что он хотел мне сказать? Тогда зачем он это делает?

– Кажется, вы выясняете обо мне информацию, Денис Андреевич?

Он замолчал, не сводя с меня глаз, а затем провёл пальцем по моей щеке, и я поняла, что из глаз текут слёзы. Что он знал ещё помимо того случая?

Он сжал меня ещё сильнее, склонился к моему уху, и я почувствовала горячее дыхание на своей щеке, и прошептал:

– Я давно выяснил всё что хотел.

После этого Денис коснулся губами моей шеи, если это можно было назвать касанием. Легко, почти воздушно. Может, мне просто показалось? Зачем он это сделал? Чтобы скрасить таким образом свои слова? Или успокоить меня? Я замерла в ожидании чего-то большего, но те слова, что он произнёс, резанули мой слух будто острым лезвием. Я вырвалась из его цепких рук и отскочила в сторону, тяжело дыша. Я не стала спрашивать, что именно он выяснил, но надеялась, что не то, чего я боялась. Интересно, это шантаж, чтобы заставить меня помогать ему? Хочет скорее получить новое звание с повышением? Или как мне интерпретировать его поведение?

В кабинет вошёл Стас и остановился, глядя на меня, растрёпанную и злую и Дениса, что стоял, скрестив руки на груди, как ни в чём не бывало.

– Я не понял. А что происходит? – растерянно спросил он.

– Карина согласилась нам помочь. Не так ли?

– Я не…

– Денис, – встрял Стас, – мы не можем подставлять Карину. Она и так рискует больше, чем мы думаем. Ей и так хватает неприятностей. Знал бы ты, какая у неё сумасшедшая мать…

– Мне бы этого не знать, – Ветров почесал подбородок и о чём-то задумался, не сводя с меня глаз, в которых мелькали бешеные огоньки.

– А во-вторых, она же несовершеннолетняя. Мы не может использовать её в нашей операции.

– Я и не собирался втягивать её ни во что, – произнёс холодно Денис.

Странным он был. Либо играл на публику (в данном случае перед Стасом), либо хотел сказать мне нечто большее, но что-то сдерживало его. Интересно, он понимал, насколько я боюсь его, и насколько он мне при этом нравится? Я не предавала свои чувства к Дэну. Здесь было нечто иное, непонятное мне, не имеющее название чувство. Что при этом испытывал он? Я не могла оторвать от него взгляда, понимая, что он гипнотизирует меня, словно кобра перед броском, но ничего не могла поделать с собой.

– Нам надо ехать, – прервал Стас молчание, создавшееся в кабинете.

– Мы не договорили!

– Я сам всё узнаю. Не трогай Карину, мы обойдёмся без неё, – он протянул руку, взяв меня за пальцы, и вытолкнул из кабинета. – Держи ключи, жди в машине. Я скоро.

Я вылетела оттуда пулей, рванув в его БМВ, в котором уже не первый раз пряталась от всех неприятностей окружающего меня мира. Дыхание никак не восстанавливалось, и я дрожащими руками всё же смогла включить магнитофон, где по радио лилась известная песня, немного напомнившая мне о том, что происходило в моей жизни. Чёрт возьми, действительно, что со мной? Почему всё так сложно? Почему весь этот кошмар никак не может закончиться, а лишь нарастает с новой силой?! Я ударила головой о панель, стараясь выбить из себя дурацкие мысли и воспоминания. Больно… ещё раз… Вот так уже легче. Надеюсь, следов не осталось. Я замерла, невидящим взглядом уставившись на снег за окном, который начал валить с новой силой.

Стас напугал меня своим возвращением, сев в машину. Он удивлённо уставился на меня:

– Карина, что происходит?

– Где?

– Между тобой и Денисом. Он после встреч с тобой сам не свой!

– С чего ты взял? – спросила я безразличным тоном.

– Не знаю. Вы давно знакомы, оказывается!

– Какая разница… – я отвернулась, делая вид, что интересуюсь чем-то на улице.

– Я не позволю тебе участвовать в моих разборках. Это лишь моё. Я уже жалею, что пришлось втянуть тебя в свои проблемы. Карина! Прости меня.

– Ты ничего не сделал, Стас. Ты мой единственный друг в этом мире, где нет ничего хорошего.

– В мире есть много хорошего. Ты не права. Надо лишь оглянуться, чтобы понять, что всё хорошее оно вот, рядом. Стоит лишь протянуть руку.

– Тогда почему ты несчастен?

– Это вопрос другой, темы не касается, – он замолчал и завёл машину.

– Прошу, ничего меня не спрашивай. Хорошо?

– Вот и поговорили, – он тронулся и машина двинулась в сторону нашего городка.

Я не попала в Эймар вновь той ночью. Что происходило? Почему эта странная вещица на цепочке творила, что хотела. Дэн, моя единственная отдушина, был недоступен для меня опять. И даже когда я находилась там, то понимала, что между нами не просто какая-то мифическая Грань, а целая гряда препятствий. Как не сойти с ума от всего этого? Вместо Дэна мне почему-то приснился Ветров. Это был не волшебный, самый обычный сон, в котором мы с ним целовались в его кабинете. Я проснулась с лёгким чувством сожаления, что этот сон закончился, и одновременно ужаснулась причудам собственного сознания.

В школу я опять пошла сама. Что-то тревожило сердце, и было не по себе. Скорее бы закончился этот бесконечный учебный год. Или хотя бы зимние каникулы начались, чтобы не видеть никого из них. Я была зла сама на себя за то, что пошла на поводу своих эмоций, которые проснулись во мне вновь. Ещё с того злополучного дня, когда я подралась с Катковой, а затем поссорилась с матерью и пыталась уехать в Москву. Если бы не мой порыв, я не встретила бы вновь Ветрова и не ввязалась бы в историю со Стасом, хоть я и не жалела ни капли об этом. И если бы я не поверила в дружбу Никиты… Если бы… Чтобы мерзкое слово. Ненавижу его, это слово! Если бы была машина времени, я бы многое поменяла вообще в своей жизни. Хотя, можем ли мы изменить свою судьбу? Или она действительно иногда даёт нам второй шанс и надежду что-то изменить? А потом оказывается, что это лишь засада, чтобы заманить дальше в пропасть, а первый и был тем самым шансом. Вот только где тогда первый?

– Каринка! Привет! – приторный голос Насти, подруги Катковой, раздался совсем рядом. С ней был Никита.

– Привет. Надо чего? – я скосилась на Никиту, который бросал на меня многозначительные взгляды.

– Спросить хотела, ты случайно не видела Леру?

– Не видела.

Настя отошла, оставив меня с Королёвым, а тот принялся обхаживать меня с новой силой. Но я больше не верила ему.

– Карина, ты меня так и не простила?

– Скажи, чего ты добиваешься? Прощения? Тогда считай, что я всё забыла.

– Кажется, я в тебя на самом деле влюбился, – пробормотал он тихо, еле слышно. Видно боялся, что его слова донесутся до других.

– И что, мне растаять теперь и распластаться перед тобой? – я покрутила пальцем у виска. – Запомни, Королёв, мне с предателями не по пути. Вон, прекрасный экземпляр для тебя!

Я указала ему взглядом на Настю, которая пыталась дозвониться Лере. Она о чём-то говорила с ней, а потом вернулась к нам с недовольным видом.

– Её не будет сегодня.

– Что случилось?

– Заболела, может.

– А что, есть и другие варианты? – хмуро спросила я.

– У неё дома проблемы, – отозвался Никита. – К вечеру папа ресторан заказал. Какой-то контракт заключает.

– А Лерка причём здесь? – не поняла я.

– Она проспала, ведь сегодня всем не до неё.

Во чёрт! Кажется, я поняла. Сегодня Юрий заказал банкет по случаю заключения контракта. Но ведь они и сами должны следить за ним. Значит сегодня, скорее всего, и состоится передача нелегальной партии, что привезли в заброшенное поместье. Чёрт! Кажется, мне нужно позвонить Стасу и предупредить его. Я вздохнула.

– Ладно, вы тут болтайте, я сейчас.

– Ты куда? – бросился за мной Никита, но я уже уверено шла по коридору.

– В туалет, Королёв! Ты от меня когда-нибудь отстанешь?

– Ладно, – неуверенно произнёс он, а я, цокая набойками, вошла в вышеназванное помещение, захлопнув дверь. Потом взглянула на себя в зеркало. Злая, как мегера. Что со мной происходит? Неужели всё из-за Ветрова? Или из-за того, что я снова не попала в Эймар? Кажется, пора признать, что Эймар – моя несбыточная мечта вместе с Дэном, который находится там. Кстати, я даже не знала, где он находится.

Я подошла к окну, чтобы открыть его и вдохнуть свежего воздуха, ведь здесь было накурено. Сделала большой вдох, поняв, что мои мысли становятся на место, и набрала Станислава.

– Стас, возьми же трубку… Стас…

Длинные гудки. Кажется, сбросил. Стас!!! Где ты?

Он ответил раза с пятого. Его голос был приглушённый, и я услышала в телефоне шум проезжающих машин.

– Стас, ты меня слышишь?

– Да… Карина…

– Стас, сегодня… сегодня будут подписывать договор.

– Ты в этом уверена? Денис сказал, что всё пока тихо.

– Уверена, – не знаю почему я так сказала, ведь у меня не было абсолютно никакой уверенности в своих словах. – В ресторане вечером банкет. А это значит, к этому времени должно быть всё передано и подписано. А завтра его гость уезжает.

– Чёрт, возможно, ты права. Знать бы ещё во сколько. Всё, я отключаюсь. Звоню Денису.

Он бросил трубку, а в телефоне раздались короткие гудки, после чего всё смолкло. Хоть бы я оказалась права. Надеюсь, Денис со своим начальником и сам не дурак, знает, что нужно действовать срочно. А может у него и так все наготове, просто Стас про это не знает. Я нервничала. Стоп! Нужно успокоиться. Нельзя показываться на глаза Королёву в таком виде, чтобы он ничего не понял. Всё хорошо… Ополоснула лицо холодной водой и вышла в коридор.

Но вместо Королёва я столкнулась в коридоре с нашей Алёной Викторовной, что удивлённо посмотрела на меня. Я сделала непринуждённый вид, чтобы не выдать себя. Пусть все думают, что у меня всё прекрасно. В последнее время она меня не слишком-то напрягала, чему я безусловно радовалась.

– Карина, здравствуй!

– Здравствуйте, – я посмотрела на неё чуть свысока. Она отвлекла меня от моих мыслей о том, что происходит в это время там, где-то на окраине города. Хоть бы у них всё получилось.

– Зайдёшь ко мне? – спросила она вдруг.

– Зачем? Хотите поговорить о моих кошмарах?

Она покраснела, вспомнив, что я наплела ей при нашей последней встрече. Кажется, это произошло после моего знакомства со Сворошем. А потом я обещала принести ей его земную копию, чтобы познакомить лично, чем ввергла её в панику.

– Пожалуй, твои кошмары мы оставим в покое. Смотрю, у тебя всё в порядке. Просто мне нужна помощь.

– Вот так вот, Алёна Викторовна. Судите по внешнему виду? То есть, если я сегодня выгляжу лучше, чем месяц назад, что у меня всё в порядке? Не судите по одёжке.

– Да я и не о том, – смутилась она.

Королёв сам того не ожидая спас меня своим приходом. Он подхватил мою сумку, что я успела уронить, а потом отвёл меня в сторону, и я потеряла Алёну из виду, ведь в этот же момент в коридор выбежали дети из младших классов, галдя на все лады. Мы отошли в сторону, и я села на подоконник, отвернувшись к окну, а мои мысли уходили туда, на окраину. Что там сейчас происходит?

Как они? Хоть бы всё удалось. Мне уже было не до репортажей, и не до мести. Да и Эймар временно отошёл на второй план. Ведь там где-то находились люди, что были дороги мне.

Целый день прошёл как в тумане. Я ничего не слушала на уроках. Стас не брал трубку, а я ходила, словно на иголках, пытаясь дозвониться ему. Домой шла одна, ноги сами брели, не слушаясь мозга. Я надеялась, что скоро увижу его, но машины не было на месте. Я ввалилась в квартиру, поняв, что дома, как обычно, никого нет. Вошла на кухню, с силой закрутила вечно капающий кран, чтобы не слышать этот надоедающий звук. Налила стакан воды.

Достала телефон. Позвонить Денису? Вряд ли он сможет ответить мне. Или всё же набрать его? Я пролистала контакты, остановившись на его номере. Взгляд снова задержался на его фото. Но я не могла сделать это. Звук машины, что заезжала во двор, но это оказался не он. В отчаянии я забросила телефон в сумку и попыталась уснуть, но ничего не вышло. Не хотелось открывать учебники, и вообще ничего не хотелось. Рука с силой сжимала Фор вместе с цепочкой, но ничего странного не происходило. Ничего.

Звонок раздался уже ближе к вечеру, когда я потеряла всякую надежду услышать какие-нибудь новости.

– Карина, – его голос был несколько возбуждён.

– Стас! – я подскочила. – Что произошло?

– Не могу говорить по телефону. Скоро буду дома. Зайдёшь?

– Конечно! – я уже одевалась. Жив, и то хорошо. Как же я переволновалась за него.

Я влетела в его квартиру, как только услышала, что хлопнула дверь. Он выглядел устало, только успел сбросить свою куртку, и нервно включил чайник. При этом звуке у меня предательски заурчало в животе, ведь я сегодня почти что ничего и не ела.

– Что случилось, Стас?

– Карина… В нашем мире нет справедливости.

– Что произошло? – я действительно не могла понять, в чём же дело.

– Был захват. Целая операция. Товар конфискован, поместье опечатан. Взяли несколько человек, которые пытались отстреливаться. Весь город уже гудит.

– Так это же просто отлично? Что тогда не так?

– Каткова отпустили. Отпустили под подписку о невыезде! Чёртова страна! Чёртов мир! У него везде всё куплено, все подвязаны!

– Стас! – я смотрела на него, широко открыв глаза. – Стас, а почему его не посадили?

– Отпустили до суда. Чёрт! Чёрт!

Он возмущался, а я пыталась переварить его слова. Почему так?

– Это значит, что никто не даст против него показаний по поводу убийства Димки? Так?

– Именно это и значит. Даже Денис ничего не смог сделать. Они все там, в городе.

Я представляла, как вымотал его этот день. Почему так всё сложно? Те, кто действительно преступник, гуляет на свободе! Да какая подписка о невыезде, если всё куплено. Сейчас даст взятку одному, другому… И всё замнётся. Я сжала зубы от обиды за Стаса.

Звонок Ветрова раздался внезапно, нарушив сложившуюся тишину.

– Да, Денис. Есть новости? – его голос был усталым и подавленным.

– Твоего информатора убили.

– Леонида? Что? Ты это серьёзно?

– Серьёзней не бывает. Я уже еду туда, там пока работают наши опера.

– Что же теперь делать?! Твоююю мать… Хочешь сказать, что теперь никто не даст показаний против убийцы, и соответственно против Каткова? А иначе раскрутить его не получится?

– Не знаю. Я же тоже работаю. Будем искать другой способ заставить его говорить. Не знаю!!! – Ветров кричал в трубку, и я впервые слышала его повышенный тон.

Я вдруг услышала во дворе шум моторов и подхватилась. Стало страшно. За окном было совсем темно, и я вдруг увидела в пустынном дворе свет нескольких фар автомобилей, который отразился на глянцевом потолке кухни Стаса. Мы подскочили, глядя в окно.

– Кажется, к нам гости. Карина, бегом домой к себе.

Я подхватилась, а ноги подкашивались от страха. Что сейчас будет? Я хотела было выйти на площадку, но услышала шум шагов на лестнице.

– Стас… поздно, кажется, – прошептала я.

– Бля… Тебя надо спрятать.

– Где?

– Где угодно… сейчас, – он открыл шкаф в прихожей, – давай сюда!

Я нырнула вглубь, устроившись за его куртками, как раздался стук в дверь. Напористый, требовательный. Громкий. Было чертовски страшно. Не за себя. За Стаса, который стал мне дорог за это время. Я поджала ноги, сгруппировалась неосознанно, будто откуда-то грозил удар. Человек было несколько. И я услышала там, за дверцей мужские голоса.

«Здравствуй, Станислав Александрович», – раздался голос. Я затаилась как мышь, боясь лишний раз шевельнуться.

«Смотри-ка, кто ко мне пожаловал. Сам великий Юрий Катков собственной персоной…»

«Снаружи подождите, будьте у двери» – скомандовал Юрий (а его голос я чётко отличала от голоса Стаса, ведь он был своеобразный, немного переходящий в фальцет).

Его люди вышли, и я поняла, что в квартире осталось лишь двое.

«Зачем ты начал копать под меня? Я прекрасно знаю, кто это сделал. Ты сорвал мне сделку на несколько миллиардов!»

«Ты же знаешь сам, с чего всё началось, Юра. И не надо строить из себя жертву!»

«С тендера, конечно же», – Катков ухмыльнулся. – «Я перешёл вам дорогу»

«Дело не только в тендере…»

Чёрт возьми. Я нащупала в кармане телефон. Хоть бы он не зазвонил сейчас. Не думаю, что им нужны лишние свидетели. Засада… Стоп… Свидетели? О чём они могут говорить? Их разговор вёлся довольно таки громко. Телефон, как же… я поняла, что руки дрожат настолько, что я не мгу даже достать его. Казалось, что сейчас там, за тонкой перегородкой, сейчас станет слышен стук моего сердца. Ноя смогла перебороть свой страх. «Хоть бы никто не позвонил сейчас» – звучала мысль в моей голове. Я осторожно нажала кнопку диктофона и подсунула его ближе к двери. Если меня обнаружат, то всё равно это добром не кончится, поэтому нужно рискнуть.

«…Мы шли к этому десять лет, а ты разрушил всё! Тендер был наш, и помещение наше!»

«Не слишком ли большие запросы для таких сопляков как вы? Помещение, в центре города… Торговый центр открыть собрались? Этот город мой и только мне решать, кому и где строить магазины».

«Ты уже и город присвоил? Короновался? Сколько взяток ты дал, чтобы помещение отошло тебе? Других мало было? Знаю, что ты творил в девяностые, и сколько куда ходок было тоже знаю. А теперь из себя честного строить пытаешься?»

«Не твоего ума дело, мальчишка!»

«Ты знал, что Димке известно всё о ваших схемах, не так ли. Ему слили про тебя всю информацию. Значит, не всех ты успел купить здесь. В области тоже твои люди кругом? Димка всё узнал, и о том, что партии икры транзитом через тебя проходят, и про спиртное, и про военную часть с генералом Воронцовым, который вас покрывал. Много ему отстёгивал?» – голос Стаса был громкий, он специально вызывал противника на спор, и я понимала это.

«Слишком много знал твой Димка! Он работал со мной еще до того как вы раскрутились. Ты не знал это? Да и у него самого рыло в пушку… было».

«И поэтому ты его заказал? Да?»

«Даже хуже», – Катков усмехнулся. – «Я лично наблюдал, как его грохнули. Я сам там был, чтобы удостовериться, что он сдохнет. А на той флэшке, что он вёз тебе, почти ничего и не было. Это убийство должно было заткнуть тебя на какое-то время, а ты решил отомстить, вот такой ты, думаешь герой? Ты хоть знаешь, сколько людей подставил. Думаешь, привлёк на свою сторону полицию области, так тебе теперь всё с рук сойдёт? Ты же знаешь больше, чем знал он, да?»

«Да… у меня уже достаточно информации, чтобы засадить тебя пожизненно».

«Ладно… ты прав с одной стороны. Но то, что произошло уже не исправить. Ларионова ты всё равно не вернёшь. Хочешь восстановить свою фирму? Получить то помещение? Мы можем договориться!»

«Я ни о чём с тобой не буду договариваться. Вся информация у меня. Та, которую еще не знает следствие. И завтра она будет лежать на столе у начальника прокуратуры области».

«Да кто ты такой, что тебя послушают?»

«Воцарилось молчание, а я боялась вздохнуть. Желудок предательски урчал, но Катков вдруг продолжил:

«Ладно, сколько? Сто тысяч?»

Молчание.

«Двести? Триста? Триста штук евро, Пронин!»

«Нет!» – крик Стаса в ответ.

«Да, ты не хочешь продешевить…»

«Мне не нужны твои ворованные деньги!»

«Деньги нужны всем. С другой стороны, зачем тебе компаньон. Да за эти деньги ты сможешь полностью восстановить свою шарашкину контору. Я даже прощу тебе сегодняшний срыв сделки…»

«Нет!»

«Упрямый… ладно… полмиллиона».

«Нет! Ты русский язык понимаешь?»

«Как хочешь…, я даю тебе срока три дня. И запомни, у тебя два выхода, согласиться на мои условия и сделать по-моему или…»

«Или что?»

«Или скоро встретишься со своим другом. А я о его жене позабочусь…» – он рассмеялся.

«Пошёл отсюда вон!»

«Встретимся ещё», – дверь с силой хлопнула.

Стас в отчаянии ударил по ней ногой, будто она была в чём-то виновата. Он не сразу вспомнил обо мне, а я боялась выйти. Но постепенно успокоилась и тихо приоткрыла двери. Стас сидел за столом, достав с полки бутылку коньяка, из которой уже опустошил добрую треть. Он плакал, очень странно, видеть как мужчина плачет. Я растерялась от этой картины.

– Карина… Что делать?

– Стас, – я улыбнулась, отставляя в сторону бутылку, села на стол и обняла его голову, а потом вдруг вспомнила о телефоне, что так и остался лежать у порога шкафа. – Стас! Кажется, я всё записала.

– Ты, что? – не понял он

– Записала. На твой диктофон

– Ты это серьёзно?

– Конечно! Я же запомнила ваш вчерашний разговор в кафе… Стас! Ты сможешь всё доказать!

– Неси его сюда, послушаем, что вышло.

Мы снова прослушали запись, которая прервалась на словах о жене Димы. Стас несколько минут молчал, переваривая новую информацию, глаза его блестели то ли от радости, то ли коньяк подействовал.

– Карина, ты гений!

– О какой ещё информации ты говорил? Что ты знаешь ещё?

– Ничего… – он вдруг рассмеялся. – Это был блеф. Но я угадал, дело не только в игре и водке. Но мне главное, чтобы он попал за решётку. Там пусть финансовая полиция разбирается.

– Я бы не оставляла это у себя, и вообще, знаешь, я спать. Утро вечера мудренее. Утром встретимся. Только не открывай больше никому… он дал тебе три дня, так что до утра точно ничего не изменится…

– Я ночью и не рискну разъезжать с таким ценным доказательством. Спрячь, – он подал мне телефон.

Мать не спала. Она ждала меня, или просто недавно вернулась. Она взглянула на меня мутными глазами, а потом поднялась:

– Ты на часы хоть иногда смотришь, дрянь?

– Что? – кажется, я забыла, сколько времени прошло с тех пор, когда я пришла к Стасу.

– Это тебя привезли? Отвечай!

– Мама, ты о чём?

– Видела, минут десять назад во дворе две машины были.

– Я к ним каким боком? – я присмотрелась к ней. Кажется, она была слегка пьяна. Стало противно от её слов. Ненавижу, когда кого-то обвиняют без доказательств.

– Как причём? Ты шлюха? Я себе такую дочь растила? Врёшь мне про своего Никиту, а сама с мужиками за деньги спишь? Разве я мало тебе даю?

– Мама!!! – я повысила тон, готовясь к контратаке, но она не давала мне вставить слова. – С чего ты этот бред взяла?

– Бред? А это что? – она вытащила пакет с вещами, которые я собиралась стирать, но забыла о нём из-за переживаний сегодняшнего дня. Она начала выбрасывать оттуда вещи по одной. – Это бред? За что ты это купила? А?

– Да пошла ты… – я хотела схватить свои вещи, но она не дала мне пройти.

– Я из-за тебя, гадость такая, в дом никого привести не могу. Меня даже Сашка бросил…

– Из-за меня? – Сашка и был её последним увлечением.

– Из-за кого же ещё… Один Олег согласился жить с такой сучкой, как ты, и тот исчез…

– Да ты хоть знаешь, что сделал твой Олег? Пока ты ошивалась чёрт знает где?! Ты знаешь? – кажется, у меня началась истерика, и я больше не могла молчать, не могла себя остановить. – Ты не знаешь… А я скажу тебе… Расскажу во всех подробностях, что он со мной делал, с кем ты оставила меня тогда. Хочешь? Детально!

– Что? – она подняла глаза, пытаясь понять, о чём я говорю. Кажется, даже протрезвела сразу. – Ты хочешь сказать, что он тебя насиловал?

– Именно это я и хочу сказать, мама! Пропади ты пропадом, за своим Олегом, вместе со всеми остальными твоими уродами!!! Я вас всех ненавижу!

Я сорвалась на крик. Надеюсь, никто не слышал моих слов. Я схватила вещи и рванула в спальню, закрывшись в ней. Что я сделала… Кажется, что я должна была захлебнуться в своих слезах, которые не могла остановить, ведь они лились целым потоком. Подушка, в которую я уткнулась лицом, была вся мокрая. Дыхание прерывалось. Чёрт! Что будет дальше… Хорошо, хоть не договорила про убийство. Ещё минута, и я выдала бы и то. А так, она будет считать, что я специально сказала это, чтобы больше разозлить. Я с силой сжала Фор, который был на мне.

«Верни меня в Эймар! Прошу тебя! Умоляю! Если ты меня слышишь…» – шептала я. Я повторяла эти слова вновь и вновь, пока сил и вовсе не осталось…

Глава 26

Эймар (если это был он) окутал сумрак ночи. Так, как это бывает лишь там, где вообще не существует света, как такового. Колючие ветви царапали мне плечи и спину, а в руки вонзались шипы. Боль пронзала меня, обычная физическая боль, хоть она и была несколько притуплена. Я не понимала, где нахожусь, и что происходит. А потом нащупала на шее Фор. Он тоже понял, что его касаются, и загорелся нежным голубоватым светом, позволившим мне рассмотреть то, что было вокруг меня.

И я осторожно вылезла из колючих зарослей кустарника, и почувствовала, что по моим рукам течёт что-то тёплое и липкое. Я протёрла рукавом жидкость, поняв, что мои раны все кровоточат. Но я вдруг вспомнила, что рассказывал мне в прошлый раз Кион о регенерации. Быть может, если я нахожусь в теле местной девушки-оборотня, и это правда, то мои странные способности связаны именно с этим? И почему я раньше не подумала про это. Но больше меня волновало то, в какую часть Эймара забросил меня Фор. Почему я не оказалась в замке, как в прошлые разы. Хотя, возможно там не было никого. Я должна идти вперёд. Сама не знаю почему, но я знала это.

Разум подсказывал мне, что лучше дождаться рассвета, а сердце рвалось туда, где мог находиться мой Дэн. Любовь, что я начала испытывать после всего прочего, когда на пути к ней вдруг появилось столько новых препятствий, согревала меня, гнала вперёд, заставляла двигаться, чтобы найти его. И я знала, что он любит меня тоже. Пусть я не останусь здесь навсегда, но может быть те мгновения, которые мне удастся испытать, сделают мою жизнь иной. А потом будь, что будет. Но я не могу иначе.

Внезапно я почувствовала, что оступилась, а камни под ногами заскользили вниз, туда, где была черная неизвестность. Кажется, я скользила вместе с ними и не могла остановиться. Это был склон горы или скала? Я не видела в темноте абсолютно ничего. Странный, чужой, сумрачный мир, в котором есть лишь один мужчина, что способен перевернуть всё моё существование.

Я почувствовала, что вот-вот упаду, когда мои ноги скользнули в пустоту. Я успела зацепиться руками за край скалы, повиснув над бездонной пропастью. Хотелось кричать и звать на помощь, но я понимала, что вокруг нет ни одной живой души, будто я находилась в этом мире совсем одна. Я действительно закричала от страза, а мой крик разнёсся меж многочисленных скал, которые были бесконечны. А внизу где-то очень далеко эхо отразило мой голос, мою мольбу о помощи.

Пальцы предательски скользили. Один, второй… и вот последние попытки зацепиться хоть за что-то. Я полетела в пустоту. Как могла бы полететь тогда, с крыши, когда меня вытащил Стас. Почему-то именно это сравнение успело промелькнуть в моей голове. Крик, что я издавала, отражало эхом, которое вторило моему голосу. До поверхности оставались считанные метры, когда я почувствовала в себе то, что никогда раньше не испытывала. Ощущение, что я меняюсь, становлюсь совсем иной. Будто не я, а некое другое существо летело вниз, набирая скорость. Кажется, я успела свести вместе лопатки, и поняла, что за спиной появились огромные крылья. Я сделала манёвр, прочертив грудью по колючей поверхности другой скалы, и взлетела вверх. Я сама не знала, что делаю, но тело помнило эти движения, работая на меня. Я поняла, как это происходит. Жаль, что не видела себя со стороны. Неожиданный резкий поток холодного горного ветра подхватил меня, и я легла на него, лишь управляя своей новой обретённой свободой. Я уже испытывала нечто подобное с Дэном. Но сейчас, когда я сама могла управлять ситуацией, это было абсолютно иное неведомое доселе чувство.

Я взмыла вверх, поняв, что влетела в облако. Но оно не сдерживало меня. Потом сделала манёвр, резко снизив скорость. кажется, у меня появился хвост, подобно тому, что был у Дэна, но более лёгкий и судя по всему более элегантный. Я видела за всё время лишь одну крылатую женщину, Кителлу. Но тогда, в тот день она показалась мне самым ужасным существом из тех, кого я только могла себе представить. Н привыкнув за последнее время к Дэну, Орсу, Неро и остальным я стала относиться к этому облику несколько иначе. Был в нём свой шарм и своя скрытая сила. Что же, коль так вышло, что я в теле Арис, то почему бы не воспользоваться ситуацией. Ведь теперь я смогу постоять за себя в случае чего. И у меня Фор, который не даст в обиду.

Где же искать Дэна? В бледном свете занимающегося рассвета я увидела край скалы, что появился из тумана. Я присела на него, опустив крылья вниз, рассматривая себя. Я действительно выглядела довольно элегантно, даже для демона. Стройные кожистые ноги, крылья нежно молочено цвета, на ногах аккуратные когти, которые могли нанести при этом серьёзные увечья противнику. Красавица. Боюсь, Дэн меня не признает в этом виде, ведь он привык ко мне другой. Как же сделать так, что бы он ни о чём не догадался? Но это всё потом. Сначала я пойму, куда мне лететь дальше. Я прищурилась, рассматривая небо, которое светлело на глазах.

Огромная горная гряда лежала передо мной, скалы на вершинах были голые и безжизненные. Но я не испытывала в этом облике никакого холода. Казалось, мне наоборот стало более комфортно.

Когда стало ещё светлее, лучи звезды вырисовали впереди нечто, похожее на дорогу, которая вела в обход гор. Я взмахнула крыльями, поймав попутный ветер, и сравнялась через несколько минут с дорогой, стараясь рассмотреть то, что там происходило. Кажется, тут недавно кто-то был. Множество следов указывали на это довольно внятно. Поэтому я ускорилась, стараясь высмотреть ещё хоть что-то. И вот, впереди я увидела несколько крылатых силуэтов. Они отдалялись от меня, но я прибавила скорость, пытаясь нагнать их, но остаться при этом незамеченной.

Впереди, в долине, открылось нечто странное. Кажется, это был чей-то лагерь. Они были людьми, разговаривали друг с другом, а один из них видно чином повыше, в чёрном, наподобие кожаного, защитной костюме, усеянном длинными шипами, командовал остальными. А его воины окружали кого-то, но мне невозможно было рассмотреть это с такого расстояния.

Я повернулась, отслеживая фигуры, которые заинтересовали меня первыми. Кажется, это были наши. Орс и Кион, а с ними взвод солдат, которые на время стали людьми. Они замерли в выжидательной позиции, наблюдая за теми сверху, как и я наблюдала за одними и вторыми одновременно. Кажется, они продумывали план действий. Ведь тех, внизу было гораздо больше. Неужели Дэн здесь? Сердце застучало сильнее от той мысли, что скоро я увижу его опять. Как же помочь им? Или пока не стоит вмешиваться, ведь моё присутствие станет лишь мешать им. Я заняла выжидательную позицию. Стоп… Кажется, Арис была из тех, высших, которые могли становиться невидимыми? Интересно, как это? Ведь если мне удалось принять вторую ипостась в стрессовой ситуации, то здесь всё казалось гораздо сложнее.

Воины снизу расступились, и я действительно увидела Дэна и Неро, скованных одной цепью. Его усталое красивое лицо можно было теперь хорошо различить. Он огрызался со своими охранниками, но, похоже, что даже их магия не могла разрушить цепи, подобные тем, в которых оставила Кителла Дэна ещё в Вариторе. Что они с ним сделали, почему он не мог использовать свои силы? Возможно, в этих мирах есть способы блокировки данного вида оружия. А тот, в чёрном, с шипами на плечах, похожий на музыканта Мерлина Менсона, с такими же длинными волосами и бледным лицом, видимо был из высших существ, которые управляли в этих мирах. Поняла это я потому, что в один миг, когда перепалка, видимо, зашла слишком далеко, он метнул в Неро синей молнией, чтобы хоть как-то успокоить его. Зная его острый язык, я не была бы удивлена, услышав, что он мог им говорить. В окружении наших силами обладал Орс и Кион. Вряд ли кто-то из простых воинов владели магией высших. Почему, интересно, Орс побоялся выводить сам армию тех призраков? Неужели они обладают такой огромной силой? Но пока было не до того.

У врагов эммом явно являлся тот, местный «менсон», и, похоже, что силой он обладал немалой, раз мог сдерживать двоих сильных высших. Или был ещё кто-то, кого я не замечала, а тот, бледный был приставлен к ним просто для видимости? Не знаю, почему я так подумала. Просто показалось. Ведь я понятия не имела ничего о местных способах ведения войн.

Я на минуту отвернулась, и поняла, что вновь стала человеком. Кажется, что это произошло само собой, когда отпала необходимость в другом облике. Что же, уже понятней, почему происходит смена. Всё зависит от потребностей в тот или иной момент.

А в это же время раздался звон металла внизу, и несколько кварцевых метательных клинков одновременно полетели в неприятелей, сразив их насмерть. Это оружие жители Эймара, по рассказам Дэна, использовали давно, и лишь его не применяли жители Ар-Магора, потому как залежи материала, из которого они были выполнены, были только в Эймаре. Этот особый состав мог разрушить металл обычных мечей, а ещё при грамотном использовании, прекрасно заряжался магией эммов, каким-то образом концентрируя в себе энергию.

Тела убитых воинов преградили путь другим, но лишь на миг. Я видела, что Дэн старается использовать свою силу, избавить себя от оков, но безрезультатно. Как же мне пробраться к нему?

Вокруг всё покрылось дымовой завесой, когда кто-то из людей Орса бросил в лагерь несколько дымящихся шашек, сделанных из смолы местных деревьев. Я этом смраде я уже не видела Дэна и Неро. А огненные вспышки, что вырывались из завесы, пугали меня. Теперь я точно не могла больше ждать. Я поняла, что за моей спиной вновь появились крылья, и рванула туда, забыв про свои же слова не показываться ему в этом виде.

Не знаю, как, но я нашла его сразу. Я чувствовала его присутствие. Он рвал на себе цепи, стараясь освободиться, а Неро громко ругался, пытаясь достать до кварцевого клинка, что лежал неподалёку. Я вовремя. Прикрываясь дымом, я увидела, как мои же крылья сверкнули, а потом я дотронулась до цепей.

– Используй же свою силу! – прошипела я.

– Он не понял что происходит, но смысл слов их тумана дошёл до него, и по цепям пронёсся синий огонь, освободив одновременно двоих эммов, которые тут же взмыли ввысь, одновременно отбивая атаку себе подобных. Орс был там же. Он бросил Дэну и Неро по кварцевому клинку, которые они поймали в воздухе. До меня никому не был дела. Я тихо выскользнула, по пути едва не попав по чей-то удар, но успела увернуться, и с силой взмахнула крыльями, набирая высоту в сторону горы. Я обернулась, на миг встретившись взглядом с Дэном, но ему тут же пришлось отражать следующую атаку на него, поэтому ему пришлось переключиться на поле боя. А я спряталась, чтобы не попадаться на глаза. Я видела, что битва скоро закончится. Уж слишком с победным видом и искажённым гневом лицом, выныривал оттуда Неро, а Орс, которого я высмотрела чуть позже, улыбался. Видно встретился с братом. Я спряталась за скалу, дожидаясь, пока шум битвы стихнет совсем. Кажется, всё… Осторожно выглянула, пытаясь понять, чем же всё закончилось.

Решила дождаться, пока они разберутся с убитыми и пленными, чтобы показаться Дэну на глаза в привычном виде, но меня охватила некая слабость. Видно, шёл тот самый процесс регенерации, потому что раны на руках, полученные ночью, уже затягивались. Я впала в некое странное состояние прострации, потеряв ненадолго связь с окружающим миром. Меня вывел из равновесия знакомый голос, от которого я пришла в себя. Это был Неро. Он нашёл меня здесь сам. Я подскочила, отыскивая глазами Дэна, но его не было рядом.

– Ну, здравствуй ещё раз, – прошипел он, превращаясь в человека. Я тоже была в своём привычном облике, сидела, прислонившись к скале, за которой и произошла битва. Я выглянула наружу, но там уже никого не было. Они двинулись в строну замка, как поняла я.

– Неро… Какой сюрприз. Почему же ты не со всеми? – тихо спросила я.

– Как же я мог оставить без внимания свою спасительницу… Это было бы безрассудно.

– Я делала это для Дэна!

– Значит, ты давно всё знала.

– Вопрос в том, что знал ты?

– Всё… я сразу предупреждал Дэна, чтобы он не связывался с тобой. Есть лишь одна вещь, которая сдержала меня.

Я поднялась, глядя в его злые зелёные глаза.

– Эта? – я дотронулась до Фора.

– Догадливая девочка. Скажи, ты сама додумалась, или кто-то подсказал тебе?

– Тебе-то какая разница!

– О… ты не знаешь, с какой силой столкнулась. Фор в состоянии уничтожить и Эймар и Ар-Магор, если знать, как правильно им пользоваться. Но Дэн не сделает это.

– А ты бы сделал? – я усмехнулась.

– Что ты… Думаешь, что я на это способен? – он рассмеялся, а его злорадный смех разнёсся меж скалами. – Да я лишь за то, чтобы в Эймаре сохранялся порядок.

– Но ты же веришь, что я из-за грани.

– Да… Я верю в это. Но я крайне удивлён тем, что происходит, и не могу пока получить ответа на свои вопросы.

– Почему?

– Этого я тебе сказать не могу. Я же не Дэн, который кормит тебя сказками о любви.

– Дэн меня любит! – возразила я.

– Что? Что? – он снова захохотал, и вдруг пронёсся невидимым вихрем вокруг скалы. – Хочешь сказать, что ты веришь в то, что наследник имперского престола, Дэнмириан вом Алистер, может полюбить подобную тебе? Ха!

– Именно это я и хочу сказать.

– Ты здесь ненужный никому элемент. Когда всё кончится, никто и не вспомнит о том, что некая человеческая девчонка вообще участвовала в этой истории.

– Ты лжёшь, Неро! – я поняла, что меня вновь охватывает ощущение, что я испытывала при перевоплощении.

– Дэн пользуется тобой лишь для того, чтобы держать Фор под контролем. Думаешь, если тебе удалось его соблазнить, то у тебя что-то выйдет из этого?

– Почему бы и нет.

– Во-первых, ты находишься в теле Арис, – он указал на появившиеся у меня за спиной крылья.

– А во вторых?

– Во-вторых, Дэн сам мне рассказывал, зачем это делает.

– Что он тебе рассказывал?

– О том, что может пользоваться Фором лишь в непосредственном контакте с тобой. Точнее с Арис. Но оказалось, что с тобой не так легко совладать. И тогда он придумал план, чтобы влюбить тебя с него. Всё гениально и просто!

– Я не верю тебе. Ты сам предатель. Иначе, зачем ты пытался убить Орса?! А теперь рассказываешь мне это. Зачем? Чтобы настроить меня против Дэна?

– Нет, дорогая моя девочка, – он приблизился ко мне, обняв появившимся длинным хвостом, который охватил меня за талию. А потом притянул к себе. – Просто я хочу предупредить тебя, чтобы ты не питала иллюзий в отношении своего положения. Ты не властна над Дэном. Он всё равно сделает так, как нужно ему. Пока он не может без тебя… Но это ненадолго. Победа близка…

– Да пошёл ты! – я плюнула ему в лицо, а он протёр ладонью и снова засмеялся.

– Мне тебя искренне жаль, дорогая. Ты оказалась марионеткой. Появилась не в том месте и не в то время, чтобы получить желаемую награду за свою работу.

– Лучше бы я тебя не спасала, – прошипела я в ответ.

– Ты же спасала Дэна, а не меня.

– Ненавижу тебя.

– А это дело добровольное. Можешь меня ненавидеть. Понимаю, не слишком приятно узнать правду о происходящем.

– Что-то её в последнее время слишком много этой правды.

– Я хочу стать твоим другом. И подскажу, как действовать в той или иной ситуации.

– Уж как-нибудь обойдусь без твоих советов, Неро.

– Зря ты так, – он вдруг сделал серьёзное лицо. – Я не хочу причинить тебе боль, как это делает Дэн. Я всегда говорю всё, как есть. Это мой недостаток, единственный, пожалуй. Я люблю правду.

Я всмотрелась вдаль, куда исчезли Дэн и Орс. Нужно попытаться догнать их, пока Фор не отправил меня обратно. До меня вдруг начала доходить истина. А он же прав… Я помнила, как Дэн относился ко мне там в Вариторе. Но потом понял, что его касания действуют на меня не слишком-то хорошо, и избрал иную тактику в своём поведении. А потом просто заигрался. Как с новой игрушкой, которая пока не приелась ему.

Нет! Это невозможно! Нельзя лгать так красиво и самозабвенно. Неро хочет удержать меня на расстоянии от Дэна. Я помнила, как Дэн говорил его сестре о том, что любит меня. Точно! У Неро просто своя выгода в этой ситуации. Ему нельзя допустить, чтобы с Дэном осталась другая. Да я и так не могла тут остаться… Тело Арис, которую любил Орс… Какая ирония судьбы. Тело дочери Кителлы, главного врага Эймара. Что за…

– Не стоит так расстраиваться, – заметил Неро, который сидел рядом на камне, наблюдая смену настроения на моем лице.

– По-твоему не с чего? – я вдруг временно решила подыграть ему. Пусть считает, что я ему поверила.

– Конечно, ситуация весьма досадная. Но ведь не всё так плохо. Получить расположение принца, пусть на короткое время. По рассказам его бывших любовниц, половина из которых побывала и в моей постели тоже, его внимание – это многого стоит. Он мастер в любовных утехах. Кстати, я бы тоже попробовал, какая ты на вкус, – он приблизился ко мне, в один миг оказался передо мной, сверкая своими зелёными глазищами, которые притягивали взгляд, и облизнулся, а потом провёл языком по моей шее. На этом моменте я уже не выдержала и что было силы врезала ему по лицу. Получив звонкую пощёчину, Неро осёкся, и вновь гневно сверкнул глазами, держась рукой за пылающую щёку.

– Ну и зачем же так грубо? Думаешь, я намного хуже Дэна? Да ладно, я же пошутил, – он ехидно улыбнулся. – Играй с Его Высочеством столько, сколько получится. Но смотри не заигрывайся. Я тебя честно предупредил насчёт его целей и отношения к тебе.

– Ну ты и змей…

– Не знаю, о чём ты. Так что лайн Рина… или Арис... Даже и не знаю, как же тебя правильнее называть, – он приподнял брови, – нам нужно догнать Дэнмириана и Орса. Они направились в Моонтел. Кажется, Дэнмириану не терпится вывести на свет войско маоров, а для этого ему понадобится твоя помощь.

– Нам нужно лететь, – согласилась я.

– Вот только запомни… Когда Дэн будет использовать через тебя Фор, ты и увидишь его истинное лицо…

– Спасибо. Кажется, я достаточно насмотрелась на него в Вариторе.

– Вот и умница. Так что, ты со мной или своим ходом? Я бы с удовольствием прижал бы тебя к себе, как это делает Дэн.

– Не дождёшься! Я сама, – огрызнулась я, уже отращивая за спиной крылья.

Мы взлетели, пронзая разноцветные полуденные облака. Казалось, что мы летим сквозь радугу.

Сворачивай, – отозвался он, – воспользуемся порталом.

– Как хочешь.

«Если он быстрее приведёт меня к Дэну…»

– Сюда! – он указал мне направление, и мы набрали скорость туда, где в горах было скрыто нечто странное. Кажется, камни специально выстроились, обрамляя светящийся еле заметно проход, каких здесь хватало.

– Шикарный способ передвижения, – пробормотала я. – Жаль, у нас таких нет. Захотел – на Мальдивы махнул, захотел – в Антарктиду.

– Чего ты там бормочешь?

– Какая тебе разница, – я приземлилась около портала, вновь став человеком. Как-то теперь это уже выходило быстро, стоило лишь захотеть.

– Идём со мной! – он протянул мне руку, ухмыльнувшись, но я отдёрнула её, предпочитая не касаться этого типа вообще. Странно, если бы он на самом деле был предателем, то не стал бы возвращаться к Дэну, а мог использовать меня в качестве заложника, например. А может, он и на самом деле прав? А я тут строю в отношении себя какие-то странные иллюзии. Правильно я делала сначала, что не позволяла Дэну пользоваться мной, как он этого хотел. Хоть помучился!

– Не спи! Нет времени! – прошипел Неро. Я дёрнулась и открыла глаза, поняв, что перемещение уже произошло. Это и был Моонтел. Кажется, мы вернулись в то же место, где оказались с Дэном в самый первый раз после возвращения из лабиринта.

Мы взлетели, приближаясь с каждой минутой к знакомым мне местам. Я рвалась туда, где находился уже, по всей видимости, Дэн. Просто хотелось увидеть его, обнять, почувствовать, как бурлит в нём кровь. Не хотелось думать о плохом. Кажется, в последнее время я начала думать слишком много. Я буду любить его всегда. В любом случае. Пусть даже у него ко мне чисто потребительский интерес, пусть мы не сможем быть вместе. Он навечно останется моей мечтой и лучшим, что было с моей жизни. Потому что я люблю его больше жизни! Я готова отдать её, эту жизнь, если он этого захочет.

Если и существует настоящая любовь, то это именно она.

Когда ты готов жертвовать собой ради того, кого любишь, тебе не страшны преграды. Пусть она не будет взаимной, но те дни, что остаются у меня здесь, я проведу рядом и стану поддерживать его во всём. Пусть Неро не думает, что своими словами он сможет оттолкнуть меня от Дэна! Не на ту нарвался.

Вскоре мы уже приземлились на открытую площадку дворца. Я не стала дожидаться Неро. Хотела увидеть Дэна первая, посмотреть ему в глаза… Сказать, как сильно я его люблю, чтобы он не сомневался во мне. И будь что будет. Я и так уже многим пожертвовала, чтобы теперь отказываться от своего счастья. Я услышала голоса где-то с другой стороны коридора. Кажется, это был его голос, который я не могла ни с кем перепутать. Я видела, как расположились на нижней площадке солдаты, участвовавшие в битве. Значит, они тоже воспользовались тем же порталом, что и мы с Неро.

Я бежала по коридору, наполненному светом, а Дэн, который находился там, в большом зале с хрустальными колоннами, повернулся, услышав меня. Я бросилась к нему на шею, покрывая его поцелуями, а он закружил меня по залу, обняв за талию. Его губы слились с моими, нежно, но страстно и настойчиво. Потом он отстранился, глядя мне в глаза.

– Рина, моя девочка… Любимая моя…

– Дэн, – прошептала я. – Я так боялась за тебя.

– Кион сказал мне, что ты была здесь…

– Да, Дэн…

Похоже, он ничего не знал про секрет, который уже был известен всем, кроме Дэна. А я не собиралась выдавать себя. Хотя, лучше бы это сделала я сама, чем кто-либо другой. Похоже, что он так и не понял, кто спас его…

– Рина, как я по тебе скучал, – он подхватил меня на руки и понёс прочь из зала, в котором уже никого не было. Орс покинул его перед тем, как я ворвалась. Краем глаза я заметила Неро, что стоял у стены, ехидно улыбаясь, и показала ему язык. Пусть не думает, что он здесь хозяин положения.

– Куда мы Дэн? – прошептала я ему на ухо.

– Как же? В прошлый раз нас прервали на таком интересном занятии… Я хочу продолжить.

– Ты думаешь лишь об одном, – упрекнула я, чмокнув его в щёку.

– О тебе!

– Тогда, давай скорее… Кажется, у нас не так много времени до перемещения.

Дэн ничего не говорил о том, что его кто-то спас. Он вообще не трогал эту тему. Что это значило? Он не узнал меня? Возможно. Но что он тогда подумал? Или же не хочет, чтобы я ревновала?

– Дэн, а как вы освободились? – спросила я, чтобы проверить свои догадки.

– Мы… Орс и Кион прибыли с отрядом, и мы смогли вырваться. А почему ты спрашиваешь?

– Просто. Я переживала за вас. Вернулась во дворец, а тут никого. Страшно было.

– Я с тобой. Ничего не бойся, прошу тебя.

– Ты меня действительно любишь?

– Конечно. О чём ты говоришь.

– А если бы ты узнал, что я это не я. Точнее, не совсем я. Ты бы всё равно меня любил? – допытывалась я.

– Как понять твои слова?

– Ну вдруг я… я тут подумала. Вдруг действительно есть кто-то похожий на меня в этом мире, как и говорил Орс. И я перемещаюсь в её тело. А эта девушка, она реально существует. Что тогда? Поэтому и хочу узнать, за что ты меня любишь. Это очень важно для меня. Ведь ты думаешь лишь об одном.

Он посмотрел на меня, гневно сверкнув глазами.

– Я такой есть, и меня не переделать. Но в тебе я увидел нечто особенное. Вовсе не из-за твоего тела, как тебе, возможно, иногда кажется. Хотя, оно, безусловно, великолепно. В тебе есть стойкость духа. И преданность. И я вижу, что ты, в отличие от остальных, любишь меня не за титулы и регалии, зная, что можешь просто исчезнуть в любой момент, раствориться между мирами. Мы нужны друг другу. Теперь ты перестанешь сомневаться во мне?

– Я и не сомневалась, – я тяжело вздохнула. – Просто показалось.

Глава 27

Ужасное утро… Тёмное, мрачное… Как и вся жизнь, впрочем. Лучше бы я осталась в своём сне с Дэном. Мало мне вчерашнего происшествия, так ещё Неро во сне подлил масла в огонь. Я не сомневалась в чувствах Дэна ни капли, я верила ему во всём. Он ни разу не вспомнил о своих воинах-маорах, и это меня порадовало. Значит, он действительно не использовал меня лишь для контакта с Фором, а я была интересна ему в другом плане. Опять же… ведь это было не моё тело, хоть мы так похожи с его хозяйкой. И где она сама?

Я поднялась, когда поняла, что мать ушла из дома. Мне совершенно не хотелось её видеть после вчерашнего разговора. Я вспомнила о записи разговора, сделанной на телефоне, и подхватилась, вспомнив про Стаса. Хорошо, хоть он у меня есть. Я позвонила ему сразу же, и обрадовалась, услышав его бодрый голос.

– Отвезти тебя?

– Не стоит. Я сама. Запись сейчас сброшу в компьютер, – ответила я, натягивая брюки. – Так, на всякий случай.

– В телефоне оставь тоже…

– Оставлю, – успокоила я его. – Не волнуйся. Я сама справлюсь сегодня.

Я рванула в школу, но времени уже не было на разговоры, ведь я опаздывала. Но подставлять Стаса тоже не стоило. Хорошо, хоть мои одноклассники так и не поняли, с кем я ездила перед тем. Неважно. Я поняла, что мне важнее помочь Стасу, чем мстить им. Они даже не стоили моей мести, не стоили моего времени. А вот дружба, которая, казалось бы, невозможна между представителями разных полов, стоила внимания. Но волею-неволею, мне пришлось поучаствовать в разговоре, который начался в перерыве. Судя по довольному выражению лицу Леры, она не знала до конца о том, что произошло вчера с её отцом. По крайней мере, она лишь кратко обмолвилась о том, что у него небольшие неприятности на работе. Она была возбуждена и агрессивно настроена, но это больше касалось другого дела. Именно сегодня они снова собирались на своё мерзкое мероприятие. Я была официально приглашена самой Катковой. Я не согласилась и не отказалась. Просто сказала, что постараюсь пойти, если отец вдруг не приедет. Соврала, конечно. Просто я действительно не знала, что мне теперь делать, и как дальше сосуществовать рядом с ними. Не хотелось пока про это думать.

А потом внезапно позвонил Стас, мне пришлось выйти в коридор, чтобы поговорить с ним.

– Карина, ты срочно нужна. Выйди!

– Я не могу, – прошипела я. – у меня ещё десять минут урока.

– Отпросись. Я с Денисом Андреевичем. Мы бы зашли, но сама понимаешь…

Только Дениса мне не хватало. Но как же я хотела при этом всём просто его увидеть. От злости на себя я ударила себя кулаком по лбу. Я ничего не могла с собой поделать. Эти десять минут для меня показались одновременно вечностью и кратким мгновением, настолько противоречивы были мои чувства в тот момент. А потом я насочиняла своей классной о том, что мне надо срочно к зубному, и выбежала на улицу, набрасывая на ходу куртку. Я оглянулась, убедившись, что за мной никто не следит, и подняла голову, отыскивая взглядом машину Стаса. Но его БМВ не было. Вместо неё за поворотом стоял серебристый внедорожник Дениса. Я опустила голову, пряча её за воротник от морозного ветра, и направилась к ним, села на заднее сиденье его машины, ни слова не говоря. Я отвернулась, поняв, что он опустил зеркало заднего вида и наблюдает за мной, потом отодвинулась в сторону, спрятавшись за его сиденье, и забилась в самый угол.

– Что за срочность? – нервно спросила я.

Ответил Ветров. Его голос был несколько напряжённым и недовольным.

– Почему вы оба такие… такие безалаберные.

– Ты о чём, Денис?

– Свидетель несовершеннолетний, ходит сама по себе… телефон, в котором запись признания в убийстве гуляет с ней по городу. Хотя, это ещё большой вопрос, сможем ли мы использовать фонограмму…

– Почему нет? – неуверенно спросил Стас.

– Потому что запись сделана без согласия собеседника! Как вы не понимаете.

– И что? А как же проникновение в квартиру? А? В мою квартиру, между прочим.

– Чёрт побери… как вам по-другому доходчиво объяснить, – голос Дениса был охрипший. Он откашлялся, и снова закурил, приоткрыв окно. – Запись вместе со средством, на которое она была сделана, придётся сдать на экспертизу. А у нас нет времени на это! Это нужно было сделать вчера! А теперь представь себе картину, что Карину придётся вызывать в суд, как свидетеля по делу. Думаешь, ей это надо?

– К чему ты ведёшь? – недовольно спросил Стас.

– Мы не можем задержать Юрия с этим доказательством. Запись незаконна, ты же сам это понимаешь. А если у него и в суде все куплены? Я не могу понять, как далеко распространяется влияние этого человека.

– Хочешь сказать, что мы не сможем использовать запись? Почему?

– Как я устал от вас. Есть обстоятельства, независящие от меня. Потому что весь тот закон, в котором прописано про использование фонограмм, можно рассматривать по-разному! Понимаешь? Прав будет тот, на чьей стороне будет суд. Конечно, я буду делать всё что смогу, но я не могу ничего обещать. Прокурор области – наверняка, его знакомый. Нам придётся обращаться выше, а это опять же займёт время…

Они ещё долго спорили, а я понимала, что нигде абсолютно нет справедливости. Она не существует вообще в природе. Почему всё складывается не в нашу пользу?

– …Карина – главный свидетель. Ты это понимаешь? Её нельзя отпускать.

– Катков не знает об этом, – Стас сжал зубы, вспомнив про Юрия вновь. – Он дал мне три дня на раздумье. Он же угрожает мне! Хотя… он не посмеет ничего сделать. Он же под подпиской…

– Не знаю. Я бы не рисковал. Уезжай из города на эти дни. Сними себе квартиру в другом месте.

– А Карина? Сам же сказал, что её надо беречь.

– Я сам о ней позабочусь…

– Ну уж нет! – встряла я. – Не надо меня вообще трогать. Я выступлю свидетелем, если потребуется. Но сначала мне нужно разобраться со своими делами.

– Чёрт… Кому я всё объясняю… Вы меня вообще слушаете?

– Не надо мне ничего объяснять… Денис… Андреевич! Не надо обо мне заботиться. Мне ваша забота поперёк горла! – я сделала соответствующий жест рукой.

К горлу и правда подступил комок, и снова захотелось расплакаться, чего я не могла позволить сейчас сделать. Я открыла двери и выскочила из его машины, и просто пошла в сторону дома. Возвращаться в школу было глупо, а дома, пока матери не было дома, меня ждало хоть какое-то временное убежище. Я услышала, как заработал мотор позади меня, и машина проехала несколько метров. Но потом остановилась. Видимо, перепалка по поводу меня продолжилась. А я просто шла, ловя ртом снежинки, что таяли на языке. В голове всё перемешалось: скандал с матерью и её обидные и несправедливые слова, Неро, который убеждал меня в том, что я не нужна Дэну, Катков с его угрозами в адрес Стаса, и его милая доченька-садистка… когда я вспомнила про неё, то решила, что не могу отказаться от вечернего мероприятия. Во-первых, чтобы не сталкиваться лишний раз с матерью, во-вторых, чтобы сделать Ветрову назло. Да, и месть тоже играла не последнюю роль тоже.

Я не видела Стаса до самого вечера. Он не звонил, видно, обиделся. Зато позвонил Никита с предложением зайти за мной. Я согласилась. Не из-за того, что простила его. Он оставался первым кандидатом на месть. Чтобы потом больнее его укусить. Я выскользнула из квартиры тихо, пока мать была в ванной, ничего не стала ей объяснять, и вообще весь вечер не сталкивалась с ней, хотя она сделала пару нелепых попыток завести со мной беседу из-за дверей. Никита ждал меня у входа во двор. Тот же вид, та же куртка с капюшоном, а за спиной рюкзак. Он нелепо улыбнулся, увидев меня.

– Пойдём, нас уже все ждут. Не могла быстрее?

– Ты меня долго ждал? Это твои проблемы. Я не уговаривала тебя идти за мной.

– Почему ты такая злая? Карина!

– Я злая? Ты меня в гневе ещё не видел. И не дай Бог увидеть, какая я бываю на самом деле. Иди молча. Куда сегодня, кстати? На то же место?

– Не-а. Сторож с ружьём наверняка караулит теперь. Тут, недалеко ещё есть местечко подходящее.

Я крутила головой, пытаясь понять, где же находится это «подходящее местечко». Ничего себе недалеко! Минут сорок точно добираться. В стороне стояли, вырисовавшись на фоне зимнего неба, несколько высотных новостроек нашего городишки. А дальше раскинулся небольшой пустырь, поросший репейником, что торчал чёрными пятнами из-под снега. Вдалеке раздавался лай бродячих собак, и мне было искренне жаль их заранее. Я молчала, не проронила ни слова. А самой хотелось убежать от этой ненавистной мне компании. Я никогда больше не пойду с ними. Всё… Хватит с меня этого спектакля. Достаточно! Пусть меня как раньше считают изгоем. Это лучше, чем общаться с этими уродами.

– Мальчики, чего стоите. Давайте начнём! – скомандовала Лера.

– Уже! Давай-ка в сторонку! Сейчас начнём.

Я отошла, стараясь не смотреть на них. Мысль, как мне снять на видео их действия пульсировала в голове. Там будет видно, что мне делать с этим. Но я в любом случае должна иметь козырь в рукаве. Телефон… Многострадальный телефон Стаса. Как же ему достанется опять…

Всё проходило, как и в прошлый раз. Видно, схема была уже отработана. Но вот с жертвами повезло меньше. Сашка Маркин не успел приручить местных бродяжек, поэтому всего одна маленькая косолапая дворняжка получила выстрел отравленным дротиком в ногу… Далеко она не ушла.

– Видали? – восхитился он. – Специально заказывал состав. На сайте нашёл доставку!

– Что-то слабовато, – протянула расстроено Каткова. – Свисти ещё. Не все услышали!

– Может, хватит на сегодня? – произнёс Никита.

– Я тут решаю, чего хватит, а чего нет! Я! Понял! – она надвинулась на него с угрожающим видом, потом перелистала в своём телефоне записи.

– Тоже мне, королева пустыря, – фыркнул Королёв. Однако сам пошёл к Маркину, что-то рассказывая ему. Раздался ещё один протяжный свист, и тут из-за куста выскочил в нашем направлении серый пёс. Он остановился, отыскивая источник звука. Красивая стойка, чуть вытянутые назад стройные лапы, мышиный окрас, висячие уши. Он удивлённо крутил головой, рассматривая нашу компанию. Кажется, вилял хвостом.

Наши «придурки» достали свои телефоны, ведь он никуда не уходил, напротив, проявлял любопытство, хоть и держался на небольшом расстоянии. Его не слишком интересовала еда, что старательно разбросал кругом Маркин. Я тоже достала телефон, и теперь ни чем не отличалась от них.

– Давай! – приказным тоном произнесла Лера.

– Никита, кажется, он породистый… – неуверенно произнесла я.

– Да какой же он породистый. Чушь.

Но мои слова уже никто не услышал. Запись шла, а я не могла на это смотреть, просто отвернувшись. Свет фонарей вокруг и белый снег позволял делать нормально различимое качество съёмки. И не нужна была мне та профессиональная шпионская камера. Но то, что начало происходить дальше, было за пределами моей фантазии. Лера словно совсем сошла с ума. Она прыгала вокруг несчастного пса, который был ещё жив и жалобно поскуливал. Потом отобрала у своего приятеля нож.

– Держи его! Сейчас позабавимся!

«Дрянь, что ты делаешь?!» – пронеслось в голове.

Я не сразу поняла, зачем она это делала. Но камеру не отвела. Настя тоже снимала, ухмыляясь и восторгаясь каждому движению своей «подруги». До меня дошла правда лишь тогда, когда на снег брызнула кровь, а Лера довольно запищала, будто в экстазе. Маркин тоже смеялся с её выходки. Он осветил фонариком кровавое месиво, и меня едва не стошнило от вида вывернутых наружу кишок. Маркин поднял фонарь, и луч света озарил лицо Катковой с ножом в руке. Потом снова опустил луч вниз и вдруг замолчал.

– Ты чего? – спросила Каткова.

– Лерка… Кажется у него в ухе клеймо…

– И что? «Свои» по домам сидят! Ладно, собираемся. Что-то у меня настроение пропало.

Я спрятала в карман телефон, выдохнув. То, что я увидела, напрочь выбило меня из колеи. После прошлого раза я настроилась на любое, но не на то, что Каткова способна на такое. Я неверно о ней думала. Да она же просто больная… ей лечиться надо в психушке… И остальным тоже, раз они её поддерживают. Как хорошо, что нам сейчас не по пути.

– Мне домой надо, – бросила я тихо. – Завтра поговорим.

Я метнулась от них, словно от огня. Наверное, нормальному человеку невозможно вынести то, что пришлось на мою долю. Слов не было. Просто молчание, сдобренное порцией отвращения. Мстить не хотелось. Мстить больным людям равнозначно, что кричать в пустоту. Не хочу видеть никаких репортёров, ничего не хочу. Жить не хочется после такого…

Я не стала ничего говорить Стасу. Мы встретились с ним утром перед школой. Он не спрашивал, чем я занималась вечером. Сам молчал, и я видела его подавленное состояние. Времени из тех трёх, отпущенных ему, суток оставалось всё меньше. Мы быстро перекинулись парой слов и разбежались ещё на лестничной площадке. Но он обещал забрать меня из школы. Не знаю зачем. Кажется, он привык ко мне за это время. Или нет…

Несколько часов плена и пытки вновь находиться рядом с извергами. Как я смогла сдерживать себя, навсегда осталось загадкой. Этот дурацкий день, словно чёрная пропасть Эймара. Неужели он никогда не закончится? А что будет завтра? Такой же, мрачный день… И дальше… Нет надежды на то, что всё может измениться.

Стас ехал из города долго. Он заскочил за мной поздно, когда все уже разошлись, и я тоже собиралась домой. Я остановилась за воротами, рассматривая, как бородатый дворник лениво чистит свежий снег, успевший выпасть за утро, то и дело заглядывая за пазуху, где у него был припасена бутылка. Я задумалась, но вдруг увидела джип Стаса, уверенно пробирающийся сквозь снежные заносы. Он хотел мне что-то рассказать, но я упорно молчала, думая о своём, и он всё не решался.

– Карина, ладно. Хватит дуться. Поехали пить чай.

– Куда?

– Да хоть вон в то кафе. Ты не должна бояться Дениса. Он хочет как лучше. Ты слишком плохо знаешь его.

– Уж лучше, мне его вообще не знать. Ладно, пойдём.

– Так-то лучше! Может, что-то случилось? Каткова-младшая тебе ничего не наговорила?

– Ничего, Стас. Ничего.

– Мне звонил Макс, спрашивал, когда же будет видео, – он открыл двери, впуская меня внутрь, потом помог снять куртку.

– Никогда! Я больше не участвую в этом! И не надо меня отговаривать. Прошу, – прошептала я. Но он всё услышал.

– Что-то ты сегодня сама не своя. Точно не случилось ничего?

– С мамой поругалась… – нашла я отговорку, тоже актуальную для меня.

– Видел я вчера твою мамашку. Она вообще бывает адекватной? Глаза стеклянные были, будто ничего не видела вокруг себя. Меня вообще не узнала.

– Не знаю. Наверное, бывает. Но редко. Да ну тебя… – я попыталась сменить тему, но разговор не шёл. Такое было впервые за время нашего знакомства, хотя понятно почему. – Давай домой поедем.

– Как знаешь. Мне всё равно надо вечера ждать. Ты знаешь, где я был?

– Понятия не имею. Со следователем? – безразлично отозвалась я.

– И не только. Ездили к одному важному человеку. Может, всё наладится, и нашу запись возьмут в дело.

– Не знаю, чего ты ждёшь.

– Не хочется, чтобы она попала в руки не тем людям.

– Идём, – я отставила чашку и поднялась с места.

Снег ударил в лицо. Метель усиливалась, а на вечер обещали снегопад. Начало декабря было не добрым. Напротив, самым ужасным за всю мою короткую жизнь. Из-за снежного сугроба у тротуара машину пришлось оставить чуть дальше обычного. Я не успевала за Стасом, ведь мне мешали каблуки, на которых на снегу я чувствовала себя как корова на льду. Он шёл впереди, и уже успел открыть свою машину. Пустая на редкость улица, словно весь город вымер.

И в этот момент из въезда во двор выскочили двое высоких жлобов в чёрных куртках. Я замерла на месте, а крик застыл у меня во рту, когда один из них достал пистолет и прицелился в Стаса.

Раздался хлопок. И Стас упал на снег около машины. Я закричала, поняв, что произошло. На моё счастье из кафе выбежали двое молодых парней. А стрелявшие запрыгнули в машину, что стояла неподалёку, и рванули вперёд, насколько могли это сделать, буксуя на нерасчищенной дороге. Снег вырывался из-под колёс вместе с гарью из выхлопной трубы. Стас лежал лицом вниз, а я с ужасом наблюдала, как под ним на белом снегу растекается лужа крови.

– Нужно вызвать скорую! – услышала я голос, будто в тумане. – Срочно! Девушка, у вас есть телефон? Мой внутри остался, в кафе.

– И полицию, – добавил второй.

– Полицию? Скорую? – повторила я будто в бреду. Нужно позвонить Денису… Нет! Стас ещё жив! Я протянула телефон парню, что стоял рядом со мной.

– Звоните в скорую! Срочно!

Потом склонилась над Стасом, прислушиваясь биению сердца. Сквозь куртку не было ничего слышно. Я взяла его руку, и почувствовала слабый пульс.

– Быстрее! Нужно успеть!

– Уже, – парень отдал мне телефон. – Едут!

Полиция подоспела сразу же за каретой скорой помощи. Ко мне подошёл незнакомый мужчина в форме.

– Вы были с ним? Запомнили стрелявшего?

Я взглянула на него, и вдруг вспомнила слова Стаса о том, что все в этом городе куплены. Что-то мне расхотелось с ним общаться.

– Я ничего не видела, – я отвернулась. – Да, я была с ним. Я поеду тоже. В какую больницу его везут?

– В областную.

– А почему не в четвёртую?

– Там нет нужного отделения. Успеем, не переживай. Сейчас в машине переливание начнём делать.

Я подошла к водителю скорой, а потом увидела, что Стаса уже уложили на каталку в машине, а над ним стоят мужчина и женщина в халатах.

– Я же могу поехать с вами?

– Конечно, – он махнул рукой, указывая на сиденье.

Я присела, не сводя глаз с окошка, что находилось позади. Потом нашла в своём телефоне номер Дениса. Сомневаться было поздно. Он поднял трубку сразу, будто знал, кто ему звонит.

– Денис… Андреевич…

– Карина? – удивлённо ответил он.

– Денис… в Стаса стреляли…

– Что? – голос в трубке тут же изменился. – Он жив?

– Жив. Пока ещё жив… Я еду с ним в больницу… В вашу сторону, в областную.

– Я лечу туда. Никуда! Никуда оттуда не выходи!

– Куда я пойду…

– И телефон не прячь далеко! Чтобы я мог тебе дозвониться!

Как в бреду я ехала всю дорогу, повторяя одни и те же слова. Шептала, что он должен, просто обязан выжить. Меня не впустили внутрь салона, где с ним оставались медики. Мы добрались до больницы относительно быстро, минут за тридцать, которые показались мне вечностью. Я видела, как его положили на каталку, которая прогрохотала по коридору, и увезли в лифте наверх, в операционную. Я стояла посреди больничного коридора, ничего не понимая, потом отошла к окну. Очнулась от прикосновения к своему плечу. Обернулась.

– Всё хорошо. Карина! Всё хорошо!

Я упала к нему на грудь, и наконец-то разрыдалась. Денис обнял меня, прижав к себе, а другой рукой пригладил мне волосы.

– Спокойно. Без истерики, прошу тебя! Ты их запомнила?

Я кивнула головой без слов, но он всё понял.

– Я никуда не отпущу тебя.

– Что? – я подняла голову и посмотрела ему в глаза. – Поедем фоторобот составлять ещё, может, сейчас? Только смысла нет! Всё куплено!

– Фоторобот тоже, по-любому нужен…

– Я пойду и узнаю, что со Стасом.

– Чёрт… Я сам пойду. Я уже боюсь оставлять тебя хоть на минуту.

– Так не оставляй… – прошептала я, и отвернулась, чтобы не смотреть ему в глаза. Но мне не удалось.

Он замолчал и замер, глядя мне в глаза. Потом тронул мою шею.

– Я очень, очень быстро. Здесь никого нет, и тебе ничего не угрожает. Жди меня!

Опять три минуты бесконечности. В голове мелькали картины всего того, что произошло за последний месяц. Страшно до ужаса. А вдруг он сейчас придёт и скажет, что Стаса больше нет? Вдруг? Я ужаснулась от этой мысли. Скорее бы Денис вернулся! Вот и он. Увидела его в конце коридора, и сердце снова сжалось. Он подошёл.

– Операция закончена. Пулю вытащили, но он ещё под наркозом. Всё будет хорошо, слышишь! Нам надо ехать. Сюда скоро приедут пару человек, чтобы дежурить около него. Всё в порядке, Карина!

– Да? – услышала я свой голос. – Куда поедем?

– Составлять фоторобот. Это недолго.

– Угу, – разочаровано хмыкнула я. Но осознание того, что со Стасом всё в порядке сыграло свою роль. Мне стало легче.

Мы потратили около двух часов в областном управлении полиции, составляя фотороботы тех, кто стрелял в Стаса. Я довольно чётко запомнила их лица, хотя по тем картинкам, что у нас получились, будет сложно их вычислить. Так бы вживую, я, конечно же, узнала бы их. Потом вышли на улицу, остановившись на ступенях управления. Денис по-джентльменски подал мне руку, чтобы я не поскользнулась. Ноги страшно гудели от каблуков, я устала от этого сумасшедшего дня. Про телефон с записью он вспомнил лишь в машине, когда мы отъехали и остановились на неизвестной мне парковке.

– Нужно было бы оставить его у меня в кабинете в сейфе.

– Зачем? Это же не вещдок… сам сказал. Позвони в больницу.

Кажется, в какой-то момент я перешла на «ты», но он не обращал на это внимание, напротив, улыбнулся чуть заметно уголком красиво очерченного рта.

– Сейчас, – он набрал номер, тревожно вслушиваясь в гудки. Трубку подняли, и он быстро и чётко спросил про состояние Стаса. Выдохнул и вдруг улыбнулся вновь. Положил телефон на панель.

– Он пришёл в себя!

– Поедем к нему! – я едва не подскочила на месте.

– Не пустят. Он же только после наркоза. До утра под наблюдением врачей в палате реанимации.

– Тебя впустят!

– Нет! Мы не поедем к нему. Завтра! Мы ничем ему сейчас не поможем.

– Ладно, – согласилась я, не сводя с него глаз. На улице уже совсем стемнело, лишь приглушенный свет фонаря освещал площадку, а снег усиливался, словно белая пелена вокруг нас сгустилась и мы остались одни в этом мире. Из динамиков тихо звучала музыка. Я молчала, все мысли внезапно испарились из головы, стало легко. Тяжёлый день дал небольшую отдушину.

– Ты голодная? – вдруг спросил Денис.

– Нет, – я пожала плечами. После всего того, что произошло, есть как-то не хотелось. Пока не хотелось.

Я потерялась в своих эмоциях, заблудилась в своих мыслях. Не могла свести глаз с Дениса, хотя умом понимала, что этого делать не стоит. Он тоже смотрел на меня, прищурившись. Потом достал сигарету и закурил, приоткрыв окно. О чём были его мысли тогда? Стало даже жарко, и я сбросила куртку, положив её на заднее сиденье. Он тоже расстегнул свою. Отбросила голову назад и закрыла глаза и почувствовала его пальцы на своих губах. Он провёл ими медленно и нежно. Я замерла, боясь даже пошевелиться, чтобы не прервать этот момент. Что он делал! Потом вдруг открыла глаза и увидела его лицо совсем близко, напротив моего.

Наши взгляды встретились вновь. Миг молчания. Не было подходящих слов, чтобы сказать их друг другу в тот миг. Просто пропала та незримая преграда, что стояла между нами. Ещё одно мгновение, и мы двинулись навстречу друг другу, слившись в поцелуе. Он действовал аккуратно, но в то же время настойчиво. Проникал языком в мой рот, захватив его в свой плен, и я вдруг обмякла в его руках, что придерживали меня. Голова кружилась от этих прикосновений. Будто я всю жизнь ждала этот момент, жила лишь ради того, чтобы вот так, после всего пережитого целоваться с Денисом в его машине, когда вокруг валит снег, и мы одни, совсем одни среди всех неприятностей и проблем. Какими сладкими были его губы, несмотря на лёгкий запах табака, оставшийся на них и еле различимый вкус ментола. Он запустил пальцы мне в волосы, и массировал мой затылок. А в то же время покусывал мои губы, словно пробуя их, потом опять проникал языком вглубь, требовательно и властно. Я осторожно дотронулась до его чуть колючей щеки, отдёрнув руку, словно от огня, но тут же продолжила. Потом провела по виску и ощутила под пальцами его короткие волосы. Как давно я мечтала сделать это и боялась своих же мыслей. Сколько ждала того, чтобы понять, что он мне далеко не безразличен.

На какое-то время мы забылись. Не знаю, сколько длилось всё это, но вдруг он отпрянул от меня, отдёрнул руки. Отвернулся в окно, снова нервно закурил. Я не шевелилась, боясь потерять этот вкус и ощущения. Отвернулась в окно, чтобы не встречаться с ним взглядом. Все неприятности, преследовавшие меня, вдруг отошли на второй план, потерялись, растворились в том долгожданном поцелуе. И тот страх исчез, предоставив место чему-то другому, пока непонятному мне. Денис вдруг завёл машину. Я повернулась, чтобы посмотреть, что он делает.

– Куда мы? – тихо спросила я, увидев, что мы тронулись с места.

Он промолчал в ответ, лишь нервно сглотнул. Я не стала больше ни о чём его спрашивать. Какая разница, куда ехать. Главное, что он рядом. Домой я всё равно не собиралась возвращаться сегодня. Мы ехали недолго. Остановились в заснеженном пустынном дворе многоэтажки, где лишь стояли одинокие машины под слоем свежего снега. Он припарковался, вышел, подал мне руку, чтобы помочь выйти из машины, потом достал мою куртку и набросил мне на плечи. Сигнализация тихо пискнула. Лифт. Дверь в квартиру. Всё словно в тумане. Я пришла в себя лишь тогда, когда щёлкнул замок, и я поняла, что нахожусь у него дома.

Я бросила куртку на тумбочку в прихожей, и наконец-то сняла надоевшие за день сапоги. Вошла, рассматривая обстановку. Он прошёл на кухню и молча включил кофеварку, запах тут же распространился по квартире. Стильный ремонт и мебель не из дешёвых. По-мужски обставленная комната с большим экраном на стене, а на большом разложенном диване чёрно-белое покрывало с изображением города. Он жил один. Я поняла это, когда вошла в ванную комнату, чтобы ополоснуть лицо. Здесь не было ни одной женской принадлежности, лишь мужские дезодоранты и кремы для бритья. Потом вытерлась белоснежным махровым полотенцем и вышла. Запах свежесваренного кофе ударил мне в нос. Я не была большим любителем, но этот запах запомнился мне особенно, какой-то другой, дорогой сорт, что приятно отличался от тех, что я пробовала раньше.

Всё это время Денис молчал, да и я не проронила ни слова. Лишь наши глаза периодически встречались. Я не выдержала. Вышла в комнату и замерла, разглядывая картину, выполненную простым карандашом, на стене, на которой было изображение девушки, почему-то напоминающей меня. Рисунок не был выполнен профессионально, но линии, пропорции и тени были соблюдены довольно таки точно. Девушка на рисунке глядела куда-то вдаль с грустным задумчивым выражением лица, а потом линии обрывались, будто переходя в туман.

Я вдруг почувствовала его тяжёлое дыхание у себя на затылке и застыла, боясь даже пошевелиться, старалась не думать о том, что будет дальше и зачем он привёз меня к себе домой. Он развернул меня внезапно, и мы с ним начали целоваться. О чём он думал тогда, когда гладил мои волосы, прижимал к себе, впивался сладко в мои губы, чтобы снова перейти в наступление. Я сдалась, потом поняла, что опускаюсь на диван. Легла, отбросила голову, опустив на пол ноги, согнутые в коленях. Руки невольно легли рядом, и я смотрела на Дениса, словно в том сне.

Он опустился на колени, став на мохнатый ковёр перед диваном, и приник ко мне, целуя и лаская мне шею своими длинными пальцами, которые приводили меня в восторг. Я тяжело дышала, стало вдруг страшно от своей же неопытности, но я робко отвечала ему. Потом обняла за шею, и он упал на диван рядом со мной, перевернув меня к себе лицом.

Не знаю, сколько длились эти сладкие мгновенья, ведь я потеряла счёт времени, пока он неспешно покрывал поцелуями мои губы, шею. Шептал мне что-то в ухо, но не спешил, боясь напугать меня. Этот запах кофе, что всё ещё витал в воздухе его квартиры, и тихая музыка, что раздавалась из приёмника на кухне, помогли мне расслабиться, и я уже была готова к любому повороту событий. Я не боялась его больше, напротив, хотела, чтобы это длилось вечно. Я хотела его. Но не только в физическом плане. Я желала получить его всего, с его мыслями, привычками и особенностями характера. Казалось, что именно этого человека я ждала всю свою жизнь. Даже Дэн на какое то мгновение вылетел из головы. Но всё повернулось иначе. Когда Денис уже аккуратно расстегнул молнию на моих джинсах, и собирался было приняться за пуговицу, не прерывая сладкого поцелуя, он вдруг резко остановился и подскочил с дивана, будто ошпаренный.

– Чёрт! Чёрт! Что я делаю! Почему ты не останавливаешь меня, Карина! Я не могу…

Я поднялась, поправляя растрёпанные волосы, а губы горели огнём.

– Сама не знаю. Кажется, ты начал первый! Что случилось?

– Я не могу… Не могу! Нельзя это делать.

– Почему? Потому что я несовершеннолетняя, а ты мент? – не выдержала я.

– Чёрт, – он схватился за голову, отходя к окну. – А я ведь чуть не сорвался.

– Мне показалось, что ты сам получаешь удовольствие от процесса, – гневно заметила я, поднимаясь с постели и приводя себя в порядок. Голос дрожал, а я не могла понять, что вообще происходит с ним.

– Не только по этому, – произнёс он после долгого молчания, стиснув зубы.

Я смотрела на него, и вдруг до меня дошла суть всего происходящего здесь. Нелепая сцена. Что могло связывать меня и того человека, что стоял напротив? Почему мы вообще встретились в этой жизни?

– Ты всё знаешь… Да? – зачем я это сказала. Чёрт, кто меня за язык тянул.

– Да… я давно всё понял.

– Что мне делать? Денис!

– Я не знаю… Пока не знаю, что делать.

– Давно всё знаешь?

– Я ещё тогда всё понял. Я три года живу с этим. Я должен был что-то предпринять. Почти успокоился, но встретил тебя снова… – он ударил кулаком в стену, даже картина на стене задрожала. – Я же представитель закона… Ты не представляешь, чего мне стоило, чтобы сдержать себя… Оставить то дело глухарём. Думал о тебе всё время. Я не знал лишь одного, где ты спрятала его труп.

– Уже знаешь?

– Почти… Я же не ходил в то бомбоубежище… Зачем ты сама туда вернулась?

– Не знаю, – прошептала я. – Теперь меня посадят?

– Нет.

– А что тогда? Почему нельзя оставить всё, как есть? Просто оставить его там на веки вечные! – я перешла в крик, голос охрип, а к глазам подступили слёзы обиды.

– Потому что через два года в вашем доме запланирован капремонт с заменой всех коммуникаций. Его найдут всё равно, чёрт побери! Я специально ездил, смотрел проект. И планы. Но меня уже не будет здесь! Кто-то другой возьмётся за это дело, и чем всё закончится, я не знаю. Я давно должен был что-то предпринять.

– По-твоему, я поступила неправильно…

– Я не судья… не Господь Бог. Я всего лишь делаю свою работу. Возможно, если бы этот урод попался мне, я бы задушил его своими руками. Но я должен делать всё по закону.

– Я не смогу жить дальше…

– Ты будешь жить. Я найду решение этой проблемы!

– Какое решение, Денис! Его нет! Иди, заявляй, доставайте его. Только дайте мне спокойно дышать!

– Карина! Всё будет хорошо.

– Уже ничего никогда не будет хорошо. Вообще ничего не будет. Сдохнуть хочется…

Он замолчал, глядя на меня в упор. Думал о чём-то. На лбу появилась морщина, а виски пульсировали так, что я видела это даже на расстоянии.

– Поехали.

– Куда? – не поняла я.

– К тебе домой.

– Зачем? Я не хочу туда возвращаться. Никогда… Я пойду, пожалуй! Только куда, не спрашивай. Я сама не знаю.

– Карина, – он подошёл ко мне настолько близко, я услышала его чуть охрипший голос, но сама отвернулась, чтобы не смотреть на него, – я не отпущу тебя…

Звонок его телефона прервал напряжённый разговор. Он нервно ответил. Не по-русски, видно, звонок был из-за границы. Я не понимала, о чём он говорит, но не сводила с него глаз. Потом Денис перешёл с немецкого на русский, и я поняла, что-то случилось, ведь выражение его лица сменилось на какое-то странное, какого я никогда не видела в нём.

– Какое наследство… Потом с ним разберёмся… Нет, мне не нужны акции…

О чём он говорил? Странно как-то.

– Что случилось? – всё же спросила я, когда он бросил в сторону свой телефон, выругавшись.

– Отец умер… А я никак не могу решить все вопросы.

– Сегодня?

– Да нет…, – он махнул рукой, – ещё полтора месяца назад. Я ездил на его похороны, и поэтому сразу упустил некоторые моменты в расследовании убийства Ларионова. Просто не рассказывал никому. Мы ведь не общались с ним почти.

– Ясно…

Что будет дальше? Я отошла к окну, наблюдая метель на фоне яркого фонаря. Денис подошёл, обняв меня сзади за талию, и уткнулся в мои волосы. Каждый думал о своём в тот момент или наши мысли сходились на одном и том же?

Денис молчал всю дорогу, и я молчала. Просто не было слов, чтобы сказать друг другу. А я вспоминала про картину на стене. Интересно, кто её рисовал? Неужели у Ветрова есть художественные способности?

Мы приехали ко мне уже ближе к полуночи. Метель почти прекратилась и во дворе стояла тишина. Не было лишь привычной мне машины Стаса, которую оперативники уже отогнали на стоянку. Мы вошли, поднялись по лестнице.

Мать открыла, злая как мегера. Уже открыла было рот, чтобы начать очередной скандал, но вдруг увидела Дениса за моей спиной и замолчала. Он не стал дожидаться приглашения. Просто вошёл за мной и закрыл двери.

– Карина, иди к себе. Мне нужно поговорить с твоей мамой. Боюсь, наш разговор сегодня будет долгим, – уверенно сказал он.

Я бросилась от них, хлопнула дверью и осталась одна в своём мире. Упала на кровать, накрыла голову подушкой. Потом достала из-под неё Фор, потянув за цепочку. Жить не хотелось. Дэн… Не предала ли я его… Или так надо, к этому всё равно всё пришло бы? Почему Денис остановился и не стал продолжать, когда мог делать со мной что угодно? Он не сможет принять меня такой со всеми моими невольными грехами, и ничего с ним не выйдет. Он же просто мент, хоть и со своими странностями. Нужно как-то выбросить его из головы и попытаться начать всё с начала. Я поняла, что глаза слипаются, и провалилась в пропасть моего сна…

Глава 28

Впервые за всё последнее время мне стало страшно, когда я поняла, что снова попала во дворец. Непонятные интриги, что плелись вокруг меня, выбивали из уже привычной колеи. И чувства Дэна теперь находились под большим сомнением, несмотря на те слова, что он сказал мне в прошлый раз. Мне не было покоя ни в одном, ни в другом из миров.

Но я отправилась на поиски Дэна, чтобы, увидев его, отбросить прочь свои сомнения. При этом контролировала своё тело, чтобы не вызывать у него подозрений. Я чувствовала, что совсем скоро всё должно разрешиться в ту или иную сторону. А ещё знала, что нам пора выдвигаться в столицу, чтобы дать отпор врагу и вытеснить их в свой мир. Страшно было всё это. А если что-то пойдёт не так? И что будет, если я встречусь с Кителлой? Эта мысль напугала меня ещё больше. Я не отправлюсь с ними, пусть даже и не уговаривают. Не вызывалась я таскать сюда их Фор. Нужно было выкинуть его ещё давно, когда только-только попала за Грань впервые.

Дэн сам искал меня. Он был возбуждён, а глаза сверкали в предвкушении войны. Я впервые видела его таким. Он вихрем пронёсся по коридору, чтобы появиться передо мной в человеческом обличье.

– Рина, наконец-то! Я заждался. Почему тебя столько не было?

– Я не знаю. Не знаю, Дэн. Фор стал вести себя странно. Он не всегда перебрасывает меня к тебе. Ты скучал?

– Нам пора выдвигаться.

Прекрасный ответ, зато по делу. Я и не знала, что мне думать. Сказать ему о своих сомнениях? Или рассказать про Арис? Хотя, что от этого изменится. Не считает же он, что я буду вот так всю жизнь посещать его во сне. Это же просто нереально.

– Идём, – холодно бросила я ему в ответ.

Мы спустились в мрачный зал, кишащий призраками-маорами. Неро уже ждал нас там. Интересно, он хоть когда-нибудь бывал в хорошем настроении? Кажется, что от него прямо веяло недовольством и гневом.

– Времени нет совсем. Мы должны выходить на рассвете! Ещё дорога впереди. Все остальные готовы.

– Воспользуемся порталом? – предложил ему Дэн.

– Забыл, что последний портал в самом центре Кантерма? А ещё же нужно пройти всех её солдат.

– Ты так говоришь, будто они там повсюду.

– Ты сомневаешься? Я же говорил тебе, что пытался проникнуть в город.

– Ладно. Давай по твоему. Пора.

– Давай, – Неро махнул рукой.

– Рина, иди сюда! – он поманил меня жестом.

– Я тебе тут зачем?

– Понимаешь. Чтобы взять на себя управление ими потребуется Фор. Это сложно объяснить. Маоры, они же непростые существа. Их создали специально для подчинения. Им нужен чёткий приказ, а подчиняются они лишь императорской семье.

– Ага, наслышана я о таком. А того, кто окажется рядом чужой – сразу уничтожит защитное поле. Или не меня… какого-нибудь предателя, – я скосилась на Неро, проведя в мыслях некую свою аналогию.

– Какое ещё поле? Ты о чём? – не выдержал Дэн.

– Откуда мне знать? Они у вас повсюду, всякие аномалии, – я отпрянула на него и надулась.

– Ты должна мне помочь! Фор у тебя! – гневно произнёс он в ответ.

– И что? Ты будешь таскать меня за собой каждую секунду, чтобы управлять своими крылатыми недопризраками? Ты вообще понимаешь, что один не может управлять армией?

– Это нужно сделать лишь один раз. Чтобы привести их в боевую готовность. Потом Фор не потребуется. Тут чётко налажена система. Маги древности постарались на славу. Потом они будут слушать того, кого я скажу. Но при первом же моём сигнале вернутся ко мне.

– Ладно. Давай, – согласилась я.

Интересно, что из этого выйдет. Он так самозабвенно уговаривал меня. Видно, не привык, чтобы я отказывал в последнее время, а надо было это делать чаще. Знал бы, с кем связался!

– Иди ко мне, – он притянул меня к себе и обнял сзади так, как делал это уже сотню раз. – Рина, что с тобой? Ты же вся дрожишь?

– Я не знаю, Дэн, – прошептала я.

– Ты же не боишься меня больше. Дело в чём-то другом?

– Нет, Дэн. Я постараюсь расслабиться. Давай! – я закрыла глаза, и почувствовала такое знакомое тепло, и его всего, будто слившись с ним энергетически. Мы были одним целым. Единым организмом, которого слушался Фор. Я открыла глаза и поняла, что армия недопризраков вся выстроена в плотные колонны, а их светящиеся глаза подняты на своего господина в ожидании приказа.

– Дэн, это всё? – спросила я его, когда поняла, что он больше не обращает на меня внимание, полностью увлечённый ими.

Он отпустил меня, подняв руки вверх, и я чуть было не упала от неожиданности. Потом гневно обернулась. Его рык гремел на весь огромный зал внутренней части платформы. Он преобразовался в крылатого демона и издавал им приказы на непонятном мне языке, видимо это было какое-то заклинание, или ещё нечто подобное, но я не интересовала его больше. светящиеся крылатые существа вторили ему, и казалось, что вся платформа дрожит от звука их странных голосов и вот-вот рухнет. Стало страшно, но я смогла отойти, пока он был занят.

Я столкнулась с Неро около портала, ведущего в верхнюю залу. Он стоял, прислонившись к колонне, издалека наблюдая за тем, что происходило дальше.

– Что я тебе говорил? – лениво произнёс он, увидев меня. – Его интересуют лишь его солдаты.

– Возможно. Что же интересует тебя? А? Слушай, а давай-ка мы расскажем Дэну правду о том, что Арис – это я. Как думаешь, оценит? Ты же любишь правду.

– Да. Но в данный момент не слишком уместно это делать. Неизвестно, чем обернётся эта правда для всех нас.

А если ему скажет кто-то другой? Орс, например. Он уже пытался это сделать.

– Дэн не поверит ему.

– Э не. Мне кажется, он просто не знает всех подробностей. А вот ты знаешь куда больше, чем говоришь мне. И после этого обещаешь мне своё покровительство. Почему я должна верить тебе?

– В тот день я боялся, что Орс встретит тебя. Всё пошло не по плану.

– А каков был план?

– О… моя дорогая. План был продуман до мелочей.

– Для кого? Для кого ты стараешься?

– Конечно же, для Дэна и для всего Эймара. А Орс предатель, потому что посмел связаться с дочерью заклятого врага. Он знал, на какой риск идёт. И она знала. А эта их любовь… она никому не была нужна. Именно поэтому когда я рассказал об этом в Сенате Норна, меня полностью поддержали. А Дэну не нужно было всё это знать. Но кто же мог ожидать, что в дело вмешается случай, и Фор притащит в Эймар из Варитора и тебя. А Его Высочество воспылает некими непонятными мне чувствами.

О чём он говорил? Я не понимала и половины, помимо того, что Неро знал о запретной связи Орса и Арис. Откуда он мог это знать?

– Я не понимаю, что ты сейчас хочешь от меня.

– Поверь… я хочу как лучше.

– Для кого?

– Для вас обоих. Для Дэна, потому что ему ещё предстоит править Эймаром много лет. И для тебя. Знаешь, а ты мне чем-то нравишься по-своему. И вовсе не из-за тела Арис.

– А где оно, это тело? А? Может, тебе и это известно? Куда оно пропадает в момент моего перемещения? И что за пространственная воронка, которую чувствует Сворош?

– Так значит дело в пространственной воронке… Великие демиурги! – он хлопнул себя по лбу, а потом, превратившись в прозрачный вихрь пронёсся, остановившись на возвышении в нескольких метрах от меня. – А я голову ломаю, почему ты оказываешься здесь! Теперь всё встаёт на свои места.

– Вот только мне ничегошеньки не понятно! Скажи, в чём дело? – закричала я. – Где она сама? Где Арис?

Он ничего не ответил, лишь обернулся. И я повернулась, увидев, как один за другим из тёмного помещения вылетают крылатые призраки-маоры, устремляясь в портал. Мы отскочили в сторону, уступая им дорогу. Их было гораздо больше, чем мне казалось сверху. Прошло достаточно много времени, когда они наконец-то закончились, а вместе с последними, несколько отличающимися от основной массы, вылетел Дэн. Он заметил нас и остановился, не меняя облика.

– Всё готово! Они приняли меня. Нам пора!

Он даже не обращал на меня внимания. Стало до смерти обидно за его поведение. Возможно, Неро единственный, кто говорит правду? А Дэну нужна лишь власть и победа. А я ему так, ради удовлетворения потребностей, что касается и Фора и игры в любовь. Я отвернулась, почувствовав, как кипит моя кровь, и бросилась в портал. Обиделась на него.

Портал выбросил меня в большом зале со стеклянными колоннами, и я поняла, что не могу оставаться здесь. Происходил процесс перевоплощения. И когда я почувствовала за своей спиной тяжёлые крылья, то сделала усилие и взлетела, сметая всё на своём пути. Воины-маоры, заполнявшие помещения, лишь успевали поворачивать на меня свои головы, когда я с ветром неслась к выходу, к открытой площадке.

– Чего уставились! Валите к своему господину, – прошипела я и взмыла ввысь к облакам. Не знаю, куда меня несло, лишь бы подальше от Дэна с его воинами, что были ему дороже меня.

Но через минуту я поняла, что меня кто-то нагоняет. Я обернулась и увидела, что несколько крылатых силуэтов преследуют меня, но держатся над облаками, чтобы скрыть своё присутствие. Обернувшись ещё раз, я сделала круг, а потом камнем бросилась вниз, в долину, покрытую редким лесом. Но меня уже настигали несколько веллинов. И тогда я перешла в наступление, поняв, что могу выбрасывать из своих когтистых рук синие молнии, подобно тому, как это делали Дэн и Неро. Целиться у меня выходило плохо, но при этом я смогла отпугнуть преследователей, а это много стоило. И тогда мне в голову пришла мысль попытаться обмануть их. Я ныпнула в лес, пролетая между высокими деревьями и царапая крылья, когда поняла, что впереди тупик, ведь там выросла непонятно откуда чёрная скала. Но сверху в ней я увидела чёрную дыру, поднялась и улеглась в выемке, приняв третью ипостась. Теперь главное продержаться в ней как можно больше времени.

Отряд остановился внизу, од скалой. Старший из них став человеком, обернулся, рассматривая скалу. Потом отбросил длинные светлые волосы назад, и скомандовал своим:

– Она где-то здесь. Посмотрите на скале.

Трое воинов взмыли вверх, облетев скалу. А я вжалась, молясь лишь о том, чтобы не закончилась магия, делавшая меня невидимкой. Но они опустились обратно на землю.

– Её там нет. Господин, здесь оставаться опасно. У нас нет сил для борьбы, нас здесь слишком мало, а в Моонтеле собирается армия для атаки. Мы должны предупредить Её Величество о готовящемся нападении.

– Но я же точно видел лайн Арис, – блондин почесал подбородок, задумавшись. – Она должна быть где-то здесь.

Они обшаривали лес, каждый уголок, пока я пряталась на скале. И тут я поняла, что не могу больше сдерживаться, не могу находиться в этом облике. Это было слишком сложно. Я снова стала человеком, и теперь сидела тихо, спрятавшись за камень, боясь даже дышать. Можно было бы отрастить и крылья, но тогда я бы стала больше и заметнее, а так оставалась надежда, что меня не обнаружат. Так и сидела тихо, пока не почувствовала сзади чьё-то дыхание. Обернулась и увидела того самого блондина, вот только в другом облике. Длинные светлые волосы превратились в отростки, что шевелились сами по себе, а аккуратные руки стали кожистыми и когтистыми. Мгновение – и я оказалась обвита его хвостом.

– Арис! Неужели это ты? Я нашёл тебя.

– Чё-то я тебя не ждала как-то, – судя по его словам, это был знакомый, и возможно это сыграет мне на руку, чтобы обхитрить его. – Зачем гнались за мной? Хочется награды?

– Твоя мать, конечно, хорошо платит тому, кто найдёт её сбежавшую дочь, но дело и не в этом. Неужели ты и правда переметнулась на сторону врага?

– А тебе что дело до моих политических убеждений? – фыркнула я в ответ. – Извини, забыла, как там тебя…

– Ты не могла меня забыть. Мы же с тобой с детства знакомы, Арис. Забыла, как мы мечтали сбежать из дома?

А, поняла. Это старый знакомый Арис. Это лучше, он не причинит ей вреда. А я смогу воспользоваться ситуацией. Нужно предупредить Дэна о том, что в округе Моонтела есть шпионы. Хотя, возможно, что он и сам это знает.

– Это было давно. Времена меняются. Отпусти меня!

– Чтобы ты опять сбежала? Ну уж нет. Больше у тебя это не пройдёт

Я поняла, что по-хорошему ничего не получится. Что же. Получай! Я преобразовалась, выкрутившись из его лап, и взметнула вверх, послав им пару синих молний на прощание. Но они настигали меня снова, ловко уворачиваясь от магического оружия. А потом я увидела, как в нашем направлении метнулись тени полупрозрачных крылатых существ из Моонтела. Уж не знаю, как они это делали, но тела противников буквально плавились от их атаки. Обожжённые они падали, цепляясь за кроны деревьев, превращаясь в людей. Кто же командовал крылатыми призраками? Дэн, конечно же. Я видела его, а он видел меня. Чтобы не встретиться с ним, мне пришлось метнуться в сторону леса, но он настиг меня, ведь маневрировать у него выходило куда лучше. И я оказалась прижата к дереву, что он обвил вместе со мной длинным хвостом, лишив меня возможности двигаться.

– Кто ты? Это ведь ты спасла меня тогда? – прошипел Дэн. – И ты обладаешь силой высших?

– Королева Марго! – не выдержала я. – Догадайся сам, даю три попытки.

– О чём ты? – не понял он, ведь некоторые мои выражения и шутки не были понятны этим существам. А потом он заметил Фор. Выражение его резко сменилось, и он стал человеком, удивлённо и обескуражено глядя на меня.

– Рина? Это ты? – прошептал он.

– Я, кто же ещё, – я тоже приняла привычный мне вид.

– Что происходит? Почему? Как? Значит, Неро был прав. А я ещё не верил ему… Ты обманывала меня всё это время? Ты не из-за какой не из-за Грани, а всего лишь шпионка? Ловко ты меня… вот только как же Фор? Значит, ты и есть часть заклятья…

– Дэн! Ты о чём? Я всегда говорила тебе лишь правду! Ты лучше у своего Неро спроси, что ему известно. А я такая же жертва обстоятельств, как и ты!

– Не знаю, – Дэн провёл взглядом, убедившись, что его воины уже уничтожили немногочисленный отряд разведчиков, что пытался меня захватить. – Я не верю тебе! Почему ты улетела, если говоришь правду!

– Потому что я тоже тебе не верю! И не верю, что нужна тебе! Вообще не знаю, что мне делать дальше.

– Летим обратно, – он схватил меня за руку, сверкнув глазами, и я увидела в его глазах ту злость, что не видела ещё с тех пор, как мы с ним проходили локации Варитора.

– Отпусти, – я выдернула руку, поменяла ипостась и взлетела, не обращая на него никакого внимания.

Мы вернулись в Моонтел довольно таки скоро. Неро был на взводе, выстраивая армию призраков и разделяя их группами внизу, под платформой. Он увидел нас ещё издалека, и поменялся в лице, поняв, что Дэну известно про мои открывшиеся силы. Мы приземлились недалеко от него, и два мужчины встретились, бросая друг на друга яростные взгляды. Орс был там же. Но он не подходил, лишь смотрел на меня со стороны с некой, лишь нам двоим понятной грустью.

– Неро, ты был прав, – Дэн подтолкнул меня, отводя в сторону от остальных, чтобы наш разговор больше никто не услышал. – Она из эммов. Я ничего не понимаю. Объясни!

Неро подошёл к нам, ехидно улыбаясь. Но я вдруг увидела, что его улыбка больше наигранная. Я уже хорошо изучила этого типа.

– Я говорил, ну и что? Это были лишь мои догадки. Отпусти Рину, мне кажется, ей не нравится, как ты с ней обращаешься, – встал он вдруг на мою сторону, чем однозначно шокировал меня. – Что случилось?

– Она пыталась покинуть Моонтел. Она хотела бросить нас! И едва не оказалась в руках наёмников Кителлы. Я слышал обрывок странного разговора о том, что за неё полагается награда. Ничего не понимаю.

– Если бы я была в сговоре, то давно покинула бы вас. Если ты считаешь меня предателем, то нам не по пути. Дождусь следующего возвращения, выброшу твой Фор ко всем чертям, и делайте, что хотите! – не выдержала я.

Меня объяла злость, вызванная его словами. Чего он добивался, почему не хотел мне верить? Неужели Неро ведёт двойную игру? Или же её ведёт сам Дэн? Где найти правду в этой ситуации?

– Веди себя достойно наследнику Империи, – прошипел Неро Дэну. – Что ты вытворяешь?! Она правда из-за Грани!

– Откуда такая уверенность, Нерокромеран?

– Я не могу сказать тебе. Мы узнаем правду лишь тогда, когда откроется суть заклятья Фора. Лишь Кителла со своим Самайоном знают, как снять заклятье.

– А ты откуда это знаешь?

– А я тщательно собираю всю информацию, что проходит через меня. Вокруг Рины витает постоянно пространственная воронка. А Фор маскирует её. Сворош почувствовал её, ведь у еционов абсолютно иное восприятие магии. Рина и правда находится в теле эмма, от этого и её сила. Видимо, она была временно блокирована наравне с твоей при попадании в Варитор, поэтому остальные ипостаси для неё находились вне возможностей.

– Не знаю, кому из вас можно верить! Кажется, предатели, они кругом, – он развернулся и отошёл в сторону, направляясь к своим солдатам-призракам.

Вот так, между нашей крылатой компанией и поселилось то первое недоверие, которое могло бы сыграть фатальную роль в той войне, если бы не стремление к победе и изгнанию врага из столицы Эймара. Лишь желание вернуть себе свой мир смогло преобладать над остальными чувствами, и поэтому уже через пару часов мы смогли выбраться в путь, чтобы дать решающий бой в столице, где находился центр руководства противника и основные военные единицы. Я не разговаривала с Дэном, а он практически не говорил со мной. Лишь по необходимости. Возможно, его и посещало желание помириться со мной, и обсудить новую для него тему, но его гордость не позволяла сделать это, а я не знала, кому из них можно верить. Сворош отправился с нами, но я его почти не видела, а Кион остался в Моонтеле с отрядом воинов на случай нападения на дворец, ведь это был один из последних не захваченных городов, и нужно было прикрывать тылы. Но Дэн понимал, что эта битва будет решающей, ведь он поставил на кон всё, что у него было, рискнул. Он нервничал, а я, даже если бы захотела, не смогла бы успокоить его, ведь обида не угасала.

Мы проходили порталы один за другим, пропуская вперёд отряды маоров, чтобы в случае засады суметь ретироваться. Большую часть остального пути нам приходилось менять ипостась, лишь изредка принимая человеческий облик, чтобы сделать привал и обсудить наше положение. До города, в который мы направлялись, оставалось лишь пару остановок, когда впереди Неро вдруг почувствовал опасность.

– Дэн, кажется, что впереди тьма…

– Где? – Дэн вытянулся в струнку, рассматривая то, что было впереди. А там и вправду в сумраке подползающей ночи виднелось что-то непонятное, пульсирующее и наползающее на нас. Видно это и было то самое поле, которым была окружена столица, где базировались основные силы противника.

– Смотри, р-лерон, магия Кителлы. Только Самайон способен создать такое.

– О, демиурги, а я и забыл про поле. Что нам делать? Как проникнуть туда? Мы не сможем пробраться в Кантерм.

– Р-лерон не пропустит нас. Магия рассчитана лишь на веллинов, – заметил Неро.

– Хочешь мне сказать, что маоры смогут проникнуть внутрь без проблем?

– Да. Ведь они не имеют аналогов в Ар-магоре, чтобы изучить все их свойства и создать магическое поле против них. Они ведь выходцы из совсем другого измерения. Забыл?

– Да, ты прав Неро. Значит, стоит запустить в портал, что ведёт в столицу, именно их? Но не опасно ли это? Ведь мы толком не знаем, что там происходит. Потом мы попытаемся использовать Фор.

Они ещё долго обсуждали свою ситуацию, а мне было страшно от того, что где-то там, в этом городе, находится мать той, в чьём теле я нахожусь. Если бы хоть немного знать, почему так происходит, и куда исчезает хозяйка тела, Арис, было бы возможно проще. Или наоборот сложнее. Ведь когда знаешь про опасность, которая ожидает тебя, то всё становится куда сложнее принять решение. А если бы я узнала, чем закончится вся эта история, то возможно просто скрылась бы куда глаза глядят, чтобы предотвратить те последствия, к которым подводила нас судьба.

Операция началась. Мы наблюдали из засады за тем, что происходило в Кантерме, насколько позволял обзор. Мне было любопытно, чем закончится их затея, а Дэн и Неро уже приготовились для проникновения в портал, у которого мы и находились. Призракам оставалось лишь расчистить дорогу около места, где выводил в город пространственный коридор. Дэн был на взводе, и нам так и не удалось поговорить с ним, хотя он несколько раз пытался это сделать. И я отчасти понимала, что ему просто не до меня. Неужели они потащили меня с собой, рискуя погибнуть в этой схватке лишь потому, что у меня был Фор?

Когда поступил сигнал, что дорога свободна, Дэн подошёл ко мне, развернул, глядя прямо в глаза.

– Ты готова?

– От меня опять что-то требуется?

– Мы должны снять поле с города, и ты мне в этом поможешь. И тогда наши воины-веллины смогут напасть сразу с нескольких сторон.

– Ты уверен, что это получится?

– Да. Теперь в центре города уже есть наши единицы, но мы должны делать всё одновременно.

– Значит, это правда, что я нужна тебе лишь из-за Фора. Тебе даже всё равно, кто я такая.

– Рина… Ты не права! – воскликнул он. – Я не знаю, что мне думать, и что делать дальше. И я до смерти боюсь потерять тебя снова. Но это мой долг, защищать Эймар. Если я оставлю всё как есть, и Кителла спустя некоторое время сможет захватить все остальные земли, нам просто придёт конец. Тогда не выжить нам всем, а тем более представителям императорской семьи, которую она ненавидит. Я не знаю, что за отношения были у неё с отцом, он не рассказывал всё до конца, но они настроены решительно. Тогда не будет жизни ни мне, ни тебе. Лишь Фор в состоянии противостоять им, они его боятся и уважают. В нём заключена вся сила древних, ещё с незапамятных времён, когда Ар-Магор не угрожал нам, Фор был единственной преградой для всех врагов и при урегулировании внутренних конфликтов. Он как часть истории и неотъемлемая частичка Эймара.

– Я понимаю тебя. Но я боюсь!

– Чего?

– Боюсь, когда мы узнаем всю правду, ты меня возненавидишь.

– Что ты говоришь. Да ты лучшее, что было у меня за всю мою жизнь, – он приник ко мне, целуя меня, и я почувствовала, как между нами проскочила вновь та невидимая энергия, которую аккумулировал Фор. Он чувствовал, что происходит между нами, и кажется, лишь эта штука знала, всё, что происходит на самом деле.

Мы слились с ним в единой энергии, которая сконцентрировалась в Форе. Наши души слились в порыве, который невозможно было уже прекратить. Может в этом сыграли роль его слова, сказанные перед тем, но я и сама понимала, что должна помочь ему, иначе все те усилия, что мы затратили до того, станут напрасными. И я увидела, как пелена вокруг города рассеивается, будто растворяется, предоставляя место свету заката.

Город, что предстал впереди, был волшебным, сказочным. Кантерм скорее напоминал огромную пирамиду, сложенную из пластинок, именно так мне сразу показалось. Это была целая сеть левитирующих платформ, расположенных в определённом порядке. Внизу, под ними, тоже были дома, скорее бедные кварталы, а сверху на площадках раскинулись сады, фонтаны и белоснежные дворцы, и храмы. Я не всё понимала, но эта картина манила, и я не могла отвести глаз от этого великолепия. А на самой верхушке, почти в самых облаках находился тот самый, императорский дворец, где и появились на свет Дэн и Орс. И именно там сейчас была Кителла, что захватила это место со своими, не совсем понятными мне целями.

– У нас получилось, Рина! Вот он, Кантерм. Моя родина. Главный город Эймара.

– А чёрное поле не вернётся?

– Скорее всего, они смогут восстановить его, но у нас пока есть время. Только никуда от меня не отходи. Ты поняла?

Как же мне показались знакомы эти слова. Только я не могла вспомнить откуда. Кажется, я начинала терять связь с Землёй, но пока не понимала, в чём дело. Может, придёт момент, когда я навсегда останусь здесь? Голос Дэна отвлёк меня.

– Кажется, Неро куда-то исчез.

– Не знаю… Я не видела его уже с начала атаки!

– Странно всё это. Он ведь не собирался в город! – его голос был обеспокоенным, и даже я начала переживать за Неро, несмотря на все наши разногласия. – Ничего не понимаю, ведь он должен был быть с нами.

– У нас мало времени, скоро они поймут, в чём дело, и начнётся контратака, – сказал Орс, что подошёл откуда-то сзади. Его голос был грустным, но вид вполне так боевой. Или он таким хотел казаться. Он отошёл, чтобы давать распоряжения своим солдатам, в то время, как мы снова остались вдвоём с Дэном.

А с этого момента началось самое страшное, что я видела за свою жизнь. Как непонятно откуда вылетали крылатые демоны, а воины Дэнмириана нападали на них, кругом мелькали кварцевые метательные клинки, стоял шум, и побеждённые солдаты падали наземь с обожжёнными и порванными крыльями, а крылатые призраки-маоры как ветер проносились мимо, сметая всё на своём пути. Стаи призраков как саранча кружили над городом, падая камнем на каждого, кто посмел встать на пути Дэнмириана, их владельца. И хоть на первый взгляд они не обладали разумом, но действовали слажено будто мысли Дэна распадались на части, приводя каждого их них в действия. Такие совершенные убийцы, не ведающие страха или сочувствия к врагу.

Но в городе были свои существа, которых я не видела прежде. Они и пытались бороться с маорами, но силы были в этой схватке не равны. Крылатые демоны, входившие в обычное войско Дэна, крушили противника со своим, не меньшим размахом. Орс командовал своим крылатым батальоном, но они подходили с другой стороны императорского дворца, и мы почти не видели их. Я не принимала участия в этом процессе, а Дэн прикрывал меня, больше командуя, хотя пару раз ему пришлось принять бой самому.

– Они уничтожили почти всех местных жителей, – прошипел он в момент, когда стало чуть спокойнее, и вокруг нас не было видно врагов.

– Всех? А как же сенат? – удивилась я. – Он разве находился не здесь?

– Конечно же не здесь. Успели вовремя уйти, когда раздался сигнал опасности. И многие успели уйти, ведь бороться было бесполезно. Отец заставил нас с Орсом покинуть Кантерм, с ним оставался лишь Неро. Он погиб в той битве, несмотря на Фор. А Неро передал мне Фор позже. Но на нём уже лежало заклятье, и я не смог принять его, как хотел мой отец. Орс к тому времени исчез, а меня нашла Кителла лично, она преследовала меня. Она обладает странной магией, но в этом всём заслуга её мага, Самайона. И когда я понял, что она вот-вот завладеет Фором, что был её последней надеждой, потому как весь Эймар она никак не могла захватить, то я приложил все несусветные усилия, чтобы спрятать Фор. Я не знал, что он окажется за Гранью. Наверное, это и лишило меня в тот момент силы. А потом я оказался в Вариторе.

– Почему ты раньше не рассказывал этого? – спросила я.

– Пытался, но ведь тебе иногда трудно что-то объяснить.

– Странно всё это. Значит Фор с заклятьем передал тебе Неро? А отец как раз тогда погиб? Неужели он не защитил его?

– Я не знаю. Вообще не знаю, кому можно верить. Странно всё это. В одном я уверен, что Неро не предатель.

Мне стало искренне жаль Дэна. Сложно разобраться в этой всей интриге, когда не понимаешь до конца свойства артефакта. А я не могла постичь своим разумом все эти силы, что концентрировал Фор. Лишь посвящённым членам императорской семьи были известны свойства этого мозга мира, да и то наверняка не все. Что он аккумулировал в себе? Эмоции? Ненависть? Огромную силу, способную разрушить всё живое? И вместе с тем, он мог проникать за Грань миров вместе с душами, а сами тела не переносил при этом. Или он и это мог сделать? Видно, и души не так легко было транспортировать, ведь даже меня он забирал с Земли лишь во сне.

Мы уже приблизились ко дворцу, приземлившись на край платформы. Нас сопровождал целый отряд крылатых призраков в целях безопасности. И лишь отсюда, сверху, я смогла оценить весь масштаб битвы, что произошла здесь недавно. Я отвернулась на миг, рассматривая Дэна, что с горделивым видом осматривал свои бывшие владения, которые скоро должны были по его мнению вернуться к нему, а сама грустно вздохнула и присела на край скалы, свесив ноги. Это было довольно опасно, находиться здесь, но Дэн не испытывал страха, считая, что Кителла уже дрожит во дворце от страха. Ведь все её воины, что и оставались в живых, покинули зону видимости, и казалось, что огромный город опустел, а дворец, что представлял из себе величайшее творение во всех мирах, никем не охраняется. Хотя мы знали, что их элитные воины могут также принимать третью ипостась.

Некая прозрачная тень метнулась к нм, и Дэн уже обнажил свой кварцевый клинок, по которому пробежала синяя молния, но вдруг перед нами оказался Неро. И мы поняли, почему его не тронули крылатые призраки.

– Неро? Где ты был? – гневно подошёл к нему Дэн.

Он ничего не ответил, но я вдруг заметила в его зелёных глазах некий панический страх, который рвался наружу. Он нервничал, что для него было необычно, это выдавал его хвост, который бился о камни, словно у кошки, и дрожал.

– Мы должны уходить. Ваше Высочество! – он никогда не называл Дэна по титулу, разве что в крайних случаях.

– Ты в своём уме? Посмотри! – Дэн провёл рукой, указывая на город, где местами полыхал огонь, а часть его заволокло дымом, оставшимся после битвы. – Мы освободили всю столицу! Между прочим, пока ты где-то прохлаждался. А теперь ты предлагаешь отступать?

– Потом будет поздно. Это наш последний шанс. Я всё узнал. Верь мне!

– Не говори ерунду! Рина идём! – Дэн попытался оттолкнуть Неро, что став человеком удерживал его.

– Не делай этого! На этот раз послушай меня! Это наш единственный шанс выжить!

– Объясни своё поведение, Неро! – прогремел голос Дэна, казалось, пролетев над всем пирамидальным городом.

– Я объясню, потом. Клянусь! – Неро вытянулся в струнку перед Дэном.

– Я уже не верю тебе! Ты и есть тот предатель, что постоянно строит козни за моей спиной. – Ты!

Он метнул в Неро молнию, и тот застонал от боли, не успев ничего предпринять.

– Дэн, что ты делаешь? – встряла я. – Ты же ранил его! Он же твой друг!

– Пусть только попытается помешать мне. Идём! Завершим своё дело, – он сгрёб меня в охапку, оставив стонущего Неро на каменном выступе.

– Нет! Мы не должны так поступать! В тебе же есть что-то человеческое!

– Так ты с ним заодно? – прошипел он. – Идём. Он регенерируется, не переживай за него.

Я вырвалась, приняв крылатый облик.

– Я сама! И нечего мне тут указывать. По-моему, это ты тут от меня зависишь, а не наоборот!

Мы взлетели в сопровождении его призрачных воинов, что следовали за нами, будто тени. Но далеко уйти нам не удалось. Неожиданный удар пришёлся прямо на нас, будто оглушив невидимой энергией, которой мы не могли противостоять. Его воины тут же сгорели в этом поле, а Дэн упал вниз, на террасу дворца. Я же не успела долететь до террасы, поняв, что падаю в пропасть. Мои крылья горели и плавились, будто обожжённые кислотой, и я испытывала тупую боль где-то в спине. Я бы не долетела до поверхности и разбилась бы насмерть, если бы Фор не вернул меня в этот момент на Землю. До поверхности оставались считанные метры, но лишь моя тень успела коснуться её.

Глава 29

Я проснулась, пытаясь понять, что вообще происходит. Выглянула в окно и увидела там две полицейские машины. И машину Дениса, покрытую слоем снега. Кажется, он никуда не уехал вчера. Почему? Что случилось ночью. Я выскочила из спальни, увидев мать, а выражение её лица было странным, напряжённым. Она была одета, но ждала чего-то, не собираясь на работу.

– Карина. Прости меня.

Я подняла голову, услышав эти слова. К чему пустые извинения, когда сначала столько гадостей наговорила. Я не ответила, просто отвернулась. Входная дверь открылась, и в квартиру вошёл Ветров, а за ним мужчина в полицейской форме.

– Денис, а что происходит?

Он повернулся к моей матери, ожидая от неё ответа.

– Карина… Я написала признание…

– Какое признание, мама? – не сразу поняла я.

– В убийстве по неосторожности…

– Что?! Как? Кого?

– Олега… Прости меня, моя девочка.

– Что? – я перевела взгляд на Дениса, который стоял рядом с каменным выражением лица.

– Пойдёмте, – второй полицейский застегнул наручники на руках матери, – Простите, но так надо.

– Куда они? – я взглянула на Дениса, ничего не понимая. – Что происходит! Скажите мне все! Её везут в тюрьму?

– В следственный изолятор. До суда.

– Денис! Какой ещё суд! Она ни в чём не виновата.

– Я виновата, Карина. Не спорь. Во всём, что случилось, лишь моя вина.

Они вышли, и я увидела в окно, как она садится в машину, и оба автомобиля выезжают со двора. Как всё жестоко. Как вообще жить дальше?

– Зачем ты это сделал, Денис! Это ведь ты на неё надавил, да?

Он пожал плечами. Потом повернулся ко мне, а глаза его блестели.

– Да!!! Потому что именно она должна понести ответственность за случившееся с тобой. Я просто верно направил её мысли.

– Что будет со мной? Её посадят. Почему всё так… так жестоко… почему ты вмешался?! Я ненавижу тебя!!! Я…

– Нам надо ехать, – прервал он мои слова ледяным тоном.

– Куда? Я пойду в школу, – не знаю, что я говорила, ведь я давно туда опоздала.

– Какую ещё школу, Карина! Ты хоть понимаешь, что ты важный свидетель?! Ты это понимаешь? Осталось совсем немного. Мы передадим фонограмму в нужные руки. Сегодня! Я обо всём уже договорился! Карина!

– Я никуда не поеду с тобой!!! – крикнула я в ответ.

– Так… – он схватил меня за руку, развернув к себе. – Ты поедешь со мной! Ты должна сделать это! Мы должны взять Каткова!

– И потом ты оставишь меня в покое? – тихо спросила я, глядя ему прямо в глаза.

– Потом, когда всё кончится, если ты этого захочешь, я оставлю тебя в покое… Я обещаю тебе.

Я села за стол, глотнула воды. Потом подняла голову, пытаясь понять, о чём он думает. Зачем он это сделал. Если уж кто-то и должен был понести наказание за то убийство при самообороне, то это должна была быть я.

А меня бы, возможно, и не посадили. Конечно, нервы помотали бы, но скорее всего я осталась бы на свободе. Разве может один человек расплачиваться за грех другого? Пусть даже вынужденный? Хотя, если бы все узнали о том, что произошло, то меня всю жизнь считали бы убийцей или и того хуже… чёрт… Но она же сама согласилась. Её никто не пытал, чтобы она написала признание. Интересно, он ещё и про место ей сказал? Откуда он мог узнать всё это? К сожалению, на каменном лице Дениса невозможно было что-то прочитать, а говорить с ним на эту тему я больше не хотела. Это же надо было так испортить единственный приятный момент вчерашнего дня. На это нужно иметь особенный талант. А Денис, смотрю, человек талантливый. Правильно говорят, что талантливый человек талантлив во всём, даже если это касается таких странных вопросов, как мой. На этой мысли я горько усмехнулась.

Он не говорил со мной. Сидел на моей кухне и пил наш кофе. С чего такая вот наглость. Я вдруг присмотрелась к его лицу, где под глазами, появились небольшие отёки, и поняла, что он совсем не спал сегодня. Мне стало стыдно от своих мыслей, ведь он не спал из-за меня. Интересно, я ему и правда небезразлична? Или вчера это был просто сиюминутный порыв? Он не признается. Я думала, что достаточно изучила его за это время, а оказывается я ничего и не знала о нём толком.

– Позвони в больницу, – произнесла я наконец-то, прервав молчание. – Про Стаса узнай!

– Это я и собирался делать, – Денис достал телефон. Потом вышел в коридор.

А я всё же налила себе чая, ведь у меня во рту не было ни крошки ещё со вчерашнего обеда со Стасом, если это можно было назвать обедом. Поэтому я в темпах забросила в себя ещё бутерброд. Денис вернулся на кухню, и даже чуть заметно улыбался.

– Стаса перевели в палату. Мы можем заехать к нему.

– Что? – я осеклась и замолчала на несколько секунд. – Как он?

– Вроде бы всё в порядке. Швы снимут через несколько дней. Важные органы не задеты.

– Ладно… поехали. Только ради Стаса.

– Так бы сразу, – недовольно буркнул он. Куда пропал тот романтик, которого я увидела в нём вчера? Это был тот же Ветров, которого я боялась столько времени.

– Постой. Скажи мне правду. Как ты догадался? – я наконец-то смогла выдавить из себя этот вопрос.

– Как догадался? – он прищурился. – Интересный вопрос. Ты ещё не поняла?

– Нет, – я качнула головой.

– В тот день, когда Олег Зорин шёл к вам домой из бара по пути успел повздорить с одним из ваших соседей. В вашем дворе жил пожилой мужчина…

– В третьем подъезде? Дед Миша?

– Да.

Я вспомнила. Действительно, такой человек бы. А потом куда-то пропал. Я хорошо помнила его ещё с детства постоянно под градусом, собирающего пустые бутылки по всему району, что он потом волок к себе домой, видимо, отмывал их там, а потом нёс в пункт приёма стеклотары, что находился за углом. Пункт потом закрыли, а дед Миша исчез. Хотя, как я подумала, его забрали к себе родственники, что продали его квартиру, и теперь в ней жили другие люди.

– Что было дальше?

Лицо Дениса было напряжённым, но он старался не выдать своих эмоций. Ему тоже тяжело было говорить про это, и я начинала понимать его мотивы, но пока он был для меня закрытой книгой. Он открыл форточку и закурил, пуская дым на улицу, откуда в ответ валил густыми клубами морозный воздух. Потом он сделал глоток кофе, поставил чашку и повернулся ко мне, глядя в глаза.

– Когда Зорин встретил его у въезда в ваш двор, у него в руках была бутылка пива, в которой оставалось немного на дне. И вот дед, что как раз проходил мимо, попросил оставить ему глоток вместе с бутылкой, но Зорин лишь рассмеялся, допил и разбил её у деда на глазах. Осколки остались там, на газоне у тротуара, которые не вымели дворники. И когда я опросил деда, то естественно понял, что Зорин направился к тебе. А осколки были тому доказательством. Дед был мертвецки пьян во время нашего с ним разговора, и я еле понял, что за обиду он мне высказывал. Я дал ему в тот день ещё денег, собираясь вернуться к нему позже. А потом я познакомился с тобой. Скажу честно, ты держалась стойко, и я бы ничего сразу не заподозрил. Но на всякий случай незаметно взял в вашей квартире на экспертизу следы, отдал их знакомому лаборанту на исследование.

– И что показала экспертиза? – тихо спросила я, отвернувшись, чтобы не смотреть на него. Неприятно было всё это слушать, особенно сейчас, когда я привыкла к мысли, что никто ничего не знает. А особенно больно было то, что их говорил именно этот человек.

– Следы спермы и крови. Их было ничтожно мало, но всё же. А ещё следы чистящего средства, совсем свежие. Но поскольку эти следы могли появиться от чего угодно, тем более, что он жил с вами уже пару месяцев, то это не могло являться доказательством. Тем более, в день убийства у твоей мамы было железное алиби. Она была на дне рождения подруги, и они вместе сидели в баре почти до утра. Там нашлось достаточно свидетелей.

Его голос стал совсем тихим. И до меня начало доходить, чего ему стоило три года сдерживать в себе то, что он узнал ещё тогда. Поэтому он постоянно думал про меня. Он всё знал, и не выдал меня, а я была о нём такого плохого мнения. Да это подвиг для Дениса не меньше, чем мои усилия, чтобы суметь нормально жить дальше. Он продолжил спустя пару минут.

– Я наблюдал за тобой потом. Узнавал информацию о твоих друзьях, связях, увлечениях. И когда понял, что стало с тобой, сложил все факты, узнал о том, кто такой был Зорин и про его характер, то тогда до меня и дошло… Я всё понял, но также понял другое… я понял тебя… Чёрт возьми… – он ударил кулаком в стену. – Было ещё не поздно всё исправить и собрать доказательства, но ты начала жить, пусть не так, как прежде. Мы с тобой встретились как-то, столкнулись на лестнице, но ты не узнала меня. Шла, улыбалась и думала о чём-то своём, с книгой в руке. И я понял, что не смогу лишить тебя этого…

– Почему? Почему ты не выдал меня, Денис! – я поднялась резко со стула, а он вдруг прижал меня к стене, упёрся в неё ладонью и склонился надо мной.

– Не смог… Я… Карина, я думал, как правильно выкрутиться из той ситуации. Знал, что нельзя оставлять труп. Я не следил за тобой больше специально, но так получилось, что наши пути начали пересекаться чаще.

– Не продолжай. Прошу тебя. Не могу это слушать.

– И не будешь больше. Скоро ты забудешь всё, как страшный сон. Я помогу тебе.

– Почему? Зачем тебе это нужно? Почему ты вообще целовал меня вчера? Чтобы потравить мне душу? Издевался?

– Нет… я поспешил. Просто сначала я должен был решить этот вопрос с Зориным и твоей матерью. Извини, но я считаю, что это лишь её вина.

– А вчера? Что тогда было вчера? В машине, а потом у тебя дома, – настаивала я.

– Давно хотел это сделать, – он чуть заметно улыбнулся, потом подошёл ко мне, наклонил голову, оставив на губах лёгкий поцелуй. Но у меня сейчас не было абсолютно никакого настроения, чтобы отвечать ему тем же.

– И что дальше? Что делать мне? Как всё это воспринимать?

– Я не буду спешить, обещаю. Сам не знаю, что со мной. Но сначала нам надо разобраться с проблемами сегодняшними. А потом мы поговорим. Хорошо?

– Хорошо, – я сглотнула и кивнула головой.

– Вот и молодец. Выше нос! – он вздёрнул пальцем мой кончик носа, а потом чмокнул в него. – Нормальная жизнь, она ведь только начинается. Всё будет хорошо, я обещаю тебе. Я не брошу тебя и не оставлю одну. Карина, я тебя…

Телефонный звонок перебил его последнюю фразу, и я так и не узнала, что же он хотел сказать. Он отошёл, быстро поговорил, и вернулся с серьёзным видом и сверкающими глазами:

– Нам нужно ехать. Мы добились своего, Карина! Сегодня прокурором области будет подписан ордер об аресте Юрия Каткова и ещё нескольких человек из его окружения. А ты это время побудешь у меня дома, там безопасно. После моего возвращения всё обсудим. Но сначала заедем к Стасу.

– Я не хочу больше ехать к тебе!

– Пожалуйста, Карина! Сделай по-моему. Я желаю лишь лучшего, хочу наконец-то прекратить этот кошмар. Пожалуйста… Я не могу оставить тебя здесь.

– А что будет дальше? Даже если Каткова арестуют. Что будет завтра? Послезавтра? Как мне теперь жить? Ты всё знаешь… Что ты будешь обо мне думать?! Я боюсь тебя, Денис.

– Нет… Ты не должна бояться меня, – он наклонился, и опять поцеловал меня. Не знаю почему, но я робко ответила ему, а потом отвернулась.

– Ничего не получится. Я не смогу…

– Поговорим позже… Поехали.

Я оделась, и мы с Денисом вышли. Метель прекратилась, и на ярко-голубом утреннем небе сияло солнце, ослепляя глаза. Снег, что успело намести за ночь, весь искрился, переливался и резал взгляд. Я смотрела на него, прищурившись, и думала, как быть дальше, пока Ветров чистил свою машину, сметая с неё толстый слой снега щёткой.

Мы выехали, и он взял направление в город. Я молчала, всё думала про мать и то, что совсем, совсем скоро труп Зорина наконец-то достанут из бомбоубежища. А ещё о том, что у меня больше нет секрета, нет этой тайны. Я освободилась от неё, и в душе была пустота, пока ни чем не заполненная. Мы выскочили на трассу, проехали придорожное кафе, в котором бывали со Стасом. Денис двинул вперёд рычаг, прибавил скорости. Всю дорогу ему кто-то звонил, но я не слушала, сидела, отвернувшись в окно, и вспоминала, как мы с ним ехали в тот день, когда встретились в отделении, когда он забрал меня у усатого полицейского. Потом вспомнила про вчерашний вечер, и на душе стало горько до боли. Зачем он целовал меня? И при этом как… я закрыла глаза, проигрывая всё в голове. У нас с ним никогда ничего не получится, как и с Дэном из моих снов. Между нами пропасть. У меня впереди вся жизнь, только вот какой она теперь будет?

Я открыла глаза от того, что машина вдруг резко дёрнулась в сторону. Денис напряжённо всматривался в зеркала. Потом ещё прибавил скорости. Я оглянулась, пытаясь понять, что он там увидел. Два больших чёрных джипа нагоняли нас, а Ветров пытался уйти, маневрируя по загруженным полосам между другими автомобилями.

– Что происходит, Денис?

– Кажется, за нами погоня. Пристегнись! – крикнул он, пытаясь уйти в сторону.

– Мне страшно.

Он ничего не ответил, ему было уже не до того. Я закрывала глаза от страха, когда он выскакивал между встречными и попутными автомобилями, пытаясь уйти от преследования. Но чёрные джипы тоже не отставали, повторяя его движения.

– Это люди Каткова? – спросила я, когда выдалось несколько относительно спокойных секунд.

Он лишь кивнул головой, перестраиваясь опять. Но один из тех вдруг вырвался вперёд, сравнявшись с нами. Окно открылось и тот, кто сидел на пассажирском сиденье, достал пистолет и начал стрелять по колёсам. Несколько выстрелов были сделаны мимо, и Денис почти что оторвался от погони, но в это время, в наше колесо, судя по всему попали, потому как машина пошла резко влево, и Ветрову не удалось удержать управление. А в этот самый момент по встречной полосе ехала большая синяя фура. Я громко отчаянно закричала, поняв, что сейчас произойдёт неизбежное. Раздался звук удара. И машину понесло к обочине, раскручивая на сколькой дороге. Моя подушка безопасности сработала. Его нет. Я получила удар в рёбра, и не могла видеть того, что произошло дальше. А машина Дениса снесла металлическое ограждение и летела в кювет, переворачиваясь по насыпи. Несколько раз перевернувшись, она остановилась колёсами вниз. Как же страшно. Я не думала про ту боль, что испытывала сама. Я думала лишь про Дениса. Жив он или нет.

– Денис! Денис! – произнесла я, надеясь услышать его голос. Но ответа не последовало. Потом я увидела, что к нашей машине бегут несколько мужчин, а сверху остановились машины. Но это были не машины преследователей. Просто люди, что ехали по трассе остановились, чтобы помочь. Мою дверь открыли, и какой-то незнакомый мужчина помог вылезти наружу. Кажется, у меня было сломано ребро, но это были мелочи. Денис…

– Он жив? – тихо спросила я у мужчины, который пытался его достать. Рядом женщина звонила в скорую, а сверху на трассе уже слышался пронзительный звук полицейской сирены.

– Похоже, что да. Хоть бы скорая помощь успела.

– Денис! Ты не можешь… – по щекам текли слёзы, что тут же превращались в лёд. – Денис! Что делать?

Его глаза были закрыты, на виске кровоподтёк. Он даже не шевелился, поскольку был без сознания. Я билась, пытаясь пройти к нему, но меня не пустили, чтобы не повредить ему ничего ещё больше.

– Девушка, а с вами всё в порядке? – спросил мужчина, который придерживал меня.

– Да всё со мной в порядке! Отпустите!

– Вон и скорая. Хорошо, хоть оперативно в этот раз. А то обычно по часу не дождаться, – буркнула женщина, что стояла рядом.

– Да, вот у нашей соседки инфаркт был, так машину два часа почти ждали… – раздался ещё чей-то голос. Но я не слушала. Просто не сводила с Дениса глаза. Как же всё ужасно. А может, они охотились не за ним, а за мной. В машинах не было самого Каткова, насколько я успела заметить. Интересно, их успели поймать? Денис… Только выживи, прошу тебя.

– Так, грузим на носилки. Люди, расступитесь! – послышался громкий басистый голос мужчины в халате. Я стояла и смотрела, как Дениса транспортируют в машину. Совсем, как вчера Стаса. Только непонятно, чем всё закончится.

Мы приехали в ту же больницу, где лежал Стас. Что за ирония судьбы! Доктор, что осмотрел меня, сказал, что у меня просто ушибы, поэтому мне вкололи обезболивающее. Предложили успокоительного, но я отказалась, не видя в нём смысла. Я не отходила от дверей реанимации, слушала каждое слово. Все мысли сходились на Денисе, над которым бегали один за другим врачи, ведь я видела, как они сновали туда-сюда через белые двери реанимации с озабоченными лицами.

– Впустите меня туда! Я хочу пройти к нему! – обратилась я, наконец-то к медсестре, что выходила из кабинета.

– Нельзя, девушка. А вы ему кем приходитесь? – тихо ответила она.

– Никем… – прошептала я.

– Тогда тем более. Он всё равно без сознания. Доктор сейчас выйдет, я попрошу, чтобы он поговорил с вами. Да присядьте вы уже, вон там стулья есть.

– Я не хочу.

Доктор действительно вышел очень скоро. Его лицо было озадачено. Ни тени улыбки. Я подошла к нему, открыла рот, чтобы спросить по поводу Дениса, но язык не слушался. Но он сам всё понял.

– Так кто вы ему? – нервно спросил он. – Мы имеем право давать информацию только родственникам. Тем более, что он представитель органов.

– У него нет родственников, кажется… Скажите просто… Денис выживет?

– Этого мы не знаем. Состояние крайне тяжёлое.

– А кто знает? – я повысила голос.

– Кто знает? – он странно посмотрел на меня, а потом поднял указательный палец, указывая наверх. – Он только знает.

Я не заметила, как сзади подошёл ещё один мужчина. Он достал своё удостоверение, развернул и показал доктору.

– Подполковник Кравцов. Денис Андреевич мой подчинённый. Мне вы предоставите информацию, – он вдруг обратил внимание на то, что я стою рядом. – А вы, девушка, и есть наш свидетель? Капитан Ветров говорил о вас сегодня, когда звонил мне.

– Узнайте, что с ним, – произнесла я, стиснув зубы.

– Иди, подожди, – он махнул головой в сторону металлических сидений в конце коридора у окна. – Потом я тебе расскажу всё. Только отсюда никуда, поняла?

– Поняла, – куда я могла отсюда уйти. Да мне теперь и идти то было некуда. В пустую квартиру со Свором? Хороший собеседник. Главное, лишних вопросов не задаёт.

Я присела и смотрела, как они беседуют. Потом подполковник развернулся, и направился ко мне. Его вид был каким-то невесёлым совсем. Лицо напряжено, а на лбу чётко выступили морщинки.

– Что там? – я подскочила с места.

– У Дениса травма головного мозга. Деятельность почти на нуле. Так, в остальном, несколько переломов, хоть и сложных. Никаких гарантий. Твою мать, Денис… Как тебя угораздило…

– Он не выживет? – тихо спросила я, поняв, что голос поник.

– Я не знаю. Может, продержится под аппаратами ещё. Переломы то заживут, а вот голова… надежда есть, но очень, очень слабая.

– Что же делать?

– Молиться, что делать... Ладно. Денис говорил, у тебя какая-то запись есть в телефоне.

– Да…

– Он собирался мне её отдать. Чтобы сделали её экспертизу.

– Скажите, а Каткова ещё не арестовали?

– Нет… А вот тех молодчиков на машинах и того, кто стрелял в Станислава Александровича, как раз поймали. Осталось совсем чуть-чуть. Мы сможем раскрутить их.

– Держите телефон… – я достала сим-карту и подала ему аппарат.

Он аккуратно взял его, положил в прозрачный пакет, потом спрятал в карман.

– Держись! Здесь побудешь?

– Да, – я сглотнула и кивнула головой.

– Я сейчас позвоню, чтобы вас охранять приехали. Вас теперь одних не оставить. А сам повезу телефон твой. Чем быстрее, тем лучше. Пойду только ещё с вашим знакомым побеседую. Хорошо, хоть в одной больнице оказались, а то ещё и мотаться бы пришлось по городу, – он вздохнул и ушёл, оставив меня в одиночестве.

Как же плохо… Стас… Нужно зайти к нему, пока тут нет новостей. Я ещё раз подошла к дверям реанимации в надежде услышать хоть что-то новое для себя. Но там было тихо. Поэтому я направилась к лифту и поднялась в хирургию, где и находился Станислав. Я зашла к Стасу, когда оттуда вышел уже знакомый мне полицейский. Зашла, увидела его, на груди у него была повязка, а лицо бледное словно мел. Он не улыбался, как обычно, а в глазах застыло выражение отчаяния.

– Карина… Как хорошо, что ты пришла. Карина! – он попытался подняться.

– Не вставай. Нельзя…. – я поняла, что снова плачу. Всё то, что произошло за эти пару дней, выливалось в горьких слезах. – Ты мне ещё живой нужен. Один у меня остался.

– Думаешь, всё так безнадёжно с Денисом?

– Я уже вообще ничего не думаю. Ничего. Я не знаю… если только чудо поможет ему, – я присела на край койки и дотронулась до руки Стаса.

– Не плачь, – он перехватил мою руку, прижав в своей щеке. – Посмотришь, всё наладится.

– Уже ничего не наладится. Я не знаю, как мне жить дальше. Стас…

Я разрыдалась. Тихий плач перешёл в истерику. Я вспомнила про маму, и от этого стало ещё хуже. Почему она написала явку с повинной? Неужели её действительно так гложут угрызения совести? Или же это лишь заслуга Дениса? А теперь предстоит суд. Да… я не смогу остаться в той квартире одна, ведь я ещё несовершеннолетняя. Интересно, куда мне придётся уехать, может к бабушке? Хотя, какая уже разница. Хоть на край света. Главное, чтобы бабушка пережила всё это, у неё и так сердце слабое. Я всё равно не смогу больше жить в той квартире. Я немного успокоилась и подняла на Стаса заплаканные и наверняка красные и опухшие от слёз глаза.

– Скоро тебя выпишут?

– Несколько дней. Швы снимут и адью. Так что скоро встретимся.

– Не встретимся мы скоро, Стас… – рассказать ему или не стоит? Хотя, зачем. У него и так переживаний хватает.

– Что-то произошло?

– Ничего хорошего. Маме уехать пришлось. Надолго.

– Это же не навсегда, – он еле заметно улыбнулся, и я вдруг поняла, что это действительно не навсегда. Главное, чтобы Денис выжил.

– Кстати, а что там с Катковой? Про её папашку я уже в курсе дел.

– Я записала видео. Позавчера. На твой мобильный.

– Покажешь? Сенсация в кармане?

– Нет, Стас, – я покачала головой. – Я отдала телефон на экспертизу. Ты знаешь, я подумала тут… Больные люди, их же жалеть надо, а не наказывать. Они же не виноваты, что они такие. Это же просто болезнь… Психическое заболевание. Их жизнь сама накажет за всё, а я не стану унижаться до этой мести.

– И то верно. Как знаешь. Главное, чтобы Юрия закрыли… Спасибо тебе.

– За что… Я ни чем и не помогла…

– За то, что ты просто есть на свете. Если бы в мире было больше таких людей как ты, то мир стал бы хоть немного лучше и чище.

– Они есть, эти люди… просто надо смотреть внимательно вокруг себя. Ты, например… Или Денис… Знаешь, я точно поняла одну вещь. Иногда думаешь про человека одно, а оказывается, что всё совсем не так.

– Знаю… Номер телефона свой не меняй хотя бы. Созвонимся потом, если ты и правда уедешь.

– Обязательно! Я к Денису. Хорошо? Не обижайся только.

– Иди, – он подмигнул мне. – Главное верь, что всё будет хорошо.

Я не удержалась и поцеловала его в щёку. Он покраснел и отмахнулся.

– Иди уже!

– Пока. Я не прощаюсь.

Я вышла. Около реанимационного отделения стояла тишина. Никого не было. Странно. Пустынно и одиноко. Больно. Вдалеке сидел на стуле человек в форме. Видно, из тех, о ком говорил начальник Дениса. Я мерила шагами пустой коридор больницы. Думала. Сколько же мыслей успело пролететь в моей голове. Кажется, что всё представление об окружающем меня мире перевернулось с ног на голову и стало иным, непонятным. Да разве я могла бы подумать, что тот человек, которого я недавно так боялась, теперь умирает там, за дверью опутанный проводами, что ведут к аппаратам поддержания жизнедеятельности. А я просто не могу представить, что его не будет в живых. Не могу и не хочу это представлять, несмотря на ту тайну, которая известна лишь мне, ему и уже моей матери, которая смогла отдать свою, так ценимую ей свободу, за то, чтобы я дышала свободно.

Я присела на металлическое сиденье, чтобы ноги хоть немного отдохнули. Потом увидела, что ко мне подходит тот самый доктор, что говорил с нами в прошлый раз. Он присел со мной рядом.

– Он вам не безразличен, да?

Я кивнула головой, и вытерла рукавом слезу. Доктор смотрел на меня, а потом приобнял одной рукой, успокаивая.

– Держись. Знаешь, даже в медицине бывают такие случаи, когда происходят невероятные и непонятные вещи. Мы действительно делаем всё, что можем. Но здесь иногда всё зависит от самого человека, от того, насколько он хочет жить. Шла бы ты домой.

– Ага… домой…

Я осталась одна. Точнее не совсем одна, ведь в другом конце коридора у лестничной клетки дежурил полицейский, а внизу в холле ещё двое. На улице уже смеркалось, а я ужасно устала. От информации, что свалилась на меня. От погони, больницы, от нервного напряжения. Я ни на что уже не надеялась. К сожалению, в нашем, реальном мире, не бывает никаких чудес. Всё понятно уже, просто никто не хочет сказать напрямую правду. Что-то выдумывают, чтобы успокоить меня. Надежды нет. Умереть самой хочется…

Я поправила свою кофту и поняла, что Фор так и остался на моей шее под одеждой, ведь с самого утра у меня началось выяснение отношений, и я совершенно о нём забыла. Просто было не до него. А ещё я поняла, что мои глаза слипаются. Я прислонилась головой к стене больничного коридора, почувствовав лёгкий холодок, что чуть уменьшил боль в пульсирующих висках. Кажется, я засыпала…

Глава 30

Я не понимала, где нахожусь. Странное место, но опять же, это Эймар. Голова нещадно болела, а в спине оставалась лёгкая боль, но она уже не шла в сравнение с той, что я испытала в прошлый раз, при падении. Я обернулась, стараясь в тёмном помещении рассмотреть того, чья тень мелькнула, но тут же скрылась из виду. Странное место, больше похожее на некую лабораторию. Как будто в сказке о злом колдуне. В одном углу целая кипа книг, ветхих, что кажется, рассыплются на глазах. В другом, меж прозрачных пластинок, поток энергии, подобный полю, окружающему Эймар. Я провела глазами по комнате, и поняла, что такие пластинки есть ещё, причём в различных интерпретациях. Колбы и пробирки с разноцветными жидкостями, некоторые из которых шипели и пенились, дополняли картину. Бутыли с непонятными веществами стояли по углам, а посреди помещения была подставка, где находилось нечто круглое, пластина диаметром около метра, на которой творилось нечто невообразимое, будто картины появлялись и тут же исчезали, уступая место сверкающим точкам, что напоминали звёзды, а потом они же преобразовывались в цветные разводы.

Я подошла к этой странной конструкции и вытянулась, рассматривая её, но подойти слишком близко не решилась. Просто пыталась понять, что это. Да, и почему я здесь? Некий шорох в стороне снова напугал меня, я повернулась и вдруг увидела хозяина этой комнаты. Это был сухонький старичок, небольшого роста. Его длинные седые волосы выбивались из-под странного головного убора, а полупрозрачная мантия, в которую было закутано его тело, давала понять, что под ней надет тёмный костюм, с широким блестящим поясом. Он смотрел на меня как-то радостно, не скрывая своих эмоций, а тёмно-фиолетовые глаза блестели.

– Наконец-то, наконец-то получилось, – бормотал он.

– Что получилось? – не поняла я. – Что у вас получилось? И где я?

– Пространственная воронка, она уничтожена… Наконец-то. Теперь ты никуда отсюда не денешься!

– Какая нафиг воронка? Вы вообще кто? Что я здесь делаю?

– То, что делала всё это время, дорогая. Извини, не знаю, как тебя зовут. Хотел бы назвать тебя Арис, но ты же не она.

– Кто вы?

– Я тут личность маленькая и незаметная.

– Вы и есть тот самый маг императрицы? – догадалась я.

– Конечно, дорогая. А я смотрю, тебя успели осведомить.

– Скажите, что происходит на самом деле? И где Дэн?

Я вдруг вспомнила момент нападения на нас, точнее столкновение с полем неизвестного характера, и мне стало страшно за Дэна. И за Неро, что остался там, снаружи. А ведь Неро был прав, он же предупреждал Дэна о том, что ему угрожает опасность. Вот только сделал он это неправильно и не вовремя. Стоп, о какой воронке он говорит? Которая переносила Арис всё это время к Дэну? Арис, в тело которой я перемещалась? Тогда где она сама? Я пристально смотрела на суетящегося дедулю-мага, думая, как мне быть в этот момент. Мысли вдруг запутались, и я не могла понять, что происходит. Потом увидела открытое окно, и пришла идея вылететь, чтобы покинуть это место и рвануть на помощь Дэну. Но тут я заметила, что на мне нет артефакта. Я схватилась рукой за шею в надежде, что цепочка с Фором вернётся на место, но поняла, что надежда бессмысленна. Я напряглась, пытаясь сменить ипостась, чтобы стать крылатой, но ничего не выходило. От напряжения я даже покраснела, но не могла ничего сделать.

– Можешь не стараться, – заметил он, увидев мои усилия. – Я блокировал твои силы снова. Не знаю, как тебе удалось вернуть их в прошлый раз.

– Что вы делаете? Отпустите меня! Что вообще происходит?! – взорвалась я. Потом подбежала к дверям, стараясь открыть их, стучала, кричала, но тяжёлые обитые металлом двери оказались прочными. Я повернулась к магу, думая, наброситься на него или лучше сначала поговорить. С виду он был хиленьким, и не представлял никакой опасности. Вспомнила про Дэна. Нужно делать хоть что-то! Я словно разъярённая кошка кинулась было на него с кулаками, решив найти и отобрать у него ключи, но силовой удар отбросил меня к противоположной стене. Я поднялась, потирая ушибленную руку и поясницу.

– Ты зря стараешься! Я же сказал, у тебя ничего не выйдет!

– Зачем я вам? И где Фор?! – закричала я.

– Я долго ждал этого момента, пока он вновь попадёт ко мне, – он указал скрюченным длинным пальцем на устройство, где между двумя пластинками, подобным тем, что я видела перед тем, и находился Фор. Он не был закреплён, его удерживала некая сила, как будто разряды проходили сквозь него. Я рванула к нему, но была вновь отброшена в сторону.

– Что вы делаете? – громко возмутилась я.

– Я убрал от тела пространственную воронку. Осталось достать из Фора душу Арис, и дело сделано. Нерокромеран обманул меня жестоким образом, но ему это не сойдёт с рук. Сразу знал, что нельзя верить имперскому прихвостню!

Что? О чём он говорил? Неро имел с ним дело? И обманул его в чём-то? Арис и её душа находятся отдельно? Как всё это возможно?

– Где сама Арис, скажите мне, прошу! – взмолилась я. – Всё равно я от вас уже никуда не денусь!

Я сделала вид, что сдалась и больше не оказываю сопротивление. Но сама думала, как же мне выкрутиться из этой нелепой ситуации. Он обладал немалыми силами, несмотря на свой скромный вид, а я не могла вернуть свои способности. Точнее магию Арис.

– Арис… Арис. Вон где, – он вновь указал на Фор. – Её душа заключена в артефакте силы эммов. Сколько времени я потратил, чтобы достать её наружу и вернуть её в тело, что находилось здесь, сколько пытался блокировать странную четырёхмерную пространственную воронку, что он создавал – всё было напрасно. Но сегодня мне это удалось! Я нашёл способ уничтожить её! Воронки больше нет!

Так вот почему Фор не всегда переносил меня к Дэну! Кажется, я поняла. Ведь в это время маг колдовал над бездушным телом, желая вернуть в него жизнь. Блокировал непонятную мне воронку, невидимый блуждающий портал, который связывал тело Арис, Фор и меня. А я оставалась на Земле, не понимая, в чём дело.

– Так Арис в нём? – я почувствовала, что у меня округляются глаза от этой новости. Как это вообще возможно?

– Неро обманул меня. Думал, ему удастся обхитрить старого Самайона. А сам попался в свою же ловушку!

– Причём здесь вообще Неро!

Он прошёлся по комнате. Что-то долго и тщательно перемешивал в своих пробирках, а потом вылил содержимое на круглую пластину в центре комнаты. Оттуда раздалось звучное шипение, а вокруг пластины образовался густой чёрный туман.

– Всё… Поле восстановлено. Осталось совсем немного, и имперские наследники больше ничего не смогут сделать. Все жители Эймара за пределами поля будут уничтожены в один прекрасный миг. И тогда наступит эра величия Ар-Магора… Мы завладеем полностью этими землями… Неро, тоже мне великий политик. Думал, получил козырь против Её Величества Кителлы вэл Деолен? Вот только просчитался чуток. Самайона Лемерта не так просто обмануть, хотя временно ему это удалось сделать.

– Что сделал Неро, скажите! Я должна знать правду!

– Правду? Неужели человеку из-за Грани интересна правда? А, забыл, ты же успела вдоволь пообщаться с наследным принцем Эймара. Я скажу тебе. Всё равно ты больше никому ничего не расскажешь. Осталось совсем немного, и магия уничтожения перейдёт в нужную ступень. И тогда всё! Всем им конец…

– Правду, – прошипела я. – Хватит ходить вкруг да около.

– Я почти пятьсот лет искал то самое заклятье, что сможет блокировать Фор, и поможет нам. Кителле удалось обвести Алистера старшего вокруг пальца и убить его. Но Фор был всё ещё неподвластен ей. И тогда Неро, которому удалось выжить в той битве, заключил со мной сделку в обмен на свободу. Он знал, в чём состоит один из секретов Фора. Клайстен сказал ему ещё перед смертью, в ходе той битвы.

– В чём же?

– Фор сконцентрирован на чувствах и эмоциях владельцев. Он копит в себе всё, генерирует энергию отчасти благодаря тому, что сам питается чувствами.

Неро сказал мне это, когда пришёл ко мне, чтобы заключить сделку. Единственным способом лишить имперских наследников способности пользоваться Фором, являлось нанести на него заклятье. Оно заключалось в том, что душа той избранной, кого любит владелец Фора, будет заключена в нём. Точнее избранная одного из владельцев, имеющих доступ к силам Фора. По словам Неро это должна была стать его сестра, которой он жертвовал ради своей свободы. Казалось бы жертва, да, с его стороны. И я поверил ему. Но Неро знал, двуличная тварь, что Дэнмириан не питает к ней никаких чувств, как впрочем, и к другим. Его целью являлась Арис, дочь императрицы. Никто в Ар-Магоре, в том числе и я, не знал, что между Орсинианом и Арис уже вспыхнула любовь, настоящая любовь. И заклятье, что планировалось применить к избраннице старшего принца, переметнулось на Арис, принцессу Арис вэл Деолен.

– Кажется, я поняла… Но ведь заклятье можно снять!

– Можно, конечно… – Самайон вдруг расхохотался, даже пробирки задрожали на полках. – Вот только никто и предположить не мог, что Фор притащит тебя за Грань, а старший принц влюбится в ту, что заняла тело Арис. А способ снять заклятье есть, но только вряд ли кто пойдёт теперь на это. Неро думал, что поймал на крючок меня и Кителлу, но не тут то было! Он попался сам! Другу помочь хотел? Вот теперь посмотрим, кто оказался победителем.

– Но ведь вы тоже ошиблись, – заметила я. – Иначе не прилагали бы столько усилий, чтобы продолжить свои исследования.

– Императрица искала Арис по всему Эймару. Это единственное, что останавливало её от продолжения атаки, – прошептал маг. – Но я сказал ей, что мне удалось вернуть Арис. И теперь магию уничтожения не остановить.

– То есть она сошла с ума? – я покрутила у виска. – Зачем уничтожать всех?

– Потому что Ар-Магор давно перенаселён. Тех земель, на которых ещё можно существовать, уже недостаточно для наших потребностей. Народ Ар-Магора вымирает.

– А по-хорошему что, нельзя было договориться?

– С кем? С императорским семейством Эймара? Это невозможно. Мой покойный император пытался наладить контакт, но ему ничего не удалось.

– Да тут места ещё на население трёх миров хватит, судя по тому, что я видела!

– Теперь уже слишком поздно. Я обещал Её Величеству доставить Арис к ней сегодня же. Но вот с душонкой-то проблема так и не решена. А она не знает этого, не знает про разделение души и тела.

– И как вы объясните ей, что в теле Арис находится человек из-за Грани? Ох, я бы посмеялась. А ведь она ничего мне не сделает, не так ли?

Чёрт возьми, что же делать. Эта беседа, конечно же, познавательна, но надо спасти остальных. И Фор забрать, чего бы это не стоило. Вот только как? Я отошла в сторону, косясь в сторону артефакта, но продолжила разговор:

– Осталось совсем немного. И тогда произойдёт неизбежное, – бормотал маг.

– Что? Что ещё хуже может произойти?

– Я и сам не знаю… – он вдруг осёкся и отошёл к своему магическому кругу.

– Это как?

– Слишком сложным оказался Фор. Слишком много в нём секретов. Он как отдельный организм, функционирующий сам по себе… Казалось, что я просчитал все детали заклятья, проработал магию в совершенстве… Но я ошибся… И Неро ошибся…

Вот это новость. Похоже, что маг был сам обескуражен. Но не может быть, что нет выхода. Он же есть всегда!

– Я не уверен, что мне удастся вернуть душу Арис на место... Хотя… Но ведь тогда Фор снова заработает, а лишь он способен остановить неизбежный процесс уничтожения.

Он что-то долго бормотал себе под нос. А я с каждым его словом понимала, что всё куда сложнее, чем могло показаться на первый взгляд. Но тут я заметила, что за окном промелькнула тень, скрывшись за подоконником. Кто это? Неужели Дэн? Это точно был кто-то из наших. Но кто? Невидимая тень внезапно влетела в лабораторию. Неро! Он регенерировал свои крылья, и нашёл меня. Или он всё же предатель? Кому вообще можно верить? Он принял человеческий облик.

– Вот мы и встретились вновь, Самайончик. Давненько не виделись. Смотрю, ты уже нашёл принцессу? – ухмыльнулся он.

Неро как всегда играл на публику, и этого было у него не отнять. Он важно прошёлся перед носом мага, и как бы нечаянно опрокинул локтем пару пробирок на пол. Старый маг до того наблюдавший молча за нежданным гостем, вдруг взъелся. Он резким силовым ударом отправил Неро к той же стене, куда была впечатана недавно я. Тот поднялся, отряхнув свою одежду как ни в чём не бывало.

– Зачем так грубо? Я ведь пришёл к тебе с миром, – прошипел он.

– Ты сыграл свою роль в этой истории. Вот только вышло не по-твоему, и не по-моему, Неро. Мы оба проиграли.

– Почему же? Неужели всё так плохо? Принцесса у тебя, Фор у тебя. Оба принца Эймара в руках Кителлы. Разве вы не этого хотели?

– Она хочет вернуть свою дочь. Это главная цель Её Величества.

– Забыл сказать про уничтожение Эймара. Я всё слышал!

Пока шла их длительная перепалка, в которой я так и не услышала ничего нового, про меня, кажется, забыли. А я смотрела во все глаза, что можно сделать. Мне показалось, или Неро специально уводил его взгляд от меня? Кажется, так и было. Что делать?! И тут я предприняла то, до чего, наверное, бы никогда не догадались местные жители, привыкшие использовать вместо оружия свою магию. Я высмотрела в углу лаборатории широкий табурет. И дождавшись момента, когда маг окажется напротив меня, я подскочила со спины и надела ему его на голову. От резкого удара плоская верхняя часть сиденья выскочила, и старикашка оказался в плену деревянных ножек, переплетённых между собой крепкой лозой. От удара он упал. Пытался пошевелить руками, чтобы использовать магию, но импульсы отправлялись куда попало, но не в нас. При этом разбились несколько колб, из которых вылилась на гладкий пол зелёная и фиолетовая жидкости, что при смешении начали испаряться, окутав помещение разноцветной дымкой. Мы с Неро оглянулись друг на друга, и улыбнулись. Потом заткнули магу рот, и он лишь мычал, не в состоянии пошевелиться.

– Будешь знать, как с нами связываться, – сказала я ему.

– А ты молодец! Сообразительная девочка! А я всё думал, что же принц нашёл в тебе.

– Где он? – тревожно спросила я. – Где Дэн?

– Ты должна это знать лучше. Ведь вы оставили меня раненого. И это сделал твой ненаглядный. А ведь я старался лишь для него! Он сам меня предал.

– Так… насчёт предательства вопрос ещё спорный. Я тут такое услышала, – я кивнула головой в сторону мага. – Оказывается, это ты тут с этим сумасшедшим старикашкой афёры мутил. А ещё на Орса пытался всё спихнуть. Я уже знаю, что случилось.

– Очень хорошо, что тебе стало это известно. Я ненавидел Орса всегда. Он как младший сын Клайстена всегда имел свои привилегии, а на самом деле он просто бездельник, который не принимал никаких важных государственных решений. Слабый, безвольный… А потом я случайно узнал о его связи с Арис. Он знал, что этого нельзя делать, однако пошёл всему вопреки. И что? Думаешь, я мог оставить всё как есть? Тем более, после того, как узнал про свойства Фора от императора. Одна жертва и победа наша. А Кителла не посмела бы жертвовать Арис.

– Вы оба хороши. За спинами своих правителей наворотили дел. Каждый пытался сделать лучше для себя, а Фор избрал свой поворот событий. Что теперь делать? Неужели на самом деле всё уничтожится? А как же Дэн?

Неро вытащил кляп изо рта мага, глядя ему в глаза:

– Что делать? Отвечай? Как снять заклятье? Ты должен это знать!

– Кажется, он и сам не знает, что натворил, – заметила я.

– Это невозможно!

– Никто не планировал моё появление здесь. Ваш Фор, он как центральный компьютер, знает всё, и сам принимает решения согласно своей заданной программе. Вы оба ошиблись, поэтому непонятно, как вообще выкручиваться из этой ситуации!

– Жертва будет по любому, – прошептал вдруг маг, который до этого молчал. – Кителла не знает о самой сути заклятья, я не сказал ей, боясь навлечь на себя её гнев из-за того, что в этой истории пострадала её дочь. Кто-то должен погибнуть, чтобы Фор смог остановить процесс уничтожения. Лишь он на это способен. Я слишком увлёкся. Когда я понял, что Арис наконец-то в моих руках, как и её душа, то запустил магию, как того требовала императрица. В живых останутся лишь те, кто находится под защитой поля.

– Прекрасно! Значит, мы останемся живы, а все остальные погибнут? И Кион, и Сворош, и остальные, кто остался за пределами города. Хорошенькое у нас положение. Как снять заклятье?! – прокричала я ему прямо в ухо.

Но в ответ маг лишь захихикал. От злости Неро пнул его ногой, а потом добавил небольшой синий разряд, от которого маг сморщился ещё больше.

– Берём его с собой. Что-то мне не нравится всё это совершенно. Нужно отыскать остальных.

– Давно пора! Ты знаешь расположение дворца?

– Конечно! Я же тут был постоянным посетителем. Тронный зал в противоположной части. Это башня северной части дворца, где этот, – Неро пнул мага ногой ещё раз, – оборудовал себе кабинет. Смотри за ним, а я сейчас оценю обстановку. Что же делать, что делать с этим заклятьем? Как же снять его? Ума не приложу! Кто же знал, что она совсем сойдёт с ума и решит уничтожить весь белый свет. Никто не рассчитывал на такой исход событий. Никто…

Неро отрастил крылья и взметнул вверх, вылетев за пределы дворцовых стен, оставив меня на минуту со стариком, что весь дрожал.

– Вы меня простите, но так было нужно, – прошептала я. – Нельзя допустить, чтобы все погибли. Неужели вам это необходимо, и нельзя было договориться мирно?

– А за Гранью живут неглупые существа. Приказ моей императрицы для меня нерушим. Я ничего не мог сделать. Есть лишь один способ снять заклятье с Фора. Но когда заклятье будет снято, душа Арис вернётся на место, в своё тело...

Я хотела спросить ещё, но Неро вернулся. Он победно ударил хвостом о пол, разбив ещё пару пробирок и колб. Его глаза сверкали, а лицо (если можно было его так назвать) исказилось гневом.

– Нам нужно идти. Здесь нет охраны. Но мы пойдём пешком. Летать слишком опасно, – он осмотрел помещение в поисках ключа от дверей. – Как открыть замок? Отвечай! – прошипел он на старика.

– Вон там ключи, – он махнул головой в сторону письменного стола.

– Рина, пойди, посмотри. Его нельзя оставлять одного! Прихватим его с собой.

Я прошла к указанному ящику и достала оттуда большую связку ключей.

– Эти?

Маг кивнул головой.

– Неро, а как же Фор! Я не могу достать его из той штуки!

Неро скосился на артефакт. Потом снова повернулся к Самайону, и ударил его молнией.

– Возьми его и подай нам!

Маг молчал, делая вид, что не слышит этих слов.

– Я что, со стеной разговариваю!!! Выключи своё устройство!

Я осмотрела ещё раз приспособление, что пускало разряды, проходящие сквозь артефакт. Кажется, розеток здесь не предусматривалось. Как же это работало? Это на самом деле было электричество или нечто иное? Хотя… Вон же, шестерёнки, что вращаются, словно часовой механизм. Не такая уж это и магия, просто заведённая игрушка. Эх, прости меня! Я взяла второй табурет, копию того, что уже сломала о голову мага, и зарядила им в устройство, что удерживало Фор. Две пластины распались в стороны, всё ещё выпуская в воздух маленькие разветвляющиеся светящееся молнии, а потом всё стихло. Я аккуратно достала из-под них за цепочку еле тёплый артефакт.

– Вот и всё! Тоже мне, проблема!

Мы спустились по винтовой лестнице, и вышли в длинный коридор императорского дворца. Стояла мёртвая тишина, видимо, Кителла не слишком жаловала гостей. Слуг тоже не было видно, но Неро всё равно оглядывался и принюхивался после каждого поворота, пытаясь по своим ощущениям вычислить невидимых шпионов, что могли поджидать нас в любом месте. Но пока никто не попался нам на пути. Маг плёлся впереди, а Неро подталкивал его, не желая упускать из вида.

– Где они могут быть? Отвечай!

– Я не знаю, где ваши принцы. А вот императрица ждёт меня в тронном зале. Ждёт вместе с Арис. Да, и оттуда самый лучший обзор на город, чтобы воочию убедиться в результате магии уничтожения.

– Ага… Билеты на шоу куплены… Осталось только запастись попкорном, чтобы воочию и со вкусом оценить размах армагеддона, – пробормотала я.

На самом деле мне было вовсе не до смеха. Страшная, накалённая обстановка, вероятность уничтожения всего населения Эймара… Да она даже своих наёмников не щадила, которые были по всему миру. Ей чуждо всё человеческое… Или же она сумасшедшая? Как же страшно с ней снова встретиться, даже слов нет, коленки подгибались от одной мысли, что я увижу сейчас снова ту крылатую демоницу, что явилась в Варитор, объятая языками пламени. Страшно-то как!

– Чего застыла? Шевелись, времени всё меньше! – шикнул Неро, что вырвался вперёд.

– Неро, может нам стоит самим поискать Дэна и Орса?

– Ты хоть представляешь, сколько времени мы потеряем, обшаривая все темницы дворца! Ты должна сыграть роль Арис! И выяснить, где же находится Дэн.

– А как же ты? Ты хочешь сказать, что оставишь меня одну?

– Именно это я и хочу сказать. Но я буду рядом, и если что смогу придти на помощь.

– Это подстава, Неро, – прошипела я ему. – А что будет с магом?

– Он останется пока со мной. А я проконтролирую, чтобы он ничего не вытворил за это время.

– Ну ты и скотина. Двуличный тип. Ты же знаешь, чем я рискую!

– А ты прекрасно знаешь, чем рискуем все мы… Это наш единственный шанс.

А ведь он и здесь прав. Вот только как быть мне? Забыть на время о своих страхах и включиться в эту игру? Бррр! Страшно. Но нужно, надо собраться с мыслями.

– Как ты узнаешь, где они?

– Придумай что-нибудь. Оттуда великолепная слышимость, ведь зал предназначается для торжественных церемоний. Кителла так обрадуется встрече с тобой, что на нас никто не обратит внимания.

– Но ведь ты в одиночку не сможешь освободить из всё равно… Вот же чёрт… Неро. У нас ничего не получится!

– Ради Дэна, если ты его любишь… сделай это!

Знал же, на чём меня зацепить. Так, Рина! Отбросила все свои страхи. Ты Арис, принцесса Ар-Магора (чёрт возьми, я даже не знаю, где это и что это такое…) Прочь сомнения и страхи, только действие и холодный расчёт. И спрятать все свои эмоции. Ведь ты же умеешь это делать, ещё на Земле тренировалась три года…

– Неро, я пошла. Будь здесь! – я указала на широкий балкон, что выходил из тронного зала...

Глава 31

Дорога в зал показалась ничтожно короткой. Широкие двери, что сами распахнулись передо мной, точно так же захлопнулись, впуская меня внутрь зала, потолок которого уходил высоко в небо. А впереди прозрачная высокая перегородка открывала сверху всю пирамидальную панораму Кантерма, со всеми его дворцами и парками, и башнями. Вот только отсюда, сверху, всё казалось совсем иначе, сказочнее. И ни одной живой души… Ни солдат, ни жителей города. Как в сказке про Снежную Королеву… и я тут как Герда, а мой Кай где-то там, в недрах этого огромного замка… Белый мраморный пол с высеченными в нём узорами пересекался более дорожками из более тёмного материала, что сходились к трону.

О троне можно рассказать целую историю. Он отличался от всех, что я видела в фильмах про сказочных королей и королев. Одно можно сказать, он был прозрачным будто выполненный из того кварца, что делали местные мечи. И он не стоял, а парил в воздухе, как и сама платформа, на которой располагался императорский дворец.

Я прикрыла глаза, боясь увидеть там крылатое существо, но вместо этого увидела статную красивую женщину в белоснежных одеждах. Её лицо напоминало фарфор, бледное, чуть подрумяненное на щёках. Властный холодный взгляд и особенный изгиб губ. Она смотрела вдаль, на город, что уходил вниз ступенями левитирующих платформ. Кителла даже не повернулась ко мне, но я знала, что она прекрасно видит того, кто вошёл.

– Арис… детка… Неужели ты действительно вернулась ко мне, – её голос был ледяным. Бррр! Настоящая Снежная Королева.

– Да… ма…ма… – чёрт, слова застыли во рту. Откуда мне знать, как Арис общалась со своей маменькой.

– Подойди ближе!

Я осторожно сделала навстречу несколько шагов. Страх постепенно исчезал, ведь я постоянно вспоминала про Дэна. Нужно быть сильной, стерпеть, постараться не выдать себя.

– Ты связалась с кем-то из императорской семьи, да? Хотела меня предать?

– Нет.

– Тогда почему никто не мог тебя найти! Я чувствую, что ты мне недоговариваешь многое. Кто он? Старший или младший из принцев?

– С чего вдруг такие мысли, мама?

Кителла внезапно повернулась, и мы встретились с ней взглядами. Холодное, жестокое лицо… Странно, что у неё вообще могла появиться такая дочь. Наверное, появись у неё хоть на миг улыбка, она стала бы гораздо привлекательнее. Она чем-то напомнила мне мою мать. Конечно, не копия, как Арис и я, но что-то общее у них точно было. Если она относилась к своей дочери, как и моя мать ко мне, то неудивительно, что Арис сбежала, ни сказав ей ни слова.

– Я чувствовала это сразу. Вот только ты предала меня. Предала своими поступками и неоправданными действиями. Но думаю, что ты достаточно позабавилась, и теперь вернулась ко мне. И ты увидишь, насколько могуча наша сила. Сегодня этот мир станет наш, и мы построим здесь новый, в котором ты выберешь себе мужа из лучших представителей знати Ар-Магора.

– А как же принцы? Кажется, здесь произошла битва?

– Принцы? Сыновья Клайстена? Ахаха…

Она облетела на троне вокруг меня, а я замерла на месте, стараясь не шевельнуться лишний раз.

– Да! Они же здесь? Не так ли?

– Конечно же. Я пока не убила их. Хочу, чтобы они воочию убедились в моей несокрушимости!

У меня отлегло на сердце при этих словах. Значит, Дэн ещё жив! И Орс тоже!

– Как же они убедятся, когда не увидят это своими глазами. Потом уже будет не так убедительно. Хотелось бы увидеть, как искажаются их лица при виде того, что будет происходить. Это лучший способ наказания. А потом можно убивать их долго и мучительно.

– А ты ведь права… Вся в меня. Значит, ты прозрела тоже! Если они не увидят моей магии разрушения, то будет не столь интересно, как если бы они оба присутствовали при этом зрелище. А оно будет великолепно, на это стоит посмотреть. Лемерт согласовывал со мной каждый свой шаг. Кстати, а где он?

– Остался в лаборатории. Заканчивает свой опыт, – нашлась я.

– Неугомонный старикашка, – она расхохоталась, а звонкий смех разнёсся по всей тронной зале. – Но всё же ему удалось тебя найти.

– Я сама вернулась. Это не его заслуга.

– Я так и думала.

– Так что, позовём принцев на просмотр конца величия Эймара?

– Да… чуть не забыла. Времени то остаётся всё меньше. Кайрон!

Я обернулась, поняв, что в помещении появился кто-то ещё. Мужчина материализовался из воздуха, словно проявилось изображение. Он почтительно отвесил поклон своей госпоже, чуть нахмурив чёрные брови. Длинные волосы, прилизанные к вытянутому черепу, блестели, будто были покрыты слоем лака, а чёрные одежды, украшенные вышивкой с драгоценными камнями, добавляли гламура этому вычурному демону. Тонкие губы чуть скривились в улыбке.

– Да, Ваше Величество!

– Привести сюда наших пленников! Да поскорее! И Самайона тоже пригласи! Пусть Ренс займётся этим.

– Будет сделано, Ваше Величество.

Он исчез, словно вихрь, а мне вдруг стало страшно. Что, если её невидимые слуги кругом. Хотя, Неро же обладает способностью чувствовать их. Хоть бы и его не обнаружили. Сейчас хватятся мага, начнут искать его по всему дворцу, и тогда всё, пиши пропало. Хоть бы всё обошлось. Я замерла, пытаясь понять, что произойдёт дальше. Но пока всё было спокойно. И я подошла к прозрачной перегородке, обратив взор на город, что расстилался под нами. Прошло немало времени прежде, чем братьев доставили в тронный зал. Значит, мы с Неро поступили верно, не бросившись сразу на их поиски. Я старалась не поворачиваться, но всё равно глаза сами, то и дело, косились в сторону Дэна. Он был невозмутим внешне, лишь побелел, увидев меня тут, но одновременно обрадовался.

– Их силы заблокированы, можешь не опасаться, – произнесла Кителла приторно сладким голоском. – Они ничего тебе не сделают.

– Я не боюсь.

Стража, что привела Дэна и Орса оставила нас одних, и я снова посмотрела на Дэна, пытаясь поймать его взгляд, но он смотрел куда-то вдаль на город. И я вдруг увидела в его золотисто-оранжевых глазах ужас, которого никогда не замечала раньше. Пусть он даже и не знал, что происходит на самом деле, но чувствовал, что затевается что-то неладное и непоправимое. Он молчал, и я молчала. Но я понимала, что Фор всё ещё на мне, поэтому думала, как мне подобраться к Дэну, чтобы он смог им воспользоваться. Кителла молчала, ждала. И мы смотрели вдаль в ожидании чего-то пугающего и непонятного нам.

– Что ты задумала? – нарушил тишину Дэн. – Что происходит?

– Уничтожить всех в Эймаре. Я ведь посвящала тебя в свои планы. Или ты забыл, Дэнмириан вом Алистер? Магия уже в третьей стадии, вот-вот начнётся четвёртая. Самайон долго изобретал способ убить всех разумных существ, но оставить нетронутыми всё остальное, чтобы мы могли потом этим пользоваться.

– Неужели ты настолько ополоумела, что решилась на это?

– Я никогда не шутила, ты это прекрасно знаешь. А я ведь не убила тебя сразу, дала шанс существовать в вечном мраке лабиринта. Одного не могу понять, как же тебе удалось пройти все локации и выйти оттуда живым.

– Думаешь, составило много труда? – Дэн ухмыльнулся. – Вероятно, ты плохо меня знаешь.

– Согласна. С вашим отцом мы были знакомы куда ближе. Вот только на его смерть это никак не повлияло. И дожить до этого момента ему не удалось, к сожалению, – она расхохоталась, даже хрустальные статуэтки в углах задрожали. – Я его спалила. Он сгорел заживо в магическом пламени. Если бы вы только видели, как он мучился перед тем… У вас обоих более завидная судьба. Совсем скоро весь Эймар будет корчиться в муках, вызванных силовым полем. Сначала жители начнут сходить с ума, а потом умрут один за другим в конвульсиях. Можно было конечно пригласить всех сенаторов, что прячутся в Древнем городе, но, боюсь, здесь слишком мало места для всех. Они вдоволь насладятся действием поля сами, даже не поймут, в чём же дело.

– Так чего же ты ждёшь? Что-то мешает тебе?

– Мне? – она снова рассмеялась. – Вы все мне мешаете. Но мне безумно интересно наблюдать за тем, как принцы империи перед своей смертью убедятся в падении своего мира… Кажется, начинается…

Мы тревожно всмотрелись вдаль. Небо действительно поменяло свой привычный цвет, и вместо бело-голубого стало каким-то серым и мрачным. Что-то вибрировало там, пульсировало и надвигалось на нас, но не доходило до города, что был скрыт под куполом защитной магии. Мне стало не по себе, и я увидела, как передёрнуло Дэна когда он понял, что Кителла вовсе не шутит. Лишь уголок его губы чуть заметно дёрнулся в сторону несколько раз, а скулы напряглись.

– Ты не посмеешь!

– Уже! Вы опоздали буквально на несколько тэлей. Ещё пару тэлей, и всем конец.

Дэн сделал усилие, чтобы метнуть в неё молнию, как поступал обычно, но у него ничего не вышло, он скривился от досады. Но что-то в запасе у него всё же было. Я поняла это по огоньку в глазах и выражению его лица. Он кого-то почувствовал, и, кажется, я знала кого. В зал ворвался Неро, бросившись на императрицу во второй ипостаси, метнув в неё магическим разрядом. Кителла оказалась проворнее. В один миг она отрастила крылья, и перед нами возникла та самая крылатая дьяволица, что я видела в первый раз в лабиринте. Она мгновенно отразила атаку Неро, снова опалив ему крылья, и он упал на белоснежный пол, корчась от боли.

Но этого небольшого промежутка времени оказалось достаточно, чтобы мы с Дэном оказались рядом. Он захватил меня сзади, приставив свободной рукой к шее кварцевый клинок, что успел подобрать, когда Неро упустил его, а потом я услышала его сбивчивый шёпот:

– Верь мне. Подыграй!

– Ааа! Отпусти меня сейчас же! – заорала я во весь голос, чем спасла Неро от дальнейшего нападения.

– Арис! Детка! – она бросилась к нам, снова став человеком, но остановилась, испуганно глядя на меня. – Арис!

– Ещё шаг, и я перережу ей глотку! – прошипел Дэн.

– Ты не посмеешь. Арис, почему ты не используешь свои силы?

– Я не могу. Их заблокировал Самайон.

– Лемерт? Да как он посмел?! И почему его до сих пор нет! Кайрон! – откуда-то вновь появился её гламурный темноглазый придворный. – Почему до сих пор не нашли Самайона?

Я молчала. Чувствовала тяжёлое дыхание Дэна за своей спиной, его горячие руки и то, как он нервничал.

– Рина, расслабься, – прошептал он еле слышно одними только губами, пока она вычитывала своего слугу. – Мы используем Фор.

Легко сказать, расслабься. Я не могла это сделать. Просто не получалось.

– Прошу тебя, моя девочка…

– Эй! О чём вы там шепчетесь?! – крикнула императрица. – Что происходит?

– Тебе ли не знать, – вымолвил вдруг Орс, что до сих пор не проронил ни слова. – Останови свою магию, иначе Арис тебе не видать!

– Магия… магия не может быть остановлена. Слишком поздно. Вот-вот начнётся следующая фаза… А она, – Кителла сделала жест в моём направлении, – она мне всё равно не нужна. Можете её убить.

Вот так мамашка. Даже после моей собственной, услышав это, я почувствовала, как моя челюсть опускается ниже пола.

А в этот момент охранник открыл двери, и в зал медленно и неспешно вошёл, как ни в чём не бывало, освободившийся маг в сопровождении нескольких крылатых вояк императрицы. Они отошли к стене, наблюдая за магом с уважением и страхом.

– Что, думали, что избавились от меня? Ваше Императорское Величество… Я должен сказать правду… Это не Арис…

– Что? Она округлила глаза, а потом перевела их на меня. – О чём он?

– Я не Арис, – подтвердила я, радуясь, что этот спектакль заканчивается.

Но самая интересная часть была, оказывается, ещё впереди. Дэн облегчённо вздохнул, отведя в сторону клинок. Но от меня не отходил. Я почувствовала, как Фор нагревается под одеждой, и легонько толкнула Дэна локтем. Он не растерялся. В один миг синее пламя охватило его цепи и кандалы Орса, и все мы оказались свободны, а в следующий разряд пришёлся в императрицу, которая взвизгнула, взлетела вверх, отвечая нам тем же.

– Стоит разобраться, что происходит на самом деле, – твёрдо произнёс Дэн. – Итак, кто такая Арис, я уже понял.

Орс кивнул головой, отводя взгляд. А Дэн, используя Фор, при этом удерживал Кителлу на расстоянии, образовав вокруг неё сияющий прозрачный шар, словно в мыльный пузырь, в который она пыталась отправлять свои молнии, но он лишь поглощал их, становясь ещё прочнее. При этом не мешал видеть и слышать всё. Следующий удар пришёлся в мага, отбросив его в сторону. После досталось и охранникам, которые упали навзничь. Кажется, сегодня было несладко всем.

– Так кто мне скажет, что происходит на самом деле? – произнёс он, стоя в центре зала.

– Это я во всём виноват, можешь убить меня… Но даже это не смоет моего позора… Я хотел уничтожить Орса, одновременно поймав её в ловушку… Вот только вышло всё иначе. Я заключил с ним сделку, – прохрипел Неро, потом указал на старика-мага.

– Ты действовал за моей спиной? – взорвалась Кителла на старика из своего плена. – Ты подлец, Лемерт! Я убью тебя.

– Тихо! Говорить по одному.

– Можно я скажу, – тихо произнесла я из-за его спины. – Я уже почти во всём разобралась.

Если я этого не сделаю, Дэн в порыве гнева убьёт Орса, и Неро. Я начала говорить:

– Орс и Арис давно встречаются… Точнее встречались, пока это не узнал Неро. И тогда он, так как не переваривал Орса на дух, заключил сделку с магом. Сделка состояла в том, что заклятье, наложенное на Фор, будет возможно лишь при условии, что душа избранницы сына императора будет заключена в нём. Но Неро обманул его, в надежде, что Фор заберёт в себя душу Арис, и Кителлу можно будет шантажировать. Вот только Фор, который ты сам отправил за Грань, нашёл меня, человека, похожего на Арис, чтобы переносить меня сюда. А тело Арис переносилось к тебе за счёт некой пространственной воронки, которую магу никак не удавалось ликвидировать. Вместо того, чтобы признаться свей императрице в том, что он натворил, он спрятал бездушную Арис в своей лаборатории, где лечил её тело, переодевал и всё время пытался вернуть душу в тело. Но это невозможно сделать, пока на Форе заклятье. Вместо этого он постоянно врал, что Арис сбежала, и делал вид, что ищет её при помощи своих заклинаний и магии.

– Кажется, я наконец-то понял… – Дэн в шоке отошёл от меня, не сводя глаз с Фора, а потом перевёл взгляд на город. – Вот только, что нам теперь с этим делать? Лишь Фор способен убрать это. Нужно попытаться.

– Давай, – я подошла к Дэну, и он поцеловал меня. Орс отвернулся при этом, чтобы не видеть.

– Я люблю тебя, Рина. Это правда. Мне всё равно, кто ты, не Арис, а именно тебя, мы сделаем это вместе.

– Да, Дэн. Мы вместе!

Он обнял меня, не касаясь артефакта, а я закрыла глаза, чтобы слиться с Дэном в единой энергии. Так, как мы делали это всегда. Я почувствовала его, его тепло и любовь. Невозможно делать так лишь из-за Фора. И Фор чувствовал это. Дэн напрягся, пытаясь направить образовавшийся поток энергии туда, наружу. Ещё раз… Я открыла глаза, чтобы посмотреть, что же там происходит. Но ничего не менялось, а тьма за прозрачной перегородкой лишь сгущалась всё больше.

– В чём дело? Фор не может блокировать эту магию? Это невозможно!

– Как?! – удивлённо спросила я.

– Не знаю. Я не понимаю!!! Попытаемся ещё раз, времени всё меньше…

Кителла рассмеялась в своём «мыльном» пузыре. А маг захихикал там, где его удерживал Орс.

– В чём дело? Фор не может прекратить процесс уничтожения? – озабоченно спросил Неро, поднимаясь.

– Не выходит!!! Фор работает, но ничего не получается!!! – крикнул Дэн. – Что ты натворил, отвечай!!!

Последние громкие слова были обращены к магу, которого Орс подтолкнул ближе.

– Фор может остановить магию… Может… Но лишь тогда, когда заклятье с него будет снято. Лишь тогда он заработает нормально и в полную силу. Я знал, что Фор будет нам мешать, поэтому сразу же учёл это момент.

– Как снять заклятье?

– Есть способ… Думаю, точно должен сработать, – он снова рассмеялся. Кителла тоже знала, в чём дело, поэтому победно улыбалась в своём энергетическом плену.

– Душа Арис вот-вот вернётся на место, в своё тело. Осталось совсем чуть-чуть. Я всё понял, – бормотал маг. – Как же я мог это забыть… старый дурак… Когда я завершал магию разделения души и тела, то поставил на неё временные рамки. И тогда Фор снова окажется за Гранью.

– Но это ведь не снимет само заклятье, не так ли? – тихо спросил Дэн.

– Нет… Фор вернётся за Грань, оставшись там навсегда…

– Тогда что делать?

– Лишь смерть одного из сыновей императорской семьи снимет заклятье…

– Что? Ты говоришь серьёзно? Я не верю тебе!!!

– Это абсолютная правда. Спроси своего прихвостня, Дэнмириан! Неро знает…

Дэн повернулся к Неро, который медленно, но приходил в себя.

– Это правда, Неро?

– Это правда… – Неро отвёл глаза. Его бледное лицо скривилось гримасой боли и отчаяния. – Это планировалось, чтобы избавиться от Орса, которого я считал предателем. А Сенат поддержал моё решение. Никому не была нужна связь Орса и Арис… И их любовь!

– Ты!!! – Орс бросился на Неро с явным желанием убить теперь его. – Это ты всё сделал?! Мы с Арис любим друг друга на самом деле!!!

Неро отбросил его силовым ударом, ведь его то как раз никто не успел лишить сил.

– Я знаю, что был неправ. Что мне делать теперь? Я даже и подумать не мог, что Фор сделает по-своему, и расплачиваться придётся всем. Месть предназначалась лишь Орсу! А ты! Как ты мог так просчитаться! Самайон!

За то время, пока длилась перепалка, я увидела, что маг освободился, и направил на сияющий энергетический шар, что удерживал Кителлу, свою силу, и шар исчез, а вместо этого оттуда вылетела крылатая бестия. Она сделала круг над нами, метая молнии в Дэна и Орса.

– Что, решили остановить мою месть? Ничего у вас не получится. И Арис не получит никто из вас! Слишком поздно!!! Смотрите! Магия уничтожения переходит в следующую стадию… Осталось совсем, совсем немного… Смотрите, как все жители Эймара будут мучиться, а потом уничтожатся в один миг, – кричала она.

Небо за пределами дворца действительно стало тёмным, словно на Земле перед грозой. Оно давило, угнетало, вибрировало. Казалось, что вот-вот эта магия дойдёт и до нас, но дворец действительно находился под защитой поля. Молнии, что появились на небе, охватывали всю атмосферу. Жуткое зрелище. И тут я увидела, как скорчился от боли и камнем полетел вниз некий неизвестный мне веллин, чей силуэт проскочил за окном. Это были не просто пустые слова, а реальная угроза. Настоящий армагеддон, который вот-вот перейдёт в завершающую стадию. Кителла всё ещё парила над нами, мешая нам с Дэном подойти друг к другу. А маг удерживал своей силой Орса, который пытался броситься на неё.

– Её нужно остановить, она сейчас убьёт кого-нибудь, – крикнул Дэн.

– Вы не сможете ничего сделать! – прорычала она.

Чёрт возьми, неужели нет никакого выхода? И процесс необратим? Что за мысли в голове этой сумасшедшей императрицы? Жутко до боли и страшно. Помощь пришла, откуда никто не ждал. Неро, что за это время успел залечить свой последний ожог, вдруг подловил момент и сорвался с места, поменяв свой облик. Он бросился на Кителлу с громким рыком, и они сцепились с ним в смертельной схватке, отбросив всех в стороны. Казалось, что ни превратились в клубок, из которого вылетали молнии, а шум стоял на весь огромный тронный зал. И вдруг… Они упали, распластавшись на белом полу, и я увидела, как лужа крови вытекает из разорванной шеи императрицы. Неро поднял голову, взглянув на результат. Его крылья были порваны в клочья, а кровь тёмно-бордового цвета окрасила его зеленоватое лицо в иной цвет. Я закричала, поняв вдруг, что произошло, стало жутко до боли и обидно за Неро.

– Прости меня, друг… – прохрипел Неро, и его голова упала на мрамор, а глаза так и остались стеклянными. А потом я увидела, как тела становятся человеческими.

– Они оба мертвы. Неро! О, демиурги… Неро!!! – Дэн подскочил к нему, пытаясь привести в чувство, но было слишком поздно.

– Ваше Величество! Ваше… о, императрица… – простонал маг, когда до него дошло, что больше нет его хозяйки.

Дэн поднялся в полный рост, отчаянно глядя на небо, которое темнело на глазах. В его взгляде был ужас и страх.

– Говори, как остановить твою магию!!! – крикнул он старику.

Тот дёрнулся, возвращаясь из своих мыслей.

– Фор справится с этим. Я же сказал уже. Но только после того, как заклятье с него исчезнет. А его можно снять лишь когда один из его владельцев умрёт… Старший или младший.

– Это невозможно!

– Такова суть заклятья… Иначе мы не сможем ничего сделать. Даже я не смогу остановить процесс уничтожения. И никто больше не сможет. Я много лет разрабатывал эту магию и проводил исследования. Такова была воля императрицы…

– Что вы все наделали… – произнёс Орс.

– Дэн, мне страшно… Дэн… – я подошла к нему, и он обнял меня, прижал к себе. – Что будет дальше? Неужели это правда?

Орс подошёл к нам, стараясь не смотреть в глаза.

– Убей меня… верни Фору силу! Ты сможешь остановить это!!! Это я виноват во всём… я должен был сказать тебе про Арис уже давно, и тогда ничего бы не произошло… Ты не знаешь, какая она… Она не такая, как её мать.

Дэн задумался. На его красивом лице образовались морщинки, а вены проступили наружу. Я не сводила с него глаз, нахмурившись. Что же будет дальше? Страшно, больно… Почему я оказалась в этой истории. Видеть конец Эймара… Только кому теперь нужна эта магия, когда её виновники, кроме старого Самайона, все мертвы… Орс не виноват в том, что произошло. Ведь так бывает иногда, что любовь приходит там, гдё её совсем не ждёшь…

– Нет… – сказал наконец-то Дэн. – Это буду я.

– Но ты же наследник императора!!!

– Да, Орс. Я сделаю это. А ты при помощи Фора остановишь весь этот кошмар!!! И твоя Арис вернётся к тебе… Вы вместе будете править Эймаром, ты станешь новым императором!!! И восстановишь всё! А я всё равно не смогу жить без Рины… Мне не нужна эта власть, и не нужен этот мир, если её не будет рядом.

– Дэн, нет!!! Ты не можешь это сделать! – вскрикнула я, когда поняла, о чём он говорит. – Нет! У тебя нет права умирать!!! Это твой мир! Это я здесь лишняя… У тебя нет права умирать…

Слёзы лились из глаз, я прижалась к нему и шептала те слова, отговаривала его. А времени оставалось всё меньше… Тот кошмар, что творился снаружи не прекращался, лишь усиливался…

– Дэн, я люблю тебя… Дэн… Ты не сделаешь это…

– Рина, моя любимая девочка… я не умру… Душа моя навсегда останется с тобой. Когда две души, которых разделяет Грань, сливаются воедино, ничто не в силах разбить этот союз… Я навсегда останусь с тобой. Мне не нужен мир, где тебя не будет рядом… Это лучшее решение.

– Нет… – прошептала я. – Пожалуйста… Я не выдержу этого.

– Ты сильная, Рина. Вспомни все наши испытания. Да любая другая давно бы сдалась… Прости меня, если сделал что не так.

Наши губы слились в поцелуе, который стал последним. Я не могла оторваться от Дэна, не могла поверить в то, что происходит. Потом он отстранился, и я увидела в его глазах застывшие слёзы.

– Всё… иначе мы не успеем. Орс, держи! – он поднял с пола кварцевый клинок и подал брату. Тот взял дрожащими руками, но потом бросил на пол.

– Нет, Дэн. Я не могу!!! Пусть кто-то другой сделает это. Например, он, – Орс указал на мага. – Я клянусь тебе, что с Эймаром будет всё в порядке… Но я не могу это сделать.

Маг, что слушал эти слова, подошёл, рассматривая Дэна, а потом, бормоча что-то себе под нос, направил на него руки, вливая силу.

– Твои силы восстановлены. Мне уже всё равно, ведь моей императрицы больше нет в живых. Сделай это сам.

Дэн всё понял. Он отошёл от нас. На миг поднял глаза, встретившись со мной взглядом, а потом отвернулся. И я увидела, как его тело объяло синее пламя. Он не горел, просто выплёскивал свою же энергию, которая медленно убивала его. Он просто самоуничтожался. Тронный зал, уже мрачный из-за того, что творилось снаружи, внезапно озарился яркой синей вспышкой, которая ослепила всех… Я упала, пыталась кричать, но крик застыл в горле… А потом всё сияние вдруг исчезло, и я увидела лишь горсть пепла на полу.

– У тебя нет права умирать… нет права… – шептала я, понимая, что я возвращаюсь на Землю... Всё растаяло, и тьма поглотила мой разум, перенося обратно последний раз.

Я очнулась на том же стуле, около холодной стены коридора. Увидела, что кто-то заботливо накрыл меня моей же курткой. Возможно, это сделал тот парень, что охранял нас. Меня тормошила медсестра из реанимации, та же, с которой я разговаривала вчера. Я не сразу поняла, что случилось, и не помнила ничего из того, что произошло.

– Девушка, вам плохо? Почему вы не ушли?

– Мне некуда идти, – прошептала я. – У меня теперь вообще ничего нет. Как он?

– Пока без изменений.

– Сколько сейчас времени?

– Семь утра. Вы уверены, что вам не нужна помощь?

– Да. Я не уйду никуда.

Действительно, я не могла вернуться в ту нашу квартиру. Из-за мамы. И из-за того, что это было слишком опасно. А ещё органы опёки теперь наверняка заинтересуются мной. Что за дурацкая ситуация. У меня нет никого. Никого на свете. Кроме Стаса, конечно, но у него своих проблем хватает.

Дэн… я вдруг вспомнила о нём, и всё, что произошло в Эймаре… Это невозможно! Что за нелепая ошибка судьбы. Он отдал жизнь за то, чтобы я осталась жива, и Арис с Орсом, и все остальные. Дэна нет больше! Я не могла в это поверить. Никогда я не вернусь в Эймар и не увижу его… как больно… и страшно… и безысходно. Денис… он тоже вряд ли выживет.

Оба мужчины, к которым я испытывала такие разные, но в то же время искренние чувства, покидают меня. Если ещё и Денис умрёт, то я не смогу больше жить. Наглотаюсь таблеток, или под машину брошусь…

Я разрыдалась, а рука потянулась к цепочке с Фором, сняла ей, положив рядом на стул. Встала и направилась в сторону выхода, чтобы почувствовать свежий воздух. Голова кружилась, и мне казалось, что я упаду в обморок. Я открыла окно, и морозный воздух освежил мне лицо.

Из-за дверей раздались вдруг возбуждённые голоса, а я не понимала, в чём же дело. Что-то происходило там, где находился Денис. Раздался где-то телефонный звонок, и я увидела, что из ординаторской выбежал взволнованный доктор, рванув внутрь. Неужели всё, это конец. Я обхватила голову руками в отчаянии.

Но голоса, которые раздавались оттуда, были удивлённые. Раздался какой-то писк, что я чётко расслышала в ночной тишине больницы. Что это за звук? Я подняла голову, рассматривая происходящее. Откуда-то из другого конца коридора в реанимацию быстро вошли ещё двое в халатах, мужчина и женщина, скрывшись в её недрах. А потом оттуда вышла медсестра и первый доктор, глаза его сверкали. Я рванула к ним, чтобы спросить, но не могла выдавить из себя слова.

– Это чудо, – послышался чей-то радостный голос позади. – Это же невозможно!

– Он жив? – смогла спросить я, наконец-то.

– Да жив он! Видимо, есть что-то сверху. Я же говорил вам, что чудеса иногда происходят, – он хлопнул меня по плечу, и я осталась одна.

Денис жив! Эта мысль не выходила у меня из головы, и я до сих пор не могла прийти в себя от услышанного после того, как уже потеряла всякую надежду. Я не знала, получится у меня с ним что-нибудь. Главное, что он будет жить… Как это возможно? Фор? Кажется, он остался там, на стульях… Чёрт… Его уже не было. Я точно помнила, что оставила его там. Я обернулась, пытаясь понять, кто мог его взять, но никого не увидела. Он просто испарился. Исчез, будто его и не существовало никогда.

– Ты вернулся… Вернулся в свой Эймар… Теперь Орс твой владелец… – прошептала я.

– Извините, – услышала я незнакомый голос. Повернулась в недоумении.

Передо мной стоял мой «охранник». Я успела перекинуться с ним парой слов ещё вечером, когда он предлагал мне свою помощь.

– Что?

– Вас к телефону.

– Меня? Вы уверены? – удивлённо спросила я.

– Да. Вы же Карина.

Я взяла трубку, подумав, что это подполковник, что приходил вчера. Но голос был совершенно не знаком мне.

– Карина? Симкина Карина?

– Да. А вы кто?

– Извините, что звоню вам в такую рань. Я искал вас целый вечер, но не смог дозвониться ни по одному номеру. А сегодня утром мне сообщили, где я могу вас найти. Дело срочное. Меня зовут Пётр Алексеевич Титов. Адвокатское Бюро «Ваш случай», Москва.

– А я причём?

– Дело в том, что я буду вести дело вашей мамы, и мне нужно от вас некая информация. Всё строго конфиденциально.

– Мама? – я подпрыгнула на месте. – Скажите, что ей грозит?

– Если всё пойдёт хорошо, то на днях проведём экспертизу, чтобы признать её невменяемой. В этом проблем не будет, главное, не откладывать. Так что в тюрьму её точно не посадят. Учитывая все обстоятельства дела – максимум – два года принудительного лечения в психиатрической клинике, а может и того меньше.

– Что? Но как? Разве это возможно?

– У нас же лучшее агентство страны. Обижаете…

Я не поняла, о чём он говорит. Какое ещё агентство? И откуда эта уверенность? Из Москвы? Вряд ли оттуда приедет государственный защитник.

– Но у нас нет денег заплатить за ваши услуги… Извините, как вас там.

Он тихо кратко рассмеялся в трубку.

– Пётр Алексеевич. Все мои услуги оплачены сполна. Вчера утром даже прошёл платёж.

– Что? Но кто это сделал? Это невозможно!

– Денис Андреевич Ветров. Он же и нашёл меня, я его давний знакомый. Да, кстати, учитывая, что вам нельзя оставаться одной, и то, что вы несовершеннолетняя, я принял на себя решение. Я отыскал вашего отца, он уже едет за вами. Так что поговорим сегодня у меня в кабинете, если не возражаете...

ЭПИЛОГ

Вот и закончилась долгая зима, и вновь наступила весна, которая влила в меня новые силы и желание жить. И пустота в моей душе заполнилась чем-то светлым и счастливым. Не хватало лишь моих снов, которые со временем начали немного забываться. Лишь образ Дэна оставался без изменений. Это действительно были лишь мои сны? Или сказка, что пришла вдруг в мою жизнь, изменив её полностью? Наверное, то всего лишь был мираж. Хотя, иногда так хочется просто верить в чудо.

Я смогла пережить весь тот кошмар. Знаю, что Каткова взяли в тот же вечер, когда Денис попал в аварию. Потом был суд, и ему определили немаленький срок. Мне не пришлось ехать на заседание, постарался мой новый ангел-хранитель, Пётр Титов. Хватило лишь моей аудиозаписи, и показаний Стаса и всех остальных. А я временно перебралась к папе в Москву. Его жена, Алиса, любезно согласилась потерпеть меня несколько месяцев до моего совершеннолетия. Да мне было всё равно. А потом, видя, как относятся ко мне мои младшие братишки, в которых я уже души не чаяла, она оттаяла и предложила мировую.

Чтобы не вспоминать все эти кошмары, я полностью включилась в учёбу, навёрстывая упущенное время в подмосковной школе, куда меня перевели. Я принялась за уроки с новым, неведомым до сих пор рвением, посещала курсы, готовилась к поступлению. У меня были неплохие шансы. А предмет история, которую я всегда любила, сыграл свою роль в определении моей будущей профессии. Так что меня ждал юрфак со всеми вытекающими оттуда последствиями.

Квартира мамы ждала её возвращения. Я забрала оттуда лишь немногие вещи, да террариум со Свором, который временно переехал жить к Стасу. Бабушке ничего не сказали про то, что случилось, так что она спокойно доживала свой век в деревне. Сказали, что мать в длительной командировке, а она звонила ей периодически, чтобы успокоить. И вот, долгожданные каникулы, которых я так ждала. Свобода на целую неделю. Папа отпустил меня, зная, что я всё равно не выдержу, чтобы не уехать. А у меня были на то свои причины. И вот я выхожу на знакомой станции, где меня встречает Стас. Сердце кольнуло, когда я вспомнила про тот день, когда меня сюда занесла нелёгкая.

– Карина! Стоит, не замечает никого! – Стас обнял меня сзади, напугав слегка. – Иди сюда! Тебя уже заждались. Кстати, знакомься, это Света.

Я увидела рыжую девушку, но не могла никак вспомнить, откуда мне знакомо её лицо. Света? Та самая жена погибшего друга? Ну Стас даёт…

– Очень приятно! А мы куда сейчас?

– За Денисом. Его сегодня выписывают, наконец-то. Просил его забрать. Машину ведь так и не сделали.

– Он знает, что я с вами? – я несколько напряглась, но то, что я увижу его снова после почти четырёх месяцев разлуки, сделало этот день каким-то особенным. Я ждала этой встречи, но боялась её, хотя он звонил мне несколько раз за это время, но старался не навязываться, и наши разговоры сводились исключительно к делу.

– Нет. Это сюрприз. Знаешь, он после того, как головой шарахнулся при аварии, совсем другой стал. Странным каким-то иногда становится. Но о тебе постоянно вспоминает.

– Поехали быстрее!

– Кстати, Карина! Совсем забыл тебе рассказать. Знаешь, что сыграло ключевую роль в судебном процессе над Катковым?

– Откуда мне знать. Там этих ролей…

– Вместе с копией аудиозаписи в суд попало видео, что ты сняла с участием его дочурки. А судья был наш, местный, определённо купленный. И всё бы могло закончиться иначе, но когда он увидел ту запись, то вдруг поменял резко своё мнение. Знаешь почему?

– Нет. Откуда.

– Тот пёс, над которым случайно поиздевалась и убила Лера, был его любимой собакой, с которой он на охоту ездил. Сбежал тем вечером во время прогулки. Дорогущий, породистый. Веймаранер, кажется. Ты не представляешь, что после этого началось. Проверка за проверкой. Досталось всем. И участникам видео, и военной части, и школе… и дочери Каткова… Весь город перевернули… Власть меняется…

Мы уже приближались к знакомым воротам, и въехали внутрь, на парковку, остановившись около больницы. Стас звонил по телефону, а я вышла из машины, рассматривая появившиеся зелёные листочки на деревьях, и не понимала, как столько времени могла не замечать такую красоту вокруг себя. Внезапно я повернулась, увидев Дениса. Он шёл, чуть прихрамывая, и вдруг заметил меня. И я не выдержала. Рванула к нему со всех ног, а он мне навстречу, и мы с ним встретились на полпути. Он обнял меня, приникнув долгожданным сладким поцелуем. Подхватил на руки. Кажется, он не мог оторваться, не желал прерывать этот момент, чтобы не упустить меня вновь. Всё закружилось и исчезло, и всё плохое куда-то испарилось в миг. Осталось лишь счастье, в которое просто не верилось после всего, что произошло.

– Почему не позвонила? И не предупредила, что приедешь? – спросил он меня, когда наконец-то смог остановиться.

– От этого что-то изменилось бы? – рассмеялась я.

– Нет. Я знал, что ты вернёшься. И ждал тебя всё это время. Безумно рад видеть тебя такой счастливой.

– Это ты моё счастье, – шепнула я ему на ухо. – Идём к Стасу.

Мы уселись в машину и отъехали. Он не отпускал меня, и шептал мне, как он меня хочет, что всё у нас будет хорошо и то, что он никогда больше меня не оставит. И я верила ему.

– Э… смотрю у вас любовь… – высказал Стас, увидев, что мы целуемся на заднем сиденье.

– Ты, вижу, тоже не промах, – рассмеялся Денис.

– Знаешь, ведь счастье, оно иногда рядом. Нужно просто оглянуться вокруг. Я вас домой закину, а мне ехать надо, Света за сыном в садик опоздает. Кстати, чего рапорт подал на увольнение? А, майор Ветров?

– Решил поменять направление. Планы есть. Собираюсь в Москве юридическую компанию свою открыть. Нужно же что-то делать с наследством. Так что скоро перебираюсь туда. А у тебя сейчас как?

– Дела пошли в гору. Да, я же здесь, в городе, строю новый торговый центр. Сейчас покажу… тут совсем недалеко. А я чуть не забыл, хотел же сюрприз сделать, – он резко свернул вправо, и мы выехали вскоре на большую, обнесённую забором асфальтированную площадку, я прищурилась от яркого солнца, пытаясь понять, что там происходит.

– Рина… Звучит неплохо, – улыбнулся Денис.

– Чёрт! Не успели две буквы повесить! – выругался Стас. Вы тут посидите, а я сейчас. – Вот и сюрприз неудавшийся…

Я выглянула, пытаясь понять, о чём они. На большом здании нового магазина, что выкупил Стас, рабочие с автовышки монтировали новую надпись. Они крепили большие буквы к металлической конструкции, но вот как всегда, у русских строителей, хоть что-то нужно сделать наоборот. Так и здесь, буквы они начали вешать с конца, и первые две ещё лежали рядом на козырьке.

– Рина… Мне нравится, пожалуй, так и стану тебя называть, – Денис повернулся ко мне. – Рина, моя любимая девочка.

– Знаешь, мне тоже нравится, – я вдруг вспомнила про Дэна, и мне стало грустно, что я больше никогда не увижу его. Получится ли у меня что-то с Денисом? Особенно после событий, что произошли перед тем. Смогу ли я принять его, а он меня, несмотря на сумасшедшее влечение, что мы испытывали друг к другу? Но то, что я увидела в его глазах, вдруг стёрло последние сомнения. Всё будет хорошо, я поняла это. Я замерла и не могла отвести от него взгляд. Мне показалось, или вдруг в его глазах пробежал знакомый до боли яркий оранжево-красный огонёк?

Иногда кажется, что жизнь даёт второй шанс и надежду что-то изменить. А потом вдруг оказывается, что это лишь засада, чтобы заманить тебя в пропасть, а первый и был тем самым шансом. Но кто знает, возможно, именно в той пропасти и найдётся тот самый лучик света, выход из лабиринта, который как маяк укажет путь к счастью?

Конец

3.06.2016-10.09.2016

Content

Грон Ольга Нет права жить, нет права умирать