Алексей Переяславцев

Клыки и когти эскадрильи

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Серия «Наши там» выпускается с 2010 года

© Переяславцев А., 2016

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2016

© «Центрполиграф», 2016

Пролог

Я был человеком, а стал драконом.

Мой человеческий разум кто-то перенёс в мозг новорождённого дракона. Пришлось расти вместе с малышом и осваивать всё, что должно знать дракону: язык, обычаи, приёмы магии. Родители дракончика (те, которым я был обязан телом, но не разумом) так и не заметили эту человеческую составляющую личности, хотя некоторые странности в поведении сына, конечно, бросались в глаза.

Драконья составляющая моего сознания выжила. Я установил контакт с ней и назвал Младшим Братом. Он учился вместе со мной и многому научился от меня.

Драконий носитель оказался универсалом, то есть способным к любой магии, но с пониженной магической силой. В детстве это не имело большого значения, но в школе пришлось усиливать магические возможности. Моя человеческая составляющая знала, как такое можно сделать, – с помощью кристаллов. И это удалось.

Получилось также создать команду – десяток юных драконов, поверивших в свои и мои возможности. Они не обманулись в ожиданиях: мы выиграли две олимпиады среди школьников, доказав, что в магических ухищрениях не уступаем другим, заведомо более сильным.

У драконов отсутствует материальная культура, но и это ограничение я смог обойти, наладив торговые отношения с людьми. Для этого пришлось отыскать месторождение золота на драконьей территории, организовать добычу и сделать небольшие слитки, которые и послужили платёжным средством. Эти слитки, а также добытые мной кристаллы менялись на нужные вещи – бронзовые носители кристаллов в виде браслетов, а равно на некоторые виды кристаллов, которые нельзя было найти вблизи от моего жилища.

Давным-давно драконы были выведены как боевые разумные существа и в качестве таковых участвовали в войне, которая тлела уже много столетий. Нашему главнокомандующему Великому магу Ас-Тору противостоял Великий маг Ас-Лок. Очередной этап боевых действий начался после окончания мною школы. Большая часть моей семьи получила приказы присоединиться к войску драконов немедленно; исключение составили мой старший брат Саррод и старшая сестра Ррума; они оставались в резерве, поскольку были брачного возраста. Братец уже женился, а сестричка нацеливалась на это. У мамы с папой больше не могло быть детей, вот почему участие родителей в войне было очевидным.

Нельзя сказать, что я не готовился к армейской службе. Сотник Рруг принял у меня экзамен на должность десятника. В запасе имелись надлежащие кристаллы для всей моей команды, члены которой владели многими заклинаниями, не входящими в школьный курс и не соответствующими их специальностям, а сверх того в ней была дракона-универсал.

Квалификация моего десятка сомнений не вызывала. Осталось лишь выяснить, хватит ли её.

Глава 1

Подтягивание сил

Вот оно, утро начала. Кристаллы – в сумку, а её – на шею. Груз будет болтаться, но это перетерпим, перелёт не такой уж длинный. Приспособу для огранки брать не стоит, гранить будет нечего, к тому же эти предметы не предназначены для посторонних глаз пока что. До поры всё полежит на моей полочке. В пещере останется жить сестричка Ррума, она присмотрит.

Ребята предупреждены. Все знали место сбора – северная опушка леса Ррасвумчорр. В самом лесу никто из драконов, понятно, не жил: там негде устроить жилища. До места сбора нам предстояло лететь вместе, но мало ли что. Впрочем, географию все помнили. От моей пещеры до опушки было час с третью лёта на крейсерской скорости.

Уже перед самым вылетом Согарр заметил конфиденциальным тоном:

– А ведь прибытие большой группы драконов не останется незамеченным. Разведка противника доложит, и выводы сделают.

Я ответил то, что думал:

– Сомневаюсь, что прилёт сотни драконов вообще можно скрыть, разве что расположение нашего подразделения будет достаточно далеко от будущего поля боя. Насколько понимаю, местность там открытая, подобраться к нашим трудно, если вообще возможно. Да ещё устроят нас, по всей видимости, на левом берегу реки Воларры – это значит, что разведгруппе предстоит переправляться через реку. Но драконов так и так можно увидеть даже с правого берега.

Площадка сбора была не столь уж велика – гектаров пять – семь. Большинство из прилетевших драконов не стало сразу приземляться, а нарезало круги на малой высоте, разыскивая своих. Всего же, по моим прикидкам, собралось около сотни драконов. Если так, сотник Рруг должен быть где-то здесь.

Я оставил своих и поспешил на поиски командира, не дожидаясь, пока меня разыщут его порученцы. Сотник был замотан, взвинчен и потому краток:

– Десятник, вашему десятку предстоит в час дня вылететь со всей сотней вслед за мной. Высоту не превышать. Строй – «уступ». Приказ ясен?

– Так точно!

Взлетаем. Угу… сейчас направляемся на север, это, считай, параллельно линии фронта… А теперь чуть на запад… Следуем изгибу Воларры… Снова на север… Вдали возвышенность, очень похожая на лакколит. Это место, где наружный слой земной коры когда-то был чуть приподнят магмой, которая впоследствии так и застыла, в результате сверху – песок, под ним – галька, а ниже – камень, то, что надо для драконьих пещер, хотя и менее комфортных, чем в наших краях… Ну, так и есть, сотник снижается. А холм-то источен дырами. Кажется, тут не то что полк, дивизия поместится. Как представляю, отсюда до линии фронта от силы час лёту, а скорее, и получаса нет.

Процедуры прибытия и размещения отработаны до мелочей. Приказ прозвучал чётко:

– Десятник Стурр, ваша пещера в верхнем ряду четвёртая, считая от крайней западной точки к югу. Пункт приёма пищи – с северной стороны. Устраивайтесь. За два часа до захода солнца – ко мне. Штабное помещение – в верхнем ряду с западной стороны второе к югу от крайней западной точки.

Отправив ребят поесть, я поторопился в пещеру. На то имелось несколько причин.

Первой, и самой главной, было подозрение, что другие десятки могут попытаться отжать нашу пещеру. По некоторым соображениям, верхний ряд пещер выглядел предпочтительным. Взлетать, например, можно с меньшим расходом телемагии.

Второй причиной для быстрого обоснования было моё намерение устроить в пещере тайник для хранения нужных предметов, хотя бы кристаллов. Но на это требовалось время.

Пещера оказалась совсем не такой, к которым мы все привыкли. Вход не особо широкий, с длинным коридором, из-за чего в дальних углах нашего жилища было темно даже для драконьих глаз. Впрочем, отхожие места имелись, а также очень скромный ручеёк с питьевой водой. Тот, кто готовил пещеру, предусмотрел и свежие подстилки.

К сожалению, мои подозрения оказались верны. Я только-только успел ознакомиться с жилищными условиями, как у входа появились незваные гости. Три дракона, все старше меня. Вид самоуверенный, с примесью наглости. Если не ветераны, то уж, верно, бывалые. Один из них, с квадратной мордой и серо-зелёной чешуёй, носил полоску десятника на правом плече. Я обзавестись знаками различия ещё не успел. Пришельцы отличались деловым подходом:

– Ну-ка, выметайся. Эта пещера будет наша.

Ситуация знакомая – салабонов всегда гнобят. Но мы можем и зубы показать. Некогда выяснять, кто такие и откуда. Важно сломать шаблон.

– Я – Стурр, командир десятка особого назначения. Вы что, обознались?

И четыре удара «Молнией», но не непосредственно в десятника (так и убить недолго), а рядом с ним. Этого вполне должно хватить для контузии.

Десятник добросовестно попытался удержаться в стоячем положении. Он сделал неуверенный шажок направо, потом налево, но по зрелом размышлении плюхнулся на пузо. Теперь всех троих надо морально добить. Я поочередно указал когтем на оставшихся на лапах:

– Вы, двое, забрать тело, вынести наружу.

Но тот, что выглядел постарше, попытался качать права:

– Наш десяток участвовал в трёх битвах, и тут какой-то…

Пришлось его оборвать самым решительным образом:

– Выполнять приказ! И больше мне на глаза не попадайтесь!

По драконьему уставу я кругом прав. Десятник не имеет права приказывать чужим рядовым, за исключением случая, когда чужой десятник в недееспособном состоянии. А у нас как раз такое и наблюдалось.

Кажется, того, кому прилетело, сейчас вырвет. Надо добавить металла в голос:

– Быстро!!!

Ошибки не случилось: главного пришельца именно вырвало, но, к счастью, уже снаружи. Однако небольшая степень предосторожности не повредит. Я подошёл ко входу:

– Услуги целителей не потребуются. Через десять часов он будет в форме.

Наступления завтра быть не может, поскольку разведку, по идее, должны проводить мы. То есть у этих храбрецов ещё больше суток на восстановление физических сил и излечение душевных ран. Ну вот, я так и думал: контуженому всё же удалось встать на лапы.

А мне срочно надо сотворить тайник, магией земли конечно. А по прибытии моих и поужинать не худо бы. Неплохо бы ещё замаскировать работу, но это уж после ужина.

На южной дороге

– Ты лететь можешь?

– Иду-то с трудом. Отлежаться бы надо… Ещё хорошо, что вниз идти.

– Кто он такой?

– Да я его впервые видел. Перевели с другого участка, должно быть.

– Наверное.

– Не наверное, а точно. Уж с такой приметной внешностью…

– Как раз он-то думал, что его знают.

– Это почему?

– Он спросил, не обознались ли мы, помнишь?

Помолчали.

– Из доверенных, поди. Кому попало амулет с «Молнией» не дадут.

– Десяток особого назначения. Кхрррм. Не удивлюсь, если у них у всех такие амулеты. Что-то этакое… против «серых»?

Последняя фраза был произнесена шёпотом.

– А откуда ты знаешь, что против них «Молния» работает?

– А почему ты думаешь, что против них она НЕ работает?

Часть пути прошли молча.

– Мне вот что интересно: почему об этом пятнистом никто ничего не рассказывал?

– Именно потому, что особого назначения. Так что расспрашивать и не думай. На разговор с Кррафтом захотелось?

В течение оставшейся дороги все трое хранили молчание.

Сытость явно способствует хорошему настроению. Именно с ним мои соратники шумно ввалились в пещеру.

– Твоя очередь, командир. Лети, там ещё есть.

– И даже неплохая жратва.

– Ладно, лечу, а вы тут осваивайтесь. Если кто вздумает вас отсюда выставить (уже пробовали), держитесь нагло и ссылайтесь на то, что вы – десяток особого назначения. Фиорра, в крайнем случае воспользуйся «Молнией» или, лучше, парочкой, но только не по драконам, а рядом. Согарр, ты пока что помощник. Все разговоры, когда вернусь.

Еда и в самом деле была сытной, хотя и не самой вкусной. Варёная брюква с не особо заметными следами тёмного мяса (конина?) и кусочек белого хлеба. Всё это раздатчик (человек!) клал большим черпаком в глиняную ёмкость, которую едоку потом полагалось вымыть с песком и вернуть.

О, кстати, о хлебе… Надо бы переговорить с ребятами. И по окончании ужина я заторопился к нашей пещере.

Меня встретили радостно.

– Командир, вот мы тебе оставили подстилку поближе к выходу. Местечко самое лучшее.

Последовали незатейливые шутки об открывающихся возможностях, да только мне было не до юмора.

– Ребята, вы все сегодня попробовали белый хлеб. Вкусно?

Разногласий на этот счёт не было.

– Но есть и другой сорт хлеба, он гораздо темнее. Коричневый такой. Его ни в коем случае не ешьте. Если увидите, немедленно известите меня.

Фиорра округлила глаза:

– Он что, яд? Нас могут попытаться отравить?

– Не яд. Хуже. – Я окинул взглядом подчинённых.

Суирра явно уже знала, о чём речь, и даже не так важно, откуда. Гирра и Согарр пытались на ходу сообразить, что именно я имел в виду. Прочие просто впитывали информацию.

– Люди могут есть коричневый хлеб без последствий. Для нас, драконов, эта еда опасна тем, что пробуждает неистовую радость и храбрость, но одновременно притупляет чувство осторожности. Сами понимаете, с какими последствиями. Но это полбеды…

Я рассказал о привыкании. Ввёл слово «наркотик», которое пришлось заимствовать из русского языка. Поведал о тактических приёмах, включающих использование камикадзе. Не преминул описать ужасы наркотической зависимости. И закончил, как водится, приказом:

– …Вот почему любого, кто попробует угостить вас этой гадостью, будь то человек или дракон, должно задерживать. Сразу извещайте меня. Далее: запрещаю говорить на эту тему с драконами из других десятков. Помните: мы – десяток особого назначения. Поэтому и враги у нас будут особенные. Так пусть они не знают, что мы настороже…

Драконы понимающе закивали.

– А теперь я лечу к сотнику.

Разговор с ним был коротким и информативным.

– Смотрите на карту. Здесь – линия, занятая нашими войсками. Вот этот участок… – коготь прочертил сильно вытянутый овал, – вам надлежит разведать на предмет присутствия противника. Десяток летит с юга на север, но не дальше, чем до этой линии холмов. На вас только разведка. Никаких атак! Высота – от семисот ярдов до тысячи. Вылетать с восходом солнца. Приказ ясен?

– Так точно!

Ещё как ясен. Прозрачней любого стекла. Очевидно, что по разведывательному десятку стрелять вряд ли будут. Незачем ПВО обнаруживать себя раньше времени. Но сотник проявил осторожность, потому и задал такую высоту полёта, которая делает противодействие по меньшей мере малоэффективным. Это понятно. И приказ не ввязываться в бои продиктован теми же причинами. Почему до линии холмов, за которую нельзя залетать? Тоже ясно: слишком далеко от района возможного прорыва. Будь я на месте командования противника, непременно сосредоточил бы резервное подразделение вот в этом лесу. Если он и вправду густой, спрятать можно кавалерийский полк. Вроде всё…

Разумеется, карты мне не дали. Но ощущение наличия некоторого подтекста всё же не оставляет. Или это мандраж перед первым боевым вылетом?

Рруг прервал мои размышления:

– Полоску десятника вам нанесёт Торрхен. Вон там он стоит.

Полоска – это интересно. Любопытно, из чего она.

Рядовой Торрхен достал из связки кисточку, сделанную из какого-то злака, и окунул её в керамический сосуд с краской. Запах я распознать не смог. Полоска белая, как и положено по уставу. На моей крапчатой чешуе смотрелось не очень-то, но гармония цветов – моя самая последняя забота.

– Сохнуть будет день. Свободен.

Я помчался в нашу «казарму». Дел было ещё много.

Ребята прекрасно представляли, зачем меня вызвал сотник, и вопросов никто не задавал, ожидая, что информацию они по-любому получат. Нервишки у всех пошаливали, но каждый пребывал в уверенности, что держит себя в лапах.

– Вот что, братцы-сестрицы, завтра с восходом вылетаем на разведку. Маршрут такой… – И я дал приблизительное описание. – Никаких переговоров по магосвязи, пока я не разрешу! Чем дольше нас будут полагать немыми, тем лучше. А если и будем говорить, то только позывными и условными фразами. В любом случае о том, что увидели, в воздухе не докладывать! Только запоминать, держать при себе, по возвращении доложить мне. Всё понятно?

Раздался галдёж утвердительного свойства.

– А теперь отвлеку вас на более приятное занятие, связанное с магией земли. Здесь, в этой пещере, есть тайник, устроенный именно этой магией. Ну-ка, попробуйте его обнаружить и улучшить. В смысле сделать маскировку более совершенной. Разрешаю обсуждать.

Ребята уже привыкли, что вводные появляются самые неожиданные, поэтому недоумённых шевелений хвостами не последовало. К чести Согарра, он сориентировался первым.

– Таррик, я же вижу, у тебя уже появились идеи. Выкладывай!

– Ну… сделано магией земли. Значит, должны быть искажения полей. Нас тут десятеро. Разбить всю площадь пола на участки; каждый из нас обследует свой и ищет эти неоднородности.

Хьярра так и подскакивала от нетерпения. Заметив это, самозваный председательствующий разрешающе махнул ей хвостом:

– Говори.

– Сказано: «тайник»! Значит, там что-то спрятано, верно? – Вопрос был риторическим, но дракона дождалась кивков товарищей и только тогда продолжила: – А раз что-то спрятано, значит, надо искать пустоты. Искажения полей от пустот, если точнее.

– Идея основательная, принимаем.

– Не согласен! Если надо прятать кристаллы, то я бы заполнил тайник песком, зарыл бы их в него и только после этого закрыл.

– Тоже верно… Значит, искать просто нерегулярности полей.

– Стоп, ребята, а чего это мы вдруг подумали, что тайник в полу? Почему не в стенах?

– Или даже в потолке?

– Мысль хорошая, Гирра, но там и тайник труднее делать, и доставать тоже…

– Оно верно, так ведь и найти труднее.

– А мы можем поменять тактику поиска. Обшарить потолок, только если в полу и в стенах ничего не найдём…

– Хорошая мысль, Фаррир. Кто ещё?

– Я бы устроила тайник вот… здесь, по этой линии.

– Обоснуй.

– Тут другой состав камня, я названия не знаю, но чувствую. Понимаешь, искажение на другое искажение… Искать не просто…

– Тогда очевидный план действий: ты универсал, тебе в таком трудном месте и обшаривать. Мы-то все… это… короче, у нас повышенная возможность ошибиться. – Согарр стал деловит. Его голос наполнился почти начальственными интонациями: – Фиорра, ты знаешь, что делать. На тебе также участок стены вот до сюда. Суирра и Харрф, на вас пол…

– А почему это меня на пол?

– Потому что я так приказал. – Но тут же сударь помощник снизошёл до объяснений: – Ты, Суирра, самая малорослая. Тебе на стенку лезть… сама знаешь, лишний расход. А ты, Харрф, умеешь быстро принимать решения. Свой участок обшаришь в два счёта, потом другим поможешь. Так… Фаррир и Рройта, на вас самые высокие участки стены. Надеюсь, причина понятна? Хьярра, Таррик, вам стены здесь и здесь. Я сам возьму себе западную стену. Работаем!

Последний возглас был беспардонно украден из моего арсенала лозунгов, но оказался действен. Не прошло и трети часа, как пещеру огласило сакраментальное:

– Есть! Полость!

В пещере была уже почти полная тьма, Хьярру я узнал лишь по голосу. Разумеется, сбежались все.

– Давай, вскрывай! Скорее, ну что ты тянешь саламандру за хвост! Интересно же!

Согарр ухитрился проявить наивысшую рассудительность:

– Ребята, не надо вскрывать. Не было такого сказано.

– Но должны же мы удостовериться, что не ошиблись и это действительно тайник…

Голосок Суирры был высокоелейным, но Согарр не поддался на провокацию.

– У нас приказ: обнаружить и улучшить маскировку. Вот его и будем выполнять. Фиорра, ты хочешь что-то предложить?

– Ну, для самой лучшей маскировки я бы перенесла тайник в то самое место стены… вы знаете.

– Это называется не маскировать, а перепрятать.

– Верно замечено. Ещё идеи?

– Гасить остаточные потоки? Простая компенсация?

– Я бы так и сделала, но ведь через три дня, самое большее, они станут пренебрежимо малыми. А вот пустота…

– Что, если увеличить плотность потоков над ней?

– А ты сможешь? Да так, чтобы сам тайник не повредить.

– Я – нет, а Фиорра…

– Я могла бы, – в голосе нашей скромницы слышалось заметное смущение, – но только дня два надо будет ещё корректировать… натуральное изменение потоков, сами знаете…

В этот момент я счёл нужным вмешаться:

– Стоп! Вы все молодцы. Работа проведена отлично. А теперь кое-какая информация. Это и в самом деле тайник, и спрятаны там кристаллы в матерчатой сумке, вы её видели. Вот почему заполнять песком нельзя. Дело в том, что не исключаю повышенного интереса к нашему десятку со стороны разных там… и людей, и драконов. Затем и маскировка: привлечение магов земли считаю хотя и маловероятным, но возможным. Но пока это может и подождать… – Я прибавил командных интонаций: – И потому – всем отдыхать! Завтра вставать за полчаса до восхода солнца.

Глава 2

Разведка – дело с хитростями

С утра в пещере было темно. Но думать это не мешало.

Как можно вообще выявить расположение чужих войск? Визуально, это очевидно, полагаю, драконы для этого и предназначались. Противнику, естественно, это известно, поэтому ребята не пожалеют усилий для маскировки. Блиндажи и доты точно можно спрятать от наблюдения с воздуха. Чем их обнаружить?

Для начала: живой силе надо есть, пить, справлять нужды. Пить – ну, тут дело не из сложных. Поднять ручеёк и провести его в дот я бы и сам сумел. Еда – дело более заковыристое. Её готовят на огне, а тот даёт дым… Хотя нет, бездымные печи известны. Стоп, они известны в моем мире, а здесь? Может, и нет, однако готовить можно и магией огня. Но уж потоки огня должны быть заметны по-любому. А как я сам организовал бы противодействие? Ну, скажем, можно наладить аналог службы ВНОС[1]. Чего уж проще: наблюдатели где-нибудь повыше и с амулетами связи. Чисто визуальное слежение, потому что дракона на высоте около тысячи метров только так и можно засечь. А как просигналят, гасить все нагреватели.

Что ещё? Магия воды? Да, водоснабжение в дотах почти обязаловка, и заметить его вполне реально, но ведь натуральные водные потоки тоже никто не отменял. Как прикажете отличать? Только с близи. Не пойдёт…

Размышляем дальше. Магия земли? «Ловить» вырытые блиндажи и доты можно, а насколько крупные можно увидеть? В теории аномалия проявляет себя на расстоянии, круглым счётом, на два порядка больше её диаметра. Значит, с тысячи метров десятиметровый дот заметить можно. Но это в теории. Если же местность богата скальными выходами или просто валунами, то, вероятно, мы вообще ничего не увидим. То есть увидим множество ложных целей. Однако, если верить карте, там равнинная территория, следовательно, возможность обнаружения всё же имеется.

И план сложился. У меня даже осталось время проглотить холодный завтрак и успеть в пещеру к моменту побудки.

– Десяток, подъём! – рявкнул я сержантским рыком. – Умываться! Завтракать! Собраться здесь и заслушать приказ!

Личный состав выказал наивысший уровень оперативности: через четверть часа все уже были в готовности ждать слова десятника.

– Направления поиска вы все знаете, у каждого оно своё. А вот чего вы ещё не знаете: ловить надо любые проявления магии огня и… – я понизил голос, – вырытые ямы. Искажения полей земли. Но даже если что-то засечёте, ни единого слова по связи, ни единого знака, ни единого поворота головы. Никакой реакции, понятно? – И снова дал полную мощность на голосовые связки: – По углублении на территорию противника до линии холмов – поворот на азимут восемьдесят.

Гирра не выдержала и вставила слово:

– Мы полетим над лесом. Увидеть ничего не удастся.

Я ухмыльнулся:

– И не требуется. Над лесом – но не раньше! – снизиться до ста ярдов, перед самой опушкой снова подняться до тысячи.

В глазах у некоторых мелькнуло понимающее выражение, но, уверен, настоящие мои мотивы никто не прочитал.

Гирра права, конечно. Глазами (даже драконьими) и вправду посторонних граждан в лесу не углядеть. Да ещё на бреющем полёте. Однако можно засечь всплески потоков магии жизни, чужеродных для леса. Идентифицировать принадлежность таковых немыслимо – задача на уровне доктора, а то и выше. Но это и не нужно. Достаточен сам факт, что в лесу имеется некто животного происхождения, притом в большом количестве. Ребятам не по возможностям, из всего десятка лишь я владею магией жизни. Кстати, по окончании боевых действий, коль жив буду, исправлю упущение. Пусть у команды будут хоть какие-то знания по этой части.

Уже совсем рассвело.

– Работаем!

Кажется, сама фраза становится талисманом. Очень хорошо, нам такой нужен.

Подскок на телемагии. Разгон. Крылья начинают тянуть вверх. Вверх! Ещё!

На подъём и построение ушло примерно четверть часа. Мы шли «уступом», первая – Фиорра, я сзади всех. Перед началом участка, который предстояло разведать, мы перестроились в шеренгу. Под нами проплывала равнина, кое-где закрытая клочками тумана. Но нам он не помеха.

Думать и анализировать некогда. Потоки огня так и не почувствовались, а иррегулярность в потоках земли я поймал, и она становилась всё ближе, хотя и не прошла точно подо мной. Вот он, блиндаж! Теперь ориентиры, немедленно! Не очень-то их много, но пеленги всё же взять удалось. Теперь тянуть до холмов. Сквозь дымку их не видно, но до них лёту от силы полчаса.

Вот и лес. Разумеется, сплошной зелёный покров, под которым, разумеется, ничегошеньки не видать.

Говорят, есть три самых прекрасных зрелища в мире Земли: скачущий карьером конь, танцующая женщина и идущий полным ходом боевой корабль. Не верьте! Теперь я точно знаю: есть ещё одно. Это маневрирующий в небе дракон, если смотреть с близкого расстояния.

Фиорра изящно прогнулась и устремилась вниз. Естественно, повернуть голову в её сторону и тем самым нарушить свой же собственный приказ я не мог. Но скосить глаза не запрещалось. Она была прекрасна – точно так же, как и все мои товарищи, повторившие её манёвр по снижению. Но любоваться не было времени. Предстояла непростая работа. Под крыльями мелькали густые лесные покровы с редкими полянами. Приходилось вполглаза следить за высотой, одновременно пытаясь уловить потоки магии жизни.

Думаю, сама великая Моана нипочём не сумела бы классифицировать потенциальные цели – ну разве что там оказался бы слон. Но даже моих куда более скромных умений хватило, чтобы осознать: есть нечто живое, не растительное, в большом количестве, и это «нечто» отнюдь не зайчики с белочками. Правда, «большое количество» я бы перевёл на драконий как «больше двадцати», но и этого хватило для вывода: воинская часть. А вот наличие магов ни подтвердить, ни опровергнуть было решительно невозможно.

Уже на обратном пути я подумал, что в нашем случае хорошо бы слегка нарушить устав: докладывать начальству не только мне, но всему десятку. Следовательно, летим к штабной пещере.

Приземлившись, я рассказал своим, о чём именно надлежит докладывать. Здесь вопросов не возникло.

Дальше дело пошло кособоко. В пещере находился не только сотник Рруг, но и незнакомый мне дракон аквамаринового цвета с двумя длинными полосками и одной короткой. Полутысячник, значит.

– Сударь полутысячник, разрешите доложить сударю сотнику результаты разведки.

– Докладывайте.

– Сударь сотник, для доклада нам понадобится карта.

Запрошенное тут же легло на каменную плиту, служившую столом.

– Согарр!

– Разведывательный полёт совершался по маршруту… Оборонительное сооружение противника замаскировано и находится на пересечении пеленгов…

Сотник одобрительно кивнул и отметил свинцовым карандашиком точку. Полутысячник сохранял невозмутимость.

– Суирра!

Один за другим ребята из десятка докладывали результаты. Под конец доложился я сам:

– Разведывательный полёт совершался… Оборонительное сооружение противника обнаружено… Сверх того, вот в этом лесу найдена живая сила противника…

Полутысячник прервал молчание:

– Благодарю за службу, десятник.

– Служу Великому!

Поскольку полутысячник явно не намеревался слушать что-то сверх доложенного, то в разговор вступил сотник:

– Вы свободны. Если понадобятся уточнения, вас вызовут.

Сказано было так, что я мгновенно уяснил: вызовут обязательно. Несколько удивило, что полутысячник не стал интересоваться достоверностью разведданных. Но потом я подумал, что, возможно, летали и другие разведгруппы, да и наземную разведку тоже высылали.

Десяток вышел. Я сделал знак: летим, дескать, в свою пещеру. До трапезы оставалось ещё время, а вопросы накопились.

В штабной пещере

– Не надейся, Рруг, выводы я делать не буду. Сначала подожду данных от наземной разведки. Хочу знать, сколько опорных пунктов они выявили.

– В таком случае, как понимаю, у меня будет другая задача.

– Сообразилка у тебя всегда работала. Всё правильно: мне очень хотелось бы выяснить, какими методами твои драконы… – последние слова были сказаны с особой выразительностью, – получили разведданные. Вот и разузнай.

– Тхорр, неужели ты хоть на минуту предполагаешь, что десяток выявил эти опорные пункты визуально?

– Скажу так: маловероятно. В маскировке противник почти не допускает ошибок.

– То есть магия.

– Именно. Да, кстати, десятнику не говори, что это я интересовался. Кажется, он полагает меня недалёким солдафоном. Пусть и дальше так думает. Повторяю, мне надо знать их возможности. Все.

– Сроки?

– Полные данные всё равно не доставят раньше, чем послезавтра. Ну, может, завтра вечером, при огромном везении.

– Значит, вызову сегодня. Но на твоём месте я обратил бы внимание на уже имеющиеся данные. Я подумал, что расположение опорных пунктов три, четыре и пять означает…

– И я подумал то же самое. Но с выводами подожду.

– Ещё одна деталь. Я наблюдал за тем, как они взлетали. Пятнистый не подавал ни единого знака на перестроение. Всё делалось, как само собой разумеющееся. Или даже, будто десяток слётан уже не первый год. Откуда такое?

– Могу ответить сразу: Стурр настолько хорошо изложил маршрут воинам, что те не нуждались в сигналах на перестроение. И потом: это всё же разведка, не бой. Более того, на месте десятника я бы запретил подчинённым подачу сигналов и сам не стал бы этого делать, чтобы наблюдатели от противника не пришли к выводам.

– Это ты так сделал бы. У тебя опыт. Откуда он у дракона, который только-только из школы вылетел?

– И всё же запасись терпением. Ответы будут.

– Ваши доклады, ребята, я слышал. Но теперь хочу узнать кое-что другое. Поднимите хвосты те, кто обнаружил следы потоков магии огня.

Глорр и Фиорра. Первый и есть маг огня, а вторая… Тут мог сыграть человеческий фактор: недостаточная маскировка у каких-то блиндажей, к примеру.

– А теперь те, кто выявил сооружения противника магией земли.

Предположение подтвердилось: хвосты подняли все.

– Так вот, соратники, надеюсь, вам стала очень даже понятной польза от чужих видов магии?

Полное согласие.

– Но это не всё. Не знаю, как у нас будет со временем, но когда оно появится, буду учить вас другой магии. О ней даже Фиорра не знает.

– Ик! – отреагировала универсалка.

И на эту реплику возражений не последовало.

– И ещё дополнительный вопрос…

Короткая перестрелка взглядами.

– Кто-нибудь из вас может припомнить нечто необычное на местности? Не обязательно относящееся к магии. Что-то этакое… – Для пущей выразительности я неопределённо повертел хвостом.

Снова обмен взглядами, на этот раз подольше. В разговор вступила умница Гирра:

– Мы летели на север. Солнце светило нам справа. Так вот, один раз я заметила то, что можно посчитать за дорогу, только почти незаметную. Трава на ней не так густо росла; такое можно было разглядеть лишь в косом свете. Пеленги…

Воздушный разведчик из меня так себе, учитывая нулевой опыт. Зато инженерская часть души имела огромную практику работы со световыми микроскопами. Косое освещение позволяет выявить тонкие детали рельефа поверхности полированного и травленого металла, которые обычными способами не ловятся.

– Превосходно. Рассматривай это как оценку наставника.

Юная дракона смущённо приопустила гребень у затылка, совершенно позабыв о возрасте наставника.

– Ещё одно дело осталось. Обязательное. Кристаллы надо подзарядить…

Чуть слышное перешёптывание было выражением скорее удивления, чем недовольства.

– …и это будем делать каждый день.

– А если я вовсе не тратила энергию кристалла, что тогда?

– В этом случае, во-первых, надо возгордиться собой…

При этих словах Суирра высокомерно и вместе с тем комично задрала голову (при её малом росте получился весьма сценический жест).

– …во-вторых, проверить кристаллы лишний раз. Чтобы избавиться от скуки. – Теперь побольше суровости в голос: – Это сегодня у нас задание было легче лёгкого. Вдругорядь так не повезёт. В спешке или азарте боя можно попользоваться кристаллом, даже не заметив. Вот почему КАЖДЫЙ вечер будем подзаряжать. Или проверять заряд.

Я обвёл подчинённых орлиным – во всяком случае, не цыплячьим – взором. И как раз в этот момент послышался посторонний голос:

– Десятник, вас вызывает сотник.

– Есть! – И очень тихой скороговоркой произнёс: – Согарртызнаешьчтоделать.

Сотник оказался в штабной комнате один. К тому же он улыбался. Вот оно, так я и думал.

– Без чинов, Стурр. Теперь я хочу услышать, какими именно методами твои воины обнаружили… всё вот это.

На такой поворот имелась домашняя заготовка. То, что методы магии земли придётся сдать, было ясно с самого начала. Так я и поступил, но о полёте над лесом промолчал.

Улыбка пропала. Рруг просто слушал и запоминал. Внимательно слушал и дословно запоминал. Далее пошли вопросы:

– Насколько точно можно определить местоположение объекта? Есть ли возможность применения других видов магии для поиска? А для нападения?

Пришлось также сдать и ледяную магию. Впрочем, тут же оговорился: мол, по-настоящему ледяной магией владеют лишь двое из десятка, остальные на уровне «сносно» в лучшем случае. На самом деле у меня уже была заготовка на возможность полного разгрома опорного пункта силами именно ледяной магии. Но выкладывание козырей показалось преждевременным.

Сотник, в свою очередь, блеснул проницательностью:

– Вижу, у тебя тоже есть вопросы. Ответы не обещаю, но спросить можешь.

– Правильно ли я понял, что полутысячник ждёт подтверждения наших данных другими источниками?

Глаза капитана Рруга (так я его мысленно называл) чуть заметно сузились.

– Откуда такие мысли?

– Из логики. Вменяемый военачальник обязан проверить данные, полученные десятком, не имеющим ни малейшего опыта в разведке. Я организовал бы поиск силами людей.

Легко понять, что настороженность сотника ничуть не уменьшилась от таких слов. Но мне нужно всеми силами нарабатывать авторитет.

– Люди драконам не подчиняются.

– Но взаимодействие войск никто не отменял. А возможности людей я представляю.

Рруг всё же не выдержал:

– Откуда?!

– Имел дело с людьми. Слышал их рассказы. Человеческая разведгруппа может подобраться близко к объектам. У людей лучше обоняние и слух. И ещё одно преимущество: они могут долго находиться на территории противника. Сверх того, человек может угрозами или золотом заставить противника-человека рассказать нечто нужное.

Я понимал, что при наличии магов разума разведчик-нелегал долго не продержится. Но раскрытие всего объёма моих знаний в области магии жизни и магии разума отнюдь не входило в планы.

Рруг нервно стукнул хвостом по полу.

– В общем, верно думаешь. Ожидается, что разведка от людей доложит завтра или послезавтра. Более того, полагаю, что если данные подтвердятся, то полутысячник тебе об этом сообщит. Через меня, понятно.

Послезавтра… Тут в голове звонко щёлкнула мысль.

– Допустим, данные подтвердятся. Сколько тогда ждать наступления? – Вопрос был нахален сверх меры, а потому я немедленно смягчил его: – Хочу спросить: сколько обычно проходит времени между получением данных и началом выступления?

Реакция была мрачной:

– Даже если бы я знал, когда будет наступление, то всё равно информация не твоего уровня. Скажу другое: драконы подчинены человеческому командующему. Он определяет, когда и как. Обычно же… обычно проходит дня три. Да это и не имеет значения.

Вот тут мои земные знания военного дела дали грохочущий сбой. Как это – не имеет значения? Лишний день – добавочный рубеж обороны или улучшение существующих, это любой лейтенантик, который только что из училища, знает. Большим усилием мозгов удалось сообразить: здешняя оборона качественно отличается от земной. Маги – вот её стержень, а большего количества этого ресурса, чем есть, всё равно не будет. То, что здесь не бывает никаких Сталинградов или там Верденов, когда бросают в топку наступления всё новые и новые части, я уже догадался. Тогда…

– Правильно ли я понял, что до руководства драконьим войском доводят лишь задачу типа: наступать там-то такими-то силами, закрепиться на рубеже таком-то – и не более того?

– Почти что так. Но есть тонкости, и они опять же не твоего уровня. Ладно, иди отдыхай.

Глава 3

Приказ без слов

Утро добрым бывает. Не каждое, но бывает. Вот и сейчас мои драконочки встали, напевая песенку, которая у меня отчётливо сассоциировалась с французской, что-то вроде:

Шла пастушка поутру,

Жирофле-Жирофля,

По лужку, как по ковру,

Жирофле-Жирофля…

То, что вместо пастушки фигурировала юная дракона, значения не имело. Куда важнее было игривое, пожалуй, даже развесёлое настроение команды. Причём песенку подхватили и юные драконы. Пришлось присоединиться, хотя слов я, конечно, не знал.

Но вот лирическая поэзия и дивная музыка закончились. Началась грубая проза.

– Ребята, сейчас вы пойдёте на завтрак. Можете даже полететь. Что будет после, не знаю, но во время завтрака точно будут разговоры. Послушайте, но сами не болтайте. Я буду чуть позже.

Основной расчёт строился на том, что в этом мире «солдатское радио» должно действовать не хуже, чем на Земле. И я не верил, что все сведения о боевой обстановке и о планах командования останутся тайной за семью замками. Моё предположение основывалось на том, что вылет нашего десятка наверняка засёк кто-то из прочих драконов, скорее всего, один из десятников.

На столовой площадке

– …я нет, а вот Толстуха видела: десяток пошёл на разведку. И среди них – пятнистый. Вылетели с рассветом…

– Пятнистый, как же! Таких не бывает.

– У тебя глаза на каком месте растут? Вчера лично видел как раз здесь этого самого пятнистого…

– Я тоже, только у штабной пещеры…

– Раз там, то, похоже, насчёт разведки не наврали…

– …точно вам говорю, Скарра с тем зелёным вчера вечером устроилась в кустах…

– …и к тому же, знаешь, сколько ей лет? Замуж давно пора, но всё перебирает…

– …жратва, конечно, не ахти, но в прошлый раз была куда хуже…

– Точно. Подтверждаю – меньше порции, да из капусты, а уж о мясе так вовсе…

– …чем хотите поручусь: не участвовал пятнистый в прошлой кампании, такую масть запомнили бы…

– …вот и мне интересно: откуда он такой?

– …да сразу на разведку? Неопытного? Рассказывай саламандрам! Уж найти-то можно вполне себе…

– …я и отвечаю: десяток особого назначения. Откуда такой, да где был – секрет. А за подробностями валяй в пещеру Кррафта…

– …не очень-то и хотелось. А эти тайны засунь себе под крыло и не взлетай. Вот как завтра объявят приказ…

– …а я бы с ним хотела просто познакомиться. Без всяких нижних мыслей, ради интереса…

– …пятнистый, говоришь? Знавала я такого, в одной школе учились…

Во время завтрака я оказался рядом с сотником. Традиции разрешали не придерживаться уставов во время приёма пищи. Поэтому мы обменялись мнениями о погоде, а потом Рруг между делом сообщил нечто важное:

– Положено тебя представить всем остальным десятникам. Но сегодня не удастся, наверняка придут данные от других разведчиков, мне будет некогда. После завтрака будешь тренировать своих?

Интонация была скорее утвердительной, чем вопросительной.

– Да.

– Тогда зайди в штабную пещеру через два часа после полудня. Обсудим небольшие вопросы по тактике.

Мои планы относительно тренировок были несколько сомнительными с точки зрения начальства. Для виду планировались перестроения, на самом же деле задумка состояла в прослушивании магического эфира на предмет перехвата сообщений. Именно это я и рассказал моим летунам, присовокупив несколько чётких приказов:

– Резвиться будем за рекой, но совсем рядом с береговой линией. Это позволит перехватить всё, что будут передавать, если маги ближе цепи холмов, естественно. Ниже пятисот ярдов не снижаться! Там наверняка будут замаскированные наблюдатели. Во всяком случае, я сам непременно их поставил бы. Маловероятно, что маги, но даже луки и арбалеты могут быть опасны. Перестроения и знаки на таковые будут только стандартными, которым в школе учили. Думаю, уж их-то знают, видели много раз; о наработках нашей команды пусть и дальше остаются в неведении. Самим ни слова! Но слушать внимательно!

Проблема состояла в том, что подстройку кристаллов «на нужную волну» нельзя было задействовать через оправу – любые посторонние движения наблюдатели заметили бы. Приходилось орудовать личной магической силой. На олимпиаду я настроил все кристаллы десятка на одну волну, но сейчас ребятам придётся перенастраивать их на лету. И не было никакой уверенности в навыках моих якобы универсалов. По уму, надо бы погонять моих орлов на земле, а не в полёте, но даже возле пещер стоило опасаться перехвата. Правда, отключить режим «на передачу» все могли, но это было едва ли не самое простое в магии связи.

Десяток взлетел. У меня были все основания думать, что настройка на вражескую волну пройдёт быстрее, благодаря опыту работы с радио.

Так, мы в нужном районе. На земле никаких следов человеческого присутствия, только благорастворение. Ну и пусть, на это уж точно не надо отвлекаться.

Теперь одновременно подавать сигналы на перестроения (самые простенькие) и аккуратно менять потоки в кристалле рутила. Очень медленно работать, поскольку не верится, что задействована широкая полоса волн. Так… Вот оно!

– …нная тренировка, дистанция от берега не более тысячи ярдов. Перестроения класса А. Постепенно смещаются к северу. Есть основания полагать, что ищут наблюдателей. – Голос уверенный. У человека хорошая практика наблюдателя, это раз. Два: судя по запасу слов, с образованием, то есть не рядовой. Или маг.

А насчёт смещения к северу, правильно замечено, смещаемся очень медленно, так что даже и не скажешь, то ли наш десяток просто на манёврах, то ли ищет кого-то на земле.

А вот и ответ с базы:

– Вас понял. Продолжать наблюдение. Никуда не двигаться, пока те не улетят.

Судя по построению фраз, офицер. Раз так, вряд ли у него маг в подчинении. Значит, наблюдатель с амулетом.

И ещё сообщение, но другим голосом:

– Вижу десяток драконов, десятник пятнистой масти. Тренируются в перестроениях, но медленно приближаются ко мне.

Ясен пень, влез в эфир наблюдатель, который сидит севернее. Умён: догадался, что при таком медленном перемещении результативный поиск нереален.

Но очень настораживает сам факт классификации наших перестроений. Делаю вывод: аналитическая работа у противника на приличном уровне. Класс А – надо полагать, то есть школярского уровня. Аналитическая работа… А как насчёт сбора разведданных среди драконов? При этой мысли все остатки моего благодушия начали увядать, съёживаться и обращаться в пепел.

Обдумывание контрразведывательных проблем пришлось отложить. Важнее было заслушать всех ребят об их работе со связью.

Результаты не порадовали. Лишь аккуратный Таррик смог подцепить нужную волну с минимальным опозданием относительно меня. Прочим на это понадобилось, по прикидкам, не менее десяти минут, а хуже всех справилась Рройта, которая вообще почти ничего не услышала. Её глаза дивного ультрамаринового цвета – на Земле я видел что-то подобное лишь в рекламах контактных линз – смотрели с таким жалобным и виноватым выражением, что оргвыводы были сделаны в самых мягких выражениях:

– Рройта, тебе предстоит подучиться работе с кристаллом. Таррик, эта работа достанется тебе, как самому умелому. Рядом с пещерами слушать бессмысленно, расстояние велико. Потом: если наблюдатели не дураки, то зря болтать не станут. Так что, Рройта, в лучшем случае ты можешь освоить как следует приёмы работы с кристаллом. А вот потом – завтра или послезавтра – будет урок настройки кристалла на лету. Пока все свободны, но далеко не улетать. Если что, вызову. Гирра, у тебя что-то было сказать о столовских разговорах?

У неё очень даже было. Кандидат в контрразведчицы добросовестно пересказала то, что услышала сама и её товарищи. Заслушанное стоило внимания только в отношении того (или той), кто меня знал по школе. Неудивительно, что Гирра не распознала голоса: во мне уже давно жило подозрение, что тонкости тембра драконы различают хуже людей. А разглядеть кого-либо, находясь хвостом к говорившей, тоже трудновато. Но поскольку сделать с этим ничего было нельзя, то я и махнул хвостом на проблему (до поры).

Пообещав ещё один разговор на сыщицкие темы, я поспешил в штабную пещеру. Там ждал сюрприз.

– Без чинов. Я хочу заслушать мнение о полученных твоим десятком разведданных, а также о том, как эти данные использовать.

Вот так блинчик! Ну прямо жертва пешки без видимых причин. Зачем сотнику делать подобное заявление? Он что, хуже меня знает тактику? Даже не смешно. Пытается оценить мои познания? Чепуха, экзамен он уже принимал. Сверка моих разведданных с другими? Возможно, но маловероятно: не уровень десятника. Да их, скорее всего, ещё и не получили. Пытается расколоть меня на некое нестандартное предложение с учётом возможностей моих ребят? Вот это уже куда более вероятно. Хорошо же, примем жертву.

– Если допустить, что выявленное моим десятком расположение опорных пунктов соответствует действительности… – кажется, эта оговорка понравилась Рругу, – то самым удобным направлением атаки следует признать подавление пунктов три, четыре и пять. Ну, пятый под вопросом. Разумеется, если сразу за атакой начнут действовать человеческие маги. Но даже при идеальном согласовании действий драконов и людей… – этой фразой и, главное, интонацией я давал понять, что в подобный идеал не верю, – предвижу большие потери среди драконов. В лучшем случае десять драконов убитыми, в худшем – двадцать пять. Потери ранеными составят примерно столько же…

Чугунная статуя дракона выказала бы больше эмоций, чем сотник.

– …разумеется, если не будет применена магия смерти. В этом случае следует ожидать значительное возрастание потерь убитыми.

Всё сказанное мной было почти тривиально. «Серые ястребы», набрасываясь на драконов, уже пострадавших от иной магии, без больших усилий с ними справлялись, увеличивая тем самым силу «серого капитана». В истории похожее встречалось неоднократно. Однако пора уже капать мёдом в бочку с дёгтем.

– Тем не менее имеется возможность переломить указанную ситуацию в нашу пользу. Вариант следующий…

В процессе доклада мне показалось, что высказанные предложения выглядели в глазах Рруга не столь уж дикими. Ответ сотника подтвердил это:

– Да, в принципе такое возможно. Что тебе нужно для осуществления плана?

– Для начала уверенность, что мы это сделаем вовремя. Хочу сказать: уверенность, что в последний момент наступление не отменят. Потом – полное прикрытие десятка. Имею в виду – все должны быть уверены, что нас там не только не было, но и быть не могло. Например, приказом полутысячника мы переведены на южный участок. Далее: у всех нас истощение будет, пусть даже не полное. Нам понадобится отдых. Хорошо бы ещё воздушного разведчика послать с самым рассветом, убедиться, что результаты достигнуты. Пусть даже летит на высоте две мили, всё равно увидит… следы.

Сотник задумался.

– Твоему плану может воспрепятствовать погода.

– Я постараюсь просчитать варианты.

– Считай. Что до условий: возможность отдыха гарантирую. Послать воздушного разведчика – могу отдать приказ своей властью. Насчёт отмены… Ну, тут мой опыт говорит, что во всех битвах с моим участием не было такого, чтоб в полночь отменили намеченное на завтра наступление. А вот прикрытие – дело не столь простое. Вовлекать полутысячника официально – не лучшее решение.

Вот как? Что ж, попробуем стрелять вслепую:

– Полутысячник может отменить эту операцию?

– Не исключено, но маловероятно.

Сказано было так, что до любого дошло бы: это не единственная причина. Посему я произвёл второй залп наудачу:

– Из окружения полутысячника сведения уходят… куда не надо?

– Не напрямую.

Намёк до неприличия прозрачный. Сотник дал понять, что рядом с Тхорром имеется либо болтун-находка-для-шпиона, либо некто, сознательно сливающий информацию. Выявить такого дракона – как раз работа для мага разума. Или не дракона? То, что я при полутысячнике не видел ни одного человека, не доказательство, что таковых нет. Кстати, встреча с магом разума для меня крайне опасна. Сам-то я по этой части почти полный недотёпа: проверку на правдивость, конечно, спроворю, но что касается сканирования – тут уровень студента третьего курса в лучшем случае. О качестве моих щитов лучше просто разрыдаться.

В этот момент мысль шмыгнула вбок резвой мышкой:

– В каких погодных условиях обычно ведётся наступление?

Сотник был огневиком, я это знал. Но некоторое понятие о чужих видах стихийной магии он всё же имел.

– Думаешь о воде? Правильно думаешь. Но дождь и туман на деле хуже – видимость становится скверной. Приходится работать с меньшей высоты… Ну и противодействие при этом, сам понимаешь. Оптимальная погода – сплошная облачность, но без осадков.

Ещё как понимаю! Драконы летают низко – к «Ледяным брызгам». Зенитчикам лафа. Из облаков воду тянуть больших усилий не надо. Но что, если будет ясная погода? Рискуем потратить порядочно сил. А хватит ли их?

– Были случаи, что атаку отменяли по погодным условиям?

Ответ содержал твердейшую уверенность:

– Не было такого.

– Вижу два варианта действий. Но надо считать…

Наш разговор прервал порученец полутысячника. Он посмотрел на меня и показал хвостом на выход. Пришлось перейти на уставной тон:

– Разрешите лететь?

– Летите.

И я полетел в пещеру своего десятка. Нам было что обсудить. По дороге встретил Тхорра. Он направлялся туда, откуда вылетел я. Наверняка получил разведданные от людей.

В штабной пещере

После того как порученец вышел, в штабной пещере остались сотник и полутысячник. Они уже виделись сегодня, поэтому приветствий не было.

– Твой пятнистый десятник знает своё дело.

– Хочешь сказать, его данные подтвердились?

– Ещё лучше. Наземная разведка не смогла подобраться к двум из замеченных им опорных пунктов. Соответственно, нет точных сведений об их местоположении. А Стурр их выдал. Не припомню, чтобы дракон мог обойти людей в этом деле.

– Я же тебе говорил: универсал.

– Начало у него точно хорошее. Если и дальше так пойдёт, твоего протеже ждёт приличная карьера. Но сама предстоящая боевая задача мне не нравится. Как ты сам догадываешься, опорные пункты расположены именно там, куда их поместил бы любой искушённый командир. И это как раз плохая новость. Сам знаешь почему.

– Не всё так плохо. Стурр предложил план по уменьшению потерь.

– Он сам его предложил?

– Да.

– Его план реален?

– Нет. Пока что нет. Нужны расчёты и, возможно, корректировка.

– Ты говорил, что твой подопечный – превосходный расчётчик.

– Говорил и говорю. Думаю, через день план обретёт реальность. Но у моего десятника есть условия.

– Десятник? Сотнику? Ставит условия? Либо ты его перехвалил, либо условия… очень по делу.

– Второе. Он хочет полной неофициальности. Чтобы ты не отдавал никакого приказа.

– Он что, знает?..

– Не думаю. Но наверняка догадывается.

– Значит, мой приказ не содержит слов.

Расчёты оказались нелёгкими. Из математических глубин меня вывело осторожное поскрёбывание когтем по боку.

– Стурр, – непривычно мягким тоном обратилась Суирра, – ты так можешь и ужин пропустить.

– А… ну да…

В столовую пещеру я шёл на автопилоте. Ел с его же помощью. И только на обратной дороге всё сложилось. В сухую погоду мой первоначальный план проходил, но с очень уж небольшим запасом. То есть без дополнительного варианта не обойдусь. Его надо готовить.

В пещере меня ждали десять пар глаз, наполненных здоровой любознательностью.

– Вот что, ребята, на сегодня задача простецкая – подзарядить кристаллы. А вот назавтра потруднее. Рройта, Таррик, вам тренироваться, но пока на земле. Это вы знаете…

Полное согласие.

– …Харрф и Фиорра, вам лететь вдоль реки, но над нашим берегом и не более часа в одну сторону. На юг и на север. Кому куда, сами решайте. Задача: найти место, где нет ни людей, ни драконов. Это для предстоящих тренировок всей команды. Разумеется, заодно пытаться прослушать вражескую связь. Гирра, Фаррир, Глорр, Хьярра, вам терпеливо ожидать возвращения наших с рекогносцировки. Потом дам задание на тренировку. А теперь всем выйти из пещеры, кроме Согарра и Суирры.

Признаки удивления в подчинённых можно было разглядеть разве что под хорошим микроскопом. Мои уже научились держать себя в лапах. Согарр, скорее, выглядел встревоженным и озабоченным, он всё пытался угадать суть особого задания и не мог.

– Вам, ребята, самая сложная задача. С утра полетите на реку. Ориентир – высокий берег из оранжевой глины на нашем берегу и песчаный плоский берег на другом. Засаду там не ожидаю, очень уж открытая местность, но поглядывать надо. Если вас разглядят с дистанции пятьсот ярдов, не беда. Над рекой будете валять дурака, изображая пылких влюблённых. Одновременно слушайте вражеские голоса, но это вспомогательная задача. Кувыркайтесь в воздухе. Плюхайтесь в воду… – Далее в моём голосе прозвучали интонации боевого приказа: – Обязательно ныряйте! И при этом постарайтесь найти место, где на дне камни. Примерно вот такие… – Я показал лапами нечто в полцентнера. – Короче, такие, чтобы их можно было нести в течение получаса. Числом не менее десяти…

При этих словах соратники переглянулись.

– …Ориентиры и глубины запомнить, разумеется. Эти камни – наша первая и главная цель, а вторая, и тоже главная, – чтобы наблюдатели ни о чём не догадались. Для них ты, Согарр, должен выглядеть юным беспечным дураком, а ты, Суирра, – юной беспечной дурой. Потому вас и выбрал. Лишь очень умные драконы могут убедительно изобразить законченных балбесов. – Существовали также иные причины для выбора именно этой парочки, но пусть думают, что глубокий ум был единственным критерием. – Задачи ясны?

– Так точно!

И тут же Согарр сменил уставной тон на обыденный:

– Если что, где тебя искать?

– Завтра меня вызовет сотник. Буду если не в жилой, то уж точно в штабной пещере.

Глава 4

От разведки к диверсии

Завтра, как и следовало ожидать, оказалось мудрее, чем сегодня.

Ребята уже улетели с приказом валять дурака над рекой, а я крепко задумался. Ну, допустим, они найдут нужные камни – и что? Найденное должно быть в распоряжении к моменту полёта на дело. А дело запланировано ночью. Даже хорошее сумеречное зрение не поможет отыскать их на дне реки. И анализ потоков магии воды не спасёт: здесь требуется не просто найти камень под водой, а оценить его вес, хотя бы приблизительно. Я и сам такую задачу с ходу не решил бы. Значит, надобно достать камушки, причём незаметно для наблюдателей. Или заметно, но так, чтобы никаких подозрений не возникло. Как?

Первое пришедшее на ум решение было столь же очевидным, сколь и неверным. Да, можно найти камни, днём поднять их из воды и улететь с ними, но хороший наблюдатель сразу же увидит это… Нет, не годится. Что о нас люди подумают?!

Второй вариант предусматривал использование телепортации. Моих кристаллов должно было на это хватить. И тут же пришлось самого себя остановить: телепортация возможна лишь в пределах прямой видимости. То есть сразу же после транспортировки наблюдатели увидят кучу крупных глыб, появившихся из ниоткуда. Результат будет тот же.

А если телепортировать в место, которое наблюдатель увидеть не может? Ведь, в сущности, задача сводится к незаметной транспортировке каменюг в такое место, откуда их можно потом забрать. Где такое место? Помню, что есть, узкий проход между кустами на нашем берегу. Он просматривается лишь с определённого угла. А есть ли напротив него под водой камни?.. Отдаёт нереалом. Да нет, что там: просто невозможно. Да ещё наш берег с откосом, далеко за его кромку не телепортировать.

Не то чтобы задача вовсе не поддавалась решению, нет, просто оно не давало гарантируемого результата.

Я всё ещё перебирал варианты, когда перед входом в пещеру села пара доблестных разведчиков. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять: приказ не то что выполнен, а выполнен с наслаждением. Видимо, Согарр вошёл в образ… очень глубоко. Ну и Суирра подыгрывала… тоже убедительно.

– Что скажете, разведка?

Маленькая дракона постаралась напустить на себя серьёзность.

– Ты был прав. Наблюдатели нас заметили, даже обменялись несколькими фразами…

– Мы старались поддержать впечатление, – встрял Согарр.

– Что именно они говорили? – Почему-то показалось, что эта информация может оказаться важной.

Я уверился в этой мысли, когда напарник доблестной Суирры получил от неё короткий и почти незаметный удар задней лапой.

– Вот что они сказали…

В двухстах ярдах от реки

– Вижу двух драконов. Азимут шестьдесят восемь, летят перпендикулярно берегу.

– Не к нам то есть. А что им надо-то?

– Непонятно… Думаю, нас они не видят.

Через две минуты:

– Ух ты! Да чего ж он вытворяет?!

– Мне кажется, тот, который побольше, серо-голубой, это дракон, а второй, который маленький и розовый, – дракона. Он вроде будто пляшет в воздухе перед ней. Лихость свою показывает.

– Она даже красивая… Гляди, как лихо вертится.

– Ага, красивая, если близко не подходить. Тебе оттуда когтей да клыков их не видать. Потом, они же маги все как есть. Да и запашок от драконов…

– Что, так сильно воняет?

– Ну, как козёл пахнет, представляешь?

– Не, я городской.

– Так вот, лейтенант говорит, от драконов разит ещё сильнее.

– Он откуда знает?

– Было дело четыре года тому назад. Одного залётного сбили…

– Эка он вокруг неё увивается! Как ты думаешь, она ему даст? Ух, как ныряют!

Согарр продолжил самым деловым тоном:

– Ну, дальше, в общем, неинтересно. Наблюдатели ещё обсудили, у кого больше, у дракона или у человека, а потом в разговор вмешался третий и велел не болтать по связи. Нам удалось убедить их, что мы прилетели по… э-э-э… личным делам. Но это не всё.

Суирра вдруг приняла горделивую, даже величественную позу. В тот момент я поспорил бы на целый золотой рудник: мерзавка нарочно меня смешит с целью подрыва авторитета начальства.

– Её идея, – Согарр указал хвостом на напарницу, – она придумала.

– Излагайте.

Тон у Суирры был такой, как если бы она рассказывала наставнику решение простенькой задачи.

– План, в общем, простой. Нужны камни, которые на дне имеются, так? Причём брать их надо незаметно, иначе ты нас не послал бы. Или брать в самый последний момент, когда противник уже ничего не успевает придумать…

Тут инициативу перехватил напарник:

– И Суирра предложила перенести их под водой в заранее намеченное место. Мы там составили целый ряд, двенадцать штук на всякий случай. Расстояние между камнями примерно соответствует их поперечному размеру. Ориентиры вот какие…

Ай да соратники! Вот и решение задачи! Похвалы посыпались со всей возможной щедростью. А теперь развить мысли в том же направлении:

– Мне почему-то кажется, что вы догадались о плане атаки…

Довольные ухмылки в ответ.

– …но это не весь план. Вариант: если позволит погода, то атаковать глыбами льда, ускоряя и направляя их телемагией. Для этого придётся потренироваться. Разумеется, так, чтобы нас никто не видел, даже свои. То есть полетим на запад от пещеры. Соображения ясны?

Тупостью мои подчинённые не страдали.

– Думаю, сегодня меня вызовет сотник. Предстоит знакомство с другими десятниками. А вот потом… Ладно, пока отдыхайте, но прежде вызовите Таррика с Рройтой… А, вот и они.

Для тех уже был готов приказ: вылететь в западном направлении, то есть к реке, и отработать там перехват магосвязи. При этом настройку кристаллов изначально сбить и настраивать именно на лету.

В двухстах ярдах от реки

– Ещё одна парочка. Но цвета другие. Она опять же покрупнее. Реку не перелетают. А цели… гы-гы-гы… такие же, как и у тех.

– Отсюда кое-что следует. Если они устраивают тут перетрах, значит, у них есть на то силы и время. Никто из ихних не препятствует, заметь. Начальство не потерпело бы такого, будь наступление назначено на завтра.

– А красиво они танцуют в воздухе. Прямо как люди.

– Только люди это делают на земле. А так – да, красиво. Я вот думаю, что ни одна дракона не даст, пока её ухажёр не выпишет с пятьдесят полноценных кренделей в воздухе. Или все сто.

– Как понимаю, он ей норму уже выдал, так что…

– Опять болтовня? Под арест захотели? Так я это живо устрою! Докладывать только сведения, имеющие значение для командования! А сколько раз он её, да в каких позах – интереса не представляет! Ясно?

– Так точно!

Знакомство с другими десятниками. А ведь серьёзное дело. Престиж мне очень нужен: это доверие, это и сторонники. Посмотрим…

– Представляю: наш новый боевой товарищ Стурр. Капитан команды, дважды победившей на олимпиадах. Под его началом десяток особого назначения.

Цепкие, оценивающие взгляды. Драконы разновозрастные, но все старше меня. Одного я знал: тот самый серо-зелёный, который сцепился со мной из-за пещеры. Именно его гребень выражал некоторое уважение. Все прочие были нейтральны.

Сотник назвал десятников по именам, после чего распрощался.

– Предлагаю перейти на «ты». – Это сказал Слирр, дракон легкомысленно-лимонной масти, явно с солидным опытом. Чешуйки на правом плече имели какую-то неправильную форму. Прокачивать потоки магии жизни желания не было, но больше всего это смахивало на след от ранения ледяным или водяным снарядом.

– Согласен.

В разговор вступила Тайрра, особа с бирюзовой чешуей и неприятным взглядом:

– Ты уже летал на разведку?

– Угу.

Ясно, что эта новость распространилась очень быстро. Тайрра продолжила:

– Почему выбрали тебя?

Вопрос был задан самым жёстким тоном. Завидует? Или просто я ей не глянулся?

– Не меня, а мой десяток.

– Почему выбрали твой десяток?

– Среди них есть универсалы, в том числе я сам. Мы можем многое.

Степень заинтересованности стала повышаться на глазах.

– Все универсалы – хиляки. – Сказано безапелляционно.

Но тут вмешался красно-коричневый десятник Гъярр. Он говорил рассудительно, почти осторожно. И уж точно в его словах не было ни малейшего недоброжелательства.

– Слабые не выигрывают олимпиады. И мне очень хотелось бы узнать, как такое стало возможным. На случай, если в мой десяток попадёт универсал.

Теперь надо аккуратненько подбирать выражения.

– Что универсалы рождаются с пониженной магической силой – верно. Но её можно увеличить. Для этого требуются способности, желание и время. Сейчас в моём десятке нет никого, чья сила была бы ниже нормы.

Тайрра снова вставила слово. На этот раз она чуть снизила тон:

– Кто твой наставник?

– Наставник тут ни при чём. Система, позволяющая увеличить магическую силу, целиком моё творение.

Кажется, мне не поверили. Срочно надо усилить впечатление.

– Вы можете посчитать мои слова преувеличением, это ваше право. Но данные разведки оказались точными, а без особых способностей десятка мы их не получили бы.

– Если ты такой умный, почему твоя команда не выиграла третью олимпиаду?

Вместо меня ответил ироничный голос слева. Он принадлежал Кафрру, дракону болотно-зелёной масти с умными глазами. Вероятно, тоже из ветеранов – на левой передней лапе недоставало двух когтей.

– Полагаю, олимпиада вовсе не состоялась. Как и в нашей школе в этом году.

Промахнулся я насчёт ветерана. Но в части ума остался при прежнем мнении.

Кафрр продолжил:

– У меня вопрос: сколько времени тебе понадобилось, чтобы увеличить свою магическую силу?

Ход предвиделся. И ответ готов:

– Пять лет. Другим – три года. И ещё их буду учить.

Ключевое слово «учить» произнесено. Да ещё озвучен срок обучения. Часть десятников уловила скрытый смысл. И снова Тайрра:

– Разведка – это ещё не бой. Посмотрим, каков ты в линии.

Пора наносить контрудар.

– Повторю ещё раз: не я, а десяток. Впрочем, не волнуйся так: в линию мы не попадём. У нас будет другая задача, и я сочту её полностью выполненной, если в бою ваши десятки не потеряют убитыми ни одного воина.

Глаза бирюзовой драконы вспыхнули двумя лазерами. Но реакцию Тайрры опередил спокойный и твёрдый голос Гъярра:

– Я первым поздравлю твой десяток, если эти слова окажутся правдой. Думаю, что все присоединятся. Поэтому стоит отложить дальнейший разговор. Впрочем, я рад нашему знакомству.

Мы распрощались. Моему десятку ещё предстояли тренировки. Но перед этим я счёл нужным рассказать подробности предстоящей боевой задачи:

– Значит, так, ребята. В ночь перед наступлением наносим удар по уже знакомым позициям – три и четыре. Если ночь выдастся облачная, работать будем «Ледяными плетями», десять ударов, одиннадцатый – «Ледяными брызгами». При этом поочередно зависаем над целью и телемагией придаём скорости снарядам, заодно и направляем…

Обмен взглядами выразил полное понимание.

– …При этом работаем в таком порядке: первый – я, потом Фиорра, далее Хьярра…

Вначале, по моему расчёту, должны были действовать самые лучшие специалисты в магии воды и огня. Суирра пошла последней из-за своей воздушной специализации.

– …Но это лишь при подходящей погоде – имею в виду наличие влаги в облаках или в воздухе, в противном случае работать будем теми камнями, что нам приготовили на дне реки Суирра с Согарром…

В некоторых взглядах немедленно обозначилось восхищение. В иных прослеживалась зависть.

– …Пять камней и одна «Ледяная плеть» – от меня на опорный пункт. Хуже чисто ледяной атаки, но лучше, чем ничего. Под водой в темноте камни увидеть, понятно, нельзя, но они уложены в ряд, двенадцать штук, их можно засечь по изменению водных потоков. Вопросы?

– Почему бы тебе не взять камни, скажем, в скалах на западе? Не только ты, другие могли бы добыть их магией земли.

– Опасаюсь утечки информации. Добывать камни лучше днём, да ещё лететь с ними. Нас увидят. По твоим же словам, Гирра, во время еды драконы активно болтают языком, а ведь в столовой пещере работает раздатчик. И этот человек общается с другими людьми; даже если он и не трудится на Ас-Лока впрямую, растрепать может.

Суирра, как всегда, задала толковый вопрос:

– Что будет тренировочной мишенью?

– Яма в земле. Это моя забота. Даже когда стемнеет, вы сможете почувствовать искажение потоков.

Эта задача показалась привычной, так что ответом были снисходительные улыбки.

Следующий вопрос пришёл от Таррика.

– Какова величина ледяных снарядов, предназначенных для боя?

Вопрос по делу. Такой педантизм сейчас как нельзя более кстати.

– Они должны иметь форму вытянутой капли. Наибольший диаметр – примерно полуярд. Длина – ярд. Разгонять их надо настолько, насколько силы хватит, но не забудьте: нам ещё возвращаться. Для тренировок, понятно, другие: форма та же, а размеры вдвое меньше…

Примерный расчёт я уже сделал. Боевая «Ледяная плеть» должна весить от ста двадцати до ста пятидесяти килограммов. Тяжесть порядочная, но ведь и держать её предстоит несколько секунд. Тренировочная бомбочка – меньше двадцати килограммов, это мизер.

– …Но к делу: нам предстоят тренировки на метание, и проводить их будем там, где нам никто не помешает. Имею в виду: никто не увидит. Так что полетим на азимут шестьдесят пять. Там небольшая речка – то, что нам надо. Работаем!

До полной темноты оставалось часа два. За это время была подготовлена мишень, по которой отбомбились трижды. Хотя ребята дружно уверяли, что могут «пройтись ещё разочек-другой», я посчитал, что запредельная усталость может навредить куда больше, чем недостаточная отработанность порядка бомбометания.

Прогноз оправдался: на завтра мы ещё имели возможность тренироваться, чем с утра и занялись. А после обеда меня вызвал сотник Рруг. В штабной пещере он был не один, а с какой-то совершенно незнакомой драконой также в звании сотника. Из вышестоящего штаба? Пришлось соответствовать уставу.

– Сударь сотник, десятник Стурр по вашему приказанию прибыл!

– Довожу до вашего сведения, десятник, что на завтра через час после рассвета назначено общее наступление. Своё место и задачу вы уже знаете?

Хитёр командир, отменно хитёр! Всё сказал правильно… для меня.

– Так точно, знаю! Разрешите лететь?

– Летите.

Казалось бы, прошло всего ничего времени, а пейзаж изменился кардинально. Совсем недалеко от реки возникли ряды палаток, коновязи вкупе с коноводами и лошадьми. А главное, прибыли люди. Судя по всему, пехота, кавалерия и маги. На таком расстоянии цвет лент, разумеется, не просматривался. Почему-то глаз зацепился за отсутствие средств переправы. Но тут же подумалось, что для хороших магов огня и воды устроить ледовый мост – задача не из трудных. Более того: наверняка она относится к стандартным.

Сколько же их тут? По земным меркам, примерно полк со средствами усиления да приданная авиация. Но не видно, что делается за поворотом реки, а там, вероятно, бивак ещё такого же подразделения. Не может полк наступать в полосе длиной с десяток миль. Или может? Возможно, что земные знания в военном деле применимы здесь лишь частично. Ладно, высокая стратегия подождёт.

Взглянул на небо. Облачность сплошная, это хорошо. А на западе даже мрачно-серая, то есть ночью вероятен дождь. Ещё лучше.

Разговор в нашей пещере был кратким:

– Сегодня ночью летим на дело. Проверить кристаллы сейчас же, если надо, подзарядить. Потом разрешаю отдыхать.

Заснуть не сумел никто, в том числе я сам. Это было предсказуемо. Потом снаружи послышался шум дождя. Под него удалось даже отвлечься от тупого мысленного перебора всего, что надо предусмотреть. В углу перешёптывались Согарр и Суирра, наивно полагая, что они делают это тихо. Похоже, у них отношения складываются. А вот Таррику может не повезти. Всё же у Рройты присутствует этакая фанаберия «одной из первых красавиц класса».

Некоторое время я развлекался самым дурацким способом: мысленно прикидывал варианты составления пар из моего десятка. Между тем дождь кончился. Надо бы выглянуть из пещеры… Так, туча уходит на восток. А на западе небо уже ясно. Придётся поторопиться.

– Десяток, подъём!

Всё-таки люди больше приспособлены к бесшумной ходьбе, чем драконы. И топали мои ребята громковато, и о мелкие камни запинались. Ладно, будем надеяться, нас не услышали.

Мы взлетели на рабочую высоту почти по вертикали. Это уменьшало вероятность обнаружения нашего десятка каким-либо из полуночников. Луна всё ещё не появилась, но подсвечивала края тучи. Этого оказалось достаточно, чтобы найти ориентиры. Небольшая коррекция курса… Ещё с полчаса полёта – и мы догоним дождь. Так, а вот теперь нас визуально точно обнаружить нельзя. Магоэфир молчал, а это значило, что мы и вправду невидимы для наблюдателей на земле. Да чего там, даже друг друга мы не видели, а строй поддерживали лишь благодаря ориентации на воздушные потоки.

Вот и опорный пункт. Его, разумеется, не было видно, но искажение полей земли чувствовали все. Как и договорились, я заходил на бомбёжку первым. Тормозим в воздухе. Одновременно подключаем вертикальную тягу, потому что на такой скорости крылья уже не держат. Зависание… Теперь сформировать «Ледяную бомбу»… Пошла!

На нашей стороне были местные военные традиции: все знали, что именно драконы всегда начинают операции по наступлению, равно что и ночью драконы не воюют. А до рассвета оставалось часа четыре. На это и был расчёт.

Магосвязь в блиндаже, вероятнее всего, не была включена. Экономия кристалла, знамо дело. Помилуйте, зачем сидеть на связи, если сообщений нет и быть не может?

Вторая бомба ушла… Третья… Четвертая… Пятая… А ведь рисунок полей земли ощутимо поменялся. Здорово мы там прошлись. Всё, третий опорный пункт не существует. Но на случай, если кто оттуда выполз, последняя, осколочная.

На земле всё ещё темно, поэтому десяток не заморачивался разглядыванием результатов, а сразу взял курс на четвёртый опорный пункт. С ним дело пошло не столь гладко. Начать с того, что мы и нашли его не сразу. Тем временем дождь кончился. Хуже того, туча ушла, а на фоне звёздного неба силуэты летящих драконов стали заметны.

Как бы то ни было, в магоэфире прозвучало не испуганное, а скорее раздражённое:

– Какого Тёмного?

Одиннадцать бомб пошли вниз одна за одной. С момента, когда первая врезалась в блиндаж, магоэфир был глухо пуст. Не думаю, что по второй цели мы отбомбились хуже, чем по первой. Всё, домой без задержек.

Лично у меня запас адреналина кончился ещё до того, как мы подлетели к родной пещере. Вроде истощения быть не могло, но почему-то усталость навалилась хуже бетонной плиты. Остальные, как полагаю, чувствовали то же самое. Ребята свалились на свои подстилки, как кегли. Подзарядкой кристаллов, разумеется, пренебрегли.

Но мне предстоял доклад сотнику. Будить Рруга не пришлось: он ждал меня в штабной пещере. Больше там никого не было. Вопросы и ответы были до предела лаконичны.

– Как?

– Опорные пункты три и четыре уничтожены, вероятно, полностью. После воздействия льдом мы не увидели и не услышали чего-либо, указывавшего на присутствие живых людей. Но было темно, так что проверка нужна.

– Хорошо. Разведчика я уже выслал. Отдыхай.

Последнее, что я увидел, падая на подстилку, – небо за входом в пещеру начало светлеть.

Глава 5

Тактика с продолжением

Нас никто не будил, сами проснулись. Сначала я подумал, надо бы рвануть в штабную пещеру, но потом решил, что в столовой можно узнать новости гораздо быстрее. Туда мой десяток в полном составе и двинулся.

Даже не надо прислушиваться, чтобы по гребням понять: победа! И разговоры это подтвердили:

– …противодействия не встретили! Совсем никакого! Те даже не попытались…

– …когда стало известно? Уж если с рассветом…

– …так разведка подтвердила. Полностью разрушены, да если бы только это, ещё и…

– …и ты не знаешь? И мне не сказали, и Слирру. На самом деле…

– …тут и думать нечего. Я сам и весь мой десяток видели: отступление от всех опорных пунктов…

– …нет, полный успех, ну ты только подумай: маги заняли все холмы, закрепились на них…

Возникло ощущение, что чего-то я не понимаю. Сотника, как на грех, рядом не было. И втихую смыться в штабную пещеру не представилось возможным – нас окружило кольцо десятников. Посыпалось:

– Как вам удалось уничтожить опорные пункты?

– Я же говорил: мой десяток особого назначения.

– Почему вас никто не заметил?

– Мы действовали ночью.

Пауза. Перестрелка взглядами. Потом:

– Вы сумели разглядеть опорные пункты ночью?

– Универсалы способны это сделать.

Если среди десятников есть драконы с аналитическим складом ума – а такие должны быть, – то они догадаются, но даже им на это потребуется время.

– Тебя и твоего десятка не было в линии.

Не нужно поворачивать голову, чтобы догадаться об авторе реплики. Тайрра, понятно. Надо её слегка осадить.

– Ты хотела задать вопрос?

Отдать должное – бирюзовая дракона поняла свою ошибку и попыталась исправиться:

– Я не видела тебя и твоих воинов в линии. Почему?

Придётся добавить энергии в щелбан:

– Я тоже не видел тебя и твоих воинов в линии. Почему?

Мои ребята уже привыкли к подобным выходкам. Почти все сдержались, за исключением Фиорры: та захихикала. Часть десятников принялась усиленно разглядывать горизонт. Тайрра влезла в капкан всеми четырьмя лапами и хвостом впридачу:

– Я-то участвовала в сражении! И мой десяток тоже! А вот тебя в линии я не видела!

Мой голос сделался серьёзным и даже торжественным:

– Я могу сказать, почему ты меня не видела, а также объяснить, почему я не видел тебя. Это потому… – нарочитая пауза, – что меня в линии не было.

Общий ржач. Пришлось выдержать ещё одну паузу.

– А теперь мои вопросы… – И мой голос прямо пропитался состраданием: – Велики ли потери у твоего десятка в сражении?

Слова «в сражении» были елико возможно выделены голосом. Тайрра явно догадалась, куда я клоню. Нет, не дура. Но на вопрос отвечать надо.

– Потерь нет.

– Какие заклинания использовали ты и твой десяток в сражении?

– Никаких.

Десятники улыбались. Им уже всё было понятно. А вот мне – далеко не всё.

– Теперь вы мне расскажите, как всё дело прошло.

Рассказ вроде был ясный, однако на самом деле мне ясности не внёс.

По приказу сотника десятки были направлены на опорные пункты три и четыре. Первый же взгляд на оборону выявил, что прорывать, собственно, нечего. Мало того, выяснилось, что из соседних блиндажей идёт поспешное отступление. Поскольку не было приказа преследовать противника, это и не делалось.

Уже создалась неясность. Нет, больше того, провал в знаниях. Нас учили тактике в пределах эскадрильи. Сейчас нужно осмысление операции полкового уровня. А если проверить?

– Кто-нибудь помнит, были ли случаи наступления с преследованием отступающего противника?

Всеобщее недоумённое покачивание гребнями.

– А вообще заметил ли кто из вас нечто необычное?

Кафрр не мог ничего сказать, он сам новичок, как и я. Тайрра промолчала, возможно, из вредности. Ответил Гъярр:

– Я видел Великого Ас-Тора. Раньше он не присутствовал.

– Тогда у меня есть ещё вопросы. Почему ты думаешь, что это он?

– Плащ цветов радуги. Ни у кого такого нет.

– У него была свита?

– Разумеется. Шесть магов. Все в оранжевых плащах. Они ничего не делали, просто стояли.

Стало быть, он наблюдал. А при нём порученцы. Возможно, и охрана. Великий наверняка экономит силы. Впрочем…

Додумать мысль мне не дали. В разговор неожиданно влезла Тайрра:

– А я видела Ас-Лока. Правда, до него далековато было, цвета плаща не разглядеть. Но группа такая же, и тоже наблюдали и ни во что не вмешивались.

Ещё интереснее. А попробую-ка мелкую хитрость:

– Великие, как я погляжу, недостаточно внимательны к собственной безопасности.

Все десятники дружно фыркнули, а Тайрра так просто с трудом удержалась от хохота.

– Сразу видно, что у тебя мало боевого опыта, – заявила она снисходительно. – Все десятки загодя получили приказ ни в коем случае не атаковать Великого.

Я вежливо приопустил гребень. Великолепная Тайрра продолжила поучение:

– И я прекрасно понимаю обоснования для такого приказа. На то, чтобы смести с неба всю нашу сотню разом, хватило бы одного движения руки Ас-Лока. А драконов надо беречь.

Как здесь берегут драконов, я уже знаю. Попробуем другой заход:

– Положим, атаковать Великого могут и наземные силы. Даже диверсанты. Вот почему думаю, что Ас-Тору надо бы принять меры…

Тайрра прямо наслаждалась высочайшим уровнем своих познаний:

– И ты полагаешь себя умнее, чем Наивысший? – Собеседница вылила на меня чашу, до краев наполненную презрением, не промахнувшись ни каплей. – К твоему сведению, Великие, даже Ас-Лок, не только намного превосходят тебя в магической силе, но ещё и владеют такой магией, которой ты, универсал, и названия не ведаешь… – Интонация, с которой было произнесено слово «универсал», по замыслу должна была истереть меня на частицы молекулярного уровня. – Вот почему на жизнь Великих никто никогда не покушался.

Я успел подумать, что это чушь, иначе все Великие жили бы себе и не вымирали, но тут подал голос серо-зелёный Критарр:

– Было такое. Я от родственника слышал: примерно четыреста пятьдесят лет тому назад по Ас-Тору кто-то применил мощное заклинание, что-то из комбинированной магии. Но Великий защитился, хотя вся его свита погибла.

Вот это интересно. Надо будет учесть.

– Так вот, наше наступление развивалось…

В шатре доктора магии воды Диввар-ола

– …Напоминаю вам, Каншен: успешные диверсанты противника целиком на вашей ответственности. Не подумайте, что я хочу вас утопить. Должность начальника контрразведки и без случившегося была не слишком привлекательна… для умных; ну а если кто из дураков замыслит вас подсидеть, туда ему и дорога. Но сейчас мне важно понять не только «как», но и «почему».

Собеседник особо почтенного по уровню интеллекта полностью соответствовал должности. И разумеется, заметил слабину в позиции командующего.

– Вы, Диввар, предполагаете, что, коль скоро имела место диверсия, то обязательно должны быть диверсанты. А я в этом не столь уверен. – Пауза. Командующий не страдал худоумием и потому предпочел не возражать сразу же, а сперва внимательно выслушать. – С вашего разрешения, я напомню вам факты. С утра пользование магосвязью было запрещено вашим приказом, поскольку именно утром предполагалось генеральное наступление противника, и в данном случае разведка не ошиблась. Сосредоточено оно было против опорных пунктов три и четыре, и это также предполагалось заранее. Однако ночью магосвязь разрешалась, более того, предписывалась. Рутинная проверка готовности, понятное дело. За час перед рассветом связисты опорных пунктов три и четыре не откликнулись на вызывающий сигнал. Как и полагается, об этом поставили в известность ваш штаб, а также моих людей. Но на проверку состояния дел послали – уже без всякого согласования со мной! – двух бакалавров – воздушника и огневика. Напоминаю также, что подозревать – это моя работа. Почему-то не подумалось, что случившееся есть лишь следствие разгильдяйства или пьянки. Вот почему я приказал отправить туда же магистра из контрразведки, но ему сказали, что группа уже выехала на объекты. Мой человек всё же пустился догонять этих двоих и наткнулся на них, проехав примерно две трети пути. Предварительный расспрос выявил следующее. Бакалавры не дошли до опорного пункта номер четыре примерно сто ярдов, но отчётливо увидели, что тот полностью разрушен. Однако в воздухе находился дракон, и потому в полном соответствии с уставом бакалавры начали поспешное отступление, поскольку противодействовать они были не в состоянии. И всё же кое-что они установили. – Вопреки ожиданиям командующего, контрразведчик не выказал ни малейшего неуважения к усилиям тех двух бакалавров. Скорее, в речи прозвучало признание заслуг. – Воздушник не обнаружил никаких следов магии по своей специализации. Вполне ожидаемо. На таком расстоянии да спустя не менее двух часов после воздействия… даже доктор, вероятно, ничего бы не почувствовал. Не та стихия. Но и следов магии земли – вторая специализация этого бакалавра – тоже не оказалось! А вот огневик обнаружил следы по своей специализации. Он даже увидел кусочек льда, но не догадался его сохранить. Маг разума проверит всё сказанное этими двумя, но мой опыт говорит, не наврали.

На этот раз командующий не выдержал:

– Драконы не пользуются заклинаниями льда. Для этого надо одновременно владеть магией воды и огня.

Разумеется, не было произнесено, что каждый дракон владеет лишь одним видом стихийной магии. Командующий резонно предположил, что уж кто-кто, а начальник контрразведки такие вещи обязан знать.

– Ошибаетесь. Среди драконов встречаются универсалы. Правда, это редкость. Но я продолжу. Есть ещё довод в пользу этой версии. Атака прошла в тёмное время суток, но удары оказались превосходно нацеленными. – Каншен не отказал себе в удовольствии сделать маленькую паузу.

Собеседник отреагировал именно так, как он предвидел:

– Так что из того?

– То, что магия земли, вообще говоря, позволяет с отменной точностью обнаружить объект. Её потоки, точнее, искажения, вызванные в потоках земли соответствующей магией, сохраняются долго и могут быть локализованы.

На этот раз сообразительность командующего сработала без осечки.

– Да, вы правы, предположение об универсале объясняет возможность участия драконов в этом деле. Но это лишь предположение. И потом, пешие диверсанты могли использовать магию земли точно так же.

– С небольшой поправкой. Точное прицеливание с земли выполнить можно, но для этого надо подобраться к объекту на сравнительно небольшое расстояние. Я консультировался с магом земли: для бакалавра предельная дистанция составит сто, от силы сто пятьдесят ярдов.

– Для бакалавра?

– Именно. Подходить столь близко к опорному пункту слишком большой риск. Для магистра – все пятьсот. Но для прицеливания нужны двое. Вы представляете диверсионную группу, включающую двух магистров?

– Хорошо, а каковы возможности прицелиться с воздуха?

– Вот этого не знает никто… кроме драконов. Тот же маг земли, привлечённый мной для консультации, утверждал, что расчёт выполнить можно, но его обязательно нужно проверять опытом.

– Позвольте сделать вывод, – в голосе Диввара появились деловые нотки, – вам нужны разведданные. Иначе говоря, ваш отдел должен получить приказ.

– Именно об этом я намерен вас попросить. Прежде всего меня интересует, есть ли вообще у драконов универсалы в их полутысяче, а если да, то сколько. И кто ими командует.

– Составьте проект приказа. Я подпишу.

Чего тут думать, ясно, что надо думать.

Первое и самое очевидное: мои земные сведения по части тактики, скажем так, имеют ограниченную применимость. Впрочем, то же самое относится к тем знаниям, что в меня вложили в здешней школе. Я и мои товарищи отлично выучили, как начать сражение, как его выиграть, однако о том, что делать дальше… Видимо, предполагалось, что это не уровень рядового или даже десятника.

Второе и тоже очевидное: в этом мире действуют некие правила войны. Преследование отступающего противника с целью нанести дополнительные потери – элементарно, уровень курсанта, но здесь почему-то не практикуется. И на такое совершенно точно имеются причины.

Третья проблема касается потерь. У драконов их нет, понятно, но таковые предполагались. Однако из картины боя следует, что маги не должны никого потерять. Стрелки с нашей стороны – средство поддержки магического наступления. А тут они не понадобились – операция развивалась и так.

Выходит, нет и не было никакой объективной потребности в присутствии Великих на поле боя. Наблюдали они… как за игрой.

А ведь я ошибся. Был аналог в земной истории – «странная война» сорокового года между Германией и соединёнными силами Англии и Франции. Помнится, у командира какого-то французского подразделения были служебные неприятности из-за того, что его солдаты открыли огонь по противнику. Даже если это лишь легенда, то весьма правдоподобная.

Тогда начинает вырисовываться план. Первым делом проверить, точно ли вражеских магов так берегут? И был ли приказ ни в коем случае не трогать Великого?

На эту тему я только-только успел перекинуться фразами с Гиррой, как порученец приказал явиться к сотнику.

В штабной пещере присутствовал также полутысячник. Разговор, похоже, предстоял официальный.

– Сударь сотник, десятник Стурр по вашему приказанию прибыл!

К моему удивлению, заговорил не мой непосредственный начальник, а командир, по-земному сказать, авиабригады. Хотя нет, аналогия не полная.

– Десятник, вы образцово выполнили приказ командования. Выражаю вам своё удовольствие.

– Служу Великому!

– В Главном штабе вами также довольны, но только высшие чины. Не сомневаюсь, что они попытаются представить дело как тонкую операцию, разработанную, конечно, ими. На этом хорошие новости для вас кончаются…

Ну да, я так и предполагал, но хотелось бы знать, что именно можно ожидать и от кого.

– …а плохие состоят вот в чём. Кое-кто помельче наверняка затаит на вас злобу. Именно на вас, не удивляйтесь…

Нечто в этом роде я ожидал. Мои гребень и хвост сохраняли предписанную уставом невозмутимость.

– …И во избежание дальнейших блистательных и бескровных побед ваш десяток постараются воткнуть в линию.

К сожалению, этот вариант также предполагался.

– …Также вами могут заинтересоваться маги. И потому… Сотник Рруг!

– Я!

– В достаточной ли степени десятник Стурр компетентен в разработках операций его уровня?

– Десятник Стурр превосходно разбирается как в планировании операций, так и в их проведении.

– Насколько мне известно, вы не в полной мере представляете возможности десятка особого назначения по части магии.

– Так точно, не в полной!

– В таком случае вам ни к чему забивать себе голову тонкостями магии, которой владеют воины десятка и сам десятник. Вам приказ ясен?

– Так точно!

Лично мне суть приказа была понятна до последней буквочки. Маги начнут расспросы с тысячника. В неблагоприятном варианте – с полутысячника. А что тот знает обо мне? Предположим, то же, что и сотник. А тому, в свою очередь, известно о двух универсалах в десятке. Отсюда следует, что мы могли бросить два заклинания магии льда…

А ведь не так уж плохо. В худшем случае мы выиграем время: пока расспросят полутысячника, да пока найдут сотника, тут и военные действия могут прекратиться. В лучшем – на этом расследование и остановится. Впрочем, рассчитывать на такую удачу не стоит.

Голос Тхорра выдернул меня из размышлений:

– Теперь задачу ставлю вам, десятник. На все вопросы (если до вас вообще дело дойдёт) твердите, что операцию планировал сотник Рруг и что он в курсе всех ваших возможностей.

Вот эта идея никуда не годится. Конечно, мага разума не пришлют, но даже бакалавр может проверить любого на правдивость. Не думаю, что разум драконов в этом смысле кардинально отличается от человеческого. Спалюсь, как баллон со сжиженным газом, да ещё товарищей подставлю.

– Разрешите доложить, сударь полутысячник?

– Докладывайте.

– Сударь полутысячник, любой выпускник университета может проверить, лжёт его собеседник или нет.

Тхорр молодец, думал, самое большее, три секунды.

– Вас никто не обязывает лгать. Надлежит говорить правду: операцию планировал сотник Рруг, а вы лишь внесли в первоначальный план незначительные улучшения.

Всё ясно: если маг доберётся до моей особы, придётся вертеться, как плохому студенту в сессию.

– Да, вот ещё что: что означают бронзовые браслеты на вас и ваших воинах?

«Означают» – прекрасно сказано. Умеет полутысячник подбирать выражения! Отвечать надо столь же изящно.

– Осмелюсь доложить, они означают принадлежность к команде, выигравшей олимпиаду, сударь полутысячник.

Что-то промелькнуло в глазах у Тхорра.

– Вы какую школу заканчивали?

– Школу главного наставника Хнурра, сударь полутысячник!

На этот раз я готов был поклясться: оба старших офицера сделали выводы. И услышал, чего и добивался:

– Вы по праву носите эти браслеты. Разрешаю носить их в дальнейшем. Ваша победа в олимпиаде заслуживает уважения.

Глава 6

Опасности фланговых ударов

Уходя из штабной пещеры, я подумал, что с Гиррой стоит посоветоваться, но прежде нужен неофициальный разговор с сотником. А для этого надо улучить момент… Этого сделать и не дали. Окликнувший меня голос был знакомым.

– Стурр!

Это была Рриса. Судя по отсутствию полосок, она пребывала в звании рядового. Как раз её-то быть здесь не могло. Она просто по возрасту для армии не подходила, ей надлежало быть замужем и уже нянчить малыша-дракончика. Возможно, даже не первого.

– Рад тебя видеть, Рриса. – Сказано это было в соответствии с уставом. Старший по званию мог называть младшего на «ты» при сугубо неофициальном общении, при этом тыканье дозволялось и младшему.

Несколько минут ушло на общие школьные воспоминания, но чувствовалось, что дракона подошла не только с целью поболтать на светские темы. И Рриса приступила к сути:

– Стурр, меня послали на разведку вскоре после того, как ты с десятком вылетел на… то самое дело. Даю слово, я не знала, что это твой; мне уже потом товарищи сказали о десятке пятнистого дракона, а ты у нас один такой. Перед вылетом мне поставили задачу: выявить разрушения и оценить их степень. Я без труда обнаружила опорные пункты обороны, точнее, то, что от них осталось, и добросовестно доложила, что они разрушены полностью. Но кое-что в доклад не попало, но потому лишь, что меня об этом не спрашивали…

Ну в точности атака на ферзевом фланге при отсутствии там короля: матовой угрозы нет, а вот позиционное преимущество, если такое было, можно запросто утратить.

– …На третьем пункте отчётливые следы падения четырёх снарядов. Имею в виду, четыре точно, но, возможно, их было больше. Лёд или вода, сказать нельзя, но по крайней мере один был ледяным. За это ручаюсь: сама видела осколки. На четвёртом пункте шесть следов. И тоже один гарантированно ледяной! То, что ты сам универсал, я знала ещё со школьных времён. Хочу сказать, от тебя «Ледяное копьё» можно ожидать. Или чего-то в этом роде. Но вот наличие в твоём десятке шести водников – вещь, конечно, возможная, но маловероятная.

Рриса замолчала, явно ожидая ответа. Почему-то я вдруг отметил краем сознания, что глаза у неё не карие, как я думал раньше (наверное, аналогия с людьми), а тёмно-фиолетовые, как раз под цвет чешуи. Но эта мысль промелькнула и пропала, а отвечать надо было.

– Я отвечу на твои вопросы, если вообще сочту нужным это сделать, – в моём голосе неосознанно прорезались холодно-вежливые интонации контрразведчика, – но только после того, как ты ответишь на мои. – Я сделал паузу, на которую дракона никак не отреагировала. – К какому десятку ты принадлежишь? По каким причинам именно тебя отправили на разведку? С какой стати ты стала интересоваться моей особой, а заодно и моим десятком? Почему ты, вообще, оказалась в армии?

Последний вопрос был бы неприличным, задай я его земной женщине. Он прозрачно намекал на возраст. Но дракони к подобным темам относятся менее чувствительно.

Всё-таки судейская карьера сильно повлияла на способ мышления. Рриса отвечала с методичностью толкового юриста:

– Я принадлежу к десятку Слирра, но чисто формально. На самом деле Рруг использует меня исключительно в разведывательных целях. На это есть основания: у меня превосходное зрение, и я умею видеть то, что другие не замечают…

«Превосходное зрение» – в устах дракона сильное заявление. Да ещё умение замечать нужные детали… Да, прекрасно понимаю сотника. Натуральная разведчица, которую ставить в линию нерационально. Ну, если не считать самых экстремальных случаев.

– …Что же до тебя самого, интерес у меня появился ещё со школьных времён. Ты был единственным участником поединков, действия которого оказались совершенно непредсказуемыми. И это для меня, с моим-то судейским опытом! Сначала я думала, что это из-за неординарных тактических способностей. Такое случается. Но со временем поняла: не только в них дело. И даже не столько. Основная твоя загадка – ты сам…

Чем дальше, тем грознее становилась эта совершенно не предвиденная мной атака. Но до поры мне надлежало помалкивать в тряпочку, чтобы прояснить позиции.

– …Это мне стало ясно ещё с первой выигранной тобой олимпиады. Знаю, что ты хочешь сказать: победителем стала команда. Но ведь её создал именно ты! Противодействие Ррхатоса меня не удивило: у него были мотивы. Но он так и не догадался об истинном масштабе твоих способностей. А вот полное безразличие твоего наставника так и осталось необъяснимо. Уж с его преподавательским опытом не заметить такие странности, это надо быть… И ведь он отнюдь не дурак. И ещё: я судила олимпиады. На первой та же картина, что и в поединках: нестандартность и непредсказуемость. Ну хорошо, допустим, что я просто мало чего понимала в олимпийских соревнованиях, мой опыт тогда и вправду был невелик, но ведь и мои многоопытные коллеги не поняли, как ты смог выдумать подобные уловки, а главное, их осуществить. – Бывшая судья сделала паузу, но только для того, чтобы перевести дух. – Ко второй олимпиаде я уже точно знала из нескольких источников, что ты универсал. Пусть так. Редко, но бывает. Причём универсал со сравнительно большой магической силой. Я про таких не слыхала, но готова допустить, что и это случается. Ты оказался драконом – извини, но уже тогда я не могла думать о тебе как о дракончике – с большими командирскими способностями. Хорошо, и такого можно встретить. Между прочим, это объясняет происхождение высочайших характеристик твоей команды. Далее: все эти достоинства объединились в одной личности. Очень маловероятно, но всё-таки возможно. Ну, снизошёл на тебя дух Чёрного дракона. А вот что невозможно… – Собеседница оскалила клыки. Улыбка? Не уверен. – Это ход соревнований по телемагии. Его я наблюдала лично, причём с близкого расстояния. Первая странность, которую отметили все судьи, – необыкновенное разнообразие тактического рисунка. Ты предвидел и парировал любые заготовки соперников в этой части. Но вторую странность увидела лишь я. Тактика менялась на ходу, прямо на трассе. Не каждый заезд, признаю, но уж восемь раз могу гарантировать. Причём участники от твоей команды (не ты!) меняли стиль, даже не глядя на соперника. После третьего такого случая стало ясно: они слышат подсказки на ходу. Подсказывать мог лишь капитан, верно? Но как? – Фиолетовый хвост стукнул по земле; это был обычный ораторский приём. – Уже после олимпиады я опросила других драконов, возможна ли магическая связь, и если да, то каковы её характеристики? И кто вообще её использует? Ответ дали только те, кто воевал, и в чинах повыше воина или даже десятника. Да, магическая связь существует, но её используют лишь люди-маги. Однако даже они осуществляют это не собственной силой, а с помощью особых камней. Человеческие маги называют их кристаллами. Драконам таковых не предоставляют. Сколько я ни прикидывала, мне так и не удалось догадаться, каким образом ты получил доступ к этой магии. Уж молчу о том, что никаких кристаллов при драконах, шедших по трассе, не было и быть не могло, я бы заметила. Согласись, есть повод для интереса. Да, твой последний вопрос. Я отвечу и на него, но обещай, что не станешь об этом распространяться.

Разумеется, я пообещал.

– Я не замужем, ты угадал правильно. И никогда не выйду замуж. И сирри у меня нет.

В голове немедленно сложилась картина. И догадка оказалась правильной.

– Я пропустила момент… ну, ты понимаешь… не успела выйти замуж, так получилось. Дура была, конечно. И второй тоже… – вздохнула. – Никто не возьмёт замуж дракону, у которой может быть лишь один дракончик. С двумя – и то шансов почти нет.

Наверное, я не сдержал эмоций, потому что Рриса торопливо добавила:

– Зато у моей младшей сестры уже есть чудесная дракошечка. Совершенно очаровательная племянница, а я у неё любимая тётя. Ну как, ты удовлетворён моими ответами?

Теперь надо отражать атаку.

– Ты ответила почти хорошо. Интерес к моей особе понятен, – последовала светская улыбка, – но осталось неясным вот что. Извини, не верю, чтобы тобой двигало простое любопытство. Тебе надо нечто большее. Что?

– Хочу служить в твоём десятке.

Видимо, у меня случилось ошизохренение. Секунд десять мысли гулко перекатывались в голове, не производя полезной работы. Большим усилием воли их удалось собрать в нечто действенное.

– Имею доводы против. Во-первых, десяток – это десять, а не одиннадцать. Во-вторых, сотник Рруг, если он не идиот, не захочет отдавать свою лучшую разведчицу в моё распоряжение… – На этой фразе сообразилка начала со скрипом работать. По крайней мере, запасов ума хватило, чтобы не признаться: «Я тебе не доверяю», хотя именно так дело и обстояло. Вместо этого сказал: – И ещё: я обучал своих ребят не один год. Что они мастерски умеют вычислять, ты уже знаешь…

Понимающая улыбка.

– …но и многое другое могут. Например, нестандартные способы перестроения, из тех, которым не учат в школе… Так что подумай хорошенько. Даже если сотник вдруг разрешит тебе присоединиться к десятку (допустим на минуту, что у него найдутся на то причины), то и тогда по уровню знаний и умений тебе ещё долго предстоит быть младшей из младших. Согласись, это плохо сочетается с твоим возрастом.

Видимо, работа судьи приучила к сдержанности, поскольку никаких признаков недовольства заметно не было. Дракона лишь отчеканила:

– Ты будешь расти в чине, я уверена. Под твоё начало попадёт полусотня. Вспомни обо мне.

Мы расстались. Я на секунду подумал, что Рриса просто влюблена в меня, но эту мысль отверг, как совершенно дурацкую. Для драконов возрастная разница в семь лет ещё более существенна, чем для людей.

Следующие два дня были заполнены до отказа. Я пытался неофициально встретиться с Рругом.

В шатре доктора магии воды Диввар-ола

– Правильно ли я понял, что у вас уже есть результаты?

– Да, это так.

– Похвальная оперативность. Доложите.

– Как я и предвидел, диверсантов не было. Были драконы. Инициатива шла от сотника Рруга. В его распоряжении был десяток особого назначения. Во главе десятка – универсал. Методы обнаружения наших опорных пунктов пока не установлены. Особо подчеркиваю: потерь у драконов нет.

Командующий не сдержал эмоций:

– Вы хотите сказать, что один десяток разгромил два опорных пункта без единой потери?

– Дело было ночью. Все думали, что драконы ночью не воюют. Раньше я тоже так думал.

Подобная самокритика со стороны начальника службы контрразведки ничуть не улучшила настроения командующего. Но держать себя в руках он умел. Последовал вопрос, заданный самым безразличным тоном:

– Из вашего доклада я делаю ещё один вывод: вы полностью исключаете участие наземных диверсантов. Почему?

– Выражусь иначе: вероятность этого мала, поскольку таковые были не только не нужны, но даже вредны. Наши маги могли их обнаружить, то есть зафиксировать повышенное внимание противника к именно этим опорным пунктам. Повторяю: драконы прекрасно справились сами. Но разрешите продолжить.

Командующий вежливо наклонил голову.

– То, что произошло, вообще не диверсия, а нападение. Не вижу причин, по которым это дело могло быть отнесено к моей службе. Это проблема тактическая. Ну и разведывательная.

– И политическая.

Контрразведчик всё превосходно понял, но изобразил на физиономии некоторое удивление.

– Да-да, именно так. Потерь у драконов, по вашим словам, нет, а вот потери наших магов совершенно неприемлемые. Полагаю, вы в курсе.

Служба контрразведки не зря ела свой хлеб. Её начальник, разумеется, тоже.

Командующий продолжил:

– Я, конечно, доложу по команде. Одновременно мои аналитики при штабе начнут разработку вариантов противодействия. Но если они не найдут ничего стоящего по части тактики, то прямо сейчас могу сказать: политическое решение с большой степенью вероятности будет. Но его форму предсказать не могу. По-любому нам предстоит перемирие с противником. Негласно оно уже заключено. Полагаю, что вражеская разведка – и наземная, и воздушная – оживится. Но без активных боевых действий, конечно, как с их стороны, так и с нашей.

Начальник контрразведки состроил самое благожелательное выражение лица.

– Думаю, не ошибусь, если скажу: сбивание драконов-разведчиков не посчитают боевыми действиями?

– Разумеется, нет.

– В таком случае имею просьбу.

– Слушаю.

– В моей группе нет магов смерти. Однако применение этого вида магии может быть полезно, особенно ночью. Имею в виду, как средство противодействия воздушной разведке.

– Поясните вашу мысль.

– Охотно. Днём дракон-разведчик может заметить порождения «серого капитана» и уйти. Во всяком случае, имеет шанс. В ночное время – нет. Он просто не увидит «серых ястребов», а им темнота не мешает, насколько мне известно. Впрочем, если вы сочтёте этот вариант действий превышением моих полномочий, готов от него отказаться.

– Обещаю, что ваше предложение проанализируют со всей тщательностью. Благодарю за ценные мысли. А сейчас не смею задерживать.

Сотника удалось перехватить, хотя и с трудом. Мало того, он согласился дать мне информацию.

Несомненно, победа осталась за нами. Какую-то территорию отвоевали (Рруг не знал точных размеров), но перемирие было заключено лишь на неделю. Отсюда любой офицер сделал бы вывод: намечаются дальнейшие боевые действия, причём в скором времени. Но дальше пошло уже то, что я знать не мог.

– Полагаю, Ас-Лок попытается отбить утраченную позицию. Очень уж она удобна. Будь моя воля, приказал бы нашему войску развивать наступление. Но тут, сам понимаешь, политика, а в её тонкостях ни я, ни ты не особо… того. И ещё: мой опыт говорит, что маги не любят, когда их убивают…

Очень хотелось спросить: «А кто любит?», но в подобных ситуациях языку воли давать нельзя.

– …К тому же потерь у драконов не было вообще, даже ранеными. Даю хвост на оторвание: разведка противника сейчас когтями землю роет в поисках того, кто устроил этакую пакость. И ведь найдёт.

Чего тут не понимать – маги Ас-Лока сделают все возможное, чтобы больше не допустить подобную оплеуху.

Приняв сказанное к сведению, я помчался разыскивать Гирру. Та, похоже, ожидала разговора. По изложении всего услышанного я попросил соратницу высказать своё мнение. Разумеется, о моих собственных выводах не было ни полслова.

Насчёт аналитических способностей двуцветной драконы я не ошибся.

– Очевидно вот что: первым «виновным» в ситуации будешь не ты, а тот, кто спланировал операцию. Тут даже не скажу точно, но вообще-то для начала попадёт под раздачу полутысячник Тхорр. Он, правда, может заявить, что, дескать, не в полной мере знал о способностях десятка. Ему, конечно, ответят, что теперь он имеет полное представление о таковых – кстати, он даже сейчас о них… э-э-э… не вполне в курсе. Тот, кто имеет влияние…

Умна драконья девушка! Ох, умна! Нарочно не называет ни имени, ни звания.

– …наверняка может приказать считать твой десяток… короче, не особого назначения, а просто десяток в линии он будет. Но вижу способ это обойти. Когда начнётся наступление Ас-Лока, сотник может нас послать якобы на остриё прорыва, а по сути – на применение хитрости. Какой, спросишь ты? Не знаю, но уверена: что-нибудь этакое такое, – дракона изобразила передней лапой очень кривой спиралевидный эллипс, – ты изобретёшь.

Столь высокая оценка моих способностей ни капельки не повысила настроения, скорее наоборот.

– …Вторым вариантом вижу полное отстранение тебя от боевых действий. Например, перевод в Главный штаб. Там твоё влияние сведётся к нулю, ты ничем не сможешь помочь десятку, который или просто раскидают по другим подразделениям, или отдадут под команду десятнику, который не сможет использовать возможности ребят и на их десятую долю…

Ещё раз молодец! Этот вариант я упустил в своих расчётах.

– …Третий очевидный вариант – убийство. Разумеется, тебя, поскольку рано или поздно противник поймёт, что как раз на тебе всё держится. Не самый простой вариант, но самый выгодный. Из Главного штаба можно сбежать или перевестись, из горсти пепла не сбежишь…

Всё ведь верно говорит. Впрочем, этот план я рассматривал и пришёл к таким же выводам.

– …А что до способов, тут их полно. Есть из чего выбирать. Лук, арбалет, яд, – Гирра призадумалась, – магия смерти вряд ли, поскольку «Серое копьё» малодейственно, а «Серый капитан», как ты меня учил, затратное заклинание. Вот разве «Чёрное пятно», да и то стоит порядочных усилий… Или того проще: дать твоему десятку заведомо невыполнимое задание. Чтобы никто не выбрался. Как вариант – задание не из сложных, но предупредить противника, чтоб устроил засаду.

Анализ хорош, но всё это я и сам предвидел.

– А самый простой и самый действенный вариант – вообще ничего не делать…

Я вылупился на довольную дракону с полным обалдением на морде и гребне.

– …потому что если военные действия прекратятся, причём надолго, то ты не сможешь навредить. Будешь жить себе мирно, женишься, родятся у тебя дракончики… – в серых глазах драконы появилось нечто весьма похожее на иронию, а то и чего похуже, – а маги тем временем будут думать, как с тобой справиться. У них времени много.

Она кругом права, а я этого варианта опять же не предвидел.

Ладно, настал мой черёд защищаться:

– Теперь я буду громить твой анализ. – Улыбкой демонстрирую: шутка. Юмор и сатира. – С первым вариантом согласен. Он ценен тем, что реализуется быстрее прочих. И вполне возможен. Правда, ты чрезмерно высокого мнения о моих способностях…

– Ну-ну!

– …но признаю: имеются шансы на успех. Второй тоже вероятен. Вообще-то Главный штаб – это для избранных, со стороны туда попасть трудно, хотя и можно. А вот отстранение моей особы таким изощрённым способом – да, реализуемо. И притом план можно задействовать быстро. Постараюсь избежать. Как мне кажется, есть способ. Третий вариант не очень-то очевиден. Думаю, стрелы вообще за пределами возможностей. При драконьем зрении, да чтоб стрелок спрятался и остался полностью незамеченным, особенно если учесть, что тут и прятаться особо негде… Задача для смертника, к тому же почти безнадёжная. – Яд применить могут. Особенно если учесть, что драконье обоняние уступает человеческому. Но тут уже у меня самого есть нечто… в запасе. Лукавлю: с моими умениями в магии жизни с некоторыми ядами я справлюсь, но уж точно не с любыми. – Магия смерти… возможна. И даже догадываюсь, как её надо применить. А вот твой план с ничегонеделанием… это выдумка действует почти наверняка, поздравляю. Только внесу одну поправку: вроде намечается наступление сил Ас-Лока. Следовательно, наш десяток будет задействован в защите. Сверх того, нас могут привлечь для разведки. Да, вот ещё что. Судью Ррису помнишь?

– Была такая. Ты дрался в поединке, она его судила.

– И олимпиаду тоже. Так вот, она попросилась в наш десяток.

– Уж не подстава ли? Надо бы тебе потолковать с Рругом, только осторожно.

– Вот и я опасаюсь. С сотником переговорю, конечно. Так и так, мне хорошо бы получить данные от наземной разведки. Ладно, давай отдыхать.

Но очень скоро всё, что было напланировано мной, сотником, командующим силами драконов, магами Ас-Тора и Ас-Лока – всё-всё пошло наперекосяк.

Ночью полил нудный, упорный, нескончаемый дождь.

Глава 7

Планы и дырки

В дождливую погоду, разумеется, и речи не могло идти о воздушной разведке. По крайней мере, я в этом был уверен. Но возможность заняться делом существовала.

Собрав десяток, я извлёк и показал всем маленький зелёный кристаллик. Это был оливин, он же хризолит.

– Ребята, сегодня нам предстоит учиться первоосновам магии разума, а сперва давайте усвоим заклинание проверки собеседника на правдивость.

Это было всё равно что объявить о начале курса математического анализа, после чего разъяснять ученикам, сколько будет дважды два. Для человеческих магов такое заклинание – уровень студента второго курса. Но не для драконов, поскольку, во-первых, те не знают магии разума (а большей частью даже не догадываются, что такая существует), а во-вторых, даже драконы-универсалы понятия не имеют о щитах против этого заклинания. Однако нам потребно то и другое.

Я заставил почувствовать потоки в кристалле, подробно рассказал о структуре заклинания, добился, что все сумели его воспроизвести (пусть даже коряво), потом битых полтора часа шипел ядовитой змеёй, расписывая все опасности применения подобного заклинания к людям. Преувеличений не было: весь десяток осознал, насколько легко спалиться. Даже простой амулет позволял владельцу узнать о проверке на правдивость, а уж выводы сделать нетрудно.

А потом пошли вопросы по делу и без:

– А что ещё включает магия разума?

– Драконы что, вообще к ней малоспособны?

– А как же мы?

– То есть до какого уровня мы можем дойти?

– Сколько её изучать надобно?

– Ты нас когда начнёшь учить по-настоящему?

Пришлось объяснить, что есть и более насущные магические потребности, в частности, основы магии жизни (она значилась в моих планах). Разумеется, предполагались к изложению самые-самые начала, хотя бы для того, чтобы наскоро починить себя на лету. Но тут Суирра справедливо заметила, что для изучения столь сложного типа магии наверняка понадобится куча времени, то есть на это налечь можно и нужно, но только после окончания военных действий.

Омерзительная погода давала возможность не только обучать. Выпало время и на обдумывание.

Уже через тройку дней зародились подозрения, что такой длительный дождь вполне может оказаться магическим творением. Из прежнего опыта я знал, что магия погоды большей частью заключается в прогнозе (да и то более-менее достоверным выходит лишь краткосрочный), а искусственные дожди, туманы и прочие осадки обходятся очень дорого: отдельный маг их обеспечить, как правило, не может, то есть для этого нужен кристалл не из малых. Вероятность реализации такого плана невелика, хотя и больше нуля. А как проверить?

Долгое время в голове не вертелось ни единой положительной мысли. Ценой разрядки весьма приличного кристалла (такой у меня имелся) я мог отследить потоки, а что толку? Доказать, что конфигурация искусственного происхождения, – нет, задачка намного превышала мой скромный уровень. Что ещё может подтвердить искусственное происхождение?

Мозги долго ломались, но всё же сломались. Здесь помощь могла оказать только экономика. Если на поверку выяснится, что дождь идёт над громадной территорией, то это верняком укажет на его натуральность. Очень уж затратный получается вариант, а главное, с низким КПД, поскольку дождь идёт даже там, где воевать никто никогда не собирался. А если нет… скажем так, это повод насторожиться. Теперь надо подумать: а как определить площадь, попавшую под дождичек? Великий маг на моём месте выдал бы надлежащее заклинание, не особо задумавшись. А мне даже после длительного ковыряния в носу такое создать не удастся. Варианты? Лететь на дальнее расстояние. Лучше над облаками, и уж в радиусе миль триста… нет, с моими кристаллами даже больше… я точно смогу определить площадь воздействия, если таковое вообще было. Что для этого нужно? Разрешение сотника. То есть вперёд, в штабную пещеру.

Рруг не стал с ходу отмахиваться от моего предложения, наоборот, он его выслушал внимательно и не преминул внести поправки:

– С твоими доводами я согласен. Больше того: даже естественное происхождение этого дождя ещё не свидетельствует о том, что маги Ас-Лока не станут его использовать в своих целях. Разница лишь в том, что в этом случае разработка операции займёт какое-то дополнительное время, а вот если дождь искусственный, то операцию можно подготовить заранее и начать, даже не дожидаясь его окончания…

Пришлось выказать уважение. Эта мысль мне в голову не пришла.

– …Но это не всё. Мы можем использовать второго разведчика для поиска в противоположном направлении и сэкономить время…

Отрицать правоту сотника было бы глупо.

– …Для этого можно задействовать моего лучшего разведчика – Ррису.

Ценой огромного усилия мне удалось оставить гребень неподвижным. Но я-то дракон. У волка шерсть на загривке встала бы дыбом.

– Я с ней знаком, в одной школе учились. Но почему именно она?

– Отменная магическая сила – это раз. То есть больший радиус полёта, чем у тебя…

Рруг, конечно, не знал о возможностях пиритов в наших браслетах.

– …И два: её показатели по навигации на уровне «превосходно», и не только по школьным меркам.

Подставлять Ррису, разумеется, нельзя, но раскрывать полностью наши возможности ещё более нельзя.

– Хорошо, но настаиваю, чтобы мы оба не летели на полный радиус. Если дождь будет продолжаться – а я в этом почти уверен, – мы можем не сразу найти наши пещеры.

– Одобряю. Поиск спланируешь сам. Я прикажу ей быть у твоей пещеры с восходом солнца.

– Лучше пусть зайдет с вечера. Хочу порасспрашивать о возможностях.

– Она придёт.

Задача у Ррисы оказалась даже проще, чем я думал, из-за её водной специализации. Отслеживать магические потоки в русле Воларры ей было нетрудно, так что заблудиться разведчица не могла.

На обследование облачного покрова ушло шесть часов, и вердикт был недвусмысленным: на примерно пятьсот пятьдесят миль вокруг дождь с дождищем. Искусственное происхождение этого явления было единогласно отвергнуто. А что дальше? Ответ очевиден: воздушная разведка с целью определить направление главного удара и сил, которыми располагает противник. Допустим. А как бы я стал противодействовать?

Хорошая противовоздушная оборона – полезная вещь в таких ситуациях. В идеале разведгруппа вообще не должна вернуться с задания. В принципе достижимо. И я созвал десяток.

– Вот что, ребята. Давненько мы не проводили мозгового штурма. Мысли закоснели, поди? Ничего, сейчас исправим. Вот вам вводная. Для прикрытия места сосредоточения магов требуется полностью уничтожить группу воздушной разведки. Это мы с вами, если кто не понял. Какие будут мысли насчёт способов, ну и противодействия им?

Некоторое время царило молчание. Потом началась дискуссия.

– На месте противника я поставил бы ловушку. Группа «ястребов» непосредственно над скоплением магов связывает драконов боем. Вторую группу выпускают как средство отловить тех, кто прорвётся. Во всех тактических наставлениях указывается, что оторваться от «серых» без повреждений (особенно крыльев) почти невозможно, то есть уцелевшим скорость собьют. Вот тогда, по расчёту, не уйдёт ни один дракон.

– А почему, собственно, магия смерти? Вот смотрите: разведка – значит, летим на высоте, самое большее, пятьсот ярдов. Отсюда напрашивается применение ледяных заклинаний. «Брызги» лучше всего.

– Стандартный контрманёвр – «звезда». Половина десятка уцелеет.

– Или ещё лучше: одного на высоту, по манёврам остальных он увидит расположение, улетит и доложит.

– Ты такой умный, Глорр, ну почти как саламандра. Сам бы согласился лететь в безопасности и бросить товарищей на почти верную смерть? А? Не слышу ответа. То-то.

– Стоп. Рройта! Без переходов на личности. Мы все делаем одно дело.

– Дракончики, а почему вы так зациклились на группе? Двое – вот вариант. Один разведчик летит пониже, маневрирует, понятно; его накрыть куда труднее, чем группу. Второй – повыше, его задача простая: вернуться и доложить.

– А потому, драконочка, что против ледяных заклинаний или молний такое сработать может, а если «серые ястребы»…

– Харрф, следи за языком! Впрочем, по сути верно: одиночка от «ястребов» не отобьётся. Вот «кольцо», шесть драконов, не меньше, – тогда да…

– И тогда не очень-то «да», знаешь ли.

– Есть идея против серой мерзости. Не лететь в подозрительном месте вообще… – Суирра добилась своего: эти слова были встречены изумлённым молчанием. Хитроумная дракона продолжила с сияющей улыбкой: – А при появлении «ястребов» сложить крылья и использовать только телемагию. Уж мы-то знаем, как действовать. Манёвренность наверняка улучшится. Потом: крылья – самая уязвимая часть тела. А их не будет. И скорость опять же возрастёт. Конечно, радиус действия уменьшится, но эта задача счётная. Наконец: если удастся оторваться от противника, то можно снова расправить крылья? Ну, что скажете?

– Вообще-то идея очень хороша, спорить не стану.

– Ты хочешь сказать, Суирра права и о крыльях надо забыть?

– Ага.

– Ребята, вы кое-чего не учли. Сейчас обсуждались способы защиты, но неплохо подумать и об ответном ударе.

И Фиорра неуверенно заговорила:

– Насколько мне известно, на «серых» не действует огонь… «Молнии» под вопросом… Действие слабое, поверь на слово.

– А что, если вода или лёд?

– «Водяной стрелой» не попадёшь, а «Ледяными брызгами» можно, особенно если по крыльям.

– Не очень-то. «Ястребы» гораздо меньше драконов. И нападают они не с одного направления, а сразу с нескольких. Из десятка собьёшь пару – толку мало.

Кажется, мне надо вмешаться.

– От людей я знаю, что «Воздушные кулаки» могут рвать связи «серого капитана» с его отродьем. Эти создания перестают видеть добычу. Но то было проверено на наземных бойцах. Летающие, как понимаю из отцовских рассказов, сами ищут цель. Канал связи только подпитывает их энергией, а не управляет. Вот если прихлопнуть «капитана», то твари рассыпаются в прах. Рассказывали мне кое-что на эту тему…

– Выходит, тактически верное решение – атака на «серого капитана»?

– Не очевидно. Ему «Молнии» и огненные заклинания нипочём. Даже если его сшибить «Воздушным кулаком», связь, вероятно, удержится. Вот если разорвать на части льдом, тогда да, это действенно. Только ведь «ястребы» не позволят приблизиться.

– А чем тогда рвать?

– А если их отвлечь?

– Есть такой вариант. Всему десятку драпать, сложив крылышки, но ровно на той скорости, чтоб погоня думала: вот-вот настигнет. Чем больше их за вами увяжется, тем лучше, вы уж извините. А я атакую «капитана». Если за моим хвостом окажутся двое-трое, атаке они не помешают. Есть у меня заклинание… специальное. Вы его пока не знаете, потом научу, за минуту его не освоить.

Враньё это, пробы ставить негде. Не только на «серого капитана» оно рассчитано, ох, не только. Но ребятам подробности знать рано. Впрочем, имеется ещё одна возможность устроить крупную подляну «серым». Об этом тоже пока промолчим.

Мои размышления прервал Согарр:

– О, вот идея! Летят двое, один, с самым зорким зрением, повыше, а ты, командир, пониже. Первый высматривает «серого капитана». По твоим же словам, его спутать с человеком трудно. А ты, командир, как самый увёртливый, атакуешь «капитана», ну а потом уйдёшь без труда.

Гирра отреагировала ледяным тоном:

– Я против. Слишком опасно.

Видимо, атмосфера мозгового штурма благоприятно подействовала на мои умственные способности. Мысль пришла и по-хозяйски постучала в череп изнутри.

– А что, если попробовать посмотреть на дело шире? Мы ожидаем наступление противника, верно? А как ему противодействовать? Первая мера: просто отступить. В случае несомненного перевеса наши маги так и сделают. Вторая: контратака силами драконов. Уменьшить преимущество вражеских магов. Но для этого нужно точно определить, где именно планируется наступление. А что для контратаки надобно? Разведка! Мы здесь с вами рассуждали лишь об одном способе противодействия разведке – уничтожить разведгруппу. Но ведь есть ещё один: сделать так, чтобы наша группа ничего не увидела. И даже третий – ложные группировки магов.

– Ты хочешь сказать, мы можем совсем ничего не обнаружить?

– Хуже того, я бы на месте командующего войсками Ас-Лока запретил бы магу смерти проявлять себя, если в воздухе не войско, а всего лишь разведгруппа. Для гарантии скрытности.

Несколько минут в пещере царило молчание. Потом Таррик дал сигнал хвостом:

– Есть ещё мысль относительно связи. Можно сделать так, чтобы её не подслушали.

Насторожились все.

– Один разведчик летит, но не слишком приближается. Он настраивает кристалл магосвязи так, чтобы было слышно противника. А потом настройку сдвигает, чтобы ничего не было слышно… Понимаете? У них-то настроено друг на друга.

Мне сразу стал ясен недостаток этого плана, но оказалось, моё мнение не одиноко: кончик хвоста в свою очередь подняла Гирра. Я кивнул в её сторону.

– Я бы и согласилась, но ведь функция кристаллов связи не только в том, чтобы переговариваться. Ещё одна – подслушивание наших магов.

– Не согласен, – веско ответил Фаррир, – на таком расстоянии они ничегошеньки не должны услышать.

Пришлось высказаться мне:

– Не обязательно магов. Вполне могут подслушивать переговоры наших разведчиков. Уж те подбираются достаточно близко. Честно, мне жаль. Идея хорошая. Впрочем… в крайнем случае так и поступим. Может, и не услышат. Хотя… есть одна мысль. Условные сигналы щелчками. Вот так. – И я прищёлкнул языком. – Все так могут?

Никто не упустил случая продемонстрировать способности в этой части. А я вспомнил давно разработанную таблицу условных сигналов. В течение моего прежнего пребывания в этом мире она так и не пригодилась.

Суирра оставила фирменный подковырочный тон:

– Тут всё ясно. Даже если услышат, не поймут, что это драконы.

– Вот именно.

Все кивнули.

– Условимся так: один щелчок означает…

Десяток запомнил всё.

Перед самим собой я мог признаться: дискуссия получилась беспорядочная. Но всё же полезная. Однако жизнь, как всегда, поправила и подкорректировала.

В шатре доктора магии воды Диввар-ола

– Каншен, без чинов. Мне нужен ваш неофициальный совет о разведке.

– Так вы обратились не по адресу, Диввар. Сами знаете, почему.

– Как раз тут вы не правы. Меня беспокоит состояние дел на направлении главного удара. А точнее – воздушная разведка. А ещё точнее – что мы можем сделать, чтобы последующая атака силами драконов не достигла цели.

Собеседник командующего сузил глаза. Его визави это заметил и продолжил мысль:

– Вы правы. Я догадался, что среди наших есть информатор Ас-Тора. И ещё предположил, что вы об этом знаете. Потому-то обратился именно к вам. Нельзя ли через этого человека подкинуть идею… Короче, расставить воздушной разведке ловушку.

– Можно. Но я хотел бы всеми силами этого избежать. Если группа драконов попадётся (имею в виду, если никто не вернётся), то разведка противника поймёт: их информатор продаёт тухлый товар. Стоит ли истребление одного отряда воздушной разведки такой высокой цены – провала нашего источника дезинформации?

– Стоит. Но только при условии, если противник поручит поиск тому самому десятку с универсалами. Вот они-то меня беспокоят весьма, и даже больше. У вас есть возможность организовать поиск именно их силами?

– Исключено. Имею в виду, моим людям это не по возможностям. Вот разве что у Судопа вдруг появился агент влияния уровня сотника в Главном штабе… Впрочем, сомневаюсь. Я бы знал.

В последний раз командующего обзывали дураком на втором курсе университета. Сделал это преподаватель практической магии, которому студент Диввар сдал зачёт не с первого раза. Но с тех пор никто никогда не имел оснований на подобный эпитет. Вот и сейчас мощный аналитический ум командующего напряжённо прикидывал варианты, отбрасывая негодные и создавая новые. Наконец владелец шатра поднял глаза:

– Вижу одну возможность. Через вашего информатора вы передадите чистейшую правду: вот здесь, – палец ткнулся в карту, – имеется защита в лице пяти магистров боевой магии и одного бакалавра магии смерти. Я рассчитываю вот на что: никакой другой десяток, кроме универсалов, не пошлют разведывать именно сюда. Только они способны проверить данные и вернуться живыми, с потерями, конечно. Я полагаю, если уменьшить число этих, без сомнения, способных врагов – и то в плюс.

– Диввар, это направление второстепенное.

– Правильно. И противнику это известно. Но на следующий день информатор принесёт своему руководству ещё один ценный кусочек сведений: на главном направлении у нас в наличии уже не бакалавр, а доктор. Его зовут Менгель. Думаю, это имя вам знакомо. В своё время я поинтересовался – в магии смерти он числится магистром. Сведения будут точными – докторскую диссертацию он защитил, только по своей второй специальности.

– Да, я его знаю. Не могу лишь понять, на что вы рассчитываете?

– На то, что, предвидя большие потери в драконах, противник предпочтёт отступить. Судоп передал мне данные разведки: мобилизационный ресурс драконов удручающе низок. Если они всё же решатся дать бой, то понесут сильнейший урон, в результате Ас-Тор принуждён будет отдать нам ещё вот этот кусок территории, – палец обрисовал на карте не особо ровный треугольник, – просто потому, что его некому будет защищать.

– Я могу передать сообщение сегодня. Завтра оно будет на столе у их командующего.

– Но драконы не полетят на разведку под дождём. Мало что видно.

– Пусть полетят в первый же сухой день, но их должны ждать заранее.

– Это беру на себя.

Диввар был прекрасным тактиком и знающим стратегом. Он умел просчитывать операции на любом уровне, поэтому пренебрегал интуицией.

Каншен, наоборот, считал, что при его роде занятий умение предчувствовать неприятности и избегать их заранее просто необходимо. По этой причине он сразу по выходе из шатра начальника стал продумывать дополнительные меры. Контрразведчик решил, что нестандартные умения этого драконь его десятка вполне могут преподнести сюрпризы. А предсказание непредсказуемого виделось в данном случае не только интересной, но и насущной задачей.

Нудный дождь превратился в ещё более нудный дождичек, когда меня вызвал Рруг. Он был один и сразу же предложил обращаться без чинов.

– Есть неприятное задание, Стурр…

Я не стал выказывать уставное рвение – не потому, что не испытывал его, а потому, что сотник прекрасно знал об отсутствии такового.

– …и состоит оно в проверке данных от не вполне достоверного источника. По возможности даже до окончания дождя.

Телемагия расстелила карту на каменном столе. Я даже чуть позавидовал ловкости Рруга.

– Вот это направление… Явно второстепенное, кстати… прикрывает пятёрка боевых магов. Нормально, удивления не вызывает. И сверх того… – многозначительная пауза с ещё более многозначительным движением гребня в районе спины, – маг смерти. Бакалавр. Твоё задание – проверить и уйти живым.

Чтоб с налёту расколоть тактическую задачу такого уровня – фиг вам! В этой пещере нет ни Суворова, ни Роммеля. Именно поэтому не было причин задуматься хоть на секунду.

– Мне надо считать.

– Сколько времени займёт?

– Три часа. И я приму ещё одну вводную: все мои драконы должны вернуться на базу.

– Ничуть не возражаю. Действуй.

Вернувшись в свою пещеру, я приказал ребятам не подходить ко мне в течение получаса.

Магия смерти… Практического опыта в ней – ноль. Зато отлично помню возможности бакалавра. Один «серый капитан» – вот их предел. Если не дать этой твари подпитаться силой, то четыре-пять «ястребов» она выдаст. Уж точно не более восьми – это уровень слабенького лиценциата. Подумаем, что из этого следует…

План в первом приближении сложился. Теперь надо обкатать его на подчинённых.

– Так, ребята, сейчас скажу задачу и предлагаемое тактическое решение. Вам предстоит, – я чуть было не сказал «распатронить», но этого слова у Древних не существовало, – разнести его в клочья, так, чтобы чешуйки в разные стороны летели. – В моём голосе зазвучал лирический тенор. – И предложить нечто своё. Лучшее. Вводная такая… – В течение четверти часа я изложил план.

Последовало шушуканье. Обмен взглядами. Харрф хмыкнул. Фаррир скептически махнул хвостом. Наконец слово взяла ехидная Суирра. Голосок у неё был такой степени сладости, хоть в кофе добавляй.

– План очень хорош. Просто превосходен. Замечательно придумано… – У негодяйки явно имелась граната в запасе. На боевом взводе. Розовая дракона продолжила с мультяшными интонациями: – Только маловато будет.

–?

– По твоим же словам, вражеский маг смерти не способен больше, чем на одного «капитана». Это значит, что если мы выполним твой замысел и погубим «ястребов», то можем вернуться и навести шорох. Ну, если маги не отступят. По бегущим не бьём.

– Ага, и сами заполучим «Ледяные брызги». От тех пятерых.

– Вот и не так! Я думаю, здесь надо бы…

Предложение было дельное. Команда одобрила.

Я начал излагать Рругу план операции ещё до истечения затребованных трёх часов. Без подробностей, разумеется.

По всему видать, затея пришлась по нраву. Но поправка всё же вылезла:

– Даю «добро». С твоим десятком также полетит Рриса. Её задачей будет, не ввязываясь в боестолкновение, вернуться и доложить.

– Беру её, но при условии беспрекословно подчиняться мне или моему помощнику Согарру.

В глазах у сотника мне почудилось лёгкое презрение к скудоумному подчинённому, однако его слова прозвучали чётко:

– Она получит соответствующий приказ.

Глава 8

Выигрыш сведением вничью

Ночью дождь почти прекратился, а утром с рассветом одиннадцать моих подчинённых уже были в готовности. Рриса получила не строгий, а строжайший приказ: по получении сигнала от меня (а я надеялся почувствовать поток магии смерти) прятаться в облаках, там складывать крылья, разворачиваться и лететь как можно быстрее к штабной пещере с докладом. Её место вне строя также было определено – на нижней границе облачности, только-только чтобы видеть меня. Ещё до её прибытия к нашей пещере десяток, в свою очередь, получил распоряжение: магосвязь пускается в ход лишь в самом крайнем случае. Светить перед разведчицей возможности десятка не хотелось.

Ритуал был соблюдён до точки.

– Работаем!

Погода вроде начала проясняться; подумалось, что солнце может выглянуть из-за туч даже раньше полудня. Но нам столько времени и не надо.

Направление нашего движения совпало с направлением ветра; мы даже догнали дождик. Что там на земле? По описанию, уже близко.

А вот и магия смерти. Стало быть, «серый капитан» наготове. Даже не важно, заметили нас или просто отдали должное предусмотрительности. Сигнал Ррисе!

Фиолетовая дракона действовала в полном соответствии с заданием: вверх в облака и гнать что есть духу на запад к своим. «Ястребов» ещё не было, и за неё опасаться не стоило. А когда серые создания всё же пойдут на перехват, то их первоочередными целями будем мы, а не она.

Вот оно! Порождения «серого капитана» взвились в воздух – не так резво, как ракеты класса «земля – воздух», но ничуть не более приятные на вид. Сигнал моим – два быстрых щелчка!

Ребята отреагировали так быстро, что я подумал: возможно, они сами почуяли магию смерти. Свечой вверх! Разумеется, они, находясь в облаках, сложили крылья, но заметить это никто не мог – на то и был расчёт. Сам я присоединился к товарищам, заведомо зная, что на вертикалях драконы быстрее «серых». А теперь в горизонталь. Не видно даже собственного хвоста, но это и не нужно – потоки гнусной магии я и так чувствую. Приближаются? Так прибавить скорости! Всё, вцепились в хвост, догнать не смогут, но и не отстанут… пока не прервётся их связь с «капитаном».

Количество преследователей я не смог установить. Мы рассекали серую мглу со светлыми пятнами (облачность потихоньку таяла), наверное, минут семь. И тут… есть! Ощущение соседства магии смерти уменьшилось рывком – но не до нуля. Сгорела одна вражина, это точно. А сколько ещё осталось? И сколько оставшиеся протянут?

Пока я задавал себе эти умные вопросы, очень быстро, одна за другой последовали ещё четыре «смерти». Термин, разумеется, ошибочен, неживое умереть не может. А теперь вторая часть плана. Три быстрых щелчка по магосвязи, потом ещё один, с паузой.

Я не видел никого из своих, но знал, что они выполнят приказ раскрыть крылья, развернуться и снизиться. Теперь самому сделать то же самое… Ну вот, вдали ребята, оторвались порядочно. Но следовали за мной; надобно лишь маленько сбросить скорость, чтоб подтянулись поближе.

В опорном пункте, занимаемом магами Ас-Лока

Бакалавр Фохтар не беспокоился. Он отметил тактическую грамотность драконов, ушедших на вертикали в облака, но предполагал, что в горизонтальном полёте «серые ястребы» продемонстрируют преимущество в скорости. Именно это ему излагали на спецкурсе.

Не вызвало беспокойства и состояние магической связи с «серым капитаном», но только потому, что его создатель не утруждал себя слежением. Любой маг смерти прекрасно знал, что даже при незначительных ранениях драконов сила капитана возрастёт. По прикидкам Фохтара, при удаче можно было рассчитывать ещё на одного «ястреба», а то и на двух.

Благодушие передалось и товарищам на опорном пункте. Оно испарилось лишь с появлением чёрных силуэтов под редеющими облаками.

– Внимание! Драконы!

Отдать справедливость командиру опорного пункта, он не только первым понял опасность, но ещё успел отдать приказы:

– Бросай «капитана»! – Подразумевалось, конечно, бросить управление и подпитку, без чего «капитан» достаточно скоро распадался. – Щиты воды, воздуха и огня! Гарод, «Ледяные брызги»! Следить за воздухом!

Последний приказ означал «следить за потоками воздушной магии», поскольку опасность от разного рода вихрей полагалась существенной.

Магистр Туран имел хороший практический опыт. Как раз поэтому он полагал, что впятером его товарищи смогут отбиться от десятка драконов. Если эти крылатые умеют с толком уклоняться, то боестолкновение закончится вничью. А если нет, то залп льдом вполне может достичь цели. Сбить не собьёт, но ранения будут. А в таких условиях продолжать атаку – это надо совсем не дружить с мозгами.

Седьмой маг, который попал на опорный пункт по настоянию начальника контрразведки, не делал вообще ничего. Он берёг энергию.

Разведка, как обычно, не отличилась безупречной точностью. Магов было не шестеро, а семеро. Значит, нас ждали. Плохо.

Драконья реакция не подвела: магополя воды ещё только-только начали формироваться, а я уже дал сигнал на перестроение «звезда» – как раз против ледяной картечи. А теперь наш черед: ответные пять ударов «Ледяными брызгами» и «Воздушные кулаки» в качестве мелкокалиберной артиллерии. У них водные щиты, могут удержать лёд, но вряд ли их защита отразит взрывы «Кулаков». Но с какой же целью здесь этот седьмой маг?

Я неверно спрогнозировал ситуацию: «Ледяные брызги» достигли цели, а «Воздушные кулаки» без толку рванули на щите. Вражеский командир с самого начала действовал тактически грамотно: собрал всех своих в тесную группку и создал общий усиленный щит. И не его вина, что замысел не удался.

Моя группа развернулась, но я, как командир, скосив глаза, продолжал следить за действиями магов противника. Так, раненых как минимум двое… Теперь ясно, для чего седьмой – это маг жизни. Те, что остались на ногах, хотя и держат щиты, но убегают вместе с ними, спасая себя… Знают, что бегущих атаковать не принято… Раненые поднимаются на ноги и даже идут – сильный, стало быть, маг жизни… нет, не так: он сильный, но нерасчётливый, поскольку сам валится на мокрую землю…

Ура опыту шахматного «блица»! Решение пришло мгновенно. Мои ребята получили приказ приземлиться и ждать поодаль, а я приземлился на поле боя рядом с магом жизни, который хотя и сидел, но идти, видимо, не мог. Молодой человек лет двадцати пяти с лишком. Истощён до верхнего предела, бледен, как сахарный песок, двигаться явно не может.

Я был вежлив, но твёрд:

– Назовите себя.

– Курат-аз, лиценциат магии жизни и магии разума.

Зелёная лента была изгваздана до последней степени, но угадать цвет всё же можно, так что ранг не стал для меня неожиданностью, в отличие от имени. Пожалуй, мой план относительно этого человека необходимо изменить.

Э, да он сам ранен: плащ прорван. Нет оснований полагать, что им ничего не оказалось задетым.

– Разрешите осмотреть вашу рану.

Очень хорошее самообладание: никакой словесной реакции. Или это следствие научного любопытства? Маг жизни, по идее, обязан знать, что драконы к ней не способны. На что же он рассчитывает? Стоит проговорить вслух ради Младшего Брата, а также Курата.

– Ледяная картечь пропахала мускулы, начиная с тазобедренного сустава и кончая голеностопным. Посмотрим на потоки… Кровопотеря… Ну, сосуды мы восстановим на раз… Частичный разрыв мышцы… связки с этой стороны, считай, порваны почти полностью… по счастью, кость не пострадала, но надкостница травмирована… Суставные сумки целы…

Мне, несомненно, бешено повезло: пациент при таком истощении, скорее всего, не способен даже на анализ собственных потоков, а уж о магии разума и говорить не стоит.

– Я поставлю вам конструкты, часов двенадцать они продержатся. Дальше вы знаете, что делать.

Выпендриваться не стоило. Конструкты были наипростейшие.

По окончании работы пациент наконец заговорил:

– Для студента-третьекурсника – «похвально». Для четвёртого курса – «сносно».

Уровень бакалавра упомянут не был.

– Я наложу на вас заклинание, придающее сил… – Имелось в виду то, что я про себя называл «Амфетамин», не зная местного названия. – Под его действием за два часа вы дойдёте до своих. Рекомендую потом выспаться.

В результате Курат не выдержал:

– Кто ваш наставник?

– Вам не следует это знать. Теперь вы можете идти.

Пауза.

– Я у вас в долгу.

– В ваших силах отдать часть долга очень скоро – тем, что вы не упомянете о вашем лечении. Остальное я с вас стребую, когда военные действия закончатся. Понадобятся ваши профессиональные услуги.

– Я не обучен лечить драконов.

– Об этом ещё поговорим. До свидания.

Пациент почувствовал такой прилив сил, что даже решился на шпильку:

– Не уверен, что мы с вами свидимся. Да, ещё: как вас зовут?

Очень не хочется раскрывать инкогнито, поэтому:

– Вам передадут привет от пятнистого дракона.

Я рванул к десятку, и мы вместе легли на курс к родной пещере. Нам предстояло отчитаться перед сотником, а ещё впереди был разговор с Гиррой и со всем десятком.

В штабной пещере

Не приходится удивляться, что сотник принял свою лучшую разведчицу сразу по её возвращении.

Доклад был краток. Долгой была серия вопросов и ответов. Рриса про себя отметила официальный, почти сухой тон речи Рруга.

– Какие у вас были основания полагать, что впереди ждал маг смерти?

– Десятник Стурр дал мне заранее обговорённый знак.

– Что именно означал этот знак?

– «Разворачивайтесь, прячьтесь в облаках, там сложите крылья, летите на телемагии обратно, доложите сотнику, что впереди порождение магии смерти, нас не ждите».

– «Складывать крылья» – именно так приказал десятник?

– Так точно. Он ещё добавил, что это ради скорости.

– Свои дальнейшие намерения он вам сообщил?

– Так точно. Он собрался атаковать мага смерти.

– Вы оглянулись перед тем, как уйти в облака… – В этих словах не было и песчинки сомнения. – Опишите, что вы видели.

– Весь десяток стал набирать высоту с явным намерением также скрыться в облаках.

Рруг отлично знал, что от «серых ястребов» скрыться в облаках невозможно. И всё же именно эта тактика… В глупость десятника Стурра не верилось. Будучи опытным офицером, сотник решил проверить собственные догадки.

– Десяток набирал высоту со сложенными крыльями?

– Никак нет, с раскрытыми.

– У вас есть объяснение этому?

– Так точно. При сложенных крыльях все воины этого десятка резко прибавляют как в скорости, так и в манёвренности. Видимо, Стурр не хотел, чтобы наблюдатели на земле об этом догадались.

Полное совпадение взглядов. Рруг прекрасно помнил состязания по телемагии на школьной олимпиаде. С такой тренировкой вполне возможно удрать от «серых».

– Вы свободны.

А сотнику только и оставалось, что ждать возвращения десятка особого назначения, надеясь на хитрость его командира.

Будь я человеком, то написал бы: «Мы прилетели к своим голодные, как драконы», но так нельзя. Опуская красоты стиля, можно сказать: «Есть очень хотелось». Но доклад начальству, к сожалению, пошёл в качестве холодной закуски, то есть раньше всего остального. Не слишком обильной: Рруг явно торопился.

Мы дорвались до еды и подмели её в превосходном темпе. Очень хотелось устроить собрание сразу после трапезы, но ребята вымотались. Поэтому прозвучал приказ:

– Всем отдыхать! Потом – разбор полётов.

После двухчасового сна ребята пребывали почти в беспечном настроении. Правда, они ожидали разноса, но мне удалось в очередной раз удивить десяток.

– Разбор будет необычным. Ваша задача – обсуждать мои решения, находить в них дыры и, само собой, предлагать нечто лучшее.

Критиканы совершенно не торопились громить и крушить. Они переглядывались. Смущённо прижимали гребень. Отводили глаза. Пришлось слегка надавить.

– Фиорра, что скажешь?

– Ну… это… я… э-э…

– А теперь то же самое, но кратко.

– Не могу понять, зачем надо было приземляться и говорить с тем человеком.

Собрание чуть оживилось:

– И я тоже.

– Тот был магом, с зелёной лентой, только истощён…

– Вот потому безопасно было сесть рядом с ним и даже поговорить, но я не слышал, о чём.

– Хорош! Всё это верно: маг был истощён, иначе садиться рядом было бы рискованно. Кстати, он маг жизни, лечил товарищей. И с большой вероятностью маг разума, что, сами понимаете… Нужен был вот зачем: это наш будущий контакт. Я его слегка подлечил, чтобы мог после этого доплестись до своих, то есть он у меня в долгу. И ещё: сам с ним раньше не встречался, но слышал, что он человек слова.

– Ты хочешь, чтобы этот маг кого-то из нас лечил?

– Нет, хочу, чтобы он кого-то из нас учил. Польза будет куда больше. Так, какие ещё мнения в части тактики?

Бойкость у ребят заметно приувяла. Но всё же Харрф решился на замечание:

– Я так думаю, что решение атаковать «Ледяными брызгами» было неверным. Противник… был компактной группой, тут эффективнее «Ледяные копья».

– Не согласна! «Брызги» отвести нельзя, «Копьё» можно.

– А если, скажем, с пяти сторон «Копьями»? Или, лучше, десять сразу? Клянусь когтем Чёрного дракона, не отвели бы.

– Ещё «Молнии» хорошо бы. Уж такого-то от нас не ожидали.

Почему-то Согарр молчал. И не потому, что сказать было нечего. Нет, этот умный тактик явно обдумывал идею. И наконец выдал:

– Всё верно говорите, но только надо бы уточнить: а какая цель ставилась этой атакой?

Вопросы, ответы и предложения как ножом обрезало. Последовало продолжение:

– Вы исходите из того, что предполагалось уничтожение живой силы противника. А я подумал, что, возможно, цель была другая: не уничтожить, а лишь заставить отступить. Чтобы знали наши возможности и опасались их.

Всё сказано верно. И это сильнейший удар обухом по моему самолюбию, потому что подобные соображения мне и в голову не пришли. А я действовал на уровне «Нутром чувствую, что литр будет». То, что всё вышло по делу, ничуть не оправдывает мозговой слабости. Пришлось юлить, утверждая, что на самом деле целью ставилось одновременно ранить сколько-то магов и вынудить отступить остальных. На такое заявление посыпались претензии о невыполнении задачи.

– …И потом, ты не предвидел мага жизни. Он-то и был решающим фактором.

– Но разведка о нём не доложила…

– А ты что, берёшься определить специализацию на расстоянии? Нет? Так как прикажешь…

После четверти часа выкриков с места, прочувствованных обвинений в невежестве и ехидных замечаний с переходом на личности я властью председателя объявил:

– Добро. Ваши замечания я принял к сведению. Теперь вопрос: что нам следует ожидать в ближайшем будущем?

Рройта подняла кончик хвоста:

– Тут отмечалось, что наши меры по скрытию тактических приёмов были успешными. Так?

Ни единого жеста несогласия.

– …Ещё у противника нет оснований полагать, что мы владеем некими магическими умениями, которые не могут встретиться у драконов. Так?

– Следовательно, отступления в страхе перед нами, могучими драконами… – всё же красотка не удержалась от иронии, – ожидать нечего. Для них мы всего лишь толковые тактики. Это только Рруг знает, что мы можем… всякое такое этакое. А отсюда следует, что против нас могут бросить мага или даже магов смерти. Но только те бакалаврами не будут.

Дальнейшее обсуждение не было ни бурным, ни долгим. Все дружно сошлись на мысли о необходимости воздушной разведки или хотя бы данных от наземной разведки. Гирра с необычной для неё горячностью настаивала на том, чтобы воздушная разведка не переросла в разведку боем. Её, пусть и не сразу, поддержали. А затем я распорядился, чтобы все кристаллы были полностью заряжены – и вовремя. Снова пришёл порученец с вызовом от Рруга.

На этот раз сотник был въедливее любого следователя. Он вынул из меня все сведения о боестолкновении вплоть до мелочей.

В штабной пещере войск Ас-Лока

– Господа, мой опыт мага смерти намного превышает таковой у почтенного Фохтара. Вот почему, не ставя под сомнение изложенные им факты, полагаю, что сделанные из них выводы, скажем так, вызывают сомнения.

– Особо почтенный Менгель, не откажите в любезности, обоснуйте ваши слова.

– Всегда рад. Первое: из того, что сначала драконов было двенадцать, а в атаке участвовало лишь одиннадцать, отнюдь не следует, что этот пропавший был убит или хотя бы ранен. Тело наши люди нашли бы. Иначе говоря, дракон достоверно остался жив. Но неучастие его в атаке может быть объяснено не только ранением, но и приказом немедленно прибыть к начальству и доложить обстановку. Возможно ли? – Вопрос был риторическим. – Далее. Почтенный Фохтар утверждает, что «серые ястребы» погибли в бою с превосходящими силами драконов, примерно два к одному, если быть точным. Я бы не стал констатировать такое уж подавляющее численное преимущество. Мой опыт говорит, что бой при таком соотношении, вполне возможно, может привести к потерям ранеными среди драконов, а при недостаточной обученности противника – даже к убитым. Однако никто из наших магов не заметил каких-либо признаков ранений. Сверх того: все свидетели уверенно констатируют исключительную слётанность десятка противника. Поэтому считаю обоснованным предположение, что против нас действовало элитное подразделение. Вот эти вполне могли уничтожить пяток «серых».

– Мне кажется, особо почтенный, что вашим рассуждениям не хватает позитивной направленности. – Командующий мог бы выразить то же самое более кратко: «А делать-то с ними что?»

– Я скоро к этому перейду. Отмечаю также, что наша разведка не предусмотрела возможность атаки столь сильным противником…

– Одну минуту. Весьма почтенный Каншен, поскольку в данный момент ваш коллега из разведки отсутствует, не могли бы вы прояснить состояние дел по его части?

– Думаю, что могу, особо почтенный. – Как всегда, голос контрразведчика был спокоен, а тон – учтив. – Нужная информация была доведена до руководства противника. Атака состоялась в предвиденном нами направлении. Однако я предположил, что против нас вышлют некое особое подразделение и принял надлежащие меры. Именно благодаря моей предусмотрительности наши славные маги отделались так дёшево…

Большинство слушателей сочло эти слова смелыми, незначительное меньшинство – наглыми. Но никто не проронил ни слова, желая выслушать ответ до конца.

– …ибо я своей властью командировал мага жизни – между прочим, из моего отдела! – на этот опорный пункт. Только благодаря его мужественному вмешательству все остались живы, хотя сам достопочтенный Курат также был ранен и с трудом добрался до расположения наших войск. Прошу понять меня правильно: тогда у меня не было никаких данных об особой опасности этого драконьего десятка. Я всего лишь предположил таковую – и, как видите, оказался прав.

Ни у кого не нашлось, что возразить, и потому командующий сделал жест в сторону доктора Менгеля. Тот не замедлил продолжить:

– К вопросу о том, что делать. Почтенный Фохтар правильно отметил, что наличие ледяных заклинаний доказывает, что среди этих драконов есть хотя бы один универсал. На самом деле их, надо полагать, больше. Но даже если все они, как один, универсалы, и тогда десяток драконов не в силах противодействовать тридцати «серым ястребам». Во всяком случае, мне такие прецеденты не известны. Именно это количество я берусь обеспечить. Но! – Пауза. – Я ожидаю, что наша разведка всё же выяснит сильные и слабые стороны именно этого десятка. Надеюсь, вы со мной согласитесь: нельзя допустить само существование подобного неучтённого и непредсказуемого фактора. Также не исключаю необходимости в дальнейших мерах усиления защиты.

Глава 9

Информация к действию

В штабе войск Ас-Лока

– Господа, с удовольствием довожу до вашего сведения, что здесь наконец присутствует начальник разведотдела, весьма почтенный Судоп-ан.

Коренастый блондин с обаятельной улыбкой, сидевший в конце стола, привстал и, не поднимая глаз, поклонился. Надо заметить, он вообще не любил, чтобы собеседники пристально смотрели ему в глаза. Люди могли бы прийти к мысли, что в начальнике разведотдела обаяния много меньше, чем казалось с первого взгляда.

– Каншен, вы, надо полагать, уже ввели коллегу Судопа в курс дела?

– Разумеется.

– Напомню присутствующим о некоторых деталях предстоящего наступления. Вот это направление, безусловно, главное ввиду особенностей рельефа. Вполне естественным ходом со стороны противника была бы превентивная атака драконами с целью срыва нашей атаки. Их командующему уже отправлена совершенно правдивая информация о том, что группировка наших магов прикрыта магом смерти в ранге доктора. Есть некоторая вероятность, что, взвесив шансы, противник отступит, но рассчитывать на это нельзя. Вторым эшелоном прикрытия являются группы лучников, вот в этих позициях, отмеченных зелёным, а также арбалетчиков, они отмечены синим цветом. Их самих прикрывают щиты магов третьего эшелона. Суммарное количество наших магов позволяет с уверенностью предвидеть успех наступления, если не принимать во внимание возможный удар силами драконов. Итак, задача сводится к нейтрализации воздушного нападения. Что для этого нужно? Весьма почтенный Судоп, ваше мнение.

– Из того, что мне изложил коллега Каншен, следует, что ударный, он же особый десяток может причинить немало неприятностей. В частности, не исключаю, что ему под силу нейтрализовать «серого капитана». Даже если весь десяток будет истреблён при этом, и тогда атака второй волны драконов с очевидностью сорвёт наступление. Все возможности этого десятка, к сожалению, неизвестны. Мои люди могут это выяснить, но для этого требуется время. Самое меньшее, две недели, лучше месяц.

После этих слов сразу несколько рук взлетело в воздух.

– Особо почтенный Менгель, вы хотите что-то добавить?

– Скорее уточнить. Нейтрализация «серого капитана» возможна двумя способами: или уничтожить его самого, решая тем самым проблему полностью, или уничтожить его отряд. С большой вероятностью «капитан» после этого не сможет ничего произвести и будет, следовательно, бесполезен. Возможен также промежуточный вариант: частичное уничтожение «серых ястребов», после чего их остаток драконы второй волны смогут просто задавить числом. Отмечаю также, что было бы тактически неграмотно расходовать энергию «капитана» постепенно, то есть дробить отряды «ястребов». Это даёт возможность бить их по частям.

Командующий кивнул.

– Каншен?

– Не в моей компетенции решение о переносе сроков наступления. Но в любом случае советую, во-первых, организовать прикрытие «капитану». Во-вторых, нужен наблюдатель, который подробно изучит особенности этого ударного десятка, потому что посылать обычный десяток смысла не имеет: его уничтожат.

– Что вы имеете в виду под прикрытием?

– Да всё, что сочтёте нужным. Группа боевых магов с надлежащими щитами. Стрелки. Сооружение из камня или даже нора в земле. Короче, нечто, способное отразить «Ледяные брызги»… нет, даже «Ледяное копьё».

Командующий метнул взгляд на своего начальника штаба. Тот, имея ранг магистра и скромную магическую силу, тем не менее пользовался большим авторитетом, славясь умением находить неожиданные магические решения, а равно оперативным искусством.

– Идея со щитами мне не нравится. Совсем недавно пять магистров не смогли выстроить щит против «Ледяных брызг». Есть вероятность, следовательно, что группу прикрытия мы можем потерять, и это, на мой взгляд, неприемлемо. Правда, «серый капитан» не так чувствителен к ранениям, как люди. Нора в земле… От «Брызг» она защитит наверняка, а вот «Копьё» может пробить. И, что ещё хуже: сквозь землю потоки магии смерти проходят с ослаблением. Слой земли в ярд – и «капитан» не сможет поддерживать своё воинство, верно?

Доктор Менгель кивнул.

– Для глины или мелкозернистого песка – так и есть.

– Иначе говоря, каменное прикрытие – вот наиболее рациональное решение. Идея наземного сооружения мне не нравится: слишком заметно. Лучше… э-э-э… ячейка в крупнозернистом граните. Однако вижу тут препятствие: насколько мне известно, магов земли в радиусе пятидесяти, а то и ста миль просто нет.

Те, кому такое положено знать по долгу службы, согласились с этим утверждением.

– То есть кладём две недели: пока мага разыщут, пока привезут, пока он сделает работу – ну, это быстро – и пока работу примут. За указанный срок разведка должна также добыть сведения об этом десятке. На этот период – перемирие.

Каншен вскинул подбородок:

– Есть замечания по плану. Я бы не стал недооценивать воздушной разведки противника. Если будет построено укрытие или ячейка в скале, противник сможет его обнаружить – как это было проделано с нашими опорными пунктами. Предположительно тут работала магия земли – напоминаю, в десятке есть универсал, – но доказательств никаких.

Собравшиеся погрузились в расчёты и прикидки. Но скоро маг смерти поднял руку:

– С вашего позволения, Каншен, есть некоторая разница. Начнём с того, что размер предполагаемого укрытия рассчитан на… э-э-э… существо размером с человека и не более того. Разница, считайте, на порядок. Во-вторых, маг земли может замаскировать своё сооружение: сделать так, чтобы потоки земли казались естественными. То, что это возможно, ручаюсь, хотя способы мне, конечно, в университете не читали. Далее: вполне можно сделать нишу в граните, потолок которой обрушить немыслимо. Даже если допустить, что их универсал владеет магией земли, ему на подобное действие понадобится время, исчисляемое десятками секунд. И при этом надо висеть неподвижно над целью. Я исхожу из того, что командир этого десятка – превосходный тактик. Значит, на дурацкий ход он не пойдёт. А от ледяных заклинаний, даже от «Копья», ярд гранита защитит. Вижу лишь один недостаток такого решения. – Доктор магии прервался, чтобы перевести дух. – «Серый капитан» подпитывает энергией своё воинство. Каналы связи имеют ограниченную протяжённость, которая при прочих равных условиях зависит от силы самого «капитана», то есть от силы его создателя. Если «капитан» затратит всю энергию на создание «серых», то радиус действия его войска легко рассчитать. Однако гранит сам по себе есть препятствие для потоков. Скажем так: для условий открытой местности радиус действия «ястребов» составляет округлённо пять миль. Но сквозь ярд гранита… примерно две мили. Ну, две с половиной, но не больше.

– Что это значит в практическом смысле?

– Больше возможностей спастись для противника. Если драконы успеют набрать скорость, то они могут пролететь эти две мили прежде, чем «серые» до них доберутся. Но мне кажется, безопасность «капитана» того стоит.

– На мой взгляд, пора подводить итоги. Поиск мага земли – простая задача, уровня моего порученца. Вы, Судоп, обеспечиваете разведданные относительно ударного десятка. На вас, Каншен, продумать защиту от разведки. Для ваших людей обыденная работа. Я сам берусь обеспечить перемирие.

Уже выйдя из штаба, Каншен очень тихо промолвил шедшему рядом начальнику разведки:

– Коллега, этот десяток меня беспокоит. Все данные, что вы раздобудете, прошу предоставлять мне без промедления. Я, разумеется, тоже буду делиться сведениями.

Мои орлы только-только успели отдохнуть (и я сам тоже), как снова-здорово – вызов к начальству.

Рруг был столь же деловит, сколь и лаконичен:

– Новые агентурные данные. На главном направлении удара будет доктор магии смерти…

Даже если доктор посредственный – и то наверняка выдаст сорок пять летающих гадов. А если хороший – так все пятьдесят пять, а то и шестьдесят серых истребителей. Нет, с таким количеством нам не сладить. И думать нечего. Всё это проскочило в голове, но последовало продолжение:

– …и то, что моё большое начальство попробует прорвать эту защиту силами драконов, весьма вероятно. Что тебе нужно, чтобы сделать «серых»?

«Шилка»[2] нужна, вот что. Да при ней радар на миллиметровых волнах, он от нежити точно поймает сигнал.

И тут бочком-бочком подошла некая мысль. Чуток более позитивная.

– О перемирии объявлено?

Сотник не из тупых, гарантирую.

– Объявлено. Две недели. Тебе нужно время на подготовку?

– Не мне. А тем драконам, которых ты выделишь мне в помощь.

Невозможное дело: Рруг удивился и даже показал это гребнем.

– Хочешь должность полусотника?

– Нет. Но для хорошей работы помимо моего десятка понадобятся ещё два. Я буду командовать.

– Здесь победишь – пробью чин полусотника. Тогда Тхорр поддержит, но пока что нет.

Повышение в звании имеет место в планах. Но в таблице приоритетов у него место на самом дне.

– Есть ещё вопрос. Насколько надёжна информация относительно доктора?

– С этим не ко мне. Я тебя направлю в пещеру Кррафта.

Наступил мой черед блистать догадливостью:

– Начальник разведотдела?

– Он самый.

– Когда?

– После ужина зайди ко мне, я скажу, может ли он тебя принять. Но допустим, что сведения точны. Твой план?

И я изложил его, в основных чертах.

Рруг прикрыл глаза. На какие-то секунды показалось, что этот сильный, умелый и опытный дракон не взвешивает холодным разумом все плюсы и минусы предлагаемой операции – нет, он просто устал и дал себе передышку на четверть минуты. И тут сотник открыл глаза, в которых не было и тени слабости.

– Рискованно.

– Да. Но по мере накопления разведданных риск будет уменьшаться.

– До вечера.

Я так и не смог определить, повлияли ли мои доводы на сотника.

Вечером, как и было обещано, меня принял Кррафт. Это оказался дракон в чине сотника, небольшого роста, с чешуей совершенно дамского сиреневого цвета и светло-голубыми глазами, в которых просвечивала добродушная усмешка. Только знание должности, занимаемой этим весельчаком, позволило удержаться от расслабленности.

Разговор с главой разведки получился непростым.

– Сударь сотник, мой непосредственный начальник сотник Рруг сообщил мне, что от вас поступили данные о наличии у противника доктора магии смерти, прикрывающего главное направление удара. Меня интересует степень надёжности этой информации.

Вопрос был по меньшей мере дерзким. Но добродушие в светлых глазах начальника разведотдела не исчезло.

– Десятник, эта информация видится достоверной.

Ответ заслужен. Ладно, чуть сбавим напор.

– Сударь сотник, такая информация может быть получена лишь от агентурного источника, то есть от человека. Вы не усматриваете возможности дезинформации – например, с целью вынудить наши войска к отступлению с позиций?

Всё та же улыбка в ответ.

– У меня нет возможности выполнить независимую проверку, но пока что информация от этого источника была достоверной. Вы в этом могли убедиться, когда имели дело с бакалавром.

– А что говорит по этому поводу наземная разведка?

– Как вы понимаете, она состоит из людей и мне не подчинена.

– Как я понимаю, сведения от неё пока что не поступили.

На этот раз в голосе главы разведки послышались чуть иные нотки. Раздражение?

– Вы себе представляете подтверждение наземной разведкой ранга и специализации мага?

– Так точно! Есть несколько способов. Первый, самый простой: на предполагаемой позиции вообще нет мага с оранжевой лентой, и это уже ставит под сомнение данные о докторе…

Кажется, Кррафт всё же удивлен.

– …Далее: можно захватить пленного и получить от него информацию. Потом: проследить активность в расположении магов; если какой-то из них, пусть и неизвестного ранга, ездит в направлении, где должен в будущем находиться «серый капитан», то это повод насторожиться, а если нет, то… сами понимаете. В идеале подслушать разговоры, но это почти нереально; так близко к вражеским магам можно подобраться лишь при большой удаче, на которую рассчитывать нельзя.

Встречный выпад разведчика был превосходен:

– Десятник, вам доводилось встречаться с людьми? – Имелся в виду, конечно, не раздатчик в столовой.

– Так точно!

– Пожалуй, мне стоит попросить сотника Рруга откомандировать вас в разведотдел.

– Со всем почтением: я сделаю всё, чтобы отговорить сотника Рруга от этого намерения. Да он и сам не согласится. Десяток особого назначения, которым я командую, способен принести много больше пользы, чем я один в качестве разведчика или аналитика.

– Возвращаясь к предмету разговора: пока что нет оснований полагать информацию недостоверной. Это максимум того, что вы можете получить сейчас.

Намёк вполне ясный: наземная разведка запланирована или уже в поиске. Надо отреагировать.

– В таком случае, сударь сотник, я попрошу вас через сотника Рруга давать мне знать обо всех дополнительных сведениях.

– Если сведения будут. – Неожиданно Кррафт сменил тему: – Кто в вашем десятке ведёт воздушную разведку? Не верю, что у вас никто этим не занимается.

– Так точно, сударь сотник, летаем. Обычно это делаю я сам, а при надобности – все воины.

– Вы хотите сказать, что ваши подчинённые так же хороши в разведке, как и вы?

Простенькая лесть. Не куплюсь.

– Мои подчинённые, сударь сотник, способны обучаться и охотно это делают. Кроме того, они обычно знают, что именно надо искать.

Кррафт кивнул своим мыслям. И снова смена темы:

– Десятник, успехи вашего подразделения обязательно привлекут нежелательное внимание. Как начальник контрразведки, я сделаю всё возможное, чтобы оградить вас, но мои возможности не безграничны…

А то я не знаю!

– …однако и вы сами должны принять некоторые меры. В частности, вы можете получить предложение перевестись в Главный штаб. Так вот, я рекомендую отказаться, сколь бы ни соблазнительно выглядели перспективы.

Вот на этот раз вполне позволителен совершенно искренний ответ.

– Благодарю, сударь сотник. Я и сам совершенно не планировал этот вид карьеры.

Усмешка проглядывалась лишь в глазах начальника разведотдела. Вслух она не прозвучала.

– Вы свободны.

Теперь с полагающимся мне пополнением. Что совершенно очевидно: они сейчас не получат ни кристаллов для связи, ни браслетов. У меня просто нет ни того ни другого. А и были бы, на данный момент светить их на всю армию – надо быть конченым остолопом. Только по окончании боевых действий… если жив останусь. А вот обучать их кое-чему надо.

План занятий был только-только составлен, как пред мои светлы очи явились двое десятников: Слирр и Гъярр. Стоит поблагодарить сотника, пока что мысленно: ребята наименее конфликтные. С ними Рриса, но у неё-то задача будет простой: разведать, вернуться, доложить. Десятникам же надо поставить задачу… хотя нет, это даже не вводная, а набор лозунгов, но очень нужных.

– Не сомневаюсь, что Рруг уже дал вам сведения о предстоящем нам задании. Также не сомневаюсь, что вы ещё многого не знаете. У нас будет две цели: подавить ИЗДЕЛИЯ мага смерти, – интонация подчеркнула отношение, – а также сделать так, чтобы потерь с нашей стороны не было. Ни убитыми, ни ранеными. – Фанфаронство? Да. Но десятники не дошли до этой мысли. Вот почему впечатление было именно таким, на которое я рассчитывал. – Для этого вам предстоят тренировки, примерно такие же, как у десятка особого назначения, но те уже через них прошли. Обучение – ваш единственный шанс уцелеть и выполнить задачу. Бакалавр магии смерти – серьёзный противник, но особый десяток его переиграл. Доктор магии смерти – сами понимаете; но и его можно обставить, обладая должными умениями. Ваша ближайшая задача – разъяснить это подчинённым. За тобой, Рриса, почти та же задача, что и раньше, с одной лишь разницей: возможно, чуть позже придётся мчаться к своим. Сотник Рруг должен получить как можно более подробные данные о противнике. Как только детальный план будет составлен, я уточню твоё задание. Но тренировку ты тоже пройдёшь. А вас двоих жду вместе с десятками, – я поглядел на небо, – через полчаса после обеда. Приказ всем ясен?

– Так точно!!! – рявкнули три драконьих глотки.

И началась работа по оттачиванию навыков полёта без крыльев. Но перед тем Суирра показала мастер-класс по этой части. Я нарочно выбрал её, и не столько из-за высокого уровня, сколько из-за роста: отношение у новых бойцов к нашей малышке было чуть снисходительным. Чистая педагогика. Розовая дракона продемонстрировала своё искусство и тут же обрела всеобщее уважение, а также пристальное внимание со стороны менее прекрасной половины бойцов. Мелкая поганка тут же принялась слегка кокетничать – совсем слегка, ровно настолько, чтобы Согарр это заметил.

Я положил десять дней на оттачивание навыков у новых подчинённых. Чтобы был небольшой запас времени на случай срочного изменения плана.

В разведотделе войск Ас-Тора

– Весьма почтенный, к вам с докладом рядовой Минур-ис.

– Пусть войдёт.

Рядовой выглядел откровенно неважно. Описать его состояние можно было в два слова: усталость и грязь.

– Весьма почтенный, разрешите доложить.

– Докладывайте.

– Силами группы под командованием сержанта Сантора произведён поиск в этом направлении… – Палец двинулся по карте.

– Результаты поиска?

– Не выявлено присутствие магов в полосе отсюда и досюда, однако найдено непонятное сооружение с охраной вот здесь.

– Опишите его.

– В камне сделано укрытие в виде ямы, только-только на одного человека, глубина ярд и три четверти, причём с западной стороны имеется ниша глубиной чуть более полуярда.

– Толщина слоя камня над нишей?

– В темноте было плохо видно, но предполагаю, что ярд с точностью до пятнадцати дюймов.

– Охрана?

– Нейтрализовали нашими амулетами, они всё проспали и, видимо, побоялись поднимать тревогу, как вы и предвидели.

– Потери?

– Рядовой Пастур повредил ногу на отходе, дальше идти не мог. Сержант отослал меня с донесением. Оставшаяся часть группы отсиживается на островке в старице Воларры, вот здесь, и ждёт дождливой погоды для прорыва к нашим.

Никто (в том числе и рядовой) не смог бы догадаться – то ли главный маг разведотдела принял информацию к сведению, то ли одобрил действия разведгруппы. Кивок был совершенно нейтральным.

– Разрешите спросить, весьма почтенный?

– Спрашивайте.

– Нельзя ли послать дракона на выручку? Разведка своих не бросает.

Лицо начальника сохраняло непроницаемость.

– Не обещаю, рядовой. Это не только от меня зависит. Идите.

Даже если Минур о чём-то догадался, то этого не показал. В строгом соответствии с уставом он повернулся и вышел строевым шагом.

Сколько раз я обозвал сам себя отъявленным авантюристом, долбаным оптимистом, записным нахалом и другими, ещё худшими словами, и не сосчитать. На то имелись основания: за десяток дней предстояло натренировать двадцать двух драконов до уровня, на достижение которого у моих орлов ушёл без малого год. Сделать из новичков хотя бы бледное подобие моих умельцев – было головной болью в соединении с геморроем. Некоторым подспорьем в преподавании оказалась помощь моего десятка. Поэтому тренировки протекали примерно под такой аккомпанемент:

– Куда ты, к матери Тёмного, пёр? Говорил же тебе, бросок налево, занося одновременно хвост, а ты прямолинеен, как дубина. Давай ещё раз! И-и-и… старт!

– Вошла в поворот правильно, всё остальное никуда не годится. Крылья у тебя для чего, а? Для того, чтобы ты их держала плотно прижатыми к бокам, бестолочь! Будешь выставлять, «ястребы» их порвут, пискнуть не успеешь. И потом: сбрасывать скорость перед поворотом кто за тебя будет?

– «Змейку» выписал сносно, только объясни мне, чего ради ты потащился вниз? «Серые» только того и ждут. На снижении как у них меняется скорость? Ах, ты знал? Так какого же…

И всё в аналогичном духе. Тренировки осложнялись тем, что пиритами ученики не пользовались. И у них сравнительно скоро наступало истощение – мало кого хватало даже на два часа лётного времени. Приходилось ждать. В подобном состоянии разве что особенности тактики в бою с «ястребами» можно преподавать, и то польза.

Времени отчаянно не хватало. А тут ещё пришёл вызов к сотнику Рругу.

В штабной пещере меня ждало не только непосредственное начальство, но и полутысячник. От него и последовало:

– Доложите ситуацию, десятник.

Этого обращения я ожидал. Обещали не повысить в чине – и не повысили.

– Докладываю. Временно подчинённые мне десятки Слирра и Гъярра проходят обучение маневрированию при боестолкновении с «серыми ястребами», а также особенностям тактики. Больных и отсутствующих нет.

Командиры переглянулись. У них явно были сведения о тренировках.

– Считаете ли вы, что у воинов появится шанс?

Дурак ты, полутысячник. Шанс у нас и был, и есть, и будет, да только он мне не нужен. А нужна железная уверенность, что мы выполним задание и унесём оттуда голову. Вот её-то и нет.

– Так точно!

– Есть информация от наземной разведки для вас. В месте, где предполагалось наличие мага смерти, никого с лентами нет, но там появилось некое каменное укрепление… – Последовало описание. – Что вы думаете о его назначении?

– Укрытие для «серого капитана», сударь полутысячник.

Больше не для кого. Маг бы там тоже поместился, да только доктора в одиночку не воюют, с ними высылают группу прикрытия.

– Разведотдел согласен с вашим мнением. Тогда я спрашиваю: можете ли вы выполнить боевую задачу и в этих условиях? От вашего ответа зависит многое, десятник.

Как будто я этого не знаю! Впрочем, идея имеется.

– Для ответа на этот вопрос мне самому надо провести разведку.

– Вы хотите лететь в одиночку?

– Так точно!

– Запрещаю. Слишком рискованно.

– А вдвоём?

– Кто второй? Рриса?

– Никак нет, Фиорра.

– Почему такой выбор?

Ответ должен быть самым осторожным из всех возможных.

– В школе она числилась магом воды. Поэтому училась лишь по водной специализации. На самом деле – скрытый универсал. Школу земли не знает, но потоки чувствует. Может увидеть то, что не увидят другие.

Обучение у меня – отдельная тема. Не буду её касаться по собственной скромности.

– Сколько вылетов вам понадобится?

Молодец, сотник, задал хороший вопрос.

– Пока не обнаружу это каменное укрытие. Думаю, двух ночных хватит. В худшем случае – четыре. Мне нужно не только найти эту дырку в камне, но и привязать её к местности, насколько это вообще возможно в темноте.

Судари старшие офицеры ещё раз перебросились взглядами.

– Первый вылет сегодня. Готовьтесь. Вы свободны.

Глава 10

Восток – дело тонкое

В штабе войск Ас-Лока

– Господа, весьма посчтенный Судоп получил информацию, которой хочет поделиться. Прошу вас, Судоп..

– Из надёжного источника стало известно кое-что относительно интересующего нас ударного десятка. Итак: имя десятника – Стурр. Длина ниже средней, глаза синие. Особая примета: чешуя белая в тёмных пятнах. Ни источнику, ни мне самому аналогичная расцветка ещё не попадалась. В школе стал известен как феноменальный вычислитель. По этой части он вполне на уровне человека. Числится в универсалах, магическая сила измерялась лишь в возрасте три года, оценена как очень низкая, ниже минимального уровня. Тем не менее в школе по магической силе считался не слабаком, а скорее, середняком и даже более. Точные оценки не проводились. Прошёл обучение по всем видам стихийной магии, отзывы наставников весьма высокие. Команду стал создавать со второго класса. Пользуется в ней абсолютным авторитетом. Эта команда дважды выигрывала школьные олимпиады, хотя в фаворитах не была. По мнению источника, отличные выступления обусловлены превосходной организацией команды, а также (коль скоро речь идёт об арифметике) обучению приёмам ускоренного счёта. Также могла сыграть свою роль помощь «капитана» – напоминаю, он универсал – членам своей команды. Известен как превосходный тактик, что неоднократно доказывал как на олимпиадах, так и на поединках. Поскольку изучал всю стихийную магию, то заклинания льда для него не проблема. Отличные умения в телемагии.

– Стихийная – понятно. А остальные виды?

– Драконы твёрдо убеждены, что любая другая магия за пределами возможностей их соплеменников. Косвенное подтверждение этому – сам Стурр за таким не замечен. Как вы понимаете, доказать обратное может лишь он сам.

– Контакты с людьми?

– Нет сведений.

– Как насчёт рядовых?

– Как и десятник, очень сильны в маневрировании. На олимпиаде продемонстрировали превосходное умение летать без крыльев. Разумеется, дальность полёта драконов при этом сильно уменьшается, зато возрастают скорость и манёвренность.

– Вы рассказали нам о сильных сторонах. Что скажете о слабостях?

Начальник разведотдела чуть помедлил с ответом.

– Эта информация не вполне достоверна. Моему аналитику показалось, что десятник чрезмерно бережёт своих драконов.

– Мне это не кажется редким явлением. Среди младшего командного состава драконов это обычно. Да и среди людей.

– В любом случае мы не можем это использовать.

– Зато надо учесть кое-что другое. Раз этот пёстрый дракон владеет магией земли, то необходимо замаскировать соответствующие потоки вокруг укрытия «серого».

– Приказ я отдал. Думаю, маг земли уже справился с задачей.

– Есть ещё вопрос. Будучи знаком с магией земли, этот дракон сможет провести ночную разведку. Нельзя ли этому воспрепятствовать?

– Доктор Менгель?

Маг смерти выказал такую нерешительность, что это заметили все присутствующие.

– Теоретически – да… Но есть противопоказания.

Этот медицинский термин никого не удивил.

– Сам по себе запуск «серых ястребов» трудно не заметить. А это демаскировка укрытия.

– Сегодня новолуние. Дракон в полной темноте не сможет их увидеть. А «ястребам» свет не нужен.

– Всё так, но хлопанье крыльев, с которым они набирают высоту, отчётливо слышно. Заметьте, не одиночки, а целой стаи. Будь я на месте дракона, тут же развернулся бы и дал дёру, отметив, конечно, ориентиры источника шума. Особо отмечу: с хорошими шансами спастись.

– Допустим, мы примем решение атаковать разведчика «серыми». Но для этого надо точно засечь момент его появления. Вы могли бы это сделать в темноте?

– Да. Но это будет не бесплатно… – На губах у Менгеля появилась горделивая, хотя и малозаметная улыбка. – Ибо «серый капитан», как и его порождения, чувствует близость потоков жизни, то есть добычи. А я, в свою очередь, могу заставить его подать мне соответствующий сигнал. Но это уменьшит запас энергии и, как следствие, количество «ястребов», на два-три.

– Как понимаю, тех, что останутся, достаточно, чтобы справиться с драконом, не так ли?

– Более чем, но лишь при условии, что «серые» его настигнут. По моему опыту, уверенно скажу: трое птичек справляются с одиночным драконом.

– Господа, прошу высказываться. Каншен?

– Как руководителю контрразведки, мне не по душе рассекречивание укрытия «серого капитана». Я против этой засады.

– Судоп?

– По-моему, риск минимален. Даже если укрытие обнаружат, то и тогда запомнить в темноте его местонахождение непростая задача даже для универсала. Уничтожение разведчика, а им наверняка будет сам Стурр, представляется заманчивой целью, стоящей этого риска. Особо почтенный Менгель, несомненно, успеет восстановиться до начала наступления.

– Доктор?

– Этого десятника я опасаюсь ещё больше, чем весьма почтенный Судоп. Раз он универсал, то в потенциале может освоить и не стихийные виды магии. Поэтому не стоит жалеть усилий и энергии на его уничтожение. Добавлю: оставшийся без командира десяток, вероятно, будет расформирован, то есть станет безопасным, если такое слово применимо к драконам.

Шутка никому не показалась смешной.

– Поддерживаю мнение о желательности засады. Доктор Менгель, вам придётся дежурить ночью. И не поскупитесь: если дракон появится, то выделите на его уничтожение пять, даже шесть «ястребов». Такой противник заслуживает уважения… Да, ещё: укрытие для вас также подготовлено. Щиты обеспечивать не буду, от них толку мало, сами знаете, почему.

Нам сегодня лететь на восток.

Насчёт сегодня – это неточность в приказе. На самом деле это будет уже завтра, точнее, в час ночи. Луны, считай, нет, так что будет темней тёмного.

Все инструкции напарница получила. Помимо стандартных «слушайся меня, умного-красивого-опытного», «следи за аномалиями», а также «ни слова голосом» было и кое-что необычное. Во время полёта на крыльях я собирался пользоваться магией воздуха. Эти потоки Фиорра могла уловить. Никаких других средств отслеживания друг друга в темноте придумать не удалось. На этом и основывался приказ. Разумеется, при сложенных крыльях в дело пускалась телемагия.

Мы уже находились над вражеской территорией. Следить и запоминать! Вот скальный выступ особенной формы (почти правильный ромб). Справа – глинистый выход на поверхность, глина даёт характерный сигнал. Слева поодаль – овражек, до него полмили. И нигде никаких признаков того убежища, о котором доложила разведка. Ничего.

Паники не было, но беспокойство присутствовало. Пусть даже у меня впереди ещё три ночных вылета, но всё равно: чем раньше я найду ту каменную дыру, тем лучше. Свои возможности были прекрасно известны: не могло такое сооружение спрятаться. Никак не могло. Да и Фиорра заметила бы, а она не подает условного знака воздушным потоком.

Я вёл напарницу зигзагом, ловя малейшие оттенки потоков земли, когда в поиск вмешалась посторонняя сущность. Магия смерти! Уж её-то присутствие не заметить трудно. Выходит, «капитан» здесь. Я не знаю, вырабатывает ли организм драконов адреналин, но, по всему видать, может. Судя по результату, не хуже человеческого.

Быстро запомнить направление и ближайшие ориентиры. Кажется, напарница делает то же самое. Аплодисменты ей, пусть даже виртуальные.

Пока я делал отметочки на мысленной карте, послышалось отчётливое, неуклонно усиливающееся хлопанье крыльев. И думать нечего – это «ястребы» один за другим поднимаются в воздух и всеми силами набирают высоту. Значит, надо сматываться отсюда, да побыстрее.

Знак Фиорре: складывать крылья и одновременно на вертикаль! Выше… выше… ещё чуть выше… хорош! А теперь курс на местный азимут двадцать пять, то есть на запад. Мы должны оторваться.

Прошли едва три минуты, как появилось ощущение отсутствия погони. По моему сигналу мы дружно развернули крылья. Вот сейчас Фиорру должно затрясти. Это я знал совершенно точно, потому что со мной как раз такое и случилось. Но как бы ни хотелось обменяться парой-тройкой фраз, делать этого нельзя.

Где-то под нами проплывала старица, и очень скоро должна была появиться Воларра. Стоп! Что-то не то под крыльями.

Это был промельк потоков магии жизни. Кто-то живой прятался там, под нами. Более того, этот кто-то относился к теплокровным. Все дальнейшие действия произошли намного быстрее, чем если бы описание их зачитывалось вслух.

На чистой интуиции я отщёлкал знак «Следуй за мной». Разворот. Лишь через две-три секунды я понял, что было неправильного: на карте здесь не было земли. А картина вод ных потоков показывала, что суша есть. Значит, там островок, и на нём кто-то прячется. Живой и немаленькой массы; местные олени обходят стороной заросли тростника и камыша, а лосей здесь вовсе нет. Получается, люди.

Приходилось идти на бреющем полёте для проверки и одновременно анализировать. Так… этих тёплых трое. Вопрос: кто? Секрет противника? А зачем? Место чуть в стороне от наиболее вероятного маршрута драконов и до последней степени неудобное для слежки – обзор никакой. Опять же пешего наступления от наших совершенно не ожидается. И чужую наземную разведку им отсюда тоже не углядеть. Просто отлёживаются? Чепуха, они практически на своей территории, бояться просто некого. А если зависнуть чуть в стороне? Так… у одного нелады с потоками. Ранение? В каком месте? Понять не могу, опыта мало, но он явно пострадавший. Чужие сейчас спешили бы в поисках врачебной помощи. По всему выходит, наши. Разведка, похоже.

Я дал сигнал «Быть наготове» и приземлился почти в центре этой группы; напарница сделала это следом за мной.

Первое, что пришло в голову: командир разведгруппы нашёл отличное местечко, чтобы там отлежаться. На островке не было ни единого кустика, вокруг лишь тростник. Сторонний наблюдатель ни за что не догадался бы о существовании кусочка суши. Но особо думать над этим было некогда. Кто-то из троицы выдохнул:

– Всё же прислали…

Вот теперь сомневаться не приходится – свои. Нас приняли за прибывшую подмогу. А что нам говорить? Выход был лишь в сугубо армейском подходе, который я и реализовал:

– Старший группы, ко мне. Назовитесь.

На всякий случай мы оба говорили на пониженных тонах, почти шёпотом.

– Сержант Сантор, разведвзвод большой звезды боевых магов.

Никто из людей и не подумал встать по стойке «смирно» – это правильно. Небо начало светлеть. Ещё с полчаса – и фигуру человека на его фоне смогут разглядеть враждебные глаза.

– Я командир десятка особого назначения. Доложите обстановку.

Видимо, опытный сержант сделал вывод, что я старше если не в звании, то уж, верно, в должности. Доклад был краток и точен:

– Вышли в поиск три дня тому назад. Обнаружили каменное сооружение неизвестного назначения. Ближайший ориентир: выступающий из земли камень вот такой формы… – Докладывающий сломал тростинку в нескольких местах и выложил нечто в виде ромба. – На расстоянии сто восемьдесят ярдов к юго-востоку. На отходе рядовой Пастур повредил ногу, идти не может. Я послал рядового Минура с докладом. Ждём плохой погоды, чтобы выходить к своим. При ясном небе идти опасно.

Я скосил глаза. Пострадавший был парень из крепких. Он всеми силами старался выглядеть невозмутимым, и это ему удавалось, но лишь потому, что его лицо в предрассветной мгле видно плохо.

Ситуация… Ясно одно: долететь с таким грузом ни мне, ни Фиорре не под силу. Слишком мы поизрасходовались в эту ночь. Подумаем.

– Вы и второй рядовой могли бы добраться до своих войск?

– Да, если постараться. Есть тут длинная тропка, часов на девять хорошего шага, да ещё полчаса на переправу, но неудобная для ходьбы, с раненым на руках или на носилках не дойдём. Да тут и носилки не из чего сделать.

Пока сержант говорил, я успел прикинуть план. Рискованный, но… мне нужен авторитет не только среди драконов.

– Хочу осмотреть ранение.

Никаких возражений. Фиорра приблизилась. Я не против: она универсал, авось что-то да усвоит.

Так… отрыв правой лодыжки… связки пострадали… План обрёл реальность.

– Слушайте внимательно, сержант. Донести рядового до целителей мы не сможем. Берусь сделать кое-что другое: наложить конструкт магии жизни на ногу. Пока он будет действовать (примерно двенадцать часов), вы, рядовой, сможете ходить уверенно. Бегать и прыгать тоже можно, но не рекомендую, от этого магия рассеется быстрее. Вы должны успеть добраться до целителей. Или, в крайнем случае, до своих, а там просто лечь и не пользоваться ногой в течение трёх недель. Ходить на костылях разрешаю. Но лучше получить помощь от мага жизни. В противном случае, хотя кость и срастётся, но вы, Пастур, вероятно, будете прихрамывать весь остаток ваших дней. Однако есть ещё условия.

Уверен, что при этих словах разведчики переглянулись, но в темноте этого не увидеть.

– Мы, как и вы, разведка, только воздушная. Запомните крепко: никаких драконов здесь не было. Так что придётся вам объяснять так: вы, сержант, повстречали мага жизни. Это правда. Ленты на плаще не было, то есть что-то вроде студента. Это тоже правда, я маг как раз такого уровня. Он (то есть я) взялся подлечить вашего товарища, а вы за это его отпустили подобру-поздорову. И тоже правда. Прокатит?

– Кхм…

– Возражений нет, стало быть. Тогда начнём.

Дело пошло резвее, чем лечение отца. Возможно, потому, что организм человека я всё же знал лучше. Не прошло и часа, как прозвучала команда:

– Ну, рядовой, вставайте на ноги.

Недоверие на угловатой физиономии рядового сменилось опасливым восхищением. Это плохо: если я разглядел такие подробности, то рассвет уже начался, и всем пора сматываться.

Заговорили все трое разом:

– Ну, значит, буду должен, сударь десятник.

– Все мы будем должны, во как.

– Как вас найти?

– Долг потом уплатите. Разыскать можно. Спросите пёстрого дракона. Или пятнистого. Двигайся, разведка, время не ждёт.

– И то правда. Дай Пресветлые, увидимся ещё.

Разведчики по узкому броду двинулись в сторону берега. Фиорра хотела что-то сказать, но наткнулась на мой выразительный взгляд: перед рассветом звуки над водой разносятся далеко. Из осторожности я задержал наш вылет на полчаса. За это время пешие вполне могли уйти на пару миль, даже по пересечённой местности…

Когда показался родной холм с пещерами, я был порядочно вымотанным. Уверен, что напарница чувствовала себя не лучше. Но поговорить было жизненно необходимо, вот почему мы с ней приземлились не у входа в пещеру, а в стороне.

– Ты хотела что-то сказать.

Фиорре, видимо, очень надо было выговориться, потому что она затараторила с пулемётной скоростью:

– Да, но не знаю, с чего начать. О, вот: я догадалась, почему мы не видели земных аномалий. Их замаскировал вражеский маг земли, тот же, который вырыл… ну, эту каменную дырку.

– Очень возможно. Но на боевом вылете мы должны увидеть её по излучению магии смерти. Уж его ты заметила, верно?

– Ещё как! Мне было страшно, так, как… наверное, как никогда не было. Знал бы ты, сколько труда мне стоило не развернуться курсом на запад до твоей команды! Чуть отпустило, когда я почувствовала, что твари эти пропали совсем, да и то дрожь осталась… – И ещё минут на десять такого потока сознания. Верю. Тем более что сам испытывал то же самое. – А потом стало некогда бояться, это когда ты скомандовал приземление. Я сначала ведь не поняла зачем. Не смогла догадаться, что ты там углядел. Темно же было. Наверное, магия жизни, да?

– Она самая.

– Ты очень сильный универсал. Это уж потом, когда ты возился с ногой человека, я напряглась и увидела потоки жизни. Ты их выпрямлял и соединял, да?

– Ну… и это тоже. Когда-нибудь я начну тебя учить магии жизни. Потом ещё поговорим. А сейчас лечу к сотнику. Надо ему доложить.

Пока мы беседовали с разведгруппой да после добирались до наших, уже совсем рассвело. Небо было абсолютно чистым.

Вместо того чтобы предложить доложить о результатах, сотник задал вопрос:

– Почему так задержались?

Отвечать надо со всей откровенностью:

– Укрытие «серого капитана» оказалось замаскированным. Лично я не обнаружил никаких следов применения магии земли. Напарница тоже ничего не почувствовала. В результате цель нашлась только после длительного поиска.

– Чем обнаружили?

– «Капитан» спустил на нас серую сволочь. Шум от их взлёта ни с чем не перепутать. Ушли на телемагии, сложив крылья.

– Сколько их было?

Вопрос огромной важности. Подоплёка проста: осталась ли у мага смерти возможность противостоять большому налёту драконов?

– В темноте точно пересчитать их не представилось возможным. Приблизительно десять.

Я знал, о чём подумал Рруг: если доктор смог запустить с полсотни гадов, то осталось сил на сорок. И этого вполне достаточно, чтобы хорошенько потрепать сотню драконов. А если учесть, что доктор может оказаться высокого уровня, да ещё то, что с гибелью каждого дракона сил у «капитана» прибавляется… нехорошая картинка выходит. Иначе говоря, без наших трёх десятков не обойтись. И мы обязаны расчистить дорогу другим, тем, которые пойдут на основную массу магов. А это не может случиться раньше, чем окончится перемирие.

В штабе войск Ас-Лока

– Менгель, прошу вас доложить ситуацию.

– В разведке был не один, а два дракона, и это я почувствовал. Соответственно, в дело пошло десять «ястребов». Но случилось то, о чём я предупреждал: их вылет услышали, и драконы спешно рванули прочь от превосходящего противника. Уменьшенный радиус действия наших летунов дал вражеской разведке возможность удрать. Как я и предупреждал. И вдобавок у драконов был запас по высоте.

– Напоминаю: все драконы из ударного десятка – мастера в части летания без крыльев, то есть на большой скорости. Где гарантия, что через три дня, то есть по окончании действия перемирия, они не пустят в дело тот же трюк? Имею в виду, они вполне могли оторваться от «серых», используя преимущество в скорости. Кто им помешает? И что вы думаете противопоставить этому тактическому приёму?

– Задача не из трудных. Целью этого десятка не может быть уничтожение «ястребов», так что даже если он уйдёт от, скажем, десяти «серых», то «капитан» всё равно сможет выдать ещё группу в двадцать пять созданий. Но! – Доктор магии многозначительно поднял палец. – После этого ударный десяток не сможет принять участие в атаке. Драконы просто выдохнутся и не успеют после полёта без крыльев быстро восстановиться. То есть атака пойдёт без них. И новую волну атакующих «серые» смогут хорошенько пощипать. Не сомневаюсь, что командир сотни хороший тактик. А вот командующий полутысячей обязан также быть стратегом. Он не может не понимать, что потери убитыми могут катастрофическим образом сказаться на возможности отразить наше наступление. Вследствие чего, весьма возможно, Ас-Тор отступит. Но это не всё. – Сейчас доктор выглядел как хороший лектор, читающий сложный курс не слишком способной аудитории. Во всяком случае, фразы проговаривались медленно, отчётливо, с ударением на ключевых словах. – «Серый капитан» может не только давать энергию своим созданиям. Он также может ими командовать. Поэтому есть возможность направить усиленную группу «ястребов» против этого пятнистого ловкача. Разумеется, только если ему вздумается лично возглавить атаку на «серого капитана». Пусть даже его подчинённые увлекут за собой… допустим, с десяток «серых птиц». Пусть даже эти десять развеются прахом, не успев нанести никакого вреда противнику. Ценой этой жертвы мы с гарантией уничтожим крайне опасного для нас противника. Двадцать пять оставшихся его разорвут. Напоминаю: целью при этом будет тот самый дракон, который уже дважды смог нас обхитрить.

В голосе мага смерти звучала глубочайшая убеждённость в собственной правоте. Землянин, окажись в этом помещении, сравнил бы выступление особо почтенного с прокурорским.

Тон командующего был всё таким же официально-вежливым:

– Доктор Менгель, ваши чувства вполне понятны. Неприятно осознавать, что вас дважды обошёл даже не человек – дракон. Однако личные счёты к противнику не должны идти во вред точности планирования операций. Поэтому запрещаю вам заранее настраивать «капитана» на управление его созданиями. Делать это можно, только если вы сами, своими глазами увидите, что в первых рядах атакует наш пятнистый знакомец.

Глава 11

Война совсем не фейерверк

Настроение долго оставалось скверным. И на то была совершенно нематериальная причина. Завтра предстоял бой, и не покидало ощущение, что не предусмотрено нечто, которое можно и нужно предвидеть.

В остаток времени удалось втиснуть тренировки второго и третьего десятков. Для крошечного срока обучения ребята подготовились неплохо, правда, и старались тщательнее самого прилежного школьника. Видимо, первый десяток нашептал о моих методах. Впрочем, тренировались все, только у моих выходило намного лучше. Прочие стискивали челюсти.

В самый последний момент нужная мысль всё же проскочила: в прошлые разы я примерно представлял себе образ мыслей вражеского мага. В этот раз – нет. Правда, не факт, что сумел бы додуматься, даже имея достаточно времени на размышления. А сейчас просто некогда.

Приказ не предусматривал возможности его толковать: надо было выполнять. Сформулировано было простенько: нейтрализовать «серого капитана». Ладно. Наготове три десятка, включая мой собственный. На моих «стариков» придётся самый тяжёлый участок – центральный. Да, ещё Рриса. Опять её подсунули, хотя в этой операции она была уж совсем лишней. Всем трём десяткам предстояло долететь до штаба ненамного позже разведчицы. Молвить справедливо, дракона, не жалея сил, тренировалась вместе со всеми, и выходило у неё (если сравнить с моими ветеранами) на твёрдую тройку. По-здешнему сказать: «сносно». Приказ лично ей ничем не отличался от прежних: высмотреть, вернуться, доложить.

Моя задача была иной. Для неё я заранее присмотрел два фунтовых округлых булыжника. Им предстояло уместиться в моих лапах.

Я обвёл глазами воинство. Традиции надо соблюдать:

– Работаем!

И работа началась.

Первым делом долететь до той самой старицы Воларры, где мы с Фиоррой встретили пешую разведку. От этого места курс точно на восток.

В разведотделе войск Ас-Тора

Вернувшийся из поиска командир разведгруппы не солгал – уж такая проверка была в силах начальника разведотдела в ранге магистра. Мало того, у сержанта не было причин врать. К тому же решительно весь личный состав знал, что начальники разведки и контрразведки всегда проверяют на правдивость. И всё же у высоких особистов мелкой занозой засело ощущение некоей недосказанности.

Вот почему начальство от спецслужб после беседы с сержантом вызвало скромного целителя. Впрочем, у этого человека сорока с небольшим лет явно имелся за плечами немалый опыт.

– В данный момент меня интересует не характер травмы рядового Пастура, а нечто другое. Опишите, пожалуйста, каким было предшествующее лечение.

– Простите, весьма почтенный, но как раз это невозможно без подробного описания травмы…

– Вынужден вас прервать. На подробности у нас нет времени. Поэтому только основные моменты.

Целитель, похоже, был несколько обижен таким невниманием. Но заговорил спокойным тоном:

– Неизвестный маг жизни поставил конструкт на место перелома… весьма грамотно поставил, надо заметить… Но проявил небрежность в связках. Хочу сказать, конструкт не восстановил полностью функции сустава.

– То есть того мага вы полагаете неквалифицированным?

– Точнее, недостаточно квалифицированным. По словам пациента, лечивший его маг потратил с час на работу, то есть не торопился. Но, судя по результату, или это была небрежная работа, что маловероятно, или лечившему не хватило знания тонких деталей анатомии.

– То есть вы утверждаете, что лечил не доктор магии?

– Доктор? Это неудачная шутка. Сомневаюсь, что уровень соответствовал даже бакалавру. Скорее всего, это был студент.

– Примем к сведению. Какое вы предлагаете лечение и каким будет ваш прогноз?

– Три недели, никак не меньше, полная неподвижность ноги. Потом разработка, это ещё столько же. Но я не уверен в полном восстановлении функций, если, конечно, пострадавшему не окажет помощь квалифицированный маг жизни.

– Что вы имеете в виду под неполным восстановлением?

– Будет хромать.

– Спасибо, уважаемый, вы очень помогли.

Целитель правильно понял намёк и откланялся. А высокие чины переглянулись и сделали для себя одинаковый вывод: придраться не к чему, да и не нужно, поскольку завтра будет, по всей видимости, последнее сражение на этом этапе боевых действий. А следующее боестолкновение, вероятно, состоится лишь через несколько лет.

Я как раз глядел на Фиорру, когда она двинула хвостом вверх-вниз. Это было ожидаемым знаком. Тут же появилось хорошо знакомое мерзостное ощущение от присутствия магии смерти. И с каждой секундой оно усиливалось: в воздух рванули серые твари. При дневном свете я смог их хорошо рассмотреть. Нет, по виду не совсем рамфоринхи, челюсти у них намного мощнее. Правда, хвосты с рулевой лопастью очень похожи. Восемь… двенадцать… пятнадцать… И почему-то не больше. Размышлять над этой странностью не было времени, я сам выходил на рубеж атаки. Десятки получили сигнал: «Уходить!»

Мой такой чудесный, с любовью разработанный план с этой секунды вошёл в неуправляемое пике. Ребята всё сделали правильно: разделившись по десяткам, рванули на вертикали с одновременным разворотом на запад. Краем глаза увидел, что за ними направилась погоня, по пяти серых созданий на группу. И это было неправильным.

Впереди меня чередой пошла в воздух ещё одна вражеская кодла. Драконье зрение вкупе с реакцией не подвели: ещё десяток гадов сверх тех, что уже были. Почему так мало? Отвечать на этот вопрос было некогда. Я стал разгоняться по горизонтали, когда ниже меня аккурат в центр стаи врезалась фиолетовая дракона. Рриса явно задумала отвлечь часть «серых» от меня, проскочив эту кучу-малу, но и противники оказались умелыми: трое «серых» вцепились клыками и когтями в шею и хвост. Это лишь те, которых я видел. И естественно, скорость у разведчицы упала.

Дурища! Однако на ругань, даже мысленную, тоже не было времени. Ситуация чрезвычайная, спору нет; все запреты побоку. Я только собрался было скомандовать по магосвязи Согарру, когда его голос послышался у меня в ухе:

– Десяток, разворот! Снимай «серых» с Ррисы – и на вертикаль!

Шахматистам, играющим «блиц», хорошо знакомо это состояние, когда просчитывать – верный способ проиграть по времени, и остаётся лишь полагаться на интуитивное понимание позиции. Я знал, что ребята должны справиться с десятком «серых», если будут беречь крылья. Но «серый капитан» объявил шах.

Ещё примерно пятнадцать вражеских истребителей вылетели наперерез. Слишком большая группа получилась, не пропустят к цели. Я мгновенно оглянулся. Не зря мои ребята тренировались: на моих глазах не менее трёх изломанных серых тел полетели вниз под ударами острых когтей… Ну же, Рриса, уходи!

Какое там! Тяжёлое тело, кувыркаясь, пошло неуправляемым образом к земле. Впрочем, кто-то из моих (кажется, Фаррир) успел подхватить раненую дракону телемагией и рвануть вверх, напропалую сжигая ресурсы.

Считать, сколько «ястребов» ушло в погоню за первым десятком, было полной дуростью. Я заложил почти боевой разворот, только на девяносто земных градусов, и потащил клыкастую ораву за собой в северном направлении. И только после этого можно было позволить себе покоситься на мои десятки. Так… второй и третий трудолюбиво тянут на хвосте своих преследователей, не особо разгоняясь. Молодцы, это как раз соответствует плану. Первый десяток… за ним тоже пяток тварей. Но моим-то бездумно расходовать энергию нельзя: Рриса не пришла в себя или… ещё что похуже. Ох, надеюсь, им хватит энергии дотянуть до наших. Хотя бы до левого берега Воларры.

Прорыв невозможен. Как раз эта ситуация предусматривалась. Теперь надлежит описывать громадный круг вокруг укрытия «капитана». До него пара миль. Серая сволочь ничем себя не проявляла. Выдохся? Это странно.

Я позволил себе очень короткий взгляд на восток. На отдалённом холме стояла группка магов. Один из них сидел в кресле. Черты лица разглядеть невозможно, но, без сомнения, это Великий Ас-Лок. Примем во внимание.

Что мы имеем вокруг себя? Все мои уже далеко, их преследователей можно списать. Теперь ускорение! Энергия уходила потоком. Но «серые» отставали, а это мне и было нужно. И курс на знакомый каменный выступ.

«Серое копьё»! Но не от «капитана», а из другого места. Маг постарался, это ясно. В самый последний момент я вильнул в сторону, как в слаломе. Враг промахнулся; дистанция была невелика, но мой манёвр могли предвидеть лишь те, кто видел последнюю олимпиаду.

Вот и укрытие. А теперь резко замедлиться… ещё… зависнуть. До дырки в камне тридцать метров. У меня две секунды, не больше. Нет, меньше! Ещё два «ястреба» взвились вверх. Всё ясно, у противника прибавилось энергии за счёт жизненной силы Ррисы. Но контратака опоздала: первый камень ушёл в гранит. При удачном попадании – эквивалент десяти килограммам тротила.

Взрыв оказался глуше, чем я предполагал. Округлость камня вздыбилась острым углом. Крупные обломки разлетелись куда медленнее, чем ожидалось. Проскользнула мысль, что, наверное, всё же часть энергии телепортации пропала втуне. Второй камень был нацелен чуть в сторону. Вот на этот раз шандарахнуло крепко. Взрывная волна поддала, как тяжёлым мешком, и чуть было не сбила.

Уже идя свечкой вверх и набирая скорость, я оглянулся. Верьте мне, это было самое прекрасное зрелище на свете!

Что может быть приятнее для взора лётчика за штурвалом бомбардировщика, чем эскадрилья вражеских истребителей, которая вместо того, чтобы сесть на хвост, пылает в воздухе и неудержимо теряет высоту? Разумеется, только неискушённый зритель (если таковой здесь был) мог бы подумать, что «серые ястребы» загорелись. На самом деле они на лету рассыпались в прах, языки которого и вправду можно было принять за пламя. А это означало, что главная серая мерзость тоже уничтожена. Осталось лишь дать условные щелчки, означавшие успех операции. И тянуть до своих – именно тянуть, потому что энергии оставалось в обрез. Тот огромный полукруг, что я описал без использования крыльев, обошёлся недёшево.

Над левым берегом Воларры

Приняв командование десятком, Согарр совершенно не волновался, ему было некогда это делать. Исполняющий обязанности десятника в бешеном темпе прикидывал варианты действий. Первое и самое очевидное – дотащить Ррису до целителей. Она была жива, но лететь не могла; на лету выяснить причины этого невозможно, приземляться ради диагноза – глупость первостатейная. Дотянуть до целителей… сколько же на это надо воинов? Согарр попытался просчитать, понял, что до приземления расчёт закончить не успеет, попробовал примерную оценку и сделал вывод, что четверо, сменяясь, долетят до пещеры целителей с таким грузом.

Между тем все драконы десятка заметили, что мелкие точки, преследовавшие второй и третий десятки, вдруг растаяли. Радостные улыбки: десятью врагами меньше. Через пару минут Фиорра подала знак: ещё пятеро долой. Теперь осталось лишь надеяться, что и командиру посопутствует удача.

Комбинацию щелчков, означавшую «Цель поражена», также услышал и понял весь первый десяток, а Согарр тут же выразительными жестами приказал четверым нести Ррису к пещере целителей, а сам с остатком десятка взял курс к начальству, на доклад.

В штабе присутствовали как сотник, так и полутысячник. Доклад принял Рруг.

– В ходе разведки боем силами трёх десятков атакован укреплённый пункт с «серым капитаном», уничтожено пятнадцать «серых ястребов», также получен сигнал, что десятник Стурр атаковал и уничтожил «серого капитана». Наши потери: тяжело ранена воин Рриса, силами четырёх воинов отнесена к целителям. Докладывал помощник десятника Согарр.

Сотник выглядел абсолютно бесстрастным. Но ожидаемый вопрос прозвучал:

– Где сейчас ваш командир?

– Нам было приказано лететь как можно быстрее к штабу и доложить результаты разведки боем. Я видел, что десятник был атакован группой «серых ястребов», он их увёл в сторону, развернулся, атаковал убежище «капитана», после чего «ястребы» исчезли. Дальнейших сведений о десятнике не имею.

Начальство обменялось взглядами. Полутысячник вызвал порученца и приказал готовиться к атаке позиций магов всеми наличными силами драконов.

На подлёте я увидел в воздухе всю авиадивизию драконов – точнее, то, что от неё осталось, поскольку вернувшиеся три десятка в бой бросать было совершенно невозможно, да и бесполезно. Меня приняли за разведчика, и ведущий качнул крыльями в знак приветствия.

Холм с пещерами уже был ясно виден, когда стало столь же ясно: до жилой пещеры я дотяну, а вот облететь холм и добраться до штабной пещеры – сомнительно. Именно поэтому пришлось направиться к входу в родную (уже) пещеру.

Посадка прошла в стиле, за который наставник Леррот влепил бы «неприемлемо», и поделом. Из пещеры выскочили наши, но лишь пятеро.

– Согарра ко мне!

Уже позже подчинённые рассказали, что этот рык настолько не походил на командный, что за меня испугались. Отдать Суирре должное, она не растерялась и чётко отдала рапорт:

– Согарр доложил сотнику, сейчас он у целителей. Там же Фаррир, Харрф, Рройта и Гирра.

– Состояние Ррисы?

– Я летела не рядом. Мне показалось, что задеты оба глаза, ещё рана на шее, длинная рана на хвосте, крылья… кажется, целы. Задняя лапа изранена. Вроде большая кровопотеря.

До целителей я не долетел бы, да и не будет толку от моего присутствия в таком-то состоянии.

– Всем отдыхать.

Я двинулся к своей подстилке походкой, которую со стороны вполне можно было посчитать твёрдой. Но только со стороны.

Сон, понятное дело, в голову не шёл. Вместо него там крутился анализ.

У меня первая потеря. Ещё не факт, что Рриса выживет, а помочь ей в течение ближайших часов двенадцати ничем не могу. И виноват только я: ведь мог же предвидеть, что она сдуру дёрнется помогать-спасать. И мог отдать специальный строгий приказ на этот счёт. Мог, но не предвидел и не отдал.

И тактические приёмы вражеского мага мог предугадать. Но не утрудился.

Дальше пошёл просчёт вариантов: что можно было сделать лучше. Ну в точности шахматист, вдрызг продувший партию и после этого пытающийся её разобрать с целью найти спасительные ходы. От перебора выигрышных вариантов настроение не улучшилось, очень уж их оказалось много. Но тут меня отвлёк визг Фиорры в частотах, близких к ультразвуку:

– Летят обратно! Победа!

Пока я выбирался из пещеры, холм преобразился. Все повылезли на воздух. Возвращающееся драконье войско было хорошо различимо на фоне вечернего неба. Отдельные группки уже затянули песни, каждая на свой мотив, и под них уже пошли танцы. Некоторые отплясывали в воздухе.

Я поискал глазами моих. Те ещё не восстановились и потому вытворяли нечто танцевальное на земле. Все? Нет, Фаррир отсутствует. И кажется, догадываюсь, где он. Туда-то мне и надо. Но только пешком.

Вот госпитальная пещера. Собственно, там лишь двое пациентов и один из врачебного персонала – весьма молодой целитель (может, на пару лет меня старше), красивого золотистого цвета. Гребень держит очень самоуверенно.

Рриса не шевельнулась на подстилке. Сидевший рядом Фаррир повернул голову. Жест моего гребня дал понять, что подойду позже. В тот момент очень важно было расспросить целителя. Тот сделал мне знак, приглашающий отойти в сторону.

– Я хотел бы знать, мудрый…

– Сиррон. Вы родственник раненой?

– Нет, я её командир.

– В таком случае вам не о чем беспокоиться, она уже не попадёт в ваш десяток.

От такого захода даже усталость начала проходить. Но для полноценного приступа бешенства сил не было.

– Мудрый Сиррон, вы превратно меня поняли. У меня нет планов немедленно ставить пациентку Ррису в линию. Однако она может быть полезна на другой должности. А для этого я обязан знать её шансы на восстановление.

Мудрый золотистый презрительно усмехнулся.

– Вот как? – Крошечная пауза. – Ладно, она всё равно не слышит. Итак: есть некоторая вероятность, что раненая выживет, поскольку при всей многочисленности ранений они не безусловно смертельные. Левый глаз потерян. Правый, возможно, восстановится, но за это не ручаюсь. Надеюсь, вам понятно, что я думаю о способности к полётам? Далее: левая задняя лапа… То, что она осталась без трёх пальцев, не самое худшее, но повреждены сухожилия голеностопного сустава. Посему о длительной ходьбе ей надлежит забыть. Две глубокие раны на горле, но крупные кровеносные сосуды целы. Тем не менее большая кровопотеря, и есть риск осложнений. Половины чешуи нет. И по мелочи: губы рассечены, на обоих крыльях кости и связки целы, но имеются множественные разрывы перепонок. Вот они точно зарастут, со временем, конечно. Да, ещё ограниченность движений хвоста, и голову поворачивать будет трудно недели две, самое меньшее.

Представленная картина не внушала благостные мысли, что, впрочем, относилось и к целителю. Но мелькнувшая идея заставила проявить максимальную если не вежливость, то корректность:

– Благодарю за сведения, мудрый Сиррон.

От целителя последовало холодное:

– Вы не дослушали, десятник. Сейчас она в полусне и вряд ли способна на разговор. Я ей дал… ну, вам это неинтересно. Успокаивает боль, хотя замутняет сознание. Вкратце: если раненая проживет два дня, то останется жива.

– Как долго она должна оставаться здесь?

Ответ прозвучал с абсолютно медицинскими, насквозь знакомыми интонациями:

– Перенести в родную пещеру её можно хоть сейчас…

Ну да, щадящую транспортировку драконы в состоянии обеспечить.

– …Лекарствами и материалом снабдить мы можем. Но вы не целитель, десятник, и не сможете толково ими распорядиться. А уж если нагноение обнаружится, так и вообще… Правда, в этом случае у неё так и так шансов почти не будет.

– Ещё раз благодарю. Я также хотел бы поговорить, но не с ней, а с ним.

– С этим молодым… драконом? Не возражаю. – Прозвучало как «молодым идиотом».

Я подошёл к подстилке. Она была сделана из сфагнума. Хорошо придумано, спору нет. Но то, что лежало на ней, никоим образом не заслуживало эпитета «хорошо». Даже с учётом пластырей Рриса выглядела просто ужасно. Голова целиком оказалась укутанной в нечто растительное, явно приклеенное к коже. Запах стоял аптечный и препротивный.

Фаррир выглядел немногим лучше, хотя не получил и царапины. И хуже всего было выражение глаз.

– Фаррир, когда ты в последний раз ел?

Человек вполне мог бы ответить «не помню», так то человек…

– Вчера вечером.

– Тогда вот мой приказ. На пару часов тебя подменят, а пока будешь свободен – подкрепись. Силы тебе понадобятся. При ухудшении её состояния немедленно известить меня.

Молчание.

– Воин Фаррир, вам приказ ясен?

Устав – огромная сила.

– Так точно!

Пришлось очень постараться, чтобы добиться нужной интонации в голосе:

– Ещё не вечер!

Кажется, апатия бедняги затрещала. Во всяком случае, глаза теперь смотрели иначе.

Я вернулся к остальным. Меня встретила пылающая энтузиазмом Фиорра:

– Командир, тут вино дают!

– По скольку на хвост?

А ведь неизвестно, как выпивка действует на драконов. Даже на людей и то по-разному. Пришлось оглядеться со вниманием. С виду все слегка косые. Но чтобы в доску – никого. Уже хорошо.

Несмотря на общую эйфорию, меня засыпали вопросами о Ррисе. Я ответил, как мог, а Хьярра тут же вызвалась подменить товарища. Разумеется, не было причин противоречить. Умная Суирра осторожно спросила:

– Ну, потом ты нам расскажешь, как там всё произошло?

Ответ был максимально честным:

– Разбор полётов будет обязательно. Но только в нём должна участвовать Рриса, а она… сами знаете.

Вдруг послышалось удивлённое:

– Командир, а ведь тебе тоже прилетело.

Сюрприз!

– Что прилетело?

Глорр говорил совершенно уверенно:

– «Серая стрела», вот что. Отскочило полтора десятка чешуек. Вот тут, над задней левой.

– Клянусь гребнем Чёрного, ничего не заметил.

Это было правдой. Выходит, вражеский маг оказался не столь уж истощён. А я проявил беспечность. Но разбор прегрешений отложим.

– Так где там вино?

Подчинённые притащили мне мою миску. Драконье обоняние слабее человеческого, но даже мне показалось, что напиток довольно крепкий, градусов пятнадцать. Однако выпивка не помогла присоединиться к празднику жизни.

Я побрёл к своей пещере. Усталость навалилась с новой силой. План действий уже сложился, но именно сейчас ничего сделать было нельзя. И настроение вернулось на позицию под горизонтом. Может, алкоголь подействовал: лапы подкашивались.

Рядом со мной вдруг оказались Глорр с Гиррой. Идти сразу стало легче.

– Ребята, я спать…

– И мы с тобой…

– …до пещеры.

Помню, что, уже лёжа, я вяло удивился слабости драконьей памяти – так и не удалось вспомнить, как оказался на подстилке. А потом критическое мышление отключилось напрочь. Глорр сказал голосом Гирры: «Проваливай, дальше я сама», и подумалось, что ему незачем коверкать свой голос, ведь и так ясно, что это он, а не она. Смутно доносились выкрики песен. Организм приказал: «Спать!», а приказы подлежат исполнению, а не обсуждению.

Глава 12

Как не разбирать полёты

В личных покоях Ас-Лока

Тон голоса Великого был столь же вежлив, сколь и холоден.

– Вы можете не утруждать себя пересказом событий. Я прекрасно видел, КАК всё происходило. Гораздо больше меня интересует, ПОЧЕМУ так всё пошло. Точнее, мне хотелось бы знать именно вашу трактовку происшедшего, а также перечень мер для предотвращения подобных вариантов.

– Возможно, Великий, удастся сэкономить ваше время, если будет разрешено доложить доктору Менгелю, который значительно лучше меня разбирается в магии смерти и уже имеет некий план.

Ас-Лок бесстрастно выслушал доклад, в котором причиной всех несчастий выставлялся вражеский десяток драконов особого назначения.

– …Таким образом, следует признать, что указанные драконы нашли средство противодействия «серому капитану». Это ещё полбеды, но налицо угроза распространения изобретённой тактики среди других драконов. Из этого положения я вижу два выхода…

На лице Великого обозначилось некое подобие интереса.

– …Первый заключается в уничтожении этого десятка и в первую очередь, конечно, десятника. Он, на мой взгляд, является ключевым элементом в изменениях, которые мы наблюдаем. С вашего позволения, Великий, этот пятнистый дракон самый опасный хотя бы уже потому, что именно он их источник. Второй же вариант состоит в разработке и применении новых заклинаний магии смерти, а равно иных. Между прочим, как раз в части магии смерти у меня есть кое-какие наработки… – по правде говоря, это было некоторым преувеличением. Идеи были, но до практического внедрения дело дошло бы не завтра, – предназначенные как раз для борьбы с этими слишком умными драконами. Однако должен заметить, что упомянутый десяток постоянно находит нестандартные ходы, эффективно противодействующие моим замыслам. Тем больше причин для устранения подобного препятствия.

Великий приподнял бровь:

– Я вижу, вы постоянно совершаете одну и ту же ошибку, Менгель. Я не ставлю вам её в вину, однако желаю, чтобы впредь это не повторялось. – Фраза не была выговором, но до него оставалось мизерное расстояние. В голосе Великого отчётливо слышались ноты превосходства. – Вы всё время очеловечиваете драконов. Приписываете им ум, изобретательность, способность к нестандартным решениям. Между тем драконы совершенно не умны. Точнее, они гораздо менее разумны, чем люди. Учиться способны, это да. Но при этом усваивают и в конечном счёте используют лишь то, чему их учили, не добавляя в сумму знаний что-то своё. Уверяю вас, драконов создали не для того, чтобы они творили. Целью было получение боевой силы, и только. Если этот ваш пёстрый десятник обучает своих подчинённых чему-то совершенно новому, то отсюда следует, что он сам это новое от кого-то усвоил. Другие драконы ничего такого не предлагают? Вывод: у десятника есть наставник или, скажем, советник. Вот от кого я хотел бы избавиться, ибо тем самым устраняется самая суть проблемы. Впрочем, это уже не ваш уровень… Полагаю, какие-то наработки в магии смерти у вас уже есть. В чём они заключаются?

Маг смерти не желал делиться знаниями, но пришлось. Рассказ занял не более десяти минут.

– Да, заклинание новое, признаю. Сколько потребуется времени на его отработку?

– Я бы не хотел давать чрезмерно оптимистические обещания, Великий. Скажу так: месяц.

– Несмотря на все ошибки, ваш подход явно представляет интерес. Советую доложить его на ближайшем совете докторов.

Это было огромным шагом в сторону докторской диссертации. Менгель в магии смерти числится магистром. Он понимал, что новое заклинание – отличная ступенька в повышении ранга. Рассыпавшись в благодарностях, низший маг удалился.

Уже в воздухе промелькнула тревожная мысль. Драконов создал не Ас-Лок, тут приложил знания другой Великий. Что, если разум этих ящеров всё же недооценён?

Моё утро было почти превосходным. Полное восстановление. Прекрасное самочувствие. Никакой потребности в опохмелке. Нормальный завтрак. Если бы ещё дел никаких не выявилось, большего и желать нельзя. Но таковые очень скоро нарисовались.

Первым влез Согарр, как верный зам. У него были мысли.

– Командир, я сам слышал твой приказ Ррисе. Она ведь его нарушила. Надо бы…

– Для разбора полётов нужны те, кто летал. Это минимальное требование. Поэтому организуй кого-нибудь, чтоб смотался в пещеру целителей для выяснения ситуации.

Про себя подумал, что хотя бы в педагогических целях нарушительница приказа должна выжить. Нет, не так: мы должны сделать всё, чтобы она выжила.

Доклад последовал через четверть часа. Рройта выглядела откровенно напуганной:

– Она очень плоха, Стурр. Целитель сказал, нагноение.

– Сейчас же лечу к ней. Со мной ты, Хьярра и Согарр. У целителей молчать, слушать, не встревать!

Фаррир сидел у подстилки и выглядел скверно. Это ожидалось. К моему удивлению, в пещере оказалось аж двое из врачебного персонала. С золотистым я уже был знаком. Вторым был немолодой дракон скромного коричневого оттенка. По всем правилам, мне надлежало поздороваться первым:

– Доброго вам утра, мудрый Сиррон, также вам, мудрый…

– Триарр. И вам.

Все друг друга приветствовали, приличия соблюдены. Настало время для дела.

– Как я понимаю, десятник, это ваша подчинённая…

Меня не особо удивила мягкая вежливость старшего целителя. Истинная мудрость не требует выпендрёжа.

– …так что для обсуждения предлагаю выйти.

Мои мрачно переглянулись. Им хватило ума догадаться: благоприятный прогноз можно было бы обсудить и в присутствии пациента.

– Я вас внимательно слушаю.

– Как, в общем, и предполагалось, раны начали гноиться. И причиной тому я вижу не их тяжесть, а общее состояние раненой и не в последнюю очередь – угнетенный дух. Если её оставить здесь, то могу, к сожалению, дать лишь печальный прогноз. Правда, вижу одну малую возможность…

Нам не нужно было изображать внимание. Оно и так было прописано на всех мордах шрифтом сорок восьмого кегля.

– …Вы ведь её хорошо знаете?

– Мы учились в одной школе.

– Я так и подумал. Так вот, именно вы… имею в виду ваш десяток… можете как-то вызвать интерес к жизни… Понимаете? Лекарства, пластырь, повязки – всё это вам дадут, но нужно ещё кое-что сверх того. Шанс очень мал, но он есть. – Фаррир как-то странно шевельнул гребнем. Смысл этого жеста остался неясен. – Я бы даже порекомендовал коричневый хлеб. Видите ли, ей терять нечего. Но не более одного вот такого ломтика… – последовал жест когтями, – два раза в день.

Тут я подумал, что неплохо бы облегчить себе работу.

– Мудрый Триарр, мудрый Сиррон, интерес к жизни может появиться, если только раненая будет в сознании…

– Совершенно верно, десятник. Со вчерашнего вечера мы не даём ей микстуру Маррифа.

– В таком случае не будем терять время. Приятных полётов, мудрые. Вы позволите?

Оба целителя утвердительно двинули гребнями. Мне осталось лишь распорядиться:

– Рройта, ты вперёд с подстилкой. Фаррир, на тебе донести Ррису до нашей пещеры. Хьярра, Согарр, берёте все лекарства и прочее, что дадут. Я предупрежу народ. Ещё не вечер! Работаем!

Рывок на взлёт, не дожидаясь реакции подчинённых. И всё же послышалось за спиной:

– Тебе везёт, Рриса. Слышала, что он сказал? Ручаюсь, у командира под чешуйкой спрятан выигрышный вариант…

Место для раненой нашлось почти мгновенно, через пару минут Рройта прилетела с подстилкой, а Фаррир принёс подругу. Но вот дальше…

– Фаррир, можешь остаться. Все остальные – вон из пещеры. Впрочем, нет, Согарр, ещё одно дело для тебя. Если вдруг придут вызывать меня к начальству, скажи, что буду через, скажем, пару часов. Сотнику расскажешь вот что…

Ребята уже двинулись на выход, когда по моему сценарию был нанесён сокрушающий удар отсебятиной. Это сделал подчёркнуто бесстрастный голос Фаррира:

– Одну минуту, командир. Мне нужны здесь все вы. Ненадолго, я потрачу лишь одну минуту.

Я не догадался, что задумал наш силач. А Гирра ухватила его мысль, судя по явному замешательству на грани паники. В любом случае мне надо было сберечь авторитет.

– Разрешаю, но быстро. Десяток, сюда.

В тоне заявления Фаррира звучала всё та же безэмоциональность, полностью перпендикулярная смыслу:

– Будьте все свидетелями. Я прошу Ррису выйти за меня замуж.

Фиорра тихонько ойкнула. Харрф испустил нерешительное «Ну…», не дав себе труда раскрыть этот тезис. Согарр и Глорр переглянулись, после чего дружно сделали вид, что они этого не делали. У Рройты случился не свойственный драконам провал в памяти: она раскрыла пасть и забыла её закрыть. А вот Суирра подарила мне многозначительный взгляд. Кажется, она посчитала, что вся сцена задумана мной заранее. Конечно, это было не так. Но ситуация включала в себя шанс, и не использовать его – позорно.

Я сам почти не глядел на товарищей. Для меня куда важнее была реакция потенциальной невесты. Говорить Ррисе было трудно из-за рассечённых губ. Кивок или отрицательное движение головой были почти невозможны из-за ранений на шее. То же относилось к хвосту. Но гребень сделал утвердительный жест.

Драконья память, что ни говори, сильна. Все присутствующие одновременно вспомнили, что вообще-то дышать необходимо.

Вот она, возможность! Мне лишь надобно опередить реакцию десятка.

– У людей есть обычай. Они дарят молодожёнам подарки.

Пауза. По всему видать, Суирра ещё более уверилась в мысли, что всё идёт в полном соответствии с моим сценарием.

– Полагаю, это хороший обычай. И сам сделаю вам, Рриса и Фаррир, подарок.

Стоп-кадр. Невесте надо не только услышать, но и осознать.

– Какой?

Женское любопытство – страшная сила. Его тротиловый эквивалент не поддаётся даже приблизительной оценке. Все видели, что Ррисе мучительно трудно говорить, и всё же это спросила она.

Ответ был достоин включения в садистские анекдоты:

– А вот поправляйся – и узнаешь. – Всё, заканчиваем шутки. Толчок к выздоровлению дан, причём сильнейший. Пора продолжать. – Ребята, лишних по-хорошему прошу покинуть пещеру.

Стоит лишь вспомнить об уровне материальной культуры драконов, как станет понятно: угадать вид подарка можно, но… почти невозможно. И всё же десяток именно этим сейчас и займётся. В этом я был полностью уверен.

Команда вышла.

– Фаррир, встань вот здесь. Рриса, закрой глаз. Сейчас боль уменьшится. Итак…

В сущности, задача была не из самых трудных. Первым делом блокировать болевой синдром, потом простенькие конструкты на те места, где пошло нагноение. Перепонки точно подождут. Даже возможен такой вариант: их вообще не трогать в расчёте на самозаживление. Теперь задняя левая… Восстановление пальцев – задачка тоже на дальнюю перспективу… А вот со связками надо побороться прямо сейчас… Левый глаз восстановить можно, но уйдёт весь запас энергии, так что эта стадия тоже не первая… А правый очень даже нетрудно подлечить, там всего-то глубокая царапина на роговице… Да, ещё губы…

Находясь в пещере, трудно поглядывать на солнце. Я не мог определить, сколько времени прошло, но точно знал, что кристалл пуст на три четверти. На сегодня хватит.

– Ну вот, ребята. Указания: тебе, Рриса, говорить разрешаю только «да» и «нет» и то лишь с помощью гребня. Через два дня будет можно поболтать, но тихо и недолго. Нагноение я снял. Правый глаз будет здоров тоже через пару дней. Вот связки задней правой – дней через пять, не меньше. До этого ходить запрещаю. Хвост… тут не скажу определённо, но за четыре-пять дней придёт в норму, если его не беспокоить. Рано утром… нет, сегодня вечером ещё раз посмотрю, что можно сделать. – Я рассчитывал, что конструкты за короткое время не распадутся полностью и подновить их удастся без особых затрат. – А тебе, Фаррир, предстоит вот что. Ты видел, какие средства использовали целители?

Утвердительный жест.

– Запомнил, как именно?

В другой ситуации сомнение в драконьей памяти было бы эквивалентом оскорблению, но не сейчас.

– Ну так вот, это и будешь делать. Помощью обеспечу. Тебе тоже нужно отдыхать и всякое такое. Еду на вас двоих ребята притащат. Но есть задача потруднее. – Если оскаленные клыки означают улыбку, выходит, я улыбнулся. – О том, что сейчас видел, тебе предстоит молчать, пока я не разрешу говорить. Надеюсь, понятны причины?

Тугодумом Фаррир, возможно, был. Дураком – нет.

– Всё понятно.

– Мне к сотнику лететь.

Я вышел из пещеры, раздал указания и направился к начальству.

У входа в жилую пещеру

Согарр был хорошим заместителем. Именно поэтому он сразу же нарезал задачи:

– Глорр, тебе нести обед этим двоим. Не знаю, сколько Рриса съест, но тащи на всякий случай полную порцию. Рройта и Фиорра, вам поглядеть на целительские процедуры, чтобы вы в дальнейшем смогли сделать их сами. Таррик, потом сменишь Фаррира часа на три. Ему надо отдохнуть, иначе завтра он и крыло не расправит.

Вся компания дружно вошла в пещеру. Дамы тут же кинулись поздравлять. Но Рройта про себя отметила странное выражение морды Фиорры и её перешёптывание с другими дракони. Разъяснилось это быстро. Скромница задумала дерзость и осуществила её:

– Фаррир, а Стурр тебе сказал, что за подарок?

Впервые за последние двое суток наш великан-дракон позволил себе чуть-чуть улыбнуться.

– Не сказал. Но я, кажется, догадываюсь.

Дракони немедленно выскочили из пещеры, чтобы обсудить информацию. Обмен мнениями шёл оживлённо:

– И это всё?

– Спрашивать бесполезно, точно могу сказать.

– Выходит, мы ничего не знаем…

– Ошибаетесь, дорогие подруги. Кое-что знаем. – Это был голос Гирры. Весь десяток знал, что двуцветная дракона никогда не говорит просто так. Головы повернулись в её сторону. – Мы знаем, что Фаррир о чём-то догадался. А это первый значимый факт. Второй: командир ему ничего не сказал. Вывод: наш толстяк… – это было не дразнилкой, а дружеской подначкой; Фаррир вовсе не был толстым – вот крупным его можно было назвать по-справедливости, – что-то такое увидел. И сумел сделать выводы. Нетрудные выводы, потому что он в анализе не очень-то силён.

– А, понимаю. Командир притащил в пещеру что-то такое, что никто не увидел, а потом Фаррир это самое углядел. Оно-то и есть подарок.

Гирра оставила без внимания этот пассаж простодушной Фиорры. Её собственный вывод был иным и совершенно диким. Он даже не стоил обдумывания, но запомнить его следовало.

Сотник был недостаточно весел для столь блистательной победы. Это понизило уровень моего оптимизма.

– Без чинов, Стурр. Есть хорошая новость. Я тебя представил на повышение до полусотника. Правда, ещё не утверждено, но уверен, что утвердят. Пять десятков пока не дадут, но три – твои. Будешь их обучать.

– А плохая состоит в том…

– Что наша победа не очень-то победа. Переговоры о перемирии идут необычно медленно. Точнее, парламентёры от Ас-Лока их затягивают.

– Сведения надёжные?

– Раньше мой источник выдавал лишь достоверную информацию.

– Значит, они чего-то ждут.

Не нужен глубокий ум, чтобы понять: ждут чего-то, что поможет справиться с препятствием в лице меня и моих подчинённых. Чего именно? Удачного покушения, например, или какой-то дополнительной силы. Что долго думать: прилетит в голубом вертолёте некий маг с кристаллом хотя бы в двадцать килограммов – вот она, сила.

– Может быть. Пока не будет официального перемирия, никого по родным пещерам не отпустят. – Сотник досадливо дёрнул хвостом.

Неопределённость – что может быть хуже? Вполне понимаю Рруга.

Сотник сменил тему:

– Как там Рриса?

Почему-то уверен, что у начальства есть свои источники. Стало быть, выдаём только правду:

– Мы её перенесли в нашу пещеру. Похоже, ей лучше. Целитель дал хороший совет.

– Что же он посоветовал?

Спрошено вроде небрежно.

– Пробудить интерес к жизни.

– И только-то?

– Не только. Ещё дали много всяких повязок, пластырей, лекарств.

– Чем же её заинтересовали?

– Один из моих предложил ей хвост и сердце. Она согласилась.

Этой информации у Рруга не было. Он аж передёрнулся:

– Готов допустить, что Рриса в здравом уме…

Как раз на этот счёт у меня имелись сомнения.

– …но уж он точно сбрендил.

Говорить правду, правду и только правду!

– Он в неё влюблён. И делает всё, чтобы она поправилась.

О том, что все влюблённые в той или иной степени тронуты умом, я промолчал.

– Перспективы?

В этом вопросе содержалась какая-то неправильность, но вдумываться некогда.

– Не уверен, что она когда-нибудь сможет быть в линии…

Здесь была полная уверенность, что сотник поймёт верно: не светит эта будущность Ррисе и на то имеются причины.

– …Полёты – и те под вопросом. Надо ждать.

– Понял. Но есть ещё сведения, касающиеся тебя. В Главном штабе ходят разговоры о карьере тех, кто обеспечил такую победу. – Взгляд Рруга был весьма красноречив.

Я, в свою очередь, мысленно опрокинул на себя бак, содержавший одну тонну скромности.

– Приму это во внимание. Но хотел бы командовать полусотней особого назначения.

– И ещё совет. Не летай низко над землёй. Ко всем твоим тоже относится.

Намёк – прозрачней не бывает.

– Мы будем осторожны.

Я уже готовился к взлёту, когда прорвалась мысль, не уловленная ранее. Сотник спросил о перспективах – но зачем? Если у него есть сведения от целителей, то и картина, обрисованная самыми чёрными красками, уже на руках. Мне-то золотистый воображала сказал недвусмысленно: летать не будет. Но Рруг на что-то рассчитывает. На что?

Впрочем, моя паранойя вполне могла хватить через край. Да, Сиррон отверг саму мысль о полётах. Но ведь куда более опытный Триарр вообще ничего на сей счёт не сказал.

Ну-ка, с точки зрения тактики: целитель допускает, что зрение на правом глазу полностью восстановится. Что из этого следует? Летать будет можно… вообще. Будучи в линии, пожалуй, Рриса сможет метать разные снаряды. А вообще-то одноглазая дракона будет ущербной на поле боя. Перестраиваться ей много трудней, это точно. Разведка? Отпадает, для неё бинокулярное зрение желательно. Да что я говорю – обязательно. А ещё вариант: штабная работа.

Так что же запланировал хитрый сотник?

Глава 13

Ни мира, ни войны, но армию не распускать

Трус. Паникёр. Перестраховщик. Именно этими словами я себя обозвал вечером, когда не решился приняться за восстановление левого глаза Ррисы. И дело было не в уровне работы, хотя она была сложнейшей для мага жизни моего класса. Куда больше испугала мысль, что меня не хватит одновременно на восстановление высокого уровня и поддержание уже сделанных конструктов. Зато последнее получилось весьма легко, энергии с запасом хватило и ещё осталось на последующую подзарядку кристаллов.

В штабной пещере

Никого из посторонних не было, потому полутысячник, как всегда в таких случаях, предложил сотнику быть «без чинов».

– Вот зачем я тебя вызвал. Первое: перемирие ещё не объявлено. Планируется диверсионная операция с их стороны. Это тебе ясно? Их целью будет твой замечательный десяток. Надо бы принять меры.

Рруг дёрнул хвостом. Ему было что сказать, но опытный офицер предпочёл выслушать начальство до конца.

– И второе: Стурр не получит повышения в звании. У меня достоверные сведения: штаб хочет заполучить его себе. Почти наверняка с понижением. Ну а этот честолюбивый дракон не захочет снова становиться воином, верно?

Вопрос был риторическим, и как раз поэтому ответ на него был необходим.

– Неверно. Он откажется, даже если чин сохранят. Хочет работать с подчинёнными, а не просто планировать операции.

Полутысячник Тхорр небрежно взмахнул аквамариновой лапой.

– Я так и подумал. И вот тебе моё решение: десятник Стурр получит в своё распоряжение три десятка. Но только для организации учебного процесса.

– Кажется, я тебя понимаю. Хочешь потом эти десятки раскидать по сотням? Решение не из лучших. Думаю, что сотники не сумеют толково использовать…

Тхорр слегка улыбнулся:

– Плохо ты меня знаешь. Именно об этом решении я объявлю во всеуслышание. Но вот после обучения… По открывшимся обстоятельствам десятник Стурр примет постоянное командование этими тремя десятками. И никто их не отнимет.

Рруг медленно наклонил голову. Окажись сейчас в пещере человек, то он сразу подумал бы о подобии людей и драконов, сказавшемся в этом жесте.

Полутысячник понимал толк в кадровых вопросах. У него были в запасе дополнительные аргументы:

– Есть ещё одно обстоятельство, которое ты не учёл: возраст этого пятнистого шустрика. Ни тебе, ни мне не нужны реплики вроде: «Пригрел юного выскочку». Всё понял?

Разумеется, сотник всё понял. Его начальник был очень умным драконом и поэтому дураков при себе не держал.

Об итогах этого разговора сотник мне сообщил. Сам он при этом выглядел чуть смущённым, но решение полутысячника не показалось из ряда вон выходящим. Скорее оно выглядело логичным.

Куда более тревожным ощущалось состояние «ни мира, ни войны». Именно это я и сказал Рругу, в ответ на что прозвучало:

– Не всё так плохо, как ты думаешь. Пока что наземные войска отведены на двадцать миль. Вот если они двинутся обратно, тогда… ты окажешься прав. Но на то есть разведка. Думаешь, ты один такой умный?

– И в мыслях не было. Имею просьбу. Нельзя ли утвердить Согарра из моего десятка в качестве официального помощника? Он не раз уже показал себя прекрасно. До уровня полноценного десятника ему осталось немного.

После нескольких секунд раздумий сотник согласился. Но у меня была одна также боковая задумка.

– Рруг, мне надо бы слетать домой и обратно. Обернусь за полдня.

– По личным делам? – сощурился начальник.

– Повидаться кое с кем.

– Добро, но не задерживайся.

С утра я ещё разочек прошёлся по конструктам на Ррисе (дело оказалось ещё проще, чем вечером), поздравил Согарра со вступлением в более высокую должность, оставил ему указания и улетел.

Родственников и вправду не худо бы повидать, но само дело было другого плана.

В родительской пещере оказалась только одна дракона салатного цвета. Я её узнал – Дирра, жена Саррода. Её жёлто-зелёные глаза потрясённо заморгали:

– Стурр?!

– Ну да, я.

Оказалось, что брат Саррод улетел добывать обед и ужин. Сестричка Ррума отсутствовала, общалась с поклонником. Ждать было абсолютно некогда. Но невестка искренне радовалась моему визиту. Куча вопросов. Восторг от моего рассказа, впрочем, не особо длинного. Любование моей полоской. Восхищение должностью командира десятка особого назначения. Сожаление, что я так скоро улечу обратно. Короче, именно то, что ожидалось.

На моей полочке всё было так, как и в день моего отлёта на войну. Разве что ценности малость запылились. Я выгреб оставшиеся кристаллы. На всякий случай прихватил пару золотых кругляшей, а также коробочку с иглами. Ради неё-то и состоялся этот полёт домой.

В жилой пещере особого десятка

Неотложных дел у десятка не осталось. Все кристаллы были заряжены. Правда, новоиспечённый (официально!) помощник десятника продолжал обучение двух новых десятков тонкостям маневрирования. Подчинённые же из первого десятка были свободны, и они этим воспользовались. Особенно усердствовали дракони.

– Рриса, ты только честно скажи: тебе и в самом деле лучше?

– Правда-правда. Нигде не болит, только чешется. Командир сказал, что ещё день – и часть повязок и пластырей можно снять.

– А какой подарок, узнала?

– Нет же, говорю. Стурр обещал, что узнаю, как поправлюсь.

– Я тебе точно скажу: раз командир сказал, то сделает. Уж мы-то знаем.

– Я хотела спросить об ином… Фаррир, друг, выйди-ка из пещеры. У нас тут будут свои разговоры между дракони.

К удивлению присутствующих, жених не стал спорить, а послушно вылез из пещеры. Дамы это оценили:

– Ну, он у тебя замечательный! И слова не сказал! Как это…

– Подруги, вы не представляете, насколько замечательный! Он всё предусматривает. Весь сплошная забота. Ну вот… как если бы я за ним уж двадцать лет была замужем. Как мои мама с папой. – Сказано было неуклюже, но все поняли.

Все достоинства жениха (не только нравственные) подверглись самому подробному обсуждению. Рриса была оживлена, даже весела. Но когда Фиорра вдруг спросила о сирри, всё кардинально изменилось. Раненая резко дёрнула гребнем, как от внезапной боли, и наглухо замолчала. Гирра первой проявила сообразительность:

– Драконочки, мы её утомили. А ну-ка, давайте все отсюда, и я тоже пойду. Пусть Рриса отдохнёт.

Суирра тоже догадалась о чём-то. Она так посмотрела на Хьярру, собравшуюся выразить своё мнение, что та со стуком захлопнула пасть. И тут же розовая дракона перехватила инициативу у Гирры:

– Уже идём. Фаррир, можешь заходить. Мне кажется, скоро надо будет давать лекарства. Таррик, через полчаса слетай за обедом на двоих. Харрф, а ты – к целителям. Я точно знаю, у них есть запасные подстилки. Эту пора поменять.

Я выставил всю команду из пещеры, оставив лишь Фаррира. Подновление имеющихся конструктов было лёгким, как предполагалось. Но сейчас меня ждала работа над левым глазом. Точнее, над пустой глазницей. Задача казалась выполнимой.

Ну, начинаем. Сначала заклинание «Наркоз». Цель – не обезболивание, а обездвиживание. Теперь…

Не прошло и пяти минут, как я обвинил самого себя в чрезмерном оптимизме. Ещё через десять минут формулировка изменилась на «грубую недооценку сложности задачи». А ещё через пятнадцать стал накатывать настоящий страх.

Конечно, можно было составить лишь частичный конструкт, восстановиться за ночь, а утром добавить. Теория это позволяла. Но почему-то Моана, мой верховный авторитет в магии жизни, в особо сложных случаях так не делала. Причина? Через пару минут беглого анализа стало ясно: составной по времени конструкт съест куда большее количество энергии. И если полное восстановление идёт на пределе, то… Дальше понятно. Надо пускать в ход иглы. С ними можно получить изрядную экономию энергии. Они, правда, сами по себе берут её от пациента, но дают в итоге выигрыш за счёт перераспределения потоков.

Помогла чисто шахматная дисциплина ума. Когда-то я сам себя приучил ни в коем случае повторно не рассматривать уже просчитанный вариант. И сейчас это спасло ситуацию.

Счёт времени потерялся. Энергия во всех наличных кристаллах ушла полностью; я опустошил даже кварцы. Но конструкт был завершён. Осталось последнее: аккуратно вынуть все иглы, которые ещё были воткнуты в тело. Положить их в коробочку. Вот теперь можно отдохнуть… И я улёгся прямо на каменный пол, потому что дойти до своей подстилки не мог. Конечно, зрение у меня сохранилось. Просто глаза не хотели открываться. Слух тоже работал, правда, не на все сто процентов.

Внутри и снаружи жилой пещеры

– Что с тобой? Ребята, выручайте!

Топот.

– Рриса?

– Нет – командир. Упал и лежит!

– Может, истощение?

– Все в сторону!!! – зарычала, как взбешённый тираннозавр, Гирра, даже затуманенное сознание не сравнило бы этот голос с драконьим. И уже на пониженных тонах произнесла: – Всё ясно. Видела я такое однажды. Ну-ка… До чего же холодный. Рройта, тащи его на подстилку. Добро, а теперь дай самую малость подогрева, совсем немного… Хорош. Вина бы ему. Да, наверное, все выпили бы.

– Фаррир, что здесь произошло? – вмешался Согарр, как-никак, заместитель десятника.

– Стурр какую-то магию задействовал, только я не понял, какую именно. Он брал шипы и втыкал в Ррису…

– Какие шипы? Что ты мелешь?

– Чистая правда. Вот они. – Фаррир указал лапой на лежавшую на полу пещеры коробочку.

Весь десяток собрался вокруг.

– Сделано из дерева, точно могу сказать.

– Ну да, и она, кажется, пустая внутри…

– А вот это у неё крышка.

– Понимаю…

Коготь Гирры ловко открыл коробочку.

– И вправду шипы… длинные…

– Куда же он втыкал?

– Сюда, сюда, ещё вот в эти места. Довольно глубоко, вот досюда. И что-то бормотал при этом. А потом вынул эти и снова воткнул, но уже в другое место…

– Никогда не слышала о такой магии.

– Я тоже. Если это вообще магия.

– А потом повынимал все шипы, спрятал в коробочку и свалился рядом.

– Свалился, говоришь? – Я только по звуку догадался, что Гирра расстегнула браслет на моей лапе. – Ага… так и есть. Три кристалла вычерпаны до последнего. Эти два тоже… Вот что, ребята, такие ситуации я встречала поболее вашего. Мы с Фарриром останемся, будем дежурить. Остальные на часок удалитесь, потом можете вернуться и лечь спать. Но только тихо! Этим двоим сон – первейшее целительское средство, раз вина нет.

Уже выйдя, Фиорра не утерпела и спросила что-то очень тихим шёпотом, я не разобрал.

Гирра явно не была расположена к длинным ответам:

– Был у меня опыт по этой части. Брат дурака свалял…

Луч солнца пробрался внутрь пещеры, но я уже и так проснулся. Глаза открыл без усилий. А где же все? Вопрос был не очень корректным. В пещере находилась Рриса. Фаррир возлежал на своей подстилке, это тоже понятно. Непонятным было другое явление. Рядом со мной уютно устроилась Гирра в весьма… кхм… вольной позе. Она не спала и сразу спросила:

– Ну, как ты себя чувствуешь? Хорошо? Я так и думала. Вчера ты был истощён, как последний дурень и неумёха. Хоть это помнишь?

– Э-э-э…

– А сегодня ты на мне женишься. Ну да, чего так глядишь? Весь десяток видел, что я провела ночь на твоей подстилке. И теперь как честный дракон ты обязан…

Спасла меня Рриса. Она стала так хохотать, что я всерьёз испугался за мои конструкты. Правда, её интонации были совершенно здоровые. Судя по тому, как быстро к веселью присоединился Фаррир, он, скотина этакая, тоже не спал. Под конец ржали уже все. Но эта шуточка оставила у меня в душе некоторую злобность, которую я не замедлил проявить:

– Значит, так, драконы и дракони. Излагаю план действий: я сей момент совершу утренние процедуры, а потом будет интересное дельце… Сами увидите.

Признаться, очень хотелось в отхожее место. Отсюда и пошли приоритеты. Пока соратники удивлялись, я наскоро посетил все нужные места. Замысел удался: любопытство было разожжено и горело ярко. Даже Гирра унизилась до просительно-вопросительного взгляда.

– Ну, начинаем…

Правый глаз был в полном порядке – имею в виду, его потоки выглядели должным образом. Было страшно, но я единым движением когтя снял пластырь. Реакция была необыкновенно приятной для меня:

– Ой! Я вижу! Вас всех! Нет, я вижу ВСЁ!

Фиолетовый цвет радужки сохранился. В этом не было сомнений, поскольку в этот глаз заглянули все драконы, бывшие в пещере. Я отметил про себя, что рассечённые губы тоже зажили, даже шрама не осталось.

– Пользоваться левой задней пока нельзя! А я полетел на завтрак.

После завтрака предстояла тяжёлая работа по поддержанию сложного конструкта.

В рабочем кабинете и в приёмной Ас-Лока

Хозяин кабинета всегда на заседаниях придерживался делового тона.

– Доброго вам дня, господа. Довожу до вашего сведения: тянуть дальше с перемирием невозможно. Поэтому вы, Судоп, получаете задание: попробовать справиться с надоедающим всем нам десятком… известными методами. Вопрос к вам, Менгель: как насчёт того самого заклинания?

Врать Великому в глаза осмеливались только безнадёжные дураки. Особо почтенный не относился к таковым.

– Само по себе заклинание практически готово. Не хватает лишь надлежащих кристаллов.

На лице у Ас-Лока появилась брезгливая гримаса.

– Кристаллов? Вам не хватает кристаллов?

Менгель умел отстаивать своё мнение перед вышестоящими, иначе он не стал бы доктором магии.

– Осмелюсь заметить, Великий, это заклинание должно применяться многократно. Только тогда оно имеет смысл.

– Хорошо. Эту проблему можно решить в рабочем порядке. За неделю кристаллы будут доставлены. Вопрос в другом: хватит ли вам недели на полную отработку этого заклинания?

– Да, Великий.

Маг смерти и на этот раз не лгал. Он искренне полагал, что заклинание будет готово.

– Хорошо. Вы свободны, Менгель. Осталось обсудить ещё вот что…

Доктор магии уже уходил, но в дверях поймал взгляд начальника разведки и решил задержаться в приёмной.

Судоп вышел через полчаса. У него был небрежно-довольный вид.

– Спасибо, что дождались. Если не возражаете, пройдёмте в мой кабинет. У меня, в сущности, мелкий вопрос, не относящийся к сегодняшней теме. Видите ли, послезавтра, по моим данным, будет сильный дождь…

В голове у меня начали роиться планы, один нахальней другого. Самый наглый из них потребовал наглого же разговора с полутысячником. Надо было только улучить момент, когда тот окажется один в штабной пещере. И примерно в середине дня это удалось.

– Сударь полутысячник, разрешите вопрос?

Начальство отнюдь не пришло в восторг от подобной дерзости младшего офицера. Это проявилось в тоне ответа, хотя не в его содержании:

– Спрашивайте, десятник.

– Правильно ли я понимаю, что Великий Ас-Тор всегда наблюдает сражения на ключевом направлении?

Я сам в ходе битвы не разглядел нашу высоконачальственную группу, но только потому, что высматривать не имел ни малейшей возможности.

– Да, это так.

– Осмелюсь доложить, Великий подвергает себя опасности.

– Вы плохо представляете себе возможности Великого, Стурр. – Тон голоса Тхорра изменился, теперь в нём было больше снисходительности, чем холода. – Он не только владеет всеми известными боевыми заклинаниями на высочайшем уровне. В его распоряжении также имеются щиты, возможности которых даже я не могу представить. К тому же он могущественный маг жизни. Вот почему Ас-Тор может не опасаться вражеской атаки. И конечно, всегда присутствует, как я уже говорил.

Я изобразил в меру своих актёрских способностей почтительное уважение.

– Маг жизни? Это да, сила. Хотел бы я ею владеть.

Тхорр не удержался от грустной полуулыбки:

– Я тоже, представьте себе. Но драконам она недоступна… Постойте, откуда вы знаете о её существовании?

– От человеческой целительницы. Она со мной говорила и даже кое-чему научила. Но это не магия жизни, конечно.

Информацию полутысячник запомнит.

А теперь к сотнику. Тот был изловлен у входа в штабную пещеру. Вот этот наш разговор совершенно не был секретным, так что присутствие посторонних не смущало. Но, конечно, диалог шёл по уставу.

– Сударь сотник, разрешите доложить?

– Докладывайте, десятник.

– Воин Рриса частично выздоровела. Летать она пока не может. Поэтому прошу перевести её ко мне в десяток. Мне нужен кто-то для планирования операций.

– Вы полагаете, она справится?

– Если будет учиться, не отвлекаясь на другие задачи, то справится. Не сразу, конечно.

– В каком она состоянии?

Это не тот случай, когда надо врать. И не буду:

– Правый глаз видит хорошо. Левый… пока что не видит. Крылья расправлять нельзя: перепонки ещё не зажили. Ходить будет с трудом в течение пяти – семи дней, пока не заживут связки, но и потом, полагаю, хромота не исчезнет. Поверхностные раны почти затянулись.

– Не возражаю против перевода.

Отменно понимаю сотника: сейчас ценность Ррисы как разведчицы равна нулю.

На вечер планировался разбор полётов с большим разносом. Но жизнь, как всегда, спихнула мои планы с прямого пути. Препятствие имело вид совершенно незнакомого тёмно-красного дракона в чине сотника.

– Вы десятник Стурр?

– Так точно, сударь сотник.

– Доброго вам дня.

– И вам.

– Разрешаю без чинов. Я представитель Главного штаба Анзорр. Где мы можем поговорить?

Я мысленно продолжил: «Так, чтобы никто не помешал охмурять».

– С вашего позволения, мы можем зайти вон за тот скальный выступ.

Там и вправду никого не было.

Последовала пауза. Видимо, Анзорр ждал, что я буду расспрашивать о целях визита. Не дождался: защитная позиция была мне выгодна. И совершил промах.

– Почему вы молчите? Не хотите узнать, что мне от вас нужно?

– Вы прибыли ко мне, а не я к вам.

Сударь сотник чуть смешался, но решил продолжить заранее намеченную игру:

– У меня есть к вам предложение карьерного свойства.

– Внимательно слушаю.

– Ваши боевые действия, а особенно их планирование произвели некоторое впечатление. Поэтому предлагается позиция в Главном штабе… – последовала пауза, задуманная как эффектная, – с сохранением вашего ранга.

От меня явно ожидались радостный визг и прыжки с переворотами. И этот настрой надо сбивать.

– Имеются вопросы. Кто предполагается в качестве моего непосредственного начальника?

– Я, разумеется.

– А кто ваш начальник?

– Полутысячник Ррхатос.

Всё ясно: офицерика использовали втёмную. Знай он историю наших взаимоотношений, ни за что бы об этом не проговорился.

– Насколько мне известно, сударь полутысячник отвечает за подбор кадров…

Похоже, уровень моей осведомлённости неприятно удивил собеседника.

– …следовательно, имею основания полагать, что меня планируется привлечь именно к этому роду деятельности. Кадровые вопросы крайне мало пересекаются с планированием боевых операций. По этой причине вынужден отклонить ваше предложение.

Тёмно-красный растерялся, на полсекунды, не более, но мне и того хватило, чтобы заметить. Однако штабной умел держать удар:

– Вы, очевидно, не представляете, какие возможности открывает должность при Главном штабе…

Похоже, сейчас будет рекламная вставка. Ну да, так и оказалось. Перспективы роста, высокая вероятность получения превосходного жилья, доступ к радостям жизни в виде вина, несомненный успех у дракони, а равно возможность роста в должностях и чинах. И всё с аргументацией и примерами.

Я терпеливо слушал. Анзорр выдохся. Наступил мой черёд:

– Вы, очевидно, не представляете, до какой степени я осведомлен о возможностях лично для меня… – Если не дурак, то поймёт. В противном случае просто запомнит и доложит начальству. Но вряд ли дурак. – И как раз по этой причине отказываюсь, притом что ваше предложение выглядит весьма привлекательным. – Слово «выглядит» было слегка выделено интонацией.

Губы собеседника сдвинулись в тонкой улыбке. Кажется, до него дошло. Нет, отнюдь не дурак.

Последовали учтивые выражения с обеих сторон. Анзорр выразил уверенность, что мы ещё встретимся с ним «по служебным вопросам». Разумеется, мне и в голову не пришло отрицать такую возможность. Штабной сотник улетел.

Ох ты, нелёгкая; разнос Ррисе придётся отложить. Не успею. Мне ещё конструкты подновлять.

Глава 14

Изящество столярной работы

Во временном кабинете доктора Менгеля

Доктор магии находился в двойственном состоянии духа. Ему прозрачно намекнули на возможность профессионального роста. Мало того, эту возможность можно было легко себе представить, да и реализация не выглядела сложной.

Беспокойство – земной психиатр даже решился бы на термин «начальная стадия невроза» – вызывал результат обследования убежища «серого капитана». Точнее, того, что от этой уютной каморки осталось. Маг предпринял поход к месту стычки на свой страх и риск, не ставя в известность никого, кроме разведчика-пехотинца, которому мог приказать просто в силу ранга. Он был взят в качестве сопровождающего.

Результат обследования стоил усилий. Менгель не был магом земли и, понятно, не имел инженерного образования. Его озабоченность скорее была вызвана ощущением типа: «Такого я ни разу не видел». На то были основания. Каменная крыша укрытия обратилась в груду осколков и обломков, уцелеть под которыми не мог ни человек, ни «капитан».

Первое, что приходило в голову: удар могучим «Воздушным кулаком». Настолько мощным, что заодно с «серым» под раздачу попал крепкий гранит. С этого момента начинались трудности.

«Кулак» способен вырыть небольшую воронку в земле, это любому бакалавру известно. Но тут была отнюдь не земля. И потом, можно допустить на минуту, что «Кулаки» взорвались в непосредственной близости от «капитана». Прицелиться на лету с таким заклинанием трудновато… Хотя нет, дракон завис в воздухе. Надо полагать, именно ради точности удара. Но как, во имя пресветлых, этот пятнистый ухитрился выдать такую жутковатую мощность заклинания? И это при том, что в школе не числился в силачах! Нет, не заклинания – двух заклинаний. Ещё того почище.

Магия земли? Маловероятно: она очень уж медленная, да и взрывов не даёт. «Шаровая молния»? Эта взрывается эффектно, но она светится, и потому её полёт можно увидеть, а ведь не было ничего летящего. Ничего.

Треклятый универсал! Универсал… А что, если…

От мелькнувшей и тут же осевшей в мозгу мысли доктору магии стало холодно в животе. Соединение телепортации и «Воздушного кулака». Теория этого не запрещала. Стоит телепортировать «Кулак» в толщу гранита – и готово, вот вам взрыв с полным уничтожением того, кто прячется под каменной крышей. На этот вид магии драконы вроде бы не способны. Однако, имея дело с универсалом, ничего такого заранее утверждать нельзя. А как проверить? Нужна солидная теоретическая работа, без сомнений. В имеющихся условиях выполнить её нереально, толковых теоретиков вблизи линии фронта не имеется.

Что ещё?

Маг смерти ещё раз прогнал перед мысленным взором картину боя. Вот дракон с «серыми ястребами» почти что на хвосте мчится прямо к убежищу «капитана»… Стоп. Прямо к убежищу. Откуда крылатому знать, где оно? Ведь маг земли скрыл потоки. Значит, разведка доложила. Причём именно точность (а с воздуха привязать местонахождение к наземным ориентирам куда проще, чем с земли) наводит на вывод, что этот пятнистый тут уже побывал. Мог он заложить какую-то пакость в каменную крышу?

Да, такая возможность имелась. Раз этот дракон универсал, то он и маг земли. А ведь достаточно проделать в камне узкую дыру и запустить туда «Воздушный кулак». Возможно? Да, надо лишь аккуратно прицелиться. Тогда понятно, зачем такое зависание в воздухе, с риском, что «серые» догонят. А вот когда крыша убежища начала разваливаться, прямо в трещину – ещё один «Кулак», чтобы уж наверняка прикончить того, кто прячется.

Другой мог бы и удовлетвориться анализом. Но одного лишь понимания картины поединка дракона с «серым капитаном» было мало, необходимо делать выводы.

Первый и наиболее очевидный: самым ранним утром перед очередным сражением проверять каменные укрытия на не предусмотренные проектом детали типа скважин. Второй вывод: если в ближайшее время сражение состоится, то вообще не применять заклинание создания «серого капитана». То есть убежище можно сделать, пусть себе взрывают. Но только там никого не будет.

Третий вывод состоял в том, что противник ещё более опасен, чем предполагали. Придётся всеми силами убеждать руководство, что уничтожение этого незаурядного врага стоит экстраординарных усилий.

Ну и ещё вариант, предложенный Судопом.

И всё же, несмотря на отточенную аргументацию Великого, доктор Менгель не мог избавиться от ощущения, что под личиной пятнистого дракона прячется изощрённый ум, сравнимый по уровню с человеческим. Что бы и кто бы ни говорил, противник очень силён.

Правду сказать, разнос только задумывался, а получился именно разбор полётов. Но перед ним я холодно информировал всех, что отныне Рриса вливается в наше подразделение. Подоплёку заявления, как показалось, поняли все. По этой же причине я не стал привлекать новых десятников. Это было наше внутреннее дело, к тому же второй и третий десятки просто не видели всей картины боя.

Из нравоучительских соображений я сначала вызвал на ковёр Согарра. Ему повезло: драконы не потеют. Но предпосылки для этого были созданы со всем тщанием.

– …Вот ты увидел, как Рриса, нарушив приказ, бросается в атаку на «серых». Какие варианты при этом рассматривались?

Помощник комэска защищался, не жалея логики:

– Первый из них был: бросить всё, как есть, и продолжить выполнение приказа. При этом… – Последовали рассуждения, в которых никто не нуждался, все и так знали, что при этом случилось бы, а лучше всех – я сам.

– Хорошо, твой анализ принят к сведению.

– Второй вариант тот, что и был выполнен – предполагал, что…

Более всего Согарр рассчитывал на везение, на втором месте была выучка товарищей, третьим соображением было классическое «победителей не судят», а последним оказалось стремление показать наблюдателям от противника, что мы потерь убитыми не понесли.

Поскольку это был всё же разбор полётов, а не мордобитие об стол, то я предложил высказаться всем. Суирра явно этого ожидала, поскольку сразу подняла кончик хвоста. В своей речи дракона упирала на моральные аргументы типа «какой же мы десяток особого назначения, если своих бросаем!», но не пропустила и чистую тактику.

Пока она выступала, я оглядел своих подчинённых.

Таррик находился в смятенном состоянии духа. Уж ему-то не надо было талдычить о святости приказов. Но получилось, что отступление помощника от плана привело к наименьшим потерям. Не когнитивный диссонанс, но близко к тому.

Харрф так и трясся от желания выступить. Поступок заместителя командира импонировал ему в самой высшей степени. Но опасение попасть под раздачу пересилило (с минимальным преимуществом).

Хьярре хватило ума сообразить, что зам попал в хороший переплёт, и ей оставалось лишь радоваться, что если кому и попадёт, то уж точно не рядовым. От неё выступления не дождусь.

Рройта казалась почему-то напряжённой и явно не собиралась высказываться. Почему? Или она ревнует к Ррисе? Может быть…

Фиорра – вот кто полностью на стороне Согарра. Он герой, он спас ситуацию, пусть даже с нарушением приказа. Эта молчать не будет.

Глорр, судя по взглядам, полагал, что использованное тактическое решение подставило под удар всех нас, и прощать такое не был намерен.

Фаррир – тут и думать нечего. Все его мысли прописаны колоссальным шрифтом. Но ведь не дурак и по этой причине удержит язык на привязи.

Рриса точно будет хранить молчание. На её месте я бы вёл себя так же.

Гирра… А вот её намерения совершенно не читались. На двухпудовой гире и то больше эмоций.

Выступления полностью соответствовали моим ожиданиям. А Гирра тоже промолчала.

Теперь мой черёд. Пора показать высший пилотаж в снимании стружки.

– Воин Рриса, когда вы рванули в самую гущу «серых ястребов», я подумал было, что ваше тактическое понимание рисунка боя и степень ответственности достойны драконочки-третьеклассницы. Должен признаться – это было моей ошибкой. Я вас переоценил. – Теперь набрать побольше воздуха в грудь и: – Ваши умственные способности – на уровне пьяной дебильной саламандры! Но ваша способность следовать простым приказам ещё ниже, хотя я и полагал, что такое невозможно! Отныне не побоюсь выпускать вас в бой против ящерицы: та умрёт от хохота, увидя такую противницу! Устроенная вами выходка достойна награды от Ас-Лока! Вы не только уклонились от выполнения данного вам приказа – увидеть, вернуться, доложить! – но и ухитрились подставить под атаку «ястребов» максимально большое количество ваших товарищей. Несомненно, Пресветлые благоволят к вам: только этим могу объяснить тот факт, что вы ещё живы. Вам несколько раз повезло. Сначала Согарр принял сомнительное решение спасать вас, ввязался вместе с десятком в ближний бой, при этом тоже нарушив приказ. Между тем у него была полная возможность уйти самому и увести соратников от преследования – и всё это без малейшего риска. Потом Фаррир на кончиках когтей ухитрился вырваться вместе с вами на высоту и удрать. Наконец, весь десяток приложил огромные усилия, чтобы излечить ваши раны. Думать вы не умеете и не хотите, поэтому сообщаю прямо: весь запас везения вами исчерпан. Когда – и если – поправитесь, то летать на боевые задания вы начнёте только с моего разрешения. А я его не дам, пока вы не докажете (убедительно!), что понимаете, как это – выполнять приказ. Не уверен, что вы сможете это сделать… – И ещё в том же духе минут пять.

Стружка получилась знатной – колючей и шершавой. Больше всех мне было жалко Фаррира: уж его чувства прекрасно можно было понять.

Впрочем, вечером конструкты были обновлены. Сказать по правде, дело не из трудных, но педагогическое наставление последовало:

– Вы что, думаете, ваше лечение происходит лишь от любви к вам? Ошибаетесь. Просто, если браться за работу, то её надо делать до конца и качественно. Чем я и занимаюсь.

На утро я запланировал снятие повязок и пластыря с задней стопы и левого глаза. Восстановление потерянных пальцев, по-моему, вполне могло подождать. Но план опять пошёл кувырком. Всё началось с сильнейшего ветра. А около полуночи пошёл дождь.

Вблизи временного драконьего лагеря

Само по себе задание не казалось запредельно трудным. И непогода играла на пользу безымянному военнослужащему Ас-Лока. Худощавый боец без знаков различия (хотя вообще-то был в звании старшины) неспешным шагом приближался к цели. Диверсант был до последней степени внимателен. Он знал, что стража имеется. Он также знал, что даже при всей драконьей зоркости увидеть его невозможно, разве что часовой возникнет на расстоянии вытянутой руки. Услышать осторожные шаги тем более никто не мог: слух у драконов хуже человеческого, и вдобавок шум дождя глушил всё и вся. Главная трудность состояла в точной привязке к местности: целью была не просто диверсия, а вполне определённая пещера со вполне определённым местоположением, а главное, со вполне определёнными обитателями.

Судоп берёг своих людей. Разумеется, ему и в голову не приходило приказать забраться в саму пещеру. Но вот ориентиры её имелись. Разведчик обходил холм и считал про себя: «…Третья, четвёртая, пятая…»

Вот и она. Но подходить нельзя, даже сквозь дождь слышны тяжёлые шаги. Патруль. Затаиться и ждать. А теперь можно и действовать. Впрочем, приближаться всё равно не стоит.

Из глубокого кармана появился амулет: простенькая прямоугольная серебряная пластина с рунами по краям и некрупным кварцем посередине. Разумеется, инструкцию по обращению с этой ценностью разведчик заучил наизусть. Направить центральную руну на вход, нажать сначала правую руну, потом левую. Сосчитать про себя до трёх, потом спрятать амулет в карман.

Никакого видимого эффекта, как и говорили на инструктаже. Ни шагу вперёд. Повернуться и таким же тихим (насколько возможно) шагом удалиться. Ни в коем случае не ослаблять внимания! Опытный диверсант помнил, как часто и легко погибали его товарищи только оттого, что начинали чувствовать себя в безопасности. Нет, идти сторожко, даже с учётом того, что погода по-прежнему благоприятствовала: дождь не только не ослабел, но, наоборот, усилился, разве что ветер стих.

Может, сказалось везение. Может, сыграло умение. Как бы то ни было, разведчик беспрепятственно дошёл до тёмных вод Воларры. Разумеется, он не вышел точно к намеченному месту, но знал, где именно надо подойти к зарослям тростника, в которых укрывался маленький чёлн на одного человека.

Через минуту ритмичный плеск вёсел удалился в восточном направлении. Впрочем, всё равно его слышал только гребец.

Работа была сделана, и притом хорошо. Осталось лишь не простудиться. Обычно начальство выставляло вернувшимся из поиска разведчикам добрый кувшин крепкого вина. Имея большой опыт, старшина не сомневался ни в кувшине, ни в его содержимом.

Уже потом, анализируя с холодной головой происшедшее, я понял, что не чистая удача нас спасла, а армейский обычай, согласно которому командир должен вставать раньше других. Тем утром я именно это и сделал.

Почему-то зрение подняло тревогу раньше, чем прочие органы чувств. Хотя дождь всё ещё шёл и трава была прибита, но… рядом со входом в пещеру появился круг диаметром ярдов десять, в котором трава поникла несколько больше, чем вне его. Вывод прозвучал грознее колокола громкого боя: «Чёрное пятно»! И только после этого до сознания достучалось ощущение потоков магии смерти.

Наверное, я находился в ступоре не менее секунды. В голову не лезла ни одна мысль. В мозгах, строго говоря, было вообще пусто. И вот это ощущение пустоты встряхнуло. Командир я или как? Угу… Обойти «Пятно» не получится, пространство между ним и каменной стеной около метра. Взлетать тоже рискованно. Я повернул голову к своим:

– Боевая тревога! Фиорра, ко мне! Всем прочим оставаться на местах!

Вряд ли кто из десятка, кроме нас двоих, мог почувствовать эти потоки. Так и оказалось.

Голос Фиорры был неестественно хрупок:

– Это то, что я подумала?

– Оно. Согарр, сюда!

Мой зам в мгновение ока перенёсся ко входу в пещеру.

– Смотри, видишь этот круг? Там, где трава мёртвая?

– «Чёрное пятно»… Тёмный ему вдоль и поперёк… Против нас, стало быть?

– А против кого ж ещё? Учти, перелететь его нельзя. То есть можно, но с риском задеть, и тогда никто не спасёт…

Я так и не узнал от Моаны, можно ли вообще оживить того, кто попал под магию смерти. Имелось подозрение, что на такое даже она не способна.

– …Ставлю задачу: ты знакомишь всех с этим зрелищем. Поочередно. Почувствовать не сумеют, так пусть хотя бы увидят. Я пойду уничтожать. Фиорра, идёшь сзади меня. Твоя задача – смотреть за изменением потоков. Сейчас видишь?

– Ну… э-э… вроде как…

– Ладно. Работаем!

Подходящий кристалл у меня был в браслете. Но больше я рассчитывал на дождь. Он должен был ослабить интенсивность этой магии.

Шаг вперёд. Зацепить поле площадью около квадратного метра, наложить противодействие. Остановиться.

– Фиорра!

Наша универсалка, не будь дура, сбегала за хворостинкой и начала отмечать:

– Вот здесь изменение… там есть, то есть нет… одним словом, потоки чувствую вот до сих, а тут их уже нет…

– Правильно, теперь то же самое сделаем слева…

За моим хвостом сгрудились решительно все, даже Рриса. Полосу шириной в метр я очистил, затратив не более получаса. Теперь перерыв.

– Таррик!

– Я!

Уж этот будет следовать приказам до буквочки.

– Твоя задача: вот отсюда подняться вертикально вверх и пролететь вдоль склона на север. Так ты гарантированно не попадешь под действие этой мерзости. Кстати, на высоте в двадцать ярдов уже безопасно. Дуй в темпе к штабной пещере. Смотри внимательно, нет ли и там пятна. Если есть – возвращайся. Если нет – найди сотника. Пусть даже он спит, во что не верю, буди. Скажи, что сведения конфиденциальные. Доложи, что перед входом в нашу пещеру создано «Чёрное пятно». Особо упомяни, что его все мои увидели как круг, где трава умерла, ну, и я тоже. Скажи также, что я могу чувствовать потоки этого рода магии, хотя ей и не владею. Добавь, что потоки дождевой воды смывают «Пятно», более того, частично уже смыли, а поскольку дождь продолжается, то рассчитываю, что он уничтожит всю эту магию. Сообщи также, что пока пятно не пропадёт полностью, никому не разрешу вылет. Если спросит, как тебе удалось обойти «Пятно», расскажи, как взлетал.

Если Таррик успеет, то никто из посторонних не попадётся в эту ловушку. Впрочем, есть ещё второй и третий десятки…

– Да, ещё. После разговора с сотником быстро лети в пещеры ко второму и третьему десятку. Тоже гляди в оба! Объясни вкратце ситуацию. Потом возвращайся. Приземление осуществлять точно в обратном порядке! Приказ ясен?

– Так точно!

Я даже не особенно лукавил: там, где протекали дождевые ручьи, поле и вправду сильно ослабло, хотя и не сошло на нет. Тем меньше мне работы. Мысль об уменьшении трудозатрат оказалась верной. Без дождя я бы очищал поражённый участок никак не меньше пяти часов. А при дожде на это ушло часа три с половиной, приблизительно, конечно, поскольку солнца видно не было.

Наконец из моей пасти вылетело:

– Уф! Кажется, всё.

Фиорра с авторитетным видом добавила:

– Подтверждаю. Никаких следов.

И тут же мои соратники самым грубым образом нарушили субординацию: принялись вопить и бить меня хвостами и лапами. Мои познания в магии смерти превозносили до небес, не слушая оправданий вроде: «Ребята, так ведь настоящий специалист снёс бы всю эту пакость одним движением когтя». В азарте мои бойцы даже забыли, что завтрак безнадёжно пропущен.

Теперь наверняка вызовет сотник, а если и не вызовет, то мне самому надо к нему явиться. Да и других дел полно.

– Так. Вот вам, соратники, ещё подтверждение. – Я прошёлся по тому месту, где было «Пятно», вызвав радостные улыбки. – Выходить и вылетать из пещеры можно безбоязненно. А теперь воспользуемся этим. Фаррир, Рриса – вы останетесь, остальные ненадолго удалитесь.

Согарр и Гирра припечатали меня понимающими взглядами.

– Рриса, будем снимать пластырь с глаза… вот этак…

Пациентка не удержалась:

– А!

– …и повязки тоже.

Фаррир подавился восклицанием. На него глядели два фиолетовых глаза. Зрячих глаза.

– Посмотрите сначала одним глазом… Теперь другим… Разница есть?

Отрицательный жест гребнем.

– Пройдитесь. Выглядит хорошо…

И в самом деле хорошо: ни малейшей хромоты. Значит, связки тоже зажили.

– …А теперь разверните крылья, только не до конца, наполовину.

Картина точно соответствовала предположениям: левое крыло было в норме, а разрывы на перепонках правого крыла хотя и поджили, но не полностью. Осталось изложить предписания:

– Рриса, вы сможете летать через три-четыре дня. Из этого отнюдь не следует, что сразу после этого я вас поставлю в линию или допущу к разведке. Для начала вы попробуете себя в другой работе. Когда физически сможете летать, я посмотрю, как вы это делаете. А там будет видно. Вот ещё чего нельзя: ни в коем случае не показывайтесь у целителей…

Дракона кивнула, хотя было видно, что понимания у неё нет. Зато её наречённый уловил смысл мгновенно, что не удивило: он-то слышал и запомнил врачебный вердикт.

– …А если кто из драконов спросит о вашем состоянии, скажете, что я колол вас специальными шипами и отчасти вылечил. Обязательно демонстрируйте нехватку трёх пальцев.

На этот раз поняла и она.

– Есть ещё одно дело. Фаррир, выйди на пару минут.

Дракон подчинился с самым невозмутимым видом.

– Слушайте внимательно, Рриса. Я не знаю, когда у вас начнётся… особенный период. Но когда это случится, вам надлежит сделать две вещи. Первое: известить меня как можно скорее. Второе: воздержаться от попыток зачать дракончика вплоть до момента, когда я разрешу это.

Фиолетовый гребень отражал настоящий шторм эмоций, но вслух прозвучало лишь:

– Всё сделаю…

Теперь к сотнику… Хотя нет. Сначала облететь весь драконий лагерь. Вроде нацелились на нас, но ведь диверсант мог получить приказ окучить несколько пещер. Или того хуже, их было несколько человек. В посылку целого отряда магов смерти я не верил, но что если была группа не-магов с амулетами?

Я оказался не прав. То ли вражеская разведслужба экономила на амулетах, то ли там опасались, что разведгруппа скорее попадётся, чем одиночка. Так или иначе, наше «Пятно» оказалось единственным.

Сотник выказал настолько малое удивление подробностям моего доклада, что даже подумалось: он уже сталкивался с чем-то в этом роде. Но один из вопросов был абсолютно неожиданным:

– Как вы думаете, десятник, почему атаке подверглась лишь ваша пещера?

А в самом деле, почему? Уж если диверсант прошёл сквозь линию фронта, то полный расчёт использовать шанс по максимуму. Само по себе «Пятно» было, прямо скажем, мелким. Даже если маг не из Великих, и его энергии хватило бы на четыре таких круга. Сделать амулет на пяток заклинаний и я бы сумел. Дождь являл собой превосходное средство маскировки. Так почему же оно только против меня и моих драконов?

Ответа не было. Пока не было.

Глава 15

Изгибы и извивы практической магии

Вблизи жилой пещеры первого десятка

Естественно, командиры второго и третьего десятков потребовали объяснений от Согарра. Для этого даже не понадобилось его отлавливать, ведь он сам проводит тренировки. Правда, вопросы начались уже после занятий.

Мой зам мысленно похвалил себя за предусмотрительность. Эту ситуацию он предвидел. Я тоже её ожидал, и мы вдвоём неплохо подготовились. Выступление получилось эффектным.

– …ну вот, а командир уже накануне знал об этой ловушке.

– Но откуда?!

– Так универсал же. Мы были уверены, что удерём от серых гадин, сложив крылья. Начало вы все видели, но потом Рриса…

– Так ведь это прямое нарушение приказа!

– Вот за что она и получила большой втык, но перед тем я сам…

– …да как же твои сумели…

– А сколько они тренировались, представляете? Кто из вас был на последней олимпиаде?

Слирр поднял кончик хвоста.

– Так ты должен понять. Ну вот, а Фаррир нырнул вниз и подхватил…

– Силён! Как же он дотянул до пещеры?

– Ему всё же помогли; и потом, не до пещеры, а до целителей. Сама же Рриса…

При описании ранений оба десятника распахнули глаза, хотя рассказчик использовал осторожные выражения типа «зрение на обоих глазах пострадало», «задеты хвост и шея» и прочее в том же роде. Разумеется, тут же последовали вопросы о самочувствии. Ответы продолжали быть осторожными: да, она чувствует себя гораздо лучше, но перепонки ещё не зажили, да и потерянная чешуя не выросла, так что летать пока нельзя.

– …А ещё вам скажу: за нарушение приказа командир так её раскатал!..

– А что сказал?

– Вот что… – И последовал красочный пересказ в лицах с комментариями.

Это уже случалось раньше: я назначал тренировки, и только потом думал, по какой причине именно такие.

Второй и третий десятки упражнялись в полётах без крыльев и, главное, в перестроениях. И только по размышлении я понял, что иных вариантов не было. Дело шло хуже, чем у первого десятка, и не только потому, что опыта было гораздо меньше. У пополнения не было никаких источников магической энергии, помимо своих собственных. И не могло быть: во-первых, мои запасы кристаллов исчерпались, во-вторых, не было серебра на оправы, в-третьих, лишних браслетов тоже не было, а чтобы раздобыть всё это, требовались время и деньги.

Первый десяток я дрессировал на обнаружении потоков магии смерти. Ни на что большее рассчитывать не приходилось. Ррису по медицинским соображениям привлекать пока не стал. Она всё же восстановила силы далеко не в полном объёме.

Обучение стоило немалых трудов. В первый же день мои соколы научились ловить потоки магии смерти в специализированном кристалле. У меня появились основания считать самого себя педагогическим талантом. В течение последующих трёх дней моё высокомерие сначала потускнело, а потом и вовсе превратилось в униженную скромность. Никто из десятка, кроме Фиорры, не смог уловить потоков магии в «Чёрном пятне», которое я ежедневно создавал для сугубо учебных целей. Размер этого вместилища смерти был более чем скромным: два десятка сантиметров в поперечнике. Каждый раз после занятий я тщательно уничтожал заклинание. По моему настоянию Фиорра следила за качеством подчищения. Всё шло хорошо… Но «Пятна» никто не чувствовал. И лишь на четвёртый день Рройта неуверенно очертила прутиком границы зоны действия. Некоторые позавидовали втайне, прочие – открыто. Потом один за другим ребята научились ловить потоки магии смерти. К десятому дню я решил, что первый этап завершён: мои драконы и в воздухе смогут обнаружить проявления магии смерти и отреагировать.

И всё это время вопрос, который задал сотник и на который я так и не ответил, продолжал долбить в голову.

В штабе Ас-Лока

Доктор Менгель выполнил поручение Великого задолго до срока. Заклинание вышло не особо сложным, но по всем признакам эффективным. Поинтересуйся особо почтенный моим мнением (допустим на минуту такую возможность), он получил бы гарантию, что данное магическое решение отличается патентной новизной. Иначе говоря, перспективы успешной защиты ещё одной докторской становились вполне отчётливыми.

Однако Менгель, будучи настоящим учёным, никогда не бывал полностью удовлетворён собственной работой. По этой причине он испросил аудиенции у командующего.

Доклад не занял много времени. Закончился же он ключевым параграфом:

– …Но мы можем сделать ещё лучше. Если я получу соответствующее задание и все необходимые материалы, то смогу изготовить много амулетов, рассчитанных на это заклинание. И тогда перед драконами встанет непроходимый барьер!

Наступило молчание. Докладчик затруднился бы сказать уверенно, о чём думает старший маг. Наконец последний заговорил:

– Начальник разведслужбы передал вам кристалл и оправу для создания амулета, предназначенного для диверсии.

Кивок.

– Какого вы мнения об этом кристалле?

– Неважного, чтобы не сказать хуже. Скверная форма, то есть трудное управление; грубая поверхность – отсюда высокое рассеяние потоков; магоёмкость тоже низка. К тому же – кварц, то есть универсальный, а не специализированный кристалл, да ещё малого размера. Типичный материал для разового амулета, да и то… заклинание непременно окажется слабосильным.

– Совершенно верно, ваше описание безупречно. Думаю, вы в курсе, что целевой объект остался в живых?

– Да, Судоп мне это сказал. Жаль.

– И мне жаль. Что вы думаете о причинах провала?

Маг смерти уже провёл анализ и потому не замедлился с ответом:

– Первой причиной я бы посчитал низкие характеристики амулета. Второй – сильный дождь. Известно, что поле «Чёрного пятна» размывается переменными потоками водной магии, иначе говоря, текучей водой. А в данном случае поле было заведомо слабым.

Была ещё потаённая мысль, что распроклятый пятнистый универсал мог уничтожить «Пятно» своей собственной магией, но эта ересь получила приказ сидеть тихо и не высовываться.

– Тогда я спрашиваю: почему вам выдали столь скверный материал? Неужто по жадности? Ладно, я сберегу ваше и своё время. У Судопа на то были основания не экономические и не магические, а политические. – Тон голоса старшего мага приобрёл истинно командный оттенок. – Амулет с «Чёрным пятном» в руках у человека, не являющегося магом! Такой предмет может быть только одноразовым. Надеюсь, это вам понятно?

Менгелю разом стало понятно не только это. Ему не разрешат массовое производство подобных амулетов. Вслух же прозвучало:

– Разумеется!

Говорить больше было не о чем. Маг откланялся. Но, оказавшись в своём кабинете, продолжил додумывать некстати пришедшую мысль. С чего Великий – а больше отдать подобное распоряжение было некому – так трепетно относится к амулетам, содержащим магию смерти? Неужели он сам её боится?

На спецкурсе магистров учили, что щитов против этого вида магии не существует. Имелись в виду, разумеется, классические щиты – из тех, на которые тратится меньше энергии, чем на противостоящее им заклинание. Противодействовать можно, разумеется, и чистой силой, как раз это и называли щитом (ошибочно, конечно). Это тоже известно, как и то, что этой самой силы у Великого больше, чем у кого-либо ещё.

Менгель представил себе диковатую картинку: некто пытается атаковать Великого с помощью «серого капитана» – нет, «серых гончих». И что? Ас-Лок в состоянии разнести «капитана» в мелкие клочья. Например, «Воздушным кулаком» или даже простым вихрем. Не пройдёт. «Серая стрела»? Так её отвести можно. А если, допустим, стрелять в спину? Но смерть при этом не наступает мгновенно. И тогда Великий, являясь, кстати, огромным по силе магом жизни, просто себя исцелит, обернётся – и этому глупейшему из стрелков придётся худо.

Что, если «Чёрное пятно»? Из того же спецкурса маг смерти помнил, что это заклинание действует практически мгновенно на нервную систему и чуть медленнее – на все прочие органы. Успеть отреагировать нельзя в принципе. А как защищаться?

«Пятно» можно затереть, всем известно… Чепуха, речь не об этом. Заранее приготовить поток противодействия? О подобном в спецкурсе не упоминали. Такое контрзаклинание хотя и возможно теоретически, но требует для поддержания настолько гигантских затрат энергии… Понятно, что лектор даже не упомянул о таком варианте. Но то для обычного человека, а как насчёт Великого? Неужели есть предел и его возможностям? И выходит, что именно этого он боится?

Как ни бился весьма искушённый ум Менгеля, против этой мысли никаких аргументов подобрать не удалось. Правда, сам доктор магии прекрасно понимал, что он, вероятно, не полностью осведомлён о всех возможностях Ас-Лока.

И всё же некая боковая мысль возникла. Возможно, дело не только и не столько в политике, сколько в том, что новое заклинание не прошло (пока что!) боевую проверку. Тогда понятно, что массовое производство амулетов – сомнительный шаг. Да, такое вполне вероятно.

Видимо, превращение из человека в дракона плохо подействовало на мои умственные способности. Так и не докопавшись до умного ответа на вопрос сотника, я запустил своё собственное, личное расследование. Опрос часовых ничего не дал: они и вправду не видели и не слышали диверсанта, причём говорили правду (это я проверил). О следах и разговора не было: сильнейший дождь их смыл. Дедукция сделала вид, что она тут вовсе ни при чём.

Отчаявшись в своих попытках поумнеть, я созвал ближайших помощников-аналитиков. Согарр, Суирра, Гирра пусть и не столь эрудированны, как их командир, но точно с мозгами. И Фиорра, как универсал. Вопрос прозвучал точно в том же виде, в каком его задал сотник. После нескольких нерешительных хмыков и переглядываний Согарр решился начать дискуссию:

– Командир, мне кажется, нам не хватает информации. Вот, например: это «Пятно» имело диаметр одиннадцать ярдов, я сам видел. Мог его поставить маг?

– Да, мог. Но тут имеются странности. «Пятно» должен ставить квалифицированный маг смерти. Специалист, имею в виду, поскольку обычные бакалавры и даже лиценциаты вообще ничего в этом не понимают, а для магистров спецкурс магии смерти обязателен лишь для соответствующей специализации, у прочих это факультатив.

– Я не это хотел выяснить. Если, допустим, ставил бакалавр магии смерти – он бы в точности такое создал… или нечто другое? – Последовал неопределённый округлый жест лапой.

В соседстве с умным сам умнеешь. Верность этой максимы тут же и проявилась.

– Для бакалавра подозрительно мал размер, это раз. С таким диаметром он и трети своей энергии не израсходовал бы. Два: я бы поставил «Пятно» поглубже в пещеру. Можно было бы рассчитывать, что тогда его никто не заметит.

Суирра подняла кончик хвоста:

– Не согласна! Диверсант мог просто из осторожности не подходить слишком близко.

С этого момента дискуссия вовсю завертелась:

– Почему он, имея запас энергии, не устроил то же самое для других десятков?

– Может, берёг…

– …но ведь не дракон, а человек. По пути обратно ему не на что её расходовать…

Почему-то Гирра довольно долго хранила молчание. Это не просто удивляло, а напрягало. Но вот она раскрыла пасть:

– Не о том спрашиваете. Вот первый нужный вопрос: а были ли аналогичные атаки раньше?

Все взгляды сошлись на мне.

– Я знаю только об одной: чуть более трёхсот лет назад маг уничтожил весь Главный штаб. «Пятно» было в пятьдесят ярдов. Другие подробности мне неизвестны.

– Прецедент не работает: в нашем случае диверсант явно не был магом. Значит, амулет. Вот вам второй вопрос: что можно сказать о характеристиках?

Мозги продолжали работать, поэтому я выдал:

– Тут как раз ясно: амулет из самых простеньких и дешёвых. Скорее всего, одноразовый. Экономия? Или…

На этот раз высказалась Суирра, причём без обычного ехидства:

– Или главные маги боятся давать мощные многоразовые амулеты с магией смерти даже проверенным людям. Мало ли что: вдарит какой-то…

У меня на этот счёт возникла дополнительная мысль, но ей было велено убраться из оперативной памяти.

И тут Фиорра робко произнесла:

– Я вот подумала… ну, это на будущее… мы могли бы при повторении атаки справиться легче, то есть тебе задачу упростить…

Все промолчали, хотя Согарр не удержался и выразил нетерпение грубоватым жестом хвоста.

– …Ну, все видели, как Таррику сказали… то есть слышали… насчёт воды и «Чёрного пятна». А ведь все мы могли бы вызвать потоки воды, чтобы ослабить…

Теперь поняли все. В свете этого предложения наибольшим лопухом выглядел я. Позорище: в анализе взаимодействия разнородных магий меня обставила неопытная дракона. И притом же Фиорра была права ещё в одном: магией воды владели все. Правда, некоторые в этом выделялись.

Разумеется, предложение вызвало шквал одобрения и похвал.

В кабинете Ас-Тора

Великий маг отличался превосходной памятью, иначе он не стал бы Великим. Вот почему его подчинённые всегда получали возможность высказаться до конца без прерываний. И лишь потом появлялись вопросы, замечания или оргвыводы. Доклад главнокомандующего не стал исключением.

– Насколько я понял, на этот раз наступление Ас-Лока не состоялось. Который из факторов вы полагаете ключевым?

Посетитель прекрасно осознавал, что в разговоре подобного уровня опасно не то что врать, а даже слегка искажать правду.

– С вашего позволения, действия драконов.

– Это следует из доклада. Однако остаётся непонятным, почему на данном этапе боевых действий убитых нет вообще, между тем как до этого они были.

– Ещё до начала боестолкновений руководство драконов создало подразделение особого назначения. Запрета на это не было. Бойцы превосходно обучены и натренированы, а их командир – отличный тактик.

– Охотно верю. Но не могу избавиться от удивления: кардинально улучшить степень обученности драконов просто невозможно, то же относится к уровню тренированности. Да и в тактике найти какие-то новые ходы трудно. Мало того, драконы, как вам должно быть известно, не способны к созданию чего-то нового. Вот я и спрашиваю: откуда? И не бойтесь привести подробности.

Всё сказанное хозяин кабинета сопровождал милейшей улыбкой. Но и его собеседник проявил полную готовность отвечать на каверзные вопросы:

– С радостью готов информировать, Великий. В применённой тактике ничего нового нет, просто о ней забыли. Десяток особого назначения, который и составил основу подразделения, в своё время выиграл школьную олимпиаду, куда входили, в частности, состязания по телемагии. Имею в виду те, в которых надо как можно быстрее пройти ряд ворот без использования крыльев. Манёвренность при этом резко возрастает, но одновременно уменьшается радиус действия. Это и есть основа тактики. Она дала превосходный результат в боестолкновениях с «серым капитаном» – всего один раненый дракон.

– Достойно похвалы, особенно в свете того, что Ас-Лок задумывает новое наступление. До этого потерь фактически не было; этот результат много лучше ожидавшегося. И потому особому подразделению очень скоро предстоит ещё раз продемонстрировать свои боевые качества. Полагаю, недели через две, а то и меньше.

– Могу я со всевозможным почтением поинтересоваться, какие объективные данные указывают на предстоящее наступление?

Вопрос был задан без малейшего расчёта на адекватный ответ. На самом деле это был тонкий подхалимаж: главнокомандующий давал шефу лишний повод похвалить себя.

– Я не нуждаюсь в объективных данных. Мне достаточно того, что я хорошо знаю Ас-Лока.

На следующий день Согарр вернулся с утренней тренировки с весьма озабоченным видом. Натурально, я приготовился к скверным новостям. Начал он, впрочем, совершенно нейтрально:

– Командир, есть неожиданные сведения…

Они и в самом деле были такими. Занятия проходили в стороне от жилого холма. И вдруг взгляд тренера зацепился за абсолютно невероятную картину. Человек на земле под ними размахивал белой тряпкой, явно стараясь привлечь внимание. Командному составу (а Согарр был ближайшим кандидатом на вступление в таковой) положено думать быстро. И ему немедленно пришла мысль о засаде, но местность была открытой, а оружия при человеке не наблюдалось.

Десяток получил приказ «Держать высоту, следить», а Согарр спустился и приземлился рядом с неизвестным. Тот заговорил первым:

– Доброго вам дня.

– И вам.

– Скажите, пожалуйста, знаете ли вы пёстрого дракона?

Никто бы не посмел упрекнуть помощника десятника в недостатке осторожности.

– Я его видел.

– Тогда передайте, когда ещё раз увидите, что сержант Сантор велел кланяться, а рядовой Пастур пока что не пользуется ногой.

Позднее Согарр клялся, что эту тираду он выслушал с самым невозмутимым видом. Я, в свою очередь, притворился, что поверил клятвам.

– …А ещё скажите, что сержант Сантор имеет для того самого дракона информацию. На главном направлении вырыто убежище – для мага, а не для кого-то другого. Убежище в глинисто-песчаной почве, в мой рост. Вырыто только что – стенки не пострадали от дождя. Для одного просторно, но больше четырёх туда не втиснуть. К югу на пятьсот шагов крупный, как двое таких, как вы, красный камень…

Дракон про себя отметил, что для точного выхода на цель такого ориентира может не хватить.

– …Далее: по косвенным признакам, через три дня или более может начаться наступление противника. Ну и мелочь: меня здесь не было.

Осторожность никуда не делась.

– Удачи, сержант.

– И вам, дракон. Желаю хороших подчинённых. Вижу, как вы их гоняете.

Пересказ диалога закончился. Помощник явно ожидал пояснений. И получил их:

– Этого человека я знаю. Он мне должен, потому и принёс информацию.

– Золото?

– Нет. Я оказал услугу…

А ведь Согарр достаточно умён, чтобы догадаться о недосказанном.

– …и получил ответную. Надо бы слетать на разведку.

Глава 16

Тогда считать мы стали

Шапкозакидательские настроения не были преобладающими. Наверное, причиной тому стал мой мрачный вид. Самое скверное: у меня было мало оснований кукситься. Ребята имели превосходную подготовку, если говорить о первом десятке. Прочие вполне могли бы претендовать на «сносно». Тактические приёмы выполнялись слаженно (на тренировках, понятно). Но хватит ли этого?

Сотник, получив результаты поиска наземной разведки, не преминул выслать нас в качестве воздушной. Результаты добавили ложку дёгтя. В темноте мы вообще не смогли обнаружить магический дот. Видимо, маг земли хорошо постарался с затиранием всех следов. Суирра с необычной для неё серьёзностью проворчала:

– Если вы с Фиоррой одной норы не нашли, то и десяток могли проглядеть.

Это оптимизма не добавило.

Ещё хуже было то, что противник мог подготовить чисто магическую каверзу и наверняка сделал это. В этом вопросе ответственность лежала исключительно на мне.

Даже будь Рриса в превосходной форме, и тогда я бы трижды подумал, прежде чем давать ей обычные обязанности связной. На глаз перепонки её крыльев зажили, но потоки в них мне не нравились, так что по-любому ей предстояло подождать с полётами. Вместо неё соответствующий приказ – увидеть, вернуться, доложить – получил Харрф.

Самому же мне достался приказ иного свойства: подавить ПВО, основанное на магии смерти. И три десятка драконов для выполнения.

Все мои вооружённые силы выстроились перед пещерой первого десятка. Инструкции десятники знали наизусть.

– Ну, какое у нас состояние?

– Готовы!!! – Рёв из тридцати молодых глоток наверняка был слышен за километр.

Плевать. Сам по себе он ни о чём не сигнализирует.

– Работаем!

Конечно, солнечным днём куда проще отыскать приметный камень красного цвета, чем ночью. Во мне была полная уверенность, что мы найдём его. Более того, я дерзко предположил, что подобный ориентир окажется не в одном экземпляре.

Высота полёта нашего подразделения была не такой уж малой – метров восемьсот. Вполне достаточно для уклонения даже от «Ледяных брызг». Внизу оказались красные камни – не меньше шести в поле зрения. Так где же засада?

Это был тот случай, когда ощущение потока магии смерти пришло первым. А нечто незнакомое, округлое, несущееся с огромной скоростью вверх и подозрительно смахивающее на «Красную сеть» я заметил глазами, когда оно уже приблизилось. Но ещё до этого я нарушил свой же собственный приказ и крикнул по магосвязи:

– «Цветок!»

Правда, при этом я дал знак хвостом и гребнем того же содержания.

Манёвр был моего собственного изобретения. По этому сигналу десяток складывал крылья и уходил вверх по наклонной (каждый в свою сторону). По расчётам, это минимизировало риск поражения.

Почти одновременно с первым снарядом пошли ещё пять. Они только настигали нас, когда первый лопнул серыми осколками. Всё ясно: аналог «Серого копья», но только в виде осколочного снаряда. Подумалось, что примерно так должен чувствовать себя пилот, по самолёту которого зенитка садит очередью.

На этот раз я почувствовал попадания в себя, не меньше пяти: что-то вроде слабых тычков. И похоже, задеты все соратники: в воздухе начался целый листопад из разноцветных чешуек. А одна из них (цвета я различить не успел) оскорбительным образом треснула меня по носу.

Как там мои?!

Все целы! На этот раз повезло, но что же остальные два десятка? Впрочем, они не могли не заметить мои действия. Значит, надо сигнализировать «Делай, как я».

Судя по всему, маг один. Даже если он доктор, на двенадцать «Серых сетей» (так я мысленно назвал эту новинку) его никак не хватит. Этот аналог «Красной сети» тоже должен быть энергозатратным. Десять – и то сомнительно…

Харрф держался намного выше. Ему ничего не грозило: использовать это заклинание против одиночки не имело никакого смысла. Но, не получив приказа на возвращение, он не разворачивался.

Второй десяток сделал именно то, что я ожидал. Тот же «цветок», только исполненный чуть менее аккуратно. Шесть шаров «Серой сети» – может, противник уже исчерпался? Опять кружатся в воздухе чешуйки. В ребят попало, но, несомненно, защита их спасла. А что дальше? Не мог маг смерти показать такую мощь сам по себе, значит, ещё и кристаллы у него. С неизвестной ёмкостью. Хуже не придумать.

Сигнал третьему десятку, обученному не хуже, чем второй. Но тут дело пошло иначе. Только четыре шара. Чешуйки падали, но не так густо. А самое главное – из укрытия выбралась группа и бегом бросилась на восток. Маг, как и предполагалось, оказался с прикрытием. Значит, всё же исчерпался и отдал приказ на отступление.

Сигнал Харрфу. Он должен добраться до командования как можно быстрее. Но и нам надо возвращаться. Наша чешуя крепко пощипана. Хотелось бы знать, насколько именно. Но это уже на земле.

По сигналу мы все дружно развернули крылья. Внимательный взгляд подтвердил, что наша магическая защита здорово побита. Даже на приличном расстоянии были видны пятна без чешуи на теле товарищей. Всё, в ближайшую неделю нам боевые вылеты не светят.

И тут в голову пришла, как показалось тогда, умная идея. У сотника мне делать почти нечего. Во всяком случае, ничего срочного у него для меня нет и быть не может. А вот к целителям залететь стоит. Может, у них найдётся какая-нибудь мазь для ускоренного роста чешуи?

И хвост с гребнем выдали сигнал: «Следуйте за мной».

По дороге на восток

Нельзя сказать, что отступление радовало Менгеля. Всегда неприятно знать, что противник оказался сильнее. К тому же все драконы остались живы. Справедливости ради будь сказано: из магов тоже никто не пострадал. Колотьё в боку от быстрого бега, понятно, не в счёт.

Но равно нельзя сказать, что исход боестолкновения сильно огорчил мага смерти. Не заметить листопад из чешуи мог бы только слепой, а не понять его значения – лишь полный невежда. Попадания в драконов были фактом, который никто не посмел бы отрицать. Конечно, стоило подобрать отбитые чешуйки, но более желательно – сохранить голову на плечах. Кстати, потом можно послать солдат за этими трофеями. Иначе говоря, разработка оказалась действенной. Менгель мысленно отдал должное противнику: тот оказался на высоте. Будь на месте этих увёртливых тварей обычные драконы, их подразделение наверняка не досчиталось бы пары-тройки воинов, а то и больше.

Доктор магии теперь мерно шагал по дороге, что не мешало ему мыслить. Да, маневрировать эти из особого десятка… хотя какой там, к Тёмному, десяток – их было целых три! – умеют, но… Получи Менгель сколько-нибудь приличные кристаллы, одного наверняка бы удалось сбить. Это непременно нужно упомянуть в разговоре с командованием.

И ещё одна деталь грызла мозг: быстрота маневрирования. Драконы реагировали на опасность с необыкновенной скоростью. Скорее, даже с неестественной скоростью. И над этим стоило подумать.

В пещере целителей нас встретили старые знакомые: золотистый Сиррон и коричневый Триарр. Но были там и двое посторонних со знаками различия десятников. Их имён я не знал.

– Доброго вам дня, мудрые Триарр и Сиррон.

Ответное приветствие Сиррона тёплым не было:

– И вам. Пострадавшего оставьте, а остальных прошу покинуть помещение.

Я уже собрался было объяснить положение дел, когда двое незнакомцев дружно ахнули:

– Вот это да! Чем это по вам вдарили?

– Ребята, вы что, нарочно подставились под удары?

Триарр сообразил, что ситуация нестандартная, и потому задал естественный вопрос:

– Так на что вы жалуетесь?

Объяснение было столь же осторожным, сколь и точным:

– Наши десятки попали под действие совершенно нового заклинания. Я и названия-то его не знаю. Каждый потерял порядочную порцию чешуи. Я хотел бы знать, нельзя ли ускорить её рост?

Целители переглянулись настолько выразительно, что сразу стало понятно (и не только мне) – просьба безнадёжна. Ну и ладно, зато закинем чуток нужной информации через этих достойных и мудрых драконов.

Триарр взялся отвечать:

– Видите ли, мы никогда не сталкивались с необходимостью ускорить восстановление чешуи. Поэтому лекарств, специально ориентированных на это, не существует… Хочу сказать, мне они не известны. И всё же, полагаю, помочь кое-чем можем…

Коричневая голова обернулась к золотистой, и начался малопонятный диалог:

– …мазь Темрра?

– …но площадь?

– А сколько…

– И правда, сколько?

Двое посторонних усиленно и абсолютно неубедительно прикидывались, что не слушают.

Сиррон обратился ко мне, причём в его тоне послышалась даже некоторая заинтересованность:

– Мы хотели бы знать, насколько велика площадь поражения.

Справедливость требует заметить, что мне самому это следовало бы знать.

Осмотр длился не меньше получаса. Результаты произвели впечатление на всех без исключения, в том числе и на моих подчинённых. Рекордсменкой оказалась Хьярра: девять попаданий. Совсем немного от неё отстал Таррик (восемь осколков). И ни один воин из первых двух десятков не имел меньше четырёх. А вот третий десяток отделался сравнительно легко: три в минимуме, пять в максимуме.

Целители хмыкали и перешёптывались. Сиррон даже картинно опустил гребень, выражая полную беспомощность. Наконец более опытный (и, возможно, старший в иерархии) выдал заключение:

– Мы намажем пострадавшие места мазью. Она может ускорить рост чешуи, но…

Так я и думал!

– …её у нас мало. Постараемся ускорить поступление, однако, сами понимаете, не всё в наших возможностях.

– Я не сомневаюсь, мудрые, что вы приложите все усилия.

– В таком случае, десятник, прошу вас…

– Не я. Хьярра, Таррик, вы первые на медобработку.

– Но…

– Воин Хьярра, вам приказ ясен?

– Так точно!

Собственно, на этих двоих целительская работа и окончилась (вместе с мазью). Прочим досталось лишь напутствие:

– Прилетайте через три дня. Наши помощники за это время сделают побольше лечебного средства.

Уверен, что такое повышенное внимание большей частью было вызвано желанием посмотреть на результаты лечения. Клиницисты, чтоб их, во всех мирах одинаковы.

В жилой пещере первого десятка

Харрф был хорошим товарищем. Он, разумеется, сначала добрался до штабной пещеры, доложил результаты, но сразу после этого помчался туда, где дожидалась Рриса. Та увидела знакомый силуэт издали и поспешила на площадку перед пещерой.

– Ну?!

– Все живы.

По мнению Харрфа, это была наиважнейшая информация.

– Да говори же! Что тянешь из ящерицы крылышки!

Рассказ был чуть сумбурным – рассказчик ещё не до конца справился с возбуждением.

– Ну, был там маг смерти. Он заклинание выдал – никто о таком не слыхивал. Спасибо тренировкам командира, все тут же почувствовали его, даже я.

Связной слегка приврал: он уловил потоки магии смерти, когда первый шар уже взорвался осколками.

– Что же Стурр?

– Может, и он не знал заранее, но моментально дал сигнал на перестроение. Так и рванули наши вверх и в стороны. Не зря он нас гонял, с трудом, но успели. Что-то вроде «Сети» это было, но не красной, а серой. Такие шарики по нам запускались, а потом осколки в разные стороны. Чешуя так и посыпалась, сам видел. Мне-то ничего не прилетело, по мне и не стреляли, я гораздо выше шёл… А потом второй десяток, и по ним такими же заклинаниями, те же шесть шаров. Ну так вот, на третьем десятке запас у этого мага кончился, и он дал дёру, это все видели. Мне, значит, приказ как можно скорее доложить полутысячнику, а наши, сам видел, свернули в сторону. Думаю, к целителям.

Голова у Ррисы работала хорошо.

– Серые шары, говоришь? Да осколки в разные стороны… На какой же высоте был строй?

– С тысячу ярдов. Примерно. Там местность не очень ровная.

– А ведь поболее обычного. Там и достать-то нечем.

– Все мы так думали. Ан, выходит, есть чем.

– Ну, а полутысячник?

– Он сразу отдал приказ на вылет всем, кто у него был. Я так мыслю, маги Ас-Лока отступят опять.

Харрф был неточен в прогнозе. Отступление состоялось, но прежде маги попытались дать драконам отпор. Обе стороны понесли потери.

Все десятки получили приказ отдыхать, но первому десятку предстояла сперва подзарядка кристаллов. А мне, сверх того, надо было как следует подумать.

О «Серой сети» я и не слыхивал раньше. Почему? Наверняка заклинание новейшее. А что отсюда следует? То, что применять его может (пока что!) только сам разработчик. Судя по всему, доктор магии смерти, о котором доложила разведка, – это он самый и есть. А раз доктор, то у него могут быть аспиранты, то бишь лиценциаты и магистры. В прифронтовой полосе таковые наверняка отсутствуют, а в университете найдутся. И наверное, этот тип силён в изготовлении амулетов.

Против драконов разработка весьма эффективна. Чего уж врать самому себе: на этот раз мы сыграли вничью. Правда, противник целей не достиг, но и моё подразделение выведено из строя, пусть и временно. А уж если массово пойдут амулеты с этой заразой – туши свет. Одна лишь надежда, что из осторожности Ас-Лок не разрешит широко их применять.

А как насчёт того же, но против людей? Должно неплохо действовать против плотного строя, хотя он-то как раз редко используется. Но как средство ПВО лучше – заклинание-то трехмёрное. Нас только перестроение «цветок» и спасло, хотя я раньше думал его применять лишь против «Ледяных брызг». Но у «Сети» имеется коренной недостаток: по людям его применять никто не разрешит.

Что же можно противопоставить этому заклинанию? Одно средство мы использовали: хороший манёвр. Что ещё? Отводить шары прежде, чем они взорвутся? Разок-другой это прокатит, а потом противник увидит и начнёт активно противодействовать. Ладно, оставим этот метод в резерве. Препятствовать наведению? Визуальные помехи? Туман? Что-то в этом есть… полоса тумана, скажем, на двести метров ниже строя. Даже доктор магии воды ничего с ней не сделает: мы намного ближе. «Зенитка» ослепнет, а вот магию смерти мы продолжим видеть. Ей туман, конечно, тоже мешает, но в меньшей степени, чем глазам противника. Да, в этом что-то есть…

Пока рассматривались варианты, передо мной возникли Рриса с Гиррой. Вид у них был весьма деловой.

– Стурр, мне уже можно летать?

На вид крыло было в полном порядке, потоки тоже не сигнализировали о чём-то неположенном. Но осторожность велела высказаться столь же вежливо, сколь и твёрдо:

– Пожалуй, можно, но для начала не более четверти часа. Потом приземлиться. В процессе полёта следить за состоянием крыла: если вдруг появится боль, немедленно приземлиться и сообщить мне.

– Ну, тогда я буду сопровождать Ррису. Во избежание.

Дамы что-то задумали, тут и гадать не стоило. Но что именно?.. Оснований препятствовать не было.

– Летите.

Дракони направились на юг. Местность там была достаточно уединённой.

На правом берегу Воларры

Парочка добросовестно летела ровно четверть часа. После приземления на отдых Рриса клятвенно заверила, что у неё ничего не болит. И тут же началась интенсивная беседа, временами переходящая в допрос.

Гирра подробно изложила все перипетии боя и закончила словами:

– Имей в виду, разбора полётов ещё не было, а на нём обязательно всплывёт нечто неожиданное.

– Неожиданное? О, вот, кстати: как по-твоему, наш командир мог предвидеть то, что случилось?

Гирра явно смутилась, что с ней бывало редко.

– С одной стороны… Нет, скажу так: вроде бы как предвидел. Но с другой… Понимаешь, ощущение, что на этот раз встретилось что-то неожиданное даже для него. Правда, он сам от нас требовал в первую очередь факты, а не ощущения… Хотя факт всё же есть: в те разы мы ушли победителями, а сейчас чешую-то нам хорошо поободрали.

– Ты говоришь, командир мгновенно отдал приказ на перестроение.

– Повторяю: затрудняюсь определить, было ли то предвидение, или просто Стурр думает очень быстро.

Последовало продолжительное молчание. Нарушила его Рриса:

– Знаешь, иной раз он меня пугает.

Собеседница не сказала ни слова, однако всеми средствами выразила внимание.

– Одно время я подумывала выйти за него замуж. Мне казалось, он чуть-чуть неравнодушен… Знаю, разница в возрасте и всё такое… Но потом отказалась от этой мысли. И дело не в его отношении ко мне и даже не в том, что такая добыча мне не по когтям…

Гирра напряглась и сумела выказать ещё большее внимание.

– …Но в последнее время не сомневаюсь, что у Стурра есть какая-то дальняя цель. Её-то и не могу понять, и как раз это, а не его странности, заставило отринуть мысль попробовать закрутить с ним хвосты. Ну а Фаррир – славный дракон, меня любит и наверняка будет отличнейшим мужем.

Двуцветная дракона задумалась. Потом тряхнула гребнем:

– А мне кажется, что я его поняла. И ты, между прочим, в этом помогла.

– Как?!

– Вот так. Твои слова о предвидении.

Фиолетовые глаза выразили полное недоумение, сменившееся догадкой.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что…

– Именно это и хочу сказать. Я тоже раньше думала, что такое невозможно. И всё же сдаётся мне, что Стурр – прорицатель. Среди драконов точно уникум, они и среди людей крайне редки, как мне говорили. Вот что может объяснить все его странности. И успехи тоже.

Снова наступило молчание, но на этот раз Рриса интенсивно напрягала разум. Пусть в аналитических умениях она уступала собеседнице, но никто никогда не называл её дурой. Исключением был Стурр, сделавший это на разборе полётов. Наконец фиолетовая дракона заговорила, медленно, тщательно подбирая слова:

– Хорошо. Предположим, командир может предвидеть ход битвы и подобрать выигрышные ходы заранее. Правда, такой же результат достигается при выдающихся тактических способностях. Готова допустить, что у Стурра имеется некая стратегическая цель, ради достижения которой он готовит наш десяток, а заодно и других. А вот чего не могу объяснить, так это его знания в разнообразной магии. Не умения, а именно знания. Уверена, например, что он может использовать магию связи. Сама ведь это видела, верно?

– Видела, верно. Но объяснение у меня имеется… – Гирра слегка подняла голову и заговорила уверенным, даже значительным тоном: – Если в своих прорицаниях он предугадывает и развитие магии, то знает, куда именно она развивается. И как именно. А главное, думаю, он предвидит саму возможность такого для драконов. Уж перенять от людей знания и умения он точно может. Знаешь, как охотно Стурр вступает в контакт с людьми? Выходит, ему уже сейчас очевидно, что это может понадобиться. Откровенно скажу: не могу догадаться, какие ещё виды магии ему потребуются для своих нужд. Но он, по всему видать, точно это представляет.

– Ты такое говоришь, у меня аж чешуйки дыбом встают. Потому его и боюсь.

– Уж ты лучше молчала бы! Скажи мне, кто тебя спасал?

Настала очередь Ррисы смешаться.

– Ну… это… да, конечно. Но я имела в виду не только себя, – ловко вывернулась она, – а вообще всех драконов, которые за ним пойдут. А пойдут многие, сама должна понимать.

– Ну да, ты ведать не ведаешь его главную цель.

– А ты?

– Я тоже… пока. Но собираюсь разузнать. Есть способы.

В разговоре обе придержали кое-какую информацию. Рриса не обмолвилась о просьбе-приказе Стурра, хотя была уверена, что угадала подоплёку. Гирра ни словечка не сказала о способах извлечь из командира стратегическую (без сомнения) информацию о его целях. Каждая была уверена, что собеседница ни о чём не подозревает.

Глава 17

Работа над ошибками образованию не мешает

Полутысячник был не в настроении. Сотник тоже. Об этом мне поведал незнакомый доброхот, встретивший меня у входа в штабную пещеру. Попадать под горячие когти очень не хотелось, но был приказ явиться немедленно… Тут ничего не поделать.

В пещере, вопреки ожиданиям, было не только начальство. Присутствовал также Кррафт. Значит, спецслужбы заинтересовались. Ещё одна причина напрячься.

Моё приветствие строго соответствовало уставу. Никаких там «без чинов».

Как и положено, полутысячник потребовал доклада. Никто не перебивал вопросами и не вставлял реплики. Но потом инициативу неожиданно взял начальник разведки:

– Десятник, как быстро вы отреагировали на использованное противником заклинание?

– Практически мгновенно, сударь сотник. Особо подчеркиваю: эти шары видел не я один.

– Какие у вас основания полагать это заклинание новейшим?

– Сударь сотник, применённое заклинание явно ориентировано на летящие в воздухе живые цели. Таковыми могут быть лишь драконы. Я сам не только не сталкивался с этим заклинанием…

При этих словах полутысячник не удержался и выразил скептицизм движением гребня.

– …но и не слышал о нём от других драконов. Между тем именно оно оказалось весьма эффективным.

– Может ли обычный десяток успешно противодействовать этому заклинанию?

– Никак нет, сударь сотник. Даже десяток особого назначения не мог этого. Нам понадобилось три десятка.

– А три обычных десятка могли бы?

– Никак нет, сударь сотник. Предполагаю большие потери убитыми. – Тут я вспомнил, что командование требует точных оценок, и добавил: – От двадцати до пятидесяти процентов личного состава, по приближённым оценкам.

И на этот раз вслух ничего не было сказано, но Рруг слегка двинул хвостом в жесте, означавшем: «Я же вам говорил». Полутысячник Тхорр хранил молчание. А начальник разведотдела продолжал наседать:

– Десятник, считаете ли вы, что предложенные методы противодействия «серым ястребам» достаточно действенны?

Цель вопроса я не понял. Он что, хочет уточнить и без того ясное?

– Никак нет, сударь сотник. Эти методы эффективны, лишь будучи применёнными десятками особого назначения.

– Сколько времени вам нужно для обучения десятка?

Простенько действуешь, разведка. Ответ на этот вопрос Кррафт уже знает, не может не знать.

– Первый десяток я обучал четыре года, сударь сотник.

В голосе допрашивающего появились чуть ли не ласковые нотки.

– Как насчёт второго и третьего десятков?

– Осмелюсь доложить, сударь сотник, их умения несравнимо хуже.

– И всё же?

– Круглым счётом – три недели, сударь сотник.

На этот раз обмен взглядами продолжался порядочное время. Старший по званию даже позволил себе неопределённое «Кхгрм…». Мне мимолётом подумалось, что телепатия – сила. Но заговорил всё же мой непосредственный начальник. Тон его был сух.

– Десятник Стурр, благодарю за хорошую службу.

– Служу Великому!

– Можете лететь. Отдыхайте, тренируйтесь. В течение завтрашнего дня вас известят об изменениях в службе.

Мне только того и надо.

– Сударь полутысячник, разрешите обратиться к сотнику Рругу?

Тхорр настолько ясно выразил недовольство, что я даже подумал: запретит. Но ошибся.

– Обращайтесь.

– Сударь сотник, прошу вашего разрешения слетать на разведку.

Гребень полутысячника разгладился. Видимо, он ожидал чего-то другого. Зато напрягся начальник разведслужбы:

– Десятник, зачем вам это нужно?

– Сударь сотник, в ходе последнего боестолкновения никто из моих воинов, и я сам в том числе, не смог обнаружить укрытия мага смерти вплоть до момента, когда тот пустил в ход заклинания. Я хочу знать, где мы допустили ошибку.

Кррафт выразительно глянул на Рруга. Тот, как и я, его отлично понял:

– Не более трёх часов, десятник. Хватит?

– Так точно!

Все присутствовавшие прекрасно знали о необходимости работы над ошибками. Но только я один намеревался включить в неё процесс обучения.

В штабной пещере

– Мне показалось, что Стурр весьма недоволен результатами боестолкновения с магом смерти.

– Соглашусь с ним. Вы видели, сколько у него осталось чешуи?

– Всё это так, но… Кррафт, вы поверили в его намерение обнаружить укрытие мага смерти?

– Разумеется, Тхорр. А ещё я верю, что этот молодой дракон планирует заодно решить и другие задачи. Не могу, правда, угадать какие. Я не владею магией земли.

– Почему земли?

– Потому что в этом его главное отличие от всех нас. И он умеет ею пользоваться. Замечу, однако, что все его изыскания, в сущности, бесполезны.

– Объяснитесь. – Сказано было настолько безразличным тоном, что сотнику Рругу стало ясно: это лишь способ доведения информации до среднего командного состава. Старший офицер об этом уже знает.

– Имеются все основания полагать, что Ас-Лок намерен заключить длительное перемирие, года на два. При сохранении позиций, разумеется. На официальное оповещение понадобится, конечно, время, но не удивлюсь, если объявление состоится уже завтра. Великий Ас-Тор останется в выигрыше: потери в драконах крайне малы, а за это время мобилизационный ресурс, понятно, вырастет. Иначе говоря, наш пятнистый подчинённый снова заживёт мирной жизнью. Женится. Возможно, даже обзаведётся дракончиком. И по этим причинам не будет подлежать призыву. То есть в течение двух лет, самое меньшее, его умения не будут угрожать противнику.

– И вы даже не попытаетесь выяснить подробности его разведывательной деятельности? Кррафт, я полагал вас менее доверчивым.

– Подробности? Я не хочу расспрашивать его самого, да в том и нет надобности. Можно действовать куда проще: отдать ему на обучение, скажем, те же два десятка… Нет, ещё проще: двух десятников. Они в ходе обучения всё выяснят.

– С вашего позволения, предполагаю, что могут вмешаться… другие силы.

– Полагаю такое возможным, почему и советую устроить эту учёбу в неофициальном порядке. А ещё рекомендую вам, Тхорр, пустить в ход свои связи с целью выявления и привлечения универсалов.

– Попробую. – Уверенность в голосе отсутствовала.

Сначала я хотел лететь один, но натолкнулся на энергичные возражения. Потом подумал о Фиорре в качестве сопровождения, но тут влезла Гирра:

– Я хочу лететь с тобой. Если на нас нападут, могу помочь отбиться не хуже любого другого.

Эти вполне невинные слова сопровождались очень коротким и весьма выразительным взглядом. Значил же он: «Надо поговорить».

– Полетели.

Высота полёта составляла метров пятьсот, сверх возможностей любого арбалета или лука. Но в нескольких местах я знаком приказывал осмотреть местность, после чего снижался и зависал. Разумеется, это было сделано и над местом, где маг смерти устроил засаду. Я был не совсем прав: обнаружить его было возможно, но для того как раз и нужно было зависнуть, то есть сделать именно то, что противнику больше всего желалось.

Гирра тоже зависла над укрытием. На миг я подумал, что её способностей может хватить на обнаружение стрелковой ячейки. Но об этом будет время поговорить потом.

Зависание ещё над несколькими точками мне нужно было, чтобы получить общее впечатление о позициях противника и создать ложное впечатление, что мне только это и надо. Последним таким местом была позиция Ас-Лока. Меня очень интересова геологическая картина. Теперь запомнить её. И обдумать (хотя бы в первом приближении). Вариантов действий оказалось несколько, но множество деталей осталось неясным. Ничего, время есть.

Теперь подать знак «Возвращаемся». Но на самом деле мы полетели в точку северо-западнее нашего холма. Это было то место, с которого Ас-Тор наблюдал за ходом боя. Над ним не требовалось зависать, это выглядело бы подозрительно. Вместо этого я приземлился и сделал напарнице жест, приглашающий присоединяться.

Некоторое время мы молча сидели и вроде как оглядывали пейзаж. Гирра, похоже, обдумывала план разговора. Я прикидывал и запоминал геологическую структуру этого холма.

Наконец двуцветная напарница подала голос:

– Вот что я тебе хотела рассказать, Стурр… – И последовал пересказ обмена мнениями Ррисы и Гирры о моей особе.

Я не знал ни одного дракона, играющего в покер, но в течение всего рассказа ухитрился держать надлежащее выражение на морде, гребне и хвосте. Надеюсь, это удалось. Но дискуссия относительно моей особы не показалась забавной. Собеседница тем временем перешла от фактов к выводам:

– Стурр, я не знаю, что ты задумал. И не хочу этого знать… пока что. Но вот что я точно знаю: в одиночку ты не справишься…

С этого момента ситуация мне стала нравиться ещё меньше.

– …и тебе понадобятся помощники. Умные… – Последовал красноречивый взгляд. Лишний, как мне подумалось. Будто я и так не знал, что Гирра отличается умом и сообразительностью! Но ты у меня не одна такая. – Верные… – Тоже правда. Но и такие найдутся. Да просто весь десяток, в первую очередь Фаррир с Ррисой. – А самое главное, способные пойти до конца. До самого конца. Я готова.

Вот и доказательство того, что ты, подруга, и умна, и верна. Уж настолько-то я магией разума владею. От сделанных выводов стало не по себе, и эту мысль я выразил совершенно дурацким способом:

– Гирра, ты в своём уме?

В её улыбке блеснула снисходительность, настолько быстро, что это могло просто почудиться. Однако в голосе прозвучала строгая уверенность.

– Я сказала и готова повторить: твои замыслы мне неизвестны, но я готова идти с тобой до конца. К тому же… – Ещё улыбка. Никогда бы не подумал, что сидящая рядом одноклассница способна быть до такой степени кокеткой! Урок мне: женщин и дракони, не способных на это, просто не существует. И ведь знал же! – Я, так и быть, согласна выйти за тебя замуж.

После таких ударов секунданты, как правило, хватаются за полотенце[3]. Голосом, в котором не было ни на грамм уверенности, я проблеял:

– Кажется, я не делал тебе предложения.

– И не надо. Я его сделала. Когда будешь над ним думать, прими во внимание: при твоих планах тебе понадобится умная жена, которая к тому же будет одинакового с тобой мнения о том, что такое хорошо и что такое плохо. Да, вот ещё. До меня дошли разговоры, что нас всех очень скоро распустят по домам. И я перестану быть твоей подчинённой.

«Солдатское радио» действует быстро. Куда там оптоволокну! Сотник, вероятно, ещё перескажет мне эту новость. Но по сути Гирра опять права.

К этому моменту я настолько пришёл в себя, что догадался глянуть на солнце.

– Нам пора.

– Верно сказано. НАМ пора.

Перед взлётом она позволила себе только одно движение хвостом. Всего лишь одно – в ответ на моё.

В придорожном трактире

Трактирщик никоим образом не был флегматиком. Но он мог стать им в любой удобный для себя момент. Таковой как раз и наступил: в трактир зашло сразу двое высокопоставленных магов. Правда, на их плащах не было лент, зато у владельца трактира имелся обширнейший опыт, который, разумеется, не подвёл. Вот почему обитатель командного места за стойкой продемонстрировал полное безразличие к этим посетителям – после того, как принял от них заказ.

Интерес к этим двоим уже был нулевым, но должен был опуститься до отрицательных величин, узнай хозяин трактира род занятий глубокочтимых посетителей. Оба работали на спецслужбы. А уж точное указание должности и места работы наверняка вызвало бы у многоопытного трактирщика острое желание перепоручить все дела помощнику и смыться из заведения куда подальше. Дело в том, что один из прибывших наслаждался всеми прелестями работы начальника разведслужбы Ас-Тора. Другой же имел честь трудиться на аналогичной должности у Ас-Лока.

Оба хорошо знали друг друга. Оба имели большой стаж работы. Оба доверяли друг другу в одинаковой степени. Обоим совершенно не нужно было называть собеседника по имени.

Противоподслушивающее заклинание было, разумеется, установлено. Сначала разговоры крутились вокруг меню. Собеседники дружно сошлись во мнении относительно телятины под восточным сметанным соусом. Несогласие проявилось о местном красном вине – один похвалил букет, другой посетовал, что погода в том году подвела. Но после того, как подали печёные яблоки под клюквой, тема беседы ушла от гастрономии.

– Не могу умолчать, коллега: итоги всего дела нас разочаровывают. И причину тому мы видим в ваших действиях.

– Не могли бы вы пояснить вашу позицию?

– Охотно это сделаю. У нас сложилось убеждение, что ваши крылатые подопечные нарушают известные конвенции, причём с помощью людей.

– Я с радостью выслушаю примеры таких нарушений.

– Извольте. Основное недовольство моё руководство проявляет относительно подразделения, руководимого пёстрым драконом. Именно оно является источником потерь, которые мы полагаем неприемлемыми, а также результатов боестолкновений. Эти действия вам, несомненно, известны.

– Безусловно. Это входит в круг моих обязанностей. Но признаюсь, что не усматриваю в случившемся ничего криминального.

– Речь не о самих драконах. Они применили заклинания, которыми не должны владеть.

Слово было сказано. Последовавшее изменение тона беседы мог бы услышать лишь человек с исключительным слухом или столь же исключительным опытом.

– Буду признателен, если вы перечислите предполагаемые нарушения.

– К вашим услугам. Для начала это заклинания льда. Они требуют сочетания школ огня и воды. Возникает подозрение, что то подразделение, о котором я вам говорил, получило амулеты.

– Если вы изучили биографию десятника, а я в этом не сомневаюсь, то должны знать, что он – универсал. Возможны и другие универсалы в том же подразделении.

– Я бы и согласился с этим доводом, но заклинаний было несколько. Для этого требуется либо незаурядная магическая сила, либо амулет. По силе все универсалы слабы, это широко известно. Мало того, по нашим данным, их вообще не включают в боевые подразделения. Следовательно, амулеты.

– Осмелюсь предположить, что ваши знания о драконах не отличаются полнотой. Лично я вполне допускаю существование универсала с магической силой выше среднего уровня. По людям вы должны знать, что этот параметр весьма сильно варьирует.

– Как раз опыт университета гласит, что люди-универсалы также слабы. Допустим, именно этот дракон является исключением. Однако имеются и другие примеры нарушения правил.

– Какие именно, позвольте узнать?

– Эти драконы слишком хорошо маневрируют. У наблюдателей создалось впечатление, что они начинают манёвр ещё до того, как их командир отдаёт соответствующий приказ. А отсюда недалеко до вывода, что драконы используют связь. Как вы знаете, этот вид магии вообще не работает без кристаллов. Следовательно, это подразделение получило амулеты.

– Напомню, что в школе их командир получал по тактике лишь «весьма похвально» и «превосходно». А умение маневрировать – неотъемлемая часть тактического искусства. Даже во время боевых действий пятнистый дракон находил время для интенсивных тренировок подчинённых, причём как раз в перестроениях. Другие десятники не уделяли этому ни минуты. Мои наблюдатели особо отметили, что некоторые знаки им ранее не были известны, следовательно, это изобретение нашего пёстрого командира. Не запрещено. – Последние два слова были произнесены особо твёрдо.

– Вынужден вас огорчить. Словосочетание «дракон-изобретатель» являет собой оксюморон. Вы в силу должности обязаны знать, что драконы не способны придумать ничего нового. Делаю вывод: если дракон всё же демонстрирует новинку, а этого вы не отрицаете, то усвоил её от человека. И нам очень хотелось бы, чтобы тот, кто снабжает драконов изобретениями, прекратил свою деятельность.

– Как раз по должности мне приходится иметь дело с драконами. Вот почему могу со всей ответственностью заявить: с политической точки зрения драконов вполне можно объявить недоразумными. Готов предположить, что кто-то в это искренне верит. Но со своей стороны могу твёрдо заявить: все элементы драконьей тактики ими же и придуманы. Я, например, не могу представить себе воздушный бой во всех тонкостях. А вы? Скорее я готов вообразить другое: тот, кто создал драконов, наделил их несколько более сильным разумом, чем предполагалось в планах.

– Хорошо. Допустим – допустим! – что вы правы и нам просто встретился редчайший образчик драконьего таланта. Но мы совершенно не желаем распространения его исключительных знаний среди других драконов. В противном случае будут приняты… адекватные меры.

– Это не понадобится. О прекращении военных действий вам должно быть уже известно, не так ли? Следовательно, пёстрый дракон сколько-то времени пробудет мирным обывателем. Да вот вам расчёт: через два года он, вероятнее всего, станет почтенным отцом семейства. Имею в виду, дракончики пойдут. Правила призыва драконов на военную службу вы знаете. Так что вашим магам не суждено будет схлестнуться с ним, возможно, ещё десяток лет, а то и больше. – Маг сделал паузу, разумеется, только для того, чтобы отправить в рот ломтик аппетитного печёного яблока. – В дополнение к сказанному могу вас уверить: никто из наших магов не давал драконам амулеты. Между прочим, моё высшее руководство было бы решительно против такого шага.

– У меня нет ни малейшего сомнения в благоразумии нашего великого противника. Но вы не избавили меня от подозрения, что кто-то из ваших магов мог начать собственную игру.

– Заставить вас отказаться от подозрений? Пресветлые силы! Подобное не в моих возможностях. Но и у меня, в свою очередь, зародилось подозрение, что тот, кто затеял эту игру, если, конечно, он вообще существует, может принадлежать к лагерю нашего великого оппонента.

Мы с Гиррой прилетели обратно. Разумеется, я спросил её об особенностях полей земли в той «огневой точке», которую мы обследовали. Ответ был именно тем, на который я рассчитывал: да, особенности можно уловить, но для этого требовалось тройка секунд неподвижности относительно этих полей. Вывод: применение наших методов разведки ограничено.

Несколько более тревожащим было упорное нежелание напарницы говорить на все другие темы. Это могло означать только одно: двуцветная дракона что-то обдумывает. Это «что-то» не нравилось заранее.

Ради правды надо заметить: мне и самому было над чем подумать. Любимая точка Ас-Тора представляла собой небольшой лакколит: под тонким слоем почвы какая-то изверженная порода. А вот Ас-Лок облюбовал себе холм, сложенный чисто осадочными породами. Эти две позиции навевали полностью различные мысли.

И ещё одна задачка ковырялась в мозгах. Драконы привязаны к Ас-Тору клятвой. Но один ли крючок существует? Или их несколько? А если так, что с ними делать?

Первый вопрос был самым трудным.

Глава 18

Женщины и дракони – сходство и различие

В воздухе витало ожидание. Но приказа отправляться по домам пока не было. Втайне я этому радовался: ещё не все дела были улажены. И, как всегда, сотник Рруг дал тому подтверждение.

На этот раз стиль «без чинов» был самоочевиден, тем более что никого другого из старших офицеров в штабной пещере не было. Да и тон сотника скорее подходил образу научного руководителя, чем боевого офицера.

– Вот что, Стурр, пробить для тебя чин полусотника не удалось. Зато получишь должность наставника. Официально те два десятка не будут тебе подчинены, но… лепи из них отряды по своему усмотрению. Учить будешь десятников, потом уж те будут тренировать по твоим указаниям…

С одной стороны, это звучало доказательством того, что о ключевой роли кристаллов Рруг всё ещё не осведомлён. С другой стороны, именно по этой причине мне нужны решительно все бойцы. И ещё имеются доводы в пользу участия всех подчинённых.

– …А Главному штабу знать об этом необязательно. Однако новой пещеры у тебя пока не будет. Впрочем, если ты женишься, тебе её дадут.

Насчёт штаба согласен полностью. А вот пещера… Тут вижу варианты. Но сейчас придётся возражать. И приложить все силы, чтобы возражения были убедительны.

– Рруг, за должность благодарю, но эту работу можно сделать лучше. Первое: мне понадобятся все воины, ибо только так я смогу гарантировать качество подготовки не десятников, а десятков. И не только качество, но и скорость. В случае… острой надобности у тебя в распоряжении будут десятки с известной степенью тренированности. Ты будешь, по крайней мере, знать, что от них можно получить.

Сотник заметно нахмурился. Его ответ, следует признать, был хорошо обоснован:

– Начну с того, что эта острая надобность мной не предвидится. И причины этого ты можешь хорошо представить…

Уел, что уж говорить. Кругом прав старший офицер.

– …А ещё: обучать двоих куда проще, чем если бы у тебя оказалось двадцать два ученика.

Но настаивать на своём надо.

– Рруг, ни тебе, ни мне не под силу предвидеть замыслы Великих. Но принять меры по достижению наивысшей возможной готовности подчинённых мне драконов – моя обязанность. Потом, согласен, что в течение года военные действия кажутся маловероятными. Ещё менее вероятно, что мы примем в них участие. Но вот другие десятки, старшего возраста, могут задействовать. И если дело у них пойдёт не так хорошо, то не исключаю, что и нас привлекут. Хотя бы для разведки. Что же до количества учеников – не забывай, обучать буду не один я. И ещё имею просьбу…

Гребень старшего офицера выразил лёгкое недовольство.

– …Мне понадобятся универсалы. Если сможешь найти, пусть даже без опыта, направляй ко мне. Прими во внимание: не исключаю наличие в тех двух десятках бездарностей. Хочу сказать, драконов, которые не смогут усвоить новые приёмы. Просто без надлежащих способностей. Может, необучаемых вовсе не найдётся, но уверенным быть нельзя.

– Ты хочешь, чтобы я перевёл таких в другие десятки?

– Да, но без личных обид. Наличие или отсутствие таланта – это от Пресветлых, а не от меня.

– Добро, ты меня убедил. Приказ насчёт обучения я отдам и предупрежу о возможности отчисления.

Показалось, что сотника порадовало моё равнодушие к жилищному вопросу. Но пещеру я так и так раздобуду. А вот первый шаг к достижению целей я сделал. Мне очень-очень нужны свои драконы. Способные. Преданные лично мне.

В пещере первого десятка

Фаррир был умён. И наблюдателен. Пожалуй, только аналитических способностей ему недоставало. Вот почему он не пришёл к нужным выводам.

С утра его супруга была явно беспокойна. Однако при этом она категорически отрицала предположение о боли в ранах.

После полудня объявили наконец о завтрашнем отлёте по домам. По этому случаю намечался праздник с выпивкой и танцами. И всё же Рриса тревожилась, а причина этого оставалась непонятной.

Не лететь на праздник не было никаких оснований. Молодые супруги даже обсудили предстоящие танцы. И вдруг дракона прервала разговор, а в глазах её блеснул откровенный страх.

– Фарр, разыщи Стурра. Скажи: я прошу прилететь к нам в пещеру по тому самому вопросу, который он знает. Добавь: дело срочное. Не бойся, я здорова. Но лети быстрее.

Слова прозвучали приказом, хотя Рриса никогда не злоупотребляла ролью главы семьи. А поскольку, как уже говорилось, Фаррир был умён, то в ответ он лишь утвердительно двинул гребнем и, не раскрывая крыльев, подскочил в воздух, вылетел из пещеры и устремился на поиски.

Настроение у полутысячи было, по-земному сказать, дембельское. Впрочем, не совсем так: в отсутствие военных действий демобилизуется лишь часть личного состава, остальным же ещё пахать и вкалывать. И это создаёт, скажем так, соответствующее настроение и у тех, и у других. А в нашем случае на службе оставляли лишь старших офицеров, да и то не всех. Тренировки, которым предстояло заниматься моим трём десяткам, – это всё же не полноценная служба.

Меня оторвали от песен, а не танцулек. Юные драконы, а как их ещё назвать, если все как есть недавно из школы, хотя уже успели повоевать, горланили балладу о предприимчивом молодом храбреце и драконе сомнительной нравственности. Слушательницы делали вид, что тематика им не нравится.

Фаррир прилетел на пятом куплете, и вид его сразу навеял мысли о чём-то неотложном. Так и оказалось.

– Стурр, Рриса просила немедленно прилететь к ней в пещеру по тому самому вопросу.

Гирра полоснула взглядом. Я ответил отрицательным жестом. Двуцветная подруга в очередной раз проявила проницательность: повернула голову к певцам и сделала вид, что её интересуют только изящество сюжета баллады вкупе с изысканностью исполнения.

Мы с Фарриром взвились на вертикаль одновременно. Лететь было совсем близко, и мне только-только хватило времени сообразить, что всё не так уж плохо. Но насколько серьёзна предстоящая работа?

Фиолетовая дракона встречала нас у входа. С первого же момента я понял: да, началось. Очень уж она показалась привлекательной, да чего там, просто соблазнительной! Действуют феромоны, и ещё как!

К теме я приступил без раскачки:

– Рриса, Фаррир, я сейчас постараюсь сделать так, чтобы у вас получилось более одного сирри. Ты ложись на подстилку, а ты стань у входа и никого не впускай. Сошлись на мой приказ. То, что я сейчас попытаюсь сделать, и будет моим подарком.

К счастью, драконы не знали те пошлые анекдоты, которые могли бы прийти в голову человеку в ответ на мою фразу. Из-за этой фривольной мысли мне с громадным трудом удалось удержать серьёзную мину на морде и гребне.

Сначала я подумал, что создатель драконов ограничил рождаемость, просто лимитировав число яйцеклеток у дракони до трёх, хотя явная биологическая нелепость данного варианта и казалась очевидной. Но механизм ограничения хоть и был топорно надёжен, но не на столь кардинальном уровне.

Не будь репродуктивная анатомия и физиология драконов принципиально сходна с человеческой, не справиться бы мне с задачей так быстро. Банальным методом исключения удалось относительно быстро вычленить «виновника» – одну железу, трижды за жизнь провоцирующую выброс гормонов и феромонов, вызывающий «крышеснос» у дракони, и позже преспокойно засыпавшую. Навсегда. Упомянутый же выброс подавлял резервированную систему предохранения у дракони. В обычном состоянии оболочка яйцеклетки была «непробиваемой», да ещё и яйцеклетка не могла прикрепиться. Думаю, Моана поморщилась бы от вопиющей неэлегантности метода, но отдала бы должное надёжности. Циклы задействовались стабильно аж до противности, ну а мозг отключался весьма качественно. Для дракони не «залететь» в особый период – ну… это надо быть Ррисой.

Создать конструкт оплодотворённой яйцеклетки мне, разумеется, было не под силу. И не надо. Достаточно снять защиту с трёх самых зрелых. Сил на это много не требовалось, но из-за отсутствия практического опыта пришлось долго и нудно следить за финальной стадией развития яйцеклеток (потом, конечно, циклы опять разойдутся, но это уже будет не важно). Так что навалившаяся усталость была следствием не магического истощения, а именно длительной работы.

Когда мой взгляд направился на вход в пещеру, то оказалось, что полностью стемнело. Это, выходит, я часа три тупо пялился на потоки? Три яйцеклетки оказались в результате готовыми к действию практически одновременно. Попутно пришла мысль, что выносить и родить тройню – дело не из простых, но эту проблему я оставил на потом. А с регулирующей железой вообще ничего не надо делать. Пусть себе засыпает.

– Рриса, разрешаю лететь, но обязательно с мужем.

Дракона расхохоталась, как будто я сказал невесть что смешное. Может, это мы с Фарриром молодые-незнающие, а Рисса в силу возраста знакома с аналогичными анекдотами, пусть и на драконий лад? Пока она сквозь всхлипывания и повизгивания пыталась успокоиться, я подозвал Фаррира, вкратце рассказал ему об итогах моей работы и велел сопровождать супругу. Та уже выдавливала из себя только полуистерические смешки.

– И последнее, ребята. Я тут использовал те самые шипы, понятно?

– Чего уж непонятного?! – Ответ адресовался мне, но глядел он на НЕЁ. Феромоны действовали, но не только они, уверен.

И молодые супруги рванули со всей молодой дури в чёрное небо, забыв поблагодарить. Впрочем, их извиняли обстоятельства.

Ну, ТЕПЕРЬ я могу оторваться от души? Праздник ведь! Но попозже… надо будет проконтролировать прикрепление. Как бы только поделикатнее это сделать, не заржав при этом? Ведь так и хочется рассказать им пару анекдотов своего мира по теме. «Не поймут, провинция-с».

У подножия жилого холма пили, отплясывали на земле и кувыркались в воздухе, вопили малорифмованные и даже вовсе не рифмованные песни. Пылали костры. Драконы веселились группками по трое-четверо. Были и парочки, но очень мало, причём они стремились улизнуть, не привлекая внимания. Мои куда-то подевались. Пить вино не хотелось абсолютно. Я был опоздавшим на этом празднике жизни.

Размышляя о судьбах мира и своей, я не заметил подошедшего со спины дракона, пока тот не стукнул меня (слегка) лапой по затылку. Это была Гирра, которую удалось узнать только по интонациям голоса: она зашла со стороны костра.

– Я ждала тебя. Как прошло это дельце?

Допрашивать не хотелось, но хоть как-то отреагировать было нужно.

– Кто проболтался? Рриса?

– Ага, как же! Она молчала, как будто не дракона вовсе. Кстати, её муженёк, думаю, тоже знал и тоже пасть не раскрывал. Я догадалась, зная тебя.

Во мне прорезалось вялое удивление.

– Ты не могла догадаться, не имея каких-то начальных данных.

– Э-э-э… я знала, как она порвала с… Ну, не важно. И многие дракони знали, но драконам не говорили. Тогда для неё это оказалось сильным ударом. Огромным потрясением. Оттого и пропустила первые два раза. А твои возможности я представляла.

– Ну и неправильно представляла. Они меньше.

– Расскажи это ящерице! Я тебя с первого класса знаю. Мало того что умеешь учиться, ты это и делаешь…

Ага, учусь. Большей частью у самого себя. Но если не предаваться самообману, то наставник ещё как нужен. Однако дракона ещё не закончила речь.

– …Так что давай полетим отсюда. Если по правде, мне охота выговориться. Честно-честно.

Умная соратница нашла чем заинтересовать. Ход её размышлений обо мне представлялся очень даже интересным. Однако свои мысли я собирался хорошенько припрятать.

– Давай. А куда?

– Да хоть на запад. Есть одна лощинка, там не дует и травка мягкая.

Мне подумалось, что я знаю это место, но вслух пошло:

– Валяй, показывай дорогу.

Ночью при облачном небе даже драконье зрение давало мало возможностей. Но Гирру я легко отслеживал по искажению воздушных потоков.

– Вот здесь.

Мы удобно разлеглись рядышком. Было и вправду мягко, почти как на подстилке.

Мне показалось, что место было не из самых удачных. Совсем недалеко тоже кто-то обосновался. Этот «кто-то» давал о себе знать то приглушённым хихиканьем, то невнятным монологом в рычаще-воркующих тонах. Кажется, там намечалось полное непротивление сторон.

– Не обращай внимания, они нас не видят и не слышат.

Несмотря на это оптимистическое заявление, моя человеческая составляющая чувствовала себя весьма некомфортно. Но Гирра, казалось, всецело была занята изложением своей (явно заранее продуманной) позиции.

– Всё началось ещё в первом классе. Ты мне понравился, потому что был самым маленьким…

Я мог позволить своей челюсти отвиснуть, поскольку всё равно заметить это было невозможно.

– …а такие дракончики просто обязаны стать умными, если хотят занять сколько-нибудь приличное место в классной иерархии. Это мне мама объяснила, хотя и другими словами. Как теперь понимаю, по развитию я была старше одноклассниц и ум уже тогда ценила, потому что в классе считалась некрасивой.

Тут уж я не выдержал:

– И неправда! Я сам думал иначе.

– Да неужели?

Мой ответ был вполне искренним:

– Я просто полагал тебя менее красивой, чем Фурра и Рройта. Вот.

– В самом деле? Спасибо… Я следила за твоими успехами… и твоими методами. И не только потому, что была влюб лена. Меня и в самом деле разбирал интерес. Своего рода упражнение для мозгов. Правда, я на тебя обиделась.

– Это за что же?

– А за то, что ты сразу не включил меня в свою команду. Каюсь, ревновала. Кстати, Суирра тоже хорошенькая, хотя и ехидина. Но потом я поняла, что ты в ещё большей степени старше, чем есть. Намного старше. И для тебя стройная шея или там длинный хвост просто не имеют значения…

А вот эти выводы стали тревожащими. Я в очередной раз мысленно поблагодарил темноту: при хорошем освещении собеседница сразу догадалась бы, что у меня на уме.

– …Ещё до окончания школы я поняла, что ты честолюбив. Это, в общем, нормально, но только особенным образом. А уж после твоего отказа от штабной должности всё стало ясно: у тебя есть очень дальний план, и ты им не хочешь делиться, имея на то причины…

И ещё какие веские причины! И опять же меня явно переоценивают: детали плана по сей момент не проработаны. Взгляд и нечто, не более того.

– …А ещё после разговоров с одноклассниками я поняла вот что: в твои планы включены не только члены твоей команды, но и твои родственники.

– Кхррргм?

– Тут ошибиться нельзя. Уж если ты так помог Ррисе, то и о жене позаботишься, и о брате с сестрой, и о своих сирри, и о племянниках…

Вот оно как аукнулось…

– …Короче, ты задумал нечто, в чём примет участие очень большое количество драконов. Мои догадки, сам понимаешь, чисто личные…

Мои подозрения стали стремительно превращаться в уверенность.

– …и я о них буду молчать, пока ты сам не разрешишь мне говорить.

Она знает, что я знаю, что она знает. И нам обоим нельзя ни слова сказать об этом. Никому и прежде всего – друг другу.

Умна моя одноклассница, ох как умна! Интересно, все дракони такие завзятые рационалистки? Или в этом отношении они отличаются от женщин? Пожалуй, нет, у Гирры сообразилка мощнее, чем у её подруг. Тут явно нужен статистический анализ.

Пока я предавался стратегическим и тактическим расчётам, тыльная сторона лапы Гирры прикоснулась к моей шее. Удивительное дело, но это нежное действие враз обострило слух, тем более что подруга замолчала. Наши соседи находились в состоянии консенсуса. Этот вывод я сделал из хорошо слышных ритмичных стонов. Мысль даже не успела оформиться, как из-за облаков показалась луна. Одновременно Гирра хихикнула очень эротическим образом. Совпадение, конечно, но случившуюся в тот момент реакцию моего организма она заметила превосходно. И действовать стала соответственно.

Я был несправедлив к дракони. Во многих отношениях они чувствуют и реагируют в точности как женщины. Ну, похоже, по крайней мере.

Моя дракона, отдышавшись, намурлыкала мне комплименты. Они были не вполне заслуженными – часть приёмов я заимствовал из прошлой жизни.

В двух милях к северо-западу от пещеры первого десятка

– Так что, у нас и вправду появятся сразу трое?

– Судя по твоим усилиям, да.

– Ну, ты тоже старалась.

Фаррир переместил хвост самым неприличным образом. Но Рриса не поддержала поползновения мужа.

– На самом деле выносить тройню – не просто, а уж родить… Бывают осложнения даже с одним. – Рриса вспомнила троюродную сестру бабушки, у которой родилась мёртвая драконочка, но из суеверия не стала говорить об этом вслух.

– Командир и тут может помочь.

– Может. Если захочет.

– Ты его не знаешь. – Уверенности в голосе молодого дракона хватило бы на пятерых. – Уж коль на то пошло, во-первых, он всегда держит слово, притом чаще всего делает больше, чем обещал.

– А он нам ничего не обещал.

– Ладно, тогда получи во-вторых. У него негласное правило: своих никогда не бросать. Ты сама вспомни: на разборе полётов тебе влетело по первое число. Согарру хоть бы словечко ругательное досталось, а почему? Потому, что он тебя спасал – и спас, между прочим.

– Положим, это ты меня тащил.

– Положим, по приказу Согарра.

– Уверена, что не только приказ был причиной.

Хвосты парочки использовали паузу в разговоре для кокетливых действий. Хозяева их прикидывались, что эти части тел действуют совершенно самостоятельно.

Ррисе пришла неожиданная мысль, она резко подняла голову:

– Слушай, а твои родители знают?

– Нет, конечно. Откуда?

– Тогда надо завтра к ним с самого утра лететь.

– Выходит, ты своим уже сообщила?

– Тоже нет. Но твои должны узнать первыми. Я хочу выказать уважение.

Слова были произнесены с задней мыслью. Умная Рриса прекрасно представляла себе реакцию драконьей пары, сын которой привёл представлять невестку на шесть лет себя старше.

Фаррир же понял реплику супруги буквально:

– Это ты хорошо придумала. А потом к твоим. Нет, сначала заявку на отдельную пещеру.

Фиолетовый гребень скептически шевельнулся.

– Сомневаюсь, что дадут большую. Хочу сказать, такую, чтоб просторно и нам, и сирри…

– Да пусть небольшую. Командир поможет её расширить.

– Ты думаешь, он и это для нас сделает?

– Да, если я попрошу. То есть мы попросим.

– А сможет?

– Он-то? Запросто! Особенно если Фиорра подключится, да и остальной десяток. А потом мы ему поможем.

От этих слов впала бы в задумчивость и менее проницательная дракона. То, что скромница Фиорра по специализации универсал, Рриса уже знала. О Стурре – тем более. Удивительно другое: оба слабосильными не являлись. А ещё более удивительно, что Стурр, имея все возможности стать полноценным магом земли, всё же пустился на поиски счастья в хлопотной и не особо выигрышной должности десятника. Почему? Ведь способности в магии земли – залог более чем достойной карьеры.

Общеизвестно, что специализация дракона – вещь врождённая, её нельзя изменить или, того хлеще, дополнить. Рриса тоже это знала. А Стурр не знал, выходит? И что-то такое сделал с десятком, отчего те…

Фиолетовый хвост тревожно дёрнулся. Вслух же его хозяйка поспешила объявить:

– Полетели в пещеру. Завтра нам и к твоим и к моим, да ещё насчёт новой пещеры… Дел хватит.

Втайне от супруга Рриса составила себе план: перед сном ещё раз как следует обдумать ситуацию, она того стоила. Но замысел провалился: дракона, улёгшись на подстилку, тут же заснула.

Глава 19

Возвращение к старому на новый уровень

Плохой я командир эскадрильи – разрешил подчинённым выспаться. А надо было поднять их с рассветом или даже раньше.

При пробуждении последовал приказ:

– Значит, так, братцы-сестрицы. Быстро утренний туалет, потом завтрак, а затем к целителям. Сегодня же отбываем домой. А завтра через два часа после восхода солнца всем быть у входа в мою пещеру.

В столовой мне попались командиры второго и третьего десятков. Они уже знали об обучении. Но я предполагал начать его позже. На то были объективные причины.

В пещере целителей меня ждали сюрпризы.

– Десятник Стурр, для вас хорошие новости. Но сначала разрешите осмотр…

Результат я бы мог предсказать заранее. Чешуя на прошедших лечение Хьярре и Таррике отрастала быстрее, чем на всех остальных, но уловить разницу мог лишь тот, у кого было драконье зрение. Однако работники медицины казались вполне довольными.

– Мы так и думали. Вот почему предлагаем новое лечение. Сударь десятник, на этот раз вы первый.

Заготовленная мазь была светлее первой и с ещё более противным запахом. Впрочем, на сей счёт все помалкивали.

Целители работали профессионально, и через час медобработка закончилась.

– Ну вот, теперь старайтесь ни к чему не прикасаться поражёнными участками в течение пары часов.

Сколь ни велик был мой скепсис в отношении этого лечения, учтивость надлежало соблюдать.

– Благодарю вас, мудрые.

Отдать справедливость золотистому Сиррону, в его ответе звучала любознательность учёного, а не спесь высокообразованного перед неучем.

– Это был наш долг. Не откажите в любезности, сударь десятник, дайте нам знать об эффективности этой мази.

– Разумеется, мудрый. Приятных полётов.

– И вам.

Мы с Гиррой уговорились о свидании завтра. А пока что нас ждали родные.

Почему-то сразу бросилась в глаза чуть изменившаяся фигура невестки Дирры. Это было причиной начать расспросы первым.

– Мам, пап, скорее же расскажите новости!

– О, у нас большие и радостные новости. Первая из них: ты вернулся…

– И подрос в чине, – не преминул вставить отец.

– Ну, я об этом ещё расскажу, но как тут вы, и Ррума, и Саррод?

– Он сейчас улетел заявить о необходимости пещеры для своей семьи. Думаю, скоро твой брат отделится. Ррума только-только собирается замуж. А твой двоюродный брат…

Пока родители выкладывали новости, я во все глаза глядел на их состояние. Потоки просмотреть было бы затруднительно: для этого требовалось и подойти ближе, и как следует сосредоточиться. На отце не все чешуйки уцелели, с полдесятка успели вырасти лишь в половину нормального размера. Не похоже на след от «Красной сети», скорее, папе довелось сцепиться с «серыми ястребами». И на коже шрам от неглубокой раны… На маме все чешуйки были родными, но на нескольких виднелась длинная, глубокая царапина – всё ясно, мазнули когтем, но это не опасно. А ещё на отце красовались полторы полоски. Полусотник, стало быть.

Во время рассказа прилетела заметно изменившаяся сестричка. На площадку у входа села на вид вполне взрослая дракона, но обрадовалась вполне по-девчачьи:

– Ой, Стурр, ты вернулся! Как хорошо! Постой, а почему у тебя не хватает чешуи здесь… и здесь…

Я небрежно шевельнул хвостом:

– Мы с доктором магии смерти схлестнулись, было дело. Это я потом расскажу. Сначала хочу послушать вас.

Я слушал. Потом слушали меня. Потом сделали перерыв, и отец торжественно выставил здоровенного сома. Мама же с хитрым видом выложила на лист лопуха горсточку лесных орехов. Уже было темно, когда отец задал главный вопрос:

– Что ты планируешь делать дальше?

– Мне дали поручение… – И я рассказал о трёх десятках особого назначения. Закончилось моё повествование так: – Как видите, эти умения помогли нам выйти без единой потери убитыми. Их я и хочу передать моим воинам. Больше того, хочу, чтобы и вы двое научились тому же.

Наступило длительное молчание. Брат, невестка и сестра обменялись понимающими взглядами. Они явно прокачали ситуацию: в течение лет пяти-шести им воевать не суждено. Отец двинул гребнем в мамину сторону, и та заговорила:

– Я тебе верю, сынок. Ты и вправду очень умный, но… обучаться у тебя я не буду.

Последовала ещё одна пауза. Будучи уверен, что мне всё объяснят, я терпеливо ждал и дождался.

– Ты сам видишь, я как была воином, так им и осталась. Даже если ты обучишь меня тому, что сам знаешь и умеешь, всё равно я не смогу применить всё это. Приказ есть приказ, уж тебе это известно. И если мне прикажут атаковать «серых ястребов», будь уверен, я так и поступлю.

Родственники не сказали ни слова, но их молчаливое согласие навалилось на меня такой глыбищей, что сразу стало понятно: сейчас спорить бесполезно. Ничего доказать не удастся.

Я посмотрел на отца:

– Но ты-то полусотник! Ты мог бы…

Тот прервал меня, но голос его звучал с удивительной теплотой:

– Нет, не могу. Ты, сын, получил приказ формировать свои десятки и обучать их. Они твои. А у меня сейчас в подчинении никого нет. А когда появятся, то времени на учёбу не будет. Если даже ты меня обучишь своим приёмам, и я ими воспользуюсь, чтобы выйти из боя без моей полусотни, – какой же из меня тогда командир?

Вопрос, конечно, риторический. Но из него следует другой: какой же из меня руководитель, если не могу убедить самых близких мне драконов в собственной правоте? Ладно, попробуем ещё.

– Мам, пап, я не призываю вас немедленно согласиться. Я только хочу, чтобы вы хорошенько подумали. Лишь обещайте мне это. Большего не попрошу…

Я был красноречив и убедителен, как стоматолог, раскалывающий пациента на постановку имплантов. Но даже дантистам это не всегда удаётся.

В доме доктора Менгеля

Доктор магии смерти получил возможность наконец вплотную заняться своими научными достижениями. На беготню по университету и оформление нужных для защиты диссертации бумаг ушёл целый день, а предстоит ещё вдесятеро больше. И вполне приличный ужин вкупе с заслуженным вечерним отдыхом не остановил поток мыслей учёного. Более того, Менгель впал в ересь: попытался представить себе ход мыслей и действий Великого.

Допустим, военные действия снова начнутся через два года. Следовательно, хитроумный пятнистый дракон НЕ будет участвовать в них. Значит ли это, что в ход пойдут другие десятки, обученные по таким же методам? Вряд ли, у пятнистого по семейным обстоятельствам не будет много времени на преподавательскую работу. Да и у других десятков из молодых тоже. Получается, действия Ас-Тора поддержат драконы, не способные на столь изощрённое противодействие магии смерти, которое с таким успехом продемонстрировал этот юный умник. Что отсюда вытекает? А то, что массовое применение магии смерти может нанести серьёзный удар по драконам вообще. Что для этого нужно? Самое простое: раздать большое количество амулетов, рассчитанных на применение заклинания «Серый капитан». Или «Серые брызги». Однако Великий может не пойти на получение их не-магами… Стоп. А кто сказал, что получить должны именно не-маги? Наоборот, как раз маги наилучшим способом распорядятся этим оружием. Высокие ранги для этого не нужны, хватит бакалавров. Оправы, конечно, понадобятся. А сколько амулетов вообще нужно?

Менгель напряг память. Он не смог вспомнить ни единого случая, когда наступление при поддержке драконов развивалось бы на участке длиной более двадцати пяти миль. Обычно же полоса прорыва составляла десять миль, не больше, а участвовала в этом полутысяча драконов. То есть сотни амулетов достаточно. Пусть даже сто пятьдесят. Дешёвых. Одноразовых. Рассчитанных на запуск пятнадцати «ястребов» – это уровень лиценциата. Хватит с запасом, чтобы уничтожить треть, а то и половину воздушных сил Ас-Тора. Такой силе даже пятнистый не смог бы противостоять. Нет, не так: амулеты должны давать и «Серые брызги».

Менгель схватил перо и уверенно записал свои намётки. Ему было понятно, ЧТО надо делать. Теперь стоило подумать, КАК это сделать.

В первую очередь было очевидно: с этой идеей выходить на уровень Великого преждевременно, а скорее невозможно. Даже если бы докторская уже прошла защиту, и тогда не стоило бы. То есть надо действовать через кого-то. Кого?

После нескольких минут напряжённого раздумья маг смерти понял: начинать надо с низкого уровня. Вот, скажем, Каншен. Не велик стратег. Не особо хитроумный тактик. Зато сразу оценит, насколько внезапным для противника можно сделать применение такого оружия. Решено: на этой же неделе устроить встречу с начальником контрразведки.

С утра я собрал весь мой десяток, включая Ррису.

– Вот что, ребята, пора вам знать о делах, которые предстоят.

Кто-то мысленно удивился. Кто-то согласился. Кто-то навострил слух. И абсолютно все постарались спрятать эмоции поглубже.

– К нам на учёбу попадут десятки Слирра и Гъярра. Второй десяток будет на Суирре. Третий обучать будет Фаррир. Сразу предупреждаю: не всем повезёт. Имею в виду, не все окажутся способными к наукам, которые вы уже постигли. Помните: из-за неправильных действий одного могут погибнуть многие, а это нам не нужно. Отчислять буду без жалости. Это значит, что во втором и третьем десятках появятся новички, которым придётся ещё хуже: «старики» хотя бы освоили маневрирование без крыльев.

Последовали жесты понимания.

– Однако! – Этим словом нужная степень внимания была достигнута. – Всем воинам из новых десятков понадобятся со временем браслеты. Также тебе, Рриса. Достать их – это будет задача не для меня одного. Золото пока есть, но потребуется больше. То же и с кристаллами.

Пока что никаких возражений.

– Но не думайте, что вам предстоит лишь командовать. Совершенно не так: вам предстоит учиться новому. Знаю, о чём вы не говорите: нас, мол, этим не запугать. И не собираюсь. Это просто честное предупреждение. Будете изучать магию жизни, самые основы, естественно, только для того, чтобы оказать первую помощь себе или товарищу. Поверьте, это раз в пятьдесят меньше того, что я сам знаю, и раз в пятьсот меньше того, что надо бы знать, но у нас с вами нет времени.

На сей раз некоторые гребни открыто выразили скепсис. Такое надо было пресечь.

– Вы наверняка подумали, что нашим десяткам в ближайшее время воевать не придётся. Я первым буду радоваться, если так и случится. Но готовность должна быть. Мы – самые лучшие…

Это высказывание вызвало самое горячее и открытое одобрение.

– …а должны быть ещё лучше.

На сей раз поддержки не было, но и расхождение во мнениях не проявилось.

– …Поэтому план действий такой. Я знаю, что в ближайшее время появятся супружеские пары – одна уже есть, – а ещё через год и мелкие члены семьи добавятся. Времени будет мало. Его и сейчас недостаёт. Поэтому пока что занятия со вторым и третьим десятками два раза в неделю. Где – на ваше усмотрение. Занятия с первым десятком буду вести лично я, тоже два раза в неделю. Суирра, Фаррир – за вами план занятий для второго и третьего десятков. Обязательно учесть, что браслеты будут не сразу, а хорошо, если через пару недель. На вас же извещение Слирра и Гъярра. – Последовал ещё ряд указаний, а затем стандартное: – Всем всё ясно? Тогда свободны. А вы, Согарр и Гирра, останьтесь.

Думаю, все всё поняли правильно: Согарр номинально помощник десятника, а фактически командир первого десятка; Гирра – не просто любовница командира (уверен, что об этом все знают), но ещё дракона, посвящённая в дела разведки и контрразведки.

– Вот что, ребята, нам понадобится информация, причём от людей. Есть недостоверные данные, что через два года боевые действия начнутся снова. И нас они могут коснуться. Не спрашивайте как, я и сам точно не знаю. Придётся входить в контакты с людьми. Ну и с драконами, понятно. С людьми – дело трудное, но… короче, очень нужное. Полагаю, это частично будет на тебе, Гирра. А насчёт драконов – тут я, возможно, сумею помочь.

Тут прорвались вопросы:

– Почему именно на мне?

– А какого вида помощь?

– Вот почему: мой главный контакт среди людей – молодая женщина. Не знаю, замужем она или нет, но уверен, что дракона сможет лучше с ней поговорить, чем, скажем, я или Согарр. Найдутся… кхгррр… общие темы. А тебе будет помощь вот какая: я попытаюсь создать особого вида вино. Увидишь, оно всем понравится. А ещё научу тебя, как сначала выпить, а потом очень быстро протрезветь.

Гирра не сдержалась:

– Ух ты! Я тоже так хочу.

– Согарру нужнее. Ты же не станешь пить с человеческой женщиной, верно?

– Зато с человеческими мужчинами смогла бы.

– Ишь, чего задумала! А вдруг я ревнивый?

Судя по громкости хохота, эти двое посчитали мои слова за необычайно остроумную шутку.

Разговор на этом закончился. Мы все разлетелись в разные стороны. Свидание с Гиррой в сугубо личных целях назначено ближе к закату, значит, есть возможность подумать.

Дракона не соврала, когда сказала, что влюблена в меня. А как насчёт меня?

Не след перед самим собой вертеть хвостом: она мне тоже нравится. Никакой там безумной страсти, но… Если примерять на себя роль вождя, то о бурных чувствах надо забыть.

Всё могут короли… но…

Значит, брак по расчёту. А расчёт показывает, что моя сероглазая подруга кругом права. Никого лучше я из ближайшего круга не найду. К тому же долго искать некогда – пока буду этим заниматься, все подходящие кандидатуры выскочат замуж, чай, не люди, а дракони. Кретинское ощущение, не встречавшееся раньше: ни разу женщина не делала мне предложения. Но делать нечего, сегодня же скажу Гирре, что согласен. А уж смотрины перед родителями можно и отложить.

На следующий день я вспомнил оставшийся за мной должок. И полетел к дяде Кнарру. Выглядел он очень неплохо. Изменения в потоках существовали, конечно, но не казались угрожающими. Мне стоило чуть возгордиться, всё же моя работа. И уж точно ум дядюшки не утратил остроты. Допрашивал он меня изобретательно, со всем тщанием. А уж его аналитические выкладки были совершенно нетривиальны.

– Мне жаль тебя, племянник.

–?

– Через два года ты, вероятно, потеряешь родителей. Да-да, ты не ослышался. Из того, что ты здесь наговорил, могу сделать вывод: Ас-Лок нарабатывает методы магии смерти – так ведь ты её назвал? – как средства борьбы с драконами. Ещё один вывод: из всего командного состава только ты сам и твой сотник полностью осознали, насколько она может быть опасной. Даже если ты натренируешь три десятка, они, будучи твоими однолетками, в бой через два года не пойдут. А других подготовленных бойцов у Ас-Тора не будет, потому что никто не спешит перенимать твой боевой опыт. В бой пойдёт предыдущее поколение драконов… Мне надо продолжать?

Крыть было нечем. А старый дракон хладнокровно продолжал:

– Родители и те не поддержали твои идеи. Иначе ты мне сказал бы. Что на это ответишь?

И опять аргументов не нашлось. Точнее, поспорить-то можно, но все мои доводы проходили под грифом секретности. Даже дяде знать о них совершенно не нужно. А тот вдруг заговорил совсем о другом:

– Кстати: как её зовут?

Собеседник мог догадаться о наличии у меня барышни, зная мой возраст. Но зачем ему спрашивать имя?

– Гирра, дочь Инарра.

– Как же, знавал её отца. Красавица?

– Она умница.

Глаза цвета высокохромистой стали так и впились в меня.

– Значит, умница?

– Да.

– Очень умна?

– Очень.

– Хотел бы я с ней познакомиться. Прилетайте вдвоём.

– Думаю, она почтёт за честь. Обязательно прилетим, дядя Кнарр.

Как я ни старался, так и не смог придумать внятного объяснения вопросам и приглашению. А представить, что они лишь дань вежливости, и после трёх кувшинов вина было совершенно невозможно. Именно в этот момент во мне возникло твёрдое решение: дядюшку обязательно надлежит брать в команду, пусть даже не сию минуту. Не попытаться использовать такой мощный аналитический ум – это надо самому быть полным дураком.

Интересно, согласится ли на это предложение Кнарр? Надеюсь, вдвоём с Гиррой мы его уговорим.

В деревенской кузнице

Кузнец Сарир полагал себя умным человеком. Наступил как раз такой момент, когда ум пришлось напрячь. Ситуация требовала. По всем признакам, Мирута собралась замуж. Ни один отец взрослой дочери не счёл бы такое событие ординарным.

Нельзя сказать, что жених не нравился будущему тестю. Скорее наоборот: совладелец солидного дела (зерноторговец), с хорошей репутацией. К тому же явно влюблённый. Но, к сожалению, в этом кувшине вина плавали соринки.

Торговый дом «Тибур-ос и сын» располагался в городе. Следовательно, молодой жене предстоял переезд. И кузнец крепко задумался: не стоит ли последовать этому примеру?

Вроде на то имелись достаточные причины. Торговля кристаллами давала пусть и не регулярный, но очень приличный доход. Во всяком случае, кузница приносила намного меньше. Мало того, в дело были вложены немалые деньги: два золотых и десять сребреников. Именно в эту сумму кузнецу обошлась книга о кристаллах, которую он купил, рассмотрел в ней все картинки и даже прочитал пояснения к ним.

Но были соображения против такого решения. Их источник заключался в случайно услышанном трактирном разговоре. Слухи, конечно, но очень тревожащие. Проверять же правдивость их совсем не хотелось, и меньше всего – на самом себе.

Что можно сделать?

На миг кузнеца посетила идея поставить в известность власти. Скажем, стражу. Но моментально всплыло другое соображение: если сказанное окажется правдой, то стража и так обязательно узнает об этом. А вот если нет – он, Сарир, будет выглядеть полным дураком. И вариант оказался отодвинутым в сторону.

И тут потенциальному купцу пришла в голову счастливая мысль. Об этих слухах надо рассказать Динозаврру, и пусть он думает, что делать. Если трактирный разговор окажется пустым, так дракон ничего не потеряет. Если нет – удачливый, умный и, чего уж кривить душой, достаточно могущественный торговый партнёр может что-то изобрести. А вот если и ему ничего не удастся сделать… тогда идею о торговле кристаллами надо будет выкинуть из головы.

Кроме того, в трактире много обсуждали окончание военных действий, причём сразу за несколькими столами. Вот эти сведения можно считать надёжными. Значит, Динозаврр должен вернуться к себе в пещеру, если в ходе войны уцелел, конечно.

Надо попытаться связаться с молодым драконом.

И Сарир стал обдумывать, как это лучше сделать. Оставить в лесу записку на видном месте? Вполне возможно, но владеет ли Динозаврр грамотой? Наверное, да: ведь он же составлял чертежи и ставил на них размеры, то есть цифры знает. Сегодня же надо дать поручение младшему. Завтра записка уже будет висеть… Впрочем, нет. Сначала её надо составить. И составить по-умному: так, чтобы посторонний ни о чём не догадался.

Глава 20

Новые игроки

Пожалуй, насчёт золота я погорячился: осень на носу, вода холодная, промывать трудно. Обождём до следующего лета. Но кристаллы – другое дело. А ещё того прежде браслеты. Значит, потормошу контрагентов. И ближе к полудню я пошёл ножками в ту часть леса, где высока вероятность встречи с Мирутой или кем-то из её семейства. Лететь не следовало – незачем привлекать внимание.

Мне повезло. К опушке со стороны деревни шёл давний знакомый, Пик, младший член семейства кузнеца. Или Пикор. Парнишка удивительным образом не подрос и даже не особо раздался в плечах, но вот лицо сделалось другим. Остались светлые прямые волосы и серые глаза, остался внимательный и чуть любопытный взгляд, но появился налёт взрослости. Нет даже намёка на улыбку. Молодой человек стал очень деловитым. Или настороженным?

Речь также сделалась солиднее:

– Доброго вам дня, господин Динозаврр. Я как раз вас ищу. Велено передать вам записку.

– И тебе. Давай её сюда.

Написано было корявым почерком и с ошибками, но понятно: «Тоже место тоже время к». Значит, кузнец хочет личной встречи. Похоже, в кузнице появился запашок жареного, и притом не шашлыка.

– На словах что-либо передавать велели?

– Не.

– А какие вообще новости?

– Ну… Вот сестра замуж скоро выходит.

– В самом деле? А кто её жених?

– Он богатый, зерном торгует, но без чванства. Вежливо разговаривает. А ещё он Мире ботинки красивые подарил и цепочку серебряную, да когда у нас в гостях был, так принёс сладких булочек, они были сверху розовые и белые. Мы таких не ели никогда. Либур его зовут.

– А живёт он где?

– Да там же, где его отец Тибур-ос, он тоже зерноторговец. Дом пребольшой, в нём пять кузниц поместятся, и ещё останется.

То есть молодая жена станет жить в городе. А ведь мне это на руку.

– Ну, тогда скажи отправителю, что я, мол, согласен, но буду не один.

Любопытство проявилось лишь в мимике. Года четыре назад Пик, без сомнения, постарался бы выяснить полный состав предполагаемой драконьей делегации, но сейчас бывший мальчишка, а ныне почти что молодой человек ограничился вежливым наклоном головы: дескать, принимаю к сведению.

За остаток дня и утро следующего я только и успел, что выслушать Согарра и дать ему распоряжения, представить Гирру моим родителям и научить её, как отбивать драконий запах пихтой. Нам было пора на свидание.

Кузнец почти не изменился, разве только число морщинок на лбу прибавилось. Ещё я отметил, что соприкосновение с городской жизнью малость пообтесало нашего визави. Он ничем не выказал удивления при виде моей молодой супруги, а его речь практически полностью соответствовала требованиям этикета.

– Доброго вам дня, глубокочтимый Динозаврр, и вам, глубокочтимая.

Совсем небольшая маскировка не повредит.

– И вам. Познакомьтесь, это моя жена Диатррима. А это уважаемый негоциант Сарир.

Немудрящая лесть подействовала. Кузнец разрешил себе намёк на улыбку.

– Мы с Диатрримой внимательно вас слушаем.

– Вот что вы должны знать, глубокочтимые…

Новости были не из рядовых. В окрестностях появились необычные и неуловимые разбойники. Они орудовали большей частью на дорогах. Почему-то отнимали у проезжих не все деньги, а лишь небольшую часть. Материальные ценности вовсе не трогали, но изымали все кристаллы. До смертоубийства не доходило, поэтому власти долгое время оставались в неведении относительно шайки. Но совсем недавно они сменили образ действий.

– Они обложили соседские деревни данью, только до нас ещё не дошли. Хотя одновременно даже помогают. Вон когда запруду у мельника на Белоречке прорвало, так её один из них починил; опять же лечат людей иногда. Если и не все маги, то уж большая часть верно они и есть. Но это я к тому, что кристаллы перевозить теперь без толку, от них и не спрячешь нигде, враз узнают…

Маг разума работает. Пока я думал, встряла Гирра:

– Запруду починили магией земли?

– Ну, магией, так люди говорят, а какой – не знаю.

– А чем людей лечили?

– Да вроде как наша старая Малика: отвары там всякие, да мази, да корешки сушёные. И не драл этот лекарь, цены людские.

Всё ясно, начальник банды – или группы, или отряда – прибирает к цепким лапкам ресурсы. Феодалом хочет заделаться. Но есть ещё момент неясного свойства…

– Велика ли дань?

– По пяти медяков с носа в месяц. Не считая кристаллов, естественно.

Картинка прямо на глазах складывалась, и чем дальше, тем интересней. Но проверить не мешает.

– Дань кристаллами – это по сколько штук в месяц?

– Ни по сколько. Всё выгребают подчистую.

– И платят за них?

– Хреново платят… извините за словцо, глубокочтимая… раз этак в пять меньше рыночной цены. Ну, это, может, и привирают, но уж точно не щедро.

– И что же, на дорогах совсем теперь не безобразничают?

– Совсем наоборот. Проверяют. Ежели с кристаллами, то отбирают за так, ну а товар провозить можно, хоть железо, хоть зерно, хоть пеньку. И денег не отбирают.

Дисциплина, похоже, на высоте.

– А какими кристаллами в этих краях можно разжиться? Сарир приосанился:

– Наши-то в камнях всяких не особо разбираются, а я так знаю. Книгу умную купил, с картинками. Попадается здесь кварц: и совсем бесцветный есть, и лиловый. Жёлтый тож. Да и розовый. Потом, бывает, что красные гранаты находят. Или… эти… пунпурные. – Слово явно было заимствовано из умной книги. – Малиновые турмалины опять же. Сосед раз редкий чёрный турмалин нашёл, вот такой. – Кузнец отмерил на ногте примерно сантиметр. – А каких других здесь и нету. Вблизи нашей деревни нет, хочу сказать. А за прочие не отвечаю.

И тут Гирра снова удивила. Почти нежным и уж точно вкрадчивым голосом она заметила:

– Очень интересно. А где вы слышали об ограблении и о налогах?

– В трактире, известно дело.

Мне же в голову пришла конструктивная идея.

– Скажите, уважаемый, а незаметно можно пробраться в город?

– Ну да, верхом ежели, а на телеге так по нашим чащобам не проехать.

– У меня будет к вам заказ. Помните те бронзовые браслеты, что вы нам устроили?

– Как же, отменно помню.

– Таких мне нужно от вас двадцать три штуки. Я бы дал вам три золотых кругляшка, этого должно хватить с избытком. Вся сдача ваша. Проблема в том, как доставить плату мастеру безопасным способом. Завтра встречаемся здесь же, если не возражаете. К этому моменту, надеюсь, уже будет план. Поверьте, я не желаю, чтобы вы или кто-либо из вашего семейства подвергался хотя бы малейшему риску.

В здании службы дознавателей

Господин старший дознаватель пребывал в настороженности, недоумении, а потому и в недовольстве. Дело было по всем статьям необычным.

Торговый дом многоуважаемого купца Рафал-ара подвергся ограблению. Дело было ночью, и никого, кроме охранников, в торговом помещении не было. Преступники в неустановленном числе нейтрализовали охрану воздействием магии жизни. Уже этого одного хватило бы через голову для выделения дела в особое производство. Целью ограбления были, возможно, высококачественные кристаллы, именно их выгребли в первую очередь. Воры проявили чуть большую разборчивость в отношении дешёвки, совокупная стоимость которой едва ли равнялась цене одного первоклассного кристалла. Впрочем, часть дешёвых кристаллов была взята, но, вероятно, преступникам было просто некогда отвлекаться на заведомо скудную добычу. Заодно очистили кассу; впрочем, как раз в тот день денег в ней было даже меньше обычного.

Указанная странность оказалась далеко не единственной. Почему-то охранников оставили в живых, хотя один из них успел разглядеть налётчиков. Впрочем, толку от этого не было: никаких особых примет, все лица в масках. И ещё одно: замки вскрывались с необыкновенной, даже подозрительной лёгкостью. Это наводило на мысль о телемаге высокого уровня.

Меры по розыску были едва ли не стандартными: проверка всех мест, где торгуют высокоценными кристаллами. Именно такое распоряжение и было отдано. Но чутьё старшего дознавателя, благодаря которому он и достиг своей должности, подсказывало: это направление поисков окажется пустым. Попытку отслеживания дешёвых кристаллов любой из сотрудников службы дознавателей счёл бы ещё более пустым занятием – и справедливо. Существовала ещё очень малая вероятность, что грабители по неопытности начнут швыряться деньгами, на чём и сгорят. Значит, предстоит опрос осведомителей.

Больше делать было нечего: сеть закинута, надо ждать. К сожалению, догадок и версий, как всегда, больше, чем фактов.

Мы с моей драконой уселись на лысом склоне подальше от любопытных глаз и ушей.

– Ну, что скажешь?

– К тебе обращались…

– Верно, я назвал себя именем Динозаврр.

– Оно не драконье.

– Так и есть. Когда-то существовали громадные звери, очень дальние родственники драконов. Вроде без разума, но силы у них было немерено. Самые большие были громадинами раза в три длиннее тебя. Их и звали динозаврами.

Я не знал, существовал ли мезозойский период в истории Маэры, об этом не было никакой информации.

Вопрос о своём оперативном псевдониме Гирра не подняла, лишь энергично продолжила:

– Трактир – это, как понимаю, место, где люди покупают еду за золото и едят, верно?

– Ну, не обязательно за золото, платить можно серебряными и медными деньгами. Но ты думаешь правильно. Сверх того, люди там ещё обмениваются новостями.

– Ты же сам говорил, что информацию по одному источнику трудно оценить.

– Имеешь в виду, её надо проверить? Согласен, но как?

Супруга задумчиво свернула хвост в кольцо.

– Я бы слетала вдоль дороги. Надо определить, есть там группы, проверяющие проезжих. Риска никакого, если лететь достаточно высоко.

– Добро, но только лететь придётся мне одному. Даже если одиночку заметят, не придадут значения, а вот группа драконов – дело другое, могут начать интересоваться. Выйдут на руководство, а оно вычислит нас очень быстро.

Собеседница тревожно двинула гребнем, но я опередил её реакцию:

– Меня они, вполне возможно, и вовсе не заметят. Пост слежения, скорее всего, будет на господствующей высоте, внимание устремлено на объекты, которые внизу. А на небо с какой стати глазеть? Незачем.

– Ну, допустим…

Разведка доказала мою правоту. Драконье зрение не подвело: двое наблюдателей обнаружились по дороге в город, но было местечко между ними и городской заставой, где товар или деньги можно было бы перегрузить, не привлекая внимания. План обрёл все детали, когда я ещё находился в воздухе.

Но оставалось ещё неотложное дело: выступление перед вторым и третьим десятками. Будущие наставники привели всех кандидатов на удобную площадку метров на тридцать ниже входа в мою пещеру. Предстояла агитация.

– Вот что, ребята, вы все видели, на что способны воины из первого десятка. Они учились долго, четыре года. Я могу обучить вас тому же самому. Кое-что вы уже умеете, но…

Результат моего выступления оказался предвидимым. Наиболее ярко его высказала самым скандальным и склочным голосом Торрка, дракона из второго десятка:

– Это что ж, выходит, что четыре года мне будет двойная нагрузка? Мало заботы о муже и сирри, так ты ещё навесишь? А что мы трудились, не складывая крыльев, во время военных действий, пока другие отдыхали, – это, стало быть, ничего? Так мне и через гребень хватит того, чему уже научилась. Тебе спасибо, конечно, но сверху не надобно…

В конечном счёте отсеялись четверо: один дракон, трое дракони. На следующий день от Рруга пришло пополнение: два дракона, две дракони. Все универсалы. Наиболее солидной выглядела медночешуйчатая Каррда. Самая рослая, самая рассудительная. Чуть поменьше размером были два дракона: светло-синий Миррак и оранжевый Суррут. Малорослая Ррада была довольно редкого серебряного цвета, резка в движениях, остра на язык – наверняка не сахарный нрав. Я не стал утруждать себя выдачей вводных новичкам, сбросив это дело на десятников.

Через два дня кузнец погрузил в телегу скобяной товар и пустился в дорогу. Дозор преградил дорогу, получил уверения, что у возницы при себе кристаллов не имеется (что было правдой), и отпустил мирного проезжающего. Однако телега проехала от этого места менее получаса, и в неглубоком распадке Сарир обнаружил того, кого ожидал, – пятнистого дракона. Из сумки появились три золотых диска. Вечером того же дня на обратном пути у кузнеца, с прибылью распродавшего железо, состоялась ещё одна встреча со мной.

– Уважаемый Сарир, сколько дней запросил ювелир на выполнение заказа?

– Две недели, глубокочтимый Динозаврр.

– Хорошо. Недели вам хватит, чтобы подготовить ещё порцию железного товара?

Кузнец почти не думал над ответом:

– По всему видать, нет. Дочкина свадьба предстоит, не до того.

Насчёт Мируты у меня имелась домашняя заготовка, которая и пошла в ход.

– А скажите, уважаемый Сарир, может ли жена купца иметь собственное дело?

Вопрос вызвал интенсивное прокручивание мозгов.

– Ну… это… так не очень-то принято… отдельно от мужа… Хотя… вот, к примеру: уважаемый Скаррот торгует тканями, а его супруга шьёт на заказ. У неё и доктора магии охотно покупают. Выходит, может.

– Ваша дочь, уважаемый, вполне могла бы стать владелицей дела – торговли кристаллами. Ей бы только знаний набраться. Мало того, и её будущий муж мог бы присоединиться. Сейчас он младший совладелец. А стал бы полновластным хозяином. Поговорите на эту тему.

– Всё так, но дело-то не вполне безопасное. Вон купца Рафала магазин ограбили.

– Этот магазин находится в городе?

– Ага, в Хоруме.

А ведь этот город совсем не рядом. Видимо, дело было из нашумевших.

– Вы хотите сказать, уважаемый Рафал торговал именно кристаллами?

– Ну да. Их и вычистили.

– Не откажите в любезности, дайте мне знать, нашли ли воров. Ну и прочие подробности обскажите. Да, вот ещё: связь будем держать через вашего сына, если не возражаете. Порядок такой…

Обсуждать эту, без сомнения важную, новость было некогда. Фаррир и Рриса получили пещеру. Она вообще не подавала заявку, всё сделал муж, особо отметив, что пещера досталась в порядке компенсации за тяжёлое ранение. По этому случаю я собрал весь десяток, мы обревизовали жилое помещение, нашли его недостаточным для супружеской пары и будущих дракончиков и общими силами постарались: расширили саму пещеру, слегка сузили вход (на случай холодов), а наши водники увеличили подачу воды. Основная часть работы пришлась, конечно, на нас с Фиоррой. Заодно я вручил Ррисе браслет (пока пустой) и обговорил порядок её занятий. Поскольку она числилась невеждой в сравнении с первым десятком, тренироваться ей предстояло со вторым. Меня, правда, напрягал вопрос о допустимости тренировок для беременных. Гирра, выслушав мои сомнения, ответила, что на этот счёт, дескать, могу не волноваться: «Мы все сделаем, как надо». Но уточнять, кто такие «мы», она не стала. Впрочем, до соответствующих выводов можно было легко дойти после заявления, сделанного очень милым, прямо ласковым голоском:

– Дракончики, удалитесь из пещеры, сделайте милость. Нам надо обсудить дамские вопросы.

В пещере Ррисы и Фаррира

– Драконочки, есть проблема. Тебя, Рриса, касается прямо сейчас, остальные же с ней ещё столкнутся. Можно ли тренироваться, будучи беременной? Кто чего слышал? Суирра?

Розовая дракона беспомощно повела правой передней лапой.

– Я в семье младшая, маму никогда беременной не видела.

– А старшие есть?

Хьярра неуверенно подняла кончик хвоста:

– Припоминаю: папа, когда маме уж недолго оставалось, не разрешал ей охотиться. И ходить ей было трудно. А костёр она зажигала, это точно!

– Я не помню, но могу слетать к папиной двоюродной сестре. Она целитель.

– А у меня троюродный брат учится на целителя.

– А я просто спрошу маму. Уж что-то она должна знать.

– Отлично придумали! Значит, как наш командир выражается, работаем!

День пришлось потратить на поиски кристаллов, пригодных для магии жизни. Ради скорости я не стал лезть в пещеру, где мы раньше находили бериллы (хотя при удаче там могли бы отыскаться изумруды). Но с полтора десятка не особо крупных оливинов я нашёл. И ещё полных три дня ушли на их огранку. В процессе я не поленился дать устные пояснения для Младшего Брата – того дракона, место которого в мозгу я потеснил. Взамен мне выразили вежливый упрёк, что я женился без согласования со столь близким родственником.

– Впрочем, она тоже хорошая, и тебя любит.

– А что, тебе кто-то был больше по душе? Кто?

Брат удивился тупому вопросу.

– Рройта, конечно.

Вот эти настроения надо осторожненько гасить.

– Да, она красавица, спору нет. Но ко мне равнодушна, а вот Гирра… И потом, наша с тобой жена такая умница!

На эту сентенцию Младший не отреагировал. Возможно, задумался.

Потом началась адова работа. Это нельзя было назвать обучением магии жизни. Какое там! Целая неделя упорных занятий ушла на то, чтобы (всего лишь!) научить видеть потоки. Правда, Фиорра освоила эту науку в пять минут, так ведь универсалка…

Дальше наступил небольшой перерыв. Дни напролёт подопечные изучали сами себя, точнее, изучали потоки в самих себе. Это дало знания анатомии такого уровня, что в медвузе с экзамена погнали бы пинками, но уже не дубьём.

А после этого через Сарира пришли готовые браслеты.

В кабинете Ас-Лока

Старший дознаватель не имел практически никакого шанса появиться в этом кабинете. Не по чину. По правде сказать, сей достойный маг и не стремился туда попасть. Но с его подачи там оказался его непосредственный начальник, шеф службы дознавателей.

Высокий рост хозяина кабинета скрадывался, поскольку тот восседал в кресле. Но для создания атмосферы превосходства взгляд сверху вниз и не был нужен. У Великого внешность была достаточно заурядной, если глядеть издали – продолговатое лицо, прямой нос, чуть прищуренные тёмные глаза, прямые иссиня-чёрные волосы. Разве что весьма сдержанная мимика. Короче, ничего особенного. Но манера говорить, жесты, взгляд выдавали человека, облечённого громадной властью.

Номинально это было докладом, фактически – просьбой. Речь шла о дерзком ограблении торговца кристаллами Рафалара в городе Хоруме. Служба дознавателей сделала всё, что было в её силах, но безрезультатно. Добыча так и не всплыла, кристаллы как в реку канули. Следовательно, требовалось подкрепление. За ним-то посетитель и явился.

– …Таким образом, Великий, наша служба нуждается в качественном усилении. Мы полагаем троих магов разума, они же маги жизни, совершенно недостаточным ресурсом для решения этой проблемы. Вот здесь расписаны меры усиления. Разумеется, временные, в обычных условиях нам столько не нужно… – На стол большого начальника лёг лист, заполненный мелким почерком.

Со стороны могло показаться, что Великий лишь небрежно на него глянул. Однако главный дознаватель прекрасно знал, что Ас-Лок может прочитать и запомнить целый лист с одного взгляда.

Реакция Великого мага была совершенно парадоксальной.

– Вы совершили ошибку, когда подумали об этом преступлении, как о стандартном ограблении. На самом деле это нечто иное. – Значительная пауза. – Вы решили, что кристаллы похищены ради наживы. Будь это так, ваша служба, не сомневаюсь, уже раскрыла бы дело. На самом же деле целью – основной целью! – преступников были не деньги, а кристаллы сами по себе.

Начальнику службы дознавателей не оставалось ничего иного, как добавить в позу ещё большей почтительности и слушать со всем вниманием.

– Эта проблема уже всплывала, но она вне вашей компетенции. Заказчики и исполнители в данном случае – маги, не получившие университетского образования. Я бы назвал их дикими магами. Разумеется, надлежащее систематизированное обучение даёт много лучшие умения. А эти только и могут, что компенсировать знания силой. Однако последнее свойство имеет естественные ограничения, в результате им остаётся лишь одно средство – кристаллы. Не исключаю, что руководитель этой шайки – универсал, то есть ещё слабее, чем обычный маг. Следовательно, он нуждается в первоклассных и разнообразных кристаллах. И живут налётчики, полагаю, не в городе, а где-нибудь на отшибе, иначе их деятельность по приобретению магических знаний давно уже была бы раскрыта. Похищены низкосортные кристаллы? Делаю вывод: у них есть ученики. Надеюсь, вы представляете, насколько трудно скрыть отработку заклинаний. – Хозяин кабинета выдержал ещё одну паузу и остро глянул на посетителя: – Я вижу, вы хотели что-то добавить?

– С вашего позволения, Великий. Насколько мне известно, основным источником кристаллов для купца Рафала и для тех, кто торгует тем же товаром, являются рудники и каменоломни. Однако некоторую часть кристаллов добывают крестьяне. Самыми примитивными методами, конечно. Не исключу, что те маги, которых вы назвали дикими, могут использовать именно второй источник. Вполне возможен даже сбор налогов с крестьян в форме кристаллов. Мы могли бы это проверить, ибо…

– Достаточно. Я понял вашу мысль, она правильна, но не нова. Мне уже докладывали эту информацию. Пусть себе собирают кристаллы, особой проблемы тут не вижу, пока и поскольку количество их мало. Но вот денежный налог – другое дело. Это покушение на государственные прерогативы, и терпеть такое нельзя. – Голос Великого изменился. Опытный дознаватель понял: сейчас последуют оргвыводы и приказы. – Подкреплений не будет. Но имеющимися силами организуйте добычу сведений: точно ли с крестьян берут налоги, а если да, то чем именно. Если выявится нарушение закона, о котором я упоминал, то очертите район предполагаемого нахождения логова этих нарушителей. Возможно, в будущем против этих… диких магов будут предприняты дополнительные меры, но пока разговоры об этом преждевременны.

На этом разговор закончился. Посетитель покинул кабинет, а Ас-Лок снова ухватился за прерванную мысль.

Кристаллы знаний и умений не прибавляют, это аксиома. По этим показателям низшие маги, все до единого, отставали от Великих. Тут Ас-Лок мог быть спокоен, поскольку тщательно следил за достижениями университетских магов, а они и были самыми передовыми.

Но как насчёт магической силы? По этому параметру соперничать с Великим мог только другой Великий. Низшие маги и близко не подходили к такому уровню. Но можно ли достичь той же цели с помощью кристаллов? Или хотя бы приблизиться?

В данном случае разум подсказывал: о кристаллах известно мало. Или, точнее, недостаточно. Значит, надо узнать больше.

На людях Ас-Лок всегда демонстрировал несокрушимую уверенность в своих силах. Для руководителя это необходимо. Но наедине с собой даже этот могущественный маг никогда не пренебрегал осторожными мыслями, из которых порою проистекали осторожные же действия.

Глава 21

Визит вежливости от разведки

В кабинете Ас-Лока

Великий маг с удовольствием отметил точность работы подчинённого, начальника службы дознавателей. Он не попытался добиться аудиенции с докладом, а прислал письменный отчёт. И был прав.

В папке из тиснёной кожи тоненькая стопка бумажных листов уместилась без труда. Представленные сведения не внушали тревогу.

Первый раздел отчёта однозначно свидетельствовал: в пределах владений Великого Ас-Лока никто из посторонних не осмеливается брать с крестьян налоги – ни кристаллами, ни деньгами. Уже хорошо.

Во втором разделе содержалась информация о том, что в деревнях, находящихся на территории Ас-Тора, самозваные сборщики налогов появлялись, пусть не везде. Разумеется, это было насквозь незаконно, но всё же не задевало интересы Ас-Лока впрямую. Осталось лишь решить, надо ли довести эти факты до сведения конкурента. По политическим резонам такой шаг мог оказаться полезным.

Великий поднял глаза от исписанных листов и задумался.

Во-первых, безнаказанность преступников может породить у них намерение распространить свои действия на его, Ас-Лока, территорию, что конечно же недопустимо. Город Хорум, где обчистили магазин торгующего кристаллами купца, уж точно находится не на земле Ас-Тора.

Во-вторых, за эту мелкую услугу можно будет в дальнейшем стребовать ответную.

А какие доводы против?

Первый из них носил чисто юридическое происхождение. Не было прямых улик, доказывающих, что ограбление – дело рук именно диких магов. Не то чтобы Великий был ярым сторонником законопослушности, но он знал, что соблюдать законы в конечном счёте выгоднее, чем их нарушать.

Вторым доводом был разумный прогноз судьбы диких магов: как только Ас-Тор узнает о попытках втиснуться на место у кормушки, он сделает всё, чтобы отучить своих неразумных подданных от подобных шалостей. Но если дать диким некоторое время на развитие, накопление сил и умений, то борьба с ними потребует от властей больше ресурсов и времени. А это как раз выгодно.

И тут некоторое соображение остановило ход мыслей Великого и заставило его углубить анализ. Дикие маги обитают и собирают налоги в областях, граничащих с землями драконов. Разумеется, прямого пересечения интересов тут нет и быть не может. А если Ас-Тор применит против диких силы драконов? Кто-кто, а Ас-Лок прекрасно представлял себе возможности этих боевых созданий. И если руководство диких магов состоит не сплошь из дураков, то оно хотя бы из простой осторожности обязано будет перенести свои операции на сопредельную территорию. И тогда уничтожение диких целиком ляжет на силы Ас-Лока, а оно надо?

Решение созрело. Сообщение уйдёт командующему силами Ас-Тора.

Время утекало с беспощадной скоростью. Я только и успевал, что отмечать: вот листья окрасили лес в жёлто-зелёные тона, а второй и третий десятки всё ещё не имеют пиритов… вот уж листья облетели полностью, а первый десяток хотя чуток подтянул знания в анатомии, зато беспомощен в самых простых конструктах (например, почти не умеет останавливать кровь)… вот уж утром на лужах тускло серебрится ледок, теперь о сборе кристаллов надо прочно забыть вплоть до весны, а ведь их запасы не так уж велики, а золота и того меньше…

Между делом мы с Гиррой получили пещеру из тех, что освободились. Как выяснилось, даже мой невысокий чин давал на это право. Не ахти какое шикарное жилище, но сносное. Ребята помогли расширить пещеру, которую хотелось приспособить под временное классное помещение. В то, что получилось, можно было втиснуть (с применением мыла, которого не было) примерно шестнадцать драконов, а для нормальных занятий на одиннадцать учеников и одного наставника создались приличные условия.

Образовались ещё три супружеские пары. Как-то неожиданно наш штатный храбрец и разгильдяй Харрф ухитрился охмурить красотку Рройту. Удивлялся не я один. Затем примерная драконочка Фиорра объявила, что выходит замуж за примерного дракончика Таррика. На этот раз не удивился никто. И наконец-то Суирра поддалась обаянию, уму и другим положительным качествам Согарра. Почти сразу же после их женитьбы пошёл снег. Все сношения с окружающим миром сошли на нет. Значит, наступило время отдать старый долг.

Видимо, я недостаточно следил за собой, поскольку в ответ на моё «Милая, я пообещал дяде Кнарру, что представлю ему свою жену», прозвучало ласковое и покладистое:

– Я не буду спрашивать, зачем тебе это нужно. Равно можешь не рассказывать, зачем это нужно дяде Кнарру. Взамен ты поведай всю историю знакомства с ним. С самого начала.

– Но это долго…

– А мы и не торопимся.

Разумеется, я ни слова не сказал о своих догадках и выводах. Только факты. Но даже их перечисление заняло чуть ли не четыре часа.

Гирра слушала крайне внимательно и не перебила доклад ни словом, ни жестом. Лишь потом последовал чуть небрежный взмах хвостом.

– Не понимаю, почему ты так взволновался. Допустим, Кнарр захочет что-то узнать о твоих планах через меня. Так я сама об этом без понятия. Фактов у него нет и не будет, а догадки я приберегу только для себя. Ну, может, тебе расскажу… когда-нибудь.

Ответом послужил ласковый тычок задней лапой в зелёно-синий бок.

– И нечего драться! – В целях пущей убедительности последовал удар хвостом по спине. – Я вот думаю: а какие вообще могут быть причины для приглашения? Скажем, желание познакомиться с молодой драконой…

– Красавицей и умницей…

– …да и скромницей в придачу… Лично мне кажется, что второй причиной может быть выяснение не столько твоего потенциала, сколько моего. Я ведь не универсал. Вот Кнарр и хочет знать: чего может достичь обычная дракона и, главное, какой ценой…

Снег уже прекратился, и облака уходили на восток. Глаза моей милой знакомо сузились и принялись тщательно изучать тёмную полосу на горизонте.

– …Или же он знает что-то такое, чего не знаем мы. Не от нас, а из других источников. Это самый скверный вариант.

Возражений у меня не нашлось.

В трактире «Золотой конь»

Трактир был не из дешёвых. Причиной тому было изысканное меню и соответствующий ценам состав посетителей: только маги в ранге магистра и выше, признанные мастера-ремесленники да самые обеспеченные купцы могли позволить себе трапезу в «Золотом коне».

На столике теснились: салат «Докторский», баранина с рисом под кембрийским соусом да ещё три кувшина красного шестилетней выдержки. И всё это на двоих магистров, некогда учившихся в одной группе.

Одним из тех, кто увлечённо отдавал должное кулинарным изыскам провинции Кембра, салату, достойному едоков высочайшего магического ранга, и действительно превосходному вину, был почти доктор магии смерти Менгель. Диссертация уже стояла в очереди на защиту, а в результате соискатель ни чуточки не сомневался. Вторым был магистр магии жизни Чурин. Его продвижение также было не за горами. Специализировался он на выведении культурных растений, а будущая докторская относилась к новому виду, дающему превосходное волокно.

Как по-вашему, о чём могут вести беседу два магистра за столом при выпивке и закуске? Правильно, о работе. Один из кувшинов уже был пуст, второй содержал едва ли четверть первоначального количества. Протокол стражей порядка констатировал бы состояние посетителей как «начальная стадия опьянения».

Эти двое не были ни в какой мере конкурентами. Поэтому каждый поздравил товарища с предстоящим повышением ранга. Но затем предмет беседы несколько изменился.

– …Ты понимаешь, никто мне не хочет верить. Эта пятнистая сволочь ухитрилась разнести вдребезги все мои планы, а я только и слышу, что драконы, мол, обладают слабым разумом, не сравнимым с человеческим. Ага, как же!

– А чем, по-твоему, этот дракон силён?

– Чем? Во-первых, он превосходно для дракона считает. Мне сказали, не хуже человека. Во-вторых, опаснейший тактик…

– А вот тут не соглашусь. Он дракон, он летает, а мы с тобой нет. Значит, в тактике летающих воинов он и должен понимать больше.

– Если бы всё так просто! Он изобретает новые тактические приёмы, ранее никому не известные. Наши вслух не говорили, но я-то видел…

– Изобретает? Я думал, драконы на это не способны.

– Вот и мне все вокруг то же самое твердят, но я, понимаешь, своими глазами… Но и это не всё. Грамотно и с наводящей ужас эффективностью использует заклинания. Скотина крылатая. Будто бакалавр, клянусь громом Пресветлых. Какой-то неправильный… или выдающийся дракон.

Наступило молчание. Сотрапезники, не сговариваясь, очистили свои тарелки от остатков деликатесного соуса кусочками хлеба. Потом маг жизни задумчиво изрёк:

– А ведь ты меня навёл на мысль, – и вскинул руку.

Официант материализовался у столика за время, исчисляемое секундами.

– Лист бумаги и перо!

– Сию же минуту, весьма почтенный!

Труженик общепита даже чуть преуменьшил свои возможности: требуемое оказалось на столике через тридцать девять секунд.

– Понимаешь, нам в спецкурсе упоминали магистерскую диссертацию Иммета. В ней… вот, смотри… основная часть людей имеет средние способности. Малая часть отличается умом ниже уровня, примерно такая же – выше. Совершеннейшие недоумки составляют очень малую долю, но и таланты не большую. Это применительно к людям. Но если предположить, что способности у драконов также распределяются с некоторой неравномерностью, то… – На листе бумаге появился отдалённый родственник гистограммы.

– Погоди-погоди… А сколько человек обследовал этот Иммет?

– Очень много. Три тысячи… кажется. Точно не помню.

– А давай я буду топить твою теорию!

– А топи!

– Вот. Ты полагаешь, что некоторый разброс уровня умственных способностей присущ и людям, и драконам. Ладно, готов согласиться, тем более это близко к твоей специальности. Но! – В рассуждениях наступил перерыв, ибо процесс уничтожения остатков вина в кувшине нуждался в сосредоточенности. – Уверен, что у тебя нет аналогичных исходных данных применительно к драконам. Мало того, думаю, такими цифрами вообще никто никогда не интересовался. Значит, степень разброса способностей применительно к драконам также неизвестна. И добавь ещё: общую численность драконьего населения лично я точно не знаю, но уж всяко она гораздо меньше, чем человеческого. И потому…

– О! Вот именно! Ты, сам того не подозревая, подтвердил мою точку зрения. Ну-ка, вопросик тебе: много ли ты лично знаешь по-настоящему талантливых людей?

– Среди преподавателей – трое, как пить дать: Молот, Квакер и Нос. С ними и ты знаком. А среди коллег… уж точно четверых наберу. На самом-то деле их больше. Но что ты…

– Нет, это что ТЫ. Среди драконов тебе только один этакий со способностями известен, верно?

– Больше скажу, и не слыхивал никогда о подобном.

– Так вот тебе ответ: в пересчёте на сто тысяч населения у драконов гении встречаются не реже, чем у людей, но поскольку само драконское население куда меньше, чем сто тысяч, то… сам продолжишь?

Маг смерти был учёным, вот почему последовала реплика:

– По уму, надо бы этот вопрос исследовать как следует, но ведь денег не дадут.

– Даже и не думай. Хотя стоило бы, поддерживаю. Но, согласись, моя теория МОЖЕТ объяснить появление этого пятнистого гения, верно?

– Не отрицаю…

По пути домой Менгель продолжал обдумывать проблему. Он был не только учёным, но и практикующим боевым магом. Идеи старого товарища получили логическое развитие: если в самом деле сверхталантливые драконы встречаются крайне редко, то наиболее эффективный способ борьбы с таким драконом – прикончить. Любыми средствами. Следующий с подобными способностями, вероятно, родится ещё очень не скоро.

Мы с Гиррой нанесли обещанный визит. Без подношения являться было неудобно. Кролики в это время года не паслись на зелёных лужайках, но я пустил в ход «Молнию», жертвой которой пала косуля. В результате шкура была безнадёжно испорчена, но это никого из нас троих не волновало.

По самым скромным оценкам дядя Кнарр блистал. От его обаяния меня пробила чернейшая зависть. Он сыпал комплиментами. Он льстил так, что серые глаза моей супруги стали глядеть очень двусмысленно. Доля лести досталась и мне в форме «Какой он у вас умный!» и «Как вам повезло с мужем!». И уж полнейшей мелочью прозвучала фраза: «Дорогая, вы можете звать меня дядей Кнарром».

А между делом проскальзывали совсем маленькие, незаметные вопросики. Гирра была права: в первую очередь старик интересовался её новообретёнными возможностями. Я уж было подумал, что супруга утратила всякую осторожность, и даже собрался незаметно толкнуть её хвостом. К счастью, жена всё же сохранила некие остатки ума. Она так и не раскрыла технологию обретения навыков в чуждой магии.

Объединёнными усилиями мы поджарили мясо. Оно было чуть жестковатым, но вкусным. А после обеда настало время для моего вопроса.

– Дядя Кнарр, сейчас в моём подразделении нет группы аналитиков, но в будущем я намерен создать таковую. Скажем, через год. И мне хотелось бы видеть в ней вас.

Бархатный взгляд старого дракона исчез. Взамен появились алмазные иглы.

– Не советую, племянник.

Мы с Гиррой дружно изобразили вежливое удивление.

– Допустим, я проживу этот год. Допустим. Но когда о моём содействии узнает кто-то в ранге тысячника, в Главном штабе будут недовольны. Повторяю: «когда», а не «если».

С милейшей улыбкой Гирра осведомилась:

– Именно в Главном штабе? А среди людей?

В тот момент я поклялся бы, что выстрел сделан наугад.

– Человеческое командование будет ещё менее довольно.

Очень хотелось на это заметить, что претензий не будет, если у людей появятся по-настоящему большие проблемы, но такое вслух произносить нельзя. Взамен последовало небрежное:

– Я думаю, в течение года ваше участие, дядя Кнарр, вряд ли вообще кто-либо заметит. А дальше… будет видно.

Старший родственник многозначительно хмыкнул. Мы с Гиррой переглянулись и начали прощаться. Выходит, стали думать одинаково – для семейной жизни это хорошо, но для принятия решений – плохо. Всегда необходимо иметь не менее двух вариантов действий.

В своей пещере пришлось повертеть сообразилкой. Тем более супруга улетела к тёще.

Дядюшка явно испортил отношения с военной верхушкой драконов. Мало того, и с человеческим командованием тоже. Почему? Как? Одни догадки.

Вряд ли причиной послужил длинный язык. В этом случае командованию было бы глубоко фиолетово, на кого в данный момент работает старик и работает ли вообще. Ан нет, сам факт того, что в моём более чем скромном подразделении (полусотня, к тому же неполная) появился такой аналитик, может вызвать отрицательную реакцию. Расхождение во мнениях по поводу стратегии-тактики? Да, такое возможно, и опять же остаётся непонятным источник недовольства возвращением старого дракона на службу. То есть были какие-то действия, а не слова. Причём на высоком уровне. Какие? В суп он плюнул Великому? Или…

Человек сказал бы: «Холодок пошёл по позвоночнику». У дракона этот же холодок идёт под гребнем.

Кнарр что-то такое сделал, что пошло вразрез с его клятвой Великому. И, возможно, рак был наказанием. А я, как бульдозер, попёр поперёк клятвы. Правда, вылечил не до конца, метастазы проявятся через пару лет. И всё равно нехорошо поступил, ой-ой-ой…

В кабинете Ас-Тора

Великий остался недоволен представленной ему разведсводкой. Выразилось это в том, что её автора, начальника разведслужбы, вызвали «на ковёр». Другим знаком недовольства было количество вопросов.

– То, что спецслужбы нашего противника предоставили нам находящиеся здесь данные, это любезность с их стороны. Но сейчас меня интересует, почему от вас не поступило никаких сводок, добытых вашей службой?

– С вашего позволения, Великий, Ас-Лок имеет больше оснований для беспокойства, чем мы. Именно на его территории был совершён налёт на магазин, торгующий кристаллами. А ведь удалённость от базы должна была сильно усложнить операцию. Значит, у диких магов были на то причины. Кстати, слово «дикие» пошло от Великого Ас-Лока, удачно сказано, по моему скромному мнению.

В мимике Ас-Тора появились тончайшие оттенки нетерпения.

– Какие вещественные причины могли быть для ограбления заведения этого Рафала?

– Судите сами, Великий. В порту Хатегат, а это граница наших владений, также имеются лавки, торгующие кристаллами, целых три. Охрана при них намного слабее той, что была в магазине купца Рафала. И всё же не их выбрали объектом нападения. В чём разница? В ассортименте. В Хатегате можно купить кристаллы местного происхождения, если позволите мне такое слово. Все они принадлежат ко второму классу – так их определил мой эксперт. Кварц, гранаты, турмалин… Делаю вывод: диким понадобились высокоценные кристаллы. Деньги – во вторую очередь. Кристаллы нужны для изготовления амулетов… или очень мощных амулетов. Первое полагаю вероятным, но применительно к диким – лишь для учеников. Мощные амулеты должны предназначаться для весьма сильных магов, тех, у которых на высоте умения наряду с силой, то есть, с очевидностью, не для учебных целей. Или для одного мага.

– Почему вы говорите «мага»? Кристаллы были совершенно разного назначения, как это следует из ваших материалов.

– Не исключаю, что все они пойдут для мага-универсала. Он представляется самым заинтересованным лицом.

– Допустим… – Это слово было хорошим знаком. Опытный разведчик знал, что Великий использует его в случаях, когда не может найти возражения. – Но вы ни словом не упомянули о том, что надлежит предпринимать вашей службе.

– Осмелюсь почтительнейше возразить: налоговые дела вне моей компетенции. Тем не менее есть некоторые предложения на сей счёт. Если позволите…

Кивок.

– …Думаю, нам следует собрать информацию. Для этого я задействовал бы драконов. Но решать, конечно, не мне.

Разумеется, Великий умел думать быстро.

– Вы хотите выявить базу этих… диких?

– И её тоже, вы абсолютно правы, но по возможности также оценить общие силы, которыми располагает эта группа. Судя по тому, какие крохи они собирают в качестве налога с крестьян, их военный потенциал ничтожен.

Ас-Тор усмехнулся с недвусмысленным оттенком превосходства.

– Здесь вы не правы. Да, невелик, но имеет тенденцию к росту. Впрочем, согласен: пока что сбор данных и не более того.

В конечном счёте шеф остался доволен.

Глава 22

Дипломатическая дуэль

Зима была в разгаре. Снега в долинах не было, но все перевалы окрасились в белое. Деловые поездки из деревень в города не то чтобы упали до нуля, но уменьшились качественно.

При посещении пещеры Фаррира и Ррисы я сначала заметил, что дракона несколько прибавила в талии, а подойдя к ней поближе, уловил изменение потоков. Подробное изучение заняло бы очень много времени, однако и без того картина была ясной. Обменявшись взглядом с главой семейства, я понял, что он перехватил мои мысли без всякой телепатии. Но надо было озвучить выводы.

– Рриса, с сегодняшнего дня не посылаю тебя на боевые задания, кроме как с разведывательными целями, да и то на большой высоте.

Удивились и она и он. Пришлось пояснять:

– Ребята, это на случай, если вдруг что-то неожиданное… Я тоже военных действий не ожидаю, но сами знаете, бывает такое.

Жена проявила сдержанность, а муж – наоборот:

– Тебе что-то известно?

– Начальство ничего мне не говорило.

Это было правдой. Но смутные ощущения неустойчивости оставались в подкорке. И недаром.

Я вёл занятия по магии жизни перед своим десятком. Речь шла о заклинании «Амфетамин». И тут появилась дракона-вестница:

– Десятник Стурр, вас немедленно вызывает сотник Рруг.

Слово «немедленно» не встревожило. До полудня далеко, и потому означало оно, что явиться пред светлы очи начальника нужно сегодня. Но зачем? Впрочем, приказ есть приказ.

В кабинете купца Тибур-оса

Когда фортель выкидывает человек, это вполне может быть преднамеренным. Когда это делает погода, пенять можно лишь на волю Пресветлых. В текущем году именно они оказались виновными.

Роль сыграла не только погода, совпало сразу несколько факторов. Лето оказалось влажным и в центральной части страны, и на юге. А осень, наоборот, была сухой. В результате урожай и пшеницы, и риса оказался гораздо обильнее, чем ожидалось. К тому же закончилась война. И цены на зерно упали.

Именно об этом напряжённо думал многоуважаемый зерноторговец Тибур-ос. Будь то в мире Земли, об этом купце сказали бы: «Он промахнулся с фьючерсами». Язык Древних описывал это другими словами, но вполне адекватно. Мало того, добавились расходы на женитьбу сына. Брать же кредит не хотелось до последней степени.

Уважаемый партнёр, он же сын, тоже имел сведения о состоянии и тенденциях зернового рынка. Но у него был проект решения, пусть и не вполне очевидный. С ним-то он и пришёл к отцу. Речь пошла об открытии заведения, торгующего кристаллами.

Тибур был опытным купцом. Вот почему потребовал от сыночка подробный план.

Отдать справедливость, Либур умел не только торговаться и вести счета. У него хватило ума понять, что совершенно новое дело потребует знаний. И потому он внимательно выслушал всех, начиная с жены, кто мог бы хоть что-то рассказать о торговле кристаллами. Молодой человек не поленился посетить лавки потенциальных конкурентов. Сверх того, он тщательно изучил книгу тестя.

План оказался проработанным. Многоуважаемый Тибур имел все основания гордиться сыном. Особое же внимание купец обратил на слова:

– …Кристалл, используемый в магических целях, не вечен. Сегодня он цел, а через пару месяцев от него остаётся лишь пыль. А это значит, что покупатель будет регулярно приходить за аналогичным товаром. Конечно, если ему у нас понравится. Но долговечность кристалла зависит от его качества: чем менее совершенна форма, тем меньше он живёт. То есть имеет смысл продавать дешёвые кристаллы тем, кто не в состоянии купить дорогие – ученикам, студентам, даже бакалаврам. А также и наставникам, которые будут покупать для учеников…

Старший зерноторговец сразу же понял скрытую мысль, которая, впрочем, недолго оставалась таковой.

– …Отсюда следует, что есть прямой расчёт открывать торговлю в Хоруме. Университет рядом, то есть нашими клиентами будут студенты и не слишком способные ученики, которым с помощью наших кристаллов светит стать студентами…

Либур не сказал, что идея принадлежала супруге. Эта информация была совершенно лишней.

Меня ждали сразу сотник и полутысячник. Но говорить начал Рруг. Он обрисовал ситуацию с дикими магами и поставил, как он выразился, «чисто разведывательную задачу». Но мне под водяной гладью сразу же почудились крупные подводные камни.

– Разрешите вопросы, сударь сотник?

– Разрешаю.

– Имеются ли оперативные данные, указывающие на местонахождение этих магов-самоучек? И если да, то можно ли на них взглянуть?

Ответил полутысячник Тхорр:

– Данные есть, но вам глядеть на них не обязательно.

Ну, нечто подобное ожидалось. От драконов потребовали независимого подтверждения этим самым оперативным данным.

– Тогда хотя бы карту.

– Изучать только здесь. – И не слишком подробная карта легла на каменную плиту, служившую столом. Мне осталось лишь запомнить её.

– Ещё вопрос: если меня или моих воинов атакуют, какие действия разрешены?

Большой начальник развеселился:

– Никакие. Убивать этих людей запрещено. Впрочем, драпать разрешаю, десятник. Со всей возможной скоростью.

Сотник не улыбнулся. И это было понятно. Капитан лучше понимает рядовых, чем подполковник. Мне тоже было не смешно. Приказ «Не поддаваться на провокации» – как же, помню такой. Человеческой памятью помню. Хоть и пацаном был тогда, но слушал старших в два уха и читал в оба глаза.

– Сроки?

– Десять дней.

– Этого более чем достаточно в условиях ясной погоды. Но если пойдёт дождь или снег, времени может не хватить.

Старшие офицеры переглянулись. Слово взял сотник:

– Сколько вам понадобится времени на выполнение задачи в условиях хорошей видимости?

По уму и пяти дней хватило бы, но что я за командир, если не выпрошу запас?

– Семь дней.

– Тогда в зависимости от погоды жду результат через семь дней, но больше двух недель не дам.

Хватит через голову. Не припомню, чтобы непогода длилась неделю.

– У меня в распоряжении три десятка. Можно ли привлечь всех?

– Да.

Пока я летел до своей пещеры, план составился полностью. Остался пустяк: воплотить его в жизнь.

Первым делом я выловил тех, кто жил ближе всего: Харрфа и Глорра. Они получили задание вызвать десятников Слирра и Гъярра на завтра, а также собрать всех моих. У меня самого до окончания дня было ещё дело.

До того места, которое я приметил для своих целей (пологий, поросший травой холм со скальным выступом сбоку), лёту было не более полутора часов. Скалу я помнил прекрасно: грязно-жёлтый песчаник. По дороге туда я подхватил булыган чёрного базальта, весом примерно вдвое меньше веса взрослой лани – фунтов пятьдесят. Не без усилий этот камень был доставлен до места и водружён на жёлтую скалу. Вот и приметный знак. Он понадобится. К тому же холм был в полумиле от проезжей дороги.

Мне предстояла постановка разведывательной задачи, причём нетривиальной. Весь вечер пришлось потратить на обдумывание тронной речи.

Народ собрался в нашей пещере. Погода с утра стояла неважная для воздушной разведки (низкая облачность), но, по моим прикидкам, к полудню вполне могло развиднеться.

– Вот какая задача перед нами, ребята. В сущности, это подтверждение разведданных, полученных от людей… – Я изложил сначала суть задания. А потом перешёл к тем деталям и тонкостям, которых мои орлы не знали и знать не могли. – Как вы знаете, обычные маги носят цветные ленты или плащи. У тех, кого мы ищем, не будет ни того ни другого. Но всё же по одежде кое-что узнать можно: сам по себе плащ и есть признак мага. Правда, купцы их тоже носят, но в это время года их там не будет. Опять же одежда с меховой отделкой. Далее: все знают, как выглядят кони?

Все уверенно закивали. Мои драконы отличались высокой эрудицией.

– Так вот, крестьяне верхом не ездят. Во всяком случае, зимой. А вот маги и охранники – очень даже могут.

Это тоже не вызвало вопросов.

– Ещё один признак: если в деревне вы увидите дом, стоящий на отшибе и более богатый, возможно, там живёт маг. Более богатый – это значит, скажем, более высокий или окна в нём необычно большие.

На этот признак я особо не рассчитывал. Дикие маги вполне могли жить в близлежащем городе. Несомненно, удобнее всего был Хатегат – транспортный узел, да и базар неплохой. Но проверка не помешает.

– Слирр и Гъярр, ваши воины должны наблюдать за дорогами, а именно… – Последовали подробные указания. – Приказ ясен?

– Так точно! – взревели две молодые глотки.

– Первый десяток, персональные задания вам после дам. Теперь самое главное. Это относится ко всем. Держаться на высоте не менее мили. Если облачность низкая, вообще отказаться от разведки данного места, лететь домой. По вам могут начать лупить магией – маловероятно, но возможно. Ответные действия запрещаю! В этом случае подняться повыше. Впрочем, на высоте в милю так и так не достанут. Слирр и Гъярр, особое внимание на перевалах. Там погода может быть гаже, а условия полёта – труднее. В узкие ущелья не лезть! Есть риск получить стрелу или что похуже со склона. Тем более и местность просматривается плохо. Перед закатом все возвращаются в эту пещеру. Вопросы?

Согарр с Суиррой переглянулись. Мне показалось, что они хотят что-то спросить, но вслух ничего не прозвучало.

– Слирр и Гъярр, вы свободны. Собирайте своих, ставьте задачи.

Эти двое улетели. Моим же предстоит делать нечто иное.

– Теперь к вам, братцы-сестрицы. Первое и самое главное: говорить по магосвязи запрещаю – опасность перехвата, сами понимаете. А вот слушать – другое дело. На крайний случай – условные сигналы. Что до стихийной магии, то она, полагаю, и вовсе не потребуется, потому что атаковать не надобно. Теперь распределяю задачи: тебе, Согарр, предстоит лететь…

Перечень заданий вопросов не вызвал.

– …Последнее. Я останусь в пещере. Вы приносите сведения, а мне придётся догадываться, что они значат.

Смешки.

– Работаем!

Мой собственный труд, если глядеть со стороны, отличался невысокой интенсивностью. Чего уж там – сидеть и ждать. Впрочем, думать не запрещалось.

С самого начала мне очень не понравилась жадность диких до кристаллов. Нам-то они тоже нужны, а это столкновение интересов. Значит, на переговорах ни в каком случае не выказывать наши устремления, а вот выяснить позицию конкурентов весьма желательно…

Закат был совсем близок, а все доклады оставались близкородственными: «Ничего», «Не нашёл», «Нету магов» и прочее в том же духе. Разумеется, приказ подлежал выполнению, но итоги поиска мне следовало бы предусмотреть заранее. Движение на дорогах в зимний период минимальное, а то и вообще нулевое. Кристаллов в холодное время года не добывают. Если что и найдут мои орлы, так это необычные строения. Усадьбу землевладельца, скажем. Так оно и вышло.

Деревня Мышиный Брод. Расположена рядом с притоком Воларры. Название меткое: там перекат, и летом он настолько мелок, что и курице не утонуть. Там-то Глорр и обнаружил «дом помещика». Не так уж он был велик, но имелась интересная особенность: в дневное время рядом крутилось порядочное количество людей – от десятка до полутора. И все хорошо одеты.

В понимании диких магов эта деревня была удачным местом: транспортный узел, в котором пересекались аж три дороги.

Уже поздно вечером, анализируя сведения от всех драконов, я подумал, что вообще-то положительный результат уже не стыдно доложить, но как раз этого делать не следовало. Сведения нуждались в подтверждении; кроме того, мне очень хотелось самому глянуть на подозрительное здание и, наконец, появилась одна боковая идея.

На третий день наблюдение за путями сообщения дало ожидаемую дополнительную информацию. Её принёс Гъярр, и состояла она в том, что по дороге, ведущей от подозрительной деревни, ехал всадник в недешёвой, по деревенским меркам, одежде. При себе никаких вьюков или сумок – ещё одно доказательство, что этот человек не купец.

Я не пожалел времени, чтобы лично поглядеть на уютный домик в деревне. Несомненно, он был многофункциональным. Не просто жилище обеспеченного человека, но и, судя по многочисленным большим окнам, место обучения. Правда, не удалось рассмотреть и запомнить лицо главного, но основная идея созрела.

Мне нужен был контакт с кем-то из младших магов. Правда, мой продуманный план был утверждён не во всех деталях. Гирра использовала личное положение в служебных целях и, узнав о намеченном порядке действий, скорректировала его, а именно: мне было строжайше запрещено лететь на встречу в одиночку. Правда, и в её вариант внесли поправку: когда я сообщил моему десятку о планируемом событии, началось бурное обсуждение, в результате чего в качестве силовой поддержки назначили Фиорру как лучшую из универсалов (не считая меня самого, понятно).

Мои наблюдатели следили за дорогами. Условная комбинация щелчков дала знать, что едет некто без свиты. Вот прекрасно, он-то и нужен.

Мы с напарницей приземлились заранее. Она устроилась за бугорком, поросшим низенькими ёлочками, а я занял позицию прямо на дороге.

Маг лет двадцати двух ехал неспешным шагом. Солнце светило не по-зимнему ярко, так что он откинул капюшон со своих тёмных прямых волос. Этнический тип был мне хорошо знаком – аналог коренных жителей Казани. Ветер дул от всадника на меня, так что конь почуял наше присутствие шагов за тридцать. Отдать справедливость молодому человеку, он мгновенно приготовился к защите. Разумеется, я заговорил первым:

– Доброго вам дня.

– И тебе.

Смесь эмоций я полностью прочитать не смог. Настороженность, понятно. Некоторое опасение. И ещё сразу резануло слух обращение на «ты».

– У меня для вас сообщение.

– Говори.

– Великий Ас-Тор осведомлён о вашем существовании…

На лице у собеседника появилась и мгновенно исчезла чуть пренебрежительная улыбочка. Странно.

– …Ему также известно, что вы собираете налоги с крестьян. Получен приказ провести разведку силами моего подразделения с целью установления вашей численности и ваших возможностей…

На этот раз улыбочка задержалась чуть дольше.

– …Вот почему я предлагаю вашему руководителю встречу. Разумеется, гарантирую ему неприкосновенность, ожидая того же самого от него.

На этот раз маг не выдержал:

– О чём ты хочешь переговорить?

– Это я скажу ему лично. Если он согласится, пусть оставит записку с условиями встречи сегодня же под чёрным камнем на верхушке жёлтой скалы.

– Какой жёлтой скалы?

Зря спросил. Получилась демонстрация слабости познаний в географии.

– Дорога от Мышиного Брода на север, человеку пешком два часа хода. Скала по левую руку. Ошибиться нельзя, в окрестностях только одна такая.

– Кто прочитает записку?

Этот вопрос и вовсе никудышный. Но всё равно надо отвечать с осторожностью.

– У нас есть тот, кто её прочитает. Если до завтрашнего полудня записки не окажется, мы будем считать, что ваш руководитель отказывается от встречи. Всего вам Пресветлого.

Ответом был кивок. Не очень-то вежливо. Запомним.

Встреча получилась короткой. Но показалось, что из неё можно сделать немалые выводы.

Деревня Мышиный Брод, в доме магов

У молодого Лаггора память была превосходной. Но в данном случае её не пришлось напрягать – подробный пересказ начальству трёхминутного разговора не представлял трудностей.

Главный выслушал доклад с полным вниманием. Вопросы, как всегда, были только по делу, но совершенно неожиданными.

– Что вам показалось странным?

– Для начала, масть этого дракона…

Слушатель чуть заметно улыбнулся. Маг пятой категории, как и ожидалось, начал не с наиболее значимой, а с наиболее эффектной детали.

– …Потом бросились в глаза его небольшие размеры. Или он от природы такой, или очень молод. Склоняюсь к первому, потому что у него под началом подразделение. Вряд ли юнец мог быстро подрасти в чине после школы… хотя и такое бывает. А ещё его замечание, что у них, дескать, есть кому прочитать записку. Скорее всего, он проговорился, но возможно также, что это намёк для нас: у них, мол, имеются достаточно хорошие связи среди людей…

Даже куда более искушённый человек не определил бы, означал ли кивок главного «Да, я вас понял» или же «Да, я с вами согласен».

– …Ну и сам факт того, что дракон пошёл на переговоры, означает, что с людьми он уже тесно соприкасался…

На этот раз кивок был явно одобрительным.

– …Вот ещё что: странно само по себе приглашение на переговоры. Из него следует, что драконам что-то от нас нужно, а я не могу представить, что им могло бы понадобиться.

– Ваше стремление строить гипотезы похвально, Лаггор, – в ответе слышалась мягчайшая укоризна, – но они должны опираться на факты. А таковые ещё предстоит добыть, на тех самых переговорах. Посему… – Хозяин кабинета взял небольшой листок бумаги и перо. Появилось несколько строк. – Вот вам записка. Отнесите её на условленное место.

Встреча состоялась в том месте и то время, которые указывались в записке. Личность тоже была той самой: человек с отпечатком немалой харизмы. Я ни на мгновение не усомнился – это вождь.

На этот раз со мной был Фаррир. Ему предстояла роль наблюдателя, а не телохранителя.

Начинать положено было мне, как попросившему о встрече.

– Доброго вам дня. Я универсал, известен среди людей под именем Динозаврр.

– И тебе. Меня зовут Цойген-ойс, я маг воды и глава вольных магов. Что ты хотел мне сказать?

На человеческий взгляд, личное имя чуть расходилось с внешностью. Звучание корейское, а внешность скорее японская. Но мне уже активно не понравилось упорное стремление «тыкать». Ладно, пока проявим терпение.

– Часть того, что я хотел вам сказать, вы уже знаете. Великий Ас-Тор осведомлён о существовании вашей группы и послал драконов на разведку. Однако от себя добавлю, что в ближайшие пару лет – самое меньшее – не ожидаю активных действий против вас. Следовательно, нам ещё долгое время предстоит быть соседями. И лишь от вас зависит, будет ли соседство добрым. Этого я и хотел бы. А ещё лучше, на мой взгляд, взаимовыгодное сотрудничество.

– Взаимная выгода? Ты ошибаешься, Динозаврр, такое невозможно. Это не зависит ни от меня, ни от кого-либо из моих людей, ибо наша деятельность с вашей не пересекается. Драконам достаточно лишь не совать нос в наши дела, и соседство, о котором ты говорил, будет мирным. Ловите себе рыбу и дичь, в это мы вмешиваться не будем.

Соседушка показал клыки. Но у меня они тоже есть.

– Это вы ошибаетесь, главный. Драконы иным разом общаются с людьми. Например, этот браслет изготовлен человеком. Такие же имеют все мои ученики. А раз драконы общаются с людьми, то ваша группа может этому помогать, мешать или оставаться нейтральной. Мы бы предпочли первое или последнее.

Мне показалось, Цойген только и ждал упоминания о браслете.

– Ты купил браслеты у людей?

Любые покушения на драконские обычаи надо обрубать без колебаний. Выдаю чистую правду:

– Мы не можем ничего покупать, у нас нет денег. Способ, которым эти изделия попадают к нам, – внутреннее дело драконов.

Оппонент достаточно умён, чтобы мысленно продолжить фразу: «…а вмешательства в наши внутренние дела мы не потерпим». Но нажим он не ослабляет.

– Повторяю, мы не препятствуем действиям драконов, направленным на добычу пропитания. Нас интересуют лишь кристаллы, именно их мы намерены добывать.

Вот цели и обозначены.

– Мы, в свою очередь, ничего не имеем против этого, пока и поскольку добыча кристаллов не ведётся вами на драконьей территории.

– Я не считаю, что добыча кристаллов, где бы она ни производилась, хоть в какой-то степени ущемляет интересы драконов, которым эти блестяшки совершенно не нужны.

Это уже не только оскаленные клыки, но и вздыбленная на загривке шерсть. С очевидностью интересы драконов диких, или вольных, как главный поименовал своих подчинённых, не волнуют. Придётся противодействовать.

– Между Ас-Тором и драконами имеется соглашение о территории, отводимой для проживания моих соплеменников. В частности, люди могут там появляться лишь с разрешения нашего руководства.

– Полагаю, на такие мелкие нарушения драконьего суверенитета ваш Великий закроет глаза.

К сожалению, он прав. Не то что Ас-Тор, даже драконье начальство махнёт хвостом на такую мелочь. Впрочем…

– Если речь шла бы просто о нарушении прав драконов, тогда – да. Но вы добываете кристаллы, следовательно, они вам нужны. Осмелюсь предположить, что они усиливают вашу группировку. А вот это может оказаться не по нраву Великому. Лично мне это уже не нравится.

Намёк остался непонятым.

– Напоминаю, на сегодняшний день твои драконы нарушили суверенитет вольных магов. Это не мы летали над вашей территорией.

– При всём желании ни я, ни мои подчинённые не в состоянии нарушить то, чего нет.

Выпад попал куда надо. Кажется, собеседник изволит гневаться? Нет, это только кажется. Но позицию он обозначает весьма твёрдо:

– Тем не менее нам кристаллы нужны, и мы будем их добывать с вашего согласия или без такового. Также предупреждаю: больше разведывательных полётов над нами не проводите. Иначе может произойти… несчастный случай. Уверяю, из-за этого Ас-Тор не начнёт боевых действий.

К угрожающему облику добавляется яростное рычание. Но и у меня есть контрдоводы.

– Верно. Не начнёт. Но если такое случится с кем-то из моих подчинённых или родственников, вы получите очень памятливого врага с личными мотивами. Оно вам надо?

Не было сказано «изобретательного». Чрезмерно вольным магам об этом знать совершенно не следует.

Похоже, мне удалось удивить главного.

– Вы осмелитесь напасть на человека? Не боитесь гнева Великого?

– С человеком тоже может произойти несчастный случай. Бывает ведь такое, верно? Великий при этом не всегда гневается.

Я заклинанием включил магосвязь и прищёлкнул языком. Это был знак Фарриру: взлететь, набрать высоту пять тысяч метров и оттуда следить за перемещением моего уже почти противника. Разумеется, магический передатчик сразу же после этого был выключен.

– Ты был предупрежден, Динозаврр.

– И вы тоже, Цойген. Будем считать, каждый остался при своём мнении. Моё вы знаете: я хотел и хочу сотрудничества, а не конфронтации. Если захотите со мной связаться, знаете, где оставить записку. Всего вам Пресветлого.

Мой визави всё же был незаурядным человеком. Другой бы на его месте промолчал, но главный вольный маг буркнул:

– И тебе.

Больше не осталось ничего, кроме как лететь домой.

Глава 23

Игра на обострение

Деревня Мышиный Брод, в доме магов

Комната в доме магов не заслуживала этого названия. Скорее её можно было бы именовать «комнаткой». В ней сидело двое. Одним из присутствующих был её хозяин, маг жизни высокого уровня, член Совета вольных магов. Вторым был главный вольный маг, который в своё время учился у первого и не забыл об этом. Разумеется, маг жизни был гораздо старше.

Хозяин кабинета как раз закончил слушать гостя, пересказавшего практически дословно ход беседы с драконом.

– Ну хорошо, факты я от тебя услышал. Но хотелось бы также знать выводы.

– Наставник, я пересказал только те факты, которые относятся к переговорам. Но есть ещё дополнительные…

Хозяин кабинета чуть прикрыл глаза.

– …На сегодняшний день нашим основным источником кристаллов является прямая их добыча крестьянами. То дело в Хоруме я не считаю, разовая акция. Темпы получения свежих кристаллов очень низкие. Дело в том, что крестьяне боятся драконов и, как следствие, предпочитают не появляться на их территории.

– Я берусь закончить твою мысль. Старые россыпи практически исчерпаны. Для того чтобы добывать больше, нужно закладывать шахты, а это дорого. Или же искать россыпи в других местах.

– С вашего позволения, наставник, я чуть дополню. Во времена появления драконов никто не заботился о кристаллах. То есть принадлежащая им территория никем толком обследована не была. Между тем ожидать там интересные находки можно, ведь драконы кристаллами не пользуются. И с этой точки зрения позиция, занятая этим пятнистым, мне непонятна. Ему-то кристаллы совершенно не нужны!

Пожилой маг усмехнулся:

– Ученик, ты с самого начала повёл переговоры неверно. Твоя позиция сводилась вот к чему: «Мы нуждаемся в кристаллах, поэтому мы их заберём, хотите вы того или нет». А у драконов явно имеются свои интересы. Просто ты не смог их угадать. Правда, и я их пока не разгадал.

Возможно, главный не уследил за собой, потому что в его голосе появилась ирония.

– Наставник, уж не полагаете ли вы драконов равными людям?

– Почему бы и нет? Раз умеют говорить и отстаивать свою точку зрения, значит, могут быть равны.

– Я имел в виду, что у людей потребность в кристаллах может быть, а у драконов – нет. Потом, драконов нельзя считать равными по военной силе. Они связаны клятвой Ас-Тору, а тот, напоминаю, прямо запретил любые силовые действия между людьми и драконами без его на то разрешения. Уверен, если речь пойдёт о добыче кристаллов, то боевые действия он развязать не даст. Уж не говорю о том, что, по моим данным, драконам порядочно досталось во время последней войны. А что до умений… Сами знаете. Да вот вам показатель: во время наших переговоров я проверял этого Динозаврра на правдивость – щита у него не было. Не лгал он, верно. А вот он меня не проверял. Превосходное доказательство ограниченности драконов, не так ли?

– Может быть, но мне очень хочется проявить осторожность. Почему бы тебе не предложить верхушке драконов обмен? Скажем, они нам право на добычу кристаллов, мы им – хлеб.

Бывший ученик удивился:

– Разве эти ящеры едят хлеб?

– Они всеядны, уверяю тебя.

Посетитель выразительно пожал плечами:

– Возможно, вы правы, наставник, но делать я этого не буду по политическим мотивам.

Теперь удивился маг жизни:

– Ну-ка, расскажи подробнее.

– Всё просто: имеется очень большое количество молодых магов, недовольных ситуацией. У них умения так себе, зато возможности реально нарастить искусственно, причём быстро: работа с заклинаниями через кристаллы. Вот эта группа и проявляет недовольство дефицитом. Не то чтобы мне диктовали, но с их мнением я вынужден считаться. У них есть цель, и они полагают, что и средства скоро попадут им в руки.

– У Ас-Тора превосходная память. Он никогда не упускал возможность учиться на ошибках, своих и чужих. Я уж не говорю о его природных способностях. Так что твоим торопыгам ещё предстоит состариться и умереть в своей постели. Вот их пра-пра-пра… очень много «пра»… внуки, возможно, достигнут нужных высот, да и то сомневаюсь, очень сомневаюсь. Остереги этих молодых-горячих. Это и в твоих интересах.

– Молодые плохо умеют воевать, но ждать они умеют ещё хуже.

– Это верно. Они полагают власть Ас-Тора злом, от которого нужно всеми силами и как можно быстрее избавиться. Допустим, тебе и твоим магам удастся это сделать. Но тогда все рычаги возьмёт в свои руки Ас-Лок. Не думаю, что разница будет кардинальная. Чуть хуже, чуть лучше – может быть. Но самое страшное случится, если вдруг погибнут оба Великих сразу. – Пауза. Глаза пожилого мага, казалось, спрашивали у собеседника, понял ли он цепь рассуждений. Но тот явно не понял, и хозяин продолжил: – В этом случае никем не сдерживаемые отдельные группировки магов сцепятся друг с другом насмерть. Война всех против всех – вот что случится, и ничего худшего я даже вообразить не могу. Не уверен, что вольным магам, – заметь, ослабленным битвой против Великих, – вообще удастся выжить. – Последовала многозначительная пауза, сопровождаемая ещё более многозначительной усмешкой.

– Сразу двоих? Пьяная фантазия!

– Согласен, малореально. Но даже одного… И подумай, стоит ли раздражать драконов.

На этом разговор закончился. Про себя главный решил, что наставник прав: в ближайшее собрание нужно вызвать кое-кого из младших и устроить большое разъяснение.

Взвесив «за» и «против», я решил, что присутствие дядюшки Кнарра на собрании не повредит, даже если старик будет молчать вглухую (во что не верилось). И потому Гирра отправилась к свойственнику, а я принялся за организацию.

Кому присутствовать? Моему десятку, ясное дело, а вот второй и третий, пожалуй, обойдутся. Даже десятникам и универсалам (а была мысль их подключить) знать не обязательно. Кнарр – другое дело, и он скоро должен быть.

Народ собрался вовремя. Дядюшка скромно уселся в самом дальнем углу, но его всё равно заметили. Поэтому совещание пришлось начать с короткого представления:

– Познакомьтесь, этого дракона зовут Кнарр.

Родственник опустил гребень в безупречном соответствии этикету.

– Я пригласил его как советника. А это мой первый десяток… – Сразу после представления начался доклад. Я нарочно излагал только факты. Кое-какие выводы уже созрели, но хотелось, чтобы подчинённые дошли до них самостоятельно. – И теперь я готов ответить на вопросы, если они будут, и выслушать соображения.

Старый дракон сохранял каменную неподвижность, соперничая в том с Гиррой. Согарр, как мне показалось, хотел высказаться, но с некоторым усилием промолчал. Кончик хвоста поднял Глорр.

– Ты не всё рассказал, командир. Хотелось бы знать, какие задачи нужно решить в результате переговоров.

Я тут же отметил несколько одобрительных кивков.

– Вольные маги, как и наши десятки, нуждаются в кристаллах для увеличения магических возможностей. Нам они также нужны в учебных целях, даже ещё больше, чем вольным. В любом случае налицо конкуренция. Но мы в неравных условиях. Наше руководство не видит ценности в кристаллах. И поэтому с большой вероятностью вольным магам дадут право добывать их в любом количестве. Скорее всего, без малейших ответных услуг. Это может представлять дополнительную опасность вот какого сорта: сегодня посторонние маги разрешают драконам охотиться и ловить рыбу, а завтра заявят: нет, нам рыба нужнее, чем вам. Выглядит это достаточно непривлекательно. Я хотел наладить сотрудничество. Например: мы добываем кристаллы и продаём их вольным. Или меняем на еду. И здесь меня ждало неизбежное поражение. Дело в том, что вольные не считают драконов равными себе. Нас полагают животными, пусть разумными; люди с нами не договариваются, а используют. Ещё вопросы?

На этот раз сигнал был от Фиорры.

– В чём вольные задевают интересы Великого Ас-Тора? И насколько?

– Они взимают налоги с крестьян. Впрочем, с интересами Ас-Тора конфликтуют в минимальной степени… пока что. Кристаллы его самого ничуть не интересуют. Даже среди его боевых магов они не в моде. Денежный налог с крестьян… осмелюсь предположить, что он настолько мал, что не стоит рассмотрения. Есть нечто другое: если среди крестьян рождается ребёнок с магическим даром, он попадает к вольным, а не в университет. Впрочем, последнее и так не особо вероятно. Обучение же стоит немалых денег… – Я не стал объяснять, откуда такие данные. Мне поверили на слово.

Из угла пещеры вдруг послышался дядюшкин голос:

– Каков военный потенциал вольных магов?

Вопросик в точку. Но отвечать придётся.

– Точно сказать не могу, но думаю, пока он невысок. Судя по тому, как деятельно собирают кристаллы, возможности у большинства вольных так себе. Во всяком случае, недостаток умений ощущается. Боевой опыт, насколько мне известно, отсутствует, а ведь вы все знаете, его ничем не заменишь. Но у нас есть слабое место: вольные могут пользоваться любыми боевыми заклинаниями, даже магией смерти, а мы – никакими, потому что приказ «Не трогать людей» не был отменён.

По пещере пронёсся шумок. Суирра подняла кончик хвоста:

– А пугать можно?

От этого вопроса обсуждение будто сорвалось с вешалки.

– А ведь не запрещено! Ты умница!

– Собирать-то кристаллы будут крестьяне, их напугать не вопрос.

– «Молнии», скажем, рядочек поблизости…

– Нехорошо, это ведь не стихийное заклинание. Я попробовала бы другое…

– А вот вихрь с небольшой скоростью перемещения, так, чтобы успели удрать…

– Нет, лучше магию земли. Пусть медленно, зато эффектно…

Вдруг громко и отчётливо прозвучало:

– Есть ещё вопрос.

Галдёж смолк, а Согарр продолжил:

– Нам разрешены дальнейшие разведывательные полёты над территорией вольных?

Краем глаза я углядел одобрительную улыбку Кнарра.

– Пока и поскольку действует приказ о разведке, мы можем летать, где нам вздумается. Но уже завтра мне придётся доложить о результатах. Могут запретить.

Аудитория ответила негромким гулом. Харрф что-то горячо, но шёпотом доказывал Фарриру. Наверняка наш недисциплинированный предлагал способы пренебречь приказом или хотя бы обойти таковой. Ну так и есть.

– Можно патрулировать вдоль границы на высоте, скажем, миль пять. Формально нарушения нет, а фактически увидим перемещения людей в нашу сторону. И лошадей тоже.

Ни единого голоса против не послышалось. Тут Гирра влезла в дискуссию. Но это уже был не вопрос, а вывод.

– Из всего сказанного можно заключить: пока Великий совершенно не обеспокоен. Это подтверждается его приказом: провести разведку, но не более того. Это мы с вами и сделали. Нам запретили вступать в боестолкновения – их и не было. А переговоры никто не запрещал.

Кое-кто из моих кивнул. Ну да, все действия были на пользу Ас-Тору.

– Так что же нам делать? – Это спросил Таррик.

И правильно, план действий необходим.

– Зимой можно вообще ничего не делать. Да и ранней весной тоже. А потом… Харрф дал здравую идею с патрулированием, и пугнуть можно.

Дядюшка снова подал голос:

– Надо учесть ещё фактор времени. Если боевые действия возобновятся, то Ас-Тору станет не до охраны прав драконов, а тем, в свою очередь, станет не до мелочной охраны границ. По моим прикидкам, это может произойти через два года.

У всех присутствующих возник один и тот же вопрос, но лишь Хьярра осмелилась задать его вслух:

– Мудрый Кнарр, почему вы сказали о сроке в два года?

Удивительное дело: это выражение почтительности от молодой драконы явно пришлось по душе старику. Отвечал он с улыбкой, но слова были серьёзны:

– Очень похожая военно-политическая ситуация уже была пятьдесят четыре года тому назад.

Да уж… и родители присутствующих тогда ещё не появились на свет.

Воцарилось недолгое молчание. Первым решился высказаться Согарр:

– Значит, у нас имеется два года, чтобы найти ещё одно решение проблемы.

По пещере прокатился гул согласия. И все мы оказались в конечном счёте не правы.

На следующее утро состоялся доклад начальству о результатах разведки. Произошло то, чего я ожидал: собранные нами сведения канули, как в бездну. Никакой реакции на получение разведданных не последовало. Правда, и разведывательные полёты не запретили.

На левом берегу Воларры

Согарр не мог предвидеть случившегося. Я его не виню – и сам не смог бы.

Произошло это через неделю после совещания, посвящённого вольным магам. В тот день была его очередь ловить рыбу. В зимнее время – дело несложное: надо всего лишь знать, где именно таится неповоротливая добыча. Охотник уже ухватил рыбину приличного размера (на полноценный ужин), вынырнул, несколько раз вдохнул-выдохнул, прочищая лёгкие, поднялся в воздух и стал набирать скорость.

Ничего угрожающего видно не было. Но уроки командира не прошли даром: прирождённый маг огня всё же почувствовал необычную водную магию. Дальше сработали навыки, вбитые чуть ли не на уровне рефлексов: сложить крылья и рвануть с ускорением в сторону.

Будь на месте Согарра дракон с обычными школьными умениями, на землю упал бы труп с переломанными и продырявленными крыльями, да тремя-четырьмя безусловно смертельными ранами в туловище, не считая нескольких менее серьёзных ранений в хвосте и конечностях. Однако даже вполне опытному и неординарно обученному воину полностью увернуться не удалось.

Сначала было ощущение двух тупых ударов в хвост и в грудь. Лишь спустя чуть ли не полсекунды пришло понимание: «Ледяная картечь». Боль пришла потом.

Серо-голубое тело со сложенными крыльями стремительно снизилось и стало зигзагами уходить из зоны обстрела. Согарру хватило быстроты соображения понять: на лету, описывая сложнейшую траекторию на бреющем полёте, следя за чужой магией, одновременно наложить конструкты, которым его учили, невозможно. Значит, надо оторваться от противника.

Подбитого дракона, как ни странно, рана и спасла. За ним тянулся хорошо видимый шлейф из мелких капелек крови, и неведомый враг пришёл к выводу, что ранение смертельно, значит, незачем тратить энергию.

Согарр приземлился за полмили от той точки, где по нему дали залп. Он знал, что пара минут в запасе есть. Голова кружилась. Раненый правильно решил, что кровопотеря велика, значит, первым делом – конструкт на повреждённые сосуды. Теперь погасить боль. Глянув вокруг себя и увидев расплывающийся мир, дракон счёл, что налицо тот самый крайний случай, о котором говорил наставник. И в дело пошло заклинание «Амфетамин».

Это помогло. Муть и круги в глазах исчезли. Согарр потратил с десяток драгоценных секунд на ещё один просмотр потоков внутри себя: скверно, лечиться придётся ещё долго, но до пещеры дотянуть можно. Разумеется, лететь на минимальной высоте, с максимальной скоростью, а главное, со всем возможным вниманием к враждебной магии.

Расчёт оказался верным. Много дней спустя на разборе полёта Согарр не без гордости вспомнил (про себя), что по тактике в школе он почти всегда получал «превосходно». Правда, нападавший заметил удирающего дракона, но сделать уже ничего не успел. Видимо, рана оказалась не такой тяжёлой, поскольку хитрый крылан не только уходил очень резво, но и умело нырял в складки местности. Вдогонку свистнули два залпа «картечи», но один угодил в невысокий холм, второй же, будучи хорошо наведённым, может, и задел бы цель, не увернись та в последний момент.

Пока Согарр летал за едой, Суирра была занята делом. По её мнению, подстилки надо было заменить, и потому молодая хозяйка пещеры трудилась, таская сухие охапки высокой прошлогодней травы. Она как раз высунулась из проёма, когда вдалеке показался знакомый силуэт супруга. Сразу бросились в глаза сложенные крылья.

Согарр ещё не приземлился, а жена уже заметила длинный кровяной потёк на груди. Суирра не успела даже что-то сказать, муж опередил. Он говорил необычными для него короткими фразами:

– Чужой маг на нашем берегу. По мне дали три раза «Ледяной картечью» и зацепили. Я поставил конструкт. Боевую тревогу нашему десятку. Пусть собираются здесь. – И плюхнулся на свежую подстилку, выпустив из когтей рыбу, которую невесть почему тащил с собой, видимо просто забыв о добыче.

Суирра позволила себе задержаться на пару секунд – ровно столько ей понадобилось, чтобы убедиться: конструкты действительно поставлены. Проверять их качество было уже некогда.

Розовая дракона выкрикнула:

– Держись до нашего прилёта! – и прянула в воздух.

– Чрезвычайная ситуация, – послышался ледяной голос Гирры.

В тот момент у меня был отдых после напряжённых занятий с универсалами из второго и третьего десятков. Но сказано было так, что я оказался у входа в пещеру куда раньше, чем успел осознать, что делаю. Проследив за направлением взгляда жены, я понял: пахнет керосином, говоря по-человечески. Чтобы в небоевой ситуации кто-то из десятка летел со сложенными крыльями… Выходит, ситуация именно боевая. И мы с супругой, не сговариваясь, сделали шаг вперёд, готовясь к взлёту.

Хриплый голос Суирры поведал нам о случившемся. Наступил момент, когда думать и приказывать надо елико возможно быстро.

– Гирра, извести Фаррира и Ррису, они ближе всех. Пусть, в свою очередь, слетают за Харрфом и Рройтой, тебе останутся Таррик и Фиорра. Суирра, за тобой Хьярра и Глорр. Я сам к пострадавшему, погляжу на конструкты. А потом – в погоню. Лететь, расправив крылья. Чувствую, энергия нам сегодня понадобится. Живо, ребята!

Согарр пребывал в полном сознании: заклинание бодрости ещё действовало. Так, посмотрим…

Конструкт был поставлен сикось-накось, то есть именно так, как и мог его сотворить неумёха, к тому же второпях и отнюдь не в условиях стационара. Пару драгоценных минут я потратил на небольшую правку. Вернусь, переделаю кардинально. Ещё одна минута ушла на выяснение точных ориентиров места, где произошло нападение. Теперь заклинание «Бархатная подушка» – пусть вздремнёт. И тут снаружи послышались звуки, издаваемые приземляющимися драконами.

Боевая задача была поставлена во всех подробностях:

– Нападение было произведено на левом берегу Воларры, между Тростниковой бухтой и Тройной скалой. Оттуда до поселения вольных магов шагать два часа с половиной, добавьте расход времени на переправу. На протяжении семи миль на правом берегу дорога лишь одна. Так что у нас есть все шансы перехватить. Немедленно разлетаемся в разные стороны. Первая группа в составе меня самого, Ррисы, Фаррира, Харрфа и Рройты летит к точке севернее места нападения, расстояние между ними четыре мили. Вторая группа, в которую входят все остальные, – к южной симметричной точке. Перелетаем реку; оттуда уже будет видна дорога. Обе группы держатся в стороне от дороги на расстоянии четырёх миль. Дистанция между воинами – миля. По сигналу обнаружения противника скрываемся в складках местности и продолжаем наблюдать. Нас этот маг не должен заметить. Дайте ему пройти вперёд, а я налечу сзади и с расстояния сто ярдов ударю серией «Молний» рядом. Таррик, как только противника обнаружат, тебе надо пристроиться за моим хвостом, быть в готовности поддержать «Молниями». Целиться не в человека, а рядом с ним! Ни в коем случае не убивать! Тот, кто это сделал, нужен живым. У него точно имеется очень мощный кристалл для магии воды, так что стерегись водяных и ледяных заклинаний. Но не исключаю применение иной боевой магии. Всем прочим быть наготове: как только этот тип свалится, подлететь, приземлиться и расположиться кругом диаметром ярдов двадцать, так, чтобы маг был в центре. Когда он очнётся, то в два счёта поймёт, что дело его безнадёжное. Рриса, остаёшься в воздухе на высоте пять миль. Вопросы есть? Нет? Работаем!

Про себя я решил, что главная огневая задача – на мне, и только на мне. Кто знает, как моим может аукнуться их клятва Великому. Ведь приказ «Ответного огня не открывать» так и не был отменён.

Не столь уж далёкое было расстояние до Воларры, и всё время полёта я ломал голову. Гипотез о причинах нападения было множество, и ни одна не выглядела убедительной.

Драконье зрение не подвело. Цель мы засекли с дистанции миль семь. Но я ошибся: нападавший был не один, их было двое, оба в тёплых плащах без опознавательных знаков. Пока мы подлетали, пара успела высадиться из лодчонки, спрятать её в зарослях сухого тростника и двинуться скорым шагом на восток от реки. Наши веером рассыпались, уходя от возможного наблюдения.

В свою очередь, я успел произвести анализ. Во-первых, было кристально ясно, что эти двое и есть агрессоры – никого другого из людей поблизости не было. Да и нет нужды местным переправляться через Воларру – кстати, задачка не на раз, если, конечно, не использовать для движения лодки магию воды.

Я подлетал к цели, как боевой вертолёт, крадясь по распадкам и перевалам. Таррик следовал за мной не хуже, чем хороший ведомый. Пора!

Грянула очередь из шести «Молний». А теперь подлететь вплотную и вдарить «Наркозом» – при контузии это вредно, но следить за здоровьем противников я не подряжался.

Кто же это валяется на холодной земле? Молодой человек, на вид не более восемнадцати – девятнадцати, рядом с ним девица, ещё моложе. По словам Согарра, три «Ледяных картечи» – значит, или природная огроменная силища, или, что скорее, кристаллы высоких характеристик. А проверить – что там за воротником? Подцепим-ка когтем…

У молодого человека всё было на цепочках. Обнаруженный арсенал впечатлил. Сапфир безупречной чистоты, сантиметров шесть в поперечнике, и грани относительно ровные. Для магии воздуха и воды самое то. Красный кристалл – рубин или шпинель? Нет, по оттенку скорее рубин, но проверять его на твёрдость некогда, да и ни к чему. Магия огня – теперь понятна очередь из ледяных заклинаний. Аквамарин впечатляющего размера цвета морской волны – скорее для воды. Ещё черный кварц. Этот зачем? Ведь он только на телепортацию и трансформацию годится. Странно… Аметист равномерно-фиолетового цвета, сантиметров семь. То, что надо для «Молний». Нечто жёлтое, вытянутое, не вполне понятное, с осью симметрии шестого порядка – берилл или кварц? Для магии земли. Этот парень универсал, что ли? И ещё бесцветные, но те размером поменьше. Впрочем, тоже ценные, от таких и я бы не отказался. Да, почти наверное универсал. А у девчонки браслет с изумрудом, не гигантский, но вполне себе – шесть сантиметров. Правда, цвет не насыщенно-зелёный, для ювелира не ахти что, а вот для мага жизни… Других кристаллов при ней нет, то есть она и есть маг жизни. Расстегнуть браслет удалось не без труда.

Теперь снять «Наркоз» с молодого человека и задать проверочный вопрос. С гудящей головой ему трудно будет врать.

– Вы пытались сбить дракона «Ледяной картечью»?

– Да.

– С какой целью?

– Чешуя.

И тут мне в голову прямо-таки впрыгнул план. Нахальный, но осуществимый. С ним надо поторопиться: Согарру точно нужна моя помощь.

Глава 24

Непросчитанный вариант

В доме магов и вокруг него

Тревогу поднял не тот, кому это положено делать по долгу службы, а самый наблюдательный из тех, кто проходил мимо. Им оказался ученик Йоррин, двенадцати лет от роду.

Мальчишка был столь же наблюдателен, сколь и любопытен. Он заметил странное красное свечение лужи. Все знают, что лужи сами по себе не светятся. Не беспокоясь о возможной опасности, ученик подошёл поближе, нагнулся и сразу заметил, что причиной магического (а каким ещё он мог быть?) эффекта является непонятный объект под водной поверхностью.

Подумав как следует, примерный ученик Йоррин сделал то, что и надо было: позвал старшего ученика. Тот, в свою очередь, понял, что данная задача ему не по зубам, и вызвал уже мага четвёртой категории. Тот, в свою очередь, определил, что за объект светится, и поднял общую тревогу.

Свет излучал сторожевой амулет, которому в луже делать было совершенно нечего. В своё время заместитель главного по вопросам безопасности лично повесил его на стенку рядом с дверью, ведущей в хранилище ценностей. Понятно, что как раз этого специалиста и вызвали.

Беглый осмотр помещения показал, что из него украдены сверхценные по своим характеристикам кристаллы. Такое происшествие было чрезвычайным уже в масштабах всей группировки вольных магов. Немедленно послали за главным. В это же время безопасник стал производить следственные действия.

Сторожевой амулет (бесцветный кварц, не особо дорогой) был рассчитан на отслеживание несанкционированного проникновения в хранилище. Точнее, он измерял расстояние между собой и дверью, а при её открытии поднимал тревогу (начинал светиться). Каким-то образом кристалл был вырван вместе с оправой и брошен в лужу. Натурально, он сработал штатным образом, но сразу этого никто не увидел.

Зам главного про себя отметил: диверсия кого-то из своих. Чужой не мог очутиться в доме так, чтобы его не заметили. Также с самого начала было очевидно: для точного определения того, что именно украдено, потребуется порядочно времени. Следовательно, это можно и нужно отложить.

Факты и выводы были изложены прибежавшему высокому начальству.

Главный умел думать быстро и точно. Он тут же вспомнил, что на всех младших магах имеются метки, по которым их можно разыскать (если рельеф местности и расстояние позволят). И начал отдавать распоряжения:

– Послать в близлежащую деревню за охотником с ищейкой на случай, если метки не сработают. Собрать бригаду: пятёрка боевых магов, маг жизни, – последовала крохотная пауза, – и некромант. Вы и я тоже будем участвовать. Теперь: этим ученикам приказать молчать.

– Уже сделано. Разрешите тут же распорядиться насчёт ищейки?

– Действуйте.

По жесту безопасника приблизился стоявший в стороне маг низшего ранга. Получив распоряжения, он побежал к выходу. Тем временем главный продолжал отдавать приказы:

– Выяснить, кого нет на месте и почему. Немедленно по сбору бригады выходим. Пока мы будем отсутствовать, Сандер должен выяснить, какие именно кристаллы украдены.

Через десять минут выяснилось, что без уважительных причин отсутствуют двое: старший ученик Фонтон-эл, универсал девятнадцати лет, и старшая ученица Фалия-на, маг жизни, шестнадцать лет.

Местного кинолога (он же охотник) и его четвероногого спутника привели через четверть часа. Пёс был самого неказистого вида, но след взял уверенно.

Ради скорости весь отряд (кроме охотника) был верхом, заводные кони тоже присутствовали. Через полчаса после начала погони главный отметил первый успех: одна из меток проявилась. Он связал это с выходом группы на перевал. Метка была неподвижной.

Через час собака глухо заворчала. У неё на это были причины.

Дорога пошла наверх к следующему перевалу, и как раз на нём вся бригада разом поняла, почему вторую метку не удалось засечь: один из тех, за кем гнались, представлял собой обгорелый труп. Из всей одежды сохранились лишь бусы из красного авантюрина. Конечно, метка уцелеть не могла, да и некроманту здесь было нечего делать.

Второй покойник был в сравнительно целом состоянии, если не считать выражения панического страха, застывшего на лице. Иначе говоря, допросить его было можно. Главный знал, что с этим делом нельзя медлить, и потому сразу же предложил некроманту действовать.

Известно, что мертвецы не способны к логическим выводам, они могут лишь описать, что видели, что слышали, что сказали и что унюхали. В такой ситуации умение задать правильный вопрос крайне существенно. Это также было известно главному, и он всеми силами старался вытянуть из покойного самую полную совокупность фактов.

По словам Фонтона, девушка увидела на своей подруге Халиде поддоспешник из чешуи дракона. Реакция оказалась вполне предсказуемой: «Хочу такой же». Это было высказано влюблённому молодому человеку. Разумеется, на подобное дорогое одеяние (или, скорее, дорогую броню) у старшего ученика не было денег, да и быть не могло, зато наличествовала необыкновенная лёгкость в мыслях. Вот почему он ответил своей милой, что наилучший способ раздобыть драконью чешую – прикончить дракона. И с хорошими кристаллами это вполне возможно, а таковые можно взять в хранилище. И он, Фонтон, знал, как именно.

Для начала эти двое выследили двух драконов, которые поочерёдно каждый день ловили рыбу в заводи Воларры. Эти рыболовы, подцепив добычу, набирали высоту всегда в одном и том же месте. А рядом был небольшой провал, в котором в густой пожелтевшей траве нетрудно спрятаться. Нужные заклинания Фонтон, разумеется, изучил. Осталось лишь раздобыть самые лучшие кристаллы.

Средство для отключения сигнализации было придумано простым, как дубина. Фонтон изучал телепортацию и с её помощью переместил сторожевой амулет за окошко, рассчитывая, что на заднем дворе его если и заметят, то не сразу. На деле же получилось ещё лучше, поскольку амулет упал в лужу. Не затрудняя себя долгими размышлениями, юный маг открыл ларец и напялил на себя самые лучшие кристаллы, какие только смог найти. Единственным исключением стал изумруд, который был вручён подруге. От подарка та расхрабрилась и вызвалась сопровождать своего мужчину на опасное дело.

Кристаллы не подвели. Старший ученик применил нужное заклинание и попал в дракона. Фонтон так и остался в убеждении, что смертельно ранил добычу, но та нашла в себе силы отлететь подальше. Охотники за чешуёй немедленно побежали в погоню и отыскали место, где раненая дичь приземлилась, поскольку там были пятна крови. И всё же дракон, собравшись с силами, полетел дальше. Маг жизни оценила возможную кровопотерю и авторитетно заявила, что ранение, конечно, опасное, но не обязательно смертельное, и потому погоня за драконом смысла не имеет.

Надо было возвращаться. Ещё была возможность незаметно вернуть кристаллы в хранилище. Парочка успела переправиться на правый берег реки и прошла по дороге с полчаса. И тут по ним ударил «Молниями» дракон…

Главный не выдержал и несколько раз переспросил покойника, видел ли он дракона своими глазами. Тот подтвердил, что видел его между первым и вторым ударом «Молнии». Подробный расспрос показал также, что этот дракон был совершенно другой расцветки, чем тот, на которого охотились. На этом месте вся бригада понимающе переглянулась.

Несмотря на жестокую головную боль, маг всё же расслышал голос с отчётливым рычащим произношением, который спросил, нападал ли он на дракона в этих краях и с какой целью. Он, Фонтон, ответил на вопросы и опять потерял сознание.

В чувство его привела Фалия. Почти сразу же эти двое обнаружили пропажу всех кристаллов, что были при них. Несомненно, их унёс тот самый дракон, который бил «Молниями», потому что больше здесь никого не было.

Когда Фонтон и Фалия возвращались, между ними разгорелась ссора. Девушка высказала молодому человеку всё, что думала о его умственных, магических и иных способностях. Тот, в свою очередь, подчеркнул, что всю работу по добыванию кристаллов и по обстрелу дракона выполнил он, а подруга с таким же успехом могла и вовсе остаться дома, ибо даже с замечательным кристаллом от неё никакого толку. Разговор продолжался на всё более повышающихся тонах, пока взбешённая девица не применила какое-то заклинание из магии жизни, отчего ему, Фонтону, стало крайне плохо. Подумав, что его убивают, он пустил в ход «Молнию», в которую вложил все силы, – и тут же вправду умер.

Поняв, что больше из мертвеца ничего не выжать, Главный кивнул в сторону мага жизни. Обследование длилось не более пяти минут. Специалист увидел конструкт, останавливающий деятельность сердца. Двойное убийство. Правда, судмед эксперт оговорился, что, возможно, убитая маг жизни хотела лишь попугать молодого человека, а не убивать его, но доказать это решительно невозможно.

Тела погрузили на заводных лошадей. Разумеется, предстояла процедура официального опознания, чисто формальная, конечно. А ещё следователям надо было крепко подумать.

Мне предстояло объяснить свой план товарищам. Но это могло и подождать, а вот помощь Согарру стояла первым номером по срочности. Ради этого стоило пригласить и весь десяток, и универсалов из других десятков.

Собрание живо напомнило мне известную картину Рембрандта «Урок анатомии доктора Тульпа».

– Значит, так, ребята. Для начала смотрим на повреждения… Видите этот кровеносный сосуд? Его разрыв очень опасен для жизни; там, как вы помните, кровь под большим давлением, вытекает быстро… На него был наложен конструкт… торопливая и не слишком аккуратная работа, но у пациента не было вариантов… Вам ещё предстоит поправить здесь и здесь… Тут мы имеем кровяной тромб, убирать обязательно… Вот из этих протоков будет поступать жидкость и накапливаться в брюшной полости, а нам этого не надо… Ну, какие будут мнения?

– Я бы на эту мышцу обратил внимание, сверху, где близко к сухожилию…

– А я конструктик вот сюда, на этот кровеносный сосуд, так выздоровление пойдёт быстрее…

– Интересно, почему потоки искривлены вот в этом направлении? Разрывов не чувствую…

– Ушиб, наверное…

– Командир, ты говорил, что возможно воспаление. А как с ним быть?

После долгих и горячих обсуждений консилиум пришёл к мнению, что выздоровление продлится не менее пяти дней при условии, что корявые согарровы изделия будут убраны, а надлежащие конструкты наложены лично мной. Тут пришлось согласиться: никому из учеников такое было пока что не под силу.

Работа заняла три часа. После небольшого отдыха началось настоящее обсуждение дел.

– Давайте договоримся так. Факты у вас на руках. Вы видели, как дело происходило. Но наверняка появились вопросы. А? Я так и думал. Валяй, Хьярра.

– Почему они напали на Согарра?

– Ты видела, как я что-то спросил у мужчины, только не расслышала, так ведь? Вот об этом и спросил. Тот человек сознался: они охотились на дракона ради его чешуи. Люди из неё делают себе защитный костюм – от боевых заклинаний, понятно. Наверняка такая защита очень ценится. На нас, драконах, отбитые чешуйки возобновляются, а вот на костюме – нет. Возможно, они портятся от времени и наверняка осыпаются от удара магией, только не знаю, на сколько воздействий их хватает…

Так, похоже, назревает взрыв возмущения. Надо его малость пригасить.

– …И повторяю ещё раз: люди приравнивают нас к животным. Они не воспринимают убийство дракона так, как мы с вами.

Всё же чувства прорвались:

– Ишь ты! А если мы сочтём, что человеческие черепа – прекрасные мячи для игры в форрот? Что тогда?

– А я хочу спросить: куда смотрят те, кто по службе контактирует с людьми? Уж они-то…

Похоже, у кое-кого сейчас дрогнет крыша. Этого допустить нельзя.

– Стоп, ребята. Мы не имеем права противопоставить силе силу. У нас приказ…

Ответом было глухое рычание.

– …Но мы можем использовать чужую силу себе на пользу. Наша главная цель – довести вольных магов до мысли, что с драконами можно и нужно договориться.

Пауза. Этот пассаж нуждается хотя бы в минимальном осмыслении.

– Вы все видели, какие кристаллы мы в результате получили. Раньше они принадлежали группировке вольных магов и полагались огромной ценностью. Справедливо, между прочим. Те двое, что напали на Согарра, украли эти кристаллы. Руководство вольных, узнав об этом, придёт в ярость. Вы также видели, что я отпустил этих двоих подобру-поздорову вместо того, чтобы убить. Так вот, думаю, что нападавших руководство вольных накажет весьма строго. А мы, получится, тут как бы ни при чём. Но также рассчитываю, что главный вольный маг задумается: чего ради дракон оставил эти кристаллы у себя? И надеюсь, поймёт меня правильно. В худшем случае он начнёт с нами переговоры с целью добиться возврата этих ценностей. И тогда я смогу довести до него мысль о том, что драконам самим нужны кристаллы.

На самом деле были мыслишки применить эти действительно очень дорогие кристаллы для очень специальных целей, о которых посторонним знать не обязательно. Но, конечно, для начала огранка.

Мои раздумья прервал Таррик:

– Почему ты думаешь, что кристаллы краденые?

– Все они очень крупные и к тому же разнообразные. В одном месторождении такой набор встретить невозможно. Купить – реально, но трудно, очень уж они дорогие. А недавно кто-то обокрал торговое заведение, специализирующееся на кристаллах. Угадайте, что оттуда вынесли?

Послышались понимающие смешки. В разговор вступил Харрф:

– Командир, ты сказал «в худшем случае». А какой может быть лучший?

– То, что я предложил вольным с самого начала: сотрудничество.

Харрф явно хотел спросить что-то ещё, но Гирра его опередила:

– В чём может заключаться такое сотрудничество?

– Канал связи с людьми. Мы можем получать информацию от вольных. Пусть чахлый ручеёк, но всё же больше, чем ничего. Можем торговать через них. Кристаллами, к примеру. Ну, конечно, только теми, что нам самим не особо нужны.

– Это какими же? – поинтересовались мои орлы чуть ли не в один голос.

– Рассудите сами, братцы-сестрицы. Кристаллы на магию жизни нужны всем и не только в учебных целях. Телемагия – тоже обязательное дело; очень уж часто приходится летать со сложенными крыльями. «Молнии» опять же. А вот стихийная магия в меньшей степени. Взять хотя бы тебя, Суирра: в магии воздуха ты и так хороша, для тебя кристалл по этой части желателен, но не обязателен, понимаешь?

По некотором размышлении с этим тезисом согласились. Но пришлось уточнить:

– Есть исключения. Универсалы, например. Им может понадобиться усиление, считай, во всех видах магии.

С подстилки послышался голос Согарра. Он не только проснулся, но явно пребывал в полном разуме.

– Чего ты ожидаешь от руководства вольных магов?

– Они пойдут на переговоры. Нам придётся следить за тем местом, которое мы назначили под записки. Наверняка вскорости там появится предложение о встрече.

В кабинете главного вольного мага

Был уже поздний вечер. Следствие по делу о краже кристаллов из хранилища практически завершилось. Наказывать некого, понятно, а вот принять меры по укреплению дисциплины следовало безотлагательно. Но не это заботило хозяина кабинета. Что касалось вольных магов, дело представлялось ясным, но там, где участвовали драконы, оставалось множество сомнительных, мягко говоря, мест.

В кресле для посетителей сидел с полузакрытыми глазами маг жизни Легрон-ир, бывший наставник главного, поглощённый теми же мыслями.

Главный не зря занимал этот пост. Он был способным аналитиком, у него было хорошее видение политических проблем, он умел вести за собой людей. Однако сейчас ему нужна была не столько помощь или совет, сколько возможность выговориться.

– Предвидеть случившееся было совершенно невозможно. Вы сами понимаете: юные идиоты с ветром в голове и огнём… во всех других местах. Ладно, такое бывает. Устроить собрание, нагнать страху – это можно. В конце концов эта парочка сама себя наказала, но пострадали-то в результате все вольные. Хуже другое. Наставник, меня грызёт накопление несуразиц во всём этом. Вот смотрите: для начала этот пёстрый дракон заявляет, что у него есть кому прочитать записку. Ладно, допустим, у него есть доверенный грамотей. Человек, понятное дело. Потом, совершенно необъяснимое, прямо болезненное пристрастие к кристаллам. Нет, не так: ещё резкое неприятие их добычи на драконьей территории. Просто недоверием к людям объяснить это не могу. Далее: невероятно быстрая реакция на нападение. Допустим, их раненый сородич добрался до своих и нажаловался на наших олухов. Но ведь надо создать толковый план перехвата, а потом реализовать его. А для этого собрать известное количество драконов, которые могли бы с воздуха обнаружить беглецов. На всё про всё у них ушло, по моим расчётам, не более часа. Вот тут уже в помощь людей не верю. Мало того, удар «Молнией». Драконы не способны к магии электричества, это все знают. Я даже подумал, что на драконе летел верхом маг. Правда, раньше слышал, что с таким грузом далеко не улететь, к тому же этого мага надо сначала найти. И наконец: дракон отбирает кристаллы, а пленных отпускает. Допустим, тут могло быть распоряжение от руководства: не убивать. Хорошо, но при чём здесь кристаллы? Зачем они ему или им? И вот результат: мы остались без высокоценных кристаллов, а наши крылатые соседи в лучшем случае относятся к нам настороженно, а то и враждебно.

Главный не ждал ответа, но получил его.

– Ты верно подметил, ученик. Полно непонятных фактов. Каждый по отдельности объясним, хотя и с трудом, все вместе – нет. Лично меня больше всего смущают «Молнии»… – Пожилой маг жизни замолчал. Пальцы его правой руки почти неслышно постукивали по столешнице. Глаза явно глядели на что-то, находящееся за пределами восприятия. И тут взгляд наставника вновь обрёл ясность. – Если ты сделаешь одно-единственное допущение, Цойген, оно сможет объяснить всё. Но предупреждаю: выводы тебе не понравятся.

Главный смиренно наклонил голову в знак того, что готов выслушать любое предположение. Маг жизни продолжил, чеканя слова:

– Драконы ничуть не менее умны, чем люди.

Молчание. Хозяин кабинета осмелился возразить:

– Наставник, все знают, что степень разумности драконов много меньше человеческой. Они такими были созданы!

В голосе собеседника прорезался сарказм.

– Неужели все знают? Ну а я не все. Видно, плохо ты усвоил мои уроки. Выводы должны основываться на фактах! Менее разумны, говоришь? У тебя личный опыт общения с драконами позволяет прийти к подобному заключению? Отвечаю: нет. И опыт мизерный, и скудоумия в том драконе, с которым ты говорил, не заметно. Может, такое прописано в книгах? Вижу, что нет. С политической точки зрения Ас-Тору выгодно нелестное мнение о драконах. Так то политика… Ладно, сделаю часть выводов за тебя. Представь, что ты имел дело с людьми, а не драконами. Ты удивился тому, что кто-то может прочитать записку. Так ведь человек может научиться читать. Тактический план быстро составлен? Для хорошего человеческого разума – запросто. Высоко ценятся кристаллы? Человек с мозгами может догадаться, что кристаллы – магические хранители заклинаний. Видел же ты браслет у него на лапе, верно? В такой браслет можно без труда спрятать сколько-то амулетов. В том числе и с «Молнией», заметь.

Главный был неплохим полемистом и потому стал возражать:

– Хорошо, допустим, что эти твари… ладно, пусть эти создания… вполне разумны. Но ведь драконы связаны клятвой Ас-Тору. Значит, из них союзники вообще никакие.

– Я разве говорил о союзе? Да и Динозаврр не говорил. А вот торговля вполне возможна.

– Да он сам же утверждал, что драконы не могут торговать: у них нет денег.

– А кто мешает устроить меновую торговлю?

– Не могу представить, что они могут нам предложить.

– Информацию.

– Военную?

– Нет, они же связаны клятвой. Иную. Коммерческую, например. А ещё могут предложить кристаллы.

– ???

– Да-да. Драконы, насколько мне известно, способны лишь к стихийной магии, её они знают хорошо, в пределах специализации, конечно. То есть у них нет такой уж настоятельной потребности, скажем, в сапфирах или рубинах.

Некоторое время в кабинете стояла полная тишина. Потом на лице главного отразилось плохо скрытое беспокойство.

– Как ты думаешь, нам удастся вернуть кристаллы?

– А поставь себя на место того пятнистого. Сам бы ты их вернул?

Ответ был честным:

– Пожалуй, нет. Трофей, взятый в бою. Законная добыча.

– Уверен, что драконы думают то же самое. Вот разве попытаться выкупить их…

– Дорогие кристаллы, у нас просто нет на это денег. И вообще не уверен, что драконам нужны деньги. Обменять, может быть? Но даже не знаю, на что. А, понял. Нужны переговоры, так вы подумали?

– Не так. Переговоры настоятельно необходимы – вот что я подумал. У тебя ведь есть способ связаться с Динозаврром?

– Имеется.

– Так воспользуйся им.

Глава 25

Дипломатия с выпивкой

Не всегда я промахивался в прогнозах. Иногда случалось и угадывать. Так вышло и на этот раз.

Прошло три дня после нападения. Я как раз успел огранить часть крупных трофейных кристаллов. И тут под чёрным камнем появилась записка с просьбой о встрече. Её содержание заставило задуматься.

Цойген хотел взять на переговоры ещё одного мага. И это вызвало сложные чувства. С одной стороны, два мага вдвое опаснее одного (примерно), к тому же цель участия этого второго во встрече осталась тёмной. С другой, срывать намечающийся контакт тоже очень не хотелось.

– Ну, твою тревогу легко излечить, – не затруднилась с ответом супруга. – В ответной записке не соглашайся на встречу сразу. Пусть ответят на вопросы.

– Плохо.

– Что плохо?

– То, что я додумался до того же самого. Одинаково мыслим. Где полёт фантазии?

Последнее предложение я попытался иллюстрировать движениями хвоста. Даже по драконьим меркам получилось не слишком эстетично.

– Да ну тебя! Наоборот, получилось хорошо.

– Что тут хорошего?

Гирра изобразила скромность настолько бездарно, что любой режиссёр взорвался бы праведным гневом.

– То, что по уму я до тебя доросла, раз высказываю твои мысли.

– Да чтоб тебе! Впрочем… других идей ведь нет.

И в «почтовый ящик» ушло письмо с вопросами. Ответ прибыл на следующий день и заставил крепко задуматься.

Вторым участником предполагался советник главного – по культуре? – маг жизни Легрон-ир. Уж коли он маг жизни, то, скорее всего, и маг разума. Если советник главного, вероятнее всего, его магические возможности на высоком уровне. А мне с таким встречаться опасно. Мало того, консультацию по этой специализации мне никто не даст, ибо я сам среди драконов и есть лучший её знаток. Молодец среди овец. А на молодца?..

На сей раз мой план затрещал сразу же. Злостная скрытность требовала утаить проблемы от всех, но потерпела сокрушительное поражение от беспощадной проницательности жены. Правда, моя двуцветная умница не смогла раскусить суть проблемы, но само её существование прошурупила на раз. Пришлось изложить все опасения. Гирра ничтоже сумняшеся предложила решение:

– Твои умения в магии разума, как понимаю, не самые лучшие…

Эка выразилась! Деликатнее и не скажешь.

– …так что угадать его мысли ты наверняка не сможешь – и не надо. У тебя же есть хорошие кристаллы для магии разума. Ну так не дай себя в обиду. Поставь щиты помощнее.

Легко сказать! Уж мне-то известно, что хороший маг разума может – нет, не пробить, а обойти эти щиты. Одна надежда: по уровню умений этот Легрон, может, и не доктор. А какие ещё варианты?

Сколько я ни перебирал, придумать смог лишь один: блеф. Самый лучший кристалл, изумруд, пойдёт на пассивную, но очень мощную защиту. Второй по величине, зелёный аквамарин, даст активное заклинание, реагирующее на попытки прощупать и выдающее импульс поля. Такой всплеск, если он будет, собеседник просто обязан прочувствовать. И в довесок словесное предупреждение. Пусть маг разума решит, что я крутой до верхнего некуда.

А что еще? К сожалению, лететь можно только одному. У любого из моих драконов магия разума практически на нуле. Готовые мишени для хорошего стрелка.

Всё это я изложил жене, отчего та впала в глубокое раздумье. Но всё же план получил одобрение. И на «почту» ушёл ответ, в котором содержалось согласие на встречу, но лишь через четыре дня. За это время мне надлежит огранить изумруд, выбрать самый лучший из уже огранённых аквамаринов и наложить заклинания.

Разумеется, на встречу я полетел с охраной. Пусть я был на земле, а та – в воздухе, но ожидалось, что должное впечатление будет.

Глава вольных пришёл к жёлтой скале, как и обещал, с советником. На него-то я и уставился. По человеческим меркам, пожилой, лет пятьдесят пять. Почти равнодушен к собственной внешности: волосы заметно редеют, а он ничего против этого не предпринял. Загар – много времени проводит на воздухе. При тёмных с проседью волосах неожиданно светлые глаза. Неторопливые, уверенные движения… кого? Вождя? Нет, скорее хорошего преподавателя.

Мы обменялись учтивыми приветствиями. На этот раз со мной говорили на «вы». Уже прогресс. И тут Легрон совершил ошибку: попытался запустить простенькое заклинание на проверку правдивости. Сделано было явно на пробу; с таким уровнем задействованной силы он мог чего-то добиться лишь в отсутствие всякого противодействия. А оно было. Теперь моя ария.

– Глубокочтимый Легрон, я вполне понимаю ваше любопытство относительно уровня моей защиты от магии разума. Предвидя такое воздействие, я принял меры, как вы, должно быть, заметили. В дальнейшем предлагаю взаимно воздержаться от применения магии разума в отношении друг друга. Естественно, это относится и к вам, глубокочтимый Цойген.

Эти двое настолько хорошо поняли сказанное, что даже не стали переглядываться, лишь кивнули.

– В этом мы договорились. Изложите, прошу вас, ваши предложения драконам.

Главный довёл до моего сведения, что тех, кто напал на дракона, уже нет в живых. Я одобрительно кивнул.

– Глубокочтимый Динозаврр, в прошлую нашу встречу вы сказали, что между вольными магами и драконами возможна торговля кристаллами. Не могли бы вы развить вашу мысль?

– Охотно это сделаю. Слово «торговля» не вполне применимо в данном случае, правильнее были бы «товарообмен» и «сотрудничество». Драконы не имеют денег, как вы знаете. Но мы могли бы продавать вам или через вас добытые драконами кристаллы, и тогда деньги у нас появятся. Сразу предупреждаю: по моим сведениям, высокоценных кристаллов здесь ожидать не приходится. Есть, правда, жила с бериллами, но она расположена достаточно глубоко. Нам удалось добыть из неё лишь несколько аквамаринов. Имеются кварцы, гранаты, турмалин… и кое-что ещё, все они второго или третьего класса, если использовать классификацию людей. Механизм сотрудничества может быть таким: мы продаём вам партию кристаллов, а вы используете их по своему усмотрению – либо пускаете на продажу, либо оставляете для себя. В это мы не вмешиваемся. Разумеется, драконы могут добывать кристаллы только на собственной территории. Возможны также посреднические услуги: мы за деньги или за кристаллы будем покупать что-то у людей через вас. Например, книги. Также предлагаю обмен: если у вас окажется переизбыток какого-то вида кристаллов, то вполне возможно обменять их на те, которые, в свою очередь, не очень нужны нам. И наконец, обмен информацией. Я вижу, у вас есть вопросы. Постараюсь на них ответить.

Первым начал спрашивать главный:

– Глубокочтимый Динозаврр, нас весьма интересуют крупные и высокоценные кристаллы. Хотелось бы знать о возможностях их приобретения.

Намёк, причём не особо тонкий. Очень уж ему жалко оставлять в наших лапах то, что мы затрофеили. В таких случаях хирурги говорят: «Резать без разговоров!»

– Насколько мне известно, на территории драконов нет месторождений корундов. За топазы тоже не поручусь. Может, удастся добыть сколько-то бериллов. Ну а крупные кристаллы – это вопрос везения. Если таковые нам попадутся, будем иметь ваши потребности в виду.

Кивок, интерпретированный мной как «Да, я вас понял».

В разговор вступил маг жизни:

– Глубокочтимый, вы упомянули аквамарины, которые вам попадались. А какого они были цвета?

Магам жизни нужны соответствующие кристаллы? Что ж, подцепим их на крючок.

– Большей частью голубые, ещё голубовато-зелёные. Изумрудов не было. Но почему вы так ориентированы на бериллы? Есть и другие кристаллы, подходящие для магии жизни: гроссуляры, например, также оливины, ещё хризобериллы… – В яблочко! Оба мага даже не представляют, что это такое. – Но все они имеют общий недостаток: практически не встречаются в россыпях. Добывать их можно только из жил. Но для этого надо знать, где такие жилы искать… – Это уже почти прямое: «Даже не вздумайте шарить на нашей территории! Всё равно не найдёте, а испортить отношения с драконами можете». – Однако в зимний период любая добыча кристаллов практически невозможна. Так что предлагаю вернуться к этому вопросу после установления тёплой погоды. Но с нашей стороны будут условия. – Театральная пауза. – Руководство вольных магов выдаст охранные знаки для тех людей, что будут с нами сотрудничать. Эти знаки обеспечат неприкосновенность и их самих, и любых товаров, в том числе кристаллов.

– Ваше предложение будет рассмотрено.

Это понятно, вольные не хотят упускать из рук даже весьма жиденький ручеек кристаллов, который пойдёт от драконов.

– Мы подождём. Кроме того, при любом исходе переговоров настаиваем, что ни вольные маги, ни драконы не будут заниматься добычей на чужой территории.

И снова нить разговора взял в руки главный:

– С последним условием я согласен…

Я энергично кивнул. К сожалению, люди не понимают жестов хвостом и гребнем. Пришлось много работать головой.

Цойген продолжил:

– …Однако мы видим ещё одну форму сотрудничества, не упомянутую вами. Я имел в виду обмен знаниями. Наши маги могут читать лекции драконам… и наоборот.

Одна из причин точно на поверхности: моя эрудиция в части кристаллов. Эка их разобрало! Понимаю, но осторожность в первую очередь.

– Ваше предложение стоит обсуждения. Я лично полагаю такой вариант вполне осуществимым. Думаю, мы ещё вернёмся к этой теме.

Уверенные кивки.

– Тогда до встречи… скажем, через месяц.

И высокие договаривающиеся стороны раскланялись, если подобные выражения вообще применимы к драконам. Ну, разве что «договаривающиеся» – ведь мы и вправду это делали.

В кабинете главного вольного мага

На этот раз кабинет был заполнен почти до отказа. Присутствовал не только советник Легрон, явилось практически всё руководство группировки.

Совещание шло по оптимальному сценарию, а именно: для начала собравшимся сообщили сухие факты. Кто с кем говорил, кто и как ответил… Но этим факты не исчерпывались. Пищу для размышлений добавил маг жизни:

– …Как вы уже поняли, ни одна моя попытка пустить в ход магию разума не осталась незамеченной. Мало того, могу заверить, что использованные щиты созданы грамотно, причём задействована огромная плотность потоков. Даже не скажу, чем это объяснить: то ли способностями самого пятнистого дракона, то ли характеристиками использованных им кристаллов. Обращаю также внимание, что в качестве одной из потребностей указаны книги. Всё это заставило меня с максимальной серьёзностью отнестись к потенциальным возможностям этого Динозаврра. Я не оговорился, именно его, так как об остальных нам ничего не известно. Не исключаю, что мы имели дело с уникумом, но простая осторожность заставляет предположить, что среди драконов найдутся и другие… с аналогичными способностями. Добавлю также, что тем самым подтверждается наш прежний вывод о недооценке драконов.

Председательствующий с каменным лицом бросил:

– Вопросы?

Руку поднял зам главного по преподавательской работе:

– Прозвучали слова, из которых следует недостаточность наших знаний о наших крылатых соседях…

Про себя все отметили осторожность формулировки.

– …Потому спрашиваю: кто-нибудь из присутствующих видел книги о драконах? Если таковые существуют, стоило бы их приобрести.

Никто не ответил «да».

– Ещё вопросы?

Поднявшаяся рука принадлежала магу жизни Марсии. Эта дама по уровню магических умений уступала только глубокочтимому Легрону, но отличалась высоким уровнем амбиций. Интонации вопроса неопытный политик мог бы объяснить чистым любопытством.

– В вашем докладе, главный, прозвучали названия кристаллов: гроссуляр, оливин, хризоберилл. Я по своему невежеству никогда о таких не слышала и поэтому интересуюсь: кто-то из присутствующих может рассказать мне, что они собой представляют?..

Вопрос был риторическим. На совещании присутствовало лишь два мага жизни, для них названные кристаллы представляли какой-то интерес. Все прочие могли знать о них ещё меньше.

– …Тогда делаю вывод: наши познания о кристаллах явно недостаточны…

Вслух не прозвучало: «Даже по сравнению с драконьими». Но дураков в кабинете у главного не было.

– …А книги о кристаллах достоверно существуют. Я сама их видела. Полагаю, что один экземпляр нам не повредит. Разумеется, решать вам, главный. Альтернативой вижу учёбу. – Сказано было так, что все поняли: госпожа Марсия не погнушается лекциями от драконов.

Книги же были заведомо очень дороги, так что решение предстояло непростое.

– Ваше мнение принято к сведению, – сухо ответил Цойген. – Кто ещё желает высказаться?

Попросил слова тот, кто просто обязан был выразить своё мнение – начальник службы безопасности.

– На словах всё выглядит гладко. Но мне хотелось быть уверенным, что те плюсы, что мы можем получить – некоторое количество кристаллов, имею в виду, – не перевесят возможные минусы…

Присутствующие зашевелились.

– …А именно: может появиться зависимость нашего благополучия от драконов. Думаю, незачем напоминать, что они в силу клятвы Ас-Тору не могут быть надёжными союзниками.

– Что вы предлагаете?

– Не налагать на себя обязательства, а подождать. С наступлением весны связаться с Динозаврром. Пусть они предложат что-то на продажу. Посмотрим, что именно и в каком количестве.

Главный решил, что пора подводить итоги.

– Думаю, все согласятся, что мы знаем прискорбно мало и о драконах, и о кристаллах. Что до первых, то предстоит осторожно выяснять, имеются ли книги на эту тему в открытой продаже. Не удивлюсь, если таковые не сыщутся. Что до справочника или учебника по кристаллам, на сегодняшний день мы не можем это себе позволить, но по мере накопления денежных ресурсов такая возможность непременно появится. Далее о драконах: они не являются союзниками и в обозримом будущем не станут таковыми, но уж врагов из них делать не надо. Хватит с нас одного опыта. Приказываю провести соответствующие разъяснения среди младших магов и учеников.

Ещё вопросы?

Их не было.

Все соратники понимали, что кристаллы зимой добывать, по меньшей мере, трудновато. Лучше всех это осознавал я сам. Ну и ладно, в запасе существовала ещё работка.

На очередной встрече с юным Пиком я озадачил его покупкой кувшина вина. Парнишка проявил взрослую ответственность:

– Красное или белое? Потом, если местное, выйдет дешевле, а из Хорума везти – оно, конечно, дороже, но ценят его поболе. И ещё: бочонок привезти могу, а больше…

– Постой-постой, не всё сразу. По порядку: красное, только один кувшин, и местное. Мне… э-э-э… на пробу.

– Ну, так с этим дело нехитрое. Завтра же доставлю. С вас, господин Динозаврр, серебрушка.

Назавтра кувшин оказался в нашей пещере. Гирра, естественно, удивилась:

– Вино? Но зачем тебе?

Супруга явно не поверила, что содержимое кувшина предназначено для того, чтобы его пить. И правильно сделала.

– Видишь ли, Гир, хочу из этого вина сделать кое-что другое.

– А глянуть можно?

– Даже попробовать дам, если получится.

В последнем я как раз и не был уверен. В магии химии я знал исключительно теорию; это бы ещё ничего, но и в ней мой уровень был весьма скромным. Если быть точным, все познания ограничивались факультативным курсом магохимии, учебник по которой попал мне в руки. Хуже того, в этом учебнике соединялись и теория, и курс практической химии, который в те давние времена был мне недоступен.

Задача с виду простая: удалить из вина часть воды с целью увеличения крепости. Гладко было на бумаге…

Отдать должное супруге: она добросовестно пыталась отследить потоки. И частично ей это удавалось, но лишь когда те принадлежали магии воды.

Шестичасовой труд принёс плоды: в кувшине осталась всего четверть начального содержимого. Иначе говоря, по уровню крепости я, похоже, достиг цели. Теперь надлежит попробовать. Для этого я взял блюдце, в котором плавилось золото. Стопок у нас, понятно, не было.

Но мои замыслы относительно дегустации пошли прахом. Честное слово, я и в рот не взял продукцию, да чего там, даже не понюхал! Просто обнаружил, что сижу на полу, а он, подлец, качается и плывёт.

Гирра выдала четыре тумака и два пинка с целью отправить моё тело на подстилку. Но всё же снизошла до объяснений:

– Ты опять довёл себя до истощения, дурак! Да когда же ты поумнеешь?

Мне было достаточно скверно, чтобы отставить любые мысли о спорах. Но наутро силы вернулись, и я с радостным видом возгласил:

– Ну-ка, что там получилось?..

В пробе было грамм двадцать, не более. Но вкус поставил меня в тупик. Не коньяк, это точно. Не виски. Но и не простой самогон.

Промаявшись пару минут с определениями и воспоминаниями, я понял: граппа! В сущности, это аналог чачи, которую по какому-то стечению обстоятельств я так и не попробовал в земной жизни.

Патентные размышления об аналогах и прототипах прервала Гирра:

– Ты бы хоть объяснил, что это.

– А ты не попробовала?

Гребень моей благоверной изобразил некоторое смущение.

– Я… ну, это… сначала понюхала, а потом… но совсем мало, вот столюшечки…

Судя по отмеренному кусочку когтя, в порции были считаные миллиграммы. Конечно же разъяснения были необходимы. Правда, их пришлось давать с учётом того, что Гирра, как и любой дракон, не знала даже самых основ химии.

– Понимаешь, действующее начало вина я оставил, а воду – её тут четыре пятых – частично удалил магическими методами, в результате получилось, скажем так, очень действенное вино.

Поначалу имелась задняя мысль изготавливать этот аналог самогона и продавать. Однако даже примерная оценка расхода энергии показала, что подобная торговля смысла не имеет. Гирра сделала правильный вывод:

– Ты изготовил одну пятую кувшина, и то довёл себя до истощения. Какой же тут смысл?

– Он может быть. Сделать небольшой запас этого напитка, он как раз помогает в случае истощения. И вообще даёт прилив сил, хотя много его пить нельзя. Эффект от одного кувшина тот же, как если бы ты выпила пять таких же, но с вином, представляешь? Ухудшаются разом координация, ориентирование в пространстве, реакция.

Что ж, одна из моих идей потерпела крах. Впрочем, если найду хороший кварц, то смогу заготовить… Сколько? Литр, вряд ли больше. На наши собственные нужды может пойти, на продажу – нет. Жаль. Денежная польза была бы солидная.

А что ещё можно сделать за зиму?

В кабинете магистра магии жизни и разума Курат-аза

Хозяин кабинета имел основания для гордости и самодовольства, но не испытывал ни того ни другого. Да, магистерская диссертация прошла… если подходить со студенческими мерками, то с оценкой «весьма похвально», никак не меньше. Да, уже сейчас по опыту работы с пациентами Курат тянул на уровень доктора[4]. Да, наставник неоднократно хвалил молодого магистра и прорицал ему отменную карьеру.

Мало того, свежеиспечённый магистр набрёл на идею, которая вполне могла превратиться в докторскую диссертацию. Не каждый мог таким похвастаться. Но как раз эта идея не нравилась её автору. Очень уж много недостатков у неё оказалось.

Первый и основной состоял в том, что никаких других идей докторского уровня у него не было. На языке Древних не существовало аналогов земным пословицам на тему складывания яиц в надлежащее количество корзин, но Курат был достаточно умён, чтобы постоянно стремиться к некоему запасу прочности. Но его-то и не имелось. Правда, посторонний мог бы оправдать достойного мага жизни хотя бы тем, что у иных магистров и за пятнадцать лет даже намёка на тему докторской не возникало. Но Курат, в похвалу ему будь сказано, отличался высочайшей требовательностью к себе.

Второй недостаток заключался в том, что диссертацию на эту тему вполне могли зарубить на защите. Те методы, которые предполагалось разработать, являли собой чистую сокровищницу мысли… увы, не приложимую к практике. Работе, вероятно, предстояло оказаться полностью теоретической, а на таковые старшие маги жизни и разума всегда смотрели косо.

Третьим недостатком предполагаемого научного труда являлась потенциально негативная реакция Ас-Лока. Не то что скромный магистр, но и куда более умудрённые мужи проваливались, пытаясь спрогнозировать ход мыслей Высшего. А большей частью и вовсе не брались за это зряшное занятие. Ас-Локу могла не понравиться, например, молодость диссертанта. Правда, этот недостаток со временем проходил сам собой. Но Великому и тема работы могла прийтись не по вкусу. И ещё тысячи факторов существовали в качестве причин для высочайшего недовольства. Между тем правила на сей счёт были совершенно недвусмысленны: любая докторская диссертация обязательно подлежала утверждению самого Ас-Лока.

Четвёртым и отнюдь не малозначащим недостатком было полное отсутствие уверенности, что поставленная задача вообще имеет решение в рамках существующей теории магии. В университете Курат был первым на курсе по общему теормагу. Так то в университете…

Курат-аз числился весьма способным практиком в магии жизни. Но в нём также присутствовал дух настоящего учёного. Вот почему после долгих раздумий он принял решение всё же начать проработку намеченной идеи.

Затруднения вызвало возможное название темы. Однако, поразмыслив, Курат не счёл нужным придавать ему особенного значения. Громадный опыт студента, бакалавра, лиценциата и магистра однозначно утверждал: начальство всё равно переделает название по своему вкусу. Конечно, при условии, что дело вообще дойдёт до защиты.

И на белый лист бумаги легло начало заглавия: «Теоретическое обоснование…».

Глава 26

Зимний поток перемен

Я полагал, что зимой жизнь затихает. Уж точно в этот сезон не может быть добычи кристаллов и золота, не может поддерживаться бешеный темп учёбы, не может… много чего не может быть. Но события неуклонно накапливались.

К концу зимы Рриса продолжала неукоснительно посещать занятия, хотя сильно располнела. Скажем прямо: она превратилась в фиолетовый шарик с лапками и крылышками. Кроме того, всё больше стало проявляться тревожное состояние молодой драконы. Само по себе это не стало удивительным. Знавал я кошку, которая перед первыми родами так беспокоилась, что убедила свою хозяйку присутствовать при этом деле. Котята родились здоровенькими. Интересно, что вторые роды уже не вызвали такой психологической реакции. Что уж говорить о людях и драконах!

Мне показалось, что это состояние беременной заметили абсолютно все. Но правильный ход, как ни удивительно, сделала моя мама, навестившая нашу с Гиррой пещеру как раз в тот момент, когда проходили занятия. Хватило одного взгляда. На следующий день матушка снова появилась и по окончании уроков самым решительным образом выставила всех из пещеры (оставив Ррису, конечно) и завела с ней женский разговор.

Сначала в пещере Стурра, потом в пещере целителя

Поначалу речь шла о самочувствии.

– Ходить трудно? Очень спина болит?

Но когда фиолетовую дракону спросила: «Он сильно брыкается?» – ответ был несколько неожиданным:

– То-то, что не он. Трое их там.

По любым меркам мамин опыт был поболе, вот почему следующий вопрос прозвучал почти индифферентным голосом:

– А ты откуда знаешь?

В обычном состоянии Рриса не позволила бы себе такого расслабления, но тут брякнула от души:

– Стурр сказал.

Варра превосходно помнила, как младший сын лечил своего отца, и потому поверила сразу. Трое… Как старшая дракона ни напрягала свою изумительную память, не смогла припомнить ни единого случая рождения тройни. Лишь слухи. Но ради спокойствия драконочки прозвучало заговорщицкое:

– У меня есть план.

– Какой?

– Обратиться к целителю Маррму.

– Я его немного знаю, но ведь он специалист по боевым ранениям. В том, как проходят беременность и роды, он…

– А от него ничего такого и не потребуется. Нам нужны его не познания, а связи. Уж он-то целителей знает, значит, подскажет, какие есть лучшие специалисты. Ты ведь кому-то уже показывалась?

– Ну да, маме, но ведь она… без специальных знаний. И потом, тогда у меня живот был поменьше.

– Значит, к Маррму. Фаррира предупреди. Хотя нет, лучше его взять…

– Я против!

– Не хочешь – не надо…

Целитель Маррм согласился на консультацию за небольшое вознаграждение – горсточку сухих ягод рябины.

– Так что вас беспокоит?

Вместо Ррисы заговорила её якобы родственница:

– Видите ли, мудрый Маррм, живот настолько велик… Есть подозрения, что Рриса ожидает не одного маленького.

– Ну, размеры – ещё не показатель, дорогая Варра. Но посмотрим…

У драконов нет ни стетоскопов, ни фонендоскопов, а без этих инструментов они точно не могут прослушать тоны сердца плода, к тому же драконий слух хуже человеческого. Зато все они владеют телемагией. Конечно, работа не из простых – отслеживать движения плода внутри тела драконы, так ведь на то опыт имеется.

Через четверть часа был возглашён вердикт:

– Отчётливо чувствуются двенадцать конечностей. Имею в виду те, которые двигаются, поскольку неподвижные посчитать нельзя. Но всё равно, даже если включить хвосты, тут больше, чем у двух дракончиков, потому что крылышками зародыши не двигают. Тройня, весьма вероятно. Очень редкий случай. Хотел бы я знать, откуда у вас столько?

– Думаю, на этот вопрос мог бы ответить мой муж.

Все трое от души посмеялись.

– Я рекомендую обратиться к целительнице Фррене. Не знаю никого, кто превосходил бы её как в опыте, так и в знаниях, касающихся беременности и родов. Она, правда, живёт не очень близко, два часа лёту точно на юг. Да, кстати, что это у вас за браслет на лапе? Я такие уже видел.

– Это знак того, что я ученица самого Стурра.

– Стурра? Звучит знакомо, но пациента с таким именем у меня не было.

– Он мой десятник. Лучший тактик из всех, каких я знала.

– А, да-да, слышал о нём. Военные подвиги, как же.

Когда дракони вышли из пещеры целителя, Варра решительно заявила:

– Сегодня уже никуда не полетим, а завтра прямо с утра к этой целительнице. Стурра я сама предупрежу. А сейчас наловлю рыбы. Питание вам всем – и тебе, и маленьким – очень нужно.

– Но…

– Ты воин в десятке Стурра?

– Да.

– А я его мать.

Против этой логики возражений не нашлось.

Произошло то, что и предполагалось: целительница отстранила Ррису от учёбы. Приказ был жёстким:

– О полётах до родов забудьте! Вы замужем? Вот и прекрасно, пусть муж летает за вас. Неторопливая ходьба – вот что я вам прописываю.

Разумеется, я не стал дезавуировать многоуважаемую Фррену. На то были и этические, и чисто прагматические резоны. Пока что мне хватало летунов.

Главной задачей на остаток зимнего периода я поставил розыск потенциально богатых месторождений кристаллов на территории драконов. Пришлось дрессировать десятников, выдавая им самые минимальные сведения в области геологии. Те, в свою очередь, учили рядовых.

Результатом двухнедельной учёбы и трудов были: месторождения с друзами кварца – пять (об одном из них я уже знал); месторождения гранатов разного вида – три (одно я уже пробовал разрабатывать); месторождения турмалинов – два; месторождения бериллов – столько же (одно уже известное, о втором я раньше не знал). Разумеется, основательная проверка ещё только предстояла. Ещё нашли небольшое месторождение железа, в районе которого на глубине вполне могли оказаться пириты, но там предстояло работать магам земли, желательно не одному и не двум. Наконец, Согарр (к тому времени он уже был в полной форме) обнаружил нечто весьма интересное: участок, усеянный обломками какой-то изверженной породы. Куски были достаточно малы, чтобы имело смысл проверять наличие в них кристаллов оливина.

Всем моим «геологам» было накрепко вбито в голову, что «потенциальное месторождение» – совсем не то же, что «месторождение с доказанной экономической ценностью». И все они оптимистически полагали, что какая-то доля из найденного непременно даст практический выход.

Также ребятам было предписано собирать все доступные сведения о пещерах, а равно выискивать входы в таковые. Но лезть в них строжайше запрещено, хотя я помнил, что там может найтись нечто весьма ценное. По моему мнению, только группа с универсалом могла бы пробраться туда без неоправданного риска. У остальных умения в части магии земли хромали на все четыре лапы. И уж точно одному дракону там нечего делать. Значит, подождём до тёплых деньков.

Между делом я заказал через Пика книгу о кристаллах. Она была очень дорогая (два с половиной золотых!) и не особенно нужна мне лично, но на ней я был намерен учить грамоте соратников. Имелись основания полагать, что читать ребята выучатся дней за десять – с драконьей-то памятью. Писать – тут труднее, но если без финтифлюшек в почерке – месяц, да и того много.

Книга, особенно иллюстрации, вызвала всеобщее восхищение. Особенный восторг проявлял женский пол:

– Как ровно написано!

– А какие картинки!

– Драконочки, гляньте, ведь это красный гранат, клянусь гребнем Чёрного дракона! У меня в браслете почти такого же цвета!

– Стурр, а ты сам видел что-то подобное?

Пришлось сыграть на повышение авторитета:

– В общем, все эти кристаллы я видел. И книгу уже прочитал. Она, правда, была не моей.

Ход оказался весьма выигрышным…

Проблема пришла, как всегда, откуда не ждали. В одно из занятий Таррик поднял кончик хвоста:

– Командир, вот я гляжу на картинки в книге, а если посмотреть на кристаллы в наших браслетах, то есть разница. Форма немного другая, да и поверхность у наших глаже.

А ведь мог предусмотреть. Лопух я после этого. Требуется экспромт. Срочно! Двукратная надбавка за скорость!

– На самом деле в книге изображено верно, потому что такие кристаллы и бывают, но и наши кристаллы правильные. Хочу сказать, они по сумме характеристик лучше тех, которые в книге. Просто те, которые с хорошей поверхностью и формой, раздобыть очень не просто. Не обижайтесь, ребята, вам это пока не под силу. Но обещаю… – последнее слово я произнёс с усилением, – что научу вас, как можно получить такие кристаллы. Для этого придётся много учиться.

В дискуссию вмешалась Хьярра:

– Как же так? Мы в школе отучились семь лет, да ещё с дополнительными занятиями. И сейчас учимся. Когда ж конец? Всю жизнь учёба – так получается, что ли?

Пришлось ответить с самыми мягкими интонациями:

– Нет, не так. Вы все будете учиться лишь половину жизни. А вторую половину будете учиться сами и учить других… – Я так и не смог оценить, чего было больше во взглядах – удивления или разочарования. – Это была шутка. Наполовину.

Занятия окончились, а мне наука: недооценка наблюдательности подчинённых опасна, по меньшей мере. А ведь ещё существует Гирра, у неё-то дедукция работает на ять. Пока что мне удаётся уклониться от её многозначительных взоров. Пока… Следовательно, надо улучить момент и посвятить её в некоторые тайны. Сейчас она не знает, что такое магия телепортации. Оно и к лучшему: даже если встретится маг-мозголом, то он от неё не получит никаких внятных сведений.

Но жизнь снова запустила коррекцию моих планов.

На следующий день Глорр внёс предложение:

– Командир, вот у нас то самое место с большими глыбами… ну, тех, где оливины встречаются. Почему бы всем трём десяткам не устроить там тренировку по магии земли?

Теоретически возможно, а как насчёт практики? Ну-ка, прокрутим варианты…

– Нет, друг, не выйдет. И скажу почему. Основы этого вида магии знают все, это так. Только для более-менее пристойной работы нужны кристаллы – заметь, каждому, кроме универсалов, да и тем были бы кстати. А у нас пока что экипирован первый десяток, ещё я сам да пришлые универсалы. Всё.

Но Глорр не собирался так просто сдаваться:

– Ну хорошо, а если силами тех, кого ты назвал?

– Можно. Но при условии, что ты объяснишь, зачем нам это?

– Запросто! Тренировка в магии земли – это раз. Кристаллы для магии жизни получим, их у нас на всех не хватает, – это два…

Тут на выручку пустилась Суирра:

– И ещё. Вот мы учимся-учимся-учимся. Нужно, как мне кажется, чтобы мы почувствовали: умеем ведь. Имею в виду, то, чему учили.

А ведь верно говорит. Это соображение как бы не самое главное.

На сей раз план оказался ближе к реальности. На первый день я положил чистую учёбу с тренировкой, вообще не рассчитывая на добычу. И точно: с первого раза лишь универсалы почувствовали нечто чужеродное в толще базальта, да и то оливин на поверку оказался дрянным – с многочисленными включениями. Но к концу дня все соратники научились ловить включения в глыбах, исчерпавшись сами и исчерпав все запасы энергии в своих кристаллах. Силы в них оставались лишь на то, чтобы долететь до родных пещер и на подзарядку.

Весь следующий день был убит на практику поиска кристаллов. Я подсчитал: на проверку одного среднего булыжника (килограмм на сто) уходил полный рабочий день дракона со стихийной специализацией или чуть более четырёх часов универсала. Исключениями были мы с Фиоррой, у нас навыки в магии земли отработаны куда лучше. Но как мы ни трудились, результаты были удручающими: за целый день было добыто лишь три кристалла, из них два не более полусантиметра (правда, они были прозрачными) и один миллиметров восемь (но чуть мутноватый). Всё.

Драконы – упрямая раса. Три следующих дня напряжённого труда принесли повышение производительности труда аж до трёх часов на исследование глыбы, а также практический выход в виде девятнадцати приличных оливинов, из коих один был чуть ли не сантиметровым. Прогресс!

А ещё через три дня мне подумалось, что пора и честь знать. Мы могли обеспечить зелёными кристаллами решительно всех членов нашего сообщества, и ещё на продажу остались бы. Кроме того, надо было подумать об огранке.

– Значит, так, братцы-сестрицы. На этом остановимся. Я заберу все кристаллы, а вам выдам другие. Чуть меньшего размера, но лучшие по форме и по качеству поверхности.

Среди моих начались шепоток и переглядывание. Озвучил настроения Фаррир:

– Ты бы объяснил, командир, на кой нам кристаллы меньшего размера?

– Так я ведь сказал – форма у них… – И тут меня переклинило. Конечно! Драконам не читают теормаг, связанный с потоками в кристаллах. И ребята совершенно без понятия о роли формы, качества поверхности, внутренних дефектов… Ну не дурак ли я? Надо немедленно исправлять. – Стоп, кажется, я понял. План действий такой. Подтверждаю: через неделю все получат кристаллы. Те самые, правильные. А после этого я начну курс лекций по соответствующей магии. Для этого мне самому понадобится… э-э-э… кое-что прикинуть. – План занятий, вот что нужно. И не абы какой, а приспособленный под уровень драконов, которые куда менее сильны в математике, чем обычный маэрский студент. Ладно, будет полукачественный курс… нет, высококачественный, но с чисто драконской ориентацией. – Так что на сегодня занятия окончены, все свободны. У меня ещё дела. – И я полетел к тому месту, которое предназначалось для огранки, чуть в стороне от пещеры.

Гирра крикнула вдогонку:

– Я тут ещё с драконочками поболтаю!

На площадке с глыбами базальта

«Болтовня» с товарками обернулась вполне серьёзным разговором, в котором участвовал весь десяток, а заодно и пришлые универсалы. Совещание начал Харрф:

– Гир, ты же за ним замужем. Сознавайся, что тебе известно?

Двуцветная дракона выразила гребнем и хвостом наивысшую степень честности и искренности:

– Мне? Известно? Столько же, сколько и вам.

– Ага, столько же. Но у тебя народились выводы, я же вижу. Давай-давай, вытрясай из себя информацию.

– Погоди, Таррик, нужно по порядку, как он нас учил. Для начала факты. Ну-ка: мы нашли кристаллы. Подходят для магии жизни – по крайней мере, я видел в той книге очень похожие, и сказано было, что специализированные в магии жизни. И тут командир заявляет, что эти, видите ли, ему не нравятся, и отдаёт нам другие, которые называет правильными. Я задаю простые вопросы: чем те, другие, лучше и откуда он об этом знает?

– Ты не все факты назвал. Вот ещё: командир упомянул, что читал ту книгу, которую купил.

– Ну так я сделаю вывод: купил он её не для себя, а для нас. Учить по ней, стало быть.

– И ещё добавь: он уже умел читать, когда её купил. Откуда? Гирра, что скажешь?

– И так ясно откуда: от людей.

– Ну да, люди знают о кристаллах куда больше нас… О, я поняла! Он от них и набрался знаний, и теперь хочет научить нас! Вот как получается: в кристаллах есть потоки магии, верно? Мы сами при надобности туда их закачиваем, так? Но мы не знаем, почему именно столько, а не больше, и как получается, что потоки со временем уходят из кристалла, и как это предотвратить… всякое такое, понимаете? Нас же учили теории магии в школе, по специальностям, конечно. Ну а это будет то же самое, но применительно к кристаллам. Во как!

– Верно сказано, Суирра, а ещё добавь: классификация неправильностей в кристаллах, как они влияют на потоки. Да вот случай прямо вчера: мне попался двойной кристалл… ну, два в одном… – Фаррир имел в виду сросток кристаллов, но термина не знал. – Так я сам видел, как Стурр на эту штуковину посмотрел и буркнул: «Ничего, в дело пойдёт». Нам это тоже надо знать. А ещё и долговечность самих кристаллов с наложенными потоками. Правду говорю? Что скажешь, Гир?

– А… да… ты прав… – Двуцветная дракона отвечала рассеянно, ибо была поглощена новой мыслью.

Муж принёс те кристаллы, что были отобраны у нападавших людей. После этого благоверный куда-то исчез, а потом бац – и появились похожие кристаллы, но с другой формой и очень ровной поверхностью. И сейчас похоже: вот группа собрала эти зелёные оливины, а Стурр намерен откуда-то принести кристаллы того же вида, но с лучшим качеством формы и поверхности.

Ещё учась в школе, драконочка услышала от Стурра: «Я не верю в совпадения». Тогда она даже не подала виду, что вообще что-то слышала, но эти слова запомнила накрепко.

Черту подвёл Согарр, как старший по должности:

– Значит, завтра с утра продолжаем занятия по чтению.

Я как раз собрался частично посвятить жену в тайну огранки, когда та сама подкатилась:

– Я давно хотела у тебя спросить насчёт правильных кристаллов…

– А я давно хотел тебе сказать насчёт правильных кристаллов…

Последующие пять минут нас душил смех. Но супруга первой сумела выговорить нечто членораздельное:

– Те грани, очень ровные, и форма необычная. Ты их сам делаешь, так?

– Оно верно, конечно, только ведь само знание может быть опасным. Пока что ты не сможешь понять всех тонкостей процесса. Эта магия, которую ты не знаешь. И никто из драконов о ней даже не слышал.

– Ты хочешь сказать, что узнал её от людей?

– Именно. Но это не всё. Рассчитать правильную огранку тебе тоже не под силу… – Это была правда. – И я очень этому рад. Ты никогда не сможешь рассказать о том, чего сама не знаешь.

– Уж не принимаешь ли ты меня за драконочку-болтушку?!

– Гир, ты даже не представляешь, насколько велика мощь человеческих магов разума. Они могут в мозгах копаться… – Я сказал это таким голосом, что супруга разом переменила пластинку:

– А ты сам способен на такое?

– Нет. Как и любой другой дракон. Но я точно знаю, что даже люди-студенты… имею в виду, старшие ученики… в состоянии прочитать память крысы. Это им такое задание дают. А маги разума могут сделать то же самое с человеком, а значит, и с драконом. – Кажется, впечатление создано. – Есть ещё одно ограничение. Оценить, насколько лучше огранённые кристаллы по сравнению с обычными, ты можешь только для своей специальности. Вот будут у нас голубые аквамарины или топазы, сама убедишься. Пока придётся верить мне на слово.

– Ладно, верю, верю. Пошли, что ли? Да, и давай я даже не буду тратить время на попытки освоить эту самую магию, а ты не будешь меня обучать. Как понимаю, нам уже некогда.

Возражений на это не нашлось, да я и не искал их.

Разумеется, гранили мы не все кристаллы, а только те, которые предназначались для моих драконов. И на всякий случай с десяток добавили в запас. Остальные предназначались либо для продажи, либо для обмена.

По времени удалось подгадать прекрасно: к моменту установления тёплой погоды мы имели три десятка грамотных драконов, из которых двенадцать полностью прочитали (и запомнили, ясное дело) справочник по кристаллам, а остальные должны были это сделать в ближайший месяц.

С письмом было похуже. Просматривая образцы каллиграфии, я сделал вывод, что ни один из моих ребят не может претендовать на должность штабного писаря. Лучше всех справлялась Суирра. Причина оказалась неожиданной: хитрая дракона при работе с пером действовала не только лапой, но и телемагией. За такое коварство последовало достойное наказание: ей было поручено распространить опыт среди других учеников.

Солнце не только светило, но и активно грело. Птицы заливались с царапающей слух настойчивостью. На лугу начали появляться первые весенние цветочки. Пора организовывать встречу с заказчиком.

Глава 27

Расчёт этюда на выигрыш

В кабинете Ас-Лока

Доктор магии смерти Менгель имел объективные причины быть довольным собой. Его усилиями был подготовлен превосходный доклад Великому – с обоснованными предсказаниями, обстоятельными рекомендациями, а также с обширным и глубоким анализом вариантов. Несомненно, это произведение аналитического и даже литературного искусства вполне было достойно наивысшей награды. И всё же…

И всё же весьма почтенный был недоволен. Точнее, он не был доволен. И на это тоже была причина, правда, иррационального свойства. Дело в том, что никто не мог точно предсказать реакцию Ас-Лока на тот или иной документ, действие или слова. В лучшем случае удавалось достичь примерно восьмидесяти процентов точности, да и то подобное качество прогнозов оставалось уделом лишь тех, кто долгое время непосредственно контактировал с Великим. А доктор Менгель не относился к таковым.

Доклад был представлен обычным образом (не лично), а через неделю автор был вызван на высочайший уровень. Конечно, порученец не удосужился заранее сказать или хотя бы намекнуть, что именно ждёт составителя документа – разнос или похвала. Ожидать можно было и того и другого.

Реакция начальства была непредвиденного свойства: Ас-Лок сохранял полную нейтральность в тоне, словах и выражении лица. Он не выказывал ни порицания, ни одобрения и лишь задавал уточняющие вопросы.

– У вас здесь написано, что вам достаточно одного месяца на зарядку амулетов. С какого момента вы отсчитываете этот месяц?

– С момента получения надлежащих кристаллов, Великий, но этот срок предельный. Если будет работать несколько магов смерти, то он уменьшится.

– Здесь я читаю, что, ввиду особой опасности пятнистого дракона, нам надлежит перенести сроки наступления. Вы правильно отметили, что имеется в виду не участие его самого и его молодых десятков, а возможность распространения нежелательных для нас знаний и умений среди других драконов. Думаю, здесь вы допустили неточность.

Доктор магии отметил сравнительную мягкость выражения. Слово «ошибка» означало бы куда более высокую степень недовольства.

– Вам следовало согласовать вашу записку с Судопом. У него наверняка есть данные о дополнительных тренировках драконов, если таковые вообще проводятся. Повторяю, я в этом не уверен. Далее: вы, надеюсь, понимаете, что общее наступление возможно лишь в условиях тёплой погоды и хорошего состояния дорог. Это означает никак не менее двух месяцев. С другой стороны, ваша предусмотрительность достойна одобрения. Поэтому вам надлежит сделать следующее. – Как всегда, голос Великого приобрёл приказные интонации. – Отдать от моего имени распоряжение нашей разведке на поиск сведений. Нам нужно знать, кого именно тренирует наш пятнистый оппонент. И если окажется, что вышеназванные тактические навыки распространяются среди других подразделений, вам предстоит пересмотр вашей записки. Я сам, кстати, полагаю такой оборот событий маловероятным, поскольку знаю консервативность драконов. В любом случае следует готовить амулеты в том количестве, которое вы предусмотрели. Лишними они не будут. Запрос на кристаллы я подпишу. Действуйте.

Назрело несколько задач, которые, по моему мнению, стоило решить до наступления весны. Одна из них потребовала встречи с Кнарром. Гирра, разумеется, также напросилась.

После надлежащих приветствий последовал осторожный вопрос: не имеет ли, дескать, многоопытный и многомудрый своих личных каналов по добыванию информации от людей?

Дядюшка нахмурился:

– Думаю, сейчас у меня их нет. Или почти нет. – Поскольку мы с женой явно не поняли, старик продолжил: – У меня были контакты среди боевых магов. Но я совершенно не уверен, что мои знакомые ещё живы. И потом: тогда эти люди жили во временных жилищах вблизи поля боя, а где живут сейчас, я просто не знаю. Их имена такие… – Список был не особо длинным. – Как понимаю, у вас уже есть подобные связи?

– Не среди боевых магов. – Тут я малость покривил душой. Глава вольных, вне сомнений, являлся именно боевым магом, но причислять его к моим контактам? Нет, мой оптимизм таких высот не достигал.

– Ну так вот, для улучшения взаимопонимания советую изучить жесты людей. Человеческое выражение согласия, несогласия, а также эмоций отличается от драконьего – гребня и хвоста у людей нет… – Далее последовала лекция на эту тему.

Весь материал я знал, но прикинулся, что напряжённо внимаю. А супруге притворяться было ни к чему.

Мы оба велеречиво поблагодарили за урок и распрощались. Тем же вечером я заставил Гирру потренироваться в мимике и жестах.

– Очень трудно не пользоваться гребнем, да и хвостом тоже, – пожаловалась она. Но, отдать ей должное, старалась изо всех сил.

На завтрашний день были задумки, но пошёл сильный дождь. И он оказался как нельзя кстати. У меня появилось время не для осуществления, а для составления планов. Я долго откладывал это дело, но… Мне очень нужно было представить, как атаковать Великих. Именно двоих, не одного. Если погибнет один, второй будет предупреждён, и уже тогда до него не добраться.

Подход не отличался оригинальностью: последовательно отсекались варианты, не имеющие шансов на успех.

Первыми жертвами анализа пали все стандартные заклинания боевой магии. Иначе говоря, школы воздуха, воды, огня и электричества долой со счетов. Эти два гиганта наверняка сильнее меня и в нападении, и в защите. То есть совершенно не факт, что мои заклинания даже с хорошими кристаллами пробьют щиты.

Вторым отброшенным вариантом была магия смерти. На то существовало аж две причины. Великие сильнее меня и в этой области. А хороших специализированных кристаллов в распоряжении не было. Но даже если и были бы, политические резоны зарезали идею на корню. Если моё участие в кончине Великих вскроется – это полбеды, потому что наверняка сыщутся те, кому это на руку. А вот если выяснится, что тут применялась магия смерти, каюк полный, это война против всего магического сообщества. На фиг такое счастье.

Магия земли? Ответ не однозначен. Можно, например, вызвать оползень, камнепад или сель. Остановить или хотя бы отвести таковые чрезвычайно трудно, если вообще возможно, а ведь инициация большой энергии не требует. Правда, нужен подходящий рельеф. Мощный вариант, спору нет. И даже с пяток кристаллов у меня для этого найдётся. А толку? Любой вид нападения с применением магии земли развивается медленно, а эти двое наверняка могут в случае опасности телепортировать себя, пусть даже не очень далеко. Хотя… что-то в этом есть. Хорошо, отставим на время эту идейку в сторону.

Магия телепортации. Если разобраться, секретное оружие. Мой прежний опыт говорил: её боевое применение никто до меня не рассматривал. Если запендюрить камешек весом около тонны под кресло Великого, рванет, как… примерно пять тонн тротила. И уж от такого-то защиты нет – просто потому, что действие мгновенное. В мелкие брызги разнесёт и самого главного, и его приближённых. Допустим. А что для этого нужно? Подходящий снаряд и маячок для наводки. Плюс в том, что при этом способе наведения промахнуться вообще нельзя. Минус – маячковый кристалл надо заранее разместить в нужном месте. Если накануне – есть риск, что засекут. Если сильно заранее – может разрядиться. Вот разве что морион, у того стойкость повыше… И подвариант с телепортацией двух глыб одну в одну. Что надобно? Четыре… нет, шесть вещей: две глыбищи камня по тонне каждая, два кристаллика галенита – маячки то есть, и два очень приличных кристалла для самой телепортации. Снаряды, допустим, можно сделать магией земли. Галенит – не проблема, его у меня много. А вот для заклинания имеется лишь один кристалл из разряда «приличных». Только один… И ещё один недостаток: первый снаряд нужно навести исключительно точно. Можно ли такое проделать? Да, но понадобится уймища расчётов. Ладно, и это откладываем в ящик (которого нет) стола (которого тоже нет).

Что ещё? Магия жизни. Она способна быть оружием, это всем известно. Щитов не существует, можно лишь противодействовать силой, а её-то у противников хватит с избытком. Хотя дальность действия маленькая – десять шагов. Кристалл для этого найдётся, но один, тот самый изумруд. Какие тут дыры? Если среди приближённых Великого вообще нет магов жизни, то остановить ему сердце этого хватит… Нет, не хватит. Сознания-то он не потеряет, у него будет пара секунд. Не пойдёт. Тогда, скажем, двойной удар: наркоз в соединении с остановкой сердца. Уж против такого не устоять, если нет рядом мага жизни. А если есть? Но и это не всё: случись рядом просто телохранитель с магией телепортации, такой сможет отнести шефа к доктору. Выход: уничтожить всю группу. Правда, я их видел – стоят близко, но не рядом. Один кристалл не вытянет. Нет, опять не пойдёт. Для настройки точно на сердце нужен маг жизни, и как раз рядом, а тут ещё и не один кандидат в покойники. Вот наркоз проходит без всякой настройки. Стоп, а если то же самое, но в соединении с магией земли? Спящие никак не смогут противодействовать селю… Между прочим, геология наблюдательного пункта Ас-Лока превосходно для этого подходит. А из селевой массы даже телепортацией не выскочить, очень уж там глины много. Да ещё задействовать не один кристалл магии жизни, а несколько, чтоб уж всех наверняка. Реальный вариант.

А как задействовать обе бомбы сразу, чтобы Великие погибли одновременно? Кристалл мориона для передачи магосигнала сразу на два «взрывателя». Это решение стандартное, надо лишь рассчитать мощность сигнала и подобрать соответствующий кристалл.

Совесть у меня активно царапалась в процессе этих прикидок: любой из планов предусматривал уничтожение не только Великих, но и свитских магов. И очень слабым выглядело утешение, что ради спасения нескольких десятков тысяч моих соплеменников в жертву приносятся человек десять – пятнадцать. Но ничего умнее в голову не приходило.

Потом в мозги проскочила резвая мысль: а ведь заранее закладывать кристаллы галенита нельзя. Потеря магоэнергии за счёт рассеивания в нём намного хуже, чем даже в пирите. Опять рассчитывать. Хотя и так приблизительно ясно: дней за двадцать надо делать закладки… нет, можно даже раньше, но тогда их регулярно подзаряжать. Второй вариант, разумеется, хуже: чем чаще я буду в тех краях появляться, тем больше риск, что заметят. Ладно, галенит побоку, пусть я лучше останусь без чёрного кварца.

Итак, осталось лишь просчитать… а калькулятора, понятно, нет. Ладно, драконья память мне в помощь. Тем более завтра тоже, по всем признакам, дождь. Ну-ка… Я высунулся из пещеры. Так и есть, без просветов. Значит, расчётную часть отложим… Стоп. Что-то вокруг не так.

Через пару секунд стало ясно, что именно. Странность заключалась в моей жене. Гирра лежала совершенно неподвижно на подстилке, следя за мной глазами и не производя ни звука. От неожиданности у меня вырвалась глупейшая фраза:

– Гир, ты не заболела?

Голос у моей супруги был спокойным, ровным и не давал никаких поводов для подозрений.

– Нет, конечно. Просто ты был очень занят, и я решила тебя не беспокоить. Кстати, уже темнеет. Не пора ли ужинать?

Хотел бы я знать, о чём она догадалась?

В магазине, торгующем кристаллами

Отец наверняка мог бы увидеть перемены в дочери – когда-то сороке по имени Мира, а теперь уважаемой владелице торгового дела Мируте-са. Она изменилась внешне, это факт. Из подростка с едва уловимыми женскими признаками превратилась в купчиху. Формы соответствовали. А плавность в движениях и основательность в действиях – тем более. Но и внутренние перемены были, хотя и не столь заметные. Прибавилось умение анализировать тенденции торговли (а без этого что за купец?). Да ещё навык разбираться в людях – правда, тут муж помог.

И вот сейчас покупатель явно выбился из ряда. Бакалавр, то есть не из богатых. Но купил сразу все запасы бесцветного кварца. А это, как правильно говорилось в умной книге, универсальный кристалл. И не торговался почтенный – значит, ему покупка очень нужна, а скорее всего, даже не ему, а кому-то ещё, поручение которого он добросовестно выполнил. Кому же, а главное – для чего? Вот что занимало мысли уважаемой Мируты, пока её язык беззаботно щебетал:

– Нет, почтенный, больше у меня нет. Подвоз, разумеется, будет – я так думаю, с наступлением тепла. Вам только такие нужны? Я имела в виду – бесцветный кварц, это понятно, но какой величины? Ах, и размер тот же? Тогда предлагаю услугу: если вы оставите адрес, по которому с вами можно связаться, то за очень скромную сумму заказ будет отложен специально для вас. Больше того, я предоставлю вам оптовую скидку – такую же, как сегодня.

Приказчик упаковал кристаллы в небольшой ларец. Владелица магазина ненавязчиво напомнила, что «мы также продаём кристаллы других видов».

А на следующий день в магазин пришёл радостно встреченный младший брат. Между прочим любимая сестра рассказала о странном господине, скупившем единым разом весь наличный запас бесцветных кварцев. Разумеется, коммерческая тайна не была раскрыта, упаси от такого Пресветлые! Не прозвучали ни цена, ни объём этой покупки. Зато Мира посетовала, что на цитрины и аметисты покупатель и глянуть не захотел. А ещё обмолвилась, что, дескать, если Динозаврр предложит подобные кварцы, то этот покупатель готов скупить чуть ли не любое количество.

Дело есть дело!

Пикор встретился со мной в обычном месте. И порассказал:

– …Этот, значит, бакалавр купил все до единого бесцветные кварцы.

Сразу же появилось нехорошее ощущение. Но проверка никогда не вредит.

– А кварцы другого цвета?

– Не-а. Хотя их у Миры много, сам видел.

– Хорошо, а гранаты?

– Тоже отказался.

Теперь всё ясно. Осталось лишь уверить парнишку, что самое большее через месяц партия кристаллов будет. Распрощались. Я полетел домой, а по дороге думал, как это всё преподнести начальнику разведслужбы моих трёх десятков. То есть моей ненаглядной.

Возможно, идея была не самой лучшей, но на поиски оптимума времени не было.

– Гирра, вот тебе вводная. В том новом магазине в Хоруме, где торгуют кристаллами, купили большую партию…

Гирра думала не более двух секунд. Но её ответ был совершенно не тот, что я предполагал:

– Ты меня проверяешь, что ли?

– Как можно! Я всего лишь тебя тренирую.

Моя двуцветная умница начала упражнение в анализе:

– Первое, что приходит в голову: куплено в учебных целях. Но тогда разумнее купить разнообразные кристаллы, в том числе специализированные, потому что при практически той же цене они более долговечны, сам же меня учил. Они в магазине были: и цитрины, и аметисты, и розовый кварц, но покупатель на них не польстился. Второй вариант: амулеты. Дешёвые, но массовые, потому что свойства кристаллов почти одинаковы. Если же назначение амулетов одно и то же, то покупатель рассчитывает на военное применение. Слишком заранее покупать нет смысла: деньги в этом случае, как ты говоришь, лежат мёртвым грузом, то есть не работают. Отсюда следует: начало боевых действий близко. Стоит добавить ещё одно рассуждение. Для кого может предназначаться эта партия амулетов? Стихийные маги отпадают, у них амулеты (если они вообще есть) посерьёзнее, да и бесцветный кварц, опять же… Массовая защита войска… хочу сказать, тех, у которых вообще нет магической силы или таковая мала – вот для чего очень даже подойдут. Или… массовая контратака. Магия смерти, к примеру, потому что она показала себя… сам знаешь как.

Этот анализ самым печальным образом совпал с моим. Военный гром глухо рокотал – и уже не за горизонтом.

В доме мага жизни Курата

Не может человек написать докторскую диссертацию за месяц. Магистр магии жизни и разума Курат-аз никогда не верил в подобную возможность. В этом его поддержал бы любой член магического сообщества, за исключением Великих, естественно.

Конечно же такого быть не могло. И всё же оно случилось.

Уже после того, как солидная стопа листов бумаги легла на полку, автор сего солидного труда задумался о причинах столь невероятной скорости работы. На стороне учёного были и большой опыт научной работы, и не меньший опыт преподавательской деятельности (правда, только со студентами-младшекурсниками). Курат никогда не был особо рьяным верующим, но на сей раз в голову приходила одна и та же мысль: это было вдохновение от Пресветлых. Косвенным свидетельством в пользу такой версии было поразительно малое количество материала, не пошедшего в окончательную редакцию. Эта идея, разумеется, не поддавалась рациональным способам проверки.

То, что очутилось на полке, было материалом, которому (в случае успешной защиты) предстояло попасть в университетскую библиотеку. Магические копии докторской рассылались и в другие библиотеки. А вот на утверждение Великому надлежало выслать то, что на Земле назвали бы авторефератом, объёмом не более пятнадцати листов. Вот этим и надлежало заняться. Собственно, и трудиться здесь было нечего: мысленно Курат уже составил этот документ. Осталось лишь занести его на бумагу.

Задуманное мной больше всего походило на решение шахматного этюда на выигрыш: терпеливое, медленное, с просчётом всех боковых вариантов. И для успеха мне понадобилось слетать на предполагаемое поле наступления. Целью было определение позиции для наблюдательного пункта. Я не боялся обнаружения: настолько задолго до начала боевых действий там даже разведка не должна появиться. Там и вправду никого не было.

Увиденное не обрадовало: позиций было хоть отбавляй, и любая могла попасть под наблюдение. Как же сделать себя незаметным?

Наипростейший вариант – вырыть магией земли убежище в земле… нет, лучше в камне, меньше будет рассеяние потоков. Возможно это? Ещё как! Надёжно? Не особо: эту дырку заметит любой проходящий или пролетающий рядом, а вблизи живых душ будет немало. Или не будет? Нет, на благоприятный случай полагаться нельзя.

Вторым вариантом было: затаиться достаточно далеко, пусть даже за два десятка миль, но с хорошим кристаллом-передатчиком, чтоб иметь устойчивое управление моим минным оружием. Тоже вполне реализуемо… Только хорошего кристалла-передатчика у меня нет. Может, и раздобуду к началу военных действий, но «авось-небось» мне не надобно.

Потом подумалось: а что, если изменить не убежище, а самого себя? Взять да выкраситься в другой цвет. В лицо… то бишь в морду люди драконов не отличают. Ну разве что те, кто видел меня многократно, мог бы узнать. Но таких на поле боя и вокруг него точно не будет. А как краситься? Граничное условие: процесс перекрашивания никто из драконов видеть не должен, даже члены семьи. Чего там лгать самому себе: родители и брат с сестрой не догадаются, зачем мне это могло бы понадобиться, а вот Гирра, с её-то проницательностью… И более того, даже подчинённые не должны видеть. Среди них найдутся такие, что если и отстанут в искусстве анализа от моей благоверной, то совсем ненамного. И уж наверняка рассказ об этом событии дойдёт до неё, а там… нет, даже думать об этом не хочется.

Выводы? Красители отпадают: слишком велик риск, что засекут за процессом наведения красоты. Да нет, чего это я, красителей ранней весной просто не сыщешь. Отпадает и постоянная масть, которую в своё время вырастил на себе, – слишком долго растёт новая чешуя, к тому же избавиться от неё быстро также невозможно. Что остаётся? Конструкт-времянка. Из тех, что продержится часов двенадцать. Хотя нет, я могу с моим кристаллами сделать его и более стойким. Пожалуй, на сутки хватит. Но столько мне и не надо.

План начал обрастать реальными деталями.

В кабинете Ас-Лока

Великий маг очень не любил, чтобы ему мешали во время работы. В этом он не был оригиналом. По сей причине двери в его кабинет были двойными и не пропускали посторонних звуков. Конечно, то же самое достигалось заклинанием, не из мощных, но тратить на ТАКОЕ силу? Ищите дураков в других местах!

Верный секретарь Ас-Лока как раз собрался зайти к шефу, дабы принести нужные бумаги, и даже открыл наружную дверь, но застыл на месте, не успев отворить внутреннюю. Из кабинета доносился звук, не имевший права на существование в этих стенах. На всякий случай подчинённый вслушался и теперь только и думал: верить своим ушам или нет. Приходилось верить. Тогда секретарь попытался представить, что могло стать причиной услышанного, и это у него не получилось, хотя он неплохо знал шефа.

Великий Ас-Лок, один из двух могущественнейших магов в этом мире, хохотал. Хотя ни секретарь, ни кто-либо другой этого не видел, но хозяин кабинета бил себя ладонями по коленям, утирал слёзы, время от времени прерывал веселье фразами вроде «Каков молодец!» или «Нет, ну как же он точно угадал!», продолжал читать листы документа и снова взрывался хохотом.

Секретарю мгновенно стало ясно: ни в коем случае нельзя заходить в кабинет. Высокоумный подчинённый счёл необходимым обождать с бумагами, пусть даже нужными. И оказался в результате прав.

Великий дочитал документ до конца, в очередной раз утёр слёзы и, так и не согнав улыбку с лица, перечитал выводы. Они того стоили.

Ранее Ас-Лок думал, что словосочетание «теоретик магии жизни» представляет собой оксюморон. Но от этой точки зрения пришлось отказаться. На столе лежал автореферат докторской диссертации именно такого свойства.

Пятнадцать листов были перечитаны ещё раз всё с тем же восхищением. Диссертант по имени Курат-аз сделал невозможное. Он полностью воспроизвёл алгоритм заклинаний, обеспечивающих омоложение человеческого организма, – тот самый, который создал много более тысячи лет назад один из Великих. Именно эти заклинания Ас-Тор и Ас-Лок применяли для себя лично. Совпадение было настолько точным, что могло навести на мысль о краже интеллектуальной собственности, хотя подобной статьи в местном уголовном законодательстве не существовало. Но Ас-Лок превосходно знал, что только двое в этом мире владеют этим секретом.

Мало того, один из выводов на последней странице гласил, что обычный человек просто не в состоянии воспроизвести эти заклинания. Продолжая мысль, Великий подумал, что по этой причине труд магистра – нет, будущего доктора – Курат-аза навсегда останется теоретической находкой, тончайшей игрой ума и не более того.

И как раз в этот момент лицо хозяина кабинета чуть-чуть нахмурилось. Многоопытному секретарю хватило бы даже этой малости, чтобы постараться под любым предлогом покинуть общество шефа. Настроение испортилось в результате ещё одного вывода, не попавшего в автореферат. Да, с применением лишь своей силы обычный низший маг не в силах работать с заклинанием подобной мощи. Но с помощью кристаллов…

Разумеется, ни один из Великих (живущих и живших) никогда и ни при каких условиях не нуждался в подкреплении магических возможностей кристаллами и не применял их. Более того, самые способные из низших следовали этому примеру. Ас-Лок не знал ни одного из магов жизни в ранге магистра и выше, кто бы это делал. И диссертант не был исключением. Однако… догадаться использовать в магии жизни кристаллы… трудно, но можно.

Великий полагал себя хорошим политиком, имея на то основания. Вот и сейчас ему почти сразу же стало ясно, какую мину под его власть может подложить применение омоложения людей. Это означало бесконтрольное накопление низшими знаний и мощи. Нет, такое допустить нельзя. Первое, что необходимо сделать, – не допустить защиты диссертации. А второе…

В приёмной загорелся магический сигнал вызова секретаря. Тот не преминул взять с собой нужные бумаги и явился пред взором шефа, который жестом велел отложить принесённое в стопу «третьей очереди» и коротко приказал:

– Начальника контрразведки ко мне.

Не прошло и десяти минут, как этот достойный подчинённый переступил порог кабинета высокого начальства. Распоряжения Великого были, как всегда, краткими и совершенно понятными для исполнителя (а если бы тот их не понял, то остался бы на службе очень недолго).

– Имя: Курат-аз. Ранг: магистр магии жизни и разума. На время военных действий не трогать. Но по их окончании свяжитесь с теми людьми, которых вы уже использовали. Курат должен исчезнуть навсегда.

В письменном приказе весьма почтенный Каншен не нуждался.

Глава 28

Что бывает перед началом

Весна дунула теплом. Вовсю попёрли и цветочки и листики. Дороги стали подсыхать. Настала пора учить моих ребят методам поиска кристаллов. Для начала – самых распространённых, то есть кварцев.

Через неделю в нашу пещеру (именно оттуда я руководил горными работами) просунулась морда цвета начищенной меди. Это была Каррда, из новеньких универсалов. Дракона сияла, но вовсе не цветом чешуи. Хвост, гребень и морда прямо светились гордостью: из всех моих подчинённых именно она первой нашла желвак с кварцами, в котором была трещинка. Такие раскалывать магией земли проще всего. Кстати, кувалда с клиньями справились бы с делом не хуже, хотя никто из соратников этого не знал. Результат подтвердил ожидания. Бесцветные кварцы с очень приличной поверхностью – тринадцать штук! Почти все сантиметровые, а два даже в полтора сантиметра. Ну как не воспарить духом!

Суирра нашла желвак чуть ли не на час позже. Правду сказать, эта добыча была побогаче – двадцать один тёмно-жёлтый цитрин, тоже около сантиметра. То, что надо для магии земли. С полдюжины пойдёт универсалам, остальное… Тут надо подумать. В преддверии военных действий маги Ас-Лока вряд ли расхватают кристаллы с явно не боевой специализацией. А вот как расходный материал для обучения вольных – очень могут пойти. Бесцветные же, без вопросов, на продажу в торговое заведение Мируты.

Пика я вызвал запиской, как обычно. Парень получил мешочек с кристаллами и задание купить бумагу и перья с пояснением: «Это для твоего отца, а если ему не нужно, так я возьму». Также я его попросил сообщить, когда старшая сестра прибудет в родную деревню, мол, с ней приятно было бы поболтать. И ещё одна просьба заключалась в «послушать, не рассказывают ли чего интересного».

Сам же я отправил послание вольным. В нём содержалась информация о возможной сделке с кристаллами.

На дороге, идущей из Хорума

– Стой! – Властности в голосе мага хватило бы на пяток инспекторов дорожного движения.

– Тпру-у-у, Каракка! Стою, чего уж.

Старая кобыла послушно стояла, отмахиваясь хвостом от ранних комаров.

– Что везёшь?

– Железо, полотна кусок, бумагу и перья, господин маг.

Разумеется, Пик не соврал. Он только не сказал, что всё это было куплено на деньги, вырученные от продажи кристаллов.

Маг проявил подозрительность:

– Железо?

– У моего отца кузница, господин маг.

– А бумага с перьями кому?

– Ему же, господин маг. Отец читать и писать умеет, у него даже одна книга есть.

Хвастливый тон юного возницы ясно давал понять, что мало кто из односельчан может сравниться с кузнецом по уровню образования.

Ответом было хмыкание и неохотное:

– Проезжай!

– Па-а-а-шла, родимая!

Лишь отъехав ярдов на двести, Пик разрешил себе вздох облегчения.

На мою записку вольные откликнулись на следующий день. Нам предложили встречу для обсуждения покупки кристаллов «и иных вопросов, представляющих взаимный интерес». Гирре очень хотелось присутствовать, но я убедил жену, что незачем сообществу вольных знать, что именно она пользуется влиянием (а других в составе делегации быть не могло). К тому же у Гирры была сравнительно редкая и потому запоминающаяся масть. Вот почему со мной отправилась Суирра. На всякий случай были наложены щиты от воздействия магии разума.

Нашими партнёрами на переговорах были сам Цойген и незнакомый мне молодой маг, представленный в качестве мага огня и воды (боевик, стало быть), а также специалиста по кристаллам.

Цитрины посыпались из мешочка на кусок холста. Слово сразу взял специалист-геммолог:

– Для чего же такие могут пригодиться?

Что, он до такой степени невежда? Или просто нахал? Позвольте усомниться!

Я сделал движение гребнем. Суирра поняла правильно:

– Все они хороши для магии земли.

Но младший маг постарался не выходить из образа:

– Кто же такое… раздобыл?

Под многоточием с очевидностью подразумевалось не «сокровище», а нечто похуже. Но Суирра была неприступней любого восьмитысячника:

– Это была я.

К артподготовке подключилась корпусная артиллерия. Глава вольных самым вежливым тоном проинформировал:

– Такое большое количество кристаллов, ориентированных на магию земли, вряд ли может быть востребовано.

Так ведь и у нас тяжёлые орудия имеются. И я подключился:

– Кристаллы, разумеется, могут использоваться для чисто учебных целей. Но я бы на вашем месте начал с их помощью рыть пещеры.

Оба человеческих мага удивились, но ответил старший:

– Люди, в отличие от драконов, не любят жить под землёй.

Ответ был уже готов:

– Эти пещеры не для жилья, а для спасения. Если у вашей группировки вдруг возникнет конфликт с… некими враждебными магами, то у вас будут убежища хотя бы для части ваших людей. Также там можно хранить продовольствие. Надо лишь озаботиться источниками воды, отверстиями для воздуха и для спуска нечистот.

Этот пассаж был вполне ясным намёком на то, что драконам в моём лице известны причины для потенциальных конфликтов с Великими магами.

На этот раз молодой маг промолчал. А Цойген пожелал резко переменить тему:

– В прошлый раз вы посчитали возможным подключить наших магов к обучению науке о кристаллах.

– Да, это так. Но тут имеется чисто техническая трудность, препятствующая совместному обучению. Наставник-дракон легко может приказать своим крылатым подопечным: «Летите вон на ту гору, там продолжим», а люди, сами понимаете… Но мы составим программу обучения, ориентированную на людей. Думаю, через три месяца мы сможем предметно поговорить на эту тему.

О цене сторговались быстро. Все присутствующие ценили своё время.

Я снова подал знак Суирре для вступления. Розовая дракона заговорила с убедительными интонациями:

– Мы, в свою очередь, хотели бы вернуться к разговору об охранных знаках. Не поймите нас неправильно: человеческие торговцы могут легко обойти ваши заслоны, но зачем нужны лишние хлопоты?

Ответ Цойгена прозвучал столь же вежливо, сколь и сухо:

– В наших силах перекрыть все дороги.

Наша маленькая переговорщица мурлыкала чуть ли не кошачьим голосом:

– Помилуйте, вы же своими глазами видели, что представленная сегодня партия товара легко уместилась в небольшом мешочке. Такую запросто можно унести за пазухой или в сумке – вот как эта – даже пешеходу.

После долгого размышления Цойген решительно заявил:

– Через две недели, полагаю, этот вопрос будет разрешён.

Дальше Суирра выдала полную отсебятину, которая, впрочем, пришлась ко двору:

– Я от души надеюсь, что он будет разрешён положительно. Нам не хотелось бы нести дополнительные транспортные расходы.

Умно сказано! Вольным ясно дали понять, что в наихудшем случае торговля всего лишь станет чуть менее выгодна драконам, не более того.

Мы раскланялись, насколько это вообще возможно для драконов.

Через десять дней наши предложения вольным получили весомое подтверждение: в очередной партии кристаллов на продажу оказалось помимо пурпурных альмандинов также три недурных по форме спессартина тёмно-оранжевого цвета. Как раз то, что надо для магии земли, притом лучше жёлтого кварца. Не пошли на продажу два красно-коричневых граната – из тех, что хороши для магии смерти.

Мне очень хотелось научить ребят мыть золото. Мы вполне могли бы поскрести там, где я его уже нашёл, да и другие россыпи поискать, но вода даже в разгар июля была бодрящей, а уж сейчас… Драконы, конечно, намного меньше подвержены простуде, чем люди (запуск магического согревания на самого себя никто не отменял), но и энергия при этом расходуется немалая. Ладно, золото подождёт.

Листва на кустах и деревьях становилась плотной и вполне подходящей для того, чтобы в ней прятаться. Меж тем Ррисе подошло время рожать. Мама приняла самое деятельное участие, даром что родственницей не была. Гирра тоже интересовалась и даже пару раз слетала поглядеть на тройнят (двух дракончиков и одну драконочку). Я к ней разок присоединился. Малыши выглядели вполне здоровенькими, в отличие от их мамы, которой роды дались нелегко. Мы долго думали, не следует ли мне малость подработать магией жизни, но жена отсоветовала, упирая на то, что там крутится слишком много посторонних.

Сама же Гирра деятельно плела разведсеть. Узнав от меня, что планируется приезд многоуважаемой (только так!) Мируты в родную деревню, она организовала свою встречу с ней. Хотя устраивал всё это я, но со стороны супруги последовала нежная, но крайне настоятельная просьба не присутствовать на встрече. Предлог оказался столь же старым, сколь и действенным:

– Мы будем говорить о своём, о женском.

Я проявил себя образчиком покладистого мужа:

– Ну да, о вашем, женском, понятно…

В назначенный день я выкупал супругу в хвойной ванне и стал дожидаться её возвращения. На несколько часов дамского разговора я мог рассчитывать.

На опушке леса

– Доброго вам дня. Меня зовут Диатррима, я жена известного вам Динозаврра. Муж велел засвидетельствовать вам уважение, а также передать вот это…

Кожаный мешочек – побольше того, который сама Мирута сшила в самом начале её знакомства с драконами – брякнулся о ствол дерева, на котором расположилась уважаемая владелица торгового заведения. Разумеется, содержимое мешочка тут же было осмотрено. Бесцветные кварцы – очень ходовой товар по нынешним временам.

Очень скоро собеседницы перешли на «ты». Подверглись перемыванию косточки (а также иные части тела) мужей. Через час Мирута поймала себя на том, что совершенно не считает эту двуцветную дракону кем-то, кардинально отличающимся от женщин.

Гирра умело и тонко направляла беседу:

– …Меня и Динозаврра эта война, в общем, не касается. По закону новобрачные освобождаются от военных обязанностей, пока у них не родятся и не вырастут дети…

– …Ну конечно, Диа, конъюнктура рынка меняется от ситуации. Суди сама: этот ажиотажный спрос на бесцветные…

– …Не знаю, как ваши маги, а наши старшие офицеры никогда не нацепят на себя…

– …Вот-вот, и у меня основная часть покупателей – бакалавры. Конечно, не считая оптовых…

– …Мой в невысоких чинах, потому и носит…

– …А я точно знаю, что не только бакалавры участвуют. Вот, помнится, давеча в кондитерской разговорилась я с женой одного магистра, так та прямо сказала: мужу, дескать, предстоит командировка, через две недели уезжает…

– …Ну, ты всё-всё знаешь, Мира. Мой-то скрытничает…

– …О, кстати. Ты сладкое печенье любишь? В той кондитерской я его и купила.

– Не пробовала. А это из чего делается?

– Пшеничная мука, мёд или патока, яйца, масло, сливки. Сверху орешками присыпают. Попробуй.

Последовало короткое «ням» и заинтересованное:

– Очень вкусно. А сколько оно стоит?

– Вот этот кулёк – два сребреника.

– Не, такое муж никогда не купит.

– А возьми ему на пробу. Ты не думай, у меня много останется. Заверни в лопух. А ещё я в купеческом собрании слышала вот какой разговор…

Мне и вправду очень понравилось печенье, но, к сожалению, думать о его покупке было преждевременно.

Разрозненные разведдонесения вроде бы складывались в цельную картину.

Описание кристаллов, купленных тем таинственным оптовиком, могло дать лишь приблизительную оценку их возможностей. Половина являла собой материал для амулетов с ёмкостью от трёх до шести заклинаний мощностью, скажем, чуть ниже уровня бакалавра. Остальные могли вместить меньше трёх. Но большой объём закупки (чуть не сотня) заставлял думать, что ПВО может прикрыть участок длиной около двенадцати здешних миль. Однако никак не удавалось придумать сценарии. Напрашивалось очевидное: наступление силами магов или обозначение такового, в ответ контратака силами драконов. И отражение её цепочкой бакалавров с этими самыми амулетами. Но за мозги упорно цеплялась мысль, что на самом деле всё пойдёт не так.

На всякий случай я регулярно летал над предполагаемыми позициями войск Ас-Лока и над их ближним тылом, держась на высоте около пяти километров. Со мной каждый раз был один из моих – это было тренировкой. Ничего: ни повышенного количества повозок снабжения, ни масс людей, ни подозрительных магополей (впрочем, их-то заметить было практически невозможно).

Как последнее средство я использовал контакт с сотником. И потерпел неудачу: то ли мой бывший командир и в самом деле ничего определённого не знал, то ли помалкивал, соблюдая военную тайну.

Между тем у нас пошли «потери беременными». Одна дракона была из второго десятка, другая из третьего. Пока мизер, но тенденция просматривалась.

Ситуация не могла не навести соратников на размышления. По долгу службы (всё-таки зам) вопросы стал задавать Согарр:

– Командир, вот я гляжу на твои полёты и не могу понять смысла. И всё же ты действуешь так, будто нам предстоит… того… Но мы же не подлежим призыву, все это знают.

– Я тоже знаю. Но есть смутное ощущение, что на этот раз правилом могут пренебречь. Тем более наши три десятка почти полные. – В большой степени лукавство. Маловероятно, что нас бросят на разведку или, того хлеще, на прорыв ПВО. Но полностью исключить такое нельзя.

– Так что же, нам усиленно тренироваться в перестроениях?

– Нет, первому десятку не стоит тратить на это время. В этом вы и так хороши. Лучше поработайте над чужой магией. А вот второму и третьему… Да ты их сам видел. Знаю, что ты хочешь сказать: они старательные. Согласен, но если к их прилежанию добавить умение…

На деревенской улице

Эта встреча могла считаться случайной лишь потому, что никто её не организовывал заранее. Но когда на достаточно тесном пространстве делают своё дело около ста пятидесяти человек, то нельзя считать встречу двоих из них совершенно невероятным событием.

Впрочем, оба остановившиеся переговорить мага не задумывались над тонкостями теории вероятностей. В соответствии с этикетом младший по рангу приветствовал старшего первым:

– Доброго вам дня, особо почтенный.

– И вам.

– Как понимаю, вы были заняты последнее время.

Доктор Менгель счёл слово «заняты» сильным преуменьшением, но промолчал на эту тему. Вместо этого последовало почти нейтральное:

– Думаю, как и вы, Каншен.

– С небольшой разницей: ваша работа кончилась с раздачей нужных амулетов. А это вы, осмелюсь предположить, сделали заранее.

– Вы ошибаетесь. – Маг смерти с трудом скрыл раздражение. – Моей задачей было также научить людей пользоваться этими амулетами. И напоминаю: почти все они бакалавры, к тому же специальность у них… другая.

– К сожалению, не я ваш начальник, – в голосе руководителя контрразведки прозвучала почти неслышная ирония, – иначе вы получили бы вполне заслуженную похвалу.

Раздражение доктора магии наконец прорвалось.

– В данном случае не имеет ровно никакого значения, кто мой начальник.

Глава любой спецслужбы обязан быть проницательным. Каншен не составлял исключения.

– Мне кажется, я понимаю ваши чувства. Задание Великого вы выполнили в срок и добросовестно. Но у вас некие предчувствия, которым вы не находите рационального объяснения. Не так ли?

Дикобраз продолжал топорщить иглы:

– Даже если и так, вам до этого нет дела. По должности вы имеете дело с фактами или, скажем, с подозрениями, основанными на фактах.

Контрразведка продолжала упорствовать:

– И всё же расскажите. Вы же от этого ничего не теряете. Даю слово: смеяться не буду.

Подход оказался действенным.

– Ну, хорошо. Меня не покидает опасение, что этот пятнистый негодяй снова устроит крупную каверзу или того похуже.

Лицо контрразведчика осталось невозмутимым. Пожалуй, лишь хороший маг разума смог бы угадать мысли этого человека. После десятка томительных секунд последовало:

– У меня есть данные, что ваш пёстрый недруг недавно обзавёлся парой. Вам известно, что по драконьим правилам он не подлежит призыву в действующие войска? Уверен, кстати, что многие из его подразделения последовали примеру командира.

– Я не знал о его семейном положении, но предполагал, что в войсках ни он, ни его подчинённые не появятся, и даже сейчас так думаю.

– Тогда у меня резонный вопрос. Точнее, просьба. Не верю, чтобы ваше убеждение ни на чём не основывалось. Постарайтесь разобраться в себе и высказать вслух: почему вы полагаете, что от этого Стурра могут последовать неприятности?

На этот раз в размышления погрузился доктор Менгель. Собеседник терпеливо ждал. Наконец маг смерти невесело усмехнулся:

– Неприятности? Если бы так… Ладно. Каждый раз, когда я сталкивался с пятнистым, во мне была твёрдая уверенность, что он ничего не сможет противопоставить моим планам. И каждый раз оказывалось, что я ошибался. Вот и сейчас он просто не способен помешать моим замыслам. Во всяком случае, так видится со стороны. Между прочим, и вы того же мнения. Именно поэтому я думаю, что нас с вами ждёт сюрприз самого скверного свойства. Фактов же у меня нет. Впрочем, об этом вы, надо думать, уже догадались.

– Вы отчасти правы, особо почтенный. Я не могу отдать приказы, основываясь лишь на ваших ощущениях. Но поразмыслить о них считаю весьма полезным. Именно это я и собираюсь сделать.

Особо почтенный ничем не выказал свой глубочайший скепсис в отношении последней фразы собеседника.

Из осторожности я отдал распоряжение всем своим соратникам известить меня, как только появятся драконы-вестники. Правда, этого я ждал не ранее чем через месяц. Сам же отправился закладывать мои кристаллы-мины.

Для начала – полёт в уже густую «зелёнку». Конструкт с чёрной чешуёй на себя… Так. Жаль, зеркала нет, но анализ изменённых потоков показал: чёрен я стал, как смола, и без светлых мест – то есть полное соответствие прототипу.

Расчёт оказался верен: наблюдательный пункт Ас-Тора был совершенно пуст. Вокруг тоже никого. Теперь приземлиться на позицию Великого.

И началась тщательная работа сапёра: прикопать маячок для телепорта – нет, неправильно сказано, скалу копать нельзя. Ну так сделаем ямку магией земли, в неё – маячок из чёрного кварца (эх, душит жаба!). И как следует замаскировать поля. Вот над этим пришлось поработать чуть ли не час.

Теперь – на то место, где в день сражения будет Ас-Лок. Начнём с воздушной разведки… Тоже никого. Славненько.

А вот здесь грунт совсем другой, соответственно и методы иные. Самый большой изумруд, уже заряженный, – на небольшую глубину в центр… Есть. И те, что поменьше, расположить в радиусе трёх метров. Тоже готово. Хороший спессартин (с ним тоже неохота расставаться) – чуток повыше, он станет инициатором селевого потока. Готово!

Осталась ещё одна задачка: лететь на свою позицию (будущую) и подготовить всё нужное для атаки.

Ох ты! Внизу люди. Двое. Далеко – одежды не различить. Но они меня вполне могли заметить. Не очень хорошо; впрочем, на таком расстоянии они только и увидели, что летит одинокий дракон.

Через пятьдесят местных минут показался облюбованный мной холм. На нём были чудненькие скальные выходы. Они-то мне и нужны.

Работа потребовалась немалая, но кристаллы помогли. В результате трудов вышла небольшая (меньше метра в поперечнике) глыба базальта. По прикидке вышло даже побольше, чем тонна, но это ничего, характеристики кристалла позволят её телепортировать. Пожалуй, не повредит небольшая маскировка: натаскать прошлогодней травы и листьев и насыпать вокруг – будто каменюга врос в землю.

И буквально в двухстах метрах отсюда уютная лощинка, заросшая деревьями с густым подлеском. Очень полезная для меня деталь рельефа.

Через полчаса из этой лесной обители вылетел Стурр, пятнистый дракон. А чёрного здесь никогда и не было.

Моя предусмотрительность оказалась лишней. Драконы-вестники пролетели ранним утром, солнце только-только взошло. Упустить их пролёт? Его видели решительно все, и я не в последнюю очередь. Но почти сразу же после этого к нам залетела мама и попросила нас в родительскую пещеру.

Как-то всё совпало: мало того что родителям надо было отбывать на войну, так ещё и брат принёсся, как в хвост укушенный, потому что его драгоценная Дирра собралась рожать… Эх, всё не так.

Прощание вышло скомканным. Отец бодрился и даже пытался шутить. Мама выдавала ценные советы мне, Гирре и (через нас) Ррисе.

Родители улетели. Брат помчался нести жену к целителям принимать роды и отказался от моей помощи.

Мне тоже предстояло дело. Я рассудил, что подразделения, где служили родители, не бросят в бой сразу после прилета, ведь драконы потратят изрядное количество энергии. Наступление любой из сторон не может начаться раньше завтрашнего дня. Значит, мне лететь на свою позицию поздно ночью.

Этот план содержал ошибку. Непоправимую.

Глава 29

Поставить точку с запятой

Прошло всего-то четыре часа с момента расставания. Я не покидал родительской пещеры, надеясь, что брат прилетит и доставит новости. Интересно, уже есть кто-то, кто будет меня звать дядя Стурр? Но прежде его появления на нас с Гиррой обрушилось другое известие.

Я заметил маму лишь в момент приземления и узнал с трудом. Большая часть чешуи на ней отсутствовала. Понятно, почему её отпустили – в таком состоянии боевая ценность драконы ниже всякой критики. На взгляд ранений заметно не было, торопливый анализ потоков жизни это подтвердил. Но выражение глаз…

– Он погиб. – Это прозвучало как рапорт и сильно задело сердце.

Так не должно было быть, но произошло. Стало быть, должок Великих передо мной увеличился. Но большим усилием я всё же задавил в себе ярость. Точнее, она стала холодной.

– Почему вас бросили в бой? – Мне совсем не нравился собственный тон, но строгое следование уставу было единственным средством добиться от матери нужных сведений.

– Это был не бой, а разведка. Полусотне приказали просмотреть будущий участок наступления.

Выходит, я ошибся. Не подумал о разведке, а должен был. Не предвидел, хотя мог. Прости меня, отец. Возможно, ты меня простил бы. Это я себя не прощу.

– Кто вам противодействовал?

– Множество магов. – Тут мама поняла, что доклад не вполне соответствует армейским уставам и поправилась: – Я не считала, но пятнадцать там точно было. Также не исключаю, что маги группировались. Насчёт прикрытия данных нет.

– Какие средства применял противник?

– Магия смерти. Быстро летящие шарики, взрывающиеся серыми осколками.

– На какой высоте вы шли?

– Тысяча двести ярдов. Никто даже не подумал, что те могут…

– Приказ отдал Рруг?

– Нет. Его не было.

А ведь сотник прекрасно знал с моих слов об этом новом заклинании. Плохо. И в случайность что-то не верится.

– Как ваш десяток маневрировал?

– Первого залпа мы не заметили, а потом пошли вверх, но вторым и третьим залпом в нас всё равно попали.

– Сколько шаров было нацелено на ваш десяток?

– За семь ручаюсь, видела сама. Но на самом деле больше.

Не приходится удивляться потерям: моим досталось куда меньшая плотность огня.

– Одну минуту, мам… – Я подошёл к жене. Она сидела, съёжившись, в углу. Никогда не доводилось мне видеть хладнокровную, трезвомыслящую Гирру столь напуганной. – Гир, выручай.

Это подействовало. Серые глаза знакомо сузились. Теперь моя умница снова была собой: собранной, деловитой, готовой к действиям.

– Мне надо улететь. Побудь с моей мамой… сама знаешь зачем.

С видимым усилием супруга удержалась от многочисленных вопросов. Прозвучало лишь:

– Тебя когда ждать? – Ударение на последнее слово было почти незаметным.

– Жди или поздно вечером, или завтра утром. В нашей пещере. – На этот раз я усилил интонацией слово «жди». Не удержался. А следить за собой надо.

Времени на раздумья не было, но это обстоятельство уже не могло придержать запуск плана. Однако я устремился не в сторону фронта, а малость изменил направление. На низком горном перевале рос густой, хотя и невысокий лес. В него я и нырнул, а оттуда по восточному склону пешком спустился уже чёрный дракон. Заметить его могли бы разве что люди, но их там не было. Во всяком случае, я их не видел.

На наблюдательном пункте Ас-Лока

– Доктора Менгеля ко мне.

Означенный маг из осторожности не разрешил себе даже думать о том, что могло стать причиной вызова. Он просто взбежал на холм.

Высочайший не унизился до тривиальной похвалы подчинённому. Вместо этого прозвучало:

– Почему ваши бакалавры дали по три залпа?

Разумеется, ответ был подготовлен заранее.

– Тактический расчёт, Великий. После таких потерь у противника лишь два варианта: продолжить атаку основными силами драконов в надежде, что наши амулеты исчерпали свои возможности, или же отказаться от таковой, но во втором случае наступление наших сил имеет все шансы на успех. Учитывая, что разведывательной полусотней командовал не пятнистый дракон, полагаю, что последний вариант развития событий наиболее вероятен. Но и к первому мы готовы, ибо амулеты далеко не исчерпаны. Точнее, отнюдь не все амулеты исчерпаны.

– Вы хотите сказать, у вас остался резерв?

– Видимо, я недостаточно точно выразился, Великий. У тех, кто уже раскрыл себя перед противником, есть средства противодействия, причём значительно мощнее тех, которые уже были пущены в ход. Это наши основные силы, их нельзя рассматривать как резерв. Также имеется отдельное подразделение, хорошо замаскированное, которое пока не вступало в бой. Это резерв первой очереди. И ещё десяток лиценциатов с хорошими амулетами. При них имеются кони. Это высокоподвижный отряд, он для того, чтобы оперативно заткнуть прорыв, конечно, если таковой случится.

– Неплохо, но ваше место рядом с этим отрядом. Отправляйтесь. – И Ас-Лок повернулся к командующему, дабы отдать указания ему.

В этот момент маг смерти уже торопливо спускался с холма. Приказы Великого должны выполняться без промедления.

В моём браслете были лишь полностью заряженные кристаллы, а ситуация не располагала к экономии. Вот почему я мчался к намеченной точке, не жалея энергии. Надо было успеть. Если кто из людей заметит (или уже заметил) в небе чёрного дракона, на этот риск пойти можно. Пожалуй, из него даже можно извлечь пользу. А вот обнаружение драконом или драконами – гораздо хуже. У них-то от такого дела может возникнуть целый вагон вопросов. Поэтому я сложил крылья и на полной скорости описал полукруг вокруг региона, где сосредотачивалась для очередного наступления драконья авиация Ас-Тора.

Вот и моя позиция. Проглядеть… Нет, ничего не тронуто, никто здесь не побывал. А теперь поднапряжём драконьи глаза: так, Ас-Лок на месте со свитой. Цвета одежды, разумеется, на таком расстоянии даже мои глаза не различат. Но вряд ли кто другой будет сидеть на этом наблюдательном пункте в кресле.

Оглянемся… А вот и Ас-Тор. Тоже в кресле, и сопровождение при нём.

Вдали показалась армада – не меньше четырёхсот драконов, хотя с такого расстояния численность можно оценить лишь приблизительно.

Работаю!

На наблюдательных пунктах Ас-Тора и Ас-Лока

Могло бы показаться странным, что в свите обоих Великих не было самых сильных магов – сильных по меркам низших, само собой. Но это лишь на первый взгляд, поскольку ни Ас-Тор, ни Ас-Лок не нуждались в магической помощи. Могущества у них самих было в избытке. А вот порученцы, советники, связисты, офицеры штабов имелись.

То, что произошло на холмах, отведённых под наблюдательные пункты, трудно было не заметить. На холме, где располагалось кресло Ас-Тора, возник чудовищной величины тёмно-серый шар, который стремительно превращался в облако грибовидной формы. Проглядеть такое было бы можно, например, залюбовавшись чем-то в противоположном направлении, но уж не услышать громовой удар… впрочем, нет, какой там, Тёмному под хвост, громовой: это было посильнее любого грома. Но те, кто ошеломлённо глядел на это зрелище, рисковали пропустить другое, которое хотя и уступало первому по аудиоэффекту, зато наверняка превосходило по масштабам. Со стороны оно выглядело медленным, даже нарочито медленным. Кусок холма сползал вниз. Деревья наклонялись, падали и исчезали под глинистой красно-коричневой массой. А под холмом уже бушевал поток селя.

У многих из вышеупомянутых сильных магов возникли сомнения, что оба Великие мертвы. Слишком уж сильна была традиционная уверенность в несокрушимой мощи Высочайших. Тем более подобные мысли посетили руководство спецслужб. По этой причине все их сотрудники получили немедленное распоряжение: искать! И найти либо самого шефа, либо несокрушимое доказательство его гибели. И ещё одно совсем уж мелкое задание: начать расследование этих дерзких нападений. Точнее, дерзкого нападения, ибо все вменяемые аналитики сразу и дружно решили, что эти два магических удара – звенья единого, ужасающего по точности исполнения плана. Не были исключением и руководители контрразведок Великих. И оба, не сговариваясь, пришли к одному и тому же решению: объединить усилия с представителем противника. Чрезвычайные ситуации, как правило, требуют чрезвычайных мер. И связные помчались договариваться о чрезвычайной встрече.

А вот военное командование отдало совсем другой приказ. Навстречу друг другу устремились парламентёры с предложениями о перемирии. Взвились драконы связи с приказом перехватить и остановить армаду, уже полетевшую в атаку. Это удалось сделать ценой громадных усилий, связные вернулись на свои позиции почти при полном истощении.

К счастью для себя, доктор Менгель спускался по южной, а не западной дороге. Это спасло ему жизнь, ибо сель двинулся как раз в западную сторону. Маг, собственно, не заметил самого начала катастрофы. Не мог он её и почувствовать через изменение потоков, не будучи магом земли. Но рёв селя он прекрасно услышал. Мало того, и грохот взрыва на наблюдательном пункте Ас-Тора ударил по барабанным перепонкам вполне отчётливо. Менгель даже увидел край грибовидного облака.

Правду сказать, бежать было уже незачем. Непоправимое случилось. У доктора магии не было на руках даже мельчайшего факта, но он ни на медяк не усомнился в двух вещах: оба Великих убиты, а причиной тому – пятнистый Стурр. И слабеньким утешением оказалось запоздалое понимание: предвидеть такое развитие событий было решительно невозможно. Никому, даже ему, Менгелю, который по воле судьбы лучше и раньше всех распознал опасность этой пёстрой твари.

Суматоха, как всегда в таких случаях, началась с самых верхов и покатилась вниз по команде. И только одно заинтересованное лицо осталось в полной неподвижности и никак не отреагировало на события. Это был никому не известный дракон чёрной масти, который сидел в своём убежище и холодно наблюдал за картиной, строя свои планы.

Мне задолго до сегодняшнего дня было ясно: с уничтожением Великих драконы отнюдь не обретут свободу автоматически. Скорее наоборот: в атмосфере начавшегося дележа власти самые сильные группировки непременно попытаются привлечь на свою сторону могучих крылатых союзников… или подчинённых, это уж как посмотреть. А мне надо будет перетягивать драконов уже на свою сторону, позиционируя себя как сторонника драконьей независимости.

Но то, что начнётся драка за власть, сомневаться не приходилось, слишком хорошо помнилась история моей собственной страны на Земле. Единственное, что оставалось неясным, – расклад сил, но пока что фактов не было. Ничего, ещё появятся.

Пришлось довольно долго ждать возможности улизнуть незаметно – почти до заката продолжались сначала переговоры, а потом и перемещения войск. И только после захода солнца (хотя небо ещё оставалось светлым) я, не снимая с себя конструкта, обеспечивавшего цвет, снялся с места, набрал высоту и полетел… нет, отнюдь не в родные края! Сначала надо было спрятаться в лесу, потом обрести привычную масть, а уж потом, соблюдая все меры предосторожности, прилететь домой.

В пещере горел костерок. Даже при его неверном свете сразу стало ясно: Гирра не спит, сидит и ждёт. Она заговорила первой, чему я удивился. Впрочем, если бы хватило времени подумать, то и удивляться нечего.

– Сейчас ничего не рассказывай. Потом. Как думаешь, они…

Мне показалось, что в её глазах читается тревога. Моя старая догадка обратилась в уверенность, из-за чего наш последующий диалог превратился в нечто, зашифрованное для всех, кроме нас двоих и мага разума (окажись тот в пещере).

– Я не сомневаюсь.

– А я не уверена и потому опасаюсь.

– Ты не видела.

– У тебя нет каменных доказательств.

– А мы подождём. Небольшое ожидание погоды не сделает. Надо послушать, что говорят. Могут распустить ложные слухи о выживших. Но это только среди драконов прокатит, а человеческий маг разума разом определит враньё. Добавь: для тех драконов, кто видел, такие слова обломка когтя стоить не будут.

– Тебе нельзя рассказывать то, что ты вообще на это глядел.

– Но слышать мог. Искал золото, а до меня звук такой донёсся…

Гирра чуть слышно хихикнула.

– …Но я хотел спросить: как давно ты догадалась?

– А я и не догадалась. Ведь отсюда тоже ничего не было видно, только слышно.

– Ну, мою цель ты определила.

– Оно верно, но как её достичь, мне додуматься не удалось. Знаний не хватило. Теперь-то понятно: всё дело в тех самых кристаллах-трофеях. Дура я, могла бы сообразить.

– И не дура, а самая проницательная дракона из всех, каких я знал.

Ответом было самое благожелательное мурлыканье.

Уже в полусонном состоянии подумалось: завтра надо бы к матери слетать. Заодно узнать, прибавилось ли у меня племянников.

В сельском трактире

Большинство людей и драконов сморил сон. Но руководству контрразведок обоих Великих было не до сна. И, как всегда, бессонница начальства аукнулась беспокойной ночью для подчинённых. Решительно все люди, связанные со спецслужбами, выслушивали свидетельские показания, исследовали магические потоки на местах преступлений, собирали иные улики, анализировали. И всё это докладывалось руководству.

Вот почему два мага, встретившиеся на следующий день в том же трактире, что и раньше, и пришли туда не с пустыми руками… нет, лучше сказать – не с пустыми мозгами… короче, у них был материал для размышлений.

Трактирщик был ещё более флегматичен, чем три месяца тому назад. Как и любой хозяин подобного заведения, он был в курсе слухов, ходивших вокруг стойки и за столами. Именно по этой причине он постарался сделать всё, чтобы его работа казалась посетителям столь же незаметной, сколь и эффективной.

Но на этот раз серьёзный разговор начался, когда и до тушёной курицы с рисом дело не дошло.

– Надеюсь, вам очевидно, что наша служба, а также кто-либо из разведки или боевых магов тут ни при чём?

– В свою очередь, надеюсь, что и вы того же мнения относительно наших.

– На то у меня имеются основания. Сразу задаю вопрос: насколько вы уверены, что ваш шеф погиб?

– У него было двенадцать часов, чтобы объявиться. Политические соображения, знаете ли: выживший просто обязан прибрать к рукам хозяйство погибшего. Именно поэтому полагаю, что и вашего начальника нет в живых. А гипотезу, что оба разыграли спектакль с целью проверки подчинённых, я отвергаю. В разгар наступления? Слишком неподходящее время для этого.

– Резонно. Что ж, коллега, для начала обмен информацией?

– Пожалуй. Я сам был в двухстах ярдах от… места происшествия. Некоторым родом повезло.

– Вы хотите сказать, что видели всё?

– Почти. Кое-кто оказался даже ближе: торговец сладостями, регулярно поставлял их для Высшего и ближнего его круга. Он как раз поднимался с северо-восточной стороны. Его допросили.

– И?

– Сначала свидетель настаивал, что это работа могучего мага земли. Кстати, сам он вообще без малейших способностей. Но после тщательного расспроса выявилась интересная деталь. За долю секунды до начала этого… даже не знаю, как назвать… обвала, что ли… одним словом, тому человеку показалось, что Великий и окружающие вдруг лишились сознания. Или заснули. Точнее не скажу, у меня ещё не все эксперты прибыли, а маг разума в данный момент пока не пришёл в себя от полного истощения, но, знаете ли, мой опыт говорит, что свидетель не врёт.

– Верю.

– Принуждён сознаться в невежестве: сначала я тоже подумал, что атаку произвёл могущественный маг земли. И даже удивился: уж от этого Великий защитился бы… каким-то способом. Совершенно уверен, что нечто подобное он предусматривал. А вот комбинированная атака: сначала, похоже, работал маг разума, а потом маг земли… Самое же скверное: мага разума в окружении Великого не было, это могу гарантировать. Он таких к себе не допускал. Почему – не знаю, хотя кое-какие догадки есть.

– Теперь я припоминаю: мой шеф тоже не разрешал магам разума присутствовать в своей свите. Тем более расскажите подробнее о взаимоотношениях Великого с магией разума.

Последовал рассказ о магистре магии жизни Курате, его докторской и о последнем приказе Великого, который с очевидностью уже не подлежал исполнению.

– Да, ситуация… Ладно, вот вам порция фактов от нас. Если кратко: это был чудовищной силы взрыв; когда я попросил оценить, какие магические силы тут задействованы, мои аналитики просто развели руками. Чистая сила, никаких изысков. Тут могло быть два варианта: либо «Воздушный кулак», либо «Шаровая молния», причём среди моих умников единство мнений и близко не проходило. Гипотеза о «Молнии» встретила яростную оппозицию, и не без оснований. Скорость перемещения шара велика, но конечна; опытный глаз может его увидеть и отвести. А вот визуально засечь перемещение «Кулака»… Лично мне это ни разу не удавалось. Готов признать, что мой негативный опыт – ещё не доказательство. Но ни один из экспертов тоже не взялся отследить глазом полёт «Кулака». Некоторые оговорились: дескать, Великий мог просто почувствовать огромную концентрацию полей и принять меры. Кстати, это и к тому и к другому заклинанию относится. Ну, была, правда, одна идейка из разряда безумных…

– Не надо ярлыков. Выкладывайте. Как понимаю, хуже от этого не будет.

– Будь по-вашему. Один мой магистр предположил, что задействована телепортация «Воздушного кулака» или «Молнии».

– Никогда о таком не слышал. Даже не знал, что это вообще возможно.

– Сразу скажу: никто пока не доказал возможность или невозможность подобной комбинации. Да, эта гипотеза объясняет то, что атака оказалась успешной. Но из неё следует, что в атаке участвовало по меньшей мере двое: телепортист и воздушник или, скажем, электрик.

– Кажется, понимаю. Вы полагаете, что если действовал одиночка, то это был универсал.

– Я бы выразился иначе: наверняка задействовано минимальное количество магов. Вы ведь и сами знаете: чем больше заговорщиков, тем выше риск провала.

– Согласен, но представить себе одиночку-универсала с подобной силой? Что-то не верится… К вашему сведению, у моих был чуть другой подход. Надо полагать, вам известно, что я начал карьеру в качестве младшего дознавателя?

Собеседник впервые позволил себе намёк на улыбку.

– Так вы тоже знаете: мои люди не зря пьют своё пиво. Хотите сказать, что и подход был соответствующим? Как же, слыхал: «Ищи того, кому выгодно».

– Нет, не совсем так. Старший дознаватель, мой тогдашний начальник, сформулировал следующим образом: «Ищи тех, у кого были причины. Ищи тех, у кого были возможности. А потом тех, у кого было то и другое». Кстати, ваша курица стынет.

– Курица не улетит, чай, не дракон. Я вас внимательно слушаю.

– И ещё кое-что было у дознавателей в ходу. Мы не тратили время на тех, у кого доказано отсутствие причин или возможностей.

– Понимаю: тех, кто просто не мог быть преступником. Кого же вы отсеяли?

– Боевых магов, входящих в число ближайших соратников Великого.

– Почему?

– Этих он не опасался, поскольку знал их возможности. А вот магов жизни и разума, повторяю, он и близко к себе не подпускал. Вот их мы включили в список подозреваемых.

– Мне трудно судить, моя специальность другая. А драконов вы не заподозрили?

– Думали и отвергли. Они вполне могли пожелать избавиться от Великих: роль жаркого для «Молний» им могла поднадоесть. Но вот насчёт возможностей… Я консультировался со специалистами: самые лучшие драконы по уровню силы сопоставимы с магистром. Уж не говорю о том, что они были связаны клятвой.

– Клятву можно обойти.

– А магическая сила, точнее, её нехватка? Нет, драконов мы отбросили. Хотя сперва они попали под подозрение: мои люди видели чёрного дракона, пролетавшего не так уж далеко.

– Кого?!

– Чёрного дракона-одиночку.

– Вы уверены в показаниях ваших свидетелей?

– Я бы не стал утверждать на все сто процентов. Дракона наблюдали с дистанции больше двух миль, к тому же на фоне яркого неба. Так что за точность оценки масти ручаться не могу, хотя уверен, что тёмная.

– От души надеюсь, что они напутали.

– Почему это вас так встревожило?

– Вы не знаете драконов так, как я… – Маг выхлебал единым духом полкувшина, явно не заметив этого. – Понимаете, среди них ходит легенда о Чёрном драконе. Раньше я думал, что это чистая выдумка.

– Драконье божество, что ли?

– То-то, что нет. Считается предком драконов. Во всех легендах говорится, что он был смертным и в конце концов погиб. Также в легендах настойчиво твердят, что по силе и умениям в магии он далеко опережал всех других живущих и живших соплеменников.

– Так что с того, коль он умер?

– Я не докончил. Многие верят, что дух этого Чёрного жив и может как-то влиять на живущих. Но вот если он сам появился… От такого совпадения мне делается нехорошо.

– Дух, говорите? Ладно, пусть он влияет. Допустим даже, что этот великий предок лично явился. Но наш чёрный подозреваемый был один! Вы хоть на минуту поверите, что когда-либо существовал дракон, равный Великим по силе и умению? Я – нет. Тот, кто создал драконов – между прочим, тоже из Великих, – не сделал бы такой бьющей наповал глупости.

– Разумное соображение. Вот вам другая гипотеза: сразу двое моих аналитиков подумали, что Великие сами нанесли друг по другу смертельные удары.

– У меня один такой тоже нашёлся. Но эту идею разгромили.

– А из каких соображений?

– Ребята восстановили протекание атак во времени. Опросили для этого десятка два свидетелей. И знаете, что? Взрыв произошёл чуть раньше. Иначе говоря, Ас-Тор уже был выведен из игры, но почему-то случилась вторая атака.

– Мои тоже отвергли гипотезу, но подумали другое: слишком быстрые атаки – там и здесь. Невозможно отреагировать… Хорошо, вернёмся к вашему подходу. Так кто же у вас ещё на подозрении?

– Маги Востока.

Пусть собеседник был дознавателем не из великих, но его навыки политического анализа находились на высоте. Маги Востока… Они меньше прочих участвовали в военных действиях и потому менее обласканы Великим, более закрыты, чем другие группы… Короче, могли быть причины. А как насчёт возможностей? Тут контрразведчику в голову пришла новая мысль, которой он не замедлил поделиться:

– А знаете, я подумал, что вся эта работа ничем не завершится.

– ?

– Мы просто не успеем этого сделать. Наши государства перестанут существовать гораздо раньше.

Гнетущая пауза.

– Возможно, вы правы. Но бездельничать в такой ситуации я не могу.

– Присоединяюсь. К слову, наш с вами обед совсем остыл. Если позволите, я его подогрею.

И тот, кому уже не суждено было остаться начальником контрразведки Великого, но всё ещё хороший маг огня, запустил потоки магии по своей специальности.

Глава 30

Второй крючок

Драконье общество бурлило. Как и следовало ожидать, единства во мнениях относительно ПРОИСШЕСТВИЯ не было. Иные, впадая в полный агностицизм, утверждали, что события, связанные с Великими, не поддаются рациональным объяснениям в принципе, и потому обсуждать их бессмысленно. Нашлось немало скептиков, полагавших, что всё происшедшее – спектакль, поставленный Великими, а сами они живёхоньки. Были и поклонники версии о взаимном убийстве, они упирали на то, что с Великим мог справиться лишь другой Великий. Наиболее осторожные полагали, что большое начальство вот-вот объявит официальную версию. Самые же опытные вообще помалкивали на эту тему, резонно рассуждая, что существуй сколько-нибудь приемлемое объяснение, его бы уже обнародовали, а коль скоро такого не произошло, то начальство, выходит, само не в курсе.

А у меня были свои дела.

В родительской пещере был большой беспорядок. В центре пещеры рядом с костром на свежайшей подстилке возлежал племянник. Вокруг расположилась любующаяся масса родственников, начиная со счастливого отца. Дирра была счастлива ничуть не меньше, но предпочитала лежать. Сестрица Ррума сияла так, что посторонний мог бы её принять за виновницу торжества. Также были братов тесть с тёщей и моя мама. Ей появление внука явно пошло на пользу.

– Назвали Гррон. В честь дедушки, – информировали меня.

– Как-как?

– Гррон, говорю. В честь нашего отца, – терпеливо разъяснил брат.

Всё ясно, драконы под «именем в честь» не подразумевают полное тождество.

Я тихонько подвинулся поближе к матери.

– Чудесный малыш. – Мамин голос был исполнен самой высокой степени нежности, какая только доступна драконе. – Глянь, глаза у него в точности твои. Правда, ты на брата похож.

Я не заметил этого, что объяснимо было лишь моей тупой невнимательностью. Но всё равно выразил восхищение.

Следующее дело было куда более сложным. Предстоял визит к дяде Кнарру. И я полетел на поиски Гирры, поскольку её присутствие полагал почти обязательным. Но этот визит пришлось ненадолго отложить.

В Главном штабе Ас-Тора и Главном штабе драконов

Командующий был, как всегда, образцом собранности, даже в чрезвычайной ситуации. Присутствовавший старший офицер связи с драконами (доктор магии воды) и начальник контрразведки (он уже не имел прежних полномочий, но оставался весьма информированным) старались соответствовать.

– Насколько достоверна информация от… вашего источника?

Ответил тот, от кого поступили сведения:

– Он сам не придал ей никакого значения, и как раз поэтому полагаю её заслуживающей доверия. Другое дело, что видели этого дракона лишь издали. То есть на таком расстоянии, что точное определение масти не представилось возможным.

– Вы считаете, что появление чёрного дракона может вызвать сильную реакцию его соплеменников?

– Да, этого нельзя исключить.

Командующий проявил проницательность:

– Самозванец?

Бывший начальник контрразведки про себя признал, что вопрос заслуживает уважения.

– Нет данных.

– Видел ли кто из драконов…

– Это маловероятно: большая часть была занята в других местах. У меня таких сведений нет.

Командующий небрежным жестом велел удалиться специалисту по противодействию тайным операциям. Когда тот затворил за собой дверь, последовало:

– Проверьте это, Марут. И если окажется, что драконы в самом деле никого не заметили, то легко можно объявить слухи абсолютно ложными.

Подчинённый был исполнителен. Не прошло и двух часов, как он встретился с командующим драконьей армией.

После надлежащих протокольных фраз начался жёсткий разговор.

– По данным, полученным нашей разведкой, в последний день военных действий над северо-восточным отрогом Драконьего хребта был замечен полёт дракона чёрной масти. И мы хотим проверить достоверность этих сведений. – Особо почтенный в ожидании ответа замолчал.

Крупный дракон с чешуёй синего цвета не выдал никакой эмоциональной реакции на это сообщение, или же она была такой, которую заметить мог бы лишь другой дракон. Тон ответа был сухим и невозмутимым.

– Никто из моих подчинённых этого не видел.

– Вы не можете этого знать точно. Поэтому ставлю задачу: опросить всех – повторяю, ВСЕХ – драконов. Мы полагаем, что данное сообщение получено из недостоверного источника, и хотим независимой проверки.

– Я могу отдать приказ вниз по команде. Результаты среди военнослужащих будут получены до конца дня. Но гражданские – другое дело. Сбор сведений среди них может затянуться ещё на день. Также осмелюсь заметить: сам факт сбора подобных сведений может вызвать неоднозначную реакцию среди драконов.

– Когда мне понадобится ваше мнение, я вас спрошу. А приказы отдаются не для обсуждения, а для выполнения.

– Ваш приказ будет выполнен. – И командующий повернул голову к порученцу в ранге десятника: – Всех тысячников ко мне!

– Ваш приказ будет выполнен!

Офицер связи уже собрался было уйти, но краем сознания почувствовал какую-то неправильность то ли в поведении, то ли в словах командующего. И потому остался в штабной пещере.

Тысячники собрались через полчаса. Командующий был краток:

– Приказываю опросить всех боевых драконов, а также гражданских: не видел ли кто из них в день, когда военные действия закончились… – пауза была совсем крохотной, – пролетающего над северо-восточным отрогом Драконьего хребта чёрного дракона.

Магу воды показалось, что все морды тысячников, как одна, выразили готовность и старательность. И опять некая странность толкнулась в мозг, и снова она не достучалась до разума.

Командующий продолжал:

– Тысячник Коррг! На вас возлагается организация опроса гражданских. Выполнять!

Снова с уставной силой грохнул ответ:

– Ваш приказ будет выполнен!

И драконы рванули к выходу из пещеры.

Доктору Маруту, собственно, нечего было больше делать у драконов. Он официально распрощался с командующим и отбыл. И только проехав с полчаса, понял, какая странность зацепила мысли. Хотя нет, там была не одна странность.

Во-первых, в диалогах с драконами никто не сказал уставного «Служу Великому!». Это означало, что крылатые уверены в гибели Ас-Тора. К сожалению, такие настроения вполне объяснимы. Но прозвучало и другое, скорее тревожащее, чем просто необычное. Все до единого драконы ничем не показали, что подобный приказ для них выглядит неожиданным, странным, удивительным, чем-то из ряда вон выходящим. Налицо было официальное рвение, и ничего больше. Даже слишком уставное.

И ещё не выходил из ума намёк драконьего главнокомандующего о негативном действии опроса о чёрном драконе.

Сотника я узнал издали. Он явно меня разыскивал. В тот момент на площадке перед нашей пещерой находилось трое: мы с Гиррой и Согарр.

Рруг был насквозь формален в обращении.

– Десятник Стурр, не заметили ли вы в день, когда исчезли Великие, летящего там-то и там-то чёрного дракона?

– Никак нет. Я о нём только слышал.

Похоже, сотник с трудом удержался от того, чтобы не подскочить. Я притворился, что ничего не заметил. Следующий вопрос был закономерным:

– От кого?

– От человека. А тот услышал разговор в трактире.

Ни одна спецслужба ни в одном мире не посчитала бы такой источник информации надёжным. Но этот недостаток был мной запланирован. На этот раз Рруг сохранил хладнокровие.

– Вам приказ: произвести опрос среди вверенных вам десятков. В случае, если кто-то этого дракона видел, командировать свидетеля в Главный штаб. Всё ясно?

– Так точно! Согарр, ты известишь других десятников, заодно опросишь своих.

Пока я говорил, мой начальник, не прощаясь, улетел. А Согарр задержался, чтобы поинтересоваться:

– Как думаешь, информации можно доверять?

Гирра опередила меня с ответом:

– Большинство людей понятия не имеют о Чёрном драконе. Вероятнее всего, они решили, что эта новость из незначительных. Очень похоже, что его вправду видели.

Пришлось и мне опустить медячок в сундук:

– Есть всё же возможность дезинформации. Если имеется некая группа, заинтересованная в том, чтобы как-то связать исчезновение Великих с драконами… Скажем, с целью отвести от себя подозрения.

– Слабенькая попытка, – авторитетно опроверг Согарр, – да и сама информация сомнительна. Но если в реальность этого чёрного поверят, то и в приход Чёрного дракона могут, а тогда… Реакция может быть всякой. Вот, например: «Если появилось такое знамение, то ясно, что Великие достоверно погибли». Примерно так. Или ещё: «Чёрный дракон вернулся и прикончил обоих Великих». Каково?

Гирра улыбнулась:

– С первым вариантом соглашусь, а второй до последней степени неправдоподобен. Если верить легендам, Чёрный дракон погиб даже не от магического удара Великого, а от низших магов. Хотя… наверняка найдутся дураки, которые поверят и в такое.

Согарр доверительно понизил голос:

– Вот что тебе скажу, Стурр. Уж заметь кто из моих… того… этого самого… я узнал бы немедленно, ящерица хвостом не успела бы махнуть. Приказ есть приказ, я его выполню, но…

Мы трое обменялись многозначительными взглядами. Всем было совершенно ясно, что нет лучшего способа распространить среди драконов информацию о чёрном драконе, чем добросовестно выполнить это распоряжение начальства.

В Синем зале

Никто не знает, почему сообщество магов Востока стало называть себя гильдией. Слов нет, эти люди обладали достаточным могуществом. Нельзя отрицать, что и система отсеивания случайных личностей действовала отменно. Аналогичные сообщества существовали и в других местах. Но почему-то именно в этой части страны маги стали звать себя гильдией, опередив соседей. Когда любопытный маг из Хорума спросил об этом главу его восточных коллег, тот полузакрыл глаза и ответил:

– У нас на Востоке сильны традиции изящной словесности. Гильдия… – протянул он, – это так благородно звучит. Многие наши маги пишут стихи, да. Они просто обязаны были оценить звонкость этого слова.

В этот раз гильдия собралась далеко не в полном составе. Синий зал – кстати, самый маленький из всех помещений для собраний – оказался заполненным даже не на десятую часть своей вместимости. По правде сказать, всего в помещении собралось пятеро магов. У входа дежурили улыбчивые и безукоризненно вежливые магистры, которые со всей возможной учтивостью просили случайных граждан не заходить в эти двери. Даже если эти случайные были докторского ранга.

Начал совещание председатель, он же глава гильдии. Надо заметить, он не был большим начальником или, упаси Пресветлые, вождём, он был всего лишь первым среди равных. И уже очень давно все серьёзные решения принимались исключительно коллегиально.

– Господа, все вы осведомлены о происшедшем. Кто-нибудь из вас полагает, что хотя бы один из Великих уцелел?

Таковых не нашлось.

– Я того же мнения. Думаю, что не ошибусь, если скажу: другого подобного случая для завоевания независимости у Востока не будет. Однако даром нам свободу не дадут. Поэтому прошу вас, особо почтенный Угуру, – взгляд главы переместился на сидевшего напротив него мага с жёстким, волевым лицом, напоминающим неизвестного здесь адмирала Хэйхатиро Того, – оценить перспективы военного противостояния.

– По количеству боевых магов каждой категории мы превосходим потенциального противника не менее чем на двадцать пять процентов. Наша обширная площадь сыграла в нашу пользу: у нас больше населения, хотя плотность его меньше, как вы знаете. В этих условиях подвижность войска приобретает важнейшее значение. И с этим у нас проблемы как раз из-за обширных расстояний. Следует признать: разбить наши силы по частям теоретически возможно. Наш успех вероятен при концентрации всех сил и при условии, что нейтральными останутся маги северного побережья и южане. Также прошу учесть: я и мои аналитики предположили, что драконы также не станут вмешиваться.

Лицо сидевшего рядом коренастого раскосого мага стало чуть менее индифферентным. Он поднял палец.

– Желаете что-то сказать, особо почтенный Хван?

– Да, председатель. Желательно выслушать причины, почему глубокочтимый Угуру предполагает, что вышеперечисленные группировки могут остаться нейтральными. Я имею в виду людей, конечно.

Вверх поднялось сразу два пальца.

– Особо почтенный Угуру, не возражаете отвечать первым? Прошу вас.

– Маги северного побережья имеют вескую причину не вмешиваться. У них скудные ресурсы – как природные, так и людские. Единственная выигрышная стратегия в таких случаях – присоединиться к победителю. По-любому они могут рассчитывать на некоторую автономию после войны просто потому, что никому не нужны. Южане – другое дело. Их учебные заведения… скажем так, если и хуже наших, то не намного. Население сравнимо по численности с нашим. Однако оно занимает территорию лишь вокруг рек и озёр. Между этими густонаселенными анклавами – обширные пространства, малопригодные для сельского хозяйства. Также у них намного хуже ситуация с дорогами. Довожу до сведения собравшихся: примерно сто тридцать лет тому назад был составлен план прокладки нескольких дорог высочайшего класса, большей частью для улучшения связи Юга с Севером и Западом. План оказался очень дорогим и потому был отвергнут. Существующие же дороги просто не обеспечат переброску большого количества войск и припасов. О скрытности снабжения можно забыть. Следовательно, риск для южан велик, и они должны это знать.

– Драконы? – Вопрос был задан в не особо вежливой форме. Председатель оставил это без внимания, хотя, разумеется, запомнил.

– Нейтралитет драконов – это то, что мы заложили в наш план, ибо можем его достичь. Правда, ценой известных усилий. Как известно, драконы были привязаны к Ас-Тору двумя крючками. Один из них – клятва, но теперь она утратила силу. Что до второго, то мы можем предложить те же самые услуги, что и прежние хозяева. И ещё кое-что дополнительное. – Неопытные собеседники могли бы предположить, что пауза выдержана с чисто актёрским намерением. Но таковых в зале не было. Все знали, что выступающий просто подыскивал наиболее чёткую формулировку. – Те относились к драконам как к животным с несовершенным разумом. По моим данным, это не так. Драконий разум если и не эквивалентен человеческому, то весьма к тому близок. Вот почему мы можем продемонстрировать более высокий уровень взаимоотношений. Привлечь на нашу сторону драконов как полноценного военного союзника трудно. Добиться их нейтралитета – реально. Но любой вариант требует времени. И налаживать взаимопонимание необходимо без промедлений.

– Вы также желали высказаться, особо почтенный Лоннол?

Доктор Лоннол был мал ростом, худощав, резок в движениях и интонациях.

– С вашего позволения, председатель. Из анализа, представленного мудрым Угуру, следует, что при нейтралитете драконов наши перспективы смотрятся предпочтительнее, чем у оппонентов. Согласен, что эта цель достижима, особенно если к просьбам о невмешательстве в людские дела мы присоединим также обещания помочь услугами, о которых здесь говорили. Но также возможно…

Председатель решил, что пора вмешаться:

– С вашего позволения, господа: мы тут обсуждаем вопросы стратегии. В интересах скорейшего принятия решения тактику предлагаю отложить.

И по части стратегии собрание решило, что независимости Востока – быть. Как этого достичь, можно и нужно решить лишь после сбора необходимой информации. Разногласий среди руководства гильдии не было. Пока что не было.

Дядюшка Кнарр встретил нас с Гиррой в превосходном настроении и с широчайшей улыбкой. Я только глянул и сразу же решил, что причина этому не только и не столько радость от встречи с любимыми (надеюсь!) племянниками. Куда более весомым основанием была кончина Великих. Один короткий взгляд на жену убедил, что она подумала то же самое.

Я сообщил, что моя мать овдовела. Дядя каким-то странным голосом потребовал подробности. Таковые были изложены.

– Он был храбрым воином, – промолвил старик всё тем же голосом. – Половина его подчинённых погибла? Значит, ему дважды повезло.

Я сцепил зубы, опасаясь сказать лишнего. Но в беседу вклинилась жена:

– Дядя Кнарр, почему один раз – это понимаю. А в чём второе везение?

Взгляд старого дракона наполнился теплотой. Мне понадобилось секунды три, чтобы догадаться: своих сирри у него не было, и он гордился Гиррой так же, как если б она была его родная умная дочь.

– В том, что при этом он сам погиб.

У картёжников и шахматистов это называется «фишка попёрла». Для первых такая удача выражается, например, двумя тузами в прикупе. У вторых при этом случается невиданное озарение, позволяющее мгновенно находить самые что ни на есть выигрышные ходы. Гирра не играла в карты. Шахматы ей также не были знакомы. Но эффект оказался похожим: она нашла нужный вопрос.

– Дядя Кнарр, так после этого вас вышвырнули из армии?

На этот раз к отцовской гордости добавилось учительское уважение – так бывает, когда ученик находит решение, не подсказанное наставником.

– Верно угадала, племянница. Только в моей сотне погибли все, кроме меня самого. Я полетел на разведку, а их накрыли «Чёрным пятном»… – По всей видимости, старик лишь под конец жизни получил возможность полностью выговориться. – И заметь, Стурр, никто не знал, где наша временная ночёвка. Никто, кроме моего начальства, которое и приказало приземлиться именно там. Даже сейчас не знаю, зачем нас подставили. Когда я вернулся один, тысячник был очень недоволен. Сказал, что для сотника высокая честь – погибнуть храбро со всем вверенным подразделением. А я, мол, их бросил умирать… и всякое такое. И тогда всё, что во мне накопилось, пошло на язык: дескать, и сам Великий Ас-Тор, и его война – полное… ну, вы поняли… и нам, драконам, надо хорошо подумать и сбросить эту удавку. Да, ещё добавил, что отныне и кончиком когтя не пошевелю ради дел Великого, а он вместе с клятвой пусть бежит… Гирра, не слушай… к растакой-то матери Тёмного в разэтакое место. Редчайший случай: меня выгнали меньше чем за три минуты. Высшая оперативность. Дальнейшее вы знаете.

Клятвопреступление при смягчающих, чего тут думать. Действий не было, только намерение. Видимо, поэтому дядя дожил до солидного возраста. Моя умница выразительно глянула. Я прокашлялся.

– Дядя, мне показалось, вы хотели что-то спросить…

Стальные глаза вперились в мои.

– Ну, конечно. Для начала расскажи, как именно погибли Великие.

– Ас-Тор и его свита попали под взрыв огромной силы на его наблюдательном пункте…

– Огромной? Выражайся определённее, племянник.

– Ну, примерно, как… – тут я задумался, пытаясь прикинуть эквивалент, – скажем, «Шаровая молния» диаметром ярда три-четыре. Только её там не было, иначе Ас-Тор её отвёл бы.

– Догадываюсь, что не было, – фыркнул старик. – И не «Воздушный кулак», надо думать?

– И не он.

– Могу представить. Останки, полагаю, не нашли?

– Мне это неизвестно, но очень сомневаюсь, что уцелело хоть что-то.

Дядюшка не удержался от довольного хмыкания. И немедленно задал очередной вопрос:

– А Ас-Лок?

– Сначала мощный удар магией разума, в результате чего он сам и окружающие мгновенно уснули или потеряли сознание, и тут же вызванный магией земли… – тут я запнулся, поскольку не знал эквивалента русскому «селевой поток» на языке Древних, – оползень и грязевой поток. Под ними всех и похоронило.

– А я-то думал, что магия разума действует лишь на близких расстояниях.

Такая эрудиция вызвала почтительное уважение, что и выразилось в надлежащем жесте моего гребня.

– Да, вы правы, дядя, на близких.

– И как же… Впрочем… – Дядины глаза ещё больше сузились и впились в браслеты: сначала мой, а потом и Гирры. – Кажется, понимаю. Так тот процесс лечения…

– Дядя Кнарр, ваши догадки могут быть опасны.

– Мне терять нечего. – Голос родственника был жёстче рельса.

– НАМ есть чего терять.

– Будь по-вашему, промолчу. Но есть ещё тема. Теперь, когда драконы ничем не привязаны к людям…

Моя жена прервала старшего по возрасту самым непочтительным образом:

– Вы оба ошибаетесь. Я не хотела говорить, но клятва была не единственной цепью, удерживавшей драконов. Это считается крайне неприличным, постыдным, и знают только дракони… – Мы с дядей слушали изо всех сил и даже сверх того. – Дело в том, что инициация драконочки… это чтобы запустить механизм созревания в седьмом классе… так может лишь человеческий маг…

Последней фразой Гирра подавилась. Она кое-что вспомнила. И дядя тоже вспомнил.

– Ты считаешь, что с помощью этой штуковины… – он показал глазами на браслет, – сможешь…

– Смогу. Дайте только время на изучение.

Фраза не являлась блефом. План составился быстро и был реален.

Мы распрощались. Уже после приземления у входа в нашу пещеру жена заявила обиженным тоном:

– Мог бы меня и поздравить.

Уловка была стара как мир, и всё же я на неё купился.

– Это с чем же?

– Я удачно вышла замуж за чёрного дракона.

– …

– Там, у дяди Кнарра догадалась.

Глава 31

Наше противодействие их действиям

При первой же возможности я встретился с юным Пиком и поставил перед ним задачи: обеспечить мою команду деревянными лотками для промывки золота и устроить встречу с магом жизни Курат-азом. Я даже не знал, какой у него сейчас ранг, и это затрудняло поиски, но не делало их невозможными.

Успешное осуществление моего плана требовало золота. И много. Делать нечего, пришлось подключать рядовых.

Лотки юный посредник доставил быстро. Три дня ушло на обучение: даже не все из моего первого десятка знали, как промывать и переплавлять золото. Но потом дело пошло бойко, и через пятнадцать дней у нас было около тридцати золотых кругляшков. Такой успех я мысленно объяснил задействованием трудовых ресурсов, а не богатством россыпи. Самые сливки уже были сняты.

К сожалению, непосредственно руководить работами было некогда. Всеми силами я тихо подталкивал общественное мнение к неучастию в каких бы то ни было войнах – не считая, разумеется, оборонительных, потому что и такие не исключал. Больше всего упор делался на отсутствие Великих, которое (вкупе с появлением чёрного дракона) давало все основания увериться в их гибели. Свидетели моих военных подвигов, а также школьных успехов большей частью были из молодых, и, соответственно, авторитет среди них набирался быстрее.

Через десять дней Пикор сообщил, что он-де организовал встречу. Это произошло на опушке.

С момента нашей первой встречи господин маг жизни улучшил свою жизнь. Это проявилось во многом, в частности, в жёлтой магистерской ленте на плаще и магистерской же солидности в походке и во взгляде, не говоря уж о некотором округлении физиономии.

Приветствия хотя и были учтивыми, но содержали некоторую настороженность. Курат с трудом представлял, что может дракону понадобиться от человека, а я ощущал некоторый трепет, поскольку намеченная задача была, по моему мнению, в высшей степени важной.

Визави отдал инициативу мне, что выглядело вполне оправданным: это ведь я предложил встретиться.

– Весьма почтенный Курат, я хочу предложить вам оказать драконам необычные услуги. Речь идёт о преподавании. – Я замолчал, давая собеседнику возможность переварить информацию. От такого сообщения запросто можно было заполучить несварение мозга в острой форме. И продолжил: – Вы правильно подумали: предлагаю вам обучать драконов. Студентов будет не так много – шесть. Все они универсалы, то есть потенциально способны к усвоению магии жизни и разума. У всех, кроме меня, есть недостаток: они более невежественны в магии жизни, чем студенты-люди…

В глазах у магистра мелькнуло понимание. Он прекрасно помнил, как я его лечил.

– …и у всех, включая меня, есть преимущество: драконья память, которая намного лучше человеческой. Также они не нуждаются в обучении другим видам магии. Всё это позволит сильно сократить длительность обучения. При отсутствии каких-то особых препятствий они, по моей оценке, достигнут уровня бакалавра примерно за год. Боюсь, что дальнейшее обучение маловероятно, этому могут помешать… разные события. Разумеется, мы будем вам платить за работу. Сверх того, по её окончании вам будет выдано особое вознаграждение.

Видимо, пока длилась моя речь, Курат успел разложить свои мысли по полочкам и сундучкам.

– Правильно ли я понимаю, что обучение будет происходить неподалеку от места проживания драконов?

Я кивнул.

– Тогда мне надо будет и жильё подобрать там же. Следовательно, переезд кажется неизбежным. И это потребует…

– Полностью с вами согласен. Разумеется, появятся дополнительные расходы, которые будут возмещены. Но я не сказал самого главного. Согласитесь вы или нет, в любом случае сделка должна остаться тайной. В первую очередь это в ваших интересах. Имеется много влиятельных персон, которым дополнительное образование для драконов покажется крайне вредным. Даже если вы откажетесь, и тогда появятся неприятные вопросы к вам. Например: почему драконы обратились именно к магистру Курату?

– Сохранение тайны и в ваших интересах, – отбил мяч маг жизни.

– Безусловно. Но у драконов больше возможностей защитить себя.

– Тогда, с вашего позволения, я хотел бы задать несколько неприятных вопросов.

– К вашим услугам, весьма почтенный.

– Мне остаются непонятными ваши цели. Создаётся впечатление, что вы прекрасно знаете, что такое образование не даст и не может дать полноценного мага жизни. Хорошо, через год-другой будут пять бакалавров и, коль скоро речь о вас, один лиценциат, да и то под сомнением. И всё же вы пускаетесь на эту авантюру. Почему?

– На это есть несколько ответов. Во-первых, даже бакалавр может оказаться небесполезным в случае надобности…

– Это я заметил.

Я не обратил внимания на иронию.

– Во-вторых, драконы могут продолжить образование самостоятельно.

– Хотел бы я знать, откуда вы возьмёте учебники.

– Часть материала можно взять из университетских. Но в целом вы и тут правы: учиться придётся больше на опыте. И образование замедлится, конечно. Но не остановится. Я не доживу, но уверен, что со временем у драконов появятся даже доктора маги жизни и разума.

– Я не закончил с вопросами. Полагаю, вам известно, что у всех универсалов слабая магическая сила. Вы сами – уникум в этом смысле. Следовательно…

– Достаточно. Вы и здесь правы. Отсюда делаю вывод: либо ваши будущие ученики будут компенсировать этот недостаток знаниями, либо там, где справился бы один человеческий маг жизни, будут работать два дракона.

Рассказы о кристаллах я решил приберечь на будущее.

– Вы самоуверенны. «Будущие ученики»! Можно подумать, я уже согласился.

– Вот это как раз я и подумал. Полагаю, вы уже осознали: такая возможность выпадает один раз в жизни. И ещё кое-что учтите… – На сей раз пауза была выдержана так, что весь Московский художественный театр, включая осветителей и уборщиц, взвыл бы от зависти. – Бесполезных знаний не бывает. Это правило придумал не я, но исключений из него не знаю. Вы обретёте то, чего ни у кого другого нет и будет не скоро: знание драконов. Сюда включаю анатомию, физиологию и психологию.

Неожиданно Курат весело рассмеялся.

– Вы прекрасный переговорщик, Пёстрый дракон. Принимаю ваше предложение. Осталось лишь договориться о вознаграждении, порядке обучения, а также…

И мы договорились.

Следующий разговор намечался с сотником Рругом. Я не сомневался, что тот мне поверит. Но эта уверенность в своей правоте должна была пойти вверх по команде.

Рруг в очередной раз продемонстрировал хорошие аналитические и умственные способности.

– Без чинов, Стурр. Что у тебя за информация?

– Скорее аналитические выкладки. Надеюсь, у тебя нет сомнений, что обоих Великих нет в живых?

Сотник отрицательно качнул гребнем.

– Очень скоро разгорится драка между магами за наследство Великих. Отдельные группировки начнут войну друг с другом. Сначала пойдут в ход угрозы, а потом и нечто более действенное. Та группа, на стороне которой окажутся драконы, получит серьёзный перевес.

– Это понятно.

– Вот почему перед нами две взаимосвязанные задачи. Первая: драконы должны сохраниться как единое целое сообщество.

– Ну, это очевидно.

– Это НЕ очевидно. Слишком большие соблазны появятся для потенциальных сепаратистов. Но, допустим, драконы выступят единым фронтом. Второй задачей будет достижение полного нейтралитета драконов, но так, чтобы не стать врагом ни одной из магических группировок. Для этого придётся юлить, хитрить, направо и налево давать обещания подумать. Понимаешь? И никаких клятв! Нам нужно время, чтобы обрести подлинную независимость от людей.

Хотя сотник и был старшим по возрасту и званию, он явно не понял. Пришлось пояснить:

– Это мало кто из драконов знает, только дракони в курсе. И ты тоже помалкивай. Суть вот в чём: драконочкам для того, чтобы стать полноценными дракони, нужна инициация. И её пока что может провести только маг-человек, да и то не всякий. Но дракон-универсал способен на то же самое, нужно лишь обучение. И я намерен это обучение пройти, а со мной и другие универсалы.

– Ты уверен, что сможешь?

– Да. Кое-что я уже знаю, но нужно учиться. Если всё пройдёт хорошо, через два месяца я смогу сам инициировать. Другим драконам на это потребуется не меньше года, а то и два.

Это выглядело вполне реальным, при условии, что Курат согласится на отдельный учебный план для моей особы.

Почему-то многоопытный капитан, командир сотни, видавший всякое, не торопился с репликой. А когда заговорил, то сказал совсем не то, что я ожидал.

– Ты всегда составлял продуманные планы – так сказал твой отец. У него был трезвый ум, потому я верю тебе. Но мне кажется, говорить о твоих успехах в исцеляющей магии рано.

Ссылка на отца причинила боль в душе, но отвечать надо было самым спокойным тоном.

– Соглашусь. Но можно убедить главнокомандующего потянуть время, насколько возможно. И особо отметить мои связи среди людей.

О роли кристаллов я ничего не говорил, а Рруг не спрашивал. Но он обещал передать информацию наверх. И сдержал слово.

В Главном штабе драконов

Разумеется, капитану нечего делать даже среди полковников, а о генералах и речи нет. Вот почему сотник Рруг задействовал посредничество полутысячника Тхорра.

Аналитические выкладки были встречены полным молчанием. Реакция на доклад была отнюдь не мгновенной. Но, отдать справедливость старшим офицерам, все выступления были взвешенными. Единства во мнениях, как и предвидел Стурр, не наблюдалось. Нашлись сторонники продолжения связей с прежним командованием. Большинство стояло за нейтралитет. Главнокомандующий уже мысленно составлял приказ, когда прозвучало:

– Полутысячник, кто из ваших подчинённых подготовил эту аналитическую выкладку?

– Десятник Стурр. Окончил школу около года тому назад. Сейчас он в должности командира неполной полусотни.

– Какие у вас основания доверять этому юному дракону?

– Судите сами, тысячник. Ещё в школе он проявил себя превосходным тактиком. Дважды его выбирали капитаном олимпийской команды, и дважды его драконы выигрывали олимпиаду. Третья олимпиада была отменена. Далее: командовал десятком особого назначения. Ни одного проваленного задания и при этом ни единой потери. Кстати, подчинённые – его однолетки. Разумеется, он пользуется абсолютным авторитетом среди них. И ещё одно: могу засвидетельствовать, что ни разу его анализ не оказывался ошибочным.

– Вы сказали «абсолютным авторитетом»? Вот это мне и не нравится. Такой чрезмерно способный дракон может со временем стать опасным.

Тхорр не успел собраться с ответом, как подал голос тысячник Коррг:

– Десятник, поднимающий восстание против всего руководства драконов? Имеющий подчинённых в том возрасте, когда только-только начинают обзаводиться семьями, и сам такой же? Фррид, вы хотели насмешить собрание? Поздравляю – вы достигли цели.

Главнокомандующий составил своё мнение. Он руководствовался простым принципом: оттягивание решения в данном случае вреда не принесёт. Всё равно до военных действий магов против магов дело дойдёт ещё не скоро.

Тхорр уже совсем собрался уходить, когда рядом с ним вдруг оказался тысячник Коррг.

– Без чинов, Тхорр. У вас найдётся с полчаса времени? Мне бы хотелось уточнить некоторые особенности.

Разумеется, отказать в такой просьбе (именно просьбе!) было немыслимо.

Тысячник не стал описывать круги на большой высоте:

– Тхорр, вам известно, что драконы волей их создателя оказались прикованными к людям необходимостью в человеческой магии?

Ответ был по-военному лаконичен:

– Известно.

– Полагаю, что и Стурр об этом осведомлён. – Интонация даже отдалённо не напоминала вопросительную.

– Вы правы.

– Что он намерен предпринять?

– Он полагает, что может заменить человека. Но ему понадобится время на обучение.

– Этот универсал владеет магией исцеления?

На этот раз полутысячник проявил осторожность:

– Это не совсем такая магия… или даже вовсе не магия. Он действует иглами, которые втыкает в определённом порядке в тело пациента. Но исцелять он достоверно может, хотя сам оценивает свои знания весьма скромно.

Полковник Главного штаба обязан быть сообразительным – должность, знаете ли, требует. Коррг подтвердил это правило:

– Вам известны конкретные случаи?

– Только два. В обоих случаях целители из драконов исключили возможность продолжения военной службы, а Стурр полностью вылечил этих двух пациентов; правда, на это потребовалось не менее трёх недель.

Тысячник проявил настойчивость:

– Вы лично знаете исцелённых?

– Одного – да. Это был мой полусотник. Он продолжил воевать, но недавно погиб. Вторая – рядовой воин, но с ней я незнаком.

– Достаточно. Ваши сведения весьма полезны, Тхорр. Полагаю, деятельность этого десятника заслуживает самого пристального внимания… и поддержки.

Слово было веским.

Этой встречи я никак не ожидал, хотя предвидеть мог.

Я обучал ребят основам геммологии, а заодно и кристаллографии. Мы удобно расположились на площадке перед моей пещерой. И тут передо мной возник полусотник (при полутора полосках). Краем глаза я углядел нехороший прищур у некоторых своих подчинённых, ибо это был учившийся в моей школе Киррин. Отношения тогда у нас были, сказать поделикатнее, напряжёнными. Но сейчас он был насквозь официален и безукоризненно вежлив.

– Десятник Стурр, не могли бы вы уделить мне полчаса вашего времени?

– Да, сударь полусотник, но лишь после окончания занятий. Нам осталось три четверти часа, после чего я вас жду. – Это был прозрачный намёк, что его присутствие на этих занятиях нежелательно. А дураком Киррин и в школе не был.

– В таком случае до встречи.

В назначенное время полусотник появился снова. Он – посланник, без сомнения; вопрос лишь в том, кого именно представляет. Это, впрочем, скоро выяснится, но неплохо бы перехватить инициативу.

– Сударь полусотник, вы служите в Главном штабе? – С моей стороны не очень вежливо, но… пока что он во мне нуждается, а не наоборот.

– Совершенно верно, десятник.

– Я вас внимательно слушаю.

– Стурр, мой отец предлагает вам сотрудничество.

Чуть снизил уровень официоза, но на «ты» не переходит – умён, нет слов. Или, что скорее, умён тот, кто его послал.

– Чего же от меня хочет тысячник Коррг?

– Он хочет, чтобы вы знали: он на вашей стороне…

Смело сказано! Может, даже слишком смело: тысячник не может не понимать, что единство среди высокопоставленных драконов находится в процессе распада. Правда, скорость распада пока неизвестна.

– …и в качестве жеста доброй воли приказал мне быть офицером связи между вами и ним. Вы будете получать информацию.

– Почему тысячник Коррг полагает, что наши цели совпадают?

– Он пристально следил за вашими действиями.

Неопределённо… нет, определённо скверно.

Видимо, я плохо следил за собственной мимикой. Или же Киррин особо догадлив. Как бы то ни было, посланец торопливо продолжил:

– Отец понимает ваше недоверие и постарается его развеять. К вашему сведению, ожидается прибытие представителя магов с Юга. О результатах переговоров будет сообщено отдельно.

– Хорошо, я буду ждать. – Эта фраза ни к чему не обязывала.

В Главном штабе драконов

Этот маг был совершенно не знаком никому из штабных драконов. Правда, его ждали, но пропустили к командующему с предосторожностями. Встреча состоялась на открытом воздухе, присутствовало шестеро драконов, причём на земле находился лишь один, который и вёл переговоры, а в воздухе кружилась пятёрка, готовая в любой момент пустить в ход весь арсенал боевой магии. Справедливости ради следует сказать: незнакомец не проявил никакой враждебности.

После приветственных фраз он представился:

– Меня зовут Русстам-ази, я доктор магии воздуха и представляю здесь магов Юга.

Судя по интонациям, командующего трудно было заподозрить в дружественных чувствах.

– Нас предупредили о вашем визите. Моё имя и должность вы знаете. Будьте любезны, изложите ваше дело.

– Надо полагать, вам уже понятно, что оба Великих погибли. Следовательно, пока что драконы свободны от обязательств. Мы предлагаем сделку…

Суть предложения была несложной. Драконам надлежало выступить военной силой на стороне Юга, взамен чего им была обещана магическая помощь «во всех жизненно важных для драконов делах».

Командующий уставился на собеседника неподвижным взглядом.

– Поясните, чем именно южные маги лучше западных. Впрочем, могу заранее сообщить: драконы не очень расположены сражаться под чьим бы то ни было командованием.

– Заверяю, разница будет. Раньше вас использовали как боевых животных и относились соответственно. Юг же рассматривает драконов как союзников. Это совсем другое…

Южанин был красноречив. Но все его доводы разбились о тяжёлую фразу, произнесённую в конце переговоров:

– Ваши предложения интересны. Нам надо их обдумать.

Командующий драконов был циником. Ему случалось бывать в ипостаси подлеца. Но он никогда не был дураком. Не то чтобы он совсем не верил в возможность дракона выполнить работу мага жизни, скорее, это представлялось ему маловероятным. А значит, предстояло продаться какой-то группе магов. И продаться повыгоднее – а такое дело спешки не любит.

Мне устроили полноценный экзамен. Я отлично понимал Курата: ему просто необходимо было достоверно знать мой уровень. Вот почему допрос шёл со всей въедливостью.

– Какие потоки вы причисляете к основным? Почему? Каковы пределы изменений? Как вы установите эти пределы? Опишите конструкт на стандартный перелом большой берцовой кости… Хорошо. Какие у вас основания…

Меня гоняли не менее трёх часов. Курат, как мне показалось, и сам немного устал. Но резюмировал он со всей решительностью:

– В теории вы сильны. Уровень очень хорошего бакалавра, я бы сказал; даже скорее лиценциата. Но ваши практические навыки куда скромнее, тут вы на четвёртый курс тянете, да и то… Короче, ваши умения надо подтягивать, и вот что я предлагаю…

Ещё с полчаса мы спорили над учебным планом лично для меня. Курат согласился первым делом передать умение инициировать драконочек, честно при этом признавшись, что пока не знает в деталях, как это делать. Но почему-то заявил, что «разобраться в этом совсем не трудно». Я поверил.

Потом настала очередь моих универсалов. Маг жизни экзаменовал всех разом. К чести его будь сказано, он не произносил вслух фраз вроде «Душераздирающее зрелище» или «Выдающееся невежество», лишь поинтересовавшись:

– Кто их обучал?

Узнав, что наставником был лично я, Курат покивал, давая понять, что именно это и предполагал, после чего озвучил программу обучения. Ради педагогического эффекта он закончил свою речь словами:

– Имейте в виду, по окончании курса вы, может быть, сравняетесь с бакалаврами не из лучших. Поэтому для повышения уровня вам придётся ещё учиться. И Стурр будет вашим наставником.

Видимо, Курат ждал эмоциональной реакции, но не дождался: моё назначение все восприняли как должное.

Для занятий пришлось выкопать дополнительную пещеру. Не то чтобы у нас отсутствовало учебное помещение, просто оно находилось слишком уж близко от поселений драконов, а лишние глаза были ни к чему.

Глава 32

Сражения без драки

Нехватку золота можно было предвидеть. Мало того что его добыча требовала усилий всего моего отряда, так и лето катилось под уклон. Скоро вода станет холодной. Делать нечего, придётся добывать кристаллы. Кое-что ребята уже умели.

Но, конечно, занятия по магии жизни и разума никто не отменял.

Через пару недель Курат при встрече показал глазами, что желает конфиденциального разговора.

– Что вы хотели мне сообщить, наставник?

– То, что вам необходимо знать как командиру.

От таких слов появились предчувствия в тёмных тонах.

– Ваши подчинённые – хорошие ученики. Но они никогда не получат оценки «весьма похвально». – Курат увидел, что я уже догадался о причинах, и отреагировал быстро: – Вы правы, Стурр, в своих догадках. Сказано было правильно: у драконов просто превосходная память, им ничего не надо объяснять дважды. Но вы не сообщили мне нечто весьма существенное…

Мне показалось, что в тоне мага жизни прозвучало сочувствие.

– …то самое, чем они отличаются от людей. Хороший студент слушает, запоминает, применяет на практике. Прекрасный студент, сверх того, предвидит развитие мысли лектора, пытается извлечь из материала больше того, что прозвучало. Сразу скажу: почти всегда эти догадки на поверку оказываются уже известными фактами и выводами. Но сами попытки… У драконов таких не было. Возможно, причина этому просто малое количество студентов. В конце концов, группа из пяти драконов – нечто намного меньшее, чем принято в университете. Косвенное подтверждение моей мысли – вы сами. У вас ум человеческий; не примите мои слова за оскорбление, это похвала. Уверен, вы подниметесь до уровня хорошего лиценциата. И всё же меня не оставляет мысль, что в вашем лице я имею дело с исключением, которого, возможно, в дальнейшем не встречу…

Бедняга Курат даже не подозревал, насколько он прав. Но для меня это тревожный звонок… да нет, какой там звонок – колокол громкого боя! Тому, кто создавал драконов, был нужен приличный общий уровень, по возможности без отклонений в любую сторону. То есть задумывалось, что среди них не будет ни гениев, ни тупиц. Меньше разброс умственных способностей, чем у людей… но ведь не нулевой же он! А что можно противопоставить?

– Вы знаете, наставник, отчасти картина, которую вы обрисовали, есть следствие системы образования у драконов. В ней умствования не особо поощряются. Добавьте ещё отсутствие письменности… точнее, малое распространение. И всё же кое-что можно сделать. Я попробую.

Магистр легчайшим движением бровей изобразил сомнение в моём подходе, но вслух ничего не прозвучало. Вместо этого я получил комплимент:

– Вы делаете большие успехи. Пожалуй, инициацию, о которой вы просили, можно будет провести через неделю. Конечно, под моим присмотром.

Ага. Отсюда следует, что понадобится материал для опытов – драконочка надлежащего возраста, а у меня знакомства по этой части не очень-то. Пожалуй, без посредников не обойдусь. Придётся кланяться… и кажется, знаю кому.

Ещё одна проблема: подопытная вкупе с её мамой должны помалкивать о моём участии… Или наоборот, лучше получить рекламу? Да, реклама всё же нужна, пусть себе идёт через сплетниц.

И я полетел в родительскую пещеру. Там я застал маму, безуспешно пытающуюся разжечь огонь. Вот это заставило удивиться.

– Мам, как же так? Ведь не твоя специальность.

Мама печально глянула на меня:

– Твой отец, когда мы только-только поженились, обучал меня магии огня. Но потом он взял на себя все эти дела. А сегодня оказалось, что и соседа на месте нет, а соседка с другой стороны… Она погибла… там же. Я рыбу хотела запечь. Ну а мои умения…

– Погоди, сейчас я кое-что сделаю.

Расстегнуть браслет. Достать из гнезда красный гранат. В нём, собственно, уже есть потоки магии огня. Обучение заняло от силы полчаса.

– Вот, мам, положи этот кристалл на полочку, в случае чего сама всегда огонь разведёшь. Кстати, и добычу сможешь приготовить. Побольше упражняйся – потом и без кристалла обойдёшься.

Дракона, не говоря ни слова, поддала жару в хворост. Пламя разгоралось с потрескивающим звуком. Показалось, что сейчас мне скажут, что я слишком много знаю. А вот эта мысль лишняя, и её надо задавить.

– Я ведь совсем по другому делу. Понимаешь, меня сейчас обучает маг-человек, и вот я задумал…

На этот раз получаса не хватило. И в час я не вместился. Но идею моя умная мама поняла хорошо, хотя и не без сомнений.

– Ну хорошо, сынок. Что касается драконочки… Твоя четвероюродная сестра Тинрра как раз в возрасте. Её отец возражать точно не станет, он просто не знает о необходимости инициации, а вот за свою троюродную сестру не поручусь. Говоришь, человек будет участвовать? Это как раз хорошо. С отцовым крылом ты справился, но тут другое.

– Мам, говорю же тебе: всё делать буду я, а наставник приглядывать… ну, на всякий случай.

– Мне, надеюсь, не запрещено присутствовать?

Мысль не понравилась, однако пришлось слегка приврать:

– Что ты, я всегда пожалуйста, но за наставника отвечать не могу.

В сельском трактире

Как ни странно, трактирщик взволновался куда меньше, чем в прошлый раз. Видимо, регулярные встречи этих двоих приучили его к мысли, что переговоры – не такая уж опасная вещь. Он даже рискнул предложить этим двоим условную новинку меню: тушёную говядину под грибным соусом со сметаной. Условную – поскольку означенное блюдо было опробовано на десятке посетителей и заслужило высокую оценку.

– Итак, коллега, мне весьма не терпится узнать, что нового удалось раскопать вашим людям?

– Скорее вы услышите то, до чего они не докопались. Начну, впрочем, с того, что на драконов, по моим данным, вышел представитель южан. Представитель Востока должен был успеть раньше, но ему не повезло с дорогой: наводнением размыло мост, представитель не был водником, а объезд занял слишком много времени. Впрочем, оба получили один и тот же ответ: драконы, дескать, подождут.

– Ну да, они хотят продаться подороже. Понимаю прекрасно. Что же наши?

– Не могу сказать точно, чем вызвана задержка, но… мне показалось, что среди высшего магического руководства началась тихая борьба.

– Час от часу не легче…

– Вернёмся к покушению. Мои специалисты привлекли даже кое-кого из университета. Что касается атаки на Ас-Лока, то все сходятся в одном: вызвать оползень мог доктор магии земли. Но аналитики в один голос твердят, что этот удар настолько медленно развивался, что даже два доктора могли бы отвести его. Или один, но с выдающимися способностями. Короче, Великий бы точно справился. Следовательно, основная атака заключалась в том, что объект нападения заснул или ещё как-то потерял контроль над собой.

– С вашего позволения, я закончу вашу мысль. Ни один из ваших людей не смог догадаться, как такое можно провернуть, ибо, по вашим же словам, Великий не допускал к себе магов жизни и разума.

– Дело обстоит ещё хуже, чем вам известно. Чтоб вы знали, весьма незадолго до смерти Великий вызвал меня и приказал убрать одного магистра магии жизни. Сейчас-то этот приказ утратил силу. Но я и тогда не мог понять, зачем это ему, и теперь тоже. Магистр! Даже не доктор! Впрочем, доказано: он подал документы для защиты диссертации, но они не дошли до докторского совета, поскольку тезисы не были утверждены Великим.

– И проверить…

Видимо, маг начал терять терпение:

– Да проверили уже! Ознакомил я с этими тезисами доктора, под серьёзную клятву, естественно. Он уверен, что теоретическое значение огромное, но вот практического применения эта диссертация не имела, не имеет и иметь не будет. Человек не в состоянии воспроизвести эти заклинания.

Последовало три добрых глотка. Видимо, это несколько успокоило волнение контрразведчика.

Собеседник прищурился:

– Человек – допустим. А Великий?

– А Великим оно не нужно. Ладно, скажу больше. Речь там шла об омоложении человеческого организма. А Великие и сами умели это делать. Понимаете? Низшие маги это не могут и не смогут. А Великие были способны на такое без всяких диссертаций. Вот я и ломаю голову: с чего бы шефу отдавать такой приказ. У моих ребят появилась лишь одна сносная гипотеза: Ас-Лок опасался, что когда-нибудь, в будущем, маги жизни всё же смогут воспользоваться этими заклинаниями. Замысел на далёкую перспективу.

– Может быть, но для меня не особо убедительно. Теперь моя очередь. Думаете, моя задача ближе к решению? Ошибаетесь, с ней обстоит дело хуже, чем у вас.

– Что такое?

– У вас хотя бы часть задачи решена – с этим оползнем. А у меня полный мрак. Или «Кулак», или «Шаровая молния», но и то и другое невозможно.

Визави невесело улыбнулся:

– Хотите, я скажу, до чего дошли ваши дознаватели?

– Сделайте милость. А я пока подчищу этот замечательный соус.

– Извольте. Так вот: отыскать следы магии воздуха не удалось, причём ваши специалисты сказали, что и доктор-воздушник не справился бы с такой задачей. А?

– Ну да, но для этого не обязательно быть доктором. Бакалавр пришёл бы к такому же выводу.

– Верно, а среди ваших сотрудников есть по меньшей мере два магистра магии воздуха. Во всяком случае из тех, что мне известны.

– Есть такие.

На самом деле их было четверо, но об этом почему-то не было сказано.

– Продолжаю. Они же пришли к выводу, что человек не в силах создать «Воздушный кулак» такой мощности. Великий, ясно, не в счёт.

– До этого я и сам додумался. Но что до «Шаровой молнии», то тут несколько иначе. Мои аналитики прикинули, что ценой чудовищных усилий можно создать нечто вот такой величины, – ладони мага показали воображаемый предмет размером с небольшую дыню, – а потом телепортировать его, но это уж должен был делать другой маг. Никто из моих не смог вспомнить ни одного мага, специализирующегося на магии электричества и телепортации одновременно. Вывод: если дело обстояло так, то работали двое. Да и то… Мы наводили справки в университете: никто не представляет, как можно телепортировать «Шаровую молнию». Если такое вообще возможно. Но и это не всё.

Маг сделал неопределённый жест кистью руки. Несомненно, официант был магом разума в ранге, самое меньшее, лиценциата, ибо мгновенно принёс кувшин вина нужного сорта. Ничем другим подобную догадливость объяснить невозможно. Клиент щедрой рукой налил собеседнику и себе.

– Так вот. У меня – и не только у меня – сразу же возник вопрос: а может ли «Шаровая» с размером, который я показал, дать такой… кхм… эффект. И знаете, никто не смог на него ответить.

– Или не захотел.

– Допускаю и это.

Соус был подчищен на тарелках обоих магов. Видимо, трактирщик положил в него ингредиент, прочищающий мозги, поскольку сразу же после этого прозвучало:

– Помните, я говорил вам о поисках того или тех, у кого были причины и были возможности?

– Ну, конечно.

– Так вот, из того, что вы мне рассказали, делаю два вывода. Первый: драконы к этому совершенно не причастны. Им просто не хватит магической силы на подобное.

– Согласен. Хотя есть и другие причины.

– Второй вывод: группка магов-людей могла бы, по вашей теории, устранить Ас-Тора. Но это не относится к Ас-Локу, а ведь вы не можете заподозрить, что эти два действия случайно совпали по времени. Следовательно, есть некий не учтённый нами фактор. Новый игрок, если хотите. С большими возможностями, пусть даже и меньше, чем у любого из Великих. Уверен, этот игрок действовал в интересах некоторой группы…

– Которая, как мы видим, ещё никак себя не проявила.

– Вот именно. Или проявила, но в мелочах. Вербовка сторонников, нейтрализация противников, создание союзов… короче, работа для разведчиков и дипломатов.

– Вы хотите сказать, что наилучшая тактика – выжидание?

Ответ последовал не сразу.

– Меня смущает то, что все значимые группы магов пытаются заручиться поддержкой драконов. Иначе говоря, они не чувствуют в себе преимущества.

– Кроме западных магов.

– Как раз насчёт своего и вашего начальства у меня, как ни странно, мало фактов. Пока что распределение сил идёт тайно.

– А ведь осень не за горами. Зимой драконам воевать куда труднее.

– Но что, если обойдутся без драконов?

Киррин принёс новость, не влезающую в общую картину.

– Наше начальство получило просьбу оказать помощь в расследовании гибели Великих.

Я изобразил удивление:

– Сударь полусотник, у нас нет возможностей для расследования.

– Имелось в виду, что если вдруг кто-либо из драконов услышит или увидит нечто, относящееся… понимаете?

– Это понимаю.

– И ещё одно обстоятельство. Руководству драконов обещано вознаграждение за такую информацию. – Тут в тоне посланца зазвучало усиление. – Руководству обещано.

На первый взгляд – попытка подкупа. Продажное начальство запросто может бросить подчинённых в пекло битвы, рассчитывая на некие блага – интересно, какие? А на второй взгляд – попытка внести раскол среди драконов вообще. Сладких пряников на всех не хватит. Допустим, получится. Что из этого? Нейтрализация драконьего войска. Работа с дальним прицелом. А чья? Однозначной кандидатуры не было.

В доме доктора магии воды Шантура

Почему бы семерым особо почтенным не собраться в доме одного из них на предмет выпить доброго винца с надлежащей закуской, – примерно такая мысль появилась бы у разведчика (на минуту допустим, что он мог там оказаться), ухитрившегося пробраться незамеченным на это собрание с намерением подглядеть и подслушать. И в течение часа этот соглядатай продолжал бы оставаться при том же мнении, ибо как раз на тему вина и еды все разговоры и велись. Единственное, что могло бы насторожить предполагаемого рыцаря проникновения и разузнавания, был состав сбора. Дело даже не в том, что собрались одни доктора магии, они были лучшие из лучших.

Хозяин дома, маг воздуха и воды Шантур, мог бы служить образцом боевика, но гигантская эрудиция в собственных специальностях, а также превосходные знания в смежных областях (электричества и огня) делали его в глазах магического сообщества более крупной фигурой. Сидевший напротив Гальв был электриком и в этом превосходил всех. Маг огня и воздуха Хаффиз, не отличаясь запредельной силой, мог бы дать фору любому другому как в магических умениях (по своим специальностям, конечно), так и понимании политических хитросплетений. Маг земли и воды Батхан, не являясь в строгом смысле слова боевым магом, пользовался огромным уважением за искусство в создании сооружений из камня и земли, в том числе военного назначения. Чонсон (телемагия и воздух) заслуженно считался непревзойдённым умельцем в создании хитроумных щитов. Шестой доктор по имени Ландов был универсалом с магической силой ниже среднего и не имел ни малейшего шанса даже обрести ранг лиценциата (не говоря уж о том, чтоб очутиться на этом собрании), когда б не огромные способности теоретика и расчётчика. Только они позволили, имея такую специализацию, всё же сдать лиценциатские, а потом и магистерские экзамены. Диссертации же были защищены с блеском. Седьмым членом собрания была личность несколько неожиданная. Её пригласил лично хозяин дома. Доктор магии огня и воздуха Нульф не отличался выдающейся магической силой, не был он и признанным знатоком заклинаний. Короче, доктор хорошего, но отнюдь не сверхвысокого уровня. И всё же существовали причины для появления этого мага в собрании знаменитостей. У Нульфа были гигантские способности спрашивать, слушать и делать выводы. Этот человек был сам по себе ценнейшим аналитическим центром, хотя подобное словосочетание здесь ещё не изобрели.

А вот по истечении часа шпион получил бы все основания внимать и запоминать, ибо направление беседы отошло от застольных тем. И задал его не кто иной, как особо почтенный Шантур:

– Господа, я собрал вас здесь, дабы вы послушали некоторые аналитические соображения, предложенные доктором Нульфом. Они касаются событий последнего времени и возможных последствий таковых. Прошу вас, особо почтенный.

Почти все собравшиеся отметили про себя простецкую, совсем не докторскую внешность Нульфа – широкое, почти круглое лицо, причёска без всяких новомодных изысков в виде завивки или, скажем, подкраски отдельных локонов, нос без малейших признаков тонкости, большие, торчащие в разные стороны уши. Кафтан был, правда, из материи доброго качества, но отнюдь не новым. И куда меньшее количество магов мысленно отметило необыкновенно цепкий и острый взгляд маленьких серых глазок.

Доктор Нульф прочистил горло и начал:

– Господа, все вы в курсе таинственных обстоятельств гибели Великих. Усилия большого количества как профессиональных дознавателей, так и многоопытных магов пока что оказались пустыми. Все эксперты, которых мне удалось расспросить, дали в сущности один вариант ответа: «Я не знаю, как это было сделано, потому что человеку это сделать не под силу». Причиной тому была огромная магическая сила того индивида или группы индивидов, которые совершили это двойное нападение. По тем же соображениям все эксперты дружно исключили участие драконов. Последний вывод я полагаю преждевременным; причины объясню позже. Второй факт, представляющийся весьма важным: из этого события не вышло никаких политических последствий. Не было претензий на взятие власти, не прозвучали заявления о создании каких-либо политических структур. Из всего этого напрашивался вывод, что в дело вступил некто с огромными способностями и с пока что неизвестными целями. Обращу, однако, ваше внимание, что сам факт гибели Великих без политических последствий уже многозначителен. Может создаться впечатление, что либо совершивший это уже достиг цели, либо он пока просто ничего не делает и выжидает. Но есть ещё одна возможность объяснить цепь событий. – Оратор отхлебнул тёплого травяного настоя из кружки и продолжил: – По всем отзывам сделать это было невозможно – и всё же сделано! В рождение нового Великого я не верю, ибо появление столь высокоодарённого не могли не заметить в среде магов. Значит, в распоряжении этого неизвестного – условно назовём его Игроком – попало некое средство, позволяющее это сделать. Только представьте себе, господа: заурядный маг получил в руки, скажем, магический сверхмощный усилитель силы. С помощью такого артефакта можно убить Великого, даже двоих, но Игрок явно плохо представляет себе, что делать дальше. Ситуация, полагаю, некоторым из вас знакомая. Вспомните известную детскую сказку: молодой маг выручил попавшего в беду грока[5] и в награду получил магический предмет, именуемый Великий Жезл, а вместе с ним непомерное могущество. Но это не прибавило лично ему ни силы, ни умений. Без жезла этот юноша был никем, то есть самим собой. В сказке он в конце концов погиб. Так вот, вижу свою задачу в том, чтобы понять: у кого сейчас Великий Жезл, в чём сила этого магического артефакта и как его можно использовать или воспроизвести. Вот почему я бы не стал безоглядно отвергать мысль о вовлеченности драконов, ведь и они могут увеличить свою силу таким способом, пусть в пределах своей специализации. Хотя, признаю, даже если драконы и участвовали в деле, то кооперировались с людьми. Магия разума им не дана. Есть вопросы?

Они очень даже были. Первым поднял руку темноволосый, с густыми чёрными усами и пронзительными чёрными глазами (типичный южанин) Хаффиз:

– Вы упомянули, что драконы если и участвовали, то лишь наряду с людьми. Допустим, мы приняли эту гипотезу. Какие меры вы полагаете необходимыми?

Докладчик не затруднился с ответом:

– Они напрашиваются. Следить за избыточными связями драконов с людьми.

Все за столом кивнули. Эта идея оказалась вполне понятной.

Председатель сделал разрешающий жест, и узкоглазый, широколицый, с гладкими, зачёсанными назад волосами доктор Чонсон учтиво кивнул.

– Особо почтенный, вы не думали, что в качестве вашего сильного артефакта могут служить кристаллы?

– Да, была такая гипотеза. Её я не отверг, но и не принял. Слишком мало данных о возможностях применения кристаллов. Как вы знаете, Великий сам ими не пользовался, и его ближайшее окружение следовало этому примеру. Студенты и бакалавры – да, применяют. Амулеты, понятно, не в счёт. Но массовому применению кристаллов магами всех рангов препятствует не только традиция, но и нехватка знаний. Нужны систематические исследования, на которые пока что нет ни времени, ни средств. А если Игрок применил всё же какие-то особенные кристаллы, значит, у него нашлось то и другое? Откуда? И почему никто в магическом сообществе ни сном ни духом не знает об этих исследованиях? Вот почему полагаю кристаллы маловероятным фактором, хотя и не отвергаю полностью.

Председатель глянул в сторону другого конца стола:

– Доктор Ландов?

Невысокий, тощий теоретик в ажитации вскочил с места:

– Что касается кристаллов, то могу изложить общие соображения. Полностью согласен с коллегой Нульфом: на сегодняшний день практика использования их в магии развита прискорбно мало. Настолько мало, что прогресс теории представляется пока неосуществимым. Теоретику не на что опереться. Накопление же практического опыта считаю вполне осуществимым, настолько, что даже осмелюсь на еретическое предположение: в начальной стадии хороший практик может обойтись вовсе без развитой теории. Конечно, для какой-то конкретной задачи. Иначе говоря, кристаллы как средство создания мощного артефакта не отвергаю, но настаиваю: нужны исследования.

Шантур вскинул руку ладонью вперёд:

– Весьма здраво сказано, доктор Ландов. К этому я ещё вернусь. Однако, если позволите, доктор Нульф, продолжу ваши выводы. Поскольку магическое сообщество в лице лучших экспертов пришло к выводу, что обычному человеку использованные заклинания не под силу, то я склонен принять прозвучавшее объяснение: мощный артефакт. Здесь собрались самые искушённые маги со всего мира. Нам ни к чему вмешиваться в дрязги вокруг наследства Великих. Нам пока не нужна власть – мы её получим, когда завладеем этим артефактом или секретом его производства. Пока же за неимением ничего лучшего каждый из нас в меру возможностей изучает кристаллы и методы работы с ними. И ещё один организационный вопрос. – Председательствующий обвёл глазами собравшихся. – Мы здесь собрались, будучи объединены целью и возможностями для её достижения. Цель: создать ядро для наведения порядка и стабильности в нарастающем хаосе. Возможности: мы самые лучшие из оставшихся в живых магов. И мы же составляем самую лучшую команду. Ещё вопросы?

К некоторому удивлению Шантура, поднялась рука Батхана.

– Прошу вас, особо почтенный.

Доктор магии земли, типичный светловолосый голубоглазый узколицый северянин, изобразил вежливый полупоклон:

– Прошу вас, глубокочтимый Шантур, разъяснить собранию: почему среди нас нет ни единого мага смерти, а также мага жизни.

Председательствующий благожелательно улыбнулся:

– Считаю, вы правильно мыслите, доктор Батхан. В нашу группу я запланировал ввести доктора Менгеля…

Тут же вверх поднялась рука доктора Гальва. Но Шантур спокойно продолжил:

– Предвижу возражения. Особо почтенный Менгель не считается самым сильным из магов смерти. Но это специалист, который – единственный! – смог найти эффективное средство борьбы с драконами. Между тем не исключаю, что нам предстоит противостояние с ними. Кто-нибудь против?

Ни единого слова возражения не прозвучало. Гальв поднял брови, но руку не опустил.

– Прошу прощения, особо почтенный, я не закончил. Что касается мага жизни, то у меня пока просто нет кандидатуры. Ещё вопросы?

– Скорее предложение, особо почтенный. Наша группа не должна стать слишком большой. Предлагаю – не более десяти человек. Сейчас, если считать Менгеля, нас восемь.

– С общим количеством согласен. Будьте уверены, особо почтенный, кандидатуры оставшихся двух будут тщательно обсуждены. Ещё что-то?

– Да. Нашей группе нужны устав и хорошее название.

Послышался одобрительный шёпот.

– Вы и в этом правы, мудрый Гальв. Первое будет доложено на ближайшем заседании. Что насчёт второго… Как вам, господа, наименование «Академия магии»?

Возражений не последовало.

Глава 33

Возможности магии дипломатии и слухов

В кои-то веки мой прогноз оправдался. Зимой никто воевать не хотел и не воевал. Но были другие дела.

Матушка проделала громадную подготовительную работу, и в точно рассчитанный день на сеанс инициации к четвероюродной сестре Тинрре явилась представительная делегация: я сам, мама и человеческий маг. Гирре явно хотелось присутствовать, но она, сопроводив нас до пещеры пациентки, деликатно выразила желание подождать за порогом.

Родственница оказалась симпатяшкой нежно-голубого цвета с голубыми же глазами и заячьим (совершенно не драконьим) голоском. Разумеется, она была в курсе предстоящего. Её отец отсутствовал: именно в этот день он был очень занят на рыбной ловле. Младшую сестру драконочки выставили из пещеры заранее. Мелкая была недовольна, но её мама отдала приказ таким тоном, что дочь не осмелилась противоречить.

Сам процесс занял три четверти часа, да и то лишь из-за моей осторожной неторопливости. Я торжественно достал и раскрыл коробочку с иглами и поставил их четыре штуки, разумеется, так, чтобы не было больно. Эта часть сценария была заранее обговорена с наставником. Курат следил за потоками и время от времени одобрительно кивал. Сама драконочка и её мама хранили несколько испуганное молчание.

– Готово! – с важностью объявил я и стал вынимать иглы и убирать их в коробочку.

– Похвально, – прозвучала реплика наставника.

Дракони переглянулись. Умная маменька небрежно заметила:

– Стурр, ты лети, а мы тут ещё поболтаем.

Вот оно, начало волны. Но уж это не моё дело, само пойдёт.

Мы с Куратом вышли из пещеры. Но он и не думал уезжать; судя по выражению лица, мне предстоял разбор полётов.

– По правде говоря, ты заслужил скорее «сносно». Перестройка потоков яичников велась медленно, а всех прочих – недопустимо медленно. В результате ты тратил энергию… – тут наставник запнулся, явно подбирая подходящее слово, – неосторожно, хотя вроде был осмотрителен в изменениях. К счастью, конструкт поставлен основательно, иначе ты у меня ещё раз прослушал бы курс…

И всё подобное на четверть часа. Отдать справедливость наставнику, он не преминул отметить положительные стороны. Гирра стояла в стороне и притворялась, что не слышит и не слушает, хотя на самом деле всё было наоборот.

По правде говоря, мои ошибки были вполне стандартны для начинающего, это я помнил из рассказов Моаны. Так что разнос был столь же справедливым, сколь и ожидаемым.

Курат наконец вскочил на лошадь и уехал. А я снова нарисовался в пещере. При моём появлении разговоры мгновенно стихли.

– Дракони, вот о чём предупреждаю… хотя… э-э-э… Дело прошло неплохо, но наставник запретил мне практиковать самостоятельно. Только под его наблюдением. Приятных полётов! – И новоявленный маг жизни в моём лице удалился, предоставив дамам широкое поле для обсуждений.

Ажиотажный спрос в качестве рычага давления не повредит.

В пещере маминой троюродной сестры

– Мама, я совсем ничего не чувствую, – робко пропищала бывшая драконочка.

– Так и должно быть, – в один голос ответили старшие дракони. – Потом это дело проявится, сама заметишь.

– А шипы-то зачем?

Варра, конечно, ждала этого вопроса.

– Шипы… Они, понимаете, не совсем магия… Стурр объяснял мне когда-то, что человеческие маги ими не пользуются, но нам-то что, если результат тот же.

– Так выходит, что любой дракон может взять и кольнуть?

– Ну нет. Этому долго учиться надо, да к тому же Стурр универсал.

Наверное, впервые в жизни дракона с такой гордостью произнесла это слово по отношению к сыну.

Юная Тинрра возвела голубые глаза к потолку пещеры:

– Какой у меня умный брат!

Её мама поспешила вмешаться:

– Между прочим, он женат.

– А я что? Я ничего! Умный он, говорю.

– Интересно, с какой стати этот Курат стал обучать Стурра?

– Я слышала кое-что от воинов его десятка. Стурр спас ему жизнь. Тот заявил, что, мол, в долгу и проси чего хочешь. А сын, не будь дурак, попросил обучение.

– Дракон? Спас жизнь магу-человеку? Это каким же способом?

– Не способом, а мозгами. А на результат можешь сама полюбоваться. – И Варра указала хвостом на смутившуюся юную дракону.

– А ты не забудешь, что у тебя есть ещё младшая племянница?

– Ты же слышала: не только от него зависит.

– Мама, так я полечу к Кайрре? – Этим вопросом Тинрра вроде как спрашивала родительского соизволения, но одновременно давала понять тётушке, что ей уже разрешены самостоятельные полёты.

– Да, доченька, лети. А мы тут ещё с сестрой поболтаем.

У родной пещеры меня встретил невозмутимый командир третьего десятка. Пожалуй, даже слишком невозмутимый.

– Вот письмо. Оно было на том месте.

Ого! Выходит, у вольных нечто срочное.

– Гъярр, ты сам забрал письмо?

– Да.

Значит, моего почтальона никто не видел. Гъярр по части безопасности очень аккуратен. Так что же там такое?

До моего сведения доводилось, что в центральном регионе наблюдается повышенная концентрация боевых магов, причём это пришельцы с Востока и с Запада в примерно равном количестве. Спорная территория – или будет спорной. А чем она так хороша?

Географию я помнил. Два транспортных узла, иначе говоря, два крупных торговых города, богатый серебряный рудник, неплохие сельскохозяйственные угодья. Да, есть за что побороться. Ещё легкодоступные россыпи гранатов, но пока ради них бодаться не станут. Так что же – война? Нет, скорее концентрация сил, но и это уже показатель.

Что там ещё в письме? Резко упали налоговые поступления с Юга и Востока. Хороша разведка у Цойгена, аж завидки берут. Интересно, где они взяли данные и насколько надёжен источник.

Вывод уже был ясен, но мой глава разведслужбы должна всё это знать.

А что там в конце? Просят о встрече. Понимаю, даже очень. Ладно, пусть Гъярр напишет ответ, что, мол, согласны… ну, скажем, завтра в полдень.

И я направился к Гирре.

– У меня новости.

– У меня тоже.

– Так изложи.

– Судя по листу бумаги, твои важнее. Дай прочитать.

Выводы Гирры не полностью совпали с моими.

– Весной начнутся полноценные боевые действия. Значит, раньше нужно довести это до сведения нашего большого начальства, а также рассказать о твоих опытах.

А ведь супруга насквозь права.

– Ты думаешь, это надо через мои каналы?

– Да, так лучше. Правда, насчёт драконочек вести пройдут и без тебя. И ещё есть мысль насчёт вольных.

– Валяй.

– Сначала ты ответь: в какой степени они конкуренты основным политическим силам?

Я подумал. Потом ещё подумал. Затем тщательно подумал.

– Можно считать, что ни в какой. Но это при существующем раскладе возможностей, а если окажется, что какая-то сторона ослаблена потерями… тут да, могут между делом отхватить кусочек-другой.

– По всем данным, их руководство с головой дружит. Значит, они не будут вмешиваться в междоусобицы. Может, до поры, а может, и вовсе не будут, хотя последнее кажется маловероятным. Но как источник информации вольные для нас очень ценны. Да и торговля тоже.

– Почему торговля?

– Потому что сейчас они знают: монополии у них нет. Пусть так и думают в дальнейшем.

Гирра, по всему видать, осторожно оценивала перспективы товарообмена через Мируту. И правильно: во время войны всякое бывает.

Моя двуцветная умница продолжила:

– А вот мы им очень нужны. Ты им обещал лекции по геологии.

– И намерен сдержать слово. Хорошо, а что у тебя за новость?

Гребень и хвост жены выразили целых две октавы эмоций: от радостного предвкушения до испуга. Мелькнула мысль о том, что именно может быть причиной, и тут же поступило подтверждение:

– Мне кажется, у меня скоро начнётся… ну, ты знаешь.

– Так это хорошо! – Моя радость была чуть наигранной: хотелось успокоить жену. – Не веришь мне, так поспрашивай свою маму. Судя по тебе, у неё это дело прошло ладком.

– Тебе бы всё смеяться…

Пришлось ворковать чуть ли не четверть часа. Зато поздно вечером… Чего там говорить, всё у нас было, как у пылко влюблённых людей. Уже потом подумал: страшная сила эти феромоны…

Когда моя дракона отдышалась и смогла заговорить, то выдала абсолютно неожиданную фразу:

– Интересно, а что человеческие женщины чувствуют?

Палево???

Отвечать пришлось, взвешивая каждое слово.

– У меня нет доказательств, но думаю, что нечто похожее. Тот, кто создал драконов, брал за образец человека. Чем больше я наблюдаю за людьми, тем больше уверяюсь, что все наши реакции, мысли, психика – всё человеческое, ну разве что мы больше думаем о хвостах и гребнях…

Из-под моего бока послышался тоненький хихик.

– Ты не смейся, тут вполне серьёзно.

– Уже не смеюсь. – Но в тоне слышался сдавленный смех.

Я продолжал с уверенностью, которой в себе не ощущал:

– Понимаешь, я как представлю себе задачу создания совершенно нового вида драконов, так и думаю, что, имея перед собой образчик разумных, это сделать куда проще. По образу и подобию…

Я красиво рассуждал, а про себя крутил варианты.

Гирре участвовать в боевых действиях нельзя, это и ёжику понятно. Но делать работу аналитика можно. И следует помнить, что очень скоро другие драконы моих десятков пойдут по той же дорожке. Война мне сейчас нужна ещё меньше, чем обычно. Что можно сделать? Подкрепить нейтральную позицию руководства. Часть работы сделают сообщения от дракони. Но ведь это не всё, далеко не всё…

Похоже, придётся лететь к дядюшке.

Естественно, мы прибыли к старому родственнику не с пустыми лапами. Я приволок откормленного по-осеннему кролика. Жена тут же принялась разделывать добычу, а я занялся допросом в самой деликатной форме.

– Дядя Кнарр, а сколько на вашей памяти было случаев, чтобы драконы нуждались в помощи людей?

– Какую помощь ты имеешь в виду?

Вопрос был задан с подковыркой, но как раз к этому я был готов.

– Вот, например: очень суровая зима, поймать никого нельзя, холод и голод. Мама говорила, что от людей как-то раз поступала помощь в виде хлебных лепёшек. Или ещё что-то в этом роде.

Глаза старика превратились в узкие щёлочки. Он и в самом деле добросовестно вспоминал.

– Да, помню это, и твоя мама должна помнить, но и до неё подобное бывало. Тому минуло пятьдесят девять лет, твоих родителей и на свете не было. Сильнейший снегопад прошёл над нашими северными поселениями, многие умерли от переохлаждения. Люди помогли едой… Потом, случилось землетрясение, семьдесят два года тому назад. Несколько пещер завалило полностью, кто был в них, никто не спасся. И ещё много пещер завалило частично. Тогда прибыли маги земли из людей, они помогали нашим выбраться. Даже сколько-то новых пещер создали, но не скажу, сколько именно, сам не знаю. Хорошо помогли. И ещё был случай… – Дядя глянул на нас. Смысл этого взгляда я расшифровать не мог. – Это произошло до моего рождения, знаю лишь с чужих слов. Болезнь… Мне её не назвали, да это и не важно. Сначала появлялись мелкие опухоли, потом кашель, иные драконы теряли сознание. Три дня – и смерть. Прибыли маги жизни. Они прошли по всем пещерам. Всех заразившихся убивали – милосердно убивали, отдать должное, больные засыпали и не просыпались. Потом прошлись магией смерти по этому месту, затем её убирали. И разрешали нам сжечь покойных по драконьим обычаям. С момента, когда прибыли маги жизни, от той болезни не умер ни один дракон. Насчёт того, что маги жизни пускали в ход магию смерти, позвольте вам не позволить.

Мне тут же подумалось, что в группе спасателей вообще не было ни единого мага жизни, а только специалисты по карантину. Хотя нет, усыпление… В целом картина не столь удручающа: почти всё, что могла делать эта помощь, можем и мы. Болезнь лечить – ну, это под вопросом, а вот задать условия карантина – запросто. Спасательские работы с помощью магии земли – это мои прямо сейчас потянут. Вот только лепёшки…

В этот момент мои размышления были прерваны голосом родственника:

– Думаешь, где достать вкусный белый хлеб?

Ай да дядюшка! Супруга с большим усилием удержалась от смеха – видимо, на моём гребне мысли читались не хуже, чем на бумаге. Проявить находчивость удалось, но с некоторым напряжением.

– Это осуществимо. Мы можем покупать муку или готовые лепёшки – всё равно. Вопрос лишь в том, сколько продовольствия понадобится. Но по-любому это реально.

– На что покупать?

– Мы уже торгуем с людьми. У нас есть золото. И мы можем оказывать услуги.

О кристаллах я скромно умолчал.

Старик кивнул с серьёзным видом.

Мы с Гиррой улетели. Почему-то жена озабоченно заявила, что ей всенепременно надо повидаться «с одним человеком». Я же стал обдумывать стратегические вопросы. Можно ли устроить сосуществование людей и драконов вообще? И если да, то как это сделать? Чего уж себя обманывать: драконы были созданы для боя, в крайнем случае – для разведки. Чтобы их приспособить под что-то другое, надо сильно изощриться мозгами. Вот и попробуем…

Первое, что приходит на мысль, – кристаллы. Пока что у нас монополия на кристаллы с хорошей огранкой. Мало того: даже сама организованная добыча их пока что в зачаточном состоянии. Это и плохо, и хорошо: с одной стороны, пока рынок незрелый, мы можем без усилий его захватить, используя мои передовые знания; с другой стороны, спрос на кристаллы не очень велик. Даже совсем невелик. Нет, на кристаллы положиться нельзя.

Услуги в магии земли. Востребованы? Да, но в небольшой степени. Плотину там построить, мост или кусок дороги. Но вклиниться на этот сектор услуг шансов мало: серьёзные заказчики все поделены между человеческими магами, а несерьёзные, вроде крестьян, и рады бы купить наши услуги, да болезнь святого Франциска мешает. Этого достойного человека здесь, разумеется, нет, а вот хвороба его имени очень даже существует. Отпадает.

Услуги в магии жизни? Если сказать прямо, грубо, по-драконски: я как маг жизни немногого стою, а мои товарищи и того меньше. Разве что брать ценами? Или, что скорее, занять нишу фельдшеров в этом мире: браться только за лёгкие случаи, а сложные оставить настоящим магам жизни. Клиентура – крестьяне, понятное дело. Народ малоденежный, но в нашем случае это и хорошо. Отметим в качестве варианта.

Что ещё? Гонцы? Пожалуй, по скорости драконы вне всякой конкуренции. Народ через нас может даже отправлять посылки – с ограничениями по весу и объёму, естественно. Почтовые отделения… специальные почтовые сумки… даже марки… Организовать реально. Востребованная услуга? Пожалуй, да, но… требуется централизованное государство. Если страна раздроблена на несколько регионов, воюющих между собой, этой ниши услуг просто не появится. Даже если просто несколько стран – и тогда объём почтовых отправлений меньше, чем в пределах одной страны. И всё же здесь есть над чем подумать…

Я ходил взад-вперёд по нашей пещере, перебирая варианты, и даже не заметил, как у входа приземлилась моя супруга. Только когда она вошла, я с удивлением понял, что за размышлениями пропустил ужин, хотя небо уж давно потемнело. Разумеется, на меня тут же наехали:

– Ты хоть что-нибудь ел?! Нет? Ну я так и знала, и на полдня оставить нельзя!

– У тебя новости?

Неуклюжая попытка перевести стрелки не удалась.

– Все разговоры о делах подождут, они не срочные. Не суйся, я сама разогрею рыбу. Говорю же, не суйся! Между прочим, мама научила меня в рыбу лук добавлять[6].

– Да? – вяло удивился я. – То-то вкус необычный. Очень хорошо.

Серые глаза исполнились подозрительности.

– Похоже, у тебя проблемы. Выкладывай.

Я положил в пасть порядочный кусок рыбины, прожевал, проглотил, потом начал выкладывать соображения:

– Не у меня, а у нас. У всех драконов. Понимаешь, я тут подумал…

Ужин закончился быстро, а я всё ещё говорил. Гирра, отдать ей должное, проявила чудо сообразительности.

– Начну с того, что ты пытаешься решить задачу, не имея всех вводных. Уверена, что твои варианты поменяются, как только ты узнаешь больше, или поменяется сама ситуация. Уж не говорю о том, что возможностей повлиять на решение руководства драконов у тебя… кхррррм… немного. Самая же главная твоя ошибка… – В неверном свете затухающего костра глаза милой сверкнули истинно драконьими искрами. – Ты пытаешься размышлять на политические и экономические темы, между тем как эта ночь – всё ещё наша. Иди ко мне, бестолковый дракон. Ты кого хочешь больше: дракон-чика или… О!.. Ещё! Ещё!!!

Разумеется, я простил выпад насчёт «бестолкового дракона».

Глава 34

Прорыв

На следующий день состоялась встреча с Цойгеном. Глава вольных показался мне обеспокоенным. Мы вполне вежливо поприветствовали друг друга. Однако визави сразу же пошёл вперёд с неудержимостью ледокола:

– Осмелюсь предположить, вы в состоянии начать обучение наших магов знаниям о кристаллах.

– Разумеется, Цойген. Условия у меня простые: во-первых, не более двух человек. Конечно же я в состоянии обучать и большее количество, но при этом возрастает риск, что наши занятия привлекут ненужное внимание. Обучать лишь одного ученика было бы нецелесообразным, поскольку с этим одним всякое может случиться… сами знаете, как оно бывает.

– Это понятно и вполне благоразумно. Какие ещё условия?

– Обучение будет стоить денег.

Вольный маг небрежно махнул рукой:

– Уж об этом договоримся.

– Я и не сомневался. Третье: полнейшая тайна от других магов. Имею в виду, не принадлежащих к вольным. Они ничего не должны узнать даже по косвенным признакам.

– Но это очевидно.

– Это НЕ очевидно. Имею в виду, что если создастся некая ситуация… скажем так, связанная с магами из третьей группы… мы должны об этом узнать как можно раньше. Я и вам не советую ввязываться в конфликт с этими… ну, вы понимаете… А уж драконам такое совершенно не нужно.

– Выполнимо, – решительно отрубил Цойген.

Тем же утром сотник Рруг получил сообщение о том, какими путями драконам можно избежать зависимости от людей.

На опушке леса

– Диа, дорогая, рада тебя видеть!

– И я тоже. Тебе очень идёт это ожерелье. Жаль, что мужа рядом нет, он бы камни узнал.

– Называется сердолик, оранжевый сердолик. Ну давай, выкладывай новости.

Последовал рассказ драконы об умном муже, который, похоже, решил стать целителем и по этой причине лечит драконов втыканием игл.

Мирута простодушно удивилась:

– Как же это может вылечить?

– Не знаю. Это не магия, так Динозаврр говорит. Но помогает. И наставник им доволен.

– А мой сумел навести на сделку с кристаллами – связи у него на Востоке. Я получила заказ на большую партию красных гранатов.

– О, так у меня с собой как раз такие! Глянь-ка.

Практичная купчиха вытащила заранее припасённое чистое полотно, на которое посыпались альмандины.

– Пожалуй, то, что надо. Беру оптом, плачу за всё два золотых.

– Да побойся Пресветлых сил, Мира! Ты погляди, какая поверхность! Это ж чистое заглядение. Три золотых, по знакомству.

Сторговались на двух золотых и шестидесяти сребрениках.

– А ещё заказов нет? Мои добытчики могли бы…

– Один местный – я его в лицо знаю – купит бесцветные кварцы. Такие же, как и раньше.

Драконы при всём желании не могут насторожить уши. Гирра не была исключением.

– Сколько им надо?

– Сотню, он говорил, а если будет больше, так и в запас возьмёт. Примерно таких же размеров. Но не сейчас, ближе к весне.

– Сейчас сотни нет, за это поручусь, а вот к весне… пожалуй, можно организовать.

– Если будет больше, то дополнительная скидка.

– Ну ладно, сговоримся.

– Эх, ещё был заказ, нудный, но хороший. Пролетел мимо.

Драконе не надо было притворяться удивлённой – она и в самом деле удивилась.

– «Нудный заказ» – это как?

– От университета.

– И что?

– А, так ты не знаешь? Для этого покупателя я на каждую покупку составляю бумагу с полным перечнем товара, за моей подписью, скреплённую печатью гильдии купцов. Для отчётности.

– Ну, так содрала бы с них за подпись и печать.

– То-то, что не прошла сделка. У меня не было таких кристаллов.

– Им нужны были какие-то очень дорогие?

– Нет, большие. Вот такие, – женщина отмерила длину двух фаланг своего среднего пальца, – или ещё больше. А это не мой товар. Ну разве по случаю окажется.

– Размер понимаю, но какого вида кристаллы? Кварц, корунды, бериллы?

– Всякие, и всех цветов.

– Хотела бы я знать, кому такое.

– Вот и я удивилась. – Мирута добавила солидности в голосе: – Хватило бы универсала обвешать с головы до ног.

– Но у тебя адрес этого университетского остался?

– Понятное дело. Я заказчиками никогда не бросаюсь, – заявила собеседница чуть обиженным тоном.

– Я так и подумала. Вот что: посоветуюсь с мужем. Сейчас у него, насколько знаю, ничего нет, но за вопрос медяков не берут. Что могу с уверенностью сказать: всё тобой перечисленное никто не продаст сразу. Это большая редкость, даже я знаю. А вот по кристаллу собрать…

– Сделка, выходит, может частично пройти? Ну, так пошли весточку.

Гирра была умной. Если чего-то не знала, то не стеснялась спросить. Именно поэтому она не просто доложила мне о разговоре с уважаемой Мирутой, а немедленно поинтересовалась моим мнением.

– Что до крупных кристаллов – согласен, просто не могу представить, кому бы такое могло понадобиться. Да ещё в университете. – Тут я чуть было не брякнул «исходя из моего опыта», но вовремя проглотил слова. – Для обучения студентов такие не нужны, достаточно куда более простых и дешёвых. Вот разве что для исследований… – И тут меня торкнуло. Ведь это очень серьёзно: выходит, магическое сообщество по-настоящему взялось за кристаллы. Стоит пристального внимания. Но в любом случае начавшиеся работы такого сорта почти невозможно остановить. – По-любому ты была права: до весны такие не раздобыть… И я вообще не уверен, что их надо продавать на сторону…

– Может быть, фиолетовый кварц?

– Ха! Верно подумано: он ни на что, кроме электричества, не годится. Что там ещё? Ну, покупка красных гранатов в большом количестве – для боевых магов, понятно. Да к тому ж покупатель с Востока. И заметь, Гир, красные – магия огня, стало быть. Ну, ещё для «Красной сети». То есть с большой вероятностью не против драконов.

– Погоди, а красным заклинаниям ты нас не учил…

– Намеренно. Формально и «Огненный шнур», и «Красная сеть» принадлежат к магии огня, фактически же имеется порядочная доля магии жизни. Сама понимаешь, тут или добавлять зелёными кристаллами, или от себя. Потом научу: человеческие бакалавры могут, а вот драконам труднее.

– Хорошо, поняла, а бесцветные? В тот раз они ведь…

– Я и об этом подумал. К тому же ещё местный покупатель. То есть тот, у которого есть опыт противодраконьих действий.

– Так выходит, они замышляют…

– Не факт. Может, это страховка против того, чтобы драконы выступили на чьей-то ещё стороне. А как узнать точно?

Вопрос был риторическим: ответа на него не было.

Учебный план для вольных я составил самый простой, какой только мог измыслить. Никаких изысков по кристаллографии – слишком объёмно. Самые основы петрографии – поскольку нечто в этом роде можно прочитать и в книгах. Побольше практических знаний типа «где что можно найти», но без углубленной теории. Но и это, по моим прикидкам, было весьма много для местных.

За навалившимися делами я даже и не заметил, как вдруг началась зима с её дождями и туманами. А моя милая заметно прибавила в объёме. Последним обстоятельством не преминул воспользоваться Курат: он уговорил Гирру поработать наглядным пособием и прочитал целый ряд лекций по драконьей гинекологии и смежным областям. Все его ученики, я в том числе, отметили важную особенность: наставник при этом не выдавал непререкаемые истины, а всегда сопровождал пояснения словами вроде «Я не изучал это на драконах, но из самой логики изменения потоков…» или «На беременных женщинах можно видеть очень близкую картину: зарождение основных потоков плода происходит…». И все оценили.

В доме доктора магии воды Шантура

Тот самый разведчик, которого не было на предыдущем собрании, уже точно не счёл бы нынешнее всего-навсего поводом для винопития и закускоедения. Очень уж деловым было выражение лиц собравшихся.

– Господа, первым делом вам предстоит решить организационный вопрос. Как вы помните, в качестве мага смерти была предложена кандидатура доктора Менгеля. Именно его усилиями была предложена наиболее эффективная система борьбы с драконами. Нам надлежит проголосовать.

Кадидатура в академики была утверждена единогласно. Сам Шантур это и предполагал, зная, что никого лучшего на сегодняшний день подобрать невозможно.

– Далее, на сегодня запланированы сообщения от доктора Нульфа и доктора Ландова. Предлагаю заслушать именно их в первую очередь. Разумеется, после этого не возбраняется обменяться и другими новостями или аналитическими выкладками. Особо почтенный Нульф?

– Кхм-кхм. Господа, у меня не так уж много поводов для радости. Надобно вам знать, что параллельно ведётся расследование этого дела силами контрразведок Великих. Моим людям удалось установить контакт с ними. К сожалению, они сделали почти те же выводы, что и мы. Исключением была роль того самого магического артефакта, о котором мы уже говорили.

На этом месте выступление прервал председательствующий. Он с изысканной учтивостью попросил прощения у особо почтенного Нульфа и попросил его рассказывать с чуть большими подробностями, дабы новый член академии мог войти в курс дела. Выступающий, разумеется, согласился это сделать. Он поведал о том, до чего дошло обсуждение в первый раз. Заключил же экскурс словами:

– Пока никаких следов указанного артефакта мы не нашли. Также не обнаружены следы группы людей, которые могли бы быть его владельцами.

И вот тут доктор Менгель вскинул руку и получил слово.

– Господа, все слышанные мной гипотезы исходят из неявного предположения, что преступление было совершено людьми. Но почему вы отбрасываете мысль о драконах?

Судя по выражению полной невозмутимости на лице Нульфа, этот вопрос его совершенно не удивил.

– На это было несколько причин. Наши контакты из контрразведок, не сговариваясь, указали, что драконы явно не были подготовлены к рассматриваемому событию. Кроме того, со стороны крылатых не замечено ни малейшей политической активности после убийства – скорее наоборот, виделось полное нежелание установить какие-либо новые контакты. Скажу даже больше: попытки со стороны отдельных групп магов заполучить такого союзника наткнулись на сопротивление. Далее: никаких следов упомянутого мощного артефакта у драконов не обнаружено. Впрочем, как и у людей. И наконец: материальная культура у драконов практически не развита, а это означает, что если люди с таким могли бы справиться, то драконы – вряд ли.

Менгель и не подумал сдаваться:

– Вижу, что вы недооцениваете драконов, господа. Впрочем, то же относится к чинам из контрразведки. Между тем я лично уверен, что среди драконов есть достаточно умные особи, могущие воспользоваться таким артефактом. Должен признаться: их отряд особого назначения регулярно ставил меня в тупик, находя превосходные методы противодействия моим планам. Не скрою, мне приятны ваши похвалы, но все успехи, достигнутые моими людьми, пришлись на период, когда этот отряд не находился на военной службе. Как видите, у драконов была возможность совершить это преступление, и я ничуть не удивился бы, узнав, что автор всего плана тот самый командир особого отряда, который уже проявил способности, вполне достойные человека. Но у драконов была не только возможность, но и причина для устранения Великих. Именно долгие военные действия, от которых крылатые не могли отказаться (они были связаны клятвой), давали им основания избавиться от Великих. Подчёркиваю – от Великих, ибо разработчик плана не мог не понимать, что устранение одного из Великих означало бы лишь переход власти над драконами к другому. Сейчас положение дел таково, что драконы остаются полностью неподконтрольными, – и очень сомневаюсь, что они согласятся перейти на службу к какой-либо группировке магов. Иначе говоря, они так и останутся силой, с которой обычными средствами справиться невозможно. Наделены разумом, да, но этот разум глубоко чужд человеческому. С людьми можно было бы найти точки соприкосновения интересов. С драконами – нет. Вот почему считаю, что драконы как раса должны быть полностью уничтожены. Думаю, для этого как раз и может пригодиться тот самый артефакт, о котором шла речь.

– Весьма эмоционально сказано, особо почтенный. Однако думаю, что по степени приоритета этот вопрос всё же уступает поискам этого самого артефакта. И об одном из направлений нам доложит доктор Ландов. Прошу, особо почтенный.

Теоретик воздвиг своё тощее тело над столом.

– Господа, к поставленной задаче я подошёл так же, как это общепринято в теоретической магии. Для начала я попытался разузнать, что известно о роли кристаллов. Картина нарисовалась удручающая.

Кое-кто из присутствующих не удержался и выразил лёгкое недоверие мимикой. Докладчик сделал вид, что не заметил этого, и продолжал с возрастающим напором:

– По жестокой иронии судьбы, лучшая книга о характеристиках (в том числе магических) кристаллов написана сыном грока, у которого не было и не могло быть никаких магических способностей. Книга, как сами понимаете, очень старая. Но это лишь один положительный момент. Прочие же скорее отрицательные. Практический опыт в создании амулетов, спору нет, обширен. Но теории амулетов не существует вообще. Точно так же не имеется теории, описывающей влияние дефектов кристалла на структуру и динамику магополей. Иначе говоря, при создании амулета его характеристики полностью определяются практическим опытом мага. Что до расчётов, то никто этого не пробовал, ибо неизвестно, как их делать. Вот почему я счёл возможным начать, как ни странно прозвучит это в устах теоретика, экспериментальные исследования кристаллов. Ректор университета поддержал мои усилия, но закупить кристаллы, представляющие наибольший интерес, сразу не удалось. Надобно заметить, что с точки зрения экспериментатора самые крупные кристаллы наиболее удобны, поскольку предоставляют возможность работать с более заметными потоками. Но как раз их купить затруднительно, в том числе по причине редкости. Впрочем, мне пообещали, что с наступлением весны поиски нужного материала станут более результативными. Кроме того, мне понадобится ваша поддержка, доктор Шантур, для создания группы, ориентированной на направленное изучение кристаллов.

– Разумеется, я сделаю всё, что в моих силах, для того, чтобы пробить ваше предложение. Надо думать, вы уже составили его письменный вариант? Дайте мне, я просмотрю.

– Вот он, особо почтенный. Считаю особо необходимым включение в группу почтенного Ромена.

– Бакалавра? Он что, столь перспективен как теоретик?

– Наоборот, особо почтенный, именно как теоретик он не более чем посредственность. Его талант в другом: в незаурядном умении измерять магические характеристики, изобретая при этом совершенно необычные и притом весьма эффективные методы. И уж если я, специалист в теории магии, так пекусь о продвижении экспериментатора, значит, он того стоит.

– Положусь на ваше суждение, доктор Ландов.

Возражений не было. Жалованье бакалавра было не столь большой тяготой для университетского бюджета.

Зиму принято полагать мёртвым сезоном. Я тоже так думал до некоторого момента. Беременность жены в счёт, разумеется, не шла. Весь холодный период я учился сам и учил других. Те двое – я их мысленно звал «два аспиранта» – из вольных проучились осень. Цойген, как я и предполагал, дал мне отнюдь не худших. Наверняка эти ученики, в свою очередь, обучали других, но внутренние дела вольных меня совершенно не касались. Одновременно учились мои ребята, но тех я гонял по куда более серьёзной программе: магия разных видов, геология, геммология, теоретическая и практическая магия (в университетском понимании). Поскольку они ещё и магии жизни и разума обучались, то свободного времени у несчастных драконов оставалось очень мало. У меня его не было совсем.

Сквозь зимний холодный воздух стал проглядывать по-весеннему яркий свет, когда случилось сразу несколько важных событий. Первое из них заключалось в том, что меня пинками и затрещинами выгнали из собственной пещеры: Гирра собралась рожать. Обратно матушка меня допустила через полсуток, да и то с недовольным рычанием. Жена лежала на подстилке; силы она ещё не восстановила. Рядом возлежало беленькое существо с крошечными лапками и ещё более мелкими крылышками. Оно попискивало. Оно разевало пастишку, не открывая глаз. Оно было моё. Дочка.

Я дал волю Младшему Брату. Он затопил драконочку и жену в нежности. Он мурлыкал, как добрейший из домашних котов. Всё же он куда более эмоционален, чем я.

После недолгих споров драконочку мы назвали Сандрра. Имя показалось жене столь же необычным, сколь и благозвучным. А сообщать ей, что когда-то далеко-далеко на Земле мою бабушку звали Александрой, я не стал.

И почти сразу же после рождения дочери мой наставник устроил лиценциатский экзамен. По сей день не представляю, соответствовали ли вопросы на нём уровню маэрского лиценциата. Оценка, разумеется, была формальностью, но, не скрою, было очень приятно услышать из уст Курата: «Весьма похвально».

– Ваши товарищи, Стурр…

Ого, а обращение на «вы» значит многое!

– …ещё должны получить небольшой учебный материал. Через две недели – экзамен на бакалавра. Что же до вас, то дальнейшее обучение, полагаю, вы можете проводить самостоятельно. Поздравляю!

Я рассыпался в благодарностях. Они были подкреплены и материально.

– Наставник, вот ваша плата за остаток обучения. Это не всё. Уверен, что магов жизни с посредственной памятью не бывает, не так ли?

Ответом была снисходительная улыбка.

– Тогда вы должны помнить, что я обещал вам специальное вознаграждение. Вот оно.

На плоский камень, находившийся перед входом в учебную пещеру, покатились переливающиеся оттенками зелёного кристаллы. Курат удивился без всякого наигрыша:

– Но у меня нет никакой нужды в кристаллах. Больше того, я даже не знаю, что за сорта вы дарите. Впрочем, один вид узнаю: вот это изумруд, без сомнения.

– Насчёт его вы правы, а прочие называются оливины. Но вы ошибаетесь относительно их предназначения, если полагаете, что оно состоит лишь в запоминании заклинаний. Они – специализированные усилители.

То, что наставник ничего не понял, было меньшим потрясением для него, чем для меня. Выходит, здешние маги всё ещё не дотумкали до идеи усилителей. Наступил мой черёд читать лекцию.

Наставник не поленился взять бумагу с пером и вести конспект. Я, в свою очередь, не хотел растягивать учебный материал даже на целый день – а в университете этот раздел курса теормага изучался две недели. Так что пришлось излагать применительно к магии жизни, и только к ней, хотя у моего студента наверняка хватит мозгов приложить эти знания и к магии разума.

Завершил я лекцию словами:

– Теперь эти кристаллы ваши, и вы знаете, для чего.

Лицо наставника приобрело пугающую мрачность.

– Это вы, Стурр, не представляете, для чего они.

Разумеется, я не стал противоречить.

– Не представляю, согласен. Но обязательно представлю, если вы мне об этом расскажете.

– Сделать это – мой долг. Описанное вами применение полностью переворачивает всю практическую магию. Усиление способностей… Такие гигантские возможности! В магии жизни точно, за это вам ручаюсь. Создание и поддержание конструктов, на которых ни у кого не хватило бы сил, а теперь хватит. Да и в магии разума тоже: сканирование не только мышек-крысок, но и людей. Предвижу, что в боевой магии будет сходная картина.

– Полагаете, что без кристаллов сканировать человека невозможно? Неужели разум крысы настолько превосходит людской?

Маг разума ухмыльнулся моей шутке:

– Животные требуют хороших умений, но не силы. Для человека нужно и то и другое. Пожалуй, умение даже в меньшей степени: близость разума мага и пациента…

Курату явно не пришло в голову, что сканирование можно применять и не в медицинских целях.

– …играет на пользу магу разума. Что до крысы… Вот пример: вы даже представить не можете, насколько её слух отличается от человеческого. О восприятии запахов и вовсе молчу.

– Приму во внимание. Спасибо за информацию. Однако в ваше вознаграждение входит ещё кое-что. На этот раз не прошу мне бездумно поверить, прошу лишь выслушать и запомнить. Грядёт период войн. Насколько длительный – не скажу, но они будут опустошительными. Для сообщества магов жизни выгоднее всего будет остаться при полном нейтралитете. В стороне, понимаете? Гораздо выгоднее, чем принимать чью бы то ни было сторону…

Увидя, что человек готов возразить, я предостерегающе поднял лапу:

– Не надо полемики, наставник. Я прошу всего лишь запомнить мои слова.

Молодец, Курат! Умеет слушать. Я продолжил:

– Это не всё. Предсказываю: вас ждёт блистательное будущее – и не только благодаря вашим незаурядным личным способностям, но и кристаллам. Вам предстоит стать неофициальным главой сообщества магов жизни. Но уже когда вы будете доктором магии, то обратите внимание на бакалавра Моану-ра. Сейчас она ещё не родилась. Но для неё тоже возможна блистательная карьера. Возьмите её в ученицы, не пожалеете, несмотря на сложный характер этой особы. Я сам имел учеников… – Это было правдой. Мне довелось на Земле тянуть преподавательскую лямку. – И могу вас уверить: такой подопечной вы будете потом гордиться. Но за предоставление всех этих сведений вы окажете мне ещё одну услугу.

Умный Курат изобразил улыбку:

– Кажется, я знаю, какого она рода. Вам нужно, чтобы я не проговорился об источниках этих кристаллов и этих знаний. Обещаю это.

– Вы почти угадали, наставник, но сверх того я попрошу не распространяться о том, что ваши кристаллы не просто хранители заклинаний, но и усилители. Об этом всё равно догадаются… те, кто обратит внимание, но не сразу.

– Догадываюсь: вы хотите, чтобы у гильдии магов было как можно меньше причин связать эти кристаллы и вас. Будь по-вашему. Кстати, правильно ли я понял, что столь совершенную форму и ровность граней могут обеспечить лишь драконы?

Похоже, проницательность собеседника больше, чем мне хотелось бы. Что ж, исправим формулировку.

– Вы правы, на сегодняшний день только драконы могут раздобыть кристаллы с такими характеристиками.

Пусть излишне алчные индивиды побегают по горам в поисках подобных камешков. Долго бегать будут, а это полезно для здоровья.

Глава 35

Уверенный шаг вперёд с завязанными глазами

На горной дороге

Магистр магии жизни и разума Курат-аз не испытывал недостатка в информации, нуждающейся в немедленном осмыслении. Скорее налицо был её избыток – до такой степени, что весьма почтенный даже не знал, с чего начать.

Но благоприобретённая дисциплина ума – а без неё маг жизни сребреника не стоит – взяла верх, и Курат начал анализировать с того, что казалось наиболее очевидным и объяснимым.

Кристаллы. Откуда дракон может знать то, что оставалось тайной для самых передовых магов (то есть университетских). Мог ли он – или они – открыть это самостоятельно?

Да, именно этот – мог. Мотивация у него самая что ни на есть сильная. Он универсал, а значит, по магической силе отстаёт от сверстников. Он мог начать пробовать, искать, сопоставлять – а ум этого Стурра вряд ли слабее, чем у студента-человека, а то и посильнее. Понятно, откуда появилась такая сила: имея кристаллы, он может себе это обеспечить. Усилители… да. И отсюда же громадный авторитет среди своих.

Откуда сами кристаллы? Это тоже легко объяснимо. Драконы – жители гор, зрение у них превосходное, и думать они, как выяснилось, тоже умеют. Могли чисто эмпирическим путём выявить месторождения кристаллов. Вот только не вполне обычная форма и качество граней…

А есть ли вообще связь между качеством поверхности и распределением магополей? Вот этого никто не знает.

Теперь по части магии жизни. Понятно, что пятнистый не хочет распространяться о своих знаниях. Самодостаточность драконов – веская причина для враждебного отношения к ним со стороны людей, ибо тогда крылатые начисто выходят из-под контроля. Ладно, об этом можно промолчать.

Эти слова относительно блестящего будущего… В другой ситуации и с другим собеседником Курат принял бы их за незатейливый комплимент. Однако в свете того, что было сказано потом – ну нет. Вот это был наиболее тёмный момент.

Совет относительно бакалавра, которого обязательно надо взять в ученики, да ещё с указанием имени… От такого голова может пойти кругом, и неизвестно, поможет ли тут магия жизни и разума.

Среди магистров встречаются такие, которые интересуются лишь своей специальностью, отличаясь глухотой и слепотой ко всему, что выходит за её рамки. Но Курат к таким не принадлежал. Разумеется, он не мог помнить времена создания драконов, но читал и слышал об этом порядочно. Главный его вывод совпал с тем, что был сделан в умных книгах: разумом драконы были наделены не по прихоти, а чисто из прагматизма. Только разумные создания могли наиболее эффективно сражаться за своего создателя… или хозяина? Не важно. Первый вариант расы драконов был полностью уничтожен: они оказались чересчур тупы, чтобы надёжно различать своих и чужих. Последовало создание второго варианта: весьма разумные бойцы, но на цепи (если выразиться фигурально). Выжить без помощи мага или магов жизни их раса не в состоянии, так задумано. В той книге было вскользь замечено: разум очень похож на человеческий… Предсказатели среди драконов рождаться не должны, поскольку таковые совершенно не нужны хозяину. Но и среди людей сходная ситуация: мало того что способности к предсказаниям встречаются чрезвычайно редко, их появление абсолютно не поддаётся прогнозированию. То есть сработала случайность?

Конь чуть сбился с шага, ему передалось нервное состояние всадника. Но маг жизни не обратил на это внимания. Его аналитический ум искал другие варианты.

Что, если пятнистому дракону помог предсказатель-человек? Вполне возможно. Только откуда бы появиться такой заботе о не слишком хорошо известном магистре магии жизни? Заочной заботе. Не верится. Значит, всё же предсказатель-дракон, как бы чудовищно это ни звучало.

Мысли свернули на весьма актуальную проблему «Что делать?». Как раз тут выстроился вполне логичный план.

Первая задача: пробить всё же защиту диссертации. Гибель Великого – препятствие, конечно, но преодолимое: докторский совет никуда не делся.

Второе: исследование доставшихся кристаллов. То, что о них рассказал Стурр, пока лишь слова, которые надо проверять экспериментально. И проверять самому: материала мало, его надо беречь.

Так, что ещё? Если сведения об увеличении силы подтвердятся, тогда… тогда предстоит практическое опробование предмета диссертации – между прочим, опасное дело. На самом себе, понятно; опыты на посторонних пациентах прямо запрещены этическим кодексом.

Дополнительно: помалкивать пока обо всём вышеназванном, кроме защиты докторской, конечно. Пёстрый ученик, разумеется, прав в политическом смысле, но выпускать в свет недостаточно проверенные данные неприемлемо даже в чисто научном аспекте.

И конечно же всеми силами поддерживать хорошие отношения и обмениваться информацией с этим драконом.

Курат был, без сомнения, настоящим учёным.

Удача одарила широчайшей улыбкой в совершенно неожиданное время – зимой. Так не должно было быть, но случилось.

Не желая себя обидеть, должен упомянуть: принимал в этом участие. Именно я как командир отрядил ребят на исследование пещеры, которую условно назвал Железной – очень уж характерным цветом отличался ручей, вытекающий из неё. Правда, сам туда не лазил, но мои это сделали.

Это был тот самый редкий случай, когда четверо драконов не смогли вытащить всё добытое из пещеры, сумки переполнились. Пириты, но сколько! И какие! Самые здоровенные весили, наверное, килограммов пять. А килограммовых нашли, по словам Согарра, «столько, что хватило бы меня с головой засыпать». Даже если мой зам приврал вдвое – и тогда громадная добыча.

В этот момент радостных размышлений мысль скакнула, как всегда, в неожиданном направлении. Уже принесённых пиритов (не говоря об оставшихся) хватило бы сотне драконов, чтобы перелететь через Великий океан. И это по самому пессимистическому варианту подсчёта. Пускаться в такое путешествие до ужаса не хотелось. Не говоря уж о длительности перелёта, пришлось бы нести с собой драгоценный груз – малышей. Лично у меня – моя беленькая Саня (так я её мысленно называл). Без неё с места не сдвинусь. И у других тоже малыши. По соображениям безопасности надо бы драконятам хоть немного подрасти. Но дадут ли нам это время?

Существовала трудность с самими кристаллами. Будь то кварцы или топазы – немедленно отдал бы распоряжение перетаскать наверх всё, что удастся найти. С пиритами такое не пройдёт, недостаточно они стойки во влажной атмосфере, а у нас в пещерах влажность совсем не нулевая. Вот в той пещере, где их нашли, – сухо.

Пришлось поздравить с находкой (обязаловка!), похвалить за отлично усвоенную науку и… велеть оставить на время.

Между делом я просчитал потребность в кристаллах на перелёт для себя лично (без груза). Вышло, что даже уже имеющихся в моём браслете кристаллов вполне хватит на четыре перелёта. Конечно, если с самого начала зарядить полностью.

Через четыре дня моя бомба сработала. Тысячник Коррг пожелал лично поговорить со мной. Конечно, интересно было бы знать, какими путями до тысячника Главного штаба дошла новость о возможности и удачном проведении инициации драконочки. Но это не так уж важно. Куда важнее реакция этого высокопоставленного офицера. Полковник не мог не понимать, что я – лицо сугубо заинтересованное. Значит, ему не хватило информации, и это не удивляет.

Я полетел к пещерам Главного штаба.

– Сударь тысячник, десятник Стурр по вашему приказанию прибыл!

Вопреки ожиданиям, старший офицер не стал сразу задавать вопросы. Он вытягивал информацию.

– Десятник Стурр, вы провели успешную инициацию драконочки.

– Так точно, сударь тысячник!

– Вы проделали это в присутствии человека, мага жизни. Как понимаю, он лишь наблюдал за вашими действиями.

– Так точно, сударь тысячник, и ещё он был готов исправить мои ошибки. Но их не было.

– Следовательно, вы овладели магией жизни.

Вопросительная интонация даже рядом не проходила.

– Никак нет, сударь тысячник, работа с иглами не относится к магии жизни. Наставник утверждал, что этим искусством может овладеть человек без способностей к магии. Требуются лишь известные природные способности, не связанные с магией, а также обучение. То же относится и к драконам.

Ну, задавай же вопросы!

– Сколько времени длится обучение?

– Не могу знать, сударь тысячник. Осмелюсь предположить, это зависит от способностей.

– А в вашем случае?

– Примерно год, сударь тысячник.

Полковника не интересует, чем я расплатился за магические услуги. Почему? Уже доложили?

– Вы сможете обучить других драконов?

Вот это и есть тот вопрос, ради которого меня вызвали.

– Только тех, у кого есть способности, сударь тысячник.

А наличие таковых определять буду я.

Разговор после этого свернулся очень быстро. Подробности, видимо, мало интересовали полковника Главного штаба. Зря это он. Видимо, не знает, кто прячется в деталях.

Зима окончательно сдала позиции. Дочка научилась не просто болтать в воздухе лапками и хвостиком, но и переворачиваться со спинки на животик. Ползти, правда, ещё не могла.

У меня появился и новый племянник – сын Ррумы. Замужество и появление на свет малыша, похоже, полностью излечили сестрицу от легкомыслия. Она стала до смешного похожа на старшего брата Саррода – такая же серьёзная и положительная.

Но семейные заботы не снимали обязанностей преподавателя. Моим срочно надо было получить способность к инициации. Это умение было до последней степени необходимо. Пришлось сознательно пожертвовать связностью курса практической магии жизни и урезать (временно) курсы, связанные с кристаллами, ради скорости усвоения именно этого навыка.

В гильдии магов, столичное отделение

Сенсационными эти события никто бы не назвал. Ну скажите, что может быть экстраординарного в защите докторской диссертации? Да ничего, если не принять во внимание, что чисто теоретическая работа в магии жизни всё же редкость.

Второе событие было интересно только группе магов жизни (в ранге доктора, конечно), а также доктору магии воздуха и электричества Румир-эду. Правда, следует оговориться, что последний был лицом крайне заинтересованным. В поездке он сильнейшим образом разболелся. Хуже всего была невозможность получить квалифицированную магическую помощь немедленно. А когда он достиг университетской клиники, было, по мнению абсолютного большинства магов жизни, уже поздно.

Консилиум пришёл к единогласному мнению: причиной было воспаление отростка кишечника, перешедшее в общее воспаление брюшины. По земному сказать, запущенный аппендицит перешёл в перитонит. Маги жизни качали головой. Они прекрасно знали, ЧТО надо делать, но не представляли, КАК это сделать. Не в человеческих силах было поставить и удержать такие конструкты.

И тогда со своим предложением вылез молодой, амбициозный и не в меру нахальный доктор магии Курат-аз. Он заявил, что больному терять нечего (что было правдой) и что он, Курат, попробует новые методы лечения. Всем остальным понравилась идея свалить с себя ответственность.

Через три дня больной самостоятельно ходил по дому; правда, лечащий маг жизни строго-настрого запретил приём пищи. Для коллег Курата подобный исход был, конечно, сенсацией. Через самое большое две недели эта новость должна была обойти магов жизни всей страны. Пока же столичному отделению гильдии предстояло обсудить чудесное излечение.

Даже с учётом предстоящего триумфа Курат не забыл о врачебном долге. Непосредственно перед собранием гильдии он навестил пациента, подновил конструкты, разрешил есть жидкую и полужидкую пищу и заверил доктора Румира, что через два-три дня, в зависимости от состояния, конечно, ему разрешат полную свободу в еде и передвижениях.

Гильдейские маги вне зависимости от специализации учтиво поздравляли с успешной защитой докторской. Маги жизни восхваляли врачебный успех – кто от всего сердца, а кто и с тайной завистью – и конечно же прямо жаждали заслушать доклад. Курат благодарил, раскланивался и пообещал устроить обед для коллег в трактире «Толстый заяц», где кухня, не будучи самой изысканной, по заслугам полагалась очень вкусной.

А потом к виновнику сенсаций подошёл скромный магистр. Курат обернулся в ответ на безукоризненно светское приветствие и сразу узнал весьма почтенного – это был Каншен, бывший начальник контрразведки Ас-Лока. В тот момент, когда свежий обладатель докторского ранга повернулся, у него чуть распахнулся кафтан, и Каншен увидел на шее Курата нечто странное – серебряную подвеску с тремя зелёными кристаллами.

Бывший контрразведчик с отменным вежеством поздравил особо почтенного, не преминул восхвалить его врачебную победу, выразил уверенность в блистательной перспективе собеседника, обменялся парой учтивых фраз и распрощался.

У опытного контрразведчика появилась информация. Придя домой, Каншен уселся за письменный стол, достал лист бумаги и принялся размышлять, вычерчивая кружки и значки непонятного назначения.

Что это была за подвеска? Украшение? Но их не носят скрытно. Значит, нечто, связанное с магией.

Вообще-то даже обладателю докторского ранга кристаллы могли быть полезны – зачем трудиться и держать в голове заклинания, когда таковые могут быть наготове в кристаллах? Но увиденные камешки, судя по цвету, были специализированными – то есть применимы исключительно для мага жизни, а это особый случай.

Хороший контрразведчик обязан быть эрудированным, а Каншен причислял себя именно к хорошим. И он твёрдо знал, что в этом виде магии очень мало стандартных заклинаний, да и те применяют в основном студенты. Даже бакалавры избегают бездумного их использования. Тогда зачем кристаллы Курату?

Тут же в памяти возникли толки об исцелении доктора Румира. А нет ли здесь связи с кристаллами?

Каншен вспомнил один вроде мимолётный разговор, из которого следовало: группа очень могущественных персон проявляет интерес ко всему, связанному с кристаллами. А здесь подозрение в их нетрадиционном применении. Такая информация может быть весьма ценной. А ценностями пренебрегать нельзя.

Выход на канал связи контрразведчик помнил наизусть. Отличная память при его роде занятий – это тоже неотъемлемый признак профессионализма.

Бессмысленно проверять способности дракона запоминать. Однажды услышанное он обязательно помнит. Если уж речь идёт об экзамене, то для проверки усвоения надо давать практические задачи. Именно этим я и занялся.

Мой десяток летел вслед за мной, приземлялся там, где я указывал, а я задавал вопросы:

– Поглядите вон на тот обрыв. Фиорра, какие там можно найти ценные ископаемые? Кварц? Обоснуй. А какого цвета? Почему жёлтого, а не фиолетового?

– Вот кристалл. Ну-ка: его вид, ценность, для какого вида магии больше всего подходит. Кто там у нас умный? Харрф? Валяй отвечай. Как твёрдость померить? А подручными средствами?

Нет, не зря мои драконы посещали уроки. До профессионального геолога им было, ясно дело, далеко, так ведь их наставник тоже не Горный институт заканчивал. Только одна оценка «сносно» (Рриса перепутала жёлтый топаз с кварцем), остальные «похвально» или выше. А Согарр даже получил «превосходно» за то, что не поленился, проверил песок на наличие золота и нашёл его.

Все дракони из моих десятков, в том числе жена, тоже сдавали экзамен. Гирра ради этого оставила Саню на попечение бабушки и честнейшим образом получила «похвально».

В Академии магов

На сей раз собрание академиков произошло в помещении гильдии. Само собой, посторонних туда не допускали.

Председательствовал, как и раньше, доктор Шантур.

– Господа, у нас есть некоторые существенные новости. О них нам доложат особо почтенные Нульф и Ландов. Прошу вас, доктор Нульф.

Аналитик даже не особенно старался скрыть горделивую улыбку победителя.

– Господа, у нас намечается шаг вперёд. – Последовала выверенная пауза. – Наш источник из спецслужб сообщил: имеются основания полагать, что кристаллы могут служить не только хранителями заклинаний, как мы все ранее считали, но и увеличителями силы. В частности, источник уверен, что таковые усилители использовал доктор магии жизни Куратаз. Отсюда следует, что тот таинственный артефакт, о котором мы говорили раньше, мог быть кристаллом надлежащих размеров. Или же Игрок применил несколько кристаллов, поскольку при этом облегчается использование разнородной магии. К сожалению, это умозаключение не приближает нас к раскрытию личности того, КТО задумал и совершил преступление, но хотя бы даёт нам понятие о том, КАК оно было сделано.

Сидящие за столом начали перешёптываться.

– Наиболее вероятной версией случившегося будет следующая: Игрок, или его доверенное лицо, имел при себе кристалл…

Доклад был выслушан со всем вниманием. В заключение прозвучала фраза:

– В свете сказанного здесь проглядываются интересные перспективы. О теоретических и практических аспектах применения кристаллов доложит доктор Ландов. Он и его группа, следует отметить, активно и плодотворно сотрудничали с моими аналитиками.

Поклон. Ответный поклон.

– Особо почтенный Ландов, ваш черёд.

Теоретик встал с места. Все остальные обратили внимание, что на его костистом лице читалась скорее озабоченность, чем спокойная уверенность. Но голос звучал академически бесстрастно – примерно так читает лекцию опытный профессор, превосходно знающий, что студенты будут слушать внимательно, имея на то веские причины.

– Господа, мне весьма лестен отзыв доктора Нульфа, однако вынужден заявить, что по части работы с кристаллами дело обстоит далеко не так радужно, как вы могли бы подумать.

Шёпота в зале не послышалось, лишь все переглянулись.

– Оптимизм глубокочтимого Нульфа вполне оправдан, если речь шла бы о сравнительно небольших кристаллах. Это шаг вперёд, согласен. Нам стало известно, что кристаллы, находившиеся при докторе Курате, как раз и были невелики, не более дюйма. Однако теоретический подход позволяет сделать качественный вывод о возможности увеличения силы. Этот анализ показывает также, что степень сложности управления кристаллом должна возрастать при увеличении его размеров, но до количественных оценок слишком далеко. Экспериментальные же данные позволяют лишь подтвердить возможность увеличения силы с помощью кристалла надлежащей специализации. Это мы и так знали. Вывод следует не только из опытов магов моей группы, но также из успешного практического применения кристаллов доктором Куратом. Количественная оценка прибавки к силе пока что, к сожалению, остаётся за пределами наших возможностей. – Голос у докладчика явственно изменился. Теперь в нём звучали уверенность и напор. – Я не хочу, господа, чтобы у вас создалось впечатление о безнадёжности наших усилий. Напротив, именно упорный труд позволил уже достичь значимых результатов, и не сомневаюсь, что совместные усилия теоретической и экспериментальной групп позволят в скором времени управлять кристаллами в полной мере, то есть в такой степени, что намного превышает уровень обычного человека. Иначе говоря, я могу констатировать реальность продвижения, но не могу точно указать направление.

Председатель выглядел совершенно бесстрастным.

– Есть вопросы? Прошу вас, доктор Гальв.

– Правильно ли я понял вас, доктор Ландов, что, получив в своё распоряжение крупные кристаллы, вы и ваши люди смогут управлять ими?

– Нет, имелось в виду не совсем это. Крупные кристаллы легче изучать, это верно. Вполне вероятно, они также позволят усилить возможности магов соответствующей специализации. Но ограничения были, есть и будут. Первое я вижу в бесконечном варьировании формы кристаллов и качества их поверхности, и эти факторы в большой степени затрудняют как теоретические оценки возможностей, так и практическое применение кристаллов. Второе препятствие состоит в ограниченной долговечности кристаллов, особенно при их интенсивном применении. Хотя теория однозначно свидетельствует, что для крупных кристаллов срок применения должен возрастать.

– Благодарю.

Поклон.

– Ещё вопросы? Доктор Менгель, прошу вас.

– Помнится, на одном из прошлых заседаний упоминалась книга, описывающая магические свойства кристаллов. Встречались ли там кристаллы, специализированные для магии смерти?

– Увы, доктор Менгель, таковые там не описаны.

– Благодарю. Кроме того, считаю, что раса драконов должна быть уничтожена.

Поклон.

Пара членов собрания выразила движением бровей некоторое удивление последней фразой. Прочие сделали вид, что плохо расслышали.

Глава 36

Переход в острый миттельшпиль

В одной найденной нами друзе аметистов нашёлся действительно ценный кристалл – примерно десять местных дюймов, с хорошей поверхностью. И два чуть менее выдающихся по размеру – шестидюймовых. Правда, у тех и поверхность была не такой гладкой, и форма похуже.

Мы с Гиррой долго думали, кому бы их продать. Мне было очень неохота давать крупный кристалл вольным магам. Существовали подозрения, что это будет оружие, а никак не учебное пособие или материал для исследования. Гирра скептически шевелила гребнем и цедила сквозь клыки: «Не знаю, как вольных, а уж университетских точно стоило бы попридержать по части исследований больших кристаллов».

Я очень хорошо знал, что крупные кристаллы кварца встречаются, конечно, не так часто, но они точно не уникальны. Иначе говоря, таковые могут найти и без нас. Вот почему в результате долгих споров появилось решение: самый большой аметист продать через Мируту в университет, а двух «гигантов» помельче – вольным.

Но к чисто торговой операции я собрался прицепить и разведывательную.

На опушке леса

Они встретились на обычном месте.

Первые сообщения касались семейных дел.

– У меня дочка родилась!

– Да ну! Диа, поздравляю! На кого похожа?

– Свекровь говорит: такая же вертлявая, как и отец.

– А цвет?

Гирра объяснила возрастные изменения расцветки драконов. После светской беседы начались торговые переговоры.

– Погляди, Мира, вот большой кристалл. По-моему, то, что университетским надо. А если они не купят, так всё равно покупатель найдётся.

– Дай глянуть… пожалуй, подойдёт. Сколько за него хочешь?

Дракона проявила неслыханную сговорчивость. Острое купецкое чутьё (оно в Мируте уже проявилось) ясно дало понять: что-то потребуется взамен. И женщина не ошиблась.

– Вот что, Мира, раз уж университетские маги так жаждут больших кристаллов, то они обязательно обратятся к владельцам горных предприятий, ну, тем, у которых шахты. У них возможностей больше, чем у нас.

– Ты хочешь откупить находку, если будет?

– Да чтоб мне никогда не выйти из пещеры – нет, конечно! У нас и средств на такое не будет. Просто дай знать, если услышишь, что нашли, мол, гигантский кристалл.

– Значит, такой высоко оценят?

– Ещё как. И его могут приобрести не только для научных исследований.

Умная купчиха выказала проницательность:

– Ожидаешь войну?

– Драконы воевать не хотят. Но нас могут вынудить защищаться. Вот мы и хотим знать, чего ожидать. Хотя… между магами война так и так будет. Все это говорят.

К лету наша дочурка уже научилась ловко переворачиваться в любом направлении, энергично помогая себе хвостишком. Говорить Саня, конечно, ещё не умела, зато научилась рычать. Каждый раз, когда она демонстрировала это умение, я не мог удержаться от улыбки. У меня при этом возникала ассоциация: примерно в таком регистре рычала бы маленькая мышка. Так, по крайней мере, мне представлялось. Супруга даже чуть обижалась: «Драконочка учится говорить. Что ты видишь тут смешного?»

Но домашние заботы и радости разом отошли в сторону по получении записки. Курат через доверенного человека в деревне настоятельно просил о встрече.

Мы встретились в учебном классе. К этому времени все мои универсалы стали бакалаврами, хотя и плохонькими, так что пещера была свободной. Курат даже не пытался скрыть встревоженность. Пришлось напустить на себя очень деловой вид и скомкать приветствия.

– Чем могу быть полезен, наставник?

– Мне нужен ваш совет, Стурр.

От этой фразы чувство тревоги передалось и мне. Выходит, наставник нуждается не в ученике, пусть и способном.

– Я слушаю вас с должным вниманием.

Информация заслуживала размышлений. То, что на границе восточных областей концентрируются мощные группы боевых магов, я и так знал. Куда более грозным выглядело вежливое по форме предложение, которое получила западная группировка магов жизни: немедленно перейти в полное распоряжение координатора конфедерации восточных областей во избежание серьёзных последствий.

Надо бы уточнить вводную:

– Наставник, правильно ли я понял, что руководство вашей группировки и вы сами желаете остаться нейтральными?

– На собрании против этого не голосовал никто. И воздержавшихся тоже не было.

– Кто входит в руководство? Нет, имена мне не нужны, только ранг.

– Семь докторов магии, считая меня самого.

– Докторский ранг автоматически делает обладателя членом совета?

– Нет. Но я с недавних пор пользуюсь… некоторым авторитетом.

– С этого места подробнее, пожалуйста.

Последовал рассказ о чудесном исцелении доктора Румира. Я чуть не брякнул «Хорошая работа», но это было бы нахальством, выходящим за любые рамки. Вместо этого спросил:

– Правильно ли я понял, что вы уже овладели усилительными возможностями кристаллов?

– Да, но не всеми. И вот теперь мне нужно ваше мнение…

– Стоп! – Я вскинул правую переднюю лапу. – Вы хотите знать, что вас ждёт и что вам делать? Относительно первого: это вы и сами представляете. Что же до второго, то настоятельно рекомендую назначить приоритеты и следовать им. Сейчас над вами ясная угроза от Востока. Не думаю, что им нужны маги жизни: у них свои есть…

Курат кивнул.

– …Для конфедерации куда важнее лишить своих противников помощи от магов жизни. Вот почему полагаю, что в случае вашего отказа они не побрезгуют прикончить вас и ваших коллег. Например, организовав нападение на собрание руководства.

– Почему вы считаете, что они на это пойдут?

Я проглотил фразу «Потому что на их месте я бы так и сделал». Не пошло на язык также «За мной гигантский опыт спецслужб моего мира». Реальным ответом было:

– Они вполне могут нанять убийц. Я допускаю, что вы при этом выживете. Силы и умений у вас хватит. Допускаю даже, что лично вас после этого оставят в покое: в конце концов, у противников конфедерации окажется всемеро меньше магов жизни. Но возможны худшие варианты. И потому вам понадобятся контрмеры…

На этот раз Курат спрятал все возражения, он просто сидел и слушал.

– Все драконы – хорошие тактики, нас этому долго учат. Так вот, чистая оборона рано или поздно проигрывает нападению. Следовательно, вам надо знать приёмы нападения. Имею в виду, вам лично и по возможности вашим товарищам. Например: «Наркоз», «Бархатная подушка», «Остановка сердца» – это на крайний случай; между прочим, отличное средство для того, чтобы напугать. Наверняка другие есть, и вам они известны куда лучше, чем мне. Знаю, что вы хотите сказать: этика магов жизни запрещает причинять вред пациенту. Но она не запрещает наносить ответные удары. Также надлежит активно применять сканирование разума противников. Вы будете знать их замыслы, а кто предупреждён – тот вооружён. По вашим же словам, это требует силы в большей степени, чем умения.

Глаза наставника сузились. Он явно очень хотел возразить, но сдержался.

– Также существуют организационные меры. Обязательно нужна связь. Гильдия гонцов существует?

– О её создании только поговаривают. Пока что есть лишь отдельные группы гонцов, оказывающих услуги. Единых расценок также нет.

Тут я задумался. Допустим, маги жизни Востока узнают о бяке, которую устроили их западным коллегам. Про явят ли они корпоративную солидарность? Очень возможно. Насколько я понимаю магов жизни, они всеми средствами попытаются выйти из-под контроля столь энергичного руководства. А могут и не поддержать коллег – если выживших не будет. Иди докажи, кто ляпнул «Чёрное пятно» или что-то такое аналогичное на граждан. Впрочем, до магии смерти, надеюсь, не дойдёт.

– Таким образом, в случае нападения ваши задачи, наставник, заключаются в следующем: выжить, сообщить коллегам и каким-то образом объявить полный мораторий на свои услуги на Востоке. Или на Юге, если те… сами понимаете. И связь, и порядок действий в чрезвычайной ситуации лучше назначить заранее.

– Кажется, я знаю, как всё это сделать…

Ого! По всему видать, маг жизни проникся.

– …Однако у меня есть очень важный вопрос. То, что вы сейчас изложили, Стурр, – это ваш анализ или… предсказание?

Вопросец на сундук с золотом! Теперь-то стало до конца ясно, почему Курат столь активно заинтересовался моим мнением. Вот уж когда нужна предельная осторожность.

– Будущее многовариантно, наставник. Обычно для предсказания выбирают наиболее вероятное. Но это рационально, если есть основания для предпочтения. Когда перед вами множество равновероятных вариантов, то лишь анализ холодным разумом может дать ответ, да и тот… Один мудрый хорошо сказал по сходному поводу: «Надейся на лучшее, готовься к худшему».

Мы оба какое-то время помолчали. Потом маг жизни продолжил:

– Поистине мудрость. Но есть ещё вопрос: можете ли вы продать такие же кристаллы, какие подарили мне? Не для меня, для моих товарищей.

Курат ещё не кончил говорить, а я уже анализировал в темпе блица. Заинтересованности в выращивании целой когорты могучих магов разума у меня, пожалуй, нет, куда нужнее один, но такой, с которым у меня наилучшие отношения. Ему надлежит стать главным среди своих. Он им и будет. Жестоко? Возможно. Но у драконов при этом повысятся шансы. Или всё-таки продать?

Как бы то ни было, спешка тут не нужна. Из этого и будем исходить.

– Сейчас у меня нет таких кристаллов, наставник. Их раздобыть можно. Но на это потребуется время.

Всё сказанное – чистая правда.

– Есть ещё кое-что, ученик…

Вот такого поворота я, тупой, не ожидал! Что бы это значило?

– …Как мне представляется, драконам в свете предстоящих событий понадобится свобода действий. Мне очень не хочется давать разрешение, но… есть необходимость. Инициацию в дальнейшем будешь проводить полностью самостоятельно.

Выходит, Курат абсолютно не уверен в своём будущем. Или предвидит, что будет до последней степени занят, тоже вполне возможно. Всё равно.

– Благодарю за доверие, наставник.

В зале заседаний академии

Доктор Менгель подумал, что каким-то не вполне ясным образом Шантур занял место не только председательствующего, но и главы академии. Хотя нет, номинально руководителя не существует, но есть первый среди равных. Первый академик. А что, звучит. Но эти мысли ушли, дав место другим, возникшим в результате выступления.

Вопреки обыкновению, первым шёл доклад доктора Ландова.

– Господа, намечен прогресс в нескольких направлениях.

Шепоток послышался явственно.

– Да, вы не ослышались. Во-первых, мы приобрели четыре сравнительно крупных кристалла – до десяти с половиной дюймов длиной. И это дало возможность подтвердить экспериментом теоретический вывод, который уже прозвучал здесь: крупные кристаллы дают лучший коэффициент усиления – рост зависит от размера нелинейно, но точный вид зависимости мы не знаем, поскольку методики измерения коэффициента усиления ещё не доработаны. Второй важный вывод: чем крупнее кристалл, тем больше мощность закладываемого в него заклинания, но тем труднее с ним работать. Это можно считать доказанным. Более того, по нашим прикидкам, кварц размером даже в двадцать дюймов возможно зарядить заклинанием, лишь работая вдвоём. Маг-одиночка просто не в состоянии с должной тщательностью отследить и отрегулировать потоки. Следовательно, есть полный расчёт добывать крупные кристаллы, но цель должна быть, скажем так, соответствующей. Также прошла информация, что в недрах земли можно встретить кристаллы огромного размера. В связи с этим я на свой страх и риск разослал письма владельцам шахт с просьбой по возможности сохранять самые крупные найденные кристаллы и, разумеется, извещать нас. За вознаграждение, конечно. Мы уже получили сообщение от уважаемого Горхара, что в прошлом году в процессе добычи железной руды шахтёры нашли четырёхфутовый кристалл кварца, но он был разбит, поскольку мешал работе. Крупные кристаллы – реальность, господа! Иначе говоря, мы можем получить в свои руки потенциально очень мощное оружие.

По лицу доктора Шантура ничего прочесть было нельзя.

– Вопросы? Мнения?

Первым поднял руку доктор Батхан:

– Особо почтенный, какого вида кристаллы вы исследовали? Имею в виду, крупные.

– Кварцы: розовый слабоокрашенный, фиолетовый и тёмно-жёлтый. Также один красный гранат. Этот, правда, с большим количеством дефектов, хотя размером в пять дюймов.

– Благодарю.

– Доктор Гальв, что желаете сказать?

– У меня вопрос: фиолетовый кварц проверяли на магию электричества?

– Ну разумеется, особо почтенный. Правда, в группе не было мага электричества с квалификацией, которая была бы сравнима с вашей. И всё же экспериментатор справился с полями, хотя это далось большими усилиями. Вы бы, конечно, проделали то же самое без труда.

Поклон. Ответный поклон.

– Доктор Менгель?

– В своём выступлении доктор Ландов отметил, что обладание большими кристаллами может в будущем означать, что их владельцы станут обладателями мощного оружия. Вы утверждаете, особо почтенный, что для этого понадобится сколько-то дополнительных исследований, и лично я вполне доверяю вашему опыту…

Обмен поклонами.

– …Однако само словосочетание «мощное оружие» означает, что применять его следует с осторожностью. В частности, оно обязательно должно быть опробовано. И как раз это предлагаю осуществить на драконах, но при условии, конечно, что они будут уничтожены полностью.

На этот раз шёпот более напоминал ропот. Председательствующий жестом призвал зал к порядку и с улыбкой произнёс:

– Доктор Менгель, мы здесь неоднократно выслушивали ваши настойчивые и эмоциональные призывы к уничтожению драконьей расы. Думаю, что выражу мнение всех присутствующих: нам было бы крайне желательно узнать, какие к этому имеются рациональные причины.

Слово «рациональные» было самую малость выделено интонацией.

Этот подход получил явное одобрение аудитории. Маг смерти кивнул с поощрительной улыбкой. Он уже подготовил ответ.

– Господа, одно из соображений я уже представил вашему вниманию: раса драконов есть наиболее подходящий объект для боевого опробования нового оружия. На это существуют несколько причин, часть которых я уже изложил, но также примите во внимание – уничтожение драконов даст всем магам Маэры недвусмысленный сигнал о степени нашего превосходства. Тем самым мы избежим ненужного кровопролития, среди людей, конечно. Но это не всё. – Ещё одна улыбка, но на этот раз в ней проглядывалась самоуверенность на грани надменности. – Как вам должно быть известно, во время последних боёв я организовывал отпор драконам с применением магии смерти. При этом мной было сделано наблюдение, которое, возможно, прольёт свет на тайну гибели хотя бы одного из Великих…

Сказано было сильно. На лице доктора Нульфа отразилась некоторая досада: он решил, что проглядел нечто важное. Ландов вслушался с ещё большим интересом, однако его чувства больше всего соответствовали любопытству учёного.

Манера изложения Менгеля теперь напоминала не лектора, стремящегося донести до слушателей некие новые знания, а скорее политика, старающегося убедить аудиторию.

– Для обеспечения безопасности созданного мной «серого капитана» было устроено убежище в скальном грунте. К сожалению, оно оказалось бесполезным: сильнейший взрыв уничтожил как эту нору, так и прятавшегося там «капитана». Только спустя некоторое время я понял, что взрыв, который унёс жизнь Ас-Тора, весьма и весьма напоминает виденный мной раньше. Единственная разница состояла в силе: взрыв, направленный на «серого капитана», был послабее. Могу это утверждать с чистой совестью, ибо был свидетелем того и другого события. Это сходство пугает, господа! Многоопытный доктор Нульф…

Поклон.

– …наверняка отметит, что даже средний адвокат смог бы защитить в суде человека, на которого у дознавателей не имелось бы никаких иных доказательств виновности. Схожий почерк – не основание для приговора, соглашусь. Но и вы согласитесь, что выявленное мной совпадение вызывает, самое меньшее, сильные подозрения. Хорошо, отставим их на время. Однако примите во внимание и другие факты. Поверьте, господа, я далёк от того, чтобы недооценивать драконов. Пусть они не все умны в той же степени, как и люди, но среди них может найтись и уже нашёлся разум, не уступающий человеческому в изощрённости, зато куда более безжалостный, ибо принадлежит он чужаку. И это факт! Именно такой дракон противостоял мне в тех битвах, о которых я говорил. Мой крылатый противник заставил себя уважать, и не только потому, что силён в тактике и сведущ в магии. Нет! Он сумел обучить целые десятки драконов. Да-да, вы не ослышались, он ещё и талантливый наставник. Сам будучи опасным, он готовил и готовит столь же опасную смену. Повторяю ещё раз, драконы не принадлежат к роду человеческому. Уже по этой причине они его враги. Остальные факторы вам известны. Единственное средство для избавления от этой заразы я представил вашему вниманию: раса драконов должна быть полностью уничтожена.

Ещё поклон.

Никто так и не узнал, что хотел спросить или о чём заявить доктор Чонсон. Председательствующий даже не успел отреагировать на поднятый палец, когда в помещение вошёл младший маг и протянул записку доктору Шантуру. Тот взял бумагу и пробежал её глазами.

– Вынужден вас огорчить, господа. Сегодня ночью, то бишь ранним утром по местному времени произошла битва между войсками конфедерации восточных областей и Срединной коалиции. Погибло по предварительным оценкам не менее ста двадцати магов. Подробности уточняются. Это война!

Источник рекламы я решил не менять – тем более, что других-то и не было. Просто сказал матушке, что, дескать, наставник изменил своё мнение и разрешил мне инициировать самостоятельно.

Результаты получились наглядными. Через день у меня уже было три заявки на эту услугу. Условием я поставил участие других драконов-универсалов.

Эпилог

Я поставил цели. Но достигли их мы – вся команда.

Наш мир был избавлен от Великих, большей частью моими усилиями, но товарищи мне нечувствительно посодействовали хотя бы уж тем, что помогли добыть нужные для этого кристаллы. Драконы при этом избавились от клятвы, намертво привязывавшей их к Ас-Тору.

«Целители» из моей команды смогли сделать драконью расу потенциально независимой от людей. По крайней мере, руководство получило возможность решительно отказаться от любых человеческих предложений о союзе. Лучше того – все враждующие группировки магов уверились, что драконы будут хранить нейтралитет – иначе говоря, бессмысленно пытаться начинать войну с нами.

Подчинённые сумели стать пусть несовершенными, но всё же универсалами. Я предвидел, что это будет потребно не только во время боевых действий, но и в условиях мира. А те, кто от природы имел универсальные способности, обрели куда большую силу, чем заложено в них изначально.

Я, правда, не ставил себе это целью, но так уж вышло, что двуцветная умница Гирра сделалась моей женой. И у нас родилась чудная дочка Сандрра. Моя беленькая Саня. У неё теперь глаза стали синими.

И всё же тревога точит душу. Самые умные из моих аналитиков это предполагают, а я точно знаю: рано или поздно будет предпринята попытка полностью уничтожить расу драконов. Пока что даже самые сильные маги не в состоянии этого сделать. Но это лишь вопрос времени. Значит, надо опередить их замыслы. План у меня уже есть.

***

Приношу самую сердечную благодарность:

Лилии Аркадьевне Бажан – за неизменно тёплую дружескую поддержку и за выловленные грамматические и смысловые ошибки;

читателям Самиздата под никами:

Мыша – за необыкновенную и вместе с тем доброжелательную цепкость в вылавливании всякого рода ошибок: орфографических, грамматических, семантических, логических и прочих;

Reader – за неутомимость в поисках дырок в логике повествования;

Каин – за ненавязчивое избавление меня от заносчивости и нахальства;

Бешеный Хомячок – за рассудительность и точность в комментариях;

rozanovkg – за аккуратный анализ редко встречающихся ошибок; а также многих иных.

Автор

Примечания

1

ВНОС – служба воздушного наблюдения, оповещения и связи. Существовала в Советской армии до 1951 г. Ныне её функцию выполняют радиотехнические войска ПВО.

2

«Шилка» – четырёхствольная зенитная установка калибром 23 мм; в её комплекс входит радар.

3

В боксе секундант, видя неспособность подопечного к дальнейшему бою, бросает на канаты ринга полотенце.

4

В рамках практической маэрской медицины ранг магистра магии жизни соответствует земному званию ординатора.

5

Грок – сказочное существо, владеющее сильной магией, обычно описывается как великан, вдвое выше человека. Если женщины выходили замуж за гроков, то имели от них детей без магических способностей. По легендам, гроки существовали в древние времена, потом исчезли, то есть персонажи сказок имеют реальный прототип, но свидетельств этому не найдено.

6

Имеется в виду дикий лук.

Content

Алексей Переяславцев
Клыки и когти эскадрильи

Пролог

Глава 1 Подтягивание сил

Глава 2 Разведка – дело с хитростями

Глава 3 Приказ без слов

Глава 4 От разведки к диверсии

Глава 5 Тактика с продолжением

Глава 6 Опасности фланговых ударов

Глава 7 Планы и дырки

Глава 8 Выигрыш сведением вничью

Глава 9 Информация к действию

Глава 10 Восток – дело тонкое

Глава 11 Война совсем не фейерверк

Глава 12 Как не разбирать полёты

Глава 13 Ни мира, ни войны, но армию не распускать

Глава 14 Изящество столярной работы

Глава 15 Изгибы и извивы практической магии

Глава 16 Тогда считать мы стали

Глава 17 Работа над ошибками образованию не мешает

Глава 18 Женщины и дракони – сходство и различие

Глава 19 Возвращение к старому на новый уровень

Глава 20 Новые игроки

Глава 21 Визит вежливости от разведки

Глава 22 Дипломатическая дуэль

Глава 23 Игра на обострение

Глава 24 Непросчитанный вариант

Глава 25 Дипломатия с выпивкой

Глава 26 Зимний поток перемен

Глава 27 Расчёт этюда на выигрыш

Глава 28 Что бывает перед началом

Глава 29 Поставить точку с запятой

Глава 30 Второй крючок

Глава 31 Наше противодействие их действиям

Глава 32 Сражения без драки

Глава 33 Возможности магии дипломатии и слухов

Глава 34 Прорыв

Глава 35 Уверенный шаг вперёд с завязанными глазами

Глава 36 Переход в острый миттельшпиль

Эпилог

Примечания