Кэрол Маринелли

Процент счастья

Роман

Carol Marinelli

Billionaire Without a Past

Billionaire Without a Past © 2016 by Carol Marinelli

«Процент счастья» © «Центрполиграф», 2017

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017

Пролог

Николай Эристов разобрался со своим нелегким прошлым.

По крайней мере, он был уверен, что разобрался.

Но этим утром, когда дворецкий принес его любимый крепкий чай, он не потянулся за чашкой, потому что его руки слегка дрожали. Давным-давно Николай решил для себя, что никто никогда не станет свидетелем его слабости, благодаря чему он смог выжить.

Когда завтрак был подан, его дворецкий повернулся, чтобы выйти из роскошных покоев хозяина, находившихся на верхней палубе яхты.

– Подожди, – окликнул его Николай. – Я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня.

– Да, сэр.

– Мне нужен новый костюм.

– На Сэвил-Роу и Джермин-стрит…

– Нет, – прервал его Николай, потому что дворецкий не так понял его просьбу. Николай не хотел встречаться с лучшими портными Лондона ни у себя на яхте, ни у них в ателье.

– Я хочу, чтобы ты поехал в магазин и купил мне костюм. У тебя есть мои мерки.

– Да, но…

Николай нетерпеливо покачал головой. Он не собирался ничего объяснять.

– Я хочу, чтобы ты купил мне костюм темно-серого цвета, а также рубашку и галстук, которые можно будет надеть на венчание в церкви. Да, не забудь про туфли.

– Вы хотите, чтобы я купил вам готовый костюм? – осторожно переспросил дворецкий. И неудивительно – Николай одевался очень изысканно, потому что ему присылали одежду самые именитые дизайнеры. Так с чего ему вдруг взбрело в голову отправлять своего дворецкого в один из торговых центров, когда его гардеробная комната была забита самыми качественными и самыми дорогими вещами?

– Да, – кивнул Николай, – и постарайся справиться как можно быстрее. Свадьба назначена на два часа.

Он назвал приблизительную стоимость костюма и заметил, как растерянно заморгал его обычно сдержанный дворецкий. В конце концов, шампанское, остававшееся на донышке бутылки, которую он убрал с прикроватной тумбочки сегодняшним утром, стоило чуть меньше суммы, которую Николай собирался потратить сегодня. Это означало, что он тратил на шампанское тысячи долларов. Но при этом считал, что живет очень скромно.

Каждый год Николай оставлял свою роскошную яхту, где жил по нескольку месяцев, и отправлялся в Атлантику, чтобы работать на огромных ледоколах. Вот и сейчас он только вернулся оттуда. На севере он носил теплые вещи и шапки-ушанки, а в остальное время – одежду самых известных домов моды. Николай был богат, успешен, и, как он считал, ему удалось избавиться от призраков прошлого. Никто бы не догадался, что он родился в полной нищете и когда-то просыпался среди ночи в холодном поту от стыда и страха.

– Свадебный подарок тоже купить? – спросил дворецкий.

– Нет.

Его слегка удивленный дворецкий бесшумно выскользнул за дверь, и только тогда Николай взял с подноса чашку с чаем. Да, его рука немного дрожала, когда он раздумывал, как лучше начать этот трудный день, бывший отголоском печального прошлого.

Теперь у него была хорошая жизнь, но ему пришлось побороться за нее.

Николаю пришлось многое пережить, потому что он отказывался просто пополнить статистику. Вместо того чтобы позволить своему обидчику сломать его, он боролся не просто для того, чтобы выжить, но чтобы преуспеть. Николай не стал убегать от прошлого с помощью выпивки или героина, он бросил ему вызов и покончил с ним.

«Конечно покончил», – убеждал себя Николай.

Теперь он был владельцем целой флотилии современных яхт, его постоянно приглашали на самые громкие мероприятия, и все жаждали попасть на его шумные вечеринки, которые он устраивал на одной из своих яхт.

И все благодаря Юрию, который был и его наставником, и его спасителем. Сегодня Николай как никогда нуждался в совете этого человека, единственного, кто знал правду о его прошлом.

Юрий часто повторял Николаю старую русскую поговорку «Берись дружно – не будет грузно», говоря о том, что, когда ты делишься своим грузом с другими, он становится не таким тяжелым.

Николай рассказал ему правду для того, чтобы Юрий не обратился в полицию, которая могла вернуть его обратно в детский дом, откуда он сбежал. И его спаситель оказался прав: когда Николай поделился с ним давившим его грузом, жить стало намного легче. Только сейчас Юрия не было рядом, поэтому Николаю пришлось самостоятельно решать, как ему быть сегодня.

Николай хотел увидеть свадьбу своего друга, но так, чтобы его никто не заметил. Если бы Сева увидел его, он спросил бы, почему он сбежал тогда, ничего ему не сказав. Николай не собирался обсуждать этот вопрос, потому что решил, что прошлое не должно отравлять его настоящее. Так что он проскользнет в церковь незамеченным и уйдет точно таким же способом.

Он поднялся и подошел к окну, окинув взглядом Кэнэри-Уорф, деловой квартал в восточной части Лондона, где он пришвартовался вчера вечером. Стекла каюты были затемненными, чтобы никто не мог заглянуть внутрь. Необходимая мера, если учесть, что репортеры постоянно охотились за богатыми и знаменитыми и пристально следили за тем, что происходило на борту его яхты. Николай задумчиво стоял и смотрел, как семьи с детьми и влюбленные парочки жестами указывают на его яхту и фотографируются рядом с ней, словно с какой-то достопримечательностью.

Он привык к подобным вещам.

Его яхта «Свобода» всегда собирала толпы; особенно окружающим нравилось наблюдать, как опускается платформа и появляется Николай на своей роскошной машине. Но чаще всего он швартовался в более живописных окрестностях. Особенно ему полюбился юг Франции и Персидский залив.

Именно в заливе Акаба Николай впервые узнал, что Сева и Наоми решили пожениться. Лежа в постели без сна, он решил разбудить спящую рядом белокурую красавицу, но передумал и отправился на верхнюю палубу и там, под ночным звездным небом, открыл свой ноутбук.

По привычке Николай зашел в Интернет, чтобы узнать новости из жизни своих друзей из детского дома, и прочитал о последних событиях из жизни Севы.

Нью-Йорк. Местный эксперт по вопросам интернет-безопасности, Севастьян Державин, был замечен в Лондоне с подбитым глазом и ужасным порезом. Рядом с ним находилась его личная помощница, Наоми Джонсон, на пальчике которой красовалось огромное помолвочное кольцо с черным бриллиантом.

На фотографии Сева и Наоми шли за руки по улице, и, несмотря на свое побитое лицо, Сева выглядел очень счастливым. И он заслуживал счастья.

В детском доме было четыре темноволосых, светлолицых и черноглазых мальчика, которые изрядно доставали своих воспитателей. Они родились без надежды, но у каждого из них была мечта. Во-первых, они мечтали, что однажды их заберут в настоящую семью. Но такого не случилось. Детей с такой бледной кожей, которая так и не порозовела, и черными как смоль волосами было куда сложней пристроить в семью, чем белокурых и голубоглазых ангелочков.

Но мальчишки не переставали мечтать.

Близнецы, Даниил и Роман, хотели стать известными боксерами и не сомневались, что добьются своей цели. Севу ждало блестящее будущее благодаря его поразительному уму, а что касалось Николая, его всегда тянуло к морю. Он не знал, кем были его родители, но не сомневался, что его отец был моряком.

Николай полюбил море задолго до того, как увидел его по-настоящему.

Но в детском доме мечты быстро умирают.

Когда близнецам исполнилось двенадцать лет, Даниила усыновили и увезли в Англию. Его родной брат, Роман, стал еще более необузданным, и его перевели в особо охраняемое крыло приюта.

Севе исполнилось четырнадцать, и его способности к науке стали еще более заметными. Его перевели в другой класс, и он надеялся, что сможет получить стипендию на обучение в одной из престижных школ. Николай с Севой по-прежнему ездили вместе на автобусе в школу и ночевали в одной комнате, но без друга успеваемость Николая ухудшилась, и на него начал наседать учитель, который вызывал у него особую неприязнь.

– Скажи-ка мне, Николай, почему ты вдруг съехал с пятерок на тройки? – однажды спросил он.

Николай пожал плечами. Ему не нравился этот преподаватель, который вечно цеплялся к нему и задерживал после уроков, из-за чего он не успевал на автобус и был вынужден возвращаться в интернат пешком.

– Тебе помогал Севастьян? – с нажимом спросил преподаватель.

– Нет, – покачал головой Николай. – Я могу идти? Я опоздаю на автобус.

На улице было морозно, а его куртка совсем не защищала от холода.

– Нам нужно обсудить этот вопрос, – как ни в чем не бывало продолжил учитель. – Твой друг может не получить стипендию, если я сообщу, что он помогал тебе жульничать в выполнении домашних заданий.

– Он не помогал мне.

Преподаватель достал листочки с заданиями с экзамена по математике, который недавно сдавал Николай, и попросил его сесть и еще раз решить эти самые задания.

– Ты справился с ними два месяца назад, значит, сможешь и сейчас.

– Я не уверен.

– У твоего друга могут возникнуть очень большие проблемы…

Николай опустил глаза на листик с заданиями и взмолился, чтобы на ум пришли правильные ответы. Конечно, Сева помог ему тогда на экзамене, но они не смотрели на этот поступок как на жульничество. Просто друг помогал своему другу.

А теперь эта помощь может превратиться в настоящую проблему.

– Это Севастьян решил за тебя все уравнения? – спросил преподаватель и поднял руку.

Николаю показалось, что он собрался дать ему подзатыльник, но рука мужчины опустилась на его плечо.

– Нет, – упрямо повторил Николай и попытался сбросить его руку со своего плеча, но безуспешно.

– Николай, не упрямься, – вкрадчиво сказал его мучитель и, взяв стул, присел рядышком. – Как я смогу помочь тебе, если ты не говоришь мне правду?

– Севастьян тут ни при чем.

– В таком случае почему же ты не можешь решить эти примеры?

Николай молчал. Он услышал, как просигналил водитель отъезжающего автобуса, и понял, что ему снова придется возвращаться в интернат пешком.

– Я отвезу тебя, – сказал преподаватель, и Николай нахмурился. Уж лучше мерзнуть. – А насчет помощи Севастьяна…

– Мы не жульничали, – взмолился Николай, пытаясь спасти положение и выгородить Севу, чтобы тот не остался без стипендии. – Сева просто показал мне, как решать эти примеры.

– Хорошо, – мягко ответил учитель, и сердце Николая учащенно забилось, предчувствуя беду. – Все останется между нами, и ни у кого не возникнет никаких проблем.

Николай уставился на листок с примерами и вдруг почувствовал руку высоко на своем бедре.

– Не так ли? – вкрадчиво спросил преподаватель, но Николай ничего не сказал в ответ.

Его дворецкий вернулся и даже бровью не повел, посмотрев на столик, который Николай перевернул в приступе ярости, вспоминая события из прошлого. Он выложил перед Николаем костюм и рубашку, которые успел выгладить, а также галстук и туфли.

Николай принял душ, надел белоснежную рубашку и галстук темно-серого цвета. Костюм, выбранный дворецким, сел на его широченных плечах на удивление хорошо.

Николаю казалось, что он собирается на похороны, такой невыносимой была тоска по его потерянному другу, но ему очень хотелось увидеть Севу счастливым.

Он решил, что наденет солнцезащитные очки и снимет их перед самым входом в церковь.

Николай не стал выводить свою машину из гаража, вместо этого он вызвал такси.

Когда машина остановилась у церкви, водитель повернулся к Николаю за деньгами, но тот отрицательно покачал головой.

– Две минуты, – сказал он с сильным русским акцентом.

Эти две минуты превратились в десять, но водитель не возражал, получив приличное вознаграждение.

Николай сидел, глядя, как гости поднимаются по ступенькам и исчезают внутри собора. На другой стороне улицы толпились журналисты и полиция, сдерживавшая натиск собравшихся поглазеть на новоиспеченных молодоженов.

Похоже, Сева уже внутри, потому что, сколько Николай ни сканировал взглядом толпу, он не смог заметить в ней своего старого друга. Удивительно, Сева по натуре был достаточно замкнутым, избегал людей и предпочитал им книги и компьютеры, но, подумать только, на его свадьбу пришло посмотреть несколько сотен людей.

Включая Николая.

Он смотрел, как к церкви подъехал роскошный автомобиль, из которого вышла стройная женщина с длинными рыжими волосами. Она весело смеялась и о чем-то щебетала, помогая выбраться своей глубоко беременной подруге, в которой Николай узнал Либби, жену Даниила.

Значит, Даниил тоже где-то поблизости.

Женщины поднялись по ступенькам и вошли в собор под звон церковных колоколов.

– Еще две минуты, – бросил Николай водителю такси.

Как же тяжело смотреть в глаза прошлому…

Сева с тревогой допытывался о причине слез Николая в ту ночь, когда он сбежал из детдома. Николай не смог ему ответить тогда и не смог бы ответить сейчас. Ему не хотелось ставить в неловкое положение кого бы то ни было, рассказывая о том мерзком случае из своего прошлого.

Николай вышел из машины и направился к церкви. Когда на горизонте появился автомобиль невесты, он поспешно проскользнул внутрь.

К счастью, его никто не заметил.

Будь живым Юрий, он бы сказал, что Николай прячется, вместо того чтобы открыться. Но Николай не хотел ворошить прошлое и заново переживать стыд.

Глава 1

– Рейчел, я просто не понимаю.

Либби озадаченно смотрела на Рейчел, абсолютно сбитая с толку ее словами, что после длительного тура по Австралии та собирается оставить их танцевальную труппу. Они вдвоем до недавних пор не только танцевали в одном коллективе, но также были соседками по квартире. Либби покинула труппу в прошлом году, незадолго до встречи со своим новоиспеченным мужем Даниилом.

По правде говоря, Либби вынудили принять такое решение, и Рейчел прекрасно помнила, как ее подруга боролась за то, чтобы остаться в балете, которым она просто бредила. Они обсуждали этот вопрос снова и снова.

Рейчел приняла свое решение самостоятельно.

Они дружили, но между ними существовали различия. У Либби было открытое, любящее сердце, а Рейчел свое похоронила в глубоком подземелье, прикрыла сверху бетонной плитой, а ключ выбросила.

Так что доступ к ее сердцу был наглухо закрыт.

Конечно, она общалась с окружающими ее людьми, но никогда не переводила разговор на себя и встречалась с парнями на своих условиях.

Всегда.

Они сидели в просторном номере шикарного отеля, в котором остановилась Рейчел, собираясь на одну из самых известных свадеб Лондона.

Рейчел на самом деле никогда не встречала счастливых пар, она приехала главным образом для того, чтобы поддержать Либби, поскольку Даниил был свидетелем на этой свадьбе, а ее подружке оставалась всего неделя до родов.

Даниил был владельцем гостиницы, в которой она остановилась, поэтому ее поселили в одном из самых шикарных номеров. Она не знала, как преподнести подруге новость об уходе из танцевальной труппы, чтобы не расстроить ее. Рейчел приняла ароматную ванну, но она мало успокоила ее разгулявшиеся нервы. Сердце то и дело хотело выпрыгнуть из груди.

Рейчел постоянно испытывала тревогу, даже когда ей удавалось спрятать ее, а сейчас ее страхи снова вернулись.

Ванная не стала волшебным средством для успокоения нервов, и Рейчел поняла, что опаздывает, когда Либби появилась на пороге ее комнаты. Приготовления еще больше застопорились, когда она вывалила на подругу новость о своем уходе.

– Но что ты будешь делать дальше? – спросила Либби.

– Еще не знаю, – призналась Рейчел, снимая бигуди со своих длинных рыжих волос. – Я собираюсь подумать над этим вопросом, когда буду бездельничать длинными вечерами или нежиться в постели по утрам!

– Я не понимаю, как ты можешь уйти, не придумав заранее никаких планов. Мне казалось, ты счастлива…

– Так и было. И я до сих пор счастлива, – ответила Рейчел и поспешила сменить тему, доставая из чемодана ярко-оранжевое бархатное платье. – Что скажешь?

– Оно очень… – Голос Либби затих, когда Рейчел облачилась в свое очень приталенное платье. Она повернулась и помрачнела, увидев искаженное болью лицо Либби.

– Еще не время рожать, – встревожилась Рейчел.

– Я знаю, – ответила Либби. – Я все время твержу себе, что еще не время. Просто мне кажется, что мой ребенок не слушает меня.

– Думаешь, у тебя схватки?

– Может быть, – призналась Либби.

– Бог мой! – широко улыбнулась Рейчел. – Как здорово.

– Совсем не здорово! – вздохнула Либби. – Эта свадьба так важна для Даниила. Сева ему как брат. Он и есть его семья.

– Уверена, ты справишься, – заверила ее Рейчел со всей уверенностью человека, который просмотрел кучу медицинских сериалов. – Первые схватки очень длительные, и к тому же воды еще не отошли. Только представь, если это случится в церкви!

– Рейчел, а ты умеешь утешить, – с улыбкой заметила Либби. – Собирайся быстрее, накладывай макияж и пойдем.

– Я накрашусь в такси… – ответила Рейчел и вспомнила, что Либби теперь очень богатая дама. Старые добрые времена остались в прошлом. В церковь их повезет личный шофер Даниила! Рейчел надела туфли на высоченных каблуках, и они с Либби спустились вниз, где их ждала машина. Плюхнувшись на сиденье, Рейчел открыла свою сумочку, достала косметику и приступила к делу.

– Ты такая бледная, – заметила Либби, а потом вспомнила: – Мы не пообедали!

Они слишком увлеклись разговорами!

– А я так даже и не завтракала, – ответила Рейчел и, достав из сумки шоколадный эклер, продолжила краситься. Благодаря основе для макияжа, которую она недавно открыла для себя, с ее лица исчезли веснушки. Ее рыжеватые ресницы вскоре стали черными и длинными, подчеркивая зеленый цвет ее глаз. Она добавила немного румян, накрасила губы помадой кораллового цвета и посмотрела в карманное зеркальце на свои слегка выпирающие зубы и небольшую щель между ними. – Я подумываю над тем, чтобы начать носить брекеты.

– Зачем?

– Просто. Ладно, лучше расскажи мне обо всех этих русских, – бросила Рейчел, расправляя свои длинные шелковистые локоны. – Женится Сева, друг Даниила из детского дома?

– Да, – кивнула Либби. – Хотя с твоей стороны будет очень любезно, если ты не станешь упоминать о таких вещах.

– Я умею быть тактичной!

– Иногда, – улыбнулась Либби.

– Расскажи мне о невесте.

– Ее зовут Наоми. Она была личным секретарем Севы в Нью-Йорке, но она сама из Лондона.

– Что она собой представляет?

– Я видела ее мельком, тогда она все еще работала на Севу. Мы как раз наслаждались нашим медовым месяцем. Ой, Аня тоже будет на свадьбе.

– Аня?

– Татания. – Либби назвала сценическое имя Ани и весело рассмеялась, когда Рейчел тихо взвизгнула от радости. Аня была из того же детского дома, что и Сева и Даниил, только она находилась там с матерью, которая работала в интернате поварихой. Теперь Аня была примой-балериной одной из российских трупп и сейчас приехала в Лондон с балетом «Жар-птица». Рейчел встречалась с ней во время ее последнего турне и очень хотела попасть на ее выступление.

– Как ты думаешь, она сможет достать билет для меня? – спросила Рейчел. – Аншлаг, все билеты разобраны.

– Возможно, но я сильно сомневаюсь. Аня не очень дружелюбная, – предостерегла ее Либби.

– Все равно стоит попробовать, – пожала плечами Рейчел. – А что со вторым другом Даниила? – Она попыталась вспомнить, что ей рассказывала Либби. Она говорила, что было четверо сирот, но Рейчел никак не могла запомнить их имена. – Николай?

– Нет! – поспешно ответила Либби. – Николай погиб. Он покончил жизнь самоубийством, когда ему исполнилось четырнадцать лет. Он подвергся насилию со стороны своего преподавателя.

– Ох!

Могло показаться, что история Николая ничуть не тронула Рейчел, но если бы Либби присмотрелась, она заметила бы тень, набежавшую на лицо ее подруги.

Да, были вещи, которые Рейчел не обсуждала, особенно со своей встревоженной беременной подругой, отправляясь с ней на торжественную церемонию венчания.

– Ты, наверное, подумала о Романе, брате-близнеце Даниила. Он… – Либби остановилась на полуслове и затихла.

– Опять схватки? – спросила Рейчел, когда они подъехали к церкви.

– Нет, – покачала головой Либби. – Может быть, – призналась она, когда Рейчел помогала ей выйти из машины. – Боже милостивый, Рейчел, не дай мне устроить сцену. Я тогда испорчу свадебную церемонию.

– Не испортишь. Я наброшу на тебя плащ или что-нибудь другое, – пошутила Рейчел. – Да ладно тебе, не переживай. Все будет хорошо.

Когда они с Либби входили в пышный старинный собор, вовсю звонили колокола, а журналисты фотографировали прибывающих гостей. Играл орган, а сама церковь изнутри утопала в белых розах. Рейчел последовала за Либби к скамье, находившейся недалеко от алтаря. Гости переговаривались друг с другом и с нетерпением поглядывали на входную дверь в ожидании невесты.

По правде говоря, Рейчел любила свадьбы, и она не сомневалась, что свадьба Наоми и Севы будет очень красивой.

Поскольку и Даниил, и Сева были очень привлекательными, Рейчел подумала, что гости со стороны жениха будут сплошь писаными красавцами.

Она повернулась и заметила хрупкую красивую женщину, которая скользнула на скамью позади них и тронула Либби за плечо.

– Либби.

– Аня, я так рада видеть тебя, – улыбнулась Либби. – А это моя подруга Рейчел…

– Аня! – воскликнула Рейчел и густо покраснела. Она была настоящей поклонницей Татании на протяжении многих лет и внимательно следила за ее карьерой. – Мне кажется, я смотрела ваши выступления по крайней мере раз десять… Даже двенадцать!

– Рейчел не преувеличивает, – вмешалась Либби. – Как только ты появляешься в Лондоне и у нее самой нет выступлений, она едет смотреть на тебя.

– В Париже я смотрела вашу «Спящую красавицу». И мне очень хотелось бы еще раз увидеть «Жар-птицу», – сказала Рейчел, но Аня отрицательно покачала головой.

– На следующей неделе наше последнее представление.

– Да, я знаю. Я не смогла достать билеты, – тяжело вздохнула Рейчел в надежде, что Аня придет на выручку своей коллеге.

– Они распроданы давным-давно.

Не получив желаемого, Рейчел повернулась и посмотрела перед собой. Она чувствовала, что Либби едва сдерживает смех из-за того, что Аня так холодно отнеслась к пожеланию Рейчел увидеть ее выступление, чем повергла ее подругу в глубочайшее уныние.

– Я тебе говорила, – сказала Либби.

– Говорила, – вздохнула Рейчел.

В ожидании невесты Либби попыталась обсудить планы своей подруги.

– Ты ведь знаешь, что на время декрета меня будет заменять другой преподаватель, – сказала Либби. – Но дело в том, что я постоянно ищу…

– Либби, – оборвала ее Рейчел. – Я не хочу преподавать.

– Тогда чем же ты займешься?

– Не знаю.

Вчера вечером мать задала ей тот же вопрос. Только она добавила что-то вроде: «Я ведь предупреждала, что нужно иметь что-нибудь для отступления».

Рейчел промолчала, но заскрежетала зубами. Она не сомневалась, что мать говорит не о том, что дочери следовало выбрать другую карьеру. Иви Кэрри привыкла искать поддержку у мужчин. Как правило, богатых. Она следила за тем, чтобы мужчина, с которым она встречалась, мог обеспечить ей образ жизни, к которому она привыкла.

В ее жизни была целая вереница приятелей и любовников. Некоторых хватало на выходные, некоторых на пару месяцев. Один выдержал несколько лет.

Он бросил ее мать две недели спустя после того, как Рейчел ушла из дома.

Сюрприз, сюрприз.

Рейчел отмахнулась от мрачных воспоминаний и попыталась сосредоточиться на будущем.

Она не нуждалась в поддержке со стороны и хотела самостоятельно строить свою жизнь.

В ближайшем будущем проблем с деньгами не возникнет. Они ей слишком тяжело дались, чтобы бездумно потратить их. Так что у нее будет немного времени что-нибудь придумать. Рейчел посмотрела на Либби и подумала, стоит ли ей делиться с подругой своей идеей.

– Я подумываю начать вести блог.

– Блог? – удивилась Либби. – Зачем?

– Не важно.

Скамьи понемногу заполнялись, но главным образом справа, где сидели гости невесты. И Рейчел внезапно осенило. Все потому, что жених был сиротой…

Либби рассмеялась, заметив, как поникла Рейчел.

– Я думала, в соборе будет полно соблазнительных русских, – вздохнула Рейчел.

– О, ты всегда можешь рассчитывать на Андре, – заметила Либби.

– Не получится. – Рейчел отрицательно покачала головой, подумав о друге Либби, с которым та училась в колледже и иногда спала. – Разве я не говорила тебе? Он встретил какую-то девушку, и у них все серьезно.

– Да ты что?

– Ага, – кивнула Рейчел. – Они собираются пожениться через две недели.

– Почему мне никто ничего не сказал?

– Так получилось.

– Ну, на этой свадьбе ты не захочешь появиться, – сказала Либби.

Рейчел промолчала и не стала говорить подруге, что не сможет не пойти на эту свадьбу. Она сосредоточилась на церковной службе и сознательно попыталась не думать об Андре.

– Так на ком он женится? – спросила Либби, и Рейчел вдруг захотелось, чтобы у ее подруги начались схватки, чтобы наконец появилась невеста, чтобы что-то случилось, что могло бы избавить ее от необходимости отвечать.

Она не хотела говорить на эту тему.

В шкафу семьи Кэрри было больше скелетов, чем на кладбище.

– Рейчел? – Либби легонько толкнула ее, ожидая получить ответ, но, к счастью, среди гостей начался какой-то переполох. Даниил повернулся к Севе и сказал ему что-то на русском языке. Сначала Рейчел подумала, что приехала невеста, поэтому повернулась в сторону входной двери.

О небо!

Неужели этот шикарный мужчина думал, что может проникнуть в церковь незамеченным?

Высокий, с волнистыми, черными как смоль волосами, он привел присутствующих в замешательство одним своим появлением. Все головы были повернуты в его сторону.

– Кто это? – спросила Рейчел, и ее голос вдруг стал немного сиплым.

– Не знаю, – с недоумением пожала плечами Либби. – Может, это… – Она замолчала, и Рейчел, проследив за ее взглядом, увидела потрясенных Даниила и Севу.

Потом жених и его свидетель нарушили протокол и пошли по проходу вниз, направляясь к таинственному незнакомцу. Гости встали со своих мест, пытаясь разглядеть, куда они идут. Рейчел поднялась на носочки, но ничего не увидела.

– Что происходит? – спросила она.

Либби, единственная, кто не обращал внимания на происходившее.

– Опять, – простонала она и вцепилась в скамью.

– Держись. Следующая будет не скоро, – спокойно сказала Рейчел, пытаясь поддержать свою подругу. Она сама испугалась, но не подавала виду.

– Невеста приехала, – продолжала комментировать Рейчел, пытаясь отвлечь Либби. Она подумала, что теперь, когда появилась Наоми, порядок свадебной церемонии восстановится, но нет. Жених взял свою будущую жену за руку и представил ее своему мистическому гостю.

Просто захватывающее, необыкновенное начало свадьбы, особенно когда жених и невеста слились в страстном поцелуе, правда, не в той стороне собора.

– Сева идет со своей невестой, – сказала Рейчел. – И мне кажется, что…

Она замолчала, потому что Даниил подвел этого восхитительного незнакомца, чтобы усадить рядом с ними.

Он был таким высоким и широкоплечим, что Либби, которая хотела оставить за собой место поближе к проходу на случай, если ей придется экстренно покинуть церемонию венчания, пришлось вжаться в скамью, чтобы пропустить его.

Рейчел сделала то же самое и уловила древесный аромат его духов, когда он занял место рядом с ней.

О небо!

Наверное, это Роман.

Хотя нет, не похоже. Хоть этот парень и был высоким и темноволосым, в остальном никакого сходства с Даниилом Рейчел не заметила. Ведь Даниил с Романом были близнецами?

– Либби, – сказал жене Даниил, пока священник призывал к порядку и попросил жениха выпустить невесту из своих объятий, чтобы они могли начать церемонию. – Это Николай, он будет сидеть с вами.

Рейчел подумала, что теперь вообще ничего не понимает.

– Не дайте ему уйти, – добавил Даниил, и Рейчел подавила улыбку.

О, она с превеликим удовольствием не выпустит его из своего поля зрения.

Гости поднялись с мест, когда Сева и Наоми, держась за руки, пошли по проходу к алтарю. Рейчел озадаченно смотрела перед собой и пыталась сообразить, что же произошло.

Она повернулась и посмотрела на стоявшего рядом мужчину.

У него были черные волнистые волосы и темно-карие глаза. Он не повернулся к Рейчел, хоть и видел, что она проявляет любопытство к его персоне.

И Либби снова оказалась права – Рейчел иногда вела себя не очень тактично.

– Простите, – нахмурилась она, буравя его взглядом. – Но я теперь вообще ничего не понимаю. Разве вы не умерли?

Глава 2

Николай не ответил на ее вопрос.

Но то, что Сева подумал, что он умер, потрясло его до глубины души.

Обменявшись со своими друзьями парой слов, Николай узнал, что Сева и Даниил думали, что он покончил жизнь самоубийством, и Сева винил в произошедшем себя.

Николай только осознал, что, сам того не желая, взвалил на своего друга бремя вины, и у него не было настроения отвечать на вопросы мисс Любопытство.

– Меня зовут Рейчел, – сказала она.

– Мне кажется, от нас ждут, что мы будем следить за церемонией, – бросил Николай.

Рейчел хотелось извиниться, вдруг ему захочется еще что-нибудь сказать. Ее взволновал его глубокий низкий голос, сдобренный таким акцентом, что у нее бежали мурашки по коже. Рейчел повернулась к Либби, и они сконфуженно посмотрели друг на друга.

У них возникло столько вопросов, но не было времени, чтобы ответить на них, потому что начался первый гимн.

Рейчел заметила, что у мужчины нет программки с порядком проведения церковной службы.

– Вы можете смотреть в мою, – великодушно заявила она и протянула ему листочек.

Николай подумал, что его соседка похожа на жужжащую осу.

Ему хотелось одного – просто посмотреть церемонию и удалиться.

И он так и сделает.

И тогда не придется выслушивать вопросы.

Или, что еще хуже, отвечать на них.

– Ты в порядке? – услышал он, а потом понял, что вопрос относится не к нему.

– Могло быть и лучше! – мрачно ответила Либби. – Рейчел, подойди ко мне ближе.

И тут Николай почувствовал, точнее услышал тихий смех стоявшей рядом с ним женщины. Это была несколько странная и неожиданная реакция в сложившейся ситуации, и Николай почти улыбнулся. Он вдохнул аромат духов Рейчел и подумал, что похожее благоухание витает летом над цветочной долиной. Тогда Николай решил, что эта женщина больше похожа на пчелу, и понадеялся, что она не ужалит его.

Он посмотрел на бледные руки, державшие листок у него перед глазами. В том, что она делала, не было никакого смысла, потому что ни один из них не пел.

– У нее схватки? – спросил Николай.

– Да, – кивнула Рейчел. Гимн закончился, и они снова присели на скамью. – Но они с большим интервалом.

Край ее платья чуть приподнялся, когда она села, и Николай мельком глянул на ее белые веснушчатые бедра. Она заерзала и принялась поправлять свое платье, натягивая его чуть ниже на колени.

Затем она полезла в свою сумочку и, достав оттуда несколько конфет, протянула одну Либби, но та молча покачала головой.

Николай смотрел, как она повернулась и протянула конфету ему.

– Мы не в кино, – подчеркнул он. Но опять его так и подмывало улыбнуться. Ее поведение было немного неуместным, но в ее компании было интересно, тогда как другие гости просто смотрели перед собой.

Николай не был частым гостем на свадьбах. Он вел такой образ жизни, при котором можно было ограничиться поверхностными знакомствами. Но он был очень рад, что пришел на свадьбу к своему другу и увидел его счастливым в любви, даже если Даниил с Севой разоблачили его.

Присутствующие поднялись для следующего гимна.

– О, я знаю этот гимн, – сказала Рейчел и начала петь громко и не попадая в ноты.

Она была ужасной повитухой, потому что во время второго куплета у Либби снова начались схватки, а ее подруга, кажется, и не заметила.

Он подсчитал их.

Рейчел оказалась права, схватки были с большими промежутками.

Но все же…

– У вашей подруги схватки, – сказал Николай.

– Я знаю! – зашипела Рейчел, когда они снова присели, а молодожены прошли в ризницу, чтобы поставить свои подписи в реестре. – Почему, по-вашему, я пела так громко? Я пыталась отвлечь внимание окружающих от ее стонов.

Ей не нужно было петь, чтобы привлечь внимание к себе. Даже если бы он сидел в самом последнем ряду церкви, она все равно притягивала бы его взгляд. Николай заметил ее еще на улице, когда она выходила из машины. Он обратил внимание на ее длинные ноги и копну рыжих волос.

Заиграла арфа, просто ужасно, и Рейчел заглянула в программку и увидела, что это двоюродная сестра Наоми проводит все собрание через ад.

– Упс, – сказала она, когда арфистка в очередной раз взяла не ту ноту.

– У вас еще остались конфеты? – спросил Николай.

– Полно. – Она улыбнулась, порылась в сумочке и протянула ему две конфеты.

Николай развернул шуршащую обертку и забросил конфету в рот. Она оказалась хрупкой, с мягкой начинкой и невероятно вкусной.

– Знаете, почему я люблю эти конфеты? – прошептала Рейчел. – Они прилипают к зубам, и позже можно обнаружить кусочек и дожевать.

Он повернулся к ней и впервые за все это время посмотрел ей в глаза.

Николай пристально разглядывал ее, и когда его взгляд скользнул по ее губам, Рейчел густо покраснела.

– Я подумываю начать носить брекеты, – заметила она, чтобы хоть что-то сказать.

– Не стоит.

– Невидимые, – уточнила она.

– Зачем портить такой потрясающий рот? – спросил Николай.

О, она действительно была ужасной повитухой, потому что ей хотелось схватить его за руку и сбежать.

Он был великолепен.

Рейчел очень хотелось увидеть его улыбку, но он не улыбнулся в ответ, а она не нашлась, что сказать.

Зазвонили колокола, и молодожены направились к выходу из церкви.

Проходя мимо них, Даниил встревоженно посмотрел на свою жену.

– Я в порядке, – сквозь зубы процедила Либби.

– Она врет, – буркнула Рейчел.

Вскоре все гости высыпали на ступеньки собора для фотосессии. Николай решил, что настало время уйти. Тихо и незаметно.

Да, у Севы были вопросы, и он заслуживал получить на них ответы, но сегодня не время для подобных разговоров, и как только фотограф позвал всех выстроиться на ступеньках, Николай направился прочь в надежде исчезнуть в толпе.

– Эй!

Он услышал цокот каблучков за спиной и уже знал, кого увидит, когда обернется.

Это жужжала его пчела.

– Вы не можете вот так просто взять и уйти!

– Почему же? – спокойно возразил Николай.

– Вам придется остаться, – сказала она. – Меня попросили не отпускать вас, а я отношусь к своим обязанностям подруги жены свидетеля очень ответственно.

Николаю не было никакого дела до ее обязанностей, и он развернулся и снова продолжил свой путь.

– Это будет несправедливо по отношению к Севе, если вы уйдете, – выдохнула Рейчел, и Николай застыл на месте.

– Его свадьба не самое подходящее место для обсуждения некоторых вопросов.

– Но он получит от нее больше удовольствия, если вы останетесь.

Он медленно развернулся и, глянув на толпу, собравшуюся на ступеньках собора, увидел направленный на него взгляд Севы. Кажется, его друг думал о том, не собирается ли Николай исчезнуть снова.

– Ладно, – уступил Николай. – Я останусь на банкет, но потом уйду.

– Куда?

– Вернусь в свою жизнь.

Рейчел разбирало любопытство. Николай говорил со слишком сильным акцентом, что свидетельствовало о том, что Лондон не был его местом жительства.

– А где находится ваша жизнь? Где вы живете?

– Подолгу нигде. Мне не нравится слишком привязываться к какому-нибудь месту или человеку.

Он посмотрел на Рейчел, и его взгляд говорил о том, что он не хочет продолжать этот разговор.

Она уступила.

– Вот и Либби. – Рейчел помахала рукой своей подруге, которая выискивала ее в толпе.

– Вот вы где, – улыбнулась Либби. – Николай, Сева хочет, чтобы вы тоже были на фото.

Николай кивнул и направился к собору. Рейчел и Либби смотрели, как трое мужчин встали на ступеньки церкви. Сначала с ними сфотографировалась Наоми, а потом фотограф позвал Либби. Рейчел смотрела, как Либби тяжело взбирается по ступенькам, широко улыбаясь в камеру. Затем женщины отошли в сторону, и фотограф запечатлел троицу друзей. Рейчел посмотрела вправо от себя и заметила Аню.

– Жаль, что с ними нет четвертого, – сказала она и увидела, как нахмурилась Аня. – Я имею в виду Романа, – уточнила Рейчел.

– Если бы он был здесь, возникли бы проблемы, – пожала плечами ее собеседница. – Уж он постарался бы.

– Но все равно, было бы здорово, если бы Даниил нашел своего брата-близнеца.

– Некоторые люди не хотят, чтобы их находили! – резко возразила Аня. – И Даниилу придется принять этот факт.

– Но это его брат-близнец.

– И что? – пожала плечами Аня. – Иногда некоторые вещи приходится оставить в прошлом.

Глядя на удаляющуюся Аню, Рейчел подумала, что та действительно очень неприветливая. Если бы она не видела ее танцующей, она подумала бы, что Аня не способна на чувства.

Но Рейчел видела ее выступление и мечтала увидеть это волшебство еще раз.

Николай ехал в машине с Рейчел и Либби, которая сказала ему, где будет проходить свадебный банкет.

– Ваш муж купил эту гостиницу в прошлом году? – спросил Николай.

– Да, – улыбнулась Либби. – Значит, вы следили за ним?

– Немного, – признал Николай. Он бросил взгляд на Рейчел и увидел, что она подкрашивает губы. Когда она заговорила, Николай облегченно вздохнул, поняв, что ее мысли заняты более важными вещами, чем попытками получить о нем хоть какие-то сведения.

– Думаешь, мне следует просто попросить ее? – обратилась она к Либби. – Может, я говорила слишком завуалированно?

– Рейчел, – лукаво улыбнулась Либби, – думаю, никто не сможет обвинить тебя в излишней тонкости. – Она повернулась к Николаю и объяснила ему суть дела: – Рейчел до смерти хочется посмотреть «Жар-птицу», но билеты проданы. Она надеется, что Аня…

– Аня? – перебил ее Николай. Похоже, ему было знакомо это имя.

– Мне кажется, она была дочерью поварихи в детдоме, – кивнула Либби. – Ее сценическое имя – Татания, и сейчас она танцует ведущую партию балета «Жар-птица». Она стояла позади вас в церкви.

– Она будет на банкете? – спросил Николай.

– Да, – кивнула Либби. – Но задержится ненадолго, у нее сегодня выступление.

– И я собираюсь попросить у нее билеты на выступление на следующей неделе, – добавила Рейчел, когда машина подъехала к гостинице. – Просто наблюдайте за мной.

Он наблюдал!

Когда гости начали рассаживаться за столики, оказалось, что Николаю отвели место между Аней и еще одним гостем, но Рейчел без зазрения совести достала свою ручку и изменила порядок вещей, так что Николай теперь оказался за столиком рядом с ней.

– Мы не можем допустить, чтобы вы сидели с незнакомыми людьми.

Пока гости ожидали приглашения в банкетный зал, им предложили угощение из канапе и шампанского. Николаю нравилось, что внимание Рейчел было целиком поглощено ее подругой. Он оценил то, что эти женщины не пытались выведать у него какую-нибудь информацию. Хотя, вероятней всего, их мысли были поглощены более важными делами.

– Как ты себя чувствуешь?

– Я в порядке, – улыбнулась Либби, взяв у официанта стакан минеральной воды. – Схваток не было с тех пор, как мы покинули церковь.

– Возможно, это была небольшая разминка перед тем, что случится на следующей неделе, – заметила Рейчел.

– Вы позвонили своему доктору? – спросил Николай, и Рейчел озадачило то, что он вмешался в явно девчачий разговор.

– Не думаю, что в этом есть необходимость, – вежливо улыбнулась Либби. – А вы как считаете?

– На вашем месте я бы позвонил.

– Уверена, с тобой все будет в порядке, – сказала Рейчел и метнула на Николая взгляд, призывавший его не беспокоить ее подругу. В ответ Николай просто пожал плечами.

– В любом случае, давайте воздержимся от разговоров о детях, – попыталась отвлечься Либби. – Рейчел, ты так и не сказала мне, на ком женится Андре.

И только теперь, впервые за все это время, Николай увидел, что Рейчел стало немного не по себе.

– Я не хочу говорить о нем.

– Да ладно тебе, – давила на нее Либби. – Я ничего не слышала об их свадьбе. Так кто она?

– Просто девушка, которую он встретил, когда мы были на гастролях.

– И ты не хочешь идти на эту свадьбу, не так ли? – уточнила Либби. – Было бы чертовски неловко, ведь вы с ним…

– Либби, – резко отрезала Рейчел. – Давай оставим этот разговор.

Николай видел, даже чувствовал, какой дискомфорт испытывает Рейчел. Она чуть ли не набросилась на проходящего мимо них официанта, протянула ему свой бокал и попросила еще шампанского.

Ей дали другой бокал, и она с благодарностью сделала маленький глоток. Николай вопросительно глянул на нее, но, к счастью, их пригласили войти в банкетный зал.

Зал выглядел просто потрясающе.

Убранный в разные оттенки белого, от роскошных белых роз до белоснежных скатертей, он являл собой идеальную картинку. В воздухе витал аромат духов и запах цветов. Когда Либби, Рейчел и Николай заняли свои места за столом, к ним присоединилась Аня.

– Аня! – поднялся Николай и поцеловал ее в щечку. – Рад тебя видеть. Слышал, у тебя все отлично.

– Да, – ответила Аня, и Николай краем глаза заметил улыбку, которой обменялись Либби и Рейчел, отмечая заносчивость известной танцовщицы.

Угощение было на славу, по крайней мере, для тех, кто его попробовал.

Либби боялась рискнуть и ограничилась минеральной водой, Аня тоже едва притронулась к еде. Зато Рейчел и Николай уплетали за обе щеки.

– Такое счастье, что мне не приходится следить за своим весом, – простонала Рейчел, когда принесли основное блюдо, говядину по-веллингтонски.

Аня встретила перемену блюд без особого энтузиазма и поспешно отодвинула свою тарелку.

– Что-то не так? – спросил официант.

– Все в порядке, – ответила Аня.

Николай, извинившись перед Либби и Рейчел, заговорил с Аней по-русски. Ему понравилась их беседа, потому что его собеседница была настолько поглощена собой, что ничего не спрашивала о нем самом.

– Я собираюсь уйти, как только закончится торжественная часть, – пояснила Аня.

– Как давно ты поддерживаешь связь с Даниилом?

– С тех пор, как несколько месяцев назад он с Либби пришел на одно из моих выступлений.

– А что насчет Севы?

– Я не очень хорошо знаю его.

– А Рому?

Аня пожала плечами.

– Я не провожу время в поисках людей из интерната, где работала моя мать. – Она посмотрела на Рейчел, которая бросала на них хмурые взгляды из-за того, что они игнорировали ее, говоря между собой по-русски. – У тебя появилась поклонница.

– Я вижу, – ответил Николай. Удивительным было то, что он сам очень быстро становился поклонником Рейчел.

– А как у тебя дела? – спросила Аня.

– Все хорошо.

– Рада слышать.

– Аня… – вмешалась Рейчел. – Я хочу сказать, что…

– Мне нужно выйти, – шепнула Либби.

– Мне пойти с тобой? – предложила Рейчел.

– Рейчел, – с укором посмотрела на нее подруга. – Тебе не нужно водить меня за ручку. Я справлюсь.

– Так вы видели мои выступления? – снизошла к Рейчел Аня.

– Много раз, – кивнула та. – Я несколько раз смотрела «Жар-птицу» до того, как вы начали танцевать в ней главную партию. Я места себе не нахожу, что Либби была на вашем выступлении, а я не смогла.

– Вера тоже огорчилась, – фыркнула Аня.

– Вера?

– Бывшая солистка.

– Я приехала, чтобы увидеть еще одно ваше выступление, – сказала Рейчел. – Я даже написала статью о нем.

– Для кого? – поинтересовалась Аня.

– Для себя.

Услышав ее ответ, Аня потеряла к ней всяческий интерес. Она повернулась к Николаю и продолжила разговор на английском.

– Ты должен прийти и посмотреть на меня.

Вот как, значит, для него билет нашелся!

– Я не интересуюсь балетом, – бросил Николай.

«Как же они грубы друг с другом!» – подумала Рейчел.

– Вам следует согласиться, – прошипела она. – Вы могли бы дать этот билет мне!

– Билеты, – поправил ее Николай.

– Давайте, дразнитесь.

Либби вернулась на свое место и нервно заерзала.

– Ты не думаешь, что нам следует воспользоваться советом Николая? – спросила Рейчел, но Либби взглядом призвала ее замолчать.

– Начинается торжественная часть, – заметила Либби.

Первым выступил отец невесты, и, по мнению Рейчел, его речь была очень скучной. Затем наступила очередь Севы, который сказал тост в честь родных и друзей и поднял бокал, посмотрев в сторону Николая. Рейчел почти не слушала его, потому что все ее внимание было приковано к тяжело дышавшей Либби. Но когда поднялся Даниил, чтобы сказать речь свидетеля жениха, Рейчел поймала себя на том, что прислушивается к каждому его слову, потому что муж Либби немного вспомнил свое прошлое и детский дом, где они росли. Рейчел хотелось больше узнать о человеке, который сидел рядом с ней. Он очаровал ее. И дело не в его привлекательной внешности, Николая окружала какая-то тайна, и Рейчел интриговало то, что все эти годы он держался в тени.

– Нас было четверо детей-сирот, – пояснил Даниил. – Сева приглядывал за всеми нами. Он учил нас, когда нужно бросаться в спор, а когда избегать его. Он читал нам книжки. Иногда это были книги по садоводству или кулинарии, потому что ничего другого не попадалось. Однажды кто-то из воспитателей забыл на работе книгу эротических рассказов… – Все гости дружно рассмеялись, когда Даниил рассказал, на какие ухищрения они шли, чтобы уговорить Севу перечитать эту книгу еще и еще раз.

Рейчел глянула на Николая, но выражение его лица оставалось непроницаемым, даже когда Даниил поделился их тогдашней мечтой обрести семью.

Неужели Николай умел мечтать?

– Рейчел… – привлекла ее внимание Либби, и Рейчел вспомнила, для кого, собственно говоря, она здесь находится.

– Ты в порядке?

– Нет! – выдавила ее беременная подруга. – Выйди за мной через несколько секунд, но, Рейчел, пожалуйста, так, чтобы никто ничего не заметил.

– Ладно.

Рейчел посмотрела на Аню, которая с безразличным видом снимала с мусса шоколадную стружку и пыталась не есть ее.

Рейчел проводила взглядом свою подругу и начала подниматься с места, когда услышала глубокий, низкий голос своего соседа:

– Вы взяли с собой перчатки?

– М-м-м… нет.

– Зато вы взяли ириски, – насмешливо заметил он.

– Представьте, – огрызнулась Рейчел. – Она может сжать их в зубах, чтобы не кричать.

– Вам лучше идти.

Рейчел поднялась и, склонившись над ним, шепнула ему на ухо.

– Если услышите крики – это буду я. – С этими словами она незаметно вышла из зала.

Но для Николая ее уход был очень даже заметным.

Когда она склонилась над ним, его щеки коснулась прядь ее рыжих волос. Николаю казалось, что он все еще чувствует ее аромат. Он смотрел, как она поправила платье на бедрах и исчезла за дверью на своих высоченных каблуках.

Было бы глупо с его стороны увлечься кем-нибудь, даже на одну ночь. Женщины приходили и уходили из его жизни, не оставляя следа, но Рейчел была связана с людьми из его прошлого, поэтому он не хотел лишних проблем.

Заметив уход жены, Даниил закончил свою речь. Вскоре должны были начаться танцы.

– Мне нужно идти, – заявила Аня. – Можешь проводить меня.

Он с радостью согласился, потому что поздравительные речи закончились, и значит, Сева будет искать его, чтобы поговорить. Николай подумал, что у него появился повод ускользнуть незамеченным.

Они с Аней вышли из зала и увидели Рейчел, прижимавшую к себе Либби, и Даниила с телефоном в руках.

– Он звонит в больницу, – объяснила Рейчел, хотя ее никто ни о чем не спрашивал. – Его водитель уже в пути.

– А я позвоню своему, – сказала Аня и достала свой телефон.

«Какие же они сдержанные», – подумала Рейчел. На их месте большинство из ее знакомых уже носились бы в панике, не зная, что и предпринять.

Даниил чуть побледнел, а Николай и Аня болтали по-русски, не замечая стонущую от боли беременную женщину.

– Часто вспоминаешь прошлое? – спросила Аня.

– Я делаю все возможное, чтобы не думать о нем, – ответил Николай. – Почему Сева подумал, что я погиб?

– Через несколько недель после твоего побега из реки достали утопленника. Твоя сумка была найдена чуть выше по течению, в ней был деревянный кораблик и та книжка с эротическими рассказами…

Николай сглотнул.

– Сева был в отчаянии. Он винил в произошедшем себя.

– Но почему?

– Такое случается, когда твой лучший друг бросается в холодную реку вместо того, чтобы признаться, что случилось что-то неладное.

Разговор был непростой, но он не казался таким для постороннего человека. Рейчел не могла поверить, как эти двое могут оставаться такими спокойными, видя, что происходит с Либби.

– Твои друзья очень странные, – заметила Рейчел, поглаживая подругу по спине.

– Я знаю, – вздохнула Либби. Она улыбнулась Рейчел, когда Аня махнула им рукой и пошла к своей машине.

– Либби, надеюсь, все пройдет благополучно, – сказала Аня, садясь в машину.

Либби кивнула, но стоило Ане исчезнуть с их поля зрения, она презрительно фыркнула.

– Бессердечная стерва, – буркнула она, и Рейчел не поверила своим ушам.

– О боже! – воскликнула Рейчел. – Начинается, да? В одном из шоу я видела, что беременные начинают ругаться, когда… – Она замолчала, посмотрев на Даниила, который махал рукой своему водителю, застрявшему на светофоре, призывая его поторопиться. И с недоумением посмотрела на Николая, который собрался вернуться обратно в зал.

– Николай, – позвала она его. – Идите сюда.

Он подошел.

– Как вы можете вот так взять и уйти? – возмутилась Рейчел.

– Уверен, Либби предпочла бы…

– Какая разница, что она может предпочесть, – оборвала его Рейчел. – Мне может понадобиться помощь.

– Вы чувствуете схватки? – тихо спросил он Либби.

– Нет.

– Тогда у нее есть куча времени до появления ребенка, – сказал Николай, обращаясь к Рейчел.

Он спокойно стоял рядом с ними, с немного скучающим видом, пока не подъехал водитель Даниила, а потом спросил:

– Как далеко отсюда больница?

– В пяти минутах езды, – ответила Либби. – Если не будет пробок!

Дороги были забиты машинами.

– Вы справитесь, – сказал Николай.

Даниил, казалось, разделял его мысль и отрицательно покачал головой, когда Рейчел предложила поехать вместе с ними.

– В этом нет никакой необходимости.

– Но что, если она начнет рожать прямо на дороге? – запротестовала Рейчел.

– Рейчел, сколько раз ты принимала роды? – спросил Даниил.

– Ни разу.

– А ты, Николай?

– Два раза, – улыбнулся он в ответ, заметив, как Рейчел надула губы. – Вы хотите, чтобы я поехал с вами? – предложил он.

– Бог мой, конечно нет! – крикнула Либби.

– В таком случае дай мне знать, когда она родит, – попросила Даниила Рейчел. – И не смотри на время!

– Конечно, – кивнул Даниил, забираясь в машину вместе с женой.

– Вы лишили это событие всякой драмы, не так ли? – с упреком сказала Рейчел.

И тогда она получила его улыбку.

Во все лицо.

Каким же красивым был этот мужчина! А его улыбка впервые за все это время открывала для нее доступ в его личное пространство. Рейчел стояла там, на оживленной улице, но вместе с тем один на один с Николаем и улыбалась в ответ.

– Как так получилось, что вы принимали роды целых два раза? – шагнув к нему, спросила Рейчел. – Вы доктор?

– Нет.

– Медбрат?

– Только не это.

– Тогда каким?…

– Я работал на корабле, – ответил он. – Первого ребенка я принимал у безбилетной пассажирки, которая не хотела признаться, что беременна, и у нее не было страховки.

– Боже мой! – Рейчел решила, что этот мужчина необыкновенно интересный. – И что случилось потом?

– Мать и младенец чувствовали себя в полном порядке.

– А второй раз? Тоже безбилетная пассажирка?

– Нет, она была моей коллегой и не знала, что беременна. Ребенок родился недоношенным.

– Он выжил?

– Да.

Рейчел хотелось выведать больше информации, но Николай не счел нужным делиться ею.

Он видел, что Рейчел сгорает от нетерпения и любопытства, и снова улыбнулся. О, его губы манили ее словно магнит, потому что стоило им чуть дрогнуть в улыбке, и Рейчел сделала еще один шаг вперед.

– Я все равно все узнаю, – предупредила она.

– Нет, – просто ответил он. – Вряд ли у вас получится.

– Только посмотрите, какой упорной я могу быть.

– Я уже смотрю.

Она была высокой. Для балерины такой рост был сущим наказанием, но в данный момент он радовал Рейчел, потому что на своих высоких каблуках ее глаза оказались на уровне глаз Николая. Когда она приблизилась к нему чуть ли не вплотную, Николай не сдвинулся с места. Редкий мужчина не был смущен в присутствии Рейчел, когда она надевала маску соблазнительницы.

Николай в отличие от остальных мужчин не выказал ни тени смущения.

– Наверное, уже начались танцы, – заметила Рейчел.

– Возможно.

– Так вы пригласите меня на танец?

Рейчел любила флиртовать и делала это очень умело, но быстро поняла, что не идет ни в какое сравнение с Николаем. Она ожидала, что он пожмет плечами, скажет что-нибудь или даже согласится потанцевать с ней. Ответ Николая оказался очень прямолинейным.

– Мне необязательно приглашать. – Он взял ее за руки и, положив их себе на плечи, обнял ее за талию. – Не так ли?

Они стояли на улице, на красной ковровой дорожке, ведущей к гостинице, и Рейчел попыталась качнуться в такт музыке, которой не было слышно, но Николай держал ее так крепко, что все, что она могла, это смотреть ему в глаза.

По его ответному взгляду Рейчел поняла, что никогда раньше не встречала человека, который мог бы сравниться с Николаем в том, что касалось зрительного контакта. Его взгляд не был навязчивым и не вызывал неловкости, и их глаза начали рассказывать друг другу свои секреты.

Взгляд Николая говорил о желании, а она отвечала, что Николай может поцеловать ее.

Пожалуйста.

Но он даже не шевельнулся.

Вместо этого его глаза сказали ей, что он заставит ее повременить с удовольствиями.

Она вытянула губы, совсем чуточку, но Николай тут же отстранился.

Рейчел ощущала тепло его рук, но ничто, ничто не могло сравниться с жаром, разливавшимся внизу ее живота. Может быть, оно и хорошо, что они не поцеловались, потому что в противном случае она тут же вспыхнула бы.

– Нам следует вернуться в зал, – сказал Николай.

– Зачем? – Рейчел больше нравилось оставаться с ним наедине. – Я больше не ребенок, за которым нужен присмотр.

– Нам нужно поговорить.

– А мне показалось, что вы не расположены к разговорам.

Обычно так оно и было. Их губы почти касались друг друга, но Николаю хотелось не только ощутить их вкус, но услышать, что скажет его чарующая собеседница.

– Я хочу поговорить о вас. Хочу знать, на ком все-таки женится этот Андре.

Рейчел улыбнулась. Значит, несмотря на кажущееся безразличие, он все-таки внимательно слушал их с Либби разговор.

– Это не совсем справедливо, – шутливо сказала она. – Почему я должна рассказывать вам о себе, когда я ничего не знаю о вас?

– А я не играю по правилам, – ответил он, заставив ее сердце биться сильнее. – Ну же, пойдем обратно.

– Там очень шумно, – возразила Рейчел, которой хотелось уединиться с ним, а не оказаться посреди толпы. – Не очень удобно для разговоров.

– Мы что-нибудь придумаем, – ответил Николай. – Нам просто нужно держаться поближе друг к другу.

Глава 3

Николай взял Рейчел за руку, и они направились обратно в зал.

Музыка действительно уже играла, и, хотя Николаю хотелось получить физическое удовлетворение, он также испытывал потребность в другой близости с Рейчел.

Он не привык к тому, что кто-то может быть настолько интересным, что ему захочется узнать больше об этом человеке. Отношения Николая с другими людьми носили, как правило, поверхностный характер, но эта женщина каким-то образом сумела заинтриговать его не меньше, чем он ее.

Он вел ее в тускло освещенный угол зала, а Рейчел думала о том, что не понимает, с чего ей вдруг захотелось рассказать ему то, чем она не смогла поделиться со своей лучшей подругой. Может быть, в отличие от Либби, Николай заметил ее смущение, когда зашла речь о свадьбе Андре. Рейчел ничуть не винила свою подругу, потому что в этот вечер все ее мысли были заняты абсолютно другими вещами. И вместе с тем Рейчел не могла представить, как отреагирует Либби, если узнает, что Андре женится на ее двоюродной сестре Шоне.

Рейчел не хотела увидеть отвращение на лице подруги.

А вдруг Николай отреагирует точно так же?

Кто знает.

Но вместе с тем было бы здорово оценить сложившуюся ситуацию глазами постороннего человека. Она устала, пытаясь справиться с ней самостоятельно.

Николай подозвал официанта и попросил две чашечки кофе, которые принесли с двумя кусочками свадебного торта.

Рейчел понравилось, что Николай не торопит ее с признаниями, а просто смотрит, как она снимает марципаны с верхушки торта.

– Вы не любите их?

– Нет.

Он взял марципан с ее тарелки и разорвал его пополам своими длинными пальцами, и Рейчел подумала, что если она передумает и скажет, что любит это лакомство, то просто для того, чтобы он поднес его к ее губам.

Николай был невероятно привлекательным, но не только внешне, Рейчел нравились его взвешенные движения и то, как он смотрел ей в глаза. Вместо того чтобы расспросить об Андре, он перевел разговор на саму Рейчел:

– Вы профессиональная танцовщица?

– Да, – кивнула Рейчел. – Ну, вообще-то я недавно ушла из труппы. Мы, танцоры, ужасно быстро стареем…

– И сколько вам лет?

– Девятнадцать, – ответила Рейчел и посмотрела на него, чтобы посмотреть, удалась ли ее маленькая шутка, и увидела, что его губы дрогнули в улыбке. – Мне тридцать два. А вам?

– Тридцать один.

– И вы совсем не мертвый.

– Не-а.

– Я так рада.

– Я тоже, – невесело улыбнулся Николай.

– Вы будете поддерживать с ними отношения? – спросила Рейчел. – Теперь, когда?…

– Не думаю, – оборвал ее Николай. – Я здесь всего на один вечер.

Она хотела возразить, но не считала себя вправе. По правде говоря, она ощущала странное успокоение от того, что завтра его уже не будет в Лондоне. Рейчел могла поделиться с ним правдой и больше никогда не встретить его в своей жизни.

– Так почему же вы не хотите идти на свадьбу к этому Андре? – спросил Николай и встретил задумчивый взгляд Рейчел. – Если не хотите, можете не отвечать.

– Нет, все в порядке. Просто… история немного неприятная. Дело в том, что жених – это мой бывший парень.

– Понятно.

– А невеста – моя двоюродная сестра.

Рейчел ожидала, что он удивится или возмутится, но он спокойно смотрел на нее, ожидая продолжения.

– Мы порвали с ним два года назад, а будущие молодожены познакомились несколько месяцев назад. Моя тетя Мэри и моя двоюродная сестра Шона приехали, чтобы посмотреть мое выступление в Сингапуре. Потом они поднялись за кулисы, где я их и познакомила.

– Понятно.

– Нет, – возразила Рейчел. – Вы ничего не поняли. Он танцор… мы вместе ездили на гастроли. Мы только вернулись из продолжительного турне по Австралии…

– Вы все еще любите его?

– Не то чтобы, – ответила Рейчел. – Но время от времени мы… – Она сделала паузу, и Николай кивнул в знак того, что понял, что они с Андре продолжали спать вместе.

Она не могла объяснить ему, каково это – постоянно чувствовать себя чужаком в каком-то новом городе. Ты танцуешь целый день, но когда остальной мир погружается в сон, не можешь сомкнуть глаз.

– Какое-то странное чувство одиночества, – вздохнула она.

– Могу себе представить.

Его понимание без осуждения было как глоток свежего воздуха.

– Конечно, мы больше не будем заниматься подобными вещами, – поспешно добавила Рейчел, и Николай заметил, как покраснела ее шея. Он подумал, что его собеседница скрывает еще кое-что, но не стал торопить ее с признаниями.

– Ваша сестра знает, что вы с Андре были любовниками?

– Она знает, что мы когда-то встречались. Просто я не видела необходимости посвящать Шону в свою личную жизнь. – Она шумно выдохнула. – Я просто не могу успокоиться. Может быть, ему просто нравятся бледные рыжеволосые женщины.

– Знаете, меня тоже вдруг потянуло к бледнолицым и рыжеволосым, – заметил Николай.

– Тогда вы должны познакомиться с моей двоюродной сестрой!

Они улыбнулись друг другу из-за того, что Рейчел смогла пошутить по поводу того, что причиняло ей боль.

– Почему вы расстались? – спросил Николай и заметил, как с лица Рейчел исчезла улыбка. Ему показалось, что женщина колеблется, отвечать на поставленный вопрос или нет.

– Он изменял.

– И что же он говорил в свое оправдание?

Рейчел еще больше помрачнела, потому что ответ разоблачал ее.

– Похоже, я бесчувственная.

– Я бы не согласился.

– Я не знаю, что такое привязанность.

– Я тоже.

То, что он отмахнулся от ее недостатков, заставило ее улыбнуться, и она продолжила:

– Он сказал, что наши отношения все равно ни к чему бы не привели. Жаловался, что я не хотела переезжать к нему, что было правдой. Я четко дала понять, что никогда не захочу остепениться, осесть на одном месте и завести детей или что-то в этом роде.

Рейчел не объяснила, почему.

– Я бы сказал, что вы были честной с ним.

Ей понравилось, что он не стал требовать объяснений.

– А еще он сказал, что мне нужен был только секс и что я использовала его.

– Бедняга, – заметил Николай и улыбнулся. Его лицо было так близко, что Рейчел ощутила легкое покалывание в своих губах.

– Я считаю сложившуюся ситуацию, саму мысль о том, чтобы пойти на эту свадьбу, такой нелепой.

– В таком случае не ходите туда.

– Но они ждут, что я приеду. Иначе мое нежелание появиться там превратится в проблему.

– Но этот вопрос уже стал для вас проблемой… А почему вы ушли из труппы?

– Ну, я не совсем ушла. В случае чего, я могу возобновить контракт… – начала Рейчел, но потом решила быть откровенной до конца: – Я оставила труппу частично из-за Андре. Танец для меня всегда был бегством…

– От чего?

Рейчел решила не отвечать на этот вопрос. Николай был очень приятным собеседником, но она рано поняла, что некоторые вещи лучше держать при себе. Хотя пару раз она пыталась рассказать.

«Мам, он мне не нравится. Он…» – как-то сказала она своей матери.

«Он платит за твои уроки танцев», – оборвала Иви свою дочь, которая молила вмешаться в создавшуюся ситуацию.

Ее мать отказалась услышать ее.

Да, танцы были настоящим спасением. Бегством от семьи и билетом в рай.

Но ей пришлось заплатить слишком высокую цену.

Николай не стал давить на нее. Не из-за того, что ему не было интересно, просто краем глаза он заметил приближающегося Севу. Ему хотелось уйти, но он поднялся и пожал руку своему старому другу.

– Какого черта? – спросил Сева на русском языке.

– Рад тебя видеть, – спокойно ответил на английском Николай. Он не хотел никаких разговоров на личные темы.

– Как поживаешь?

– Прекрасно. И не переживай насчет того, чтобы развлекать меня сегодня вечером. Обо мне уже позаботились… – Он жестом указал на Рейчел.

– Когда мы сможем поболтать? – спросил Сева.

– Мы уже болтаем.

Рейчел старалась не прислушиваться, но она услышала уклончивый ответ Николая. Он ничего не рассказывал о себе, даже своему старому другу. По правде говоря, создавалось впечатление, что в любой момент он может уйти. Ведь он уже раз так поступил, когда пытался исчезнуть в толпе сразу же после церемонии венчания.

Он ужасно заинтриговал ее. И когда мать невесты позвала Севу подойти и познакомиться с каким-то из ее родственников, Рейчел почти что почувствовала, как облегченно вздохнул Николай.

– Тебе нужно идти, – сказал он Севе. – Ты сегодня пользуешься спросом.

– Поговорим позже, – ответил его друг. Николай молча кивнул и снова присел за столик рядом с Рейчел.

– Вы были близкими друзьями? – спросила она.

– Да.

– Но не сейчас?

– Мы не виделись много лет.

– Так чем вы занимаетесь? – поинтересовалась Рейчел. – Где вы работаете?

– Я… – нерешительно начал Николай. В конце концов, она ведь рассказала о себе. Но он не стал говорить о своей флотилии шикарных яхт и ни слова не сказал о шикарных водочных барах по всему миру, которые носили его имя. – По нескольку месяцев в году я работаю на ледоколах.

– На ледоколах?

– На огромных кораблях, которые разбивают лед и расчищают торговые пути для морских судов зимой.

– Там одиноко?

– Вовсе нет, – покачал головой Николай.

– А чем вы занимаетесь в остальное время?

– Тем, что мне нравится. – Хотя его корабельная империя наряду с другими деловыми интересами занимали большую часть его времени, ему нравилась его работа и то, что он мог заниматься ею в любой точке земного шара.

– Похоже на мою мечту… – вздохнула Рейчел.

– Вы хотите работать на ледоколе? – озадаченно спросил Николай.

– Нет! – рассмеялась Рейчел, но потом выражение ее лица стало серьезным. – Упорно потрудиться, а потом делать, что душа пожелает. Я подумываю о… – Рейчел вдруг замолчала. Она ни с кем не делилась своими планами, даже с Либби, которая пыталась выведать, чем ее подруга собирается заниматься в будущем.

– О чем? – спросил Николай, и снова встретил нерешительный взгляд Рейчел.

Она напомнила себе, что завтра он уедет, поэтому можно не бояться поделиться с ним своими примерными планами.

– Я не хочу быть привязанной к одному месту, – отметила Рейчел. – Знаю, я много путешествовала, но все свое время я посвящала балету… – Она с трудом подбирала нужные слова. – Я грезила им с пяти лет. А сейчас мне бы хотелось заняться чем-нибудь другим…

– Например?

– Мне нравится писать о балете, – покраснела Рейчел. Николай просто сидел и внимательно слушал ее. – Я люблю смотреть, как одно и то же выступление меняется с каждым разом. Я говорю о динамике и разном прочтении танца. Я отложила достаточную сумму денег и подумываю пуститься в свободное плавание. Может быть, я отправлюсь в путешествие и буду смотреть различные балетные постановки.

– В качестве зрителя, а не балерины?

– Да.

– Вы могли бы публиковать свои обзоры.

– Именно этим делом я и хочу заняться, только кто будет читать их?

– Аня будет, – фыркнул Николай. – Могу вас заверить, она с нетерпением будет ждать, когда в статье появится ее имя.

– Я завела блог, – призналась Рейчел. – Но пока ничего не делала с ним. Я думала, что, может быть, однажды люди подпишутся на него… Возможно, это глупая идея.

– Ничего она не глупая, – возразил Николай. – Вы ведь знаете о балете больше, чем большинство журналистов, которые освещают события культуры и искусства. – Он помолчал некоторое время, обдумывая ее слова. – В наше время есть много способов зарабатывать на жизнь. Еще недавно Сева и мечтать не мог добиться таких успехов в деле интернет-безопасности. Возможно, вам следует обратиться к нему, может быть, он сможет помочь вам сориентироваться.

Рейчел прыснула от смеха.

– Мне кажется, я для него слишком мелкая рыбешка, чтобы иметь со мной дело…

– Сева разбирается в том, как работают подобные вещи. Уверен, он поможет вам.

– Вы попросите его?

– Сегодня день его свадьбы.

– Не сейчас. Как-нибудь в другой раз.

– Думаю, вам лучше обсудить этот вопрос с Либби.

Он снова давал понять, что не собирается оставаться в Лондоне.

– Мне нужно подумать, – ответила Рейчел. – Не хочу торопиться.

– Иногда лучше поторопиться, – возразил Никола. – Иначе мы так и не сдвинемся с места, убеждая себя, что у нас нет другого выбора, как оставаться там, где мы есть.

– Пожалуй, вы правы.

Она посмотрела в сторону Севы и попыталась представить, как она просит Либби, чтобы та устроила их встречу.

По правде говоря, ей сложно было представить, что она обращается к кому-нибудь за помощью. Рейчел яростно охраняла свою независимость во всем, что делала, и привыкла полагаться только на себя, потому что разочарование в людях оставляет очень болезненные сердечные раны.

– Пойдем, – сказал Николай, поднимаясь с места.

Да, ему не надо было спрашивать, хочет ли она потанцевать с ним.

Он взял ее за руку, и она почувствовала, как его теплые длинные пальцы сомкнулись вокруг ее пальцев.

Рейчел положила руки ему на плечи, а он обнял ее за талию, только на этот раз притянул к себе. Щетина на его подбородке чуть царапнула ее щеку, когда он наклонился к ее уху.

– Вы слышите меня?

– Нет, – соврала Рейчел, потому что его низкий голос щекотал ее ухо, и улыбнулась, когда он прижал ее к себе еще сильнее.

– А теперь слышите меня?

– Немного.

И он притянул ее к себе еще ближе.

Рейчел наслаждалась их танцем. Николай расслабленно и очень уверенно держал ее в своих объятиях, и не нужны были никакие слова, просто мягкие покачивания их тел и постепенно нарастающее желание, которое не оставляло никаких сомнений, что этот вечер закончится тем, что они окажутся в одной постели.

Плохая Рейчел.

Только она не чувствовала себя такой в его руках.

Если взять Андре, она всегда хранила верность ему, даже когда их чувства потеряли свою остроту. Рейчел никогда не умела строить отношения, но ее сердце до сих пор саднило от того, как закончились отношения с Андре.

Более того, новость о его женитьбе стала причиной паники, что ее мир танца и ее семья вот-вот столкнутся.

В танце она всегда находила успокоение. В нем она могла быть вызывающей и сексуальной без того, чтобы ее осуждали.

Она не чувствовала осуждения в объятиях Николая.

Рейчел вдыхала аромат его одеколона со сложной композицией, и ей хотелось прижаться лицом к его шее, а потом коснуться губами его уха.

– Вы очень хорошо танцуете, – шепнула она.

– С хорошим партнером не может быть по-другому, – ответил он.

Да, они сейчас говорили о том, что должно было случиться.

Их танец был спасением и для Николая тоже. Он несколько раз ощущал на себе взгляд Севы. Его друг хотел серьезно поговорить.

«Не сегодня», – подумал Николай.

– Вы ведь знаете, что мне приказано не спускать с вас глаз, – улыбнулась Рейчел.

– Я в курсе.

Медленный танец еще никогда не был таким восхитительным. Николай двигался в такт вместе с ней, а их губы тянулись друг другу. Казалось, что, кроме них, в зале никого нет.

– Где вы остановились на ночь? – спросила Рейчел.

– Пока нигде.

Он на самом деле подумывал о том, чтобы взять ее с собой на яхту, но тогда придется рассказывать о себе.

– Значит, повезло, что у меня есть номер, – ответила она.

Николай подумал, что эта женщина оказалась храброй, и ему нравилась ее дерзость. Рейчел не строила из себя невинность и не притворялась.

– Я хочу поцеловать тебя, – вдруг сказал Николай. Он выслушал ее, а теперь хотел насладиться ею.

– Я знаю, – ответила Рейчел. Но они не поцеловались, потому что знали, что не смогут остановиться. Теперь она наклонилась к нему и шепнула на ухо номер своих апартаментов, и у нее перехватило дыхание, когда руки Николая скользнули вверх с ее бедер и остановились чуть ниже груди, которая болезненно заныла в предвкушении его ласк. Его прикосновение говорило о том, что их желание было взаимным.

– Иди, – сказал он ей.

Рейчел не сдвинулась с места, потому что Николай наклонился к ней и прильнул к ее губам. От его легкого, но продолжительного поцелуя у нее закружилась голова. Рейчел облизала губы в ожидании продолжения, но он отстранился.

– Иди, – повторил он теперь, когда в ее теле разгорелось пламя.

Он посмотрел, как она выходила из зала и на ходу поправляла свое платье, натягивая его край чуть ниже на бедра.

Рейчел открыла свою сумочку, проверила телефон и повернулась к Николаю, словно для того, чтобы убедиться, что он последует за ней.

Они обменялись многозначительными взглядами, и Рейчел исчезла за дверью.

Что ж, он увидел свадьбу своего друга, был на торжественном банкете, а теперь он может уйти. Только жених думал несколько по-другому и поймал его на выходе из зала.

– Уходишь? – спросил Сева.

– Да, – кивнул Николай. – Был рад повидать тебя снова. И узнать, что ты счастлив.

– Николай, когда мы сможем толком пообщаться? Утром я улетаю в свадебное путешествие, но…

– А я завтра-послезавтра уезжаю за границу, – ответил Николай в надежде, что так оно и будет. Ему была невыносима сама мысль о том, что Сева начнет его допрашивать, почему он тогда сбежал, ничего ему не сказав, но его друг, похоже, не собирался потерять его еще раз.

– Тогда я просто отложу вылет и встречусь с тобой завтра.

– Ты не можешь поступить так со свой невестой, – возразил Николай и замер, когда Сева жестом подозвал Наоми.

– Дорогая, – сказал он ей, – Николаю нужно завтра уехать.

– Тогда мы можем отложить наше свадебное путешествие. Вам обоим есть о чем поговорить, – улыбнулась Николаю Наоми.

Но он не улыбнулся в ответ.

– Николай, – снова заговорил Сева. – Я не искал тебя, потому что думал, что ты погиб. Если бы я знал…

– Когда вы вернетесь из свадебного путешествия? – прервал его речь Николай. Он не хотел омрачить радость праздника для новобрачных, но и не хотел говорить с Севой в присутствии Наоми.

– Через две недели, – ответил Сева.

– Тогда я подожду, пока вы вернетесь, – заверил его Николай.

– Ты уверен, что у тебя получится?

Николай кивнул, и Сева пожал ему руку.

– Будет здорово поговорить как следует, – сказал Сева, но Николай засомневался, что так оно и будет. Прямо сейчас его друг смотрел ему в глаза, и Николай не видел в них ни тени смущения или неловкости. Но вряд ли реакция Севы останется такой же, когда он узнает больше о его прошлом.

Николай пообещал своему другу, что подождет его в Лондоне. Он даже дал ему номер своего мобильного телефона.

– Я дам твой номер Даниилу, – сказал Сева.

Николай еще раз поздравил молодоженов и вышел из зала. Он посмотрел в сторону лифтов и передумал подниматься в номер Рейчел. Ему хотелось поскорее уйти, он даже представил, как выбрасывает свой телефон в Темзу, просто обрезая связь со своими друзьями, лишая их возможности узнать правду.

Но когда Николай вышел из гостиницы и сделал несколько шагов по красному ковру, он вспомнил, как стоял здесь с Рейчел, танцевавшей под несуществующую музыку.

Он провел языком по губам, вызывая в памяти вкус ее кожи и помады, а еще малюсенькую щербинку между передними зубами. А еще он вспомнил улыбку Рейчел. Начиная с того, что она поделилась с ним программой проведения церковной службы, и заканчивая тем, что она пересадила его за свой столик на банкете, ее присутствие сделало приятным этот невероятно тяжелый день.

Николай подумал о том, что она ждет его, а еще он подумал о снедавшем его желании, но он отмахнулся от мысли о последствиях.

Когда он направился обратно к гостинице, у него в мыслях была одна только Рейчел.

Глава 4

Рейчел казалось, что прошла целая вечность, а его все не было.

Она включила свет во всех комнатах, потому что до ужаса боялась темноты, и сделала так, чтобы двери в спальню оставались приоткрытыми. Если Николай выключит свет на прикроватной тумбочке, ему вряд ли захочется вставать, чтобы выключить свет еще и в коридоре.

Она играла в старую игру с темнотой.

Рейчел не могла спать рядом с другим человеком, и ей пришлось бы бодрствовать всю ночь. Неудивительно, что у нее не складывались отношения с мужчинами. Но она всегда испытывала неловкость, чтобы рассказать им о том, что боится темноты, не говоря уже о других вещах, которые случились в ее жизни. Даже Либби не была посвящена в ее секреты.

Рейчел услышала тяжелые шаги в коридоре и не стала ждать, пока раздастся стук в дверь.

Она облегченно вздохнула, когда, распахнув дверь, увидела на пороге Николая.

Он обрадовался, что она не начала вести светскую беседу и не предложила ему что-нибудь выпить, а просто обняла его за шею и заглянула в его глаза.

– Сегодня ты был очень неожиданным сюрпризом.

– Так же как и ты.

Николай подумал, что если бы он мог предвидеть, что его узнают и что он попадет в центр внимания всех гостей, собравшихся на свадьбе, он ни за что бы не пошел туда. Что до банкета, он остался только из-за Рейчел. Сегодня все пошло не по плану, но ее присутствие сделало этот вечер намного лучше.

Николай не сводил с нее глаз, когда она потянулась к его галстуку и сняла его. Он не сдержался и жадно набросился на ее губы. Его поцелуй был таким жарким и настойчивым, что Рейчел застонала и крепче прижалась к нему.

Руки Николая скользнули вниз по ее бархатному платью и сжали ее тугие ягодицы. Он потянул за подол ее платья, который она поправляла на протяжении целого вечера, то и дело оттягивая его вниз. Она застонала, когда он стянул с нее нижнее белье, которое она изящно отбросила ножкой в сторону. Ее руки потянулись к его пиджаку.

«Прямо к делу», – подумал Николай. Ему нравился именно такой подход, но вместе с тем ему хотелось чуть дольше насладиться пухлыми губами Рейчел, рассмотреть и прочувствовать тело, которое сводило его с ума на протяжении целого вечера. Поэтому вместо того, чтобы сорвать с нее одежду, он сбросил свой пиджак на пол и начал осыпать Рейчел поцелуями.

Он взял ее лицо в свои ладони и касался ее губ, снова и снова, покусывая их и наслаждаясь их чувственностью.

Его губы скользнули по ее щеке вниз и задержались на ее бледной, изящной, как у лебедя, шее. Рейчел с замиранием сердца наслаждалась прикосновениями его мягких губ, влажного языка и теплого дыхания.

Она подумала, что ей давно следовало обвить ногами его бедра и оказаться прижатой к стене, но Николай не торопился, желая получить больше наслаждения, и она покорилась.

Рейчел запрокинула голову, открываясь навстречу его поцелуям. Его рука скользнула в густую копну ее волос к ее затылку.

Она блаженно зажмурилась, когда Николай прильнул губами к бьющейся жилке на ее шее и лизнул ее своим горячим языком. Затем он оторвался от ее бархатистой кожи и, держа ее затылок на своей ладони, заглянул ей в глаза. Его глаза полыхали страстью.

Ее голова чуть запрокинулась назад, когда он убрал свою руку, а потом молча, без единого слова, повел за собой в спальню.

Ноги Рейчел дрожали, она шла спотыкаясь, как будто надела туфли на высоких каблуках впервые в жизни. Ее губы и шея были влажными. Ей хотелось раздеться, но Николай остановил ее. Не прекращая покрывать поцелуями ее тело, он уложил Рейчел на кровать. Но она привыкла заниматься любовью по своим правилам, потому что ее тошнило при одной мысли, что она окажется придавленной тяжестью мужского тела, поэтому она выбралась из-под Николая и поднялась с коленей.

Он прилег на подушки, всем своим видом показывая, что не намерен торопиться.

Рейчел повернулась, чтобы снять с себя платье, но он снова остановил ее.

– Я сам раздену тебя.

Она не привыкла к такому замедленному темпу, поэтому почувствовала себя слегка неуверенно, глядя, как он расстегнул свою рубашку и оголил мускулистую грудь. Он сбросил туфли и снял носки. Рейчел казалось, что она перестала дышать, когда Николай расстегнул ремень и молнию на брюках, а потом остановился.

– Иди сюда, – позвал он, и его взгляд говорил о том, что ее ждут поцелуи.

Она жаждала прикосновения его губ, поэтому послушно села поверх его бедер. Николай приподнял подол ее платья и усадил ее так, чтобы она чувствовала его возбужденную плоть своим обнаженным телом.

Николай снова прильнул к ее шее, и на этот раз Рейчел держала его за затылок, запустив пальцы в его густые волосы и изнывая от желания быть наполненной им.

Он чуть приподнялся и прислонился к подушками. Его губы неторопливо исследовали ее тело, а она отвечала, целуя его в ответ и слегка покачиваясь сверху над ним.

Затем Николай снова жадно прильнул к ее губам. Когда он провел рукой по внутренней стороне ее бедер, его поцелуй стал еще более глубоким и настойчивым.

Рейчел оторвалась от губ Николая и, распахнув его рубашку, заскользила руками по его мускулистой груди. Она склонилась над ним и припала губами к его солоноватой, восхитительной коже, мягко покусывая ее и касаясь языком его сосков.

Когда руки Рейчел опустились чуть ниже, Николай громко застонал, сдерживаясь из последних сил, чтобы не наброситься на нее. Она стянула с него нижнее белье и судорожно вздохнула, увидев его тугую, внушительных размеров, плоть, которая была теплой и твердой. И Рейчел не могла не коснуться ее.

Николай хотел отбросить ее руку, потому что, как правило, такие ласки вызывали у него отвращение.

Только сейчас в его памяти возникла бледная рука Рейчел, державшей перед ним программку с церковными гимнами, ее изящные длинные пальчики, ноготки, покрытые лаком кораллового цвета, и он тихо выругался на русском языке. Но это не был приказ остановиться.

Николай смотрел, как увлажнились ее пальцы, когда она практически довела его до оргазма.

Рейчел чувствовала его взгляд на своей руке. Она вдруг замерла, облизала свои губы и чуть наклонила голову. Ей хотелось коснуться его, но она была достаточно эгоистичной и хотела, чтобы он оказался внутри ее, поэтому изменила свое решение.

– Дразнишься… – шепнул он.

– Неужели? – улыбнулась она, вызвав ответную улыбку на его лице.

Обычно они не улыбались во время секса, но сегодня что-то изменилось.

И снова Рейчел потянулась к своему платью.

– Я сам раздену тебя, – в который раз повторил Николай.

– Тогда чего же ты ждешь?

Он не обратил внимания на ее мольбу и, покусывая ее нижнюю губы, надел презерватив.

– Иди сюда.

Николай усадил ее сверху, но даже тут не стал торопиться. Он посмотрел на ярко-рыжий треугольник внизу ее живота, и Рейчел поежилась, когда его рука коснулась ее пульсирующей промежности. Затем он медленно вошел в нее, заполняя ее всю без остатка, и Рейчел, закатив глаза, протяжно застонала.

Она начала неторопливо двигаться, а Николай по-прежнему притягивал ее к себе, требуя ее поцелуев.

Рейчел испытывала легкое головокружение. Она чуть приподнялась, положила руки ему на грудь и ускорила темп, с наслаждением слушая, как Николай стонет от удовольствия.

Обычно именно она задавала тон в постели.

Но Николай был не из тех «бедняг», которые не могли справиться с ней. Он позволял использовать себя, но только потому, что сам так решил.

«Он просто потрясающий», – подумала Рейчел. Она опустила глаза и посмотрела на мускулистый торс Николая. Ей нравилось, как он крепко держит ее за ягодицы, но не направляет ее. Рейчел чувствовала, что Николай наблюдает за ней, когда она закрыла глаза и приоткрыла губы, и по тому, какие звуки он издавал, она поняла, что он близок к оргазму.

Чуть погодя Николай немного крепче сжал ее ягодицы, заставив ее сбросить темп. Рейчел наклонилась и прильнула к его губам. Ее бедра мелко задрожали, и она почувствовала знакомый электрический разряд, который пробежал вниз по ее спине, когда она со стоном унеслась на вершину блаженства.

Николаю стоило неимоверных усилий, чтобы сдержаться. Вместо того чтобы последовать за ней на волне наслаждения, он медленно двигал ею над собой, пока огонь в ее теле не затих.

Едва дыша, Рейчел склонилась над Николаем и прижалась лбом к его лбу. Она ждала, что ее охватит чувство вины, и не сразу поняла, что достигла пика блаженства в одиночку.

Николай чуть приподнялся и стянул с нее платье. Затем он расстегнул ее бюстгальтер и отбросил его в сторону. Чуть приподняв Рейчел, он перевернул ее и оказался сверху. Но она начала сопротивляться, и тогда Николай лег на бок рядом с ней.

Рейчел лежала, уставившись в потолок, ей хотелось, чтобы все закончилось, но ее тело вибрировало в предвкушении. Николай приподнял ее ноги и, положив их себе на бедра, овладел ею. Она никогда не занималась любовью подобным образом. Рейчел лежала на спине, но не под тяжестью тела Николая, который водил рукой по ее груди и животу, все глубже проникая в нее. Второй рукой он поддерживал ее затылок, зарывшись пальцами в густую гриву ее рыжих волос, и покусывал ее ушко.

Рейчел изогнулась, но Николай положил ей руку на живот и прижал ее обратно к себе. Никогда еще она не переживала подобного наслаждения, когда ею овладели, но не раздавили, и безустанно целовали и ласкали.

Огромная рука Николая скользнула вниз ее живота и легла на ее бедро, удерживая ее широко открытой, пока он погружался в нее все глубже и глубже.

– Это… – выдохнула Рейчел, сама не зная, что хотела сказать. Она изогнулась, чувствуя, как нарастает напряжение, и закричала, когда ее захлестнул вал эмоций. Пытаясь удержаться, она прикрыла рукой низ живота. Но Николай не позволил ей убежать или остановиться, положив свою руку поверх ее руки и продолжая входить в нее, пока их двоих не унесло на вершину блаженства. Потом они лежали, закрыв глаза, и шумно дышали. Рейчел смутило то, что даже после того, как все закончилось, Николай продолжил покрывать поцелуями ее тело.

Ей удалось на мгновение пережить нежность, которой она никогда не знала, и на долю секунды она увидела что-то еще – пару в постели, запыхавшуюся и удовлетворенную.

И никакого чувства вины или стыда.

Жар тел понемногу остыл, и Николай набросила на них сверху одеяло. Теперь настал момент, которого Рейчел боялась больше всего. Николай выключил лампу на прикроватной тумбочке, а потом потянулся, чтобы сделать то же самое с лампой, которая стояла с ее стороны.

– Оставь, – попросила она.

– Но свет слишком яркий.

Его ответ не был пренебрежительным. Он прозвучал естественно, по-взрослому.

Свет погас, и комната погрузилась во тьму, которую пронизывал тонкий луч света, проникавший из коридора через приоткрытую дверь.

Рейчел не знала, как сказать Николаю, что она боится темноты, потому что это признание повлекло бы за собой ненужные вопросы. И как сказать ему, что не может уснуть в постели с мужчиной? Рейчел чувствовала, как Николай нежно водит рукой по ее телу, и ей нравились его прикосновения, но если он сделает то же самое во время ее сна, она может проснуться с криком ужаса. Ей хотелось рассказать ему всю правду, но что-то удерживало ее. Хорошо, что он завтра уедет. А сейчас лучше притвориться спящей. Она чувствовала себя удовлетворенной и уставшей, ее веки налились тяжестью, и ей приходилось бороться с тем, чтобы не уснуть по-настоящему.

Николай чувствовал, что Рейчел не спит. Он поднялся и вышел в коридор. Его рука потянулась, чтобы выключить свет, но его взгляд вдруг упал на пиджак, лежавший на полу, и он вспомнил свой первоначальный план прийти на свадьбу и уйти оттуда, оставаясь незамеченным. А теперь он пообещал Севе, что подождет, пока его друг вернется со свадебного путешествия. Николай прекрасно понимал, что вопросов не миновать и что скоро правда вылезет наружу.

А еще его беспокоила мысль о том, что сегодняшний потрясающий вечер тоже будет испорчен, когда Рейчел узнает, что случилось с ним в прошлом. Он никогда не сталкивался с такой страстной женщиной. Будет достаточно неприятно, если он расскажет своим друзьям правду и увидит отвращение в их глазах. Но посвятить в свое прошлое Рейчел?

Николай вернулся в спальню, подобрал с пола свои вещи и оделся.

– Рейчел… – позвал он, но она притворилась спящей.

Он не стал еще раз повторять ее имя, развернулся и ушел.

Закрыв за собой дверь, ему вдруг захотелось повернуться и постучать, чтобы сказать… Что именно? Что он закрылся изнутри или…

Нет, пусть лучше она посчитает его мерзавцем, чем узнает правду. Николай тяжело вздохнул и вышел в темноту лондонских улиц.

Ему казалось, что он давно разобрался со своим прошлым. Но он ошибся.

Глава 5

Рейчел слышала, как за ним закрылась дверь, повернулась на бок и включила настольную лампу. Мерзавец!

Она откинулась на подушки и подумала, что ей не следовало ожидать от него чего-то большего. В конце концов, это всего лишь секс, ничего личного. Но все же, когда он сжимал ее в своих объятиях и удерживал ее взгляд, Рейчел почувствовала какую-то связь с ним. Впервые в жизни она была близка к тому, чтобы полностью доверить свое тело другому человеку. Благодаря Николаю она почувствовала, каково это – не бояться и отдаться на волю своих чувств.

Теперь она снова ощущала внутреннюю пустоту и переживала чувство стыда.

Рейчел пыталась не винить себя, в конце концов, на протяжении всех этих лет у нее никого не было, кроме Андре. Но молчаливый уход Николая опошлил то, что только что случилось между ними.

Она долго не могла заснуть и проснулась, когда запищал ее телефон. Она включила его и прочитала сообщение.

«Девочка!»

В сообщении была вложена фотография, и Рейчел увидела огромное белое одеяло и выглядывавшее оттуда крошечное красное личико. Наконец она здесь.

«Она такая красивая! Мои поздравления!!! У нее уже есть имя?»

Рейчел отправила сообщение и подождала, пока придет ответ.

«Нет еще».

Рейчел написала Либби, что она заглянет к ней после обеда, и очень удивилась, увидев собственные слезы. Она плакала от счастья, хотя совсем не чувствовала себя счастливой. Рейчел радовалась за свою подругу и за благополучное рождение ее малышки, но, лежа в одиночестве в этой огромной кровати и испытывая тоску по мужчине, которого только что встретила, она с болью смотрела, в какой хаос превратилась ее собственная жизнь.

Она бросила свою карьеру, особо не думая о будущем, а сегодня у нее случился роман на одну ночь с мужчиной, который пришел и тут же ушел. Буквально.

Однажды Рейчел пошла к психологу, чтобы разобраться со своим темным прошлым, и ей не понравилось то, что она услышала. Психолог сказала ей, что женщины с похожими историями либо перестают доверять мужчинам, либо становятся распутными.

Этим утром Рейчел казалось, что она совместила оба варианта.

По ее лицу текли слезы. Она оделась и упаковала свои вещи, а слезы все бежали и бежали. Рейчел оглядела комнату и заметила под креслом солнцезащитные очки Николая. Она надела их, чтобы спрятать от посторонних взглядов свои покрасневшие глаза.

Чертов Николай!

Зачем он так страстно и нежно целовал ее, зачем бросал на нее такие пронзительные взгляды и требовал от нее больше, чем она привыкла давать?

В потерянных чувствах она села в вагон метро и поехала домой. Ей казалось, что ее мир пошатнулся. И дело было не только в Николае, но и в ее карьере, в свадьбе ее двоюродной сестры и в том, что Либби стала матерью.

Вряд ли что-то подобное случится с ней самой.

Она была не в состоянии построить нормальные взаимоотношения, не говоря уже о том, чтобы растить ребенка. К тому же, как правило, это дети боятся темноты, но не их мать.

Шагнув за порог своего дома, Рейчел почувствовала небольшое успокоение. Когда-то она с нетерпением ждала воскресенья, чтобы провести его здесь, отдыхая от выступлений или репетиций. Тогда она могла проваляться в постели и немного поспать.

В это воскресенье Рейчел пыталась вернуть своим покрасневшим глазам нормальный вид с помощью чайных пакетиков, чтобы Либби ничего не заметила.

Она накрасилась, надела свое любимое платье цвета зеленой ивы и туфли на высоких каблуках, чтобы придать себе уверенности. Улыбнувшись своему отражению в зеркале, Рейчел посмотрела на ужасную щель между передними зубами. Она подумала, что завтра обязательно закажет брекеты, но тут вспомнила слова Николая: «Зачем портить такой потрясающий рот?»

Она вспомнила то, как они флиртовали друг с другом, и подумала, что он был очень приятным собеседником. Рейчел поделилась с ним идеей начать вести блог, и он не посмеялся над ней. Совсем наоборот, он даже дал ей несколько советов.

Она даже пожалела, что он оказался таким милым.

Рейчел забежала в магазин подарков рядом с больницей и купила огромный букет цветов и маленький воздушный шарик розового цвета. Потом она купит ребенку настоящий подарок, а пока у нее нет времени.

Рейчел поспешила в родильное отделение и, открыв дверь, застыла на пороге. Она увидела Андре, который разговаривал с девушкой, сидевшей в приемной. Он повернулся к Рейчел и покачал головой.

– Либби не принимает посетителей, – сказал Андре.

– С ней все в порядке? – Рейчел встревоженно посмотрела на девушку.

– Думаю, все хорошо. Просто она попросила не беспокоить ее.

Рейчел подумала, что, может, стоит сказать, что они с Либби близкие подруги. Но, посмотрев на дверь, она увидела, что в отделение вошло еще несколько человек из их балетной труппы. Бедная Либби! Сегодня было воскресенье, поэтому в больницу решили съехаться все танцоры, которые знали ее.

– Вы не могли бы передать ей это? – обратилась Рейчел к девушке и протянула ей цветы и шарик.

– Конечно.

Рейчел развернулась, но Андре схватил ее за руку.

– Эй, подожди.

И ей захотелось, чтобы у нее появилась собственная табличка «не беспокоить».

Она медленно расправила плечи, натянула улыбку и повернулась к Андре.

– Я только узнал, что ты ушла из труппы. Я просто в шоке. Да и все остальные тоже. Ты даже словом не обмолвилась…

– Андре, а когда я должна была сказать, что ухожу? Во время одной из наших содержательных бесед? Ах да, у нас ведь никогда не было ничего подобного.

– Ты расстроилась по поводу Шоны…

– Нет.

Да, она расстроилась, но по другой причине.

– Нет, ты огорчена, – настаивал Андре. – Я никогда не считал тебя ревнивой…

– Я не ревную, – резко бросила Рейчел. – Но ты и моя двоюродная сестра? Ты не думаешь, что это немного слишком?

– Ради бога! – запротестовал Андре. – Ты говоришь глупости.

Рейчел не собиралась спорить с ним, но правда была в том, что ей становилось не по себе, что он женится на ее кузине. Теперь на каждой семейной встрече, на каждой свадьбе или крестинах она будет видеть его, своего бывшего любовника. Ее приводило в ярость то, что он не видел тут никаких проблем. Она так разозлилась, что выскочила из отделения, оставив его с танцовщиками из их труппы.

Когда-то она была частью этого мира, но теперь с ее карьерой балерины покончено.

Поскольку это воскресенье выдалось не самым приятным, Рейчел увидела, что в конце коридора ее поджидает еще один сюрприз.

Ошибка прошлой ночи.

Николай.

Какого черта он здесь делает? Она никак не ожидала увидеть его, ведь он так рвался уйти после свадебного торжества.

К несчастью для нее, Николай выглядел потрясающе. Если вчера он был красивым, то сегодня просто изысканным. Одетый в черные льняные брюки и подходящую рубашку, он мог бы дефилировать по подиуму где-нибудь в Милане. Он был небритым, мрачным и красивым. В руках Николай держал букет цветов.

– Рейчел, – позвал он ее, когда она проходила мимо.

Он видел, как она разговаривала с очень привлекательным мужчиной, а потом резко отпрянула от него. Значит, это и есть Андре. Язык их тел говорил о том, что они были больше чем друзья. Только любовники могли стоять так близко друг к другу. Николай вдруг почувствовал укол ревности, чего раньше с ним никогда не случалось. Тем не менее он схватил за локоть проходившую мимо Рейчел и остановил ее.

– Что? – спросила она.

Николай заметил ее покрасневшие глаза и припухшие губы. Вряд ли именно он был причиной ее слез, но все же он поступил не очень хорошо, уйдя не попрощавшись.

– По поводу вчерашнего…

– Ты лишился возможности обсудить вчерашнее, когда вышел из моего номера, – едко сказала она.

– Послушай…

– Я не хочу ничего слушать, – оборвала его Рейчел. Она не хотела говорить о произошедшем и обсуждать причину сегодняшних слез. Не хотела вспоминать летнее блаженство его объятий и зимнюю стужу утра, когда он ушел. Она посмотрела на цветы в его руках и насмешливо улыбнулась.

– Думаю, не стоило.

– Мне кажется, розовый – это не твой цвет, – ответил Николай. – По правде говоря, я даже не уверен, что цветы предназначены тебе.

Рейчел с трудом сдержала улыбку.

– Они для Либби, – пояснил он.

– Либби не принимает посетителей.

– Хорошо.

Его ответ смутил Рейчел, но она не стала дожидаться, чтобы узнать, что он означал. Когда Николай направился в приемную, чтобы передать букет Либби, Рейчел поспешила к лифту.

Пожалуйста, поскорее. Она лихорадочно нажимала на кнопку, но удача сегодня была не на ее стороне.

О нет!

День становился все лучше и лучше, потому что сначала к ней подошел Андре, а потом рядом появился Николай, и Рейчел закатила глаза, подумав, что ей придется ехать в лифте с ними обоими.

– Слышал, ребята в субботу хотят устроить для тебя что-то вроде прощальной вечеринки, – сказал Андре.

– Не в эту субботу, а в следующую. В эту у меня не получится.

Она специально перенесла это мероприятие в надежде, что на следующий день будет его свадьба и он не сможет прийти.

– Рейчел… – позвал ее Андре, когда двери лифта открылись и она вышла в коридор. – Давай сходим куда-нибудь, выпьем и поговорим…

– Она не сможет, – вмешался Николай.

Андре нахмурился, а Рейчел вся сжалась, услышав его слова.

– Мы с Рейчел уходим.

Глава 6

– Николай, не нужно было делать этого, – сказала Рейчел.

Андре исчез из виду, а она растерянно стояла рядом с мужчиной, который так хладнокровно бросил ее одну в постели этим утром.

– Ты о чем?

– Придумывать оправдания для меня.

– Но я ничего не придумываю, – возразил он. – Мы действительно уходим.

– О нет, – разозлилась Рейчел и круто развернулась.

– Не спеши.

Она повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза.

– Я могла бы сказать тебе то же самое прошлой ночью.

Он улыбнулся, услышав ее резкий ответ, и Рейчел снова растерялась. Она не видела, чтобы Николай улыбался даже своим друзьям. Его улыбка почти обезоружила ее.

– Пойдем. – Он заметил небольшую трещину в ее броне и бросился в атаку. – Я хочу как следует извиниться за свое поведение этим утром.

– Если бы мы не столкнулись в коридоре, ты бы не…

– Рейчел, – тихо прервал ее Николай. – Я понимаю, что ты почти не знаешь меня, но даже ты могла бы согласиться, что пойти в больницу к женщине, которую я не знаю, всего через несколько часов после того, как она родила ребенка, не является нормой для меня. Я пришел только для того, чтобы попросить у Либби или Даниила твой номер телефона.

– Я тебе не верю.

– Как хочешь, – пожал плечами Николай.

– И что бы ты сделал, если бы Либби дала тебе мой номер?

– То же самое, что делаю сейчас. Я пригласил бы тебя на ужин и объяснил бы причину своего поведения. Так ты согласишься поужинать со мной?

– Слишком рано для ужина.

– Но я голоден.

Рейчел тоже проголодалась. Но ей хотелось не только поесть.

– Хорошо.

В другой раз она начала бы упираться, но в случае с Николаем она понимала, что у них мало времени, потому что он скоро уедет. Ей хотелось узнать его лучше, и ее застало врасплох то, что он извинился за свое поведение.

– Мы можем прогуляться пешком или взять такси, – предложил Николай. – Тут недалеко.

– И куда мы пойдем?

– Увидишь.

Николай не сказал ей, что ведет ее в свой собственный ресторан, где играла живая музыка и подавали русскую еду. Он окинул критическим взглядом ее туфли на высоких каблуках и принял решение за двоих.

– Такси.

Когда они сели в машину, Рейчел отвернулась к окну.

– Я подумал, что тот мужчина в лифте был твоим бывшим.

– Это имеет какое-то значение? – После того, как он повел себя с ней этим утром, Рейчел определенно не собиралась ничего объяснять.

Но Николаю было не все равно.

Он невзлюбил Андре с первого взгляда. И дело не в ревности. Ему было неприятно, что этот человек приглашает свою бывшую подружку сходить куда-нибудь выпить за две недели до своей собственной свадьбы.

Было что-то такое в Рейчел, что беспокоило его. Несмотря на внешнюю уверенность, Рейчел показалась ему какой-то уязвимой, и такой мужчина, как Андре, мог воспользоваться ее беззащитностью ради собственной выгоды.

Зазвонил ее телефон, и она взяла трубку.

– Мне только что принесли твои цветы, – сонно зевнула Либби. – Почему ты не назвала свое имя? Ты была в списке людей, которым разрешено навещать меня.

– Рядом стоял Андре, – ответила Рейчел. – А потом пришло еще несколько человек. Тебе нужно отоспаться. Увидимся, когда ты вернешься домой.

– Николай тоже приходил и оставил букет цветов, – добавила Либби. – Мне ужасно неловко, что пришлось бросить его вчера…

– У тебя не было выбора, – возразила Рейчел и посмотрела на Николая. – Уверена, у него все хорошо. – Они перебросились еще парой слов, но Рейчел решила не говорить подруге, что Николай сейчас рядом с ней в такси.

– Как она? – спросил Николай, когда Рейчел положила трубку.

– Немного устала. Она беспокоилась, что бросила тебя вчера вечером.

– Я сирота, – ответил он. – Так что я привык к таким вещам.

Его черный юмор вызвал улыбку на ее лице.

– Ты знаешь, кто были твои родители?

Ее прямой вопрос застал его врасплох, а может, и нет. В конце концов, Рейчел есть Рейчел. Николай отрицательно покачал головой.

– Совсем?

– Меня оставили в коробке в церкви.

– И сколько тебе исполнилось тогда?

– День или около того.

Николай посмотрел в окно, испытывая неловкость, вызванную этим признанием. Но, по крайней мере, он заставил ее замолчать. Да и что тут скажешь?

– Она молодец, что так поступила.

– Молодец? – Николай не поверил своим ушам.

– Твоя мать правильно сделала, что оставила тебя там, где тебя наверняка нашли бы. Бедняга.

– Мне не нужна твоя жалость, – отрезал он.

– Я говорю о твоей матери. – Она легонько ударила его по ноге мысом своей туфли и улыбнулась, и он едва сдержался, чтобы не улыбнуться в ответ.

– Почему ты так думаешь?

– Ну, я просто подумала, через что прошла Либби, но с ней рядом был Даниил, и ей помогали все эти медсестры… Я не могу представить, как должно быть тяжело, когда у тебя нет другого выбора, кроме как оставить своего ребенка.

Николай никогда не смотрел на эти вещи под таким углом и не думал, что, может быть, его матери было очень непросто решиться на такой поступок.

– Ты хочешь детей? – спросил он.

– Нет. Я слишком эгоистична.

Но она не была эгоистичной. Наоборот, Рейчел показалась ему очень и очень доброй, потому что благодаря ей его бремя стало не таким тяжелым. Она была прямолинейной, но доброй.

– В любом случае, я с тобой не разговариваю, – буркнула Рейчел, вспомнив, что сердита на него.

Машина остановилась на какой-то тихой улочке, и Рейчел поначалу не заметила никакого ресторана.

– Сюда, – жестом указал Николай.

Рейчел подумала, что никто бы не пришел в этот ресторан, если бы не знал, где он находится. Они с Николаем спустились по ступенькам в какой-то подвал, и двери перед ними открылись.

Николай переговорил на русском с метрдотелем и попросил не создавать излишнюю шумиху вокруг него и его гостьи. Когда они прошли к своему столику, Николай вдруг подумал, что Рейчел, в отличие от остальных его женщин, абсолютно ничего не знает о его богатстве. Он хотел остаться в стороне от своих друзей, но у него ничего не получилось. Вскоре ему предстоит разговор с Севой, и вся правда всплывет наружу. Николай решил смириться с таким положением вещей, но подумал, что будет лучше, если Рейчел узнает обо всем от него самого, а не от кого-то другого.

И если у нее возникнут какие-то вопросы, он постарается ответить на них.

В ресторане царил полумрак, на столах горели свечи, в нише стоял рояль, и пианист, сидевший за ним, наигрывал какую-то неторопливую мелодию.

– Ух ты! – восхищенно посмотрела на Николая Рейчел, присаживаясь на обитый бархатом диванчик. Ее глаза привыкли к полумраку, и она заметила, что посетители ресторана очень богато одеты. Вокруг царила атмосфера роскоши и декаданса. – Так вот куда по воскресеньям деваются все самые красивые люди в городе.

Им подали меню, и Рейчел растерянно посмотрела на просторный перечень блюд.

– Я не знаю, чего я хочу. Все выглядит таким… незнакомым.

– Тогда я сделаю заказ на свое усмотрение.

– Пожалуйста.

Николай думал, что она начнет возражать, но она в восторге сидела на диванчике и наблюдала за тем, как он делает заказ.

– И что я буду есть?

– Скоро узнаешь.

– Значит, – сразу перешла к делу Рейчел, – ты хотел извиниться.

– Может, мы поедим для начала?

Им принесли бутылку и две стопки. Рейчел показалось неприличным распивать ледяную обжигающую язык водку в это время суток.

– Что ты чувствуешь? – спросил Николай.

– Имбирь… – Рейчел провела языком по губам, чтобы еще раз попробовать вкус водки. – Потрясающе.

– Это моя любимая, – заметил он. – И была такой еще до того, как я увидел твои волосы.

Рейчел поставила стопку на стол и стрельнула в Николая глазами.

– Николай, не надо флиртовать. Я все еще сержусь на тебя.

– Знаю. Я скоро решу эту проблему, но для начала мы поедим.

Рейчел подумала, что ей сложно помнить о том, что она злится на Николая, когда на стол ставили одно за другим превосходные блюда. Крошечные пирожки с начинкой из грибов и копченого мяса, маленькие блинчики с икрой, которую Рейчел просто обожала. Более того, там было не несколько зернышек, а целая горка икры на каждом из блинчиков. Рейчел закрыла глаза от наслаждения, когда икринки лопались у нее во рту.

– Если ты пытаешься добиться моего расположения с помощью еды, у тебя получается просто превосходно.

– Ты любишь икру?

– Обожаю. Я с радостью ела бы ее каждое утро на завтрак.

Но дело было не только в икре, вкус которой оказался просто восхитительным. Кто знал, что капуста может быть такой соблазнительной? Попробовав краснокочанной капусты с имбирем и выпив еще одну стопочку водки, Рейчел почувствовала, как зарумянились ее щеки.

– Все потрясающе вкусное, – отметила она.

– Такое же, как и ты.

Потом она вспомнила причину, по которой они пришли сюда, и сердито посмотрела на Николая.

– Хотя нет, есть кое-что, что мне не нравится.

– Тогда скажи, что ты думаешь.

– Я думаю, что ты мерзавец!

– Такое случается часто, – спокойно отметил он. – Но не в этом конкретном случае.

– А я думаю по-другому, – выдохнула Рейчел.

– Я сожалею о том, что ушел этим утром. Обычно я не зацикливаюсь на своих ошибках, но сегодня я только и думал о том, что ты не заслужила, чтобы я ушел вот таким образом.

– Ты все опошлил. Я конечно же не ждала, что ты опустишься на колени и сделаешь мне предложение, я не настолько наивная, но вот так просто взять и уйти… – Рейчел вдруг поняла причину, по которой она пролила так много слез. То, как он ушел этим утром, пробудило ее эмоциональную память, то, к чему она не хотела возвращаться.

– Я пытался сказать тебе, что ухожу, но ты старательно делала вид, что спишь.

Он оказался слишком прямолинейным даже для Рейчел. Существуют некоторые вещи, которые не обсуждаются, а остаются как есть.

Но, судя по всему, только не в его случае.

– Ты испытывала неловкость после случившегося, – продолжил он, – точно как и я. Я не знаю причину твоего смущения и могу говорить только за себя… – Рейчел сидела прямо и играла со своим бокалом. – Я не собирался восстанавливать отношения со своими друзьями, – пояснил Николай. – Вчера я планировал просто зайти в ту церковь. Я очень хотел увидеть свадьбу Севы, но я боялся разговора, который обязательно последовал бы, если бы меня заметили. У моих друзей возникли бы вопросы…

– Конечно, возникли бы. Твои друзья хотели узнать, что происходило с тобой на протяжении всех этих лет.

– Но сейчас мы не можем поговорить как следует, потому что Сева отправился в свадебное путешествие, а у Даниила только что родился ребенок…

– Разве ты не хочешь поддерживать отношения с ними?

– Отчасти. Я чувствую себя в долгу перед Севой. Я только вчера узнал, что он думал, что я покончил жизнь самоубийством. Сева захочет узнать, почему я тогда удрал из детдома.

У Рейчел пересохло в горле, когда он продолжил свою речь.

– Я подвергся насилию со стороны одного из преподавателей.

Она чувствовала на себе его пристальный взгляд, но не могла поднять глаза. И дело было не в Николае, а в ее собственном прошлом.

У сидящего перед ней мужчины хватило смелости выйти из тени, тогда как Рейчел оставалась лежать в темноте и притворяться спящей.

Несмотря на окружавших их посетителей и Николая, находившегося перед ней, ей казалось, что она снова переживает свое прошлое. Звук открываемой приятелем матери двери в ее спальню… Именно это воспоминание разбудило ее сегодня утром – быть оставленной в темноте после того, как дверь снова закроется.

Быть использованной, а потом выброшенной.

Нет, она ни за что не будет обсуждать свое прошлое.

Ей хотелось быть честной с Николаем и прямо сказать ему, что она понимает его.

– Я пережил сексуальное насилие, – уточнил Николай, и Рейчел бросило в жар. Вокруг находилось слишком много людей, чтобы вести подобные разговоры, не так ли?

– Тебе не нужно рассказывать обо всем этом мне, – ответила Рейчел, желая сменить тему. Стоит ли говорить ему о том, что она и так знает правду? Так же как и его друзья?

Нет. Это не ее дело. Для себя она давно решила, что нет ничего хуже, когда другие узнают правду о ее прошлом. Это как если бы зачитали вслух твой личный дневник.

– Я просто хотел, чтобы ты знала, почему я сбежал.

– Я поняла.

– И я не хотел, чтобы ты узнала правду от кого-то другого…

– Я все поняла, – повторила Рейчел.

Она схватила принесенное официанткой меню с десертами и уставилась в него невидящим взглядом. Она пыталась взять себя в руки, натянуть обратно слетевшую с нее маску, но ей казалось, что она упала на пол.

А потом Рейчел вдруг вспомнила.

– Ты забыл кое-что. – Она порылась в своей сумочке и достала оттуда его солнцезащитные очки.

– Спасибо.

Он мог чувствовать, как ей неловко, и видел, как дрожала ее рука, когда она поправляла свою прическу.

– Мы можем заказать лакричное мороженое, – сказала она, подняв глаза на Николая.

– Правда? – холодно переспросил он.

– Хотя мне кажется, что я уже наелась.

Ей хотелось убежать куда-нибудь подальше от этого места и этого разговора, поэтому она потянулась за сумкой и достала оттуда кошелек.

– Не надо, – остановил ее Николай.

– Позволь мне заплатить хотя бы половину.

– Не надо, – повторил он, но Рейчел озадачило то, что он не достал деньги и не попросил счет.

– А как же счет…

– Все в порядке, – ответил Николай. – Это мой ресторан.

Он приготовился к тому, что будет испытывать неловкость, но то, как она отмахнулась от него, чтобы почитать меню, причинило ему боль.

Через несколько минут они вышли на улицу.

– Николай… – начала Рейчел. Ее сердце бешено колотилось. – Мы могли бы…

Но было слишком поздно, он подозвал такси, но не для того, чтобы поехать вместе с ней.

Николай вручил водителю немного наличных…

– Я сама могу заплатить за такси.

– Я пригласил тебя сюда. И постараюсь сделать так, чтобы ты добралась домой.

Одна.

Глава 7

Рейчел чувствовала себя ужасно бесчувственной.

Николай, не зная, что она уже в курсе того, что случилось с ним в юности, поделился с ней невероятно тяжелыми вещами.

А она предложила заказать мороженое!

Она была просто бесчувственной эгоисткой. Он обнажил перед ней свою душу, а она захлопнула свою. Ей хотелось извиниться перед ним, но она просто не знала как.

В конце концов, в среду она позвонила Либби. Конечно, она звонила, чтобы справиться, как идут дела у нее и у ребенка, но, услышав сигнал автоответчика, она не стала оставлять сообщение, а перезвонила на следующий день.

А потом еще раз на следующий.

– Прости, Рейчел, – устало ответила Либби. – Я хотела позвонить тебе, но как только я собираюсь взять телефон в руки, она сразу же просыпается!

– Ничего страшного. Как она себя чувствует?

– Великолепно. Малышка очень требовательна. Даниил говорит, что она вся в меня!

– Еще не придумали имя?

– Почти, – ответила Либби. – Мы скажем его тебе в субботу.

– Субботу?

– Я хочу, чтобы ты познакомилась с ней, а еще мне нужно кое-что спросить у тебя.

– Например? – нахмурилась Рейчел.

– Мы можем поговорить в субботу? – спросила Либби, и Рейчел услышала плач ребенка.

– Конечно. А кто еще придет?

– Будем только мы с тобой. О, может быть, еще Аня заскочит. Мы приглашали ее и Николая…

Рейчел молча стояла, крепко сжимая в руке телефон.

– Он не перезвонил. Кажется, он собирался уехать после свадьбы. Похоже, что так оно и есть. Даниил отправил ему несколько сообщений, но он не ответил.

– Вот как…

– Думаю, Даниилу придется смириться с тем, что Николай не хочет поддерживать с нами связь.

– Все может быть.

– В любом случае, мне нужно идти. – Рейчел услышала, что ребенок заплакал еще громче.

– Да, конечно.

Рейчел присела на диван и уставилась в одну точку. В том, что Николай так внезапно уехал, была отчасти и ее вина. Конечно, он говорил что-то там о своем отъезде, но Рейчел не сомневалась, что он мог бы все уладить и побыть в Лондоне чуть дольше, чтобы поговорить со своими друзьями. Наверное, он подумал, что реакция его друзей будет такой же неприятной, как ее собственная.

– Проклятье, – сквозь зубы процедила Рейчел.

К черту гордость. В субботу она попросит его номер телефона, и не важно, как она будет выглядеть в глазах Либби и ее мужа.

Настала ее очередь извиняться.

* * *

Приехав в шикарный пентхаус Даниила и Либби с подарком, Рейчел с нетерпением ждала встречи с малышкой, но также нервничала по поводу того, что ей придется попросить номер телефона Николая.

Когда Даниил открыл ей двери и проводил в огромную гостиную, она никак не ожидала увидеть там самого Николая.

– Привет, – смущенно улыбнулась она, даже не посмотрев в сторону Либби, державшую на руках кроху.

Николай не улыбнулся в ответ. Он вообще не сказал ни слова, а только едва заметно кивнул головой.

Там же находилась и Аня, которая встретила Рейчел так же холодно, как и Николай.

Рейчел подошла к Либби, расцеловала ее в обе щеки и вручила подарок для ребенка.

– Замена! – сказала Либби и передала малышку Рейчел.

Девочка была такой крохотной, что у Рейчел навернулись слезы на глаза. Она присела на диван и зачарованно смотрела на малышку.

– Она такая красивая, – улыбнулась Рейчел и нежно провела пальцем по мягкой щечке. Девочка была само совершенство и невинность. – Я бы никогда не отпустила ее.

– Тогда не отпускай, – устало вздохнула Либби. – Стоит ее положить в кроватку, как она тут же начинает плакать. – Она развернула подарок Рейчел и пришла в восторг, увидев там небольшое кашемировое одеяльце нежнейшего розового цвета. – О, Рейчел, оно изумительное.

– Я хотела, чтобы на нем вышили ее имя, но я до сих пор не знаю его!

– Надя, – ответил за Либби ее муж Даниил. – Оно означает «надежда».

Николай не сводил глаз с Рейчел.

Он пытался не смотреть в ее сторону, но она по-прежнему притягивала его взгляд. Николай видел, как холодно отнеслась Аня к ребенку, тогда как Рейчел чуть не расплакалась от одного только вида малышки.

– Рейчел, – начала Либби, – я хочу попросить тебя кое о чем. Мы хотим, чтобы ты была крестной матерью Нади.

– Я?

– Конечно, я понимаю, что все немного неожиданно, но мы хотим, чтобы на крестинах присутствовали все наши друзья. Скоро Аня отправляется в Париж, а Николай, кажется, собрался уехать, как только Сева и Наоми вернутся со свадебного путешествия… – сказала Либби и повернулась к Николаю.

– Я уезжаю через неделю, в понедельник, – уточнил он.

– Мы решили провести крестины в следующую субботу.

– Я не смогу, – разволновалась Рейчел. – У меня свадьба…

– Ты можешь не пойти на свадьбу Андре, – просто ответила Либби. – Рейчел, ты ведь сама говорила, что не хочешь идти туда.

– Не все так просто… – Николай видел, как побледнела Рейчел и опустила глаза. – Я собираюсь на свадьбу своей двоюродной сестры Шоны.

– У Шоны тоже свадьба? – удивилась Либби. – Или ты хочешь сказать, что Шона и Андре… – Она сделала паузу, а ее лицо приняло такое выражение, словно она проглотила лимон. – Разве она не приезжала на твое выступление в Сингапур?

– Именно там они и познакомились.

– Но вы с ним тогда все еще… – не подумав, выпалила Либби.

– Либби! – в отчаянии остановила подругу Рейчел.

– О, Рейчел, прости.

– Я не знала, что они встречались, пока несколько недель назад моя мама не сказала мне, что они собираются пожениться, – выдавила Рейчел, не смея глянуть на Николая. – Либби, прости, но я не смогу прийти на крестины.

Неловкую паузу нарушила Аня.

– Если вам не хватает людей, я могу быть крестной матерью ребенка.

У Либби отвисла челюсть. Николай заметил, что, даже покрасневшая, Рейчел сдержала улыбку, услышав предложение Ани, и пришла на помощь своей подруге.

– Я поговорю со своей мамой насчет этой свадьбы. Мы что-нибудь придумаем.

– Что ж, – сказала Аня, – мое предложение остается в силе, если вдруг вам понадобится человек. А сейчас мне нужно идти. – Она поднялась. – Сегодня закрытие сезона, и мне нужно время, чтобы как следует подготовиться. – Аня посмотрела на Николая. – Ты слишком опоздал с билетами. Но ты можешь приехать в Париж и посмотреть мое выступление там, если захочешь.

Едва удостоив прощального взгляда Рейчел, Либби и ее малышку, она вышла из комнаты в сопровождении Даниила.

– Неужели Аня пыталась флиртовать с тобой? – Либби бросила на Николая лукавый взгляд.

– Нет. Это говорила ее гордость. Аня всегда такой была. Она считает, что мы все безумно хотим посмотреть ее выступление!

– Я очень хочу, – вздохнула Рейчел.

* * *

Рейчел по-прежнему испытывала смущение, и ей хотелось поскорее уйти домой.

– Ты ведь не собираешься говорить со своей матерью? – спросила Либби, когда Даниил вернулся обратно и снова зашел разговор о крещении.

– Нет, я пообещала уладить этот вопрос только для того, чтобы дать тебе время найти кого-то другого вместо Ани.

– Но я хочу, чтобы ты крестила моего ребенка.

– Я знаю, – вздохнула Рейчел. Ей самой очень сильно хотелось быть крестной дочери Либби. – Моя мама и ее сестра очень близки. Мы с Шоной росли вместе. Было бы ужасно, если бы я не пошла на эту свадьбу.

Николай подумал, что она собирается пойти, несмотря на боль, которую испытывает.

– А разве нельзя совместить и свадьбу, и крестины? – неожиданно спросил он.

– Крестины в одиннадцать, – ответила Либби, и Рейчел покачала головой.

– Свадьба планируется на час, и торжество будет проходить далеко отсюда… – Рейчел попыталась сменить тему. – Ты хотела спросить меня о чем-то, – напомнила она своей подруге.

– Ах да. Я нашла преподавателя, которая заменит меня, пока я не вернусь на работу. Но она уезжает на похороны в Испанию. Рейчел, я знаю, что ты не любишь преподавать, но…

– Я согласна, – кивнула Рейчел.

– Ты уверена? Если нет, я всегда могу попросить Марию.

– Я смогу, – заверила ее Рейчел. – А теперь мне нужно идти…

Все присутствующие понимали, что она говорит неправду и выдумала предлог, чтобы уйти.

– Хорошо. – Либби забрала у нее малышку Надю, когда Рейчел поднялась и, попрощавшись с Даниилом, коротко кивнула Николаю.

– Прости меня за Андре, – чуть ли не со слезами попросила прощения Либби, проводив Рейчел до двери.

– Ничего страшного.

– Напротив. Я вообще не думала, что говорю. Мне нет прощения. Я поставила тебя в неловкое положение.

– Ты просто сказала правду, – вздохнула Рейчел. Она поцеловала свою подругу и ушла.

– Я попытаюсь убедить ее, – сказала Либби, вернувшись в гостиную. – Хотя сомневаюсь, что у меня получится. Рейчел становится такой колючей, когда речь заходит о ее семье, и просто закрывается. Я не знаю, почему так. Почему она хотя бы раз не может отказать своей матери?

Николаю тоже хотелось получить ответ на этот вопрос, но он промолчал.

– Мне нужно покормить Надю, – сказала Либби и вышла из комнаты.

И впервые за все эти годы двое друзей остались одни.

– Как ты жил все эти годы? – спросил Николай. – И как сложились отношения с твоей приемной семьей?

– Они не сложились, – вздохнул Даниил. – Но сейчас все в порядке. У меня есть Либби и Надя. И мы с Севой снова на связи.

– Он собирается жить в Нью-Йорке, – заметил Николай.

– Мы собираемся туда на Новый год.

– Совместный отдых… – чуть едко сказал Николай, но Даниил не обиделся. Это была техника выживания, которую пришлось освоить каждому из них – смотреть с презрением на того, кто зависел от других или близко подружился с ними.

– Это здорово – проводить время с друзьями. Теперь и ты вернулся. Расскажи мне…

– Не забывай Аню, – перебил его Николай, надеясь избежать вопросов.

– Мы стараемся, – с улыбкой ответил Даниил.

– Она не изменилась.

– Думаю, между ней и Романом что-то было после того, как я уехал, – сказал Даниил. – Ты ничего такого не заметил?

– После того, как ты уехал, Романа перевели в другое крыло, так что я почти не видел его. А что до Ани, она вернулась на каникулы и продолжала заниматься танцами и помогать своей матери… – Николай покачал головой. – Может, между ними что-нибудь было после того, как я сбежал.

Он подошел к окну, откуда открывался потрясающий вид на Вестминстер и Биг-Бен.

– Замечательный вид.

Его собственные виды из окна все время менялись, потому что он никогда не задерживался надолго на одном месте.

Николаю нравился его образ жизни, но вместе с тем у него возникло странное чувство, когда он стоял здесь, в доме Даниила и Либби, прислушиваясь к детскому плачу и переживая какой-то мир и покой.

– Значит, ты не получал никаких вестей о Романе? – спросил Николай.

– Нет. Я не могу найти его. Я несколько раз ездил в Россию, но мне ничего не удалось узнать. Хотя в этот раз… Ты помнишь Сергея, слесаря, который учил боксу меня и Романа?

– Конечно помню. Он был хорошим человеком.

– Он умер несколько лет назад.

Не было никаких возгласов удивления и горечи. Эти мужчины привыкли к потерям и бедам и никогда не выказывали своих чувств.

Даниил сказал, что у него есть кое-что для Николая и, сходив в свой кабинет, вернулся оттуда с фотографией.

– Это копия. Возьми.

На снимке была запечатлена четверка подростков. Николай вспомнил, как они попросили Сергея хотя бы один раз сфотографировать их вместе.

Николай подумал, что, несмотря ни на что, они были счастливы тогда благодаря своей дружбе. И только после вынужденного отъезда Даниила все начало меняться в худшую сторону.

Николай вздохнул и молча спрятал фотографию во внутренний карман пиджака.

– Последний раз, когда я ездил в Россию, я встречался с вдовой Сергея, – продолжил Даниил. – Она сказала, что Роман просто с катушек слетел после того, как меня забрали. Она думала, что потом он пошел в армию. Больше она ничего о нем не слышала. Я пытался разыскать Севу и также спрашивал о тебе. Она рассказала мне о письме и о том, что ты покончил жизнь самоубийством и твое тело потом нашли в реке…

– Она рассказала тебе о письме… – Николаю казалось, что его сердце вот-вот выпрыгнет из груди. До того, как сбежать, он излил свою ярость в письме, в котором детально рассказал о пережитом насилии. Он положил письмо под дверь кабинета директора в надежде, что другим детям удастся избежать его участи. А взрослые приняли это письмо за предсмертную записку. – Она сказала, что было в том письме?

– О насилии? Да, она сказала, что этого преподавателя уволили…

Значит, Даниил все знал. Но вместе с тем прямо смотрел ему в глаза и не прятал свой взгляд.

– А Сева знает?

– Конечно. Мы пытались составить части головоломки…

– И Либби знает? – уточнил Николай.

– Что я должна знать? – появилась на пороге Либби.

– Мы как раз говорим о том, почему Николай сбежал из детдома.

– Надеюсь, он горит в аду за то, что сделал с тобой, – присев на диван, заявила Либби.

Вот и все.

Она тоже знала.

Николай так страшился предстоящего разговора, а оказалось, что правда давно известна.

– А кто еще в курсе произошедшего? – спросил Николай.

– Никто, – заверил его Даниил, но Николай заметил, как покраснела Либби.

– Кажется, я сказала что-то Рейчел… – съежилась Либби. – Мы одно время снимали одну квартиру на двоих. Она пришла в восторг, когда узнала, что Даниилу удалось разыскать Севу…

– Все в порядке, – успокоил ее Николай, но его голова продолжала лихорадочно работать.

Рейчел все это время знала о насилии, которому он подвергся в прошлом.

Он вспомнил ее приветствие, когда их представили друг другу.

Она знала его историю, когда они танцевали, когда разговаривали по душам и когда занимались любовью. Она знала, но при этом оставалась собой, общительной и несдержанной Рейчел. Тогда почему во время разговора в ресторане она краснела и смущалась, почему пыталась сменить тему? Когда он рассказал о насилии со стороны преподавателя, она почти что вскочила и убежала.

Николай подумал, что именно так он чувствовал себя, когда Юрий, заменивший ему родного отца, поднял этот вопрос; именно такие эмоции переживал он сегодня, когда подумал, что его ждет после разговора с Даниилом.

Он вспомнил ее слова и вспышку злости в ее глазах, когда она повторила, что ей все понятно.

Либби заметила, что Рейчел очень болезненно реагировала, когда речь заходила о ее семье, но не знала, почему так происходит.

Николай теперь знал.

Рейчел действительно поняла его.

Похоже, она знала не понаслышке, что такое насилие.

Глава 8

Придя домой, Рейчел хотелось одного – свернуться калачиком и умереть от стыда. Она скрежетала зубами от злости. Рейчел не только не извинилась перед Николаем, но он, ко всему, узнал, что она до недавних пор спала с Андре.

О, ей не нужно было догадываться о том, что он о ней подумал.

Рейчел залезла в ванную в надежде немного расслабиться, но этот трюк давным-давно перестал работать.

Натянув халат, она вышла из ванны и услышала стук в дверь. Рейчел со вздохом подумала, что это, наверное, пожаловала ее мать.

Но на пороге стоял Николай.

– Либби забыла дать тебе ключ от студии. Я сказал, что могу забросить его по пути. Она также передала расписание занятий.

Рейчел не хотела слышать ни о ключах, ни о занятиях.

– Прости! – сказала она. – Я была такой коровой, когда ты сказал мне…

– Ничего страшного.

– Наоборот. Я собиралась попросить у Даниила твой номер телефона.

Он улыбнулся. Рейчел думала, что больше никогда не увидит эту улыбку, но она не смогла улыбнуться в ответ.

– Мне так стыдно, – призналась она.

– Почему?

– Сам знаешь…

– Ты имеешь в виду этого красавчика Андре? – уточнил Николай, и Рейчел молча кивнула. – Рейчел, он обманщик, и тебе нечего стыдиться. Так ты впустишь меня в дом?

– Ой! – Она никак не ожидала увидеть его на пороге своего дома, не говоря уже о том, что он захочет войти. Рейчел сделала шаг в сторону и пропустила его внутрь.

– Так ты хотела получить мой номер телефона? – переспросил Николай.

– Да. Чтобы извиниться.

– Значит, ты не надеялась, что я снова приглашу тебя на свидание?

– Нет. Я думала, ты уехал за границу.

– Ты уверена, что не хочешь, чтобы я сводил тебя куда-нибудь?

– Вполне. В любом случае, ты уезжаешь через неделю.

– Мне казалось, тебе не по вкусу серьезные отношения.

– Ты прав.

– А что, если я скажу тебе, что у меня есть два билета на «Жар-птицу»?

– Ты шутишь?

– Никогда.

Разве только когда оказывался рядом с ней.

– Как тебе удалось?

Николай молча пожал плечами.

После того как он ушел от Даниила, он собирался вернуться на свою яхту, но потом передумал. Николай испытывал неимоверное облегчение. Его друзья знали правду, а, значит, его бремя больше не было таким тяжелым. Теперь он с нетерпением ждал возвращения Севы и Наоми, чтобы поболтать со своим старым другом.

Лондон выглядел чарующе. Погода была теплой, юбки короткими, ноги длинными – самое подходящее время, чтобы пойти в город. Тут жили некоторые из его друзей. Может быть, они потом вернутся на его яхту и зажгут эту ночь, устроив шумную вечеринку.

С тех пор как Николай приехал сюда, он не устроил ни одной вечеринки, потому что был слишком занят мыслями о Рейчел. Он продолжал думать о ней, когда направлялся в город, и вдруг мысль о шумной вечеринке потеряла свою привлекательность.

Ему хотелось, чтобы Рейчел испытала ту же легкость, которую сегодня пережил он сам.

Николай не мог толком объяснить свои чувства, но когда он признался во всем Юрию, мир не только продолжил вращаться, он стал ярче. А сегодня благодаря принятию со стороны друзей он стал еще ярче.

Даже если он пробудет в Лондоне всего несколько дней, он хотел, чтобы Рейчел пережила такие же эмоции, поэтому он сделал нужный звонок и достал билеты на балет.

Рейчел все еще не могла поверить.

– Это Аня дала тебе билеты?

– Нет. Я ничего не прошу у Ани.

– Почему нет?

– Обычно так детдомовские дети ведут себя с домашними.

– Домашними?

– Теми, у которых есть родители. Так ты хочешь пойти на балет или нет?

– Хочу, – улыбнулась Рейчел.

– Нам нужно торопиться.

– А который час? – запаниковала она. – Мне нужно одеться и накраситься.

– Давай, только… – Николай схватил ее за запястье и повернул к себе. – Мне нравятся эти… – Он провел кончиками пальцев по ее щеке.

– Что именно?

– Эти коричневые штучки.

– Николай, это веснушки, – сказала Рейчел и покраснела, потому что была без макияжа. – И они не пойдут с нами на балет.

– Жаль.

– Вызывай такси, а я пойду переоденусь.

Вбежав в спальню, Рейчел открыла шкаф и просмотрела свои наряды. Она любила носить яркие вещи и выделяться в толпе, но сегодня ей хотелось чего-то другого, поэтому она выбрала простое платье черного цвета. Потом достала из комода скромное нижнее белье бежевого цвета с небольшой отделкой из кружев и сбросила халат.

– Тебе следует поторопиться, – крикнул Николай из-за двери.

– Я знаю. – Ей стоило немалого труда сдержаться и не позвать его в комнату.

Рейчел оделась, присела за туалетный столик и взяла основу для макияжа, но, вспомнив слова Николая о ее веснушках, поставила крем обратно. Сегодня она ограничится румянами и тушью. Рейчел расчесала свои густые волосы и собрала их в высокую прическу. Она надела туфли бежевого цвета и вышла из комнаты. Николай окинул ее медленным взглядом с ног до головы, и ей показалось, что, несмотря на самое целомудренное из своих платьев, она стоит перед ним полностью обнаженная.

– Пойдем, – сказал он.

– Такси на месте? – спросила она, бросая в сумочку ключи и помаду.

– Нас ждет мой водитель.

– Твой водитель?

– Ну, водитель фирмы, услугами которой я пользуюсь, когда бываю в Лондоне.

Когда Рейчел забралась на сиденье шикарной машины, она подумала, что ничего не знает о Николае.

– А где ты живешь, когда не в Лондоне?

– Тут и там.

– Но где твоя база?

Николай не ответил, но Рейчел не обиделась. В конце концов, у нее самой была куча вопросов, на которые она предпочитала не отвечать.

– Поверить не могу, что я еду на закрытие сезона и увижу выступление Ани. – Ее восторг был заразительным. – Ты когда-нибудь был на балете?

– Ни разу.

– Ты получишь громадное удовольствие.

– Ты напишешь о сегодняшнем представлении?

– Обязательно, – кивнула Рейчел. – Я решила, что сяду за статью, как только вернусь домой, что называется, по горячим следам.

И тут Николай решил, что сегодня вечером он отвезет ее к себе на базу, как назвала его дом Рейчел. Сегодня она увидит, где он живет.

Машина остановилась у театра. Николай помог Рейчел выбраться из машины и увидел, как его спутница привычным жестом поправила платье на бедрах. Эта женщина становилась какой-то близкой, что доставляло ему удовольствие и чего он обычно старательно избегал.

Они опаздывали. Звонок прозвенел, чтобы зрители заняли свои места.

– Как, черт подери, тебе удалось раздобыть билеты? – спросила Рейчел, когда они вошли в набитый битком зал. Она все еще не могла поверить своему счастью. Несмотря на свои связи в танцевальном мире, она не смогла достать билеты на сегодняшнее выступление. Но когда их проводили на место и Рейчел оказалась сидящей рядом с какой-то графиней, она сконфуженно посмотрела на мужчину, сидящего по другую сторону от нее.

Рейчел знала, что это места для почетных гостей. Их бронировали на случай, если какой-нибудь член королевской семьи или заезжий миллиардер вдруг решит в последний момент поехать в театр на представление.

Выступающие на сцене знали, что в этом ряду могла сидеть какая-нибудь принцесса.

– Николай… Где ты взял эти билеты?

– Хватит задавать вопросы, – ответил он, когда свет в зале погас. – Просто наслаждайся сегодняшним вечером.

О да. С превеликим удовольствием.

От Ани невозможно было оторвать глаз. Рейчел видела несколько ее выступлений, но сегодня она была просто обворожительной и порхала, словно перышко. Рейчел видела, что сегодня Аня вкладывала в танец всю свою душу, отдавая себя целиком зрителям, сидевшим в зале.

– Она танцевала на кухне, – сказал Николай во время перерыва. Даже он оказался под впечатлением от увиденного. – Ее мать была поваром в интернате, и когда Анна была дома на каникулах, она никогда не расслаблялась и все время занималась.

– Она просто гениальна.

– Ты не завидуешь?

– Нет. Я люблю смотреть, как она танцует. Я знаю, что никогда бы не смогла достичь ее уровня.

– Почему?

– Из-за своего роста. Я не могла танцевать в паре, потому что преподаватели не хотели рисковать спинами юных танцоров.

– Но ты крошечная.

– В сравнении с ними нет, – ответила Рейчел. – Так что я смирилась с тем фактом, что мне не светят сольные партии. Либби, та позавидовала бы Ане. Она всегда хотела танцевать главную партию.

– А какая из партий нравится тебе больше всего?

– Я люблю их все. Я никогда не была в роли Одетты, но несколько сезонов танцевала партию одной из подруг принцессы, которых превратили в лебедей. – Рейчел вздохнула. – Какой у меня был потрясающий костюм, просто вихрь белых перышек! Я чувствовала себя в нем словно на небесах. Мой лебедь был очень счастливым, потому что я была без ума от самой возможности танцевать. У каждого свой путь продвижения по этой жизни. Некоторые, как Либби, пытаются добиться главных партий…

– А в чем был твой путь?

– В бегстве. Танец был моей отдушиной.

– А без него? – спросил Николай.

Дали звонок, и зрители начали возвращаться на свои места.

Рейчел задумалась, что она будет делать без отдушины, которую находила в танце.

– У меня есть право хранить молчание, – с улыбкой сказала она, встретив серьезный взгляд его карих глаз.

– Конечно, – мягко ответил он. Николай не стал давить на нее и не потребовал, чтобы она отвела его в самые темные закоулки своей души. Он просто взял ее за руку и отвел обратно в зал, где она снова окунулась в другой мир.

Но все это время она ощущала присутствие Николая рядом с собой. Его рука нежно сжимала ее руку во время выступления.

– Я хочу, чтобы это представление длилось вечность, – сказала Рейчел, когда опустился занавес.

Зал взорвался оглушительными овациями. Аня низко кланялась зрителям, а потом вдруг застыла и посмотрела наверх. Но затем она быстро пришла в себя, еще раз поклонилась и исчезла за кулисами.

– Не хочешь пойти к ней? – предложил Николай.

– Нет. – Она и так провела целый день рядом с ним в присутствии других людей, так что теперь ей хотелось остаться с ним наедине. – Я хочу быть с тобой.

Они пробирались сквозь толпу к выходу, и Рейчел чувствовала на себе взгляд Николая. Они снова взялись за руки, и ей опять захотелось убежать с ним.

– Куда мы едем? – поинтересовалась Рейчел, когда они сели в машину. – Николай, мне нужно домой. Я хочу написать статью…

– А я хочу отвезти тебя к себе домой.

Машина подъехала к набережной, и Рейчел заметила небольшую толпу, фотографировавшую шикарную, ярко освещенную яхту.

– Должно быть, русские в городе… – пошутила Рейчел, но тут до нее дошло. Николай не повез ее в гостиницу или какие-то апартаменты. Русские на самом деле были в городе, и дом Николая оказался ослепительно красивой яхтой.

Николай взял Рейчел под руку, и они поднялись по устланному ковровой дорожкой трапу. Яхта была похожа на шикарный отель, но только на воде. Они поднялись по ступенькам, пересекли верхнюю палубу и вошли в кают-компанию.

Рейчел приняла бокал с вином, предложенный ей дворецким, который сообщил Николаю, что скоро подадут ужин, и вышел.

– Как, – без обиняков спросила Рейчел, – сирота мог получить все это? Я имею в виду билеты в королевской ложе и эту суперъяхту?

Николай улыбнулся и покачал головой.

– Не скажу.

– Нет, скажешь. Ты забыл, что я очень настойчивая? Покажи, что у тебя там?

Николай отвел ее на палубу, на которой находились гостевые комнаты, кинотеатр, бар и площадка для танцев.

– Похоже, тут устраиваются вечеринки.

– И довольно часто.

Много вечеринок, много женщин.

– А тебя не волнует то, что люди могут хотеть тебя за… – Она пожала плечами. – Ну, за вот это все?

– А почему я должен переживать? – тоже пожал плечами Николай. – Меня все устраивает. Я не хочу привязываться к кому-либо, так что…

Они поднялись на самый верхний уровень, и Рейчел увидела джакузи, массажный и тренажерный залы, которые только и ждали, чтобы ими кто-нибудь воспользовался.

Яхта была очень красивой, но тут создавалось впечатление постоянных гастролей. Какое-то странное чувство одиночества, не так ли?

– У тебя есть капитан?

– Я здесь капитан.

– Нет, я говорю о настоящем капитане.

– Но я и есть самый настоящий капитан, – улыбнулся Николай. – Я управлял суднами намного большими, чем это. Моя команда состоит из первого помощника капитана и двух инженеров.

– А кок?

– Мне готовят шеф-повар и су-шеф…

Рейчел подумала, что яхта представляла собой какой-то отдельный мирок.

– А где диспетчерская?

– Я покажу тебе пост управления, – пообещал он и повел ее обратно на верхнюю палубу.

Ему нравилось отвечать на вопросы Рейчел, примостившейся на одном из кожаных диванов и разглядывавшей панели приборов. Николаю хотелось, чтобы она увидела яхту во всей ее красе, в открытом море, в лучах солнца.

– Если хочешь, мы могли бы отправиться в небольшое плавание. Мы вернулись бы как раз в день крестин.

– Я не смогу пойти на крестины, – напомнила ему Рейчел.

– Тогда на свадьбу. Что скажешь?

– Даже не знаю, – рассмеялась Рейчел, но потом затихла.

Провести целую неделю на роскошной яхте, что могло быть лучше? Но тогда придется делить кровать с Николаем.

Ей стоило немалого труда сказать «нет», но она отказалась:

– У меня много дел на этой неделе. Я обещала Либби помочь ей.

Они оба знали, что Либби могла найти кого-то другого, но Николай не стал настаивать.

Пока.

– А что у тебя там? – спросила Рейчел, когда они проходили мимо каких-то ступенек.

– Я покажу тебе позже, – пообещал он.

– Ага, значит, это лестница, ведущая в рай, не так ли? – улыбнулась она и начала взбираться по ступенькам.

– Позже, – повторил Николай.

Но Рейчел не послушалась приказа капитана, поднялась по ступенькам и открыла дверь. О да, она оказалась словно в раю. Над просторной кроватью горели огоньки, как маленькие звездочки, а стены каюты были полностью стеклянными. Рейчел никогда не видела более красивой спальни.

Николай подошел и остановился позади нее.

– Когда яхта выходит в открытый океан, в хорошую погоду может показаться, что ты лежишь на воде.

Николай знал, что ей хотелось бы увидеть все собственными глазами. Он обнял ее и, наклонив голову, поцеловал ее в ушко.

– Давай уедем вместе, – прошептал он.

Но Рейчел боялась не только темноты, она вдруг испугалась, что привяжется к нему, а он потом возьмет и уедет.

– Не могу, – ответила она. Николай поцеловал ее в щеку, и Рейчел хотелось повернуться к нему и прижаться к его губам. Она прильнула к нему, почувствовав прикосновение его восставшей плоти, и Николай прижал ее к себе еще крепче.

Он покрывал поцелуями ее щеки и шею, и Рейчел нравилось, как его сильные пальцы сжимают ее грудь. Она повернула голову, чтобы их губы могли встретиться. Николай приподнял подол ее платья, скользнул под кружевную кромку ее нижнего белья и начал ласкать низ ее живота.

Рейчел запрокинула голову и еще сильнее прижалась к Николаю. Ей хотелось наклониться вперед, чтобы он овладел ею сзади, и она потянула вниз свои трусики, но Николай развернул ее лицом к себе.

Она потянулась к его губам, но он остановил ее.

– Почему ты отказываешься, если мы оба знаем, что тебе хочется поехать? – спросил он.

– О, я хочу поехать, – ответила она, отбросила в сторону свое нижнее белье и жадно впилась в губы Николая.

– Рейчел…

Она подумала, что он такой же упрямый, как и она, иначе как, черт побери, он мог пытаться вести разговор, будучи настолько возбужденным?

– Я не хочу разговаривать. – Она решила закончить эту беседу по-своему и потянулась к молнии на его брюках. Да, Рейчел всегда командовала в постели, но только не сегодня.

Николай отвел ее руку.

– Ложись на кровать, – тихо скомандовал он.

Он жадно целовал ее и вел спиной к кровати. По тому, какой страстью горели его глаза, Рейчел знала, что ее ждет испепеляющий танец любви. Низ ее живота бешено пульсировал от желания, но ее разум был переполнен воспоминаниями.

– Только не в кровати…

Николай запнулся. Он увидел страх, промелькнувший в ее глазах, и сперва не понял, в чем дело. Потом он вспомнил небольшую борьбу, которая имела место во время их предыдущей встречи, и до него дошло, что она не хотела оказаться под ним.

Рейчел вся сжалась. Она раздразнила тигра, не сказав этому тигру свои правила. Внутри нарастал крик, и Рейчел была близка к тому, чтобы испортить восхитительный вечер воплем ужаса, которого никак не заслуживал Николай.

Но этот крик так и не вырвался наружу, потому что Николай приподнял ее, и она обвила ногами его талию.

Со вздохом облегчения она набросилась на его губы и целовала так жадно, как никогда и никого раньше. Николай вошел в нее, а она держала его лицо в своих ладонях и позволяла ему двигать ее телом. Они стали одним целым.

Николая восхищала гибкость ее бедер, которые с легкостью открылись перед ним. Он пообещал ей на русском, что однажды будет любить ее долго и неторопливо, а она ответила ему чувственным языком своего тела. Рейчел оторвалась от его губ и, запрокинув голову, изогнулась, когда Николай увеличил свой темп. Потом она ощутила, как его тело захлестнула безудержная волна наслаждения, и услышала, как он закричал. Рейчел закрыла глаза и всхлипнула. Она знала, что всегда будет сходить по нему с ума.

Ей стоило неимоверных усилий сдержаться и не расплакаться, когда Николай медленно опустил ее на кровать.

Он нежно и неторопливо раздел ее и прилег рядом.

– Поужинаем?

Рейчел со смехом отреагировала на такое вкусное предложение, и им принесли в постель лобстеров и шампанское.

– А где моя икра? – жалобно спросила Рейчел и заглянула под раковину лобстера. – Обслуживание здесь ни к черту не годится.

И тут она услышала то, чего никогда раньше не слышала.

Николай звучно захохотал. Его смех был прекрасным, словно молния, но ей хотелось плакать, потому что за молнией всегда следовал гром, а Рейчел не хотелось ждать, когда он грянет в тот момент, когда Николай покинет ее.

Потом, когда подносы с пустыми тарелками были убраны, они остались наедине с ночью. Николай потянулся и выключил свет, и Рейчел подняла глаза к потолку и наблюдала за появлением звезд.

Она не привыкла к такой темноте. Лунный свет отражался в воде, посылая на потолок блики света, но с каждой минутой он все больше угасал, и в спальню заползала тьма.

Николай положил ладонь на руку Рейчел и почувствовал, что она напряжена.

– Ты в порядке?

– Я… Я ведь не написала статью, – придумала отговорку Рейчел. – Надо было сделать хотя бы несколько заметок…

– А почему бы тебе не написать ее целиком прямо сейчас? Ты можешь воспользоваться моим компьютером.

– Правда?

– Конечно.

Николай поднялся и, взяв со стола свой ноутбук, протянул его ей. Рейчел уселась поудобнее и мысленно вернулась к «Жар-птице». Она попыталась передать на словах завораживающее выступление Ани, как та порхала на сцене, как кружилась на ней, словно жидкое золото, как она выкладывалась на сцене и с какой любовью принимала ее публика.

Рейчел перечитала статью и почувствовала, как отяжелели ее веки. Ей нравилось работать рядом со спящим Николаем. Его близость успокаивала ее. Наверное, слишком сильно, потому что несколько минут спустя Рейчел услышала глухой стук, когда ноутбук упал на пол, и поняла, что задремала.

– Оставь… – мягко сказал Николай, когда она потянулась, чтобы поднять ноутбук.

Но без света, идущего от экрана, Рейчел снова оказалась в темноте. Николай положил ей руку на живот, и Рейчел подумала, что, если она уснет и его рука опустится чуть ниже, если он вдруг коснется ее в темноте, она может закричать.

Она приказала себе не спать. Но не спать на его яхте оказалось делом не очень приятным. Панорамный вид, открывавшийся из его спальни, открывал доступ мраку и теням и причудливым огонькам, пляшущим на поверхности воды.

Рейчел стало дурно.

Как сказать мужчине, что ты до смерти боишься темноты?

Наверное, Николай почувствовал ее панику, потому что придвинулся к ней чуть ближе. Его наполовину возбужденная плоть коснулась ее бедра, и Рейчел поняла, что вскоре он снова захочет ее.

Как сказать мужчине, которому ты отдавалась с такой страстью, что, если он коснется тебя в темноте, ты закричишь от ужаса?

Рейчел подумала, что ей лучше уйти. Она тихонько высвободилась из его объятий, поднялась с кровати и, став на колени, начала в темноте собирать свои вещи.

Она нашла свое платье и одну туфлю, когда услышала голос Николая:

– Что ты делаешь?

– Наверное, мне лучше поехать домой.

– Домой? Посреди ночи? Рейчел? – Он начал что-то говорить, но ее охватила такая паника, что она ничего не услышала.

– Николай, – поднялась с колен Рейчел. – Я до смерти боюсь темноты!

Глава 9

Комната тут же залилась светом, и Рейчел показалось, что в ее легкие вернули кислород.

Николай посмотрел на нее и заметил, что она была бледнее обычного. По правде говоря, паника, которую он увидел в ее глазах, напомнила ему ночи, когда он просыпался в холодном поту после ночных кошмаров.

– Иди обратно в кровать.

– Не могу.

– Я не буду выключать свет.

– Я не хочу уснуть.

– Тебя мучают ночные кошмары?

– Я не люблю спать рядом с другим человеком, – ответила она, понимая, что ее слова прозвучали глупо.

– А мы не будем спать. Если ты ляжешь обратно, я расскажу тебе, как такой сирота, как я, достиг такого успеха в жизни…

Рейчел улыбнулась, и ее страхи немного улеглись.

– Ты ведь поклялся, что никогда не расскажешь.

– Ради тебя я нарушу это правило. – Николай никогда не делился своим прошлым, но времена меняются. Вскоре он поведает историю о приключениях, выпавших на его долю, своим близким друзьям, но ему хотелось, чтобы Рейчел услышала ее первой. – Иди же сюда… – Он протянул ей руку, она несмело ухватилась за нее и забралась обратно в кровать.

Рейчел была признательна Николаю за то, что не стал спрашивать о причине ее страхов. Вместо расспросов он решил поделиться своей собственной историей.

– Мне исполнилось четырнадцать, когда я убежал. Я сел на поезд Транссибирской магистрали и отправился во Владивосток. Я ехал зайцем…

Рейчел недоуменно посмотрел на него.

– Я был безбилетным пассажиром, – объяснил Николай.

– Но дорога туда занимает тысячи километров. Как тебя не поймали?

– Пассажиры помогли. Они кормили меня и прятали, когда в вагон заходили контролеры. На этих поездах такое случается. Но, в конце концов, меня поймали и высадили из поезда. Я подождал на другой станции два дня, когда придет следующий поезд, и все-таки добрался до Владивостока. В этом городе находится самый большой морской порт России, и он всегда был моей мечтой. На протяжении многих дней я наблюдал за судами и выбрал одно из них, на котором собрался уплыть.

– Опять безбилетным пассажиром?

– Да.

Рейчел слушала Николая, затаив дыхание.

– Итак, я пробрался на корабль и спрятался в грузовом отсеке. У меня были некоторые запасы еды, но они вскоре закончились, и мне пришлось по ночам выходить из своего укрытия, чтобы найти, чем поживиться. Однажды меня чуть не поймали, когда выгружали груз в Японии, но я спрятался в одной из труб. Когда капитан в очередной раз осмотрел корабль перед отплытием, он не смог найти меня. Все шло хорошо, пока мы не добрались до Южно-Китайского моря, где любят охотиться пираты…

Рейчел бросила на него потрясенный взгляд.

– Такое случается. Они ждут, пока корабль сбавит скорость, чтобы пройти фарватер, и подплывают на скоростных катерах. Пираты, которые напали на наш корабль, были вооружены.

– Они хотели забрать ваш груз?

– Нет, эти охотились за деньгами и драгоценностями. Они сначала обобрали всех членов команды корабля, а потом расстреляли их. Когда я вышел из своего укрытия, капитан Юрий был все еще жив, но находился в критическом состоянии.

– Он удивился, увидев тебя?

– Хорошего капитана ничем не удивишь, – ответил Николай. – Но он очень рассердился. Позже я узнал, что он очень гордился тем, что умеет проводить тщательную проверку корабля перед отплытием. Знаешь ли, безбилетные пассажиры – настоящая беда для капитанов.

– Как та женщина, у которой ты принимал роды.

Николай согласно кивнул.

– Это случилось много лет спустя, но проблема с безбилетниками остается прежней. Оказывается, корабль должен возвращать их обратно за свой счет. В любом случае, несмотря на то что Юрий очень рассердился на меня, он занял меня делом. После нападения пиратов выжило только несколько членов экипажа, так что моя помощь была как нельзя кстати. Мы направились обратно во Владивосток, и я боялся, что Юрий сдаст меня в полицию, но к тому времени, как мы добрались на место, мы с ним успели подружиться. Однажды он предложил мне часть груза. Это были джинсы, огромное количество. Я мог сбыть их на черном рынке и разбогатеть. Но я попросил его научить меня всему, что он знал о плавании на морских судах.

– И он научил?

– Всему. Несколько лет я ходил в простых матросах, но потом Юрий помог мне устроиться на работу на один из ледоколов, и это было самое счастливое время в моей жизни. Работа приносила хорошие деньги и помогала не думать о прошлом. Только представь, как эти мощные суда врезаются в лед, разламывая его на куски. Зрелище просто фантастическое, но безо льда из-за своей обшивки они не такие устойчивые…

– Я хочу побывать на ледоколе.

– Почему бы нет? – улыбнулся Николай. – Мощь, размер, скорость… Иногда оборачиваешься назад и смотришь на дорогу, которую проложил; ты находишься на самом огромном, самом сильном корабле, а сам такой крохотный. Знаешь, я всегда с любовью вспоминаю то время.

– Там одиноко?

– Нет. Там было совместное принятие пищи и просмотр фильмов. Это просто другая жизнь. И потом, всегда можно остаться наедине с самим собой, если захочешь, – задумчиво ответил Николай. – Итак, после того, как я поработал на ледоколах, я вернулся во Владивосток и снова встретился с Юрием.

– Сколько тебе было лет?

– Двадцать.

Рейчел не могла поверить, что он столько всего пережил в столь юном возрасте.

– И тогда началась настоящая работа. Я приступил к учебе, чтобы сдать экзамены. Сначала я стал четвертым помощником капитана, потом третьим, и каждый раз мне приходилось проводить в море по триста шестьдесят пять дней в году. Юрий научил меня всему, что нужно для плавания на морских судах. Потом я дослужился до должности первого помощника капитана. Когда я стал капитаном, Юрий сказал мне, что он умирает и хочет отправиться в свое последнее плавание.

– У него была семья?

– Он был вдовцом. Детей у него не было. Юрий сказал, что я ему как сын, и я относился к нему, как к отцу. Когда мне исполнилось восемнадцать, я взял его фамилию.

Рейчел зачарованно смотрела на Николая, и ей казалось, что она может слушать его вечно.

– Во время последнего плавания мы сильно напились и разговорились. И Юрий преподал мне еще несколько жизненных уроков. Он умер там, где хотел, и я похоронил его в море.

– О нет.

– Это была его последняя воля. Он был хорошим человеком. Он до последнего дня оставался верным своей жене и ушел из жизни, когда был готов к этому. После его смерти оказалось, что ледокол, на котором я когда-то работал, принадлежал ему. Также в его собственности находилось еще два ледокола и одно торговое судно, на котором он и умер. Все его имущество оценивалось в миллиарды долларов. И он завещал все свое имущество мне.

Рейчел потрясенно ахнула.

– Он дал мне все, понимаешь?

– Он любил тебя, как сына, – тихо сказала Рейчел. – Ты рад, что не принял тогда тот груз с джинсами?

Николай улыбнулся.

– Кажется, ты не поняла, какие деньги я мог заработать тогда.

– Но ты ведь хотел иметь дело с кораблями?

– Да. Сколько себя помню, я мечтал отправиться в плавание. Я всегда думал, что мой отец, скорее всего, был моряком. Я родился с желанием управлять кораблем.

– Теперь это яхты класса «люкс».

– По большей части, – согласно кивнул Николай. – Но по нескольку месяцев в году я работаю на ледоколах. Торговое судно пришлось списать на металлолом. Мне очень трудно далось расставание с ним, потому что этот корабль был очень красивым… И тогда я переключил внимание на яхты. У меня три яхты. На одной я живу, а две другие сдаю в аренду.

– Ты все еще скучаешь по своему другу?

– Очень. Он был единственным человеком, который знал, что случилось со мной в интернате.

Николай заметил, как Рейчел смутилась и опустила голову.

– Я не хотел рассказывать ему, но боялся, что он отправит меня обратно. Я сказал, что меня обижали, но он догадался, что я недоговариваю, и предложил разделить свое бремя прошлого с ним.

– Тебе стало легче?

– Да. Мой груз был слишком тяжелым, но он облегчил его.

Николай видел в глазах Рейчел, что она ведет внутреннюю борьбу. Она открыла рот, а потом тут же закрыла, и он вспомнил, как тяжело делиться подобными вещами с другим человеком, и не стал давить на нее.

За окнами горизонт окрасился первыми солнечными лучами.

– Поспи, – предложил Николай, нежно посмотрев на Рейчел. – А я пока поработаю.

Он поднялся с кровати, а она свернулась калачиком, но еще долго не могла заснуть.

Осталось восемь ночей.

А потом он уедет.

Глава 10

Оказавшись в собственной кровати, Рейчел больше не испытывала наслаждения.

Она провела восхитительный воскресный день на яхте, а вечером по ее просьбе водитель Николая доставил ее домой.

Она не находила себе места, но решила, что первым должен позвонить Николай.

Но когда?

Утром в понедельник в ее дверь постучали, и Рейчел бросилась открывать. На пороге стоял молодой человек из службы доставки с огромным букетом цветов. Пританцовывая, Рейчел вернулась в гостиную и разочарованно вздохнула, когда увидела, что цветы ей прислали ее бывшие коллеги по работе.

После обеда она отправилась в танцевальную студию и проводила там занятия до самого вечера. Придя домой, Рейчел рухнула на диван, и в ту же секунду зазвонил телефон.

– Как все прошло?

Она радостно улыбнулась, услышав голос Николая.

– Честно?

– В обязательном порядке.

– Мне не понравилось. Я не гожусь для этой работы. Бог мой! Сначала я занималась с малышами, и мне было очень сложно заставить их сосредоточиться хотя бы на минуту. Потом пришли дети постарше, и мне кажется, я растянула их слишком сильно…

Николай громко захохотал.

– А ты что делал? – поинтересовалась Рейчел.

– Немного работал, немного размышлял…

– А чем занимаешься сейчас?

– Смотрю на закат. Кажется, кто-то стучит в твою дверь?

– Ага.

– Тогда я отпускаю тебя, – сказал Николай и положил трубку.

Рейчел побежала вниз, думая, что увидит его на пороге своего дома. Но вместо него там стоял высокий мужчина с подарочным пакетом в руках. Рейчел озадаченно расписалась в бланке и вернулась в дом. Открыв серебристый пакет, она не увидела там ни записки, ни открытки, а только жестяную банку…

Большую банку икры и крохотную перламутровую ложечку!

Нарушив все свои правила, Рейчел бросилась к телефону и набрала номер Николая.

– Не говори с набитым ртом, – сказал он, потому что она не могла толком произнести слова благодарности, прожевывая икру.

– Это самый лучший подарок в моей жизни! Намного лучше цветов, – счастливо улыбнулась Рейчел. – Николай… Когда мы снова увидимся?

– Мой водитель ждет тебя снаружи.

Рейчел почти выбежала из дома!

Несомненно, эта неделя была самой удивительной в ее жизни. Возможно, Рейчел чувствовала себя даже более счастливой, чем тогда, когда танцевала партию одного из лебедей, потому что по ночам она занималась любовью с Николаем, а днем отсыпалась. Этот мужчина перевернул ее мир с ног на голову, и у Рейчел от восторга кружилась голова. Даже занятия с четырехлетками превращались в веселье, потому что она знала, что на улице ее ждет машина, которая отвезет ее обратно на яхту.

Рейчел твердила себе, что она не влюблена, что ей просто необходимо развеяться и что ее чувства по-прежнему под контролем. Закрыв студию в пятницу вечером и подойдя к открытой для нее дверце шикарного автомобиля, она подумала, что похожа на элитную проститутку, и ее ничуть не смутило такое сравнение.

Рейчел обрадовалась, когда увидела в машине Николая.

– Мне нужно заскочить домой, – улыбнулась она и сказала ему, что записалась к дантисту на понедельник. А во вторник у нее массаж. Рейчел расписала всю следующую неделю так, чтобы занять себя чем-нибудь и не думать о том, что он уехал. – Я ненадолго, – пообещала Рейчел, но Николай вышел из машины вместе с ней.

Через некоторое время, вместо того чтобы пировать на его яхте и танцевать при лунном свете, они сидели на полу ее гостиной и поедали приготовленные ею спагетти. Конечно же дело закончилось постелью. Рейчел невыносимо было думать о том, что Николай скоро уедет, ей хотелось выбраться из его объятий и залепить ему пощечину за то, что он собирается бросить ее одну в этом мире. Но она лишь тяжело вздохнула.

– Я пойду, – сказал Николай. Он видел, что она очень устала, и не хотел, чтобы она притворялась, что спит.

– Не уходи пока, – попросила она, а потом поднялась и села на кровати. – Твой бедный водитель…

– С ним все в порядке, – рассмеялся Николай.

– Но ты ведь не можешь оставить его там.

– А ты хочешь, чтобы он присоединился к нам?

– Ты что! – улыбнулась Рейчел. Как же она любила лежать в своей кровати в его объятиях, положив голову ему на грудь и поглаживая его живот.

– Ты поговорила со своей матерью насчет воскресенья?

– Я пыталась, но не смогла. Она очень… Лучше не раскачивать эту лодку.

– А что будет, если ты все-таки раскачаешь ее?

– Она развалится. Честно говоря, она всегда была такой, и мне кажется, что ее брак снова потерпел крушение. Поэтому нас вскоре ждет очередная драма.

– Как давно она замужем?

– Этот брак длится три года.

– Она выходила замуж несколько раз?

– Этот муж третий по счету, но у нее было множество ухажеров… Я не буду рассказывать ей о тебе и твоих миллиардах, иначе она начнет подкатывать к тебе…

– Вряд ли у нее что-нибудь получится, – улыбнулся Николай. – Наверное, я все-таки пойду, – сонно зевнул он.

– Останься, – попросила Рейчел. Может быть, рядом с ним темнота будет не такой страшной.

– Ты в самом деле хочешь, чтобы я остался? Я не хочу, чтобы ты притворялась спящей.

– Я слишком устала, чтобы притворяться, – ответила Рейчел, но потом вспомнила, что прикосновений во время сна боится еще больше, чем темноты. – Нет, тебе все-таки лучше уйти.

Николай почувствовал, как слеза упала ему на грудь.

– Но я не могу оставить тебя, когда ты плачешь.

– Я боюсь, что если я почувствую твое прикосновение во время сна, я могу закричать от ужаса.

– Тогда я не буду прикасаться к тебе.

Рейчел на минуту задумалась.

– Ты боялся убегать из детдома?

– Мне кажется, я больше боялся того, чтобы остаться там. Так что я просто собрал вещи, написал записку и сбежал, прихватив с собой кораблик, который собирал из спичек несколько лет. Помнишь книжку с эротическими рассказами, о которой упоминал Даниил на свадьбе. Ее я тоже взял с собой.

– Зачем?

– Чтобы помнить о том, что мне нравились женщины. Рейчел, некоторые люди умеют задурманивать мозги.

– Тебе удалось выбраться.

Ему да, ей нет. Разница между ней и Николаем была в том, что он изменил свою жизнь. У него хватило смелости сбежать и оставить записку, чтобы защитить других детей, тогда как Рейчел просто лежала там и притворялась спящей.

Нет, она ничего не расскажет. В любом случае он скоро уедет.

Николай сжал ее руку и поцеловал в макушку. Она лежала рядом с ним и прислушивалась к его ровному дыханию. Ее веки наливались свинцом, и она почти заснула, когда слова из прошлого прогнал прочь ее сон: «Тебе ведь нравится, правда?»

Рейчел вспомнила, какое она пережила потрясение и смущение, когда мужчина, которого она ненавидела, довел ее до оргазма. Она хотела подняться, но Николай удержал ее. Он положил ладонь на ее руку и нежно поглаживал, пока Рейчел впервые в жизни не уснула в одной кровати с мужчиной.

Глава 11

Прошло еще две ночи.

Рейчел лежала рядом с Николаем, и ей казалось, что она оказалась в Южно-Китайском море и на нее напали пираты, которые похитили ее сердце и ее разум.

– Так куда ты направляешься в понедельник? – спросила Рейчел.

– Во Францию.

Николай сел на кровати и постарался не заметить разочарованного взгляда Рейчел. Сначала они согласились провести вместе всего одну ночь, потом неделю. Он был честен с ней с самого начала. Так же как и она с ним.

– Мне придется прогнать тебя, – сказала Рейчел, постаравшись придать своему голосу легкости. – Я записалась на укладку волос в девять.

– Да, у тебя ведь сегодня прощальная вечеринка.

Они оделись и подошли к входной двери, делая вид, что все в порядке. Николай потянулся к Рейчел, чтобы поцеловать ее, но она увернулась. Ее сердце мучительно ныло, но она просто не могла целоваться с мужчиной, любовь к которому так и осталась безответной.

– Просто уходи, – зло процедила она.

Когда дверь за ним закрылась, Рейчел не сомневалась, что потеряла его навсегда.

Николай постучал в окошко автомобиля и разбудил своего водителя, который отвез его обратно на яхту. Нужно было проложить точный маршрут путешествия, в которое они отправятся в понедельник. Николай задумчиво смотрел на карту. Первая неделя в Лондоне тянулась очень медленно, а вторая, когда рядом с ним оказалась Рейчел, пролетела как одно мгновение. Николай привык встречаться с женщинами на короткое время, а потом сниматься с якоря и исчезать, в буквальном смысле этого слова, на горизонте в предзакатных лучах солнца. Без оглядки.

Только в этот раз все было по-другому. Завтра со свадебного путешествия вернется Сева, и после крестин маленькой дочери Даниила все трое друзей соберутся вместе. Теперь Николай не страшился встречи с ними, наоборот, он ждал ее с большим нетерпением. Ему нравилось в доме Даниила и Либби, даже если младенцы не вызывали в нем особого восторга. Да что там, даже встреча с Аней показалась ему приятной.

Николай смотрел на фотографию, которую дал ему Даниил, и думал о том, что их связывало общее прошлое и что будет здорово, если их дружба снова возобновится.

Более того, было приятно снова оказаться в Лондоне. Ему всегда нравился этот город, но в этот раз он был каким-то особенным. Впервые за все время Николай обнаружил место, которое ему не хотелось покидать. Или ему не хотелось расставаться с одним человеком? Женщиной, которая, подобно ему, решительно настроилась не связывать себя серьезными отношениями. Только они уже были привязаны друг к другу. Николаю казалось, что если он уедет сейчас, то потеряет самое лучшее, что могло случиться с ним в жизни.

Он вспомнил стиснутые губы Рейчел и ее сердитый взгляд, который говорил о том, что ей больно, и в тот самый момент он понял, что влюбился.

Рейчел уложили волосы, и она мрачно посмотрела на себя в зеркало. Фен шумел слишком громко, а разговор со стилистом несколько раздражал ее. Она корила себя за то, как рассталась с Николаем, и сдерживалась, чтобы не отправить ему сообщение.

Выйдя из салона красоты, она направилась в роскошный магазин и выбрала небольшой подарок для Нади. На следующей неделе она заглянет к Либби с тортиком и попытается возместить ущерб, который будет нанесен их дружбе из-за ее отсутствия на крестинах.

Рейчел выбрала для малышки красивую фарфоровую статуэтку балерины. Пока заворачивали подарок, она решила прогуляться по магазину и увидела в одной из витрин небольшой хрустальный кораблик филигранной работы. Он был невероятно красивым и очень подходил для подарка Николаю. У нее перехватило дыхание, когда она услышала его цену. Кораблик стоил очень дорого, намного больше, чем она могла позволить себе. Но тут Рейчел подумала о том, какое счастье дарили его объятия, и вспомнила, что он лишился одного из своих кораблей.

Расставание с Николаем оказалось очень болезненным, а Рейчел хотелось закончить их отношения с легкой улыбкой.

Рейчел спрятала оба подарка в сумку и отправилась на свою собственную вечеринку, где ее ждали друзья и коллеги по работе и ее подруга Либби, которая пришла не одна, а прихватила с собой свою малышку Надю. Рейчел удивилась, увидев там Андре, и весь вечер пыталась вежливо избегать его. Она разрезала торт, некоторые из присутствующих выступили с речью, а потом комната погрузилась в темноту. Рейчел присела рядом с Либби и вместе с остальными начала смотреть кадры из своей жизни. На одной из фотографий Рейчел была запечатлена в свои пятнадцать лет. Она тогда получила стипендию и отправилась на учебу. Рейчел помнила, какое испытала облегчение, когда уехала из дома. Она смотрела на себя юную и приходила в ярость от того, что тот мерзавец сделал с этой маленькой девочкой.

– Дай мне подержать малышку, – попросила Рейчел подругу. Она держала на руках маленькую Надю и смотрела кадры одного из своих выступлений. – О! – Рейчел увидела себя в образе лебедя.

– Помнишь, как они потеряли твой костюм? – рассмеялась Либби.

Рейчел вспомнила тот вечер, когда обнаружила, что ее костюм стал слишком мал ей. Она стала такой высокой, что юбка едва прикрывала ее колени.

А потом все закончилось, и в комнате снова зажгли свет. Ее карьера закончилась, и Рейчел не знала, что делать дальше.

– Рейчел, мы очень хотим, чтобы ты присоединилась к нам завтра, – сказала ей Либби. – Я понимаю, что тебе нужно ехать на эту свадьбу, и просто хочу сказать, что нам будет очень тебя не хватать…

– Я знаю. – Ей разбивало сердце то, что она не могла быть крестной Нади и вместо крестин должна была отправиться на свадьбу, на которую не хотела ехать, и все потому, что не умела сказать «нет».

– Нам нужно идти, – улыбнулась Либби.

– Я так рада, что ты смогла придти.

– Я не могла пропустить твою прощальную вечеринку… – тихо сказала Либби. Рейчел поняла, что та обиделась, потому что они как-никак были близкими подругами, а она собралась пропустить крестины дочери Либби.

Люди понемногу начали расходиться, и Рейчел решила, что пора идти и ей самой.

– Я хочу сделать тебе подарок, – подошел к ней Андре.

– Не нужно, – придала своему голосу легкости Рейчел.

– Пойдем. Нам нужно поговорить и лучше обсудить все прямо сейчас, чем за каким-нибудь рождественским ужином пять лет спустя.

Действительно, лучше объясниться сейчас. Рейчел согласно кивнула и полезла в машину.

– Мы так ни к чему и не пришли, – заметил Андре, когда они подъехали к ее дому. – Ты четко давала понять, что не хочешь серьезных отношений.

– Я знаю. Но теперь ты женишься на моей двоюродной сестре.

– Шона беременна. Если бы не так…

– Я не хочу ничего слышать! Не хочу ничего знать! Я просто хотела, чтобы мои работа и семейные дела не пересекались, а теперь каждое Рождество, каждую чертову свадьбу… Я не просто сердита на тебя. Шона даже не подозревает, что мы с тобой когда-то встречались. Она знает, что мы продолжали с тобой спать, когда вы встретились с ней? Я представила вас друг другу в Сингапуре. Если бы я знала, что вы встречаетесь, я бы не спала с тобой. – Рейчел разрывалась на части от бешенства, смущения и ужаса, когда вышла из машины и направилась к дому.

– Рейчел! – бросился за ней Андре. – Успокойся. Послушай, нам хорошо вместе. Ты сама сказала мне, что тебе не нужны все эти сердечки и цветочки. И то, что я женюсь на Шоне, никак не влияет на наши с тобой отношения.

– Что?

– Я понимаю, что ты обижена, но после свадьбы все останется по-прежнему…

Иногда вещи, которые ранят сильнее всего, поначалу не осознаются. Рейчел была настолько потрясена, что никак не отреагировала, когда Андре прильнул к ее губам. Он обнял ее за талию и прижал к себе. Этот мужчина собирался завтра жениться, но сегодня он будет спать с ней.

Она хотела оттолкнуть Андре, но просто стояла там, на пороге дома, скованная ужасом, пока Андре вдруг не отлетел назад.

Рейчел мгновенно узнала Николая, который оттолкнул Андре и стоял, держа того за галстук.

– Иди в дом, – бросил он Рейчел, и его голос потемнел от злости.

– Я не… – О господи, он видел ее с Андре. Николай видел, как Андре провел языком по ее шее… Он был в ярости. – Мы не…

– Иди в дом, – приказал он.

Она влетела в дом, и несколько минут спустя на пороге появился Николай, чуть запыхавшийся и по-прежнему очень сердитый. Но вместо того чтобы убежать от него, Рейчел бросилась к нему, в отчаянной попытке объяснить, что произошло, и она очень смутилась, когда он заключил ее в свои объятия. И Рейчел поняла, что он злится не на нее.

Глава 12

Николай понял, что ему нечего сердиться на Рейчел, когда увидел беспомощное выражение ее лица в тот момент, когда Андре прижал ее к себе. Он увидел в ней себя.

– Я не собиралась спать с ним… – умоляюще сказала Рейчел. Но вряд ли Николай поверит ей. Она сама себе не верила.

Он завел ее в гостиную, усадил в кресло, а сам встал на колени рядышком с ней.

– Я не знала, что делать, – настаивала она.

– Я тебя понимаю.

– Нет, не понимаешь.

– Тогда объясни мне.

– Не могу. Меня охватила какая-то паника.

– И ты просто не могла пошевелиться? Словно у тебя не стало голоса, и даже если бы ты заговорила, никто не услышал бы?

Николай помнил, как просигналил отъезжающий автобус, а он просто сидел там, не в силах сдвинуться с места, парализованный страхом и смущением.

– Это похоже на то, как было с ухажером моей матери… Он все время заходил в мою спальню. Сначала он присаживался на край постели, желал мне спокойной ночи и просто играл с моими волосами. Иногда я лежала и слышала какую-то возню, но я твердила себе, что это всего лишь звуки. Но потом он начал прикасаться ко мне.

– Ты сказала матери? – сжимая ее ладони, спросил Николай.

– Я пыталась. Я сказала, что он заставляет меня испытывать неловкость. Но она очень рассердилась и заявила, что я завидую, что она наконец-то счастлива. Мать сказала, что я всегда делаю трагедию из ничего и что этот человек обращался со мной лучше моего собственного отца. Она напомнила, что он оплачивает мои занятия балетом, и знаешь что? Какая-то часть меня не хотела, чтобы он уходил, потому что я знала, что жизнь матери снова развалится на части. Она просто не могла жить одна, чтобы рядом не было никого из мужчин. Так что, может быть, я не сильно старалась убедить ее. Я не знаю.

– Зато я знаю, – ответил Николай. – Твоя мать все прекрасно понимала, просто закрывала глаза на происходящее.

– Я не хотела, чтобы она снова страдала. И я не хотела лишиться занятий балетом.

– Конечно не хотела.

– Я мечтала получить стипендию и навсегда уехать из дома. А это значило больше занятий с репетитором. Я помню, как расстроилась мама, когда пришли счета за танцевальную школу, а потом мы узнали стоимость брекетов. Он сказал, что мне нужны брекеты, и обещал заплатить за них… – Рейчел перевела дух. – Я сказала ему, что хочу танцевать, и я прекрасно понимала, что может последовать за этим. Той ночью я притворилась спящей, когда он вошел и попросил меня не беспокоиться, потому что возьмет на себя все расходы. А потом, вместо того чтобы присесть на кровать, он лег в нее…

– Все хорошо, – успокаивал ее Николай.

– Нет, – всхлипнула Рейчел. – Я притворялась спящей, и это было ужасно. Но когда он пришел следующей ночью, я не противилась…

– Это он так сказал?

Рейчел готова была провалиться сквозь землю от стыда.

– Иногда я получала удовольствие.

Она зажмурилась, потому что боялась встретить его полный отвращения взгляд. Она ждала, что он вскочит с презрением, отвесит ей пощечину или хлопнет входной дверью. Но ничего такого не произошло. Рейчел открыла глаза и увидела, что Николай по-прежнему сидит у ее ног. Ничего не изменилось.

Николай знал, что может случиться, если тело разбудить слишком рано, и как человек потом будет терзаться от стыда и чувства вины. Он мягко сжимал ее руки, а его глаза светились нежностью.

– Ты сумел изменить свою ситуацию. Ты сбежал. А я осталась, я просто лежала там и притворялась спящей…

– Но ты тоже выбралась оттуда, – возразил он. – Ты получила стипендию на обучение. Не было бы занятий танцами, он придумал бы другой предлог. Он, случайно, не говорил тебе, как плохо будет твоей матери, если он уйдет?

Рейчел молча кивнула.

– Мой сказал мне, что расскажет правду о том, что мы с Севой жульничали, и мой друг тогда лишится возможности перейти в хорошую школу. Я ушел от того человека, то же самое сделала и ты. В тот день, когда я рассказал все Юрию, был самым тяжелым в моей жизни, но и самым лучшим, потому что люди, которые поступают мерзко по отношению к другим, держат тебя запертым в чувстве стыда, которое не при надлежит тебе. Я боялся, что мои друзья подумают, что мне нравились отношения с тем преподавателем или что я был геем, когда я в точности знал, что мне нравятся женщины. Я не понимал, что страх, что-то запретное и простое трение может привести к оргазму, но ты не получишь настоящего удовольствия. Этот ублюдок стал причиной того, что ты начала бояться темноты и прикосновений ночью, так что очевидно, что тут не было ничего и близко похожего на наслаждение, которое можно получить в объятиях другого человека.

Рейчел открыла глаза и посмотрела на сидящего перед собой Николая, сильного и уравновешенного мужчину, который однажды прошел через такие же испытания.

Она жила в подвешенном состоянии с пятнадцати лет, находясь в ловушке грешного тела, когда каждый оргазм вызвал у нее чувство вины и стыда.

После того как она излила душу, ей стало немного легче.

– Тебе хотелось бы встретиться с ним и обличить его? – спросил Николай.

Да, она мечтала об этом. Вернуться повзрослевшей и при встрече выплеснуть весь свой гнев, всю свою ярость, которую носила в себе все эти годы.

– А тебе хотелось?

– Да, но когда Юрий предложил разобраться с этим человеком, я передумал. Я больше не хотел видеть его и давать ему место в своей жизни. Хотя часто думал об этом.

Так же как и она.

Каждый божий день.

– Хочешь, я разберусь с ним? – предложил Николай.

Неужели он хотел… Рейчел боялась спросить, как именно он хотел поступить с ее обидчиком, но впервые за время их нелегкого разговора ее губы тронула слабая улыбка. Николай нежно посмотрел на ее чувственный рот и щербинку между зубами. Рейчел в его глазах была само совершенство.

– Нет, но спасибо за предложение.

– Этот человек будет на свадьбе?

– Нет. Они с мамой расстались через несколько недель после того, как я уехала из дома.

– Еще бы, – зло сказал Николай.

– Я не хочу на эту свадьбу.

– Так не иди.

– Но я обязана пойти туда. Пойдем вместе. Я не прошу тебя знакомиться с моими родственниками или что-то в этом роде. Но мне будет легче, если ты будешь поблизости.

– Я не могу. Я не собираюсь стоять в церкви и смотреть, как жених, которому я подбил глаз, произносит клятвы, которые, как мы знаем, он не будет хранить…

– Ты подбил ему глаз?

– Да. И я скажу тебе еще кое-что. Мое колено постаралось сделать так, чтобы он получил синяк не только под глазом. Так что его ждет нелегкая брачная ночь. – Рейчел неуверенно улыбнулась в ответ. – Пришла пора научиться отвечать отказом на вещи, которых ты не хочешь делать, и соглашаться на то, чего тебе хочется.

– Но я не могу отказать матери. Она…

И тут она все поняла. Ее мнение так часто ни во что не ставилось, что она просто не знала, как им пользоваться. Рейчел сидела, с трудом сдерживая слезы.

Николай нежно коснулся ее лица и заглянул ей в глаза.

– Тебе нужно делать то, что правильно для тебя.

– Я знаю…

Николай придвинулся к ней ближе и прильнул к ее губам. Ее тело тут же откликнулось, она прильнула к нему, а потом вдруг замерла.

– Николай… Не сейчас… – остановила она Николая, когда его руки скользнули ей под платье.

– Прости?

– Мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя.

Николай озадаченно посмотрел на нее, словно не понимал, о чем она говорит.

– Я не в том настроении, чтобы заниматься любовью в этом кресле! – отрезала Рейчел. Да, он был очень милым и все такое, но нельзя же так! – Мне нужно время, чтобы подумать.

– А ты не можешь думать, когда я рядом?

– Нет, особенно когда твои руки находятся у меня под платьем. Ты можешь уйти?

– Ты хочешь, чтобы я ушел? Ты уверена? Или мы можем…

– Николай, я уверена.

Она даже открыла для него дверь.

– Напиши, если тебе что-нибудь понадобится, – попросил он.

– Обязательно.

– Я серьезно.

И только когда он ушел и Рейчел осталась одна в коридоре, она дала волю своим слезам.

Николай стоял по ту сторону двери и слышал, как прорвало плотину, как горестно заплакала Рейчел. Он с трудом сдержался, чтобы не вернуться обратно. После того разговора с Юрием Николай свернулся калачиком в кровати и выплакал все свое прошлое. Это было последний раз, когда он дал волю слезам. Потом, на следующее утро, когда Юрий постучал в дверь его каюты и сказал ему, что он опаздывает с завтраком, Николай поднялся как ни в чем не бывало.

Он проснулся другим.

Да, Рейчел нужно время, чтобы прийти в себя. Поэтому он пошел к своей машине и уехал обратно на яхту.

Много лет спустя Юрий признался Николаю, что просидел всю ночь, не смыкая глаз, потому что переживал, как его слова отразятся на его неокрепшей душе.

Поэтому Николай выпил водки с имбирем и сел, положив рядышком свой телефон. Рейчел осталась наедине с собой, но она не была одинока. На протяжении всей ночи Николай мысленно находился рядом с ней.

Да, ей нужно поплакать, но не о нем, а о себе пятнадцатилетней и о чувстве вины и стыда, которое носила в себе многие годы.

Рейчел не могла остановить слезы, а потом она разозлилась. Включив компьютер, она попыталась найти имя своего обидчика и узнать его адрес. Она представляла, как едет по Лондону, чтобы… Только Рейчел не хотелось посвящать ему еще одну главу своей жизни. Она не хотела оказаться в полицейском участке несколько часов спустя и объяснять, почему этот мерзавец оказался под колесами ее автомобиля.

Рейчел решила начать новую жизнь и освободиться от прошлого.

Она вдруг почувствовала умиротворение. Юрий оказался прав, потому что, когда Рейчел поделилась своим грузом с Николаем, ее бремя стало намного легче. Она хотела написать сообщение Николаю, но потом вспомнила, что сердится на него за то, что он дал волю своим рукам.

Чертовы мужчины! Рейчел очень обрадовалась, что сказала Николаю «нет».

Она сказала «нет»!

Значит, сможет повторить такой трюк еще раз.

Теперь вместо того, чтобы заниматься поисками адреса своего обидчика, Рейчел взяла в руки телефон.

– Привет, мам.

– О, ты ни за что не поверишь, – начала Иви. – Только что звонила Мэри и сказала, что на бедняжку Андре вчера во время мальчишника кто-то напал…

Рейчел закатила глаза, услышав, как быстро Андре придумал, что сказать, чтобы объяснить подбитый Николаем глаз.

– Мам, – глубоко вдохнула Рейчел, – я не пойду на свадьбу.

– Только не начинай.

– Мам, я когда-то встречалась с Андре…

– Ты опять за свое, – перебила ее мать. – Ты снова драматизируешь. Вы встречались с ним сто лет назад.

– Мы спали с ним вплоть до того времени, когда ты сказала мне, что он помолвлен с Шоной. – Рейчел решила не говорить о том, что их отношения продолжались дольше, и о том, что произошло сегодня вечером.

– Рейчел… Моя сестра была добра ко мне, и если ты хотя бы на секундочку подумаешь, что я позволю тебе испортить свадьбу ее дочери…

– Мам, – оборвала ее Рейчел. – Меня попросили крестить маленькую Надю, и я хочу быть ее крестной матерью. Я очень серьезно отношусь к этому делу. Я хочу быть рядом с ней, когда она будет нуждаться во мне.

– Рейчел…

– Нет. Я не пойду на свадьбу. Я не собираюсь притворяться и делать вид, что все в порядке. Ты можешь, а я не буду. Никогда. Я собираюсь стать самой лучшей крестной матерью, какой только смогу…

«Не такой, как ты», – подумала Рейчел.

Она не сказала ей этих слов, но в ее голосе прозвучал немой вызов. У нее появился голос, и она собиралась пользоваться им.

– Что ж, похоже, ты все решила, – ответила Иви.

Именно так. Рейчел приняла еще несколько важных решений. Во-первых, она написала сообщение Либби и сказала ей, что будет рада присоединиться к ним завтра, и если они не передумали, сочтет за честь стать крестной матерью Нади.

Затем она еще раз просмотрела статью о выступлении Ани, переместила ее в свой блог и нажала кнопку «опубликовать».

Дело сделано.

Она приготовила одежду на завтрашнее торжество и подарок, который купила для Нади. Рейчел поняла, что обманула не только Николая, она лгала самой себе. На самом деле она хотела ребенка. Раньше Рейчел боялась, что не сможет стать хорошей матерью. Но теперь все изменилось.

Рейчел улыбнулась, а потом на ее глаза набежали слезы. Но она плакала не из-за стыда или злости. Это были слезы печали. Она думала о мужчине, который навсегда останется в ее сердце.

Глава 13

Новая реальность.

Рейчел лежала в ванне с бигуди на волосах и чайными пакетиками на глазах. Тревога, которая была ее постоянной спутницей на протяжении многих лет, исчезла. Рейчел с нетерпением ждала сегодняшнего дня. Она будет крестной маленькой Нади и окажется среди друзей, а не будет отбывать кошмарную семейную повинность. Превосходно.

И только отъезд Николая омрачал ее настроение.

Но она не собиралась позволить грусти испортить сегодняшний праздник. Рейчел вышла из ванной, сняла бигуди и начала одеваться. С вечера она приготовила свое любимое платье цвета зеленой ивы и бежевые туфли. Но сейчас передумала и достала босоножки на очень высоких каблуках, которые были немного броскими для церкви, но слишком хороши, чтобы оставлять их дома.

Рейчел накрасилась и посмотрела на свои зубы. На завтра она записалась к дантисту, чтобы заказать брекеты. Хотя теперь щель между зубов уже не беспокоила ее так, как раньше.

Подъехав к церкви на такси, она так разволновалась, что ее нервы были натянуты как струны.

– Подождите одну минутку, – обратилась она к водителю, выглядывая из окна.

Рейчел чувствовала, что ее ждет нелегкое расставание, поэтому ей понадобилось некоторое время, чтобы собраться с духом и изобразить на лице легкую улыбку.

У церкви она увидела вернувшихся со свадебного путешествия Севу и Наоми, рядом с ними стояли Либби, Даниил и Аня.

Николай тоже был там.

Такой красивый. Он о чем-то увлеченно болтал с Либби и казался беззаботным и очень счастливым. Это казалось несправедливым, что Николай мог быть таким спокойным, когда ее сердце разрывалось на куски. Но Рейчел поклялась себе, что будет вести себя как ни в чем не бывало. Два последних раза, когда она прощалась с ним, были просто кошмарными. Рейчел вспомнила его жадный поцелуй вчера утром и то, как она распахнула перед ним дверь, чтобы выпроводить его вчера вечером.

Она нужна была Николаю только для чувственных удовольствий, и она смирилась с таким положением дел. Но для нее он стал всем, и она постарается в третий раз расстаться с ним по-человечески. Рейчел подарит ему свой подарок и поблагодарит его за все, что он для нее сделал. Да, потому что даже с разбитым сердцем она ощущала внутреннюю легкость.

Она вышла из машины и направилась к небольшой группке людей.

Либби с Надей на руках отделилась от остальных и почти что бросилась на шею Рейчел, так сильно она обрадовалась при виде своей подруги.

– О, я так счастлива, что у тебя получилось приехать. Тебе потом придется убежать?

– Нет, – покачала головой Рейчел и посмотрела на малышку, завернутую в одеяльце, которое она ей подарила. Малышка была очень довольной, умиротворенной и просто красивой. – Ты можешь представить Аню в роли крестной матери?

Они обе тихо рассмеялись.

– У нас еще один гость, – сказала Либби. – Ты ни за что не догадаешься… – Но она не успела закончить предложение, потому что Аня, эта Снежная королева, подошла к Рейчел и расцеловала ее в обе щеки.

– Я читала твою статью, – улыбнулась она. – Рейчел, она потрясающе написана. Я буду на связи, и мы посмотрим, что можно придумать с билетами на открытие сезона…

О небо!

Потом Аня повернулась, точнее, повернулись все присутствующие, когда напротив них остановилась машина и оттуда вышел какой-то мужчина. Рейчел потрясенно уставилась на него.

Еще один Даниил?

Это был Роман собственной персоной!

– Вот так дела! – выдохнула Рейчел. – Этот тот самый брат Даниила, который считался пропавшим?

– Он никуда не пропадал, – насмешливо ответила Аня. – Он был в Париже.

– Ты знала, где он находился, и ничего не сказала Даниилу, – с укором сказала ей Либби.

– Вы слышали о русских невестах, которые ищут женихов за границей посредством брачных агентств? – фыркнула Аня. – Так вот, Роман был женихом, который нашел себе через брачное агентство скучную, богатую, среднего возраста жену в Париже…

– Не может быть, – рассмеялась Рейчел.

– Именно, – снова фыркнула Аня. – Альфонс.

Рейчел повернулась, почувствовав присутствие Николая рядом с собой.

– Что значит альфонс? – спросила она.

– Мужчина-проститутка, – улыбнулся он, но потом снова стал серьезным. – У тебя получилось прийти.

– Да, – кивнула Рейчел. – Я позвонила маме и сказала ей… Да ладно, это не имеет никакого значения. Ты выглядишь потрясающе!

Еще бы. Николай принарядился, как на свадьбу. Несмотря на то что произошло между ними вчера, он решил, что побудет на крестинах Нади, а потом быстро помчится на свадьбу Андре и Шоны и будет рядом с Рейчел, а потом поспешит обратно, чтобы встретиться с Севой.

Собственно, встреча с последним и должна была быть причиной, по которой он остался в Лондоне. Но эта рыжеволосая женщина перевернула его жизнь с ног на голову. В два часа ночи он прочитал ее статью в Интернете и очень-очень гордился ею.

Да, мысленно он оставался с ней на протяжении всей этой ночи.

– Я читал твою статью. Аня светится от счастья…

– Да уж, – кивнула Рейчел и решилась еще на один смелый шаг. – Мы могли бы поговорить после крестин? Я знаю, ты завтра уезжаешь, просто мне…

– Я собираюсь встретиться с Севой и остальными, – ответил Николай. – Он улетает сегодня вечером обратно в Нью-Йорк, но сначала мы поедем ко мне на яхту, чтобы поболтать.

– Хорошо, – кивнула Рейчел. Она хотела поблагодарить его и вручить ему свой подарок, но не могла сделать этого прямо здесь, потому что боялась расплакаться.

– Может, заглянешь ко мне после того, как они уедут? – предложил он.

– Даже не знаю, – пожала плечами Рейчел, вспомнив, как он приставал к ней вчера.

– Как хочешь, – ответил Николай и вернулся к друзьям.

Рейчел сначала рассердилась, но потом успокоилась. В конце концов, сегодня в центре внимания находилась маленькая звездочка.

Надя Рейчел Зверева.

Узнав, что Либби и Даниил дали дочке второе имя, назвав ее в честь Рейчел, она расплакалась.

Ей очень понравилась служба в церкви, и она была очень рада, что пришла сюда. Потом, вместо того чтобы поспешить на свадьбу, на которую ей не хотелось идти, Рейчел оказалась в просторной квартире Либби и Даниила.

Они много говорили, смеялись, пили шампанское и поедали розовые пирожные.

Розовый цвет был повсюду!

Когда гости стали понемногу расходиться, Николай подошел к окну. Вид за окном оставался прежним, но благодаря двум неделям тепла их ждала гроза, которая очистит воздух и принесет с собой свежесть. Николай любил наблюдать за грозой, когда выходил в открытое море, ему нравилось находиться в этой стихии, чувствовать, как вздымаются волны и рвется наружу мощная сила природы.

Рейчел подошла к нему и встала рядом. Николай повернулся к ней и улыбнулся, потому что она ворвалась в его жизнь словно ураган. А он любил сильные ураганы.

Рейчел держала на руках маленькую Надю.

– Для того, кто не хочет детей, – заметил Николай, – ты слишком носишься с ней.

– Она начинает плакать, если положить ее в кроватку, – ответила Рейчел. – Мне кажется, я передумала насчет того, чтобы не иметь детей. – Она заметила, как он немного напрягся. – Не беспокойся, мы были очень осторожны, так что я не буду названивать тебе по спутниковому телефону или отправлять сообщения при помощи азбуки Морзе… – Николай чуть нахмурился. – Или семафорить, что я беременна…

Он не сдержался и улыбнулся.

– Ты всегда можешь отправить мне сообщение, – сдержанно ответил он.

– Мне больше нравится идея с флажками.

– Я снова лишаю тебя драмы?

Они улыбнулись друг другу и вспомнили свой первый вечер.

– Спасибо тебе, – поблагодарила его Рейчел. Она собиралась сказать ему эти слова наедине, но вряд ли у нее появится такая возможность. – Спасибо тебе за эти чудесные две недели и за… – Нет, она не расплачется при всех.

– Я же сказал, ты можешь поблагодарить меня лично сегодня вечером.

– Я так не думаю.

Теперь ей хотелось большего, чем свидания на одну ночь. Рейчел открыла свою сумочку в надежде, что ей удастся незаметно вручить Николаю свой маленький подарок, но не успела.

– Николай… – позвал его Сева. Настало время для общения со старыми друзьями.

Рейчел напомнила себе, что он оставался в Лондоне целых две недели именно ради этой встречи.

С Рейчел он просто коротал время, но она не чувствовала себя обиженной.

– Если не сможешь прийти сегодня, может быть, у тебя получится завтра?

– Завтра я иду к дантисту, – вздохнула Рейчел. – Хотя, если я начала подумывать о детях, может, мне не следует выкидывать все эти деньги на свои зубы… – Она захлопала ресницами и лукаво улыбнулась. – Это моя первая в жизни бескорыстная мысль.

– Мне кажется, ты далеко не эгоистичный человек.

– Ты ошибаешься. Я говорю и делаю правильные вещи, но при этом много возмущаюсь.

Они снова улыбнулись друг другу.

– А как насчет совместного завтрака? – предложил Николай.

– Не знаю. – И дело не в том, чтобы отменить визит к дантисту, просто ей будет чертовски сложно распрощаться с Николаем. Может быть, все-таки лучше расстаться с ним здесь, но Рейчел хотелось подарить ему кораблик, который она купила специально для него, а еще она мечтала остаться наедине с ним. Еще один раз. – Хорошо, завтрак, – согласилась она. – Мне приехать к тебе?

– Нет, я хотел бы позавтракать в… – Николай назвал ей один роскошный ресторан в Белгравии. Да, место было потрясающим, но достаточно многолюдным, так что они не смогут дать волю своим рукам.

Но разве она хотела чего-то другого?

– Чудесно, – улыбнулась Рейчел, сдерживая возмущение.

– Значит, до завтра, – попрощался Николай и вышел с остальными мужчинами из дома, и тут же у нее на руках заплакала маленькая Надя.

– Я покормлю ее и уложу спать, – сказала Либби, забирая у нее малышку. Она проворно поменяла ей подгузник и переодела в маленькую пижаму.

– Я тоже хочу ребенка, – прошептала Рейчел, глядя на девочку.

– Но ты говорила, что никогда…

– Да, говорила, – кивнула Рейчел. – А теперь ты должна меня переубедить. Так как все прошло?

– Что именно?

– Мы с тобой не общались толком с самой свадьбы. Ты не рассказала мне ничего о том, как прошли роды!

Они вышли на цыпочках из детской. В гостиной царил полумрак, но они не стали включать свет, а сели у окна с шампанским и пирожными и наслаждались потрясающим видом бушевавшей за окном грозы. Рейчел хохотала и всхлипывала, когда Либби рассказала ей, как рожала Надю. А потом разговор перешел на саму Рейчел.

– Так Аня все-таки передумала и достала тебе билет на закрытие сезона?

Рейчел молча кивнула, потому что ей не хотелось объяснять, что к чему. Завтра, когда уедет Николай, она забежит к Либби и все расскажет, и они вместе будут плакать и вытирать друг другу слезы. А может быть, вместо того чтобы поплакаться на плече у Либби, Рейчел пойдет к пристани и будет с тоской смотреть на то место, где стояла яхта Николая.

– Она собирается достать мне билет на открытие сезона в Париже! – восторженно заявила Рейчел.

– О, тогда ты, может быть, встретишь там Николая. Он сегодня сказал Ане, что увидится с ней в Париже. Как ты думаешь, между ними что-то есть?

– Мне кажется, они просто не хотят терять друг друга из виду.

Так же как и она.

Рейчел подумала о том, как окажется в Париже на выступлении Ани, и у нее появится шанс провести ночь в объятиях Николая.

Но у нее была такая возможность прямо сейчас.

У нее ушло всего две недели, чтобы изменить свою жизнь, что произошло во многом благодаря Николаю, поэтому она хотела попрощаться с ним как следует.

Рейчел боялась, что если поедет к нему на яхту, все закончится банальным сексом.

Она потянулась за своей сумкой.

Нет, он нужен ей прямо сейчас.

Рейчел хотела провести еще одну ночь в его объятиях.

Глава 14

После грозы Лондон выглядел сияющим и свежим, и когда Рейчел вышла из такси и увидела яхту Николая, ей казалось, что ее сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

Яхта освещалась множеством огней и гармонично сочеталась с красотой полыхающего заката. Золотые огоньки плясали на воде, и Рейчел вспомнила, как лежала в постели Николая и смотрела на их отражение на потолке. Тогда она испытывала страх, но сейчас все изменилось. Возле яхты собралась небольшая толпа, и Рейчел присоединилась к ней и сделала то же, что и прохожие, – сфотографировала «Свободу».

Свобода.

Николай подарил Рейчел свободу быть собой и отпустить прошлое. Она не винила его за то, что он собирался двигаться дальше. Он планировал уехать с самого начала, и если принять во внимание то, что произошло вчера между ней и Андре… Рейчел зажмурилась на секунду; как же ей хотелось, чтобы Николай не видел той сцены.

Она присела на лавочку и услышала, как сидевший рядом мужчина пожаловался на то, что машина до сих пор не выехала на пристань.

– Вы ждете появления машины? – переспросила Рейчел.

– Ага. Эта машина была спроектирована как дополнение к яхте… А вы что хотите увидеть?

– Капитана, – ответила Рейчел и, достав из своей сумки шоколадный эклер, угостила своего собеседника.

Ей пришлось ждать очень долго. Похоже, четверке друзей было о чем поговорить. Рейчел доедала последнюю конфету, когда толпа вдруг заволновалась. Рейчел подняла взгляд от телефона и услышала вздох разочарования, когда вместо машины зрители увидели трех соблазнительных мужчин, которые сошли на пристань. Четвертый, самый привлекательный, остался на яхте.

Он не стал прятаться за затемненными стеклянными стенами, а вышел на верхнюю палубу и взглядом проводил своих друзей. И вдруг он увидел ее, сидящую на лавочке и болтающую с каким-то мужчиной.

Она всегда приковывала к себе внимание.

Николай отправил ей сообщение и смотрел, как она прочитала его и рассмеялась.

Рейчел поднялась и, поправив платье, направилась к яхте, а Николай поспешил вниз, чтобы встретить ее.

– Знаю, может показаться, что я тебя преследую… – сказала она, ступив на палубу. – Я просто не хотела мешать вашему разговору. Вам понравилось снова быть вместе?

– Да, – кивнул Николай. – Но я рад, что ты пришла.

– Мы заслуживаем того, чтобы попрощаться друг с другом по-человечески, – сказала Рейчел. – Расскажи, как твои друзья?

– Но я не хочу говорить о них. – Ему хотелось поговорить об их с Рейчел отношениях, но она не смотрела на него, потому что ее взгляд был прикован к уродливому и немного потрепанному кораблику, стоявшему на кофейном столике.

– Этот тот самый корабль, который ты построил? – спросила она.

– Ты права, – согласился Николай. – Сева хранил его у себя все эти годы и привез его сюда, в Лондон.

Рейчел подошла ближе, взяла корабль в руки и внимательно посмотрела на него. Она подумала о маленьком мальчике, у которого была мечта, но вместо того, чтобы похвалить его работу, она скривилась.

– Чертов Сева, – буркнула Рейчел.

– Почему? – Она, как всегда, вела себя непредсказуемо, чем часто вызвала его улыбку.

– Что ж, это, конечно, очень мило с его стороны, но как тогда быть с моим подарком… – Рейчел полезла в сумку и, достав оттуда коробочку, вручила ее Николаю. Он открыл ее и увидел маленький хрустальный корабль, лежавший на подушечке из темного бархата. У него перехватило дыхание. Все эти годы он мечтал о лучшем будущем, но никогда не мог представить, что оно может быть таким прекрасным.

– Он превосходный, – восхищенно выдохнул Николай. – Это самый приятный подарок, который я когда-либо получал.

– Правда?

– Однозначно. – Спонтанные покупки вознаграждаются, потому что Рейчел оказалась на седьмом небе от счастья, когда услышала его следующие слова. – Если бы все пошло ко дну, я бы бросился спасать именно его…

– Ты ведь капитан, – заметила Рейчел. – Разве капитану не полагается идти ко дну вместе со своим кораблем?

– Сначала мне придется спровадить с корабля остальных, а потом уже выбираться самому.

– Тогда ты получил бы выговор за то, что не стал спасать свое имущество.

Рейчел пыталась шутить, но Николай вдруг понял, что творится у нее на сердце.

Она на самом деле пришла попрощаться и принесла подарок, который ни к чему не обязывал, но она дарила его от всего сердца.

– Я хотела извиниться за то, что произошло вчера…

– А за что тут извиняться? Я рад, что ты рассказала мне о том, что с тобой случилось.

– Ты не понял. Я говорю о том, что ты видел Андре и меня. Я просто… – выдохнула Рейчел. – Я очень рада, что ты появился вовремя…

– Рейчел, ты бы не спала с ним.

– Я так не думаю. По правде говоря, я уверена в обратном.

– Нет, – настаивал Николай, который верил в нее больше, чем она сама. – Ты просто испытала сильное потрясение.

– Ты прав, – согласилась она. – Я не понимала, что происходит.

– Зато он понимал, – сказал Николай. – Но, Рейчел, ты оставила все в прошлом. У тебя ушло бы пару минут, чтобы собраться, залепить ему пощечину и отправить восвояси.

– Наверное.

– Безусловно. Ты ведь прогнала меня, а я тебе нравлюсь намного больше, чем он.

– Ты уверен? – лукаво спросила Рейчел.

– Конечно, – кивнул Николай. – Но ты все равно сказала «нет».

– Ну, я просто подумала, что твое поведение было несколько нетактичным ввиду того, чем я с тобой поделилась, и… – Она запнулась и вдруг увидела вчерашнее в другом свете. – Ты специально сделал так, чтобы я сказала «нет».

– Да!

– Значит, когда я думала, что ты бесчувственный мерзавец, ты на самом деле был… – Рейчел подошла к Николаю и обвила руками его шею.

– Ты умеешь отказывать.

– Да уж, – ответила она. – А можно мне передумать?

– Ты женщина, и это твое исключительное право.

Он хотел добавить что-то еще, но Рейчел лишила его такой возможности, прильнув к его губам. У нее осталась всего одна ночь, и она не собиралась растрачивать ее понапрасну, иначе потом не простит себя. Завтра она снова окажется на той лавочке и будет смотреть вслед исчезающей на горизонте яхте, но сегодня она позволит себе любить его.

Этот поцелуй отличался от предыдущих, потому что Рейчел касалась губ Николая, словно они были какой-то редкой драгоценностью. Николай взял ее лицо в свои ладони и поцеловал в ответ с такой нежностью, что она закрыла глаза, чтобы не дать волю слезам. Он погрузил свои пальцы в ее шелковистые волосы, и его поцелуй стал настойчивее. Когда Рейчел приоткрыла рот, его язык проскользнул внутрь, но его ласки по-прежнему оставались мягкими.

Они медленно раздели друг друга. Рейчел отказывалась торопиться, потому что хотела, чтобы эта ночь длилась вечно. Когда они стояли полностью обнаженные, прижимаясь друг к другу, и их поцелуи стали более глубокими, страстными и бурными, она позволила ему уложить себя на кровать и вместо того, чтобы попытаться довести их обоих до оргазма, она уступила и отдалась на его волю.

Ее сердце мучительно ныло от нежных поцелуев Николая. Рейчел никогда не позволяла себе переживать нежность, но когда его губы коснулись ее груди, а его пальцы принялись ласкать низ ее живота, она прогнала прочь мрачные воспоминания и заменила их неистовым наслаждением. Рейчел запустила пальцы в густые волосы Николая и прижимала его голову к своей груди, приподнимая бедра навстречу его руке.

Николай начал покрывать поцелуями ее живот, опускаясь все ниже. Он опустился на пол и встал на колени, а Рейчел лежала с широко открытыми глазами, глядя в потолок. Она была потрясена невероятным наслаждением, которое доставлял ей Николай, а также тем, что позволила такой доступ к своему телу.

В ее понимании секс всегда сопровождался чувством вины, и теперь, когда Николай довел ее до оргазма, она лежала и ждала. Ждала услышать, что она плохая, что удовольствие, которого она искала, запретное, но ничего такого не произошло.

Николай поднялся и склонился над ней.

– Ты для меня целый мир, – прошептал он.

Заглянув в его глаза, Рейчел подумала, что его мир достаточно сложный. Его мир, по которому он путешествовал, был огромным, но сегодня он здесь, рядом с ней. Николай прижался к ее губам, и она почувствовала свой вкус, а потом его. Он навис над ней, но ей не хотелось уворачиваться, потому что сейчас все было совершенно по-другому. Николай смотрел на нее, и его глаза горели страстью. Какая колоссальная разница – смотреть в его глаза, когда он овладевает ею, и не думать о том, что происходит, но желать этого.

Рейчел вспомнила, как он отбросил ее руку, когда она хотела коснуться его отвердевшей плоти, но потом он прогнал прочь воспоминания прошлого и разрешил ей ласкать себя. Теперь она позволяла ему любить себя.

– О-о-о! – Все, что она смогла сказать, когда он вошел в нее и заполнил собой всю без остатка.

Ее глаза оставались открытыми, и она не сводила взгляд с Николая. Она попыталась дотянуться до него, чтобы поцеловать, но безуспешно. Ее тело погрузилось в чувственное наслаждение, а потом чуть приподнялось, чтобы встретиться с его телом.

Николай двигался медленно, каждый его толчок был глубоким и размеренным, и вскоре Рейчел застонала от удовольствия. Она обвила руками его мускулистые плечи и почувствовала, что Николай весь напрягся, сдерживаясь из последних сил. Но Рейчел была готова к бурным ласкам. Она обхватила его бедра ногами и прижала к себе, принимая вес его тела.

И когда он поглотил ее и они превратились в одно целое, его движения стали более резкими и быстрыми, и Рейчел молила, чтобы он не останавливался.

– Николай, – выдохнула она его имя, чувствуя, как ее уносит на вершину блаженства. Но Рейчел сдержалась и не произнесла три слова, которых избегал любой плейбой.

Она не сказала Николаю, что любит его.

Наслаждение было таким острым, что Рейчел казалось, словно ее подключили к электрическому проводу. Когда Николай сделал последний рывок и со стоном прижался к ней, она пережила еще один экстаз. Рейчел казалось, что она забыла, как дышать, а потом, когда страсти улеглись, она открыла глаза и, посмотрев на Николая, улыбнулась.

Она не испытывала ни стыда, ни чувства вины за тот восторг, который они пережили вместе.

– Двойной, – счастливо улыбнулась Рейчел.

– Дополнительная порция, – расплылся в улыбке Николай, и они оба захохотали над его шуткой.

Что она будет делать, когда он уедет?

Было невыносимо лежать рядом с Николаем и не сказать ему, что он был любовью всей ее жизни. Рейчел задумчиво смотрела на потолок. Все ее мысли были о том, как, черт подери, она сможет забыть этого мужчину.

Но она прекрасно понимала, что такого не случится.

Да, она будет улыбаться и притворяться счастливой, но больше никогда не встретит такого, как он.

– Что? – спросил Николай, словно чувствуя, что она хочет что-то сказать.

– Ничего, – ответила Рейчел.

Как объяснить ему хотя бы немногое из того, что она переживала.

Николай повернулся и потянулся к прикроватному столику, но вместо того, чтобы выключить свет, он взял со стола какой-то маленький мешочек.

– Что это?

– Я тоже приготовил подарок для тебя.

– И что же это за подарок? – Рейчел села на кровати и достала из мешочка кусочек черного бархата. – Но это же маска для сна. Мне кажется, я самый неподходящий человек для такого рода подарков, – насмешливо добавила она. – Не могу придумать ничего хуже, чем оказаться с завязанными глазами… – Рейчел одарила Николая недоверчивым взглядом. – Это самый неразумный подарок, который я когда-либо получала. Я ненавижу темноту, я…

– Я купил эту маску для себя. – Николай отобрал у нее маску и надел на глаза. – Можешь не выключать свет.

Рейчел удивленно посмотрела, как он улегся рядом с ней, явно настраиваясь на сон.

– Подарок оказался не таким уж неразумным, – ухмыльнулся Николай.

– Вроде того.

Она лежала на спине в объятиях Николая и разглядывала его. Несмотря на то что его подарок был очень красивым и продуманным, Рейчел хотелось видеть его глаза. Даже закрытые, они были прекрасными, поэтому она решилась на самый смелый поступок. Рейчел выключила свет и легла обратно, всматриваясь в тени, пляшущие на потолке, но она не боялась их, потому что рядом лежал Николай. Рейчел сняла маску с его глаз и бросила ее обратно на столик.

– Я не буду приставать к тебе во сне, – пообещал он.

– Спасибо.

Он просто держал ее в своих объятиях, но когда она начала дремать, он вдруг вспомнил обо всем, чего не сказал ей. Глянув на часы, Николай увидел, что уже почти полночь.

Ну и ладно! Он резко поднялся и сел на кровати.

– Все хорошо, – сонно сказала Рейчел. Она подумала, что Николай вдруг вспомнил, что они не пользовались презервативом. – Я принимаю таблетки.

Он ничего не сказал в ответ, и Рейчел зажмурилась, когда в комнате снова зажегся яркий свет. Николай взял телефон и позвонил дворецкому.

– Зачем он готовит машину?

– Потому что я хочу показать тебе кое-что. Одевайся.

– Но уже почти полночь, – запротестовала она, но тем не менее поднялась с кровати и начала одеваться. К тому же ей не хотелось проспать их последнюю ночь вместе. – Ты знаешь, что прохожие ждут на пристани, когда ты появишься там на своей машине?

– Знаю.

Небольшая группа зевак превратилась в толпу, когда трап наконец-то опустили.

Только на этот раз за рулем был не привлекательный русский, а очень восторженная рыжеволосая красавица, которая вылетела на мостовую.

– Тормоза… – сказала она.

Тормоза оказались очень чувствительными, но Николай не обращал внимания, когда они почти что прыжками выкатились на пристань.

– Куда мы едем?

– Просто следуй за навигатором.

Поездка оказалась довольно продолжительной. Машина летела по лондонским улицам, словно струящийся шелк.

– Мы едем в Кенсингтонский дворец? – попыталась угадать Рейчел.

– Нет.

– Тогда в Букингемский? Именно там встретились Даниил с Севой и…

– Нет, мы не едем в Букингемский дворец.

Они остановились в тихом красивом скверике в самом центре Лондона. Рейчел припарковалась, не совсем удачно.

– Где мы?

Несмотря на столь поздний час, их поджидал какой-то джентльмен с радушной улыбкой на лице.

– Кто это? – спросила Рейчел, когда он открыл перед ними двери, пропуская их в огромный дом.

– Агент по недвижимости.

– Но они не ходят на работу в час ночи, – возразила она.

– Ходят, если я попрошу.

Кто бы сомневался, учитывая расположение дома!

В доме не было ничего из мебели, и ее каблуки громко цокали по деревянному полу. Рейчел подняла голову и посмотрела на высокие потолки. Она обхватила себя руками, с восторгом оглядываясь по сторонам.

– Это гостиная, – указал жестом агент, и Рейчел шагнула в просторную комнату с шикарными портьерами. Там находился камин, и Рейчел представила себя, сидящую у огня. На потолке висела большая красивая люстра, от которой невозможно было отвести глаз.

– Этот дом продается вместе с сережками? – вздохнула она.

– Простите? – не понял ее агент по недвижимости, а Николай весело улыбнулся. – У вас будет свободный доступ к парку и теннисному корту…

– Николай, – рассмеялась Рейчел, – я не могу представить тебя за игрой в теннис.

Они прошли в библиотеку, потом на кухню и вниз в прохладный погреб. Потом агент повел их наверх по великолепной лестнице. На втором этаже, как и на первом, находилось много комнат и было на что посмотреть. Сердце Рейчел болезненно сжалось. Если Николай подумывает купить этот дом, значит, он собирается бывать в Лондоне время от времени.

– Ты покупаешь этот дом в качестве инвестиционной собственности? – поинтересовалась Рейчел, заглядывая в огромную спальню.

– Вы не могли бы подождать снаружи? – обратился Николай к агенту по недвижимости.

– Я подожду вас внизу, – ответил тот.

– Нет, – поправил его Николай. – Вы подождете снаружи.

Рейчел стояла у окна, откуда открывался потрясающий вид. Она слышала, как закрылась входная дверь.

– Тебе не следует быть таким резким с людьми, – с укоризной сказала она, глядя на беднягу агента, который направился с телефоном в руках к своей машине. – Разве он не мог подождать на кухне или в другой какой-нибудь комнате?

– Рейчел, – остановил ее Николай. – Я не хочу, чтобы при нашем разговоре присутствовали посторонние.

– А что ты собираешься обсуждать со мной?

– Я покупаю этот дом, потому что собираюсь жить здесь.

– Ты остаешься? – с надеждой спросила Рейчел. – Но как же твоя яхта?

– Она будет чудесным местом для отдыха, но не думаю, что яхта – подходящее место для того, чтобы растить ребенка.

– Николай? – У Рейчел перехватило дыхание. Мысли лихорадочно закружились в ее голове, приводя к невозможным заключениям. Рейчел с Николаем стояли в пустом доме, который он хотел купить, и вели разговор о детях. Она была слишком потрясена, чтобы посметь мечтать. Рейчел казалось, что Николай в любую секунду может сказать, что помимо нее встречается с одной из русских супермоделей или что-то в этом роде…

Она взволнованно посмотрела на него и встретила его смущенный взгляд.

– Посмотри на каминную полку.

Рейчел повернулась и увидела на полке над камином маленькую бархатную коробочку.

– Что это? – нахмурилась она.

– А как ты думаешь?

– Я не знаю. – Но она знала. Она подумала, что в коробочке может лежать помолвочное кольцо с огромным изумрудом.

Рейчел не хотела ничего говорить, вдруг она неправильно все поняла?

– Это кольцо для супермодели? – спросила она.

– Какой еще супермодели?

– Той, которую я только что придумала, – призналась она. – Той, которая является любовью всей твоей жизни.

– Но ты любовь всей моей жизни.

– Я не верю тебе. Мы ведь не умеем строить серьезные отношения!

– Мы поженимся, – спокойно ответил Николай.

– Эм-м… А ты не думал спросить меня, хочу ли я замуж?

– Мне не нужно спрашивать.

– Вообще-то положено, чтобы ты встал на одно колено, – заметила она.

– Становись сама, если хочешь.

Николай подошел к ней и заглянул ей в глаза, а она обвила руками его шею и улыбнулась.

Рейчел начала верить, что он говорит правду.

– Я думала, что ты завтра бросишь нас.

– Нет.

– Но ты сказал, что едешь во Францию.

– Мы едем во Францию, – поправил ее Николай. – Чтобы посмотреть на Аню на открытии балетного сезона в Париже. Будет о чем написать в блоге…

– Но когда ты все решил? – Рейчел была по-настоящему шокирована таким неожиданным поворотом событий. Она приготовилась смириться с тем, что они расстанутся, а он говорит, что они проведут всю оставшуюся жизнь вместе. – Ты сказал мне в субботу, что уезжаешь.

– Я говорил тебе эти слова и понимал, что совершаю ошибку. Рейчел, я никогда не привязывался ни к человеку, ни к месту. Мысль о том, чтобы, просыпаясь, наблюдать за окном одни и те же виды, никогда не вдохновляла меня, но сейчас… – Николай никогда не выказывал свои слабости, благодаря чему ему удалось выжить, но Рейчел оказалась не только его слабостью, но и его силой. Она открылась ему, и он тоже откроется ей. – Каждое утро я хочу просыпаться рядом с тобой, хочу наблюдать за сменой сезонов, оставаясь на одном и том же месте. Я хочу, чтобы меня окружали друзья, хочу семью, хочу дом. Только сейчас я по-настоящему верю, что мечты сбываются, но они сбываются, только когда ты рядом со мной.

Николай достал кольцо из коробочки и надел ей на палец.

– Я люблю тебя, – нежно сказал он. – Мне кажется, я влюбился в тебя в первый же день нашей встречи.

– Но ты бросил меня одну в постели!

– Потому что я не хотел, чтобы женщина, в которую я влюбился, знала о моем прошлом, но оказалось, что ты уже давно была в курсе событий.

– Я вела себя просто ужасно, когда ты рассказал мне свою историю.

– Так случилось потому, что ты пережила нечто подобное, – успокоил ее Николай.

– Я так и не попробовала лакричное мороженое, – пожаловалась она, но он не улыбнулся.

Он оставался серьезным.

– Рейчел, нам придется поработать над некоторыми вещами, но я обещаю тебе одно – я не буду обращать внимания на включенный свет, можешь засыпать хоть с сотней лампочек, главное, чтобы ты спала рядом со мной. И я никогда не стану приставать к тебе, когда ты спишь…

– Ну, мы можем поработать над этим и изменить ситуацию, – перебила его Рейчел.

– Замечательно.

Они могли с улыбкой говорить о самых непростых вещах, и Рейчел понимала, что в этом была любовь.

– Мы можем сбежать? – вдруг предложила она.

– Конечно.

– А пожениться в море?

– Замечательная идея.

Когда-то они даже не смели мечтать о таком.

Эпилог

– Рейчел, но я просто ничего не понимаю, – озадаченно сказала Либби, лучшая подруга которой только что призналась, что сбежала в море и собралась выходить замуж. Через десять минут! – Ты и Николай?

– Да. Священника только что доставили вертолетом…

– Но где ты?

– Где-то на юге Франции, – ответила Рейчел.

– Я хочу к вам.

– Ага. Тогда обидится моя мать. А если приедет она, то начнет настаивать, чтобы с ней приехали тетушка Мэри и Шона…

– Я поняла, – захохотала Либби.

– Возможно, Николаю придет в голову мысль скормить Андре акулам, поэтому так безопасней.

– А какое у тебя платье?

– Наряд – просто высший класс, но я думаю, что ты начнешь ругаться. Помнишь мой любимый костюм из «Лебединого озера»?

– Тот, который потерялся?

– Он не потерялся, – призналась Рейчел. – Он упал в мою сумку!

Да, она могла быть плохой, но использовала свой недостаток на благо. Рейчел находилась возле компьютера, и когда она показалась перед Либби во всей своей красе, ее подруга восхищенно ахнула.

Рейчел стояла в своем любимом костюме, с голыми ногами и распущенными волосами, завитыми в тугие локоны. Она накрасила губы помадой кораллового цвета и подвела глаза, но не стала прибегать к помощи основы для макияжа, выставляя напоказ свои веснушки. Но Либби потряс не ее внешний вид, а ее улыбка. Никогда еще она не видела свою подругу такой счастливой и беззаботной.

– Вы с Николаем – чудесная пара.

– О да.

– Я так рада за тебя.

– И я рада за себя.

Они попрощались, и Рейчел вышла из спальни и поднялась на верхнюю палубу. Николай целый день продержал ее в каюте взаперти, и теперь она поняла почему. Так как она была равнодушной к цветам, палуба была украшена белыми перышками, которые дрожали и развевались от легкого дуновения ветерка. Рейчел улыбнулась и пошла навстречу к Николаю под звуки арфы, которая на этот раз издавала небесные звуки.

Их чувства были очень глубокими и очень личными, поэтому они отпраздновали свою свадьбу без свидетелей.

– Ты выглядишь потрясающе, – сказал Николай своему счастливому лебедю.

– Ты тоже.

Сегодня на нем был тот же костюм, который он надевал на свадьбу к Севе. Только на этот раз Николай не прятал свои глаза за солнцезащитными очками, потому что ему нечего было прятать.

Эта свадебная церемония была короткой, но полной трепетного чувства.

– Ты самое лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни, – сказал Николай, надевая кольцо на палец Рейчел. – Я буду любить тебя вечно.

– Я тоже люблю тебя, – призналась она.

Вот и все. Они стали мужем и женой, одним целым, одной семьей.

Немного погодя они сидели на верхней палубе и смотрели смонтированный ее друзьями ролик, и Николай наконец увидел, как танцует его любимая. Потом они ели лобстеров с икрой и пили водку с имбирем.

Когда дворецкий принес торт, они взяли нож и вонзили его в сахарную глазурь. На этот раз не было никаких марципанов, вместо них показалась блестящая сероватая масса.

Лакричное мороженое!

Позже, когда они лежали под звездами и целовались при помощи своих черных языков, Рейчел заглянула в карие глаза Николая, которые смогли растопить ее ожесточившееся сердце.

– Мой ледокол, – прошептала она.

– Навсегда, – ответил он и крепко прижал ее к себе.

Content

Кэрол Маринелли
Процент счастья
Роман

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Эпилог