Рейчел Томас

Вопреки желанию

Роман

Rachael Thomas

Craving Her Enemy’s Touch

Craving Her Enemy’s Touch © 2015 by Rachael Thomas

«Вопреки желанию» © «Центрполиграф», 2017

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017

Глава 1

Урчание автомобильного двигателя нарушило тишину погожего дня, моментально вернув Чарли в прошлое. К событиям, от которых она старательно пряталась весь последний год.

Она выросла в волшебном мире гонок, но смерть брата заставила ее сбежать за город, в священное для нее место – коттедж с садом. Тут было тихо, спокойно, безопасно, но сейчас инстинкт самосохранения буквально кричал о том, что ее безопасность находится под угрозой.

Не в состоянии успокоиться, она прислушивалась к звукам двигателя. Похоже на спортивный автомобиль, и он затормозил как раз у ее сада. Все мысли об уходе за цветами тут же испарились, уступив место воспоминаниям. Картины счастливого прошлого проносились перед ее мысленным взором одна за другой – вплоть до того момента, когда ее мир разделился на две части – до и после.

Стоя на коленях в траве в дальнем углу сада, Чарли не могла видеть автомобиль, остановившийся за оградой, но она точно знала, что он мощный и дорогой. И что он совсем рядом. Прямо у ее дома.

Двигатель затих, и теперь только птичье пение нарушало тишину летнего дня. Она закрыла глаза, пытаясь справиться с охватившей ее паникой. Ей вовсе не нужны нежданные гости из прошлого, даже самые приятные. А этого визитера, должно быть, подослал ее отец – он теперь все время ее опекает, заставляя цепляться за жизнь и двигаться дальше, а не прятаться от жизни в своем саду.

После тяжелого стука закрываемой калитки послышались уверенные мужские шаги. Несколько секунд спустя Чарли различила хруст гравия на тропинке, ведущей в сад, и стало ясно – кто бы это ни был, через секунду он ее обнаружит.

– Scusi[1]. – Услышав низкий мужской голос в двух шагах от себя, Чарли вздрогнула. К тому же незнакомец говорил по-итальянски. Она поспешно вскочила – как ребенок, застигнутый врасплох за кражей варенья.

Высоченный итальянец, стоящий в ее саду, мгновенно лишил ее остатков разума, не говоря уж о даре речи. Единственное, что она могла делать в данный момент, – это молча таращиться на него.

Одетый в простые джинсы, идеально обтягивающие его крепкие бедра, он выглядел, как пришелец из другого мира, но при этом казался смутно знакомым. Поверх темной рубашки он накинул кожаный пиджак. Настоящий итальянец. Самоуверенный, сильный, источающий сексуальные флюиды.

Его темные густые волосы до плеч блестели на солнце, легкая щетина на загорелом лице не портила его, а делала еще более привлекательным. Но дыхание у Чарли перехватило не от этого, а от пронзительного взгляда его черных, как ночь, глаз, устремленных на нее.

– Я ищу Шарлот Уоррингтон. – Акцент, с которым он произнес ее имя, был довольно сильный и при этом невероятно сексуальный – он ласкал слух, превращая речь незнакомца в музыку. Чарли едва сдерживала соблазн поддаться его чарам. У нее ведь совсем нет опыта общения с такими мужчинами.

Медленно стянув с себя рабочие перчатки, она вдруг осознала, что стоит перед шикарным итальянцем в своих самых старых джинсах и футболке, а на голове у нее нечто невообразимое, отдаленно напоминающее хвостик. Интересно, можно ли незаметно сбежать, не признаваясь, кто она?

Вне всякого сомнения, это бизнес-партнер ее брата, человек, который погрузил его в мир скоростных автомобилей – так глубоко, что он забыл о существовании своей семьи. Возмущение накрыло ее с головой.

– Чем могу помочь, мистер…

Прежде чем ответить, он окинул ее изучающим взглядом, не упустив ни одной детали. Чарли буквально чувствовала, как ее кожу покалывает в тех местах, куда устремляется его взгляд. От этого у нее сбилось дыхание – будто он и вправду касался ее.

– Вы сестра Себастьяна? – В его голосе сквозило недоверие, но ей было все равно – печаль, от которой она, казалось, начала излечиваться, обрушилась на нее с новой силой, когда мужчина произнес имя ее брата.

Чарли захотелось защитить себя, но откуда взялось это желание, было не ясно.

– Да, – коротко ответила она. – А вы кто?

На самом деле она знала ответ и вовсе не хотела его услышать. Ее пальцы сжались в кулак – это тот самый мужчина, который в ответе за то, что Себастьян сначала покинул дом, а потом погиб. И он имеет наглость находиться в ее саду и разговаривать с ней.

Словно этого было мало, в первые же секунды общения Чарли почувствовала неумолимую тягу к нему. И уже ненавидела себя за это. Как она может чувствовать что-либо, кроме презрения, к человеку, который лишил ее брата?

– Розелли, – ответил он и сделал шаг с дорожки на ее подстриженную лужайку, подтверждая ее худшие подозрения. Он улыбнулся, подойдя ближе, но лишь одними губами. – Алессандро Розелли.

Чарли смерила его взглядом, когда он остановился в нескольких шагах от нее. Чувствует ли он жар ее ненависти? Он заслужил ее целиком и полностью.

– Мне нечего вам сказать, мистер Розелли. – Она стояла очень прямо, смотрела ему в глаза и старалась не поддаваться воздействию ее взгляда – бесстыжего, без капли вины. – Будьте любезны, покиньте этот дом.

Она прошла мимо него по лужайке и направилась к коттеджу, уверенная, что он уйдет, что холодного приема будет достаточно, чтобы обратить его в бегство. Когда она проходила мимо него, легкий бриз донес до нее его запах – настоящий, неподдельный запах мужчины. Невольно ее дыхание сбилось. Разозлившись на себя за то, что отвлекается на всякую ерунду, Чарли продолжила свой путь.

– Нет. – Это слово, произнесенное решительно и резко, пригвоздило ее к месту.

По спине пробежала дрожь страха. Не перед мужчиной, который стоял на ее пути, а перед всем, что он олицетворял. Чарли медленно подняла на него взгляд.

– Нам не о чем говорить. Я ясно дала это понять в своем ответе на ваше письмо после смерти Себастьяна.

Смерти Себастьяна.

Произнести эти слова вслух было невероятно сложно. Как и признать, что ее брат ушел навсегда, что она никогда больше не увидит его. Но, хуже того, мужчине, виновному в его смерти, хватило наглости сначала проигнорировать ее письма и заданные в них вопросы, а затем вторгнуться на ее территорию, в ее коттедж, нарушить границы ее единственного убежища.

– Вам, может, и не о чем, а у меня есть к вам разговор. – Он подошел ближе. Слишком близко. Чарли выдержала его взгляд, попутно обратив внимание на бронзовые крапинки в его зрачках, на жесткую линию рта. Этот мужчина делает то, что хочет, ни на кого не оглядываясь. И это очевидно.

– У меня нет желания слушать вас. – Она попросту не хочет говорить с ним. С убийцей своего брата. Она не хочет смотреть на него, узнавать его. Но какой-то первобытный инстинкт захватил ее, и она едва с ним справляется. Чарли изо всех сил пыталась контролировать клокочущую в ней ярость. Потеря самообладания – последнее, что она хочет продемонстрировать, особенно этому человеку.

– Я все равно скажу. – Розелли понизил голос, но было ясно, что он тоже делает все возможное, чтобы сохранить самообладание.

Она вопросительно приподняла бровь, отметив, как он упрямо сжал губы. Ага, она его задела, с удовольствием отметила Чарли, проходя мимо непрошеного гостя и отчаянно мечтая немедленно оказаться под спасительной сенью коттеджа. Она все равно не хочет слушать то, что он намерен сказать.

– Я приехал, потому что Себастьян просил меня сделать это. – От этих слов, произнесенных с сильным акцентом, Чарли замерла как вкопанная.

– Да как вы смеете? – Отбросив всякую сдержанность, она повернулась к нему лицом. – Вы здесь из-за того, что виновны в его смерти.

– Я виновен? – Он шагнул ей навстречу, сократив расстояние между ними до нуля. Его глаза метали молнии.

Сердце Чарли выпрыгивало из груди, колени подгибались, руки тряслись, но ему этого лучше не знать.

– Да, это ваша вина! Вы один за все в ответе!

После этой тирады красивое лицо Алессандро Розелли буквально окаменело, по нему пробежала тень сожаления, но очень быстро эти эмоции сменились холодной яростью.

Он стоял почти вплотную, взирая на нее с высоты своего роста, – Чарли пожалела, что не ходит на каблуках, как раньше, в своей прежней жизни. Она безотрывно смотрела на итальянца, стараясь выдержать его агрессивный взгляд.

– Если бы, как вы говорите, это была моя вина, я бы не стал ждать год, чтобы сюда приехать. – Его тон был холоден, черные глаза пригвоздили ее к месту.

Он сделал последний шаг по направлению к ней и теперь был так близко, что при желании мог бы ее поцеловать. Эта мысль шокировала Чарли, и она едва справилась с желанием отойти от него как можно дальше. Она ведет себя правильно. Единственно возможным образом. Это он во всем виноват. Это он вторгся в ее жизнь, в ее пространство.

– Это ваша машина разбилась, мистер Розелли, – отрезала она.

– Эту машину мы спроектировали с вашим братом. Вместе. – В его голосе послышалась затаенная боль. Или у нее просто разыгралось воображение, и она приписывает ему свою печаль?

– Но тест-драйв проводил Себастьян. – Чарли безуспешно боролась с воспоминаниями, которые пробудил визит незваного гостя. С демонами, перед которыми она, казалось, уже наглухо закрыла дверь.

Розелли ничего не ответил, и, пока он молчал, она успела немножко прийти в себя. Сердце бешено колотилось, и где-то в глубине души она давала себе отчет, что не только из-за воспоминаний о Себастьяне. Но и из-за этого человека тоже. Инстинктивно Чарли понимала, что его мужественность пробудила в ней дремлющее женское начало – и она тут же возненавидела его за это.

– Вряд ли гибель перспективного гонщика за рулем вашего прототипа улучшила репутацию компании. – Она безжалостно ранила его словами, бросая вызов. И в то же время ей хотелось убежать и спрятаться – от воспоминаний, от внезапной предательской реакции своего тела на каждый взгляд его дьявольских черных глаз.

Алессандро не шелохнулся. Он отлично владел собой. Лишь глаза таинственно поблескивали, зажигая ответные искры в ее душе.

– Разумеется, – ледяным тоном ответил он. Несмотря на тепло сентябрьского солнца, Чарли поежилась. Казалось, он видит ее насквозь, читает все ее мысли.

Она тяжело вздохнула и на мгновение зажмурилась. Нет, она не может просто взять и расплакаться. Не сейчас. Никогда. Она навсегда покончила с рыданиями. Пришло время двигаться вперед, прокладывать новый путь. Назад дороги нет. Время, когда она представляла команду Себастьяна перед камерами, прошло. Хватит жить воспоминаниями – пусть этот человек и вытащил их за одно мгновение на свет божий.

– Думаю, вам стоит уйти, мистер Розелли. – Она вышла из его тени на солнце, выглянувшее из-за облаков. – Независимо от того, сколько добра вы намерены мне причинить.

Прищурившись, он смотрел, как Чарли разворачивается, чтобы уйти.

– Я здесь потому, что Себастьян попросил меня приехать.

Она помотала головой, стараясь справиться с эмоциями.

– И все же я хочу, чтобы вы уехали.

Ну, или ладно, пусть остается стоять столбом в ее драгоценном саду, она не возражает – она просто хочет убежать, укрыться от человека, который явно привык добиваться всего, чего ни пожелает – любой ценой.

Алессандро прикрыл глаза и вздохнул, когда Чарли через весь сад рванула к открытой двери коттеджа. Истерика не входила в его планы. Еще не хватало. Он решил развернуться и уехать как можно скорее. В конце концов, он выполнил часть обещания, данного Себастьяну. Правда, не добился своего…

– Проклятье! – выругался он вслух и направился вслед за Чарли, топча источавшую сильный аромат лаванду. Каждый раз, когда он оказывался в саду, среди цветов, он вспоминал, как ухаживал за сестрой, восстанавливавшейся после автоаварии. Н-да, сейчас ему эти воспоминания не помогут.

Первое, что он услышал, оказавшись у двери, было недовольное фырканье Чарли. Он не стал стучать, не стал мяться на пороге. Так просто она от него не избавится.

Эта упрямица отвергла приглашение брата приехать в Италию и увидеть автомобиль, над которым они работали, и это порядком его разозлило. Затем, сразу после несчастного случая, он предложил свою помощь и никак не ожидал ледяного приема.

Чарли стояла, опираясь руками о крышку стола, в отчаянии склонив голову:

– Как вы смеете?

Ее злые слова, казалось, не достигли цели – итальянец остался стоять на месте, держа удар с прямой спиной.

– Я смею, потому что пообещал Себастьяну сделать это. – Он подошел к маленькому столику, поближе к ней, пока между ними не осталась лишь одна преграда – табурет.

– Я уверена, Себастьян не мог заставить кого-то дать подобное обещание – приехать и докучать мне своим присутствием, – парировала Чарли.

Он смотрел, как двигаются ее пухлые губы, и вдруг поймал себя на мысли, что хочет поцеловать их, попробовать на вкус ее ярость и раздражение, стереть гневную усмешку своими губами, заменить злобу на страсть и желание.

– Докучать? – Он смотрел, как расширились зрачки ее зеленых глаз, как в их глубине заблестели золотистые искорки, напомнив ему об осени.

– Да, докучать. Преследовать. Изводить. Называйте, как хотите. Но вряд ли он желал мне подобной участи. – Сказала как отрезала. Раздражение заставляло ее говорить быстро и отрывисто.

От учащенного дыхания ее грудь вздымалась под футболкой, привлекая его внимание и запуская действие гормонов в тех местах, где это сейчас было вовсе ни к чему.

– Он заставил меня пообещать, что я привезу вас в Италию и привлеку к нашему общему делу. – Он сказал это резче, чем хотел, но, в конце концов, он совсем не был готов встретить такой яростный отпор. Это вовсе не была милая жизнерадостная девочка, о которой ему рассказывал Себастьян. Эта девушка была сексуальной, страстной, но при этом злой.

– Он что? – Чарли задвинула стул под старый сосновый стол и придвинулась к нему ближе.

Не самая лучшая идея. Не сейчас, когда его тело так живо реагирует на сексуальные изгибы ее фигуры. Хорошо бы вернуть чертов стул на место – в качестве барьера между ними. Тогда он быстрее вспомнит, зачем приехал сюда, а не будет томиться так долго сдерживаемой жаждой по женскому телу.

– Автомобиль пора выпускать на рынок. Вы нужны мне там. – Слова сорвались у него с языка быстрее, чем он успел подумать. Она словно околдовала его, лишив самоконтроля.

– Я вам нужна? – Ее голос зазвенел от возмущения, и он тут же понял, как прозвучали его слова. Она же считает его виновным в аварии… А он не может запятнать ее воспоминания правдой. Только не после данной им клятвы.

– Себастьян хотел, чтобы вы приехали. – Да что с ним такое? Эта женщина совсем не такая, как он ожидал. Она вовсе не кажется гламурной красоткой, и мысль, что до недавних пор она вела роскошную светскую жизнь, кажется совершенно невероятной.

Почему же эта упрощенная версия Шарлот Уоррингтон, растрепанной, грязной после работы в саду, так быстро возбудила его? Он не мог связно мыслить, его переполняло желание, требующее немедленного удовлетворения.

Чарли упрямо помотала головой:

– Нет, он не мог попросить об этом. Он бы вообще не умер, если бы не вы и ваш дурацкий автомобиль.

– Вы же знаете, что он жил ради машин, ради скорости. В этом он был настоящий профессионал. – Сандро отбросил в сторону воспоминания об аварии, весь ужас первых минут после автокатастрофы, которая, как выяснилось спустя несколько часов, оказалась для Себа смертельной. Он мог понять боль Шарлот, посочувствовать ее горю, но он не позволит перекладывать вину за случившееся на него.

Он хранил тайну от целого света, от желтой прессы из уважения к молодому гонщику, который так быстро стал его другом. А теперь настала пора выполнить последнее желание Себастьяна. Он хотел, чтобы его сестра участвовала в презентации автомобиля, чтобы она одобрила его, – и он исполнит последнюю просьбу друга во что бы то ни стало.

– Из-за этого он и умер. – В голосе Чарли сквозила грусть, ее плечи поникли. Она что, плакать собирается? Его охватила паника.

Пока Чарли пыталась овладеть собой, Алессандро окинул взглядом маленькую кухоньку, типично английскую и, казалось, совсем не под стать хозяйке. С балки под потолком свисали сушеные травы, а свежие травы украшали подоконник. Среди них в маленькой рамочке стояло фото Себастьяна и Чарли.

Он протянул к нему руку и поймал напряженный взгляд Чарли. Но она ничего не сказала, когда он взял фото и стал его разглядывать. Женщина на снимке была та самая, которую он знал по публикациям в прессе, но никогда не встречал. Та самая, которая сейчас так странно на него воздействовала – или же дело в нем самом, в шутках подсознания?

На фотографии ее глаза светились счастьем, пухлые губы были растянуты в улыбке. Она прислонилась к спортивному автомобилю, а брат бережно обнимал ее, такой же счастливый и безмятежный.

– Рим. Два года назад, – сказала она шепотом и подошла к нему ближе. – До того, как он попал в ваш проект и забыл о нас.

Сандро втянул ноздрями воздух, пытаясь уловить ее запах, легкий цветочный аромат, жасмин и земля – напоминание о проведенном в саду времени. Он аккуратно вернул снимок на подоконник, проигнорировав выпад в ее последней реплике. Не время для споров.

– Вы с ним похожи, – заметил он.

– Были, – поправила Чарли.

Он снова почувствовал укол вины – вины, которая – как он повторял себе снова и снова – лежит совсем не на нем. Он-то думал, что ему наконец удалось себя убедить. Стоило догадаться раньше, что приехать сюда, посмотреть в глаза этой женщине будет совсем непросто. Что это только усугубит его чувство вины, а не излечит от душевных мук. Тот факт, что он до сих пор свято хранит мрачную тайну Себастьяна от всех на свете, как-то не спасал от терзаний.

Он посмотрел на Чарли, на ее печальные зеленые глаза, и она показалась ему такой хрупкой, такой уязвимой, что в груди что-то сжалось и ему захотелось защитить ее, избавить от боли, вернуть счастливую улыбку на эти чувственные уста.

– Он действительно хотел этого, Шарлот, – мягко сказал Алессандро, не в силах отвести от нее взгляд.

– Чарли. Никто не зовет меня Шарлот. Кроме моей матери, – прошептала она.

Какой сексуальный шепот! Таким голосом обычно женщины шептали ему на ушко всякие милые глупости после страстного секса. Сандро затопило пьянящее желание, когда он представил Чарли лежащей в его постели, мурлыкающей от удовольствия.

– Чарли, – повторил он, ощущая, как его волной захлестывает дикое желание. Пора уже прекратить гонять в голове мысли о сексе. Это только усложнит его миссию. Уж за кем ему лучше не гоняться, не рассматривать как объект желания, так это Шарлот Уорингтон. – Себ и впрямь хотел, чтобы вы приехали.

– Не могу, – ее голос с хрипотцой продолжал воздействовать на него, обостряя желание.

– Можете, – сказал он и, не медля ни минуты, подошел и провел тыльной стороной ладони по ее лицу. Кожа была мягкой и теплой. Глаза потемнели от древнего, как мир, желания.

Чарли медленно повела головой в сторону, проведя щекой по его пальцам. Он сжал зубы, напоминая себе, что не стоит смешивать работу и удовольствия. А эта встреча – все-таки бизнес.

Алессандро вспомнил недавнюю встречу с ее отцом. Вспомнил, какие обещания ему дал. Это связало его по рукам и ногам еще больше, чем клятва, которую выудил у него умирающий Себастьян.

– Ваш отец в этом уверен, – добавил он.

Его слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Она отскочила от него, ножки задетой табуретки нещадно заскрипели по полу. Глаза Чарли пылали гневом.

– Мой отец? Вы говорили с моим отцом? – воскликнула она.

Ее голос, полный ярости, вернул его с небес на землю.

Чарли же онемела от удивления и возмущения. Да как он смел разговаривать с ее отцом? И почему отец не рассказал ей об этом? Почему не предупредил, что Алессандро Розелли, владелец одной из крупнейших итальянских автомастерских, разыскивает ее, хочет принудить ее к тому, к чему она пока не готова? Они же виделись только вчера. Он должен был сказать ей, подготовить ее к этой встрече!

– О чем именно вы говорили с моим отцом? – Чарли с силой вцепилась в спинку стула, словно это был якорь, удерживающий ее на месте. Всего несколько секунд назад она гадала, каков на вкус его поцелуй, наслаждалась ласковым прикосновением его пальцев, как глупая малолетка. О чем только она думала? – У вас нет права на это.

– Я связался с ним и спросил, могу ли я нанести визит и пригласить вас в свою команду. Ваш отец знает, что Себастьян хотел бы этого. – Алессандро скрестил руки на своей широкой груди и прислонился к стене, не сводя с Чарли уверенного взгляда.

Второй раз за это утро ее плечи поникли. Чарли поднесла пальцы к вискам и ненадолго прикрыла глаза. Хорошо бы, чтобы, когда она их откроет, он не смотрел на нее так пристально, так понимающе, так пронзительно.

Но нет. Его глаза, казавшиеся до странного знакомыми, неотрывно следили за ней. Проникали в самое сердце, словно видя насквозь все ее тайны.

– Вы не имели права общаться с моим отцом. Ему не нужны напоминания о его потере. А я способна решить самостоятельно, хочу ли я вас видеть и хочу ли принять ваше предложение.

– И вы хотите? – Он приподнял бровь, и его губ коснулась улыбка. Тех самых губ, поцелуй которых она совсем недавно рисовала в своем воображении.

«Хочу ли я чего? – подумала она. – Сконцентрируйся, Чарли!» Она понятия не имеет, чего хочет в данный момент. Главное, что ей нужно сейчас, – чтобы этот мужчина не понял, насколько неуверенной она себя чувствует.

– Определенно, я не хочу вас видеть. – Она надменно вздернула подбородок. – Если помните, я просила вас оставить меня в покое. Я больше не хочу никаких автогонок в своей жизни.

– Именно поэтому вы спрятались в этой глуши? – поинтересовался Розелли.

Любопытство в его голосе было почти неприкрытым, и это по-настоящему смутило ее. Ей и так-то было сложно думать о причинах, а присутствие напористого итальянца сделало этот процесс еще более трудным.

– Я оставила свою прежнюю жизнь из уважения к памяти брата. И я не прячусь. Я просто не могу продолжать работать с командой и вести активную светскую жизнь после смерти Себа, – попыталась объяснить она.

– Думаете, он бы хотел, чтобы вы так жили?

В растерянности Чарли прислонилась к стене. Ее взгляд остановился на его сильных бедрах. Почему из всех мужчин именно этот показался ей таким неотразимо привлекательным?

– В смысле?

– Коттедж, конечно, очень славный, но такая женщина, как вы, не должна заточить себя в нем навеки.

Она внимательно посмотрела на него, задержав взгляд на чувственном изгибе губ. Он же смотрел ей прямо в глаза – с таким напором, с такой силой, что у нее перехватывало дыхание.

Прав ли он? Хотел бы Себастьян видеть ее в команде?

– Что значит «такая женщина, как я»? Что вы имеете в виду? – поинтересовалась она.

Он обошел стол с другой стороны и встал, опершись на него. Никогда еще кухня не казалась Чарли такой маленькой. Впрочем, хорошо, что сейчас между ними есть ощутимый барьер.

– Ваша настоящая жизнь осталась на гоночной трассе. Вы привыкли жить на высокой скорости, – сказал Алессандро с непередаваемым сексуальным итальянским акцентом.

– Ну, сейчас уже нет. И не собираюсь к этому возвращаться. И что бы вы – или мой отец – ни сказали, я не передумаю, – поспешно возразила она.

– «Пригляди за моей малышкой Чарли. Ты ей понравишься», – процитировал он. Было сразу ясно, чьи это слова – малышкой Чарли ее называл только Себастьян.

Алессандро пододвинул к себе стул и присел, давая понять, что не намерен уходить в ближайшее время. Его слова потрясли Чарли. Она почти слышала, как Себастьян их произносит.

– Я вам не верю. – Она скрестила руки на груди, словно отгораживаясь от него. Но тут же вспомнила звонки Себа. Он всегда старался убедить ее снова начать встречаться с кем-то, ходить на свидания, настаивая на том, что не все мужчины такие же бессердечные, как ее бывший жених. – Он бы никогда так не сказал.

Сандро рассеянно подтянул к себе лежавшую на столе вчерашнюю местную газету. Ведет себя в ее кухне как дома!

– Это правда, дорогая моя, – сказал он.

– Для вас – Шарлот. – Она внезапно почувствовала раздражение и пожалела, что сама предложила называть себя Чарли.

– Шарлот… – произнес он нараспев, словно лаская на языке каждый звук. По ее телу разлился жар. Она стояла прямо, напряженно, стараясь не обращать внимания на учащенный пульс и овладевшее ею бешеное желание. Что, черт возьми, с ней происходит?

Может, она просто выпала из жизни слишком надолго? Должна ли она верить незваному гостю? Действительно ли Себастьян хотел, чтобы она приняла участие в презентации автомобиля? Не то чтобы она готова признать правоту Розелли, но, в принципе, ее брат вполне мог произнести эти слова.

– Что именно сказал мой отец? – Чарли захотелось отвлечь его внимание, свернуть на другую тему. Сложившаяся ситуация слишком нервировала ее, выбивала из колеи.

Забыв о газете, он посмотрел на нее, и Чарли ощутила жар внутри с новой силой. Тяжело сглотнула. Ее брат был прав. Он ей нравится. Но чисто на уровне инстинктов. Это просто влечение, не более того. И она с ним справится.

– Он сказал, что сейчас самое время снова рулить своей жизнью.

Его слова повисли в воздухе. Он сказал правду. В точно таких же выражениях отец говорил с ней всего несколько недель назад.

– Я не знал, что за гламурным фасадом, который вы демонстрировали на камеру, есть нечто большее. Что вы умеет водить мощные автомобили. – Алессандро пристально смотрел на нее, и у Чарли сложилось впечатление, что он намеренно ее раздражает, пытаясь убедить, что Себастьян действительно хотел ее участия в презентации.

Она думала о своей работе с командой Себа. О том, как она следовала за ребятами на каждую трассу мира, представляла их местным журналистам. О том, как те брали у нее интервью. Это был элитарный образ жизни, она наслаждалась им и чувствовала себя как рыба в воде. Она попала в этот круг, поднявшись с самого дна, тяжело работая, изучив все, что касалось автомобилей и гонок. Несмотря на гламурный имидж, который она демонстрировала с телеэкранов, она не была случайным человеком в этом мире. Она делала то, что любила по-настоящему, и чувствовала себя комфортно. Работать с автомобилями, водить их – вот ее стихия. Та самая, против которой была так сильно настроена ее мать.

Действительно ли пришло время выйти из тени на свет и снова стать частью прежней жизни?

– Вы будете удивлены, насколько хорошо я умею это делать, – кокетливо ответила она, сама шокированная тем, что флиртует. Какого черта? Она же никогда ни с кем не флиртует! От этого одни проблемы. Она прекрасно это знает и видела достаточно тому свидетельств. Беззаботный флирт всегда перерастает в нечто большее. Ее собственная мать стала жертвой легкомысленного поведения, оставив детей-подростков ради своей новой любви.

Алессандро приподнял бровь, в его глазах появился озорной огонек, и сердце Чарли забилось чаще. Пора положить этому конец! Она больше не хочет и не может быть объектом его пристального внимания. Она же сейчас просто растает под его жарким взглядом!

– Надеюсь, когда-нибудь узнаю наверняка, – сказал он протяжно.

– Кофе? – Пора было сменить и тактику, и тему – и кофе первым пришел на ум.

– Да, спасибо! – Кофе – последнее, чего он хочет. Даже большая чашка эспрессо не потушит пылающий в нем огонь.

Шарлот посмотрела на него, облизала губы, и Сандро чуть не застонал, едва заставив себя усидеть на месте усилием воли. Хотеть женщину в шикарном наряде было обычным делом, но то, как он возжелал будничную, упрощенную версию Чарли, было чем-то новым и неожиданным. И ужасно неудобным.

Алессандро смотрел, как она двигается по кухне, готовя ему кофе. Ему нравилось, как джинсы облегают ее стройные бедра, подчеркивая их форму. Ее растянутая футболка не могла скрыть изящную талию и красивую высокую грудь от его голодных глаз.

Наконец Чарли повернулась к нему лицом и подала чашку кофе. Села за стол напротив. Что ж, похоже, у него есть время переубедить ее.

Он сделал первый глоток, она подула на свой кофе. Движение ее губ почти загипнотизировало его. Надо все же как-то справиться со своим либидо. Шарлот – привлекательная женщина, и в любых других обстоятельствах он захотел бы большего, намного большего – по крайней мере, пока не утолит свой голод. Но приходится учитывать, что она сестра Себастьяна, и из уважения к памяти друга надо все-таки держать себя в руках. Ни за что на свете нельзя показывать, как сильно его тянет к ней.

– Вернемся к делу, – наконец сказал он после продолжительной паузы.

– Вот уж не думала, что это дело. Мне-то казалось, что тут главное – избавить вас от чувства вины, – не удержалась Чарли от язвительной реплики.

Да, он чувствовал свою ответственность и даже вину в смерти Себа – а кто бы этого не чувствовал в сложившихся обстоятельствах? Но приехал он вовсе не из-за этого. А из-за своего обещания. Его слово все же чего-нибудь да стоит.

– Это дело, Шарлот. Я хочу, чтобы вы стали частью нашей команды. И Себ всегда этого хотел. Он знал, как вы хороши в своем деле, – в который раз повторил он.

– Но он никогда ничего мне не говорил об этом. – Чарли отставила пустую чашку в сторону и вопросительно посмотрела на гостя.

Алессандро чуть было не сказал, как Себ скучал по ней. Как жаждал, чтобы она приехала в Италию. Надо во что бы то ни стало убедить ее. Но следующие слова Чарли больно укололи его.

– Только вот он не знал, что скоро умрет.

Сандро кивнул, понимая, что окончательное решение она все же примет сама, без его давления. Надо просто дать ей немного времени.

– Печально, но это так, – вздохнул он.

– На какое число намечена презентация? – Ее глаза были слегка затуманены набежавшими слезами, когда их взгляды встретились. Несмотря ни на что, он все-таки снова почувствовал свою вину. Как минимум в том, что она грустит. Он просто обязан стереть печаль с ее чела и снова вернуть счастье в ее жизнь. В конце концов она перестанет прятаться от мира, и в частности от мира гонок, если не будет чувствовать себя несчастной.

– На эту пятницу.

– Но это же уже через два дня! Спасибо, что предупредили заранее, – резко ответила Чарли. В глазах ее он увидел решимость.

– Так вы будете на презентации? – переспросил он.

– Да, – ответила она, вставая со стула. – Но на моих условиях.

Глава 2

– Какие еще условия? – с подозрением спросил Алессандро, глядя на нее снизу вверх, – он все еще продолжал сидеть.

Чарли заметила, как он упрямо сжал губы – явно не ожидал такого поворота событий. Поразительно, неужели он думал, что может просто вот так приехать в последний момент и забрать ее с собой?

Да, сначала она вообще не хотела ничего делать, но сейчас поняла: непосредственно на месте событий она сможет найти ответы на вопросы, которые до сих пор ее волнуют.

Чарли попыталась взвесить все «за» и «против». Если она поедет, то она хочет быть чем-то большим, чем случайный бесправный гость, приглашенный в последнюю минуту лишь из-за того, что Алессандро внезапно пришла в голову такая идея. Она хочет знать об этом автомобиле все, каждую деталь!

Сейчас Чарли глубоко сожалела о том, что ни разу не встретилась с Себом в последние несколько месяцев перед трагедией. Если бы она приехала в Италию посмотреть на автомобиль его мечты, предотвратило ли бы это несчастный случай? Кто знает… Такая возможность не исключена.

Презентация автомобиля может стать катализатором перемен, и это поможет ей вновь обрести контроль над своей жизнью. Пришло время оставить прошлое позади – но только при условии, что она получит исчерпывающие ответы на свои вопросы. И это ее единственная возможность выяснить, что же на самом деле произошло с ее братом. В конце концов, он был профессиональным гонщиком, натренированным по высочайшим стандартам, и поэтому автокатастрофа вызывает множество вопросов.

– Прежде чем я назову мои условия, мне надо выяснить, что произошло той ночью, – Чарли скрестила руки на груди, словно защищаясь, и прислонилась к кухонному шкафу с посудой, наблюдая за реакцией Розелли. Она ожидала увидеть вину, раскаяние, но его уверенный взгляд спокойно встретился с ее, и в душу Чарли закрались сомнения. Она всегда считала, что ответственность лежит исключительно на нем, обвиняла его, но сейчас ее уверенность в собственной правоте несколько поколебалась.

– Что вы хотите узнать? – Его спокойный тон вступал в конфликт с бешеным ритмом ее сердца.

– Почему он оказался в машине? Она еще не была готова к испытаниям – по крайней мере, я слышала такую версию. – Чарли распрямила плечи и посмотрела на Сандро в упор, отчаянно пытаясь сохранять самообладание. Пока что она была далека от этого, и глубоко внутри понимала, что дело не только в том, что перед ней – предполагаемый виновник смерти ее брата. Дело было в этом мужчине как таковом. В его волнующей привлекательности.

Мощная аура Алессандро Розелли – аура доминирования и контроля – заполнила кухню целиком. Вот только она не позволит себя запугать. Она смелая. И она выяснит правду так или иначе. Ведь наверняка до конца ничего не известно.

Непрошеный гость откинулся на спинку стула, изучающе посмотрел на Чарли – ей казалось, что он просто пытается отвлечь ее внимание от важных вопросов. И у него почти получилось. Никогда еще она не находилась под прицелом столь мощного внимания. «Думай о Себастьяне», – напомнила она себе.

– Вы всегда верите сплетням? – Алессандро скрестил руки на груди, выглядя при этом куда более расслабленно, чем имел право в подобной ситуации. Слишком самоуверенно.

Она нахмурилась, раздражаясь все больше и больше.

– Конечно же, нет.

– Значит, если я скажу, что с машиной было все в порядке, вы мне поверите? – Он вытянул свои длинные ноги, вальяжно развалившись на стуле. Но впечатление было обманчиво. Вальяжной была только поза, а взгляд оставался напряженным. Он смотрел в ее темные глаза, полные тревоги. Словно кот на охоте, убаюкивающий свою добычу, внушающий ей ложное чувство безопасности. Но эта мышка была настороже.

Чарли решительно помотала головой:

– Единственное, что может меня убедить – официальный рапорт с места происшествия.

Розелли медленно встал, подошел к окну, выглянул на улицу:

– Это действительно поможет? Там описаны все нюансы до единого.

– Да, – ответила Чарли и двинулась ему навстречу, испытывая непреодолимое желание посмотреть ему в глаза, прочесть отражающиеся в них эмоции. – Мне нужны все нюансы и детали.

– Почему, как вы думаете, ваш отец не показал вам отчет? – Его широкие плечи превратились в барьер между ними, словно скрывая что-то от нее – например, его чувство вины. – Что вы надеетесь там найти?

– Правду. – Чарли снова разозлилась, представив, как он разговаривает с ее отцом и убеждает того скрыть детали аварии. Она до сих пор не понимает, почему отец не рассказал ей все, как есть. Неужели он покрывает этого человека, и это важнее чувств его дочери и даже памяти о сыне?

– Иногда лучше не знать правду.

– Что? – Она едва поверила своим ушам. Выходит, этот человек и ее отец скрывают от нее правду? – Что вы имеете в виду?

Алессандро расслышал возмущение в ее голосе и прикусил язык, чтобы с него не слетели страшные слова правды. Эта правда убьет ее, навсегда стерев счастливую улыбку с ее лица, уничтожив светлые воспоминания о брате. Ее отец просто умолял не открывать ей все подробности трагедии. Это было его единственное условие. И он намерен уважить просьбу старика – и сдержать обещание, данное Себу.

Чарли стояла перед ним, прижав пальцы к вискам и мотая головой в отрицании. Ее дыхание участилось, выдавая происходящую в ней борьбу. Инстинктивно Сандро взял ее за руки, и взгляд ее прекрасных зеленых глаз проник ему в самое сердце.

– Вы же знаете, что ваш брат ехал на высокой скорости? – спросил он.

– Да, – прошептала Чарли, успокаиваясь от его прикосновения и ища глазами его взгляд. В нем она хотела прочесть ответ на свои вопросы. Ответ, который он не мог ей дать. – Но мне надо знать, что именно произошло и почему.

– Лучше запомните его хорошим и счастливым, Шарлот. Так будет проще.

– Я знаю. Но у меня так много вопросов, требующих прояснения. – Она прикрыла глаза, и от темных ресниц на бледную кожу упала тень. Желание поцеловать ее стало просто невыносимым.

Отправляясь в путь, Алессандро никак не ожидал встретить женщину, которую будет желать столь сильно. Лишь однажды прежде он испытывал нечто подобное, и, подчинившись импульсу, поспешно женился – только чтобы обнаружить, что у его новоиспеченной супруги были совсем другие скрытые мотивы, чем у него. Никогда больше, ни при каких условиях он на это не пойдет.

Магнетическое притяжение, которое ощутили они с Чарли, едва встретившись взглядами, только все усложняет. В бессильном отчаянии он сжал пальцы в кулак: судьба явно испытывает его на прочность. Разве он сможет теперь так просто сдержать свое слово?

Чарли смотрела на Сандро, гордо вздернув подбородок:

– Я все выясню, мистер Розелли. То, что вы с моим отцом так старательно пытаетесь утаить от меня правду, только делает мою задачу более важной.

– Некоторые вещи лучше не знать. Даже если не брать в расчет желание вашего отца – сделайте это ради Себа. – Он отошел от нее подальше, к стулу, на котором сидел – лишь бы создать дистанцию между ними. Но сильное желание и мучительная тяга к этой женщине по-прежнему не отступали.

– Ради Себа?

– Себ просил вас присутствовать на презентации. Это была его последняя просьба. – Конечно же он ни за что не скажет ей, о чем просил Себ на самом деле, вернее, как звучали его последние слова. Отчасти и она в ответе за его проблемы. Она ни разу не навестила его в Италии, не проявила интерес к его жизни, но сейчас не время это обсуждать. Все, что ему нужно, – ее согласие принять участи в презентации.

– Он правда так сказал? – спросила она мягким, еле слышным голосом, от которого участился его пульс.

– Он хотел, чтобы вы присутствовали. – Сандро украдкой бросил взгляд на лицо Чарли. Кажется, она медленно, но верно шла к принятию верного решения. Все, что ему остается, – терпеливо ждать и не делать резких движений.

Чарли не могла избавиться от внутреннего беспокойства. Да, она знала, что в аварии Себ получил ужасные травмы, но ее не покидало ощущение, что есть что-то еще, не менее важное. Что-то, что ее отец хочет удержать в тайне так же сильно, как Алессандро. Значит ли это, что он все же виноват в случившемся? Его ли ошибки стали фатальными, или есть какие-то еще, пока неизвестные ей причины?

Чарли решила изменить тактику и временно изобразить согласие и полное понимание, осознавая, что есть только один путь выяснить истину. Она медленно подошла к столу и посмотрела на Алессандро – тот по-прежнему спокойно сидел на месте и не спускал с нее глаз.

– Если я приеду на презентацию, для начала я хочу получить всю имеющуюся информацию об автомобиле. Хочу увидеть все, над чем работали вы с Себом. Хочу знать все до конца. Хочу жить и дышать этим. – Отголоски былой страсти, с которой она отдавалась работе, миру гонок, прозвучали в ее словах, завибрировали в ее венах спустя столько месяцев молчания! Грудь Чарли наполнил давно забытый восторг.

– На это особо нет времени, – сказал Сандро. Он внимательно смотрел на нее, словно стараясь прочесть мысли.

– Если я буду участвовать в презентации, я должна быть в состоянии говорить об автомобиле, о мельчайших нюансах, связанных с ним. Я должна знать все!

Конечно же дело не только в презентации. Она хочет увидеть все, что видел Себастьян, почувствовать радость, которую он испытывал за рулем. Вот только готова ли она к этому?

Чарли смотрела на человека, которого винила в смерти брата. Насколько она знает, он позволил Себу сесть за руль неисправного автомобиля, несмотря на то, что во всех отчетах, как сказал ей отец, причиной трагедии указывается ошибка водителя. Она винила Алессандро, и вот сейчас он спокойно сидит здесь и предлагает ей самой докопаться до истины. Поступил бы он так, если бы ему на самом деле было что скрывать?

– Я хочу увидеть все файлы и все чертежи, которые делал Себастьян, – твердым голосом сказал она, стараясь скрыть охватившее ее волнение.

Алессандро встал, обошел стол, подошел к ней ближе:

– Я не могу вам этого позволить. На это у нас попросту нет времени.

Да кем он себя возомнил, в конце-то концов?

– Если вы и впрямь хотите, чтобы я участвовала в презентации, вы обязаны понимать, что я должна владеть всей информацией. Если я берусь за работу, то я делаю ее максимально хорошо. Вы хотите, чтобы я приняла участие в продвижении автомобиля, или нет?

На мгновение Розелли задумался, его губы сжались в тонкую линию.

– Дело ведь не только в этом, Шарлот? – То, как он произнес имя, произвело на нее необычный эффект, вызвав чувственные волны по всему телу. Это было даже хуже, чем когда он называл ее Чарли.

– Вы же понимаете, что, если я принимаю ваше предложение, я должна знать все?

– Да, но, учитывая все обстоятельства, разумно ли это? – В его глазах читалась твердая решимость. Но и в ее планы не входило поражение. Она либо сделает все по-своему, либо вообще ничего не будет делать. Как он может ждать иного, когда это именно он позволил Себу водить той ночью? Что за самонадеянность?

Нет, она ни за что не упустит свой единственный шанс узнать правду! И не отступит ни на шаг.

– Не волнуйтесь – больше никаких женских истерик, – заверила она его на всякий случай.

– Уверены? Может, без них и не обойдется… – Алессандро подошел ближе – слишком близко, и в нем вспыхнул небывалый огонь от одного взгляда на нее. Нет, надо вести себя профессионально, убедить ее, что он не выйдет за рамки дозволенного.

– Нет, это в прошлом. Я намерена последовать совету отца.

– И в чем он заключается? – поинтересовался он.

– Снова взять управление своей жизнью в свои руки. Стать у руля. – Разумеется, она не скажет ему, что последнюю фразу надо воспринимать буквально.

Она смотрела, как Сандро подносит руку к подбородку, потирает в раздумьях темную щетину – нет, не стоит сейчас обращать внимание на реакцию своего тела. Такая реакция на мужчину, на его присутствие, этот дикий огонь желания были для нее в новинку.

Ее предыдущие отношения никогда не длились долго и не были успешными. Она вообще уже давно не встречалась с мужчинами. Кроме того, заметный след в душе оставило крушение родительского брака. Достаточно вспомнить, во что превратился в итоге союз отца и матери, чтобы навсегда разувериться в существовании длительных гармоничных отношений. Нет-нет, она больше никогда и никому не позволит причинить себе боль и подвергнуть унижению.

– Не уверен, что это хорошая идея, но раз вы так сильно этого хотите, пусть так оно и будет, – медленно произнес Алессандро, неотрывно глядя на Чарли.

– Да, хочу, – быстро ответила она, пока он не передумал. Пока она сама не передумала.

– Что ж, тогда договорились, – он протянул ей руку, и она пожала ее в нетерпеливом желании поскорей заключить сделку.

– Договорились! – От рукопожатия ее словно обжег огонь, а дыхание остановилось, когда он сжал ее пальцы, не прерывая зрительного контакта.

– Хорошо, – твердо сказал Сандро. Словно и не чувствовала ничего такого, когда он прикасался к ней. А сам улыбался ей, как прекраснейшей женщине мира. Он флиртовал, как и все мужчины, которых она знала, включая ее отца. И именно флирт уничтожил брак ее родителей, толкнул ее мать в объятия другого мужчины, разрушил семью.

Так, хватит думать об этом – тема давно закрыта. Сейчас не время к ней возвращаться. Лучше использовать идеальную возможность выяснить правду о последних часах Себа.

Алессандро задержал ладонь Чарли в своей руке и пытливо заглянул в ей в глаза. Интересно, она тоже это чувствует? Эти вспышки страсти вызывают дрожь в ее теле? Нет, конечно. Совершенно каменное, бесстрастное, хоть и прекрасное лицо. Ни следа эмоций.

Да он должен быть рад и счастлив, что сделка, которую они заключили, не будет осложнена сексом. Их дружба с Себом и обещание, которое он дал ему в госпитале, – все диктует исключительно деловой стиль общения. Да и ее крутой нрав исключает любое отступление от правил.

– Если будет слишком больно, сразу скажите мне. – Чарли нахмурилась и поспешно высвободила свою руку из его ладоней, прекращая пытку, в которую превратился для нее этот невинный жест.

– Не будет, – она произнесла это так твердо и решительно, что сомневаться не приходилось.

И все же он на всякий случай уточнил:

– Вы правда так уверены в этом, учитывая, что вы велели мне убираться вон всего несколько минут назад? – Он себя пытается разуверить или ее?

– Вы застали меня врасплох. – Чарли собрала со стола грязные чашки и направилась к раковине сполоснуть их. Он не мог отказать себе удовольствии еще раз полюбоваться мягкими женственными изгибами ее тела, стройными бедрами, длинными ногами.

Так, стоп, хватит! К делу! Это бизнес, и только. Ничего более. Он же понимает, что Чарли не из тех женщин, которых устроит роман без обязательств. А он всячески избегал серьезных отношений, с тех пор как попал в западню брака. Больше это не повторится никогда.

Алессандро пожал плечами, стараясь стряхнуть наваждение:

– В таком случае мы сегодня же отправимся в Милан.

– Мы?!

– У меня еще довольно много дел, связанных с презентацией, и если вы действительно хотите побольше узнать о машине, лучше всего отправиться в путь прямо сейчас. – Интересно, как он представляет себе совместную поездку, если в ее присутствии ему сложно сосредоточиться на чем-то еще, кроме ее роскошного тела? Как он будет следить за дорогой?

– Но у меня не собраны вещи, я не готова. Я приеду чуть позже, а вы пока возвращайтесь к своей семье, – возразила Чарли.

– В этом нет необходимости, – твердо сказал он. – Меня никто не ждет. – Прошли те дни, когда это было возможно. И если ему хватит ума, то так оно и останется.

Ее приподнятые в удивлении брови и любопытство во взгляде ему не понравились – вот уж не хотелось бы отвечать на ее вопросы.

– К тому же у меня есть планы на выходные: наши клиенты хотят пройти тест-драйв на демонстрационной версии автомобиля. Себастьян был в восторге от этой идеи, говорил, что вы будете в своей стихии, – поспешил он сменить тему.

– И тем не менее, – сказала она своим нежным голосом, слышать который было для него настоящей пыткой, – туда я тоже могу добраться сама.

Она специально старается усложнить ему жизнь и провоцирует на конфликт, создавая помехи и трудности?

– Меня ждет самолет. Мы можем быть в Милане еще до захода солнца.

В ее взгляде появилось сомнение. Себ всегда говорил о своей сестре покровительственно, словно пытаясь защитить. И теперь Алессандро понимал почему. Чарли – настоящая женщина, которая всегда может вызвать в мужчине желание защитить ее. А ведь он годами избегал подобных сантиментов, считая, что развод уничтожил их на корню. Но ведь он вовсе не тот человек, который должен ее опекать. И зачем он только дал Себу то обещание?

Он не может так рисковать. Чарли – настоящий соблазн для него, хотя он и понимал, что она для него недоступна. Он не может оскорбить память Себа. Это его сестра, которую Себ всегда хотел оградить от неприятностей. Если он позволит своим инстинктам взять верх, он нарушит данную клятву. И совсем не защитит ее, скорее, наоборот.

– Чем вы намерены заняться, пока я буду собираться? – Чарли ужасно раздражало, что они еще не покинули ее дом, а он уже принимает решения за нее. – Выпьете еще кофе?

– Нет. Просто подожду вас здесь.

Чарли вспомнила, как Себ однажды охарактеризовал своего партнера – «человек, который точно знает, чего хочет, и никому не позволит встать на своем пути».

Он хочет видеть ее на презентации – это понятно. Но почему? Диктуя свои условия, она как-то нарушает его планы? Хорошо бы, если так. Пора бы ему узнать, что получить все и сразу невозможно.

– Очень хорошо. Я постараюсь побыстрее. – Она хотела пройти мимо него, и Алессандро посторонился, давая ей дорогу. Он отступил настолько далеко, что складывалось впечатление, будто он вообще не хочет находиться рядом с ней. Только вот яркий огонь желания, вспыхнувший в его глазах, создавал совсем иное впечатление.

– Я никуда не уйду, дорогая моя, – его вкрадчивый голос вновь пробудил в ней давно забытые ощущения. Чарли рванула на себя дверь кухни с такой силой, словно только она и сдерживала водопад ее эмоций.

– Я и не ждала иного от такого человека, как вы. – И прежде чем Сандро успел ответить, она испарилась, направившись по лестнице вверх, в свою комнату. Там Чарли на мгновение замерла в предвкушении – она всегда любила вот так вот сорваться с места, когда работала с командой Себа, но никогда еще не делала это в компании такого красивого мужчины.

Она быстро переоделась, нанесла легкий макияж, со скоростью света сложила небольшую сумку – так, чтобы хватило на несколько дней в Италии. Все остальное она сможет купить на месте.

Озадаченное выражение его лица, когда она вернулась на кухню, вызвало у нее улыбку. Он явно не ожидал от нее такой быстроты действий. Что ж, пусть убедится, что не так много знает о ней, как ему кажется.

– Вы взяли паспорт? – Его акцент словно усилился, когда он сделал шаг ей навстречу, чтобы взять сумку.

Он слегка задел ее пальцами, и у Чарли в груди стало невыносимо жарко. Она посмотрела на него, на щеках появился легкий румянец. Ей показалось, что в его глазах она видит желание – то же самое, что большими буквами, как она думала, было написано у нее на лбу. Замечает ли он его?

Хорошо бы, нет. Притяжение, возникшее между ними с самого начала, усиливалось с каждой минутой. Но она не поддастся ему. Это некрасиво по отношению к Себу. Что бы ни произошло той ночью, Розелли – его деловой партнер.

На мгновение Чарли засомневалась: правильно ли она делает, что едет с этим мужчиной? Мужчиной, который, возможно виноват в смерти ее брата.

Нельзя об этом забывать.

Это будет сложнее, чем он думал. Сандро взял сумку из рук Чарли. Каблуки, обтягивающие бежевые джинсы, белая блузка и темно-коричневый пиджак. Шикарно. Элегантно. Ничего общего с садовницей-замарашкой, которую он встретил по прибытии. Вот теперь она напоминает ту женщину, которую он видел по телевизору. Женщину, которой он восхищался все больше и больше, слушая рассказы Себастьяна.

Стоп, назад! Он постарался вытеснить назойливые мысли на задворки сознания. Деловой стиль общения, и только так!

Чарли выдвинула ящик стола, достала паспорт:

– Надо сказать соседке, что я уезжаю.

Он нахмурился:

– Зачем?

– Она приглядит за домом, польет цветы. – Чарли с отсутствующим видом взяла телефон и быстро набрала сообщение.

Сад, цветы… Все это как-то не вяжется с гламурным образом, который она себе создала, рекламируя команду Себастьяна. Этот дом и сад для нее, наверное, что-то вроде убежища от большого мира. Он прекрасно с этим знаком – желанием скрыться от всех. По меньшей мере, дважды в его жизни ему пришлось спасться бегством от людей.

– Вы бросили свою карьеру ради того, чтобы ухаживать за садом?

– Почему это вас так удивляет?

– Себ никогда не говорил, что вы заправский садовник.

– Мне всегда это нравилось, но до гибели брата не было необходимости менять образ жизни. Его смерть изменила все. Именно поэтому я хочу знать все о той ночи. Я должна понять, что произошло.

Каждое слово – прямое обвинение в его адрес, несомненно. Пока что единственный, кто знает правду, – ее отец.

Ему очень хотелось бы рассказать все, чтобы снять с себя вину в ее глазах. Но нельзя – ради Себа. И надо помнить об этом и не поддаваться искушению. Ему все равно не дотянуться до Чарли. Она под запретом – это дело чести. Его обещание Себастьяну, а потом и его отцу делает их сближение невозможным.

Глава 3

Когда сгустились сумерки, они наконец подъехали к офису Алессандро. Чарли впервые увидела место, о котором она так много слышала от брата. Он всегда говорил с восторгом, гордостью и энтузиазмом о заводе, мастерских и треках Розелли.

На нее накатила грусть – именно здесь Себастьян провел последние недели, и она могла бы быть частью его жизни, если бы приняла его предложение приехать, а не занималась вплотную своей карьерой. Той самой, что она забросила после его смерти.

Она вылезла из машины и стала рассматривать здания.

Алессандро подошел к стеклянной двери, открыл ее ключом.

– Почему же вы все-таки не приехали? – спросил он, придерживая для нее дверь и пропуская Чарли вперед.

– Была занята. Вы же знаете, что такое конец гоночного сезона. – Она увидела скептицизм в его глазах, и от стыда у нее зарумянились щеки.

Она все-таки могла бы приехать. Но была немного напугана той новой жизнью, которую вел Себастьян. Они всегда были так близки, а когда он встретил Алессандро, все изменилось в один момент. Она была рада, что Себ нашел то, что искал. Только вот никак не ожидала, что он так быстро отдалится от нее – во всех смыслах слова.

Сандро небрежно пожал плечами, но она знала, о чем он думает. Практически слышала его обвиняющие слова. О том, как она эгоистична. И она ответила, словно и впрямь услышала их:

– Я не знала, что время работает против меня.

В полутьме большого холла его лицо казалось застывшей маской ярости – ее слова задели его. Он все-таки чувствует свою вину? Сожалеет о чем-то? Хотел бы вернуться в прошлое и что-то изменить?

Он подошел ближе. Жаль, что здесь так мало света – Чарли хотелось получше рассмотреть мужчину, который восхищал и злил ее одновременно. Ее просто-таки раздирали противоречивые чувства, пока он смотрел на нее.

– Как бы вы ни чувствовали свою вину, Шарлот, мне вполне достаточно той тяжести, что я несу в своей душе. – В его голосе едва слышались нотки злости, притаившиеся за внешней любезностью, как змея, готовая к атаке. Настоящий хищник. Но она не будет его следующей жертвой.

– Говоря вот так, вы и признаете свою вину.

После ее сердитых слов напряжение между ними возросло. Чарли чувствовала, как учащенно забился пульс. От того, что она разозлилась. Но бабочки, порхающие в животе, не давали поверить в это до конца.

Это просто животное притяжение. И она не хочет его чувствовать. Не сейчас и не к этому мужчине.

Алессандро свысока смотрел на нее в темноте, и Чарли хотелось казаться бесстрашной, но она очень боялась, что по ней видно, какой эффект он производит на нее. Слышит ли он стук ее сердца? Заметил ли, как участилось ее дыхание?

– Это опасные слова, дорогая моя, – мягким, вкрадчивым голосом сказал он. Пытается казаться котом, но она-то точно знает – перед ней тигр, готовый к прыжку.

– Я приехала сюда посмотреть, чем именно занимался Себастьян, – сказала Чарли, стараясь справиться с нахлынувшими эмоциями. – Можем мы просто войти внутрь и сделать это? А потом я хотела бы поселиться в каком-нибудь отеле поблизости.

Чарли не ждала его ответа, не смотрела ему в глаза, но чувствовала на себе его испытующий взгляд. Она уже готова была устремиться вверх по лестнице, как вдруг яркий свет залил холл, она зажмурилась и повернулась лицом к Алессандро. Интерьер помещения оказался в точности таким, как она представляла. Изо всех сил она старалась игнорировать присутствие мужчины, стоявшего рядом на мраморном полу и излучавшего превосходство всем своим видом.

– Сюда, – сказал он и повел ее за собой к лифту, источая аромат мускуса и мужественности.

Чарли прикусила нижнюю губу. Готова ли она на самом деле увидеть, чем занимался Себастьян? Нет, наверное. Но надо.

– Не обязательно делать это сегодня, – сказал Алессандро.

Чарли потупилась и опустила ресницы, встретившись с внимательным взглядом его черных глаз.

– А я хочу сейчас, – выпалила она, войдя в лифт. – Я, конечно, никак этого не ожидала, день начался, как обычно, а потом вдруг появились вы…

– Надо было, конечно, сначала связаться с вами, но я не был уверен, что вы захотите меня видеть, – бесстрастно ответил Алессандро.

– Да, это точно. Я бы не захотела. Я не стала бы с вами встречаться и никогда бы сюда не приехала.

Дверь лифта распахнулась, и они оказались в просторном офисе со стеклянными стенами и огромными окнами, из которых открывался прекрасный вид на небо Милана.

Но Чарли не обращала на все это внимания – ее слишком раздражало присутствие этого мужчины в непосредственной близости от нее, чтобы отвлекаться на что-то еще. Надо думать о Себастьяне! А не о человеке, с которым он работал.

– Спасибо, – его густой обволакивающий голос вывел Чарли из оцепенения, и она перестала смотреть на город, вместо этого обратив взор на отражение Алессандро, стоявшего позади нее. Он придвинулся ближе.

– За что? – Она встретилась взглядом с его отражением.

– За честность. За то, что признали, что не захотели бы меня видеть. – Его двойник, отражавшийся в окне, пожал плечами, взгляд его стал пристальней. Теперь она видела только Алессандро. Но – тут ее сердце разочарованно сжалось – все это не имеет для него никакого значения. Все дело лишь в запуске нового автомобиля на рынок, в необходимости провести презентацию без сучка и задоринки.

– У меня нет причин скрывать свою неприязнь, мистер Розелли.

«Лгунья!» – закричал внутренний голос. Она не испытывает к нему неприязни. Хотя стоило бы. Просто влечение к нему вступило в неравную схватку с виной, которая до сих пор висит на нем, несмотря на все его уверения в обратном.

– Неприязнь… Не слишком ли сильно сказано? – Он придвинулся невыносимо близко.

Надо прекратить это. Немедленно. Как бы ни называлось то, что между ними происходит, она не может это контролировать. И ей это не нравится. Или нравится?

– О да, сильная неприязнь, мистер Розелли, – выпалив эти слова, она обернулась и посмотрела на него в упор. Кого она пытается обмануть? – И я вообще не понимаю в данную минуту, что именно я здесь делаю.

Его глаза стали чернее ночного неба, зияющая в них бездна гипнотизировала. Чарли не могла отвести от него глаз. Всепожирающее пламя внутри нее делало свое дело.

– Вы здесь, дорогая моя, потому что не можете иначе, – мягко и певуче ответил Сандро, лаская голосом каждый натянутый внутри нее нерв. – Потому что именно это вам и надо было сделать – ради Себа.

Ну, разумеется! Она здесь ради Себа – нельзя об этом забывать. Звуки его имени осветили сгустившийся мрак подобно солнечным лучам. Иначе бы она поддалась чарам худшего из людей.

– Да. И я хочу увидеть, где он работал и чем занимался, – подхватила Чарли.

Алессандро не мог пошевелиться, загипнотизированный интенсивностью проскакивающих между ними искр. Последние несколько недель его раздражала мысль о том, что придется встречаться с сестрой Себастьяна, и он откладывал этот момент насколько мог. Но он и предположить не мог, что при встрече почувствует такое необузданное и неприкрытое желание, дикое и первобытное.

Если бы это была любая другая женщина, он немедленно поцеловал бы ее, дал бы волю своей страсти, которая раздирала его изнутри, рвалась неудержимо наружу.

– Si, cosi[2], – он вел ее за собой, не в состоянии связать двух слов на английском – такого с ним прежде не бывало.

– Спасибо. – Это простое слово прозвучало так соблазнительно, что он попросту не мог двинуться с места. Он вел непосильную борьбу с самим собой. Чтобы не прижаться губами к ее губам. К счастью, она сделала шаг в сторону – и это слегка отрезвило его.

Алессандро шел по своему огромному офису, борясь с желанием посмотреть в окно и увидеть в нем ее отражение. Впрочем, и этого ему не надо. Его тело настойчиво твердило ему о присутствии Чарли, хоть он и не слышал ее мягкой поступи по мраморному полу.

– Вот здесь и работал Себастьян. – Он прошел в комнату в конце офиса – это помещение Себастьян называл своим. Сейчас его пустота казалась невыносимой. На дальней стене находился первый рисунок автомобиля, который сделал Себ.

Сандро снова ощутил что-то похожее на раскаяние. Надо было привезти Чарли сюда раньше. Давным-давно, если честно.

Она прошла мимо, и он ощутил едва уловимый аромат ее духов, напомнивший ему об английском лете. Он попытался стряхнуть наваждение и вернуться в настоящее.

– Он вот этим занимался? – Чарли встала рядом со столом, коснулась ладонью эскиза. Он заметил, как дрожат ее пальцы, как на лице все явственнее проступают сомнения и паника. У него появилось странное ощущение, что ее сердце разбилось в эту минуту.

– Да. – Его голос внезапно стал таким хриплым, что он не смог больше ничего сказать. Не хотел нарушить ее печаль.

– А что еще он делал? – В глазах Чарли блеснули слезы, и у него снова сжалось сердце от невыносимой боли.

Алессандро подошел к столу, открыл ноутбук, включил его и снова посмотрел на Чарли. Ее красивое личико казалось слишком бледным, глаза были широко распахнуты.

– Здесь много фотографий, плюс все его наработки по проекту.

Чарли подошла, коснулась пальцами экрана. Ее зеленые глаза потемнели, когда она увидела на фотографии Себа, сидящего в водительском кресле тестового автомобиля. Сандро выругался про себя. Мог бы выбрать для начала какой-то другой снимок.

– Когда сделано это фото? – спросила она надтреснутым голосом, не отрывая взгляда от экрана и стараясь сдержать подступившие слезы. Он впервые захотел увидеть женские слезы – ей просто необходимо выплеснуть свою печаль.

– За день до трагедии. – Ему стоило большого труда сказать это спокойно. Но даже для его ушей эти слова прозвучали как-то слишком холодно. Он уже изучил эту фотографию прежде и отметил тень беспокойства во взгляде Себа. Заметит ли она то же самое?

Чарли подняла на него глаза – в них стояли слезы. Прежде чем он успел подумать о том, что делает, Сандро оказался рядом с ней и заключил в объятия. Не сомневаясь ни секунды, она приняла его помощь и сочувствие и, прижав ладони к лицу, а лоб – к его груди, разрыдалась.

– Боже мой… Это все как-то слишком для вас… – В отчаянии он хотел сжать пальцы в кулак, но вместо этого приобнял Чарли и прижал ее к себе посильнее.

– Вовсе нет. – Рыдания продолжились.

– Да, дорогая, это слишком. – Он успокаивал ее так же, как свою сестру много раз до этого, пока они росли вместе. Только вот она не его сестра. Это женщина, которую он желает всеми фибрами своей души и каждой клеточкой тела. Почти безотчетно он склонил голову и поцеловал ее в макушку. Чарли замерла в его объятиях, а он закрыл глаза, пытаясь вспомнить, когда его жизнь в последний раз казалась ему полной. Он постарался загнать поглубже воспоминания о том, что так и не стал таким мужчиной, о котором мечтала его жена, и тяжело вздохнул.

Казалось, он целую вечность держал Чарли в объятиях, пока она плакала. Каждый всхлип причинял ему боль, увеличивая чувство вины из-за того, что он не оказался в ту злополучную ночь рядом с Себастьяном.

Он бы заметил эйфорию, вызванную алкоголем и наркотиками, и остановил бы его. Это открытие до сих пор шокировало его. Как могло так получиться, что они столько месяцев работали бок о бок, а он и не догадывался о проблемах Себа?

Он снова прижался губами к волосам Чарли, пытаясь утешить их обоих. Но снова прижав ее к своей груди, подыскивая успокоительные слова, он понял, что лучше ему остановиться. Он хочет большего, чем быть просто жилеткой, плечом, на котором можно поплакать.

Чарли посмотрела на него – они так близко друг к другу. Как любовники. Он легко мог бы поцеловать ее в губы. Но ее мокрые от слез щеки напомнили ему, кто они друг другу на самом деле и где находятся.

– Я должна была это сделать давным-давно, – наконец сказала Чарли, немного успокоившись.

– Вы впервые плачете с тех пор? – Он посмотрел на ее смягчившееся лицо.

Улыбнувшись, она кивнула. Из глаз вдруг опять брызнули слезы. Чарли вытерла одну щеку, а вот со второй разобраться не успела – Сандро протянул руку и бережно стер слезинки вместо нее.

В эту же секунду все изменилось. Не в состоянии остановиться, он взял ее лицо в свои ладони – кожа Чарли была теплой и влажной от слез. Ее зеленые глаза были полны печали и чего-то еще, неопределимого, невыразимого… Он не мог оторвать от нее взгляд.

Чарли прикрыла глаза и прижалась щекой к его руке. Инстинкт взял верх, и он стал гладить ее лицо, запустил пальцы в ее шелковистые волосы. Он хотел поцеловать ее, попробовать на вкус ее полные чувственные губы… И тут Чарли открыла глаза. Казалось, целую вечность она смотрела на него, учащенно дыша. Его сердце билось просто оглушительно. Он смотрел на темнеющую зелень ее глаз, напоминающую деревья на исходе лета, и пытался справиться с собой.

Он хочет ее. И может думать только об этом. Ничто другое не имеет значения.

Чарли подалась ему навстречу, закрыла глаза, от длинных ресниц на щеки легла густая тень, а затем их губы встретились. Это был нежный поцелуй, поначалу полный сомнения, но, как только он притянул ее ближе к себе, вновь запустив пальцы в ее длинные волосы, он стал глубже, превратившись в нечто большее. Не стоило ему этого делать. Не сейчас. Никогда.

Нет, она не должна целовать его так… Это только все усложнит. Но потребность ощутить прикосновение его губ была неумолимой и всепоглощающей! Ее чувства были обострены, нервы натянуты до предела. Сердце учащенно билось, когда она прижималась к нему, ощущая прикосновение его пальцев к волосам, его прерывистое теплое дыхание, движения его языка, сплетающегося с ее языком.

Чарли обвила руками шею Сандро, прижалась к нему сильнее, с большим пылом отдалась поцелую, пока у нее не стали подкашиваться ноги. Никогда еще поцелуй не вызывал у нее такую бурю эмоций, никогда не заводил до такой степени.

Внезапно и резко Алессандро ослабил объятия и чуть ли не оттолкнул ее от себя. Чарли испытала такой шок, что просто онемела, не в силах что-либо сказать. Спустя несколько секунд он отступил на шаг, и с губ его сорвалась целая тирада на итальянском.

Понять его слова было невозможно, но язык тела не оставлял никаких сомнений – ему не понравился этот поцелуй, он его не хотел. Так зачем же он спровоцировал ее? Что это еще за игра такая?

– Этого не должно было случиться. – Чарли усилием воли заставила себя стоять прямо, хоть у нее и подгибались колени и пьянящий огонь желания все еще бушевал внутри.

– Да уж, черт возьми! – Он стремительно направился к выходу. – Никогда это больше не должно повториться!

Чарли пронзила острая боль, но внешне она сохраняла полную невозмутимость. Он не хочет ее поцелуев – и что?

– Я не думала… Я не понимала, что я делаю.

Он прищурился:

– Это очевидно. И вообще, мы тут слишком задержались. Пора уходить.

– Нет, – запаниковала Чарли, – я слишком мало увидела.

– Пока хватит. Пора отдохнуть. Сегодня вы остановитесь у меня, – возразил он.

– У вас?

– Вы расстроены, действуете иррационально. Я не могу бросить вас в отеле одну. Не сегодня.

Его тон не допускал возражений, а она была слишком слаба, чтобы спорить. Последние двенадцать часов были не чем иным, как непрекращающимся шоком для нее.

– Просто вызовите мне такси.

Он холодно посмотрел на нее:

– Себастьян был прав.

– И что это означает? – поинтересовалась Чарли.

Улыбка тронула его губы.

– Я знаю о вас больше, чем вы думаете, Шарлот Уоррингтон.

Будь она чуть сильнее в этот момент, она бы пулей вылетела отсюда, взяла такси до аэропорта и отправилась домой. Но прямо сейчас Чарли вообще ничего уже не чувствовала. А просто хотела получить ответы на свои вопросы. Или они будут терзать ее всю оставшуюся жизнь.

– Я никуда с вами не поеду. Особенно после всего, что случилось, – слабым голосом сказала она.

Алессандро обернулся так резко, что она едва в него не врезалась:

– Должен ли я напомнить вам, дорогая моя, что это вы поцеловали меня?

Чарли покраснела от стыда и досады:

– Это была большая ошибка. И она больше не повторится.

– Хорошо. В таком случае нет ничего страшного в том, что вы остановитесь сегодня у меня.

– Страшного? Вы говорите так, словно я какая-то хищница и собираюсь на вас нападать. – Да уж, отель, пожалуй, лучший выбор. Только вот совсем не хочется оставаться одной этим вечером. После всего, через что она сегодня прошла. – Почему вы так хотите, чтобы я участвовала в презентации? Почему это так важно для вас?

– Я уже говорил про свое обещание вашему брату. И я намерен его сдержать. – Они прошли назад через весь офис и направились к лифту. – Сюда, дорогая моя.

Чарли не могла избавиться от чувства, что он переиграл ее. В чем именно, она не понимала до конца. Одна ночь у него в доме – это не так уж страшно, верно? Она первым делом забронирует отель в Милане, а как только закончится презентация, вернется в свой уютный коттедж, к своей тихой жизни.

Алессандро закрыл дверь в свою квартиру и посмотрел на Чарли. Она не сказала ни слова с тех пор, как они покинули офис, но, несмотря на это, неловкость, воцарившаяся между ними, усугубилась. И он теперь всерьез сомневался в том, что это было здравое решение – привезти ее сюда.

– Комната для гостей готова, – сказал он коротко, желая установить границы между ними.

– Спасибо, – ответила она почти шепотом.

Он смотрел, как она двигается по его квартире, придирчиво рассматривает коллекцию предметов искусства, и пытался понять, что означает выражение ее лица. В доме не было ничего современного – как снаружи, так и внутри. Его апартаменты не имели ничего общего с суперсовременным офисом, который они недавно покинули. Именно этого он и добивался, когда обставлял свой дом.

Чарли прошла к балкону, посмотрела с него на оживленные миланские улицы. У него появилась пауза, чтобы обуздать вновь овладевшее им пылкое желание. С тех пор как она коснулась его своими губами, что-то в нем неуловимо изменилось, и он боялся, что эти перемены необратимы.

– Хотите что-нибудь съесть или выпить?

– Нет, спасибо. Я устала. День выдался неожиданно долгий и насыщенный. А мне завтра надо быть на высоте. Пойду лучше отдохну.

Чарли направилась к гостевой комнате, а Сандро смотрел ей вслед, обуреваемый все тем же ненасытным желанием. Он изо всех сил сжал ручку сумки – он дал слово Себу и сдержит его, чего бы это ни стоило.

Мысль о друге, о его бизнес-партнере, который, кстати, последний останавливался в гостевой комнате, снова заставила его терзаться муками совести – он должен был заметить признаки беды, разглядеть проблему. Сейчас уже ничего не исправишь, но он, по крайней мере, может скрыть горькую правду от любимой сестры Себа.

– Ваш брат тоже какое-то время жил у меня, в этой самой комнате. Вы знали это?

– Нет. – Чарли была искренне удивлена. – Не понимаю, он же вроде бы искал съемное жилье.

– Да, это так. – Алессандро распахнул дверь в комнату, вошел, и Чарли последовала за ним, оглядываясь вокруг. Не было никаких признаков того, что в комнате останавливался хоть кто-нибудь вообще. – Это было правильное решение. Мы же работали над одним проектом.

– Он в итоге куда-нибудь переехал? Или это было его последнее пристанище?

– Последнее.

– Но где же его вещи?

– Я отправил их вашему отцу.

Словно не веря его словам, Чарли снова оглядела комнату, большую кровать, шкаф с ящиками.

– Понятно…

В воздухе повисла гнетущая тишина. Сандро не мог найти слов, чтобы продолжить разговор. Что бы он сейчас ни сказал, это причинит ей боль.

– Тут есть еще одна комната, поменьше. Если вы предпочтете…

Чарли помотала головой.

– Я хочу остаться здесь. Пожалуйста!

Вот сейчас он и впрямь сомневался в том, что не сошел с ума окончательно. Он не только осмелился поцеловать Шарлот, но и поселил ее в той самой комнате, где Себастьян провел свои последние дни. Он обещал своему другу приглядеть за его сестрой, позаботиться о ней – а сам только и делает, что усложняет эту задачу. И правду скрывать становится все труднее и труднее.

Глава 4

– Хорошо спалось? – спросил Алессандро у Чарли за завтраком.

Она смотрела на него и любовалась. Джинсы и рубашка сидели идеально, подчеркивая все достоинства фигуры и не давая ей сосредоточиться на чем-то еще. Мысли о неотразимом итальянце, которого она целовала прошлой ночью, это совсем не то, что ей сейчас нужно.

– Да, спасибо, – ответила она, потягивая свежевыжатый апельсиновый сок. Сон в комнате, где жил Себ, должен был придать ей сил, но этого не произошло. Наоборот, она всю ночь оплакивала брата – это помогло выплеснуть накопившуюся печаль, но не дало успокоения.

Сандро задержал взгляд на ее лице. Темные круги под глазами, конечно же, рассказали ему, что спала она из рук вон плохо. К счастью, ему хватило ума не развивать тему сна дальше.

– У меня есть несколько дел, связанных с презентацией, но мы также можем заехать в офис или на испытательный трек.

Испытательный трек. Эти слова вернули Чарли в прошлое, когда она проводила на трассе все свое время вместе с отцом и братом. Именно там она по-настоящему научилась водить – к неудовольствию своей матери.

– Я бы хотела увидеть автомобиль, – задумчиво сказала она. – Я давно не была на треке. – И ей так не хватает трепета и восторга, связанных с этим местом. Ее сад, ее священное убежище, внезапно показался ей унылым и скучным.

– Да, – Алессандро поставил на стол пустую чашку. – Себ говорил мне, что гонки занимали большое место в вашей жизни.

Чарли упорно разглядывала стакан с соком, не в силах выдержать пристального взора Сандро. Он заставлял ее чувствовать себя уязвимой.

– Да, я провела на треках немало времени.

– А что об этом думала ваша мама?

– Против увлечения Себа машинами она не возражала.

– Тут так и просится «но», – заметил он.

Вот этот момент она бы лучше обошла – очень уж большое «но». Интересно, много ли успел рассказать Себастьян? Знает ли Алессандро, как сопротивлялась мать ее увлечению миром гонок? Она ненавидела подобный стиль жизнь, ненавидела, как ее муж флиртует со всеми женщинами подряд. Ей совершенно не хотелось быть на втором месте, так что она бросила дом, семью и несовершеннолетних детей.

– Матери не нравилось, что я туда хожу. Она не думала, что я когда-нибудь буду водить машину и тем более что моя работа будет связана с автомобилями. Ей хотелось, чтобы я вела себя более женственно, а не как мальчишка. У нас была настоящая война по этому поводу. – Сейчас она уже не испытывает горечи из-за этого, понимая, почему мать хотела удержать ее подальше от мира гонок. Но сейчас не время вдаваться в подробности. Тем более не стоит посвящать в детали Алессандро.

– Теперь я понимаю, – он улыбнулся, – почему вы хотите, чтобы вас называли Чарли. Вам хочется подольше оставаться сорванцом.

– Что-то вроде того.

– Но вы красивая женщина, Шарлот, зачем же скрывать это? – От его внимательного взгляда у Чарли заколотилось сердце. Стараясь сдержать волнение, она прикусила нижнюю губу.

– Я была бунтующим тинейджером, – пояснила она. На ее щеках тем временем появился румянец, и она отвернулась, чтобы скрыть его, и стала смотреть сквозь окно на миланские улицы. Пожалуй, пора сменить тему. Она и так сказала больше, чем надо. – Мы можем выйти прямо сейчас?

– Конечно.

– Но прежде, чем мы отправимся в путь, признайтесь, что сказал мой отец, когда вы рассказали ему о презентации.

Сандро посмотрел на нее смелым и в то же время пугающим взглядом:

– Что единственное, чего он хочет, – это вашего счастья.

– Я хочу поговорить с ним, сказать, что приму участие в презентации.

– Он в курсе.

– И он тоже будет там присутствовать?

– Он хотел бы надеяться на это.

– Ответ в папином духе.

Алессандро кивнул, взял ключи, накинул кожаный пиджак. Сдержанный стиль в одежде только подчеркивал красоту и мощь его тела, и Чарли в очередной раз с трудом удалось оторвать от него взгляд.

Езда по утренним миланским пробкам в этот раз давалась ему с трудом. Он едва мог сосредоточиться на вождении, все время отвлекаясь на женщину, сидящую рядом с ним.

– Вы всегда жили в Милане? – Ее мягкий голос должен был, по идее, его успокоить, но этого не произошло.

– Большую часть взрослой жизни. – Он знал, что это всего лишь формальный разговор, но он все же обычно не обсуждал свою жизнь с посторонними людьми. Однако Себастьян стал ему почти что братом, а значит, Чарли не посторонняя?

– Себастьян говорил, что ваша семья живет в Тоскане и занимается производством вина, – сказала Чарли, пытаясь поддержать непринужденный разговор, но ему стало не по себе. Женщина никогда не спрашивает о семье просто так, без задней мысли. Хотя какие у Чарли могут быть мотивы?

Он пожал плечами и выехал на пустое шоссе, оставляя город позади.

– Да, это так, но я всегда предпочитал машины вину. Так что я переехал в Милан, получил образование и начал работать на моего дядю, приведя компанию к ее нынешнему успеху.

– А этот автомобиль? Тоже детище вашей любви к миру гонок? – Чарли с неподдельным интересом разглядывала интерьер машины, подтверждая характеристику, данную ей Себом. Она была не намного старше его сестры, но в двадцать четыре года проложила путь к вершинам успеха в своей карьере, продвигая в СМИ сначала гоночную команду отца, а потом – брата. Успешная женщина. И успехом она обязана своей страсти к автомобилям и гонкам – именно поэтому Себ так сильно хотел видеть ее на презентации.

Чарли пробежалась кончиками пальцев по приборной панели, не оставив никаких сомнений в своей любви к машинам – и в том, что она страстная натура. Впрочем, это она показала ему еще вчера своим поцелуем, пробудив желание, с которым он не в силах справиться до сих пор.

– Впечатляюще, – засмеялась она.

Алессандро застонал про себя. Совершенно невозможно сосредоточиться на дороге, когда рядом эта женщина. Надо же, на ее красивых губах уже играет улыбка.

– Уже недалеко. – Легкий запах ее духов наполнил весь салон. Малейшее движение ее тела было для него пыткой. И когда они наконец свернули, он с облегчением вздохнул – вот и испытательный трек Розелли.

К счастью, ему удалось припарковаться возле большого здания, в котором находились прототипы всех его автомобилей, которые сейчас были на испытании.

Чарли вышла из машины и стала с любопытством и тревогой разглядывать стоящее перед ней здание.

– Нам не обязательно делать это. Можем просто вернуться в офис.

Она обернулась:

– Мистер Розелли, я сделаю это, как бы вы ни старались переубедить меня, – со всей возможной решимостью ответила она, и Сандро едва сдержал улыбку.

– Что ж, тогда покончим с китайскими церемониями, Чарли?

– Как скажете, Алессандро.

– Зовите меня лучше Сандро.

Она испытывающе посмотрела на него. В ее глазах пылал тот же огонь, что и у Себастьяна, хотя зелень ее очей была более изумрудной.

– Как скажете, Сандро, – небрежно пожала она плечами. – Ну а сейчас наконец могу я увидеть автомобиль?

– Это всего лишь тестовая модель. Настоящий автомобиль появится только на презентации, – пояснил он.

– Так даже лучше. Интересно узнать, что изменилось с тех пор, как на ней ездил Себ.

И снова обвинения…

– Это точная копия прототипа, который водил Себ. Ничего не потребовалось улучшать.

Ее брови от удивления поползли вверх.

– Совсем ничего?

Он пристально смотрел на нее несколько секунд.

– Нет. Сюда, пожалуйста. – Алессандро решительно пошел к двери, набрал код, надеясь, что Чарли не станет продолжать разговор. Он не хотел лгать ей, а правду она может и не вынести.

Его команда механиков работала над другим проектом – парни с интересом посмотрели на них, когда они вошли.

Он заметил, что Чарли проигнорировала любопытные взгляды и направилась прямиком к серой тестовой машине, припаркованной в центре мастерской. Прошлась туда-сюда – вид ее обтянутых джинсами стройных ног творил с ним что-то невообразимое. Он знал, что эта женщина недоступна для него, но когда она погладила рукой крыло прототипа, он не мог не пожелать хоть на мгновение стать автомобилем.

– Можно? – Она указала рукой на дверцу авто, и он кивнул, не в силах вымолвить хоть слово после всех этих жарких мыслей.

Чарли села в водительское кресло, жадно ухватилась за руль, крепко сжав его ладонями, пока под пальцами не заскрипела кожа. Казалось, эта машина была сделана именно для нее.

– Чудесно. Я хочу поездить на ней, – сказала она тоном упрямой маленькой девочки – его сестра таким всегда добивалась своего.

– Может, лучше сначала я сяду за руль? А вы пока перейдите на заднее сиденье и наслаждайтесь поездкой, как того всегда хотел Себ.

– Плохо же вы знаете Себа, раз так говорите, – улыбнулась Чарли. – Он бы захотел, чтобы я села именно за руль, а он был рядом и наблюдал. Он всегда хотел чувствовать автомобиль, быть с ним единым целым.

Положив одну руку на крышу машины, вторую – на открытую дверцу, Алессандро наклонился, оказавшись к ней очень близко и почувствовав соблазнительный запах ее духов. Ее страстная речь сделала свое дело.

– Хорошо. Но будьте осторожны. И я конечно же поеду с вами.

Чарли улыбнулась ему искренне и чистосердечно, и ее лицо словно осветилось. И он в ту же секунду решил, что хочет, чтобы она улыбалась как можно чаще и что он сделает все возможное для этого.

– Я умею водить.

– Не сомневаюсь. Но я уже имел дело с одной женщиной, которая ездила слишком быстро. И больше не хочу попадать в такую ситуацию… Я о моей сестре. Недавно она слишком быстро вошла в поворот, и все закончилось не очень хорошо… – Сандро сказал это с кажущейся легкостью, тогда как на самом деле, если бы он мог, он вернулся бы в прошлое и все изменил, заставил сестру прислушаться к своими советам. Так же, как и Себа.

– Ну, обо мне можете не беспокоиться. – Чарли завела мотор. – В конце концов, моим братом был Себастьян Уоррингтон.

Как же она заблуждается! Ему есть о чем беспокоиться. Он обещал Себу приглядеть за ней, защитить – а как это возможно, если одно ее присутствие лишает его рассудка.

Алессандро обошел машину, попутно взглянув на Чарли сквозь ветровое стекло. Ее лицо выражало предельную концентрацию, но потом она подняла на него взгляд и улыбнулась. Он сел рядом с ней и захлопнул дверцу. Внезапно они оказались слишком близко – куда ближе, чем в его машине.

Чарли кивнула и сосредоточилась на своей задаче, а вот он никак не мог сконцентрироваться. Мотор взревел, и автомобиль медленно тронулся с места. Алессандро с облегчением вздохнул – слава богу, она более хладнокровна, чем ее брат во время первой поездки.

Она осторожно выехала на трек, пошла на первый круг. Пользуясь удобным случаем, он на законных основаниях, не таясь, разглядывал Чарли – какая она за рулем. Ее волосы разметались, словно она только что встала с постели. Она упрямо сжала губы – точно так же, как это делал Себ, когда был по-настоящему сосредоточен на вождении. Только в случае Чарли это выглядело куда сексуальнее.

Она прибавила скорость – и это вернуло его с небес на землю.

– Расслабьтесь. – Насмешливость в ее голосе совсем не сочеталась с серьезным выражением лица. Наверное, впервые он не нашелся, что ответить – она заставила его занервничать. Она явно хочет выжать максимум, совсем как ее брат, чтобы увидеть весь потенциал автомобиля. Но по силам ли ей с ним справиться?

– Вы же не боитесь? – поддразнила она его. – Меня в свое время хорошо учили.

– Нет, – соврал Сандро и постарался и впрямь расслабиться. С каждой секундой становилось все яснее – она и впрямь умеет водить. Если у нее был тот же учитель, что и у Себа, то лучшей гарантии безопасности и не надо. – Плохой из меня помощник. Я люблю все держать под контролем.

– Мы сейчас только о вождении говорим? – Она лукаво глянула на него.

Он не мог не рассмеяться в ответ.

– Я имел в виду вождение, но раз уж вы упомянули…

– Давайте посмотрим, на что он способен, – перебив его, серьезным голосом сказала Чарли.

И прежде чем он смог вымолвить хоть слово протеста, автомобиль рванула вперед, как норовистый жеребец, вжав Сандро в сиденье. Его сердце бешено застучало – перед глазами встали картинки аварии, в которую попала его сестра Франческа…

– Сбрасывайте скорость! – потребовал он.

– Не лезьте. Я знаю, что делаю, – огрызнулась Чарли.

– Шарлот! – выкрикнул он, глядя на крутой поворот, к которому они приближались.

Чарли едва слышала Алессандро. Ее сердце билось от восторга, что она снова за рулем автомобиля. Этого не случалось так давно, что она не намерена останавливаться слишком быстро. Именно скорость ей и нужна, чтобы изгнать демонов.

Она нажала сильнее на педаль газа и с ликованием обнаружила, что возможности мощного двигателя далеко не исчерпаны. Машина набрала ход, окрестные поля за стеклом превратились в размытое зеленое пятно, а Чарли думала лишь об одном – она поступает единственно верным способом. Себ водил этот автомобиль, чувствовал его мощь и силу, становился с ним единым целым. Находясь за рулем, она как будто становилась ближе к брату. Словно он сейчас был рядом с ней.

– Прекратите гнать! Немедленно! – с нажимом повторил Алессандро, но она просто не могла остановиться, не могла себе ни в чем отказать в этот момент.

– Это потрясающе! – воскликнула она в восторге, разгоняя машину до предельной скорости. Шины визжали на поворотах, но держали сцепление с дорогой как никогда.

– Вы хоть когда-нибудь делаете то, что вам говорят?! – возмутился Сандро. Он сидел рядом с ней и буквально кипел от ярости из-за ее непокорности.

– Себ не говорил, что я невыносима? – Она снова переключила все свое внимание на очередной поворот, и он опять выругался про себя по-итальянски. Она специально его нервирует? Или просто никогда не сделает того, о чем он просит? Несомненно, она уверена, что он любит все держать под тотальным контролем.

– Этого, дорогая моя, мы не обсуждали. Снижайте скорость, – спокойно, но твердо потребовал Алессандро, снова заставив Чарли улыбнуться.

– Вы всегда портите другим все веселье? – Она снизила скорость, но мотор протестовал, соблазняя ее своей мощью.

– Только когда моя жизнь под угрозой, – его саркастичный тон не остался незамеченным, тем более что ему пришлось повысить голос, чтобы перекричать шум двигателя. Сейчас они ехали по прямой, и Чарли едва справлялась с соблазном разогнать автомобиль.

– Вашей жизни ничто не угрожает, Сандро. Не драматизируйте. У меня высококлассная выучка, я прекрасно умею водить автомобили даже такой мощности. – Чарли вписалась в очередной поворот, едва удержавшись от соблазна продемонстрировать ему все свои уменья.

– И кто же вас учил? – Ей снова послышался страх в его голосе.

– Мой отец. Он научил меня и Себастьяна всему, что умел сам, так что расслабьтесь и наслаждайтесь своим автомобилем, почувствуйте его, станьте его частью. – Чарли пошла на очередной поворот, ее переполнял адреналин – именно его ей так не хватало все это время. Она отказалась от него ради благородного и степенного садоводства. Вот только оно не приносило ей равноценного кайфа.

После поворота перед ними снова открылся длинный прямой участок трассы, и она снова, в последний раз, разогнала автомобиль, включив предельную скорость. За рулем она позабыла обо всем, даже о боли утраты.

Сейчас ей было так хорошо! Ничто на свете не могло сравниться с этими ощущениями, с этим полетом. Таким окрыляющим, таким волнующим! Они неслись на всех парусах.

– Да боже ты мой! Остановитесь! – Команда, выданная непререкаемым тоном, положила конец ее эйфории и заставила снизить скорость.

– Мы проехали только половину круга, я просто не могу остановиться! – запротестовала Чарли, но все-таки снизила скорость до разумных пределов.

– Остановитесь. Сейчас же.

– Сейчас же? – Она не на шутку разозлилась. Потому что ей придется ему подчиниться. Потому что она потеряла над собой контроль у него на глазах. И еще потому, что, если бы звезды сложились иначе, на его месте сейчас мог бы сидеть Себ.

– Ну же, Шарлот! – Его тон не подразумевал возражений.

– Хорошо, будь по-вашему.

Шины протестующе заскрежетали, машина резко остановилась. Но все это было ничто по сравнению с охватившим ее гневом. Это все его вина.

– Вы сумасшедшая? – Алессандро обрушил на нее все накопившееся возмущение.

Чарли не могла поднять на него глаз. Сердце бешено колотилось в груди – наверняка он слышит его удары. Она сумасшедшая, да. Она забыла, зачем сюда приехала. Но все равно во всем виноват только он.

– Да. Было полным безумием приехать сюда с вами, – выпалила Чарли и, широко открыв дверь и отстегнув ремень, выскочила из машины. Она бежала от всего, от чего пыталась спрятаться весь последний год.

– Шарлот! – раздраженно и требовательно крикнул он вслед, но она не обернулась и не остановилась. Брела, куда глаза глядят. Сначала по асфальту, потом по траве. Все, что ей нужно, – сбежать от него подальше. И от боли, которая ее переполняла.

От боли, которую вызвал он.

Когда Чарли перешла на бег, Алессандро настиг ее, схватил за руку и притянул к себе так стремительно, что Чарли буквально врезалась в его грудную клетку. Мгновение она не могла ни дышать, ни говорить. Только смотреть в его пылающие гневом глаза. Ее дыхание было таким частым и прерывистым, будто она только что пробежала стометровку. В таком состоянии она тем более не могла освободиться от его стальной хватки.

– Пустите! – Но он в ответ только сжал ее руку еще крепче.

– Не раньше, чем вы успокоитесь, – медленно, но твердо сказал он. В его голосе звучал металл.

– Я должна была оказаться здесь с Себастьяном, а не с вами! – выкрикнула она ему прямо в лицо.

– Да уж, не надо было вас вообще сюда привозить, особенно после того, что сказал ваш отец, – убийственно холодным тоном процедил Алессандро сквозь зубы. – Ведь с момента похорон вы исключили скорость, драйв, автомобили из своей жизни, спрятались в своем саду.

– Ни от чего я не пряталась! Разве что от жестокости и глупости журналистов. – Она смело посмотрела ему в глаза. Он был так близко, что она могла различить запах его лосьона после бритья. Но что ей за дело до этого, когда ярость застилает ей взор.

От ее неожиданного ответа Алессандро растерянно заморгал:

– От журналистов?

Чарли наконец вырвалась и зашагала прочь от него, на ходу бросая слова через плечо, не оборачиваясь:

– Вы же знаете, они любят раскапывать, вынюхивать, выискивать грязь повсюду, выплескивая ее на тебя и твою семью, когда тебе особенно плохо.

– Шарлот, не убегайте, – попросил Сандро. Но она развернулась и продолжила свой путь – или же это снова было бегство?

– Просто оставьте меня в покое! Забирайте свой драгоценный автомобиль и забудьте обо мне! – Чарли обернулась посмотреть на него после этой тирады, но шаг Алессандро был так широк, что он снова нагнал ее, и она почти уперлась носом в стену чистой мужественности.

– Нет уж, дорогая моя, – сказал он уже более мягким тоном.

– Беспокоитесь, что скажут другие, когда вы вернетесь один? – ехидно поинтересовалась она.

– Плевать мне на других. Единственное, что сейчас имеет значение, – это вы.

Чарли посмотрела на него – взгляд Сандро больше не был злым. Она с трудом удержалась от того, чтобы закрыть глаза и поддаться приглашению, скрытому в его словах, позволить ему успокоить себя, утешить. Правда, он-то имел в виду не только это.

– Почему? Из-за вашего обещания Себу?

Он отрицательно помотал головой, и Чарли стало стыдно. Она намеренно провоцировала его. Но это же его вина, что Себастьяна сейчас нет с ними, напомнила она себе.

– Не совсем. – Он подошел ближе. Настолько близко, что она могла бы поцеловать его, как прошлой ночью. Если бы хотела.

Загипнотизированная его близостью, запахом его одеколона, она застыла на месте как вкопанная.

Их взгляды встретились, и Чарли была уверена – он думает о том же, что и она, чувствует возникшую между ними химию.

Медленно, не отводя взгляда, она приподняла голову и увидела, как потемнели его глаза – стали черными, как беззвездное ночное небо. Незаданный вопрос повис в воздухе. И он дал ей ответ – прижавшись губами к ее губам.

Глава 5

– Чарли закрыла глаза, и каждый нерв ее тела затрепетал под напором его голодного поцелуя. И ровно в тот момент, когда она подумала, что у нее вот-вот подкосятся ноги, Алессандро обнял ее, крепко прижал к себе – настолько крепко, что у нее не осталось никаких сомнений, что он ее хочет.

Что она делает? Целует этого мужчину, и даже хуже – хочет большего?

И она не может справиться с собой. Как и прошлой ночью. Она обвила руками его шею, запустила пальцы в его густую шевелюру.

Адреналин после быстрой езды все еще бурлил в ней, доводя эту вспышку страсти до небывалого накала, неведомого ей прежде. Она превратилась в пламя, каждая ее клеточка. Она горела желанием. Она хотела этого мужчину – мужчину, которого она вроде бы ненавидела больше всех на свете.

– Это… – начала она, в то время как его губы спустились на ее шею.

– Волшебно? – От звука его охрипшего голоса по ее телу побежали мурашки.

Не волшебно. Нет. Этого не должно быть.

Но Сандро продолжал целовать ее так страстно, что она просто растворилась в удовольствии и не могла больше ни о чем думать. Единственное, что ей нужно сейчас, – утолить невыносимую жажду, иссушившую ее изнутри. Он поцеловал ее у основания шеи, и она выгнула спину, оперлась на его сильные руки, точно знающие, что ей надо. С ее уст сорвался вздох удовольствия, когда он продолжил прокладывать дорожку из поцелуев и добрался наконец до мягкой выпуклости ее груди, выглядывающей в вырезе блузки.

Он поцеловал ее сосок, увлажнив шелк блузы, и Чарли накрыла волна восторга. Бюстгальтер сдерживал натиск Сандро, но он не отступал, и, снова зарывшись пальцами в его густые волосы, она отдалась его мастерству.

– Так хорошо? – Его акцент становился тем заметнее, чем сильнее разгорался огонь охватившей их страсти. Он прикусил ее отвердевший сосок, и Чарли испытала небывалое наслаждение.

– Хорошо, но неправильно, – хриплым шепотом ответила она, лаская его кудри и прижимая его к себе еще сильнее. Правильно или нет, она намерена сполна насладиться моментом.

– О, дорогая моя, это, может, и неправильно, но так верно! – Алессандро перешел к другой ее груди, и она буквально утонула в удовольствии от его восхитительных ласк.

– Мы не должны это делать, – прерывисто дыша, сказала Чарли. Ей было так хорошо, что казалось, будто она слышит звук фанфар, раздающийся в такт ударам ее сердца. Он становился все громче, и внезапно Сандро выпрямился:

– Черт! Я должен был подумать о том, что нас видно.

Звук становился все отчетливей, и теперь стало ясно, что это аварийная сирена. Чарли отпрыгнула от Сандро, как ошпаренная, пытаясь привести внешний вид и мысли в порядок. К счастью, он, кажется, был озабочен тем же и сам отстранился от нее.

О чем она думала? Ни о чем. В том-то и проблема. Голова отключилась. А ведь они говорили о ее отце. Пытался ли он свести их, продолжив дело, затеянное Себастьяном?

Возвращаясь на трек, Алессандро глубоко дышал, стараясь прийти в себя. «Скорая» почти поравнялась с ними, когда он добрался до автомобиля. Он не оборачивался, но знал, что Чарли идет следом. Каждый его нерв отзывался на каждый шаг ее прекрасных, длинных ног.

Перекинувшись парой слов с командой «скорой», он отправил их обратно в мастерскую. Тем временем Чарли добралась до машины. Что было бы, если бы их не прервали? Мысль о том, чем он мог бы заниматься в эту самую секунду, заставила его сердце биться с бешеной скоростью.

– Садись! – коротко сказал он.

– Мне жаль, – произнесла она в ответ так тихо, что он не был уверен, что ему это не почудилось.

О чем это она сожалеет? О том, что гнала как сумасшедшая, или о том, что разожгла огонь между ними? В любом случае ему не нужны ее извинения. Он просто хочет оказаться как можно дальше от нее, чтобы снова воздвигнуть стену вокруг себя.

Он никогда не был так эмоционально открыт с женщинами, но Чарли миновала его радары, разрушила крепостные стены, которые он возвел вокруг себя после развода. Потребовался всего один поцелуй.

– Поверить не могу, что ты так лихо водишь. Что сказал бы Себ? – ляпнул он первое, что пришло в голову, чтобы погасить огонь желания. Он все еще чувствовал ее запах, вкус ее тела. А его тело требовало большего – полного удовлетворения.

– Себу бы понравилось. Это он научил меня так водить, но, судя по твоей реакции, он не сказал, что я была одним из испытателей в его команде. Я могу водить так же быстро и безопасно, как любой гонщик.

– Как бы то ни было, вряд ли он хотел рисковать твоей жизнью, – огрызнулся он, и в автомобиле повисла тяжелая тишина. Лучше бы он ничего не говорил. Чарли продолжала молчать, и тогда он завел автомобиль и двинулся с места, всю дорогу сохраняя разумную скорость.

– Я тебя напугала? – неожиданно спросила Чарли, и Сандро непроизвольно сжал руль сильнее.

Да, она напугала его, но он в жизни не признается в этом. Когда скорость возросла, все, о чем он мог думать, был лежащий на больничной койке Себ. Как он может сдержать данное ему обещание, если единственное, о чем он мечтает, это затащить его сестру в постель?

– Да, черт возьми, ты меня напугала. Ты же знаешь, что моя сестра попала в аварию, и воспоминания об этом весьма свежи. – Не говорить же ей об истинной причине его страхов. Не признавать же бесспорное притяжение, возникшее между ними. Такое мощное, что он не в силах ему сопротивляться.

– Не вижу связи с твоей сестрой в данном случае. – В каждом ее слове слышалось неприкрытое раздражение. Наконец в поле зрения показалась мастерская, и Сандро с облегчением выдохнул.

Он заехал внутрь, заглушил мотор. Оглядел мастерскую, благодарный механикам за то, что им хватило ума не показывать своего присутствия. Придется, конечно, поговорить с ними позже о произошедшем.

– Из-за этой аварии ей пришлось пропустить год в университете. А все потому, что она ехала слишком быстро и не захотела снизить скорость, когда я ее об этом попросил. Прямо как ты сейчас. – Этот разговор сейчас совершенно ни к чему. Не это им надо обсуждать. Почувствовав пристальный взгляд Чарли, он повернулся к ней и сказал как можно тверже: – Она слишком быстро повернула, врезалась в стену, и дело закончилось больницей.

Сандро было невероятно сложно вести эту беседу. Он говорил об одном, думал о другом, и от этого у него буквально плавился мозг. Он совсем не привык к такому. Ему просто безумно хотелось закончить то, что они начали на треке. До такой степени, что он терял над собой контроль и утопал в противоречивых эмоциях, стараясь не выдать себя.

– Но я-то опытный водитель. Я, в конце концов, испытывала машины для команды Себа. – Выражение лица Чарли все больше раздражало его. Разве не видит она, как похожа на Себастьяна? Он тоже был опытным водителем и тоже слишком быстро ездил. А сейчас он мертв.

– Опыт еще не все, дорогая моя. Себастьян был невероятно опытный. – Ее глаза округлились, и у него появилось странное ощущение, что он угодил в собственную ловушку.

– Себ ехал в машине, которая не должна была оказаться той ночью на испытательном треке ни за что на свете, – обвинительным тоном сказала Чарли. Но он-то знал, что той ночью на треке не должен был оказаться водитель – дело было вовсе не в автомобиле. И если бы он сам не встречался в тот вечер с потенциальными клиентами, он, возможно, увидел бы, в каком состоянии находился Себ. И не дал бы ему сесть за руль.

– Никто не знал, что он приехал на трек, Шарлот. Он сам решил вывести машину из мастерской, – сказал он как можно мягче и терпеливее, стараясь не сделать ей еще больнее. И при этом не выдать ей ужасную правду.

– Я думала, он был с тобой. И ты, разумеется, был в курсе, что он собирается на трассу? – Она с подозрением прищурилась, и он не мог не понимать, что в этот момент она тоже винит его в случившемся.

– Какое-то время он был со мной, но и отлучался по своим делам. В тот вечер я думал, что у него свидание.

– И ты чисто случайно оказался на трассе в считаные минуты спустя после аварии?

– Я что, на суде? – вспылил Сандро.

– Да. На моем.

– Что ж, к твоему сведению, я возвращался со встречи и заглянул в мастерскую, чтобы захватить бумаги. Хотел решить проблему, возникшую с первым прототипом. Второй же только-только по кинул мастерскую, и я хотел поговорить об этом с Себастьяном.

Чарли выжидательно смотрела на него. Интересно, отец уже успел рассказать ей об этом? Или, может, она прочла в газетах?

– Но Себ уехал в машине? – продолжила она допрос.

– Я видел его автомобиль, когда парковался, но думал, что он вышел из мастерской с одним из механиков. Когда же я заметил, что тестового автомобиля нет на месте, я понял, что именно в нем уехал Себ. Я запрыгнул в пикап и отправился за ним. Вот так я и оказался на месте трагедии почти сразу же.

У него в ушах все еще стоял тошнотворный звук удара, хруст стекол, скрежет металла, визг тормозов. Он сразу понял, что произошло что-то страшное, вызвал скорую и аварийную службу.

– Спасибо, – прошептала она, опустив взгляд. Тень от ресниц легла на ее щеки, и ему пришлось приложить усилие, чтобы немедленно не подойти к ней и не коснуться. Он и сам не верил, что так отчаянно хочет ее.

– Пойдем. На сегодня достаточно. Отвезу тебя домой.

С губ Чарли сорвался легкий вздох, когда она вылезла из автомобиля и, не оглядываясь, направилась к дверям. Они вышли из мастерской, он приобнял ее за плечи в попытке утешить.

– Не трогай меня. – Она отшатнулась и встала возле пассажирской дверцы его авто. Выглядела она уязвленной.

Черт! Не надо было вообще отвечать на ее поцелуй вчера и тем более сегодня. Не закроешь ведь теперь глаза на все, что было.

Дорога назад казалась бесконечной. Чарли продолжала чувствовать себя обиженной и преданной. Это было тяжело, но все же лучше, чем роль распутной соблазнительницы, которую она только что сыграла на трассе. Она была просто шокирована своим собственным поведением. Она никогда прежде так не набрасывалась на мужчин и не могла понять, что на нее нашло сегодня. Сейчас ей больше всего хотелось оказаться в постели, побыть одной, успокоить душу и тело.

– У меня остались незаконченные дела в офисе, – сказал Сандро, когда они поднялись в его апартаменты. Разумеется, он просто хочет избежать ненужных обсуждений того, что произошло между ними. Что ж, ее это тоже устраивает.

– Я могу пока пройтись по магазинам, – отозвалась она, стараясь, чтобы ее слова звучали как можно беззаботнее. – Мне нужна одежда.

– Я пришлю тебе машину через пару часов. А сначала лучше отдохни. – Он стоял посреди гостиной, высокий, красивый – все еще не совпадая с тем образом, который она нарисовала в воображении со слов Себастьяна.

Отдохни. Она не была уверена, что сможет сейчас расслабиться. Но хорошо, что она хотя бы сможет остаться одна. Отвергнуть его жест заботы и утешения было так сложно. Ведь она ничего так не хотела, как оказаться в его объятиях, в его надежных руках – но не доверяла самой себе. Все, что ей остается, – игнорировать возникшую между ними химию, физически держать дистанцию.

– Алессандро?

– Да. – Он посмотрел на нее, но во взгляде уже не было прежней страсти.

– Твоя сестра… Как она сейчас?

– Хорошо. К счастью, она быстро пошла на поправку.

Она кивнула, не в силах вымолвить и слова, внезапно почувствовав, как сильно ей не хватает Себа. Зря она не позволила Алессандро утешить себя. Никогда еще ей не было так одиноко.

– А Себ нет…

И, не раздумывая больше ни минуты, она сделала шаг к нему навстречу, нуждаясь в его сильных руках, тепле его тела. Сандро ничего не сказал, просто обнял ее, делясь своей силой. Но в этот раз все было по-другому – каждый мускул его тела оставался в напряжении. Чарли отстранилась. Она не должна этого делать. Только не после того, что случилось утром.

– Я вечером не вернусь, – сказал он, забирая ключи от машины.

Она удивленно посмотрела на него. Он что, из собственного дома уезжает? Это она его выдворила своим поведением?

– Из-за меня? – прошептала она, прикусив нижнюю губу.

– Нет. Из-за себя. Так будет лучше. Я нарушил границы дозволенного, но этого больше не произойдет. – Жесткость его тона не осталась для нее незамеченной. Она отступила на шаг.

– Хорошо, но это вовсе не значит, что ты должен из-за этого уезжать из собственной квартиры.

– Должен, Чарли. Должен. Ради Себа и моего обещания ему. Я поклялся, что позабочусь о тебе.

– Разве ты не делаешь этого? – Впрочем, лучше и правда отпустить его, потому что в его присутствии она сама себя боится. Вот и сейчас ее сердце бьется с удвоенной скоростью. Его предложение оставить ее одну стало казаться ей все более разумным.

– Мои люди выполнят все твои просьбы, а шофер доставит в любое место. Увидимся на презентации.

– Не раньше? – она не верила своим ушам. Презентация же только завтра вечером. Он собирается держаться от нее как можно дальше целых двадцать четыре часа? Границы, которые они переступили, так много значат для него?

Алессандро стоял и смотрел на Чарли, мечтая лишь об одном – снова заключить ее в объятия, прижать к себе, вдохнуть ее сладкий запах. Но он не мог. Это было бы катастрофой. Он ведь уже выяснил, что теряет от нее голову. Если он сейчас останется, ничто уже не сможет его остановить.

– Нет, так будет лучше, – ответил он, не веря ни одному своему слову. Разочарование на лице Чарли не ускользнуло от его взора.

– Но это же твой дом.

– Сегодня вечером он твой. А я отправлюсь куда-нибудь еще. – Он должен. Причем быстро. Еще чуть-чуть, и он утратит самоконтроль.

– К друзьям? – Она опустила взгляд, но он точно знал, о чем она думает. Что он поедет греть постель другой женщины. Если бы он только мог выплеснуть накопившееся напряжение, утолить томительную страсть к ней! Но одно он знает точно – этого не должно случиться, если он все еще хочет сохранить рассудок и сдержать данное Себастьяну обещание.

– Что-то вроде того. – Он направился к двери, пока не сболтнул лишнего – что собирается провести ночь в офисе, как делает время от времени. Там есть все необходимое для этой цели. Правда, он впервые отправляется туда из-за женщины. Но об этом ей знать необязательно.

И так ему будет намного проще, чем остаться с Чарли в одной квартире. Ведь все, чего он хочет, – обладать ею. Сделать ее своей. Но этого конечно же не будет никогда.

– Спокойной ночи, дорогая моя. Хороших снов.

Глава 6

Прошли почти сутки с тех пор, как Алессандро ушел. Сначала Чарли наслаждалась своим одиночеством. Первые часы она провела в комнате Себа, вспоминая о нем, представляя его в этом же пространстве. Потом ее внимание переключилось на остальные помещения – по ним она надеялась лучше узнать характер хозяина квартиры.

Старое и новое сочеталось в интерьере с большим вкусом. Чарли никак не могла свыкнуться с мыслью, что такой человек, как Сандро, не живет в современных новых апартаментах, напоминающих его офис. Интересно, где выразилось его настоящее «я» – в минималистичном офисе или здесь, в окружении предметов старины и искусства.

Сейчас же она стояла у окна и смотрела на Милан, ожидая автомобиль, который должен отвезти ее на презентацию. Она сама не могла понять, сильно ли хочет увидеть Алессандро снова. Кратким звонком, вызвавшим поток мурашек на ее спине, он известил, что пришлет за ней машину в шесть вечера. Напольные часы как раз пробили шесть. Чарли в очередной раз засомневалась, правильно ли она сделала, надев длинное красное платье, которое купила утром.

Но было поздно. К дому подъехал автомобиль, и из него неожиданно вышел Алессандро. Ее сердце учащенно забилось. На нем был смокинг, и в нем он выглядел так сексуально, так сногсшибательно, что просто не имел на это права. Чарли жадно рассматривала его. Настоящий мужчина мечты, чья сила угадывалась даже под таким элегантным костюмом. Просто глаз не оторвать. Слава богу, у нее есть время справиться с собой, со своим выражением лица, пока он будет подниматься.

Она обратила внимание, как натянулась ткань смокинга на его могучих плечах, когда он наклонился и что-то сказал водителю. Не в состоянии оторвать от Сандро глаз, Чарли стояла и смотрела на него, радуясь тому, что может наблюдать, оставаясь незамеченной.

Словно почувствовав ее взгляд, Сандро посмотрел вверх, на окна. Несмотря на три этажа, разделявших их, его взор заставил ее пульс пуститься вскачь. Если он может творить с ней такое на расстоянии, что же будет при встрече?

Ей не пришлось ждать долго, чтобы узнать это. Вскоре послышался звук отпираемой двери, и Сандро вошел в квартиру, заполнив собой, казалось, все пространство. Он медленно оглядел Чарли с ног до головы. Она же просто таяла под его пристальным взглядом, но отчаянно старалась этого не показывать.

– Красиво, – наконец вынес он вердикт и подошел к ней.

На Чарли вдруг накатила застенчивость, и она опустила глаза. Новое красное платье производило больший эффект, чем она от него ожидала. А красные блестки на лифе оттеняли бледность ее кожи.

– Это не слишком? – спросила она.

– Слишком, – хриплым голосом ответил Сандро и, подойдя ближе, взял ее за подбородок. – Ты выглядишь великолепно.

– Спасибо, – застенчиво поблагодарила она и отступила на шаг. Чтобы случайно не поцеловать его. Надо держать дистанцию. – Я рада, что тебе нравится.

Он ничего не ответил, да и не надо было – его взгляд говорил сам за себя. Он был таким знойным, что Чарли стало тяжело дышать, и она прикусила нижнюю губу, чтобы выровнять дыхание.

– Нам пора, – наконец сказал он. Его глубокий, чувственный голос не оставлял сомнений – он хочет поцеловать ее, но тоже борется с собой, борется с притяжением. Столь сильным, что противостоять ему едва возможно.

– Да. – Услышав, каким хриплым стал ее голос, Чарли поспешно направилась к двери. Подол шелкового платья обвивал ее ноги. Алессандро направился за ней, завороженный этой картиной. Его ботинки отбивали четкий ритм на мраморном полу.

Что бы ни произошло между ними в то первое утро в саду, оно разрослось до невиданных размеров и угрожало поглотить их в любую секунду. Чарли ощущала в себе растущее с каждой секундой желание. Столько лет она отталкивала мужчин, игнорировала их внимание. Но сейчас… это просто вспышка страсти или же она снова готова рискнуть своим сердцем?

Сандро с громким стуком захлопнул дверь, заставив Чарли вздрогнуть и прервав ее размышления. Она обернулась:

– Что-то не так?

Он подошел, встал рядом – настолько близко, что она чувствовала его дыхание на своем лице. Чарли посмотрела на него и сглотнула, изо всех сил борясь с желанием поцеловать его.

– Вот это не так. Совсем-совсем не так, моя дорогая, – акцент Сандро усилился, голос стал хриплым от невыносимого желания. Его сексуальный магнетизм обладал такой силой, что ему невозможно было противостоять. Все, что она могла в данный момент, – это стоять и смотреть в его гипнотизирующие черные глаза.

Он опустил голову и легким поцелуем коснулся ее губ. Чарли вздохнула от удовольствия. Как бы она ни сопротивлялась, она хочет его. Разве может влечение такой силы быть неправильным? И обязательно ли жертвовать своим сердцем, чтобы реализовать свое желание?

– Все это так неправильно, моя дорогая, – продолжил он, страстно целуя ее, отчего в теле Чарли все сильнее разгорался огонь желания. Ее словно пронзали разряды электричества от каждого его слова.

– Как это может быть неправильно? – Она сделала глубокий вдох, пытаясь заставить сердце биться ровно. Заглянула в его темные глаза, в которых задорно поблескивали бронзовые искорки.

– Это неправильно, потому что я пообещал Себастьяну присмотреть за тобой, а не соблазнять тебя. – Он отошел на шаг от нее, разрушив чары и оставив Чарли такой обессиленной, что она испугалась, что может упасть. – Я не обещал соблазнить и зацеловать его сестру, но в данный момент это единственное, о чем я могу думать.

От этих слов Чарли чуть не задохнулась, лиф платья стеснил грудь, не давая сделать вдох. Он признался, что хочет ее! Всю ее пронзило желание такой силы, какого она никогда не знала прежде. И оно требовало удовлетворения.

– Мы опоздаем, – сказала она первое, что пришло в голову, лишь бы не молчать.

Алессандро рассмеялся, а Чарли покраснела – его смех звучал так волнующе и сексуально. Зачем она это сказала?

– Это приглашение? – он посмотрел на часы. – Когда я занимаюсь любовью с женщиной, на это и впрямь уходит много времени – подарить ей удовольствие, насладиться процессом… Ты права. Мы опоздаем. Очень сильно опоздаем.

Улыбка на его устах, приглашение в его взоре шокировали ее и напомнили, зачем она вообще сюда приехала.

– Этому не бывать, Алессандро. Я здесь не для того, чтобы стать твоим очередным трофеем. – Чарли отчаянно пыталась замаскировать свое желание и смущение.

– Ты уверена? – Сандро сложил руки на груди и прислонился к стене. Выглядел он при этом чертовски привлекательным и уверенным в себе.

– Ты невыносим, – вспылила она и стремительно направилась к лестнице. Вслед ей донесся его задорный смех, такой дразнящий и сексуальный.

Спустившись, Чарли открыла дверь и полной грудью вдохнула теплый весенний воздух, мечтая с его помощью избавиться от нахлынувших на нее чувств. Секунду спустя Алессандро оказался подле нее и, приобняв, повел к автомобилю. Водитель уже открыл дверь и ждал их.

Чарли опустилась на мягкое сиденье. По крайней мере, они не сидят впритык друг к другу. Но тут Сандро сел на свое место, и, несмотря на то что их разделяло кожаное кресло, казалось, что он слишком близко. Ее пульс снова пустился вскачь.

Она выглянула в окно – они как раз проезжали исторический центр Милана и величественный Дуомо. Но интерес к улицам города померк на фоне их недавнего поцелуя. Чарли сидела и боялась поднять взгляд на Сандро, увидеть в его глазах горячее желание. Не сейчас. Не в день презентации. Этот момент посвящен ее брату.

Наконец они добрались до шикарного отеля, где проводилась презентация. Алессандро испытал облегчение – в окружении других людей он лучше себя контролирует. А то с тех пор как он увидел, как красное шелковое платье облегает тонкую талию Чарли, он пропал окончательно. Одно ее обнаженное плечо произвело на него такой эффект, что все его намерения держаться подальше от Чарли растаяли без следа.

Он хочет ее. Больше чем кого бы то ни было.

Шофер открыл дверцу автомобиля, и их ослепили фотовспышки – пресса была тут как тут. Он вышел, подал руку Чарли, почувствовав, как от ее прикосновения его словно ударило током. Вспышки фотоаппаратов тем временем продолжали освещать темнеющее небо.

– Не думал, что их будет так много, – сказал он. Надо было предупредить Чарли. Спасти ее от неприятных эмоций, от воспоминаний о мире гонок, в который она вернулась так стремительно. – Извини, что не сказал заранее.

– Я ожидала этого, – улыбнулась она в ответ и снова повернулась лицом к камерам. – Просто не в таком количестве.

Он приобнял ее, ощутив при этом легкое сопротивление. Чарли продолжала позировать фотографам. Себастьян говорил, что она лучшая, что она прекрасно знает, как вести себя с прессой, чтобы расположить к себе журналистов, и сейчас он убедился сам – это чистая правда.

Почувствовав ее напряжение, Сандро наконец отвел Чарли в сторонку. Они направились в отель. Люди вокруг болтали, пили шампанское, но когда они вошли, в холле воцарилась тишина. Чарли глубоко вздохнула, расправила плечи, и ее лицо осветила ослепительная улыбка.

– Не ожидал такого поворота, – сказал он ей на ушко. – Кажется, многие из присутствующих не прочь с тобой познакомиться.

– Мое присутствие здесь освобождает тебя от всяких подозрений в глазах прессы и общества, вот в чем дело, – прошептала она ему с улыбкой. А он вдруг понял, как сложно ей было решиться прийти на этот вечер.

– Я не этого добивался. – Сандро положил руку ей на спину, и его словно обожгло огнем, но он постарался не обращать на это внимание.

– Я так и не думаю, – сказала она. Несмотря на улыбку на ее лице, он чувствовал, как больно ей внутри. Ему захотелось защитить ее.

Чарли переключила внимание на окружающих, ее улыбка сразу же разрядила обстановку, и снова раздался гул голосов. Сандро взял два бокала с шампанским, один протянул ей, а сам пошел к гостям, осознавая, что каждый мужчина в зале смотрит на Чарли восхищенным взглядом.

Он почувствовал укол ревности, но тут же обуздал себя. Чарли ему не принадлежит и никогда не будет принадлежать. А его желанию защитить ее, быть рядом в этот непростой момент не дано было осуществиться – их вовлекли в разговоры и разъединили.

Но даже когда Чарли в другом конце комнаты оживленно болтала с итальянскими гонщиками, он не выпускал ее из вида. Каждый раз, когда она смеялась, ему в голову ударяла кровь и он едва сдерживался, чтобы не оттащить ее в сторону и не взять то, чего так настойчиво требовало его тело.

Он произнес приветственную речь, повторив ее по-английски ради Чарли, но при этом не смотрел на нее, чтобы не потерять самообладание в самый неподходящий момент. Он и так сбился, и ему пришлось импровизировать. Раньше такого не бывало.

– Сейчас, в момент, которого мы все так ждали, я хочу представить вам Шарлот Уоррингтон. Сестру Себастьяна Уоррингтона, которого нам так не хватает и который сыграл огромную роль в создании этого автомобиля.

Он отвернулся, борясь с желанием посмотреть на нее еще раз, и дал знак снять покрывало с машины. Сверкающий красный автомобиль заблестел под огнями ламп, раздались восторженные возгласы и аплодисменты.

Наконец он позволил себе посмотреть на Чарли. Она медленно шла к автомобилю. Выражение ее лица вызывало тревогу. Улыбка, которую она надела перед камерами, исчезла. Ее лицо было грустным, и это заставило аплодисменты стихнуть.

Он направился к Чарли – толпа расступалась перед ним. Он не знал, что сказать, как предложить свою помощь. Черт, почему он не показал ей автомобиль заранее? Она ведь видела только тестовую модель.

– Шарлот?

Она обернулась и посмотрела на него.

– Он прекрасен, Сандро. – То, что она назвала его коротким именем, не ускользнуло от его внимания. Все ее барьеры исчезли – она стояла перед ним открытая и уязвимая – и все из-за его недосмотра, его оплошности.

– Ты должна была увидеть машину вчера. – Она посмотрела на него – ее глаза были зеленее, чем обычно. Ему не пришлось объяснять, что их внезапный поцелуй нарушил все планы. Румянец, выступивший на ее щеках, говорил о том, что она и так все понимает.

– Себ был бы очень горд, – тихо, но твердо сказала она, смаргивая непрошеные слезы. – Спасибо.

Она говорила почти шепотом, и, несмотря на толпы людей, желавших посмотреть на автомобиль, казалось, будто они были в зале одни.

Алессандро придвинулся ближе, не сводя взора с ее лица. Его высокий рост и широкие плечи заставили Чарли почувствовать себя беззащитной, но взгляд был таким умоляющим, что она снова погрузилась в пучину желания.

– Себ гордился бы и тобой тоже. Ты всех собой затмила, в том числе автомобиль.

Она тихонько рассмеялась.

– Я к этому не стремилась. – Если бы она знала, что автомобиль красный, то выбрала бы платье какого-нибудь другого оттенка. Просто красный – любимый цвет Себа. – Я должна была догадаться, что Себ захочет красный автомобиль.

Он ничего не ответил, и чтобы снять возникшее между ними напряжение, Чарли взяла у официанта с подноса бокал с шампанским. Он последовал ее примеру.

– За Себа!

Произнесенный им тост растопил ее сердце. И не только сердце. Как ему удается пробуждать ее так быстро и заставлять все время желать большего?

– За Себа. – Не отрывая от него глаз, Чарли сделала глоток.

Глаза Сандро потемнели. Что бы ни происходило между ними, оно не исчезло, а стало еще сильнее. Каждый взгляд, каждое прикосновение только увеличивали взаимное притяжение.

И она больше не может его игнорировать.

И не хочет.

Она хочет быть с ним, почувствовать его губы, его прикосновение, его ласки, его тело. Но мужчины, подобные Алессандро Розелли, красивые и состоятельные, никогда не хотят ничего больше, чем короткая интрижка. Она это хорошо усвоила в свое время. Расставшись с бойфрендом, она закрутила роман с восходящей звездой гонок – только чтобы узнать, что он использовал ее в интересах своей дальнейшей карьеры.

Но несмотря на это, Чарли все же хотелось выяснить, что же именно происходит между ними – только без каких бы то ни было обязательств. Она не допустит, чтобы ее сердце снова разбилось. Но хватит ли одной ночи, чтобы утолить ее желание?

– Прекрасный был вечер, спасибо. – Его голос вывел ее из задумчивости. Мягкий взгляд Сандро был так нежен, а его слова так теплы и приятны, что ей хотелось слушать его снова и снова. И не только слушать, а ловить его поцелуи, принимать его ласки.

– Он еще не закончился. – Неужели она сказала это вслух, намекая на возможное продолжение? Судя по удивленному выражению его лица, он тоже этого не ожидал. Но она этого хотела – забыть обо всем и погрузиться в пучину наслаждения, отдаться его поцелуям и ласкам.

Алессандро приподнял свой бокал, не сводя с нее глаз, и внутри у Чарли все перевернулось.

– Тогда я выпью за то, чтобы он успешно продолжился.

Чарли смутилась и опустила взгляд:

– Прости, я не это имела в виду.

Ее извинения были прерваны – послышался знакомый голос, и Чарли в ту же минуту увидела отца. Он тепло пожал руку Алессандро, и она подивилась тому, как непринужденно они общаются.

– Вылет задержали, – улыбнулся ей отец.

– Я не знала, что ты приедешь. – А про себя она вознесла благодарственные молитвы – приезд отца не дал ей броситься на шею Алессандро и выставить себя дурой.

– Я ненадолго. У меня через несколько часов вылет в Рим. Но я должен был прийти и увидеть своими глазами, как ты, подобно бабочке – очень красивой бабочке, – расправляешь крылья и возвращаешься в реальный мир. – Он нежно улыбнулся, и Чарли знала, что он по-настоящему гордится ей и рад за нее.

– Надеюсь, презентация прошла успешно? – Отец обратился к Алессандро, и Чарли решила, что сейчас самое время спустить все на тормозах, остыть и пообщаться с потенциальными покупателями.

Алессандро наблюдал, как Чарли разговаривает с другими гостями, как умело она ведет беседу, сколько людей собралось вокруг нее. Но только ли в ее бесспорном профессионализме дело? Может, на них всех действуют те же чары, что поманили его?

Он постарался подойти как можно ближе.

– Спасибо, джентльмены, – твердо сказал он, игнорируя ее удивленный взгляд. – Остальные вопросы вы можете прояснить в моем офисе.

Гости постепенно покидали зал, а Алессандро смотрел на Чарли, прислонившуюся к крылу автомобиля. Ее красное платье идеально сочеталось с цветом машины – она почти что стала единым целым с этим дремлющим хищником.

Он отчаянно хотел ее, позабыв все свои обещания. Ему бы развернуться и уйти. Их поцелуй на треке был таким неправильным. Он дал зеленый свет его невероятному желанию. Интересно, с ней происходит то же?

Он встретился с ней взглядом, и Чарли послала ему обольстительную улыбку. Он подошел ближе, заключил ее в объятия и прикоснулся к губам. Она была такой вкусной…

Он ласкал ее щеку, углубляя поцелуй, ее ответная реакция воспламенила его до предела. Ее кожа была такой нежной, и, лаская пальцами ее голую шею, он чувствовал, как неистово бьется ее пульс.

Она обвила его шею руками, прильнула к нему, а он с силой прижал ее к автомобилю и прижался к ней сам, еле справляясь со своим неистовым желанием.

– Сандро, – прошептала она.

Ему захотелось немедля сорвать с нее красное платье, обнажить ее роскошное тело, но здравый смысл возобладал над животными инстинктами.

Это должно произойти не здесь, но если он не перестанет ее целовать, то велика вероятность, что до другого места они не дотянут. Он отстранился от нее:

– Моя машина за углом.

Ее поцелуй говорил сам за себя, но достаточно ли сильно она его хочет, чтобы отбросить на время все их разногласия?

Чарли со смущенной улыбкой посмотрела на него. И Сандро, не говоря лишних слов, взял ее за руку и повел прочь от автомобиля через ярко освещенный зал, который уже начали убирать.

Боковым зрением он заметил какое-то движение и увидел за одним из столов фотографа, прятавшего камеру. Алессандро с подозрением прищурился, но тут Чарли коснулась его руки, он прижал ее к себе и тут же забыл обо всем на свете. Сейчас его волнует нечто более важное, чем пронырливый папарацци.

Они вышли из отеля. На улице было темно, но ночь была теплой. Алессандро посмотрел на лицо Чарли, на улыбку, тронувшую уголки ее губ.

– Это был очень удачный вечер, – сказала она, остановившись у автомобиля.

– Надеюсь, мы продолжим его в том же духе.

Когда они оба оказались в салоне автомобиля, он снова прижал ее к себе, ее голова покоилась на его плече, словно они уже сто лет знали друг друга. Он не хотел целовать ее сейчас. Не доверял сам себе – вдруг он не сможет остановиться. Нет, пусть все случится в комфорте его спальни, где никто и ничто им не помешает.

Глава 7

Алессандро и Чарли поднимались по мраморным ступенькам, ведущим к его апартаментам, рука в руке. Было уже поздно, и Чарли чувствовала себя немного уставшей. Прошлой ночью она почти не спала, а этим вечером позволила себе слишком много шампанского.

Алессандро повернул ключ в двери и посмотрел на нее.

– Хочу поцеловать тебя снова, – прошептал он. Его горячее дыхание обжигало ее лицо, глаза ловили ее взгляд.

Он был так невероятно красив – той небрежной романтической красотой, которая трогает женщин за душу. Чарли улыбнулась. Он не из тех, кому нужны обязательства, и она впервые в жизни тоже их не хочет. Есть только здесь и сейчас, и не важно, что будет дальше.

– Не стоит мне этого делать, но я все же не могу удержаться, – он придвинулся к ней ближе.

– Почему не стоит? – Чарли посмотрела на Сандро, не совсем понимая, что он хочет сказать.

– Я обещал Себу приглядеть за тобой, а не соблазнять.

Хрипотца в его голосе заставила сердце Чарли биться со скоростью, превышающей ту, что они развили сегодня утром на треке.

– Он бы не рассердился, – поддразнила она его. Они оба боролись с притяжением, и это только обостряло обоюдное желание. Она хотела его поцелуев, его ласк, прикосновений – быть полностью в его власти. По крайней мере, сегодня ночью. Она хочет его сильнее, чем кого бы то ни было, – и это пугает ее. Что ж, зато нет опасности, что их интрижка затянется надолго. Не надо ей никаких серьезных отношений, никакой связанной с ними боли.

– Ну так поцелуй меня снова, Алессандро.

– Но если я начну, я не смогу остановиться. Не в этот раз.

Чарли прошла в глубь квартиры, окрыленная тем, как сильно он ее хочет. Она прошла точку невозврата, ну и пусть. Она вовсе не хочет останавливаться. Не сейчас. Страстное желание, возникшее между ними с первой же секунды знакомства, должно быть наконец удовлетворено. Другого не дано, и пути к отступлению нет.

Да, это все тот же человек, которого она считает виновным в смерти Себастьяна. Пусть даже отец с ней не согласен. Но он же – мужчина, который зажег в ней невероятный огонь желания. Она воспылала к нему страстью, как только увидела впервые в своем саду. И с этим притяжением она ничего не может сделать. Пока что не может. Такое с ней происходит впервые.

– Я и не хочу, чтобы ты останавливался, – Чарли сама не узнала свой хриплый голос. Она смотрела, как он приближается к ней в расстегнутой рубашке, с ослабленным галстуком… Она знала, что запомнит этот момент навсегда.

Сандро снова взял ее за руку и привлек к себе как можно ближе. Его страстный взгляд говорил в тысячу раз больше, чем любые слова.

– Я хотел тебя с тех пор, как только увидел, – взволнованно прошептал он.

Чарли ощутила приступ паники – его слова звучали слишком серьезно. Неужели Алессандро хочет больше, чем одна ночь? Ночь, сулящая столько удовольствий. Прекрасный момент их жизни, который вовсе необязательно растягивать надолго. Во всяком случае, ей этого не надо. Она не сможет дать ему больше, и он должен это понимать. Чарли с сожалением убрала его руки со своей груди. Если она сейчас же не расставит все точки над «i», потом может быть поздно, и она наверняка пожалеет об этом.

– Это не затянется надолго, Сандро. Я не могу дать тебе больше, чем эту ночь. – Она ведь все это время была уверена, что интрижка на пару дней – все, что ему нужно. Не строила никаких планов на их счастливое совместное будущее. И дело не в том, что она не хочет снова рисковать своим сердцем. Для новых отношений нужно отпустить боль и грусть, а она к этому пока не готова. А вот ночь страсти – отличный способ отбросить эти чувства в сторону ненадолго, не рассчитывая на серьезный роман.

– Как серьезно звучит, дорогая, – сказал Алессандро и прижался губами к ее лбу. – Разве мой развод не доказывает, что я не способен на длительные отношения? Но сегодняшняя ночь принадлежит только нам.

Прежде чем Сандро успел сказать что-то еще, Чарли внимательно посмотрела на него. Его губы были так близко! Новость о разводе подлила масла в огонь ее страсти. Это же все меняет! Доказывает, что он тоже не рассчитывает на продолжение. А значит, можно смело раствориться в прекрасном мгновении и на время забыть об окружающем мире.

– Поцелуй меня, Сандро!

В ответ он поцеловал ее так нежно, что она едва не расплакалась. Его предыдущие поцелуи были жесткие и требовательные, а этот был исполнен любви и неги. Он держал ее в объятиях, как хрупкий цветок, который боялся сломать. Она прильнула к нему, сгорая от желания.

И как раз в тот момент, когда Чарли стало казаться, что она больше не выдержит этой пытки, он перестал целовать ее и, взяв за руку, решительно повел в спальню. Эта комната была выдержана в том же стиле, что и вся квартира. Старое гармонично сплеталось с новым, а из эркерных окон открывался непревзойденный вид на Дуомо, залитый светом вечерних огней, сверкавших, как драгоценные камни на фоне ночного неба. Но все это не имело для Чарли значения – она видела только Алессандро.

– Один момент, – он отпустил ее руку, задернул шторы и зажег бра, создавая романтичную обстановку. Затем он снял пиджак, небрежно бросил его на кресло в углу комнаты и вернулся к ней.

– Подожди, – сказала она и подошла к нему, улыбаясь. Глядя на Сандро из-под полуопущенных ресниц, Чарли положила ладони ему на грудь. Медленно потянула за галстук. Не стесняясь, провела ладонями по грудной клетке. И наконец стянула с него галстук, держа в руках, как трофей.

– Дразнишь, – он обнял ее за талию, притянул к себе, но оставил на расстоянии, заставив гадать, так ли уж он ее хочет.

Все еще безгранично уверенная в своих силах, Чарли расстегнула одну пуговицу его рубашки и, не встретив возражений, принялась за остальные, а затем вытянула подол рубашки из брюк. После этого провела рукой по обнажившейся груди. Мускулы покрывала густая поросль жестких волос, которая, впрочем, не могла скрыть упругость его торса. Не могла она и стать преградой для ее настойчивых рук. Жар его тела побудил ее к дальнейшим действиям.

Чарли заглянула в глаза Алессандро, пылающие огнем желания, и по ее телу побежали мурашки. Очень медленно она распахнула рубашку и стала покрывать его грудь легкими, как перышки, поцелуями. В тот же момент она услышала, как он стонет от удовольствия, почувствовала, как он обнимает ее все крепче, и улыбнулась.

Наконец она стянула с него рубашку.

– Это надо снять, – хриплым голосом, который сама едва узнала, сказала она.

Интрижки на одну ночь никогда ее не устраивали, особенно после развода родителей – они казались ей мерзкими. Но это было иное. В этой ситуации только так и было возможно себя вести.

Алессандро прижался к ней, коснулся губами ее губ, его язык скользнул ей в рот. Она ответила на поцелуй, желая большего. Он взялся за молнию на ее платье и стал медленно расстегивать, не отводя от Чарли взгляда. Внезапно она смутилась и захотела опустить глаза, когда он коснулся ее плеча, стягивая рукава и открывая ее голую кожу для поцелуев.

Платье упало к ее ногам. Теперь она стояла перед ним лишь в красном белье, которое купила специально под это платье, и плетеных босоножках, в которые мгновенно влюбилась, едва увидев.

Едва Чарли успела об этом подумать, как Сандро подхватил ее на руки и понес к постели. Теперь она лежала и смотрела на него – как он снимает туфли и тянется к брючному ремню. И тут она встала на постели на колени и решительным жестом отодвинула его руки.

– Моя очередь.

Кто эта смелая женщина? Эта соблазнительница? И почему именно Алессанро Розелли открыл эту ее сторону? Она ведь даже не подозревала о ее существовании. Никогда еще страсть не накрывала ее с такой силой, заставляя закрыть глаза на возможные последствия.

Когда она расстегнула его брюки, с его губ слетели итальянские слова, которые она не поняла. Брюки упали к его ногам, и теперь на нем остались лишь черные трусы. Чарли вопросительно посмотрела на него, и Сандро взял ее лицо в ладони и наклонился поцеловать. Между ними и впрямь искрило электричество невиданной силы. И теперь их было не остановить.

Едва она успела отдышаться, Алессандро повалил ее на мягкие простыни, прижался к ней всем телом. Его поцелуй стал жадным, требовательным, и она добровольно сдалась его господству.

Он обхватил ладонями ее груди, и внутри Чарли что-то взорвалось, она выгнулась дугой навстречу ему, желая еще больше смелых прикосновений. Он целовал ее шею, и Чарли задыхалась от удовольствия, запустив пальцы в его густые волосы. Он начал ласкать языком ее соски сквозь красное кружево бюстгальтера, и рука Чарли замерла в его волосах.

Словно прочитав ее мысли, Сандро скользнул рукой под ее выгнутую спину, мастерски расстегнул бюстгальтер, полностью освободив ее грудь для своих чувственных поцелуев. Он властно взял ее сосок в рот и продолжил ласкать его языком, заставив Чарли застонать от удовольствия. Затем уделил внимание другому соску, тем временем рукой провел по внутренней стороне ее бедра и придвинул ее ближе к своему эрегированному пенису.

– Ты такая красивая, – хрипло прошептал он между поцелуями и вернулся к ее шее. Тепло его тела опалило Чарли – казалось, будто ее кожу лижут языки пламени.

Она провела рукой вниз по его спине, скользнула пальцами в его трусы, но прежде чем успела сделать что-либо еще, Сандро перекатился на спину, так что она оказалась верхом на нем.

– Какой ловкий. – Она покраснела под его восхищенным взглядом.

Сандро удерживал ее за ее бедра, так что она сидела именно там, где он хотел. Следуя его желанию, она склонилась над ним, выдерживая взгляд черных, как уголь, глаз и приблизив губы к его губам.

– Да, я такой, – усмехнулся он после страстного поцелуя. – А теперь ты всю ночь будешь моей.

Чарли понравились его слова. Да, она именно этого и хотела – провести с ним всю ночь, насладиться каждой ее минутой. И ничего более.

– Сделай меня своей, – прошептала она. – Немедленно!

Не успев завершить фразу, она снова оказалась в постели в положении лежа, рядом с Сандро. Он медленно потянул вниз ее кружевные трусики, не отрывая от Чарли взгляда.

Его пальцы начали двигаться, и она задрожала от удовольствия. Блаженство накрыло ее с головой, словно волна, обрушившаяся на песок, доводя до высшей точки – точки невозврата. Он захватил ее губы в жестком поцелуе, его язык был такой же требовательный, как его прикосновения, ее дыхание стало чаще и жестче. Этого было одновременно и слишком много и очень мало. Она хотела больше!

Когда Чарли была почти на грани, он отстранился от нее. Она открыла глаза, удивленно посмотрела на Сандро, а он в ответ полез в ящик прикроватной тумбочки.

Ну конечно! Презерватив. Как она не подумала о защите? Алессандро посмотрел на нее, в глазах светилось понимание, будто он знал, что она почти потеряла над собой контроль. Чарли наблюдала, как он снял с себя белье и начал разворачивать презерватив. Она чувствовала пульсацию между ног, неутолимую жажду и ожидание.

И вот он оказался на ней, и она открылась ему, желая поскорее ощутить его глубоко внутри себя. Но Сандро не торопился. Приподнявшись на руках – так что его мускулы напряглись от усилий, – он смотрел на нее, быстро и глубоко дыша.

– Сандро? – Он что, сомневается? Что она сделала не так?

И тут он впился в нее голодным, властным поцелуем и опустился на нее, войдя на максимальную глубину. Она задохнулась под его поцелуем, а он начал двигаться внутри нее, отчего в голове вдруг взорвались тысячи фейерверков одновременно.

Она двигалась с ним вместе. Он падал и поднимался, касаясь своей теплой кожей ее тела, целуя ее в шею, притрагиваясь к волосам. Каждый раз, когда он пронзал ее, с его губ срывался шквал итальянских слов. Чарли просто изнемогала от удовольствия – сильнее, чем когда-либо.

Она впилась ногтями в его спину, ритмично двигаясь с ним в такт, пока новая, оглушительно мощная волна экстаза не накрыла ее. В какой-то момент Сандро сильнее вцепился в ее волосы, затем, дав выход своей накопившейся энергии, выдохнул и крепко поцеловал ее. Желание медленно покидало их, пока они лежали, обнявшись и сплетясь телами. Чарли нежно поцеловал влажное от пота лицо Сандро.

Она только что пережила то, чего прежде не знала, и хотела продлить мгновение еще чуть-чуть.

Алессандро с трудом мог соображать – пульс его все еще бился часто-часто и очень громко. Она поцеловала его, и он прикрыл глаза, впитывая нежность этого поцелуя. Такого интимного, такого любящего – он его не заслужил.

Он вообще ничего не заслужил, но его имя на ее устах звучало так обольстительно… Он тут же отбросил чувство вины в сторону. Она хочет этого так же, как он – не зря же она соблазняет его.

Пытаясь скрыть свои эмоции, он обратился к ней:

– Ты занимаешься любовью с той же страстью, что и водишь машины.

– Хочешь, чтобы я снова остановилась?

Он нежно поцеловал ее, с нежностью, которую давно не испытывал. Она ответила, и ее поцелуй сказал ему, что в ней все еще бушует пламя страсти – как и в нем. Надо бы успокоиться, утихомирить взбунтовавшиеся чувства. Такие сильные и такие нежелательные для него.

– Да. Пока хватит. – Он отодвинул свое протестующее тело от нее, стараясь не обращать внимания на ее обескураженный вид. Прежде чем она успела спросить, в чем дело, он слез с постели и отправился в ванную.

Ополоснув лицо ледяной водой, Сандро вернулся в спальню, но постель уже была пуста.

Внимание его привлек шорох со стороны входной двери – он увидел Чарли, прикрывающую свою наготу красным платьем. Снова убегает. Как обычно. Он должен позволить ей уйти – кричал ему разум. Но страсть, едва возродившаяся к жизни, не давала ему отпустить ее.

Он подошел к ней, не стесняясь своей наготы. Желание в ее взоре притягивало его к ней. Она все еще хочет его, а он ее. Они еще не утолили свою страсть – даже близко.

– Вернись в кровать, Шарлот! – Его охрипший голос обнажал его эмоции точно так же, как было обнажено его тело.

– Но…

Он заглушил все ее возражения страстным поцелуем. Она вздохнула и ответила на его поцелуй. Платье упало на пол. Сандро посмотрел Чарли в глаза, в их потемневшую зелень.

– Вернись в постель, дорогая, – он снова прижался к ней губами. Он снова хотел заниматься с ней любовью, только об этом и мог думать. Сейчас, немедленно, всю ночь.

Чарли таяла в его руках, таяла под его взглядом, полным первобытного желания. Его поцелуи были столь многообещающи – она не могла отрицать, что ужасно хочет его. Интересно, с матерью было так же? Ее поглотило такое же непреодолимое желание, пламя которого сожгло былую любовь к мужу, отцу Чарли?

– У тебя такой встревоженный вид, дорогая. Расслабься, – его вкрадчивый голос прервал ход ее мыслей. Да, сейчас не время переживать из-за прошлого. Она-то, в отличие от матери, не замужем. Она свободна и спокойно может наслаждаться краткими приключениями сколько душе угодно.

Чарли улыбнулась Сандро, тот взял ее за руку и повел к постели. Отчаянно борясь с тревожными мыслями, она обвила его шею руками, прижалась к его обнаженному телу и поцеловала его с такой силой, словно от этого поцелуя зависела ее жизнь.

Внезапно он повалил ее на постель, накрыл ее тело своим и горячими поцелуями раздул пламя страсти еще сильнее – и она снова растворилась в нем без остатка.

Глава 8

Чарли открыла глаза.

– Доброе утро, – тихо поприветствовал ее Сандро. Все тело приятно ныло от занятий любовью, и она потянулась, улыбаясь ему, наслаждаясь его восхищенным взглядом. – Завтрак готов.

– Завтрак? Сколько же я проспала? – Она села на кровати, застенчиво прикрывшись простыней. Сандро стоял у кровати в джинсах и черной футболке, подчеркивающей контуры его совершенного тела. Он усмехнулся, и Чарли посмотрела на часы у кровати.

– Довольно долго, дорогая. Нам же так и не удалось толком поспать этой ночью.

Щеки Чарли залил румянец – его слова подтверждали, что память ее не подводит. И что же, все закончилось? Пора идти в свою комнату, возвращаться к деловым отношениям, которые бы ли у них изначально? На выходные и на следующую неделю запланированы еще несколько промоакций. Как все это пережить после сегодняшней ночи?

– Спасибо. – Ее смущали собственные чувства и необходимость соблюдать дистанцию. – Сейчас я оденусь, и мы обсудим, что там на повестке дня.

– О нет, дорогая. Сейчас на повестке дня только одна вещь. – В его шутливом тоне было что-то такое, что у Чарли снова в животе начали порхать бабочки. Он все еще хочет ее.

Сандро наклонился и поцеловал ее:

– Я отвезу тебя туда, где мы будем одни, где мы попытаемся разобраться, что между нами происходит.

– А как же продолжение презентации? На треке должен пройти показательный заезд!

– Все это может провести кто-то другой. – Он снова подошел к постели и прилег рядом с Чарли. – А у нас есть куда более важные дела.

– Но… – Она уперлась рукой в его плечо, не позволяя ему придвинуться ближе. Простыня сползла с нее, обнажив грудь, но на лице по-прежнему была написана решимость.

Сандро страстно посмотрел на Чарли.

– Ну, хорошо. Но перед тобой так трудно устоять. – Он высвободил свое плечо, снова прикрыл ее простыней.

– Речь шла об одной ночи, Сандро, – едва слышно прошептала она, чувствуя себя чрезвычайно ранимой и уязвимой.

– Тебе пора перестать убегать, Чарли. И встретиться лицом к лицу с тем, что тебя пугает. – Он что, прочел ее мысли? Сочувствует ей? Да ведь он имеет в виду не только аварию, в которую попал Себастьяе, но и ее несложившуюся личную жизнь.

– Я хочу на трек, – твердо сказала она. Голосом, в котором и следа не было от ее истинных чувств.

– Это необязательно. Только не после этой ночи. – Алессандро встал во весь рост. Проведем выходные на моей вилле. Продолжим то, что начали ночью, насладимся этим. Разве ты не хочешь того же, дорогая?

Соврать? Сказать ему, что она не хочет быть с ним больше? Только вот стук сердца и жар в теле говорят об обратном. Чарли слезла с постели, не отпуская простыню.

– Так что там с автомобилем?

– Он никуда не денется и в понедельник. – Его голос и взгляд ясно говорили о том, что он вообще не думает о машине.

Он прав. Машина никуда не денется, а между ними все еще бурлит бешеная страсть. Ее надо утолить, и тогда впоследствии она не будет обжигать.

– Только на выходные. – Она улыбнулась ему, наслаждаясь властью, которой она, кажется, обладала. – Но не больше.

– Хорошо. Выезжаем через час.

* * *

Алессандро вел машину, оставив Милан позади, но все еще чувствуя напряжение. Он видел панику в глазах Чарли, но видел и желание. Что же заставило ее поменять планы?

Его тело томилось от желания, он мечтал снова обладать ею, но имеет ли он на это право, учитывая обстоятельства? Он выругался про себя. Мысли о том, что он обещал Себу, мысли об автомобиле – все это не имеет отношения к тому, что произошло между ними прошлой ночью, к захлестнувшей их безумной страсти. После этой ночи – вопреки ожиданиям – градус желания подскочил ввысь, а вовсе не понизился.

– Добро пожаловать на виллу Дель Анджело. – Отбросив все сомнения, он подрулил к дому. Сразу за зданием простиралось озеро Гарда, сверкая на полуденном солнце, как мириады бриллиантов. Это было его убежище, и Чарли – первая женщина, которую он сюда привез.

– Как красиво! – Ее голос производил на него неслыханный эффект, и он изо всех сил старался держать себя в руках, представляя, чем они займутся, едва сгустятся сумерки.

– Да, спасибо. – Алессандро остановил машину, выключил двигатель и посмотрел на Чарли. – Но ты красивее.

Она покраснела и опустила взгляд. Удивительно, какой раскованной она была в постели всего несколько часов назад, а теперь смущается от комплимента, как девчонка.

– Я попросил накрыть ланч на террасе, а после обеда мы поедем в Десенцано и можем махнуть на пароме через озеро. – Если он не вывезет ее в город, они все время проведут в постели. И хоть секс восхитителен, он хочет узнать ее получше. Эта мысль шокировала Сандро, и он нахмурился. А Чарли тем временем оглядывалась по сторонам, рассматривая окрестности. Она потихоньку пробивает его защитную стену, вот что.

– Звучит чудесно, – сказала она и направилась к террасе. Никогда еще ни одна женщина не производила на него такого впечатления, даже та, на которой он когда-то женился, ошибочно решив, что влюблен.

– Рад, что тебе понравился мой план.

Чарли в восхищении замерла на месте, когда они обогнули виллу. Огромный бассейн, открывшийся ее взору, гармонировал с видом на раскинувшееся вдалеке озеро. Под сенью дерев для них был накрыт стол, и это выглядело так волшебно, что ей показалось, будто она попала в другой мир.

– А потом мы всю ночь будем заниматься любовью.

Его заявление шокировало Чарли, но она дразняще улыбнулась ему в ответ, наслаждаясь свободой и тем, что можно отступить от привычных правил и норм. Словно она нашла новую, совершенно неизученную версию самой себя – беззаботную и счастливую.

– Ты всю ночь будешь моей, дорогая, обещаю, но сначала давай поедим. – Он плотоядно посмотрел на Чарли. А что такого? Он хочет ее, она – его. Так не лучше ли отбросить в сторону все предубеждения и насладиться взаимным притяжением, пока оно не исчезло?

Нет, это неправильно. Противоречит всему, во что она верит. Мимолетные интрижки не для нее. Но и отношений она не хочет. Ни с кем. Тем более с Алессандро. Вот только возникшую между ними связь игнорировать невозможно.

Чарли приподняла свой бокал вина.

– За сегодняшний вечер.

– За вечер! – Он легонько коснулся своим бокалом ее, и его глаза от желания стали темными, как ночь.

На пароме из Десенцано в Сирмион прохладный ветер дарил облегчение от полуденного зноя. Чарли чувствовала себя ребенком, дорвавшимся до прекрасного вида на озеро и окрестности. А Алессандро был счастлив наблюдать за ней, дарить ей все это. Благодаря ему она чувствовала себя сегодня особенной. Чувствовала, что ее балуют.

Вокруг них болтали и смеялись пассажиры, но ей казалось, что они отгорожены от всех, что они одни на корабле, в невидимом коконе. Когда они сели на свои места, Сандро обнял ее за талию, прижал к себе, и это был такой волшебный момент, словно они юные влюбленные, а не любовники.

Влюбленные.

Нет. Это не могло произойти так быстро. Она не могла влюбиться в него за считаные дни. Это просто солнечный свет играет с ней злую шутку, а радость жизни, удовольствие от момента кружат голову гораздо больше, чем этот мужчина. Любовь не возникает просто так – ее надо взрастить, дать ей расцвести в счастливых отношениях. А это не отношения, а так, интрижка. Красивый короткий роман на пару дней.

– Для тебя это, должно быть, привычный маршрут. – Чарли постаралась отвлечься от своих мыслей. Она, вероятно, одна из многих для него. Мужчины вроде Алессандро никогда не страдают от недостатка женского внимания.

– Я купил виллу год назад, но был слишком занят, чтобы ею заниматься. – Он смотрел прямо перед собой, ветер трепал его волосы. И тут Сандро повернулся и взглянул на нее. Чарли увидела свое отражение в его зеркальных солнечных очках. Как жаль, что выражение его глаз скрыто от нее в этот момент!

– Себастьян когда-нибудь бывал здесь? – От этого простого вопроса он вдруг нахмурился, складка рта стала жесткой. Интересно, что она сказала не так?

– Нет. И именно поэтому я и привез тебя сюда. Чтобы мы остались вдвоем – без призраков по соседству. Этого будет предостаточно в Милане.

Что ж, по крайней мере, одно ясно – это всего лишь приключение на выходные. В Милане все закончится, и всего через несколько дней она вернется в Англию, к своей старой жизни. Короткий романчик – то, что и было ей нужно, но почему же тогда так больно от этих слов?

– Я рада, что мы все-таки выбрались. Здесь чудесно! Этот год был такой тяжелый, но сейчас у меня впервые появилась возможность отвлечься от мыслей о Себе и аварии, – честно призналась она. Пора оставить прошлое в прошлом.

Тем временем паром начал причаливать к берегу, и шум мотора прервал их разговор – чему Чарли была рада. Она не хотела признавать, что Алессандро был прав: ее поездка в Италию и участие в презентации были нужны не только Себу, но и ей самой.

Наконец паром остановился. Чарли с интересом смотрела на берег. Прямо над водой возвышался средневековый замок Сирмиона, который тут же хотелось рассмотреть поближе. Чарли отбросила все тревожные мысли, решив наслаждаться этим днем и компанией Алессандро.

– Не могу поверить, что ты прежде здесь не был! – воскликнула она.

– Зато теперь я могу разделить впечатления с тобой. – Его улыбка в который раз растопила ее сердце – она была жарче, чем полуденное солнце. Сандро, не теряя времени, прижал ее к себе и страстно поцеловал на глазах у всех. Чарли хотелось раствориться в этом поцелуе.

– Сандро, – прошептала она.

– Нам надо идти. – Он взял ее за руку и помог спуститься на берег.

Все это время их сопровождали понимающие улыбки членов экипажа, и Чарли снова смутилась и покраснела, как девчонка. Неужели по ним видно, как сильно они хотят друг друга?

– Да, на это действительно стоит посмотреть, – произнес Сандро, когда они шли вдоль стен замка, а рядом, в озерной воде, грациозно плыли лебеди. Как было бы здорово быть такими же свободными, как они! Свободно жить, свободно любить. Но она не может. У нее есть свои ограничения, да и время их скоро подойдет к концу. Они будут любовниками только на эти выходные.

Вместе с остальными туристами они подошли к большому мосту, ведущему к арочному входу в замок. От строения веяло древней стариной, и Чарли увлеченно разглядывала его. Сандро тем временем притянул ее поближе к себе, положил руку на талию, и Чарли задрожала – но вовсе не от прохлады, которую источали каменные стены. Она сделала вид, что поглощена историей замка, лишь бы не смотреть на Алессандро – в ее глазах он тут же прочел бы, как сильно она его хочет. Так они и шли к мощеному внутреннему дворику и ступенькам в стене – его рука продолжала покоиться на ее талии, а Чарли делала вид, что не обращает на это особого внимания.

Они вошли во дворик, и внимание Чарли привлекли аплодисменты и громкие крики – в центре сияющая невеста и ее новоиспеченный муж позировали фотографам.

– Как, должно быть, здорово сыграть здесь свадьбу, – мечтательно сказала она.

– Если нашел подходящего спутника жизни, – с горькой усмешкой отозвался Алессандро.

– Извини. – Минуту назад они были счастливыми целующимися любовниками, и вот, она все испортила своими словами.

– Тебе не за что извиняться, дорогая. Просто мой брак был обречен с самого начала. Мы были слишком молоды и хотели слишком разного. Это даже не была любовь. Так, самообман. – Он смотрел на счастливых жениха и невесту с горечью, возле уголков губ появились жесткие складки.

– Любовь может ввести в заблуждение кого угодно, – сказала Чарли и прислонилась к перилам, предпочтя в этот момент смотреть на Сандро, а не на улыбающихся молодоженов.

– Мы знали друг друга со школьной скамьи. Женитьба представлялась вполне логичным развитием событий, к тому же наши семьи очень этого хотели. Но ей нужен был не я, а тот стиль жизни, который, как она думала, я могу ей предложить. Она считала, что я все до последнего цента буду вкладывать в бизнес дяди, и вскоре устала от моих скромных доходов и нашла более подходящего мужчину.

Мгновение он смотрел ей в глаза, пытаясь найти в ее взгляде реакцию на свои слова.

Чарли протянула руку и дотронулась до него. Алессандро обернулся, посмотрел на нее. Взгляд его был ледяной, жесткий, как никогда. И она понимала его. Она тоже когда-то чувствовала себя преданной.

Минуту он пристально смотрел на нее с нескрываемым любопытством, а Чарли не могла отвести взгляд, словно пойманная в ловушку.

– Себ говорил мне, ты тоже однажды была помолвлена.

Сердце Чарли сделало кульбит, но ей удалось сохранить бесстрастный вид и даже улыбнуться.

– Да, но, как и ты, мы были слишком молоды и наивны… – Его желание поговорить о делах давно минувших дней удивило ее. Хочет откровенность за откровенность? Или просто чувствует себя уязвимым после этой исповеди? – Давай не будем сейчас об этом? Просто насладимся настоящим, – предложила она.

– Из-за этого ты больше не хочешь серьезных отношений? Твое сердце разбито? – Сандро проигнорировал ее попытку сменить тему. Вместо этого приподнял ее подбородок и провел губами по ее губам. А она-то только-только успокоилась и перестала бурно реагировать на его близость.

– Просто я предпочитаю короткие бурные романы, – соврала Чарли и поцеловала его в губы. Разбитое сердце – лишь поверхность айсберга. Она впервые вдруг осознала, что на самом деле ее гораздо больше сдерживает совсем другое. Что, если она унаследовала от матери ее склонность бросать, убегать, разрушать стабильные отношения?

– Ну прямо как я. – Сандро впился в нее губами, и Чарли потеряла связь с реальным миром, едва замечая, как мимо них проплывают смутные силуэты – гости и участники свадебной церемонии покидали дворик.

– Что ж, проверим, – дразнящим голосом произнесла она, наконец оторвавшись от его жадных губ. Ей нужно было чуть больше пространства, хоть какая-то дистанция! А то от этих страстных лобзаний на виду у всех сердце буквально выпрыгивало из груди, а воображение некстати рисовало разнообразные сценарии вечной любви и счастливой жизни с Сандро.

– Чувствую, мы вернемся гораздо быстрее, чем планировали, – с улыбкой сказал Алессандро, когда они вышли за ворота. – На этот раз мы поедем частным образом – чтобы я мог целовать тебя сколько угодно и никто на нас не глазел.

Вскоре они уже ступили на борт небольшого катера, ожидавшего их у стен замка. Судно было настолько компактным, что они тут же оказались лицом друг к другу – но и в непосредственной близости к рулевому тоже.

Они сели рядом, и суденышко поплыло под мостами замка, что напомнило Чарли Венецию. Вскоре они уже на всех парусах рассекали водную гладь, направляясь назад в Десенцано. Алессандро прижал Чарли к себе, ветер трепал ее волосы – и это было так романтично, словно во сне.

– Я заказал столик в ресторане у озера, – сказал Сандро. И именно туда они и направились, едва сошли на берег.

Время бежало слишком быстро. Невозможно было поверить, что они провели вместе целый день, но солнце уже явно клонилось к закату, когда после сытного ужина они направлялись к его вилле. Чарли волновалась – тысячи мурашек бегали по ее телу.

Алессандро тоже было не по себе. Ему все время хотелось поскорее привезти Чарли на виллу. Страстное влечение к ней достигло точки кипения. И он был уверен – Чарли чувствует то же самое. С кажущимся спокойствием она потягивала кофе, но ее глаза стали темно-зелеными, как мох, а в их глубинах отражались ее тайные желания.

Они были как родственные души, покалеченные предыдущими отношениями, но исцеляющиеся, мечтающие быть счастливыми здесь и сейчас. Правда, он представил себе на мгновение, каково было бы находиться рядом с Чарли каждый день, проводить каждые выходные вместе…

Надо отбросить эти мысли. Это все не навсегда, и она ясно дала ему понять свои намерения. Он же обещал присмотреть за ней, позаботиться, как о сестре, и эта клятва связывает его по рукам и ногам!

Просто издевательство какое-то – его чувства к ней едва ли можно назвать братскими. Ни одну женщину он еще не хотел так сильно!

Сейчас они ехали в его автомобиле, и заходящее солнце окрашивало в оранжевый все вокруг. И наступающая ночь обещала гораздо больше, чем этот чудесный день. Здесь, на вилле, он сможет чувствовать себя свободно и делать с Чарли все что угодно. У них есть еще целая ночь, чтобы насладиться друг другом.

Он почувствовал ее взгляд. Догадывается ли Чарли, как сильно он хочет поскорее вернуться домой?

– У нас впереди целая ночь, Сандро, – улыбнулась она, словно прочитав его мысли.

Но будет ли этого достаточно, спросил он себя, въезжая во двор виллы. Закат, спускающийся на горы и озеро, говорил о том, что отпущенное им время неумолимо подходит к концу. Выходные прошли слишком быстро…

– Ma per amare una donna[3], – начал он, мучительно стараясь подобрать подходящие английские слова, пока его воображение наполняли образы и фантазии, касающиеся их двоих. Наконец он справился с собой. – Чтобы любить такую женщину, как ты, нужно гораздо больше времени, чем одна ночь.

Чарли нежно коснулась его лица, провела пальцами по легкой щетине, покрывавшей его щеки и подбородок.

– Но у нас только одна ночь, Сандро. И никогда не будет ничего больше. Мы не принадлежим друг другу.

Он взял Чарли за руку, поцеловал ее ладонь.

– Только одна ночь, – покорно повторил он. – Но ты запомнишь ее навсегда.

Глава 9

– Чарли нежилась в постели. Если первое утро с Алессандро было приятным, то это было восхитительным. Она дремала, как котенок, в его теплых объятиях, сонная и довольная. Она длила мгновение, балансируя на грани сна и яви, прижавшись спиной к его груди, в то время как он властно прижимал ее к себе. Это было блаженство. Ей совсем не хотелось окончательно просыпаться и встречать новый день. Их последний день наедине. После ночи, полной огня и страсти.

Сквозь открытое окно доносилось пение птиц. Легкий бриз колыхал занавески. Все было как во сне. Ее тело до сих пор пело после нескольких часов занятий любовью. Она и впрямь чувствовала себя любимой. Чувствовала себя в безопасности. Вот только не стоит к этому привыкать и принимать за чистую монету. Мысли о любви волновали ее все чаще, и лучше бы положить этому конец. Впрочем, она чувствовала – что-то глубоко внутри нее изменилось. Теперь ей и впрямь хотелось быть любимой. Но ужасные воспоминания о помолвке не давали этому чувству прорасти и укрепиться. «Это просто короткий романчик на выходные», – строго напомнила она себе, в то время как Алессандро притянул ее к себе и обнял покрепче.

– Не хочешь поплавать со мной? – Он коснулся губами ее щеки, и Чарли почувствовала, как у нее в животе снова порхают бабочки. Это было пьянящее ощущение, и она закрыла глаза и отбросила все сомнения в сторону: выходные еще не кончились, и она имеет полное право насладиться близостью Сандро.

– У меня нет купальника. – А жаль: бассейн выглядел так заманчиво вчера в лучах утреннего солнца.

– Не проблема. – Он поцеловал ее в ушко и прошептал: – Мы совершенно одни, никто нас не увидит. – Акцент Сандро стал сильнее от охватившего его желания, и на Чарли это подействовало магическим образом – она еще больше затрепетала от страсти. А ведь ей казалось, что она навсегда утратила эту способность. При мысли о том, как они будут голые плескаться в бассейне, ее сердце пропустило удар.

– Ты уверен? Никакого обслуживающего персонала?

– Уверен. Только ты и я.

Алессандро хотел было снова прижать ее к себе, но она уперлась руками ему в грудь:

– Я думала, ты хочешь поплавать.

– Я передумал.

Чарли быстро спрыгнула с кровати и рассмеялась, увидев выражение его лица.

– Что ж, я все-таки пойду поплаваю. – Разве можно упускать шанс искупаться в таком роскошном бассейне? Она выбежала сквозь распахнутые двери на каменную лестницу, ведущую к воде. Огляделась по сторонам, нет ли кого поблизости – она ведь до сих пор была абсолютно обнажена.

Не дожидаясь Сандро, она нырнула в прохладную голубую воду. Ее захлестнуло мощное чувство свободы. Всего несколько мгновений назад она спала, а сейчас ее тело полно жизни. Чарли доплыла до противоположного края бассейна, оперлась руками о бортик и посмотрела на озеро Гарда, расстилавшееся перед ее взором. Лучи утреннего солнца позолотили верхушки деревьев и вершины гор, по глади озера уже скользили паромы.

И тут она услышала всплеск воды позади себя. Чарли улыбнулась, но продолжила смотреть на озеро, не оборачиваясь. Ее тело трепетало в ожидании, сердце учащенно билось. Наконец Сандро оказался рядом с ней и тоже стал любоваться открывающейся взору прекрасной картиной.

Чарли почувствовала смущение – все-таки не каждый день купаешься обнаженной, да еще в присутствии привлекательного мужчины.

– Восхитительный вид, правда? – Неужели она действительно находится в этом прекрасном месте, любуется красотами природы, наслаждается обществом самого сексуального мужчины в своей жизни?

– Semplicemente bellissimo[4].

Каждый раз, когда он говорил по-итальянски, ее тело покрывалось мурашками, но в этот раз она к тому же не была уверена, о каком именно виде он говорит – на озеро или на ее обнаженное тело.

Внезапно она застеснялась своей наготы и попыталась скрыть смущение за бравадой.

– Наперегонки! – Даже не посмотрев, принял ли он ее вызов, Чарли оттолкнулась от бортика бассейна и поплыла к вилле.

Мгновение – и позади послышался плеск воды. Еще несколько секунд, и вот он уже стоит, положив бронзовую от загара руку на бортик, и ждет, пока она подплывет.

– Надо было мне догадаться, что ты выиграешь. – Она слегка запыхалась. Конечно, он выиграл. Он вообще, должно быть, никогда не проигрывает – ни в чем.

– Зря ты бросила мне вызов, дорогая, – усмехнулся он. И Чарли, шутливо досадуя, плеснула на него водой. И при этом смеялась так, как не смеялась уже очень давно. – И зря обрызгала тоже.

Прежде чем она успела что-то ответить, он вылез из бассейна и теперь стоял, возвышаясь над ней, и смотрел сверху вниз.

– Обманщик! Ты обманул меня! Зачем ты сказал, что мы оба будем голые?

Сандро улыбнулся:

– Разве я говорил, что буду плавать голым? Ну так ты вылезаешь или нет?

– Нет. – Чтобы он снова пристально разглядывал ее тело? Ни за что!

Чарли поплыла, оглядываясь на него через плечо. Сандро взял полотенце и растянулся на шезлонге, внимательно наблюдая за ней.

– Никогда раньше не плавала голышом, – она перевернулась и поплыла на спине, словно поддразнивая его.

– А я никогда раньше не разрешал голым женщинам плавать в моем бассейне, – игривая улыбка на его губах была невероятно сексуальна. На влажных волосах играло солнце. Это была прекрасная картина, которую она никогда не забудет. И это мгновение никогда не повторится.

– Что ж, это меня удивляет. Чтобы такой мужчина, как ты… – притворно легкомысленным тоном начала она, но ее сердце при этом билось о грудную клетку, словно молот.

– Такой, как я? Что ты имеешь в виду?

– Не пытайся отрицать, что женщины пачками падают к твоим ногам.

– Только те, которые ищут то, что я не могу им дать, – загадочно улыбнулся Сандро.

– Ты о чем?

– О браке и надежности.

– Ты этого не хочешь?

– Нет. – Ответ прозвучал резко и вполне однозначно.

– Понимаю. – Она действительно понимала его.

Но Сандро с подозрением прищурился:

– Правда?

– Ну, знаешь, пуганая ворона куста боится, как говорят у нас в Англии. – Она отвернулась и поплыла прочь от него, не желая продолжать разговор.

– Не стоит прятаться от этого, Чарли, – донеслось ей вслед.

– От чего?

– От любви.

Чарли остолбенела:

– Я и не прячусь. Просто я ее еще не нашла.

– А когда найдешь?

– Моя мать бросила нас, когда я была подростком, Сандро. Ушла от нашего отца, повернулась к нам спиной. С тех пор я не очень верю в счастливую любовь.

– А парень, с которым ты была помолвлена? Ты любила его? Хотела счастливо прожить с ним вместе до старости? – Его вопросы были слишком прямыми, и Чарли чувствовала себя ужасно – пойманная в бассейне, как в ловушке, она не могла спрятаться от них.

– Возможно, после этого я не была готова любить.

– А если бы ты влюбилась? – Он сверлил ее взглядом, и Чарли изо всех сил ухватилась за бортик бассейна.

– Если бы я встретила мужчину, которого смогла бы полюбить и он любил бы меня в ответ, возможно, я могла бы задуматься о серьезных отношениях.

– То есть ты бы вышла за него замуж?

– Брак – не единственная возможность любить вечно, Сандро. Кстати, ты вот готов снова жениться?

Алессандро сверху вниз смотрел на Чарли, на ее безупречную фигуру, на ее мокрое, прекрасное лицо… Она задала ему вопрос, который он и сам задал себе сегодня утром, прижимаясь к ее роскошному телу.

До сих пор он был уверен, что с любовью навсегда покончено. С браком тем более. Но он уже представлял себя рядом с Чарли, видел их внутренним взором влюбленными и счастливыми, хотя эти образы еще не обрели четкость и ясность.

Когда она уснула рядом с ним, свернувшись калачиком, он спросил себя: каково это – просыпаться рядом с ней каждое утро, обнимать ее, будить поцелуями. Он не хотел, чтобы она исчезла из его жизни.

– Твое молчание говорит само за себя, – голос Чарли вырвал его из мира грез.

– На правильной женщине готов, – наконец честно ответил он. Еще недавно он думал, что такой женщины не существует. Во всяком случае, не для него. Его брак был тому прямым доказательством. И вот сейчас он встретил женщину, которая, казалось бы, целиком и полностью соответствовала его ожиданиям. Только вот она совершенно недвусмысленно дала ему понять, что не хочет ничего большего, чем эти выходные.

– Надеюсь, ты ее встретишь.

Он смотрел, как Чарли оттолкнулась от бортика и поплыла на спине прочь от него. Ее великолепная обнаженная грудь была открыта его взору. Искрящаяся на солнце вода не могла затмить красоты ее тела.

– Ты когда-нибудь вылезешь из этого чертова бассейна? – не выдержал Алессандро. – Скоро так в русалку превратишься. – Он достал полотенце для нее.

Чарли рассмеялась и поплыла к ступенькам в противоположном конце бассейна. Сквозь воду было отчетливо видно ее стройную обнаженную фигуру. И эта картина снова разожгла в нем желание. Чарли поднималась по ступенькам, а он не мог отвести от нее взгляд. Ручейки воды текли по ее грудям, животу, и он едва сдерживался, чтобы снова не утащить ее в постель. Это было неприкрытое вожделение. Непреодолимое влечение.

– Я из другого теста, стать русалкой мне не грозит. – Медленно, чувствуя на себе его жадный взгляд, Чарли выжала воду из волос, собрав их в хвост. Она была прекрасна, словно нимфа в лучах утреннего солнца. Ее ангельская красота потрясала до глубины души. Словно зачарованный, он не мог пошевелиться, не мог отвести от нее взгляд.

Как под гипнозом, он подошел к Чарли, обернул ее полотенцем, прижал к себе. Их взгляды встретились – зеленые глаза Чарли были полны неутоленной страсти, и от этого его сердце забилось еще чаще.

Чарли потянулась к нему и запечатлела на его губах поцелуй. Насытится ли он когда-нибудь? Ответ на этот вопрос она узнала, когда обвила его торс руками и прижалась к нему всем телом. Нет, никогда. Чарли поцеловала его еще жарче, воспламенив Сандро до предела.

– Лучше продолжим внутри, – охрипшим голосом сказал он. Чарли отпрянула от него, поддразнивая. Ее улыбка говорила о том, что она точно знает, что и зачем с ним делает.

– Да, – прошептала она. – В самый последний раз.

– В последний, – повторил он ее слова. Как только они вернутся в Милан, их отношения войдут в прежнее русло. Профессиональное.

С кокетливой улыбкой Чарли взяла его за руку и повела обратно в спальню. Сейчас комната была залита солнечным светом, его лучи падали на кровать, которую она поспешно покинула этим утром ради бассейна. Смятые простыни и покрывала красноречиво свидетельствовали о том, что они не теряли времени даром прошлой ночью.

Она сбросила с себя полотенце и подошла к Сандро. С мокрых волос, перекинутых на одно плечо, капала вода, стекая ручейками по ее великолепной груди и ниже. Он сделал глубокий вдох, пытаясь запечатлеть в памяти ее роскошное сексуальное тело. Его нетерпение было очевидным, и она сократила расстояние между ними.

И вот она уже оказалась в его объятиях, прижалась к нему всем телом. Он оторвал ее от пола – и ноги Чарли тут же обвили его бедра. Он понес ее к постели, возбужденный до предела. Сбросил с себя плавки, подтянул Чарли за стройные лодыжки к себе. Ему хотелось побыстрее оказаться внутри нее, сделать ее своей в последний раз. Он больше не мог сдерживаться.

– Сандро, остановись! – внезапно она почти что отпихнула его. – Мы должны подумать о защите!

– Черт! – он попытался взять себя в руки. – Прости меня.

Он сам не узнал свой огрубевший голос. Никогда еще он настолько не терял над собой контроль. Хорошо, что хоть один из них сохранил рассудок. Он потянулся за презервативом.

– Извини, – застенчиво сказала Чарли. – Мы же не хотим, чтобы были какие-то последствия этих безумных выходных.

– Ты права, милая. Последствий быть не должно. – Но они, конечно, будут. Хоть и не в виде беременности.

Чарли нежно поцеловала его, и Сандро наконец снова прижал ее к себе, раздвинул ей ноги и проник глубоко внутрь нее.

Все закончилось довольно быстро, обнял Чарли, зарылся лицом в ее влажные волосы.

– Il mio amore[5], – прошептал он и поцеловал Чарли в шею, не понимая сам, что говорит – его чувства облеклись в слова непроизвольно, в порыве страсти.

Он так с ней прощается? Он и сам не знал. Но был рад, что она, кажется, не поняла его слов и даже не услышала.

Чарли разгладила на себе белое платье, в котором вчера приехала, и в последний раз оглядела комнату, не то проверяя, что ничего не забыла, не то пытаясь запечатлеть ее в памяти. Ведь она больше сюда не вернется – через два дня она поедет назад в Англию и забудет эту историю. Все кончено. Моменты их страсти навсегда остались в прошлом.

Она медленно обошла комнату. В ее ушах все еще звучали слова Сандро, сказанные по-итальянски, когда они последний раз занимались любовью. Она не все поняла, но одна фраза…

Любовь моя.

Она помотала головой, пытаясь отогнать непрошеные мысли. Наверное, он говорит это каждой женщине в пылу страсти. Ничего более. Ей вовсе не нужна любовь. Особенно от Алессандро.

Они ненадолго забыли о своих разногласиях ради недолгого фейерверка страсти, но вскоре они приедут в Милан, и там все войдет в прежнее русло, конфликты вернутся. Там она будет думать совсем о другом. О том, что она наделала. Переспала с мужчиной, виновным в смерти Себа, и получила от этого удовольствие. А ведь в глубине души она понимала, что никогда не сможет его простить. Алессандро так и не смог убедить ее, что авария произошла не из-за неисправности его автомобиля.

Чарли схватила свою сумочку и поспешно вышла из комнаты, не смея посмотреть еще раз на постель, где они предавались страсти, где она получила так много наслаждения. Ей должно быть стыдно. И было – в глубине души. Но было и много других чувств. Много разных «если бы», которых не должно быть, когда она вернется домой.

Процокав каблучками по мраморному полу, она подошла к Сандро, ожидавшему ее у дверей с ключами в руках.

Несмотря на всю свою браваду, Чарли вдруг почувствовала острое сожаление. Если бы все было по-другому, если бы она не считала его виновным в истории с Себом, расстались ли бы они сейчас?

– Можем ехать? – спросил он.

– Да, – ответила она, решительно вздернув подбородок. – Пора вернуться к реальности.

Глава 10

Дорога в Милан прошла в молчании. Почти. Так, пара вежливых, ничего не значащих фраз. Сейчас Чарли шла за Алессандро в его квартиру и размышляла о том, что лучше бы ей теперь держаться от него подальше. Только вот ее тело никак не желало мириться с этой мыслью.

– Я забронирую номер, если ты порекомендуешь мне отель поблизости. – Надо дать понять, что ей действительно больше ничего не нужно от него.

Он с непроницаемым видом посмотрел на нее:

– В этом нет необходимости. Комната, в которой ты ночевала в первый раз, ждет тебя.

– В сложившихся обстоятельствах мне лучше остановиться в отеле. – Хорошо бы еще самой поверить в это.

– Нет. Обстоятельства, как ты это называешь, таковы, что мы сейчас возвращаемся после прекрасных выходных. Они закончились, все позади.

– Ну так тем более мне лучше переехать, ты не находишь?

– Ты же знаешь, что переезжаешь ко мне не навсегда, так какой смысл срываться с места?

– Хорошо, – ответила она. Что ж, придется вернуться в Англию раньше, чем она планировала. Завтрашняя встреча на треке состоится утром, сразу после нее она сядет в самолет. Да она бы прямо сейчас улетела, если бы получила ответы на свои вопросы.

Вынужденно оставшись в апартаментах Сандро, Чарли рассеянно смотрела в окно, на сей раз не обращая никакого внимания на красоту Дуомо. Они вернулись к начальной точке. Она с сожалением. А вот его страсть сменилась безразличием.

Вздохнув, она вернулась к письменному столу, на котором лежала газета. На первой странице – они с Алессандро на презентации. Она перевернула страницу в поисках продолжения и похолодела.

В прицел камеры попал их страстный поцелуй у автомобиля после презентации. После того как все ушли. Вроде бы ушли. Кто же и как их снял? Видел ли Сандро это фото?

А может, он целовал ее не потому, что хотел, не потому, что не мог устоять, а чтобы сделать этот снимок и показать всему миру, что сестра Себастьяна не винит его в смерти брата?

– Ты знал об этом? – Сандро, нахмурившись, подходил к столу, и Чарли гневно уставилась на него, маскируя свой шок враждебностью.

– Я заказывал статью о презентации, да.

Она показала ему вторую страницу газеты, где был запечатлен их поцелуй.

– А как насчет этого? Это ты тоже заказывал?

Алессандро прочел комментарий на итальянском, находившийся сразу под репортажем. Его затянувшееся молчание становилось невыносимым.

– Нет, – он покачал головой. – Это я не заказывал.

– Что тут написано? – Злость пересилила ужас происходящего. Он все врет, он использовал ее! Для этого и привез в Милан. Что же она наделала!

Сандро заглянул в ее глаза, полные гнева и печали, и снова испытал острое чувство вины. Она злится, но и напугана тоже.

– Тут написано, что твоя страсть говорит о том, как сильно тебе понравилась машина, которая унесла жизнь твоего брата. – Он не стал переводить дословно, чтобы не вызвать еще большего гнева.

– Что же будет дальше? Мое фото в обнаженном виде в твоем бассейне? – Ее голос звенел от ярости. Она и правда считает, что он настолько мерзавец?

– Это невозможно. Тебя никто не мог видеть.

– Черт тебя подери, Алессандро! Ты заставил меня пойти туда голой и даже сам не побоялся выйти в плавках. Интересно, каким будет следующий заголовок? – Ее глаза сузились, напоминая два кинжала, которые пронзали его насквозь.

– Я не обманываю тебя. Все, что было тем утром, останется между нами. – Ему хотелось прижать ее к себе и успокоить, убедить, что он тут ни при чем.

– Не верю. – Слова вылетали, как пули.

– Я когда-нибудь врал тебе, дорогая моя? – Как же ему хотелось поцеловать ее взволнованное лицо в этот момент. Он еле удержался от искушения.

Конечно же, он врал ей. Скрывал истинную причину смерти Себа. Но лишь для того, чтобы защитить ее и сдержать данное другу слово, уберечь его от посмертного внимания желтой прессы.

– Если ты можешь заказать публикацию вроде этой, значит, ты способен на все, на любую ложь – лишь бы достичь своей цели. Какая я дура, что поверила и доверилась тебе! Ты же врал мне с самого начала!

Алессандро медленно покачал головой и сделал шаг к ней навстречу. Чарли отшатнулась, ее зеленые глаза метали молнии.

– Ты использовал меня! Ты всего лишь пытаешься очистить свое имя, успокоить свою совесть, снять с себя груз вины за смерть Себастьяна!

– Моя совесть и так чиста, Чарли. – И это и впрямь так, он делал все ради Себа. Разве не так?

– Я не верю, что Себ просил привезти меня на презентацию. Это была твоя идея – сыграть на моих чувствах, использовать меня!

– Но это так, это была его идея – пригласить тебя на презентацию автомобиля! И в остальном я тебе не врал – просто некоторые детали остались в тени.

– Детали вроде этой? – она ткнула пальцем в фото. Сандро с облегчением выдохнул – он едва не выдал себя. Гнев ослепляет Чарли, не позволяет ей видеть дальше своего носа. И в некотором смысле это даже хорошо.

Чарли не могла больше этого выносить. Она запихнула газету с оскорбительным фото в ящик стола и гневно воззрилась на мужчину, в которого имела глупость влюбиться.

Стоп! Влюбиться?

Чарли запаниковала. О нет! Она не может любить его. Только не Алессандро Розелли! Он же виноват в смерти Себастьяна! И он жестоко подшутил над ней! Сыграл на ее слабостях, обманул ее.

– Не надо видеть во всем плохое, Шарлот. Не надо убегать и прятаться от всего на свете, – наконец сказал Сандро.

– Я не бегу.

– Тогда как это называется, дорогая? – мягко спросил он. Они оба знали, что она бежит и прячется, но она никогда не признается ему в этом. Особенно если учесть, что бежит она от любви. Этот человек не любит ее и никогда не полюбит. У нее попросту нет выбора.

– Не я одна пытаюсь что-то спрятать, Алессандро.

– Ты о чем, Шарлот?

– Ты скрываешь от меня правду о смерти Себастьяна.

– Я рассказал тебе все, – возразил он.

– Мы оба знаем, что это не так. Ты сказал мне лишь то, что хотел, – упрямо гнула свою линию Чарли.

– И я повторю снова: дело не в автомобиле, Чарли.

– Значит, в водителе. В Себе. – Она так просто не даст ему сбить себя с толку и сменить тему. Какой бы ни была правда, она все-таки должна ее узнать. Иначе ради чего она приехала сюда?

– Да. Прости. – Он снова сделал шаг навстречу, но Чарли отскочила, как ошпаренная. – Поговори с отцом, – тихо прибавил Алессандро.

– Именно так и сделаю. Прямо сейчас. – Она выбежала из комнаты, достала из сумочки телефон и поспешно набрала номер. Но после продолжительных гудков включился автоответчик. Чарли отправилась в свою комнату и, захлопнув дверь перед носом у Сандро, надменно произнесла: – Извини, мне надо собрать вещи.

Едва дверь закрылась, Чарли без сил упала на кровать, едва сдерживая рыдания. Пора уезжать. Немедленно! Возвращаться к своей жизни. Собирать себя по кусочкам, как долго убеждал ее сделать отец после смерти Себастьяна. Смириться с вероломством Алессандро.

Чарли достала планшет и стала искать билеты на ближайшие рейсы до Лондона. Забронировала один на завтрашний вечер, оставив время на посещение испытательного трека. Надо сделать кое-что, прежде чем она улетит навсегда.

Алессандро в отчаянии смотрел, как Чарли уходит, не позволяя себе обратиться к ней, заставить остаться. Это не приведет ни к чему хорошему. Они никогда не будут вместе. А то, что было между ними, надо забыть. Хорошо еще, если не в меру прыткие папарацци не добрались до его бассейна. Хотя это вряд ли, охрана на вилле не зря ест свой хлеб. Но их могли сфотографировать на прогулке, в ресторане. И отец Чарли может увидеть эти снимки – что он подумает?

В этот момент в дверях снова появилась Чарли, замерла на пороге. Ее зеленые глаза были полны невысказанной печали.

– Спокойной ночи, Алессандро. – В ее тихом голосе больше не было злости, но он остался на месте, словно прирос к мраморному полу, не зная, какую тактику поведения лучше выбрать.

– Спокойной ночи, Шарлот. – Сандро развернулся и отправился в свой кабинет, не в силах переносить дистанцию, которую она установила между ними. Он слышал, как у него за спиной тихонько закрылась дверь, но в его голове это прозвучало как ружейный выстрел.

Он так и не смог приступить к работе. Вновь и вновь он вспоминал каждый нюанс последних дней. Все, что с ними произошло с того момента, как впервые увидел Чарли.

Что же с ним такое творится? Он не должен хотеть ее, не имеет права, но он хочет. Хочет просыпаться рядом с ней каждый день. Он мерил шагами комнату, а за окном солнце пряталось за миланские крыши, окрашивая старые дома в оранжевый цвет.

Он нарушил данное Себастьяну обещание, нарушил покой его сестры. Единственное, что он сделал правильно, – скрыл от нее истинную причину гибели Себастьяна. Голос умирающего друга все еще звучал у него в ушах: «Пожалуйста, Сандро, не говори Чарли! Ни за что на свете. Это разобьет ей сердце».

Выругавшись, Алессандро стремительно покинул кабинет. Он не даст Чарли сидеть в одиночестве, переживая из-за всего на свете. Перед ее дверью он на минуту остановился отдышаться. Правильное ли решение он принял? Может, лучше оставить ее в покое?

Наконец он постучал, и дверь тут же открылась.

– Ты не должна оставаться тут одна всю ночь, Чарли. Пойдем поужинаем где-нибудь? – взмолился он.

Ответом ему был ледяной взгляд.

– Чтобы у тебя появилось еще одно наше фото для газет? Нет уж, Сандро. Не хочу больше рисковать. Мне жаль, что мы провели уик-энд на твоей вилле. – Чарли отошла от двери, прячась от него в тени.

Она права. Алессандро развернулся и направился восвояси, не упустив выражение явного облегчения на ее лице. Но напоследок все же добавил:

– Я не имею никакого отношения к этому фото. И мне очень жаль, что оно тебя так расстроило.

– Я не хочу больше об этом говорить. – Ее глаза подернулись влагой, и Сандро снова испытал чувство вины. Не очень-то хорошо он за ней присматривал.

– Я выясню, чья это работа, и лично с ним разберусь.

– Это не отменит того факта, что ты использовал меня и Себа, чтобы разрекламировать свой автомобиль и очистить свое имя и свою репутацию.

– У меня нет никакой нужды в этом, Шарлот.

– А в моих глазах – да. – Эти слова ранили его, но заставили собраться. Надо, пожалуй, отступить, оценить ситуацию и спланировать следующий шаг.

– Что ж, ясно. Я постараюсь. И он ушел, так больше и не взглянув на Чарли. Если ей нужны доказательства, он их найдет. Но как это сделать, не выдав тайну Себа? И его истинных чувств к Чарли?

Глава 11

Чарли втайне надеялась, что Сандро утром уйдет по делам, но когда она вышла из своей комнаты, он готовил кофе и выглядел при этом так привлекательно, что она замерла на месте, чтобы впитать и запомнить каждую деталь – от дорогого кашне на шее до сияющих черных туфель.

Сейчас же, запертая в его машине, мучительно ощущая каждое его движение, она остро сожалела о том, что не улетела в Лондон утром. Что ж, может, ей все же удастся выяснить на треке, что именно Алессандро скрывает от нее. А в том, что он что-то скрывает, она больше не сомневалась.

– В обед у меня встреча, – прервал он поток ее мыслей. Чарли очень хотелось посмотреть на его профиль, но она не могла себе этого позволить. Пора положить этому конец.

– Мне нужно быть вечером в аэропорту, я тогда закажу такси, – нервно сказала она.

На секунду их взгляды встретились.

– Ты ведь говорила, что никуда не убегаешь больше, – сказал он, заглушая мотор.

– Так и есть. Я просто возвращаюсь к своей жизни, той, что я вела до гибели Себа. Он бы этого хотел. И это единственный положительный результат моей поездки сюда, – сказала она чуть более эмоционально, чем хотела.

Чарли вылезла из машины, стараясь соблюдать дистанцию, – и не важно, как сильно ее при этом тянуло к Сандро. Не оглядываясь, она направилась к мастерской. Но постучать не успела – Сандро догнал ее и встал между ней и дверью.

– Ну, говори уже до конца – в чем еще я виноват?

– В том, что продал меня прессе ради своей выгоды? Или, может быть, в том, что соблазнил меня? Заставив поверить, что привез сюда по просьбе Себа. А на самом деле это была твоя идея.

Он скептически приподнял бровь:

– Хочу тебе напомнить, дорогая, что это ты соблазнила меня.

Чарли задохнулась от возмущения, испытав почти физическую боль от его слов. Вот о чем ей надо было напомнить себе самой. Пострадали не только имя и репутация ее брата, но и ее сердце.

– Не льсти себе. Все, что я делала, я делала ради Себа. – Ему вовсе не обязательно знать о том, как ей больно. Она не даст ему такой козырь.

– То есть дело не во вспыхнувшей между нами страсти? Не в огне, который зажегся в нас обоих в момент встречи? – Он нависал над ней, удерживая на месте, не давая уклониться от ответа.

– Ну, хорошо. Я не смогла устоять перед огнем, как ты это называешь. Но сейчас этот так называемый огонь погас. – Она оттолкнула его руку и наконец открыла дверь, за которой – слава богу – находились механики и гонщики. При них Алессандро вряд ли продолжит этот разговор.

Чарли услышала, как он быстро говорит что-то по-итальянски. Казалось, все готовы тут же выполнить любые распоряжения, хоть она и понятия не имела, о чем именно он попросил.

Она стояла растерянная, ловя на себе любопытные взгляды. Затем направилась к автомобилю, который не видела здесь в прошлый раз. Это явно был прототип новой гоночной машины. Этот автомобиль довольно сильно отличался от того, в разработке которого принимал участие ее брат. Тот полностью соответствовал ее представлениям о профессиональном почерке Себастьяна.

Этот же был более стильным, словно созданным для скорости и комфорта. Более классическим. Менее агрессивным на вид. Похожим на… Сандро. Интересно, это его работа?

Разговаривая с командой, Алессандро наблюдал, как она подходит к машине, внимательно разглядывает ее со всех сторон. Раздав инструкции, он отправился к Чарли, которая уже изучала салон новейшего прототипа. Это был его дизайн – все, что он хотел от автомобиля, вошло в эту модель.

– У этого автомобиля большой потенциал, – с энтузиазмом провозгласила Чарли. – Кто разработчик?

Он не собирался признаваться, что это его рук дело. Вообще не хотел, чтобы она видела этот автомобиль. Еще подумает, что он занялся новым прототипом, не выпустив на рынок модель Себа.

– Общая работа.

– Хорошо получилось. – Она пробежалась пальчиками по крыше. – Хорошо, что он черный – этот цвет ему идет.

Но он не хотел слушать ее похвалы. Эта женщина, заставившая бурлить его кровь, ненавидит его. Собирается исчезнуть из его жизни. А он ничего не может с этим поделать.

– Я договорился с Джованни – он отвезет тебя за вещами, а потом в аэропорт, – он постарался вырулить на нейтральную тему.

– Ты очень любезен, спасибо. – Ее формальный вежливый тон напомнил Сандро о ее гневе и убедил, что он делает все правильно. Если она задержится хоть ненадолго, он наверняка ляпнет что-нибудь такое, что снова разозлит ее.

Лучшее, что можно сделать в этой ситуации, – уйти, не оглядываясь. Не вспоминая их страстные выходные.

– Прощай, Шарлот.

Алессандро поспешно бросился прочь из мастерской, пока еще мог контролировать себя. Он чувствовал на себе пристальный взгляд Чарли и вспоминал ее слова, сказанные в их первую ночь: «Мне не нужны отношения навсегда». Тогда он вслух поддержал ее, потому что слишком хорошо помнил о том, чем окончился его брак, но вот говорил ли он искренне? В тот момент – да. Но сейчас это уже не соответствовало истине. Он хотел долгих серьезных отношений, а сам повернулся спиной к женщине, которая ему нужна. По-настоящему нужна.

Но теперь все кончено. Все, что осталось, – это его безответное желание, страсть к женщине, которая презирает его и считает виновным в смерти своего брата.

Сандро сел в машину, завел мотор и рванул с места так, что раздался протестующий визг шин. Сейчас он хотел лишь одного – оказаться подальше от нее. Чем быстрее она вернется в Англию, тем лучше.

Чарли стояла и смотрела на закрывшуюся за Алессандро дверь. Внезапно она почувствовала, что кто-то стоит рядом с ней.

– Простите, – почтительно обратился к ней темноволосый мужчина. – Мы отправимся в Милан через час, а пока вы можете подождать в офисе синьора Розелли.

Она улыбнулась – итальянский акцент Джованни очень напоминал речь Алессандро. Только вот производил он на нее совсем другой эффект. От звука голоса этого человека она не таяла, не теряла над собой контроль.

– Спасибо, буду готова к назначенному времени, – отозвалась она.

Сдерживая внутреннюю дрожь, Чарли направилась прямиком к кабинету Сандро. Вот где она наверняка найдет доказательства его вины. Обнаружит тайны, которые он скрывает.

Войдя, она села в кресло у стола, не в силах избавиться от чувства неловкости, и посмотрела сквозь стеклянную перегородку на работающую команду. Казалось, ее присутствие в кабинете босса никого не беспокоит, и она немного расслабилась.

Сперва Чарли пролистала какие-то чертежи и отложила их в сторону, затем ее внимание привлекли папки на полке над столом. Одна выглядывала чуть больше, словно требуя особого внимания к себе, и она потянулась за ней, чувствуя себя шпионкой.

Первые несколько разделов не содержали в себе ничего интересного – какие-то отчеты о двигателях и тому подобное. Но в конце концов она наткнулась на безымянный отсек, внутри которого нашла снимок автомобиля, серого прототипа – того самого, за рулем которого ей довелось оказаться. Дрожащими пальцами Чарли перевернула страницу.

Отчет об аварии.

У нее перехватило дыхание. Не может быть – неужели она докопалась до правды? Чарли впилась в текст взглядом.

– О, Себ, – прошептала она спустя несколько минут и закрыла глаза. – Почему ты мне ничего не сказал? – «Ошибка водителя, – повторила она прочитанное вслух. – В крови водителя обнаружено значительное количество алкоголя и наркотиков».

Чарли в отчаянии закрыла лицо ладонями. Неужели это правда? Может ли она в это поверить? Она прочла отчет до конца – в каждом его пункте подтверждалось, что автомобиль был исправен.

С тяжелым сердцем Чарли закрыла папку. Вот бы Алессандро оказался здесь и объяснил ей, почему он использовал ее брата как козла отпущения. Он уже показал, как он расчетлив – в истории с фото на презентации. Может, отчет тоже сфабрикован?

Помощник Сандро постучал в дверь.

– Нам пора ехать. – Он сменил рабочий комбинезон на джинсы и кожаную куртку, превратившись в типичного итальянца. Но не в того, которого она хотела. Которого любила и ненавидела. Две одинаково сильные эмоции раздирали ее на части.

– Да, мне надо успеть на самолет, – медленно произнесла она.

– Да-да, – сказал Джованни и направился к той самой двери, через которую ушел Алессандро. Интересно, где он сейчас. На своей встрече, наверное. И совсем не думает о ней? Или с облегчением желает ей счастливого полета – из Италии и его жизни?

Она задавала себе все эти вопросы, а за окном автомобиля мелькали здания и улочки. Чарли сидела в тишине, захваченная своими противоречивыми чувствами, и совсем не думала о стране, которую вот-вот покинет.

– Прощаться тяжело, правда? – сказал водитель.

– Да, – ответила она, но тут же поспешно добавила: – Потому что я прощаюсь и со своим братом тоже.

Они очень быстро добрались до Милана, а потом и до квартиры Алессандро.

– Спасибо, – поблагодарила она Джованни. – Я соберусь и вызову такси.

– Нет. Мне поручено отвезти вас не только сюда, но и в аэропорт, – ответил мужчина. – Должно быть, он был правой рукой Сандро и хотел как можно скорее и точнее выполнить его распоряжения. Что ж, это и к лучшему.

– Спасибо, я буду через пару минут.

Чарли быстро сложила чемодан. Закрыв за собой дверь, она зажмурилась ненадолго, стараясь вытряхнуть из головы воспоминания об Алессандро. Но это было нелегко. Она ведь полюбила его, хоть и не должна была.

Несколько мгновений спустя они снова были на дороге, направляясь к аэропорту.

– Вы знали моего брата? – внезапно спросила она шофера. Это последний шанс поговорить с кем-то, кто знал Себастьяна, и она не должна его упускать.

– Да. Он был хороший гонщик. Очень хороший. Но ему не повезло. Мы пытались помочь. – Внимание водителя было целиком поглощено дорогой, и он явно не подумал о том, что проговорился.

Так это все-таки правда. Чарли захотелось закричать и заплакать, но усилием воли она сдержала дрожь в голосе и продолжила разговор:

– Я не знала, что вы тоже помогали ему.

– В основном это делал Алессандро, но я тоже был на треке той ночью, и это стало и моей тайной тоже.

Хорошая же она сестра – не заметила проблем Себа. Ее захлестнуло чувство вины. И при этом она никак не могла смириться с тем, что это правда. Не верила, что ее брат был способен на это.

– Простите, я не хотел вас расстроить.

– Да, меня все еще это ранит. – Он ведь даже не понял, что угодил в расставленную ей ловушку.

– Аэропорт, – наконец произнес Джованни, и облегчение, прозвучавшее в его голосе, показалось бы ей комичным, если бы не предмет разговора.

– Скажите, – она положила ладонь на его руку, – насколько серьезны были проблемы Себа? Несчастный случай действительно произошел из-за них?

Помощник Сандро демонстративно посмотрел на часы:

– Вы опоздаете на свой рейс.

– Пожалуйста!

Он вздохнул:

– Себ очень много выпил в тот день, а наркотики… – он виновато пожал плечами, – делали его неуправляемым. Мы не могли его остановить.

– Мы? – беспомощно переспросила она.

– Да, мы с синьором Розелли. Естественно, мы никому ничего не сказали, чтобы не трепать имя вашего брата. Я думал, вы уже в курсе.

– Да-да, я в курсе. Просто все равно больно слышать об этом. Простите.

– Что ж, вам пора, а то вы и впрямь опоздаете – совсем мало времени осталось, – напомнил Джованни. Но Чарли никак не могла отвлечься от своих грустных мыслей. Как она могла не заметить проблем Себастьяна? Как он умудрился так хорошо скрыть их от нее?

– Да, самолет, – повторила она и, подхватив свой чемодан, пошла в здание аэропорта. Там Чарли первым делом побежала в дамскую комнату и ополоснула лицо холодной водой, пытаясь справиться с накатившей на нее дурнотой и не заботясь о макияже.

Неужели это правда?

Так вот почему Себ пропустил несколько заездов в финале прошлого сезона…

– Нет, это неправда. Сандро бы мне сказал, – произнесла она вслух, обращаясь к собственному отражению.

И тут ее сердце снова пронзила боль – при мысли, что Алессандро вовсе не пытался защитить доброе имя Себа – просто спасал свою чертову репутацию. Ради этого и втянул ее в эту историю с презентацией, прикрывшись их поцелуем, как щитом.

Чарли закрыла лицо руками. Есть только один человек, кроме Алессандро, который может развеять сомнения – ее отец. Он вылетел в Италию сразу же, как узнал о несчастном случае. Себастьян умер через несколько часов после его прибытия. Но отец точно должен знать, были ли наркотики и алкоголь причиной его гибели.

Дрожащими пальцами она набрала номер отца.

– Привет, Чарли! – послышалось в трубке.

– Это правда, папа? – она не стала тратить время на вступления.

После продолжительной паузы ее отец тяжело вздохнул, и Чарли все поняла в то же мгновение. Земля пошатнулась у нее под ногами.

– О папа, почему ты мне ничего не сказал? – воскликнула она.

– Тебе не надо было знать, детка. Где ты сейчас, Чарли? – В голосе отца послышалось беспокойство.

– Еду домой, папа. Я скоро буду. Мне пора на регистрацию, а то я не успею на свой рейс.

– Чарли? – встревоженно позвал он.

– Да, пап, – отозвалась она.

– До встречи!

Ее сердце сжалось, сделало очередной кульбит, и она не смогла ничего сказать в ответ. Вместо этого Чарли спешно нажала отбой, пока не расплакалась. Это придется отложить на потом, пока она совсем не потеряла контроль над собой. Потом. Все потом. Сейчас ей надо на самолет.

Глава 12

Алессандро слонялся возле стоек регистрации, разглядывая пассажиров, и с каждой минутой его нетерпение нарастало. Где же Чарли? Он и сам недоумевал, почему вместо встречи поехал в аэропорт. Но он все же не мог отпустить ее просто так, не поговорив, не убедившись, что она в порядке.

Очередь на регистрацию на лондонский рейс быстро таяла, и его беспокойство становилось все сильнее. Джованни сказал, что Шарлот вела себя так, будто все знает. Но откуда? Он снова обратился к оператору за стойкой – и она опять отказалась давать ему информацию о пассажирах, причем на этот раз смотрела с еще большим подозрением.

Черт, да где же она? Словно испарилась. Прошла, как невидимка, потому что ненавидит его. Да он сам себя ненавидит! Надо было найти возможность сказать ей, не нарушая обещания, данного Себастьяну.

Он развернулся и зашагал прочь от стойки. Время регистрации почти подошло к концу. И что теперь? Заказывать билет на следующий лондонский рейс?

Внезапно он боковым зрением заметил женщину, спешащую прочь из терминала, и рванул за ней на всех парусах. Его сердце колотилось как бешеное – от надежды, что это Чарли, что она решила остаться, но в свете заходящего солнца он не мог как следует разглядеть ее. На улице десятки такси подъезжали и уезжали, но было не ясно, сидит ли в одном из них Чарли.

Растерянный, он стоял посреди дороги, мимо него проносились спешащие на рейсы пассажиры. Рев двигателей взлетающих самолетов звучал для него как похоронный звон. Каждый раз, когда в небо взмывал очередной из воздушных лайнеров, он умирал снова и снова. Наверняка в одном из них сидит Чарли.

Но что, если нет? Что, если та бежавшая женщина – все-таки Чарли? Куда бы она поехала?

И тут он понял. В единственное место, где она осталась бы один на один со своими воспоминаниями о брате. Где ее никто не стал бы искать. Но имеет ли он право поехать туда и нарушить ее уединение?

Ответ был прост. Он не только может, но и должен это сделать. Должен найти ее и рассказать все, что до этого держал в тайне. Она и так его ненавидит – ему нечего терять. Он бы предпочел, чтобы она высказала ему в лицо все, что думает, все свои обвинения, чем исчезла вот так, с невысказанной болью в душе.

Алессандро решительно направился к парковке, пытаясь в уме выстроить оптимальный маршрут к месту назначения – так, чтобы по возможности избежать миланских пробок.

Но задача оказалась почти непосильной – почти сразу же прямой путь к гостинице преградил затор, и ему пришлось отправиться в объезд, петляя по узким улочкам и испытывая свое терпение на прочность. Все это время он представлял, как Чарли сидит одна в зале отеля, рядом с автомобилем, и грустит. И это он причинил ей боль.

Он долго ехал по запруженным миланским улицам и наконец со вздохом облегчения припарковался у отеля, где проходила презентация. Бросил швейцару ключи от машины и вошел во вращающиеся двери. Медленно прошел к помещению, которое стало временным пристанищем для автомобиля – гладкого красного зверя, созданию которого Себ посвятил себя без остатка. Он все еще стоял там, пряча за красивым фасадом свои тайны.

Тишина, царившая в зале, поразила его. Алессандро оглядел помещение, но нигде не увидел Чарли.

Наконец шорох в дальнем углу привлек его внимание. Она была там, сидела за столом спиной к нему. Он испытал громадное облегчение. Осторожно, почти бесшумно приблизился к ней.

Чарли сидела, целиком погруженная в свои мысли, чувствуя себя преданной – двое мужчин, которых она любила, обманули ее. Она вперила взгляд в чашку кофе, уже холодного, словно он мог ответить на ее вопросы и подсказать, что делать.

Почему она приехала сюда? Почему просто не села в самолет? Потому что ей нужны ответы, и она просто не может уехать без них. Единственная проблема – все ответы у Алессандро, а он унесся прочь от нее на всех парусах.

Чарли со вздохом посмотрела на автомобиль.

– Ну почему, Себ? – прошептала она. И лишь тишина была ей ответом.

Внезапно она ощутила какое-то движение у себя за спиной и поняла, что в зале есть кто-то еще, кроме нее. Обернувшись, она увидела Алессандро Розелли – мужчину, которого ненавидела и любила с одинаковой силой.

– Что, еще не все испортил, что мог? – Язвительность, с которой она произнесла эту фразу, удивила не только Алессандро, но и ее саму. Но Чарли продолжала сидеть к нему спиной, вперив взгляд в автомобиль.

– Я делал то, что был должен, – он подошел и встал рядом с ней, но Чарли так и не повернула головы.

– То, что тебе было нужно, чтобы очистить от грязи свое имя. – Ее ледяной тон был холоднее, чем иней зимним утром.

– Ты все неправильно поняла, Чарли, – поморщился Сандро.

– Шарлот, – строго поправила она и посмотрела на него, смущенная собственной злостью и ощущением предательства, которое наполняло ее. – И все я поняла как надо. Ты снова будешь отрицать, что привез меня сюда, притворившись, что этого хотел Себ? Не ты ли соблазнил меня, использовал откровенные фотографии в прессе и скрыл от меня правду о гибели брата?

Алессандро подошел и встал прямо перед ней, заслонив от взора Чарли автомобиль – единственную нить, связующую ее с братом сейчас. Она тут же встала и направилась к машине, лишь бы не оставаться под пронизывающим взором его карих глаз.

– Я не хотел сделать тебе больно, Чарли.

– Шарлот! – Она вскочила со стула и оказалась с ним лицом к лицу. Ее поразил его тяжелый взгляд – куда только делся любящий мужчина, с которым она провела выходные?

– Я вижу, ты не готова слушать. – Он сел на стул, который она только что освободила, но не мог скрыть от нее своего раздражения.

– Вот это верно. Все, что ты говоришь, ложь. – Она вспомнила, как они занимались любовью, как он шептал ей слова любви на итальянском – и это тоже, похоже, была ложь. Чарли отвернулась от него и зажмурилась от пронзившей ее боли. Она открыла ему сердце, подарила себя и свою любовь – только для того, чтобы ее бессовестно использовали. Тишина, воцарившаяся в зале, подтверждала ее худшие догадки. Несмотря на пронзающую ее боль, она должна испить эту чашу до дна и услышать все от самого Сандро. Может быть, тогда она перестанет его любить.

Она решительно повернулась к столу, подвинула к себе другой стул и села. Что ж, отступать больше некуда. Она в последний раз выслушает его, чтобы узнать то, чего еще не знает. Хотя, если честно, часть ее не хочет ничего слышать, не хочет признавать, что ее брат дошел до этого, впал в пагубную зависимость и сам себя погубил.

– Я видела отчет, Сандро. Джованни сказал мне об алкоголе и… – ее дыхание сбилось, она с трудом подбирала слова, – наркотиках. Почему же ты скрыл это от меня?

Сандро с беспокойством посмотрел на нее, поймал ее взгляд и наконец решился заговорить:

– Этого хотел твой отец.

Чарли покачала головой:

– Не прикрывайся отцом! Он никогда бы не стал скрывать от меня такое, – произнося эти слова, она вспомнила разговор с отцом в аэропорту. Тишину, которая последовала в ответ на ее вопрос. Он ничего не признал, но его молчание было оглушительным.

– Ты уже говорила с ним?

– Да, в аэропорту. – Чарли посмотрела на Сандро, и желание воевать с ним и спорить внезапно покинуло ее. – Не понимаю, зачем ему это понадобилось.

– Он хотел, чтобы ты сохранила о Себе только светлые воспоминания, – мягко сказал Сандро, но Чарли все никак не могла с этим смириться. Допустим, отец хотел ее защитить, но Сандро? Каковы были его мотивы?

– А что насчет тебя? Почему ты все скрыл? – Ее снова охватили ярость и желание оградить себя от обмана.

– А как ты думаешь, что было бы, если бы обо всем узнала пресса?

Чарли буквально задохнулась, попытавшись представить последствия. Шок мгновенно лишил ее дара речи, лишил последних сил. Алессандро протянул руку и сжал ладонь Чарли. Она смотрела на его красивую загорелую руку, покрытую черными волосками, чувствовала жар его ладони – он наполнял и согревал ее. Но она все же вырвала ладонь, вскочила со стула, ножки которого жалобно заскрипели по мраморному полу.

– И что бы сделала пресса? – сказала она, не решаясь произнести вслух то, о чем подумала.

– А что они обычно делают с подобными историями, Чарли? – спокойно произнес он, откинувшись на спинку стула.

– Ну, это просто. Они бы разрушили бы твою репутацию.

Сандро встал, в его глазах поблескивали кусочки льда. Его взгляд заставил ее поежиться.

– Что бы ты там ни думала, Чарли, я не сделал ровным счетом ничего плохого.

– Ты соврал. Мне и миру.

– Да черт возьми! Ты что, не понимаешь? – Вот теперь он по-настоящему разозлился. – Я защищал не себя. Я защищал Себа. И тебя.

В отчаянии он направился к автомобилю и, прежде чем Чарли смогла сказать хоть слово, обернулся и посмотрел на нее – словно с другого конца света.

Чарли тоже злилась – как он смеет снова использовать Себа, после всего, что произошло? Эмоции захлестнули ее с новой силой, и в конце концов плотину прорвало.

– Да как ты можешь прикрываться моим братом после того, как отдал фото нашего поцелуя журналистам? Одного этого снимка было достаточно, чтобы очистить твою репутацию, смыть с тебя вину. И теперь оно повсюду – наверняка и в Интернете тоже.

Алессандро не двигался. Он молча слушал ее тираду, стоял, высокий и сильный, и наблюдал, как она подходит к нему ближе и ближе.

– Я не заставлял тебя целоваться со мной.

На Чарли словно вылили ушат холодной воды. На это ей было нечего сказать. Он не принуждал ее, это так. Она сама хотела этого поцелуя.

– Ты воспользовался ситуацией!

– Под ситуацией ты подразумеваешь вспыхнувшую между нами страсть? – Блеск его глаз буквально прожег Чарли насквозь.

– Это просто удобное прикрытие для тебя, – несмотря на браваду, ее голос дрожал, и Чарли ненавидела себя за это.

Не надо было поддаваться этому жгучему желанию. Но тогда она всю жизнь мучилась бы вопросом, не упустила ли что-то важное, что-то интересное. Что было бы, если? Что ж, зато теперь ей придется жить с ощущением, что ее грубо использовали, что она влюбилась в мужчину, который обманом прокрался в ее сердце и использовал ее.

Алессандро наблюдал за игрой эмоций на лице Чарли. Шок, отрицание, ненависть. Даже страсть и желание. Но ничего похожего на то, что он испытывал к ней.

– То есть ты не отрицаешь, что страсть существует? – Он словно шел по канату и в любой момент мог упасть в пропасть. – Что ты хотела меня, когда мы целовались прямо здесь?

Она посмотрела на него, ее взгляд говорил сам за себя. Но губы хранили ледяное молчание.

– Не убегай от того, что существует между нами, дорогая!

– Мне нет нужды бежать, Сандро. Я могу управлять этим чувством. Только это не страсть. Обычное вожделение, – наконец, тяжело дыша, ответила она.

Сандро не шелохнулся, чувствуя почти физически, что за ее словами стоит нечто большее. Чарли буквально трясло от эмоций, это было видно невооруженным глазом. Он смотрел на ее прекрасное бледное лицо, на длинные трепещущие ресницы. Его сердце сжалось, но он все еще не мог приблизиться к ней и прижать ее к себе.

– С вожделением я вполне могу справиться, – вновь решительно заговорила Чарли. – От чего я действительно хочу сбежать – так это от твоей бесконечной лжи.

Алессандро в отчаянии помотал головой. Нет, ему никогда не удастся убедить ее, что он не имеет отношения к появлению фото на страницах газет.

– Я понимаю, как это выглядит в твоих глазах, – начал он, но Чарли его оборвала:

– Что сказал бы Себ, если бы узнал, как жестоко ты меня обманул? Если бы он узнал о нас?

При этих словах у Сандро появился проблеск надежды.

– Может, он именно этого и хотел?

– Откуда тебе знать?

Чарли отвернулась, и на мгновение ему показалось, что она хочет уйти. А второй раз догнать ее он не сможет. И Сандро осторожно направился к ней.

– Себ просил меня позаботиться о тебе, – мягко сказал он. – И не только в ту злополучную ночь, но и несколько раз до этого.

– Это ничего не значит. – Чарли слегка повернула голову, и он увидел ее профиль, искаженный душевной болью. – И ты все-таки должен был сказать мне о наркотиках и алкоголе, – продолжила она дрожащим голосом. – Я имею право знать!

Алессандро с болью отчаяния понимал, что, если сейчас она убежит от него, движимая своей болью, это будет уже навсегда. И он боролся за нее, как мог.

– Себ был вне себя от горя, что ты когда-нибудь узнаешь правду о его пагубной страсти, и я пообещал, что не выдам его. Я хотел его успокоить. Прости, Шарлот. У меня просто не было выбора.

Он говорил и думал, почему все же он приехал именно сюда. Все, чего ему хотелось, – заключить ее в свои объятия, успокоить, как тогда в офисе. Может, и надо было сразу сказать ей правду, но она же такая хрупкая! И он сохранил свой секрет. И вообще, как сказать женщине, с которой ты только что так страстно целовался, новость вроде этой? И он эгоистично насладился вспышкой страсти, которая – он знал это – была не просто вожделением. По крайней мере, для него. То была любовь.

Он любит ее. Он не просто желает ее тело – он любит ее сильно, до боли. Она так нужна ему! Полностью и безусловно.

Чарли обдумывала слова Сандро. Он держал слово, данное Себастьяну, был волей обстоятельств втянут в эту ситуацию. Да, правду она узнала не от него. Но не говорит ли это о том, что он повел себя достойно?

Она закрыла глаза, с болью принимая правду, которую наконец узнала целиком и полностью. Одновременно Чарли понимала, что пришло время двигаться дальше, оставить свое убежище в саду и жить той жизнью, которую ей желал Себ. И в этот момент Сандро обвил ее стан руками и привлек к себе. Именно там, в его объятиях, она и хотела оставаться отныне и навеки. Но это еще не значит, что он любит ее. Ведь он так охотно согласился на короткий роман без обязательств.

– Почему ты оказался здесь, Сандро? – Она заглянула в его глаза почти без всякой надежды. Но все же он здесь, он так нежно обнимает ее – значит ли это что-нибудь?

– Я не мог позволить тебе уехать, ничего не объяснив. – Его лицо было серьезно, но она отчаянно искала в нем нечто большее. – А ты? Почему ты приехала сюда?

Чарли посмотрела на него, гадая, видит ли он ответ на свой вопрос в ее сияющем взоре. Он защищал ее от суровой правды все это время. Она больше не испытывает ненависти к нему. Она любит его. Он дорогой для себя ценой сдержал клятву, данную Себу, и от этого она любит его еще больше. Но разве может она произнести все это вслух?

– Я не могла уехать. Не сейчас. Мне нужна была вся правда. – Чарли опустила ресницы, не желая смотреть на Алессандро, не смея надеяться на лучшее.

Ей показалось, или объятия Сандро стали не такими крепкими?

– Ну а теперь, когда ты все знаешь, – он разомкнул объятия и отошел к автомобилю, – ты вернешься к своей прежней жизни?

Это звучало так, словно он отпускает ее на все четыре стороны. Отпускает дальше искать свою судьбу. Без него. Неужели он не понимает, что он – ее судьба? Что если она ему не нужна, то ей не к чему возвращаться? Чарли не могла унять охватившую ее дрожь и не могла подобрать слов, чтобы сказать то, что ему надо знать.

– Сандро, я… – Внезапно ей показалось, что она задыхается, в легких не хватало воздуха, голова кружилась.

Он смотрел на нее, нахмурившись, но в его глазах она наконец-то увидела то, что ей было так нужно увидеть! В их темных глубинах отражалась та же безнадежность, которая наполняла ее сердце, и она поняла – ей все-таки надо произнести эти слова вслух. И она понимала, почему он не хочет сказать их первым. Она же так долго настаивала на том, что ей нужны не серьезные отношения, а лишь короткий бурный роман.

– Сандро, я не могу уехать, не сказав этого.

Чарли медленно подошла к нему, ее сердце билось так гулко, что она не слышала собственных мыслей. Алессандро отвернулся, запустил пальцы в волосы, словно заранее отклоняя все, что она могла ему сказать. Неужели она неверно истолковала надежду в его глазах?

– Просто уезжай, Шарлот. Если это то, чего ты хочешь, тут не о чем больше говорить. – Его лицо окаменело, но она видела скрытую боль и понимала, что не ошиблась в своих надеждах.

– Я люблю тебя, Сандро. – В комнате воцарилась невыносимая, оглушительная тишина. Мгновение он не шевелился. На его лице отразилось недоверие, но секунду спустя он сделал шаг ей навстречу, взял ее за руки, привлек к себе. Чарли в отчаянии ждала, когда он скажет что-нибудь, но Алессандро просто смотрел на нее. Наконец он нарушил молчание.

– Ti amo, ti amo[6], – его восхитительный акцент ласкал ей слух, каждое слово казалось упоительным. Его губы, мгновение назад сурово сжатые, сейчас нежно улыбались. Удивлением и счастьем светились его выразительные черные глаза, и Чарли упала в его объятия с таким чувством, словно наконец вернулась домой. Вот где ей надо быть, чтобы двигаться дальше!

В объятиях любимого мужчины.

Примечания

1

Извините (ит.).

2

Да, сюда (ит.).

3

Но чтобы любить женщину (ит.).

4

Очень красиво (ит.).

5

Любовь моя (ит.).

6

Люблю тебя, люблю (ит.).

Content

Рейчел Томас
Вопреки желанию
Роман

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Примечания