Лехнер Игорь Сергеевич

Паранойя. Космические Шахматы

Глава 1. Первые контакты

1305 год где-то в Сербии. Лунный свет через окно озарял монаха, стоявшего на коленях перед распятием в келье. Справа от распятия висел огромный двуручный меч, чье гладкое, обоюдоострое лезвие словно святилось изнутри в лунном сиянии. Несмотря на безупречность стали, потертая рукоять и посеченная ударами врагов гарда, говорили о том, что оружием часто пользовались. Монах любил и уважал свой меч, слово тот был живым существом. В свободное от молитв и тренировок время он бережно полировал и затачивал его лезвие.

Слева от распятия висел треугольный большой щит, у которого была не менее славная история, чем у меча. Они сопровождали монаха еще с тех времен, когда он был мальчишкой, и силенок поднять их едва хватало. Оба эти предмета были сделаны из небесного металла, который, как считалось, был ниспослан свыше.

Меч и щит прошли вместе с ним ни один крестовый поход. Когда-то на отполированном щите красовался красный крест – знак ордена тамплиеров, к которому принадлежал монах. Были времена, когда перед сражением, будучи молодым рыцарем, он стоял в первых рядах, и враги в страхе бежали, ослепленные отраженным от зеркального щита лучами солнца. Давно это было.

Столкнувшись на своем жизненном пути с некоторыми необъяснимыми вещами, которые кроме как происками дьявола не назовешь, рыцарь оставил ратные подвиги молодому поколению и ушел в инквизицию бороться с исчадиями ада.

– Отец наш всемогущий, даруй мне знак, что на пути я верном, даруй силы бороться…

Он осёкся, услышав не привычный слуху, резко шуршащий звук, прервавший молитву инквизитора, заставив его выглянуть в окно. На фоне полной луны одна из звезд, которая должна неподвижно занимать свое место на холсте ночного неба, стремительно падала, увеличиваясь в размерах. Она зависла над лесом недалеко от монастыря, сканируя светом верхушки деревьев древней чащи, и исчезла в нем. Лес оставался темным и непроницаемым для острого взгляда инквизитора.

– А вот и знак,– ни к кому не обращаясь, пробормотал он себе под нос.

Сняв со стены распятие, и пристегнув к нему серебряную цепь, он спрятал его под монашескую рясу. Оно глухо стукнуло о кольчугу, которая пряталась под ней. Сняв щит, он приторочил его себе за спину, и вытянул тяжелый клинок в сторону открытого окна, держав его одной рукой, любуясь, как лунный свет играет на длинном безупречно отполированном лезвии.

– Я готов, Отец мой.

Перекрестившись и не предупредив братьев, он уверенным шагом покинул монастырь, преисполненный верой в том, что этот знак послан лишь ему одному.

Темная летняя ночь в лесу полна жизни, сопровождаемая самыми различными звуками. Шелест листьев, журчание ручейка, поскрипывание стволов деревьев, впрочем, все они были легко распознаваемы для чуткого слуха инквизитора, легко и бесшумно крадущегося к источнику призрачного свечения в чаще леса. Сопровождаемый стрекотом цикад и подмигиванием светлячков, он, наконец, добрался до своей цели. Вот только теперь, прячась в тени могучего дуба, он не знал, как быть дальше.

Существа, которые словно что-то искали, с непонятными предметами в своих длинных руках, людьми не были. Высокие и тощие, в непрактичных и хлипких на его взгляд доспехах, большие вытянутые головы, напоминающие яйцо, с двумя огромными миндалевидными глазами. На ангелов они не походили. Отсутствие у этих созданий рогов и хвостов также исключали из представления инквизитора и демонов.

– Быть может это нежить?! – сделал он предположение, обратив внимание на их бледную кожу. -Ну конечно же, мертвяки, – начал он развивать свою мысль. – Наверняка ищут очередной погост.

Окинув взглядом большую блестящую штуковину, которая подсвечивала мягким светом поляну, он убедился в своих выводах. По виду конструкция напоминала гроб. Эти странные создания поднимали что-то с земли и несли в саркофаг, а выходили уже с пустыми руками.

Мертвяки, как он для себя их окрестил, сорвав ветку или оторвав кусок коры от дерева, поднимали что-то с земли, рассматривали и складывали добытое в квадратную черную коробку. Скрывались в недрах гроба, чтобы через мгновение появиться вновь. Всё это происходило в окружении звуков ночного леса, отчего картина приобретала мистический вид.

Пытаясь разгадать замысел всевышнего, зачем он его сюда направил, и что же он должен сделать, его осенило: « – Да они же магический ритуал проводить собрались, вот и собирают компоненты для своего адского зелья, или еще для чего».

Теперь, когда ему все стало ясно, со словами благодарности Господу за ниспосланный знак, он снял со спины щит и обнажив клинок вышел на поляну.

–Именем Господа Бога нашего, изыди, нечисть, – выкрикнул он, бросаясь в атаку. Прикрываясь щитом, инквизитор стремительно подбежал к ближайшему упырю, обрушив на него страшный удар двуручного меча, разрубив его надвое от ключицы до пояса, обагрив клинок бледно-голубой жижей. Видимо она заменяла кровь нежити, которая стояла в растерянности от увиденного и его неожиданного появления на поляне. Не давая никому времени опомниться, святой отец был уже рядом со вторым монстром, которого на подлете сильно долбанул по шее краем щита, снося тому голову. Развернувшись лицом к оставшимся трем, он краем глаза успел заметить направленную на него какую-то трубку. Выстрелить из нее, впрочем, не успели. Брошенный, словно копье, меч, пронзил нежить насквозь вместе с нелепыми доспехами, а его тело от силы инерции брошенного меча, отшвырнуло в сторону. Не прекращая ни на секунды стремительного движения в сторону врага, монах выхватил из-за пояса кинжал длинной в локоть, больше походивший на короткий меч. Один из мертвяков издал странные свистящие звуки, и из трубки, которая невесть как и откуда оказалась у него в руках, вырвался зеленый, цвета молодой травки луч. Он попал в щит, зеркальная поверхность которого, отразила его смертоносное излучение в рядом стоящего собрата, продырявив его насквозь. Запах паленого мяса еще не достиг ноздрей инквизитора, как в голову стрелявшего в него мертвяка почти по самую рукоять вошел кинжал, отбросив тело в дверной проем так называемого гроба.

Перекатившись и выдернув двуручник из тела мертвяка, монах прикрываясь щитом двинулся ко входу в гроб, готовый к любым неожиданностям, которые могла преподнести ему нежить. Осмотревшись и убедившись, что нежити в гробу больше нет, он позволил себе немножко расслабиться.

Изнутри гроб не был таким уж большим, каким казался снаружи. По стенам и потолку тянулись серебристые трубы, уходя куда-то в его нутро. Какие-то странные святящиеся и жужжащие механизмы были повсюду, сбивая с толку. Пройдя немного в глубь он уперся в серебристую металлическую стену. И все, больше ничего не было, тупик. Неподвижно на полках стояли черные ящики, точно такие же, как те, в которые складывали свои ингредиенты для колдовства теперь уже наверняка мертвые мертвяки. С виду небольшие и не тяжелые ящики, при попытки снять их с полки, чтобы посмотреть, что там в них складывали, не сдвинулись с места. Попытка поддеть их кинжалом также успехом не увенчалась. Будто приросли.

–Колдовские штучки, – решил монах, и довольный собой насвистывая какую-то незатейливою мелодию, двинулся к выходу, чтобы собрать тела, занести их внутрь и сжечь гроб вместе с ними.

Тяжелые для своей худощавой комплекции мертвяки пахли отнюдь не мертвечиной, а то ли персиком, то ли еще чем-то таким сладковатым. По представлениям инквизитора, нежить так пахнуть не должна, хотя пути господни неисповедимы, думал он, затаскивая последнее тело в кучу к остальным в глубину гроба, он увидел на запястье мертвеца украшение. Оно святилось желтым цветом, но после перемещения мертвяка внутрь гроба, вдруг сделалось белым, и металлическая стена, возле которой он складывал трупы, бесшумно отъехала в сторону, спрятавшись в стене и открывая проход в небольшое помещение. Выхватив кинжал, он ринулся внутрь, действуя на опережение возможного врага. Однако нападения не последовало. Осмотревшись и никого не обнаружив, он стал рассматривать окружающую его фантастическую обстановку.

Пять кресел стояли полукругом, обращенными в сторону окна, в котором виднелся не ночной лес, как должно было быть, а непонятные символы, похожие на снежинки, сменяющие друг друга, и совершенно непонятные и невиданные пейзажи каких-то пустынных местностей, которых он никогда раньше не видел и не знал, в каких странах это находится.

–Картина Ада, – решил он и перевел взор на мигающие подобно драгоценным камням огоньки, которые весело перемигивались на постаментах перед креслами. Над одним из центральных постаментов прямо в воздухе висело нечто прекрасное. Сияющий желтый шар, вокруг которого плавно парили девять разноцветных шариков разных цветов. Вокруг этих шаров, в свою очередь, крутились с разной скоростью шарики поменьше. Залюбовавшись этой красотой, он чуть не сделал сальто на месте от резко раздавшихся свистящих трелей. В окне появился лик нежити, один в один похожий на тех, что валялись на пороге этого помещения. Действуя чисто рефлекторно, инквизитор метнул кинжал в окно, угодив прямо в глаз здоровенной башке. Посыпались искры, окно мигнуло и погасло. Свистящие звуки, тем не менее, продолжали, доносится со стороны одной из панелей с мигающими снежинками. Найдя источник звука, и решив, что нежить спряталась внутри, он воткнул меч в щель, из которой доносились звуки, оборвав тем самым свистящие трели.

Разряд, вызванный замыканием электрических цепей, пройдя по мечу, отшвырнул инквизитора в сторону, сильно приложив его о стальную стену гроба. Свет погас. Через некоторое время он постепенно разгорелся снова. Оглушенный монах медленно поднимался с пола, радуясь, что успел вовремя прервать заклинание, которое произносил мертвяк. Он искренне верил, что иначе оно точно бы убило его. Инквизитор, вынув и осмотрев свой меч, порадовался тому, что заклинание не повредило и его. В очередной раз уверовал, что металл, из которого было выковано оружие, имеет божественное происхождение. Внимание инквизитора привлекла разгорающаяся оранжевая снежинка на панели.

–Опять колдовские штучки, – в слух сказал он. Вонзая в огонек кинжал. Страшная неведомая сила скрутила его, бросила на пол, вдавливая его все сильнее и сильнее. Дышать было трудно, словно великан наступил на грудь. В глазах потемнело, из носа потекла кровь, стекая по щеке горячим ручейком. Он потерял сознание, с мыслями, что Господь, видимо, призвал его к себе.

**********************************************************

1943 год. Где то под Воронежем.

– Вот за то, что проморгал в тот раз, тебе «языка» и доставать, сказал как отрезал командир партизанского отряда, отчитывая бородатого мужика, хмуро смотрящего себе под ноги, чувствуя за собой вину. – Тебе все ясно, Ерема? – Осведомился командир.

– Ясно, что ж не ясного. Сделаю. – ответил казак, засовывая два магазина ППШ в подсумок и проверяя, надежно ли держится остро заточенная саперная лопатка на поясе. Поправив папаху, он развернулся на месте и бесшумно, что казалось почти не возможным для его могучей комплекции, скрылся в чаще, где как докладывали разведчики, был лагерь, оборудованный фашистами.

Ерема еще до революции подолгу жил в лесу с отцом, который был егерем при казачьем стане воронежской губернии. Отец учил его секретам леса, считая его живым. Заходя в лес, он всегда клал на пенёк краюшку хлеба или ещё чего-нибудь съестного, что-то шептал и лишь после этого мог позволить себе и сыну углубится в чащу. Егерь объяснял маленькому Ерёме, что лес нужно уважать и приносить ему дары, и тогда он будет делится своими богатствами. Что бы там ни было: суеверия отца или старые обычаи, но охота у них всегда была славной, а сбор ягод и грибов рекордным по сравнению с другими. Этот самый непроходимый для всякого лес был ему как дом родной.

–Если, как говорит разведка, немец только пришел, то ночного дозора опасаться можно не шибко, с другой стороны, осторожность не помешает, -размышлял Ерема, словно тень скользящий по ночному темному лесу. Он свернул в сторону оврага, чтобы сократить путь и зайти с удачной как он считал стороны к лагерю.

Овраг этот был для него памятным местом. Еще пацаном он сорвался в него, сломав ногу. Помнил, как страшно и больно ему было на дне оврага среди корней лесных исполинов, непривычных запахов и звуков. Дневной свет в глубину лесного оврага соваться не особо любил, также как и лесная живность. Жутковатое место. Но сейчас это был самый безопасный путь для его задания – взять «языка» во вражеском лагере. Это вам не за грибами сходить.

Ерема аккуратно спускался, держась, что бы, не сорваться, за оголенные корни деревьев. Кожа на руках покрылась мурашками от сырости и холода. Сказывалась разница температур в лесу и на дне оврага, которое солнце днем обходит стороной. Краем глаза он увидел какое-то движение, звуков при этом кроме своего дыхания он не слышал. Партизан замер, затаившись.

–Может, показалось? Незачем рисковать, – решил выждать Ерема, благоразумно рассудив, что береженного Бог бережет. Напряженно вглядываясь во тьму, он увидел, как что то темное, какой то силуэт удалялся от него, двигаясь также бесшумно, как он сам по дну оврага. – Наших тут быть не может. Вот он и шанс, – не веря в свою удачу, Ерема двинулся следом. Шагов через двести он уже был на расстоянии броска саперной лопатки, но нападать не спешил. Решил выждать, вдруг он здесь не один.

Ничего не подозревающая жертва шла в полной темноте, ловко лавируя между валунами и корнями, будто знала, где и что находится. Однако было заметно, что он что-то ищет: то камень поднимет, то корень по долгу рассматривает, и то что понравится, складывает в какую то коробку. Ерема подбирался все ближе.

– Вроде один, нужно брать! – Партизан осторожно отстегнул лопатку с пояса, не снимая специально сделанного толстого кожаного чехла для острого как лезвие инструмента, чтобы не убить, а оглушить. Привычным движением, найдя нужный баланс деревянной рукояти, сделал широкий замах, отведя руку назад. В этот момент сухая ветка предательски хрустнула под ногой. Жертва круто развернулась на месте, вглядываясь во тьму, но было поздно. Навык метания лопаток, топоров и прочих предметов сын егеря оттачивал годами. Острие, закрытое толстой кожей, попало врагу точно в голову. Сильный удар прозвучал странно глухо, будто лопатка попала не в голову, а по каске, или еще по чему. Не теряя времени, Ерема метнулся к телу, намереваясь связать и тащить его к своим пока не поднялся шум, но приблизившись, замер. Перед ним лежал какой-то странный человек без лица. На его голове и правда была каска, только скрывала она всю голову полностью. Лица не было видно за непроницаемым чёрным стеклом. Длинное худое тело поразило его не меньше, чем шлем. Человек был примерно двух с лишним метров ростом, одет он был в черный комбинезон, сливавшийся с ночной тьмой. Тонкие длинные руки и ноги создавали впечатление какого-то рахита из-за непомерно большой головы, или, может быть, такой обман зрения создавал шлем, одетый на голову.

– С другой стороны хорошо, что немец не оказался двухметровым амбалом, иначе, как его тащить то, – думал партизан, не переставая удивляться худобе поверженного, и беря пленника за кисть, дабы стянуть веревкой потуже.

–Из Освенцима он что ли? Или не кормят их там,– додумать он не смог, обнаружив всего по три длинных пальца на каждой руке. – Это что еще за фигня?. – Ерема перевернул тело на живот и стянул руки за спиной, попытался снять с него шлем, чтобы вставить ему кляп так, на всякий случай.

Казалось, он был словно литой с его комбинезоном. Ни швов, ни застежек, ничего! Ерема был так увлечен этим занятием, что не заметил, как еще две точно такие же черные фигуры, как лежала перед ним, бесшумно подкрались сзади. Интуиция, однако, не подвела. Почувствовав взгляд в спину, он резко обернулся, держа ППШ наготове, однако выстрелить не успел. Яркая синяя вспышка буквально ослепила его, а электрический разряд свел судорогой каждую мышцу. Уже падая на землю, он подумал: «Скоро рассвет, а я тут валяюсь!». После этого его поглотила тьма.

Глава 2. Крейсер Проблема. 2017 год

Крейсер, сокрытый полями преломления и абсолютно не видимый для аппаратуры возможного слежения, скользил темной тенью по системному пространству, направляясь к третьей от солнца планете. Еще до входа в систему были отправлены зонды-шпионы, маскирующиеся под метеориты, в задачу которых входил сбор информации о каждой из 9 крупных планет. Они сообщили об их не заселенности, кроме третьей планеты. Не обнаружив практически никакого движения в системе, за исключения техногенного присутствия на орбите единственной обитаемой планеты, командир разведывательной экспедиции счел возможным ввести в систему крейсер, соблюдая, однако, максимальную осторожность. Когда то именно в этом секторе пропали две предыдущие экспедиции. Самая первая еще почти 700 лет назад. Но тогда они не предали этому большого значения. Это были первые экспериментальные корабли дальней разведки, к тому же сигнал бедствия не приходил. Мало ли что могло случиться.

Второй корабль пропал около 80 лет назад. Сигнал с такого расстояния пришел совсем недавно. Разобрать его так и не вышло, также как точное местоположение корабля на момент отправки сигнала. Причин этому могло быть множество: от вспышек на солнце до космических черных дыр. Это сейчас технологии достигли такого уровня, что могут игнорировать подобные эффекты, а тогда…

Экипаж, весь в напряжении, всматривался в показания следящей аппаратуры в поисках возможной угрозы. Все помнили предыдущие две экспедиции, исчезнувшие по неизвестным причинам.

– Ссильно ссомневаюсь, – размышлял капитан, – цивилизация сс третьей планеты, этого голубого маленького шарика, имеет какое либо отношение к исчезновению серьёзных боевых звездолётов. Они, судя по тому что передали зонды, только начали осваивать околопланетное пространство, так что маловероятно могли представлять какую либо серьезную угрозу. Также к облегчению капитана, они навряд ли являлись искомой расой, которая представляет реальную угрозу его народу.

Обитатели третьей планеты внешне имели определенное сходство с тем, кого он так боялся найти, хотя это, по большому счету, ничего не значило. Корпус разведки за много лет обнаружил множество разумных существ. Так видимо устроена природа, что большинству из них досталось по 2 ноги и по 2 руки, хотя есть, конечно, и исключения. Но эти примитивные по его меркам существа имели особое сходство с его врагами, чисто внешнее, конечно. Технически им было также далеко до Атлантов, как если идти пешком в его родную систему.

–Чтобы быть уверенным, нужно взять образец, ведь нельзя пренебрегать инструкциями, кроме того ученые хорошо платят за такие образцы, – подумал капитан не без удовольствия.

Крейсер черной тенью, занял место на орбите газового гиганта, практически спрятавшись в его мощных гравитационных и радиационных полях. Так, на всякий случай. Капитан смотрел, как удаляется от корабля серебристый диск, отправившийся за образцом к разумным представителям этой системы.

Глава 3. Человеческий фактор

Майор Крайнов совершенно не понял, как он оказался в этом странном месте. После дежурства он спокойно ехал с секретной военной базы, находящейся под Калининградом. Выехав на федеральную трассу, он расслабился и наслаждался. Тихая звездная летняя ночь, чистая ровная дорога и ни одной машины на горизонте. «Красота», – подумал он, вдавливая педаль акселератора в пол. Ауди, взятый в кредит, с лихвой оправдывал все переплаченные проценты, стремительно набирая скорость, приятно вдавливая спину майора в спортивное кресло.

Вдруг яркий белый свет, словно кто-то включил огромную лампу дневного света, ослепил его, заставил зажмуриться и вдавить в пол педаль тормоза. Визг резины и темнота. Больше он ничего не помнил.

В себя пришел от того, что все тело ныло от онемения. Он обнаружил себя лежащим на холодном металлическом полу. По виду это была камера без видимых дверей, стыков и швов изнутри, судя по размерам похожая на грузовой контейнер. Серьезная школа военной подготовки, которую он прошел по специальности «агент диверсионной группы», не дала ему растеряться. Быстро сообразив, что если его до сих пор не убили, значит, он нужен живым, Крайнов решил занять выжидательную позицию. Подойдя к дальней стене, присел, опершись об нее спиной. Стал ждать.

*****************************************************

Группа существ наблюдала за подопытным через стекло, замаскированное под металлическую стену. Помещение, в котором находился испытуемый образец биоматериала, выглядела как металлическая прямоугольная коробка. Глазу в помещении зацепиться было не за что. Не было видно даже мест соединения толстых металлических плит.

– Это тот ссамый?, – спросил капитан космического крейсера со звучным названием «Проблема».

– Его ДНК на 85% ссхожи с исскомой рассой, -отозвался научный сотрудник.

– Что то он мелковат!, – хмуро заметил капитан.

– Хм, да!, – согласился ученый. – Возможно это продукт их эксспериментов или их потомок, хотя я бы не сстал торопитьсся с выводами.

– Хорошо, если бы это были их потомки, – капитан потер трехпалые ладони друг о друга, предвкушении кровавой расправы.

– Прошло много времени, они могли видоизменитьсся, что, ксстати, коссвенно подтверждают осставленные ими посслания, впрочем, тесст покажет, – закончил ученый, активируя механизмы в комнате с испытуемым.

Включившаяся аппаратура начала чутко прощупывать все пространство в металлической камере на всех уровнях излучаемых частот. Панели экранов в рубке управления за толстым бронированным стеклом, замаскированным под стальную стену, осветились столбцами и таблицами с данными.

– Излучения мозга минимальны, ПСИ энергия не обнаружена, ментальное излучение также отссутствует, как впрочем и никаких других видов энергии не регисстрирую, – доложил один из ученых, считывая полученные данные.

– Ссоздайте угрозу, – распорядился командир, – так он должен ссебя проявить.

Существо, появившееся перед испытуемым, казалось, материализовалось прямо из воздуха. Оно было ужасающего вида. Осмотревшись, поворачивая из стороны в сторону страшную морду, раздувая ноздри, принюхиваясь, оно, разинув клыкастую пасть, двинулось в сторону неподвижно сидящего, прислонившегося к стене человека. Из пасти с клыков на пол стекали струйками пузырящиеся слюни бледно-зеленоватого оттенка. Глаза, также сочащиеся неприятного вида выделениями с горизонтальными зрачками, жадно вглядывались в пленника. Это не были глаза животного, в них явно читалось безумие. Человек подскочил, издав громкий крик, который сразу сменился хрипом. Он одной рукой схватился за горло, другую прижав к груди, упал на пол. Он продолжал хрипеть, изо рта потекла пена. Сотрясаемое судорогами тело конвульсивно дергалось.

– Сстоп, он что, ссейчас от сстраха умрет? – разочарованно протянул капитан, глядя на припадок образца.

Ученый нажал на консоли соответствующие кнопки, и монстр в камере исчез, так же как и появился, растворившись в воздухе. Испытуемый продолжал кататься по полу, держась обеими руками за горло. Пена на его губах стала кровавой.

– Извлечь и изучить. Может быть этот вид в качесстве рабочей ссилы ссгодится, – распорядился капитан, выходя из лаборатории.

*****************************************************

Словно из воздуха в противоположном конце помещения появилось существо жуткого вида. Медленно осмотревшись, оно не спеша двинулось в сторону Крайнова. Оценив свои шансы против монстра, рассмотрев его в мельчайших деталях, человек пришел к выводу, что их катастрофически мало.

Из пасти зверя тягучими струями текла слюна. Наметанный глаз отметил, что капая на пол, она не оставляла следов. Прикинув в уме, как должен смердить этот монстр, вонь должна была стоять неимоверная. Ее отсутствие также не осталось без внимания. Чуткий слух не уловил звука, который должны были создавать длинные когтистые лапы.

– Интересно, – подумал он, – кто же мои тюремщики? Показав сначала испуг, переходящий в ужас, он схватился руками за горло, изображая приступ эпилепсии, тем самым навязывая свои правила игры. Майор очень желал увидеть тех, кто его пленил. Результат не заставил себя ждать. Краем глаза заметив, как монстр растворился в воздухе, что подтвердило его догадку о нереальном происхождении, он позволил себе немного расслабиться. Затем Крайнов прокусил губу и, взболтав слюну вперемешку с кровью, выпустил ее наружу, снизив амплитуду своих конвульсий.

Через некоторое время появились его похитители. То, что он увидел, чуть было не вышибло его из образа припадка, лишь неимоверным усилием воли заставив себя играть выбранную роль, выжидая удобного момента для активных действий. Только теперь он не знал, что именно следует предпринять. В проявившемся проеме стояли не люди. Это были существа примерно двухметрового роста, телосложением походившие на дистрофиков.

**********************************************************

Командир крейсера ходил по капитанскому мостику взад-вперед, терзаемый противоречивыми чувствами. С одной стороны, он был рад, что ему не довелось найти тех, кого они боялись; с другой стороны, найти их было необходимо, если они вообще еще живы, чтобы знать откуда их стоит ждать.

– На сстарт, проложить курсс домой, – Отдал приказ всем системам капитан, – мы возвращаемся.

Подготовка к старту займет некоторое время. Он плюхнулся в свое кресло, взяв в руки запотевший стакан с напитком, и погрузился в размышления, глядя на медленно стекающие капли конденсата.

Первая раса, найденная им в этом походе, выглядела до того жалко, что не могла иметь отношения к тем, чьи следы он искал и боялся найти. Остальные три тоже при детальном изучении оказались не теми. Это пятая раса, которая называла себя человеками, была многообещающим вариантом, но, похоже, опять мимо.

Сигналы, которые принимал в пути крейсер, показали всего лишь их развлечения: кровавые сцены боевых действий, убийства друг друга и животных. Эти приматы называют это «КИНО». Кровожадная раса. Они могли бы претендовать на звание потомков Атлантов. Даже внешне они были схожи, только размерами мелковаты. Он изначально отдавал себе отчет, наблюдая за человечеством с помощью зондов, что это не могут быть Атланты. Примитивные и алчные, спорящие и воюющие из-за жалких ресурсов своей жалкой планетки. Будь они хоть чуточку умнее, то начали бы разработку и добычу ресурсов на планетах своей системы, очень богатой, между прочим – отмечал он про себя. Им крупно повезло, что они одиноки в своей солнечной системе и являются доминантным видом, впрочем, дуракам всегда везет. И откуда интересно здесь такие богатства? Эту систему в любом случае нужно взять на заметку.

В его родной системе с 30-ю планетами и бесчисленными спутниками, когда то сосуществовали три расы, в незапамятные времена воюющие между собой за место под солнцем. Те, кто одержал вверх в той войне, ушли, полностью истребив паукообразных Кваргов, и ввергнув его собственный народ в каменный век, в котором он пребывали несколько тысяч лет, оставив на каждой из планет огромные обелиски с посланием тем, кто их найдет.

На этих обелисках они подробно изложили суть случившегося, за исключением того, что, видимо, забыли упомянуть – это именно они начали ту войну, это им всегда и всего было мало. Вся их история – это сплошная череда кровопролитных войн. Все их достижения, все их технологии в той или иной мере являлись оружием. Когда странные и непонятные Кварги предложили образовать военный союз против Атлантов, его народ с радостью согласился, ибо видели древние вожди, что без поддержки друг друга им не выжить.

Но как показала практика, даже объединенная мощь двух цивилизация оказалась бессильна перед военной мощью и изощренной хитростью атлантов. Эти кислорододышащие млекопитающие показали невероятную приспособляемость к любым условиям. Кварги были могучими воинами, единственной их слабостью являлось их зрение. Они видели в инфракрасном спектре. Боевые костюмы атлантов гасили этот спектр, делая их невидимыми для пауков. Тогда те начали полагаться на движение, но и там их обманывали боевые дроны. Их уничтожили быстро, всех до единого, с особой жестокостью, будто они не были разумными, а были подобны паразитам, причиняющим мелкие неудобства. Куда делся при всех этих событиях не малый флот Кваргов осталось не известно. В хрониках что-то смутно и туманно говорится о какой то аномалии, или что то в этом роде. Как бы там ни было, эскадра пропала бесследно.

Его же собственный народ после уничтожения Кваргов подвергся страшным испытаниям. Атланты просто играли с ними в войну, имея возможность уничтожить их в любую минуту. Вместо этого они забавлялись, давая их силам захватить ту или иную точку системного пространства, создавая иллюзию и даря надежду на скорую победу, а потом жестоко уничтожали самым изощренным способом, испытывая на них разнообразное оружие и тактические приемы.

Так продолжалось долго, пока в рядах Атлантов не появилось семя раздора, расколов их могучую цивилизацию на два враждующих лагеря, которые начали междоусобную войну, причины которой остались тайной. Атланты забыли про народ капитана, занятые собой. Но, тем не менее, его предки уже оказались на краю полного исчезновения. Жалкие остатки цивилизации прятались, пытаясь сохранить жалкие крохи своих знаний. Отчасти это удалось, но многое пришлось постигать заново, что заняло не одну тысячу лет. Они бережно хранили в памяти ужасы, которые творили Атланты, чтобы ничего не забыть, и когда появится возможность, отомстить в новой войне.

Когда его народ с опаской вновь вышел в космос, их глазам предстала страшная картина последствий космических войн. Исследуя ближайшие планеты и в глубине души надеясь, что Атланты все-таки уничтожили сами себя, они находили обелиски с историей войны, которая произошла в этой системе. Осталось неизвестным, кто победил из двух лагерей, расколовших их общество. Было ясно одно: они живы, и куда-то ушли, покинув пределы системы, чтобы начать что-то новое. Точный перевод того, что там было написано, сделать не удалось, но не возникало никаких сомнений, что рано или поздно они должны вернуться.

Поэтому его народ создал орден «Стражей», которые должны были дать отпор, когда враг вернется. В послании Атлантов также говорилось, что они ушли что-то изменить, либо измениться самим. Помня, что эти звери творили, изменений к лучшему ждать не приходилось. Кроме того, уходя, они забрали все оружие. Все боевые станции были взорваны. Ни осталось практически ничего. Те, кто переводил эти тексты, считали, что либо атланты затеяли войну еще с кем-нибудь, либо готовятся к ней, иначе, зачем бы они забирали и демонтировали все?

Орден, внимательно следивший за окружающим пространством, отправлял разведчиков в глубокий космос на поиски следов, которые могли оставить Атланты, чтобы знать, откуда может прийти их древний враг. Одним из таких разведчиков, был боевой крейсер «Проблема». В 130 световых годах от родной системы, корабль стал принимать странный сигнал. Расшифровав их нехитрый логарифм, экипаж получил изображение существ, очень похожих на тех, кого они искали.

Двигаясь от системы к системе к источнику сигнала, приходилось соблюдать максимальную осторожность, опасаясь быть обнаруженными. И вот, наконец, получив сведения, найдя источник и захватив образец, опять провал, угроза сохранена.

Занятый своими размышлениями, капитан протянул трехпалую руку к кнопке старта, как раздался пронзительный визг тревожной сирены.

– Что там?, – ответил он на сигнал вызова.

– Образец №5 ссбежал, – раздался испуганный лепет ученого, проводившего эксперимент.

– Перекрыть вссе ссообщения сектора, задейсствовать боевые группы, активировать ссисстему сслежения, поймать образец живым, – на автомате выпалил капитан, – Запись происшествия на экран.

Картинка почти мгновенно появилась на огромном экране. В камеру, где человек корчился в конвульсиях припадка, очевидно вызванного страхом, зашли два медика в сопровождении одного охранника. Один из них склонился с инъектором, намереваясь усыпить образец, как вдруг пленник резко выхватив из рук медика пистолет – транквилизатор и подсечкой отправил того на пол. Ловким перекатом оказался возле второго медика, сделав тому инъекцию в ногу, а сам инъектор швырнул в лицо охраннику с такой силой, что тот вошел ему точно в один из двух огромных глаз, оставшись там торчать. Пленник же, подбежав к охраннику, выхватил из его теперь уже мертвых рук плазменную винтовку, выскочил и скрылся в дверном проеме, устремившись в недра корабля.

– Не может быть, – тихо пробормотал капитан, и следом мелькнула мысль: Быть может, стоит отправить сигнал домой?

– Он нужен живым, – вместо этого повторил он свой предыдущий приказ, решив, что отправлять сигнал слишком рано.

Послать сигнал означало бы приведение в полную боеготовность всех ресурсов системы. Каждый представитель его народа проходил обязательную военную подготовку. Воспитанный и вскормленный ужасом перед возвращением Атлантов, поднявшийся из пепла, его народ полностью подготовил свою солнечную систему к грядущему вторжению: тысячи автоматических боевых станций охраняли ключевые точки системы. Почти каждый астероид был переделан и напичкан атакующими орудиями, и не малый флот – все будет переведено в полную боеготовность. А это означало бы стресс и полное прекращение всего производства, всех жизненных процессов его цивилизации. Все всё побросали бы и начали занимать боевые посты, которые, согласно предписанию, есть у каждого члена его народа. Такой сигнал можно подать, только если есть стопроцентная уверенность в том, что это жизненно необходимо.

В экипаж разведывательной экспедиции корпуса входили только лучшие из лучших, и это придавало ему уверенности, что пленник вскоре будет пойман и досконально, даже если его придется разложить на атомы, изучен. Но тень сомнения закралась в душу, не давая ему покоя, щемя и свербя тревожным звоночком где то на затворках подсознания, что сигнал лучше бы отправить. Быть или не быть? Дело попахивало паранойей и нервным срывом.

******************************************************

Майор не знал, кто это, но склонялся к тому, что это какие то, пришельцы или мутанты. Взяв из мертвых рук убитого то, что явно было оружием, Крайнов вышел из камеры.

После ровного, непонятно откуда исходившего света в камере, тусклый фиолетовый свет, исходящий от стен туннеля, в котором он оказался, не привычно давил на глаза, сбивая с толку органы восприятия. Стены тоннеля резко контрастировали с ровным, будто стеклянным прозрачным полом. Выглядело все это так, будто это не тоннель, а шестигранная резьба под ключ, плавно закручивающаяся по часовой стрелке, создавая обман зрения при движении, будто находишься в крутящемся цилиндре. Отбросив прочь мысль о том, чтобы ущипнуть себя, Крайнов двинулся вперед, туда, где как казалось, если это не визуальный обман, туннель изгибался в плавном повороте. Он на ходу осматривал трофейное оружие, вспоминая истории о похищении людей инопланетянами,

–Что ж? – подумал Крайнов, – если и так,то хорошо, что это не какие-нибудь мозгососущие слизни. Судя по тому что он видел, физиологически, как и по логике, они очень близки людям, – сделал он выводы, разглядывая оружие. Цивьё, приклад, курок – все как у людей.

– Нужно испытать, – решил он, заметив под потолком пятнышко изумрудного света и искренне надеясь, что это камера видеонаблюдения. Оружие бесшумно вздрогнуло, выплюнув пучок белого света. Зеленый огонек исчез, оставив за место себя черную кляксу с тёмно багровыми краями раскалённого железа.

– Круто! – восхитился майор, – интересно, сколько зарядов, ну или чего там в этой штуковине?

За поворотом очередной зеленый огонек находился как раз там, где в стене тоннеля он увидел очертания двери, которая практически полностью сливалась со стеной. Может, кто то и не заметил бы ее, но только не тренированный цепкий взгляд диверсанта. Решив ничем не выдавать, что он ее обнаружил, кроме того, не представляя, как она открывается, он решил навязать долговязым головастикам свою игру, заговорив в камеру.

– Приветствую Вас, кто бы вы ни были. Я искренне сожалею о том, что мне пришлось нейтрализовать ваших товарищей. Но вы не оставили мне выбора своими не дружелюбными действиями. Если вы хотите наладить дружественный диалог и начать переговоры, подайте какой-нибудь знак. Если вы не настроены к диалогу, будете и дальше вести в отношении меня враждебные действия, то я вас уничтожу, – он улыбнулся одной из своих самых обаятельных улыбок, после чего выстрелом уничтожил камеру.

Осмотрев дверь, майор увидел рядом на одной из выступающих граней, из которых состояла светящаяся стена, какой-то символ, напоминающий снежинку. Красивый узор переливался серебром, вызывая непреодолимое желание прикоснуться к нему. Он дотронулся до одного из пяти лучей снежинки. То, что он представлял себе как дверь, ею и оказалось, плавно и бесшумно отъехав в сторону, спрятавшись в стене. И так же никак не напоминая о своем существовании, стала на место после того, как он зашел внутрь.

Крайнов прижался к стене, осматривая потолок в поисках зеленых огоньков, коих обнаружилось три штуки. Методично, как в тире, расстреляв их, он вышел из помещения обратно в коридор и бегом рванул в том направлении, в котором двигался до этого. Найдя еще камеры на потолке, уничтожил их, как и две последующие. По пути заглянул еще в пару помещений, уставленных непонятными механизмами и приборами, также расстреляв там камеры, надеясь своими действиями сбить со следа и нарушить контрмеры, которые неминуемо должны были последовать. Бегом возвращаясь в первое помещение, он думал, почему эти самые контрмеры до сих пор еще не последовали? По пути тоже никто не встретился. Майор предполагал, что, он на какой-то базе, и либо база эта очень огромная, либо они размышляют над его предложением, а может решили посмотреть, что он будет делать дальше. Мало ли что у них на уме. Вон, какие головы большие.

Крайнов, вернувшись в первое помещение, решил затаиться, выждать и привести мысли в порядок. План действий у него в таких ситуациях был всегда на готове. Назывался он просто: «По обстоятельствам!».

****************************************************

–Что он делает, – осведомился капитан у старшего десантной группы, глядя, как одна за другой гаснут картинки изображения с камер.

– Лишает насс зрения, – невозмутимо ответил тот, – группы на подходе, заходят сс двух ссторон, деватьсся ему некуда, – с уверенностью в своих бойцах заявил он.

–Компьютер рассшифровал алгоритм их языка. Включить записсь? – спросил оператор бортового компьютера.

Капитан согласно кивнул.

Прослушав послания человека, капитан не знал как реагировать. В рубке повисла абсолютная тишина, которую нарушали лишь жужжания и потрескивания сложной аппаратуры, поддерживающие функционирование всех систем крейсера.

–Командир, – донеслось из переговорного устройства, – контакт сс образцом в предполагаемой точке не ссосстоялся. Ждем дальнейших указаний.

–Перевернуть там вссе, отрежьте ссектор, никуда он не должен детьсся, – выпалил, взбешенный наглостью примата капитан. За всю его практику такой ситуации никогда не случалось, да никто и предположить не мог такого поворота событий. Поэтому соответствующих инструкций не существовало.

–Быть может, сстоит отправить ссоответствующее посслание в Орден? – осторожно поинтересовался связист.

–Ты что, хочешь, чтобы насс на ссмех подняли, – огрызнулся капитан.

–Нет, ну мало ли, мы же не знаем…

–Он один, понимаешь? – не дал он ему договорить.

–Что там у васс, – спросил он, обращаясь уже к десантной группе, видя, как они вошли в зону уничтоженных камер.

–Контакта нет! – последовал немедленный ответ.

Ожидая известий, капитан размышлял: «Может и правда доложить? Плевать на репутацию, уж больно эти люди похожи на Атлантов». Пробежав пальцами по сенсорным кнопкам на своем пульте, он вызвал на экран одну из немногих сохранившихся изображений Атлантов много тысячелетней давности.

Изображение существа медленно крутилось на экране, сопровождаемое известными физиологическими данными, такими как рост, который достигал десяти метров, могучее телосложение, сильно развитая мускулатура, вес порядка полутора тонн, тройная цепочка ДНК. Он вызвал изображение сбежавшего образца, которое также начало крутиться вокруг своей оси с известными о нем данными. Ростом он был по колено атланту, телосложением же практически не отличался. То же строение мышц, даже лица примерно схожи, за исключением того, что у Атлантов было три глаза. Если бы у человека была тройная спираль ДНК, а не двойная, то совпадение было бы стопроцентным. Может, это и правду их потомки?

Его размышления прервал крик боли и какой-то хрип из переговорного устройства, после чего раздались мягкие звуки человеческой речи. Послание от него гласило, если перевод был, конечно, правильный: «Видимо, дружба, и мир вас не интересуют. Ну что ж, как я и обещал, я вас уничтожу».

–Мы можем восспроизвессти его язык? – посмотрел капитан на связиста.

Тот пробежался длинными пальцами по панели компьютера и утвердительно кивнул в ответ.

***************************************************

Только благодаря не до конца закрывшейся двери человек услышал топот ног, бегущих в его сторону гостей. Прятаться в помещении, сплошь заставленным прозрачными кубами, в которых были животные, не имело смысла, поэтому, не долго думая, Крайнов забрался по выступам на стене и повис над входом в крайне неудобном положении.

Вошедшие долговязые фигуры, затянутые в черные костюмы с каплевидными шлемами и выступающими бронепластинами на груди и плечах, выглядели уже не так смешно как те, которых он вынужденно нейтрализовал. Эти, видимо благодаря своим скафандрам, были в разы массивней и на тех доходяг не походили вовсе.

– Быть может, это вообще какие-нибудь другие пришельцы? – подумал человек. Как бы оно там не было, если его послание достигло их ушей, то они явно не придали его словам значения.

Вошедшие были вооружены плазменными винтовками и держали его так, как не держат оружие, когда хотят подружиться или поговорить о мире. Вошедшая группа пришельцев стояла возле входа, сбившись в кучу, осматриваясь по сторонам, почти прямо под майором. Держатся за широкий, гладкий выступ сил больше не было. Крайнов прыгнул, развернувшись в воздухе, и прежде чем он приземлился в центр вошедшей группы, трое уже упали, прожженные насквозь меткими выстрелами. Едва коснувшись пола, он начал отчаянно работать руками, ногами и прикладом по суставам и не защищённым местам их боевых костюмов, не давая возможности никому выстрелить. Через несколько секунд всё было кончено. Резкий запах палёного мяса резал ноздри.

Крайнов размышлял над тем, не развязал ли он войну космического масштаба своими действиями. Изучая новый образец очередного трофейного оружия, которое было похоже на пистолет, но, в отличие от плазменной винтовки, которая успела уже ему понравиться, стрелял какими-то узкими еле заметными лучами. Опробовав его выстрелом в стену, разочаровался отсутствием повреждений, но на всякий случай заткнул его за пояс.

–Если эти головастики все такие вояки, как эти, – майор оглядел шесть неподвижных тел, валявшихся в нелепых позах на полу,– выбраться отсюда будет не так уж и сложно. Осматривая поверженных, он думал о том, как отчитывал бы по полной свою группу, если бы они входили в помещение с вероятным противником как эти олухи. – Кто же так входит? Не рассредоточившись, вот так просто, всей кучей. Могли бы тогда с поднятыми вверх руками сразу зайти что ли.

В рукопашной они его так же разочаровали, а вот их костюмы заинтересовали. Никогда он ещё не видел столь тонко выполненной системы экзоскелета.

–Всё могло закончится печально, попади по нему хоть один удар. Хотя, грех жаловаться. Если бы они действовали по всем правилам штурма, сидел бы он сейчас в одном из этих аквариумов, как обезьянка в цирке, – улыбнулся Крайнов своим мыслям, когда увидел на запястье одного из них нечто, что могло бы быть коммуникатором связи. Он мерцал также как и зелёные огоньки на потолке, только был размером с монету. Говоря в него он и передал свой ультиматум. Впрочем, не надеясь на ответ, он снял устройство с запястья головастика и, засунув его к себе в карман, двинулся дальше.

– Интересно, где находится эта база, – думал он, проходя по помещению размером с хороший спортзал. Майор словно попал в зоопарк, рассматривая земных животных, которые находились в больших прозрачных кубах. Вместо двери или решеток было какое-то силовое поле, похожее на мыльный пузырь, мерцающее и переливающееся бензиновыми разводами. При прикосновении оно оказалось упругим, но не проницаемым. В ловушках сидели гориллы, пара львов, белый медведь и черная пантера. Были и другие животные, явно не земного происхождения, например, существо, напоминавшее громадную помесь муравья и сколопендры. Бесчисленное количество ног нервно двигались, создавая впечатление, будто волна проходит по длинному телу. Мощные жвала как у муравья, утыканные острыми шипами, красноречивей любых слов говорили о том, что шансов на спасение при встрече с этой тварью нет. Уверенности в этом добавлял хвост, чем-то похожий на скорпионий. Черные глаза-бусинки, расположенные по всей окружности головы существа, позволяли ему видеть на все триста шестьдесят градусов и сопровождали человека голодным взглядом.

–Зоопарк они тут устроили что ли?, – подумал озадаченный диверсант, остановившись напротив ловушки, в которой сидел стаффордширский терьер красивого тигрового окраса. Выглядел он настолько несчастным, насколько вообще несчастной может выглядеть собака. Увидев человека, пес подскочил и так завилял своим крысиным хвостом, что, казалось, будто он виляет всем телом. Подбежав к полю, он встал на задние лапы, оперевшись на него передними, и, судя по ритмично открывающейся и закрывающейся пасти, залаял. Звуков, впрочем, его прозрачная тюрьма не пропускала. Вид у пса был такой, будто он увидел хозяина, который до похищения пришельцами у него, несомненно, был. Также этот факт подтверждал ошейник с шипами и медалька, висевшая на нем.

–Понятно, обрадовался человеку, находясь среди этих монстров, кому угодно обрадуешься, – майор очень понимал чувства пса, – как бы его освободить, такой боец очень не помешал бы, да и жалко его. Вдруг эти головастики не зоопарк собирают, а опыты ставить собрались, – подумал он.

–Нет! Пса не оставлю, – принял он твердое решение, осматривая прозрачную тюрьму в поисках способа освободить собаку.

Обойдя прозрачную конструкцию по периметру, сопровождаемый изнутри собакой, он не нашел ничего, за что мог бы зацепиться глаз. Без малейшего изъяна гладкий и прозрачный материал, похожий на стекло, на ощупь был теплым. Ни кнопок, похожих на снежинки, ничего.

Конструкция также ничем видимым к полу не крепилась, но попытка сдвинуть ее с места, упершись в нее плечом, не увенчалась успехом.

–Что же, интересно, питает силовое поле в клетке, похожей на стенку мыльного пузыря, – подумал майор, обратив внимания, что ни проводов, ни каких либо элементов питания нет. Только шесть бледно-голубых, огоньков по контуру, там, где было поле, ровно мерцали, очевидно, его создавая. Бросив взгляд под ноги, где, так же как и в коридоре, был прозрачный пол, по его центру проходила еле заметная мерцающая дорожка, внутри которой, словно толстые вены, пульсировали потоки такого же серебристого цвета, как и снежинки. Это нечто напоминало ртуть или жидкое серебро. Потоки толщиной в руку, проходя через все помещение, скрывались где то за очередной дверью в глубине базы.

–Так, это наверное и есть проводка, – догадался человек.

Проследив глазами путь этих рек энергии, он заметил, как из толстых пульсирующих потоков, ответвляются маленькие вены серебристыми извилистыми ветвями. Они тянулись к каждой клетке с животными, а там, где зверей не было, не было видно и этих серебристых нитей. Недолго думая, он залез на контейнер, в котором, смотря на человека с надеждой, сидел пес. Прицелевшись, он сделал три выстрела из плазменной винтовки по серебристым венкам, которые тянулись к клетке пса. Раздался хлопок, будто лопнул мыльный пузырь, и стал слышен лай собаки. Похоже, он все сделал правильно. Спрыгнув на пол, он тут же свалился, снесенный мощным ударом. Не успев испугаться, не то, чтобы сгруппироваться, он понял, что это пес, который радостно вылизывал ему лицо. В обычной ситуации он, возможно, испугался бы и, скорее всего, порвал бы псу пасть, так как опасался и не доверял бойцовским собакам, особенно американского производства. Но сейчас он был рад, будто далеко на чужбине встретил земляка. Потрепав пса по холке, Крайнов посмотрел на медальку, висящую на шипастом ошейнике. На ней оказался адрес с местом жительства пса, который оказался мало того что с одной с Крайновым планеты, так еще и россиянин, родом из Челябинска. Видимо пес ранее принадлежал человеку, который хорошо знаком с исправительными учреждениями и имел, вероятно, ни одну ходку по лагерям. Об этом красноречиво свидетельствовала кличка «Чифир», и тату на пузе пса в виде пикового туза. Все это прекрасно характеризовало хозяина Чифира. Как бы оно там на самом деле не было, вышколен пес был великолепно. Устроив тест-драйв по служебным командам, чтобы знать хоть примерный уровень пса, Крайнов остался удовлетворен.

–Ну что, дружище, – обратился он к собаке. Нужно выбираться отсюда. Ты как думаешь?.

Пес, сидящий до этих слов на заднице, подбежал к своей бывшей тюрьме, задрав лапу, помочился на ее стенку. Затем виляя хвостом и вывалив язык, стал рядом с ногой майора, явно готовый выбираться.

–Молодец!, – похвалил он его. И они вместе двинулись туда, где Крайнов видел дверь, ведущую в неизвестность.

Уже протянув руку к точно такой же снежинке, которая управляла предыдущими дверьми, из кармана, где лежал коммуникатор пришельцев, раздался металлический голос, как ему показалось с каким-то птичьим акцентом.

– Где наши корабли и мы тебе ничего…. домой….,– закончилось всё какой-то трелью, напоминающей заливания канарейки.

– О как, -ни к кому не обращаясь вслух сказал Крайнов, переваривавший полученную информацию, – корабли ваши, вы и разбирайтесь, – съязвил он, но подумав, добавил, – я без понятия, о каких кораблях речь, и что вы вообще имеете ввиду, вы лучше скажите, зачем вы меня похитили, и какие планы у вас на нашу планету.

В ответ снова раздались свистящие трели, и уже на человеческом -«будешь уничтожен» закончилась фраза.

–Ребята, ну что же вам не иметься то, а? Нормально же все было. Нуу, вы нас не трогали, мы вас тоже, зачем все это?! Давайте разойдемся с миром, и обещаю, я никому, ничего не скажу. Этот инцидент останется нашим маленьким секретом, идет?

Чифир, сидящий до этого рядом, вдруг ощерился и залаял на закрытую дверь. – Похоже у нас гости, – подумал майор, а в коммуникатор сказал:

– Сюда идут ваши? Хмм, – он сделал паузу, не зная как их обозвать, – сотрудники, или кто там, я делаю вам последнее предложение мира или переговоров. Мы итак с вами уже в состоянии войны, так что передайте своим, если все-таки хотите договориться, пусть не делают резких движений. Через короткую паузу опять раздались чуть ли не соловьиные трели, и обрывок фразы, заканчивающийся словом МИР.

– Хорошо! Я не буду стрелять первым, – пообещал он своим невидимым собеседникам, отходя подальше от двери. Майор встал на всякий случай за прозрачную тюрьму пушистого существа размером с хорошее кресло и, похожее на шар. Ни рук, ни ног, ни даже головы видно не было. Просто пушистый меховой шар. Только по едва заметному движению медленно вздымающихся и опадающих боков было видно, что оно, судя по всему, живое и дышит. Гости не заставили себя долго ждать. В открывшимся дверном проеме появилось пять фигур, облаченных в уже знакомые ему экзоскелеты. Ему не очень понравилось, как эти пятеро рассредоточились и взяли его на прицел, отрезая путь к беспрепятственному отступлению.

– Мы не…свист…вред, – заявил всё тем же металлическим голосом с птичьим акцентом, не видимый собеседник.

–Неплохое начало, – подумал Крайнов, но вслух сказал: – Предлагаю для полного взаимопонимания убрать пушки в сторону, чтобы я мог доверять вам, а вы, соответственно, мне. После этих слов решил сделать жест доброй воли: вытащил из-за пояса трофейный пистолет, положил на пол и пнул его в сторону ближайшей фигуры в черном. Эффект получился неожиданным. Изменения в черном костюме были мгновенные. Забрало на шлеме, бывшее до этого непроницаемо черным, стало зеркальным, а по швам рук и ног экзоскелета засветились синие полосы. Пришелец подпрыгнул вверх и в сторону метра на четыре, стреляя по укрытию за которым спрятался Крайнов. Товарищи головастика проделали тот же трюк, заставляя майора, одной рукой державшегося за ошейник пса, буквально, вжаться к прозрачной стене куба. Чифир громко залаял, и хотел рвануть в атаку. Человек ели удержал его за шипастый ошейник. Боль врезающихся в ладонь шипов отрезвила его и вывела из ступора, вызванного непредсказуемым поведением пришельцев.

– Подожди, родной, – сказал он псу, – еще не время, мы продадим свои жизни подороже, эти гады нас запомнят, я тебе обещаю.

–К ноге, – рявкнул он собаке, срываясь с места. Короткой перебежкой под шквальным огнем раскаленной плазмы, переместился за соседний куб. Пес, беспрекословно выполняя команду, бежал рядом с его ногой, рыча то ли от досады, то ли от ярости. Из-за угла, не целясь, выстрелил в одного чужого, охранявшего выход. Интересные последствия наносит заряд плазмы, попав в голову, защищенную шлемом. То, что было у пришельца в голове, оказалось на стене, разбросанное во все стороны. Часть заряда осталась искрить в центре той самой снежинки, которую он не успел активировать. Продолжая вести беглый огонь по остальным, он вместе с собакой начал петлять между клеток с животными в ту сторону откуда пришел, надеясь найти другой путь с этой базы. Под огнем пришельцев силовые поля, державшие взаперти животных, с громкими хлопками начали лопаться, и спровоцировало все это попадание в ту самую снежинку со сложным узором.

Рев и рычание доносились со всех сторон. Вывалившийся из клетки белый медведь, широко раскрыв пасть и свирепо рыча, протянул лапу, пытаясь схватить человека за ногу. Правда, делал он это медленно и неуклюже. Место в клетке для него было явно мало. Мышцы его затекли, отсюда, к удаче Крайнова скованность и медлительность. До двери оставалось совсем немного, когда путь человеку с собакой преградил здоровенный самец гориллы. Он стоял, уперевешись кулаками в пол, свирепо раздувая ноздри. Мгновение человек и обезьяны смотрели друг другу в глаза.

– Может разойдемся, землячок, – сказал майор, вскидывая плазменную винтовку.

Скользкую ситуацию взялся разрулить Чифир, резко стартанувший с места, с разбегу высоко подпрыгнув и целясь в горло вставшей на задние ноги обезьяне. Смелая попытка пса успехом не увенчалась. Могучий примат с невероятной для своих габаритов скоростью, ушел с траектории Чифира в сторону, молниеносно запрыгнув на рядом стоявшую клетку. Подпрыгнув с нее, в полете схватил за ногу пришельца, который явно рассчитывал приземлиться недалеко от человека. Но спутавшая его планы обезьяна, дала человеку шанс на спасение. Остальных головастиков не было видно. Видимо всё их внимание заняли освобожденные животные.

Покинув зверинец, двое землян бежали по коридору вперед, пока не уперлись в серебристое перекрытие. Оно отрезало дальнейший путь, вынуждая войти в ближайшее помещение, которое по размерам не уступало зоопарку, но, судя по обстановке, оказалось какой-то мастерской.

*****************************************************

– Этот человек действует нелогично, – думал капитан, глядя на бойню в трюме с образцами фауны, собранных с разных планет, попадавшихся на пути следования в эту систему. Изображение транслировалось на экраны с камер, встроенных в шлемы штурмовиков.

– Дай компьютеру команду еще раз прогнать язык землянина, быть может, у нас языковое непонимание, – распорядился, обращаясь к оператору капитан. И, немного подумав, добавил: – Попробуйте сопоставить языки атлантов и землян.

– Готово, – ответил оператор.

–И?

– Я имею ввиду, данные на обработку загружены, а результат будет,– он сделал паузу, сверяясь с показаниями компьютера, – примерно часса через два.

–Это долго, усскорить никак нельзя?

– Нет! У нас не научный борт, – договорить ему не дал оператор систем дальнего обнаружения.

– Капитан! У нас госсти. Регисстрирую корабль класса ПОИСК, Выходит сс четвертой орбиты газового гиганта. Ссигнал искажается мощным гравитационным полем,– доложил он.

–Курсс?

–Привязан к орбите, – сделав расчет, доложил оператор.

–Это наш!, – изумленно воскликнул связист, – принимаю сигнал «СВОЙ-ЧУЖОЙ».

–Можно выйти на ссвязь? – спросил капитан?

–Полнейшая тишина, только маячок работает в автономном режиме. По борту также никаких шумов. Большинство ссистем видимо отключены. Работают только маневровые двигатели, да и то на минимуме только для поддержания орбиты, – доложил оператор связи, и тут же добавил – Наблюдаю еще один объект, движетсся с противоположной сстороны по второй орбите.

– А это кто?

–Он в ссильнейшем излучении гиганта, сспрятался, так же как и первый. Это два наших пропавших сстаричка.

–Целые и невредимые, – задумавшись, пробормотал капитан.

– Подготовить боты, по две группы на корабль, доставить бортовые кристаллы, – распорядился он.

– Оба корабля нашлись, вроде бы целы. Что могло случиться с оборудованием, или что там вообще произошло?! Судя по всему экипажи тех кораблей, так же как он сам, спрятали корабли в излучении гиганта для маскировки. Рассматривая ситуацию с этой точки зрения, это наиболее подходящая позиция. Как гора с плеч свалилась. Если корабли целые, значит Земля угрозы не представляет, а это недоразумение, что сейчас бегает по его кораблю, скоро будет уничтожено. Удалив уже было готовое к отправке послание в орден, он откинулся в кресле, ожидая прибытия кораблей с инфо-кристаллами. Это прояснит ситуацию, а совсем остальным экипаж разберется сам, – подумал он, засыпая с чувством облегчения на душе.

На самом деле он очень боялся, как и все капитаны дальней разведки, обнаружить атлантов или их потомков. Уж лучше бы они сгинули в бездне космоса, навсегда.

**************************************************

В мастерской стоял гул работающих приборов и автоматов неизвестного назначения. Судя по различным запчастям, которые были где-то аккуратно сложены, а где-то просто свалены кучей, словно бесполезный хлам, это точно была местная слесарка. Автоматические манипуляторы делали операцию с какой-то сложной электроникой без чьего либо участия и собирали непонятный механизм, вытаскивая из кучи всякого хлама какие-то запчасти и приваривая их точечной сваркой. У стены рядом со входом стоял черный матовый робот около трёх с половиной метров высотой с открытым нутром, прикрепленный стальной скобой к стене. Возле него кучей были разбросаны какие-то запчасти и инструменты. Каждая его деталь имела обтекаемую форму. Вид этого робота завораживал, словно спортивная машина, которая была создана для рекордов скорости, и явно намекал не на красивую игрушку, а на идеальную боевую машину. Крайнов подошел ближе, залез на рядом стоявший постамент и заглянул внутрь. Стало ясно, что это не робот, а, скорее, нечто вроде скафандра.

– Неплохо было бы в такой нарядиться, – подумал майор, примериваясь, как бы туда залезть.

Он кое-как втиснулся внутрь, все-таки его конечности были толще, чем у тех, для кого этот костюм предназначался. – На что рассчитывал, непонятно? – с досадой подумал он, откинув голову назад в желании хоть немного почувствовать себя в шкуре героев анимэ про боевых роботов. По всей вероятности именно это нажатие затылком на невидимую кнопку активировало экзо костюм. С тихим шипением все открытые части закрылись, заняв свои места. В ступни уперлось что-то мягкое, а кончики пальцев на руках намочила какая то вязкая субстанция, похожая на кисель. Обзорное стекло, казавшееся совершенно непроницаемым для света, оказалось экраном, который, мигнув, открыл прекрасный обзор, поверх которого бежали снизу вверх полупрозрачные столбики, но не с цифрами, как можно было ожидать, а со снежинками, наподобие той, которые, как он уже знал, открывает двери. Прочитать что-либо по этим сугробам возможности не было. Однако логика, схожая с человеческой, присутствовала очевидно во всей технике пришельцев, хоть они и шагнули далеко вперед, но разобраться в ней все-таки возможно.

– Вот бы выбраться с этой базы, где бы она не находилась, и притопать в этом костюмчике к нашим, – мечтательно подумал майор, проверяя конечности на функциональность движениями рук вверх – вниз, поднимая и опуская ноги. Тихо и плавно зашумели сервоприводы. Чувствовалось давление на соответствующие мышцы со стороны костюма, впрочем, дискомфорта это не создавало.

Через микрофоны прям возле уха раздался собачий лай, будто Чифир сидел на плече и лаял в ухо. Как сделать тише чувствительность микрофона он не нашел. Полупрозрачные потоки снежинок с информацией прекратились, и вместо них начали вырисовываться полупрозрачные линии. Они были всюду, куда не глянь. Где-то толстые, от которых ответвлялись множество маленьких и убегали куда-то вглубь базы; где-то едва заметные, как волоски. Всё же особое видение костюма подсвечивало даже такую мелочь. Было понятно, что костюм, судя по всему, каким-то образом видит местную проводку. Стены и пол стали, как бы, полупрозрачными. Нет, он не видел, что происходит за стеной в коридоре или в соседних помещениях, но отчетливо видел внутри металлических стен полупрозрачные потоки энергии.

– Вот мы и набедокурим. Если выбраться не получится, то свет мы им точно выключим, – сказал майор псу, сидящему напротив в ожидании. На одном из металлических верстаков лежало нечто, что напоминало своим видом водяной пистолет с болонами для воды. По его размерам нетрудно было догадаться, что эта внушительного вида игрушка явно входит в комплект костюмчика. Без труда подняв массивное оружие, Крайнов почувствовал себя, прямо таки, всемогущим. Прицелившись в густую паутину пересекающихся потоков энергии, в предвкушении веселья, нажал на курок. Вопреки его ожиданиям из ствола вырвалось белое пламя толщиной с карандаш и длинной примерно в половину метра.

– Это что за фигня? – выругался вслух майор.

Осматривая оружие, он обратил внимание, что сбоку, там где у земного оружия должен быть предохранитель, находилась уже знакомая снежинка с шестью лучами. Он нажал на один из лучей, сменив режим выстрелил. Цвет пламени изменился на почти прозрачный, с зеленоватым ореолом по всей длине. Поэкспериментировав с режимами, используя в качестве мишени стоявший рядом верстак, он пришел к выводу, что это, скорее всего, резак. Результатом экспериментов стал металлический щит из толстого металла.

–Ну что ж, Чифир, – собака услышав голос, завиляла хвостом, – пойдем потихонечку.

******************************************************

– Ссвязь сс третьей группой потеряна, – доложил оператор, мониторивший передвижения человека по кораблю, который методично перерезал силовые линии и уничтожал по пути всех кого встречал. Это было удивительно, ведь он даже не использовал боевой экзоскелет со всем его потенциалом, а хаотично бегал по кораблю в ремонтном скафандре с плазменным резаком, который совершенно не был предназначен для боевых действий.

Очередной взрыв сотряс палубу.

– Капитан, ссвязи нет, – доложил оператор.

– Как это?! А резервная?

– Оссновное ссиловое ядро выведено из сстроя.

–Это же не возможно, нет он не мог, – забормотал себе под нос капитан, всё ещё до конца не веря в происходящее. Понимая, что если не уничтожить человека, то предупредить орден не получится, так же как и улететь из этой проклятой системы. Человек уже вывел из строя ядро двигателя, а теперь ещё и ядро связи.

–Похоже, это конец, – думал капитан с чувством обиды на космическую несправедливость и злясь на себя, на свою гордыню и чрезмерную самоуверенность в численном и техническом превосходстве.

Он недооценил человеческий фактор, который стал ясен в полной мере только после просмотра инфокристаллов, доставленных с мёртвых кораблей. Точно также недооценили исходящую опасность и командиры тех, теперь уже мёртвых кораблей. Факт несовпадения людей с атлантами на генном уровне и техническая убогость ввели их в заблуждение. Хотя теперь уже не важно, потомки они или нет, они не менее опасны. Всего три человека, и нет трёх кораблей, которые, между прочим, обладают колоссальной огневой мощью. Все три безвозвратно потеряны, не сделав ни единого выстрела.

Человек, захвативший второй корабль, также как и тот, что сейчас носится как угорелый, круша всё подряд, не показал, что обладает какими-то сверх способностями. А вот дикарь, который уничтожил первую экспедицию, кое-что показал. Во-первых, он сам прибыл на крейсер, уничтожив перед этим десант, посланный на землю за образцами. Бот доставил его, судя по показаниям в автоматическом режиме. Исходящие помехи на канале связи никто не догадался связать с захватом бота, да и кто мог предположить, что такое вообще возможно на такой отсталой планете, как Земля. Это была первая ошибка экипажа. Бот встречали лишь техники, вооруженные парализаторами, когда фигура в черной рясе с надвинутым на голову капюшоном, словно демон, выскочил из бота, держа в руке только остро заточенную железяку и треугольный лист полированного железа. Он принялся вырезать техников, которые, за неимением ничего другого, использовали только парализующие лучи, которые на человека совершенно не действовали. Он их попросту не замечал.

Когда стало понятно, что по кораблю разгуливает жестокий маньяк и убивает всех, кто попадается ему на пути, рисуя при этом кровью убитых на стенах странные символы, всех подняли по тревоге и вооружили лазерами, впрочем, оказавшимися практически бесполезными против человека.

Прикрываясь блестящей железякой из неизвестного металла, которая просто-напросто отражала смертоносные заряженные лучи в разные стороны от своей полированной поверхности, человек в рукопашной никому не оставлял шансов на выживание: протыкал насквозь, выпускал внутренности наружу и отрубал конечности. Но странности были даже не в том, что парализаторы на него не действовали, хотя это само по себе было не обычно, а в том, что камеры фиксировали исходящий от человека радиационный фон, который, в принципе, не совместим с белковой жизнью, но однако был присущ атлантам, которые сами с помощью возможностей своего мозга могли управлять различными видами энергии. Они использовали при этом какой-то загадочный внутренний ресурс, дававший им поистине невероятные возможности, как, например, двигать предметы, не касаясь их, и многое другое. Этот человек должен был умереть от такого излучения, но вопреки всему он был живым и не давал жить другим. Изображение на самих камерах слежения начинало искажаться при его близком присутствии, что тоже было ненормально.

Крейсер он вывел из строя явно со знанием того, что делает. Человек просто и непритязательно воткнул в блок навигации, без которого возвращение попросту не возможно, свою железную хреновину, уничтожив его и вызвав замыкание сопутствующих систем. Автопилот, удерживающий корабль на орбите газового гиганта, и системы жизнеобеспечения продолжали исправно работать все семьсот лет. Система отчистки воздуха добросовестно уничтожала все микроорганизмы на борту, не давая им сожрать и переработать множество трупов, сохраняя тела от разложения. Так что глазам десантников, прибывшим туда за кристаллами, бойня, произошедшая невероятно давно, предстала во всей красе, будто случилось всё это только вчера. Сам же этот варвар уселся, будто на трон, в капитанское кресло, возле которого десантники нашли разрубленного почти пополам капитана, и умер от продырявивших его на сквозь множества попаданий. Возможно, этого бы не случилось, имей экипаж современное оружие. Лазер при попадании прожигает тело, но при этом прижигает края раны, не давая жертве умереть от потери крови. Именно поэтому от них и отказался орден, осознав бесполезность ручного лазерного оружия. А вот на кораблях его использовали, в космических боях оно бывало весьма эффективно. Серьёзных стычек у них никогда не было, разве что некоторые недоразумения с двумя тремя расами с которыми, тем не менее, сохранялись дипломатические отношения. В серьёзных войнах раса Свисов, восставшая из пепла, пока не участвовала, с тех самых пор как их почти уничтожили как вид, в прошлой войне.

Палуба вновь содрогнулась от взрыва.

– Жилой отссек разгерметизирован, – тут же доложил о ситуации оператор.

Капитан выругался, но что он теперь мог поделать. Он лишь мог надеяться, что этого примата удастся нейтрализовать хотя бы чудом, а корабль они уж как-нибудь да сумеют доставить домой. Следующий сразу за первым второй взрыв, от которого содрогнулся весь корабль, напомнил капитану, что чудес в космосе не бывает и ошибок он не прощает, как не простил он ошибку капитану второго корабля. Его экипаж был уничтожен человеком с обильной растительностью на лице и меховой шапке на голове, и не понятно, как и где раздобывшем своё оружие.

Этот примат вёл себя так, будто всю жизнь только и делал что захватывал корабли Свисов, словно знал каждый укромный уголок на корабле. Он постоянно держал во рту какую-то трубочку и, выдыхая клубы дыма, устраивал хитроумные ловушки и западни, размеренно и не спеша убивая одного за одним членов экипажа.

Первое что он сделал – это отключил ядро двигателя. Пока техники занимались ремонтом, человек выводил из строя одну систему за другой. Пока группа техников ремонтировала связь, он вернулся в двигательный отсек и уничтожил группу специалистов, пытающихся спасти фазовый привод корабля. Затем он вернулся к связистам, и так далее по цепочке. Лучшие воины ордена ничего не могли с ним сделать, и это при том, что он, в отличие от человека на его собственном корабле, видеонаблюдение не уничтожал. Ему это и не требовалось. Он просто заходил куда-нибудь за угол в поле зрения одной камеры, а вот в поле зрения другой уже не попадал, внезапно появляясь в самом неожиданном месте, там, где никто не мог ожидать его появления.

После того, как все, включая капитана, были мертвы, он ещё долго бродил по кораблю, будто что-то искал. Самое ужасное, что, несмотря на то, что синтезаторы пищи были в исправном состоянии, это животное начало есть трупы, зажаривая их на силовом ядре маневровых двигателей. Все кто это видел, выблевали свой завтрак, забрызгав блевотиной весь мостик. Там где запись кончается, человек садится в капитанское кресло и стреляет себе в голову. Его труп и сейчас там сидит.

–Магнитом их в это кресло тянет что ли? – подумал капитан, но волновало его то, как он перемещался по кораблю, пропадая в одном месте и появляясь в другом, достаточно удалённом от первого участке. Это все наводило на одну старую легенду о некой способности атлантов к телепортации.

–Это точно их детища, нужно предупредить вссех, – думал капитан, у которого начался приступ паники, – пока не стало слишком поздно, это же угроза не только Свисам, но и всему разумному космосу. Палуба в очередной раз содрогнулась от далёкого от рубки взрыва.

– Теперь, видимо, настал и наш черёд пропасть здесь безвести, – подумал капитан, бежать не куда, спасательный шлюп….

– Рассчитать время полёта десантного бота до системы Гаравона, – скомандовал он, зная, как можно предупредить орден. Это шанс хотя и призрачный. Мало ли что может случится с маленьким судёнышком, без присутствия экипажа на борту. Нужно рискнуть, других вариантов у него не было. В этой системе находился пограничный аванпост Свисов.

– Запасс продовольсствия и рессурсс ссисстем жизнеобесспечения будет иссчерпан на полпути, а время полёта ссосставит дессять лет, – доложил оператор.

– Ессли отключить вссе ссисстемы кроме тех, что отвечают за двигатель и перекинуть ресурс на привод, усскорить получитсся?

– Но как же, тогда там будет тот, кто….

– Идиот! – зло выругался капитан, – никто не ссобирается бежать, мы обязаны отправить на боте посслание.

– Значит, вы ссчитаете, что это атланты? – продолжал нервировать капитана оператор.

– Это значит, что мы должны предупредить, а уж орден разберётся. Потомки, не потомки, какая разница? Ты что, не видишь, как они опассны? Три человека и три корабля. А ты включи ссвой мозг и подумай, что, ессли эти приматы оссвоят межзвёздные полёты?

Буря эмоций волной прокатилась по лицу оператора, видимо понявшего суть того, что хотел донести до него капитан.

– Ессли энергию всспомогательных ссисстем передать на двигатель, то около восьми лет, – доложил он капитану бесцветным голосом.

– Вссем вооружиться. Мы идём на дессантную палубу в ангар. Готовноссть через пять минут, – распорядился капитан, проверяя своё оружие.

Он Достал кристаллы и положил их в бронеконтейнер вместе с инфокристалом своего корабля, но, немного поразмыслив, достал его обратно, чтобы сделать дополнение к своему докладу, почему произошла такая ситуация.

Корабли флота Свиса, как и воины, подготовленные орденом, не приспособлены противостоять противнику в ближнем бою. Вся концепция их вооруженных сил, как и доктрина возвращения атлантов, направлена на дистанционное уничтожение и ведение боевых действий на расстоянии. Никто при разработке любого из видов вооружения не допускал даже мысли, что враг может подойти настолько близко, не говоря уже о том, что будет действовать изнутри. Нужно проанализировать всё, что произошло, и менять стратегию, а ещё лучше отправить флот в эту систему и уничтожить угрозу на корню, прежде чем они станут достаточно развиты и выйдут на космический путь. На этом он закончил, подумал несколько секунд и положил кристалл к остальным.

– Выдвигаемся в дессантный док, – скомандовал он, выходя из рубки в переплетение коридоров боевого крейсера и держа наготове плазменную винтовку.

***************************************************

Швырнув оплавленную и местами продырявленную столешницу, заменявшую ему импровизированный щит, в двоих головастиков, Крайнов заставил их спрятаться за углом, и рванул, что есть сил, следом за ней, выжимая максимум из сервомоторов костюма, которые, надрывно жужжа, подвывали, словно жалуясь на такое варварское к себе отношение. Спустя буквально секунду после того, как столешница со страшным лязгом впечаталась в стену, майор уже заглядывал за угол, застигнув врасплох прячущихся там головастиков. Он пнул ногой ближайшего так сильно, что практически порвал его пополам. От удара тело отлетело далеко по коридору. Второй застыл от неожиданности с направленным стволом в сторону Крайнова, но выстрелить так и не успел. Удар наотмашь, многократно усиленный костюмом, размазал его по стене.

Подобрав уже не раз спасавший ему жизнь щит, человек побежал огромными шагами дальше по коридору, остановившись у Т-образного перекрестка. Его глазам предстала картина недавно случившегося побоища: четыре трупа со страшными рваными ранами, оставленными явно когтями и зубами, лежали в таких позах, что наличие пульса проверять совершенно необязательно. Следы испачканных в голубоватого цвета крови пришельцев, принадлежали какому-то существу, которое, судя по тем же широким семипалым следам, умело ходить по стенам. Проследив взглядом, куда ведет цепочка этих следов, он уперся взглядом в уже знакомый коричневатый, с легкой серебринкой меховой шар, размером с хорошее кресло, который, вопреки всем законам физики, находился у основания стены в том месте, где она сливалась с потолком. Под ней на полу валялась конечность с отсутствующими пальцами одного из трупов. Чифир рыча ощерился, шерсть на загривке встала дыбом.

Существо перемещалось настолько стремительно, что Крайнов не заметил начала его движения. Видимо это произошло, когда он моргнул. Удар в грудь сбил его с ног. По лицевому щитку шлема со страшной силой полоснули изогнутые когти, оставив семь бороздок. Вставая с пола, он тут и там ощущал давление мощных челюстей твари, пытавшейся добраться через прочный костюм к плоти, к облегчению Крайнова, безрезультатно. Упругий, при этом прочный как сталь черный материал экзоскелета, оказался твари не по зубам. Совершенно случайно ему удалось схватить животное рукой за лапу в тот момент, когда оно вцепилось клыками в кисть другой руки. Вытянув ее перед собой, перехватив за обе лапы, чтобы рассмотреть получше, Крайнов был немало удивлен, обнаружив, что оно имеет шесть лап и большой плоский и пушистый хвост, как у бобра, покрытый точно таким же мехом, как и все тело. Присмотревшись к изогнутым когтям, которых было по 7 на каждой лапе, вопрос, как оно висело под потолком, отпал сам собой. Судя по морде, животное было близко к родству с куньими, если бы было родом с земли.

– Хотя, может это какой-нибудь эксперимент над соболем или, например, куницей, – подумал человек, рассматривая извивающийся в бессильной ярости комок шерсти в его руках, – кто этих инопланетян разберет.

Пёс, пытающийся допрыгнуть до хвоста твари, оставил свои попытки и смотрел в один из коридоров, заканчивающийся резким поворотом. Крайнов не успел среагировать, как Чифир сорвался в ту сторону, громко лая на бегу. Он достиг поворота как раз в тот момент, когда небольшой отряд бегом вылетел из-за поворота. Человек был открыт как на ладони, стоя на перекрёстке. Спрятаться было негде, импровизированный щит валялся в стороне. Пёс прыгнул, вцепившись клыками пришельцу в горло, сбив его с ног. Именно это спасло жизнь майору и дало ему драгоценные секунды, которые потребовались чужим на то, чтобы расстрелять в упор собаку, ценой своей жизни защитившую человека.

Горевать было некогда. В руках извивалась, пытаясь вырваться пушистая тварь. Перехватив зверя за шкирку, как котенка, он швырнул этот шипящий извивающийся ком шерсти в толпу. Пролетевшие мимо несколько зарядов плазмы отбили у него охоту остаться и посмотреть, выбил ли он страйк. Кроме того, в боку Чифира зияла большая обугленная дыра, ему он уже ничем помочь не мог.

Следуя по коридорам и переходам, используя в качестве путеводной нити толстые энергетические линии и каналы в надежде, что они приведут его в сердце этой базы, он вышел в большое овальное помещение, из которого в разные стороны разбегались туннели.

Человек остановился как вкопанный. Одна из стен имела огромное овальное окно, в котором на черном фоне висел, закрывая собой почти весь обзор, газовый гигант Юпитера. Не узнать его невозможно с его широкими полосами сильнейших ураганов. Крайнов неоднократно видел его на фотографиях, в журналах и в научно-популярных передачах на ТВ. Недалеко от Юпитера висели на фоне далеких звезд еще две небольшие планеты– спутники. Хотя, как сказать, большие они или маленькие? Насколько ему было известно, Земля в сравнении с Юпитером, просто горошина, а гигант, судя по тому, насколько его было видно в обзорное окно, был достаточно далеко. Так что о размерах планет и расстояния между ними размышлять не имело никакого смысла. Другой вопрос теперь волновал его больше всего: как же выбираться?

Крайнов почему то был уверен, что находится на какой-то подземной базе, а теперь же, глядя на бушующие шторма Юпитера, пришло понимание того, что все намного сложнее, чем он мог себе представить. Голова шла кругом, внутреннее состояние было близко к панике.

–А не может ли все это означать какое-то вторжение из вне? Быть может именно от него, от российского офицера сейчас зависит судьба всей земли?. Он осмотрел в окно ближайший видимый космос в поисках сил вторжения, но ничего подобного не наблюдал, – может, это только разведчики, – подумал он, – если так, то надо приложить все усилия, сделать так, чтобы остальным было неповадно совать сюда свои безносые пучеглазые морды. Вдохновившись этими мыслями на подвиги, Крайнов двинул дальше, немного сожалея о разрядившемся резаке, которым он лихо перерезал энергетические вены корабля, пока не уперся в перегородку, отрезавшую дальнейший путь вперед. Сбоку на стене была уже знакомая снежинка, только с несколько другим узором, впрочем, они все были разные. При нажатии на один из лучей, она вся засветилась аквамарином, и откуда-то с потолка туннеля опустилась вторая переборка, заключая Крайнова в ловушку. Время на переживания по этому поводу забрали себе световые волны изумрудного и коралловых цветов, почти ослепив его на мгновение, а затем обильно со всех сторон обдало паром. Словно побывал в сауне. Потом снова появились эти непонятные вспышки света. Когда он подумал, что все, это конец, переборка, изначально преградившая ему путь, скользнула вверх, исчезая в потолке, вторая осталась на месте, будто напутствуя его – только вперед. Майор осторожно заходил в помещение, в очередной раз досадуя об утрате своего щита и отсутствия хоть какого-нибудь оружия.

В углу экрана-шлема загорелись несколько синих снежинок, одна из которых мигала. – Что бы это могло значить? С другой стороны, меньше знаешь – крепче спишь, – решил для себя майор, не обращая на это внимания, тем более, что он, судя по всему, достиг цели своего путешествия.

Три огромные подковообразные хреновины, как он их обозвал для себя, крутились сами по себе в воздухе по такой траектории, что было удивительно, как они не цепляют друг друга своими раздвоенными концами. Они словно скользили, едва не касаясь огромного, под стать всей конструкции, прозрачного шара, в котором было нечто, похожее на ртуть, точно того же цвета, как и силовые линии местной электропроводки, которые его сюда привели. Из этого аквариума время от времени в такие же шары, но гораздо меньшего размера, закрепленные на стенах, били жирные и яркие молнии, а уже от них убегали вверх и вниз по стенам серебристые вены энергетических каналов. Вдоль стен, везде, где можно было, стояли пульты, видимо с автоматикой, поддерживающие здесь все на должном уровне. При ближайшем осмотре эти автоматы были сплошь усеяны символами – снежинками.

– Эх, понять бы, что здесь пишут, – подумал Крайнов, как же здесь все отключить, прям космический ребус для электрика. Но я же не электрик, – рассуждал человек, ведя безмолвный диалог сам с собой, при этом нанося с разбегу удар ногой по самому, по его мнению, ненадежно закрепленному пульту, который был чем то похож на автомат для приема платежей. Удар почти вырвал конструкцию с корнем. Взяв в руки этот ящик, он примерялся, куда бы по удачнее его зашвырнуть, так, чтобы наверняка. Когда обратил внимание на то, как серебристые венки, которые шли к вырванной автоматике, будто живые, начали перестраиваться, и соединяться с другими, компенсируя разрыв цепи отсутствием автомата, который он держал в руках. Подковы при этом стали вращаться как-будто быстрее, а частота толстых молний увеличилась. Он хотел метнуть свой импровизированный снаряд в центральный стеклянный шар, намереваясь его разбить, но что-то заставило его этого не делать. Наверное, это был инстинкт самосохранения, который подсказывал, что этот бросок накроет медным тазом не только корабль, но и его самого. Нужно что-то менее радикальное. Интересное дело, ведь когда он перерезал проводку резаком, она, почему то не срасталась. Об успехе свидетельствовали взрывы, от которых содрогался весь корабль. Хотя тогда он еще был уверен, что это должна быть подземная база, вздрагивая от каждого взрыва, переживая как бы не завалило выход, а тут чертовщина какая-то. Предполагая и раньше, что шансов выбраться мало, теперь, когда он увидел в окне Юпитер, понял, что находится на корабле, шансы, видимо, вообще упали до нуля. Снежинки на экране лицевого щитка, подсвеченные синим, сменили цвет на ореховый.

–А впрочем, какая разница? Даже если тут, как в фильмах, есть спасательные капсулы, или что-то типа этого, толку от них? Все равно, хрен знает, как с ними управляться. Даже если надпись «ДОМОЙ, НА ЗЕМЛЮ», будет жирной снежинкой перед носом, понять я этого все равно не смогу. Стоп, – остановил свои размышления майор, но костюмом то я управляю, хоть и не знаю, как это делаю. Двери вон открывать научился, логика головастиков не так уж и далека от нашей, а ведь спасательная шлюпка – это какой-никакой шанс, но набедокурить, чтобы эти уроды надолго завязли в ремонте и не улетели к своим, надо. И швырнул, что есть мощи, ящик с автоматикой в стену, на которой висел один из небольших серебристых шаров.

От последовавшей за этим вспышкой потемнело в глазах, пронзительный пищащий звук раздался прям возле уха, явно сигнализируя о том, что дела у человека теперь ещё хуже, чем были до этого. Перед глазами плавали черные и красные круги. Когда они наконец начали становится прозрачными, стало ясно, что план набедокурить сработал, хоть и не так, как планировалось.

Его импровизированный снаряд то ли из металла, то ли еще из чего он был сделан, висел в воздухе прямо перед шаром, поддерживаемый невидимой силой. Разряд из центрального шара, вокруг которого в бешеном хороводе кружили гигантские подковы, с треском и снопом искр пронзил его и срикошетил молнию в другой шар. Тот в свою очередь перенаправил ее дальше, на соседа, в итоге она вернулась обратно в центр. Последовавшая вспышка снова ослепила Крайнова, тот выругался матом. Как только он стал более–менее видеть очертания предметов, все повторилось новой вспышкой света и отборного мата.

Палубу сотрясло два далеких взрыва. Искренне надеясь, что это взлетели на воздух не спасательные шлюпки, Крайнов, не оборачиваясь и глядя в пол, направился в сторону выхода. В предбаннике процедура со светопреставлением и паром повторилась. Переборка успела подняться только до половины. Свет мигнул и погас, погружая корабль во тьму.

–Крутой костюмчик, – не мог нарадоваться на него Крайнов, когда стекло изнутри автоматически сменило фильтр на ночное зрение, окрасив все вокруг в красивый светло-сиреневый цвет, который чуть не потух для него, от удара отброшенным обратно в предбанник.

Действуя исключительно рефлекторно, майор сгруппировался и, действуя на опережение своего противника, рванул к нему. Робот или пришелец в боевом костюме, наподобие того, в котором был человек, направлял в его сторону здоровенную пушку. Однако выстрелить успел только один раз, не попав в человека, двигавшегося зигзагом в его сторону на бешеной скорости. Эта неудача стала для него фатальной. Словно вальсируя, Крайнов, приблизившись на дистанцию удара руки, плавно отвёл ствол оружия в сторону и, оказавшись за спиной пришельца, совершив не хитрый борцовский приём, уронил его прогибом, удовлетворённо отметив, что оружие вылетело из его рук и лежит рядом, так что человек может его взять, пока враг не оправился от потрясения. Подобрав оружие подстать экзоскелету своими размерами, майор в два выстрела угомонил пытавшегося встать пришельца. Осмотревшись, держа на прицеле темные коридоры и никого не обнаружив, он вернулся к убитому, чтобы осмотреть его. А посмотреть было на что.

Сразу стало ясно, что это устройство наподобие того, внутри которого находился и сам человек. Отличия были только в дизайне и материале, из которого он был выполнен. Высота скафандра примерно около четырёх метров, о весе судить сложно, находясь в подобном костюме силы которого составляли сервомоторы. Будучи специалистом по военной технике, о своём скафандре человек думал, что это само совершенство, то глядя на вражеский хоть и с развороченной от двух попаданий в упор, грудью, проникся уважением к его создателям.

Его контуры, плавные изгибы корпуса, соединения сочленений – всё говорило о том, что внутри него находился скорей всего новобранец или необстрелянный юнец, иначе шансов в рукопашной у Крайнова не было бы вообще никаких. – Если у них таких много, то дело дрянь, – подумал человек.

Отобранное оружие привело диверсанта в детский восторг, такое он видел только в видеоиграх, в которые играл сын его друга. Удержать его голыми руками без помощи крана или экзоскелета была бы пустая трата времени. Ему не терпелось теперь опробовать её в действии на реальном противнике, а не на этом сопляке, который теперь валялся мёртвым грузом у его ног.

– Крутые всё-таки цацки для настоящих мужиков у этих головастиков, – подумал Крайнов с уважением к оружейным мастерам чужих, шагая дальше по кораблю. Уверенности, что всё как минимум будет неплохо у него и плохо у пришельцев, ему добавляла здоровенная инопланетная пушка в руках его боевого костюма.

Приближаясь к памятному перекрестку, стараясь двигаться как можно тише, помня о пушистой твари и возможной засаде со стороны головастиков, осторожно заглянул за угол. Беспорядочно разбросанные тела, словно поломанные игрушки, и изрядно опаленный меховой шар, подсказали, что страйк он все-таки выбил. Лужи крови и части тел – страшное месиво. Майор толкнул тварь ногой, проверив, может живая. Меховой клубок развернулся. Из клыкастой пасти вывалился язык, на опаленных боках он насчитал шесть попаданий. Мясорубка, что она тут устроила, говорила о том, что эта скотина невероятно живучая. – Встретится с ней без костюма совершенно не хотелось бы. Хорошо, что у нас такие не водятся!, – подумал человек, перешагивая через ее труп, двигаясь дальше. Решив проверить все помещения в поисках того, на чем бы свалить с корабля, он зашел в первое же попавшееся. Похоже, что электричество не пропало полностью. Где то еще работал какой-то источник питания. Хотя, возможно, в расчете на непредвиденные обстоятельства, был аварийный реактор. Контуры дверей подсвечивались зеленоватой окантовкой, как впрочем изумрудные огоньки камер также продолжали все исправно фиксировать.

Помещение было сплошь уставленно черными ящиками, содержимое которых не представляло практического интереса с точки зрения человека: всякие трубки и металлические загогулины, запасные запчасти для чего-то. А вот шарик с красным огоньком внутри, размером с яблоко, без всяких батареек и видимого источника питания светился красным. Когда Крайнов взял его в руки, начал разгораться все ярче, при этом в помещении, несмотря на активированное костюмом ночное видение, становилось все темнее. Сразу три синих снежинки тревожно замигали перед глазами. Стоило только отложить странный предмет в сторону, как две снежинки пропали, а сиреневый мягкий свет начал потихоньку возвращаться, восстанавливая для человека видимость о тьме. Ярко-красный свет внутри шара, однако, остался. – Энергию он высасывает что ли? – подумал Крайнов, решив больше без надобности больше ничего не трогать. После того, как палубы погрузились во тьму, пропал и неизменный, не особо заметный до этого гул. В этой тишине были отчетливо слышны приближающиеся шаги и посвистывающая речь пришельцев. Заряды тратить жалко, да и не целесообразно. Осторожно, чтобы не создать лишнего шума, Крайнов взял один из массивных ящиков, и, занеся его высоко над головой, встал рядом со входом, прижавшись к стене спиной. Сначала появился ствол винтовки, следом за ним вошел, осторожно осматриваясь и сам, затянутый в черное с неоновыми светящимися полосами по швам, пришелец. Сердце бешено колотилось, норовя выпрыгнуть из груди. Вошел еще один, также вооруженный головастик. Осторожно водя стволами из стороны в сторону, они осматривали ряды с ящиками, не заметив затаившегося человека. Удовлетворенные осмотром, один из них выдал негромкую трель стоящему в коридоре и принялся рыться, вытряхивая все из черных ящиков прям на пол, складируя нужные им вещи в подобие мешков. Когда все было сделано, они просто прошли на выход, совершенно не обращая внимания на стоявший, прижавшись спиной к стене, почти четырехметровый черный экзоскелет с массивным контейнером, занесенным для броска над головой, и здоровенным автоматом, на который было похоже оружие для костюма.

По коридору вновь затопало множество ног и тихие пересвисты удаляющихся пришельцев. Не веря в свою удачу, человек осторожно выглянул в коридор. Насчитал семь долговязых фигур как раз в тот момент, когда они скрывались, входя в плавно изгибающийся поворот туннеля. В длинном шестиметровом контейнере, в одном из тех, что вскрывали его похитители, оказались толстые металлические стержни, и еще какие – то запчасти, напоминающие кубик-рубика. Взяв один из стержней и сделав пару финтов, выписывая восьмерки будто мечом, Крайнов остался доволен, решив прихватить один из стержней с собой, так на всякий случай.

Выйдя в коридор и стараясь не шуметь, двинулся за головастиками. Те явно куда-то торопились. Может удастся заставить одного из них проводить его в спасательную шлюпку? В конце концов, говорить по-нашему, они кое-как, но умеют. Может договориться получится. За поворотом его ждал сюрприз в виде открытой арки в самое большое помещение из виденных им здесь, в котором стояли четыре, похожие на кедровые шишки, с выпуклыми чешуйками, корабля. Ближе к утолщенной части шишкообразного корпуса был вход, в котором горел мягкий белый свет. То и дело туда-сюда сновал один из пришельцев то что то отдавая, то наоборот доставая из этих мешков, в которые до этого они складывали запчасти и скрывался обратно в корабле. Но ни это насторожило Крайнова. Возле корабля суетилось пять головастиков, а не семь, как должно было быть.

Итак, взвешивая в руках и ища оптимальный баланс стального стержня, Крайнов начал строить план. – У меня одна тяжелая хреновина и ствол без запасных магазинов, в рожке хрен его знает сколько патронов. У них пять энергетических пушек. Задачка в контрольной работе: пять пушек плюс две в уме, плюс незамеченным подойти не получится, укрытий… ,– он оглядел ангар, – до них я тупо не добегу, и того ровняется: все плохо. Дать им стартовать, чтобы предупредить своих, я тоже не могу себе позволить.

Черный силуэт, в котором был узнаваем точно такой же экзоскелет, в котором сидел майор, запрыгнул на самый верх корабля. Второй такой же, как тот, который он счел опасным для себя, если им будет управлять профессионал, появился с его обратной стороны, держа в руках пушку, наподобие той, что была в руках у Крайнова. Оба подняли чешуйки на обшивке корабля, и начали совершать там какие-то манипуляции. Остальные головастики только и успевали, что подавать им запчасти. Все внимание пришельцев было поглощено работой.

– Вот он, мой шанс. Погибать, так с музыкой, – подумал Крайнов, поудобнее перехватывая свою стальную дубину.

***************************************************

– Отключайте все вспомогательные системы, всю энергию на двигатель, – отдавал команду капитан, сидя за пультом управления десантного блока, программируя автопилот. Направляясь в транспортный док, они встретили двух техников. После краткого совещания было принято решение немного переделать десантный бот для доставки инфокристаллов в орден. Во-первых он быстрей, во-вторых прочней, чем спасательные шлюпки. Шанс добраться до ордена у него в разы выше.

О человеке никакой информации не было. Похоже, где то затаился или, как надеялся в душе капитан, его выдуло в космос. Как докладывали техники, он что-то делал в реакторной, накрыв большую часть систем, из-за чего многие секторы корабля разгерметизировались сами собой, уничтожив почти весь его экипаж. На некоторые палубы доступа не было, есть ли там выжившие было не известно. Взбесившаяся автоматика наглухо их запечатала.

Капитан набирал команды автопилоту с мыслями о том, стоит ли еще чем-то дополнить свой доклад ордену. Закончив и все проверив, он вышел из бота как раз в тот момент, когда сверху с грохотом упал на пол один из ремонтников в спец костюме, другой же ремонтник бежал в его сторону со стержнем, который используется для ремонта двигателя. – Где он его взял, и почему он держит его без защитного чехла? И откуда у него взялось оружие десантной группы? Доступ к этому оружию имеют только бойцы, а не ремонтники, – только и успел подумать капитан перед тем, как ремонтник, подбежавший невероятно быстро, пнул его ногой в грудь с такой силой, что тот влетел обратно в бот. Из него вышибло дух от последующего удара о переборку внутри бота. Затухающее сознание продолжало воспринимать звуки выстрелов снаружи и глухие удары, кровавая пелена затуманила обзор. – Это был человек, – мелькнула мысль. Собрав все силы, он пополз к пульту управления. Каждое движение давалось с неимоверным трудом, сопровождаемое дикой, почти невозможной болью. Оставляя за собой кровавую дорожку из пробитой груди, капитан, подпитываемый чувством долга перед орденом и своим народом, кое-как дотянулся до кнопки экстренного старта. Все остальное сделает автопилот. Палуба десантного бота дрогнула от приводимого в движение космолета. Свисс позволил себе закрыть глаза, уверенный, что орден будет знать все.

**********************************************************

Небольшой космический корабль ощерился приподнявшимися чешуйками, от чего стал еще больше похож на шишку. Из-под чешуек появилось неоновое сияние, более бледное от середины и более интенсивное к хвосту, явно знаменуя его старт.

– Похоже, не успеваю, – подумал Крайнов, поднимая металлический стержень, которым за секунду до этого раздробил грудной панцирь экзоскелета, в котором сидел пришелец. Черные осколки, похожие на хитин, вошли тому глубоко в грудь. Не теряя надежды, он рванул ко входу в корме корабля, который прям на его глазах закрылся тремя похожими на лепестки листами обшивки. Брошенный в бессильной ярости стержень отлетел от брони, ни оставив на ней ни царапины, громко зазвенел по полу. Перехватив автомат, дал очередь. Пять ярких снарядов вспышками исчезли в броне корабля. Это всё, на что хватило магазина оружия, перед тем как он опустел.

Пока поднималась железная створка, за которой мерцало мыльным пузырем уже знакомое силовое поле, через которое просвечивал своей чернотой с россыпью звезд космос, человек пытался выстрелить из плазменной винтовки, которую он вырвал из рук бесформенной массы, в которую после удара тяжелым стержнем превратился пришелец, не защищенный костюмом. Оружие в руках костюма выглядело как игрушечное. Длинные плоские пальцы ни как не пролазили в отверстие, чтобы нажать на курок. Избавиться от костюма он уже не успевал. Корабль с хлопком прошел сквозь поле.

Провожая взглядом быстро удаляющегося беглеца, он не заметил, как валяющийся до этого неподвижный головастик направил на него ствол. Заряд плазмы попал в запястье костюма, мгновенное превратив его в бесформенную расплавленную кляксу, медленно стекающую тонкими струйками на пол. Второй заряд попал в коленный сустав, так же расплавив его. В падении, сильно оттолкнувшись не поврежденной ногой, сделав какое-то подобие сальто, он пластом приземлился возле пытающегося отползти врага. Длинной рукой удалось выбить из его рук винтовку, которая отлетела далеко в сторону. Снежинки-индикаторы всеми цветами радуги рябили перед глазами внутри шлема. Запахло горелым.

– Дела явно плохи, – только подумал Крайнов, как костюм раскрылся, давая человеку возможность из него вылезти. Пахло жженой резиной и еще непонятно чем, сильно резавшим ноздри. Не без труда покинув тесный экзоскелет, он обтер испачканные проводящим гелем руки о штаны. Подойдя, сильно пнул пришельца в живот, не оставляя ему шансов доползти до оружия. Тот позеленел и блеванул чем-то желтым.

– Хорошо, что выше колена не попал, гад, – осматривая поврежденный костюм, думал Крайнов. Пришелец что-то сдавленно просвистел на своем птичьем языке, привлекая его внимание к себе.

– Не свисти, денег не будет, – огрызнулся человек на его трели, – тебе, урод, еще домой меня везти надо, сечешь? – спросил он его. Не дожидаясь ответа, майор схватил тощего двухметрового головастика и волоком потащил его к другому шишкообразному кораблю.

–Твари, не на того напали, я вам покажу где раки раком ходят, – он бросил пришельца, и вплотную приблизившись к его лицу, заорал, – вы, уроды, нахрена вообще прилетели. Земля вам нужна? На, выкуси, – он с размаху заехал кулаком по морде собеседника. Тот лишь посвистывал что то, корчась на полу и закрываясь одной рукой. Вторая, видимо, была сломана, и плетью болталась за спиной. Разъяренный человек продолжал вслух выплескивать свой гнев.

– Слушай меня, сука, и слушай внимательно, – с этими словами, он схватил его каплевидную башку обеими руками, – если ты сейчас не заведешь эту хреновину и не доставишь меня на мою планету, я начну тебя медленно по кусочкам отправлять в космос, – свою угрозу и требования он активно сопровождал жестами, и некоторые из них, видимо, были универсальными во всем космосе.

Головастик что-то тихонько присвистнул и Крайнов счел это согласием с его стороны. Сходил, подобрал оружие, и жестами, сопровождаемыми направленным на врага стволом винтовки, заставил подняться, и покачиваясь, двинуть в направлении бота. Совершив какие-то манипуляции на чешуйчатой обшивке, он открыл шлюз, и, подталкиваемый в спину стволом, они вошли внутрь корабля. Там все было так, как и представлял себе майор: пульт и кресла на своих местах – там, где следуя человеческой логике, они и должны были находиться.

– Черт побери, они действительно близки к нам по мышлению, только более развиты технически, а это значит, что они точно вернутся. Мы должны быть готовы их встретить. И если не разговаривать на равных, то надо как-то заставить их подумать, прежде чем совершать необдуманные поступки, такие как, например, похищение меня самого, или, не дай им Бог, попробовать захватить Землю. Отвешанную затрещену головастику сопроводил наставлением: – Давай, заводи свою шарманку. В ответ раздались очередные, ни о чем не говорящие посвистывания. Как то интуитивно человеку стало ясно, что этот доходяга ни хрена не понимает, что от него конкретно требуется. – Как же тогда они со мной разговаривали? Может, у них прибор какой-то есть, или я ненароком угрохал переводчика? Ладно! Пусть с этой проблемой такие же головастики как этот, только в очках, разбираются. Как же объяснить ему, куда мне нужно?

В одной из ниш на стене было нечто вроде аптечки. Когда человек взял в руки коричневый стержень, похожий на маркер, пришелец оживился, и начал жалобно высвистывать предмет, тыча в него пальцем.

–Это тебе нужно, да? Ответом была развернутая ладонь протянутой руки. Крайнов покопался еще в аптечке, найдя нечто вроде зеленки, и тут его осенило. Он прям на полу начал рисовать схему солнечной системы с солнцем в центре и девятью планетами. Потом жестами разъяснил головастику, где они сейчас находятся, и что доставить его драгоценную персону нужно на третью планету от солнца.

– Фирштейн? – осведомился он после? По огромным черным глазам и выражению лица пришельца трудно было определить, пришли они к конценсусу или нет. Головастик снова вытянул руку с раскрытой ладонью, указывая одним из трех пальцев на коричневый маркер, зажатый в руке Крайнова. Тот в свою очередь снова указал на Землю, после чего каплеобразная голова кивнула в знак согласия.

–Ну вот, я же знал, что в такой здоровенной башке должен быть здравомыслящий мозг, – сказал, улыбаясь, человек, ложа в раскрытую ладонь требуемый предмет. Сам же направил на него ствол оружия и стал наблюдать, что тут будет делать с маркером. Колпачок с наконечником, весело подпрыгивая, поскакал по полу. Там, где должен был быть пишущий стержень, оказалось подобие трезубца из прозрачных тонких кристаллов. Он поводил маркером вдоль поврежденной руки и остановил его там, где стержни стали красными. Затем воткнул его, присвистнув и скривив рожу. По мере поступления из шприца в руку пришельца какой-то жидкости, коричневый стержень на глазах становился прозрачным. Закончив, он отбросил маркер в сторону и расслабленно откинулся в своем кресле. Крайнов, думая о том, далеко ли успел улететь первый корабль, и как близко может оказаться пункт его назначения, решил затрещиной поторопить своего пилота.

– Эй, наркоша, хорош балдеть, пора лететь уже. Тот в ответ свистнул и махнул рукой в сторону пустующего кресла, стоявшего рядом. В препарате явно содержался либо сильнейший транквилизатор, либо и вправду наркота. Головастик стал неожиданно разговорчив, высвистывая трели похлеще канарейки и беспрерывно жестикулируя, время от времени тыча трехпалой ладонью в рисунок на полу.

– Хорош трындеть, потом жаловаться будешь, – оборвал его очередной затрещиной Крайнов.

Пробежав своими длинными пальцами по панели, обильно усыпанной снежинками, в воздухе развернулся голографический экран с изображением солнечной системы. Человек улыбнулся и уверенно ткнул пальцев в третий от солнца голубой шарик. В ответ опять раздались трели, и корабль вздрогнул, стартуя. На одном из экранов здоровенной махиной висел покинутый ими крейсер, неподвижно висевший на фоне газового гиганта. Ни с чем несравнимое зрелище. Ни одна из сцен фантастических фильмов, которые так любил майор диверсионной группы, не могли сравниться с реальностью. Он никогда бы не поверил, что такое вообще возможно, не случись эти события непосредственно с ним.

От части, чтобы не сойти с ума, не впасть в ступор, и начать активно действовать, помогла не только железная выдержка и суровая подготовка, ну и эти фильмы, и, наверное, множество прочтенных фантастических книг, которые, возможно, морально подготовили его задолго до этой встречи. Такой родной голубой шарик, жемчужиной висевший на черном фоне космоса, стремительно рос в размерах в обзорном экране. Вокруг него, отражая свет солнца, словно туча москитов, плавали по своим орбитам спутники и груда бесполезного металлического мусора.

–Не хило засрали, да? – сказал он головастику, тыча пальцем в мусор. Гуманоид сделал какие-то свои выводы по этому поводу, и развернул карту материков земли. Крайнов ткнул пальцем в нужную ему точку. Их путешествие с последующей посадкой показало полную бесполезность противовоздушной обороны нескольких стран, над которыми они пролетали, будто падающий астероид, и полную беззащитность земли перед возможным вторжением. Как выяснилось позже, сидящий в кресле пилота пришелец даже и не думал, управляя десантным кораблем, использовать оружие для защиты от ракет и самолетов перехватчиков, поднятых по тревоге ВВС США и других стран, включая Россию. Все это на подлете уничтожалось в автоматическом режиме системой противометеоритной защиты.

Глава 4. Встреча в Кремле

После посадки и рассказа Крайнова с предоставлением неопровержимых доказательств о том, что случилось, и о том, что возможно произойдёт, на Земле разверзся ад, предсказанный многими прорицателями задолго до этих событий. Обвинения и разногласия в случившемся инциденте спровоцировали целую волну мелких локальных войн. Кто-то думал о нападении и провокации соседей, а некоторые просто воспользовались поднявшейся смутой, чтобы реализовать свои корыстные планы. Так прекратили свое существование такие страны как Ирак, Катар. Иерусалим в Израиле полыхнул радиоактивным шлаком, уничтоженный, успевшим выпустить ядерный арсенал Ираком за секунду до того, как сам взлетел на воздух. И так было по всему миру. Когда две крупнейшие державы – Россия и Америка, были готовы обменяться ядерными ударами, президент РФ Стрельцов, сделал беспрецедентный шаг. Он пригласил совет безопасности ООН в Кремль. В ответ на посыпавшиеся вопросы, он заявил в своем видео обращении:

–В связи с крайне нестабильной ситуацией во всем мире, я настаиваю на том, чтобы главы всех стран, даже тех, кто не входит в Совбез ООН, собрались у нас, в Кремле, ибо над человечеством нависла небывалая угроза. И это даже не угроза ядерной войны, хотя, как мы видим, все идет именно к этому, это угроза извне. Все вы прекрасно понимаете, почему в мире внезапно до предела обострилась обстановка. Виной тому был объект, прилетевший из космоса, который совершил посадку на нашей территории, и успевший натворить немало бед перед своим приземлением. Призываю вас забыть былые распри и отбросить недоверие в сторону. Вопрос стоит о выживании нас всех. Человечество как вид стоит перед угрозой уничтожения врагом из космоса, – закончил он свою речь и видео обращение к главам всех государств.

В назначенную дату встречи в Кремле прибыли далеко не все. Кто-то отказался, считая это кремлевской ловушкой, кто-то считал себя выше всего этого и просто проигнорировал, но было много и тех, кто прибыл. С остальными же организовали телемост по защищенному каналу. Собрались не только политики, но также и видные ученые, которым было отдельное послание от президента, а также военные – в основном верхушка вооруженных сил России. Присутствовали также глубоко законспирированные агенты других стран, которых за день до встречи раскрыли, но сделав жест доброй воли в знак того, что все, о чем пойдет речь в Кремле, очень серьезно, разрешили присутствовать, сохранив им их инкогнито. Президент с видом уставшего человека, страдающего бессонницей и нервным перенапряжением, взошел на трибуну.

– Я приветствую всех тех, кто принял наше приглашение, всех, кому не безразлична судьба человечества, – начал он свою речь, – я не буду ходить вокруг да около, а перейду сразу к сути. Не буду лишний раз напоминать, вы итак помните, как объект из космоса приземлился у нас в России, поднимая переполох и сея раздор между странами. Некоторые из присутствующих согласно кивнули. – Опуская политику, хочу обратить ваше внимание на то, что системы ПВО и поднятая авиация тех стран, включая наши собственные силы, оказались абсолютно беспомощны перед этим объектом. Скажу вам даже больше, при детальном осмотре, ни одна из выпущенных ракет не долетела до цели. И это при том, что этот объект не использовал свое вооружение. Это работала в автоматическом режиме противометеоритная система защиты.

По залу волной прокатился ропот. Подняв руку вверх, президенту удалось остановить лавину вопросов и нарастающий гомон. После чего он продолжил: – Объект не принадлежит нам. Я не имею в виду Россию, я имею в виду нашу цивилизацию. Но и это еще не все, – он сделал глоток воды, выдержал нужную паузу для того, чтобы смысл только что сказанного дошел до его слушателей, – эту кучу проблем нам создал небольшой десантный бот, напоминаю, даже не используя оружия. Сам же большой корабль, поврежденный нашим человеком, висит на орбите Юпитера. Опережая ваши не высказанные вопросы, такие как: где доказательства, и с чего вы решили, что эта раса нам враждебна – кое-что вам покажу. Он сделал едва заметный жест, и под удивленные ахи и вздохи, в зал собрания вошел двухметровый пришелец под охраной четырех вооруженных охранников. Сопровождающие его люди не были маленького роста или хлипкого телосложения, но на фоне рослого пришельца с его неестественно большой головой, тощего торса, и длинных конечностей, с тремя толстыми длинными пальцами, длина которых вполне позволяла ему обхватить голову человека, выглядели как-то беззащитно. Казалось, что он способен раскидать их, возникни у него такое желание.

Конвой остановил пришельца на почтительном расстоянии от президента, и развернул его в сторону зала лицом, имеющим мало общего с человеческим. Его черные огромные глаза внимательно оценивали обстановку. Испуганным он совершенно не выглядел, казалось наоборот, он с интересом изучает окружающую его обстановку и людей в зале. Президент дал время присутствующим выплеснуть свои эмоции, демонстративно сохраняя молчание. Минут через пятнадцать в зале более-менее установилась тишина. Только тогда президент продолжил, усиленным микрофоном голосом: – Теперь отвечу на вопрос, с чего мы взяли, что они нам враждебны. Под одобрительные кивки головами, он снова сделал незаметный жест и в зал в парадной форме вошел майор Крайнов. – Раз уж между нами перед лицом внешней угрозы, я надеюсь, не будет секретов, первый шаг на встречу сделаю я сам. Это,– он протянул для пожатия руку подошедшему человеку, – майор нашей калининградской диверсионной группы Сергей Крайнов. Это он прибыл вместе с этим существом из космоса, захватив его в плен. Он сам сейчас подробно расскажет о том, что с ним случилось, и мы вместе с вами решим, как быть дальше.

Президент ободряюще похлопал Крайнова по плечу и уступил ему место за трибуной. Сам же, с видом неимоверно уставшего человека, присел в кресло, которое вынесли специально для него. В зале висела гробовая тишина, которую лишь однажды нарушил своим посвистыванием хотевший что-то сказать головастик. Крайнов, согласно приказу президента, поведал слушателям абсолютно все, что с ним произошло, ничего не утаивая.

В конце рассказа добавив, уже лично от себя: – Приношу свои искренние соболезнования семьям погибших летчиков, сбитых системой защиты этого корабля. Если бы я знал, что она работает, то не допустил бы произошедшего. Возможно вот этот, – он указал пальцами на головастика, -говорил мне о чем-то, что могло иметь к этому отношение, но, увы, я его не понимаю. Еще раз прошу простить меня, я вправду не хотел, чтобы так получилось.

С минуту висела полнейшая тишина. Видимо, как только перевод в наушниках достиг ушей слушателей, и они его переварили, зал взорвался гулом множества голосов. Президент не стал никого перебивать, решив дать возможность людям выговориться и обдумать все изложенное Крайновым. Когда, наконец, в зале наступила тишина, Стрельцов счел возможным продолжить совещание.

– Есть вопрос к вам, Сергей, от наших заокеанских партнеров, которые с нами на связи через телемост, усмехнувшись, произнес он, оборачиваясь к большому экрану, на котором был изображен кабинет, находящийся в Вашингтоне. Говорите, мистер Президент, – продолжил Стрельцов, обращаясь к изображению пожилого седого мужчины в строгом костюме с американским флагом на лацкане.

– Вам не кажется, молодой человек, что вы начали, не поздоровавшись, – произнес заокеанский президент, – агрессию по отношению к нашим гостям из космоса?

Ничуть не смутившись и не чувствуя за собой никакой вины, Крайнов ровным голосом ответил: – Нет, не кажется. Я к ним на корабль не напрашивался, более того я несколько раз предлагал им мир и переговоры, на что в ответ меня каждый раз пытались убить. Подумайте сами, если они прилетели, да откуда бы они там не прилетели, для дружбы и мира, не думаю, что они начали бы это дело с похищения.

–Быть может, вам все-таки не стоило вести активные боевые действия по отношению к ним, а как то действовать, скажем так, помягче?

– Можно, Александр Владимирович?, – обратился к Стрельцову Крайнов, спрашивая разрешение на свои следующие действия. Тот согласно кивнул.

Крайнов вместе с президентом провели ни один день, ища выход и обдумывая сложившуюся ситуацию, прежде чем собрать этот совет. Они предвидели события подобного разговора именно со стороны лидера блока НАТО, который в свете событий последних дней настроен был крайне агрессивно.

В зал внесли лист железа, который на поверку оказался частью лобовой брони новейшего американского танка, разработка которого хранилась в строжайшем секрете.

–Отвечу на ваш вопрос так! Это часть лобовой брони вашего новейшего танка под кодовым названием «Бизон», – улыбаясь, он отметил, как переглянулись высокопоставленные военные чины, стоявшие за спиной американского президента. Он достал спрятанную до поры внутри трибуны трофейную плазменную винтовку, которая удобно легка в руки, хоть была и несколько великовата для них, но, тем не менее, крайне удобная в эксплуатации. Направил оружие на броню и нажал на спуск. Вырвавшийся сгусток белой плазмы, больше похожий на небольшую шаровую молнию, взорвался яркой вспышкой после соприкосновения со сложным составом американской брони, сделав в ней дыру с оплавленными краями размером с голову. Облако испарившегося металла и раскалившееся добела железо говорили сами за себя. Не дав времени ни кому опомниться, увидев, как перешептываются между собой люди в зале и люди на экране, майор продолжал:

– А это лобовая броня нашего новейшего танка «Ростов», – сопроводил он комментарием вносимый в зал другой кусок железа. Реакция брони на выстрел была абсолютно идентична. – А теперь подумайте, как бы вы поступили, окажись вы на моем месте. Может, если бы они не пытались убить меня, стреляя из вот этого, – он поднял над головой винтовку, – то мне не пришлось бы спасать свою жизнь так, как умею, а умею я не плохо, учась этому с 18 лет.

– Вопрос не стоит, что было бы, да кабы. Сейчас вопрос стоит – что делать, – вставая из кресла, сказал Стрельцов.

– Быть может, мы сумеем с ними договориться как то? – взял слово представитель Великобритании.

– Например, как? – Стрельцов внимательно посмотрел на него, уже наперёд зная, что тот скажет, не первый год все-таки в клоаке большой политики.

– Например, выдать им виновного в случившемся, попробовать объяснить, что вышло недоразумение, в конце концов, мы же не знаем, зачем они, в итоге, прилетали. Быть может, они хотели наладить дружеские партнерские отношения.

Стрельцов с трудом сдерживал себя, чтобы не нагрубить этому, вызывающему отвращение, толстому напыщенному идиоту, которого на его родине называют джентльменом, несущему полную чушь, свойственную, впрочем, всей западно-европейской дипломатии. Сдерживая свои чисто человеческие порывы, спокойно ответил:

– Я правильно вас понимаю, что вы не против того, чтобы по возвращению, когда они вернутся, они продолжали забирать для своих неведомых нужд, любого, кого они сочтут нужным без их согласия?

– А вы в свою очередь не думали, господин президент, что, возможно, это был некий эксперимент. В той камере с голограммой монстра, так сказать, тест на разумность, – несколько резко ответил англичанин вопросом на вопрос.

– А, ну если так, то конечно, пусть прилетают, и проводят опыты над любым, кто им понравится. Может быть, сами к ним пойдете, или отдадите им кого-нибудь из своих близких?

В зале раздался одобрительный гул.

– Господин президент, – взял слово представитель Индии, – правильно ли мы понимаем ситуацию в том плане, что они точно должны вернуться?

– Честно сказать, я не знаю, – развел он руками. Но давайте мыслить логически. Вы бы вернулись, если ваш корабль захватили бы туземцы? Хотя бы даже не ради мести, впрочем, не будем исключать и этого, а просто, чтобы попробовать вернуть свой корабль.

– А где, вы сказали, он находится?

– Он на орбите Юпитера.

– А там остались еще живые члены экипажа? – продолжал индус.

– Этого мы не знаем. Языковой барьер преодолеть нам пока не удалось.

– Что вы предлагаете? У вас есть какой-нибудь план, – влез в разговор, молчавший до этого, китайский лидер.

–Да, именно для этого я и собрал вас в Кремле. Здесь присутствуют не только влиятельные политики, но и интеллектуальная элита человечества. Вместе мы должны решить, как будет развиваться наша дальнейшая судьба, – начал излагать составляемые ни один день решения, от принятия или непринятия которых зависела, в прямом смысле, судьба всего человечества. И не важно при этом, вернутся пришельцы или нет, мир для людей изменится в любом случае. Прежней, привычной для людей жизни больше не будет никогда.

Совет длился до глубокой ночи, решая судьбоносные вопросы, так же как и всю неделю спустя, в течение которой в Кремль прибывали главы тех государств, которые с начала не посчитали нужным этого сделать. Стрельцов с удовлетворением, как и многие другие люди, отмечал, что большинство локальных конфликтов утихли сами собой. Казалось, весь мир замер в ожидании чего-то, что должно неизменно наступить.

– Люди дали нам власть принимать решения, и мы не можем их подвести, не оправдать их надежды на светлое будущее для них и их детей, -так думали многие, хоть и не все. Объединившимися перед лицом величайшей опасности за это короткое время, в течении недели был достигнут такой прорыв не только в науке, но и в отношении разных стран, какого еще не знала история.

ГЛАВА 5. Решение принято

На третий день собрания в Кремле, которое способствовало объединению человечества, было принято решение немедленно отправить экспедицию к Юпитеру, где на его орбите все еще находился большой корабль, видимый в орбитальные телескопы. В процессе наблюдения за ним и окружающим его пространством, было обнаружено еще два корабля, ничуть не меньше первого, но кардинально отличные по конструкции. Обнародовать данные об этих двух находках не стали во избежание массовой паники. Это был бы удар на эмоциональном уровне, от которого оправились бы немногие. Людям итак было непросто принять, что существует не менее разумная раса. Также бытовала версия, что два других корабля из-за их отличия могли принадлежать другим расам. Тогда еще никто не знал, что все это связанно с временными промежутками предыдущих экспедиций. Прогресс чужих также не стоял на месте.

Лететь к Юпитеру на двигателях, имеющихся в распоряжении землян было непозволительно долго. Полет занял бы почти три года, и ограничился бы экипажем всего в пять человек. Взвесив все за и против, решили идти ва-банк, лететь к кораблю на десантном боте, захваченном Крайновым. При этом раскладе время полета составляло четыре часа в одну сторону.

План был такой: в первую группу войдут лучшие спецы из групп специального назначения, возглавит которую теперь уже полковник Крайнов. Они должны захватить и зачистить первый корабль, остальные корабли при наблюдении за ними не подавали никаких признаков жизни, транспортного сообщения между всеми тремя кораблями также не наблюдалось, поэтому в отношении их было принято решение действовать по ситуации. Далее предполагалось захватить два шишкообразных десантных бота, оставшихся в шлюзовом ангаре, и доставить их на землю. После чего на них должны были прибыть обратно к Юпитеру техники и ученые. Пилотом был свисс. С ним общались посредством блокнота и ручки, на картинках объясняя ему интересующие людей вопросы.

Сотрудничал он не особо охотно. Энтузиазма и частичку доброй воли ему добавляли электрошокеры, встроенные в надетые на него браслеты. Остальных членов экипажа, возможно выживших на несправном корабле, люди рассчитывали захватить,. Быть может, из них получатся пилоты, и еще, как надеялись, они смогут обучить людей.

Глава 6. Орбита Юпитера

Из рубки управления десантным ботом Крайнов смотрел в обзорный экран на приближающуюся громаду звездолёта Свиссов. За штурвалом сидел «Свисток» – так называли пленника люди из-за особенностей свистящей речи пришельца. Он, кстати говоря, уже начинал отзываться на это прозвище.

Быстро увеличивающийся на экране звездолёт своими размерами внушал восхищение, с толикой страха вперемешку. На вскидку, он был не менее километра в длину и не похож ни на что из того, что могли себе представить люди. Конструкция напоминала пистолет с двумя обоймами по бокам. Тут и там на его поверхности были видны куполообразные надстройки с торчащими из них по два, три, а то и по шесть стволов неизвестного оружия. То, что это было именно, оно никто не сомневался. Несколько башен развернулись в сторону приближающегося борта, направив стволы орудий в его сторону, а на панели высветилось несколько снежинок, сопровождаемые тонким посвистыванием на языке чужого.

Крайнов внимательно посмотрел на Свистка в немом вопросе, кивнув в сторону экрана, тот лишь небрежно махнул рукой и куда-то нажал. Орудия большого звездолёта развернулись, заняв исходное положение. – Похоже на систему распознавания свой-чужой, – подумал Крайнов, немного успокоившись. Тем не менее, в очередной раз решил, что лишним не будет проверить оружие, и показал головастику брелок, с помощью которого управлял шокерами на его запястьях. Тот посмотрел на него в ответ своим немигающим взглядом, от которого бросало в дрожь – настолько он был чуждым всему земному, но ничего не сказал в ответ, спокойно отвернувшись и продолжая управлять ботом, готовя его к посадке в ангаре. Его гигантская створка была всё также открыта, не пуская космос внутрь корабля лишь прозрачной стенкой силового поля, похожего на стенку мыльного пузыря.

Люди выпрыгивали из бота, занимая вокруг него круговую оборону. Крайнов вышел последним, оставив Свистка под охраной двух бойцов. Все было так, как он запомнил, когда покидал корабль, за исключением того, что тела мертвых головастиков были разорваны на части. Обглоданные конечности валялись тут и там, брошенные где попало. Того, чьих зубов было это дело, видно не было. Не тронутыми оказались только те двое, кто были в броне костюмах. Звери, выпущенные на свободу, не смогли добраться до тел внутри них. Освещение также исчезло совсем. Если бы не приборы ночного видения, люди оказались бы слепыми, как котята.

– Тащите сюда свистка, – скомандовал Крайнов, убедившись в окружающей безопасности. Подошедший к нему пришелец указал в направлении коридора. Он знал, что от него требовалось провести людей на капитанский мостик. Посредством электрошокера и рисунков в блокноте с ним удалось установить полное взаимопонимание.

Примерно через минут 40 вооруженная группа людей стояла в просторном темном помещении, сплошь усеянном приборными панелями, по большей части не подающих никаких признаков работоспособности. Но на некоторых горели какие-то индикаторы и символы. Крайнов собрал командиров групп, куда входило по 5 человек, и раздал им схемы корабля, нарисованные свистком, со множеством помещений и коридоров, которые ветвились, словно молния на грозовом небе. Распределив маршруты с указанием: «чужих брать живыми», если таковые вообще есть, люди разошлись обследовать гигантский звездолет. Крайнов посредством планшета внимательно отслеживал группы на каждом маршруте. Через пол часа начались первые проблемы.

Четвертая группа понесла потери в результате нападения существа, похожего на здоровенную многоножку. Три бойца погибли, один был смертельно ранен и выбыл из строя. Отогнать ее удалось только взрывом гранаты. Тварь при этом, все еще живая и опасная, скрылась в темных недрах корабля. Было не ясно, насколько серьезно она ранена и ранена ли вообще.

В первой группе погиб один боец. Горилла появилась неизвестно откуда и ударами здоровенных кулачищ по шлему скафандра сломала бойцу шею. Он умер на месте. Огнем из четырех стволов гориллу удалось нейтрализовать. А вот сигнал третьей группы просто исчез с экранов планшета, когда они входили в очередное помещение, следуя по своей ветке маршрута. Связаться с ними также не удавалось.

Зато увенчалась миссия второй группы. Они живьем смогли захватить двух головастиков, но шестерых при этом пришлось уничтожить в ходе перестрелки. Подоспевшая на помощь пятая группа зашла головастикам в тыл и в рукопашную обезвредила продолжающих сопротивление чужих.

Из тридцати человек, отправившихся на зачистку корабля, в рубку вернулось шестнадцать. Результат полковника совсем не радовал. Одиннадцать трупов и пятеро безвести пропавших, судьба которых оставалась неизвестной.

На пленников были надеты точно такие же браслеты с шокерами, как и у свистка. Пришлось им объяснить, чего от них хотят, также как давнему приятелю Крайнова, который, увидев своих, залился такими трелями, что пришлось его угомонить разрядом. Потом они вместе с ним присели и, вооружившись блокнотом, человек объяснил ему, что требуется от его соплеменников. Тот, вроде, все понял, и просвистел полученные инструкции своим. Когда взаимопонимание вроде бы было достигнуто, три десантных бота покинули материнский корабль, оставив в ожидании подкрепления десять человек, занявших оборону в капитанской рубке. Время ожидания очередной партии людей на трех челноках составило почти сутки и прошло относительно спокойно. Лишь однажды что-то большое мелькнуло в проеме входа на мостик. Короткая очередь из автомата свела все планы чудовища в отношении людей на нет, заставив его убраться восвояси.

Через 5 дней корабль был полностью под контролем людей. Без потерь, конечно, не обошлось. И все же, их было меньше, чем предполагалось при разработке плана захвата. Еще примерно сорок членов экипажа свистков удалось захватить в плен живыми.

Целая армия ученых сновала туда-сюда по кораблю, засовывая свой нос во все щели, куда он мог пролезть. А куда не пролазил, протиснуть его помогали пришельцы. Первым делом наладили свет и восстановили большую часть систем жизни обеспечения. Сделать это удалось только на аварийном энерго ядре. Основное же, к величайшему разочарованию очкариков, Крайнов уничтожил, замкнув его цепь. Тут то и выяснилась причина исчезновения третьей группы. Именно на их маршруте находилось основное энерго ядро. Электромагнитные силы или может ещё какие-то, о которых людям ничего неизвестно, при входе просто разложили людей на атомы и нанесли их тонким слоем на стены. Приборы не регистрировали никаких аномалий или излучений, кроме электромагнитного гаусс поля, но настолько слабого, что ученые оказались в тупике. Раз за разом они пытались испробовать необычный эффект на своей собственной шкуре, пока Крайнов не выставил в секторе охрану, которая чуть ли не пинками отгоняла очкастых добровольцев в безумном стремлении покрасить своей шкурой стены реактора. Единственное, что удалось установить точно, это то, что поле никак не реагировало на неживые объекты, расщепляя исключительно живую органику. На примере эксперимента, внутрь бросили кусок мяса. Он так и остался там валяться, целый и невредимый.

Многие ученые матерились похлеще всех сапожников, вместе взятых, сокрушаясь по поводу военного времени, в котором не нашлось места для написания диссертаций, регистрации патентов, и получения нобелевских премий. И надо признать, их негодование можно понять. Особенно Крайнов оценил, что они разобрались с четырехметровым роботизированным костюмом, в котором он до этого лихо рассекал по кораблю, снося головы чужим. На деле это оказался ремонтный скафандр. Сразу стало ясно, почему он видел силовые линии внутри металлических стен. Костюм обладал широким спектром возможностей. Но самое интересное, что звуки, которые он при ходьбе принимал за жужание сервомоторов, приводящих в движение гидравлику, на деле оказались помпами      . В застенках брони костюма находилась очень плотная по своему составу ферро-магнитная жидкость, которую и гоняли туда-сюда по костюму помпы. Когда Крайнов поведал ученым, которые занимались изучением возможностей костюма, о своих приключениях, и то, как он его использовал, ему предложили дать имя прототипу, который будет создан на земле.

– А он тоже будет черным? – спросил Крайнов.

– Да, состав композита, из которого он сделан, определить было несложно, – самодовольно ответил ученый-инженер, – это карбон с вкраплениями металла, и немного одной из разновидностей…, в общем это вещество можно назвать резиной. Наши 3d-принтеры без труда справятся с этой задачей.

– Тогда, назовите его «Смокинг», – не много подумав предложил полковник.

– Отличное название, – одобрили его выбор все, кто находился в мастерской, в которую переоборудовали найденную оружейную комнату.

Что интересно, ни одного боевого костюма найдено не было. За исключением двух повреждённых, но опять же, не было никакой уверенности, что это были именно боевые костюмы, а не какие-нибудь ремонтники для особо опасных работ. Это опять же наводило на некоторые размышления.

А вот арсенал оказался весьма внушительным. Все оружие чужих на выходе давало в том или ином виде плазму, которую решено было не использовать в предстоящей войне, разумно полагая, если они ей убивают, значит могут от нее и защищаться. Но такое решение было принято не только по этой причине. Ребус с плазменным оружием оказался людям не по зубам. А вот найденные пистолеты, такие же, как тот, что Крайнов брал себе, оказались лучевыми парализаторами с широким воздействием практически на весь организм. Изучив их излучение, они получили широкое применение в земной медицине. Эксперементируя с парализующим излучением, удалось остановить прогрессирующие формы некоторых болезней, таких как, например, Альцгеймера и Паркинсона.

Загадок, как и открытий, было примерно поровну. Жидкостную проводку, похожую на ртуть, воспроизвести не удалось, также как понять принципов того, как она работает. Вникая в ее тайны, многие приходили к выводу, что она физически не может существовать. Объяснить, как она при разрыве цепи сама ищет кратчайший путь к соединению, логически не получалось. Она просто нарушала привычные законы физики, поставив людей в тупик. Хотя теорий на этот счет выдвигалось масса: от звуковых вибраций, до ферро магнитных свойств сложного состава. Последние, кстати, было ближе всего к истине, так как образцы в мертвых венах проводки и живых сильно отличались. Единственное, в чем все очкарики были едины, это во мнении, чем бы это ни было, и как бы оно не работало, лучшего проводника энергии человечество не знает. Крайнов иногда от души смеялся, разнимая ученых, которые от словесных баталий в своих спорах, переходили в рукопашную, не прейдя к общему мнению.

– Значит, вы утверждаете, что они вот так, прямо по-русски, говорили с вами? А вы уверены, что не были под действием наркотиков? – продолжал допытываться лысый коротышка с неестественно длинными и тонкими как у пианиста пальцами, которыми он ловко крутил отвертку. Этот допрос с пристрастием длился уже около часа и начинал порядком бесить Крайнова, который уже успел пожалеть о том, что вообще упомянул об этом, наблюдая как коротышка атакует свистка своими вопросами относительно управления кораблем, но каждый раз чуть ли лоб себе не расшибает о непроходимую стену свистящих трелей.

– Слушай, док, у тебя со слухом все нормально? Может тест на наркотики пройти?

– А странных запахов не помнишь? Нет, а что? Ну, может какой-нибудь газ, вызвал галлюцинации.

– Так, хватит, – рявкнул Крайнов.

Взорваться и отчитать по полной коротышку ему не дал, как это ни странно, свисток, сидевший неподвижно в кресле за одним из пультов под охраной автоматчика, словно VIP персона. Небрежно развалившись, он внимательно слушал разговор двух людей. Тихо присвистнув, он привлек внимание второго головастика, который жестикулируя и тыча в панель с черной матовой поверхностью, жестом показал, что хочет приблизиться к ней. Крайнов кивнул, демонстративно достав кнопку управления шоковых браслетов, и показал, как переводит регулятор мощности на максимум. Тот скривился и подошел к пульту.

– Вы уверены, – попытался образумить от необдуманных действий Крайнова коротышка, вдруг он сейчас запустит систему самоуничтожения или разгерметизирует все отсеки, или отправит своим сообщение?

– Заткнись, – оборвал приступ его паранойи Крайнов.

На одном из совещаний военного штаба Земли экспертами по полочкам было разложено поведение пришельцев. Экспериментальным путем было установлено: оставив пришельца в закрытой камере, и дав ему нож, он пытался убить охранника. Ему несколько раз предоставляли, незаметно для него самого, возможность суицида, но он ни разу ее не использовал, также как и другие подопытные.

Поэтому Крайнов не сильно опасался возможности подрыва. А упустить инициативу, исходящую от чужого, он позволить себе не мог. Приглашающим жестом дал добро головастику действовать, держа кнопку на виду. Тот медленно подошел к пульту, пробежался длинными пальцами по снежинкам, которые вспыхнули белым светом с плавно переходящим на концах своих лучей в яркий аквамарин, и мертвый до этого монитор ожил.

Экран, который называли монитором, вздулся полусферой, покрылся рябью. Чужой, склонившись над ним и насвистывая разные мелодии, касался пальцем то одну точку полусферы, то другую. Внезапно все панели в рубке ожили. Что-то затрещало, что-то запищало. Символы-снежинки ярко вспыхивали и тухли, после чего их свет выравнивался до, видимо, приемлемой интенсивности.

– Ну вот, доигрались, – подумал Крайнов. Автоматчик, охранявший свистка, наверное, думал в том же направлении, и направил ствол в голову чужого, колдующего над сферой, и в ожидании посмотрел на командира. Тот отрицательным кивком головы велел ему не торопиться.

Металлические стены рубки управления оказались панорамными экранами. Уже знакомые серебристые ручейки появились откуда-то из пола и начали образовывать узоры по типу паутины на стенах. После чего, соединяясь и растекаясь единым целым, словно полированные зеркала, они одни за другим начали вспыхивать, и взгляду людей во всей своей красе предстал Юпитер, на орбите которого они находились.

–Не хрена себе, – вскрикнул коротышка, не сдержавший своих эмоций.

Чужой посмотрел на него и присвистнул, касаясь сферы. Из невидимых динамиков до ушей людей донесся металлический голос: – Ни хрена себе.

После этой фразы последовала другая: – Где наши корабли, и мы тебе ничего не сделаем.

– Стоп,– Крайнов подошел к чужому, – подожди. Вы ведь уже это спрашивали у меня, верно? Чужой смотрел на него своими черными непроницаемыми глазами.

Раздавшийся свист и последовавший ответ перевернул все вверх дном: -Верно.

Через некоторое время в ходе длительных разговоров с пришельцами выяснилось, что люди – их кровные враги. Переубедить их не то что не получалось, а наоборот, каждый из них клялся и божился своими предками, что вырежет весь людской род. Хорошего в этих новостях было мало. На то, что мы ничего общего не имеем с этими Атлантами и даже не видели их никогда, они просто отвечали, что какой-то там орден разберётся, причём произойти это должно в ближайшем будущем.

Глава 7. Как быть?

Стратегия в отношении возможного вторжения была принята следующим образом: главы государств сложили с себя полномочия главнокомандующих вооруженными силами, передав эти привилегии военным, назначив перед этим главу военного штаба, и раздав ключевые должности в нем реальным боевым офицерам и стратегам, которые имеют настоящий, а не кабинетный боевой опыт. Были, конечно, некоторые разногласия по этому поводу. Все-таки людям непросто вот так сразу взять и осознать, что они теперь преследуют не только интересы своих стран, но интересы всего человечества. Те, кто имел боевой опыт и знаком с возможностями внеземного оружия, ясно представляли себе, что их ждет в случае вторжения. Также эти люди прошли специально разработанные психологами и прочими специалистами различные тесты. Согласно результатам этих тестов и были розданы соответствующие посты в штабе вооруженных сил Земли.

Модернизация власти коснулась практически всех уголков планеты, за исключением, пожалуй, индейских племен и эскимосов. Все гигантские корпорации перешли под управление политиков, которые также как и военные прошли соответствующие тесты на пригодность служения интересам человечества, а не личной выгоде. Тут не обошлось без серьезных конфликтов. Заблаговременно предусмотрев такой вариант развития событий, военные прошли тест первыми, чтобы силой, если потребуется, лишить власти тех, кто не захочет с ней расстаться, вводя население своих государств в заблуждение относительно реального положения дел на планете и провоцируя революции. Военные, входящие в новый штаб, быстро подавляли такие восстания и устанавливали порядок, соответствующий нуждам и потребностям всего человечества в целом. Да, местами это было жестко, но по закону военного времени, также была принята доктрина: «Если нужно – то можно пожертвовать многими во благо жизни остальных». После нескольких жестких подавлений подобных восстаний, спровоцированных политиками, не прошедших строгий отбор, и не желавшие отдавать свое кресло более достойным, недовольных новым положением дел не осталось, а если они и были, то помалкивали.

В то время, когда средства массовой информации донесли всему населению планеты о положении дел, по миру прокатилась массовая истерия с повальным количеством самоубийств. Возникали различные сообщества самых разных направлений, таких как, например, контактёры галактического ядра. Хотя, по сути, все эти сборища людей представляли из себя религиозные секты, сеющие смуту среди населения. Их деятельность также пресекалась на корню с рождения. Вскоре беспрерывно работающая пропаганда под лозунгом: «Единое человечество – Стальной кулак» принесло свои первые плоды. Люди начали сплачиваться не только перед возможным вторжением. Человечество по достоинству оценило открывающиеся перед ним перспективы при изучении инопланетных технологий. Вновь, как когда то в далекие тысяча девятьсот шестидесятые года, обратило свой целеустремлённый взор на звёзды. Людьми вновь овладела тяга к межзвёздным путешествиям, романтике неизведанных миров. Дух первопроходцев вёл людей вперёд навстречу приключениям, новым горизонтам, не взирая ни на какие опасности.

За какие-то три года планета с населением семь с половиной миллиардов человек изменилась полностью. Пережившие эти изменения составляли пять миллиардов жителей Земли. Средства пропаганды активно включали этот факт в свои лозунги, убеждая людей в том, что остались сильнейшие, достойнейшие представители мира. Именно им предстоит покорить космос и дать отпор неизбежному вторжению инопланетных агрессоров, и в этой битве заслужить право не только на существование, но и право гордо называться людьми, а не быть рабами каких-то головастиков или своих страхов. Страхов, которых не смогли пережить те, кто, наплевав на всех, ушел из жизни посредством суицида, решив, что так будет проще, оставив землю и ее будущее на произвол судьбы. И это работало.

Исследования и промышленность под властью военных шагала вперед семимильными шагами. Наука, стимулируемая технологиями чужих, почти каждый день совершала прорывы в той или иной области, омолаживая человечество в духовном и техническом плане. У людей появились цели.

Глава 8. Тайный орден

На пятый день совещаний в Кремле спец службы всех стран сдули пыль с секретных архивов, касающихся НЛО. Изучая их и сопоставляя факты, делали ошибочные выводы. Когда людям, работающим на орбите Юпитера, удалось более-менее устранить языковой барьер с чужими, выяснилось, что наблюдаемые человечеством неопознанные летающие объекты не имеют к нынешней ситуации никакого отношения. Остро стал вопрос: кто еще замешан в этом деле, кому принадлежат аппараты, которые люди наблюдали в небе во все времена, кому же еще понравилась наша планета? Установление причин интереса чужих к человечеству в целом многих повергало в шок. Старая легенда о мифической Атлантиде и атлантах обрела новый смысл, так же как и некоторые пробелы в истории Земли, включая легенду о появлении луны на небосводе. Масло в огонь добавили полумифические персонажи из области любителей теории заговоров, фанатики науки из ордена иллюминатов, которые послали своего представителя прямиком в новый военный штаб.

Генерал ознакомился с кратким экскурсом по истории этого таинственного ордена, собранный в единое целое разведывательными службами разных стран. Выходило, что эти весьма своеобразные ребята в основном ученые, которые из покон веков присматривают за человечеством по указке некоего существа, с которым имели честь общаться основатели ордена еще в до библейские времена. Они взяли на себя, если так можно выразиться, честь следить за технологическим процессом развития землян, и вносить свои коррективы, если они видят, что это может принести вред. От каких критериев они при этом отталкивались оставалось неясным. Но по некоторым сведениям именно эти люди были ответственны за устранение многих гениев еще со времен великой инквизиции и более ранних веков. Например: таинственная смерть Леонардо Да Винчи и Нострадамуса. Смерть и исчезновение множества трудов Николы Тесла также предписывали им.

– Ну что ж, -подумал генерал, – разберемся.

– Пусть войдет, – распорядился он, бросив папку на стол так, чтобы входящий человек видел, что на ней написано.

– Приветствую вас, – начал говорить вошедший молодой человек примерно лет двадцати пяти. Меня зовут…

– Я знаю, как вас зовут. Валерий. Так же как и большую часть вашей биографии. Давайте сэкономим время и отойдем от праздной болтовни к сути нашей встречи. Вы сказали, что у вас имеется важная информация, касающаяся последних событий на земле, – оборвал приветствие молодого человека суровый генерал, очень не любящий ходить вокруг да около.

– Окей, – сказал ничуть не смутившийся молодой человек, плюхнувшись без приглашения в кресло, стоявшее за столом, – тогда мне, наверное, нет нужды вдаваться в объяснения в то, чем занимается организация, которую я представляю? – спросил он, кивнув в сторону папки, лежащей на столе.

– Пока нет. Мне говорили, что вы обладаете некими сведениями о грядущей войне, рассказывайте.

– Не совсем так, но у нас есть информация, что мы действительно потомки тех самых атлантов, которых искали и нашли в нашем лице эти пришельцы, которые называют себя расой Свис. Более того, судя по всему, мы примерно знаем, где искать одно из последних выживших этих существ, атлантов.

– Где? Зачем? И что нам это даст?

Молодой человек ответил, переняв у полковника манеру его речи: – Возможно, на Луне; затем, что это существо, возможно, сможет нам помочь; а что нам это даст, вариантов много, не исключая и такой вариант, как быстрая смерть, которая будет альтернативой медленной агонии войны с головастиками.

– Почему на Луне, а не на Марсе, например? Чем вам приглянулась именно Луна?

– Не буду мучить вас фольклором и легендами древних народов о появлении этого небесного тела на нашем небосводе. Расскажу немного о более свежих событиях, начиная с советских миссий по запуску беспилотных аппаратов в ту сторону, – молодой человек указал при этих словах пальцем в небо, – первая из них состоялась в 1966 году. Советский Союз отправил искусственный спутник, который должен был облететь Луну и сфотографировать её загадочную тёмную сторону. Эта миссия потерпела фиаско при весьма загадочных обстоятельствах, которым тогда не придали особого значения. Перед тем как связь со спутником пропала, он, однако успел передать на землю странный шум, который списали на несовершенство техники и радиопомехи. Позже во время миссий «Аполлон» мы получили не только фото и видео, а также показания очевидцев того, что Луна занята. Этим людям можно верить. Некоторые из членов экипажей «Аполлона», так скажем, не чужие люди нашему ордену. Кроме того, все они подвергались жесточайшему гипно допросу, где их разум и подсознание буквально выворачивали на изнанку. Факт присутствия неизвестной нам, высокоразвитой цивилизации на Луне неопровержим.

Вот взгляните сами, – Валерий достал из папки пачку фотографий и протянул генералу. На фото явно был не земной пейзаж: кратеры, полное отсутствие какой-либо растительности, также как рек и прочих деталей, резко отличающих Землю от любой другой планеты. На некоторых снимках были какие-то развалины, наполовину занесённые песком, на других были куполообразные постройки неизвестного размера, и другие ни о чём не говорящие генералу конструкции. И ещё фото с тёмными пятнами, на них и указал генерал:

– А это что?

– Это неизвестные летающие объекты. Некоторые из них очень внушительных размеров.

Генерал нахмурился.

– Вы не думали о том, что это могут быть головастики? Может у них там колония или что-то вроде этого?

–Это исключено, – уверенно заявил Валерий, – по данным, что приходят с орбиты Юпитера от наших людей, головастики здесь совсем недавно и не имеют к Луне абсолютно никакого отношения. Кроме того, люди испокон веков наблюдают за Луной и фиксируют различные необъяснимые техногенные явления.

От генерала не укрылась фраза «наши люди» на орбите Юпитера и это ему очень не понравилось. В слух же он спросил:

– Что представляет из себя это существо?

– Без понятия. Я его никогда не видел, также как никто из ныне живущих людей. Могу только предполагать, что мы на него немного похожи.

– Откуда у вас такая уверенность?

– И создал он человека по образу и подобию своему,– процитировал Валерий священное писание.

По лицу генерала невозможно было прочитать ход его мыслей, но отвергать на корню это предположение он не мог. В это непростое время могло случиться все что угодно.

– То есть, сам господь Бог живет на Луне, сидит там, никого не трогает, а вы хотите прийти к нему, наябедничать на злых пришельцев, и уговорить его, чтобы он нам помог, правильно? – без тени иронии осведомился генерал.

– Не совсем так.

– А как?

–Это не Господь Бог, а скорее демон, если воспринимать это существо со стороны священных писаний. И, тем не менее, он нас зачем-то создал, – удивил генерала своим ответом молодой человек.

– Откуда вам это известно?

– Наш орден существует тысячи лет. В нашем архиве существовало множество записей об этом. Его зовут Бальтазар. Вот изображение того, как его нарисовал Платон, встречавшийся с ним лично, и который застал последние дни Атлантиды. Заламинированный листок лег на стол перед генералом, запечатанный в пластик. Желтая от времени, с потрескавшимися краями, бумага, через века несла на себе изображение устрашающего вида рогатого существа, отдаленно имевшее сходство с человеком. Странные шипастые доспехи, казалось, сливались с мускулистым торсом в единое целое. Пятипалая ладонь с длинными когтями на пальцах сжимала какой-то предмет, похожий на жезл. В другой руке оно протягивало человеку, который был ему чуть выше колена, книгу, или что-то, что ее напоминало своими очертаниями.

– Это рисунок того, как Бальтазар предоставил заповеди, которым человечеству предлагалось следовать праведным путем, а это Моисей, их получающий, – он ткнул пальцем в фигуру, кажущуюся карликом по сравнению с гигантом.

– То есть, Христос…, – начал было генерал.

– Это миф,– перебил его Валерий, – созданный нашим орденом.

– Для чего?

– Существует несколько версий этого, но по сути, это не столь важно, так как архив того времени, в том числе с правдивой историей обо всем этом, сгорел в 130-м году нашей эры вместе с александрийской библиотекой. По наводке небезызвестной масонской ложи, которая, как мы считаем, в курсе существования Бальтазара, но преследующая свои, никому неведомые цели. Собственно именно масонская ложа является одной из моих целей визита к вам, – окончательно поставил в тупик генерала Валерий.

– Мне интересно, продолжайте.

– Нам нужно выяснить, что известно масонам о Бальтазаре. Также неплохо бы выяснить их планы и мнения о сложившейся обстановке в мире. Хорошего мы от них ничего не ожидаем. Кроме того, на фоне объединения человечества в единое целое вы неплохо подвинули их у руля власти с веками насиженных мест. Наш совет принял решение забыть старые распри с их ложей, и вместе, объединив наши знания и возможности, идти с человечеством на встречу судьбе, какой бы она в итоге не оказалась. Генерал сидел молча, не отрываясь смотря в озорно святящиеся глаза молодого человека.

– А вы уверены, что человечество захочет идти с вами? – наконец задал он свой вопрос.

– А почему оно может не захотеть? Мы можем многое дать ему, – удивился неожиданному вопросу Валерий.

– Вы, насколько мне известно, не раз вмешивались в ход развития этого самого человечества, мешая ему тем самым развиваться технически, самостоятельно, как должно было быть естественным путем. Если бы вы не вмешивались в естественный прогресс, как например, с Тесло, убрав его, возможно, сейчас мы не стояли бы на пороге уничтожения.

– Если бы мы не вмешивались, то человечество, не готовое к обладанию тем могуществом, которое мог дать тот же Тесло, уже давно уничтожило бы себя в борьбе за власть его же оружием.

– Откуда вообще взялся ваш орден, с чего вы решили, что вправе решать, что можно знать людям и чем обладать, а чего им знать не следует?

– Я могу только рассказать о том, что передается в нашем ордене из уст в уста после сожжения Александрийской библиотеки, так как не смогу подтвердить свои слова какими-то письменными доказательствами, ввиду их отсутствия.

– Ну что ж, валяйте, – одобрил генерал, поудобнее устраиваясь в кресле, откинувшись на широкую спинку. – Время пока позволяет уделить его представителю такой древней организации, как ваша, – сказал он с усмешкой.

Ничуть не смущенный промелькнувшей усмешкой в последних словах генерала, молодой человек с черной шевелюрой непослушных волос, которые он пытался зачесывать назад, улыбнулся в ответ генералу и сказал:

– Сам он спит, но око его бдит, в ночи путь новый осветит и от угрозы защитит. Он сотворил нас в отчаянной попытке спасти и сохранить то, что в нем оставалось первозданным, то есть суть, не тронутая каким-то проклятьем. Что это означает дословно, мы не знаем, – он развел руками.

– Этот отрывок текста, все что сохранилось после того пожара, но я очень хотел бы узнать продолжение, мы считаем, что текст не был уничтожен, а был похищен масонской ложей, и я думаю вы мне расскажите продолжение, мой дорогой.

Artificesque lapidum ad parietes memoriae custodies vestibule (хранители памяти масонов), – с легкой иронией в голосе закончил молодой человек, сделав едва заметное движение запястьем.

Из рукава его костюма вылетели три полупрозрачные осы, сделанные из пластика, для того, чтобы ни один детектор не был в состоянии их засечь. Словно пули, они устремились к сидящему с изумленным лицом генералу, и заняли свои места согласно заложенной в них программе, на его шее, аккурат вдоль яремной вены, ожидая приказа, чтобы вонзить свои тонкие прозрачные жала и впрыснуть яд в кровь жертвы.

– Не спешите, – предупредил генерала молодой человек, видя как тот потянулся к подлокотнику кресла, где явно была спрятана тревожная кнопка.

Генерал оставил свою попытку и, улыбнувшись, сказал: – Вам все-таки удалось меня удивить, поздравляю, ну, что дальше? Какой бы яд не был в этих крошках, он не успеет подействовать до того, как мне окажут помощь. Если вы уж так прекрасно осведомлены о нашей ложе и ее членах, то вы наверняка знаете, каким изменениям подвергаются наши тела, так что рано радуетесь, Валерий. Признаю, так меня уже давно никто не удивлял, браво! Но вы теперь в моей власти, и вопросы снова буду задавать я. Ваше имя в ордене, начнем с этого.

– Я представился, это мое настоящее имя. Очень рад тому, что доставил вам удовольствие своим сюрпризом, – молодой человек улыбнулся так, словно он не затеял смертельную игру со львом, а праздновал свой день рождения. – Так мы в курсе ваших изменений своего организма. Но, – он сделал паузу, улыбка пропала с его лица, черты которого приобрели твердость, словно оно было отлито из стали, глаза преобразились так, что генерал вдруг понял, что сидящий перед ним с виду молодой человек, по всей видимости, не так уж и молод, – как бы вы не изменяли себя, одного вы изменить не в состоянии, это гемоглобин.

– Вы куда клоните? – непонимающе осведомился заметно напрягшийся генерал.

– У нас на планете, наполненной кислородом, существует одна замкнутая экосистема в одной из пещер в Румынии. Так вот, существа, живущие там, миллионы лет существовали в изоляции и дышали сероводородом. Это насекомые, и все они хищные, наподобии пауков и скорпионов. Кислород для них губителен, так же как сероводород для нас. В малышках, что пристроились на вашей шее, содержится яд одного из тамошних скорпионов, который делает просто поразительные вещи с кровью, содержащей гемоглобин, – закончил он свой экскурс по биологии.

– Теперь хотелось бы вернуть наш разговор в прежнее русло, – при этом он улыбнулся так, что генерал содрогнулся, осознав, что тот не блефует.

– Говорите, – хмуро выдохнул он.

– Как я уже говорил в начале нашей беседы, орден иллюминатов готов помочь всеми доступными средствами, так что пора, наверное, отбросить старые распри и всем вместе устранить нависшую над нами угрозу, как вы считаете?

Генерал колебался лишь секунду, после чего согласно кивнул. Валерий, сделал рукой какой-то жест, и пластиковые осы, отвалившись от шеи, упали на китель генерала.

– Я, и весь наш орден, не желает войны. Согласно нашему уставу и принесенным клятвам, мы должны оберегать человечество. Мы также как и вы, будто старшие братья для всего рода людского, и пора братьям встать спина к спине на защиту нашего мира….

Договорить ему не дал генерал, вставший из кресла. Осы пластиковым горохом запрыгали по лакированной поверхности стола. Одёрнув, поправляя китель, он подошел к Валерию и протянул для пожатия руку со словами:

– Я сожалею, что мир между нами заключается в такое время.

Результат слияния двух древнейших тайных сообществ планеты не заставил себя долго ждать, и уже в первую же неделю тесного сотрудничества и обмена информацией принес свои плоды.

Масоны появились незадолго до ледникового периода. Люди с копьями и луками бегали по равнине, охотясь на Мамонтов, и всегда при этом был человек, стоявший на возвышенности, указывая охотникам, с какой стороны лучше зайти. Стоя на высоте оно виднее. Такое положение вещей сохранялось до недавних событий, которые разрушили привычный всем мир. На общем собрании ордена иллюминатов и масонской ложи, все члены обеих организаций прошли тестирование и проверку пригодности точно такую же, как до них военные и политики. К слабым звеньям теперь единой цепи вынужденно применили жесткие меры, нейтрализовав их. Другого выхода просто не было. Они слишком много знали, слишком многое сейчас стояло на кону.

Масоны и в правду знали о существовании Бальтазара, но никогда за всю свою историю не принимали его всерьез, как реально существующую фигуру. Также их архив содержал немало свидетельств о встрече с его посланниками. Тут было не все ясно с датировками, но было ясно, что сам Бальтазар посещал Землю крайне редко. Все его визиты сопровождались небывалыми катаклизмами и практически полным уничтожением цивилизаций, живших во времена его посещений. Такие явления, как великий потоп и ледниковый период имели к этому непосредственное отношение. Об этом свидетельствовали артефакты, созданные и дошедшие до наших дней исчезнувшими народами с краткими описаниями тех событий. Эти артефакты хранились старейшинами ордена и ложи в строжайшей секретности от простых обывателей.

Некоторые из таких артефактов из коллекции масонов несли на себе письмена мертвых, давным-давно забытых языков, и только иллюминаты, бережно хранившие любые крупицы полученных знаний, смогли их прочесть, дав вторую жизнь мифам и легендам, которые теперь стали реальностью, подтвержденной документально.

В существовании Атлантиды в далекие времена не сомневался никто из членов двух организаций, но существование Лемурии, а за тысячи лет до нее легендарной страны Му и Гипербореи, некоторых повергло в шок. Но больше всего поразило даже ко всему морально готовых иллюминатов то, что гласили письмена, выгравированные на черепах и костях трех человекообразных существ, найденных когда-то в Тибете.

При жизни это были существа восьмиметрового роста, сложенные как люди. Письмена гласили, что это были останки трех великих вождей того времени. Следуя обычаям этого народа, потомки нанесли на каждую их кость и череп часть своей истории, чтобы эти достойнейшие представители рода несли ее потомкам через толщу веков, но то, что эти вожди донесли на себе, никак не вязалось не то что с историей человечества, но и вообще было больше похоже на бред обдолбившегося наркотой шамана, который все это писал на их останках. Эти великаны, зараженные злобой и ненавистью отца, уничтожили свой мир войной. Отец, пришедший посмотреть на пепелище, вместо того, чтобы помочь своим детям и спасти их неразумных, уничтожил их остатки, сохранив лишь несколько, переселив на эту планету. Так же там упоминалось огромное космическое тело, которое гиганты называли никак иначе как дом Отца, который решил после переселения своих детей в новый мир поселиться рядом, чтобы наблюдать за своими чадами.

– Это что, получается, какой то эксперимент?, – закончив, сказал вслух свои мысли человек, читавший древнейший текст на костях, которого звали мастер Раян.

– Если и так, то получается, что экспериментатор проживает на Луне, -ответил ему один из присутствующих людей.

Мастер Раян, заложив руки за спину, смотрел на останки великих вождей, давным-давно минувшей эпохи.

–Меня волнует другое, – медленно, взвешивая каждое слово начал говорить старый мудрый учитель. – Это существо, Бальтазар, по всей видимости, настолько древний, что и представить себе сложно, со всеми вытекающими отсюда последствиями, – он замолчал, запустив в раздумьях пятерню в свою седую бороду.

– Что вы имеете в виду, учитель?, – обратился к нему, выводя из глубины размышлений, молодой и энергичный Фил, который по праву считался одним из лучших его учеников. Он прекрасно разбирался в древних технологиях и принципах их работы. Именно он понял принцип, который использовался для полетов на древних виманах на основе ртути. Но специалистом он был не только в науках, он был также мастером ведения боя в любых условиях, поэтому был не только учеником Раяна, но и его телохранителем.

– Я говорю что, даже если Бальтазар находится на Луне, нам, возможно, не стоит его беспокоить, во-первых, потому что мы можем просто-напросто не понять друг друга из-за элементарно невероятной разницы в развитии, – он оглядел присутствующих и добавил, обращаясь к ним, – вам есть о чем поговорить с медузой? – и сам же за них ответил, – НЕТ.

Во-вторых, исходя из всего того, что мы о нем знаем, это не самое дружелюбное существо, и встреча с ним может обернуться катастрофой ничуть не меньшей, чем возможной, – он подчеркнул слово «возможная» специально, давая всем возможность понять его скептическое отношение к этой вероятности – вторжение головастиков. Хотя, конечно, нельзя отрицать такую вероятность, что он, вполне возможно, действительно нас зачем-то создал, и мы его эксперимент. В этом случае, он, конечно, не позволит, если он такой могущественный, прервать или помешать его опытам в отношении нас никаким свисткам. Но опять же, чем это может обернуться для человечества, большой вопрос. Но если кому-то интересно лично мое мнение, то я готов душу дьяволу отдать за возможность поговорить с ним, хотя бы пол часа.

В последней фразе в нем говорил ученый, который жизнь готов отдать за знание и постижение многих истин, в удовлетворение присущей человеческому роду любознательности, благодаря которой человек и стал человеком, выйдя когда-то из пещеры и взяв в руку палку. Дискутировали по этому поводу не так долго, как можно было ожидать. Уже через несколько часов был утвержден состав экспедиции на Луну из трех человек во главе с самим Раяном, который летел как специалист по древним языкам и просто как самый мудрый человек среди двух сообществ. За его кандидатуру голосовали единодушно. Второй человек был Фил – ученик Раяна. Его выбрали как специалиста по древним технологиям, и за боевые навыки на случай непредвидимых обстоятельств. Хотя, почти все были уверены, что в случае чего эти навыки ничем не помогут. Третьим человеком был пилот, летчик испытатель Рич Торн.

Глава 9. Полет на Луну

С доставкой людей на спутник Земли проблем не возникло. Представители тайных сообществ, глубоко проникшие в структуры новой системы управления Земли, легко смогли организовать безопасный и беспрепятственный коридор для полета экспериментального челнока с научной миссией. Официально цель миссии – испытание нового корабля в полете, а на Луне – поиск и сбор изотопов легких металлов в условиях вакуума. Впрочем, большой огласки эта миссия не получила. В это время все средства массовой информации были заняты пропагандой и делали то, что им говорили делать военные. Неофициально экспедиция должна попытаться вступить в контакт с существом по имени Бальтазар, если он вообще там, либо найти какие-нибудь следы его пребывания или технологии, которые, возможно, смогут помочь людям в борьбе с головастиками. Также, по возможности, выяснить причины конфликта между атлантами и головастиками. Быть может, удастся найти бескровное разрешение назревающего конфликта, сделав выводы из той истории.

Несмотря на захват и изучение трех кораблей чужих на орбите Юпитера, необходимо было использовать все возможности, включая и такую фантастическую, как помощь создателя. Рассчитывать на технологии пришельцев особо не приходилось. Далеко не все было доступно и понятно с изучаемой техникой Свисов. Многие принципы ее функционирования оставались для людей секретом, несмотря на то, что логика людей и чужих была близка. Они все же шагнули по пути технического развития далеко вперед.

Время пути до Луны заняло шесть часов. Никаких точных координат у людей не было. Летели, в принципе, наобум. Поэтому было решено обследовать странное образование на равнине моря кризисов, о которых стало известно благодаря миссиям Аполлон.

– Это просто невероятно, Господи, мне кажется, что я сейчас сойду с ума, – воскликнул пилот. В его голосе было неподдельное благоговение того, что он видит. – Твою мать, это не может быть правдой, – выругался он беззлобно.

Учитель Раян и Фил взглянули в ту сторону, чтобы посмотреть, что же так взволновало невозмутимого и спокойного как скала летчика испытателя.

Это были остовы прямоугольных построек. Каменные блоки, из которых они когда были сложены, валялись в беспорядке тут и там. Улицы, как и огрызки фундаментов, скрывались под легкой насыпью серо-коричневого лунного песка больше похожего на пыль. Город, размером примерно восемь на восемь километров, своим разрушенным и древним видом на фоне унылого безжизненного лунного ландшафта вызывал в людях ощущение своей бренности и никчемности. Дух такой глубокой старины летал над этим местом, что суета и переживания людей по поводу грядущей войны выглядели смешными и нелепыми. Но не вид этих развалин приковал сейчас взгляды людей. На дальнем конце города, над его окраинами      завис неподвижно сигарообразный объект темно-серого цвета, под стать лунному грунту.

– Да, мальчик мой, – старый учитель положил руку на плечо изумленному пилоту, чтобы поддержать его морально, – здесь и правда кто-то есть, как и предполагалось, хотя, признаюсь, даже мне не по себе от осознания того, что у нас есть соседи.

– Что будем делать? – спросил Фил.

– Предлагаю просто посидеть и полюбоваться, – нерешительно предложил Рич.

– Давай-ка, мальчик мой, на всех частотах, как и планировали, включай приветствие с предложением мира, дружбы, шоколадки, – скомандовал Раян.

Пилот пробежался по соответствующей консоли пальцами, включая аппаратуру. Минут через пятнадцать появился еще один объект, размером много меньше того, что они сейчас видели, но точно повторяющий его формы. Совершенно не обращая внимания на небольшой кораблик людей, находящихся от него в пяти километрах, он приблизился к огромной сигаре и скрылся где-то в ее недрах. Такую же картину люди наблюдали еще пять раз, после чего гигантский НЛО плавно и без видимых выхлопных спецэффектов, которые должны приводить такую махину в движение, не спеша начал двигаться на северо-восток. Приветствие людей осталось без ответа.

– Следуй за ним, но сохраняй дистанцию, – скомандовал пилоту Раян.

Кораблик рывком стартанул с места. Оказалось, что плавно движущийся объект вовсе не медленно удалялся, в заблуждение их ввел размер чужого корабля. Он буквально несся на скорости 7 км в секунду. Догнать его, также как и сколько-нибудь сохранить дистанцию, не удалось. Он пропал за горизонтом в неизвестном направлении. На радарах также не было никакого движения, техника ничего не регистрировала, но визуально люди видели, что тут и там движение было. В безвоздушном пространстве трудно определить расстояние, тем не менее, едва заметное присутствие летающих объектов было заметно. Они будто наблюдали за космическим челноком людей, находясь на границе горизонта, словно зная, что приборы их не регистрируют, а там, где лунная поверхность закругляется, сливаясь с чернотой космоса., человеческий глаз не может за них зацепиться.

– Смотрите, – Фил привлек внимание двух человек, указывая пальцем куда-то вниз.

– Похоже, что эти следы оставил танк или трактор. – Может, вдоль этой дороги полетим, того и гляди выведет нас куда-нибудь, – сказал Рич Торн, закладывая машину в крутой вираж.

Фил, рассматривая две дорожки, явные следы от гусениц, думал о том, что техника, которая их оставила, во истину должна быть внушительных размеров. Ширина одной колеи была, по его подсчетам, порядка трех метров.

– Надеюсь, что это все-таки трактор, а не танк, – подумал он, пытаясь себя успокоить. Настолько невероятным было для него все происходящее, и чужое присутствие на безжизненной луне: желтый диск, которым он так часто любовался в детстве, и мечтал о том, что лунные дети тоже сейчас смотрят на Землю, так же как он на Луну, и хотят подружиться. Похоже, детские фантазии становятся реальностью.

Следы упирались в кратер двух километров диаметром. Они резко обрывались у его отвесного края подозрительно ровными стенками. Самой техники, их оставившей, видно не было.

– Эти следы могут быть не менее древними, чем те развалины, что мы видели, – заметил мастер Раян.

– С чего вы так решили? – спросил Рич, направляя машину вниз, чтобы осмотреть дно кратера.

– Все просто, здесь же нет ветра, дождей и прочих вредителей, представляющих опасность для археологических артефактов, с усмешкой пояснил мастер. Глубина кратера была около 200 метров с идеально ровным дном.

– Не нравится мне это, может, поднимемся повыше? – успел сказать Фил перед тем, как появилась гигантская тень, накрывшая собой весь кратер. Над ними был диск без единого огонька на своем теле. Он медленно опускался в кратер словно крышка, идеально подогнанная именно для него, норовя раздавить людей вместе с их челноком, как под прессом.

Тихая мелодия неведомых людям музыкальных инструментов играла, отражаясь от невидимых стен, и возвращалась обратно к людям. Невозможно было определить ее источник, откуда она исходит, заставляя вибрировать в эйфорийном экстазе каждую клетку организма. Возможно, она ниоткуда и не исходила, а играла прямо в головах людей. Она была фоном к окружающей трех человек обстановке.

Они стояли в ярком пятне центра галактики, от которого, изгибаясь, исходили и терялись где-то во тьме, словно лучи солнца, пять рукавов с миллионами и миллиардами мерцающих звезд. Все это, медленно вращаясь по часовой стрелке вкупе с музыкой, играющей в голове, гипнотизировало людей. На это можно было смотреть вечно, как на огонь или на воду.

– Где это мы? – нарушил тишину Фил, озираясь по сторонам.

Стены, если и были, то их не было видно за непроницаемой завесой тьмы, которая мерцала, подсвеченная туманностями и закрученными спиралями далеких галактик, которые парили в воздухе. Под ногами людей между рукавов млечного пути была непроницаемая для глаза тьма, а то, что это именно млечный путь никто не сомневался. Они просто знали это. Знание было в голове также как и играющая музыка. Казалось, выйди из центра и ступи туда, провалишься и будешь вечно падать вниз, в пустоту холодного космоса.

– То есть, тебя не волнует вопрос, как мы сюда попали? -отозвался спустя некоторое время мастер Раян, – впрочем, это не столь важно. Меня больше интересует – для чего?!

Он присел на корточки и пальцем дотронулся до одной из маленьких звезд, которая оправдала все его ожидания на её счет. Полупрозрачная звезда имела плотность, еле заметную, но все же плотность. Она пришла в движение от его прикосновения, оторвавшись от своего места в этом галактическом калейдоскопе, поднялась и зависла на уровне его груди. Со стороны это было похоже на шаровую молнию, что заставило людей напрячься в ожидании неприятностей. Светило начало увеличиваться в размерах по мере отдаления от человека. Когда оно стало размером с голову, на его поверхности стали видны мельчайшие детали, включая несколько протуберанцев, которые отделились от светила и будто исчезли в открытом космосе. Очевидно, что все это происходило в реальном времени, как, если бы какая-нибудь видеокамера наблюдала за этим светилом где-то далеко-далеко от родной солнечной системы людей и транслировала все это в режиме онлайн. Хотя, кто знает, может, так оно и было. Постепенно вокруг звезды одна за другой начали появляться планеты, всего семь. Три из них были похожи на Землю. На орбите двух планет можно было даже рассмотреть явно искусственные сооружения, по всей видимости, орбитальные станции или базы, своей формой напоминающие огромный акустический динамик. Природа так не строит, да и зачем ей строить что-то на орбите планет? На этих планетах точно была разумная цивилизация, которая начала осваивать космическое пространство своей системы. Люди стояли, раскрыв рты от увиденного, пока Рич Торн не дотронулся пальцем до еще одной светящейся точки. Все повторилось точно так же, как и от прикосновения Раяна, с той лишь разницей, что эта звезда оказалась красным гигантом всего с двумя планетами.

– Интересно, а где же здесь находится наше Солнце? – сказал Фил. Изображение двух систем, крутившихся в воздухе перед людьми, начали сжиматься, пока не достигли размеров маленьких светящихся горошен, после чего заняли свои места, потерявшись среди миллиардов точно таких же. Вместо этого с окраины одного из рукавов вылетело светящееся зернышко, и начало стремительно расти. Через несколько секунд люди смотрели на свою солнечную систему, которая была видна в мельчайших подробностях. Не сдержав порыва, мастер Раян приблизился и дотронулся до Юпитера, который увеличился и стал размером с Солнце, что сияло в центре системы. На его орбите люди смогли рассмотреть три корабля чужих.

– Невероятно, – пробормотал старый учитель, дотрагиваясь до следующей звезды и любуясь ее сложной системой из четырнадцати планет.

– Интересно, где это? – спросил он, ни к кому не обращаясь, завороженный музыкой, играющей в голове, и красотой космоса.

– Это звезда системы Вега. Она не смогла породить в своем пространстве жизнь, и от этого светит так ярко, привлекая к себе жизнь из других далеких систем, как огонек, на который летят ночные мотыльки. Ей очень одиноко от того, что никто не радуется излучаемым ей теплу и свету, – сказал мягкий глубокий баритон, раздавшийся мягким прикосновением прям в голове у мастера. Судя по голосу, он мог принадлежать почтенному старцу, или мужчине в возрасте. Раян обернулся на спутников. По выражению их лиц было понятно, что они тоже слышали это, озираясь по сторонам. Они так никого и не увидели бы, если бы существо метров десяти ростом не сделало шаг вперед. Оно почти сливалось с окружающей его тьмой, чуть подсвеченное голографическими звездами и галактиками. Но и того, что смогли рассмотреть три человека, хватило, чтобы вызвать в них священный ужас. Огромная трехглазая голова была увенчана двумя рогами, плавно изгибающимися назад. Глаза, несмотря на свои огромные размеры, были похожи по узору и строению на человеческие. Радужка вокруг зрачка сияла изумрудом, пронизывая людей будто насквозь. Мускулистый торс был покрыт защищающими его шипастыми пластинами. И это не были доспехи, это была часть его естественной брони. Из под этой брони исходило призрачное сияние, видимое только по контуру, словно свет, который был внутри гиганта, был готов вырваться наружу, и только эти доспехи удерживали его внутри. Длинные ручища с тугими узлами гигантских мышц были полны ничем не прикрытой мощи, и оканчивались пятью пальцами, как и у людей, с той лишь разницей, что на каждом из них был коготь, изогнутый, словно сабля. Каждый коготь мерцал, окутанный ореолом неведомой, но явно опасной для всего живого энергией. Он просто стоял и смотрел на людей. Лицо существа не выражало никаких эмоций.

– Бальтазар, – подумал Раян.

– Нет, я Тень, – тут же раздался ответ прям в голове.

Мастер Раян готов был поклясться, что ничего не произносил вслух.

– Это существо, что , мысли читать может?

–Да, Раян, могу, – тут же появился в голове ответ.

Мастеру стало страшно. Мысли заметались: ничего не скрыть, никак не защититься. Видимо с его спутниками происходило тоже самое. Он услышал чей-то вскрик. Музыка, играющая в голове, стала на октаву выше. Все тело затрепетало, подчиняясь ее вибрации. Неожиданно стало легко и спокойно. Все волнения и переживания отошли на второй план. Эта музыка влияла на человеческий организм похлеще всяких там антидепрессантов и эйфоретиков, создавая во всем теле особое состояние.

–Я не только читаю ваши мысли, но вижу и переживаю с вами ваши эмоции. Не бойтесь, я знаю, зачем вы пришли. У вас много вопросов. Я постараюсь ответить на них, – голос Бальтазара приобрел схожие с играющей музыкой вибрации, подавив все сомнения и страхи в людях окончательно, оставив лишь любопытство и интерес.

– Невероятно, это всё правда?! Живой Бальтазар, сам создатель перед нами?! Что же у него спросить?! Он, наверное, знает ответы на все вопросы. Мысли в голове Раяна метались, наскакивая одна на другую с невероятной скоростью.

– Начнем с того, что я не Бальтазар. Я уже сказал, что я Тень, – не открывая рта произнес гигант.

– Что значит Тень? – стало любопытно Раяну, причем некоторым усилием воли ему удалось ради интереса задать этот вопрос мысленно так же как Тень, не открывая рта.

– Молодец, – оценил его удачную попытку мысленного общения Бальтазар. Это и значит, что я тень Бальтазара. Его нет, я за него. Я его мыслеформенная проекция на момент того, каким он был в последнюю секунду своего пребывания здесь. Сам он отбыл, оставив меня присматривать за детьми, то есть за вами. Он подмигнул одним из своих огромных глаз совсем по-человечески. Но на человека внешним видом он мало походил.

– А где он сам?, – спросил Раян. Не сговариваясь, люди решили, что диалог будет вести старый учитель.

– Он отбыл в скопление ядра, – тень указал длинным когтем в центр галактики, в центре которого стояли люди, – туда, где покоится Ясна – ваша мать.

– Так значит, он в правду наш создатель?

– Не создатель, – тень мотнул рогатой головой, – ему очень не нравится, когда его так называют, – он ваш отец, а Ясна, соответственно, мать.

– А почему ему не нравится?

– Поставь себя на его место. У тебя у самого есть трое детей, поэтому тебе проще будет представить ситуацию: ты приходишь домой, тебя встречают на пороге все твои дети, падают на колени и с идиотским фанатизмом на лицах говорят: «Здравствуй создатель». Тебе это понравится?! – закончил Тень, улыбаясь, обнажив длинные белоснежные клыки, которые были созданы, чтобы разрывать живую плоть. Жуткое зрелище, которое, конечно, произвело на людей впечатление, но не испугало. Видимо, сказывалось успокаивающее действие вибраций, создаваемых Тенью и музыкой.

– Понимаю, – просто ответил Раян и почувствовал, как двое его спутников с ним согласились.

– И как долго его не будет? Когда он вообще ушел? – встрял со своим вопросом Рич Торн.

– По вашим меркам его здесь нет около пятидесяти тысяч лет, а когда вернется, и вернется ли вообще, трудно сказать. В последнее время он стал совсем плох.

– А что с ним? Болезнь или стареет? – предположил Фил.

–Он не может болеть, как и стареть, – раздался в головах людей ответ, в котором они уловили какие-то странные нотки, а музыка, как будто, стала играть быстрее.

–Сколько же ему лет? – настаивал Фил

– Четыре оборота.

– Чего? – не понял Раян.

– Галактики, – последовал ответ.

Прочитав в мыслях людей, что это им ни о чем не говорит, Тень развел в сторону огромные ручища, и начал медленно сводить их вместе на уровне солнечного сплетения. По изогнутым когтям пробежали яркие искры, и всю его фигуру укутало, словно в кокон, золотистое сияние.

– Я покажу, – сказал он. И музыка в головах людей взорвала их сознание.

Раян, не видя остальных спутников, парил где-то, но совершенно не осознавал то, что видел. Своих мыслей у него не было. Он просто смотрел на то, что происходило перед его глазами не только видя события, но и переживая вместе с участниками их эмоции. И не известно, что из этого было ужасней: то что он видел, или то, что он чувствовал, или, быть может, открывшаяся правда.

Глава 10. Протоистория

Совет галактического ядра принимал высокого гостя в палате света. Кресла, разработанные с учетом анатомических особенностей каждого из 28 представителей совета, висели, казалось, над черной бездной на фоне мерцающих звезд, прямо в воздухе, поддерживаемые невидимыми гравитационными полями. За спиной каждого из них парила объемная голокарта с границами владений их цивилизаций. В центре на полу, закручиваясь в спираль, раскинув свои длинные и широкие рукава, усыпанные мириадами звезд, была изображена галактика с пятном яркого света, словно огромное солнце, в центре которого и стоял в ожидании высокий гость, высокий в прямом смысле этого слова. Без малого десяти метров роста и около тонны веса. Он двигался на удивление быстро и грациозно. Прекрасно сложенное существо. Великолепно развитая мускулатура с видимой мощью тугих мышц подчеркивалась биозащитным костюмом, который, будто вторая кожа, обтягивал его тело. Умные зеленые глаза внимательно следили за происходящим. Внешне спокойный и безмятежный, гость ждал решения совета, скрестив могучие руки на широкой груди. Ответ он уже знал заранее. Представители древнейших цивилизаций, входящие в совет, были для него легко предсказуемыми. Они его боялись. Он знал это, чувствовал их страх на том уровне, на котором хищник чувствует страх жертвы. Не кичась своим превосходством, как физическим, так и интеллектуальным, размер его мозга превосходил по массе некоторых представителей совета. Если смертоносные возможности его тела они могли себе представить, то о пределах возможности его измененного мозга не знал никто.

Точно также в ожидании решения совета перед ними стоял его предшественник много тысяч лет назад. Он надеялся на справедливость, веря в мудрость совета. Напрасно.

Это сборище, в которое входили древние, удерживая власть, держали под жестким контролем молодые расы, определяя рамки пространства, в котором они будут жить и развиваться, жестко контролируя их численность и уровень развития. Методы, которыми это достигалось, чаще всего были кровавыми, хоть и не руками совета. Сами они не любили пачкаться. Они просто развлекались, стравливая молодые расы между собой.

Родная система, состояла из тридцати планет, три из которых были обитаемы. Невероятное, просто фантастическое стечение обстоятельств. Три совершенно разных расы, развиваясь параллельно, не зависимо друг от друга, выходят в космос одновременно.

Мир и торговля процветали в их системе долгие столетия, пока в один прекрасный момент к ним не пожаловали в гости посланники галактического совета, которые брали под своё крыло все молодые расы, предлагая различные выгоды от союза с ними, и оберегая от самых разных бед, которые сами же и устраивали.

Время шло. Преодолев межзвездное пространство, его народ, который называл себя Атлантами, начал колонизировать соседние системы. Оказалось, что незаселенные, безжизненные системы, в которые они пришли, принадлежат цивилизации Берг, чья родная система находится очень далеко от этого места. Демонстрация военного флота Бергов, вынудила обратиться за помощью в совет галактического ядра, который, за лакомый кусочек космоса, потребовал непомерную плату с простодушных гигантов. Согласись тогда на такое, его предшественник практически обрек бы на многие года рабства будущие поколения своего народа. Отвергнув предложение совета и согласившись на безжизненные миры, разбросанные далеко по космосу и от родной системы, раса гигантов быстро выплатила квоту, установленную советом за право пользования.

Весь свой созидательный интеллект они направили на освоение этих безжизненных миров, и вскоре об этих жемчужинах космоса заговорила вся разумная галактика.

Гиганты, совершенствуясь в созидании, процветали, познав законы мироздания и материи, пока в один момент без предупреждения и объявления войны на их торговые суда не начали нападать Кварги – раса разумных паукообразных насекомых – одна и трех рас его родной системы. Переговоры по прекращению огня ни к чему не привели. Кварги требовали освободить обжитые гигантами миры и убираться из этих уголков космоса на все четыре стороны. Гиганты недоумевали, что могло случиться с их добрыми соседями.

Воинами атланты не были. Сама мысль об убийстве живого существа претила самому естеству гигантов, даже несмотря на то что, гибли их соплеменники.

Пришлось обратиться в Совет, который отреагировал тогда крайне странно, заявив, что не будет вмешиваться.

–Естественный отбор. За право на жизнь нужно бороться, мол, это даст толчок к вашему развитию. Все идет своим чередом, -заявили они тогда. Его предшественник умолял их вмешаться, но был выдворен на свой корабль и отправлен ни с чем восвояси.

Тем временем, пока он был далеко от дома в цитадели совета, власть в родной системе захватили Кварги. Сговорившись со второй разумной расой Свис, они прогнали Атлантов из родного мира под угрозой уничтожения.

Теперь совет смотрел на детище своих слов тех далеких времен со страхом. Что тогда, что сейчас – это было одно и тоже существо, и всё же разница между ними была огромной.

Идеальная машина для убийства: рост, вес, скорость впечатляли даже таких, как Сморны, которые жили войной и чтили ее как своего Бога тысячи лет. Но сейчас, после того, что случилось, не рискнули бы выступить против гиганта в одиночку.

Кварги вырезали население планет Атлантов одну за другой, получая от этого какое-то животное удовольствие. Те бежали, оставляя победителям то, что создавалось таким трудом. Враг захватил все миры гигантов, кроме одной системы, заперев их там и оставив наедине со своим горем и страхом.

Добродушные гиганты искренне не понимали, чем они заслужили гнев и агрессию со стороны своих соседей. Не понимали они также и того, почему мудрый и древний совет не вступился за них, позволив Кваргам бесчинствовать в их мирах, за пользование которыми они когда-то заплатили столь высокую цену тому же совету. Цена, которая заключалась в нескольких тоннах галактиона – редчайшее вещество в галактике, которое можно было добыть только в межсистемном пространстве, собирая его буквально по атомам. Не металл, но и не органика – уникальное вещество. Синтезировать или понять природу его происхождения не удавалось никому, пока созидательная наука гигантов не присмотрелась к галактиону внимательней.

Познав некоторые секреты мироздания, в основе которых лежали черные дыры и антиматерия, гиганты научились использовать энергию самого пространства, можно сказать, на уровне творца. И они творили. Научившись на безжизненных мирах, которые отдал им совет, максимально плодотворно используя свои технологии и силу своего интеллекта, создавая условия для жизни там, где их никогда не было, для любой расы. И не важно, чем эта раса дышала: метаном или кислородом, хоть серной кислотой. Они создавали по просьбе других народов то, что под силу было только создателю. Эти технологии и стали причиной их краха.

Секрета из добычи галактиона Атланты не делали и делились своими знаниями со всеми, кто был в этом заинтересован. Технократические цивилизации утратили гармонию с окружающим их миром, развивая технику, без которой они уже не могли жить, а не духовные начала. Оони разучились видеть и чувствовать мир таким, какой он есть. Поэтому всё, чем делились с ними гиганты, оставалось вне понимания. Всю свои историю Атланты жили в единении с природой, слушая ее и внимая ей, не утратив и не притупив изначальные функции своего мозга. Они интуитивно чувствовали окружающий их мир и пространство, чувствовали потоки космических энергий на тонком уровне, познали суть этого тонкого нематериального мира. Перелётные птицы всегда знают, где север, не имея никакого представления о компасе.

Совет решил, что эта раса в будущем может угрожать их власти. Таким образом к ним и пришли завоеватели. Гиганты не умели воевать, а постоять за них не решился никто, боясь объединенной мощи совета древних.

Запертые в своей системе, они прекрасно понимали, что их исчезновение с лица галактики лишь дело времени. На пути своей эволюции они никогда не были хищниками, и не знали кровожадности, пока слово на совете атлантов не взял Бальтазар.

В тот момент, когда все обсуждали, куда лучше бежать, чтобы выжить, он пришел на совет с молодым млахом – пастбищным животным. Подцепив к своей голове различные датчики, он в присутствии всех сделал то, чего до него не делал никто из его народа – оторвал голову бедному животному и, выпив его кровь, произнес: – Братья и сестры, чтобы нам выжить, всем нужно сделать также с нашими врагами. Отбросив тушу мертвого животного, он подошел к машине, которая в этот момент снимала показания с его мозга и тела, достал кристалл, с записанной на него информацией и продолжил, держа кристалл в руке:

– Здесь записаны показания моего мозга в момент этого вынужденного убийства. Здесь записано отвращение от крови как от вида, так и от ее вкуса. Здесь записана решимость на это действие, здесь всё. – он обвел взглядом хмурые лица соплеменников, на многих из которых в глазах он прочитал первобытный ужас. – Совет был прав, говоря мне, когда я пришел к ним за защитой, говоря о естественном отборе, выживет сильнейший, мы должны научиться убивать! – закончил он.

Его изгнали, считая, что он сошел с ума, и приведет их народ к полному уничтожению, которое итак было неизбежно. Бальтазар ушел, но за ним последовала часть оставшихся в живых гигантов.

Те, кто остался на планете, были уничтожены спустя год, причем не Кваргами или Свисами как можно было бы ожидать, а одной из древних рас – Медианцами. Эти существа, похожие на змей или ящериц, никогда не останавливались ни перед чем ради собственной выгоды. Уничтожив последних гигантов, они так и не узнали секрета созидательных технологий, хотя их никто и никогда не скрывал. Они попросту не поняли, как ими пользоваться.

Бальтазар как раз прошёл очередную процедуру по изменению своего мозга, внося в него кое-какие коррективы по изменению инстинктов, основу для которых составляли записи с того самого памятного кристалла и первобытных инстинктов, взятых у особо агрессивных и беспощадных животных. Отключая в мозге одни рецепторы и активируя чувствительность других, они стали идеальными машинами для убийства. Теперь по их венам тёкла не кровь, а яд. Тела обросли броней из хитина, а кости стали прочнее закалённой стали.

Когда ему сообщили о том, что случилось с их домом и теми, кто там оставался, горевать и сокрушатся по этому поводу он не стал. Эти чувства отныне были неведомы его измененному мозгу. Но злость и ярость он чувствовал прекрасно. Он поклялся отомстить. И от того, как эта месть будет приведена в исполнение, космос вздрогнет.

Остатки гигантов искали многие в течение долгого времени, пока они не стали просто легендой.

Те не многие, что пошли за Бальтазаром, укрылись там, где никому и в голову не пришло бы их искать – почти на самой границе галактического ядра, там, где бушевали в своей ярости первозданные силы хаоса, возле сверхмассивной чёрной дыры, как её называют люди, хотя они даже на йоту не представляют, что это такое на самом деле и какие силы там задействованы. Зато имели представление об этих силах те, кто искал Атлантов, поэтому и не совались туда близко. Там, на границе физического мира, раздираемого на части и переводя его в тонкий мир, и укрылись остатки великой расы. Всего пять сотен атлантов.

Используя всю мощь своего интеллекта и технологий, они приспособились к выживаю в условиях, просто невозможных по отношению к жизни, хотя правильней будет сказать не к жизни, а к выживанию, закаляя своё тело и дух в условиях, где гравитация, при неверном шаге, может тебя расплющить, а жесточайшее излучение может испепелить в один миг.

Ясна, подруга, жена, спутница по жизни всегда следовала за Бальтазаром. Последовала и в тот раз, хотя на мгновение и ей показалось, что он сошёл с ума. Такое иногда случалось, что кто нибудь из атлантов, терял рассудок, но крайне редко и никто никогда никого не убивал. Она знала, что он хочет лишь одного – спасти их народ, чтобы они не прекратили существование как вид. Такие методы, как изменение своего организма, своей сущности, ей очень не нравились, поэтому она отказалась проходить процедуры и настояла на том, чтобы сохранить генофонд.

Каждого родившегося ребёнка сохраняли, заморозив в крио камере до тех пор, пока атланты не найдут себе новый дом. Не это адское убежище, а настоящий дом, планету, где они смогут вырастить свои сады, где они не будут ждать, что придет враг, где будут спокойно и счастливо жить их дети. Всего родилось сто младенцев до того, как все атланты кроме Ясны изменились и перестали давать потомство. Ясна подарить детей Бальтазару не смогла потому, что он изменился первым. Она настояла на том, чтобы её заморозили вместе с детьми, чтобы, когда придёт время, она смогла научить их быть теми, кто когда-то назывался народом Атлантов.

Данный природой дар видеть и чувствовать мир тонких энергий, которые они использовали для создания прекрасного и вечного, позволил гигантам создавать самое смертоносное оружие в галактике. Наверное, гиганты и сами до конца не осознавали, что же они создают на самом деле и какие будут последствия.

Атланты брали малые планетоиды и переделывали их в гигантские даже по их меркам космические крепости, начиняя их невероятной мощи оружием. Они искусственно научились продлевать свою жизнь на тысячи лет, терпеливо дожидаясь, когда смогут отомстить. Когда этот момент наконец настал, Бальтазар считая, что они готовы, уничтожив всю эскадру охранявшую цитадель совета, вторгся к ним.

– Уважаемый совет, – начал он, намереваясь поторопить их с ответом, – я могу помочь вам с принятием решения.

Коконы защитных полей пали с кресел совета. Теперь он мог их слышать. Хотя, он слышал их и раньше, улавливая малейшие вибрации от их голосов.

– Я повторю свой вопрос: Отдадите ли вы нам наши миры, за которые мы когда вам заплатили? В этом случае я никого из присутствующих не трону и уйду спокойно.

Так резко и вызывающе с советом еще никто и никогда не дерзал общаться.

– Как смеешь ты угрожать нам? Твоя судьба решена, жди, – прогремел раскатами голос военного начальника Сморнов, и кресла вновь накрылись защитными полями. Бальтазар прекрасно слышал, как к цитадели был вызван флот Кварга. Цель почти была достигнута. Осталось только подстегнуть к действию сам совет. Вечно они хотят все сделать чужими руками.

О флоте Кварга он не беспокоился, они входили в его план. Их ждали. Три корабля-планетоида были неподалеку от этого места, скрытые полями иллюзий, и ждали своего часа. Как только флот Кварга покинул родную систему, десять планетоидов, также накрытые полями иллюзий, начали кружить медленный хоровод вокруг системной звезды Кварг, которую они переименовали и считали своей добычей в одной из систем, которая раньше принадлежала Атлантам. Посылая короткие импульсы особых энергий, они воздействовали на саму суть звездной материи, создавая необратимые последствия внутри звезды. Тоже самое одновременно происходило еще в двадцати восьми солнечных системах в самых разных уголках галактики.

Он посмотрел на парящие в воздухе кресла. Своим особым зрением Бальтазар видел поток энергии, который поддерживал их в воздухе, проследил, откуда он берет начало. Под полом была скрыта силовая установка, от которой, словно ручейки, тянулись потоки энергии к каждому отдельному креслу. Выбрав кресло, похожее на дерево, с раскидистыми толстыми ветвями, обвивая которые своим змеиным телом, удобно устроился грузный Медианец. Бальтазар усилием своего мозга отсек поток энергии, перенаправив его с кресла на себя, впитывая и накапливая лучистую энергию словно губка. Дерево, парившее в воздухе, со стеклянным звоном рухнуло на черный, мерцающий звездами, пол, разрушив иллюзия бездонной пропасти космоса.

– Дешевые фокусники, – подумал Бальтазар, глядя на то, как извиваясь, барахтается змей, и удивленно озираются по сторонам остальные члены совета. Вслух же он произнес:

– Я ждал этого момента тысячи лет не для того, чтобы стоять и слушать, как вы обсуждаете, какой из вызванных флотов ваших прихвостней придет сюда первым. Не тот вопрос вы обсуждаете. Вы отдадите наши миры обратно или нет? Он повысил голос, в котором был слышен едва сдерживаемый гнев.

Удивление на их лицах доставило ему ребяческое удовольствие. Он чувствовал себя как ребенок, который нашкодил, а взрослые ничего не могут сделать.

–Ты! – прошипел Медианец. Он уже освободил свое тело из под ветвей и продолжал, надвигаясь на гиганта:

– Как смеешь ты…

– Как посмели вы?! – прервал его Бальтазар, – кто дал вам право решать, какой расе жить, как им жить, а кого следует уничтожить.

На ворвавшихся в зал совета воинов Сморна он не обратил ни малейшего внимания, создав защиту огородив пространство вокруг себя потоками энергии, которые впитывал прямо из реактора цитадели. Они открыли огонь, который не причинил никакого вреда Бальтазару. Энергетический вихрь, подхватил пущенные в него заряды и смерчем кружил их вокруг него смертоносным торнадо. Сморны – хорошие воины. Не растерявшись, они всем скопом ринулись на него, на бегу обнажая страшного вида клинки. Распределив бушующий вокруг ураган энергии на выходы из залы, он запечатал его намертво.

С виду неповоротливый гигант, встретил противника своими огромными когтями, которые были изогнуты, словно сабли, горящие изнутри зеленоватым огнем, крутанулся на месте столь стремительно, что следовавшие первыми воины ударились о воздух, который вдруг стал плотным и горячим. Боли никто из них почувствовать не успел, настолько быстро и тонко их разрезало пополам.

Из отрубленных конечностей и перерубленных тел реками лилась кровь. Весь этот танец смерти длился не более десяти секунд, как всё было кончено. Некогда могучие войны валялись, словно поломанные игрушки с оторванными руками и ногами. Раненых не было, можно было не проверять. Вываленные наружу внутренние органы и выпушенные кишки говорили красноречивей любого лекаря.

Усилием своей воли Бальтазар перекрыл питание остальным креслам, в которых в шоке сидели члены совета галактического ядра. Они все со звоном попадали на пол, как осыпаются осенью листья.

В это время флот Кварга вышел из гиперпространства.

– Смотрите, что сейчас случится с вашими прихлебателями, сказал он, подключаясь к энергиям, которые питали голопроектор, внимательно следивший за окружающим цитадель пространством.

В воздухе развернулась огромная картина, на которой один за одним появлялись различного тоннажа корабли Кваргов, выходя из гиперпространства. Неожиданно как для совета, так и для вражеского флота, по бокам, будто из неоткуда, сбросив поля иллюзий, появились две небольшие планеты. Третья планета появилась сзади вышедшего из-под пространства флота, замкнув полукруг. Планетоиды начали светиться изнутри, тем же зеленоватым пламенем, что и когти Бальтазара. Казалось, само ядро планет просвечивало их насквозь, разгораясь все сильнее. Пространство на изображении объемной картины данного участка космоса дрогнуло. Сама материя обрела плотность, закрыв собой свет далеких звезд. Звук в безвоздушном пространстве невозможен в принципе, но, тем не менее, все отчетливо слышали звук нарастающего свиста. Это был стон самого космоса, стон великого Ничто. В одно мгновение тысячи кораблей Кварга оказались под страшной силой гравитационного удара, который превратил их в груду бесполезного металлолома. Их флот оказался, будто, между двух ладоней, которые прихлопнули его, словно назойливого комара. После этого планетоиды, вновь спрятавшись за вуалями маскирующих полей, переместились за тысячи световых лет от этого места, и заняли места в далекой системе, ожидая своего часа.

– Ты ответишь за это, Бальтазар, – сказало существо, похожее на медузу.

– Разве того, что вы уничтожили когда-то мой народ лишь только потому, что не смогли постичь чудес нашей науки, вам недостаточно? – с издевкой спросил он, – или вы уничтожите нас еще раз за то, что я пришел просить отдать то, что принадлежит нам по праву? Бальтазар медленно приближался к медузе, постепенно заставляя атомы воздуха двигаться быстрее. Воздух вокруг существа, похожего на медузу начал нагреваться, становясь сухим и горячим как в пустыне, принося ей невыносимые мучения.

– Нравится? – спросил он, присаживаясь на корточки напротив нее.

– Гори в пламени, чудовище! – задыхаясь от боли, выдохнула медуза.

Помня о том, что члены совета нужны живые, Бальтазар ослабил хватку, воздух вокруг медузы начал остывать. Остальной совет молчал.

– Что-то вы какие-то скучные, может и впрямь добавить огонька, а то наша встреча проходит как то прохладно. Он вызвал изображение родной системы Медузы.

– Смотри, – сказал он, для эффекта щелкнув когтями друг о друга, высекая зелёные искры. Системная звезда в тот же миг, сбросив верхнюю оболочку, в страшном взрыве превратилась в сверхновую, сжигая в адском пламени родные миры медузы. По залу прокатился отчаянный вопль существа, осознавшего, что осталось без родной колыбели, которая вскормила и выходила его народ.

Дальше Бальтазар вызывал одно за другим изображения всех двадцати восьми материнских систем совета, и с каждой из их родных звезд происходили страшные вещи: все они гибли, подчиняясь воле гигантов, страшной смертью.

В центре одной звезды возникала черная дыра, затягивая в свою ненасытную утробу звезду и разрывая на части безумной силой гравитации планеты системы. Некоторые звезды затухали прямо на глазах. Ядерная реакция в их недрах прекращалась почти мгновенно. Солнце медианцев, которые добили оставшихся в родной системе гигантов в погоне за богатством, превратилось в огромный кристалл невиданной красоты. Миры же Медеи замерзли очень быстро, лишенные тепла звезды.

– Ты чудовище, – сказал кто-то из зрителей этого действа.

– Вы помните меня, когда я пришел к вам в первый раз, спросил он, силой своего разума вынимая из памяти компьютера цитадели совета запись, соответствующую тому моменту. На изображении перед этим же советом возник гигант, вместо когтей у него были пять обычных пальцев, а его добродушное лицо застенчиво улыбалось совету.

– Не может быть, – произнес кто то.

– Может, – утвердительно ответил Бальтазар. Мой предшественник и я – одно лицо, но два совершенно разных существа. Вы изменили нас, не остановив ту бойню, сказав, что выживет сильнейший. Те, кто выжил, переосмыслили сказанное тогда вами, и поняли, что вы были правы на счет естественного отбора. Теперь на правах сильнейшего, я счел ваши виды недостойными существования.

Это был приговор древним народам. Все двадцать восемь представителей древнейших рас галактики сидели на полу в ожидании своей участи рядом со своими креслами-тронами, в которых они, удобно устроившись, правили галактикой «Млечный путь» стальным кулаком. Кто-то сидел, обхватив голову руками, кто-то бился в истерике, кто-то просто сидел молча. В один миг они потеряли все: миллионы лет развития, все достижения, все обратилось в прах безвозвратно. На бывших повелителей – вершителей судеб было жалко смотреть, но на этом их ужас не закончился.

Бальтазар заключил их в силовые коконы, которые переместил на один из планетоидов. Там в лабораториях адской науки из тел представителей совета гиганты повытаскивали мозги, которые помещали в специально изготовленные прозрачные капсулы. Сконструированы они были так, что их узники, не имея тела и органов, могли продолжать чувствовать и видеть все.

Месть Бальтазара заключалась в том, чтобы они жили очень и очень долго, скитаясь в пространстве и не имея возможности быть притянутыми силами других космических тел. Он хотел, чтобы они ощутили ужас и обреченность пролетая другие звездные системы, видя пригодные для жизни планеты и другие цивилизации, но не имели никакой возможности попросить их о помощи. Специальные двигатели и автоматика должны следить за тем, чтобы они не сгорели в какой-нибудь звезде, облетая их по самым экстремальным траекториям, так что бы они молились о смерти, но их тюрьма каждый раз сохраняла им жизнь. Они должны скитаться вечно. Бальтазар видел их раскаяние. Умом он это понимал, но искусственно отключенные некоторые области мозга притупляли в нем такие чувства как сострадание или жалость.

Созданный гигантами культ смерти и разрушения, который они возвели в божественный ранг, шагал по галактике, уничтожая все очаги разумной жизни, забыв о том, для чего они изменили свою сущность созидателей. Они стали демонами разрушения.

Бальтазар не мог найти себе покоя, пока не были уничтожены или порабощены все разумные, которых они смогли найти. Жажда крови гнала его всё дальше и дальше от системы к системе.

Как напоминание о том, кем он был раньше, на груди у него висел в качестве украшения тот самый памятный кристалл, благодаря которому изменился облик почти всей разумной галактики. В этом кристалле хранилась информация с его мозга до того убийства невинного млаха, чью кровь он выпил.

Так продолжалось многие тысячи лет, пока однажды цепь, на которой висел кристалл, не порвалась. Вид упавшего кристалла заставил верховного демона вспомнить Ясну – свою супругу, которая не измененная вместе с детьми ждала своего часа пробуждения в давно забытом месте, куда когда-то они пришли, чтобы измениться. Повинуясь чувству, название которого он уже не мог вспомнить, он полетел к центру галактики, не зная, кто или что его зовет. Но этому зову он был не в силах сопротивляться. Найдя нужную ему планету и спустившись в ее недра, он нашел то место, где в объятиях криосна спала Ясна. Помнив о том, как она была против того, что они с собой делали, будить ее он не собирался,. Она предлагала здесь на этом месте, где никто никогда не будет их искать, начать заново строить их цивилизацию. Но осознав всю тщетность своих уговоров, она погрузилась в сон.

– Зачем же ты вообще тогда пошла за мной? – задал он вопрос спящей Ясне и, не получив ответа, пробежался когтями по кнопкам системы криосна. Через некоторое время женщина открыла глаза. Увидев Бальтазара и не узнав его, она закричала от ужаса, но взглянув в его глаза, в которых мелькнуло что-то знакомое, она узнала его, но не могла поверить в то, что это он.

– Бальтазар, что с тобой стало? – спросила она, с трудом узнавая его за всеми этими когтями, рогами и чешуей. Она поняла, что за всем этим скрывается дорогое и любимое ей родное создание. Только глаза оставались прежними, но и они не те, что раньше. Что-то неуловимо знакомое в них было, но эти глаза были глазами разрушителя.

– Ты отомстил, да?! – с горечью спросила она, уже зная ответ, и страшась, но надеясь, что ошибается.

Могучий гигант не ответил, он просто сел прям на пол, не сводя с нее своих зеленых глаз и размышляя о том, как же она прекрасна, и почему не пришел к ней раньше. Но не давно забытые чувства обуревали им, а низменная похоть, которой он и поддался: насильно усыпил Ясну обратно и овладел ей спящей. После этого Бальтазар часто приходил к ней, насилуя ее раз за разом, и укладывая обратно в крио камеру.

Шло время. Атланты находили слаборазвитые народы, которым по уровню развития было еще очень далеко до выхода в космос. Их не уничтожали, они ими правили, воюя между собой за каждый такой мир. Правили они жестоко. Развлекаясь, устраивали между ними междоусобные войны. Численность гигантов сокращалась на дуэлях и подлых убийствах. Однажды Бальтазар вновь в порыве своей похоти пришел разбудить Ясну. Она была готова. Крышкой от саркофага, в котором она спала, изловчившись, оглушила его, вырвав силовые кабеля, и связав его, она увидела кристалл, висящий на его шее. Страшная машина, изменившая всех атлантов, хранилась в подземельях этой же планеты. Найдя ее, и поместив туда своего возлюбленного, Ясна начала экспериментировать, не зная, как ей пользоваться.

Неизвестно, сколько времени Бальтазар провел на этой Богом забытой планете в объятиях машины, которая изменяла его второй раз. Но планета, на которой это происходило, казалось, всколыхнулась от его крика, полного безмерного страдания. В этом крике было все: и раскаяние, и желание умереть, и безысходность, и радость. Его мозг даровал ему забвение, лишив сознания, а Ясна, ощущавшая в тот момент его эмоции, и переживая их как свои собственные на том тонком уровне, на котором могли общаться между собой атланты, сошла с ума. Проснувшись, Бальтазар нашел ее сидящей в кресле за пультом управления машиной, которая вновь сделала его самим собой, и все же не тем. Осторожно подойдя к ней, заглянув ей в глаза, он увидел пустоту. Такие прекрасные и знакомые, цвета утреннего неба, ее глаза, были абсолютно пусты. Разум покинул её тело, оставив ему живую, но пустую оболочку, в которой теплилась жизнь двоих еще не рожденных существ. Вновь исправленный мозг отдавал себе полный отчет в том, что он творил все эти тысячелетия. Осознав, что он сделал с Ясной, он решил прекратить свое существование. С этим грузом он жить не мог.

И вот, стоя на краю обрыва в глубокую пропасть, он, полный решимости, был готов сделать шаг навстречу своей смерти. Раньше, до всех этих событий, сделать это он бы не смог. Любая жизнь, включая собственную, была неприкасаема и священна, а теперь он готов лишить жизни себя. Все эти игры с изменениями своей сущности не прошли даром, наложив свой глубокий отпечаток. Немного поразмыслив, он пришел к выводу, что, видимо, эта адская машина под управлением Ясны не все вернула на свои места. Он все еще может отнимать жизнь, и не важно, даже если она своя собственная. Подумав о том, чем занимаются сейчас его соплеменники, вспомнив изначальную цель всех своих действий: отомстить и спасти свой народ – он вернулся в подземелье, где оставил Ясну. Она все также сидела в кресле, смотря в никуда. Почувствовав еще раз две искры зачатой жизни в ней, он принял решение, что не станет себя убивать, пока не будет уверен в светлом будущем этих детей, которые, возможно, смогут возродить его народ, память о котором он предал. Погрузив несчастную Ясну обратно в криосон, он улетел с планеты. Путешествуя от системы к системе, где бесчинствовали атланты, он пытался напомнить, кто они на самом деле. Ему приходилось убивать их ради спасения своей жизни и достижения своей новой цели, ясно понимая, что останься хоть один измененный гигант в живых, он не даст спокойной жизни всем остальным, будет тиранизировать и убивать всех, кто будет ему попадаться, потому что Бальтазар сам когда-то ради мести искоренил в них то, что раньше было свято. Так он начал охоту на всех измененных, исправляя заодно то, что они успели натворить. Ему приходилось уничтожать целые народы, которыми безжалостно правили его соплеменники, и возрождать их вновь, неся в их миры добро и свет. Когда был уничтожен последний демон разрушения, на самом краю галактики он нашел удивительно похожий на его родной мир маленький голубой шарик, такой красивый и девственно чистый. На его поверхности обитали примитивные, но живущие в гармонии с планетой и отдаленно похожие на него самого существа. Он чувствовал в них добро. Это место своей удаленностью от большого скопления звезд подходило для возрождения, как никакое другое. Наличие десяти планет в системе придавало ему уверенности в безбедном будущем его народа, который он здесь собирался возродить. Доставив на поверхность в зону умеренного климата сотню спящих детей, которые в камерах крио сна ждали этого момента тысячи лет, он, покидая их, не беспокоился об их будущем, создав им все условия. Имея знания и умения чувствовать и управлять силами природы, они будут жить и процветать в этом новом для них доме.

Оставив руны предостережения будущим поколениям с описаниям краткой истории того, что случилось, он вернулся на свой последний из оставшихся планетоидов, страшного оружия возмездия. Не желая, чтобы будущие поколения видели, в кого он превратился, и, не желая отвечать на неизбежно последующие вопросы, которые разорвали бы в клочки его израненную душу, он остался жить на планетоиде, заняв орбиту рядом с этой новой планетой. Душевная боль и раскаяние от своих деяний, и от деяний его последователей, погнала его в цитадель совета. Он писал историю бесчинств измененных гигантов, высекая ее в стеклянном полу, который был тверже стали, и выжигая в металле, из которого состояла цитадель, писал о том, кем они были, и кем стали позже, благодаря зависти и корысти других цивилизаций. Много времени на это потребовалось, но Бальтазар, не жалея себя, продолжал писать историю – предупреждение для тех, кто когда-нибудь найдет это место. Затем он запрограммировал компьютер так, чтобы при входе живого существа в эти залы, на случай, если вдруг исследователи не смогут прочитать его руны, он показывал картину того, что было. Съедаемый чувством вины за то, что он с ней совершил, стоя над прозрачным саркофагом, любуясь ей и ненавидя себя, он ушел на планету, где все началось, туда, где в ее недрах крепким сном спала его Ясна. Он мог бы попытаться вернуть ей разум, но был уверен, что она этого не хотела бы, да и сам он жить уже не хотел. Его на этом свете держали лишь двое детей. Они имели право на жизнь, пусть и не зная своего отца, не зная, каким он был чудовищем, но со светлой памятью о своей матери, пусть и без нее. Погрузив саркофаг на планетоид, Бальтазар вернулся в безымянную систему, где оставил развиваться самостоятельно сотню детей.

Прошло много времени, пока он находился почти в самом центре галактики. Цивилизация, которая возродилась от сотни до миллионов, успела рухнуть под ударом войны. Как такое вообще возможно, они же не были изменёнными, что могло пойти не так? Словно сумасшедший, он метался по планете, выискивая оставшихся в живых, обыскивая руины за руинами, возведенные потомками тех, кого он здесь оставил, и находил их. Одичавших убивал, чтобы остаться в живых самому. Они видели в нём монстра и пытались уничтожить. Спасти удалось лишь нескольких.

Воспользовавшись мощью планетоида, он выбрал третью от звезды планету, подающую надежду на возрождение жизни своими вулканическими извержениями. Он ускорил эти процессы, раскаляя этот мир до невероятных температур, и остужая его кометами, содержащими необходимую для жизни воду. Никто не знает, сколько это продолжалось, пока Бальтазар не стал удовлетворен. Он принял решение извлечь из чрева Ясны двоих детей. Они должны дать начало новой жизни. Чтобы не повторить своей прошлой ошибки, и чтобы маленькие атланты не натворили бед в будущем он их изменил, внеся коррективы в их рост и мозг, решив, что пусть жить они начинают с чистого листа. Вмешавшись в их ДНК, они перестали быть братом и сестрой, так они смогут продолжить род. Отныне и в пищу употреблять они смогут не только то, что растет, но и плоть животных. Бальтазар считал, что так у них выработаются нужные навыки для защиты себя и нападения на других, если потребуется постоять за себя. Однако будущее этих детей он себе слабо представлял, так как не знал, как они будут развиваться, ведь зачаты они были от его осквернённого семени. Единственное, что он мог сделать, это попробовать поставить их на правильный путь – путь гармонии с миром.

Создав прекрасный сад, он поселил их там, заселив вместе с ними животных, которые будут их окружать в дальнейшем. Он стал их учить добру и злу, учил охотиться, чтобы добыть себе пищу, и возделывать землю, чтобы пища выросла. Дети называли его отец, но никогда не видели его воочию и любили его всем своим естеством. Когда они достигли определенного возраста, дерево знаний, как он велел им его называть, начало цвести, и дало плоды, содержащие в себе ферамон. Съев эти плоды, они стали мужчиной и женщиной, и звали их Адам и Ева.

Зная, что придет время вернуть разум любимой и вновь стать на защиту своих детей, которые назовут себя Человечеством, сам Бальтазар лег в саркофаг рядом со своей любимой Ясной на последнем оставшемся планетоиде смерти, сделав его спутником новой земли своего народа.

Глава 11. Наследство Бальтазара

Вместе с последней сценой дивного сада и двух людей, живущих в нем, эмоции стали угасать. Снова появилась в голове знакомая мелодия.

– Откуда, интересно, я ее знаю? – подумал Рич Торн, как вдруг вспомнил, где он находится. Эмоции, как и воспоминания того, что он видел, нахлынули с новой силой: страхи, сильнейшая боль утраты, стыд, первобытный ужас, всепожирающая ярость, тоска, обреченность, одиночество и боль.

– Откуда взялась боль? Она немного отрезвила, чувства притупились, но не прошли. Боль в голове. Это не нормально. Так не должно быть. Откуда я вообще знаю, как должно быть, а как нет, – мысли крутились как торнадо.

– Почему ничего не вижу, паника. Что-то теплое течет по щекам из глаз и носа. – Кровь, – догадался он.

Это была последняя мысль перед его смертью, мысль которую уловил Раян, переживая вместе с ним то, что он чувствовал. Сам же Раян стоял на четвереньках, голова кружилась так, будто только что вылез из центрифуги, на которой когда-то космонавты готовились к перегрузкам. Тихая, спокойная мелодия в голове, он сконцентрировался на ней, ловя ее ритм. Сразу стало легче. Чьи-то сильные руки помогли ему подняться. Это Фил. Причем выглядел он так, будто ничего не видел и не переживал: спокоен и не возмутим, как всегда.

– Ты видел? – решил уточнить у него Раян.

– Да, учитель. И Рич, похоже, тоже видел, но не смог вынести этого, он кивнул в сторону, где в луже собственной крови лежал их пилот.

– У парня были зачатки телепатии, и он не смог пережить того, что я вам показал. Его слабый мозг просто расплавился, – раздался в их головах спокойный глубокий баритон Бальтазара, которым говорил с ними Тень.

– То есть, если бы мы тоже были телепатами, то лежали бы рядом с ним? – спросил Раян, который чувствовал себя значительно легче. Обуревавший его разум пережитые чужие эмоции, немного отпустили его, а головокружение унялось.

– Я же сказал, у него были зачатки к телепатии, а не способность.

–То есть мы, телепаты? – спросил Фил.

– Как и у подавляющей части человечества у вас есть и эти способности, не считая многих других. Вы же видели, чьи вы дети.

– Да, да, сказал Раян, – вспоминая и осознавая в полной мере полученную информацию, что, кстати, было непросто.

– На примерах других его детей вы видели, что история их уничтожения самих себя циклична. Поэтому, сделав выводы, он заблокировал ваш мозг до 90%. Горе от ума. Но он будет прогрессировать, развиваясь, но постепенно, чтобы вы научились им пользоваться, – закончил Тень.

– Понимаю, согласился с ним Раян. То есть, по мере развития, эти способности раскроются у людей?

– Всему свое время. У вас есть набор генов, которые помогут вам выжить в любой ситуации.

– Похоже, что оно не скоро наступит, это время, – констатировал разочарованно Фил, которому явно пришлись по вкусу способности как у супермена, которыми обладали атланты.

– Оно уже пришло. Стимул к их развитию вы только что получили от меня и от расы Свис, которые станут катализатором к их развитию в вашей грядущей войне за выживание.

От его слов на Раяна будто ведро воды вылили.

Тень, видимо, без труда прочитал его мысли и сказал, подтвердив его самые страшные опасения:

– Да Раян, я вам не помогу, это часть программы вашего становления на путь развития и самостоятельности как независимой расы.

–К ак это? Какая нафиг программа? – Раян был в отчаянии, – мы не выстоим против них. Ты хоть представляешь пропасть в развитии между нами? Что мы можем их противопоставить, когда прибудет их флот? У нас ничего нет. Ничего, – почти выкрикнул от бессилия старый учитель.

– Не совсем так. Бальтазар не мог не позаботиться о вашем будущем, – Тень шевельнул светящимся изнутри когтем. Перед людьми появилась объемная карта солнечной системы.

– Это Нептун, – указал он на голубое тело газового гиганта. А это его спутник Тритон. На нем хранятся в огромных количествах сложные и не очень различные элементы, требующие, так скажем, пониженного температурного содержания, – Тень поднял вверх огромный коготь, предупреждая порыв Фила что-то сказать и спокойно продолжал менторским тоном учителя просвещать людей об оставленном Бальтазаром наследстве. Появилось солнце с маленькой чёрной горошиной на его фоне.

– Это меркурий. Он также как и Тритон, содержит уникальные редчайшие компоненты и различные металлы, но, в отличии от Тритона требующие повышенного температурного хранения.

– Европа – вода. Титан – газ, органика, – Тень перечислял одну за другой спутники и планеты и то, чем они богаты. Также Венера готовится к терраформации сама по себе и скоро будет готова.

Следом появилось изображение красной планеты.

– Марс готов, нужно лишь активировать его. Это, вроде, все. Вам должно хватить на первое время, – подвел итог своей лекции Тень.

– Марс не пригоден для жизни, – решил поправить его Фил, думая, что тот ошибся.

– Конечно, не пригоден, – согласился тень. Вы вулкан на его северном полюсе активируйте, и наберитесь немного терпения. Можете взять попкорн, и, устроившись поудобнее, наблюдайте. Зрелище будет достойное оскара. Это я вам гарантирую, – усмехнулся он.

– Вулкан? Олимп что ли?

– Соображаешь, – подмигнул ему Тень.

– Хорошее наследство нам оставили, ничего не скажешь, – задумчиво пробормотал Раян, как всегда разглаживая свою седую бороду, что, как правило, говорило о том, что думы у него не из простых насущных. В такие моменты он мыслил глобально.

– То есть мы в ближайшем будущем должны доказать себе и всей остальной галактике, что имеем право на жизнь. Погибнут миллионы, а все из-за чего? – спросил он ни к кому не обращаясь, из-за грехов наших отцов, – ответил сам на свой вопрос также задумчиво. Тень, что будет, если мы проиграем?

– Я закрою систему до возвращения Бальтазара.

– А что он сделает, когда вернется? Начнет эксперимент «ДЕТИ» сначала?

Наступила тишина. Даже музыка, игравшая в головах людей сделалась как будто тише. Наконец, после некоторого времени, которое, видимо, требовалось на обдумывание ответа, Тень сказал:

– Я не знаю. Но с вероятностью 99%, он не станет больше предпринимать попытки возродить свою расу.

– Почему?

–Он устал и разрывается на части изнутри от старых ран, -видя на лицах людей непонимание, он добавил, не от физических, а от тех, что вы называете – душевные. Помните Ясну, его жену и вашу мать?, – люди почти синхронно кивнули, изначальная сущность Бальтазара, та, которую он все это время глушил искусственно, берет над ним вверх. Но его изменения настолько сильны, что сложно предсказать, чем это борьба внутри него закончится. Он может сойти с ума. Последствия этого не могу предсказать даже я.

– А если дать знать Бальтазару о всем этом? – не теряя надежды, спросил Раян.

–Это невозможно, – отрезал Тень, – отныне все только в ваших руках. Именно в ваших, – он указал на двух людей, – у вас двоих есть знания. Знание-сила. Кому, как не ордену иллюминатов знать об этом, – он усмехнулся, – в былые времена вас назвали бы пророками или мессиями, так что вам решать, как вы будете распоряжаться полученным знанием. А теперь вам пора, -закончил гигант, и прежде чем люди успели оформить свои мысли в вопросы, музыка в их головах ударила набатом. Последнее, что они помнили, это теплый мягкий свет, окутавший их со всех сторон, словно в одеяло.

– Раян, ты в порядке? Я говорю, через час уже дома будем! – Рич Торн тормошил за плечо сидевшего в соседнем кресле старого учителя. Тот сидел словно в ступоре и, кажется, совершенно не понимал, где находится. Учитель посмотрел, обернувшись на Фила. Тот сидел и таращился на Торна как на привидение. Впрочем, он и сам прекрасно помнил, как тот мертвый валялся в луже собственной крови. У Раяна было такое чувство, что он что-то может: сказать или сделать. Это похоже на то, когда что-то знаешь. Это знание крутится где-то рядом, готовое сорваться с языка, и постоянно ускользает.

– Фил, – позвал он ученика, смотря ему прямо в глаза.

– Я слышу вас, учитель,– ответил он также как и Раян, не открывая рта.

В лобовом иллюминаторе шатла быстро рос в размерах голубой шар земли. О чем-то болтал с диспетчером Рич Торн.

Глава 12. Паранойя

Учитель Раян, стоя за трибуной, оглядел зал и сидящих в нем людей, на плечах которых тяжким грузом висела ответственность за будущее всего человечества, прочистил горло, прокашлявшись в ладошку. Волшебная музыка – удивительный дар Тени, о котором знали только он и Фил, тихим шепотом играла в его голове. Он, уже почти привыкнув к ней, не обращал на нее внимания.. Тень все устроил так, как велела ему программа с непонятными людям задачами, оставленная Бальтазаром, который неизвестно, где находился, одно было ясно – далеко, как во времени, так и в расстоянии, что в масштабах космоса одно и тоже.

Фила в зале не было. Он находился на орбите Юпитера, изучая крейсер чужих со странным для людей названием «Проблема». Расстояние от Земли до Юпитера совершенно не мешало вести им диалог, обмениваясь не только мыслями, но и мыслеобразами.

– Мастер, закругляйтесь там уже скорей и прилетайте ко мне. Вы не поверите, сколько тут всего. Я буквально разрываюсь на части от желания быть в трех местах одновременно.

– Ты нашел то, что нам нужно?

– Да, мастер. Их язык – это конечно нечто, но я более-менее разобрался в их картах космической навигации, – Фил послал мыслеобраз Раяну с огромным куском космоса, где одни звезды сияли зеленым, другие красным и синим. Большинство же были желтыми. Мастер знал, что зеленые системы обладают развитой жизнью, только неизвестно, на сколько развитой, и кем заселены. Красные системы свистки по каким-то причинам сочли опасными. Синий цвет был загадкой. Желтый, как можно было догадаться, безжизненные системы. Раяну очень не терпелось оказаться на корабле чужих вместе с Филом, и самому заняться изучением чудес науки их врагов.

– Терпение, мой мальчик, я скоро. Вслух же он произнес: приветствую вас господа. В зале установилась абсолютная тишина. Все ждали, что скажет человек, лично встречавшийся с тенью создателя, хотя он и не был первым, так или иначе, с ним встречались все участники миссии Аполлона и ничего не помнили об этом, также как Рич Торн не знал, что умер, а потом воскрес, подчиняясь воли тени Бальтазара. Но об этом знали только трое, и двое из них решили никогда никому об этом не говорить.

Раян и Фил не только остались при памяти, но и с даром, который позволял им обмениваться мыслями, не взирая на такую условность, как расстояние.

– Чтобы подготовиться к встрече с дорогими нам гостями, у нас есть от 8 до 10 лет, – озвучил он сроки, отведенный для подготовки встречи военного флота свисов.

– Вам сообщил это тот самый Тень, – решил уточнить один из генералов.

– Да. Именно этот отрезок времени потребуется сбежавшему десантному боту, чтобы достичь одного из приграничных аванпостов расы свис. Примерно тогда они узнают о нашем с вами существовании. Сколько после этого им потребуется времени на то, чтобы привести им сюда свой флот неизвестно.

– То, что они вообще поведут сюда свой флот, это точно? – спросил все тот же генерал.

–Да, – ответил Раян, – вы представляете себе целую цивилизацию, которая сначала процветала, потом была почти полностью истреблена, но сумела каким-то образом себя возродить?

Он увидел и понимающие кивки головами у одних собравшихся, и написанное непонимание на лице других, но решил не торопиться с разъяснениями и не вываливать на них все сразу.

– Почему ни он, я имею в виду Тень, ни Бальтазар нам не помогут? – задал ожидаемый Раяном вопрос человек, на которого возлагались обязанности по установлению будущих контактов с другими цивилизациями, при условии, что человечество продолжит существовать до тех пор, когда реально понадобится эта должность. Звали его доктор Николай Берестенков.

– Как я уже говорил, мнение Бальтазара услышать нам не довелось. Но мнение Тени поэтому поводу таково, что мы сами должны пройти этот путь, так как всё, что мы имеем – это всё достояние прошлого, того что имели наши предки. Это их достижения, а не наши. Он считает, что если мы получим от него или Бальтазара помощь, то история пойдет циклично, и мы никогда не станем самостоятельной расой. Рано или поздно всё повторится. Он уже достаточно нам дал из прошлого. Знания, которые мы получили бы от него, были бы из будущего.

– Вы запутали нас, мастер. Разъясните пожалуйста, что вы имеете в виду?

– Хорошо, возьмём за пример наш недавний политический строй. Он не то, что был не правильный. У нас вообще не было идеальной системы управления. Ни коммунизм, ни капитализм, ни монархия не могли нам дать того, что мы получили сейчас, подстёгнутые стрессом уничтожения. Система и сейчас не идеальна, но она уже в разы интересней той, что была. С экономикой та же история. Конечно, Тень мог бы подсказать нам, какая система лучше, ведь его современники уже переживали и решили эти проблемы в своём далёком прошлом. Так как мы на многие тысячи лет отстаём от Атлантов в развитии, то для нас это как информация из будущего. Тоже самое и с нашей религией. Все постулаты и догмы из прошлого, то, что люди и атланты уже пережили давным-давно, нового ничего нет, сплошной догматизм. В погоне за комфортом наш мозг начал атрофироваться. Некоторые исследователи называют это синдром «Автопилота», это когда за вас всё продумано другими, Тень выключил автопилот и, чтобы развиваться и эволюционировать, дальше мы должны идти вперёд без помощи кого бы то ни было.

– А если нас уничтожат?

– Подумайте вот над чем, – осторожно начал оформлять вслух свою мысль Раян, – всю свою историю люди считали, что являются венцом природы, лучшие во всём и везде во вселенной. Теперь у нас есть шанс не только доказать это, но и проверить, чего мы на самом деле стоим, достойны ли мы существования. Здесь на Земле мы истребили не один вид животных, и некоторые народы, не угодные некоторым расам, последовали в небытье за этими животными, потому что они не смогли доказать ни силой, ни убеждением, что достойны существовать. Если мы исчезнем в этой войне, значит мы и вправду не достойны, и не зачем тогда нам существовать! Кроме того, выбора у нас нет. Либо мы, либо нас, – закончил распалившийся старый мастер, у которого адреналин буквально кипел в крови от его собственных слов. В нём бушевали в предвкушении грядущей битвы древние гены его предков, уровень чувствительности которых обострился, когда он получил свой дар от Тени.

– Так мы-то здесь вообще причем? Я имею в виду человечество. Это не наша война, а этих Свисов и Атлантов, – вступила в дискуссию одна из немногих женщин, присутствующих на совещании.

Раян ждал этого вопроса, причем именно от этой женщины. Именно она настаивала на том, чтобы выйти на связь со Свисами и предложить им мир, чего Тень делать крайне не рекомендовал.

– О, я объясню, при чём здесь мы, – он улыбнулся ей. – Вредная старая карга, – подумал он, но она чем-то привлекала старого учителя, – они хорошо запомнили своих врагов, и возродились вновь на руинах своей планеты с ненавистью и страхом в сердцах к нашим предкам. Поэтому можете не сомневаться, они непременно придут, чтобы исключить возможную угрозу, исходящую от нас, и чтобы отомстить хоть и не самим атлантам, но их потомкам – то есть нам с вами.

– И все же я настаиваю на том, чтобы выйти с ними на связь, и хотя бы попытаться уладить это недоразумение, – завела она свою старую пластинку.

– Хех, вы называете это недоразумением? Хорошо, – сказал Раян, обращаясь не конкретно к ней, а ко всем присутствующим, – я попробую объяснить, почему мы не должны этого делать. Свисы – это гуманоидная раса, похожая на нашу, за исключением того, что они намного старше. Уровень их технического развития также намного впереди нашего. А теперь представьте себе на минутку этих двухметровых параноиков, вооруженных просто фантастическим по нашим меркам оружием. Я подчеркиваю слово -ПАРАНОИКИ. Это диагноз их цивилизации. А теперь представьте себе ситуацию: вы звоните параноику, который хочет вас убить, потому что считает, что если он этого не сделает первым, то вы убьете его, а теперь прочувствуйте масштабы этой паранойи в рамках одной высокоразвитой цивилизации, которая, хочу напомнить, возродилась, выйдя из каменного века обратно в космос с навязчивой идеей непременного возвращения Атлантов. Именно эта идея, подпитываемая страхом, переросла в паранойю, на столпе которой стоит вся их культура. Кроме того, своим звонком свисам, вы ускорите их прибытие к нам. Последствия будут предсказуемы и они печальны для нас, если мы не подготовим им достойную встречу, чтобы, как минимум, разговаривать с ними на равных. С буйным психом разговаривать можно и нужно, но только если в руке у вас заряженный магнум 45 калибра. Только в этом случае диалог может состояться.

Сидящие в зале люди задумались над его прогнозом, и большинство были с ним согласны.

– Вы говорите, что Тень перехватывает сигналы с кораблей чужих, это так? – решил уточнить один из военных, который отвечал за связь и радиоразведку в космосе.

– Да, вы правы, – подтвердил Раян его информацию. Кто-то из них постоянно отправляет сообщения с информацией о своем местоположении и о нас с вами в целом. Тень каким-то образом не дает этим посланиям достичь адресата. Это, кстати, пожалуй, единственное, чем он нам реально помогает.

– А он может сделать так, чтобы отправитель получил ответ с инструкциями дальнейших действий? – задал вопрос один из стратегов, у которого уже наверняка были мысли, как можно использовать такую возможность.

– Нет, помогать он нам не станет. У него свои принципы, через которые он переступать не будет. Но если мы сами без его помощи сможем их перехватывать, тогда и карты нам в руки.

Совещание длилось 15 часов. План теплой встречи был более – менее готов. Выйдя из зала, покачивающийся от усталости, старый мастер Раян мысленно позвал ученика:

– Фил, ты спишь?

– Нет, учитель, я накопал кое-что весьма интересное. Это касается красных систем в их картах. Это…

– Стой, не рассказывай, я вылетаю, сам посмотрю.

– Хорошо, учитель, я жду. В этот момент к Раяну подошел генерал-связист.

– До встречи, Раян, – он протянул руку мастеру для пожатия.

– Всего доброго, – ответил на пожатие Раян.

– Вы знаете, мне кажется, у меня уже у самого начинается паранойя со всеми этими вторжениями и пришельцами, – пожаловался он учителю, устало улыбнувшись.

– Не у вас одного. Похоже, что это единственное психическое заболевание, которым можно заразиться от уже больных носителей.

– Да, вы правы, – согласился генерал, – и эта зараза крайне быстро распространяется. А вакцина – это победа. Вы согласны?

– Время покажет, – задумчиво ответил старый учитель.

Content

Лехнер Игорь Сергеевич Паранойя. Космические Шахматы

Глава 1. Первые контакты

Глава 2. Крейсер Проблема. 2017 год

Глава 3. Человеческий фактор

Глава 4. Встреча в Кремле

ГЛАВА 5. Решение принято

Глава 6. Орбита Юпитера

Глава 7. Как быть?

Глава 8. Тайный орден

Глава 9. Полет на Луну

Глава 10. Протоистория

Глава 11. Наследство Бальтазара

Глава 12. Паранойя