Анна Ковальди

СПЛОШНОЕ РАЗОЧАРОВАНИЕ

Пролог

Завтра мои похороны. Все будут грустить, вспоминать обо мне только хорошее, мама всплакнет, скорбя о дочери, отец надолго замолчит, пытаясь сдержать эмоции горя и печали. А я… мне не останется ничего другого, кроме как неподвижно сидеть с самого угла прощального стола, пряча от родных и друзей взгляд и мучительно сожалея о несбывшемся.

Наш мир обычный. О магии на Земле только в сказках рассказывают. У нас всем заправляют технологии, наука и материалистичность. Так было до первого «прорыва»… Тогда, говорят, земля задрожала, разверзаясь глубокими провалами. Землетрясения! Именно об этом подумали в первую очередь. Но как только из этих бездонных провалов, скрытых клубящейся тьмой, полезли монстры… настоящие чудовища из сказок… самых жутких сказок… Вот тогда все осознали, какая беда к нам пришла.

Бороться, конечно, пытались. И армия, и все самое современное вооружение, а потом уже и просто любое оружие, технологии. Не помогало! Чудовища не гибли, а вот нас уничтожали невероятно успешно. И никакие бункеры, убежища, железные двери в квартирах на последних этажах высоток их не останавливали. Мы погибали… стремительно и неумолимо. Без шанса спастись, без надежды найти выход.

Тогда и пришли они… Странные мужчины со светящимися оранжевым светом глазами.

«Колдуны!..» — со страхом стали называть их у нас потом.

Высокие, мощные, полуголые, меднокожие, со странными короткими мечами в обеих руках. И именно они, поразив всех своей видимой беззащитностью, стали нашим спасением. Они преградили дорогу монстрам. Они сражались с ними, тоже гибли, но и побеждали.

Избавление от чудищ было долгим, но оно наступило. И защитники сумели не только уничтожить жутких тварей, они каким-то неведомым способом «запечатали» эти разломы — теперь каждый из них был словно накрыт колпаком пульсирующего оранжевого света. Наш мир вздохнул с облегчением — выжили. Пусть потери стали колоссальными, две трети населения нашего мира погибло, но для остальных остался шанс.

Колдуны не говорили ни с кем из нас, но прежде чем уйти в «небесные ворота» они как-то необъяснимо, мысленно предупредили, что раз в десять лет будут возвращаться… за оплатой. Десять молодых женщин, как в древнейшие времена, надлежит отдавать им в качестве трофеев. Плата не показалась суровой, мы ее приняли. Да и не могли не принять…

Глава 1

Мое «письмо счастья» пришло утром, когда я собиралась в школу, где я работала учителем музыки. Как-то обыденно звякнул сигнал, уведомлявший о появлении электронного сообщения. Я спокойно пошла посмотреть, кто там с утра расписался и… узнала о том, что выбрана трофеем.

В первые секунды я оторопело застыла, вглядываясь в строки на мониторе, осмысливая суть. Я! Меня отдадут колдунам! С их появления прошло около двухсот лет. Сами они уже не приходили, просто в определенный момент открывались «небесные ворота» и ближайших к ним десятерых женщин затягивало внутрь… безвозвратно. Но нам забыть о своих обязательствах не давали все так же сверкающие оранжевыми сполохами купола над темными разломами. Они были на каждом континенте нашей планеты. И именно поэтому существовала случайная электронная выборка, каждые десять лет отбиравшая «счастливиц». Их числа «холостых». А мой жених с полгода как «передумал». И вот…

Я почему-то не ожидала. Десять девушек — это так мало на целую цивилизацию. Но когда одной из них оказываешься ты…

На сборы и завершение всех дел было дано три дня. Я, пребывая в шоке и отчаянно цепляясь за привычную жизнь, письмо удалила и молча ушла на работу. Целый день провела в привычном ритме, в окружении детей, стараясь вести себя, как всегда… Но в душе понимая, что это в последний раз, чувствуя секунда за секундой, как уходит мое время.

Своим я рассказала вечером. Это было горе. Но возможности уклониться не было. И в понедельник с утра я, в числе отобранных, стояла на месте, над которым обычно раскрывались «небесные врата», отправляющие нас в другой мир… волшебный.

— Может, там не так плохо, — кто-то рядом дрожащим голосом вслух прошептал то, о чем думали все мы.

— Хорошо бы… — невольно, с трудом совладав с дрожащими губами, шепнула я в ответ.

И тут же почувствовала, как чья-то ладонь сжала мою, и сама в свою очередь нашла чужую ладошку. Так мы все, обмениваясь отчаянными взглядами, взялись за руки, когда сверху раздалось шипение, и в небе появилась дыра, скрытая оранжевым сиянием. Легкий толчок и я ощутила, что отрываюсь от земли, уплывая вверх.

Нас закружило, завертело, ослепило… Когда исчезло ощущение присутствия рядом кого-то, пропал тактильный контакт наших рук, я, несколько раз моргнув, обнаружила себя в странном помещении. Одну!

Тут было много дверей. Одинаковых. Боясь совершить что-то опасное, я на цыпочках прошлась по периметру округлого зала, прислушиваясь возле каждой двери. За одними из них мне мерещились звуки разговора, за другими — странный лязг металла. Где-то испуганно кричала женщина, за многими была тишина. Неожиданно я уловила… музыку. Да, слишком ритмичным и тягучим было звучание… манящим, обволакивающим, зовущим. Звуки словно приникли в душу, вплелись в кровь, отчаянно призывая. Сама не заметила, как коснулась ручки двери, поворачивая ее. И… в один миг провалилась в темноту.

Испуганно вскочив с твердого пола, на который плюхнулась, первым делом оглянулась. За моей спиной виднелась темная неровная скала, на которой медленно таяли очертания двери. Сглупила!

— Аго, — я резко подпрыгнула, услышав позади мужской голос.

И сразу обернулась — пути назад в любом случае уже не было. Он! Колдун, а описание их в нашем мире знали все, стоял метрах в трех от меня. Освещение было тусклым, породив у меня ассоциацию с подземельем или пещерой. Но неподалеку от него пылал костер, подсвечивая мне мужской силуэт. Высокий, кожа казалась темной, поза расслабленной — он просто стоял и наблюдал за мной, а глаза… да, они отчетливо светились оранжевым.

«Ой…» — в испуге прижав руки к груди, замерла в ожидании его действий.

— Аго, — вновь прозвучал его голос, и рука поманила в направлении костра.

Осторожно шагнув вперед, бочком двинулась в указанном направлении, стараясь при этом к мужчине не приближаться. Его губы сверкнули улыбкой, явно отметив мои старания, после чего он отвернулся и спокойно присел к огню. Я пусть и медленно, но подошла к нему тоже, неуверенно присев на корточки по другую сторону. Мужчина наблюдал за мной. Я же страшилась смотреть на него, поэтому принялась озираться.

Мы однозначно находились в пещере. Она представляла собой большое свободное пространство в каменной породе, вероятно изначально возникшее естественным путем, которое впоследствии было дополнительно прорублено дальше. Часть темной внутренней стены носила следы воздействия каких-то инструментов. Высота потолка примерно метра три. Пол под ногами был скальной породой, довольно тщательно выровненной. Помимо пылавшего посередине костра (видимо, в потолке имелось отверстие для вытяжки, поскольку пламя вздымалось вверх ровными всполохами, да и воздух был свежим, солоноватым, словно морским), в дальнем от узкого входа углу я рассмотрела самодельное ложе из какого-то тюфяка и, кажется, шкур, у стены позади меня неряшливой кучей был навален какой-то скарб — рассмотреть детальнее возможности не было. Для девушки из развитого техногенного мира все окружающее казалось каменным веком, но другого я почему-то не ожидала. И ничем волшебным уж точно. А мужчина напротив меня, в единственном предмете одежды, коротких полушортах с высокими разрезами по бокам, казался дикарем, вполне органично вписывающийся в это место.

«Капец мне! — поежилась, нервно подмечая, что его блестящая, словно смазанная чем-то, кожа была испещрена множеством шрамов. — Как тут жить?»

Колдун, дождавшись момента, когда я решусь поднять взгляд от его груди к лицу, вновь что-то произнес. Я отрицательно мотнула головой, демонстрируя, что не понимаю его. Дикарь отчетливо вздохнул и, неимоверно ловко и быстро приподнявшись на ноги, шагнул к выходу, маня меня за собой. Неуверенно кутаясь в полы своей утепленной толстовки (брать с собой в новый мир ничего не разрешалось, поэтому мама, собирая меня в последний путь, заставила одеть на себя три комплекта нижнего белья, колготки, плотные джинсы, носки, футболку, фланелевую рубашку, теплую куртку-толстовку с непромокаемым внутренним слоем и капюшоном и неснашиваемые ботинки. А еще набила мне все карманы какими-то мелочами), я неловко поднялась следом. Однако за протянутую руку не ухватилась.

Мужчина, взглянув с интересом на мои бедра, обтянутые плотной джинсой, двинулся в темный лаз. Я, ступая осторожно, поплелась за ним. По всему выходило, что я ему предназначалась. Пока неясно, в каком качестве, но вариантов, увы, немного. И при любом из них — слушаться надо.

Прошла метров шесть по довольно широкому темному коридору, когда он, перепугав до заикания, неожиданно обхватил меня в темноте. Мужская ладонь оборвала мой рефлекторный ультразвук прежде, чем я успела скончаться от разрыва сердца и, обхватив мою ладонь, другая его рука приложила ее к стене прямо передо мной!

«Упс! Меня спасали от лобового столкновения. В буквальном смысле» — осознала я глубинный смысл произошедшего, испытав облегчение: меня не заманили в темную ловушку с самими скверными намерениями.

— Хоть бы факелы приспособили, — проворчала себе под нос, замерев в руках мужчины. Может быть, они в темноте видят? Или как летучие мыши — на эхолокацию ориентируются. Но мне тут точно не было видно ни зги.

И тут же рядом вспыхнули, очевидно, прикрытые до этого его ярко-оранжевые глаза. А потом его руки отпустили меня, при этом одна ладонь весьма собственнически обхватила одну мою грудь, заставив испытать злорадную радость — мама одела меня как капусту, сделав фигуру неидентифицируемой. Дикарь проскользнул рядом, вновь продвигаясь вперед — скальный лаз в этом месте круто поворачивал. Пройдя еще несколько метров, уловила странный гул, а впереди мгла стала рассеиваться, намекая на близкий выход.

Едва не перейдя на бег, быстро выскочила из пещеры и застыла в ужасе. Буквально в двух шагах впереди узкий выступ возле входа в пещеру обрывался пропастью, уходящей вниз к раскинувшейся впереди, насколько хватало моего взгляда, воде. Море?..

Непроизвольно отступив назад, прижалась спиной к скале позади, круглыми от шока глазами оглядываясь кругом. Невероятная высота, бьющий по ушам ветер, перекатывающий волны далеко впереди и… метр в ширину узкий выступ под ногами, который по типу балкона обрывался сбоку. Ни лестницы, ни какого-либо подъемного механизма не наблюдалось! Слегка повернув голову, посмотрела вверх, обнаружив на значительном удалении еще несколько таких же пещерок с выступами-балкончиками возле входа. Просто какое-то «ласточкино поселение», только гигантское… и «речка»… значительно больше.

Полуголый мужчина спокойно стоял на самом краю выступа, наблюдая за мной. И никакой ветер его не пробирал. При свете дня он оказался еще более внешне колоритным, нежели в скудном освещении пещеры. Смуглый с высокими скулами и более узкими ушами по сравнению с человеческими, длинной косой черных волос и поджарым телом. А уж глаза… Заметив, что мое внимание сосредоточилось на нем, мужчина неожиданно сделал предупреждающий жест рукой и показал мне наверх.

«А как?» — вопросительно уставилась я на него. Не летаю же, да и он вроде бы тоже. Может быть, что-то магическое?.. Но нет! К моему неописуемому ужасу дикарь, сверкнув оранжевой вспышкой, превратился в… превратился в…

Я резко, не помня себя от ужаса, развернулась и понеслась обратно в пещеру! Все повороты и длинный лаз были преодолены сами собой, и вот я уже, истерично икая, схоронилась в самом дальнем углу глубинного зала.

Змеюка! Нет — ящерица! Варан! Только громадный… ему даже пришлось ухватиться за отвесную скалу когтями лап, удерживая тело в вертикальном положении, поскольку на выступе помещалась только маленькая часть хвоста. Ужасающее зрелище. Он — оборотень! Вот вам и сказки…

Настороженно ступая, в пещеру вошел сам владелец, к счастью, на двух ногах, и с задумчивым взглядом остановился напротив меня. Непроизвольно задрожав, не знала, что последует дальше. Не последовало ничего. Он несколько минут понаблюдал за мной, прежде чем пожать плечами и вновь удалиться. Прошел примерно час, и все это время я так и сидела в углу, прислушиваясь к каждому шороху. Но кроме собственного дыхания и отдаленного гула прибоя ничего настораживающего не раздавалось. В итоге я, ведомая тревогой, все же решилась на повторный вояж наружу. Неизвестность хуже всего.

Путь преодолела без потерь, выяснив по его окончании, что мужчина исчез! Его не было на узком выступе у входа. Сама себе напоминая птичку, выглядывающую из скворечника на самой вершине дерева, некоторое время созерцала водные просторы, прежде чем решилась снова выбраться наружу. Прижавшись к стене (не хватало еще свалиться вниз!), опять подняла взгляд наверх, наблюдая за прочими жилыми пещерками. В одну из них прямо на моих глазах, уверенно пронесясь по вертикальной скале, юркнул еще один ящер! Только хвост его я и видела. Хорошо, что пещера была далеко, и ящер на расстоянии не казался таким огромным.

Но больше всего меня поразил даже не сам ящер, а ящер с наездником. На одном из увиденных мною существ сидела женщина с длинными, рассыпавшимися по спине, волосами, вернее полулежала, плотно обнимая шею существа руками, что в процессе продвижения по вертикальной стене делало ее позу сидячей! Обалдеть… До меня дошло, как мужчина предлагал подниматься наверх. И от одной только мысли об этом в горле встал ком.

«Это не для меня…»

Пока я стояла в проеме темного лаза и пыталась осмыслить окружающую действительность (а на привычный для меня мир все это было совсем не похоже!), вернулся хозяин пещерки. Я только успела испуганно взвизгнуть, когда огромный ящер плавно и бесшумно для меня скользнул сверху, мгновенной вспышкой преобразившись в меднокожего мужчину. Голого! А еще в зубах ящер приволок огромный узел, что сейчас лежал возле его ног. Испугавшись внезапности его появления, а потом и отсутствию одежды, опять юркнула назад, бегом возвращаясь в пещеру.

Мужчина не отставал. Но умудрился уже вновь облачиться в свои нереальные шортики, прежде чем с вещами в руках вошел следом.

— Ин дро? — вновь он обратился ко мне с вопросом, и вновь я неуверенно мотнула головой, стараясь держаться от него подальше.

Тогда дикарь, оставив у стены приличных размеров узел, подошел ко мне вплотную и потянул мою толстовку за ворот. В испуге я тут же ухватилась за него обеими руками. Но мужчина мои руки отстранил и жестами призвал раздеваться. Начав опасаться его намерений, панически взглянула на его лицо. Он был спокоен и всем своим видом пытался дать мне понять, что… «в помещении» тепло. Несколько раз он оглянулся и жестом указал на огонь.

«Кому как… Хотя чувство легкого дискомфорта присутствовало, но на фоне новых условий проживания это были мелочи».

Однако этот странный тип не унимался, продолжая, сверкая глазами, дергать мою толстовку, поэтому пришлось смириться и начать раздеваться… куртка, фланелевая рубашка были аккуратно сняты мною и сложены в уголке на пол. Мужчина пристально, с явным изумлением отмечая мою многослойность, следил за каждым движением.

— Дис, — он указал на себя пальцем, повторив слово несколько раз.

— Маша, — ткнув в себя пальцем в ответ, сообразила я, что он представился.

Дикарь, недовольно осмотрев меня, облаченную в джинсы и футболку, некоторое время задумчиво помялся на месте, а потом… парой жестов указал на импровизированную кровать! Подобной поспешности и прямолинейности я не ожидала. Даже баба-яга в сказках сначала кормила и мыла. А в моем случае еще и в туалет очень хотелось…

Однако положение у меня было не то, чтобы качать права. Глядя на дикаря, выжидающе уставившегося на меня, явно не сомневающегося в моей ответной реакции, затряслась со страху. В принципе, подобный вариант виделся самым очевидным еще до попадания сюда, но когда дело дошло до постели… и храбрость, и сила воли мне отказали. Ладно бы я находилась в каком-то цивилизованном окружении, а тут… я не сомневалась, что с мужчиной, обитающим в пещере (и будь он трижды колдуном и оборотнем!) нам друг друга не понять (и дело даже не во владении разными языками). Более того, я уверенно полагала, что ко мне не будет проявлена жалость или снисхождение. Просто выглядел он как свирепый индеец из далеких времен, готовый за малейшее возражение снять с меня скальп тут же. Меня пробило испариной, а в туалет со страху захотелось нестерпимо…

— Дис-с-с, — едва ворочая языком, забормотала я. — Мне «выйти» надо… срочно и кушать хочу!

При этом я так красноречиво мялась на месте, что уже и Станиславский бы за меня вступился. А вот кушать на самом деле не хотелось (почему-то одна мысль об этом сразу подводила меня к перспективе кишечной инфекции), но время потянуть хотелось отчаянно.

Мужчина с выражением изумления на лице уставился на мои едва не скрещенные ноги (причем смотрел на них минуты три, едва не доведя дело до моего конфуза!), прежде чем на что-то решился и, в два шага преодолев расстояние до меня, взял за руку и повел в направлении лаза наружу.

«Только бы не на улице, свесившись с уступа, предполагалось делать все свои дела…» — с тоской подумала я, когда, углубившись в темноту подземного коридора всего на пару метров, мы остановились.

Справа от меня обнаружилась просторная ниша, которая совершенно неожиданно осветилась тусклым свечением, возникшим под потолком. А в этом свете я увидела… нет, лучше бы не видела!

«Дыра в полу, как… прозаично», — с чувством угрюмого смирения, констатировала я.

К счастью, ничем неприятным не пахло, поэтому я отважилась ступить ближе, чтобы заглянуть, собственно, внутрь. Но отверстие было маленьким и тонуло в темноте. Что ж… пути назад нет и о старых замашках надо забывать. Вот только… Оглянувшись, обнаружила дикаря, что, оперевшись на противоположную стену коридора спиной, скрестил на груди руки и с огромным интересом наблюдал за мной. И для уединения никаких известных мне приспособлений не предполагалось — ни шторки, ни ширмочки. Дела…

— Можно мне одной остаться? — пусть и понимала, что спрашиваю напрасно, не сдержалась я. Однако и руками замахала, прося его удалиться.

Дикарь моей пантомимой остался крайне озадачен! Выражение предвкушающего интереса исчезло с его лица, сменившись непониманием. Его взгляд словно уточнял: мне, действительно, надо уйти?.. И настолько выразителен он был, что я непроизвольно закивала, вновь замахав руками.

Мужчина насупился и отступил в сторону, исчезая из моего поля зрения. Радуясь уже и этому кратковременному уединению, я одним махом стянула вниз все слои одежды и наконец-то погрузилась в самый на данный момент животрепещущий процесс.

«А вдруг у них принято публичное посещение туалета? — натягивая все вновь, размышляла я о грустном. — Однозначно — дикари!»

Теперь возникла острая необходимость и помыться, но… ничего подходящего под эти цели мне тут на глаза не попадалось (море, что простиралось вокруг этой жилой скалы, не в счет!). Стоило мне сделать шаг вперед, выходя из ниши, как сбоку в блеклой сумрачности лаза я увидела силуэт своего спутника. Ждал!

— А умыться где можно? — с перепуга брякнула я зачем-то и неожиданно заметила странный факт — вокруг стало светлее! И еще в «туалете» надо было бы обратить на это внимание! Вот сейчас я отчетливо видела мужчину там, где несколько часов назад для меня была лишь непроглядная тьма… И что бы это означало?..

Впрочем, ответить мне было некому.

— Ин дро? — вот что он заладил об одном и том же?

Но Дис, если я верно восприняла его имя, с очевидным нетерпением вновь подталкивал меня в пещеру. Я пошла, куда деваться. И шла ровно до того момента, пока не поняла, что меня опять волокут к стремному тюфяку! Тут же замерла на месте, застыв столбом. И живот как-то подозрительно резко заныл…

— Хоть бы накормили! — в отчаянии провозгласила я в никуда и прижала обе ладони к поддержавшему меня солидарным рычанием животу.

Мужчина отреагировал тоскливым взглядом, быстро переместив его на мои ладошки.

— Ин дро?! — с нотками отчаяния вновь вопросил он меня.

Я вновь отрицательно качнула головой. Ну не понимаю!

Он снова вздохнул и задумчиво замер рядом ровно до момента, когда его не осенило какой-то идеей. По крайней мере, он неожиданно, заставив меня вздрогнуть, дернулся в сторону так и лежавшего у стены узла. Склонившись к нему, быстро выхватил что-то небольшое и округлое, чтобы тут же вновь подойти ко мне.

Ткнув мне под нос каким-то подозрительно грязноватым сосудом, жестом потребовал выпить его содержимое. Я быстро отшатнулась — дикость какая! Дис настойчиво напирал следом, вновь и вновь тыкая в мои губы сферической маленькой емкостью с подозрительным содержимым. В итоге, приперев меня к стене вплотную, он одной рукой обхватил меня за затылок с явным намерением влить в меня жидкость насильно. Испугавшись до икоты, задергалась, пытаясь увернуться или оттолкнуть его.

— Стой!!! — в отчаянии завопила я, сопровождая вопль характерным жестом, толкнув его в обнаженную грудь.

Дикарь с недовольным видом застыл. И я… немного хаотично жестикулируя, попросила его самого прежде глотнуть из сосудика. Однако, осознав, чего я от него добиваюсь, мужчина едва ли не вздрогнул с каким-то даже священным ужасом вылупившись на меня… И пить отказался, категорично замахав головой.

«А я что, лысая?» — возник в душе крик предупреждения.

И зажмурившись, я намертво сжала губы, громко и протестующе замычав. К счастью, на совсем уж крайние меры мужчина не пошел, помыкавшись с попытками заставить меня раздвинуть губы, так и остался ни с чем — бурду из сосуда я не выпила. Он отступил.

Осторожно приоткрыв глаза, первым делом обнаружила, что стало еще светлее! Причем как оно так получалось — мне было неясно. Вроде бы никакого флюоресцирующего излучения от внутренних поверхностей пещеры не исходило, однако внутри становилось отчетливо светлее. Но сейчас были проблемы понасущнее… Дикарь стоял рядом с таким видом, словно готов сорваться и съесть меня живьем. Боязливо сжавшись, я попыталась бочком отдалиться, но… не дали.

Вновь обхватив мое запястье, мужчина практически волоком потащил меня к своей постели.

«Что ж делается-то…» — осознала я неизбежное и заорала:

— Есть хочу, умираю!!! — живот не отставал, громко и безапелляционно вторя мне.

Дикарь издал обреченный полувопль-полурык и, яростно дернув меня за конечность, едва не швырнул ближе к костру. Плюхнувшись в полутора метрах от огня, и моргнуть пару раз не успела, приходя в себя, как он уже подскочил ближе и сунул мне в руки что-то… съестное, судя по запаху. Откуда взял, я отследить не успела. Но, переведя взгляд на свои ладони, обнаружила в них, очевидно, кусок копченой рыбы и склизкий белый комок чего-то неопознаваемого.

И одновременно осознала, что нависший надо мной Дис яростно машет руками, требуя едва ли проглотить все в мгновение ока.

«Вот что за «люди»? То пей не пойми что, то ешь…» — озадачилась я здравой мыслью и степенно поднесла рыбу к носу, обнюхивая для начала.

Дикарь заскрипел зубами. А я, наоборот, спокойно и старательно изучала аромат и внешний вид продуктов, решая, стоит ли пробовать на вкус. Мало того, что руки грязные, так еще и скушать что-то несъедобное не хотелось. Только диареи мне с местными удобствами не хватало.

В итоге решилась откусить маленький кусочек рыбы. Тщательно прожевав, некоторое время посмаковала, оценивая действительно приятный вкус еды, прежде чем проглотить. И откусила следующий кусочек. Мужчина рядом обреченно застонал. А я, решив максимально отсрочить его очевидные планы, неспешно ела копченость, однозначно решив, что второй продукт пробовать не решусь.

«Светало» в подземной пещере все отчетливее и отчетливее. А так же очень заметно рос градус бешенства стоявшего рядом дикаря — его буквально трясло от злости, руки сжимались в кулаки, а уж взгляды светящихся оранжевых глаз…

«Вот поем и попытаюсь с ним объясниться, — под действием сытости пришла в голову спасительная мысль. — Вдруг я ему в другом качестве полезнее буду. Ну вдруг?..»

Реализовать задумку не успела. Да что там — я и рыбу не доела. Совершенно неожиданно для меня мужчина глубоко вздохнул и, подхватив на руки, завалил прямо на пол! А потом, пока я кашляла, немного подавившись очередным кусочком, с треском содрал с меня одновременно штаны, колготки и три пары трусов… И, навалившись сверху, без всяких церемоний и прелюдий толкнулся внутрь, проникая своим членом в меня до самого упора. Я только и успела, что испуганно всплеснуть руками с все еще зажатой в них едой и непроизвольно зажмуриться от неожиданно яркой вспышки сияющего света, что синхронно с проникновением мужчины в меня озарил своды пещеры.

Глава 2

Шок и страх от внезапности случившегося деморализовали не на шутку. Тем более что стоило моим глазам свыкнуться с ярким светом, как я встретилась с поразительно сосредоточенным взглядом оранжевых глаз. И это при том, что их обладатель в этот момент уверенно и четко двигался в моем лоне, все интенсивнее толкаясь вперед и очень ощутимо сжимая меня в объятиях. От потрясения я словно онемела, ощущая каждое его прикосновение, но, не имея сил и возможности хоть как-то выразить собственные эмоции. Только смотрела на него неверящим взглядом: почему?..

Мужчина же поражал спокойствием, выдержкой и какой-то внешней суровостью. Словно это не его член сейчас с усилием толкался во мне, словно не его бедра вращались, заставляя наши тела соприкасаться плотнее, словно это не он с каждым встречным движением входил в меня глубже и глубже… Мы, будучи максимально близки физически, смотрели друг на друга глазами незнакомцев, абсолютных и не понимающих друг друга. Происходящее было сверхшокирующим.

Я чувствовала его малейшее движение, понимая, что еще немного… совсем скоро… он достигнет момента кульминации. Но эта мысль не порождала в сознании закономерную тревогу, нет. Мне лишь хотелось, чтобы он отстранился, отпустил меня.

Было не больно, мужчина, вопреки ощущаемой силе и этому неожиданному овладению мною, был осторожен. Но вместе с тем и поразительно целенаправлен — присутствовала полнейшая убежденность, что попытайся я сейчас вырваться, бороться — успеха не добьюсь. А он от своих намерений не отступится. И его внешняя суровость будто незримо предупреждала, не давала мне полностью рухнуть в водоворот паники и истерии. Поэтому взгляда от его глаз я не могла оторвать до самого конца, до момента, когда он, погрузившись в меня особенно сильно, замер на невозможно долгий миг и… кончил.

Едва это случилось, как, вновь деморализовав меня, дикарь отстранился и, ловко вскочив сначала на корточки, а потом и на ноги, кинулся куда-то в сторону, пропав из поля моего зрения. И прежде чем я, испуганно сжав колени, обернулась вслед за ним, вернулся вновь. Первым, что я почувствовала, стала большая мужская ладонь, опустившаяся мне на лицо, зажавшая мой нос, не позволяя дышать им. Поднять голову или дернуть ею он не позволял тоже, жестко прижав ее к земле. Но стоило мне инстинктивно распахнуть рот, спасаясь от удушья, как он влил мне что-то внутрь, заставляя сглотнуть… выпить.

«Та бурда из грязноватого сосуда», — осознала я, увидев зажатую в его руке емкость.

Стоило мне вынужденно проглотить ее содержимое, как… дикарь отпустил меня, возвращая подвижность и возможность дышать. Он с невозмутимым видом присел неподалеку спиной ко мне.

Судорожным движением я тоже села, одергивая полы длинной рубашки, и в первую очередь пытаясь понять, насколько страшный ущерб причинен моей одежде. О большем ущербе я думать боялась, не представляя, что последует дальше. Вдруг отравил?.. Каждую секунду ожидая почувствовать смертельную боль, я напряженно застыла, уставившись на его спину, покрытую странными шрамами.

— Маша? Я верно понял? — сказать, что меня поразил этот вопрос минут пять спустя озвученный обернувшимся дикарем, значит ничего не сказать. Я его поняла!!!

— О-о-о… — все, что смогла породить в ответ.

— Верно? — он вновь уточнил, я невольно кивнула. И сообразила — напиток! Волшебство?

— Я — Дис. И скажи, зачем ты приперлась ко мне? Я не звал. Но что теперь с тобой делать? Убивать тебя жалко.

— У-би-вать? — потрясенно переспросила я. И тут же опомнилась: как убивать?! — Не убивайте меня… не надо. Я на все согласна, только не убивайте! И я не приперлась, в смысле не сама… Нас отправляют к вам раз в десять лет в качестве платы.

Дикарь нахмурился:

— Ты из немагического мира? — я кивнула. — Понятно теперь, почему такая несговорчивая и безмозглая. С вами тяжелей всего. Нет бы сразу тон выпить и нормально все обсудить до момента, когда уже поздно станет. Так ведь уперлась. И выбора мне не оставила.

— Дис, вы же меня… — потрясенно зашептала я, но он перебил.

— Иначе пришлось бы топить. Тех, кто не подчиняется — скидывают в море спустя ровно шесть часов после появления. Пожалел…

— Тон? — я обалдело повторила за ним, переместив взгляд на емкость сомнительной чистоты, валявшуюся теперь на полу. — Так там…э-э-э… напиток, позволяющий понимать вас?

Не сдержавшись, я застонала. Отчаянное сожаление о собственной категоричности заслонило даже шок от только что сделанного со мной мужчиной. Чтобы мне выпить эту бурду?.. Знать бы… Эх!

— А подчиниться, — я внезапно запнулась, — надо кому?..

— Выбранному мужчине, — естественно подтвердил дикарь.

У-у-у… тогда в любом случае я мало что «потеряла». Итог был один.

— А зачем нас сюда требовали отправлять из нашего мира? Если не нужны? Или ради того, чтобы утопить? — залепетала я первую связную мысль, возникшую в голове.

— Нет, почему не нужны? — дикарь качнул головой, стремясь разубедить меня. — Нужны. Просто другим. Все чужеземки отходят чакрам, прошедшим свой путь укрощающего жизнь. Именно от них практически всегда рождаются новые чакры, полностью наследующие силу отцов. От наших женщин подобное потомство — это уникальнейший случай. Это давно подметили. Поэтому мы, когда работаем в других мирах, именно чужих женщин требуем в оплату.

Ответ был более чем исчерпывающим.

— Получается, нас в жены… вам отсылают?

Дис коротко кивнул.

— А топить тогда зачем? Раз мы, чужестранки, так… полезны? — сипло прошептала я на выдохе.

— Наш мир не примет, уничтожит довольно быстро, но мучительно. Так что легкая смерть — это милость. Чтобы стать частью нашего мира Ваар, необходимо, как это ни странно, стать носителем его частички… любой. Причем в строго отведенный период.

Сразу сообразив о какой «частичке» речь, я вздрогнула, кажется, покраснев до запредельного румянца. Что за дикость?!

— А нельзя, к примеру, кровью там… или еще чем попроще… обменяться. Я б даже кусок земли проглотила, если б знать, — невольно буркнула в ответ.

Дикарь даже эмоционально отреагировал, изумленно вылупившись на меня:

— Кто ж своей кровью рискнет делиться или землю есть?.. И что же может быть проще?! И никакой дополнительной подготовки или какого инвентаря под рукой не требуется…

Я нервно икнула… Да уж… все под рукой, можно в любой обстановке к миру «приобщать». Эх… и чего не выпила эту жидкость.

— Значит, меня сейчас никакой страшной погибелью не скрутит? — надо срочно хоть какие-то плюсы найти в собственном положении.

Он кивнул. Небось, еще и благодарности ожидает… вроде как услугу оказал, жизнь спас.

— И… я теперь тебе в жены достаюсь? — я тоскливо оглянулась вокруг. «Свезло» мне с супругом. Прямо скажем — с «углом» достался!

Мужчина неуверенно качнул головой, зарождая у меня надежду — вдруг нет?..

— Мой путь еще не пройден, поэтому подруга мне не положена и дети тоже… Кто их прокормит, если я не вернусь однажды, — сухо сообщил Дис.

— И?..

— Попытаюсь завтра выяснить, — пожал мужчина плечами. — Наверное, передать тебя старшим надо. И кому-то из них достанешься.

— Тут меня не оставят? — не скрывая облегчения, пискнула я. Все лучше, чем эта пещера.

— Не знаю, — бросил на меня хмурый взгляд дикарь. — С другой стороны дверь ко мне ты сама открыла…

— Я случайно! — тут же встрепенулась я. — Там их несколько было, я толком не разобралась как выбирать… Провалилась в первую.

— Не в этом дело, — как-то возмущенно отозвался Дис. — Дверь ко мне в принципе не должна была появиться…

— А-а-а… — сообразила я, что у них какие-то свои нюансы и заморочки существуют.

— А мир у вас какой? — решив не упустить случая что-то узнать, задала следующий вопрос.

— Не могу рассказать, — развел руками мужчина, невольно приковав мой взгляд к мышцам на груди, перекатывающимся под его кожей.

— Ясно, — кисло скривилась я. — Значит, жду здесь до завтра.

— Зачем ждать? Это такая удача — женщина рядом. Мы на подобные встречи крайне редко время улучаем, поэтому, думаю, время, оставшееся до завтра, не терять. Пока смогу тобой насладиться, когда еще доведется.

Меня просто перемкнуло от такой логики.

— Не смей! — едва не завизжала я. — Пусть муж наслаждается, он хоть кормить меня должен.

В самом деле. Что за несправедливость — непонятно куда попала по ошибке, а он этим воспользуется по полной программе. Однако дикарь в полном соответствии с моими наихудшими представлениями о нем, все мои протесты проигнорировал — молча подхватил за руку и снова потянул к «постели». Явно все цивилизованное и порядочное этому типу чуждо!

— Завтра непростой день. У меня задание, поэтому надо отдохнуть. Не задерживай меня и не волнуйся — детьми я наградить не могу. А в остальном — так на моем месте поступил бы каждый. Ведь такая удача…

Как я не упиралась и не шипела, он подволок меня к намеченной цели, т. е. к своему убогому тюфяку, который сейчас казался мне особенно отвратительным, и безапелляционно повалил на него.

— На тебе почему-то так много одежды, — пробурчал мужчина, игнорируя мои выверты и визги протеста.

Осознав, что сейчас он безжалостно избавится и от верхней части моего гардероба, оставив меня вообще без всего — голой, я резко замерла и, вцепившись в полы рубашки, взмолилась:

— Я сама разденусь, не рвите!

Брови мужчины недоуменно приподнялись, его руки медленно от меня отстранились.

— А зачем тебе столько одежды? От нее и надо избавиться.

«Ага! Чтобы разгуливать такой же голой как он».

— Мне холодно тут, — едва не плача, стаскивая с плеч рубашку, зашипела я.

— Холодно? — дикарь неожиданно задумчиво отреагировал на мое заявление. Потом едва тлеющий огонек костра полыхнул ярким столбом пламени, заставившим меня вздрогнуть от страха, и по пещере расползлось неожиданно приятное тепло. — Так не холодно?

— Э-э-э… — я обалдело замычала, замерев и уставившись поверх мужского плеча на гигантский сноп пламени, которое странно лизало потолок пещеры, не оставляя никаких следов копоти. Куда я попала…

— Ясно, — не желая дожидаться, пока я приду в себя, дикарь рывком помог мне сдернуть болтавшуюся уже на одной руке одежду и, отбросив ее куда-то назад, с довольным видом толкнул меня на спину.

Шлепнувшись плашмя, я только и успела, что накрыть грудь руками, придавленная за бедра его телом.

— Ух ты, — оранжевые глаза полыхнули не меньшим огнем, чем тот, что обогревал нас сейчас, когда его взгляд скользнул по моему телу. Одной рукой оттянув мои судорожно прижатые ладони, мужчина рявкнул:

— Будешь мешать — обездвижу!

Испуганно трясясь, я кивнула и, уставившись в потолок, позволила собственным рукам безвольно упасть на тюфяк. Меня же похоронили. Наверное, я в аду, только так и остается думать. Дикарь с довольным видом рассматривал мой бюст так, словно впервые увидел что-то подобное. Потом поднял одну руку и довольно бережно обхватил ею мою грудь. Я же, с ужасом и напряжением ожидая дальнейшего, резко дернулась от этого прикосновения, сразу сжавшись. Давление на грудь сразу возросло — он сильнее сжал холмик, одновременно потерев ладонью о сосок, который от испытанной ранее прохлады уверенно выпячивался вверх.

И почти тут же его вторая ладонь опустилась на другую мою грудь, заставив меня сжаться сильнее. Дикарь, не обращая на мою реакцию внимания, привстал, освобождая меня от веса своего тела, и присел рядом на корточки. И если его руки продолжали всесторонне ощупывать мою грудь, взгляд устремился ниже. Я буквально ощущала его, сантиметр за сантиметром скользящий ниже к моим бедрам. Непроизвольно сжав колени, почувствовала, что уже плачу.

— Нет, — недовольно буркнул мужчина, и одна его рука немедленно скользнула к моим ногам, уверенно втискиваясь между бедер, понуждая шире развести ноги в стороны.

Мужская ладонь, стоило ему добиться нужного результата, тут же накрыла мое лоно, ощутимо давя и заставляя меня открываться навстречу его пальцам.

— Дис! — призыв, заставивший меня вновь истерично дернуться, донесся откуда-то со стороны наружного лаза. — Можно войти?

Дикарь, с весьма недовольным видом оглянувшись на вход в пещеру, некоторое время подумал, явно принюхиваясь к чему-то, потом отвел от моего тела свои руки и одним движением шагнул в направлении, откуда раздался чужой мужской голос. Собственная нагота и явные признаки возбуждения его не смущали совершенно.

Встревоженно переводя взгляд с мужской попы на зияющий тьмой проем пещерного коридора, я тоже резко поднялась, подтягивая к подбородку колени и обхватывая их руками, стремясь хоть так укрыться. Радоваться появлению чужака, прервавшего такой тревожный для меня процесс, или нет — я еще не знала. Мало ли что он принесет?..

Глава 3

— Входи, — спокойным тоном отозвался Дис.

И спустя несколько секунд в пещеру шагнул еще один оранжевоглазый. Только более солидного возраста — коренастый и с сединой в волосах. В остальном же… все то же обнаженное тело, слегка скрытое необычными шортами. Не отводя взгляда от владельца пещеры, он сразу спросил:

— Женщина из другого мира вошла к тебе?

Дис лаконично кивнул.

— Ты ее оставил?

— А что я еще мог сделать? — вопросом на вопрос отозвался он.

— Кормил ее?

— Да…

— Чужим? — почему-то вопрос был задан очень напряженным тоном.

При этом на меня ни один из них не смотрел. Совершенно! Дис как-то помедлил, прежде чем ответить:

— Да…

Гость облегченно выдохнул.

— Покажи ее! — сразу приободрился он. — Думаю, она достанется мне. Завтра решат, но я, узнав о ее появлении, решил наведаться к тебе раньше.

«Покажи?..» — удивилась я, продолжая наблюдать за мужчинами.

Дис вновь задумался, а потом как-то нехотя обернулся, резко взмахнув ладонью. И почти сразу взгляд гостя уперся в меня, а потом и вовсе — он в несколько шагов приблизился на расстояние трех метров, выжидательно наблюдая за мной. А я, вцепившись в собственные колени, испуганно замерла, понимая, что не к добру оно все…

— Что с ней? — почему-то удивленно оглянулся мужчина на Диса.

— Мерзнет… — ответ изумил гостя еще больше.

Седовласый несколько минут пристально вглядывался в меня, прежде чем отрывисто спросить:

— Что ты видишь?

Я недоуменно подняла на него, вероятно, затравленный взгляд.

— В смысле? — едва слышно шепнула.

— Что тут? — он ткнул пальцем на огонь.

— Костер… большой, — робко пояснила я, не понимая, к чему эти вопросы.

— А тут? — уже с потрясением гость ткнул рукой в другом направлении.

— Стена пещеры… — не понимая, правильно ли поступаю, отвечая ему, едва слышно отозвалась я, нервно косясь на Диса. Последний с каждым моим ответом все сильнее озадаченно хмурился.

— Не согласен! — гость обернулся к более молодому соплеменнику. — Ты научил ее сказать так.

Дис резко качнул головой, отрицая.

— Нет, — и все это с самым невозмутимым видом.

— Тогда не трогай ее, — отвернувшись от меня, гость двинулся в направлении моего голого… спасителя. Голого и возбужденного! Мне стало как-то жутковато — не сцепятся ли сейчас они за возможность до меня добраться? И чем это все мне грозит?..

— Мне надо было ее тут задержать, — Дис красноречиво развел руками.

— А теперь…

— А теперь… она тут, я тоже… до утра она никому не принадлежит, а меня на отдых через несколько льге отпустят… — одним словом, нет у меня выбора, уяснила я одновременно с коренастым.

К счастью или нет, но гостя такой расклад тоже не устроил — я поняла это по тому, как напряглась его мощная шея и плечи.

«Подерутся…» — нутром почуяла я.

— Выйдем? — отрывистое предложение седовласого только укрепило меня в убеждении, что мужчины везде одинаковы. Нервно вздрогнув, я лишь сильнее прижалась к собственным коленям, чутко улавливая любой звук и следя за каждым движением — если они в этих зверюг перекинутся тут, мне неминуемо чьим-нибудь хвостом влетит, слишком мало в пещере места.

Однако Дис как-то насмешливо переспросил:

— Уверен? Я-то, в отличие от тебя, не в запасных хожу…

Гость упрямо дернул головой. На что хозяин (наверное?) пещеры, бросив на меня непонятно почему строгий взгляд, развернулся и, не заботясь о подставленной спине, зашагал к темному пятну выхода. Гость, не оглянувшись, двинулся за ним. Нервно, не понимая, чего бояться теперь, проследив их путь до самого лаза, я немного расслабилась. В пещере стало ощутимо теплее, так что даже обнаженную кожу не холодили потоки сквозняка — огненный столб в центре все так же взвивался до потолка, опаляя жаром.

Выждав немного, прислушиваясь — не вернется ли кто из них, я на всякий случай натянула рубашку. Она была удлиненного фасона, укрывая меня до середины бедер. Потом, не утерпев, подкралась к выходу, потом сделала еще несколько шагов в темноте, потом еще… И так до самого выхода. Не высовываясь наружу, прислушалась. Помимо шума далеких волн ничего другого до меня не доносилось. Подняв взгляд вверх, вместо привычного звездного неба увидела странно темный туман — словно абсолютно плотные облака перед дождем или бесконечное отражение ночного моря.

Выйти наружу я не отважилась, простояв у входа с полчаса и основательно продрогнув, вернулась в пещеру.

«Получается, быть женой… чьей-то. Возможно, того коренастого возрастного типа, что приходил…» — мне гость как-то интуитивно не понравился. Что-то было в его взгляде неприятное… холодное и злое. На его фоне Дис смотрелся немного предпочтительнее. «Спас же от верного утопления, пусть и совершенно диким, на мой взгляд, образом. Но стать его супружницей варианта, очевидно, нет. Так что надо дотерпеть до утра, а там… начинать налаживать семейную жизнь с кем определят. Даже с ящерицей, если уж ничего другого не предвидится…»

В это же время в другой пещере двое чакров обсуждали ситуацию.

— Дис, это очень странное событие. Как она попала к тебе? Сюда, на границу? Фактически в межмирье?

— Есть у меня подозрение… — в ответ на заинтересованный взгляд напарника молодой чакр злобно оскалился, сверкнув оранжевым взглядом. — Это, видимо, матушки моей происки. Она всеми силами противилась тому, чтобы я выбрал этот путь. И до сих пор не теряет надежды вытянуть меня из тумана перепутья. И жена — самый верный способ! Подумай-ка сам — ведь было два случая таких… давно.

— Это да, но совсем невероятно предположить, что с тобой может произойти подобное. Хотя твоя родительница сильная колдунья… И ты ее единственное дитя, посему силу другому ей не передать, а риск потерять тебя на этом пути огромен. Но как бы она смогла притянуть тебе сюда иномирянку? Это и сильнейшим колдунам не под силу! Тут неполноценная часть Ваара и магия иных тут бессильна.

Дис скептически хмыкнул:

— Она бы нашла способ!

— И с чего ты решил, что ее в жены тебе определят? Завтра отправят отсюда…

— Она видит пещеру, ее стены и костер в середине, — кисло отозвался мужчина, безмерно удивив напарника.

— Тогда да… — со смесью противоречивых эмоций на лице и в голосе отозвался последний, — тогда это полноценное начало. И разлучить ее с тобой может лишь твоя гибель. Но это риск для тебя — кто-то именно в этой возможности может увидеть свой шанс. А укрощающие жизни и сами часто не возвращаются с заданий… И будут те, кто решит укротить и твою жизнь, ты понимаешь?

— Ага, — сосредоточенный кивок от Диса. — Уже… я только что скинул в океан миров тело одного старшего. Но насчет девушки — не уверен. Мне не нужна жена! Рано еще… Я не откажусь от выбранного пути ради этого. Своя женщина — это неплохо, но временами… На большее я не готов. Так завтра и скажу.

— Бесполезно, — отозвался его напарник. — Раз она видит пещеру, вас не разлучат. Но и завершить досрочно свой путь ты не можешь… Ей придется пройти путь твоего выбора тоже.

— Это тяжело, — со вздохом отозвался чакр. — Тем более она из техногенного мира — совсем неумелая, никчемная даже…

— Хоть в чем-то не повезло, — усмехнулся его напарник.

— Всем бы такое «везение», — угрюмо буркнул Дис. — От нее толк только что ночью, а в остальном — одна морока. Даже тан пришлось силой в нее вливать. А уж одежды на ней…

— Красивая? — уставившись на чакра ожидающим взглядом, уточнил его напарник.

— М-м-м… не разобрался, — почему-то ушел от ответа оборотень и тут же встал. — Пойду, порадуюсь ее присутствию сегодня ночью, если твои прогнозы сбудутся — дальше радоваться будет нечему. Одно дело такая женщина на несколько часов, и другое — в жены. Особенно мне… Но, надеюсь, не оставят ее.

— Оставят… — в обнаженную спину удалявшемуся чакру шепнул его напарник, всем существом ощущая дальнейшую перспективу.

Где-то в мире Ваар.

— Как это «к нему пришла иномирянка»? — грозно орала высокая смуглокожая вечно молодая женщина с обведенными зеленым оранжевыми глазами. — Подобное невозможно!

— Клянусь, госпожа, — убежденно кивал ее постоянный осведомитель. — Прямо к Дису заявилась. И все как положено! Самое же невероятное, что видится ей вся пещера и костер в ней.

— Интересно… — мгновенно «купировав» свой гневный порыв, женщина властным жестом отослала слугу прочь. И задумалась, привычно решая, какую выгоду ей принесет этот поворот событий. А возможности для нее открывались шикарные. — В этом надо разобраться… и воспользоваться.

Глава 4

— Вернется, не вернется, вернется, не вернется… — равномерными шажками отмеряя пространство от стены до стены пещеры, гадала я.

Немного запоздало сработал инстинкт самосохранения, озадачившийся простым вопросом: если Дис не вернется, что делать мне?.. Выбраться самостоятельно из пещеры не в моих силах. Ничего съедобного тут и вовсе не наблюдается, так что долго не протяну. Впрочем… Взгляд остановился на все так и лежавшем возле входа в пещеру темном тюке, с которым дикарь вернулся в первый раз. И именно из него он достал мне еду.

Метнувшись к нему, замерла, раздираемая сомнениями — не очень прилично ползать по чужим вещам. Но… если вопрос стоит о жизни и смерти?.. Помявшись рядом еще с четверть часа, чутко прислушиваясь — не возвращается ли владелец «жилплощади», все же решилась заглянуть внутрь. Осторожненько… одним глазком. Чуть ослабив узел, слегка оттянула один край, чтобы озадаченно хмыкнуть — пусто! Ну совсем пусто. Странная объемная пустота, сквозь которую мне прекрасно было видно дно — нижний внутренний край непрезентабельной бурой материи, из которой, собственно, был сделан этот тюк. Однако со стороны он смотрелся весьма объемным, буквально ломящимся… от чего-то. Вот только ничего внутри не было!

Подумав, я тихонечко протянула руку, решив для достоверности пощупать дно — вдруг мне мерещится. И даром что в пещере все сверкало непонятным голубоватым светом, а по центру все так же взвивался огненный столб. Своим глазам в этом странном месте я уже не доверяла.

Однако до дна дотронуться не получилось. Стоило моей ладошке свеситься за край тюка, как по ней основательно хлопнули, сопроводив действие возмущенной угрозой:

— Обнаглела! На птичьих правах тут, а уже лезет везде.

Я так и села на пол с упавшей на грудь челюстью. Даже взвизгнуть не смогла от неожиданности и страха, так поразил меня этот возмущенный писк. Только руку отдернула.

— А… кто здесь? — почему-то шепотом уточнила спустя минут пять, не отводя взгляда от мешка. Казалось, что из него сейчас кто-то выпрыгнет. Кто, не знаю, может… чертик? Я бы не удивилась.

— Если ума на достойный вопрос не хватает — лучше помолчать, — назидательным тоном пропищал в ответ рекомендацию «тюк».

Сглотнув, я совсем растерялась. Что за место?..

— Извините, если я вас потревожила, — на всякий случай немного отодвинулась я, решив, что действительно неправа. — Не хотела обидеть. Но вы… мешок?

— Ты что, слепая к тому же? — уже менее недовольно проворчала пустота из тюка.

— Не-е-ет, — по-настоящему уже ни в чем не уверенная, проблеяла я.

— Хм, а похоже! — авторитетно уверили меня и тут же предложили. — А залезай!

— Куда? — опешила я.

— Ко мне, — хрюкнуло нечто.

— Зачем? — насторожилась я, отползая еще.

— Тоже пощупаю, — мечтательно сообщил мне тюк, поразив окончательно.

Ага, ждите. Я уже один раз залезла, вот теперь расхлебать как не знаю.

— Нет, — категорично отвергла я идею.

— А чего тогда тут шуршала? — тон пустоты был все так же насмешлив.

— Кушать искала, — сообразила я.

— Не положено, — сразу отозвался тюк, разочаровав меня окончательно. — Тебе чего попало не дашь. А что можно — я не знаю.

«Как это?» — удивилась я. И тут же подловила его на слове:

— А ты кто?

— Фрось, — снизошли мне до ответа.

— И? — настойчиво взмолилась я. Ну совсем непонятно.

— И… погибель твоя. Выживать тебя буду. Ишь, расположилась тут на моей территории. Так что имей в виду и бойся, — авторитетно припугнули меня.

— Я уже, — честно отозвалась, вскакивая и отбегая к другой стороне пещеры. — Но я не сама тут поселилась и, может быть, завтра меня тут уже не будет.

Если есть шанс как-то задобрить этого завистливого Фрося, хотелось его использовать. И так проблем навалом, чтобы меня еще невидимый мешок со свету сживал.

— Может и не будет, — философски отозвался Фрось. — А еду уже изводишь. Да еще какую. Нет бы, что-то обычное ела, так ей подавайте экзотику всякую. Тьфу! Одни проблемы от этих баб. А пользы — на капельку.

Немного определившись с половой принадлежностью Фрося, мысленно поздравила себя с тем, что в мешок не полезла. Не то, что бы и собиралась, но мало ли какая шальная мысль…

— Больше не буду, — клятвенно пообещала я, проявив отчаянную решимость слово сдержать.

— Чего?

— Есть!

Фрось красноречиво промолчал, и тогда я вновь озвучила робкий вопрос (все ж лучше, чем сидеть в тоскливом ожидании):

— А почему вы о женщинах так пренебрежительно?

— Негоже нам с ними связываться, прежде дело надо сделать, — охотно пояснили (видно не только мне поговорить хотелось, а начинать самому претенциозность не позволяла).

«Первым делом самолеты…» — подумалось мне тут же.

— А дело какое?

— Дела у нас всегда одни. Убийства. Такие заказы не иссякают. Где и кого — неважно, главное, цель всегда одна — укротить жизнь.

«Киллер! — ужаснулась я, отчетливо припомнив изобилие шрамов на теле Диса. — Может, лучше самой утопиться, пока не поздно?..»

— И часто… заказывают? — с трудом выговорила следующий вопрос.

— Постоянно. Спим через раз, — и столько важности было в ответе, что я совсем опешила.

— Разболтались… — неожиданно вальяжно разнесся по пещере голос упомянутого нами раньше дикаря, заставив меня подпрыгнуть на месте от неожиданности. Как-то увлеклась я общением, совсем забыла о своем ожидании.

Дис стоял в проеме входа, поблескивая оранжевыми глазами и наблюдая за мной. Давно ли?..

— Так вот о сне, — приблизившись ко мне, он уверенно сдернул накинутую мною рубашку и, одним движением прижав меня спиной к грубой стене пещеры, приблизил свои губы к моим. — Сегодня бодрствуем.

И он меня поцеловал.

Целовался он настойчиво и очень умело. Даже целенаправленно: решил для себя как быстрее даму успокоить, на нужный лад настроить и… поступал соответственно. Не просто сдавливая мои губы своими. Он то твердо, то нежно мял их, очерчивая своим ртом, касался языком, втягивая в себя и посасывая. Это было… возбуждающе, временами чувственно. Даже меня — испуганную и дрожащую — проняло. Тело начало покалывать в нескольких местах, понуждая обхватить его руками за плечи.

Невероятно волнительно было вот так тесно прижиматься к мужской груди, ощущая спиной грубый камень поверхности пещеры, чувствовать каждый его вздох и разделять с ним дыхание.

Руки Диса, на мгновение сжав в крепком кольце мою талию, потянулись выше, подхватывая мою грудь, согревая ее ладонями. При этом он продолжал вглядываться в мое лицо своим оранжево-огненным взглядом. Изучающе и как-то вопросительно, но губ от моего рта не отнимал. А мне было неприятно — совершенно незнакомый страшный мужчина навалился с недвусмысленными намерениями, царапая меня спиной о стену пещеры. И страшно тоже. Что сделают больно. И безвыходно — чем я могу воспрепятствовать?..

Зажмурившись, не выдержала. Тело невольно сжалось, соски напряглись, упираясь в мужскую грудь упругими комочками, непроизвольно стало холодно, заставляя ежиться и вздрагивать.

— Не бойся, — очень спокойно попросил Дис, немного отстраняя от меня свое лицо. — Ничего страшного не будет. Просто расслабься.

«Ага! Его бы на мое место. Расслабился бы он… как же!»

Я только нервно передернула плечами. Тогда дикарь отступил на шаг, позволяя мне перевести дыхание и подхватив на руки, понес к огню. Испугавшись сильнее, я уже сама вцепилась в мужчину, обхватив его плечи руками. Вдруг если не утопил, так сожжет?

К счастью для меня, жертвенных намерений он не имел. Присев на колени возле огня, который неожиданно ласково обвевал теплом наши тела, опустил и меня на свои ноги. Причем развернув спиной к себе.

— Обопрись, — прокомментировал Дис, заставив меня глубоко наклониться вперед и обхватить руками его ноги.

А потом… я почувствовала, как прикоснувшись губами к моей спине, он принялся с усилием разминать мои задеревеневшие от напряжения мышцы. Своеобразный массаж был долгим — я успела расслабиться и даже едва не задремала. Мне было тепло, почему-то комфортно и… больше не страшно. Я словно спала. И происходящее вокруг потеряло ощущение реальности, превратившись в полусон.

Мужские руки с каждым кругом разбегались все шире, лаская уже и мою грудь, касаясь живота, пробегая по бедрам. Дикарь что-то неразборчиво мурлыкал, напоминая мне довольного кота. Так и не заметила, как он плавно сместил меня на пол, ссадив со своих ног. И тут же вытянулся рядом с моим телом, продолжая изучающе скользить ладонями по моему животу, закинув на мое бедро свою ногу. Пока я соображала о причине умиротворения, охватившего меня, мужчина уже переместился дальше, уверенно раздвинув мои ноги коленом и нависнув сверху. Уже двумя руками подхватив мои ладошки, поднял мои руки вверх, вынуждая грудь просительно выгнуться ему навстречу.

И потерся о ее вершинки своим торсом, вновь склоняясь ко мне с намерением поцеловать. А я… вздрогнула.

— Что сейчас? — с усталым вздохом замер мужчина.

Я же поняла, что не боюсь его больше. Совсем. Вот только…

— Я не могу так… — чувствуя, что краснею, забормотала вслух, — когда смотрят…

— Кто? — опешил дикарь, недоуменно приподнимая бровь.

— Фрось, — еле слышно залепетала я.

Дис изумился. Судя по ошарашенно приоткрывшемуся рту и последующему молчанию, он не нашелся с ответом. Но, подумав, неожиданно для меня вскочил на ноги и, подскочив к мешку у стены, схватил его одной рукой и выволок в темноту входного лаза.

— Теперь все? — вернувшись ко мне и вновь вытягиваясь на полу рядом, насмешливо уточнил дикарь.

Меня хватило только на робкий кивок, поскольку в этот момент я наткнулась взглядом на возбужденный мужской член.

— Соскучился по женскому теплу рядом, — перехватив мой взгляд и одновременно скользнув рукой по моему телу, обхватывая и прижимая к себе, непоколебимо проурчал дикарь.

Притиснув ближе, вновь накрыл мой рот своими губами, лишая возможности что-то возразить. Мужчина не позволил мне и дальше отвлекаться 'на разговоры'. Он уверенно продвигался к своей цели, полностью доминируя в нашем физическом контакте, всеми своими действиями указывая мне на неизбежное осуществление его планов. Сопротивляться было бессмысленно: он сильнее, а я изначально предполагала, что мое попадание в другой мир приведет к подобному исходу. Благо он сделал все возможное в его обстоятельствах, чтобы не оставить у меня ощущения насилия. И на том спасибо.

Но расслабиться и получить хотя бы удовольствие не получалось. Момент с Фросем сбил мне весь 'настрой'. У Диса же, судя по тому, как он все основательнее подминал меня под себя, терпения на повторный заход с моим возбуждением уже не было. Мужчина уже основательно устроился между моих бедер, впиваясь поцелуями уже в шею и грудь. А его руки в это же время настойчивым давлением заставляли меня приподнять ноги, обхватив ими его талию.

И как только это случилось, я оказалась максимально открытой для него. Тут же почувствовала, как упирающийся мне в живот мужской член одним движением его бедер скользнул ниже и… толкнулся в меня. Не резко, но с ощутимым усилием преодолевая преграду моего напряженного лона. При этом сам Дис, слегка отклонившись на вытянутых руках, наблюдал за выражением моего лица своим непроницаемым оранжевым взглядом. Ни чувств, ни страсти, ни нежности не было в его взоре… Чистая физиология с его стороны, а с моей и вовсе — какое-то невнятное восприятие происходящего.

'И это в такой момент, в таком месте, с таким… мужчиной. Клиника! Сказал бы мне кто раньше, что я буду заниматься вынужденным сексом на полу первобытной пещеры с непонятным типом и оставаться безразличной… Ни ярости, ни борьбы, ни сопротивления. В лучшем случае назвала бы его идиотом!' — совсем не чувственные ощущения занимали мой разум в этот момент.

Однако тело непроизвольно дернулось, сжимаясь вокруг его члена плотнее. Дис резко выдохнул и застонал, наконец-то оторвав от меня свой взгляд и зажмурившись. И почти тут же отозвался резким глубоким толчком, затронув что-то внутри меня… Что-то неимоверно восприимчивое, откликнувшееся волной ощущений, которая неожиданно прокатилась по телу, заставив ноги дрогнуть, а руки — безвольно опасть вниз. Ощущения резко изменились, стоило мужчине внутри меня начать активно двигаться — толкаться глубже или, наоборот, выходить практически полностью, оставляя в моем, жадным сжатием удерживающим его, лоне лишь самый кончик своего члена.

Да, неожиданно для меня все изменилось — пришли ощущения, появилось желание и чувственная потребность в продолжении процесса нашего соития.

Красноречиво выгнувшись, я начала бедрами встречать каждый его рывок, вторя мужчине глубоким стоном, стоило ему достигнуть самой сокровенной части меня. Дис, утратив всякую сдержанность и во многом действуя исступленно, двигался все быстрее и быстрее. Мое тело при каждом его резком толчке по инерции тоже смещалось, царапая кожу спины о грубую основу под нами. Но сейчас это заботило мало, настолько меня захватило процессом, закрутило в этом животном стремлении навстречу друг другу.

Позабыв о том, что позволяю делать с собой все что угодно фактически незнакомцу, которому важно лишь воспользоваться моим удачно подвернувшимся присутствием сегодня, погрузилась в собственные ощущения и желания. Мне хотелось этой связующей нас силы, этих рывков его горячего и твердого органа, его очевидной потребности во мне. Она была обоюдной… Мы, словно давно не знали близости, не подчинялись раньше природной тяге мужчины и женщины. А сейчас… как перед смертью. Оба с остервенелой страстью и скрытой яростью набросились друг на друга, ощущая себя едва ли не парой животных, объединенных инстинктом размножения.

Дис с невероятной скоростью и напором врывался в меня, терся членом о каждую грань моего лона, вращал бедрами, заставляя меня утробно скулить от необычных ощущений, что вызывали его движения внутри. Было действительно круто! Незабываемый секс с мощным и умелым партнером. Тот самый физический контакт, что неминуемо завершается взрывом чувственных ощущений.

Первой кончила я, не сумев больше сдерживать волну собственного удовольствия. Его движения были настолько приятны и чувственны, что свели меня с ума, заставив позабыть обо всем случившемся в последние часы. Я едва осознавала, какому мужчине отдаюсь с такой полнотой и страстью. Важнее был сам процесс и его результат для моего, истомившегося по мужской ласке, тела.

И тут же мой всплеск удовлетворения подхватил Дис, в последнем толчке замерев во мне, напряженно подрагивая и изливаясь внутрь меня горячим семенем.

— Уф, — спустя минуту расслабившись и слегка обмякнув, мужчина освободил меня от веса своего тела, растянувшись рядом. — Не выспавшись с тобой, я немного потеряю. И не припомню такого жара с другими. Техногенный мир не безнадежен. Эх, повезет твоему мужу хоть в чем-то! Пожалуй, я буду порой завидовать ему.

— А вот я твоей жене вряд ли, — переведя дыхание, рефлекторно 'отплатила той же монетой'.

Глава 5

Дикарь неожиданно задорно хмыкнул. Он вообще как-то подозрительно повеселел. Немного надо мужчине для счастья. И даром что колдун и оборотень. А присутствие женщины рядом жизненный тонус определенно подняло. Вот только я для себя поводов для радости не видела. Еще неизвестно, как 'завтрашний' муж на мои сегодняшние ночные 'приключения' посмотрит. Эх…

— Не отчаивайся, — дикарь вновь повалил меня на свой тюфяк. — Завтра все разрешится и… заживешь! А теперь спать…

'Ага. И спи-отдыхай… ' — я встряла!

Вопреки заявленному намерению поспать, ненасытные мужские руки вновь 'под шумок' принялись обхаживать мое тело. Его ладони скользили по плечам, подхватывали мою грудь, обегали живот и устремлялись ниже. И мою попытку протестующе отреагировать, 'замяли' самым эффективным способом — зацеловали.

В этот раз мужчина не спешил. Заставив меня усесться поперек его тела, откинул спиной на свои вертикально согнутые колени и с очевидным удовольствием принялся ласкать мою грудь. Уже и не помню, когда ей столько мужского внимания доставалось… Дикарь же явно полностью погрузился в процесс: с каждым опоясывающим прикосновением сужая диаметр, он в итоге добрался до моих сосков. Чтобы тут же устроить мне сводящие с ума игры с двумя вершинками: нежно мял их пальцами, поглаживал и дул, охлаждая разгоряченные бугорки, и даже лизал их, баюкая во рту.

Сама от невыразимых чувственных ощущений (а грудь всегда была моей эрогенной зоной!) едва сдерживаясь от стонов, я с усилием сжимала бедрами его торс, чувствуя, что с каждой секундой становлюсь все более разгоряченной, в том числе и глубоко внутри. Что уже мечтаю об охлаждающем проникновении в свои глубины мужского члена, что сама завелась до полной несдержанности, что хочу его! Дикаря, которого первый раз в жизни сегодня увидела. Дожили…

Поэтому, когда он слегка толкнул меня, понукая сдвинуться ниже, впустить в себя его твердый член, подчинилась с готовностью. Сама страстно желала этого же. Что ни говори, а, как мужчина, Дис был вне конкуренции. А потом…

Сжимая коленями мужские бедра, наклонившись вперед и упираясь в его грудь ладонями, я сама начала двигаться, то поднимаясь вверх, то вновь опускаясь на мужской член. Процесс соития захватил меня полностью, тело пылало страстью, понуждая меня двигаться все более резко, требуя более острых ощущений.

Мое лоно превратилось в неимоверно чувственный очаг удовольствия. Волны возбуждения и сладостной дрожи растекались от него по всему телу, кажется, даже передаваясь мужчине. Каждый раз, плотно обхватывая возбуждающую твердость мужского органа и тут же скользя по нему своей плотью, расставаясь на миг, оно стремилось к новой встрече. Страсть настолько захватила меня, погрузив в водоворот восторгов, что я совершенно не думала о том, что делаю. Зажмурившись, вся отдалась эмоциям, существовала только ощущениями его кожи под своими руками, его бедер между моими ногами, его губ, ловящих мою грудь в мягкий плен и его члена, что при каждом моем движении мощно вздымался мне навстречу. Чума! Обалденный мужчина, неимоверно крутой секс… Я пропала.

— Маша? — вопрос вырвал из крепкого сна. Просыпаться не хотелось совершенно. Еще бы… заснуть получилось только под утро. — Я ухожу, сейчас состоится сбор высших чакров. Надо решить немало важных вопросов, в том числе и обсудить ситуацию с твоим приходом.

Последняя фраза заставила меня резко сесть на месте и распахнуть глаза. Точно! Ведь сегодня меня вроде как замуж за кого-то отдадут. Ой…

— А мне… — вопрос озвучить не успела — колдун уже удалился к выходу из пещеры. Ой… я же в пещере… и на шкурах подозрительных и сомнительно чистых… и голая… и, вообще, что ночью было… ой!

— Нет, — однозначно возразил он уже из тоннеля наружу. — Вернусь, сообщу, что с тобой дальше будет. Еда рядом.

И ушел, даже не обернувшись. Сообразив, что сижу на беспорядочно скомканных шкурах совершенно голой в ярко освещенной пещере, нервно вздрогнула. Очередное мучительное ожидание…

— И чем мне теперь заняться? — вслух вопросила сама себя с грустью в голосе.

— Спать! — тут же ответила, оглянувшись вокруг. Хоть высплюсь — польза будет, а то глаза слипаются. И проснусь, а все уже решится. Один плюс — из этого убогого бедлама меня заберут. Ну, надеюсь…

Сама не верила, что заснуть сумею, однако вырубилась мгновенно. Вот что значит чистая совесть!

— Маша? — меня основательно встряхнули за плечо, заставив резко проснуться. Разоспалась, однако…

"Дис! — мгновенно сообразила я и испугалась. — Значит, уже…"

— И что решили? — хрипло со сна уточнила я, осторожно перемещаясь в сидячее положение. — Обо мне.

— Все скверно, — чакр, явно едва сдерживая раздражение, скидывал с себя просторную накидку (парадная, что ли?). — Высшие все же склонились к тому, что раз ты пришла сама, то останешься тут.

— Тут это… тут? — я нервно осмотрелась. Необъяснимое сияние, освещавшее пещеру, в полной мере позволяло лицезреть масштаб трагедии, или это жилище.

— Да!

— Надолго? — робко, надеясь на чудо, уточнила я.

— До окончания моего пути.

У-у-у… значит…

— Нас поженили? — я сорвалась на крик.

— Увы, — чакр поморщился. — Подкинула судьба подарочек…

Стоп! Это он на меня намекает? Да на себя бы посмотрел, дикарь.

— Тебе-то чего быть недовольным, — чуть не плача съязвила я.

— А того, что в жены непонятно кого дали, и, вообще, не нужна мне сейчас жена, особенно такая! Особенно навязанная!

— Какая это такая? — взъелась я, плотнее кутаясь в шкуру.

— Такая, что согласна с незнакомым посторонним мужчиной ночевать! — рявкнул Дис, поразив меня немыслимо. Вот это логика… И, главное, вот лично он тут совсем не при чем!

— А то, что этот мужчина ты? И то, что не дал мне и шанса отказаться? И, вообще, ты меня спрашивал о чем-то, когда на шкуры эти завалил? Кто рычал: 'Будешь мешать — обездвижу', - негодуя, возмутилась я.

— А чего спрашивать случайную встречную. А вот с жены — спрошу! — офигеть! Каков гусь? И логика опять же… В общем, у меня не было слов, просто не было. Дар речи был мгновенно замещен стремительно разросшейся обидой и злостью.

'Значит, жена… значит, плохая… значит, согласна с незнакомцем… ' — вряд ли в жизни был кто-то, кто бесил меня больше чем этот… муж. Да что там бесил, мне разорвать на части его хотелось.

Дис между тем, переодевшись явно по-походному (на голое тело надел странную тунику с множеством продольных разрезов) и рассовывая оружие по специальным креплениям на поясе, сухо проинформировал:

— Сейчас ухожу, у меня заказ. К вечеру должен вернуться. Впрочем, для тебя, может, и предпочтительнее будет, если не вернусь. Тогда другому передадут. Еду оставил, сюда никто посторонний не войдет.

И, не взглянув на меня, вышел из пещеры. У меня же появилось ощущение начала конца света, даже сияние вокруг как-то померкло. Вот не повезло с супругом! Еще с полчаса я тупо сидела на месте, пытаясь переварить 'изменения' в собственной жизни. Куда он ушел? Зачем? Все это меня сейчас мало волновало. Гораздо актуальнее было понять, как сосуществовать с типом, что считает меня… э-э-э… в общем, плохой во всем и не подходящей ему.

А кушать опять хотелось. Как же трудно быть в чужом мире, где все совершенно первобытно. Привстав, натянула отброшенную недалеко футболку, потом носки и кроссовки. Встав на ноги, первым делом собрала свою одежду. Отложила то, что не пострадало. Осмотрев разорванные вещи, с отчаянием признала — чудом уцелели одни трусы. А остальное… Впрочем, посмотрим — мама наверняка мне катушечку ниток с иголками в карман засунула. Куда без них, может что-то и починю. Сейчас главное — насытиться.

К моему неимоверному потрясению, прогулявшись до 'туалета', вернувшись умытая и готовая ко всему, обнаружила… пакет с едой из сети фастфуда! Чтобы понять, что я испытала, обнаружив у костра в пещере дикаря пакет с биг-маком, картошкой, чизбургером и газировкой, надо это увидеть самой… Чтобы убедиться, что у меня не глюки на почве недоедания, даже предварительно потыкала в пищу пальцем. Вроде реальность… Надкусила. И съела все, стараясь не спешить и насытиться.

'Откуда оно тут?!' — представить себе не могла.

— Фрось? — вовремя вспомнив о вчерашнем собеседнике, позвала вслух. — Ты тут?

— Твоими заботами — нет, — злобно огрызнулись мне в ответ откуда-то… издалека.

'Упс, я же попросила Диса вынести мешок в тоннель, что вел наружу'.

Вскочив на ноги, побежала за ним, чтобы вернуть на место.

— Вот, справедливость восторжествовала! — заявила мешку, осторожно привалив его к стене на первоначальное место.

— Она восторжествует, когда ты отсюда исчезнешь, — мешок уже привычно не стал ходить вокруг да около.

— Да я б хоть сейчас! — в сердцах топнула ногой, пеняя на несправедливость жизни. — Мне тут не нравится.

— Серьезно готова? — внезапно мешок, насторожив меня, отбросил эмоции и перешел на деловой тон.

— Ну-у-у… — вроде как согласилась я, ожидая продолжения.

— Залезай в меня!

Тьфу! Кто о чем, так и этот… извращенец.

— Размечтался! — обломала нахальную вещицу.

— Да не то ты думаешь, не то, — сообразительный, однако. — Со свекровью познакомишься. Она, глядишь, подсобит сбежать.

Вау… От такого поворота событий я обалдела. Там вход в портал, что ли?.. Или я сказок обчиталась? В любом случае встреча со свекровью на данный момент как-то отчаянно не привлекала, да и мешок доверия не вызывал…

— Обожду! — решительно возвестила я о намерениях. — Сначала тут надо определиться.

С некоторыми возмутительно 'логичными' мужчинами.

— А еду эту, — я невольно указала на пакет с остатками картошки-фри, не зная, способен ли Фрось видеть, — откуда он взял?

— Притянул из техногенного мира какого-то, — скучающим тоном разъяснили мне. — С тобой же возни немеряно. Наше она не ест, видите ли…

— А ваше… это что, например? — осторожно поинтересовалась я.

— Опрюшечки, червячки-паучки, слизнячки всякие, — вдохновленно тут же бросился перечислять Фрось.

Звучало неаппетитно, но почему-то верилось в искренность мстительного мешка с трудом. Так что дождусь подтверждения или опровержения этой информации, прежде чем преисполниться священного отвращения к местному рациону питания.

Покончив с завтраком, выкинула остатки и упаковку в огонь. Встала на ноги и осмотрелась. М-дя… жилплощадь из разряда 'умереть не встать', причем в наихудшем смысле. Но надо обживаться, другого не предложила судьба.

'Пол, что ли, попробовать помыть, — копнув носком обуви приличный такой слой пыли и грязи, размышляла я. Взгляд переместился на 'спальное место'. — Да и проветрить все это безобразие не помешает'.

У меня мысли с действиями не расходятся, поэтому первым делом подхватила ворох меха и поволокла к выходу из пещеры. Там, привалив увесистым валуном, свесила все добро с края выступа перед входом в пещеру. С этим разобрались, теперь пол… Недолго думая приспособила под половую тряпку наиболее пострадавшие колготки. Вот только тазика нет…

— Фрось? — метнулась я к собеседнику. — А посуду раздобыть где-то можно?

— Готовить собралась? — преисполнился мешок недоверия.

Мысли об этом меня посещали, хотя процесс приготовления пищи на огне (тем более незнакомой) мне виделся с трудом. Но раз живешь в каменном веке, не мечтай о мультиварке! Так что — все впереди, наверное.

— Нет, пол мыть хочу. Нужна миска побольше, существенно.

— Дела… — почему-то поразился Фрось. И тут же из его пустых на вид недр вылетела вполне себе вместительная… э-э-э… скорлупа.

Осмотрев предложенное на предмет устойчивости и непромокаемости, побежала наполнить его водой. И взялась за пол… Сколько раз воду меняла, сколько скребла — словами не описать. Наверняка тут сроду не убирали… Часа четыре промучилась! Зато результат — а пол оказался вполне 'однородным' и гладким — позволял даже ходить тут босиком! Благо поверхность под ногами была на удивление теплой. Я, мысленно поздравив себя с первым успехом на ниве обустройства домашнего хозяйства, обессиленно плюхнулась на попу, переводя дух. Полдня ушло, но дело того стоило.

Тщательно прополоскав половую тряпку и вымыв руки (мама с собой и брусочек мыла засунула!), вернулась к огню. И… увидела миску с супом!

— Но ведь не было тут ничего? — изумленно оглянулась я на мешок.

— Было, просто во мне. Велено было ко времени достать, — буркнуло 'оно' в ответ.

С энтузиазмом подхватив горячий бульон, принялась кушать.

— Спасибо! — опомнившись, проявила благодарность.

— Себе оставь свое 'спасибо', - рыкнула негодованием вещь. — И ради того, чтобы такой безголовой обед на пару держать, меня тут оставили. А ведь обычно… эх…

— А что обычно? — насторожилась я, признавая, что есть у мешка основания быть ко мне нерасположенным.

— Хозяин с собой брал! На дело! А теперь… валяюсь тут, не пойми зачем. А ведь присматривать за ним должен, — судя по тону, мешок был на грани взрыва. Мамочки…

— Кому должен? — как-то бездумно повторила я.

— Матуш… э-э-э… кому-кому? — Фрось аж взвился, сообразив, что проболтался. И резко беседу свернул. — Кому надо, тому и должен! Ты тут, вообще, ничего не решаешь, и командовать нечего.

'Ух ты! И хорошо, что со свекровью сводить знакомство не поспешила, — пропустив мимо ушей мнение обо мне Фрося (ничего нового!), поздравила я себя. — Видно и в волшебных мирах свекрови попадаются те еще! Шпионит за сыном, значит'.

— Неужто шататься по всяким мирам с разными… заказами лучше, чем тихо мирно тут в тепле и сухости лежать? — решила я попытаться выведать побольше о Дисе, раз уж мешок разговорило.

— Естественно! — попавшись на крючок, вознегодовал о моей «неумности» Фрось. — И за что такая глупая нам попалась.

Ну, спасибо! Ничего, и на тебя химчистка найдется….

— Ой, так тут безопасно же, — с самыми наивными интонациями продолжила я расспрос, — а там — опасно…

— Скукота, — отрезал говорливый вещь. — И хозяин не из тех, кого голыми руками возьмешь. Эх, знала б ты, через сколько заказов мы вместе прошли, сколько повоевали, сколько жизней укротили… Было время! А теперь все — списан. Буду в няньках сидеть. И чего ты к кому другому не пришла?..

Надеясь на то, что редко с кем Фросю удавалось поболтать и 'душу' излить, я вновь уточнила:

— Так я ненамеренно, случайно сюда провалилась. Вот можно бы было через тебя обратно в этот зал с дверями попасть, я б к другому отправилась, — и правда, Дис после сегодняшнего обвинения в качестве супруга не очень радовал. Хотя кто знает, может с другим еще хуже б было…

Мешок задумался, судя по паузе.

— Это надо с госпожой согласовать. Сам я туда направить не смогу — сил не хватит, а вот она сможет… наверное.

Ага! Значит, шанс все переиграть есть, что ж, буду иметь в виду. И со свекровью надо будет пообщаться при случае. И, решив не заострять на этом моменте внимание подозрительного мешка, переключила его на любимую всеми тему — на собственные жизненные подвиги.

— А расскажи, как вы с Дисом… воевали?

Сама же, отыскав в нагрудном кармашке ветровки катушечку ниток с иголкой, принялась 'чинить' еще подлежащую восстановлению одежду.

— Да разве ж ты оценишь?.. — выказал презрение Фрось. — С твоим пристрастием всего бояться, да по углам прятаться? Вот хозяин — это другое. Он среди чакров в самых удалых ходит — многое ему по плечу, столько сложнейших заказов выполнял. Даже за те, что многих пугают, берется. Недавно вот случай был, мы с ним едва справились. В мире Гелиос сейчас неспокойно. Две династии уртов борются за власть — то преемник сгинет, то кто резню жестокую учинит. Вот и тут повадился кто-то по северному материку, что издревле оплотом старой династии был, истреблять население местное, да еще жестоко так — в муках погибали. И что ни ночь, то все новые и новые жертвы. Сами справиться не могли, в межмирье к чакрам обратились. Вот меня с Дисом туда и направили — выяснить, кто там беды чинит, да жизнь того умника укоротить враз. Получилось задание выполнить с трудом. Чернокнижник-маг, сторонник молодой династии, там обнаружился. И твари, им созданные, уж больно ловкими да смышлеными оказались. Диса ранили, меня потрепали…

В душе все замерло: вероятность овдоветь была реальной. А может и…

— И… часто так опасно бывает?

— Так всегда. Чакр, уходя на любое задание, должен быть готов к тому, что не вернется. И многие не возвращаются.

Я вспомнила рассказы о сражении с монстрами на Земле. Там «колдуны» тоже погибали.

— А чаще отправляют поодиночке или группами? — надеясь хоть в этом найти понимание, задала я вопрос. Не то чтобы за Диса переживала, но застрять в пещере без связи с миром не хотелось. Пока такой связью был дикарь. Надо учиться выбираться…

— От задания зависит. Когда надо тихо без шума ликвидировать кого-то — чаще в одиночестве действует чакр, когда уничтожают массового врага — отправляется боевая группа.

Вот это супруг мне достался. Никогда не задумывалась о доле жены киллера-наемника. Однако подумать было о чем.

Под этот разговор я заштопала все, что было возможно, из поврежденной одежды. И подумала: вернется… муж после «трудового» дня, а с чем я его встречу? По факту — жена, и от этого никуда не деться, надо образ на себя примерять и делать его реальностью. И так никчемной считает…

— Фрось, а еда какая-нибудь про запас имеется? Или Дис каждый день…э-э-э… охотится?

Мешок озадаченно подвис. Может, рыбачит? Вон море рядом. Или тут еще как-то пищу добывают?..

— Ты что, опять есть хочешь? — в итоге донеслось до меня его негодующее брюзжание.

— Нет-нет, — поспешила я его разуверить. — Думала колдуну (сама не заметила, как в разговоре соскользнула на привычный термин!) ужин приготовить. Вдруг вернется скоро, а если надо какую-то дичь на костре запекать, то это же время… Или он всегда еду… из других миров утаскивает, ну как мне?

— Что ты, — встрепенулся Фрось. — Это неблагодарное дело так что-то перемещать — энергии забирает много. Так что хозяин местную еду ест, да и тебе пора на нее переключаться. Ему силы и на заданиях пригодятся. Так что если ты хочешь ему ужин сделать… хм… дичь, говоришь?..

— Я, наверное, больше ни с чем не справлюсь? — призналась я в своей испорченности цивилизацией. — На самом деле даже в том, что с дичью справлюсь, не уверена. Ее…э-э-э…свежевать надо? Потрошить? А то я же только по историческим книжкам и фильмам процесс представляю.

Вредный мешок зафыркал, зародив у меня подозрения, что так он пытается скрыть смех.

— Что ж… я хочу это увидеть! Будет тебе дичь! И так и быть в уже готовом к зажарке виде, — в итоге «пробулькал» он.

Чувство неуверенности возросло стократно: может, лучше сидеть на месте и не лезть на рожон? Впрочем, оглянувшись вокруг — на стены грубой пещеры, решила, что это старые привычки сказываются. В голове пока так и не уложилось, что я теперь в каменном веке обитаю и вести себя должна соответственно. Сплю уже и так на шкурах, обогреваюсь огнем, отдаюсь тому, кто сильнее… В общем, приготовление чьей-нибудь туши на огне тоже вполне вписывается в картину моего нынешнего мира. Увы.

Надо начинать хоть какое-то уважение завоевывать. Очевидно, что жить мне теперь с Дисом придется. А от его убежденности в моей никчемности было обидно. Хотя прав он, наверное…

Бряк! В паре метров от меня на пол шлепнулись пара…э-э-э… окровавленных туш. В смысле ног… чьих-то. В наличии были копыта и много мяса в виде мышц с прожилками сухожилий и жира. Брр… Нет, я мясо, конечно, и раньше видела, но что характерно, в виде нарезки, а тут… Этакий «окорок», с которого вот только что шкуру сняли. Боги!..

От запаха тягучей свежей крови замутило. Зажмурившись на минутку, собралась с духом и, осторожно сложив у дальней стены починенную одежку, двинулась в сторону выхода. Там снаружи видела несколько камней и некрупных валунов. Надо же очаг сообразить. С его организацией провозилась с час — пока камней в пещеру натаскала, пока выложила из них возле огненного столба нечто похожее на мангал. Затем пришел черед… дичи.

«Здоровая какая! — едва не волоком таща мясные «окорочка» к месту запекания, пыхтела я. — Не иначе по четвертине туши мамонта мне тут привалило…»

Хорошо, что жаровню свою сделала невысокой, так, по очереди закинув оба конца первой ноги к огню, наконец-то облегченно выдохнула. Основное сделано! Теперь печь и печь, по возможности придвигая к огню то одним, то другим боком.

«Соли бы еще… — запоздало осознала я. Но чего нет, того нет! Впрочем, из глубин подсознания всплыла вычитанная когда-то давно информация. — Зола за нее немного сойдет».

На том успокоившись, я присела неподалеку от огня и, раздевшись до одной рубашки, принялась напевать детскую песенку из школьной программы и следить за готовкой дичи. Ногу приходилось периодически поворачивать, чтобы мясо запекалось равномерно и не обгорало. Увы, жирный сок обильно стекал на пол пещеры. Так что еще придется все убирать… А ведь еще и вторую «конечность» готовить.

— Фрось? — я вдруг заметила, что мешок подозрительно молчалив. — Ты тут?

— А где мне еще быть? — непривычно счастливым тоном отозвался он. — Я просто не верю, что присутствую при этом… И в неимоверном нетерпении ожидаю возвращения хозяина!

— Почему? — напряглась я.

Со стороны несговорчивого вещмешка донеслось сдавленное хрюканье:

— Я ожидаю ярких впечатлений…

— В смысле? — реакция Фрося наводила на мысль, что я все же поспешила с инициативой в области налаживания семейных взаимоотношений. Или у них тут все как-то иначе происходит…

— Пока свет горит, я помолчу, — все так же ушел от ответа мой загадочный собеседник. — Кто знает что будет… В конце концов и твое появление — это странность.

«О каком свете он толкует? — удивилась я. — Неужели о том, что в конце тоннеля?..»

Впрочем, размышлять над его словами времени не было — сдвинув к краю мангала готовую часть ужина, я принялась готовить вторую тушку. А еще занесла в пещеру проветрившиеся шкуры и аккуратно сложила их там, где у Диса было спальное место. Потом долго отмывала испачканный пол. Устала… Но собой была довольна. Пусть в душе и жила обида на дикаря после его утренних выводов, но мне хотелось думать, что я сделала первый шаг к изменению его представлений обо мне. Была надежда, что постепенно он поймет, что я за человек. Если, конечно, этого захочет!

В том закутке, где располагался туалет, я обнаружила и небольшой ручеек довольно теплой воды, что сбегал по стене пещеры. Решила, пользуясь отсутствием мужчины, сполоснуться и вымыть волосы. С собой помимо брусочка мыла был и маленький тюбик с шампунем. Что я буду делать, когда все закончится? Зарастать грязью и потом? Превращусь в неухоженную и страшную старуху? Ведь тяжелый каждодневный труд и отсутствие элементарного в быту крайне негативно сказывается на женской внешности. Стало грустно до слез. И почему выбрали меня?.. Вот и волшебный мир. Одна надежда, что волшебство не только на ниве войны используется, но и как-то для облегчения жизни. И со временем я смогу что-то об этом разузнать. Надо выбираться из пещеры! Как бы ни было страшно при одной мысли о той ящерице, в которую оборачивались колдуны. А вдруг и еще в кого-то… Ой.

Глава 6

Дис вернулся, когда я, сидя неподалеку от огня, сушила волосы, опасаясь простыть. В какой-то момент я, отвлекшись от своих не сильно радужных дум, почувствовала его взгляд. Вскинув голову, обернулась к выходу из пещеры. Дикарь стоял там! Оперевшись о стену, наблюдал за мной. Смутившись, сразу вспомнила, что сижу в одной футболке, надетой на голое тело — возле огня было очень жарко.

— Убил… кого-нибудь? — от волнения брякнула я.

Дикарь недоуменно приподнял одну бровь и шагнул ближе.

— У меня была другая задача. Я собирал сведения, очень важные сведения о драконах. И да, пришлось убить кое-кого… мешавшего процессу.

Нервно сглотнув (и как прикажете реагировать на подобный род деятельности супруга? Вопрос о том, как он провел рабочий день, буквально вяз в горле), подскочила на ноги и метнулась к рубашке, укрываясь в ее просторах.

— Ты голоден? — мужчина сгружал у входа «амуницию», когда я озадачила его вопросом.

— А что? — устало и немного отстраненно, думая о чем-то своем, переспросил он. — Ты голодна? Сейчас что-нибудь организую.

— Не надо! — гордо перебила я Диса. — Все уже готово. И не надо тратить силы, просто садись и ешь. Специально для тебя готовила, — и в некотором роде проявив осторожность, добавила. — А я не голодна.

Со стороны говорливого мешка раздался приглушенный хрип, а дикарь потрясенно оглянулся. Все прочее явно отошло на второй план, он все внимание сосредоточил на мне. Затем взгляд вслед за моим приглашающим жестом переместился к огню и… замер на аппетитно скворчащем мясе.

— Что… это? — недоуменно переспросил Дис.

— Ужин! — бодренько отрапортовала я, чувствуя себя настоящей женой, встречающей мужа с работы.

Фрось громко хрюкнул. Дис вздрогнул и вновь уставился на меня.

— А…э-э-э… почему… так?

— Как так? Я как умею, так и готовлю! В таких условиях… — и я красноречиво развела руками.

— А-а-а… — Дис состроил понимающую физиономию и вздохнул.

— Кушай! — вновь пригласила я.

— Э-э-э… сейчас, — отозвался мужчина. — Сполоснусь только.

Эту мысль я очень даже одобряла. А еще лучше пусть он с мылом вымоется! И, подхватив кусок мыла, бросилась вслед за уже шагнувшим в проем тоннеля мужем:

— Постой, возьми вот это, — я протянула Дису брусок. — Этим мыться лучше, чистым станешь.

Мужчина задумчиво осмотрел мыло и пожал плечами:

— Мы делаем иначе, — и он махнул рукой, предлагая мне следовать за ним.

Неуверенно шагнула в закуток с «ручейком». Муж, ни грамма не смущаясь, скинул необычную тунику и укороченные облегающие брюки. Затем шагнул к воде и, ладонями зачерпывая воду, стал плескать ее на собственное тело. Стоило ему стать повсеместно мокрым, хлопнул руками и… вмиг покрылся густой пеной! Потрясенно ойкнув, я от неожиданности отступила назад. Вот оно — волшебство в бытовом применении. А я-то переживала…

— Присоединяйся? — Дис оглянулся на меня, на полном серьезе предлагая тоже освежиться.

— Нет, — отступила я на шаг. Слишком памятен еще был утренний упрек. Мало ли, соглашусь — опять «излишне покладистой» посчитает! — Я уже…

— А как? — мужчина удивился.

— Мыло с собой прихватила, — призналась я в грешке.

Дис насупился, обдав меня недовольным взглядом, но промолчал. Я же поспешила ретироваться. О том, как мне добиться этого мыльного эффекта, пожалуй, спрошу попозже.

Не успела я, неуверенно топчась возле печеного мяса, немного унять волнение, как муж уже вернулся. Мельком взглянув на него, поняла, что голым! После осознания данного факта взгляд старательно отвела:

— Кушай.

Дис как-то натужно вздохнул и отозвался:

— Подожди, сначала — другое.

И мужчина решительно приблизился к кучке моего скарба, принявшись беспардонно трясти каждую вещь и шарить руками по карманам куртки. Меня просто переклинило от возмущения.

— Что это значит?! — возопив в гневе, я подскочила к нему, пытаясь вырвать свои сокровища из лап оранжевоглазого злодея.

— Помогаю тебе! — рыкнул Дис и пинком отправил все мое малочисленное имущество в огонь.

— Зачем?.. — застонала я в отчаянии, провожая взглядом мыло, тюбик с шампунем, зубную щетку, батарейки, тампоны, катушку с нитками, маленькую расческу, какие-то пищевые концентраты и таблетки для обеззараживания воды. Все мгновенно сгинуло в этом адском пламени.

— Это тебе во благо, — с серьезным видом заверил меня… муж.

— Во благо?! — по ощущениям нервный срыв был где-то рядом. Вот же мерзавец! Я тут старалась, со всей душой, а он…

Взбешенно фыркнув, отвернулась, стараясь сдержать слезы. Вот не заплачу при нем.

— Чем кормить хотела? — Дис явно решил замять инцидент с моим стремительным скатыванием в устройство первобытного общества, сменив тему.

Злобно передернув плечами, я только махнула рукой на подкопченные тушки, решив, что он и сам в состоянии сообразить. Мне же меньше всего хотелось сейчас видеть колдуна. Злость на него заполнила всю душу без остатка.

«Как же безобразно его поведение. Во всех смыслах…» — настроение было угрюмым, заставляя ополчиться на весь мир.

— А…э-э-э… сама готовила? — мне кажется, или в его тоне проскользнули заискивающие нотки?

— Нет, Карлсон залетал и покашеварил, — буркнула в ответ, так и не оглянувшись.

— Кто?!! — опешил Дис. — Никто не мог сюда попасть!

— Это шутка, — поняв, что не отстанет, нехотя разъяснила ему. — Конечно, я готовила, кто же еще…

— А почему вот так?

— Что как? — вот же пристал. Мне уже хотелось, чтобы мясо было ядовитым.

— Ну… приготовила? — невразумительно отозвался Дис.

— Можно подумать у меня был выбор! — зашипела в ответ. — Что смогла, то и приготовила!

— А-а-а… — видимо что-то, наконец, поняв, успокоился мужчина.

— Я весь день почти провозилась, — негромко призналась я. — Приготовление пищи — дело непростое…

«Тут» сказать не решилась. Навязанный муж вздохнул:

— Значит, будем… ужинать. А ты тоже?

— Нет, — поспешно качнула я головой. Откровенно говоря, голодной себя не ощущала, а местным «колоритом» проникнуться настолько, чтобы есть непонятное мясо сомнительного качества — не успела. Им в этом каменном веке не привыкать, а вот мой нежный цивилизованный желудок бурно противился такому рациону питания. Хотя все равно придется есть… когда-нибудь потом.

— Ясно, — немного обреченно отозвался дикарь и, судя по возне, присел рядом с жаровней.

Не сдержавшись, я оглянулась (проклятое женское любопытство!) и успела уловить выражение отвращения, мелькнувшее на лице мужчины. Энтузиазма точно не выявлялось… Не голодный?!

«Можно подумать, обычно он в этой пещере фуа-гра ест!» — озлобилась я еще сильнее и принялась, бросая украдкой на Диса быстрые взгляды, за ним наблюдать. И чего я тут пыхтела? Такой как он не оценит.

Со стороны Фрося не доносилось ни звука — мешок словно замер, затаив дыхание. И я застыла в ожидании: самолюбию тоже хотелось хоть какой-то благодарности… Дис осторожно, с очевидным усилием отодрал от тушки кусок мяса, позволив мне убедиться, что вопреки всем стараниям оно не прожарилось полностью. Хорошо, что сама не стала пробовать! Полусырое и несоленое… бее.

«А он пусть ест. Наверняка и сырым бы не побрезговал» — накручивала я себя. — Ему и этот ужин за счастье, и этого не заслужил! Обо мне бы он так пекся, как я сегодня о нем».

Долго ворочая челюстями в решительной попытке разжевать мясо (а я что? Это Фрось «полуфабрикат» организовал. Может быть, местная конина?..), Дис, наконец-то, сглотнул. Как-то с трудом…

— Очень вкусно, — немного натужно спустя минуту отозвался он.

«Да ну?..» — дикарь явно врал. Только вот зачем?..

— Не нравится — выкинуть можно, — махнула я рукой на экономию.

— Нет, нет, — встрепенулся мужчина, смело заталкивая в себя следующую порцию пищи. — Все… съедим!

Вот оно — голод не тетка! Но уж как-нибудь без моего участия… Не сдержавшись, фыркнула. Впрочем, взгляд, случайным образом скользящий по стенам пещеры, наткнулся на мои разбросанные по полу вещи. Вздохнув, отправилась их вновь прибирать. При этом снова скатилась в печаль, едва сдерживая слезы и забыв на время про колдуна. Как же все скверно в моей жизни получилось…

— Теперь спать? — неожиданный вопрос мужчины заставил опомниться.

Растерянно оглянувшись, обнаружила… отсутствие мяса! Полное… А я оптимистично надеялась, что ему и на завтра еды хватит, ибо такой кулинарный «подвиг» ежедневно я не осилю. О как!

«Бред! О чем я думаю? Ну не мог он так быстро сожрать обе четвертины, не мог», — пришла я к здравой мысли и подозрительно огляделась вокруг: куда дел?

Мяса нигде не наблюдалось… И если бы он выходил (чтобы в море выкинуть, к примеру) я бы заметила… наверное.

— А… где еда? — я, даже забыв о наготе мужчины, уставилась на него инквизиторским взглядом.

— Съел! Так вкусно было, что не удержался. Ты такая молодец! — и взгляд честный-честный. Ага!

«Точно изничтожил», — утвердилась я в мысли, но лезть на рожон с выяснениями правды не стала. А вот чем его на следующий день кормить?..

— Можешь завтра рыбы наловить? — нашлась я с идеей. И море рядом, и он вроде как муж: святая обязанность «добычи мамонта» для прокорма своей семьи актуальна для любого времени и каждой реальности. Хотя сыроватая и несоленая рыба… брр.

— Рыбы? — оранжевоглазый, поморщившись, отвел взгляд — неужели о том же подумал? И без особого энтузиазма согласился: — Ладно…

— Договорились, — поспешила я закрепить соглашение. С такими темпами каждый день станет боем за существование. Впрочем, у них мир такой, не я такая.

— Маша, иди спать, — вернул меня к суровой действительности супруг. — У меня завтра тяжелый день.

«Щаз-з-з! — вычурно протянула я про себя. — Разбежался, спешу и падаю. С утра меня кем обозвал? А сейчас, значит, спать. Нетушки! Обломится котику сметанка».

И решительно вскинув подбородок, двинулась поближе к костерку. Пол я сегодня помыла, тепло и сухо, так что — идеальное место для сна. В рамках этого мира, конечно.

Дис за моим демаршем наблюдал — я чувствовала его взгляд — молча. Но стоило мне демонстративно растянуться в полутора метрах от огня, как очень быстро оказался рядом и, подхватив на руки, поволок к своим шкурам. Я вырывалась.

— Отпусти! — вопила не щадя легких. — Тебе же противно! Я же с первым встречным!!! Я же плохая! Тебе же такая не нужна! А сейчас, значит, сойдет?!

— Конечно, — твердо заверил дикарь, удерживая меня руками на своем топчанчике. — Должны же быть хоть какие-то плюсы в семейном положении. Сама ко мне дверь открыла, так что теперь изволь положению соответствовать.

— Не-е-ет! — взвыла я. — Это случайность, роковая ошибка. Я не хотела открывать и ты мне не нравишься!

— Думаешь, я хотел жену? Я рад твоему появлению?! — рыкнул Дис, сверкнув взглядом. — Но я смирился и стараюсь стать мужем… по-настоящему.

— О, я вижу, как ты стараешься, — уже на полном серьезе заплакала я. — Это называется — принуждаю!

Колдун отвел от меня руки, присев рядом и вздохнул.

— С тобой очень трудно, — неожиданно спокойно просветил меня.

Да что вы говорите!

— С тобой тем более! — прохлюпала я и, повернувшись к нему спиной, вытянулась на спальном ложе.

— Но я хотя бы знаю правила и соответствую им, — отозвался мужчина.

— О чем ты? — насторожилась я.

— В том и проблема, что не могу рассказать, — ненавижу тех, кто открывает рот, зная что полного ответа дать не может!

— Маша, давай мириться? — неожиданно огорошил предложением муж. — Это нам во благо.

Достал с этим благом! Трактует понятие своеобразно… Но прежде чем я успела хоть как-то отреагировать на заявление, под сводами пещеры раздался зубодробительный женский визг, а затем из загадочного мешка с чавкающим звуком… вылетели обе мясные тушки, недожаренные мною.

Плюх! Чвак! Они, описав солидную дугу и брякнувшись о противоположную стену пещеры, шлепнулись на пол. Я оторопело, обернувшись еще на визг, уставилось на неоспоримое доказательство лжи мужа.

— Что это за гадость? — почти тут же загремел внушительный женский басок. — Еще и на ковре в моей спальне!

Голос раздавался из недр Фрося. Обалдело переведя взгляд на мужа, успела отметить, что он удивленно приподнял брови.

— Мама??!

— Упс… — мешок мгновенно захлопнулся.

А муж… перевел гневный взгляд на меня!

— Так вот кто все подстроил. Тебя все же подослала моя родительница!

Вот не знаешь, откуда прилетит, что называется — у меня аж дар речи пропал от подобной идеи.

— Нет, — сообразив, что промедление чревато укреплением его диких подозрений, судорожно замотала я головой. — В первый раз об этом слышу!

О чем, сама еще не поняла, но точно в первый. И точно надо что-то срочно этому противопоставить… Взгляд скользнул к мясу!

— Значит, все съел? — подскочив в сидящее положение, я ткнула пальцем в грудь колдуна. — Значит, все вкусно?!

Он смутился. А потом, не менее энергично переместившись на ноги, двинулся к мешку, предоставив мне возможность полюбоваться «видом сзади». Однако…

— Не убивай его! — сама от себя не ожидала, но вдруг представила, как буду сидеть в этой пещере день за днем без шанса переброситься хоть с кем-то словом.

Дис споткнулся на ровном месте и бросил на меня через плечо недоуменный взгляд.

— И не собирался, просто выставлю наружу. Чужих ушей мне только не хватало, — по пути подхватив и «тушки», колдун с мешком исчез в темном проеме тоннеля.

Вернулся быстро, решительно прошагав ко мне, заявил:

— Все! Ложись на спину, мое терпение иссякло.

Во наглость! И что, он надеется, что послушаю? Одно дело — пугающий незнакомец и другое — законный муж! С упрямством, достойным лучшего применения, я скрестила руки на груди и категорично предупредила:

— И не подумаю. Раз моя стряпня тебя не устраивает, с этого момента ты на диете! Во всех смыслах слова, ибо я — оскорблена! — и красноречиво дернула подбородком, демонстрируя твердое намерение стоять на своем.

— Маша, — как-то слишком спокойно заметил Дис, плюхаясь рядом и бесцеремонно опрокидывая меня навзничь. — Я устал сегодня.

— И что? Я тоже! — взвилась я, пытаясь вновь вскочить. — Ты теперь женатый мужчина, твоя жизнь изменилась навсегда.

Почему мне одной должно быть плохо?

Рядом раздалось взбешенное шипение и… спустя секунду возле меня высился монстр! Колдун обернулся гигантской и опасной ящерицей. Ма-ма… Чудовище рычало, шипело и плотоядно тянуло ко мне раздвоенный язык. Зажмурившись, я сжалась, ожидая неминуемой кончины в глотке монстра, когда… язык неожиданно теплым и бархатистым прикосновением обежал мое лицо. Ма-ма…

— Дис, — истово зашептала я, — ты ми-мириться хотел. Я согласна!!!

Легкий всплеск тепла и я почувствовала, как уже мужчина присел рядом:

— Давно бы так! — а уж самодовольства в его тоне…

— Так нечестно, ты меня специально пугал, — прозрела я тут же.

— Тебе в любом случае надо ко мне привыкать, а тут пока ты такая боевитая… — с улыбкой в голосе признался мужчина в намерении.

Вот же…

— Я отомщу! — искренне пообещала я.

— Не надо, у меня и так уже живот болит, — кажется, не менее честно признался он.

— Так все несъедобно было? — скосив глаза, набралась я смелости для вопроса.

— Не передать словами! Признайся, это попытка отравления?

Я поперхнулась смехом.

— Это все на что я способна! — с трудом выдавила из себя.

— Печально, — мужчина рядом вздохнул. — Значит, я обречен на изжогу. А попытаться научиться готовить не хочешь?

Обалдеть! Что за странный разговор у нас…

— Я прекрасно готовлю! — сразу и возмутилась.

— Да?.. — иронии в голосе было на десятерых.

— Да! — отрезала я мгновенно. — Просто в условиях вашего мира все слишком… отлично от того к чему я привыкла.

— М-м-м… вот оно в чем дело, — сказал он с облегчением. — Тогда надо лишь подождать.

— Чего? — я с любопытством обернулась, встретив его взгляд.

— Не скажу, — улыбнулся супруг и обхватил меня рукой за плечи, ладонью другой руки подхватив полу моей рубашки. — А теперь спать.

— Блин, — я слабо брыкнулась. — Не хочу тебе поддаваться!

— Обиделась? — Дис вновь заглянул мне в глаза.

— Да!

— Я это только сейчас понял. Извини, — муж зарылся лицом в мои волосы, щекоча кожу дыханием. — Не думаю я того, что сказал. Но так из-за всего случившегося разозлился, так не вовремя все.

— Ага, — чувствуя, как его губы скользят по моей шее. — Очень не вовремя. Я только с женихом рассталась, мужчин, можно сказать, ненавижу временно и тут — замуж. Да еще как!

— Мне не нужна жена, — наконец добравшись до моего рта и накрывая его своими губами, шепнул мужчина.

— Я не хочу замуж, — спустя несколько минут, когда мы перестали целоваться, пробормотала я.

Но при всем этом отныне и до смерти одного из нас мы — супруги! Жизнь — странная штука…

Глава 7

Теперь, когда нам удалось хоть немного поговорить и относительно успокоить друг друга, барьер скованности определенно спал. Мы больше не думали об обидах и взаимных претензиях, мы… словно помирились на время. По крайней мере, до утра. Ведь настолько приятнее было просто отдаться взаимному удовольствию, наслаждаться физической близостью, сексом.

Расслабленно откинувшись на топчан из шкур я, зажмурившись от восторга, прислушивалась к мужским прикосновениям. Руки и губы Диса сейчас блуждали в районе моей талии.

— Какой сладкий животик, — глухо бормотал колдун, обнимая меня и прижимаясь к моему пупку щекой.

Его руки то устремлялись вверх, ласково сминая мою грудь, то скользили по телу вниз, обхватывая бедра и слегка разводя мои ноги в стороны. И так снова и снова, касаясь меня все более возбуждающе и интимно, заставляя кровь стучать в ушах и, опаляя горячим желанием, растекаться по венам. Ног я уже практически не ощущала, едва ли осознавая, что они совершенно обмякли от чувственной слабости и были абсолютно покорны давлению мужских рук и торса.

Просто в какой-то момент я осознала, что муж уже вполне себе основательно устроился между моих ног, продолжая водить влажными губами по моей коже на животе, рисуя там замысловатые узоры и изредка слегка прикусывая ее зубами. Слегка. Но каждый этот укус словно воскрешал меня, вынуждая очнуться и вынырнуть из марева ощущений, что совершенно закружили.

Руки то хаотично шарили по поверхности пушистого меха под нашими телами, сжимая его в кулаки в моменты особенно острых ощущений, то с вожделением зарывались в густую гриву волос оранжевоглазого, требуя новых ласк. Мне было безумно классно отдаваться этому мужчине, между нами определенно возникла та самая пресловутая «химия», определяющая степень взаимного интереса. Наши феромоны однозначно были заточены друг под друга, сводя нас с ума в порыве обоюдной страсти, пробуждая нестерпимую плотскую жажду у обоих.

Думать в таком состоянии о чем-то было нереально! Хотелось одного — его, всего и без остатка. О чем я недвусмысленно молила, стеная и бормоча какие-то глупости. Дис отвечал мне тем же, обещая, что вот сейчас, совсем скоро все будет. И снова и снова отодвигал этот желанный для меня миг полнейшего соединения наших тел.

— Хочу уже почувствовать всего тебя, — полушипела я, невольно вздымая бедра навстречу мужчине, стремясь к максимальной близости.

— Скоро, скоро, — проникая в меня языком, бормотал муж.

Но смысл его ответа я уже постичь была не в состоянии, задохнувшись от ощущений его (пусть и такого!) присутствия в моем лоне. И тут… о боги… его язык… Он словно вырос, став ощутимо более шершавым и плотным, удлинившись и раздвоившись прямо во мне, проникнув невероятно глубоко, так далеко в меня, как мог проникнуть лишь его член.

Стенки моего лона конвульсивно сжались, стремясь поймать желанного мужчину в горячий плен моего тела. Но его язык, порождая во мне ощущения безумной остроты, в буквально смысле заставляющий меня забиться под ним, истово колотя ногами и изливаясь влагой желания, мучительно медленно вырвался из плена, чтобы тут же с усилием протолкнуться внутрь снова…

Своды пещеры оглашали мои всхлипы и крики. Я совершенно не думала о том, что кричу, лишь яростно впивалась руками в его волосы, умоляя не останавливаться! Но он и не собирался этого делать. Одновременно губами целуя и втягивая в себя наружную часть моего лона, мужчина языком играл внутри — лаская шершавыми и сокрушительно чувственными прикосновениями каждую стеночку моего сокровенного влажного жара. Мое тело полностью подчинилось ему, раскрываясь максимально, алчно требуя большего… Зубами прикусывая губы, хоть так пытаясь сдержаться от стремительно подступающего ощущения цунами чувств и восторгов, понимая, что вот сейчас, еще миг, и я не сдержусь и сорвусь в пучину небывалого ранее оргазма.

«Оборотень-ящерица — это крышеснос! Это чумовой кайф!» — в данный момент я ни на миг не сожалела о том, что попала сюда.

И когда его язык в страстном поцелуе его зверя ворвался в меня с силой страсти, а руки, метнувшись вверх, сжали мою грудь, полностью укрыв ее в мужских ладонях, тоненькая нить, что еще связывала меня с сознанием, оборвалась. Меня швырнуло в водоворот максимальной остроты ощущений, мышцы лона с агрессивной жадностью в самом сильном рывке сжались вокруг его языка, а неописуемое количество адреналина выплеснулось в кровь. Тело выгнулось и на миг замерло в теснейшей близости с его, бедра сдавили его торс, а руки вцепились в волосы, чтобы спустя бесконечные мгновения и волну удовлетворенной дрожи расслабленно и безвольно упасть на мех.

Я замкнулась на небывалой внутренней легкости и ощущении полета. И уже как-то отстраненно отметила, что тело Диса скользнуло вверх по моей влажной от неимоверных усилий коже, а его член одним гибким и уверенным движением вошел в мое раскрытое и сочащееся влагой желания лоно.

Вошел и замер там, ловя ощущения остаточных сокращений внутри меня, привыкая к моей тесноте, подстраиваясь под нее. Распахнув глаза, встретила горящий оранжевым цветом мужской взор и поняла, что он ждет меня, давая возможность «возродиться» и собраться с силами для продолжения нашего соития.

И одна мысль о том, на что будет похоже уже его полноценное пребывание во мне, заставила вновь вспыхнуть желание, а тело найти иссякнувшие, было, силы. Сигналом мужчине послужили мои ладони, что, очертив контур его рук, на миг обхватили его за шею, чтобы тут же устремиться по спине к мужским бедрам. И впиться в них ногтями, принуждая его начать двигаться во мне.

И Дис начал… Поначалу, лишь дразня и искушая, вращал бедрами, позволяя своему члену соприкоснуться с каждым сантиметром кожи внутри меня, опаляя ее своим твердым напором.

И только я вновь «поплыла», сосредоточившись на собственном восприятии процесса, как он резко и полностью вышел из меня, оставив с ощущением болезненной пустоты и влажной прохлады. Внутри все словно ныло, скручиваясь тугим узлом спазмов и сжимаясь от боли, требуя возвращения его члена. Мое лоно уже не могло существовать без этих ошеломительных ощущений его присутствия.

— Дис-с-с, — всхлипывала я, умоляя его вновь абсолютно сблизить наши тела.

И он отозвался, очередным толчком и сокрушительным шлепком своих бедер о мои, протиснувшись внутрь. Но не успело мое лоно вновь пленить желанного мужчину, как его член с резким всхлипом моей влаги опять вырвался наружу, преодолевая все усилия моих тайных мышц. Сок моего желания стекал по нашим бедрам, усиливая эффект скольжения тел, делая нашу физическую близость максимально тесной, увлажняя и мою попку. Мне хотелось ощущать его присутствие и там, тело сводило судорогами нетерпения, губы невольно сжимались в круг, надеясь на его интимный поцелуй.

Я извивалась в самых откровенных позах, вздымая грудь, открываясь его взглядам всюду, завлекая, желая заполучить его в себя опять. Руки вновь мяли мех, стремясь отсрочить мой очередной всплеск максимального восторга. Мне хотелось быть абсолютно доступной, раскованно бесстрашной и маняще-прекрасной для него. И судя по тому, что за его очередным толчком в меня, последовала серия все более глубоких и коротких ударов, муж тоже был на грани.

Этот факт стал для меня облегчением, позволив разуму вновь отдаться волне всепоглощающего удовольствия, взорваться экстазом. Последние уже грубые движения мужского члена, его сиплое дыхание и оковы стиснувших меня рук, я ощущала уже своим счастливо опустошенным телом. Сил не было даже на то, чтобы поднять веки. Я лишь всем своим существом впитывала сейчас его энергию: и ту, что изливалась в моем лоне, и ту, что волнами расходилась от его замершего на пике страсти тела.

Слабым движением пальцев благодарно погладила плечо мужа. В ответ ощутила прикосновение его губ к моему виску. Слова сейчас были излишни, они были бессильны выразить наши эмоции, то удовольствие, что мы только что подарили друг другу.

«Может, замужем и не так плохо, — удовлетворенно подумала я. — Даже в каменном веке. Если муж — он… И бог с ним, с ящерицей… привыкну как-нибудь…постепенно».

— Я готов так всю жизнь не высыпаться! — с неимоверной силы чувством в голосе пробормотал Дис, перемещаясь с меня и вытягиваясь рядом на темном мехе. Еще одну шкуру он натянул на наши тела. Впрочем, прохлада меня сейчас не пугала, тело словно стало эпицентром термической реакции, разгоняя жар страсти по венам.

Даже в том сплошном разочаровании, в которое превратилась моя жизнь, я сейчас нашла плюсы!

— Спи, — шепнул муж. — И знай, что я опять оказался неправ. Против такой жены я ничего не имею!

Уснула я довольной.

И проснулась в хорошем настроении. Тем более что разбудил меня Дис оригинально:

— Ты в туалет хочешь? — вырывая из марева сна, раздался его неожиданный вопрос.

— М-м-м?.. — озадаченно хлопая ресницами, рассматривая присевшего на корточки рядом уже одетого колдуна, попыталась я понять причину его интереса.

— Я сейчас перекинусь, — засмеялся мужчина.

Поросенок!

— Хочу, — пришлось признаться, что предпочту сбежать от ужасающей ящерицы.

— Иди, — великодушно кивнули мне в ответ, одарив многозначительным взглядом. — И не спеши возвращаться — я подойду показать тебе, как мыться по-нашему. Ты же вчера не вникла…

Ой! Шустро выбравшись из мехового спального мешка, что укрывал меня по самый нос, смущенно нашарила валявшуюся рядом футболку и, избегая оранжевого взгляда, натянула ее на себя, прежде чем окончательно подняться на ноги. А потом спешно двинулась к тоннелю, отметив по пути, что свет вокруг засиял словно ярче. За этими мыслями, не заметив его на пути, споткнулась в проходе тоннеля о Фрося. За что незамедлительно была одарена пожеланием:

— Сгинь, никчемная!

— И тебе доброго утра, — примирительно заверила, перескакивая мешок на ходу.

Мысль о том, зачем Дис вообще собрался перекидываться в пещере, меня посетила несколько запоздало, когда я уже добралась до «санузла». Странно это…Впрочем, раздавшийся где-то в глубине пещеры грозный рык и грохот мое любопытство мгновенно поумерили. Главное — меня там нет, а причина — дело десятое. Настороженно прислушиваясь, я замерла возле ручейка с водой, не решаясь снять футболку. Ночью все как-то проще было, а с утра одолели сомнения. Мало ли и сегодня что-то заявят.

— Раздеваться будешь? — появление супруга застало врасплох. И он, кстати, уже был раздетым! Вот бесстыдник. — Или у вас в одежде моются?

— Зато у вас, — уставившись на стену и чувствуя, что начинают краснеть уши, буркнула я, — видимо только без одежды и расхаживают!

— Ага, мы за естественность, — хохотнул колдун и, подцепив подол моей футболки, недвусмысленно потянул ее вверх. — На самом деле всему есть причина. Ты раздеваться собираешься?

Последнее относилось к моему упорному нежеланию поддаваться мужскому произволу. Ну в самом деле…

— Я сама! — пришлось смириться. — Ты еще порвешь.

— Давай, — кивнул муж, уставившись выжидательным взглядом.

Эх!

— А сегодня никого…э-э-э… убивать не надо? — как в последнюю надежду, вцепилась я в его профессиональный долг. А то мало ли, пока он тут «лясы точит», где-то, может, злодеи, чудовища, монстры всем житья не дают. Так если что, я ради общего блага готова пожертвовать утренним «душем», только намекните.

— Нет, — категорично качнул головой колдун, припечатав меня обреченностью. — Сегодня у меня заказ на ночное время суток. Поэтому день проведу… с женушкой.

Походу ему все это тоже непривычно!

— Странно так, да? — я впервые за утро открыто встретила его взгляд. — Еще позавчера мы друг о друге и не подозревали…

— Точно! — серьезно кивнул в ответ Дис, не скрывая замешательства в ответном взоре. — Но раз все так получилось, мы должны… смириться. Поверь мне — изменить ничего нельзя. Нам придется жить семьей. А значит, ищем в ситуации положительные моменты. Я вот даже уже нашел!

И он ловко сдернул с меня футболку, край которой я все так же неуверенно мяла в руках. Блин! Все мои пяток лишних килограмм на попе рассмотрит. Я снова покраснела.

— А зачем ты в пещере перекидывался в…э-э-э… ящера? — стараясь переключить его внимание, полностью прикованное к моему телу, протараторила я.

— Связывался со своими, а лень было наружу выбираться. Но побоялся, что ты неожиданно проснешься и…

«Сделаешь лужу!» — додумала я за него. Пожалуй, и сделала бы, чего уж там. Зверюга — не приведи Господи! А уж спросонок… Я вздохнула.

— Маша, ты привыкай ко мне. Другим не стану, — подбираясь вплотную и прижимая к себе, посоветовал муж.

— Да, это понятно, — я даже вздрогнула, вновь мысленно представив это зрелище — живого варана размером с лошадь. — Надо будет. Попозже… Тем более, что хотелось бы и куда-то наружу из пещеры выбираться. А то захилею совсем без ультрафиолета.

— Поэтому ходи без одежды, излучение, что вокруг — лечебное! — просветил супруг, начиная плескать на наши тела воду пригоршнями. К счастью, теплую.

Я промолчала. Ничего — нехватка витамина D не прямо сразу наступает.

— Давай учиться? — развернув к себе спиной и проводя подбородком по моим плечам, мурлыкал колдун. При этом руки его уверенно сминали мою грудь, заставляя ноги томительно подрагивать. Мне даже пришлось слегка опереться на его грудь спиной. Чем мужчина мгновенно воспользовался, переместившись лицом поближе к моей шее и целуя ее нарочито медленными прикосновениями губ.

— М-м-м… учиться чему? — вдруг вспомнила я его вопрос, заподозрив в нем двойной смысл.

— А всему можно, — хмыкнул он, подтверждая мою догадку. — Мыться правильно, узнавать друг друга, быть семьей…

— А-а-а, — ничего более осмысленного выдать уже не получалось. Муж, переместив мое тело вплотную к влажной поверхности скалы, заставил руками ухватиться за небольшие выступы. А сам… скользнув по мне собственным телом, опустился на колени позади. Мне стало страшно! Страшно от того, что вот уже сейчас не вынесу масштаба разгулявшихся фантазий и рухну на пол еще до того, как они будут хоть частично воплощены Дисом. О лишних килограммах я и думать забыла!

— Значит, мыться… — глухо бормотал он, щекоча мои ягодицы теплым дыханием и омывая ноги и бедра водой. При этом ладони его рук весьма провокационно обегали нижнюю половину моего тела, пробираясь в самые укромные его места, вынуждая переступать с ноги на ногу и сильнее открываться его движениям.

— М-м-м?.. — лишь вопросительно стонала я, с трудом соображая, о чем он говорит.

— Самое важное — увлажниться полностью… — шептал он позади.

«О, да! В этом я точно преуспела», — чувствуя, что истекаю влагой желания внутри едва ли не больше, чем водой из ручейка, струившегося совсем рядом снаружи.

— Да! — выкрикнула я, подтверждая, что с обозначенным пунктом полный порядок, синхронно со скользнувшими в меня пальцами мужа. И тут же непроизвольно сжала бедра, стремясь продлить ощущение его присутствия во мне.

— Ты быстро освоишься в нашем мире, — одобрительно отозвался он, неожиданно слегка прихватывая зубами мое бедро. От вспышки нового всплеска тактильных ощущений я слегка расслабилась, позволив его руке выскользнуть их плена моего лона.

— М-м-м… не знаю… — кажется, бормотала я, реально опасаясь плюхнуться на пол, настолько от возбуждающей слабости дрожали ноги.

— Точно, точно, — скользя губами, а вслед за ними и руками по моим бедрам, шептал муж, — главное, запомни основное правило: можно все!

«О!..» — как я устояла в эту секунду, выдержав натиск своих самых порочных мыслей, не представляю.

— Все-все? — слабым голосом едва ли не простонала я, чувствуя, как мужчина, вплотную соприкасаясь со мной телом, поднимается на ноги.

— О да, — притиснув меня грудью к стене, обхватив руками и вжимаясь в мою попку своим возбужденным членом, пообещал Дис. И провокационно качнув бедрами, шепнул. — Просто представь то, что желаешь…

Умг, именно в этот миг мое сознание и взорвалось всплеском дикого желания. Просто от избытка пожеланий…

— Я… я… я… хочу… — слова давались с титаническим трудом, поскольку все мои мысли, все чувства и ощущения сейчас были сосредоточены совсем на другом — на движении мужчины, что, слегка приподняв меня руками за талию, мучительно медленно входил своим членом в мое лоно.

— Что? — он замер на полпути, настаивая на ответе.

— Тебя! — в нетерпении сама дернувшись вниз, простонала я мучителю. И закричала от нахлынувшего чувства довольства и полноты, едва полностью осела на мужской орган. — Тебя! Тебя…

Под конец я уже всхлипывала, погрузившись в собственные глубинные ощущения, во внутренние спазмы, что заставляли мое лоно тесно сжиматься вокруг мужского члена, отдавшись волнам удовлетворенной дрожи, что разбегались по всему телу. Я настолько возбудилась от собственных фантазий, так жаждала ощутить его в себе, что кончила от одного его первого движения.

— Вот видишь? — пощипывая губами кожу на моей шее, бормотал муж. — Можно все. И намылиться мгновенно!

— Намылиться?.. — с трудом вникая в смысл его слов, возвращаясь в реальность, отозвалась я.

— Конечно, ты же помнишь — мы же учимся, — усмехнулся он, вновь шевельнувшись во мне и перехватывая мою талию одной рукой, чтобы второй скользнуть по ощущениям потяжелевшей от жажды мужского внимания груди.

— Учим-м-ся?.. — бездумно повторяла я, жмурясь от удовольствия и двигая бедрами в истовом стремлении вновь почувствовать движения его члена в себе.

— Конечно. Ты представила? — он не двигался, лишь ласкал большим пальцем мой сосок и игриво дул на шею.

— Ч-что? — в отчаянии все настойчивее вжимаясь в мужские чресла, рыдала я.

— Пену! — невозмутимо пояснили мне.

«Эмм…пена… о да! Белая, густая, солоноватая…», — я невольно облизнулась, мечтая уже попробовать его на вкус.

— Пена… — щекоча дыханием мое ушко, проворковал Дис, возвращая меня к истокам. — Нежная, как поцелуй, ласковая, как руки желанного мужчины, очищающая, как огонь страсти… Ты представила?

— Да-а-а… — выдохнула я, поскольку именно в это мгновение алчно возжелала ощутить все сказанное им.

И… о чудо! Наши тела — я ощутила это по шелковистой прохладе, обдавшей кожу на миг — покрылись ровным слоем пены! Вау… я даже на мгновение выпала из своего страстного нетерпения, скосив глаза на плечо.

— Получилось! — изумленно вздохнула вслух.

— Конечно, — усмехнулся муж, уже двигая рукой по моему скользкому от пены телу, описывая круги на животе, рисуя узоры на груди. И сам он начал двигаться, своей грудью растирая пену по поверхности моей спины. А его член напористо скользил во мне, врываясь до упора и тут же резко выходя почти полностью, заставляя все мышцы моего женского начала сжиматься в тщетном стремлении удержать его в себе.

— Ты же любишь купаться? — новый толчок.

— Обожаю! — с абсолютной искренностью выдыхаю я, когда он выскальзывает из меня.

— И делаешь это каждое утро? — новый вопрос и новый рывок его члена в мое лоно.

— Обязательно! — клятвенно всхлипываю я, уже дрожа от новых подступающих конвульсий оргазма.

— И вечер? — этот его удар самый мощный, его бедра с силой ударяются о мою попку, позволяя мужскому члену на миг упереться в самое «дно» моего лона, вызвав апокалиптическую вспышку моих ощущений.

— Да-а-а… — голос меня подводит, переходя в стон. И я, уже безвольно обмякнув, всем своим весом оседаю навстречу его последнему самому короткому и инстинктивному движению.

На бесконечные мгновения мы замираем, переживая этот миг абсолютного единения, тесно прижавшись друг к другу. И синхронно тяжело дышим, приходя в себя.

Рука колдуна вновь плавно скользит по моему телу, смывая остатки пены. Я наконец-то чувствую себя в силах самостоятельно встать на ноги и плавно отстраняюсь, соскальзывая вниз. Уф-ф… да, каменный век — это… волшебно! И даже жареные на огне туши уже не так пугают.

Молча встав под маленький водопадик, позволяю воде омыть мое тело, наполняя его силой и возрождая к жизни.

— Еще один плюс, — подняв взгляд на стоявшего рядом мужа, ловлю улыбку в его оранжевом взгляде. — Жена — чистюля!

Смутившись до предела от столь откровенного намека (но у меня от этого колдуна просто крышу сносит, и сама не ведаю, что творю, а потом сты-ы-ыдно), я, спрятав запылавшее лицо в ладонях, выскочила из «душа» и метнулась в пещеру.

— И скромная! — со смехом прокричал он мне в след.

Вот же… самоуверенная и нахальная ящерица!

Я рванула к месту, где вчера сложила свою одежду и… ничего не обнаружила! Стремительно обернувшись, обежала взглядом пространство внутри и поняла, что одежды нигде нет. Может, сожрал? Когда с утра перекидывался? У него же идея-фикс о разгуливании нагишом. Но… я мгновенно вспыхнула яростью. Это свинство! Сколько можно терпеть полное попрание моих интересов?!

— Зверюга! — забыв от злости об инстинкте самосохранения и мгновенно выкинув из головы все нежные и лиричные настроения, вернулась я к суровой правде жизни и завопила, сжимая руки в кулаки. — Верни мне одежду!!!

Как потолок пещеры не рухнул от моего вопля — не представляю. Но свет вокруг точно померк!

— Я сейчас сама в это ваше море брошусь!!! — горланила я, исходя возмущением. — Прекрати лишать меня всего!!!

Вокруг смеркалось. Фрось громко охнул из коридора.

— И кто тут бузит? И куда делось наше прекрасное настроение, жена? Может, снова купаться? — немного насмешливо прозвучал голос мужчины, появившегося в проеме тоннеля.

«Козел!» — как-то сразу определилась я с выводом и внутренней природой супруга. Спорить с ним сейчас — только услаждать его непомерное самолюбие. Посему, решительно скрестив на груди руки, я прошагала к постели и, сдернув первую попавшуюся шкуру, завернулась в нее. А потом плюхнулась на ложе попой и… запела!

«Я убью тебя лодочник» — старательно подражая хриплому мужскому басу, надрывалась я, отвернувшись. Позади озадаченно молчали. Все.

Прошло с полчаса. Я пела, если честно, уже находя в этом процессе успокоение. Муж недовольно сопел, Фрось возмущенно фыркал.

Два часа спустя.

— Маша, иди кушать!

А я упрямо пела, мысленно уже простившись с голосом — такие напряги для него даром не пройдут. Из разряда назло врагу наемся соли… И игнорируя любые попытки примирения. В глазах уже клубилась серость. И плакать хотелось… Но я упорно пела!

— Хозяин, — взмолился где-то позади вредный мешок. — Вынеси меня наружу, умоляю-ю-ю…

Ага! Не такой они кремень, как хотят показать! Это придало мне сил и вдохновило на следующую рычащую «затяжку».

Так прошел еще час. В глазах уже мельтешило от натуги, предвещая обморок.

— Маша, ты кошмарно фальшивишь, — наконец-то подал голос и супруг.

«Что-о-о?» — от возмущения я даже поперхнулась, оборвав себя на самой низкой ноте.

— Я фальшивлю?! — вопль профессиональной гордости прозвучал писком. Голос сделал мне ручкой.

— Ага, — вновь отозвался он.

— Да много ты понимаешь, — просипела я. — У самого наверняка ни слуха, ни голоса.

— Ошибаешься, — спокойно озвучил он возражение, и… неожиданно позади меня зазвучал тот самый инструмент, что я услышала тогда, в зале с дверями!

Невольно оглянувшись, увидела мужа, присевшего неподалеку и наигрывавшего мотив, только что исполненный мною, на каком-то незнакомом музыкальном инструменте. Вроде губной гармошки, но более громоздкий. Вслушавшись, признала, что он прав — слух был в наличии. И музыкальный инструмент звучал приятно — мягко, обволакивающе. Я даже заслушалась, позабыв о гневе.

— Маша, ты не можешь пока понять мотивов моих действий, — неожиданно оборвал свою игру Дис и взглянул мне прямо в глаза. — Мне очень жаль так обижать тебя, но иначе никак. Ты можешь мне довериться?

Идея о доверии к подобному субъекту была, мягко говоря, преждевременной. И одно дело — заниматься сексом, а другое — позволить ему методично рушить остатки моей нормальной жизни. Но… так красиво играть плохое существо не может! Вот как меня не убеждайте. Рискнуть?

— Хорошо, я попробую, — шепотом согласилась я.

— Спасибо, — кивнул муж и улыбнулся. — Буду иметь в виду, что ты такая темпераментная.

Я грозно нахмурилась: опять подначивает? Но муж активно замотал головой.

— Иди кушай.

А я и пошла. Ибо проголодалась, а возмущение улеглось. Как была, в шкуре. Колдун только головой покачал и протянул мне миску с горячим супом и на второе — горку блинчиков, явно с начинкой. Класс! Тут же и ковшик с водой, и ложка обнаружились.

— Больно? — взглядом указав на мое горло, вопросил муж, стоило мне уполовинить суп.

Я неопределенно пожала плечами, не желая признаваться. И моргнула — как-то темновато вокруг стало. Колдун был грустен, так же поглядывая на меркнувшее свечение вокруг.

— Мне пора, — он встал и начал, как и накануне, собираться. — Кушать у Фрося попросишь.

Вопрос о том, надолго ли, завяз в горле. Но он все понял и сам:

— Вернусь к завтрашнему вечеру. Должен.

Ик! Тревога ощутимо вспыхнула в душе. А ведь так и не поговорили о местных реалиях, о том, как можно выбраться наружу. И более того — поссорились. И пусть я ощущала себя правой, но расставаться на такой ноте не хотелось…

— Береги себя, — в итоге просипела я, уставившись на мужа.

Он с облегчением выдохнул!

— Спасибо, — и улыбнулся, в этот миг показавшись совсем не страшным оборотнем и колдуном. А потом, полыхнув оранжевым взглядом, многозначительно посоветовал. — Помни, о чем… учил.

Мои щеки вновь запылали — нашел время говорить о нашем купании. Но серьезный взгляд, брошенный супругом на прощание, насторожил. О купании ли речь?..

«Как он говорил? — стремясь отвлечься от очередного тягостного ожидания, задалась я вопросом, вновь мысленно прокручивая в памяти события сегодняшнего утра. — Возможно все!»

И так и застыла с блином, занесенным для укуса. Дура-а-а…

Глава 8

Боясь потерять мысль, а возможно, и решимость, поднесла ладонь к горлу, что пульсировало и горело после моих многочасовых песнопений, и… представила его расслабленным, лишенным боли. И помогло! Последствия моего упрямого желания отстоять хоть частичку своей прошлой жизни исчезли. Я с облегчением глубоко вздохнула, понимая, что вот оно — долгожданное волшебство этого мира!

Но дальнейшие перспективы просто пугали масштабом. С чего начать? За что хвататься? Хотелось сразу сделать и попробовать столько, что приходилось опасаться последствий. Мало ли какая отдача имеется. А спросить у кого? Фрось сразу отпадает. Он насоветует… А значит…

«Самое время познакомиться со свекровью! — осенило меня. Тем более что она так неоднозначно внимательна к жизни сына. — Заодно и в местных реалиях разберусь».

Деловито дожевав последние блинчики, часть их оказалась с мясной, часть с творожной начинкой, и, вообще, я начала подозревать, что добыча пищи в этом мире совсем не так трудна, как пытался представить мне лицемерный мешок, я критическим взглядом осмотрела свое, обернутое мехом, тело. Облачиться удастся? Попробуем…

Но сколько бы я ни представляла разную одежду на себе, или отдельно, ничего не менялось. Все же надо начинать с азов! А значит, знакомиться с матушкой придется в естественном виде.

— Фрось? — старательно укутываясь в шкуру, зычно гаркнула я болтливому мешку. — А можно с хозяйкой твоей пообщаться?

Вредная авоська насторожилась, замерев на миг, а потом тревожно колыхнулась:

— А… чего это вдруг?

— Не бойся, про то, что ты списан со счетов и теперь лишен возможности подслушивать и подглядывать, говорить не буду! — фыркнула я.

Мешок недовольно завозился. Выглядело это забавно — он странновато колыхался и неожиданно опадал.

— Сейчас, сообщу хозяйке, — в итоге снизошел Фрось до нужного мне решения.

Поглубже вздохнув, приготовилась к первому контакту с матерью Диса. Судя по сыну, простым он не будет.

— Чужестранка? О чем ты хотела поговорить? — этот резковатый и немного грубоватый для женщины голос неожиданно напомнил мне о… еде. Вернее, о тех самых недоготовленных мною мясных «полуфабрикатах».

— Во-первых, извиниться за то, что закинули вам мясцо, во-вторых, познакомиться, — бодро отрапортовала я. Тон женщины как-то изначально настраивал на конструктивный лад, не давая расслабляться.

— Зачем закинули? — отрывисто переспросила незнакомка.

— Ну-у… — я слегка замешкалась, соображая, как ей это пояснить, — моя попытка приготовить ужин вашему сыну оказалась слегка неудачной, а он не хотел меня обидеть, видимо. Поэтому делал вид, что ел, а как возможность подвернулась — незаметно выкинул. А куда выкинуть? Только в мешок. Дис не предполагал, наверное, что он в тот момент на вас был…э-э-э… настроен.

— Скверно получилось, — пробасила моя собеседница. — Еще и не видели друг друга, а ты мне уже так жизнь подпортила. Сын и не подозревал раньше, что я через Фрося за ним приглядываю, где надо — оберегаю. Теперь, понятное дело, догадался. С тех пор не вижу и не слышу ничего о нем… Еще и за сына теперь страшно — отравишь ведь. Откуда ты такая к нему пришла? И как у тебя получилось?

М-да, неудачно как. С другой стороны, шпионить тоже плохо.

— А вы не пробовали как-то проще сделать — напрямую ему какой-нибудь…э-э-э… амулет защитный дать? — надо понять, какие отношения у матери с сыном, не похоже, что очень доверительные. О себе и вовсе пока решила промолчать.

— Оберег и связник? — сообразила женщина. — Да разве ж он возьмет! Упрямый — сил нет. Так теперь и не узнаю, если сгинет где.

«А все ты…» — сквозило рефреном. Впрочем, перспектива гибели колдуна пугала и меня — мне без него из этой пещеры не выбраться. Да и муж теперь все-таки…

— А мы с ним на самом деле муж и жена? — неожиданно даже для меня потаенные сомнения прорвались наружу.

— Да! — спустя паузу отозвалась свекровь. — И мне бы хотелось, чтобы это пошло ему на пользу.

Я смутилась: вряд ли мои кулинарные потуги ее утвердили в подобном подозрении на мой счет.

— И нам никак не изменить это решение?

— Только если Дис погибнет. Тогда тебя за другого чакра отдадут. Так что я, можно сказать, в тебе заинтересована, откуда бы ты ни была. И ты, если неглупая и устроиться в этом мире хочешь, помочь мне должна!

Ух! С места в карьер… От инициативности свекрови стало не по себе. А другой чакр? Шило на мыло. Дис, по крайней мере, как любовник, меня очень устраивал, а что с другим будет, еще вопрос, поэтому я решилась:

— Давайте эти ваши оберег и связник, я сама на него все надену!

Фрось ехидно хмыкнул, а вот родительница супруга молчала довольно озадаченно. Но минут через пять из нутра пронырливого вещмешка словно выплыли две сверкающие цепочки.

— Бери осторожно, только за один конец, края не смыкай сама, — серьезно наставляла меня женщина. — В косу ему вплести надо. Только вот не согласится он…

— Согласится! Я попробую… — поспешила пообещать я. — Иначе будет сутками арии мартовских котов слушать. Вот только точно ли эти…штуки… в помощь ему, а не очередные… шпионы?

— Точно в помощь! — клятвенно и мощно зазвучал из Фрося женский голос. — В другом он бы разобрался.

— Хорошо, — невольно кивнув, я предупредила: — Но я сама его попрошу проанализировать…э-э-э… возможности.

— Да сколько угодно, — согласилась невидимая собеседница. — Я ему добра желаю. И тебе, кстати, тоже. Себе тоже возьми.

И из глубин Фрося навстречу ко мне поплыла еще одна цепочка. Осторожно поймав ее за краешек, задумалась: стоит ли доверять незнакомке? С другой стороны — мать мужа… Да и чего бы ей меня изводить?.. Махнув рукой на все, рискнула. Собрав одной рукой волосы, оперативно перетянула их цепочкой, и стоило мне скрестить ее концы, как… глаза ослепило ярким светом!

Испуганно проморгавшись, по неясным образам сообразила, что уже не в пещере… Потрясенно оглянувшись вокруг, утвердилась в однозначном факте — я на какой-то поляне! Вцепившись в шкуру, единственную мою одежду, в отчаянии осмотрелась. Ну, мамаша!.. Вот только же все хоть как-то устоялось… Дура я доверчивая! И где я теперь?..

Тревожно поежившись, горестно вздохнула — влипла! Сомнений в том, что я снова не на Земле, не было. Желтоватый цвет растительности и ее же странноватый внешний вид не оставляли сомнений. Я была в каком-то лесу, причем деревья вокруг были гигантскими, рождая в моей душе комплекс неполноценности — я себя гномкой чувствовала. К тому же раздетой и беззащитной. А вдруг тут водятся хищники?.. Хоть на двух, хоть на четырех ногах. И что, вообще, теперь делать полагается?

Страшно было не на шутку, нервно озираясь и пугаясь шума собственного, бешено стучащего, сердца, я направилась к дереву, решив, что сначала надо постараться залезть повыше, а потом уже думать, что делать дальше. Ну же мамаша у Диса… А уж Фрось… Вернусь, я этот злопамятный мешок лично с обрыва сброшу! Вот только вернуться бы… Пещера дикаря уже казалась самым желанным и безопасным местом на свете.

Кутаясь в шкуру, осторожно приглядываясь к необычной желтоватой траве под ногами (а мало ли кто там может водиться?) я шла по краю поляны, рассматривая дерево за деревом. Увы, стволы их пусть и были необъятными на мой взгляд, но при этом поразительно гладкими, а нижние ветки находились невероятно высоко… Не по силам мне было до них добраться.

Когда вдруг… Я даже замерла в растерянности, задаваясь вопросом, не померещилось ли мне?.. Нижняя, довольно плоская и широкая, ветка ближайшего дерева словно склонилась, приглашающе свесившись на моем пути.

Не так чтобы уж совсем низко, но, подпрыгнув, я бы смогла за нее ухватиться.

«Показалось? Или боковое зрение, в самом деле, зафиксировало движение растения?» — я не спешила забираться в укрытие, опасаясь верить уже даже собственным ощущениям.

Дерево, слегка шурша листвой от ветерка, гуляющего в его кроне, смотрелось неподвижно и незыблемо. Приглядевшись к другим деревьям в округе, поняла, что больше веток, расположенных так низко, нет ни у одного. А на этом деревце, помимо прочего, еще и плоды какие-то имеются… на вид съедобные… на нектарины похожие. А возможность иметь рядом хоть какую-то еду в моих обстоятельствах, была немаловажной. И я решилась!

Быстро оглянувшись вокруг, сдернула шкуру, оставшись голой (все же эти изменения меня доконают), с пятой попытки перебросила один ее край через ветку и принялась пробовать забраться на нее и сама. Прыгала, хватаясь за нее, ногами упираясь в ствол, пыталась подтянуться на нужную высоту. И так не раз и не два, прежде чем смогла неловко, мешком, завалиться на плоскую поверхность ветки. Если у моих мучений были разумные свидетели, я обеспечила их незабываемыми впечатлениями.

Привалившись к стволу, дыша как паровоз, из последних сил притянула к себе уже висевшую на ветке шкуру и укрылась ею. Мне, в отличие от колдуна, шастать везде обнаженной было неудобно.

На душе было тоскливо: куда опять попала, что делать? И сколько я не думала над вопросами, осматривая окружающий лес, решения для себя не находила.

«Посплю тут до утра, а там… придется куда-то идти», — делать это страшно до судорог. Но… сидеть на ветке вечно я не смогу. Да и кушать уже захотелось.

К тому же в нескольких сантиметрах от меня висел один из примеченных ранее плодов, маня аппетитным видом и восхитительным ароматом. Съесть?!

Аппетит на фоне испуга и затраченных усилий разыгрался. Но… один раз решила распахнуть дверь, потом приняла этот оберег треклятый… И что? Ясно одно: не зная мира, опасность предвидеть нереально. И кто знает, что будет, поддайся я желанию и слопай местный нектаринчик. Вдруг ядовитый! Решила не есть…

Но минута летела за минутой, час за часом, придумать что-то толковое не получалось, есть хотелось все сильнее, а фрукт так заманчиво пах рядом… Я решилась! Сначала надкусила крошечный кусочек, но, распробовав невероятную сладость и умопомрачительный вкус плода, быстро съела его весь!

«Объедение! Если яблоко в раю было таким же вкусным, Еву можно понять…» — едва мысль мелькнула в голове, как я услышала крик.

— Маша! — звал Дис!!!

От радости и облегчения, едва не свалившись с ветки, завопила в ответ:

— Я тут!

И спустя пять секунд под деревом уже стояла так пугающая меня ящерица. Варан мужа. Вернее, сам муж… Миг и пространство словно вспыхнуло оранжевым светом, явив мне супруга уже в человеческом обличии. Естественно, обнаженным. Ну да ладно, главное, он тут!

— Эх, Маша, Маша… — рывком сдернув меня с дерева, колдун первым делом со злостью вырвал из моих волос злополучную цепочку. Она вспыхнула на его ладони оранжевым огнем и, превратившись в пепел, осыпалась на траву.

— Прости, — покаянно повинилась я, в полной мере осознавая свою вину и ненужную инициативность. Но я так рада была его появлению, такое облегчение испытывала, что согласна была на любые упреки. — Больше не буду, клянусь! Ничего не буду! Только давай вернемся… домой.

— А это вряд ли, — припечатал меня Дис суровым взглядом, — обратно нас не выпустят!

— Кто? — испуганно охнула я, невольно озираясь вокруг и сжимая укрывающую меня шкуру до побелевших костяшек пальцев.

— Мама… — как-то очень веско сообщил супруг и в упор посмотрел мне в лицо. Осуждающе и с вызовом. — Сговорились?

— Нет, нет, — я в ужасе от того, что меня посчитают сообщницей, замотала головой. — Я поговорить хотела, а потом она рассказала, как о тебе беспокоится, как опасна твоя… работа, как можно тебя защитить… Я не хотела, но подумала и решила, что она права и обереги тебе не повредят. Не думала, что все так обернется… Все же странная у тебя мама?..

Дис хмуро выслушал мои сбивчивые объяснения. Губы мужчины были сурово поджаты, взгляд полыхал оранжевым огнем гнева. А я ниже его подбородка и вовсе взгляд опускать боялась… Мне вот к примеру было крайне неудобно от осознания того факта, что нахожусь без одежды в каком-то неизвестном лесу, где меня каждый увидеть может. Диса же это словно не волновало. И, вообще, колдун явно был озабочен чем-то глобальным…

— Она не странная, она стремится к определенной цели. И ради этого пойдет на все. Ты же предоставила ей отличную возможность добраться до меня. Зря я не подумал, что ты сунешься знакомиться. Ну да с этим я разберусь, как только смогу вырваться отсюда.

Мысленно простившись с Фросем, я была вынуждена признать, что еще и зловредный мешок от моей инициативности пострадает.

— А почему нельзя в пещеру обратно? Как-то… ну не знаю… переместиться с помощью волшебства? — я неуверенно пожала плечами.

— Она тебя в особое место затянула, это как маленький замкнутый мир. Здесь я во многом бессилен, назад мне не перенестись. Наш единственный путь спасения в том, чтобы найти выход из него.

— А что за выход? Это как ворота? Или… портал? — надо было разобраться.

— В том-то и проблема, что не знаю, — Дис отрицательно взмахнул рукой. — Выходом может быть что угодно. А может и чего угодно не быть…

— Как это? — я опешила.

— А так, что мы в зоне иллюзий и желаний! И меня очень напрягает это. Какой-то смысл матушка преследовала, вытворяя подобное. Она не может не понимать, что когда я отсюда выберусь… В общем, поставила на карту все! А сделать подобное она бы рискнула лишь будучи уверенной в результате.

Опиши мне, что случилось с тобой с момента переноса.

— Ничего особенного, — смутилась я. — Оказалась на поляне, испугалась, осмотрелась, залезла на дерево и там сидела, размышляя, что делать, пока не появился ты… Вроде так.

— Хм… — Дис все больше хмурился, одновременно пристально всматриваясь в окружающий лес.

— А, может быть, нас найдут другие чакры? — осененная внезапной мыслью, выразила я надежду вслух.

Мужчина отрицательно взмахнул рукой.

— Нет. Чакры часто не возвращаются с заданий или вынужденно в силу различных причин задерживаются на них. Все, что они будут знать — что я жив. Мы ощущаем друг друга. Но на помощь рассчитывать не приходится. Надо искать выход самим!

— А если не найдем? — искать можно долго, особенно если не знать что.

— У нас выбора нет. Обычно эти закрытые зоны небольшие, нам придется перевернуть тут каждый листик, осмотреть каждую веточку. Будем искать, сколько бы времени на это не потребовалось.

Потрясенно уставившись на мужа, пыталась осмыслить предстоящее. Чтобы я еще хоть что-то в этом мире взяла…

— А есть в это время мы что будем? — желудок невольно напомнил о самом прозаичном.

Дис резко вскинул голову и схватил меня за руку:

— Конечно! Еда! Ты ела тут что-нибудь?

Напрягшись в душе от скверного предчувствия, едва слышно призналась:

— Яблоко… наверное.

Колдун яростно рубанул воздух ладонью.

— Тогда мне все ясно!

— Нельзя было? Оно ядовитое? — всполошилась я.

— Не в этом дело. Пока ты не использовала в пищу еду нашего мира, ты не могла зачать. Теперь же… А я не смогу оставаться среди чакров, если стану отцом. Мне придется покинуть орден. И сейчас мы в мире иллюзий и желаний. Идея матушки до очевидности проста…

Дис пылал такой злостью, что меня невольно пробрало волной дрожи, заставив отступить от него на пару шагов. Ведь это моя вина! Сидела бы себе в пещере и не дергалась, так нет — решила установить контакт со свекровью.

Ух-х-х… я куда-то упала, свет вокруг внезапно померк. Закричав, поняла, что оказалась в абсолютной темноте.

— Дис? — испуганно, ощущая, как волосы на голове шевелятся от страха, зашептала я. — Т-ты т-тут?

В ответ со всех сторон раздались странные жутковатые стоны и причмокивания. И почти одновременно с этим я почувствовала прикосновения нескольких рук. Холодных, безжалостных… Они скользили по коже, впивались в тело когтями, сдирали укрывающую меня шкуру, сжимали мою грудь, путались в волосах, обхватывали лицо и даже пытались протиснуться между моих истово сжатых бедер.

— Отпустите!!! — в панике, пытаясь отбиться и удержать единственную одежду, кричала я, уже не таясь. — Дис, помоги!!!

Но ответом мне были все те же, словно эхом усиливающиеся вокруг, стоны, и все большее количество этих мерзких и липких прикосновений. Я тонула в них, чувствуя, что паника накрывает с головой, захлестывает. Как я уже не соображаю ничего от страха, как собственное сердце оглушительным шумом заглушает даже мои вопли. Как я падаю, в какой-то момент не удержав равновесия. И множество омерзительных тел, что сразу обрушиваются сверху лавиной, погребая меня под собой. Мужских тел! Обнаженных…

Кошмарнее минут не было в жизни, казалось, еще миг и сердце просто разорвется от дикого ужаса, не выдержав происходящего кошмара. Думать, что-то соображать, была уже не способна, остались одни какие-то инстинктивные движения и хрипы, словно отчаянные попытки утопающего устремиться к поверхности воды, вдохнуть еще хоть глоток воздуха… Я отчаянно и неумолимо тонула в этом мерзком склизком аду чужих прикосновений. И тем омерзительнее они были, чем более настойчивыми и откровенными становились. Дергаясь в конвульсиях какой-то агонии сознания, уловила миг, когда в мои ноги вцепились сразу несколько рук и вопреки моему отчаянному сопротивлению потянули в разные стороны…

— Дис!!! — кажется, в моем последнем вопле звучало уже животное отчаяние, не представляю, откуда у меня взялись на него силы, но в тот же миг ко мне в рот тоже устремились эти чудовищно мерзкие руки, оборвав вскрик хрипом удушья.

— Маша! — голос колдуна зазвучал в ушах не просто спасением. Для меня сейчас он был сродни пению ангелов! Самое лучшее, что я только слышала в жизни… — Маша! Открой глаза!

Кажется, с трудом вспомнив как это делается, все еще оглушенная бешеным ритмом собственного сердца и скованная убийственным ужасом, я разжала веки. Колдун, сверкая встревоженным оранжевым взглядом, тряс меня за плечи, нависнув сверху.

Не представляю, как смогла это сделать, но… Неосознанным стремительным движением подскочила с земли, на которой лежала, и мертвой хваткой вцепилась в мужа. Словно мишка коала моего родного мира, обхвативший последний на свете эвкалипт, я подсознательно была настроена не слезать с Диса больше никогда!!! Подобного ужаса повторно я не выдержу…

— М-м-меня… там, в т-темноте… какие-то т-тела… р-руки… — мычала я, заливаясь слезами облегчения и прижимаясь лицом к плечу колдуна. В этот миг роднее и желаннее его для меня никого не существовало. В этот миг я примирилась и с ящерицей, и с пещерой, и самим фактом замужества…

— Тш-ш… Маша, увы, в таких мирах оживают не только наши желания. Чужие желания тех, кто попадал сюда и, возможно, не смог выбраться, они тоже создают иллюзии, которые остаются в этом мире. Ты вдруг упала на спину и начала бешено орать, звать меня… Я так и понял, что ты шагнула в иллюзию, порожденную страхом.

— Это кошмар, я не выдержу, — истерично вздрагивая и отчаянно пытаясь взять себя в руки, выдохнула я. — Я там была одна.

— Пожалуй, нам надо сделать из шкуры веревку и связать руки друг друга, чтобы иметь возможность вытянуть, если вдруг… — прислушиваясь к моему дыханию и успокаивающе плавно поглаживая по спине, пробормотал Дис.

Под весом моего тела он отступил на пару шагов назад.

— Ой! — взвизгнула я, когда в обнаженную кожу спины и плеч впились иглы множества капель воды. Откуда? Я испуганно отняла лицо от груди мужа и оглянулась.

А позади меня было… волшебство.

Поразили внезапно ставшие сочными краски окружающей природы — серебристые, усыпанные алыми крупными цветами, деревья и потрясающей красоты водопад. Он возник внезапно, совсем рядом! Потрясенно охнув, вздрогнула. Дис, видимо, приняв это за продолжение моей истерики, успокаивающе провел ладонью по моей спине, задержав ее на моей попке. И слегка сжал ладонь, словно не в силах удержаться…

Подняв взгляд на мужа, поняла, что он в отличие от меня на видоизменившееся окружение внимания не обращает. Его взгляд был прикован к моим губам. Невольно, немного резковатым и нервным движением, губы облизнула. В ответ в глазах мужчины вспыхнул алчный огонек. Что-то… не ко времени… Но додумать Дис мне не дал, склонившись губами к моему рту и поцеловав. Страстно, напористо и жарко. Так что я непроизвольно скользнула руками по его плечам, обнимая сильнее, уже сама прижимаясь губами к его лицу в ответном порыве страсти. А страсть была!.. Совершенно неожиданно, после испытанного только что, я вдруг поймала себя на понимании — хочу Диса до чертиков! И прямо сейчас, тут! И он словно еле сдерживал себя от намерения повалиться прямо со мной на золотистый берег водоема и под дождем из обжигающих капель водопада овладеть моим телом.

Мы, как два безумца, с силой и необузданной неукротимостью сплелись в объятиях. Руки блуждали по телам друг друга, шкура, что укрывала меня, куда-то исчезла, губы сминали друг друга, позволяя нам делить каждый вздох на двоих. В какой момент мы оба дрогнули, опускаясь на песок — не знаю. Мыслей в голове не было в принципе. Лишь алчное нетерпение и бешеное стремление слиться в единое целое, ощутив вожделенное, сводящее с ума ощущениями трение его члена о нетерпеливо ноющие мышцы моего лона.

Не осознавая, что творю, устремилась прикосновениями губ по его лицу, шее, груди, стремясь ниже — туда, где ощущала напряженную твердость мужского органа. Муж сам, изнывая от нетерпения, терся им о мой живот, рывками толкаясь в его мягкую поверхность.

— Маша, — Дис попытался перехватить инициативу и уложить меня на спину, но мне хотелось другого. Его кожа, усыпанная миллионами крошечных капелек влаги, приятно холодила, вызывая жадную потребность контраста и ощущения его жара. И я знала, где смогу удовлетворить это желание, чувствовала… Плавно скользнув на колени, быстро лизнула пупок мужчины и двинулась ниже. Его член нетерпеливым подергиванием встретил меня на полпути. Со стоном потеревшись об него щекой, обхватила ладонями, целуя его набухшую вершинку. Солоноватую и горячую! Именно то, чего мне так хотелось сейчас.

Но не успела я пройтись языком по всей его длине, уже предвкушая, как втяну его в себя, ликуя от ощущения такого желанного жара, как муж обхватил мою талию руками. Мгновение невесомости, стремительный маневр в воздухе и вот уже я на песке. А голова Диса уверенно и целенаправленно устроилась между моими бедрами, позволяя мужу ласкать мое истомившееся по его присутствию лоно. Мне до смерти хотелось вновь почувствовать его в себе! Как угодно, только почувствовать! Вцепившись руками в его растрепавшуюся гриву, прижала его к своему телу сильнее, настойчиво требуя активных действий. Одна мысль о том, что может сделать со мной его «змеиный» язык, сводила с ума, заставляя тело вздрагивать в ознобе страсти и дрожать от неудовлетворенной истомы.

Но муж и сам не намерен был терять время, его язык мучительно плавно и последовательно описывал круги на моей жаждущей плоти, слизывая капли моей страсти, обещая мне смерть… Гибель в огне желания и собственного нетерпения. Я уже умирала, понимая, что не смогу больше ждать. А он все медлил, вновь и вновь прохаживаясь шершавой поверхностью своего языка по наружным складочкам моего лона. Более того, реализуя мои недавние намерения в отношении его члена, вбирал их в себя, втягивая губами и смакуя, посасывая во рту.

Понимая, что совсем теряю над собой контроль, не имея больше сил сопротивляться волне бешеной страсти и скручивающей тугой спиралью отчаянной неудовлетворенности, что требовала выхода, я завопила. Откинув голову назад, зажмурившись, затопала ногами, пятками вминая влажный песок под собой, сдавливая плечи Диса коленями. Требуя перестать, подарить мне уже такое необходимое ощущение его присутствия в моем теле. Иначе… иначе мое тело жестоко отомстит мне, низвергнув в водоворот такой невыносимой муки и сладостного взрыва, что меня, казалось, разорвет на части!

Но муж именно этого и ждал, не поддавшись на мое истовое рычание и ударяющие его бока пятки. Он все же вынудил меня, яростно вздрогнув и выгнувшись, безвольно опасть вниз, ослабшей и ослепшей от испытанных эмоций. Меня накрыло удовольствием, с которым я бессильна была совладать…

А Дис, выждав, пока сотрясающая мое тело дрожь утихнет, наконец-то скользнул глубже, погружаясь удлинившимся языком в меня полностью. Я острым уколом тока ощутила его прикосновение к самой глубинной части своего лона, понимая, что оно вызвало в моем теле цепную реакцию. Пружина страсти и желания вновь завертелась, заставляя мышцы моего лона отчаянно сжиматься вокруг его языка, обеспечивая ему необходимую тесноту и вожделенное трение…

Не прошло и нескольких минут, как меня снова трясло от волн страсти, обдавая потоками жара, что проносились по венам. Адреналин плескался там в избытке, и даже прохладная вода, что сыпалась на нас сверху, не способна была охладить мое тело. Мог лишь Дис! Подарив мне освобождение.

Но он был далек от этой мысли. Явно следуя собственному инстинкту и желанию, муж терзал мое тело муками ожидания, одновременно сам наслаждаясь и истязая себя процессом. До моего плавящегося от страсти сознания доходило понимание того, что Дис нетерпеливо трется о кожу моих ног своим членом, явно тоже стремясь снять зуд нетерпения.

Я же вновь была не способна терпеть, осознавая, что следующая волна чувственной разрядки подступает с неумолимостью прилива, забилась, стараясь вырваться из удерживающих мои бедра рук мужа. И снова колотила его коленями, тянула за волосы, криками умоляя не оставлять меня сейчас, а, наоборот, подарить всю полноту ощущений!

Дис услышал. Стремительно отстранив свое лицо от моего тела, скользнув языком наружу, вновь подхватил на руки и перевернул. Рухнув вниз, ощутив, как колени и ладони рук уперлись во влажный песок, а бедра мужа прижались к моей попке, осознала его задумку. И зарычала, ликуя! О, да! Сейчас и вместе. Уже сама прогнулась вперед, открываясь сильнее, приглашая его последовать моему примеру и скорее склониться ко мне, проникая в мое лоно уже своим членом. Он рвался туда, я чувствовала, как он дрожит, притиснутый к моему бедру, зажатый между нашими телами.

Как радовалась я теперь освежающим каплям воды, что единственные позволяли мне цепляться за остатки самоконтроля. И как мечтала о дальнейшем… Вот сейчас мы станем одним целым, он во мне, я вокруг него. И жар, огонь трения, один ритм рывков и касаний… Головка его члена легко вошла в мое скользкое от влаги лоно, обещая подарить неимоверное облегчение и долгожданное удовлетворение. Подарить будущее, жизнь…

«О нет! — не представляю, как в моем сознании в этот самый миг смогла зародиться даже одна мысль, но это случилось! — Мы же в ловушке! Я же теперь смогу зачать!..»

Каким-то нечеловеческим усилием, с силой вспыхнувшего отчаяния я рванула вперед, инстинктивно стремясь избавиться от присутствия мужчины в себе. И сразу извернулась, плюхаясь попой на землю и впиваясь зубами в лицо мужа! Со всей злобой и ненавистью ощущаемого разочарования. С чувством испытываемой боли неудовлетворенности. Тело скручивало спазмами желания. Желания, которое невозможно было удовлетворить. Слишком опасно…

«Только не сейчас! — едва не взвыла я, проклиная все на свете: и собственное тело, и мамашу Диса, и эту треклятую ловушку и особенно — собственное здравомыслие! — И почему я не могу просто расслабиться и позволить неизбежному случиться? Тем более не факт, что я именно сейчас могу забеременеть».

Колдун замер на миг, пытаясь осознать мой поступок, словно отказываясь верить, что я сделала это… Укус! Зверский, едва не вырвавший часть его щеки. Такой несвоевременный и такой… отрезвляющий! Мы словно очнулись от синхронного бреда, уставившись друг на друга все более осмысленными взглядами. Мне стало стыдно… что творила, сейчас помнила отчетливо…А уж каково Дису…Ведь мы оба поддались иллюзии! Попали в плен внушенной страсти.

Стремясь отвести взгляд, повернула голову и… обомлела. Никакой сводящей с ума прелести серебристой рощи и водопада. Более того — первоначальной поляны с деревьями-гигантами не было тоже…

— Только не это, — простонал колдун, так же озираясь. Откатившись от меня, он глухо застонал. Я невольно поморщилась — если у меня низ живота болезненно сводило от напряженной тяги и неутоленного желания, то мужчине было еще хуже. — Мы в палящем аду…

Что палящем, я уже и так ощущала. Прошло всего несколько минут с нашего «перехода» из одного состояния в другое, а мою светлую кожу уже основательно разогрело.

— Это пустыня? — поднимаясь на корточки и по инерции оглядываясь в поисках шкуры, устало уточнила у Диса. — Или это все тоже ненастоящее и лишь мерещится нам?

Песок под ногами был очень даже реален. Я ладошкой подхватила небольшую горсточку и высыпала ее медленной струйкой, наблюдая за падением песчинок.

— И настоящее и мерещится. Иллюзии тут оживают, — Дис тоже встал. — А желание нарастает.

Взглянув на его бедра, я нервно сглотнула. Сойду с ума в этом месте! К чему было устраивать все это? Неужели его мама не могла угостить меня чем-нибудь в пещере?..

— Мы сейчас опять… отключимся? — ощущая вновь усилившуюся потребность в сексе, в ощущении его тела, в удовлетворении своих чувственных желаний, я отступила на шаг. Вернее попыталась, но муж резким выпадом руки, удержал меня рядом.

— Не отходи! — прошипел он. Я испугалась — попасть в темную ловушку с чмокающими тварями вновь не хотелось. Уж лучше секс тут до полного перегрева и беспамятства. Какой славный… конец.

— Я не могу больше, просто не могу, — истерично, с долей рыдания, выкрикнула Дису, уже сама приближаясь к нему и вопреки намерениям обвивая руками его шею. Его губы манили безумно, разум вновь уплывал, в фокусе зрения оставались лишь его губы. Казалось, что я умру сейчас, если не приникну к ним…

Шлеп! Болезненная пощечина заставила меня очнуться.

— Пожалуйста, — зубы колдуна были стиснуты, — Маша, помни о главном! О самоконтроле. Тут опасно. Это плохая иллюзия…

В отчаянии сдавив виски, я затрясла головой, стремясь вернуть ясность рассудку. Плечи и спина уже горели ожогами. И было больно, очень… Но боль затмевало желание. Даже сейчас, отчаянно концентрируясь на его словах, я ловила себя на том, что вслушиваюсь в ощущения соприкосновения наших тел, чувствую, как подрагивает его твердый член, зажатый между нами. Руки сами тянулись обнять его, обвить алчной ладонью, пробежаться пальчиками вдоль всей его длины, а потом прикоснуться губами, даря мужчине этот сокровенный поцелуй. Я зажмурилась, невольно застонав, представляя, как слизну губами первые капли его солоноватого желания, как втяну в себя разбухшую головку его члена, с трудом находя и поглаживая языком разделяющую ее пополам границу.

Кожа на спине пульсировала болью, но я этого уже не понимала, представляя себе, как, наконец-то, втяну его в себя полностью, едва вместив во рту, с трудом дыша… Как плавно, лаская языком набухшую от притока крови вену, ощущая «пульс» его члена, позволю ему выскользнуть из меня. И вновь слизну нетерпеливые капли его желания.

Застонав, я смаковала их вкус, представляя себе, что сделаю с Дисом дальше… Или уже не представляя?..

— Маша! — руки мужчины вцепились в мои плечи, рывком поднимая на ноги. — Ты убьешь меня! Ты убьешь нас!!! Борись…

Последнее слово он простонал с мольбой, кажется, сдаваясь уже сам.

Меня же проняло. Места, где муж схватил меня, словно прижгли каленым железом, вызвав нестерпимую боль. Я закричала неистово, инстинктивно оттолкнув колдуна.

Дис рухнул как подкошенный! Его глаза в доли секунды расширились, взгляд потерял осмысленность. Он задрожал, неожиданно покрывшись испариной…

«Провалился!» — осознала я, пытаясь сохранить в голове хоть какую-то ясность сознания, не запутаться и не потеряться окончательно в этом окружавшем нас бреду. Уже с трудом получалось вспомнить, с чего все началось и где мы на самом деле… А еще надо было помнить о цели! Иначе это никогда не закончится… И больно, было так больно… Хотелось сдавить собственное тело руками, сдирая с него кожу, но любое прикосновение лишь усиливало боль. Я сходила с ума! Но один взгляд на мужа, тело которого то замирало, то начинало колотить конвульсиями, порождая воспоминания о липкой темноте и прикосновениях десятков склизких рук, и я забыла обо всем. Уже не думая о себе, я потянулась к нему.

Сделать шаг было страшно… А вдруг тоже?.. Тогда нам верный конец! Но моя задумка тут же обернулась полнейшим фиаско. Помочь мужу я не могла! Меня от него словно отделило невидимой, но непреодолимой стеной.

Хаотично, с ощущением подступающей безнадежности, я шарила руками по ощущаемой преграде, надеясь найти хоть какое-то отверстие!

«Мне кажется, все кажется! — безмолвно кричала себе, боясь остаться в этом аду в одиночестве. — Дис, не бросай меня! Умоляю! Ты единственное, что есть теперь в моей жизни!»

И тут… словно мало мне было проблем, словно и так я не была в безысходном положении… позади раздался шорох! Оторопело, с пропустившим удар сердцем, я обернулась и… едва не умерла на месте от ужаса. Позади меня высилось змееподобное чудовище метра три высотой, раздвигающее жуткую, испещренную сотнями лезвий-зубов, пасть.

«О нет… — это стало моей последней мыслью. — У меня не судьба, а сплошное разочарование…»

Глава 9

Дис.

Мама поставила мне ультиматум. Или я добровольно становлюсь ее перспективным преемником, покинув орден чакров и проведя остаток жизни в безопасности Ваара, или… Или она меня женит! И тогда все опять же пойдет по ее сценарию, поскольку ни одна женщина не согласится смириться с супругом в виде проходящего путь укрощающего жизни. Как я отреагировал? Даже не разозлился!

Ничего нового, манера родительницы принимать за всех решения и осуществлять их, с детства была мне привычна. И, скорее, только из-за этого я вступил в орден чакров, именно поэтому отправился в пограничье. А что до жены? Женщина рядом — это неплохо, но… попозже. Сейчас же, как ни старайся, мне таковую не подсунуть. Поэтому к угрозе отнесся с юмором, даже изредка доносящего на меня матушке Фрося дома «не забыл». Пусть будет, не стоит родительницу совсем уж до отчаяния доводить неизвестностью… В таком состоянии она непредсказуема!

Тем судьбоносным днем отдыхал дома. Устроившись рядом с энергоносной жилой, напитывался новыми силами и отходил от предыдущего, прямо скажем, непростого задания. Не все чакры с него вернулись… Настроиться на позитив и оставить трудности позади мне всегда помогала музыка. И в этот раз, неосознанным движением выудив из чехла ледус — миниатюрный ручной музыкальный инструмент, подул в него, создавая любимую мелодию. Именно она могла развеять тоску внезапно накатившей грусти и одиночества. Путь чакра труден. Мы защищаем, мы встречаем беду первыми, мы несем ответственность за тех, кого обещаем защитить, мы теряем товарищей… Вся жизнь — сплошной бой. Изнуряющий, изматывающий, на грани смерти. Но кто-то должен делать это, кто-то должен обладать силой и брать ответственность на себя, встречая зло. И отвечать за свой выбор…

В такие моменты всегда испытываешь чувство одиночества, желание разделить с кем-то душевную тяжесть, потребность в близком существе рядом. Размышляя об этом, играл, играл то, что просилось. Что рвалось из глубин души, то, что я вряд ли способен был облечь в слова. Играл о том, о чем мечталось…

И неожиданно почувствовал вибрацию ткани мироздания. В приграничье она очень тонкая, от того более чувствительная. Практически сразу прямо на стене передо мной отобразилась дверь, заставив меня потрясенно замереть, не веря собственным глазам. Она рывком раскрылась, и, неловко плюхнувшись, на пол упала девушка…невысокая, стройная, с непривычно короткими волосами, что едва касались плеч и карими глазами, испуганно поблескивающими на лице. Иномирянка! Ко мне? Не может быть! Но она открыла дверь именно туда, где находился я… и больше никого!

Конечно, первым делом подумал о маме и ее обещании. На фоне того чего я сегодня чудом избежал… Фрось, конечно, успел донести… вот она и «отреагировала». Но как? Я знал ее возможности. Давно стал сильнее, поэтому знал… И понимал, что устроить появление девушки родительница не могла. Ну, никак! Однако сделала…

Девушка меня взбесила. Сам факт ее появления, как следствие вмешательства родительницы — возмущал! Настолько откровенно давить она еще не пыталась. И иномирянка раздражала непонятливостью, испугом и… странностью. Девушка одновременно и приковывала мое внимание, и изумляла. Она словно слепая шарахалась от всего и боялась.

«Отведу ее к Старшим, — сразу решил я. — До вечера время есть, определят, кому ее отдать…»

И как не жаль было расставаться с этим ожившим чудом, но иного выхода у меня не было. Мое время еще не пришло, да и подчиниться интригам матушки я был не готов. Поманил наружу… Увы, увидев мою трансформацию, девушка перепугалась окончательно и вновь скрылась в моем жилище с явным намерением не покидать его никогда!

С грустью взглянув вниз — в бездну миров, я понял, что так просто все не получится. Или кто-то лишится такого шанса на пару — новый мир ее еще не принял. И обеспечить «принятие» придется мне…

Бег времени ощущал кожей, до последнего, приглушая злость, пытался ее уговорить. Не смог… Пришлось спасать единственным возможным в данных обстоятельствах способом — кончить в нее. Я с самого начала не сбрасывал этот вариант со счетов, едва понял, что сразу передать девушку другим не получится. Поэтому не позволил вкусить пищи Ваара, намеренно оберегая ее от угрозы зачатия. Но даже отсутствие последствий облегчения не вызывало. Я был зол на своенравную родительницу, в итоге выместив злость на девушке. И не был нежен… даже внимателен. Тем более что она своей отчаянной несговорчивостью не оставила мне шанса.

«И ладно! — еще больше ожесточал себя. — В любом случае она пришла не ко мне… на самом деле. Ведь это невозможно!»

Так, распробовав девушку, испытывая недовольство от мысли о том, что уже завтра она станет супругой одного из старших, решил… продолжить наслаждаться ее телом. Матушкиной затее осуществиться не дам, но и когда еще рядом такая соблазнительная особа окажется?.. Чувства девушки меня по большому счету не волновали, специально не думал о них. Ведь она была тем искушением, что было призвано заманить меня в ловушку. А значит — никакой жалости к ней.

«Сосредоточусь на более приятном», — выкинул я все сомнения из головы, подминая под себя Машу.

Но удача мне не благоволила — ведомый ревностью и жаждой обладания (сам бы был таким на месте того, кому предназначили иномирянку!) в этот момент ко мне явился один из старших чакров. Уже завершивший свой путь укрощающего жизни. И пришел он за ней… за девушкой, что из лабиринта судьбы открыла сегодня дверь ко мне! Как жестоко было со стороны матери поступить так — подарить чудо, которое отберут мгновенно… Но это было в ее стиле.

«Тем более что я обязан отдать ее только утром! — уцепившись за мысль, внезапно решил не уступать. — Свое возьму!»

Как же обидно было понимать, что Маша — лишь приманка.

Прежде чем обернуться к гостю, я непроизвольно скрыл Машу, так и оставшуюся лежать в моей постели, от глаз мужчины.

- Женщина из другого мира вошла к тебе? — старший чакр пришел с конкретной целью. — Ты ее оставил?

— А что я еще мог сделать? — не сдержался и дал ему понять, что он уже не станет ее первым мужчиной в этом мире.

— Кормил ее? — естественно, чакра беспокоили последствия.

— Да… — я вновь не сдержал потребность причинить ему душевную боль.

— Чужим? — его голос дрогнул.

Мне не хотелось признаваться, но солгать я не мог:

— Да…

Гость облегченно выдохнул.

— Покажи ее! — сразу приободрился он. — Думаю, она достанется мне. Завтра решат, но я, узнав о ее появлении, решил наведаться к тебе раньше.

«Счастливчик! — ощущение протеста разъедало мне душу. — Он сможет наслаждаться этой женщиной всегда».

Но отказать я права не имел, поэтому, оттянув рукой пелену скрывающего света, открыл Машу взору чакра. Он сразу устремился к ней, напугав…

— Что с ней? — старший чакр недоуменно оглянулся, ища объяснения у меня. Да, такие робкие и несведущие женщины попадали к нам редко. Она пришла из далекого мира!

— Мерзнет, — пояснил я факт, немало изумивший и меня. Дело в том, что наш мир всегда создавал для каждого оптимально комфортные условия жизни. Холодно точно не было никому, но Маша мерзла… Я еще не успел вдуматься в этот факт, отвлеченный размышлениями о коварстве родительницы. А вот гость определенно сделал какой-то вывод, судя по прервавшемуся на миг дыханию, потрясший его.

— Что ты видишь? — резкий вопрос был адресован Маше, удивив меня. Он же не думает…

Девушка испуганно, сжавшись в комочек, посмотрела на мужчину.

— В смысле? — едва слышно шепнула она.

— Что тут? — старший чакр ткнул пальцем на энергетическую жилу, обязательную в любом жилище Ваара.

— Костер… большой, — ответ Маши заставил уже меня замереть. В своем злобном слепом гневе я не подумал о том, что она может в самом деле… прийти ко мне!!! И тогда мир она будет видеть иным… Если она не прислана матушкой.

— А тут? — в тоне гостя было разочарование, кажется, он о такой вероятности подумал сразу.

— Стена пещеры… — ох! Она не видит! Не видит!!! Я был в шоке… Я не мог поверить собственным ушам.

— Не согласен! — старший чакр резко обернулся ко мне, пылая лютым взглядом. Один миг — и мы поменялись местами. Один миг — и у меня появился повод не отдавать ее никому! — Ты научил ее сказать так.

Яростно качнул головой, отрицая.

Но сразу дал ему понять, что не дам ему заявить права на девушку! Не позволю, пока не разберусь во всем сам. Пусть ситуация и была невероятной, но за последние минуты приняла такой оборот… Жизненно важный для меня!

Машу с ним сейчас не отпущу. Но старший чакр уже увидел ее, и отступать не собирался! Как я его понимал.

— Выйдем? — призыв прозвучал ожидаемо.

— Уверен? Я-то, в отличие от тебя, не в запасных хожу… — вот все и решится, хоть повод выплеснуть свое раздражение…

Но я себя переоценил… успел понять это в тот момент, когда обессиленным и слабым падал в бездну вечности. Старший чакр оказался или более опытен, или более мотивирован, но… я проиграл. И сейчас умру! А Маша достанется ему…А он — чудовище!

«Нет!» — хотелось кричать, не веря. Ведь все было не так… я знал! Но я погибал, не сумев защитить свою иномирянку.

Неожиданно почувствовал вибрацию ткани мироздания. В приграничье она очень тонкая, от того более чувствительная. Практически сразу прямо на стене передо мной отобразилась дверь, заставив меня потрясенно замереть, не веря собственным глазам. Она рывком раскрылась, и, неловко плюхнувшись, на пол упала девушка… Иномирянка! Ко мне? Не может быть! Но она открыла дверь именно туда, где находился я… и больше никого! Дверь из лабиринта судеб.

Конечно, первым делом подумал о маме и ее обещании. Именно она подстроила появление иномирянки! Эта девушка — приманка в ловушке, что подготовили для меня. И если я проявлю слабость и сомнения — она захлопнется!

«Отведу ее к Старшим, — сразу решил я. — До вечера время есть, определят, кому ее отдать…»

И, как не жаль было расставаться с этим ожившим чудом, но иного выхода у меня не было. Мое время еще не пришло, да и подчиниться интригам матушки я был не готов. Поманил наружу…

Увидев мой оборот, девушка испугалась. Я прекрасно видел по дрожащим губам, побледневшему лицу и судорожной оторопи, чего ей стоило удержаться на месте и не убежать. А тем более сесть на моего варана верхом и устремиться вверх по отвесной скале… Чувствовал ее тело, распластавшееся по чешуйчатой спине моей второй ипостаси, ее руки, мертвой хваткой обхватившие шею, ее судорожное прерывистое дыхание. И слышал ее сердце, звучащее для меня особенно… как-то музыкально, хотя и явно учащенно. Сам не понял, что шевельнулось в душе за те мгновения, что мы добрались до верха. Не осознал, почему так трудно было выпустить ее руку, отдавая другим. Не разобрался, отчего так сжалось сердце предчувствием боли, когда едва стоявшую на ногах от страха девушку уводил один из Старших, что получил на нее права. Она споткнулась в своих нелепых многослойных одеждах, когда уже муж подтолкнул ее вперед, и оглянулась… С отчаянием и мольбой о помощи во взгляде. Но что я мог? Я плохо знал того чакра, что получил ее, но он мне интуитивно не нравился. Девушку было жалко. Она стала жертвой интриг моей матушки. И теперь была недоступна для меня.

Взгляд, перевернувший мою душу. Он снился мне потом, лишая сна и отдыха. Сводя с ума и высасывая силы. О ней я больше не знал ничего, но чувствовал… что ей плохо…больно. И сам томился этой болью, чужой мукой и беспросветным отчаянием. Работа не помогала забыться, я, как одержимый, брался за все, отправлялся туда, откуда не возвращались. Этот взгляд преследовал меня, снедая виной и… разочарованием. И чем дальше, тем хуже становилось…

Я был уже одержим мыслью найти эту девушку, хотя бы просто увидеть ее. И однажды, не совладав с собой, выскочил из жилища. Что-то словно тянуло, звало… Задрав голову, скользнул взглядом по черным отверстиям зиявших проходов в жилища наших и… увидел ее! Несмотря на расстояние, узнал мгновенно, почувствовал сердцем, душой…

Хрупкая фигурка обнаженной девушки лишь на миг замерла на самом краю обрыва и… сделала шаг вперед, нырнув в бездну. И словно душу вытянула из меня, утянув ее за собой. Задохнувшись накатившей невыносимой болью, вдруг понял, кем стал. Пустой оболочкой самого себя! Я прозрел, но как же поздно… Мой шаг в пустоту ощущался неотвратимым. Падая, понимая, что погибну, испытал облегчение…

«Нет!» — хотелось кричать, не веря. Ведь все было не так… я знал! Но я погибал. И Маша погибла!

И еще с десяток подобных сценариев развития наших отношений. И всегда один конец — моя гибель и ее, в лучшем случае, мучения. И всегда одно начало… Вновь и вновь я изначально воспринимал ее как навязанное родительницей условие, всегда сразу лишая ее своей веры, доверия и… помощи!

И терял, слишком поздно осознавая всю значимость этого подарка судьбы. Чуда!

Предназначенного мне…

«Так ли важно, с чьего посыла она пришла ко мне? — вдруг понял я. — Просто спасибо, за то, что пришла! Гораздо важнее, что дальнейшую свою судьбу мы способны создать сами, без оглядки на кого-либо… И вдвоем!»

Только тогда у нас есть шанс выжить — это знание снизошло свыше. Мы — счастливый билет друг друга в этом суровом мире приграничья. Она — залог моей жизни и счастья, а я — ее! По отдельности мы погибнем, а вместе… вместе преодолеем все. И даже смерть нам не страшна. Просто потому, что мы — судьба друг друга. А судьба не дарит таких подарков тем, кто не сможет ими насладиться…

— Ди-и-ис!!! — казалось, крик продрался ко мне сквозь толщу вод, казалось, я услышал его сердцем, а не ушами. Крик Маши! Отчаянный и обреченный…

Мне неимоверно трудно было откликнуться на него — тело сковывало вязким страхом и безнадежностью. Но я должен был, НАКОНЕЦ, спасти ее! Она впервые молила об этом, звала…

Со сверхъестественным напряжением я рванул… сам не понимая куда. Куда-то, где была она! И, кувыркнувшись в сторону, неожиданно все понял. Мои глаза закрыты, а все эти ужасы — лишь бред очередной иллюзии! Какой-то кошмар моего подсознания. Распахнув их, сразу вспомнил, что мы попали в палящий ад и… увидел Машу! Девушка, сжимаясь все сильнее, оседала под давлением нависавшей над ней оскаленной морды пустынного тарна — самого гигантского и опасного хищника этого мира.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… не надо, — умоляюще шептала она, зажмурившись от ужаса.

Я вновь терял Машу! И уже сам не понимал — реальность это или кошмар.

Глава 10

Шансов не оставалось. Единственной моей надеждой на спасение был колдун, но достучаться до него не выходило — незримая преграда разделила нас. Мне уготовано было стать обедом чудовища, а Дису… Если судить по тому, как его корежило, то ему тоже было несладко.

Монстр впечатления иллюзии не производил — зловоние из пасти, капающая на песок слюна и плотоядное рычание не оставляли сомнений в его реальности. Или в его способности меня сожрать, если угодно!

Сердце уже не колотилось, как безумное, выплескивая в кровь дозы адреналина, наоборот, оно, словно тоже готовясь замереть навсегда, пропускало удары, отбивая ритм через раз. В каком-то отчаянном полуинстинктивном порыве я закричала, пытаясь в последней попытке дозваться мужа:

— Ди-и-ис!!!

Но монстр лишь приблизился плотнее, заставив меня в ужасе сжаться возле самой земли. Зверюга (если можно так обозвать кровожадную волосатую гору мяса с острейшими клыками!) явно уже примерялась к тому, как можно заглотить меня на раз. Я зажмурилась, понимая, что смерть моя будет чудовищной. Увы, я не Лара Крофт, а обычная рядовая учительница музыки, и все, что я могла сделать в данных обстоятельствах, так только молить высшие силы о помощи:

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… не надо, — в отчаянии шептала я, понимая, что смерть неизбежна. И я даже уже была на нее согласна, зная, что она оборвет мои мучения, выдерживать которые не было уже никаких сил, и избавит от адской боли обгоревшее на солнце тело.

Бросок чудовища я почувствовала по стремительно накатившей волне особенно тошнотворной вони из его нутра, но одновременно с этим резко рухнула назад, выпадая с траектории его атаки. Жуткие челюсти смачно захлопнулись в паре сантиметров от моих, при падении назад взлетевших вверх, ног и монстр разочарованно взревел!

— Маша, не двигайся, — крик Диса!!! Слава Богу… успел. Не знаю как, но успел.

Дальнейшее случилось за пару минут! Вспышка оранжевого пламени и чудовище превратилось в гигантский факел, с ревом боли устремившимся от нас. Я толком ничего и сообразить не успела, как его и след простыл. С трудом перемещаясь на дрожащие от пережитого ужаса ноги, обернулась к мужу. Незримой преграды не было. Вместо нее на песке лежал Дис. И я могла легко коснуться его.

Чувства благодарности, облегчения и отчаяния переполняли. Уже не думая ни о чем, закрыла лицо руками и заплакала. Ну непосильно для моего сознания рядовой девушки из совершенно другого мира переживать все выпавшее на мою долю! Сил не осталось, я готова была лечь и тихо сдаться. С чем предстоит бороться в следующую секунду, и думать не хотелось. А Дис… он стал в этом мире для меня своеобразным якорем, чем-то единственно надежным. Тем, у кого я могла искать помощи, рассчитывать на поддержку. Учитывая, что возвращение в прошлую жизнь для меня недоступно, колдун с оранжевыми глазами стал для меня… единственным близким существом! Истинно важным, значимым и дорогим сердцу. И я поняла это сейчас отчетливо. Больше того — я осознала, что люблю его и боюсь потерять больше собственной жизни!

— Маша? — осторожно, явно опасаясь причинить моей обожженной коже еще больше боли, муж меня обнял, прижимая к себе. — Маша!

В последнем его возгласе мне почудились нотки отклика на собственные душевные переживания. Он словно умирал от облегчения, обнимая меня, ощущая живой… Я так точно в душе прыгала от счастья, радуясь уже тому, что мы оба живы, что он рядом.

— Что нам делать? — с трудом шевеля спекшимися губами, с каждой секундой ощущая накатывающую слабость от солнечного удара, забормотала я. Слезы высохли. Миг облегчения прошел — наше положение не изменилось к лучшему.

— Сейчас все исправим! — сила убежденности, звучавшая в голосе мужа, изумила, заставив поднять на его лицо вопросительный взгляд.

Дис выглядел до предела сконцентрировавшимся, словно погрузившимся в себя. Он присел на корточки рядом со мной, слегка придерживая пальцами за плечи. Его глаза светились особенно ярко! — Должен быть способ защититься от этих наваждений! Мы сможем защититься… мы должны!

Испугав меня, внезапно померк свет. В страхе вцепившись в мужа, я замерла, вслушиваясь в темноту. Она таяла медленно, постепенно истончаясь и серея, блекла, рассеиваясь светом и отступая. И вот уже вокруг… та самая поляна в окружении деревьев-великанов. И нет обжигающих лучей солнца…

Едва подумала о них, как руки мужа заскользили по моей коже, снимая боль и исцеляя.

— Как?! — опешив, я неверящим взглядом всматривалась в лицо Диса.

— Вдруг понял: или я попытаюсь что-то сделать и справляюсь, пусть даже на пределе своей силы или… все, — он был собран и серьезен, встретив мой взгляд открыто. И вновь обхватил мои ладошки руками. — Маша, хочу, чтобы ты знала — ты всегда можешь не сомневаться во мне, быть уверена, что я помогу, смогу защитить! Понимаешь?

Дис пытливо вглядывался в мои глаза, ища там ответ… обещание. Я кивнула, сама испытав облегчение. Надежное плечо было именно тем, что мне сейчас необходимо. Смутившись, взгляд отвела, озираясь вокруг. И увидела шкуру, совсем рядом валявшуюся на желтоватой траве. Сразу осознав, что мы так и сидим рядом совершенно голые, высвободила одну руку и потянулась к меху.

— Маша… — муж перехватил мою руку, — скажи — тебе трудно привыкать к… другому миру?

Почему-то у меня осталось ощущение, что он хотел спросить про себя. Осторожно подняв взгляд, встретила серьезный взор оранжевых глаз — определенно, мужчина как-то изменился… Вернее, изменилось его отношение ко мне, угол внимания, что ли. Он почти не спускал с меня глаз с того мгновения, когда мы избежали смерти. И меня не покидало ощущение какой-то его уверенности, внутренней решимости!..

— Очень! Ты не подумай, что я жалуюсь или что такая вся изнеженная, но у нас совсем иначе жизнь складывается, — и вздохнула, вспомнив первобытную пещеру, дичь, что жарила ему на обед на костре. Как тут объяснишь?

Муж задумался, однако моей ладони не выпустил из рук. Его пальцы словно невзначай пробегали по рисунку на внутренней части ладошки. Неожиданно он решился на вопрос:

— Как ты считаешь, сможешь свыкнуться с моим ящером? — в его взгляде застыл вопрос. Определенно ответ был важен для Диса.

Я осторожно, немного нервно сглотнув, попыталась объяснить:

— А не страшно, что мы сейчас так разговариваем тут? Опять ничего не… случится? — Дис уверенно качнул головой, давая понять, что этого можно не опасаться. — Ну, раз так, то я не знаю. В тот раз — первый, было страшно. Но у нас такой жути не водится, а если и водится, то не там где я жила. А сейчас я немного освоилась и… надеюсь, что страх свой сдержу. Давай попробуем снова?

Колдун с неожиданной радостью кивнул:

— Спасибо, что согласна! И помни главное — вреда я тебе не причиню. Ни случайно, ни намеренно. Мое животное пусть и большое, но разумное и ловкое. Оно опасно для других, тебя не тронет!

Уф! Надеюсь, что так!.. Когда Дис встал, явно намереваясь обернуться вараном, я рефлекторно зажмурилась, собираясь с силами. Ну… была не была. И глаза открыла. Зверюга уже была рядом. Высоченный и мощный темного цвета ящер (а я сидела, и в таком положении он был даже немного выше меня!) стоял совсем рядом — на расстоянии вытянутой руки! И я, глубоко вздохнув и мысленно уговаривая себя оставаться на месте, руку протянула, стремясь коснуться чешуйчатого бока варана.

Зверь развернул ко мне морду, его ужасающий раздвоенный язык скользнул наружу, но больше всего меня поразило не это. А его взгляд — осмысленный и… добрый! Уже гораздо смелее, осознав, что Дис где-то тут, глубоко внутри зверя, что он не бросил меня, как и обещал, потрогала чешую.

Она оказалась жесткой, очень гладкой и неюожиданно теплой… Мне почему-то вараны виделись холоднокровными.

И тут же сердце замерло — это животное изменило положение, слегка развернувшись и словно обвив своим телом меня: боком вплотную подступив ко мне, тяжелым хвостом плавно обернулось вокруг, одаривая своим теплом и… позволяя почувствовать себя в безопасности! Через такую махину до меня попробуй, доберись!

Мысль принесла успокоение: между невозможностью перебороть свой страх и чувством безопасности я уверенно выбирала второе.

«Настоящий мужчина должен быть немногим лучше обезьяны! А у меня будет немногим лучше варана! Не смертельно!» — внезапно пришла я к согласию с собой. И чего боялась?.. Если он обо мне, как о бифштексе, не думает, то пусть будет кем угодно! Могло ведь быть и хуже… тушканчик там… или гигантский скунс! Фу-у…

Уже гораздо увереннее я подняла руку и провела ладонью по спине своего монстрика. А что? Если муж окажется тираном, всегда можно будет честно ему сказать, что он чудовище!

Словно уловив мою прорезавшуюся храбрость, «зверюшка» осторожно, даже ласково, потерлась о мое тело шеей, а потом и вовсе прошлась по моим бедрам своим юрким раздвоенным язычком! Не успела я потрясенно опешить от столь нестандартного приставания, как неожиданно мягкий кончик его хвоста шевельнулся и… двинулся к моей груди! Растерявшись, я рефлекторно шлепнула по нему ладонью.

— Кыш, бесстыдник! — даже шикнула вслух.

Варан вновь одарил меня лукавым взглядом и… смиренно лег у моих ног! Вау! Действуя по наитию, я тут же подхватила с земли шкуру и накинула ее на спину ящеру. Картина девушки, передвигавшейся на спине животного, отчетливо запечатлелась в моей памяти! Зверь одобрительно заурчал, подвигнув меня на самый смелый шаг — сесть верхом! Что поразительно — мне уже не было страшно, и не смущала собственная нагота. Мир стал раскрепощённее…

Стоило устроиться верхом, как ящер плавно поднялся и сделал несколько осторожных шагов. Мне было удобно! Более того, не страшно… Осторожно, стараясь не оцарапать кожу о жесткую чешую, я легла на спину ящера, по максимуму обхватив его руками за шею. Словно только этого и ждал, зверь тут же закрутился на одном месте, потом прыгнул в одну сторону, в другую… Страшно не было. Присутствовало отчетливое понимание — это Дис! И он для меня не опасен.

Ящер остановился и вновь плавно опустился на землю, приглашая меня слезть. Что я и сделала, хотя и с толикой сожаления — Диса так не потискаешь… Мне пока смелости на это не хватало. Впрочем, совместная поездка впечатлила не только меня. Едва рассеялись всполохи оранжевых искр, как прямо перед моими глазами возник обнаженный и очень возбужденный муж! Если учесть, что я расслабленно присела на отброшенную на землю шкуру, то его стоящий член был прямо у меня перед глазами. Очень впечатляющего размера и очень «скучающий» по мне…

В итоге только и успела, что потрясенно округлить глаза, как оказалась уже лежащей на спине.

«Опять кажется?» — настигла паническая мысль.

— Дис, стой! А если… забеременею? — про его маму и всю произошедшую передрягу я еще помнила!

— Не переживай! — успокаивающим движением коснувшись моих волос, отозвался муж. — Это больше не имеет значения!

«Почему?!! — но произнести вопрос не дали губы мужа, поймавшие мое дыхание и закрывшие мне рот поцелуем. — Конечно, это не ему становиться мамой в первобытной пещере…»

Глава 11

— Дис, объясни мне, что происходит?

Я лежала на шкуре, укрыв тело одним ее концом и положив голову на плечо расположившегося рядом мужа. И чувствовала, что он расслаблен и спокоен! Но разве подобное возможно в наших обстоятельствах?!

— Скоро выберемся!

Уверенность в голосе Диса совершенно сбила меня с толку. Озаренная внезапной мыслью, я вскочила на колени и вцепилась в его плечи:

— Очнись! Мы снова в ловушке!!! Это обман, новая иллюзия… — сомнений не было, ведь не мог он быть так беспечен!

Колдун лишь улыбнулся и, сверкнув отблеском озорства в оранжевом взоре, успокаивающе коснулся моей груди.

— Нет, это не иллюзия.

— Почему ты так уверен? — я не спешила соглашаться.

— Потому что магия этого места больше не властна надо мной. Я чувствую это.

— О чем ты? — насторожилась я еще сильнее.

— Все просто. В эти реальности затягивает не просто так и не каждого. Они своеобразные чистилища Ваара. Я как-то раньше не придавал особого смысла этим слухам — не сомневался, что добровольно сюда не полезу. Тут или ты разберешься в себе, осознаешь потаенное и недоступное, или… нет. В последнем случае — проведешь остаток дней в муках иллюзорных мучений и испытаний. И, знаешь, я только сейчас понял истинный смысл чистилищ! Прочувствовал…

Я невольно охнула, представив себе остаток жизни в той жуткой темноте с липкими ладонями…

«Это что же, мой самый жуткий страх — это насилие? Или, вспомнив прочие испытания, неминуемая смерть в случае расставания с Дисом?» — мелькнула шальная мысль.

— А я?..

— Ты, наверное, тоже. Это только ты можешь знать, чувствовать…

Начало прозрения!

— Но мы же все равно тут? — радостного оптимизма мужа я не разделала. — Или ты знаешь, как выбраться?

— Знаю, — с серьезным видом кивнул муж и совсем уж удивил пояснением. — Попросить помощи.

— У чакров? — я воспрянула духом, говорила же ему уже об этом варианте. Но неплохо, что и сам дозрел!

— У матери моей, — теперь в шоке замерла я, заново заволновавшись, что это все же иллюзия. И пусть душа отчаянно протестовала, но не может же Дис это в самом деле сказать?..

— У… твоей? — на всякий случай уточнила я.

Дис кивнул.

— Но… ты… вы… не ладите… — запнувшись на полуслове, я смутилась.

— Говорю же тебе — я смог осознать, что важно, а что — нет. И уверенно понимаю, что моя неуступчивость в отношениях с родительницей принесет мне мало утешения в случае твоей гибели… нашей, — я неверяще распахнула глаза и затаила дыхание! — А попросить маму о помощи… Это не так уж и трудно, и вовсе не станет признаком моей слабости, а даже если и станет для кого-то… мне неважно! Важнее другое. И теперь я это знаю.

Ох! У меня не было слов. Слова не мальчика, но мужа.

— Ты решил помириться с мамой?

— Скорее примириться, — хмыкнул Дис.

— А как ты с ней свяжешься?

Муж вскинул руку, на миг сосредоточился и тут… на нее со всех сторон с земли полетели хлопья пепла, мгновенно трансформируясь в ту самую злополучную цепочку!

— Вот через нее и свяжусь. А снаружи вытянуть нас отсюда легко! Ты готова вернуться?

Изумленно потерев лицо ладонями, все еще не веря собственным ушам и опасаясь зарождения неоправданной надежды, немного нервно закуталась в шкуру и… кивнула. Глаза мужа мгновенно засветились яркими оранжевыми всполохами, а сам он словно погрузился в транс. Я сидела молча и наблюдала за ним, изредка бросая взгляды вокруг. Не верилось, что вот сейчас опять чего-нибудь не случится…

Но поляна выглядела умиротворяюще: солнечно, желтоватая трава лениво колыхалась под дуновением едва приметного ветерка, деревья-великаны все так же окружали ее. А на одном из них висели те самые плоды, один их которых я съела…

«А ела ли я его на самом деле? Или это тоже была иллюзия? Или страх?.. А может, подсознательное желание? Ребенка хочу…» — ух, вот это мысли приходят в голову!

И в этот миг свет в глазах померк, заставив меня конвульсивно вцепиться в мужа. Началось!

«Неужели прямо к свекрови? — только и успела с ужасом подумать я. — Голая, немытая и голодная — хуже ситуации для знакомства не представить! И какой мир, значения не имеет!»

Опасения оказались напрасными! Когда темнота вокруг рассеялась, я обнаружила нас стоящими на выступе рядом с входом в нашу пещеру! Поразившись тому, как дрогнуло сердце (уже дом, в который не чаяла и вернуться!), обернулась назад. Бесконечная гладь океана простиралась вокруг. Но страха, того панического ужаса, что испытала, выскочив сюда в первый раз, не было… Привыкаю? Мир принял меня? Или я его?..

Перевела взгляд на мужа и… вздрогнула. Он был одет! Почему-то я уже так свыклась с его обнаженным видом и естественностью, с которой он к этому факту относился, что… была не готова увидеть его облаченным во что-то. Пусть и в простые облегающие брюки и длинную несуразную рубаху. Во взгляде Диса мелькнула усмешка.

— Готова? — почему-то спросил он.

Я неуверенно кивнула, начиная понимать, что изменились не только мои ощущения. Уже сделав первый шаг, сообразила, что тоже одета! И более того — даже обута… Подобно мужу… Но как?!! Идти вперед было страшновато, уже не представляла, что может ждать там… Когда муж взял меня за руку и сделал шаг вперед — в темное нутро пещеры, я непроизвольно зажмурилась.

Глаза открыла уже в пещере. Ой!

— Что ты видишь? — муж впился в меня взглядом, нетерпеливо теребя за руку.

— Все совсем другое… — выдохнула в ответ.

Испытывая неимоверную растерянность, медленно скользила взглядом по… пещере. Хотя какая пещера?! Ничего о ней в этом огромном помещении не напоминало… Это было… что-то невероятное. Какой-то хаос из всевозможных жилищ, представления о которых только могли родиться в моей голове. Куда не посмотри — калейдоскоп из новых «интерьеров». Ужас! Тут — кусок рубленного деревянного дома с прочным столом и удобными стульями, там — какая-то космическая кровать и экран, транслирующий звезды снаружи (кажется, в каком-то фильме видела!), здесь — кусочек гостиной, словно с картинки из мебельного каталога. И стоило отвести глаза, все менялось: на месте деревянной столовой — группы странных пестрых образований, парящие в пространстве, словно в невесомости, а там, где миг назад располагалась космическая кровать, теперь плескался куб с лиловой жидкостью, совершенно лишенный видимых границ…

«Мамочки…»

— Поясни? — Дис отвлек меня от созерцания безумия вокруг. — Что тебя так напугало?

— Все как-то… слишком изменчиво и непонятно, — растерянно тряся головой, призналась мужу.

Дис облегченно выдохнул и рассмеялся.

— Маша, сосредоточься на том, что хочешь сейчас больше всего.

— Кушать хочу! — тут сомнений не было.

И стоило мне определиться, как совсем рядом возникла кухня моей мечты! Не шучу. Именно о такой я думала, рассматривая последний каталог IKEA! Но обнаружить ее в другом мире, да еще в бывшей когда-то первобытной пещере, я не ожидала. Шагнув вперед, крутанула кран мойки — вода полилась… Нажала кнопку — подогрев конфорки активировался. Сглотнув, шагнула к холодильнику. Он оказался полным еды! Привычной мне.

— Класс! — только и смогла выдохнуть я, оборачиваясь к мужу, что с интересом наблюдал за мной, оперевшись бедром о столешницу. — А ты видишь то же, что и я?!

— Вряд ли, — Дис слегка улыбнулся. — Но Ваар соотносит наши представления о реальности, так что если ты лежишь в кровати, я ее тоже вижу, но по-своему. Хотя я, используя свою силу, способен увидеть все и «твоими глазами». Как раз сейчас рассматриваю… Интересно очень!

— А почему я сначала видела пещеру? Что-то сейчас изменилось? Твой мир меня принял? И светло так…

— Скорее ты приняла его. Частью Ваара ты стала… э-э-э…когда в первый раз отдалась мне.

— Хорошо, что напомнил, — хмыкнула я, энергично перетаскивая поближе к плите и сковородке все необходимое для большой и сытной яичницы, — надо тебя стукнуть за тот раз! Напугал меня до заикания.

— А ты представь, что я испытал! — Дис вдруг шагнул ближе, обнял и посмотрел прямо в глаза. — Ведь ничто твоего появления не предвещало… И вдруг… жена! Которая еще и не положена. Я был в таком состоянии, что не мог понять, что предпринять. Тем более ты делала все из возможного, чтобы усложнить для меня ситуацию. Шла к гибели самым прямым путем, не оставив мне и шанса…

— Получается, жена тебе не нужна, и произошедшему ты не очень-то и обрадовался? — я напряженно застыла на месте, ища ответ в оранжевом взгляде.

— Не получается… — муж был очень серьезен. — Но я сам только в чистилище это понял. Мне не хватало… тебя. Давно! Но я не осознавал, почему тоскую. Не осознавал, что невольно ищу… жду… любви. Семьи, самого близкого существа рядом.

— Ох, — я забыла про яичницу, прижимаясь щекой к груди Диса и счастливо жмурясь. И призналась: — Знаешь, я тоже тосковала… по любимому. По мужчине, которому была бы действительно важна и дорога. И думала уже, что нет такого в нашем мире. И верить перестала. А он вдруг нашелся в другом… Хотя мечтать себе не позволяла, разочаровавшись. И не представила бы подобного…

— Тебя однозначно не моя мама подослала, — с окончательной убежденностью фыркнул муж.

— Ты спятил? Я мамы твоей в глаза не видела… — опешила я. — А одежда? Это как с пещерой, да? Я сама себе навоображала всяких ужасов, вот их и получила.

— Конечно! — муж поцеловал меня в нос. — Но теперь, видя, как все у вас отличается, я могу тебя понять. Но сказать тебе сразу я не имел права, сначала ты должна была сама принять новый мир, обрести равновесие в душе. А ты все цеплялась за старый: и одежда, и мыло, и что там еще?

— А свет?

— Свет, — муж улыбнулся. — Это направление, указатель! Он светит любой паре в нашем мире, и тем ярче, чем более верно они поступают. И потухает у тех, кто перестает идти одной дорогой. Это тоже особая магия Ваара — созидание.

— А я увижу Ваар твоими глазами? Настоящий?

— Да, со временем. Постепенно в твою картину мира будут добавляться и мои «варианты». Так проще адаптироваться — со всеми иномирянками так происходит. Хотя многие из миров, похожих на наш, и быстро осваиваются.

«Черт! По закону подлости Ваар окажется чем-то вроде того куба с лиловой жидкостью…» — попой почуяла я, одновременно порадовавшись, что моя «реальность» остается со мной. Все же магия — это вещь! Вот только…

— По родным я все же буду скучать, — озвучила я грустную мысль.

— Мы можем навещать их, — осчастливил меня Дис окончательно. — Пока я не пройду свой путь укрощающего жизни или не погибну, для меня доступно перемещение в иные миры. Я смогу иногда отправляться в твой, и брать тебя с собой.

— Спасибо!!! — я даже подпрыгнула в кольце его рук. — Это было бы невероятно здорово!

А если надеть на него солнечные очки, спрятать косу в капюшон, и еще чуток «подретушировать» — он сойдет за своего парня и на Земле!

— Ты не будешь требовать, чтобы я покинул орден чакров? — теперь едва не прыгающим от радости выглядел Дис.

— Нет! — удивилась я. Зачем лишать мужчину дела, которое ему явно близко по духу. А что до опасности… И у нас многие женщины, отпуская мужей на работу, не всегда могут быть уверены, что они вернутся. Военные, полиция… Да что там опасности — люди от сосулек гибнут. Судьба, одним словом! — Никогда.

— Мне кажется, — Дис определенно впервые делился чем-то настолько личным, — теперь есть ощущение, что твоя любовь меня защитит везде, будет хранить… Почему-то уверен, что пока ты у меня есть, я всегда буду возвращаться, потому что есть к кому… А значит, справлюсь со всем!

— Слушай, — я легонько пнула колдуна по коленке. Теперь он совсем не казался мне диким, страшным или ужасающим. — Ты мне сейчас в любви признался? Ведь так? И уверен?! Первая встречная ведь считай…

— Уверен! — муж с нежностью поцеловал. — А вот как так получилось, что именно ты и именно ко мне… не знаю. В приграничье вообще нельзя никому постороннему попасть, тем более женщине, но ты как-то попала…

— Кхм! — услышав постороннее покашливание, мы синхронно вздрогнули. Фрось! Оглянувшись на мешок, поняла, что ошиблась. Он был открыт, и говорила… мама Диса. — Ох, признаюсь тогда уж и я. Древний магический обряд провела, невесту тебе искала. Только думала, на Вааре ее найду, а не получилось ничего. Посчитала, что из-за приграничья не удалось, но тут Маша пришла…

«Омг…» — хотелось провалиться со стыда. Мы тут милуемся «в прямом эфире», оказывается! Хорошо, что не дошли до большего…

— Мама! — гневный рык Диса сообщил мне о том, что он так же негодует. — Это уже перебор. Придется тебя лишить возможности подслушивать. Все, с этого момента Фрось будет доступен лишь для общения в случае обоюдного желания!

— Стой! — я без страха ухватила мужа за руку, на ладони которой уже плескался оранжевый огонек. И зашептала ему в самое ухо: — Твоя мама нам жизнь спасла…

— Ага, сначала заманив в губительную реальность, — буркнул мужчина, однако огонек погас.

— Это от отчаяния! — покаянным тоном созналась родительница. — Иначе ты бы девушку совсем замучил, упрямец! А меня без внуков оставил. Весь в отца. Но я была готова вас в любой момент вытянуть.

«О-о-о…» — личность свекрови меня уже пугала! Это ж надо додуматься…

— Я тебя понял, — вдруг рассмеялся муж, — жди нас в гости… попозже!

И тут же двуличный мешок словно скрутило и вынесло куда-то наружу.

— Кормить сегодня будут? — Дис многозначительно покосился на разложенные на столе продукты, возвращая меня к «нашим баранам».

— Обязательно! — хмыкнула я и, подхватив со стола морковку, вставила в рот колдуну. — Жуй!

Утолив голод, мы отправились на прогулку! Моя первая поездка на варане по вертикальной стене огромной скалы навечно сохранится в памяти. И страшно, и кайфово одновременно! Замирающее от страха сердце и щенячий восторг от чувства почти полета… Впрочем, само приграничье меня разочаровало. Стоило нам оказаться на плоской вершине, как я слезла со спины своего варанчика и оглянулась. Всюду, насколько хватало взгляда, скалу окружала вода, исчезающая вдалеке в мареве дымки. Какой-то конец света…

— Я смогу в свободное время переносить тебя в другие миры… безопасные, или на Ваар, — понимая мои чувства, утешил муж. — Но тут не до красоты, тут приграничье… Женщины тут не живут, как правило. А мужчины приходят, лишь чтобы передохнуть и уйти на новое задание.

— Понятно, — кивнула я, уже радуясь домашнему «разнообразию». — Что ж, привыкну. Это не так страшно, как то, что мерещилось мне поначалу.

— Да, — кивнул муж, внимательно всматриваясь в мое лицо. — Когда две души поют одну песню, не так важно место, где эта песня звучит.

— Точно! — улыбнулась я, обнимая его. А он обнял меня. И так мы стояли долго-долго, полностью погрузившись в ощущения близости друг друга. А ветер трепал наши волосы, смешивая их и укрывая нас от всего мира. Мы были тут одни…

Эпилог

Когда вынужденно отправлялась в неизвестный мир, думала о многом. Опасалась худшего, но где-то глубоко в душе надеялась и на волшебную сказку — а вдруг?.. Что получилось в итоге? Что-то среднее… Ведь жизнь не может быть сказочно легкой, тем более в приграничье чужого мира, тем более когда твой муж один из чакров. Но и сказочных, наполненных волшебством взаимной любви и искренностью совместных переживаний, моментов в нашей жизни было немало.

Путь укрощающего жизни мой муж прошел до конца, посвятив этому делу без малого двадцать лет своей жизни. Нашей жизни! И это было непросто для него — знать, что несет теперь ответственность за свою семью, что, уходя, обязан вернуться. Не просто для меня — отпускать его каждый раз в неизвестность и ждать… Ждать и надеяться, что он справится и вернется ко мне… к нам. Он и возвращался. Не всегда «целым», дважды его приносили еле живого, и я немало сил отдала, выхаживая тяжелораненого мужа, но возвращался! Этот путь я прошла с ним вместе, стараясь поддерживать и помогать по мере своих сил и возможностей, отдавая Дису всю свою любовь, заботу и поддержку. А он неизменно — мне…

Посвятив себя мужу, заботе о доме, а потом и воспитанию детей, первое время большую часть досуга уделяла… общению с мамой Диса! Мы довольно легко нашли общий язык — она была неимоверно рада самому факту моего появления в жизни ее сына и возлагала на меня огромные надежды в связи с перспективой наследников! Именно во множественном числе…

Она через день умоляла осчастливить ее многими внуками, отчаявшись дождаться спокойной жизни сына. В остальном же свекровь оказалась очень полезна — рассказала мне все-все о Вааре, полностью подготовив меня к встрече с этим миром. Тем более что она не замедлила случиться, ведь уже через пару месяцев после нашего исторического возвращения из зоны иллюзий мы с Дисом отправились знакомиться с мамой. Лично! Признаться, у меня были опасения, что обратно нам не вернуться!..

Мое появление примирило мать и сына друг с другом, позволив нам наладить вполне сносное общение. И это очень пригодилось в будущем. Особенно, когда у нас появились дети. А случилось это через четыре года, после моего перемещения в приграничье. У нас появилась дочь… И совсем не такими страшными оказались роды и первые месяцы ухода за малышкой — помогала магия! Очень помогала… И муж, кстати, тоже.

И если свекровь многолетнее ожидание внуков безумно тревожило, то вот для нас эта отсрочка и возможность пожить только для себя стала настоящим подарком. Возможностью узнать друг друга, научиться доверять и в полной мере любить. А еще за это время мы дважды навестили мою семью и побывали не в одном интересном месте!

Спустя еще три годика появился и второй малыш — на сей раз сын. Свекровь наконец-то счастливо угомонилась и принялась строить масштабные планы на их взросление и последующую жизнь. Я удивлялась, муж недовольно морщился, но спорить с ней из нас никто не решался. Мы лишь хитро переглядывались, не сомневаясь, что в свое время определимся и обязательно учтем собственные желания наших детей! Толкать их на отчаянные меры мы точно не станем…

А в остальном… жизнь протекала бурно! Муж день за днем укрощал жизни тех, на чьем пути вставал, дети росли, наполняя нашу уютную и уже такую родную «пещерку» шумом и смехом, делали первые робкие попытки в смене ипостаси, а я смотрела на все это и думала…

«А как прошла бы моя жизнь, не случись этого выбора? Останься я на Земле? Чем она была бы?»

И отвечала сама себе: «Сплошным разочарованием!» — я сердцем чувствовала это.

И совсем не жалела, что моя жизнь в «волшебном» мире сложилась так суетно и по-женски прозаично. Главное ведь — обрести счастье и мир в душе, а не сокрушить армию зла и спасти Вселенную.

— Маша? — муж неслышно приблизился сзади и, проследив за моим взглядом, прикованным к шалившим детям, шепнул, обнимая и прижимая спиной к себе. — Я на неделю свободен в связи с травмой. И есть предложение — отправиться вдвоем на это время в какой-нибудь потрясающе прекрасный и тихий мир?

Но прежде чем я, предвкущающе зажмурившись, собралась с радостным ответом, со стороны Фрося долетел восторженный вопль свекрови:

— Да!!! Отправляйтесь! А внучат ко мне, пусть на солнышке порезвятся, от вас отдохнут…

— Решено, — хором отозвались мы с мужем.

И, не сговариваясь, засмеялись.

Моя волшебная жизнь…наша.

Content

Анна Ковальди
СПЛОШНОЕ РАЗОЧАРОВАНИЕ

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Эпилог