Сергей Сухинов

Битва за Империю

Глава 1

Адмирал Морган Чейн стоял на палубе линкора «Уэльс» и любовался необъятной панорамой морекосма. Слева по курсу, возле цепи скалистых островов, из глубины медленно выплывал Кольцевой вал, окутанный рыхлым слоем желтой пены. Сейчас, в самой начальной стадии своего зарождения, он напоминал громадный водяной гриб и выглядел скорее забавной причудой природы, чем опасным предзнаменованием. Однако Чейн знал, каким непредсказуемым было поведение этого грандиозного явления космоса. Без всяких видимых причин, Кольцевой вал мог внезапно резко ускорить свой рост и стремительно расширяться со скоростью более тысячи миль в секунду.

Варганец был мало знаком с физикой космоса, но из опыта знал, что в реальном мире Кольцевой вал представлял из себя гравитационный шторм, способный смять словно банку из-под пива любой космический корабль. Ни один прибор на кораблях флота Федерации не был в состоянии обнаружить в космосе зарождающийся гравитационный шторм, но инверс-компьютеры Ордена Звездных Крестоносцев каким-то чудом могли решать эту задачу. Инверс-очки, которые сейчас надел Чейн, давали ему возможность увидеть космос таким, каким ныне не видел никто во всей галактике.

Чейн перевел взгляд на запад и увидел на поверхности морекосма огромное темное пятно. Он мысленно отдал приказ очкам увеличить изображение, и вскоре понял, что видит мириады обломков, что плавно колыхались на невысоких волнах. Приглядевшись, варганец разглядел обломки корабельных мачт и бушпритов, крупные куски палуб и разбитых килей.

Всего лишь несколько дней назад здесь, на южных границах Федерации, произошла грандиозная битва. Орден Звездных Крестоносцев был разгромлен объединенными силами Федерации Звезд, Империи хеггов, СреднеГалактической империи и Свободных миров. Пять огромных летающих замков озэков и тысячи кораблей с красными крестами на фюзеляжах превратились в гигантский рой обломков, что отныне станут странствовать по необъятному космосу вместе с мириадами других, обычных метеорных потоков. Ну, а сами озэки, вернее, их оледенелые окровавленные тела, были тщательно собраны роботами и погружены на баржи. По решению председателя Совета Федерации Юханнена все звездные крестоносцы найдут свое успокоение на одной из лун Веги-3 – той самой планеты, откуда некогда ушли в далекий космос их предки-ванриане.

Нет, похоронены будут не все озэки, поправил себя Чейн. Где-то в глубинах галактики затерялась небольшая эскадра крестоносцев. На ее флагманском корабле летят Х’харны, и крошечный малыш. Его первенец, сын бедняжки Милы!

Сурово нахмурившись, Чейн одернул себя:

«Не надо сейчас думать об этом. Все равно пока я ничего не могу сделать для спасения первенца. И не могу рисковать жизнью единственной близкой мне женщины – Селии! Возможно, она уступает в красоте Ормере, в страсти – Врее, в воинской доблести – Миле. Но она любит меня, и она носит в чреве моего второго сына. Селию с ребенком я не отдам никому и ни за что, пусть даже на кону будет стоять судьба всей галактики!»

– А как же я? – рядом послышался чей-то тихий голос.

Чейн вздрогнул и обернулся. Рядом стояла Лианна в синем комбинезоне. Ее роскошные волосы были спрятаны под капюшоном, на лице блестели капли морских брызг. Волны действительно поднялись нешуточными, хотя ветер оставался сравнительно слабым. В другой ситуации Чейна это вряд ли встревожило, но сейчас, когда слева по курсу из глубины поднимался Кольцевой вал, рисковать не стоило.

Чейн достал из кармина куртки интерком и связался с одновременно с Дилулло и первым пилотом Жаном Дювалье:

– Право руля! Курс 230–0-16. Скорость поднять на пять узлов. Капитан Дилулло, передайте мой приказ всей эскадре.

И только потом ответил на вопрос Лианны:

– О чем вы, принцесса? Или вас уже следует именовать императрицей – ведь вы теперь жена императора Шорра Кана? Простите, но я совсем запутался в ваших титулах.

Лианна отшатнулась, словно получив пощечину. В ее чудесных глазах вспыхнул гнев.

– Морган, говорят, ты стал за последнее время чуть ли не сверхчеловеком. О твоих подвигах уже складывают легенды. Но в отношении женщин ты остался тем же грубым и неотесанным мужланом, что и в час нашей первой встречи! Императрица… Будто я хотела этого! Нет, этого хотел ты. Тебе захотелось хоть как-то контролировать непредсказуемого Шорра Кана, и тут очень кстати подвернулась я. Одним ударом ты избавился и от своего бывшего врага, и от своей назойливой поклонницы. Императрица… Да я бы отдала все на свете, чтобы оказаться на месте твоей Селии, и вынашивать сейчас твоего ребенка! И тогда бы ты сейчас шептал не ее, а мое имя… Ну почему мир устроен так несправедливо? Я еще могла понять, когда ты ухаживал за донной Ормерой, это была воистину достойная соперница. Но Селия… Чем же бывшая принцесса Фомальгаута хуже бывшей танцовщицы и воровки с Мидаса? Не понимаю… И отказываюсь понимать, слышишь ты, волчище?

В глазах Лианны засверкали слезы, и она отвернулась. Чейн ошеломленно смотрел на молодую женщину. Такого взрыва страстей от этой высокомерной, холодной красавицы он не ожидал. Да, полтора года назад по злой воле Шорра Кана он вместе с Лианной провел несколько блаженных недель на старой Земле, на острове Крит. Вместе с ними предавались праздности Джон Гордон и Мила. Лианна тогда была с Джоном, и пыталась кружить голову бывшему Звездному Волку только ради удовлетворения собственного тщеславия. По крайней мере, так ему в то время показалось. К счастью, флирт не зашел слишком далеко, а вскоре всем четверым удалось сбежать с Земли и вновь обрести свободу. И первое что он, Чейн сделал со своей свободой – постарался улететь подальше от прекрасной Лианны! Потому что до сих пор женщинам он приносил только несчастье.

Забывшись, он вновь произнес вслух последнюю фразу, и это еще больше разгневало Лианну. Повернувшись, она закричала, стараясь перекрыть нарастающий шум волн:

– Святая правда: ты приносишь нам, женщинам, только несчастье! И хуже всего, что ты попросту используешь своих возлюбленных ради достижения каких-то только одному тебе ведомых целей. Почему ты не можешь просто жить и радоваться тому, что тебе дарит судьба? Тогда наверняка были бы живы твои прежние пассии, Врея, Ормера и Мила. И тогда мне не пришлось бы выбирать между примитивом из доисторических веков Джоном Гордоном и обаятельным мерзавцем Шорром Каном!

– У каждого свой путь, – сдержанно ответил Чейн. – Не я выбрал его, а сам путь, а вернее божественные Ллорны, избрали бывшего пирата на роль галактического мессии. Если бы не невидимая помощь Ллорнов, то я бы погиб шесть лет назад, когда Звездные Волки преследовали меня в туманности Корвус. Чтобы спастись, мне пришлось покинуть свой корабль, и я остался один в пустоте космоса. Шансы на спасение равнялись нулю, но Ллорны направили корабль наемников во главе с Джоном Дилулло в мою сторону, и я уцелел. Для чего? Уж во всяком случаи не для того, чтобы устроить счастье нескольких прекрасных женщин… Странно, что я говорю такие вещи вчерашней принцессе Фомальгаута, и нынешней правительнице СреднеГалактической империи!

Лианна опустила голову.

– Почему странно? – мрачно спросила она.

– А разве ты не готовилась с самого детства к браку не по любви, а по государственной необходимости? Так, кажется, поступали царственные особы во все времена. Пойми, я такой же, как все вы, только мое государство – вся галактика! Масштаб иной, и потому мне дано бессмертие, и кое-какие возможности и знания, которых лишены другие люди и нелюди. Но суть та же самая – я не могу принадлежать только самому себе и своим подругам! Думаешь, я не страдаю от этого тяжкого груза, и не вспоминаю с тоской о прежней свободе обычного космического бродяги?

– По-моему, ты всегда поступал только так, как хотел, и… – нерешительно возразила Лианна, но Чейн прервал ее:

– Это только так кажется со стороны. Вот сейчас я отдал бы очень многое, чтобы лететь не в сторону Земли, а броситься в погоню за эскадрой озэков, которая увезла моего первенца. Не удивляйся, Лианна. У меня есть сын от Милы, который ныне попал в руки Х’харнов! Страшно подумать, что эти твари сделают с моим малышом… Но я не могу себе позволить даже этого! На моей родной Терре есть поговорка: куй железо, пока оно горячо. Мы с Шорром Каном хотим использовать плоды победы и заложить основы новой галактической Империи. Для нас важен каждый день, каждый час! Я потребовал собрать внеочередную сессию Совета Федераций, причем не на Веге как обычно, а на Земле. Именно Терра по моему замыслу станет единственной столицей будущей Империи. Если Совет ратифицирует договор, который твой супруг заставил подписать Юханнена буквально под дулом бластера, то остальным звездным сообществам уже труднее будет увильнуть в сторону. Вот о чем я вынужден думать, а не о своем бедном ребенке! А женщины…

Он замолчал и только безнадежно махнул рукой.

Лианна покраснела от смущения. Она ласково погладила друга по плечу и виноватым тоном промолвила:

– Прости, Морган. Конечно же, ты прав, а я попросту эгоистичная, ревнивая дура. Если бы не могучая сила твоего духа, то Орден вместе с Ордой попросту бы подмяли под себя всю галактику… Только ты мог сокрушить эту чудовищную, темную армаду! А женщины, друзья… Что-то не припомню, чтобы у моего отца, короля Фомальгаута, были друзья! А жен у него было пять, не говоря уже о целом гареме наложниц. Мне никогда и в голову не приходило упрекать отца за это, даже мать его всерьез не ревновала. Мы понимали: так надо для блага нашего королевства! А здесь… Все верно, я напрасно обрушилась на тебя с упреками, Морган. Наверное, просто не выдержало сердце и нервы сдали… Но ведь только сердце и нервы и делают нас людьми!

Лианна резко повернулась и торопливо ушла. Чейн проводил ее грустным взглядом. «Наконец-то я научился уходить из объятий самых прекрасных женщин! Жаль, что прежде не овладел этим искусством. Тогда наверняка Врея, Ормера и Мила остались бы живы… Но смог ли я что-нибудь сделать без их помощи? И смог ли жить без любви? Вряд ли. Какое счастье, что у меня есть Селия, и что у нас будет сын! Второй сын…»

Он вновь посмотрел на запад. Куда-то туда, в сторону Плеяд, ушла уцелевшая эскадра кораблей Ордена. Рано или поздно малыш будет перенесен в далекое будущее, на базу Х’харнов. По крайней мере, об этом говорил перед смертью верховный магистр Евеналий: «Х’харны очень мстительные существа, Морган. Ты сумел разрушить их планы, однако месть окажется ужасной. Не знаю, когда и где она состоится, но этот день станет твоим последним днем!»

Месть… Если вчерашний пророческий сон не лжет, то главным орудием мщения Х’харнов станет его первенец! Там, во сне, сын вонзил кинжал в спину отца в тот самый момент, когда галактический мессия наконец-то привел звездных паломников в Землю Обетованную, в созвездие Ожерелья. Но для того, чтобы построить гравитационную дорогу среди звезд и оживить миллиарды добрых душ на тысячах различных мирах, потребуются многие века. Выходит, время у него все-таки есть?

Хм-м… вряд ли стоит на это надеяться. Сны часто носят символический смысл, их нельзя воспринимать буквально. Очень может быть, что роковая встреча с первенцем состоится намного раньше. Что бы он только не отдал, чтобы сейчас бросится в погоню за эскадрой озэков! Но куда она направилась, не знал никто. Разве только… Врея?

Чейн вздрогнул от этой неожиданной мысли. Его прежняя возлюбленная погибла в схватке с Х’харнами уже много лет назад. Но удивительная установка под названием Свободное Странствие подарила ей вечную жизнь – правда уже не в прежнем человеческом облике, а в виде одушевленной горстки атомов, обреченных на вечное странствие среди звезд. После этого Врея не раз выручала его из казалось бы самых безнадежных ситуаций.

Даже в своем новом облике Врея продолжала любить его, и терпеливо ждала часа, когда он, Чейн, закончит свой бренное существование, и обретет вечную жизнь бесплотного галактического странника. Возможно, Врея наблюдала за битвой с озэками. Но смогла ли она уследить в этой огромной каше из тысяч кораблей и сотен тысяч воинов за его несчастным сыном? Вряд ли. Скорее всего Врею волновала только судьба ее прежнего возлюбленного… Да и встретиться и поговорить с ней было можно, только самому уйдя в Свободное Странствие. А для этого необходимо немедленно оставить армию и спешно отправиться на другой край галактики, на планету Арку. Звездный Волк мог бы позволить себе такую вольность, но только не новоиспеченный адмирал космофлота. Председатель Совета Федерации Юханнен и все участники недавней битвы могли счесть такой поступок за дезертирство, и были бы правы.

Чейн грустно опустил голову. Как он не старался, мысль о первенце угнетала его. В последние годы с помощью божественных Ллорнов он обрел бессмертие, невероятную физическую мощь и огромную власть. В глазах многих людей и нелюдей он стал сверхчеловеком, неуязвимым и непобедимым, предназначенным для того, что бы вести обитателей галактики к некой, только ему одному известной цели. И он действительно знал, что это за цель!

Но все это могущество нередко на поверку оказывалось сущей фикцией. Он не смог защитить своих любимых женщин, и Врея, Ормера и Мила пали от рук врагов. А теперь оказалось, что он не смог спасти своего первенца! Тогда чего же стоило все его могущество?!

Корабль качнуло так, что Чейн едва удержался на ногах. В лицо хлынул поток ледяных соленых брызг. Смахнув влагу с лица, варганец с тревогой увидел, что морекосм в очередной раз показал свой суровый, непредсказуемый нрав. Стоило ему расслабиться всего на несколько минут, предаться эмоциям, как он потерял контроль над ситуацией. А она за считанные минуты полностью изменилась, и превратилась из тревожной в угрожающую! Кольцевой вал начал стремительно подниматься из глубины морекосма, превращаясь в широкую сверкающую гору, похожую на вулкан. Вместо лавы из ее гигантского кратера бурно вытекала желтая пена. Опыт плавания в морекосме подсказывал – это дурной признак!

Еще больше тревожила сеть скал, что внезапно появились прямо по курсу корабля. Судя по всему, в реальном мире это был поток астероидов, не нанесенный на астронавигационные карты. Сам по себе он не представлял большой опасности, но заметно снижал возможности для маневра эскадры… Хм-м, а это еще что такое?

Среди скал Чейн заметил какое-то движение. Он мысленно отрегулировал инверс-очки, и те до предела повысили увеличение окуляров. И тогда он понял, что возле скал находится стая каких-то морских чудовищ.

Тотчас включился интерком, и он услышал встревоженный голос Джона Дилулло, новоиспеченного капитана флагманского корабля будущей Империи:

– Сынок… То есть тьфу, господин адмирал! Прямо по курсу радары обнаружили более сотни больших кораблей. Похоже, они выстраиваются в боевом порядке.

Чейн мысленно чертыхнулся. Только этого сейчас не хватало! Больше ста кораблей – откуда они взялись? Неужто это прощальный подарок магистра Евеналия? Вряд ли. Озэки собрали на поле битвы все свои силы и бились не на жизнь, а на смерть. Никто, ни один рыцарь, ни одна женщина и ни один ребенок не захотели сдаться в плен. Тогда… Х’харны? Да, эти пришельцы уже не один раз поражали своим коварством. Когда-то много лет назад они хитроумным маневром вынудили императора СреднеГалактической империи пустить в ход Разрушитель пространства, и в результате повергли в хаос всю галактику. Впрочем, эту засаду вполне мог устроить и Франц Штольберг, давний недруг, последний из оставшихся в живых князей Клондайка. А может, ему дорогу преградили негуманоиды из Хаосада? Нет, эти крысы вряд ли посмеют встать на пути имперской эскадре…

Но еще больше, чем неведомый враг, Чейна тревожила буквально на глазах ухудшавшаяся погода. Звездное небо задернулось облаками, на горизонте появились первые вспышки молний. Ветер крепчал, и волны подернулись желтыми барашками пены. Линкор, плавно раскачиваясь, упорно рассекая высокие волны, и палубу стали заливать реки мутной воды.

Каким-то шестым чувством Чейн понял, что надвигается нечто такое, с чем ему прежде еще не приходилось сталкиваться.

Очень редко, но в космосе порой происходили штормы, в которых бесследно исчезали десятки кораблей, не успев даже подать сигнал бедствия. А еще эти монстры… Хищники словно чуяли, что вскоре им предстоит поживиться легкой добычей. Эх, если бы эскадру сейчас сопровождала Орда! Армада кораблей-роботов могла преодолеть любое препятствие, справится с любым штормом. Но он сам приказал Орде сопровождать Шорра Кана в метрополию Империи хеггов. Это звездное сообщество было самым закрытым и могущественным в галактике, и наверняка сильнее всего будет сопротивляться идее вхождения в будущую суперимперию. Шорру Кану придется использовать все свое красноречие и всю свою хитрость, чтобы побудить Совет высокородных хеггов хотя бы принять к рассмотрению документы, подписанные главным дипломатом Альрейвком. Орда конечно же произведет должное впечатление на этих высокомерных кентавров. Но как жаль, что эскадре сейчас придется обойтись без помощи Синего кашалота и его могучих собратьев!

В интеркоме вновь послышался голос Дилулло, на этот раз почти панический:

– Адмирал Чейн! Морган, ты слышишь меня, черт тебя дери? Прямо по курсу творится что-то жуткое! Большая часть приборов дальнего наблюдения уже вышла из строя, так что деталей я не знаю. Может, возьмем левее и уйдем к Знаменосцу?

Чейн взглянул налево и увидел, что Кольцевой вал уже ушел своей плоской вершиной в серое, бурлящее небо. По его бугристым склонам текли потоки пены, а в основание водяного монстра то и дело вонзались изгибистые молнии.

– Нет, Джон, к Змееносцу мы не пойдем! – держать двумя руками за мачту, прокричал Чейн и сам едва услышал свой голос. – Снизить скорость до десяти узлов и приготовиться к бою!

– Есть приготовится к бою, адмирал! – отозвался Дилулло, и чуть тише добавил: – Слава Богу, не впервой попадать в такую передрягу…

Чейн усмехнулся. Не впервой? Похоже, это был тот редкий случай, когда матерый космический волк ошибался.

Внезапно он увидел, что от борта линкора отчалила… скоростная яхта – его личная яхта! Она направилась в сторону скал, словно бы не замечая надвигающегося шторма.

Варганец не верил своим глазам. Такого просто не могло быть! Без его приказа никто не мог покинуть корабль! Кто же находился на борту яхты?

От дурного предчувствия у Чейна сжалось сердце. Неожиданная, невероятная догадка пришла ему на ум. Нет, этого не может, не должно быть! Хотя…

Он торопливо начал спускаться по трапу. Со всех сторон неслись тревожные вопли сирен, по коридорам бежали члены экипажа и солдаты. Никакой паники не было, все вели себя так же собранно и уверенно, как и во время недавней битвы с озэками. Никто даже не подозревал, что этот бой мог оказаться еще более опасным, чем битва с Орденом, и далеко не все вчерашние триумфаторы сумеют лично получить свои заслуженные награды.

Глава 2

Капитан линкора «Уэльс» Джон Дилулло за свои четыре с лишним десятка лет странствий по далекому космосу побывал в сотнях опасных переделках. Далеко не всегда ему удавалось выйти из них с честью, трижды он терял свои корабли, и на многих планетах остались могилы его бывших друзей и соратников. Дважды его самого хоронили заживо, так что бывший наемник с массивным, лошадиным лицом и хваткой бульдога мог с полным основанием полагать, что прошел все круги ада.

Но сейчас, пожалуй, впервые за долгую жизнь, Дилулло выглядел растерянным. Еще не прошло и трех дней, как по приказу своего давнего друга и воспитанника Моргана Чейна он стал капитаном военного линкора. Он еще даже не успел познакомиться со всеми своими офицерами (а их было более полусотни!), и даже толком не знал их в лицо, разумеется, за исключением давних друзей: радиста и врача Бихела, судового механика и бомбардира Рутледжа, пилота Жана Дювалье, а также рядовых Банга, Клайна, парагаранца Гваатха и волка Рангора. Для обычного полета к Терре этого было вполне достаточно, но сейчас…

На капитанский мостик вбежал майор Теллер, отвечающий за радарные системы. Сейчас, когда обзорный экран и два десятка мониторов погасли, эти приборы оставались единственным средством слежения за внешним космосом.

– Господин полковник, все радары вышли из строя! – с отчаянием доложил молодой офицер. – Мы зарегистрировали мощный поток бета-частиц. Возможно, это он и вывел из строя все приборы. Но не исключено, что всему причиной стали необычные флюктуации электромагнитного поля, чья сингулярная характеристика…

Дилулло ответил забористой фразой, в коих слыл непревзойденным мастером, а потом добавил:

– Майор, а нельзя ли выразится чуть попроще? Скажите: «Мы ослепли», и я пойму.

Майор уныло кивнул:

– Точно так, господин полковник. Мы ослепли, и астронавигационный компьютер ведет корабль только по звездным картам. Но похоже, что прямо по курсу в космосе происходит нечто непонятное… Быть может, необычные искажения провремени вызвали те самые корабли, что находятся прямо по курсу, в поясе астероидов?

Дилулло хотел было коротко выразить свое мнение по поводу фантастической догадки молодого офицера, но тут на мостик торопливым шагом вошел Чейн. Сидевшие возле темных экранов офицеры вскочили со своих мест и отдали адмиралу честь, но тот только устало махнул рукой.

– Я услышал ваши слова, майор, – сказал Чейн, пристально глядя на молодого офицера. – Интересная догадка! Мне тоже показалось, что эти животные…, то есть, что эти корабли совершенно не похожи на все известные нам космолеты. Похоже, что за нашей битвой с Орденом наблюдала какая-то третья сила, а теперь она решила выйти на арену, в самый неподходящий для нас момент. Некогда такой третьей силой были нейны, каяры и прочие слуги Х’харнов. Что-то они давненько не появлялись! Майор… что у вас с лицом?

Молодой офицер покраснел еще больше, но на сей раз от гнева.

– Господин адмирал, что вы хотите сказать?

– Только то, что у неведомого врага вполне могут оказаться помощники на борту линкора, – жестко заявил Чейн, продолжая сверлить молодого офицера недоверчивым взглядом. – Сверхнейны уже не раз проделывали со мной такую шутку. Для них принять облик любого человека, и войти в его образ – пара пустяков!

Дилулло даже крякнул от удивления.

– Морган… то есть, господин адмирал, ты… вы же сами не раз говорили, что Х’харны сумели создать только четырех сверхнейнов! И всех этих тварей вы уже прикончили, разве не так?

– Так, – кивнул Чейн, не отводя жесткого взгляда от майора. – Джон, мы вместе сумели уничтожить на Арку фабрику по производству искусственных людей. Но ведь Х’харны работали на этой фабрике не один год! Они могли разгадать секрет древних технологий, и где-то на другой планете построить еще одну такую фабрику. И новые сверхнейны могут оказаться еще совершеннее прежних. Странно, что мне прежде в голову не приходила такая догадка… Я не ошибаюсь, майор?

На лице молодого офицера вдруг появилась широкая улыбка. Губы продолжали раздвигаться, и вскоре улыбка стала не в переносном, а в прямом смысле до ушей.

Дилулло вытаращил глаза и хотел было выругаться, но бранные слова застыли на его губах. Другие офицеры… у них на лицах тоже появились жуткие, нечеловеческие улыбки!

Такой поворот событий оказался неожиданным даже для Чейна. Он молниеносно выхватил бластер, но офицер успокаивающе поднял руку.

– Адмирал, поверьте: не все сверхнейны – ваши враги! Да, я создан не из плоти и крови, а из куда более прочного материала. И мои собратья, члены экипажа «Уэльса» – тоже. Но это еще не означает…

– Сколько вас на борту? – хрипло спросил Чейн. Он был весь напружинен и давно бы бросился в схватку, если бы не понимал: Дилулло ему не защитить, Теллер все равно успеет его убить.

Майор рассмеялся:

– Почти все – разумеется, кроме ваших людей, господин адмирал, и вашей женщины Селии.

– Но как же так… Когда вы успели убить солдат Федерации и занять их место? Бой шел несколько дней беспрерывно, вы бились под моим началом, и весьма неплохо… Не понимаю!

Губы майора вновь приняли привычную форму, и жуткая улыбка превратилась с легкую ироническую ухмылку.

– Все гораздо проще, чем вы думаете, адмирал. Никого из людей мы не убивали, и чужие места на флоте не занимали. Мы служим Федерации вот уже целый год, только в разных эскадрах. А вот теперь, после битвы с Орденом, решили собраться на линкоре «Уэльс».

Дилулло судорожно сглотнул. Он не мог поверить своим ушам. Если верить этому чудовищу, то на его корабле двести сорок восемь человек – вовсе не люди, а биороботы-сверхнейны! Но Морган – почему он так спокоен? Ведь на борту корабля находится Селия и его будущий, пока еще не рожденный сын!

– Кто же ваш хозяин? – с трудом сдерживая тревогу, спросил Чейн. – Ясно, что не Х’харны, иначе мы все были бы уже мертвы. Но кто же тогда?

– Я! – послышался чей-то хорошо знакомый голос.

Дверь распахнулась, и на капитанском мостике появился невысокий человек. Обычное, ничем не запоминающее лицо, заурядное телосложение, карие грустные глаза…

– Джон Гордон?! – охнул Дилулло. – Вот это сюрприз! Но как же так… Шорр Кан утверждал, что ты вместе с Зартом Арном погиб в лаборатории на Трооне, в результате несчастного случая!

– … имя которому: Шорр Кан! – криво усмехнувшись, закончил фразу Гордон. – Да, взрыв в лаборатории на самом деле имел место. В результате император Зарт Арн погиб, а я уцелел лишь чудом. Но это лишь часть правды.

Гордон повернулся и пристально посмотрел прямо в глаза Чейну.

– Морган, я подслушал ваш недавний разговор с Лианной. До этого момента я думал только о мести. Ты разрушил всю мою жизнь, ты вообще все только разрушал… А два месяца назад мерзавец Шорр Кан с твоей помощью сел на трон правителя СреднеГалактической империи. Но тебе этого показалось мало, и ты собираешься сделать этого мерзавца императором всея галактики! Сам Сатана не додумался бы до такого. А моя Лианна… Ха-ха, если бы я знал, какие испытания мне предстоят в вашем мире, то никогда бы не согласился много лет назад поменяться разумами с Зартом Арном! Ныне Зарт погиб от рук твоего нового лучшего друга, а мне завещал лишь одно – месть!

Чейн ринулся вперед и схватил Гордона за горло:

– Селия – где она?

Гордон попытался что-то ответить, но смог издать только сдавленный стон.

Майор Теллер мягко предупредил:

– Господин адмирал, не стоит так поступать. Вы невероятно сильны, но нас здесь больше двух сотен, и мы все равно возьмем верх. А ваша Селия сейчас летит на космояхте в одно весьма надежное место. Не спрашивайте, где оно находится – я все равно этого не знаю. А мистер Гордон знает – единственный из всех нас!

Чейн мог убить своего бывшего друга одним движением пальцев, но сдержался. Он понимал, что майор прав. Пожалуй, у него, Чейна, еще оставались кое-какие шансы против сверхнейнов, хотя биороботов и было больше двух сотен. Но его друзья… они неминуемо бы погибли! А со смертью Гордона путь к Селии был бы закрыт, и возможно, навсегда.

Зарычав от бессильной ярости, он отпустил Гордона и сделал шаг назад, чтобы избежать соблазна вновь ввязаться в безнадежный бой.

– Выходит, последние годы вы с Зартом Арном вели тайную работу по созданию сверхнейнов? – мрачно вопросил он. – Но с какой целью?

– Зарт Арн постепенно перестал тебе доверять, – ответил Гордон, массирую затекшую шею, и с ненавистью глядя на варганца. – С тех пор как ты стал превращаться в сверхчеловека, ты стал опасен и непредсказуем для всех, даже для прежних друзей. Когда разведывательный корабль СреднеГалактической империи нашел на одной из дальних планет фабрику по производству сверхнейнов, Зарт Арн поначалу заинтересовался ею только как ученый. Потом он поведал эту тайну мне, своему ближайшему другу. И я сказал: «Зарт, не торопись рассказывать об этой фабрике Моргану Чейну. Да и почему ты должен это делать? Много ли своих секретов открыл нам в последние годы этот волчище? Он ведет только ему одному понятную игру с какими-то высшими силами, а всех своих друзей и даже возлюбленных попросту использует. Ты и оглянуться не успеешь, как эта фабрика окажется в его руках. Не лучше ли нам воспользоваться случаем, и тайно создать армию свехрнейнов, которые будут служить не Х’харнам, не Чейну, а только нам? Настанет час, и эта армия нам очень даже пригодится. Обычным людям с Чейном уже сейчас не справиться, а кто знает, что произойдет через несколько лет? Подстраховаться никогда не мешает».

И я оказался прав! СреднеГалактическая империя много лет боролась с врагами, понесла огромные потери ради общей победы, а чем ты отплатил за добро? Сначала посадил Шорра Кана на трон вместо бедного Зарта Арна, потом отдал ему мою Лианну, а теперь и вовсе намереваешься раз и навсегда покончить с независимостью всех звездных сообществ! Не получится! Селия в наших руках, да и ты тоже…

Вдруг послышался глухой удар и палуба резко качнулась вправо. Все находившиеся на палубе упали, кроме Чейна. Он успел усилием воли переместить вектор силы тяжести. Больше никто в Галактике не мог сделать такого, но никакой радости от своего могущества на этот раз варганец не ощутил, потому что на самом деле его могущество было мнимым. С врагами он худо-бедно научился справляться, но на этот раз его загнали в угол бывшие друзья!

Чейн подошел к Гордону и, схватив его за воротник, рывком поднял на ноги:

– Где Селия? Говори, иначе клянусь богом, я сверну тебе шею, а потом пусть будет, что будет!

– Она… она летит к Дарее…

– Уж ли не на этой планете находится фабрика по производству сверхнейнов?

– Да.

– И чего же ты хочешь от меня, предатель?

На посиневшем лице Гордона проявилась слабая улыбка.

– Скоро узнаешь, волчище. Но сначала отдай приказ пилотам, чтобы они готовились уйти в гиперпространство. А потом я назову им точку выхода в окрестностях Дареи. Им, но не тебе!

– Ага, выходит, все пять пилотов – люди? Иначе бы ты вряд ли мной стал торговаться…

Гордон усмехнулся:

– А я и не торгуюсь с тобой, волчище. До Земли тебе в любом случае не добраться. Ты видел, что творится в космосе прямо по курсу? Даже если ты ухитришься перебить всех биороботов, то космический шторм разметает твою эскадру, а потом корабли-роботы прикончат всех, кто уцелеет. Они служат нам, разве не ясно?

Чейн зло сощурился.

– А вы с Зартом Арном не теряли времени зря. Корабли-роботы, что умеют управлять провременем – это что-то новое! Откуда они взялись? Даже у Х’харнов нет такого оружия… Конечно, Зарт Арн был великим ученым, но что-то я прежде не слышал, чтобы Зарт занимался подобными изобретениями. Кто же тогда создал твоих новых слуг, Джон?

Гордон уклончиво ответил:

– Со временем узнаешь – конечно, если не будешь делать глупостей. Вселенная куда больше, чем ты о ней думал, волчище!

Чейн сдавленно выругался и оттолкнул прочь Гордона. Сверхнейны уже окружили его со всех сторон, держа бластеры в руках. Дилулло продолжал лежать на палубе – похоже, он потерял сознание. Как же не вовремя, сейчас так бы понадобился его мудрый совет! Впрочем, никакие советы сейчас уже не помогут. Час назад он, Чейн, поклялся защищать Селию и своего будущего сына любой ценой. И это обещание придется сдержать.

– Пьяное небо, как же не вовремя ты сел на мою шею, Джон! – процедил сквозь зубы варганец. – Если через трое стандартных суток я не прибуду на Землю, то на заседании Совета Федераций верх могут взять противники галактической Империи. Вот будет радость для Юханнена! Меня назовут обманщиком, трусом и предателем, а мое исчезновение сочтут за позорное бегство. Все плоды победы над Орденом достанутся тем, кто на поле битвы даже и нос не показал…

Джон, ты хотя бы понимаешь, как далеко тебя завела жажда мести, и к каким чудовищным последствиям она может привести?

Гордон равнодушно пожал плечами.

– Чихать мне на твои планы, волчище. Может, мне еще поставят где-нибудь на Веге-3 золотой памятник за то, что я избавил галактику от великого и непобедимого Моргана Чейна! Никому, даже Х’харнам не удавалось загнать тебя в угол, а вот я с помощью бедняги Зарта Арна сумел сделать это. Впрочем, ты еще можешь затеять драку, и с честью погибнуть в бою! Чейн, выбирай. Очень скоро шторм обрушится на линкор, а затем на него нападут более сотни кораблей – монстров!

Палуба задрожала так, словно по днищу линкора какой-то великан бил огромным молотом. Ноги налились свинцом, а затем появилось ощущение полета.

Эти признаки были хорошо знакомы Чейну. Гравитационная буря приближалась! Значит, Кольцевой вал расширялся куда быстрее, чем он ожидал. И если в этот момент корабли-роботы нападут на эскадру, то она неминуемо погибнет. Да, Джон Гордон действительно смог загнать всесильного Моргана Чейна в угол!

Чейн разразился проклятиями, но потом все-таки достал из кармана кителя интерком и сказал:

– Жан, ты слышишь меня?

Первый пилот Дювалье отозвался радостным воплем:

– Адмирал, наконец-то! Почему-то добрых полчаса никак не могу с вами связаться, словно кто-то отключил интерком… Я изменил по вашему приказу курс, но вслепую корабль вести очень сложно. Нас все время сильно трясет, и я опасаюсь…

– Жан, немедленно уходи в гиперпространство. Рассчитай прыжок в точку с координатами… Гордон, мне нужны координаты выхода!

На лице Гордона расцвела улыбка. Даже имея все козыри в руках, он все-таки до последнего момента опасался Моргана Чейна. Впервые за все время их знакомства своенравный варганец подчинился чужой воле, а это дорогого стоило!

– Так я тебе и сказал, волчище, – ухмыльнулся Гордон. – Скажи Жану, чтобы тот разблокировал дверь, и впустил в кабину моего офицера. Тот принесет все необходимые параметры гиперпрыжка к Дарее. Когда-то ты уже бывал на этой планете – правда, тогда не знал ее названия. Тебя ожидает сюрприз, дружище!

– А что же с остальными кораблями эскадры? – мрачно спросил Чейн. – Прикажешь оставить их на растерзание буре и твоим железным монстрам?

Гордон хохотнул:

– Ну, я же не людоед… Да и не хотелось бы, чтобы по галактике распространилась легенда о твоей героической смерти. Не дождешься такой чести, волчище! Как только «Уэльс» уйдет в гиперпространство, буря тотчас утихнет, и мои железные зверушки откроют путь для эскадры. Через трое суток первая эскадра будущей объединенной Империи прибудет на Терру, только обезглавленная, без своего отца-основателя, бежавшего невесть куда. Вот смеху-то будет на моей родной планете, верно, парни?

Офицеры-сверхнейны расхохотались.

Чейн заскрипел зубами от непереносимого унижения и опустил голову. Господи, чтобы он только не отдал, чтобы сейчас вступить в бой со всеми: сверхнейнами, космической бурей, кораблями-роботами и конечно же, с предателем Джоном Гордоном! Еще не факт, кто одержал бы победу, еще далеко не факт… Даже смерть в такой схватке, когда все и вся против тебя, можно считать подарком судьбы!

Но впервые в жизни Морган Чейн не мог себе позволить даже мечтать о такой роскоши.

Глава 3

Эти звезды были знакомы Чейну. Он стоял на обзорной палубе в окружении шести могучих сверхнейнов и, демонстративно сложив руки на груди, смотрел на экран. Всю левую его часть занимал огромный зеленоватый шар, местами задернутый густой дымкой облаков, а справа сияли сотни прихотливых созвездий. Чейн, как и все Звездные Волки, обладал замечательной памятью на созвездия, и мог при необходимости ориентироваться в далеком космосе даже без астронавигационного компьютера. Его наметанный взгляд разглядел в каше из мириадов звезд Плеяды, затем Знаменосец и Гидру, а затем… – Мы в туманности Ориона, верно? – наконец спросил он.

Стоявший поодаль Джон Гордон (он продолжал, и не без оснований, опасаться варганца) буркнул:

– Рад бы промолчать, да это уже не имеет смысла. Да, это планета Дарея. Ты уже бывал здесь, помнишь?

Да, теперь Чейн все вспомнил. Несколько лет назад команду «Кардовы» захватили в плен Звездные Волки из клана Ранроев. Они могли разделаться с Чейном и его друзьями, но предпочли высадить их на необитаемой планете в системы желтой звезды. Ее окружали опасные пылевые течения, и потому космолеты предпочитали даже не приближаться к этим местам. Чейну, Миле, Бихелу, Селдону, Рангору и Гваатху грозила смерть, но по их счастью через некоторое время на планету высадился звездолет, на борту которого оказались Джон Гордон и Лианна. Эта была первая встреча с людьми из СреднеГалактической империи, и она очень многое изменила в судьбе всех и каждого. И вот теперь по иронии судьбы Чейн вновь вернулся на эту поанету, в джунглях которой обитают чудовищные искусственные люди.

– Вот как далеко может завести ненависть… – усмехнулся Чейн. – Уж не собираешься ли ты бросить нас, пленников, на растерзание резиновым людям? С тебя станется…

Гордон отвел глаза в сторону.

– Говори, что хочешь, волчище… – процедил он сквозь зубы. – Одно могу пообещать: наконец-то я решил казалось бы неразрешимую задачу: как можно справиться с непобедимым и бессмертным Морганом Чейном! Правда, кое-кто мне очень помог в этом святом деле… Помнишь про Большой Мозг?

Чейн нахмурился. Несколько лет назад экипаж «Кардовы» попал в плен пиратам. Его, Чейна, передали в руки Харкана из клана Ранроев, а Дилулло и его друзья были в качестве рабов сосланы на планету Скеретх. Там тысячи рабов разных рас строили в недрах горы Рил огромный суперкомпьютер, получивший название Большой Мозг. Позднее рабы подняли восстание и Мозг был частично разрушен. С той поры о нем ничего не было слышно, и он. Чейн решил, что машина больше не существует. Оказалось, ошибся.

– Так вот кто твой новый хозяин! – сказал он, презрительно глядя на Гордона. – Машина! Могу поклясться, что это она создала новых сверхнейнов и корабли – роботы, и это она вызвала космический шторм. А ты – всего лишь жалкая марионетка в ее железных руках!

Гордон отвел глаза в сторону и процедил сквозь зубы:

– Говори что хочешь, волчище. Ради того, чтобы уничтожить тебя, я готов продать душу даже дьяволу. Эй, парни, держитесь покрепче – мы идем на посадку!

* * *

Бронированный космобот приземлился на маленьком космодроме среди густых джунглей, от которого на запад и на восток уходили широкие, хорошо укатанные просеки. В другом конце космодрома стояли два грузовоза с эмблемами СреднеГалактической империи на бортах, и скоростная яхта. Яхта, на которой недавно на Дарею привезли бедную Селию…

Чейн мотнул головой, отгоняя от себя грустные мысли. Как бы там не было, Гордон и его банда – это все-таки не дьявольские Х’харны. Вряд ли жажда мести подвигнет Гордона к каким-то безумствам. Селии и ее будущему ребенку не причинят вреда, этой компании во главе с Большим Мозгом нужен только он, Чейн. Но что они задумали? Физически уничтожить его невозможно, он сумеет восстановиться даже из праха. Заточить его в тюрьму тоже не удаться, он выберется из самой глубокой шахты… Слава Богу, Ллорны дали ему, новому Хранителю галактики, невиданную мощь! Что же за ловушку придумал Большой Мозг?

Осмотревшись, варганец заметил вдали, над волной сине-зеленых джунглей, какие-то белые остроконечные башни.

– Это ракеты? – спросил он. – Ну конечно же, ваше логово нужно очень хорошо защищать от вторжения непрошенных гостей… Наверное, все подходы к планете в космосе тоже находятся под постоянным наблюдением?

– Конечно, – кивнул Гордон. – По просьбе Мозга император Зарт Арн послал сюда Первую эскадру нашего космофлота. На разных материках также размещено несколько военных баз. Так что от вторжения мы неплохо защищены… А вот и твои друзья!

На пандусе показалась громадная фигура Гваатха. Мохнатый парагаранец, похожий на огромного пса, вставшего за задние ноги, был окутан голубым коконом силового поля. Увидев Чейна, Гваатх заорал:

– Морган, что за дела? Гваатх, то есть я, не любит таких дурацких шуток! Я думал, мы летим на Землю, чтобы там славно отметить нашу победу над Орденом, а вместо этого меня связали, да еще надавали тумаков… О, да это же Джон Гордон! Рад тебя видеть, дружище! Гваатху, то есть мне говорили, будто ты уже откинул копыта. Вроде бы тебя взорвали к чертовой бабушке, разве не так?

Гордон криво усмехнулся.

– Не совсем так. Меня пытались взорвать, но на этот раз любимый фокус Шорра Кана не совсем удался. Ничего, скоро мы его сами взорвем и развеем по космосу потроха! Жаль, только что наш общий друг Звездный Волк этого не увидит.

– Почему? – простодушно удивился Гваатх.

Из корабля вышел связанный по рукам Джон Дилулло. Услышав слова Гваатха, он буркнул:

– Пить надо меньше, сержант. Ты разве не видишь, что эти лже-офицеры сделаны из отборной синтетики? Вспомни нейнов.

Гваатх вытаращил глаза и затем шумно принюхался.

– Не чую я никакой синтетики! Нейны… Откуда им здесь взяться? Помню, как мы дрались с этими тварями на Арку, в заброшенном городе… Ну, мы им тогда и врезали!

– А сейчас они врезали нам, – мрачно сказал Дилулло и сочувственно поглядел на Чейна.

Спустя несколько минут возле пандуса уже стояли остальные пленные: Бихел, Рутледж, Клайн, Банг, первый пилот Дювалье и четыре его помощника. Чуть позже один из лже-офицеров вышел, держа на руках Рангора, закутанного в кокон силового поля. Морда волка была окровавлена, правая лапа перевязана – по-видимому, Рангор без боя не сдался. Увидев Чейна, разумный зверь тоскливо завыл.

Последним по пандусу в сопровождении двух сверхнейнов спустилась Лианна. Вид у нее был крайне утомленный, под глазами темнели круги. Щурясь, она взглянула на небо, в котором сияло нежаркое оранжевое поле, а затем перевела взгляд на Гордона.

– Как же ты низко пал, Джон, – холодно произнесла Лианна. – Даже не верится, что ты когда-то бился с врагами на нашей стороне!

Гордон насупился. Все пленные смотрели на него с таким презрением, что выходцу из далекого прошлого стало не по себе.

– А это как посмотреть, красавица, – глухо ответил он. – Однажды я переселился в тело Зарта Арна, и был вынужден руководить армией СреднеГалактической империй, которая воевала с Лигой Темных Миров. И главным врагом галактики тогда был Шорр Кан! Нам удалось разбить войско Лиги, но Шорр Кан, к сожалению, бежал.

В то время ты, Лианна, была на нашей стороне! Но сейчас все перевернулось с ног на голову, и этот патентованный мерзавец и предатель стал не просто твоим другом, а законным мужем! Вы вместе с Чейном посадили Шорра Кана на трон вместо бедняги Зарта Арна, а потом задумали и вовсе лишить СреднеГалактическую империю независимости! Так кто же из нас предатель? Я уже не говорю о том, что мы когда-то любили друг друга, а теперь…

Гордон безнадежно махнул рукой.

– Ладно, не будем об этом. Мои бывшие друзья! Как вы уже поняли, я не собираюсь каяться за содеянное. Все вы стали моими пленниками только по одной причине, и она именуется Морган Чейн!

Гордон указал на хмурого варганца.

– Этот человек… вернее, этот уженечеловек, опасен для всех разумных существ. Каким-то не вполне понятным для всех нас образом бывший пират обрел невиданную силу тела и духа, и вознамерился перевернуть весь Млечный Путь с ног на голову. Он говорит, что якобы это спасет галактику далекого будущего от нашествия пришельцев из Малого Магелланового облака.

– А разве это не так? – спросил Дилулло.

Гордон побагровел.

– Может быть, и так… Но мы все уж точно не узнаем, будет ли какой-то толк от действий Чейна, или Х’харны все-таки добьются своего. Или кто-нибудь из вас собирается прожить двести тысяч лет?.. Как видно, таких оптимистов среди вас нет. Получается, что мы должны верить бывшего пирату и разбойнику на слово. И не только верить, но и отдать всю нынешнюю галактику на растерзание! Но разве можно доверять бывшему презренному Звездному Волку? Позавчера он мирил все звездные сообщества, вчера заставил всех воевать с Орденом Звездных Крестоносцев, а ныне неожиданно приставил всем к горлу нож в виде могущественной Орды и требует от всех звездных сообществ совершенно добровольно войти в будущую единую галактическую Империю. И во главе этой Империи он собирается поставить мерзавца Шорра Кана! Логично, не правда ли?

Парагаранец вытаращил глаза.

– Чего, чего? Это когда такое дерьмо случилось?.. Тьфу, стоит Гваатху, то есть мне, малость расслабиться с бутылкой в обнимку, как в Млечном Пути сразу все идет наперекосяк! Шорр Кан – император галактики?.. Этот гавнюк однажды чуть не отбил мне все мозги своим стуннером! Да его за это надо сначала сжечь на костре, потом четвертовать, ну а под конец набить морду!.. Морган, ты чего, пьяных грибов накушался? Шорра Кана надо не на трон сажать, а на кол, да притом голой задницей!

Лианна поморщилась, а Клайн и Рутледж одобрительно расхохотались. Остальные промолчали, хотя по лицам Бихела и пилотов было заметно, что слова Гордона произвели на них должное впечатление. Только один Дилулло оставался бесстрастным.

Ободренный такой реакцией, Гордон победоносно взглянул на варганца.

– Ну что молчишь, волчище? Нечего возразить ведь, верно?

Чейн сдержанно ответил:

– Давно заметил: предатели обычно умеют очень убедительно оправдывать свое предательство. Только порой забывают упомянуть кой о каких мелочах.

– О каких именно? – буркнул сразу же помрачневший Гордон.

– Ну, например, о том, как сверхнейны по твоему приказу, Джон, выкрали мою беременную жену Селию и спрятали где-то на этой планете. По-моему, озэки в подобной ситуации действовали куда более честно. Они попросту взяли в кольцо осады беременную Милу, а потом убили ее и передали моего новорожденного сына, моего первенца, в лапы Х’харнов. А кому ты и твои дружки передадите моего второго сына? Уж не тем ли самым замечательным, добрым Х’харнам? О судьбе Селии, как я понимаю, и спрашивать бессмысленно, ее вы наверняка тоже убьете…

Члены экипажа «Уэльса» озадаченно переглянулись. А Лианна посмотрела на Гордона уничижительным взглядом:

– Это правда, Джон?

Ее бывший возлюбленный покачал головой:

– Нет. Никто не собирается убивать Селию…

– Твой голос звучит не очень убедительно!

Гордон отвел глаза в сторону.

– Я же сказал – никого убивать я не собираюсь… Но это не значит, что я пойду на поводу у безумца Моргана Чейна! Мой ближайший друг Зарт Арн пострадал от рук твоего достославного жениха Шорра Кана, и я сделаю все возможное, чтобы исправить ситуацию. Боюсь, что тебе, Лианна, недолго предстоит носить титул императрицы… Ну все, поговорили и хватит. Мои бывшие друзья! Вам предстоит некоторое время провести на этой планете. Роскошных условий не обещаю, но место, где вы будете жить, тюрьмой тоже вряд ли можно назвать. Пройдет месяц, другой, в галактике все успокоится, и тогда вы снова окажетесь на свободе.

– А как же Чейн? – глухо спросил Дилулло.

– Он… Хм-м… Чейн тоже окажется на свободе, обещаю! Правда, это свобода окажется довольно своеобразной… Что поделаешь, в мире нет ничего совершенного!

– А Селия – что будет с ней? – спросила Лианна.

– Клянусь – если Чейн не совершит какой-либо глупости, то здоровью Селии и ее будущего ребенка также ничего не угрожает! По крайней мере, физическому здоровью…

Варганец вздрогнул. Ему очень не понравились слова Гордона о физическом здоровье. Надо ли их понимать так, что психическое здоровье Селии все-таки окажется под угрозой?

Лианна хотела задать очередной вопрос, но Гордон остановил ее повелительным движением руки.

– Все. Как говорят в тюрьмах: наше свидание закончилось. Я и так проявил невероятную снисходительность. Все-таки вы были когда-то моими друзьями… Посмотрите на Звездного Волка в последний раз, друзья! Обещаю – больше вы его никогда не увидите! Вернее, увидите, но… Но об остальном вы узнаете позже.

Со стороны леса послышался глухой шум. На западной части просеки показались три вездехода. Окна в их салонах были затемнены.

Повинуясь приказу Гордона, сверхнейны повели пленников к машинам. Гваатх тотчас заорал и попытался разорвать пелену силового кокона, но даже этому гиганту не удалось освободиться.

Эрих Клайн, который был всего лишь связан по рукам, действовал иначе. Он выскользнул из рук сопровождающего его лже-офицера, мощным ударом плеча поверг его на землю, а затем бросился в джунгли.

Сверхнейн молниеносно вскочил на ноги. Он не стал преследовать беглеца, а просто выбросил вперед правую руку. Она стала стремительно вытягиваться, и вскоре превратилась в длинное щупальце. Оно обвило Клайна за туловище и сдавило с такой силой, что бывший пограничник завопил от дикой боли.

Лже-офицер бесцеремонно подтащил пленника к себе, а затем другой рукой жестоко ударил его по лицу. Клайн вскрикнул и потерял сознание. Сверхнейн хотел продолжить экзекуцию, но Гордон остановил его.

– Прекрати, – приказал он. – Я думаю, мои бывшие друзья усвоили этот маленький урок. Учтите, эта новая модель сверхнейнов еще более совершенна, чем предыдущая. Морган, это я говорю главным образом для тебя! Но главное, не забывай про свою дорогую женушку…

Лже-офицеры рассадили пленников по машинам. Перед тем, как забраться внутрь, все члены экипажа «Уэльса» с грустью бросали на Чейна прощальные взгляды.

Лианна последней подошла к вездеходу. Обернувшись, она крикнула:

– Прощай, Морган! И забудь о том, о чем я вчера говорила тебе там, на палубе. Спасай Селию, и будь с ней счастлив! А я… да что там говорить!

Когда вездеходы скрылись среди деревьев, Чейн пристально посмотрел на мрачного Гордона:

– Ну и что мы теперь будем делать? Надо понимать, что ты отвезешь меня куда-то в другое место, скажем, на другой материк?

Гордон кисло улыбнулся.

– Нет, зачем же так далеко? Твоя Селия находится куда ближе, чем ты думаешь. Хотя это еще как сказать…

Чейн мысленно напрягся, пытаясь войти в разум Гордона. Когда-то подобные вещи ему удавались… но тогда в его мозге жил психоклон верховного Ллорна по имени Стеллар. Увы, во время схватки с Х’харном в здании Совета Федераций на Веге-3 психоклон погиб, спасая его, Чейна, от верной гибели. Как сейчас бы понадобилась его помощь! Стеллар помог бы разгадать планы Большого Мозга, и подсказал бы, как выскользнуть из ловушки. Но для этого прежде всего надо было бы проникнуть в мысли старого друга, неожиданно оказавшегося новым врагом…

Джон Гордон прежде казался простым и понятным человеком. Не зря Лианна порой за глаза называла его примитивом из прошлого. Но сейчас, похоже, многое изменилось. Долгое общение с Шорром Каном явно пошло Гордону не на пользу. С помощью Большого Мозга он стал вести сложную, многоходовую игру, и предсказать ее ходы не так-то просто. Впрочем, в любой игре можно найти путь к победе! Пока Селия и все остальные живы, еще ничего не потеряно.

Гордон словно бы услышал мысли варганца и с такой иронией взглянул на него, что у Чейна тревожно сжалось сердце. Так что же все-таки задумал Большой Мозг?

Вскоре из леса, со стороны восточной части просеки, выехал еще один вездеход. Гордон приглашающее указал на него, и Чейн молча уселся за заднем сиденье. Тотчас рядом с ним уселись охранники. На среднем сиденье уместились еще трое сверхнейнов. Место водителя занял сам Гордон. «Пять серьезных противников – не так уж много!» – с надеждой подумал варганец.

Машина поехала по широкой просеке в сторону, противоположной той, куда увезли Лианну, Дилулло и остальных пленников. Несмотря на то, что окна в машине были затемнены, Чейн без труда смог перестроить свое зрение и увидел, что лес буквально кишел солдатами в форме армии СреднеГалактической империи. То там, то здесь среди деревьев были спрятаны передвижные ракетные установки. «Чего-то Гордон очень боится, – подумал варганец. – Или вернее, кого-то. Ясно, что не только одного меня. Любопытно…»

Наконец, машина остановилась около белого куполообразного здания, окруженного красивым, ухоженным парком. Вдоль узких дорожек росли кусты, усеянные чудесными, экзотическими цветами. Воздух был насыщен такими густыми запахами, что у Чейна слегка закружилась голова. Пришлось на время понизить порог чувствительности обоняния, иначе это могло помешать во время схватки. А то, что схватка неизбежна, варганец ни секунды не сомневался.

В сопровождении пяти охранников он направился к белому зданию, но Гордон остановил его.

– Морган, не торопись. Мне надо кое-что подготовить к твоему приходу. Это займет минут пять, не больше.

Чейн остановился, спокойно наблюдая за тем, как Гордон торопливо поднимается по широкой каменной лестнице. Вскоре он скрылся за металлической дверью.

«Что же находится там, внутри? – думал Чейн. – Какие сюрпризы мне подготовил Мозг? Неужто он и на самом деле нашел способ, как уничтожить неуязвимого и бессмертного Хранителя? Нет, вряд ли. Мозг явно задумал нечто более хитрое. Но что?»

Охранники не сводили с него глаз. Варганец усмехнулся.

– Расслабьтесь, парни. Если бы я хотел вас убить, то давно бы это сделал. Но ваш хозяин Джон Гордон убедил меня в том, что этого делать не стоит. Пока не стоит…

На лицах сверхнейнов ничего не отразилось. Казалось, угроза пленника не произвела на них никакого впечатления. Очень хорошо, подумал Чейн. Эти твари слишком уверовали в свое превосходство над одиноким пленником. Отлично! Он уже сумел разделаться с четырьмя сверхнейнами. А сейчас, когда его силы стали практически безграничны, он может… Хм-м, а это еще что такое?

На соседней алее, между деревьев, что-то мелькнуло. Чейн присмотрелся и увидел, что кто-то идет по дорожке, направляясь к округлому бассейну. Наверное, это охранник, подумал варганец. Нет, непохоже… Больно у незнакомца мал рост, и движения слишком грациозны, словно у женщины.

Женщины?!

Во рту варганца мгновенно пересохло от волнения. Селия… Ну конечно же, по парку спокойно прогуливается Селия! Видимо, охрана что-то недосмотрела. В планы Джона Гордона неожиданно закралась маленькая ошибка, причиной которой стало самое обыкновенное головотяпство. Если сейчас увезти жену на вездеходе, то…

Впрочем, времени на размышления у Чейна не было. Гордон мог спохватиться в любую минуту, и тогда в парк хлынут десятки сверхнейнов. Надо действовать немедленно!

Казалось, охранники что-то почуяли. В их глазах засветилась тревога. Один из сверхнейнов подошел к Чейну и властно положил ему руку на плечо.

И тогда варганец словно взорвался!

Долгий опыт борьбы с биороботами подсказывал ему самый верный путь к победе. Он не стал даже пытаться нокаутировать сверхнейнов, или применять болевые приемы, которым научился в школе гладиаторов Фарха Косматого. Вместо этого варганец в стиле Гваатха попросту стал отрывать сверхнейнам конечности и головы, используя свою невероятную силу. Одновременно усилием воли он придал своему телу прочность самой крепкой стали.

Но главным его оружием была скорость. Сверхнейны попросту не успевали за перемещениями своего противника. Их могучие удары уходили либо в пустоту, либо натыкались словно бы на гранитную скалу.

Спустя несколько секунд все пять соперников оказались повержены. Чейн повернулся и бросился бежать к Селии, но тут сзади его один за другим обхватили три длинных гибких щупальца. Не поворачивая головы, Чейн разорвал путы, и одним прыжком достиг соседней аллеи.

Жена успела за это время пройти метров тридцать и начала сворачиваться на соседнюю аллею. Чейн настиг ее и схватил за плечи.

– Дорогая, бежим! – крикнул он.

Селия повернулась, и устремила на варганца недоуменный взгляд.

– Кто вы такой? – удивленно спросила она.

Чейн опешил. Перед ним, безусловно, стояла Селия. Ее животик, казалось, еще чуть-чуть увеличился, изменилась и прическа. Обычно ее светлые волосы мягкой волной падали на плечи, а сейчас они были собраны сзади и заплетены в три косички. И глаза… в глазах таилось что-то странное…

– Так кто же вы такой, черт вас побери? – нахмурившись, переспросила незнакомка, и неожиданно разразилась длинной забористой фразой.

– Не бойтесь, Эвелин, это не биоробот, а всего лишь человек, – откуда-то сзади послышался голос Гордона. – Хотя человек, надо признаться, довольно необычный.

Варганец с проклятием обернулся. Позади, на алее стоял Джон Гордон в окружении трех сверхнейнов. Всего трех! Для него, Чейна, эти гомункулусы стали бы легкой добычей, но…

– Ты еще ничего не понял? – с иронией спросил Гордон. – Странно. Я был лучшего мнения о твоей догадливости, волчище! Впрочем, любовь лишает разума всех, и обычных людей, и сверхчеловеков. На это я и рассчитывал, и как оказалось, не просчитался.

Чейн разразился громкими проклятиями. Женщина поморщилась и вопросительно посмотрела на Гордона.

– Ничего не понимаю. Что это за банан? А-а, наверное, это дружок той самой старушки Селии, которая…

Гордон поднял руку, и двое сверхнейнов тотчас взяли женщину под руки и повели ее к белому зданию. Прежде чем скрыться среди деревьев, женщина, похожая на Селию, обернулась и бросила на Чейна озадаченный взгляд.

– Так вот что ты задумал, Джон, – медленно произнес варганец, с ненавистью разглядывая бывшего друга. – И ты еще смеешь обвинять меня в коварстве! Я не раз спасал жизни и тебе, и Лианне… Хорошо же ты меня отблагодарил! Выходит, ты заставил Селию пойти на обмен разумов с какой-то другой женщиной? Но как тебе такое удалось… ведь Зарт Арн утверждал, что такой обмен возможен только при обоюдном горячем желании!

Гордон поморщился.

– Видишь ли… Та дама, что пошла на обмен с Селией, согласилась на это с большой охотой. А Селия… Увы, пришлось ее немного обмануть.

Чейн похолодел.

– Ты… наверное, ты сказал, что я первым совершил обмен разумов? Ха, славная шутка в стиле Шорра Кана! Но Селия – почему она поддалась на эту уловку? Она ведь беременна. Ни одна женщина не способна бросить своего ребенка, даже ради любимого мужчины!

Гордон опустил глаза:

– Ты плохо знаешь свою Селию, – глухо произнес он. – Она… я преклоняюсь перед этой удивительной женщиной! Знаешь, что она сказала, перед тем как лечь на ложе хрономашины? «Джон Гордон, ты – исчадие ада! Но не думай, что одним ударом ты избавишься от Моргана Чейна и от меня. В какое бы время ты нас не забросил, мы обязательно разыщем друг друга, а затем вернемся. Вместе вернемся! И тогда настанет твой черед провалиться – но уже не в прошлое, а в преисподнюю!»

– Селия права – так и будет, – процедил сквозь зубы варганец, с ненавистью глядя на бывшего друга.

Гордон беспечно улыбнулся:

– Ну, это мы еще посмотрим. Единственная хроноустановка конструкции Зарта Арна ныне находится здесь, на этой планете, и только в этом времени. Как же вы сможете вернуться, хотел бы я знать?

Твоя Селия перенеслась в далекое прошлое, очень далекое… Наверное, сейчас она уже ищет своего любимого муженька среди миллионов других мужчин, что живут в одном огромном городе. Но Селия даже не подозревает, что тебя там еще нет!.. Чейн, надеюсь, ты не захочешь оставить свою супругу одну там, в безднах времени? Мы готовы помочь тебе перенестись в то же самое время и в тот же самый город!

Чейн заскрежетал зубами. Так вот что задумал проклятый Мозг! Все просто и гениально. Новый Хранитель галактики казался для всех врагов совершенно неуязвимым, но только не для Мозга. И самым поразительным в этом плане было то, что он, Чейн, должен был погубить себя и свои грандиозные планы своими собственными руками!

– А если я откажусь? – хрипло спросил Чейн. – Не забудь, силой принудить к обмену разумов никого нельзя!

– Ты не откажешься, – пообещал Гордон. – Трех любимым женщин ты уже потерял, теперь у тебя осталась только одна Селия.

Ты же землянин по крови, Морган, а все земляне сентиментальны и простодушны! Я тоже таким был по последнего времени, пока Лианна не предала меня с этим уродом Шорром Каном… С тобой женщины пока еще так жестоко не поступали, не сможешь так повести с ними и ты. И потом, ты же великий и непобедимый Звездный Волк! До сих пор ты выкручивался из самых невероятных ситуаций – может быть, выкрутишься и из этой? Свою Селию ты рано или поздно разыщешь – это я гарантирую. А уж когда вы окажетесь вместе, пусть и в обликах совсем других людей – неужто вас сможет остановить такая мелочь, как пропасть в сто пятьдесят веков?

Чейн кивнул:

– Что ж ты прав, предатель. Даже пропасть в пятнадцать тысяч лет не спасет тебя! Я очень скоро вернусь, быть может, еще до рождения моего сына. Но если я вдруг не успею – ты гарантируешь ему жизнь и безопасность?

Лицо Гордона покрылось пунцовыми пятнами.

– Морган… о чем ты говоришь? Я не собираюсь воевать с детьми, даже если это твои дети… Ну, нам пора идти, установка уже включена. И не вздумай снова устроить драку, дружище! Я специально дал тебе возможность помахать кулаками, и теперь знаю, какие слабые места еще есть у моих верных слуг. Больше у тебя такой фокус не пройдет!

Сверхнейны окружили Чейна и взялись за руки. Их конечности тотчас срослись в такое плотное кольцо, что варганец при всем желании вряд ли мог освободиться. Да он и не собирался вновь бунтовать – ведь это могло очень дорого обойтись для бедняжки Селии.

В «дружеских объятиях» охранников Чейн молча пошел в сторону куполообразного здания. На первом этаже располагались какие-то грандиозные цилиндрические установки, судя по их мерному гудению – энергетические. «Разумеется, эти установки сооружены по приказу Мозга, – думал Чейн, шагая по широкому проходу в окружении кольца из сросшихся сверхнейнов. – Кажется, я видел нечто подобное в недрах горы Рил… Что же задумал этот железный монстр, какую игру он ведет?»

В конце коридора, у стены, находилась лестница, ведущая на второй этаж. На каждой из ее ступеней стояли сверхнейны в синих, необычного покроя мундирах. В руках они держали мощные парализующие ружья. К большому удивлению Чейна, один из охранников жестким тоном потребовал от Гордона пропуск. Вместо того, чтобы возмутится, тот начал лихорадочно шарить по карманам своей куртки, пока не нашел зеленый пластиковый квадрат. Охранник буквально прилип к нему носом, и долго что-то выглядывал в пропуске, словно намеревался обнаружить фальшивку. «А ведь Гордон не такая уж важная птица на этой планете, – подумал варганец. – Выходит, здесь есть кто-то поважнее? Но кто же?»

Его внимание привлекли золотистые погоны охранников. На них, кажется, был изображен силуэт какой-то знакомой горы. «Да это же Рил! – подумал Чейн. – Гора, в недрах которой находится Большой Мозг! Джон, дружок, не так уж у тебя блестяще обстоят дела, как ты пытаешься представить. Ты еще можешь хорохориться, пока Мозг нуждается в слуге по имени Гордон. А когда проклятый Морган Чейн исчезнет в бездне времени, что случится тогда? Мозг наверняка лишен сентиментальности. Все ненужное он будет просто выбрасывать на свалку, в том числе и отработанный человеческий материал».

На втором этаже, посреди большой комнаты, Чейн увидел знакомую установку, очень похожую на ту, что он некогда видел на Земле, в Гималаях. Над кушеткой нависал большой серебристый шлем, с множеством проводов. Рядом располагались три приборные стойки, на которых перемигивались сотни разноцветных лампочек. В дальнем конце зала находились два солидных размеров белых шара, от которых шло вполне ощутимое тепло.

– Ложись, – указал на кушетку Гордон.

– Может быть, ты хотя бы в двух словах объяснишь, что мне предстоит пережить? – с трудом сохраняя спокойствие, спросил варганец. – В какую эпоху и на какую планету я перенесусь? И кто станет моим… э-э, партнером?

После некоторого размышления Гордон объяснил:

– Что ж, теперь, пожалуй, нет смысла ничего скрывать. Пока энергосферы заряжаются, я напомню кое о каких фактах.

Наш общий друг, великий ученый Зарт Арн более десяти лет назад построил на Земле, в Гималаях, установку по обмену разумов. Он был очень любопытным человеком, и намеревался изучать историю Терры, совершая обмены разумов с другими учеными, что жили в разные эпохи.

Однажды, блуждая в лабиринтах времени, он случайно наткнулся на меня, простого жителя Нью-Йорка. В то время я работал в страховой компании, и буквально умирал от тоски. Ведь в молодые годы я служил в военно-воздушных силах Америки, воевал во Вьетнаме, пережил немало приключений… Но жизнь на гражданке у меня не задалась. Не было ни денег, ни семьи, ни перспектив… Понятно, что я с радостью согласился на время поменяться телами со звездным принцем, наследником правителя СреднеГалактической империи.

О том, что произошло дальше, ты знаешь. Враги убили старого Вель Квена, помощника Зарта Арна, и я не смог совершить обратный обмен разумами с принцем. Мне пришлось очень непросто в теле Зарта Арна, поскольку именно мне волей судьбы пришлось возглавить войну СреднеГалактической империи с Лигой Темных Миров. Мы одержали очень трудную победу. Но я не был до конца счастлив – ведь я влюбился по уши в прекрасную Лианну, которая тогда казалось мне совершенно недоступной! Также как и сейчас, кстати…

Прошло время, и я нашел способ, как включить установку в Гималаях. В один не очень прекрасный час мне пришлось вернуться в свое тело, и я снова оказался в Нью-Йорке конца 20 века. Первые дни я отдыхал и радовался – ведь с меня свалилась такая ответственность! Но потом тоска буквально загрызла меня. Я грезил о Лианне, о далеком и прекрасном будущем… Глупец!

Зарт Арн пришел мне на помощь. Он сумел создать другую, гораздо более мощную установку, которая смогла перенести не только мой разум, но и мое тело в ваше время. Для этого потребовалась энергия целой звезды! Увы, в результате этого эксперимента установка разрушилась, и я оказался навсегда отрезанным от своего прошлого. Правда, в то время меня это ничуть не огорчало, ведь я свято верил в себя и в свою любовь!

Мы с Лианной вновь встретились, и вместе полетели на ее родной Фомальгаут. Казалось, дело идет к свадьбе, но все вдруг пошло прахом. Лианне всегда нравились герои, а я, примитив из далекого прошлого, уже героем не выглядел. Мы начали ссориться по поводу и без повода, потом я с горя запил…

Пришлось вернуться в СреднеГалактическую империю, где меня с радостью принял мой старый друг Зарт Арн, который к тому времени уже стал новым императором. Ну, а затем случилась катастрофа провремени, и наша империя перенеслась в далекое прошлое, в ваше время!

В те трудные дни я сумел неплохо проявить себя, и Лианна вновь обратила на меня благосклонное внимание. Все еще могло у нас срастись, но тут на сцене появился некто Морган Чейн, сверхчеловек и герой галактики! И мы с Лианной окончательно разошлись.

Зарт Арн стал моим единственным другом. Он находил время, чтобы заниматься своими научными исследованиями. Император попытался создать на Трооне новую установку по обмену разумов, но его интересовало прошлое Земли. А до нее было сотни парсеков…

Наконец, после долгих и сложных экспериментов, Зарт Арн сумел создать новую установку. Она могла совершать обмен лишь одних только разумов, но зато не только с прежними жителями Троона, но и практически со всеми разумными обитателями миров всех эпох! Правда, энергии на такой обмен требовалось на несколько порядков больше, чем прежде.

– А-а, вот почему первый этаж этого здания заставлен хроногенераторами! – понимающе кивнул Чейн. – Насколько я понял, мне предстоит отправиться именно на Землю, верно?

– Да. Но только Землю середины 21 века.

– Почему именно туда?

Гордон отвел глаза в сторону.

– Так надо… Хотя какой смысл теперь это скрывать? Три месяца назад, когда ты развлекался битвой с Орденом, Зарт Арн узнал, что в середине 21 века на Земле началось строительство каких-то гигантских зданий, которые во многом изменили судьбы галактики.

– Ты говоришь о Цитаделях Культуры? – спросил Чейн.

Гордон изумился:

– Ты слышал о Цитаделях? А знаешь, что одна из них была построена…

– … на острове Крит, где мы с тобой некогда так славно отдохнули, – с усмешкой закончил за него Чейн. – Джон, не надо так удивляться. Я знаю о многих вещах, о которых вы с Мозгом даже не подозреваете… Но неужели Зарт Арн отправился в Грецию 21 века?

Гордон покачал головой.

– Нет, его заинтересовала американская Цитадель. В моей родной стране США идею Цитаделей по какой-то причине поначалу встретили в штыки, и там стали происходить какие-то странные события, о которых в более поздних исторических хрониках не осталось никаких упоминаний. По мнению Зарта Арна, это впоследствии заметно повлияло на будущее галактического человечества, причем не в лучшую сторону. И он решил своими глазами увидеть, как же проходила борьба за американскую Цитадель.

Зарт Арн установил контакт с одним из жителей Нью-Йорка середины 21 века, известным лидером движения каких-то антиглобалистов. Этот человек – даже не знаю, как его зовут, – согласился обменяться разумами только на три дня. Я присутствовал при этом эксперименте, и помогал Зарту Арну. И в тот момент, когда он, а вернее мой земляк из далекого прошлого, открыл глаза и удивленно спросил: «Где я?», раздался взрыв.

Когда я очнулся под обломками стен, то увидел рядом с собой мертвое тело Зарта Арна. Разум бедняги-антиглобалиста разумеется, тоже погиб. Мерзавец Шорр Кан все-таки добился своего – но, как я уже говорил раньше, не совсем.

Чейн изумленно присвистнул.

– Так вот что означали эти странные слова… Выходит, тело Зарта Арна погибло, а душа и разум остались целы и невредимы. Но не на Трооне, а там, на Земле далекого 21 века, в чужом теле?

Гордон пристально посмотрел на него, и от этого тяжелого, недоброго взгляда варганцу стало не по себе.

– Да, Зарт Арн жив! Он жаждет вернуться в наше время, чтобы отомстить предателю Шорру Кану и продолжить руководить СреднеГалактической империей. Увы, установка на Трооне разрушена. Но к счастью, по просьбе Мозга Зарт Арн успел построить вторую установку по обмену разумов здесь, на Дарее. Технически решить проблему с возвращением Зарта Арта несложно. Осталось только…

– Найти добровольца? – глухо спросил Чейн. – Добровольца, готового без малейших колебаний подарить свое тело бывшему императору, а самому обречь себя на жизнь в чужом мире, в чужом времени. Где же найти такого чудака?.. Блестящая комбинация, Джон! Одни ударом вы с Мозгом решите сразу несколько важных задач. Во-первых, вы спасете Зарта Арна, вашего верного союзника. Во-вторых, навсегда избавитесь от проклятого Звездного Волка и его планов по переустройству галактики. В третьих… хм-м, да ведь Зарт Арн в моем теле обретет несравненную мощь! Если он не совершит явных ошибок, то все люди и нелюди будут принимать его за меня, и тогда…

– … тогда мы сможем, наконец, разделаться с Шорром Каном и другими нашими врагами! – с радостной улыбкой промолвил Гордон и высокомерно посмотрел на пленника. – И это еще далеко не все… Мозг просмотрел миллионы вариантов наших возможных совместных действий, и выбрал самые лучшие, самые эффективные. Зарт Арн в теле Моргана Чейна – это козырной туз! Мы вместе с Мозгом сможем… Впрочем, я увлекся. Морган, дружище, все это тебя совершенно не должно волновать. Очень скоро ты окажешься в Нью-Йорке середины 21 века, и останешься там до самой смерти. А она придет очень быстро, потому что бессмертием отныне будет обладать Зарт Арн!.. Охрана, помогите нашему гостю прилечь.

Чейн оттолкнул сверхнейнов и сам лег на кушетку. Тотчас серебристый шлем навис прямо над его головой. Послышался нарастающий гул.

– Учти, Джон – я вернусь! – крикнул Чейн. – Но если мне повезет, то не забудь обещание заботиться о моем сыне.

Гордон что-то ответил, но Чейн не услышал его слов. Он погрузился в глубокий сон. И очень скоро откуда-то из небытия послышался еле слышный голос Зарта Арна:

«Морган, ты готов совершить обмен?»

«Да».

«Прости, я очень сожалею, что так получилось… Но ты сам во многом виноват!»

«Конечно, только я один во всем и виноват. А вы с Джоном Гордоном – просто невинные агнцы!.. Тайно установили контакт с Большим Мозгом, тайно построили машину по обмену разумов, тайно создали армию из сверхнейнов, тайно выкрали Селию и обманом заставили ее расстаться со своим телом и со своим будущим ребенком… Но об этом мы еще как-нибудь поговорим в более подходящей обстановке. Зарт, тебе известно, где сейчас находится Селия? Или хотя, как она ныне выглядит?»

«Увы, я ничего не знаю! Джон об этом мне не рассказал. Наверное, опасался, что проговорюсь тебе. В одном я твердо уверен: раз Гордон пообещал, что ты непременно разыщешь свою жену в многомиллионом городе, то так оно и будет. Удачи тебе, Морган! И прощай, прощай навсегда…»

«Удачи тебе Зарт, и до скорой, очень скорой встречи!»

Глава 4

Был поздний октябрьский вечер 2052 года от Рождества Христова, когда на одной из окраинных улочек Манхаттена появился необычный прохожий средних лет в сером плаще. Он был высок, худощав, светловолос. Лицо человека не отличалось красотой, из особых примет можно было отметить только непропорционально высокий лоб и небритые впалые щеки.

Все, кто прогуливался в это время по улице, сначала бросали на этого человека равнодушный взгляд, но затем, спустя несколько секунд большинство поворачивались и с любопытством глядели ему вслед. Никто не мог понять, чем же их заинтересовал этот заурядный во всех отношениях тип. Разве что походка? Незнакомец двигался как-то странно, словно бы рывками, словно испорченный робот. Несколько шагов он делал быстро и уверенно, как завзятый спортсмен, но затем он вдруг скисал, замедлял движение и начинал шататься из стороны в сторону, явно потеряв координацию. Человека можно было принять за пьяницу или наркомана, но спустя несколько секунд он вдруг вновь обретал уверенность и даже не шел, а словно бы летел над землей.

В конце улицы располагался небольшой сквер. Странный человек поспешил к одной из пустующих скамеек и с огромным облегчением рухнул на нее.

– Черт побери, – пробормотал он на галакто. – Славный подарочек мне достался от Джона Гордона и Зарта Арна! Не знаю, как звали хозяина этого тела, но он был явным кретином! Довести свой организм до такого состояния – это надо уметь! Наверное, этот лентяй ни одного дня в жизни не занимался физкультурой. Мускулы… да разве можно эти тряпочки назвать мускулами! А легкие… кхе-кхе, да они же явно больные! О глазах я уже не говорю, этот тип вряд ли мог разглядеть даже собственный нос…

Чейн еще раз чертыхнулся, а затем его стал бить такой кашель, что игравшая неподалеку в песочнице девочка удивленно посмотрела в его сторону. Бросив лопатку, она подошла к Чейну и ласково спросила его:

– Дядь, ты че, рейком болеешь?

Чейну пришлось потратить несколько секунд, чтобы понять – девочка разговаривала на староанглийском языке. Варганец его знал очень плохо (хотя Джон Дилулло научил его нескольким словечкам), но вскоре он не только вспомнил этот прежде незнакомый язык, но даже смог ответить:

– Нет… Я просто… успел. То есть, устал! Сегодня был трудный пень, то есть тьфу, день.

Девочка понимающе кивнула, продолжая с любопытством разглядывать незнакомца.

– Как странно ты говоришь, дядя! Наверное, ты иностранец?

Чейн кивнул:

– Что ж, можно сказать и так.

– А откуда ты приехал – издалека?

– Издалека.

– Из-за океана? – не унималась любопытная девочка.

– Пожалуй, что из-за океана. Только этого океана нет ни на одной земной карте.

– Ой, как интересно! Мама мне рассказывала, что под землей вроде бы есть большие моря. Наверное, ты был моряком, и плавал по такому подземному морю?

Чейн невольно улыбнулся.

– Да, я был моряком. Но мое море находится вовсе не под землей, а наоборот.

– Как это – наоборот? – опешила девочка. – Разве бывают моря наоборот? Вот здорово!

С соседней скамейки донесся возмущенный возглас. Молодая, изящно одетая женщина, отложила в сторону красочный журнал и торопливо направилась в их сторону.

– Лиз, сколько раз я тебе говорила, чтобы ты не разговаривала с незнакомцами! – воскликнула она, подозрительно глядя на Чейна.

Варганец хотел сказать, что он тут ни причем, но вдруг его вновь стал бить кашель. Молодая женщина охнула и буквально силой оттащила дочь в сторону. Но потом все же вернулась, уже одна.

– Вам плохо? – сочувственно спросила она.

Чейн хотел ответить: «Нет, хорошо!», но сильная боль в области сердца заставила его скривиться.

Женщина достала из кармана пальто флакончик с лекарством и протянула ему таблетку:

– Проглотите это! – потребовала она.

Чейн так и сделал. Спустя минуту-другую боль в груди стихла.

Женщина повернулась и хотела было уйти, но вместо этого присела рядом на скамейку. В ее взгляде читалось сочувствие и удивление. «А если это Селия? – внезапно подумал Чейн. – Чушь, полная чушь… В Нью-Йорке миллионы женщин, и Селия может оказаться запертой в теле любой из этих землянок. Самое ужасное, что мы можем пройти мимо друг друга, и ничего не почувствовать. Проклятый Гордон, какую же жуткую пытку он придумал для меня!»

– Где-то я вас уже видела, – неожиданно заявила молодая женщина, продолжая пристально разглядывать своего соседа.

Чейн пожал плечами.

– Вряд ли… Видите ли, я только сегодня приехал в Нью-Йорк, и никого здесь еще не знаю.

– Нет, я вас точно видела! – настаивала женщина. Взгляд ее ожесточился, в глазах засветилось подозрительность. – У вас есть с собой какие-либо документы? Водительское удостоверение, или карточка социального страхования?

Сердце Чейна тревожно сжалось. Он понятия не имел, в чье тело переселился по воле Гордона. Может быть, этот доходяга в сером плаще – вор или убийца, которого разыскивает полиция? Нет, нет… Кажется, Зарт Арн совершил обмен разумов с ученым, входящим в движение каких-то антиглобалистов. Вряд ли так в это время называли бандитов или наркодельцов! Что же делать? Эта симпатяшка запросто может вызвать полицию, а сейчас это для него равноценно гибели.

Впрочем, для подобных критических ситуаций у бывшего Звездного Волка был один надежный путь к победе: надо нахально идти на пролом, полагаясь на свою счастливую звезду!

Собравшись с духом, он выпалил:

– Я – антиглобалист! Слышали про таких?

Женщина побледнела.

– Господи, ну конечно же… – простонала она. – Вы – Алекс Бирс, лидер американских антиглобалистов! Я видела по ТВ ваше выступление на митинге сторонников Цитаделей в Питтсбурге. Тогда еще полиция применила против толпы газ и психоустановки… Кажется, погибло восемь человек, и более ста оказались в тюрьме?

Чейн насупился. Вот оно что! Этот Алекс Бирс был, оказывается, не в ладах с властями, а его организация подвергалась преследованиям. Славно, нечего сказать! Похоже, здесь, в Америке далекого прошлого, ему особенно скучать не придется.

– Не понимаю, о чем вы говорите, – сухо произнес он и попытался встать, но женщина с неожиданной силой схватила его за рукав плаща, и вновь заставила сесть на скамейку.

– Вы с ума сошли, Алекс? – придвинувшись почти вплотную, прошептала она. – Разве вы не знаете, что ФБР давно за вами охотится? Вы же возглавляете список самых неблагонадежных граждан Америки!

Чейн судорожно сглотнул. Час от часу не легче! Джон Гордон не раз рассказывал ему о своей прежней жизни, но никогда не упоминал ни о ФБР, ни о списках благонадежных.

Он криво улыбнулся и спокойно сказал:

– Разве у нас в стране больше не действует демократия, и отменены все свободы, дарованные нам конституцией?

Женщина грустно улыбнулась.

– Ну конечно же, вы – Алекс Бирс! Именно эти слова вы произносили на митинге в тот момент, когда полиция прорвалась к трибуне. Не понимаю, как вам удалось тогда скрыться… Но тогда вас окружала толпа сторонников, а сейчас… Господи, кое-кто из прохожих уже начинает на вас оглядываться! Ваши фотографии постоянно появляются на ТВ. Кажется, за вашу поимку назначена награда в пять миллионов долларов.

Чейн лихорадочно размышлял. Понятно, это милая дама на него не донесет, напротив, она отнеслась к Алексу Бирсу с явным сочувствием. Но вокруг – тысячи, десятки тысяч людей! Кто-то из них непременно сообразит, что пять миллионов долларов беспечно разгуливают по улицам Нью-Йорка, и постарается первым донести властям на него. Тогда тюрьма, суд, возможно, электрический стул…

В любой случае Селия окажется для него окончательно потерянной, так же как и свобода.

– Видите ли… Простите, но я не знаю, как вас зовут, милая леди.

Молодая женщина сдержанно улыбнулась.

– Зовите меня Джейн.

– Джейн… Со мной случилась большая неприятность. За мной гнались, и я… Короче, я потерял память! Надеюсь, что временно.

– Вас, наверное, допрашивали на мнемоустановке? Я слышала, что эта установка дурно действует на мозг, вызывает амнезию.

– Да, нечто вроде этого. Но друзья помогли мне бежать, а потом… Что случилось потом, я совершенно не помню. Я даже не знаю, где прежде жил! Кажется, у меня в Нью-Йорке есть квартира…

Джейн досадливо поморщилась.

– Ну что вы, Алекс… Ваша квартира наверняка находится под круглосуточным наблюдением ФБР. Я слышала, что на окраине Нью-Йорка находятся тайные центры антиглобалистов. Наверное, вы скрывались в одном из них… Но где их искать, я и понятия не имею!

Чейн кивнул.

– Спасибо, Джейн.

– За что?

– Вы ведь могли бы донести обо мне полиции, разве не так? Пять миллионов долларов – наверное, это большие деньги. Или вы сочувствуете нашему движению?

Джейн пожала плечами.

– Трудно сказать… Когда ваши люди устраивают беспорядки, громят офисы банков и крупных международных компаний, когда они обливают краской политический лидеров и срывают встречи руководства ведущих стран Запада, то я возмущаюсь так же, как и многие рядовые американцы. Вы часто говорите о том, что боретесь с приходом варварства на Земле – а сами часто ведете себе как дикари! Другое дело, когда вы высмеиваете идею панамериканской Либеральной Империи, которую наша страна пытается навязать Земле…

– А чем же вам лично так не нравится идея единой терранской империи? – заинтересовался Чейн.

– Чем… Да хотя бы тем, что на нас уже несколько минут подозрительно смотрит бабушка с соседней скамейки. Слава Богу, что у нее слабое зрение, а не то мы бы очень скоро оказались в тюремном участке. Ведь империя – это конец всех свобод!.. Алекс, нам с Лиз надо идти домой. Но я не могу оставить вас здесь одного, и притом совершенно беспомощного!

Беспомощного? Никто и никогда так не называл Моргана Чейна! Полиция… Чихать он хотел на какую-то полицию! Совсем недавно он сумел справиться сразу с пятерыми сверхнейнами, а уж с этими жалкими земными червями…

Он посмотрел на бабушку и увидел, что старушка лихорадочно роется в сумке. Вот она извлекла оттуда футляр, достала очки…

– Спасибо, Джейн, я принимаю ваше приглашение, – сказал варганец.

Оказалось, что в конце сквера стояла машина Джейн, белый «Мерседес». Молода женщина торопливо усадила дочку на заднее сиденье, а потом указала на него Чейну.

– Садитесь, – коротко приказала она.

Поездка по нью-йоркским улицам заняла минут двадцать. Все улицы были запружены машинами, и потому тот там, то здесь постоянно возникали пробки. Джейн явно нервничала, и потому вела автомобиль не очень уверенно. А Лиз напротив, пребывала полном в восторге. Она щебетала без умолку, успевая при этом играть с любимой куклой Барби и двумя забавными говорящими пингвинами.

Чейн узнал, что мама Джейн работает учительницей истории, очень любит читать и готовится защищать диссертацию на степень доктора философии. С мужем она развелась еще три года назад «когда я была совсем еще маленькой», вела одинокий образ жизни, и потому Лиз сама взялась подыскать для себя второго папу. Дядя Алекс в принципе ей понравился, только уж больно он стар и слаб, да и волос у него маловато… К тому же, мама Джейн любит атлетически сложенных брюнетов.

Услышав эти слова, Джейн обернулась и гневно посмотрела на дочь:

– Лиз, что ты несешь? Замолчи, глупыш!

– Я вовсе не глупыш, – обиженно поджала губы девочка. – Ты сама говорила, что я умница-разумница, каких еще поискать надо! А помнишь, что говорил дядя доктор… этот… как его… генетик, вроде?

– Ничего я не помню, – сердито сказала Джейн и вновь устремила свой взгляд на дорогу. Широкая улица была запружена машинами, которые двигались со скоростью пешехода. Только некоторые особенно нетерпеливые лихачи ухитрялись маневрировать и довольно шустро продвигались вперед.

– Где вы живете, Джейн? – спросил Чейн.

– На острове Лонг-Айленд. Недалеко, в трех милях отсюда. Но эти пробки… Ненавижу такую езду!

– Зачем же вы повезли дочку так далеко от дома? – удивился Чейн. – Неужто поближе к дому нет подходящего сквера или парка?

Джейн хотела было ответить, но Лиз опередила ее:

– Конечно, есть, и даже очень много! Но меня там знают.

– Что-то я не понял. А разве это плохо?

Лиз вздохнула и прижала куклу к груди.

– Вообще-то, наверное, хорошо. Но мне от этого плохо. Я люблю играть с ребятами, и поначалу им тоже нравится со мной играть. А потом…

– Что потом?

– А потом они все почему-то начинают реветь и разбегаются от меня в разные стороны. С той поры мама и возит меня гулять подальше от нашего дома.

– Хм-м… вроде, ты не такая уж страшная, Лиз! А может, ты – людоед?

Чейн хотел просто пошутить, но девочка почему-то отнеслась к его словам очень серьезно.

– Не-а, я хуже.

– Что же может быть хуже?

– Я этот… как его… тели… теле… телекинезчик!

– Чего, чего?

– Ну, дядь, ты и впрямь свалился с моря наоборот! Я могу… да вот посмотри!

Лиз положила куклу Чейну на колени, а потом уставилась в нее своими круглыми голубыми глазищами.

Внезапно кукла шевельнула рукой. Затем она приподняла туловище и села, очумело ворочая головой по сторонам. Наконец, кукла неуклюже встала, шатаясь, пошла по сидению, но ноги ее внезапно подкосились и она упала.

Чейн недоуменно пожал плечами. Он ничего не понял. Кукла-робот была очень плохо настроена, и явно нуждалась в регулировке внутренних механизмов. Кстати, чрезвычайно примитивных… Хотя чего еще можно ждать от 21 века?!

И только тогда он заметил, что на побледневшем лице девочки выступил пот, словно она только что изрядно потрудилась. Но когда?

Тихо чертыхнувшись, Чейн взял куклу в руки и удивился, до чего же она легкая. Помедлив, он решительно открутил Барби голову.

– Дядь, ты че? – возмутилась Лиз. – Барби… она же жива-а-ая!

Девочка разревелась. Чейн растерянно погладил ее по плечу, а потом стал рассматривать куклу. Никаких механизмов внутри ее не было.

– Лиз обладает способностями передвигать предметы одной только силой своей мысли, – не поворачивая головы, объяснила Джейн.

– Это явление называется телекинезом. Подобных людей в мире не так уж мало, но Лиз… Вы же видели, что она не просто двигала куклу, а заставила ее ходить. А теперь представьте, что произошло, когда на прошлое Рождество Лиз заставила плясать надувного Санта Клауса десятиметровой высоты!

Лиз скривилась, словно от зубной боли.

– Мам, ну сколько же можно? – заныла она. – Я же сто раз за это просила прощения…

– А кто заставил носиться по улицам велосипед нашего соседа Тима? Бедный мальчик бегал за велосипедом битый час, пока не свалился в канаву.

– Подумаешь! Пусть не задается. А еще Тим говорит всем мальчишкам, что я ненормальная. Думаешь, приятно?

Варганец с большим удивлением прислушивался к этому странному разговору. Прошло несколько минут, прежде чем он понял, о чем идет речь.

– Телекинез! Ну конечно же, я слышал про такие вещи. Во всей галактике таким даром владеют, кажется, одни только гуманоиды с планеты…

Он запнулся, поняв, как нелепо звучат здесь и сейчас его слова. Надо было как-то выходить из положения, и он сказал:

– Так вот почему, вы с таким сочувствием отнеслись ко мне! Алекс Бирс… то есть я – и сам человек нестандартный, прирожденный изгой. Цитадель Культуры, которую я хочу построить в Америке, и должна защищать таких людей, как Лиз! Но главное – она должна препятствовать деградации человечества, приходу Нового Варварства…

– … имя которому: американская Либеральная Империя Земли! – закончила Джейн. – Помню, как меня взволновали эти ваши слова, которые вы произнесли на митинге в Питтсбурге. Только тогда я поняла, почему наши власти вас так ненавидят. Они-то считают всех противников Империи врагами нации, тайными агентами русских и европейцев. Кстати, это правда, что Цитадель на Крите уже строится?

Но где? Я однажды в молодости была на этом острове, но только проездом…

Чейн судорожно сглотнул. Судьба! На каждом шагу его ведет судьба, и ни одна встреча в результате не оказывается случайной. Ха, как бы удивилась эта милая женщина, если бы узнала, что он однажды побывал в подземных уровнях европейской Цитадели! Только случилось это в далеком будущем, спустя сто пятьдесят веков.

– Цитадель строится возле Белых гор, неподалеку от берега моря, – наконец сказал он. – Это очень живописное место… А это еще что?

Позади послышался тревожный вой сирены. Чейн обернулся и увидел, как среди потока машин довольно шустро продвигаются три автомобиля с сигнальными фонарями на крышах.

Джейн тоже оглянулась, и лицо ее исказилось от страха.

– Господи, да это же полиция! – простонала она. – Наверное, та старая дама все-таки успела надеть свои очки, и разглядела вас, Алекс.

Она судорожно дернула руль, и ее «Мерседес» едва не въехал в бок красного пикаба. Из окна его высунулся курчавый молодой негр и, выругавшись, показал Джейн средний палец.

Чейн понял, что пора действовать.

– Джейн, освободите ваше место. Я сам сяду за руль.

– Но…

– Поверьте, я не так плох, как кажусь. Да, прежней силы в моих руках нет, но навыки остались.

Джейн попыталась протестовать, но Чейн ее уже не слышал. Подмигнув Лиз, он открыл дверцу машины и спустя несколько секунд уже сидел за рулем. Новое тело стало потихоньку его слушаться, и это обнадеживало. Правда, ему еще не приходилось управлять такими примитивными автомобилями, но ничего, справится!

Он нажал на педаль газа, и машина рванулась вперед.

Глава 5

– Ну дядь, ты и даешь! – восхищенно сказала Лиз.

Она спокойно сидела на заднем сиденье, прижимая куклу к груди. А вот ее мама находилась в состоянии, близком к инфаркту. Сумасшедшая гонка по переполненным нью-йоркским улицам потрясла молодую женщину до глубины души. Был момент, когда их преследовали по крайней мере десяток полицейских машин. Они действовали очень умело, пытаясь зажать беглецов в клещи, и остановить на одном из многочисленных перекрестков.

Но хилый и неуклюжий на вид Алекс Бирс оказался настоящим асом. Он гнал «Мерседес» с такой скоростью, будто тот двигался по совершенно пустынном шоссе. Каждую секунду Джейн казалось, что они неизбежно врежутся в соседние автомобили, но Алекс обладал фантастической реакцией и невероятным чувством дистанции. Он ухитрялся протискиваться в такие щелочки между соседними автомобилями, в которые казалось, невозможно даже палец просунуть. Почуяв, что в стаде овец вдруг объявился волк, остальные водители чисто инстинктивно шарахались в стороны, пропуская аса. Это приводило к многочисленным мелким авариям, на улицах образовались заторы, которые мешали преследователям.

Спустя некоторое время в воздухе появился полицейский флайер. Заметив его, Лиз пронзительно завизжала. Не оборачиваясь, Чейн сказал:

– Детка, я видел, как ты умеешь управлять куклой. А флайерами ты никогда не пробовала управлять?

– Чего, чего? – растерянно спросила девочка.

Джейн возмутилась:

– Алекс, вы что, с ума сошли? Лиз – совсем еще кроха! Мы открылись вам, а в благодарность вы пытаетесь использовать способности малышки. Ее психика может не выдержать такой нагрузки, и…

Джейн вдруг застыла с приоткрытым ртом. Судя по ее искаженному, испуганному лицу, она замолчала отнюдь не по своему желанию.

Лиза захихикала, а потом виновато промолвила:

– Мам, ты только не волнуйся, пожалуйста. По правде, я уже и раньше… ну, немножко баловалась. Помнишь, когда наш противный сосед мистер Браннер весной специально проехал рядом с нами по луже и забрызгал твое пальто грязью? Ну, я тогда рассердилась, и он немножко врезался в дерево. Ты еще тогда закричала: «Бог наказал этого мерзавца!» Так вот, это сделал не Бог.

– О Господи… – простонала Джейн, вновь обретя способность говорить. – Эта кроха только что заткнула мне рот! Мне, своей родной матери! Что же будет дальше?.. Алекс, куда мы едем? Мы уже проехали поворот к моему дому… Тьфу, что я говорю, глупая?

Наверное, нас там уже ждет засада.

– Это еще не факт, – сказал сквозь зубы Чейн. – Вряд ли полиция знает номер вашего автомобиля. Да и вряд ли та бдительная старушка в сквере видела, что мы сели в него втроем. Я ведь мог просто угнать вашу машину… Но все же на всякий случай лучше вас высадить. Но где? Хм-м… Здесь рядом где-нибудь есть туннель?

– Мы к нему как раз движемся. Этот туннель ведет из Манхаттена через Гудзон, к Юнион-сити.

– Отлично! Лиз, малышка, сделай так, чтобы флайер свернул в сторону и оставил нас в покое.

– Я стараюсь, – отозвалась девочка. – Но этот пилот-негр… он такой тупой! Сопротивляется, ругается, зовет на помощь… Ага, получилось!

Флайер уже почти настиг их. Еще немного, и полицейские смогут в бинокль разглядеть номер их машины, и тогда…

Внезапно крылатая машина задергалась и, завалившись на правый бок, резко ушла в сторону соседней улицы. Лиз завизжала от восторга и захлопала в ладоши.

– Получилось, получилось! Мам, ты видел?

– Видела, – тихо отозвалась молодая женщина. – Я и не подозревала, что дело может зайти так далеко… Алекс, нам нельзя попадаться в руки полиции! Дело уже не только в вас. В конечном счете, я еще могла бы отговориться, что вы силой захватили нашу машину. Но ФБР наверняка начнет копаться в наших с Лиз досье. И когда там обнаружат кое-какие свидетельства о не совсем обычном поведении дочери, и всерьез займутся ею…

– Она – мутант? – тихо спросил Чейн, продолжая энергично орудовать рулем.

– Нет. Вернее, я не знаю… Но постойте! В той речи в Питтсбурге вы что-то говорили о грядущем Варварстве, о том, что Пятая раса людей идет к закату, а ей на смену идет какая-то новая Шестая раса людей с измененным генетическим кодом… А что, если моя Лиз – из той самой Шестой расы?

Чейн пожал плечами. Сейчас его куда больше занимало лавирование среди машин. По мере приближения к туннелю, ряды становились все плотнее и плотнее, и продвижение вперед заметно замедлилось. Хорошо, что преследователи окончательно отстали. Но можно было не сомневаться, что там, на другом конце туннеля, его уже ждали. Впрочем, он собирался только въехать в туннель, но отнюдь не выезжать оттуда.

– Флайер возвращается, – сообщила с заднего сиденья Лиз. – Ну этот негр, он меня достал! Тупой и упрямый, вроде соседского мальчишки Тима… Я держу его обе руки, так он пытается рулить ногами… А ноги у него будь здоров, как два столба! Может, тюкнуть его башкой о небоскреб?

– Лиз, ты как выражаешься! – взвилась Джейн. – Где ты набралась таких слов? Ведь ты еще даже не ходишь в школу!

– Мам, успокойся. Если бы ты знала, какие слова я знаю, то покоя вообще бы не знала… Нет, не буду я бить этого тупого негра, ведь тогда столько народу погибнет, просто ужас! Ага, у него, кажется, живот стал бурлить – ну как у меня на прошлой неделе, когда сразу после соленых огурцов я напилась молока…

Чейн только покачал головой. «Ну и девчушка! – с восхищением подумал он. – А я-то почему считал, что в далеком прошлом жили только такие примитивы, как Джон Гордон! Но эта кроха даст сто очков вперед многим матерым астронавтам. Вот бы Селии с ней как следует позаниматься! Быть может, у Лиз тоже есть дар прорицательницы… Только где она, моя Селия?»

Дорога пошла под уклон, и впереди показался огромная серая арка. Чейн продолжался упрямо прорываться вперед, беззастенчиво тесня соседние автомобили, но тем не менее двигался довольно медленно.

Джейн спросила напряженным голосом:

– Что вы задумали, Алекс?

– Ничего особенного. Как только мы окажемся в туннеле, то я выскочу из машины и займусь поисками каких-нибудь технических дверей или люков. Мне не раз приходилось бывать в туннелях, это настоящие лабиринты. Я выберусь где-нибудь в другой части города, где меня никто не ждет. Ну, а вы с дочкой спокойно выедете из туннеля.

– Спокойно? Но нас сразу же остановят и арестуют!

– Возможно. Тогда вы поведаете полиции легенду о том, как я захватил ваш автомобиль и, угрожая оружием, заставил уступить место у руля. Валите все на меня, может, и обойдется!

Джейн покачала головой, грустно глядя на лидера антиглобалистов.

– Нет, уже не обойдется. Лиз… вы сами понимаете, что после странного происшествия с флайером нами обеими займутся по полной программе. Ведь вы, Алекс, прежде не занимались телекинезом и всем таким прочим? Значит, это сделали мы.

Чейн вынужден был согласиться.

– Да, пожалуй, вам теперь не отвертеться. Тоталитарные режимы терпеть не могут граждан с необычными способностями – ведь никогда не известно, чего от них можно ожидать. Лиз рано или поздно возьмут в оборот… Но чем я могу помочь? За мной гонятся, словно за диким зверем, а тут еще эти проблемы с памятью…

– Алекс, неужто вы не помните не одного убежища вашего общества? Наверняка в Нью-Йорке у вас полно… э-э…

– … крысиных нор? Да, конечно же, они у нас есть. И друзей у Алекса Бирса в этом городе предостаточно. Они помогли бы мне залечь на дно, но… Но я ничего не могу вспомнить, ни одного имени, ни одного адреса!

– Что же вы будете делать?

Чейн пожал плечами.

– Честно говоря, пока понятия не имею. Ничего, как-нибудь выкручусь. Я не раз попадал в переплеты и похуже. Однажды в туманности Корвус… Тьфу, опять говорю что-то не то.

– Алекс…

– Да?

– В Тоттенвилле, в отдельном коттедже, живет моя давняя подруга. Сейчас она уехала вместе с сыном в Англию и вернется месяца через три. У меня есть ключи от дома, Сюзанна разрешила мне жить там, сколько мне захочется.

– Тоттенвилл – это где?

– На мысе Уорд, рядом с бухтой Раритан. Мы можем добраться туда на такси.

– Хм-м… Насколько я понимаю, вы предлагаете бросить автомобиль и бежать через туннель втроем?

– Да.

– Но это очень опасно! Технические туннели – не самое приятное место для прогулок с дамами, тем более такими юными, как Лиз.

– Не такая уж я и юная! – обиженно отозвалась девочка. – Мне уже скоро будет шесть лет! А кто справился с флайером и этим дурацким здоровилой-негром? Вы или я? И вообще…

– Помолчи, дочка! – сурово оборвала ее Джейн. – Алекс, я прекрасно понимаю, что нам предстоит. Если бы ваша память не дала сбой, то вы бы сразу вспомнили об инсайдах и Хантерах.

– Ой! – испуганно пискнула Лиз.

– Это еще кто? – буркнул Чейн. – Он мысленно считал, сколько метров машине осталось проехать до входа в туннель. Сто… восемьдесят… Стоп, опять затор. Семьдесят… Шестьдесят…

– Дядь, ну и здорово же кто-то вас приложил по тыковке! – хихикнула Лиз. – Инсайды и хантеры – это же варвары, что живут в подземелье Нью-Йорка! Инсайды состоят из всяких безработных, наркоманов, негров, латинос, желтых, красных, больных и всяких других неудачников. Они опасны, но не очень. А вот хантеры – это крутые парни! Они бродят по подземным туннелям и по метро, охотятся за инсайдами и всеми, кто случайно забредает на их территорию. Говорят, хантеры по вечерам выбираются на поверхность и охотятся за нормальными людьми. Их убиваю или утаскивают под землю. Жуть! Чейн скосил глаза на Джейн.

– Это правда?

– Вообще-то да, – неохотно кивнула она. – Подобных людей в Нью-Йорке было немало во все времена. Но в последнее десятилетие варваров стало так много, что ходить вечерами даже по освещенным улицам просто жутко. Я сама видела, как на Лайн-стрит внезапно открылся канализационный люк, и оттуда выскочили два хантера, в лохмотьях, масках и с ножами в руках. Они схватили молодую женщину и утащили под землю, словно крысы. Бр-р-р! Кстати, вы не раз упоминали о варварах подземелий в своей речи, вспоминали роман Герберта Уэллса «Машина времени». Мол, хантеры – это предки будущих морлоков, которые уже начали охоту за нынешними элоями. Разве вы не помните своих слов?

– Ничего я не помню, – буркнул Чейн. До туннеля осталось всего тридцать метров. Сзади вновь появились полицейские машины, но они явно не успевали. Туннель мог дать беглецам убежище. Ну, а эти хантеры… Не ему, бывшему Звездному Волку, опасаться каких-то жалких терранских крыс!

И только когда машина наконец-то въехала в спасительное чрево туннеля под Гудзоном, Чейн вспомнил: увы, он уже не Звездный Волк, а всего лишь хилый, болезненный старик. У него еще нашлись силы, чтобы энергично ворочать рулем, но в этом большую помощь ему оказали гидроприводы. А бродить по подземным туннелям и защищать женщину и ребенка, да еще без оружия… Справится ли он?

Но времени для сомнений не оставалось. Машина уже въехала в туннель и как ни странно, скорость движения тотчас заметно увеличилась. Впечатление было такое, словно кто-то там, на другом конце, открыл зеленый коридор. Скорее всего, так оно и было.

Ловко маневрируя, Чейн перестроился в правый ряд. Он заметил, что на высоте трех метров вдоль туннеля шла узкая галерея с металлическими поручными. Видимо там находились и двери, ведущие в технические коридоры. Но как остановиться на такой скорости, не подвергая опасности пассажирок?

Словно угадав его мысли, Лиз сказала:

– Дядя Алекс, я уже начала тормозить типа, что едет за нами на большой синей машине. Ух, он и злится!

– Он что, тоже – здоровенный, тупой негр?

– Ага. Только этот негр – какой-то бритый русский. Ох, ну он и ругается, сразу на трех языках! Говорит своей рыжей телке: то ли мотор у этой тачки сдох, то ли вместо бензина на заправке мне залили лошадиную мочу, ну прям как в родном Таганроге.

– Лиз, замолчи! – лицо мамы Джейн от возмущения покрылось красными пятнами. – Алекс, простите. Просто не знаю, что сегодня случилось с моей дочкой. Она обычно ведет себя, словно пушистый ласковый котенок.

– Мам, я просто притворялась. Ну, чего тебя зазря огорчать?

Я-то уже давно выросла, а ты мне все этих дурацких кукол покупаешь.

Ух эта дурочка Барби, как же она меня достала! Мне бы лучше компьютер покруче… Дядь, а как мы влезем на галерею, а? Ведь она высоко, а ты маму подбросить не сможешь, мускулы не те.

Но Чейн и сам прекрасно это осознавал. Крикнув: «Держитесь!» он резко ударил по педали газа. «Мерседес» настиг солидный «Бьюик», что чинно катил впереди. Тогда Чейн резко затормозил. Нос «Мерседеса» тотчас задрался, и Чейн заставил свою машину въехать на крышу «Бьюика».

Мать и дочь встретили это цирковой трюк дружным визгом. Водитель «Бьюика» резко затормозил, пытаясь сбросить с себя непрошенного наездника, но Чейн контролировал ситуацию. Распахнув дверь, он довольно ловко выбрался на крышу «Мерседеса» и крикнул:

– Ну, теперь вы! Быстрее!

Джейн пришла в себя и помогла Лиз выбраться наверх. Чейн поднял девочку на руках, и она уцепилась за перила. Еще пара секунд – и Лиз с воплем рухнула на галерею.

Потом настала очередь Джейн. Ей было очень страшно, но Чейн буквально втащил ее на крышу «Мерседеса». И в это мгновения машина накренилась и начала соскальзывать со своей бедной лошадки.

– Прыгаем! – заорал Чейн.

Они с Джейн подпрыгнули и уцепились за металлический поручень. Снизу донесся оглушительный грохот – по-видимому, «Мерседес» все-таки упал на асфальт.

В прежнее время варганец с легкостью бы подтянулся на руках и в считанные мгновения оказался на галерее. Но сейчас… Такое ему не могло привидится и в кошмарном сне! Старые, дряблые мускулы Алекса Бирса не могли выполнить даже эту элементарную задачку, которую мог бы решить любой варганский сосунок. Больше того, его пальцы начали предательски разгибаться! Если он упадет под колеса машин, то конец, всему конец…

Внезапно Чейн почувствовал, что кто-то схватил его за шиворот. Напрягая последние силы, варганец стал карабкаться наверх, помогая себе ногами. После долгой борьбы ему удалось преодолеть препятствие, и он буквально рухнул на галерею. Сердце бешено билось, во рту появился кровавый привкус, голова кружилась…

Лиз нагнулась и погладила его по потному лицу.

– Ну ты и хиляк, дядя! – сочувственно сказала она. – Даже я могу подтянуться на перекладине раз пять, не меньше… Бежим, пока нас не прищучила полиция!

Джейн помогла варганцу подняться на ноги. Судя по всему, она была неплохо натренирована, по крайней мере, куда лучше, чем Алекс Бирс.

– Прости, – с кривой улыбкой промолвил Чейн.

– Да ладно… Для твоего возраста ты не так уж и плох, Алекс. Тебе ведь уже хорошо за шестьдесят?

– Мне?!.. Хотя, хм-м… Да, наверное. То есть, конечно!

Джейн изучающее глядела прямо в его глаза, так что варганец смутился.

– Странно…

– Что странно? Никогда не видела стариков?

– А разве ты старик? То есть, конечно, выглядишь ты на все свои шесть с лишним десятков лет, спору нет. Но я же видела, как ты вел машину. У тебя аж лицо светилось! В тот момент я бы тебе не дала больше тридцати… Нет, не то говорю. Ни один тридцатилетний тебе и в подметки не годился, ты выглядел, словно молодой волк в старой овечьей шкуре.

Чейн вздрогнул. Молодой волк?! Даже не подозревая того, Джейн пропала в точку.

Видимо, что-то в глазах выдало его мысли, и Джейн почти вплотную приблизилась к нему и тихо спросила:

– Кто ты, Алекс?.. От тебя идет такая волна энергии, что у меня аж ноги подгибаются. Я вижу тебя… и не вижу! Не верю, что ты дряхлый, занудливый старик, помешанный на своих заумных идеях! Два последних года я только и делаю, что посылаю своих кавалеров после первой же ночи куда подальше. Но если бы ты только захотел…

От близости молодой, жаждущей его женщины, Чейн смутился. Только сейчас он заметил, что Джейн не просто симпатичная, нет, она красивая, очень красивая… Да, землянки заметно отличаются от тех женщин, которых он встречал на многих мирах, но в них есть свое очарование. А еще эти чудные, серые глаза…

Лиз дернула их за рукава.

– Ну вот, нашли время распускать нюни! – сердито заявила она. – Щас нас полиция загробастает и посадит в кутузку, а они заворковали, словно голубки. Да вы глядите, чего в туннеле творится – полный атаз!

А вот и полиция!

Чейн встряхнул головой. Отгоняя наваждение, он посмотрел в сторону, куда указывала девочка. Действительно, при свете ламп было хорошо видно, как вдали, со стороны выезда из туннеля, к ним бежали не меньше десятка полицейских. Обернувшись, варганец увидел, что и с другой стороны появились вооруженные люди, на этот раз солдаты.

– Бежим! – крикнул он и рванулся вперед так, что аж мускулы на ногах едва не порвались.

Они побежали вперед, навстречу полицейским. Вскоре справа появилась черная металлическая дверь. Чейн дернул за ручку, но дверь, естественно, оказалась заперта.

– Черт побери!

Джейн засунула руку в карман пальто и достала оттуда… пистолет! Протянув его Чейну, она спросила:

– Надо разбить внутренний замок. Стрелять умеешь?

Чейн так посмотрел на нее, что молодая женщина смутилась. Прицелившись, Чейн трижды выстрелил в прорез замочной скважины, а затем схватился за ручку и с такой силой рванул ее к себе, что дверь даже вылетела из петель.

– Ого! – восхищенно крикнула Лиз. – А ты не такой уж слабак, дядь. Только напрасно ты это сделал. Надо было бы дверь закрыть изнутри, а теперь…

Чейн схватил ее словно куклу и швырнул в темный зев двери. Джейн прыгнула туда сама, и в это момент с обеих сторон галереи послышались выстрелы.

Варганец понял, что от пуль ему не уйти. Вернее, не уйти старой развалине Алексу. Для бывшего Звездного Волка здесь не было никаких проблем.

Их и не оказалось. Джейн изумленно охнула, увидев, как хилый старик промелькнул мимо нее, словно молния. А Лиз озадаченно воскликнула: «Во дает, старикан!» и бросилась бежать вслед за Алексом Бирсом куда-то в зияющую темноту.

Глава 6

С каждой минутой Чейн ощущал, что с ним происходят какие-то перемены, причем весьма обнадеживающие. Еще недавно он позорно висел на перилах, не в состоянии даже согнуть руки в локтях, и если бы не помощь Джейн… Невероятно, но факт – впервые в жизни женщина оказалась сильнее его!

Но потом он сумел сорвать массивную железную дверь с петель – такого Алекс Бирс не мог сделать по определению! А прыжок, спасший его от пуль? Старческие мускулы отозвались на этот подвиг дикой болью, но ведь они выдержали! А теперь он уверенно бежит по темным коридорам, легко поднимается по крутым лестницам, еще легче спускается по перилам. Да, его бывшие сородичи Звездные Волки встретили такой его бег громким хохотом, но вряд ли бы к ним присоединился кто-то из землян, даже профессиональные спортсмены.

Земляне?! Черт побери, да ведь он настолько увлекся своими новыми возможностями, что на время совсем забыл о Джейн и о малышке Лиз!

Резко остановившись, он прислушался. Вокруг было тихо, только где-то за стеной слышалось негромкое журчание, словно бы там протекал какой-то ручей.

– Джейн! Лиз! Где вы?

Ответа не было.

Чейн судорожно сглотнул. Бодрость тела и духа, внезапно посетившая его, вновь стала улетучиваться. Пьяное небо, почему он рванулся вперед, совсем забыв о своих спутницах? Технические туннели, да еще с выключенными лампами – вещь коварная. Буквально на каждом шагу неподготовленный человек может упасть, сломать ногу, провалиться в какую-либо шахту или колодец, сверзиться с лестницы…

Лестницы? Ну конечно, ведь он за это время спускался по крайней мере по двум… нет, пожалуй, трем лестницам. А поднимался только по одной, но чертовски длинной. На каком же уровне он сейчас находится? И куда могли подеваться его женщины?

Чейн огляделся и понял, что стоит посреди узкого коридора с высоким, почти трехметровым потолком. Под ним висели десятки разноцветных кабелей, довольно тонких. Судя по еле слышному их гудению, это были какие-то вспомогательные энерголинии. По неровным бетонным стенам кое-где текли тонкие струйки воды. На полу то там, то здесь виднелись большие лужи…

Чейн нахмурился. Что-то здесь не то, подумал он. В коридоре нет ни одной лампы, здесь должно быть так же темно, как в недрах черной звезды, и тем не менее он сумел разглядеть лужи и потеки на стенах. Пьяное небо – он даже сумел каким-то чудом распознать цвета кабелей!

Чудом? Хм-м… Когда-то давно он уже встречался с подобным чудом. Несколько лет назад молодой и нахальный князь Морган Чейн вошел во Дворец Развлечений – самое крупное здание на планете Мидас, чтобы в честном поединке определить первого обладателя титула Шерифа Звездного Клондайка. По просьбе князя Роджера Кампа большинство ламп в здании было погашено, так что шестеро князей охотилось друг за другом в глубокой мгле. Варганцы обладали неплохим зрением, но он, Чейн, мог запросто погибнуть, если бы в решающие минуты его глаза вдруг не обрели способность видеть в полной темноте. Позже выяснилось, что это был дар Альрейвка, главного дипломата Империи хеггов. А еще несколько лет спустя, он, Чейн, обрел еще более могущественного помощника и наставника в лице Стеллара, психоклона из расы Ллорнов. Но ведь психоклон погиб во время схватки с Х’харном в зале Совета Федераций!

А может быть, психиклон не погиб, а был лишь только тяжело ранен? Да, за прошедшие с той поры месяцы Стеллар ни разу не дал знать о себе, хотя он Чейн, не раз нуждался в помощи мудрого Ллорна. Но сейчас эта помощь была не просто желательно, а жизненно необходима! Пусть он и оказался волей злой судьбы в теле старика-терранина, но ведь его разум и душа остались такими же, как и прежде. А значит, если психоклон проснется, то дряхлое тело Алекса Бирса может преобразиться…

Господи, с трепетом подумал Чейн, да ведь оно уже начало преображаться!

«Стеллар? – мысленно произнес он. – Ты слышишь меня?»

Он прислушался. Тишина. Спустя некоторое время откуда-то, словно бы из бесконечной дали, донесся слабый, еле слышный голос. Или это ему просто показалось?

«Стеллар, я верю, что ты жив! Если бы ты знал, как я счастлив, дружище! Понимаю, как тебе сейчас трудно, но вынужден снова просить о помощи. Этот лабиринт в туннеле… здесь так легко заблудиться! Мои спутницы не могут видеть в темноте, они испуганы, и за нами гоняться полицейские. Каждую секунду может случиться непоправимое. Помоги мне найти Джейн и Лиз! Не знаю как, но помоги! Может, ты сможешь обострить мой слух?»

Он замолчал и сосредоточился. Некоторое время он слышал только бурчание воды за стеной да гудение тока в кабелях, но затем эти звуки стали чуть громче, еще громче, и еще… А потом к ним разом прибавились и десятки других звуков, водопад различных звуков!.

Поначалу Чейн обрадовался – выходит, он не ошибся: Стеллар жив и более того, он готов прийти ему на помощь! Но вскоре варганец уловил в хаосе шумов какой-то ритмичный шум, и нахмурился. Шаги, топот многих ног, злобные восклицания, сиплое дыхание, ругань… Взглянув наверх, варганец понял: там, по верхнему коридору, сейчас бегут больше десятка людей. Наверное, это полицейские. Но где же женщины?

Чейн еще немного повысил чувствительность своего слуха и даже поморщился от боли. Пьяное дело, совсем недавно ему казалось, что вокруг царит тишина! Нет, так дело не пойдет. Надо убрать все посторонние шумы, и настроиться только на шаги.

Это оказалось совсем непросто, но через некоторое время Стеллар сумел поставить звуковой фильтр, и Чейн вздохнул с явным облегчением. Многие посторонние шумы исчезли, и он теперь слышал только шаги. Но их оказалось чертовски много, куда больше, чем можно было ожидать! Они доносились буквально со всех направлений. Солдаты? Возможно, но не только они. Кто-то спешил к сломанной двери, кто-то бежал навстречу полицейским…

Инсайды? Похоже на то. Наверное, жители подземелий почуяли, что непрошенные гости вторглись на их территорию. Наверное, солдат и полицию ждет веселая встреча. Но Джейн, Лиз… Они могут попасть между двух огней!

Чейн повернулся, и собрался уже бежать назад, к выходу, но вовремя остановился. Сейчас хуже нет, чем поддаться панике и совершить неверный ход. Этому его научила кровавая игра во Дворце Развлечений. Не раз и не два хладнокровие покидало его, он поддавался эмоциям, и в результате едва не попался в ловушки, искусно расставленные князьями Реем Горном и Шаримом.

«Стеллар, дружище! – мысленно воззвал Чейн. – Помоги мне найти Джейн и Лиз! Девочка… у нее легкие, едва слышные шаги. Взрослые так ходить не умеют, а в этих лабиринтах вряд ли есть другие дети. Сможешь ли ты выделить звук детских шагов?»

По-видимому, задача оказалась не из простых, и прошло несколько минут, прежде чем шум в ушах Чейна погас, и настала тишина. Нет, не совсем полная тишина. Откуда-то справа доносился едва слышный шорох. Казалось, кто-то шел на цыпочках. Возможно, обе женщины поняли, что попали в кипящий котел, и вот-вот в коридорах начнется бойня. Наверное, они надеялись уйти из-под удара… Но почему Лиз идет на цыпочках?

Ответ пришел очень быстро. Чейн услышал отчаянный визг и шум борьбы. Сомнений больше не оставалось: обеих женщин захватили в плен! И похоже, все это происходило совсем рядом, за бетонной стеной!

Чейн рванулся вдоль коридора. Разумеется, никакой двери в стене он не обнаружил, да и с какой стати она там должны быть?

Поняв, что напрасно теряет время, варганец зарычал от ярости. Остановившись, он взглянул на серую, порытую мокрыми подтеками преграду и замер на несколько секунд. Он ни о чем не просил Стеллара, да и зачем? Они вдвоем не раз участвовали в схватках, и психоклон Ллорна не хуже него знал, что и как надо делать.

Глубоко вздохнув, Чейн внезапно выбросил вперед обе руки. Словно два стальных лома, они вонзились в бетонную панель и выбили из нее кусок площадью более квадратного метра. Костяшки пальцев немедленно стали кровоточить (Стеллару не удалось полностью завершить преобразование плоти в сталь), но это были сущие пустяки.

Словно змея, Чейн проскользнул в соседний коридор. Там тоже царила тьма, но варганец тем не менее прекрасно видел все, что хотел увидеть. Впереди, в метрах тридцати, несколько мужчин в грязных лохмотьях окружили Джейн и пытались взять ее живьем. Молодая женщина отважно дралась, демонстрируя неплохое владение рукопашными видами борьбы, но чувствовалось, что в темноте она ориентируется куда хуже, чем ее привыкшие к подземелью противники. Чуть поодаль стоял высокий, под два метра инсайд, и словно мешок небрежно держал в руках девочку. Лиз верещала, пыталась укусить своего пленителя, молотила его ногами, но бестолку.

Чейн стремительно подбежал к инсайду и нанес ему рубящий удар в шею. Раздался хруст позвонков и тот, даже не вскинув, стал падать на спину. Чейн поддержал его, не желая лишнего шума. Уложив инсайда на мокрый пол, он поднял Лиз словно мышонка и шепнул ей на ухо: «Молчи».

Девочка кивнула. Она дрожала от страха, но в целом держалась молодцом.

По-видимому, инсайды своим звериным чутьем ощутили опасность. Они оставили в покое избитую, обессилившую Джейн (та сразу же привалилась к стене и закрыла окровавленное лицо дрожащими руками) и повернулись к Чейну. В руках инсайдов засверкали ножи.

– Кто здесь? – сипло спросил один из них.

Варганец тем временем разыскал в кармане здоровяка нож и молча метнул его в инсайда. Тот вскрикнул и рухнул ничком на пол.

– Эй, полегче! – сказал другой инсайд и, сделав два шага назад, приставил свой нож к горлу Джейн. – Учти, хиляк, если ты пошевелишься, я прикончу твою сучку!

– Почему – мою? – усмехнулся Чейн. – Прирежь ее, если так хочешь. Я – хантер, и пришел по вашу душу, крысы!

Инсайды вздрогнули и дружно сделали шаг назад.

– Что-то ты не похож на хантера, хиляк, – неуверенно сказал инсайд, придвинувшись поближе к Джейн. – Эти парни – здоровилы как на подбор, да и не ходят без оружия. Где твоя пушка, слабак?

Чейн достал из кармана пистолет Джейн (увы, в нем больше не было патронов) и навел на инсайдов.

– Этого хватит? – спокойно спросил он.

Инсайды озадаченно посмотрели на своего главаря.

– Нет, ты точно не хантер, – после паузы, сказал он. – Хантеры ходят с большими пушками и огнеметами, а пистолетами не балуются… – сказал тот. – Да и одет ты, словно наземник. Тьфу, да что мы его боимся, парни? Режьте его, кромсайте на кусочки! Из его мясца мы сварим славную похлебку!

Инсайды загоготали и, выставив вперед ножи, ринулись на одинокого противника.

Чейн отодвинул Лиз себе за спину, и бросился навстречу врагам.

Тело по-прежнему плохо слушалось его, мускулы стонали от перегрузки, в суставах порой раздавался предательский треск, но все же варганец бился не так уж и плохо. Пятеро инсайдов были повержены один за другим, хотя последний из них все же смог полоснуть Чейна ножом по щеке.

Вожак инсайдов задрожал от ужаса, увидев, как пали его товарищи.

– А-а! – заорал он и ударил Джейн ножом прямо в шею.

Вернее, пытался ударить. Чейн был довольно далеко и не мог помешать ему, но кто-то словно бы схватил его за руку. Это Лиз внезапно пришла на помощь матери!

Чейн ринулся вперед. Поначалу он хотел прикончить крысу, но вовремя остановился. Выбив нож у противника, он схватил инсайда за шею и нажал на болевые точки. Инсайд заверещал от невероятной боли и отключился.

Джейн пришла в себя.

– Спасибо, Алекс, – хрипло произнесла она. – Вы появились вовремя… Лиз, где ты, детка?

– Здесь, – тихо отозвалась девочка. Она стояла рядом с Чейном и держалась за край его плаща. – Мам, ты как, ничего?

– Вроде, живая… Проклятые инсайды! Алекс, а вы молодец. Ведь этих крыс было, наверное, штук десять?

– Пустяки, всего лишь семеро.

– Пустяки? Ничего себе пустяки! Как вы справились с ними, да еще в таких условиях? Ведь инсайды видят в темноте не хуже кошек.

– Просто я вижу в темноте лучше кошек. Да и силы у нас неравные.

– С каких это пор?! Алекс, мне кажется, что у вас даже голос помолодел.

– Вряд ли. Просто здесь сильное эхо… Джейн, ты сможешь идти?

– Конечно. Вернее, я постараюсь… Но куда мы пойдем?

Варганец поднял вожака инсайдов и как следует встряхнул его. Мужчина сразу же очнулся и посмотрел на него мутным взором.

– Эй, крыса, ты слышишь меня?

– Слышу… – еле слышно прошептал инсайд.

– Выведи нас наружу! Лучше подальше от реки, там, где нас никто не будет поджидать.

– Ха, чего захотели… Полиция… она знает все про нашу Крепость… все ходы и выходы…

– Так уж и все! Не вздумай дурить мне голову, крыса, иначе пожалеешь.

Чейн сжал руку инсайду с такой силой, что тот невольно вскрикнул.

– Хорошо, – процедил он сквозь зубы, с ненавистью глядя на хиляка, который оказался вовсе не хиляком. – Я постараюсь вас вывести из Крепости. Но учтите – мы пойдем теми путями, где бродят хантеры. С ними шутки плохи, очень плохи!

– Со мной – тоже, – усмехнулся Чейн. – Вздумаешь бежать или позвать на помощь, я выбью тебе последние зубы. Пшел вперед!

Инсайд медленно поднялся на ноги и огляделся по сторонам. А потом повернулся и, пошатываясь, пошел назад.

– Почему идешь именно туда? – подозрительно спросил Чейн.

– А разве ты не слышишь?

Действительно, откуда издалека глухо доносились звуки выстрелов. По-видимому, где-то впереди, в одном из соседних коридоров, шел бой.

– Напрасно полицейские туда сунулись, – с ухмылкой заметил инсайд. – Кретины, там же шестая подстанция! В том месте мы свили густую паутину, наземники там вязнут, словно мухи… Это хорошо, оружие нам позарез нужно, особенно патроны. Да и одежда не помешает, износились ведь все…

Чейн поднял с пола пару ножей и спрятал в карман. Конечно, это не оружие, но лучше, чем ничего. Чутье подсказывало ему – схватки с хантерами не избежать. Наверняка, эти охотники за людьми уже следят за схваткой инсайдов и полицейских, и постараются присвоить плоды победы, на чьей бы стороне она не оказалась.

Инсайд уверенно шел впереди. Лиз семенила вслед за варганцем, а Джейн замыкала небольшую колонну. Чувствовалось, что каждый шаг дается молодой женщине с трудом, но в целом она держалась молодцом.

Дойдя до развилки, инсайд повернул налево. Чейну это не понравилось.

– Мы что же, пойдем по коридорам под главным туннелем? – с подозрением спросил он.

– Ага.

– Хм-м… а они не затоплены?

– Наполовину.

Лиз испуганно пискнула:

– На какую это половину? Дядь, ты че? Я же маленькая, плавать еще не умею. Утонуть ведь могу!

Не оборачиваясь, инсайд равнодушно пожал плечами.

– Ну и утопай себе на здоровье, мне-то что? Надо будет, мать понесет тебя на плечах. А если повезет, тебя понесет сам сэр Алекс Бирс!

Чейн резко остановился, словно натолкнувшись на невидимую стену. До сих пор ему и в голову не приходило, что говорящая крыса в грязных лохмотьях – тоже человек. И похоже, человек разумный!

– Откуда ты знаешь мое имя? – сдавленно спросил он.

– Так, встречались…

– Где же это, интересно? И когда?

– Лет двадцать назад, в Лондоне.

– Наверное, в каком-нибудь пивном баре? – попытался отшутиться Чейн, почуяв что-то неладное.

– И там – тоже. Но вообще то, мы познакомились в королевском дворце, на ежегодной церемонии вручения титула рыцаря самым заслуженным англичанам.

– Ни фига себе! – вякнула Лиз. – Рыцарь… Это кто же здесь рыцарь?

Инсайд весело поглядел на девочку:

– Крошка, здесь их сразу двое. Алекс Бирс получил этот славный титул за свои всемирно известные работы в области экологии. Ну, а я, грешный писака – за поэму «Ланселот Раскованный».

Джейн охнула:

– Не может быть… Эту поэму написал Роджер Вармейер, лучший поэт Великобритании начала 21 века! Но он же, кажется, умер в… э-э…

– … психиатрической лечебнице? Как видите, не совсем умер, милая дама. Вернее, умер интеллектуал и изысканный денди, дамский угодник и знаток английских скакунов, эстетствующий собиратель Гогена и Ван Дейка, и все такое прочее. Зато выжил хулиган и дебошир, наркоман и похабник, игрок и гуляка. В чопорной, гнилой Англии мне стало чертовски тошно, и я подался сюда, в Крепость. Алекс, помните, как рассказали про этот крысятник, где доживают свои дни многие бывшие, никому нынче не нужные интеллектуалы?

Чейн покачал головой. Пристальный взгляд инсайда его чем-то смущал. Только сейчас варганец заметил, что грязное, обросшее лицо инсайда действительно обладало чертами незаурядности.

– Да, кажется, я начинаю вас узнавать, – наконец соврал варганец.

– Ха, приятно слышать! А вот я честно признаюсь, что не больно-то узнаю вас, сэр Алекс. Вернее, физиономию узнаю, хотя с годами она стала походить на половую тряпку. А вот все остальное… Тот Алекс, которого я знал, был куда моложе и куда слабее. Помните, как в пабе к нам прицепились трое подвыпивших шотландцев? Вы тогда отрубились после первого же удара в челюсть, и потому мне пришлось пахать за двоих. Еле отбился, но все же здорово им навешал…

– Мда-а… Веселое было времечко!

– Хотя впрочем, я ошибся. Драка случилась не в пабе, на набережной Темзы, и к нам прицепились не шотландцы, а ирландцы. Тоже крепкие орешки, кстати. И вроде бы не мы набили им морды, а они нам. Помните, сэр Алекс?

Чейн промолчал, поняв, что над ним попросту издеваются.

– Не помните, – с удовлетворением констатировал инсайд. – Еще бы – ведь про драку я только что выдумал! Какой там паб, какая набережная Темзы – в то славное время вы, Алекс, вели себя словно лорд казначей. Это потом, через пару лет, после смерти жены, вы съехали с катушек и прикатились прямиком в объятия антиглобалистов… Слышал я про ваши завиральные идеи: про наступление Нового Варварства, про американскую Цитадель Культуры, про необходимость дружбы Америки с Россией – нынешним духовным центром мира, ну и все такое прочее… Кажется, вас благословил на всю эту бредятину русский гений Вольга Строгов? А это верно, что он похож на Иисуса Христа?

Джейн пришла Чейну на выручку:

– Мистер Бирс недавно побывал в лапах полиции, и потерял часть памяти. Надеюсь, временно.

Инсайд покачал головой, не сводя с бывшего старого приятеля настороженных глаз.

– Может быть, может быть… Но учтите, миссис: жизнь под землей развила в нас, инсайдах, воистину животные качества. Я давно бы загнулся, если не обрел бы обостренное чутье на опасности. И это чутье мне говорит: этот тип – вовсе не Алекс Бирс!

– А что если после ударов по тыковке у него развилась память предков? – предположила Лиз. – Я про такое где-то слышала.

Чейн напряженным голосом сказал:

– Роджер, сейчас не время выяснять, что и как. Разве ты не слышишь, что выстрелы там, в соседнем коридоре стихли? Солдаты перебили всех твоих приятелей, кроме одного, а теперь бросились за нами в погоню. Их ведет… э-э… приземистый горбун…

– Тэр? Этот гавнюк – самая настоящая крыса! Всех заложит, всех предаст… Он – из судейских, попался на крупных взятках… Ну, настал конец нашей Крепости!

Роджер отчаянно махнул рукой и, повернувшись, побежал по левому коридору. Чейн и обе женщины последовали за ним.

Инсайд остановился перед большой лужей и, нагнувшись, стал шарить руками в воде.

– Помоги, Алекс, – сдавленно попросил он.

Чейн наклонился и вскоре нащупал пальцами какую-то железную скобу. Оказалось, под лужей находился круглый железный люк.

Совместными усилиями двое мужчин сумели приподнять люк, и тотчас вода хлынула в открывшийся колодец. Из него запахло смрадным, спертым воздухом.

Лиз задрожала от страха:

– Мам, я туда не полезу, – заявила она. – Там мокро!

Бывший поэт хохотнул:

– Там не только мокро, детка, но еще и гадко, жутко и опасно. Миссис, вам никогда не приходилось бродить по канализационному туннелю? Ну, тогда вам прежде очень везло в жизни, но это везение кончилось… Кстати, кой черт вы сюда обе полезли, а? Ну, Алекс – я еще понимаю, за его старую, побитую молью шкуру ФБР назначило недурную награду в пять миллионов долларов. А вы-то как здесь оказались?

Джейн хотела что-то соврать, но Лиз ее опередила:

– Этот из-за меня, дядя. Я – ребенок из новой, Шестой расы. Ну той, которая с измененным генетическим кодом.

Джейн всплеснула руками:

– Господи, откуда ты набралась всех этих слов?

Девочка шмыгнула мокрым носом и утерлась грязным рукавом.

– Да и из той же самой речи Алекса в Питтсбурге, которую показывали по телику. Думаешь, я тогда в куклы играла? Нет, я просто делала вид, будто играю, а сама слушала и мотала на ус, что и как.

Инсайд даже присвистнул от удивления.

– Ну и дела! Эта серая мышка, оказывается – мутант. Ну тогда все понятно. В лапы полиции вам всем лучше не попадаться, и потому терпите. Может, и обойдется… Я спущусь по лестнице первым, погляжу, как там.

Роджер нырнул в люк. Чейн присел на колени и прислушался. От спертого воздуха и вони у него начала кружиться голова. «Бедная Лиз, а как же приходится ей? – подумал он. – Проклятый Гордон, скольких же людей он подставил под удар. Сам Шорр Кан мог бы позавидовать такому славному, отборному предательству! Но я все равно отсюда выберусь, пусть Джон даже не надеется на свою звезду. А вот где и как найти в этом чертовом городе мою Селию?»

Снизу донесся глухой голос Роджера:

– Вроде, все нормально. Да и стоки сегодня довольно чистые, так что даст Бог, может мы и не задохнемся… Алекс, помоги спуститься девочке.

Чейн повернулся, протянул руки к насмерть перепуганной Лиз и одобряюще улыбнулся.

– Ну как, ты больше не боишься?

Лиз судорожно сглотнула и мотнула головой.

– Не-а… Ну разве самую малость.

Чейн протянул к ней руки – и вдруг едва не ослеп от яркого света фонаря.

– Стойте там, где стоите! – послышался чей-то грубый, басистый голос.

«Хантеры!» – подумал Чейн. Он не столько увидел, сколько почувствовал, что в коридоре появилось несколько вооруженных людей. Они находились довольно далеко, их ружья были направлены на Джейн и ее дочку, и потому драться с ними бесполезно.

Варганец еще мог прыгнуть в колодец и скрыться, но тогда пришлось бы снова оставить своих подруг наедине с обитателями подземелья. Нет, этой ошибки он повторять не станет.

Чейн поднял руки и сказал:

– Ладно, ваша взяла.

Глава 7

Лагерь хантеров располагался в довольно большом помещении, заваленном огромными ржавыми насосами, трубами, электродвигателями, ящиками с болтами и прочей железной рухлядью. Две железные двери были завалены массивными шкафами, наверное, на случай возможного вторжения, а входом служила округлая дыра, пробирая в бетонному полу. «Крысы они и есть крысы» – подумал Чейн и вдруг вспомнил другую крысиную дыру, что находилась в чреве Стальной планеты. Астероид пробил в оболочке огромного летающего мира большую дыру и повредил многие механизмы и энергетические узлы. Для того, чтобы восстановить их работу, в Чрево были сосланы тысячи рабов, среди которых оказался и друг его детства, варганец Крол. Он возглавил восстание и с большим отрядом беглых рабов укрылся в одном из бесчисленных технических отсеков Чрева, похожих на эту свалку…

Нет, сравнивать Чрево и туннель под Гудзоном нельзя, тотчас поправил себя Чейн. Недра Стальной планеты буквально кишели всяческой опасной живностью, приспособившейся к жизни в железных джунглях. Эти твари были опасней всех: и солдат бога-императора Антиоха, и самих беглых рабов. Что по сравнению со всеми ними какие-то жалкие земляшки-хантеры?..

Но Чейн тотчас поправил себя. Во-первых, сэр Алекс Бирс несмотря на начавшееся чудесное преображение – еще далеко не Звездный Волк. А во-вторых, рядом с ним находятся две слабые женщины, делавшие лидера антиглобалистов легкой добычей для любых вооруженных бандитов. Конечно, тот, молодой варганец по имени Морган Чейн в подобной ситуации мог запросто оставить своих спутниц на произвол судьбы. Но с той поры многое изменилось…

Он сидел на грубо сколоченном деревянном ящике. Руки и ноги его были крепко связаны, точно также как и у других пленников, что молча сидели на соседних ящиках. Кроме Джейн и Лиз здесь находилось трое худых оборванцев-инсайдов, а также четверо солдат и один полицейских. По-видимому, Хантеры захватили их прямо на месте боя. Все солдаты были легко ранены, и истекали кровью, а полицейский был жестоко избит. Под его правым глазом темнел большой синяк, губы разбиты. Он то и дело сплевывал кровавую юшку, и тихо ругался.

Внезапно полицейский повернул голову в его сторону и злобно прошипел:

– Это из-за тебя, подонок, мы попались в руки хантерам! Давно надо всех вас, яйцеголовых, сослать в Скалистые горы! Только строить вы там будете не вашу чертову Цитадель, а новые концлагеря для других умников-разумников. Из-за вас все наши беды…

Чейн промолчал, не зная, что ответить, но за него вступилась Джейн:

– Эй коп, не валите с больной головы на здоровую! Наши проблемы начались еще полвека назад, когда Америка с помощью своих тайных агентов развалила Советскую коммунистическую империю, и осталась единственной сверхдержавой на Земле. Вот тогда нас самих обуял имперский бес! Мы захотели диктовать всея и вся, как жить на этой планете, навязывать всем народам свою волю. А разве могут быть деспотические кулаки у мягкого, демократического тела? Тут очень кстати террористы разрушили две башни в Нью-Йорке. После этого под предлогом борьбы с терроризмом в нашей стране и началось свертывание всех демократических свобод…

Полицейский скривился и выразительно сплюнул под ноги.

– Меня уже тошнит от подобных воплей о якобы утерянной свободе. Мы, американцы, несем знамя мировой демократии, а все, к кому это не нравится, могут убираться на Кубу или в вашу разлюбезную Россию! Вот там вам покажут, что такое истинная свобода! На всех вас наденут телогрейки, сунут в руки лопаты и ломы, и пошлют в заснеженную Сибирь строить в Горном Алтае русскую Цитадель. Вот тогда вы запоете другие песни, да уже поздно будет! Э-эх, будь я Президентом, то давно бы собрал всех вас, предателей, посадил на баржу и утопил посреди океана. Нам, нормальным американцам, сразу же дышать стало легче… кхе-кхе!

Копа потряс приступ кашля, и тотчас вслед ему закашляли и все остальные пленники. Действительно, воздух в помещении был спертым, горьким, насыщенным дурными запахами ржавчины и плесени.

Один из солдат, молодой парень лет двадцати, нервно спросил:

– Эти хантеры… разве они тоже продались русским? Не похоже, чтобы они мечтали построить американскую Цитадель. По-моему, они ничего построить вообще не могут, иначе бы не жили под землей, словно крысы. А если они и есть те самые Новые Варвары, о которых говорят антиглобалисты? – и он выразительно посмотрел в сторону Бирса.

Менее всего Чейн был сейчас хотел вести философские споры, притом о вещах, в которых почти ничего не смыслил. И все же все, включая задиру полицейского, ждали от него ответа, и он вынужден был ответить:

– Верно, парень. Ты сам видишь, как мало похожи на людей эти твари в лохмотьях. Их становится больше с каждым годом, разве не так? И одной силой их не одолеешь, мы этим почувствовали на своей шкуре. Разве за тысячи веков на Земле люди смогли справиться с крысами? Нет, не смогли. Крысы умеют жить в полном дерьме, быстро размножаться, питаться всем, что шевелится. Дай им волю, и они сожрут все: и книги, и картины, и все такое прочее – а потом возьмутся за людей. За нас-то уже взялись…

Полицейский хотел что-то возразить, но молодой солдат перебил его:

– Положим, что вы правы, сэр Бирс. Ну и что из этого следует? Я слышал кое-какие ваши речи, читал листовки, которые мы изымали у антиглобалистов… Парни, даже не спорьте – вы все их читали украдкой перед тем, как сжечь! Но понять ваши слова нам, простым ребятам, довольно трудно. Положим, мы построим в Скалистых горах американскую Цитадель. Я видел ее рисунок на одной из листовок. Пирамиды в полтора километров в высоту – это, конечно, круто! И город Солнца, что будет окружать Цитадель, мне понравился. Вы пишите, что там будут жить люди со всего американского материка, кто разделяет ваши идеи, кто хочет, чтобы миром управляла не злая Алчность, а Разум. Мол, в Городе Солнца не будет наркотиков, борделей, продажных политиков и чиновников, преследования за убеждения, и все такое прочее. Ну, словом, рай на Земле, да и только! Пожалуй, я не против бы пожить в таком городе, и поступить учиться во всемирный Университет, что будет находиться в Цитадели! Только у меня один вопрос: а как сделать, чтобы в вашей замечательной Цитадели не завелись крысы? Они ведь туда будут рваться изо всех сил.

Чейн криво усмехнулся. Он был совершенно не готов к подобной дискуссии. Впрочем… разве он не побывал однажды в развалинах европейской Цитадели на острове Крит? И разве он не беседовал с прекрасной Индрой, Председателем Совета Цитадели на планете Талабан? Алекс Бирс, лидер американских антиглобалистов и мечтать о таком не мог. Ведь он не мог быть до конца уверен в том, что идет по правильному пути, в том, что Цитадели на Земле будут все-таки построены, и спасут планету от падения в пропасть Варварства. Именно Цитадели помогут человечеству заняться всерьез, а не ради политической конъюнктуры, Космосом. И хотя Цитадели однажды все-таки падут под напором Варваров, человечество уже успеет основать свои поселения на многих мирах, которые много тысячелетий спустя объединятся в Федерацию Звезд.

Но как объяснить все это молодому солдату? Разумеется, если тот услышит, что в теле Алекса Бирса живет человек, прибывший на землю из далекого будущего, то он сочтет его за безумца. И не только он один…

Чейн покосился на Джейн, но молодая женщина на этот раз не спешила ему на помощь. Она с интересом смотрела на своего нового друга, словно бы говоря: ну, давай, пора вспомни все!

Поразмыслив, Чейн сказал:

– Парень… кстати, как тебя зовут?

– Пол. Пол Лоймер.

– Пол… Ты давно в армии?

– Почти год.

– И многих моих друзей ты за это время арестовал?

– Ну… не считал. Человек пятьдесят, а может и больше.

– И как же твое подразделение находило якобы врагов Америки? Кто-то же их выслеживал, верно?

– Понятное дело. Правда, армия такими вещами не занимается. Это дело ФБР, полиции, разных там осведомителей из общества Друзей Свободного Мира, бдительных соседей и даже близких родственников… Да вашего брата-бунтаря не так уж трудно опознать, у вас ненависть к американской Либеральной Империи на физиономиях написана. Ну, конечно, пока мы эти физиономии малость не пощупаем…

Полицейский и остальные солдаты расхохотались.

Чейн спокойно сказал:

– Да, в этом деле вы мастера… Только хантеры покруче вас будут. А что касается твоего вопроса, Пол, то ты сам на него ответил. Кто не пустит в город Солнца и Цитадель всякую шваль? Да ты и не пустишь! Мы создадим вокруг города Солнца мощный, хорошо охраняемый периметр. На всех КПП будут находится нормальные, хорошие парни вроде тебя, а рядом с ними – телепаты. Они-то и будут решать, кого пускать за периметр, а кого – нет. Да разве ты сам, Пол, сам не поймешь, кто и с какими целями туда пытается проникнуть?

Все взоры обратились на Пола. Молодой парень слегка покраснел и кивнул:

– Пожалуй, смогу. Не такое уж это хитрое дела. Я дерьма всякого насмотрелся…

Полицейский нахмурился:

– Эй ты, сосунок, полегче! Дерьмо – это типы вроде Алекса Бирса, платные агенты красных.

– Красных? Но ведь вроде бы в России красных давно скинули, там тоже демократия…

– Все равно все русские – красные, – упрямо возразил полицейский. – Ты еще щенок, Пол, не знаешь этих чертовых славян. Вечно они носятся со своими дурацкими идеями! То в стойло коммунизма хотели загнать всех свободных людей, то теперь взялись строить эти дурацкие пирамиды. Говорят, на Крите возле Белых гор уже в скальной породе вырубают огромный котлован, где якобы будут находиться грандиозные подземные Хранилища. Мол, ежели на Земле начнется Потоп, или на нее упадет здоровенный астероид, или всю землю заполонят варвары, то тогда мировая культура не погибнет. Тьфу! Да чихать я хотел на мировую культуру! Дураку ясно, что русские просто хотят поставить свои Цитадели словно стены на пути нашей Либеральной Империи. А уж у нас в стране мы никаких дурацких башен не потерпим. Уж лучше эти крысы-варвары будут хозяйничать на улицах наших городов, лишь бы не красные!

– Кто это крысы? – послышался громкий рык. – Это мы – крысы?

Из-за штабеля ящиков вышел громила. Он был одет в длинный кожаный плащ, перепоясанные двумя пулеметными лентами. Лысая массивную голову венчал красный хохолок волос. Массивное багровое лицо испещряли шрамы и татуировка, в ушах висели золотые серьги. В глазах хантера светилась ярость.

Громила держал в руках здоровенный шестиствольный ручной пулемет. Он оглядел всех пленников, а затем остановил мрачный взгляд на полицейском. Тот побледнел.

– Так это ты, свинья, посмел назвать нас, хантеров, крысами и варварами? – угрожающим голосом спросил громила.

– Э-э… Не совсем так… – пробормотал полицейский и облизал пересохшие губы. – Я просто хотел сказать, что лучше уж ваш брат Хантер заполонит улицы американских городов, чем сюда придут красные со своими дурацкими идеями о спасении мира от варварства!

– Ха! Они сюда никогда не придут, пусть даже и не надеется. Мы разрушим этот гнилой и лживый мир! Мы разрушим все музеи и библиотеки, школы и университеты, а потом сожжем все дурацкие книги, картины и прочую чушь! От этой зауми все наши проблемы. Все нормальные мужчины должны стать такими же, какими были сто веков назад: воинами и охотниками. Женщины будут заботиться о домашнем очаге, и рожать им детей. Ну, а всякая шваль вроде вас, слабаков да умников-разумников будет нам прислуживать.

Только вот полицейских среди рабов не будет, потому что мы перебьем вас, всех до единого.

И хантер нажал на курок. Из стволов пулемета вырвалась пламя, и сразу шесть пуль вонзились в грудь бедного полицейского. Сила удара была так велика, что его тело отлетело назад и рухнуло на груду разбитых досок.

Джейн воскликнула от ужаса, а Лиз закрыла глаза и дрожа спряталась за ее спиной.

Хантер ухмыльнулся, обнажив неровные черные зубы, и обратил свой свирепый взгляд на солдат.

– Солдаты, – презрительно промолвил он и сплюнул на пол. – Вы здорово дрались, и прибили больше десятка моих воинов. За это Хантеры хотят содрать с вас кожу заживо, и затем сварить в вас в кипящей смоле!.. Но я – против. Сам был когда-то солдатом, знаю, что такое служба и что такое приказ командира. Потому я решил послать вас на каторжные работы. Нижние коридоры в последние месяцы стало заливать водой, а нам они нужны. Будете латать бетонные стены, чинить лифты и все такое прочее. О свободе можете забыть навсегда, но если повезет, то подохнете не сразу, а через месяц-другой. Считайте, что вам жутко повезло!

– А мы? – отважно пискнула Лиз, выглянув из-за спины матери. – Мы тоже будет чинить стены?

Хантер расхохотался.

– Нет, мышка, тебя мы сварим на ужин… А твою маму мы возьмем в нашу колонию. Крепость нуждается в свежей крови! Те, кто рождается здесь, в Крепости, куда лучше приспособлены к жизни в темноте, чем наземники. Их бабы мрут в туннелях довольно быстро, но надеюсь, одного-двух хороших хантеров эта сучка все же успеет произвести на свет… А кто ты, хиляк? Кажется, из-за тебя и начались заваруха в туннеле, верно?

Чейн кивнул.

– Да, из-за меня.

– Выходит, ты важная птица, фу ты, ну ты…. А по виду больше похож на ощипанную старую курицу. Но физиономия твоя мне откуда-то знакома… Чего молчишь? Может, мне надо спросить у твоей гладкой сучки?

Хантер направил пулемет на Джейн, и варганец торопливо сказал:

– Я – Алекс Бирс. Слыхал про такого?

Хантер выпучил глаза. Он подошел ближе и направил Чейну в лицо яркий свет фонаря, так что тот вынужден был закрыть глаза.

– Вот это, называется, повезло! – радостно воскликнул хантер. – Вроде, охотились за всякой мелочью, а поймали бизона. Алекс Бирс! То-то власти пошли на штурм Крепости! Сюда они давно уже не суются, опасаются. Но за Алексом Бирсом власти будут гнаться хоть до самого центра Земли. Хм-м… жаль.

– Что – жаль? – спросил Чейн.

– А то, что я бы охотно отдал правую руку за то, чтобы прикончить тебя левой рукой! Всю жизнь об этом мечтал, еще когда служил в морской пехоте сержантом. Ишь что надумал, умник: нашего брата хантера обозвал варваром, и захотел прищучить своими дурацкими Цитаделями! Культуры, видите ли, у нас не хватает, уж больно мы дикие, уж больно ненавидим всю эту дурацкую мораль. Не убий, не возжелай жены ближнего своего, не укради, и всякие другие глупые заповеди – все это чушь!

Он вновь поднял пулемет и нацелил на грудь варганца. Тот напрягся, готовясь броситься в сторону. Если Стеллар вновь придет ему на помощь, то ему удастся порвать путы. Ну, а потом…

Но Хантер опустил оружие и разразился грязными проклятиями.

– Дьявол, вот не повезло! – заорал он. – Надо бы прикончить тебя, старая ты сволочь, а нельзя! Я власти знаю. Они теперь не успокоятся, пока не найдут тебя. Ради такого дела они пойдут даже на штурм нашей Крепости! Положат тысячу-другую полицейских и солдат, но и всех нас перебьют. Хм-м… Как ни жаль, придется тебя выдать властям, Алекс. Одно утешение, что они с тобой обойдутся ничуть не мягче, чем мы, хантеры. Э-эх, не повезло, так не повезло!

Хантер повернулся, чтобы позвать своих людей, но Лиз остановила его:

– Дядь, ты че, дурак?

– Замолчи! – в ужасе закричала Джейн.

Хантер медленно обернулся. На его обезображенном лице появилась свирепая улыбка.

– Что ты там пискнула, мышка?

– Я говорю: дядь – ты че, дурак? – отважно промолвила девочка.

– Разве ты не понимаешь, что полиция гонится не только за дядей Алексом, но и за мной и за мамой?

– Зачем вы им понадобились? – спросил хантер и поднял автомат, готовясь одним залпом покончить с Джейн и его отважной дочерью. – Чего в вас такого особенного?

– Щас узнаешь, дядя.

Хантер криво усмехнулся и хотел пристрелить юную нахалку, но вдруг почувствовал, что правая рука перестала его слушаться. Вернее, она начала действовать словно бы сама по себе. Подняв вверх пулемет, она внезапно нанесла сильный удар по голове хантера. Тот завопил от боли, и отшатнулся. Но его лысой макушке потекла кровь. Правая рука приготовилась нанести второй удар, но хантер успел перехватить ее левой рукой.

Услышав его вопль, из темноты выскочили трое других хантеров в ружьями наперевес. Решив, что пленники напали на их командира, они приготовились стрелять, но вожак остановил их повелительным окриком:

– Стойте, болваны!

А затем он вытер рукавом кровь, струящуюся по лицу и с жуткой гримасой поглядел на Лиз.

– Теперь я все понял. Парни, мы поймали целую шайку антиглобалистов! Алекс Бирс – фигура крупная, за него мы у полицейских что-нибудь выпросим, скажем, еду или одежду. А эти две сучки пойдут к нему в довесок. И не такой уж маленький довесок! Девчонка-то – самый настоящий мутант. Провалиться мне на месте, если я не выменяю ее на что-нибудь стоящее, например, на медикаменты. Ну, чего стоите, болваны? Тащите этих троих в северный портал.

Чейн безропотно дал взвалить себя на плечо одного из хантеров. Он так и не смог достучаться до Стеллара. Похоже, пребывание в душном, темном подземелье дурно повлияло на психоклон Ллорна, и он снова заснул. А может, он перенапрягся, не рассчитал свои пока еще очень небольшие силы, и нуждался в отдыхе. Что ж, слава Богу, все обернулось довольно удачно, и немедленная смерть не грозит ни ему, Чейну, ни обеим его подругам. А там видно будет.

– Прощай, Алекс! – донесся из темноты голос молодого солдата.

– Если выберешься на свободу, то позвони в Беркли, моей матери Нейле Лоймер, и скажи…

Послышался удар, крик боли, и все затихло.

Глава 8

Чейн лежал на узкой тюремной койке и, заложив руки за голову, размышлял о разных невеселых вещах.

Дела на самом деле складывались весьма паршиво. Он пробыл на старой Земле всего чуть более суток, но уже успел вляпаться в дерьмо по самые уши. Мало того, что по злой воле Джона Гордона он переселился в тело самого главного американского изгоя, так он еще успел попасться в лапы властям – и не один, а с двумя ни в чем не повинными дамами. Селии, наверное, тоже сейчас приходится не сладко… В который раз надо было признать: увы, женщины были словно карой божьей. Едва эти очаровательные существа попадались у него на пути, как все у него шло наперекосяк!

Правда, однажды перед ним мелькнул лучик надежды, когда в самый трудный момент ему вдруг пришел на помощь психоклон Ллорна. Стеллар кое-что починил в этом старом, дряблом теле, вернул ему часть былой силы, но затем вновь затих. Жив он или окончательно умер? Если бы знать…

Что его теперь может ожидать? Власти США давно охотились за лидером антиглобалистов, и теперь уж постараются не выпускать его из своих цепких рук. Не случайно его посадили в какую-то подземную тюрьму, в одиночную камеру. Здесь нет ни одного окошка, а стальная дверь весит, наверное, не меньше тонны. Коридор набит вооруженными охранниками, а все остальные коридоры, ведущие к выходу, через каждые десять метров забраны массивными стальными решетками. Даже будь он сейчас в самой лучшей своей форме, то вырваться из тюрьмы оказалось бы далеко не простым делом.

«До чего же власти боятся Алекса Бирса!» – с удивлением подумал Чейн. – Хотя, похоже, они опасаются и многих других людей, таких как Джейн и Лиз. Хантеров власти тоже побаиваются, иначе давно бы выкурили их из подземелья. Об антиглобалистах и речи нет, эти люди поставлены вне закона за якобы подрывную деятельность против американской Либеральной Империи.

Хм-х… Странно! Кажется, слово «либеральная» является синонимом слова «свобода». Свободная американская Империя – звучит нелепо! Ведь Империя – это прежде всего Сила и Насилие. Насилие над всеми разнородными элементами империи – странами, нациями, отдельными личностями – ради сохранения если не единства (а силой его достичь просто невозможно), то хотя бы стабильности.

Подобную «Либеральную Империю» и хотел построить его друг и соратник Шорр Кан, только не в масштабах одной планеты, а всей галактики. Он намеревался объединить все звездные сообщества кнутом в виде Орды и пряником в виде различных льгот и привилегий для элит всех миров. По такому принципу уже много веков была построена Федерация Звезд. Адмирал Претт как-то рассказывал, какими методами Совет Федерации действовал по отношении к тем мирам, где у власти находились антифедералисты. Угрозы, подкуп, провокации, прямое военное вторжение под надуманными предлогами – в ход шло буквально все. Главным принципом политики являлась знаменитая циничная фраза: «цель оправдывает средства». А ведь Федерация Звезд вовсе не называла себя империей, по крайней мере внешне она сохраняла признаки демократии в виде Совета всех обитаемых миров, выборности руководящих органов включая самого Председателя…

Так может быть, Федерация Звезд и являлась лучшим из всего возможного? Шорр Кан в качестве императора галактики – это далеко не подарок! Можно себе представить, как этот патентованный мерзавец стал бы преследовать всех инакомыслящих вроде Алекса Бирса – мало ни кому не покажется!

Не совсем так, поправил себя Чейн. В нашей конструкции Империи есть Цитадели Культуры, что будут построены или восстановлены на многих мирах. И есть бессмертный мессия, создавший новое учение. То есть мощь Силы будет уравновешена мощью Разума и Духа; увы, абсолютно неизбежное Зло будет уравновешено Добром.

Только такая конструкция мироздания станет устойчивой, иначе падение в пропасть Варварства абсолютно неизбежно.

Понимает ли это Алекс Бирс и его многочисленные последователи? Вряд ли, иначе они не стали бы столь упрямо конфликтовать со властями и противостоять идее либеральной империи. Понимают ли это власти? Наверняка нет, иначе бы они понимали всю нелепость затеянной ими конструкции и постарались найти общий язык к теми, кого почему-то считают своими врагами. Наверное, всему причиной примитивное мировоззрение землян, где черное непременно противостоит белому, а Зло – Добру. При таком плоском взгляде на мир две непараллельные линии непременно должны с грохотом пересечься, а затем продолжить свое прежнее движение, так и не поняв и не приняв другую линию. Но мир-то на самом деле не плоский, а объемный, и две непараллельные линии скорее всего никогда не пересекутся!

Впрочем, все это касается только США – ныне самой могущественной державе Терры. В остальном мире идут совсем другие процессы. На острове Крит уже началась строительство европейской Цитадели. Вроде бы, сроится и евроазиатская Цитадель в России, хотя Джейн явно не имеет об этом четкой информации. И еще в далекой России появился какой-то новый пророк по имени Вольга. Уж не играет ли этот человек роль, подобную которой ему, Чейну, предстоит сыграть в далеком будущем? Конечно, если он сможет туда вернуться…

Вольга… А если этот русский – его собрат? Ведь Верховный Ллорн однажды намекнул, что не один Чейн стал избранным на роль нового Хранителя. Были и другие люди и нелюди, и причем во все века. Каждый выполнял свою миссию, каждый боролся против наступления варварства…

Нет, Вольга – не один из многих, поправил себя варганец. Земля стала не только прародительницей человечества – она породила и первые Цитадели. И как оказалось, главным строителем был русский. Жаль, что Джейн о нем почти ничего не знает. Наверное, Ллорны наделили его магической силой и особыми способностями, точно так же, как сделали пятнадцать тысяч лет спустя с ним, простым Звездным Волком. И наверняка, Вольга окружил себя друзьями и соратниками, но его также окружают многочисленные враги и предатели вроде Джона Гордона…

В коридоре послышались шаги. Массивная дверь медленно раскрылась, и в камеру вошли трое мужчин в сопровождении нескольких охранников. Чейн даже не попытался встать – больно много чести будет.

Один из мужчин, пожилой человек с массивным, отечным лицом и редкими седыми волосами, некоторое время молча разглядывал лежавшего на койке пленника. Затем он повернулся и властным голосом приказал:

– Оставьте нас наедине.

Двое его спутников запротестовали:

– Но как же так, Клиффорд… Вы не имеете права командовать мною, представителем ФБР!

– К тому же, сэр Бирс стал очень опасен! Есть свидетельство того, что он смог вырвать железную дверь с петель, а затем голыми руками расправился с бандой инсайдов. Пока мы не знаем, каким образом он сумел совершить такие подвиги, но…

– Я говорю – выйдете из камеры! – побагровев, рявкнул Клиффорд. – Не забывайте, что именно мне президент поручил возглавить борьбу с врагами идеи американской Империи. Через несколько минут я позову вас, и мы начнем первый допрос арестованного согласно обычной процедуре. Прочь!

Его моложавые, крепко сложенные спутники молча поклонились и вышли из камеры. Вслед за ними вышли и озадаченные охранники.

Когда дверь закрылась, Клиффорд подошел к стене и, отодвину в сторону плоский камень, нажал на еле заметную кнопку. И только после этого он подошел к лежавшему на койке Чейну и, усевшись на пластиковый стул, с мрачной усмешкой посмотрел на арестанта.

– Ну что, Стручок, на этот раз ты, похоже, все-таки угодил в кипящий котел?

Не сразу Чейн понял, что слово Стручок относилось к нему. По-видимому, такой была кличка сэра Алекса Бирса, которую ему дали друзья-антиглобалисты.

Но вскоре выяснилось, что он ошибся – слово «Стручок» оказалось всего лишь его школьным прозвищем. Оказалось, что Алекс Бирс и Клиффорд Карродайн были одноклассниками, учились в самом элитном американском колледже в Сан-Франциско. Потом их пути разошлись, Бирс стал ученым, а Карродайн пошел в политику. Оба весьма преуспели на своем поприще, стали известными, преуспевающими людьми. Но затем, как нередко бывает, оказались по разные стороны баррикад. Карродайн стал одним из идеологов американской Либеральной Империи, а сэр Бирс – лидером американских антиглобалистов. Кто-то из двоих должен был однажды проиграть в этой схватке…

– Ты конченый человек, Алекс, – сказал Клиффорд. Он достал из кармана сигару в серебряном футляре и протянул ее старому приятелю. – Жаль, ведь мы когда-то были друзьями.

Чейн заложил руки за голову, так и не пожелав встать с койки.

– Что теперь вспоминать, Клиф? Дружба – дело давнее. Теперь я – изгой и пленник, а ты – мой тюремщик. По-моему, для любого беспринципного политика тюремщик – словно вторая профессия.

Карродайн нахмурился.

– Голос… Черт побери, я не узнаю твой голос! Странно… Неужели все эти россказни о твоих необычайных подвигах – чистая правда? Говорят, ты мчался на машине так, что любой автогонщик позавидует. Но ведь ты всегда был острожными до трусости, никогда не стремился идти на обгон… Ну да ладно, этим займутся специалисты. Мне хотелось бы узнать только одну вещь…

– Сколько мне платят за предательство русские?

Карродайн поморщился.

– Не надо иронизировать, Алекс. Да, наши пропагандисты малость перегнули палку, выставив тебя агентом красных, но без этого нельзя. Сам понимаешь: на войне как на войне! Я-то прекрасно знаю, что сэр Бирс – истинный бессеребреник, фанатик идеи Цитаделей Культуры. Меня сейчас волнует другое: когда ты успел задурить мозги моей Эвелин?

Чейн насторожился. Эвелин – кто это? Жена, подруга, любовница? Вот как: оказывается, старая, заслуженная развалина сэр Бирс еще способен задурить мозги женщине. Хотя вроде бы Джейн он понравился. Интересно бы узнать – чем именно?

– Клиф, а не проще ли спросить об этом у Эвелин? – осторожно спросил варганец.

– Я спрашивал. Очень даже настоятельно спрашивал! Ну, когда эта девица слегка баловалась наркотиками, спала напропалую с разными поддонками, устраивала дебоши в ночных клубах, то и дело попали в полицейские участники, я еще терпел. В конце-концов, в наших кругах принято смотреть сквозь пальцы на шалости золотой молодежи! Но когда вчера вечером она вдруг заявила, что любит Алекса Бирса больше жизни, и требует, чтобы я освободил его из тюрьмы, то я оторопел. Кстати, в тот момент я и знать не знал, что Хантеры только что вышли на связь с полицией Нью-Йорка, и готовы на приемлемых условиях обменять главного американского изгоя на кое-какие припасы! Но Эвелин об этом откуда-то узнала. Интересно, откуда?.. Ну, а в как понимать ее внезапно вспыхнувшую страсть к старине Бирсу? Эвелин всего двадцать лет, она – редкая красавица. За моей дочерью вьются сотни молодых парней, с огромными состояниями и блестящим будущим… Но почему-то девочке вдруг понадобился старый, свихнувшийся хрыч. Да так понадобился, что Эвелин пригрозила, что покончит с собой, если сэр Алекс Бирс хоть на один день останется в тюрьме! Может, ты как-то сможешь объяснить эти чудеса, Алекс?

Чейн поразился, до чего изменилось лицо советника Президента. Куда-то исчез напыщенный, высокомерный чиновник, а на его месте нынче находился старый, слабый человек, отец непутевой дочери. Дочери, которую Клиф любил больше всего на свете, и которая так внезапно нанесла удар ему прямо в сердце.

– Ха, выходит не одному мне конец, но и тебе тоже? – улыбнулся варганец. – Приятно слышать, старый дружище, что твоей политической карьере настал конец! Наш славный Президент не потерпит, чтобы в Департаменте Безопасности работали отцы неблагонадежных дочерей.

Карродайн уныло кивнул.

– Да, это верно. Я могу только Бога молить, чтобы ФБР не разнюхала про Эвелин. Ты сам видел, что эти типы только и ждут повода, чтобы вцепиться мне в горло. Ну, а дочь молчать не станет, не то воспитание.

Чейн с сочувствием посмотрел на своего друга-врага. Черт побери, выходит, не только ему одному не везет с женщинами! Кто бы ни была эта Эвелин, она здорово может подставить своего отца… И с чего это ей вздумалось вчера, в одночасье превратиться из обычной прожигательницы жизни в ярую, фанатичную последовательницу сэра Алекса Бирса? Ну, словно ее кто-то стукнул по прелестной головке…

Стукнул?!

Чейн почувствовал, как у него в горле мгновенно пересохло. Странное совпадение! Чуть более суток назад предатель Джон Гордон обманом заставил бедняжку Селию пойти на обмен разумов с какой-то жительницей Нью-Йорка середины бесконечно далекого 21 века. И по удивительному совпадению приблизительно в это же самое время отвязная девчонка Эвелин вдруг разом переменила все свои убеждения, и перешла на сторону Алекса Бирса, врага своего родного отца.

Хм-м… Нет, он явно торопится выдать желаемое за действительное. Предположим, Гордон действительно смог уговорить Эвелин обменяться разумами с Селией. Для пресыщенной девицы из 21 века такое путешествие в мир бесконечно далекого будущего, разумеется, могло стать отличной приманкой. Но откуда Селия узнала, что ее непутевый муж оказался именно в теле Алекса Бирса?

Ответ мог быть только один. Джон Гордон не зря обещал, что оба супруга непременно разыщут друг друга в огромном, многомиллионном городе. Ему, Чейну, Джон ничего не сказал о том, где искать Селию. Но он вполне поведать Селии, как та сможет разыскать своего мужа. Ну конечно же, так все и случилось! Селия – умная женщина, она не захотела бы пойти на такой отчаянный поступок, не выведав у своего пленителя все про судьбу ее мужа. Да и Гордону не было особого смысла скрывать эту информацию. Для него было важно навсегда избавиться от бывшего друга, а все остальное не имело никакого значения. Он мог без всякого опасения рассказать про Эвелин и ему, Чейну, и не стал этого делать лишь потому, что хотел его немного помучить. Надо признаться, замысел Гордона полностью удался…

– Что молчишь, Стручок? – нервно спросил Карродайн. – Время идет!

Чейн лихорадочно размышлял. Разумеется, вся его догадки насчет Эвелин смогут оказаться ложными надежами. И все же, все же…

– Клиф, чего ты от меня хочешь? – наконец, промолви он. – Я понимаю, в какое дерьмо ты вляпался, но разве я могу чем-то помочь?

– Можешь.

– Как?

– Я постараюсь устроить твою встречу с Эвелин. Это будет очень непросто, но я постараюсь. А ты постараешься убедить мою девочку, что ты и все твои идеи – полное дерьмо, что ты раскаялся и готов сотрудничать с властями. Тогда Эвелин опомнится. Я-то ее знаю! Эвелин терпеть не может, когда ее кумиры оказываются слизняками и полными ничтожествами.

– Ха, только психологических экзерсисов мне сейчас не хватает! На моей шее висит петля, а я почему-то должен заботиться о шалой девчонке. Да чихать я на нее хотел, и на тебя – тоже! Или ты обещаешь помочь и мне бежать из тюрьмы?

Карродайн покачал головой.

– Нет, это совершенно невозможно. Но я могу принести тебе яд. Поверь, Алекс, это хорошая плата за твою помощь! Ребята из ФБР давно точат на тебя зубы. Ты должен знать многое и многих, и из тебя вытрясут все, абсолютно все! И видел, как это делается – врагу не пожелаешь таких мучений. А вот умереть раньше времени тебе не дадут, и не надейся. Врачи будут дневать и ночевать возле твоей постели, и будут пичкать тебя всякими тонизирующими лекарствами, пока ты не превратишься в полного дебила. Но физические мучения – не самое страшное, что тебе предстоит. Куда хуже мучения моральные! Вместо сна бы будешь каждый новый день лежать в темноте, и вспоминать имена тех своих друзей, кого ты послал на электрический стул. А ведь у них есть жены, дети… Одна, всего лишь таблетка яда спасет сотни людей, и подарит тебе спокойную смерть. Разве это так уж мало?

Чейн задумчиво кивнул.

– Нет, не мало… Пожалуй, ты прав. Я готов встретится с Эвелин.

– Только как ты сможешь провести ее сюда, в тюрьму?

– Это уж моя забота. Стручок, не забудь – ты обещал вправить моей дочке мозги! А уж за мной не заржавеет… Все, пойду, приглашу этих двух головорезов. Кстати, тот, что пониже, назначен твои адвокатом. Опасайся его! Гнида еще та… Ну, а его напарник предпочитает силовые методы. Надеюсь, что сегодня он только слегка тебя пощупает…

* * *

Первый день в тюрьме оказался еще тяжелее, чем ожидал Чейн. Ему уже приходилось пребывать в роли арестанта. Особенное впечатление на него произвела тюрьма на планете Кхарал. Пьяное небо, как же давно это было! Тогда аборигены его здорово отделали, но к счастью, в самый трудный момент на помощь пришел Джон Дилулло. В то время они еще не были друзьями, и командиру отряда землян-наемников попросту нужен был отчаянный сорви-голова, способный сломать своей тупой башкой любую стенку.

Сейчас ни на чью помощь, увы, рассчитывать не приходилось. Стеллар не подавал признаков, а друзья Алекса Бирса вряд ли смогут взять штурмом тюрьму. Разве что Селия? Если жена на самом деле ныне находится в теле дочери Карродайна, то она наверняка что-нибудь придумает. В крайнем случае, может пустить в ход дар ясновидения и магию. Только хватит ли это для того, чтобы выйти из самой охраняемой тюрьмы США?

Почувствовал резкую боль в груди, Чейн поморщился и сплюнул на пол кровавую слюну. Клиф оказался прав – сегодня его слегка «пощупали». Но большую часть дня его обследовали врачи, словно он оказался в элитной больнице. Ему заглядывали в зубы, что-то искали в волосах, взвешивали, брали анализы, просвечивали на каких-то установках, заставляли бегать по искусственной дорожке, и тому подобное. А потом начались первые допросы. В соответствии с законом, они велись в присутствии адвоката, который, похоже, работал на ту же контору, что и следователи. Арестанта рассматривали об его детстве, литературных пристрастиях, семейной жизни и тому подобных второстепенных вещах. А потом его снова немного били – просто так, для остатки. А потом вновь допытывались, любит ли он морковный сок, не занимался ли в младые годы онанизмом, не прячет ли он в половицах нью-йоркской квартиры героин и тому подобное.

В каком то смысле Чейн был даже разочарован. Он ожидал, что изгоя номер один сразу же возьмут в очень крутой оборот. Но этого не произошло. Почему? Ответ был один: старый друг Клиф нажал на тормоза. Он должен спешно погасить пламя в своем же доме, а потом… Иди найди, кто передал арестанту крошечную таблетку с ядом!

Но если дело обстоит именно так, то свидание с Эвелин произойдет сегодня вечером.

В двадцать один ноль-ноль (электронные часы были встроены в стену) шаги дежурных охранников в коридоре вдруг стихли. Насторожившись, варганец вскочил с койки и прислушался. Сердце го бешено забилось. Неужели… Нет, не стоит подгонять удачу. Пусть будет, что будет.

«Стеллар, ты слышишь меня? – мысленно воззвал он. – Верю, что слышишь. Дело, кажется, идет к развязке. Скоро сюда может прийти Селия. Вместе с ней мы сможем вырваться из камеры и может быть, добраться до конца коридора. Но дальше нам не пройти. Надеюсь, ты успел отдохнуть, и можешь продолжить преобразование этого дряхлого тела. Мне понадобится вся моя сила, что бы вырваться вместе с Селией из тюрьмы. И еще мне очень хотелось бы освободить моих новых подруг – Джейн и ее дочку. Это будет сложно, очень сложно. Но нам придется это сделать, или погибнуть!»

Чейн прислушался. Ему показалось, что откуда-то издалека до него донесся слабый мужской голос. «Слава Богу, Стеллар все-таки услышал меня!» – с радостью подумал Чейн.

Дверь распахнулась, и в камеру вошел Карродайн. Он был в темном плаще, на голову была низко надвинута шляпа.

Из-за его спины выглянула миниатюрная брюнетка, со смазливым личиком и капризными голубыми глазами. Она также была одета в темный плащ. Увидев арестанта, девушка всплеснула руками и защебетала:

– Господи, это он, он! Да, именно таким я представляла этого великого человека!

Сердце Чейна тревожно сжалось. Селия не могла так щебетать. А этот восторженный взгляд, взгляд записной идиотки… Пьяное небо, он снова ошибся в женщинах.

Карродайн плотно закрыл за собой дверь и подойдя к стене, вновь отключил систему подслушивания.

– Алекс, я провел в тюрьму свою дочь по подложным документам, как представителя Госдепартамента. Я очень рискую, но она буквально взяла меня за горло… Эвелин, у тебя в распоряжении десять минут, чтобы составить более точное представление об этом, как ты выразилась, «великом человеке». Ну, падай же перед ним на колени, дуроч…

Внезапно Карродайн охнул, схватился за голову и стал падать. Чейн едва успел подхватить его и аккуратно уложить на пол. Он мог поклясться, что Эвелин даже пальцем не коснулась своего папаши. Значит…

– Морган, это ты? – сдавленно промолвила Эвелин, взволнованно глядя на арестанта.

– Селия!

Чейн заключил свою жену в объятия. Девушка затрепетала, ноги у нее подогнулись… И все же она нашла в себе силы, и вернула обычное хладнокровие.

– Морган, Бог все-таки на нашей стороне. Мерзавец Гордон, какую же жестокую шутку он с нами сыграл!.. Но ладно, об этом потом. Сначала нам предстоит выбраться из этой мышеловки… Морган, возьми все документы у моего «папаши».

Чейн так и сделал, а затем озадаченно взглянул на Селию. Смазливая девушка ответила грустной улыбкой.

– Джон Гордон сумел украсть у меня тело, но не дарования. Я попытаюсь внушить охранникам, что ты – это Карродайн. Одень его плащ и шляпу, и положимся на удачу. Нам придется пройти через пять проверок. Самой сложной окажется последняя. На внешнем КПП находятся около двух десятков охранников. Конечно, я очень постараюсь, но…

Селия выразительно посмотрела на супруга. Тот пожал плечами.

– Увы, прежняя сила ко мне еще не вернулась. Я надеюсь, что это может случиться в любой момент, но не знаю, когда. Так что удача нам на самом деле очень даже понадобится!

Он надел плащ и шляпу Карродайна, а затем нажал на кнопку электрического звонка. В стальной двери тотчас открылось окошко. Чейн почувствовал на себе внимательный, изучающий взгляд. Селия заметно побледнела от напряжения и даже прикусила губы.

Прошло томительная минута. Наконец, послышался лязг открываемого замка, и массивная дверь медленно стала открываться. В коридоре напротив двери стояли трое охранников, державших в руках автоматы.

«Сорвалось!» – с тревогой подумал Чейн, но все оказалось совсем не так, как он ожидал.

– Мистер Карродайн, вы арестованы, – холодно произнес один из охранников.

Чейн оторопел, а вот Селия отреагировала почти мгновенно:

– Вы с ума сошли! – злобно прошипела она. – Тупицы, забыли, кто перед вами стоит? Мой отец – один из высших руководителей Департамента Безопасности США, советник Президента и один из ближайших его личных друзей! Да Президент вас в порошок сотрет, изменники!

Варганец понимал, как же трудно сейчас приходится его супруге. Она тратила массу энергии на то, чтобы охранники воспринимали его как мистера Карродайна. Для того, чтобы одновременно заставить их забыть о приказе начальства, требовались дополнительные внушения, на которые у Селии попросту не хватило сил.

Впрочем, все не так уж плохо!

Чейн повернулся к Селии и мягко сказал:

– Эвелин, не стоит так пугать этих парней. Они – простые солдаты, и всего лишь выполняют приказ своего начальства. А еще точнее, агентов из ФБР, которые следят за каждым моим шагом вот уже лет пять. Не удивлюсь, если они находятся на тайном содержании у красных… Парни, я не собираюсь сопротивляться. Насколько я понимаю, во дворе тюрьмы меня ждет машина с черными стеклами. Отведите нас с дочерью туда быстрее, и тогда клянусь, что на каторгу вас троих не сошлют.

Охранники растерянно переглянулись. Чувствовалось, что им не по себе.

– Мистер Карродайн, мы люди маленькие… – наконец пробормотал один из них. – Конечно же, мы знаем, какие ответственные посты вы занимаете, но с ФБР не поспоришь… Эти парни намекали, что было бы неплохо, если вы с дочерью вдруг попытаетесь оказать сопротивление при аресте, и… Но мы ничего такого делать не станем.

Не забудьте об этом, мистер Карродайн!

– Не забуду, – охотно пообещал Чейн.

Он протянул руки, и охранники защелкнули на них наручники. То же самое они сделали и с Селией. Девушка шипела, ругалась, грозила тюремщикам всеми карами земными и небесными, но затем скисла и даже всплакнула. Словом, все шло пока неплохо.

Трое охранников сдержали свое слово. Они очень быстро провели арестованных через все контрольно-пропускные пункты, и вывели из здания тюрьмы.

Вокруг царила тяжелая, беспросветная ночь. У входа стоял железный фургон. Около него дежурил взвод солдат в камуфляжной форме.

Из кабины вышел высокий, подтянутый господин в элегантном черном костюме и больших темных очках. Он пристально оглядел арестованных, недоуменно пожал плечами, словно чему-то удивляясь, а затем повернулся к охранникам и протянул им пакет с бумагами.

– Это копия постановления Верховного суда об аресте мистера Карродайна и его дочери, – произнес он суровым голосом. – Завтра же утром передайте эти бумаги начальнику тюрьмы. Если у него появятся вопросы, то он знает, где и кому их задавать. Ну, а вы предатели, залезайте в фургон, живо!

Солдаты тотчас бросились к арестованным и довольно грубо затолкали в фургон, и уселись рядом на двух скамьях. От их мрачных, злых взглядов Чейну стало не по себе. Он скосил глаза на Селию и увидел, что та буквально выбивается из сил. «Стеллар, пора нам вступать в игру! – мысленно воззвал он. – Когда машина отъедет от тюрьмы метров на триста, я должен разорвать наручники, и уложить этих солдат прежде, чем они начнут стрелять. Выручай, дружище!»

Варганец выдержал долгую паузу, а затем напряг руки. Увы, наручники не поддались. Похоже, за время пребывания в тюрьме сэр Алекс Бирс растерял остатки своих и без того комариных сил.

Внезапно двигатель взревел, и машина помчалась по ночным улицам. Селия недоуменно посмотрела на мужа, словно спрашивая – а это еще зачем?

После почти получасовой гонки фургон совершил несколько крутых поворотов и, наконец, остановился. Дверь распахнулась, и Чейн увидел. Что машина стоит среди каких-то каменных громад, освещенных только светом бледных звезд.

Сотрудник ФБР вышел из кабины и остановился возле открытой двери фургона. Выхватив пистолет, он с насмешкой сказал:

– Ну что, мистер Карродайн, не ожидали такого сюрприза? Да, вас арестовали – но не агенты ФБР, а мы, друзья сэра Алекса Бирса!

Нам не удалось вызволить напрямую его из тюрьмы – не смогли подделать соответствующие документы. А вот документы на ваш арест у ФБР были давно готовы, нам надо было лишь их выкрасть. Но ничего, мы обменяем сэра Алекса на вас и на вашу дочь. Президент пойдет на такой обмен, никуда не денется, ха-ха!

Селия вдруг шумно вздохнула и обмякла. Чейн успел подхватить ее на руки и увидел, что его жена потеряла сознание.

Солдаты вдруг дружно вскочили на ноги и что-то начали орать. Лже-фэбээровец вздрогнул и сняв очки, протер платком свои глаза.

– Ничего не понимаю… – пробормотал он. – Куда делся Карродайн? Эй, мистер, а вы кто такой?

Чейн улыбнулся и снял шляпу.

– Считайте, что обмен на сэра Алекса Бирса уже состоялся, – с улыбкой сказал он.

Глава 9

Тайное убежище антиглобалистов находилось в Нью-Милфорде, в полузаброшенном рабочем квартале. Здесь жили в основном латинос, которые терпеть не могли любых представителей властей, и особенно полицию. Наверное, именно поэтому ни полиции, ни ФБР так и не удалось добраться до этого логова сторонников Цитаделей.

В огромном подвальном помещении, где когда-то находились склады, собралось более двух сотен людей всех цветов кожи. Среди них было не меньше трети женщин и даже несколько десятков подростков. Чейна поразило, что большинство людей не перевалили еще и тридцати лет. Многие закончили высшие учебные заведения, часть имела научные звания, а кое-кто даже работал на довольно высоких должностях, в частности, мэрии Нью-Йорка, в Верховном Суде и даже в администрации Президента.

Все эти люди собрались в огромном зале, без окон, с низким потолком и сырыми бетонными стенами. Антиглобалисты расположились кто на стульях, кто на пачках книг и газе. Когда Чейн вошел в зал в сопровождении нескольких телохранителей (оказывается, у него были личные телохранители!), то все встали и разразились бурными аплодисментами.

Чейн был смущен таким приемом. До сих пор он воспринимал Алекса Бирса как старика со слабыми мускулами и больным, изношенным телом. Но ведь этот человек был выдающимся, всемирно знаменитым ученым, лидером мощного движения! К нему прислушивались миллионы людей, его боготворили, его ненавидели, его преследовало правительство самой могущественной державы на Земле. А главное, от успеха дела, которому посвятил себя Бирс, зависело будущее галактического человечества! Но ведь Бирс, или вернее, его разум, погиб там, на далекой планете Троон!

От этой мысли Чейн похолодел. Сотни глаз преданно смотрели на него, ожидая от своего лидера мудрых слов и новых планов действий, но что он может им сказать? Признаться, что он никакой не Алекс Бирс, а самозванец, пришедший на Землю из бесконечно далекого будущего? Пожалуй, тогда его сочтут за безумца. Или стоит вновь продолжить игру в человека, вдруг потерявшего память? Нет, его друзья и соратники могут потерять уверенность в себе…

Он вдруг вспомнил о Джоне Гордоне. Когда-то этот простой парень волей случая оказался в теле звездного принца, и вынужден был возглавить борьбу СреднеГалактической Империи с Лигой Темных Миров. И бывший простой летчик справился со сложнейшей ролью принца Зарта Арна! Неужто он, Чейн, не сумеет заменить Алекса Бирса?

В зале пронесся тихий ропот. Все ждали слов своего лидера, и обмануть их надежды было нельзя.

Чейн поднял руку, призывая зал к спокойствию. А затем заговорил:

– Мои друзья! Я счастлив вновь оказаться среди вас. Спасибо за то, что вы не оставили меня в беде и вытащили прямо из хищной пасти властей!

Все вскочили со своих мест и разразились бурными аплодисментами. Радость людей была настолько искренней, что Чейн ощутил нечто вроде укола зависти. Да, он тоже всегда был окружен верными и друзьями и соратниками. Вместе они одержали немало замечательных побед. Но что-то он не мог припомнить подобных аплодисментов в свой адрес! Зато споров и конфликтов хватало. И причина чаще всего была в одном – в непонимании. Он нес тайную ношу Хранителя, и никому, даже своим любимым женщинам не мог открыться до конца. Даже Селия, что скромно сидела сейчас в уголке зала, стараясь не привлекать к себе ничьего внимания, и та не знала многого. Вот поэтому он, Чейн, даже в окружении многих людей зачастую ощущал себя одиноким.

Похоже, у Алекса Бирса не было таких проблем. Его искренне любили, ему доверяли самые разные люди, от мала до велика. А это значит, что ему, Чейну, есть чему поучиться у человека, которого ныне уже нет на свете.

Когда восторги утихли, Чейн продолжил:

– Друзья, наступают решающий период в нашей долгой борьбе.

Последние события заставили меня многое пересмотреть в нашей тактике. До сих пор мы только защищались, старались избежать острых конфликтов с властями, действовали главным образом силой убеждения. Бесспорно, это принесло свои плоды, поскольку наших явных сторонников – многие тысячи, а тайных сторонников – миллионы. Люди всех социальных слоев, от нищих до миллионеров не могут не замечать, как меняется мир. И меняется в дурную сторону! Два дня назад я встретил на улицах Нью-Йорка замечательную, умную и добрую женщину и ее ребенка. Девочке всего шесть лет, но она уже даст фору иным опытным мужчинам! Природа наградила ее чудесными способностями, она владеет искусством телекинеза…

– Она что, из Шестой расы? – воскликнул худощавый паренек.

– Да, – сказал Чейн. Он впервые видел этого парня, и все же чутье подсказало ему, кто это. – Так же как и ты, и многие твои друзья.

– Вот здорово! – улыбнулся парень. – А где сейчас эта девочка, мистер Бирс?

Чейн помрачнел.

– Увы, там же, где недавно был и я – в тюрьме. Вы знаете, как власти бояться детей Шестой расы и как ненавидят их. Этих детей называют мутантами, и отлавливают, словно диковинных зверей. Видите ли, мутанты опасны для стабильности нашего общества!

И это только одна сторона нашего невеселого бытия. Спасаясь от преследования полиции, я попал сначала в руки дикарям инсайдам, а затем едва не погиб от лап хантеров. Последние – уже самые настоящие варвары! Они прекрасно приспособлены к жизни, где слова «культура» и «цивилизация» уже ровным счетом ничего не значат. Хантеры – это прирожденные охотники, только охотятся они не на зверей, а на людей. И у них нет ни тени сомнения, кто одержит победу в этой схватке за будущее Земли.

Мы с вами не раз задавались вопросом: почему власти так жестоко преследуют нас, и при этом так снисходительны к свирепым убийцам-хантерам? Побывав у них в плену, я нашел ответ на этот вопрос. Оказалось, власти тайно сотрудничают с жителями подземелий, и иногда снабжают их пищей, одеждой и оружием. В обмен хантеры держат в страхе обывателей, а порой убирают неугодных властям людей. Меня хантеры очень выгодно обменяли на припасы. Но не только меня – девочка и ее мать тоже были выданы властям!

В зале поднялся шум. Люди были крайне возмущены. Чейн понял, что попал в точку. Впрочем, это оказалось совсем нетрудно. Там, в далеком будущем, он уже сталкивался с подобными вещами. Именно так Орден Звездных Крестоносцев якобы противостоял дьявольской Орде звездолетов – убийц, время от времени устраивая весьма убедительные показательные бои. Но на самом деле Орда тайно служила Ордену, и помогала ее планам по захвату власти на многих обитаемых мирах. В этом мире хантеры играли роль Орды.

Отличие лишь в одном – ему, Чейну, удалось найти общий язык с Ордой. А вот с хантерами такое вряд ли получится… Хотя, ведь сумел же он однажды завоевать уважение миллионов пограничников в звездном Клондайке? А эти парни тоже были далеко не сахар…

Когда шум немного стих, Чейн вновь продолжил:

– Друзья, так дальше продолжаться не может. Митинги, акции протеста, конференции, тайные встречи, научные исследования в подземных лабораториях и все такое прочее – это, конечно, хорошо. Но пассивная оборона привет нас к неизбежному провалу. С полицией и агентами ФБР мы еще как-то справлялись. Но отныне хантеры почуяли вкус нашей крови! Если уж им удалось захватить самого лидера антиглобалистов, то почему бы не устроить охоту на рядовых членов нашего общества? За щедрой наградой власти не постоят.

Молодая негритянка, сидевшая в первом ряду, недоуменно поджала плечами:

– Звучит жутковато… Но каким же образом хантеры станут за нами охотиться? Они ведь живут вроде бы только в метро и в туннелях…

Чейн грустно улыбнулся. «До чего же наивны эти земляне! – подумал он. – Если бы с мое постранствовали по воровским мирам типа Мруун или Адем, то ничему бы уже не удивлялись»

Он указал рукой себе под ноги:

– Вы видите этот железный люк? Он ведет в туннель, что идет под этим домом. И таких туннелей в Нью-Йорке – миллионы! По ним протянуты энергетические и телефонные кабели, там спрятаны водопровод, канализация, и прочие коммуникации, без которых невозможна жизнь любого города. Хватает под землей и других пустот, естественного и искусственного происхождения. Обычные люди спускаются в этот подземный Нью-Йорк только в случае необходимости, а хантеры и инсайды там живут постоянно. Их глаза за долгие годы привыкли к тьме и дурному, бедному кислородом воздуху. Они отвыкли от лучей солнца, и даже не слыхали про такие слова, как мораль и жалость. Многие из жителей подземелий никогда не учились в школах – чему же они смогут научить своих детей? Только одному: как нападать и как убивать обычных людей, которых они презрительно называют наземниками.

Но вы не хуже меня знаете, что варвары ныне живут не только под землей. Их хватает и на городских улицах. Бандиты, наркоманы, воры, проститутки и прочее отребье кишмя кишит на городских окраинах. Такие люди существовали всегда и везде, но только сейчас приходит их время. Они всегда ненавидели людей богатых и цивилизованных, и эта ненависть рано или поздно превратится в беспощадный террор!

Точно так же и страны разделились на богатые и процветающие и нищие и полуголодные. Первые эгоистично и бессовестно используют ресурсы вторых, и хотели бы сохранить такое положение на вечные времена. Но такому не быть! Рано или поздно нищие страны завладеют мощным оружием, и бросятся на своих процветающих соседей. И никакая богатая Сила не сможет остановить другую, бедную Силу, потому что нищие умеют драться, не жалея не только противника, но и себя.

Шанс спасения Земли только в одном. Варвары уже строят свой будущий мир, и потому цивилизованные люди тоже должны строить свой мир, основой которого будет Культура. Нынешние власти США никак не желают осознать этого факта, потому что в основе этой страны никогда не стояла Культура. Нашей основой всегда являлась сила, деньги, и гордыня. Но Новые варвары смогут рано или поздно захватить и разрушить все эти бастионы. Силы и гордыни у них еще больше, чем у нынешних властей, а деньги им просто не нужны. То, что варварам будет нужно, они возьмут и сами.

С одного из последних рядом поднялся седовласый мужчина и громко спросил:

– Алекс, ты уже не раз и прежде говорил подобные вещи. Но что мы можем реально сделать? Русские уже начали строить свою Цитадель в Горном Алтае, а европейцы еще дальше продвинулись в создании своей титанической башне на острове Крит. Об этом у нас мало кто знает, потому что молчат телевидение и газеты, а Интернет взят властями под полный контроль… Власти также заморозили стройку в Скалистых горах, которую начал фонд имени Билли Гейтса.

Нас обложили со всех сторон, словно волков…

«Вот как, выходит в Америке уже начато строительство Цитадели! – с удивлением подумал Чейн. – Я и не знал… Черт побери, да я же вообще мало что знаю о мире, в который попал по воле проклятого Джона Гордона! Рано или поздно мои новые друзья поймут, что я блефую – ведь я не знаю имена даже своих ближайших соратников. Что тогда будет?»

Но отступать ему не хотелось. Он вспомнил давний принцип боя Звездных Волков: «когда не знаешь, как поступить, иди напролом!»

– Погодите, погодите, – задумчиво произнес он, обводя взглядом притихший зал. – Что-то я запамятовал – а разве этот фонд не выкупил землю в окрестностях Скалистых гор?

Седовласый мужчина кивнул.

– Разумеется, выкупил и давно, еще при жизни Билли Гейтса. Лет тридцать назад глава компании «Майкрософт» был самым богатым человеком в мире. Когда в России в двадцатых годах этого века появился пророк Вольга Строгов, Гейтс встретился с ним и буквально заразился идеей Цитаделей. Гейтс считал, что новейшие технологии его фирмы могут помочь объединить человечество. Правительство США в то время недооценило русского мессию, и попросту не обратило внимание на сделку в Скалистых горах.

– Почему же стройка заморожена? – спросил Алекс. – Земля куплена на законных основаниях, деньги как я понимаю, тоже есть… Не хватает рабочих рук, верно?

Седовласый кивнул.

– Ну да… Все рабочие разбежались еще пять лет назад, когда власти всерьез взялись за всех сторонников Цитаделей… Да и кому из этих простых парней хотелось попасть в писки неблагонадежных?

Все помнят слова нынешнего Президента: «Цитадели – эти вражеские крепости на пути к американской Либеральной Империи Земли…» Черт побери, Алекс, уж не хотите ли вы сказать, что американскую Цитадель должны строить… мы?

Чейн с улыбкой кивнул.

Зал ответил на эти слова мертвым молчанием, а затем все разом заговорили, обращаясь к своим соседям. Воспользовавшись общей растерянностью, Селия встала со своего места, подошла к Чейну и горячо зашептала ему на ухо:

– Морган, я сидела и прощупывала мозги всех моих соседей. Эти американцы – очень странные люди! Они живут в обществе, где все люди очень специализированы. Все привыкли заниматься только своим профессиональным делом, и очень немногие – политикой. Вот почему твоих соратников так шокировало твое предложение самим строить Цитадель! Да ведь они даже гвоздь в стенку вбить не умеют, и нанимают для этого мастеров.

Чейн недоуменно взглянул на Селию.

– Ты шутишь?

– Ничуть.

– Но они же многие годы активно агитировали за Цитадель… Неужели никому не приходило в голову просто взять в руки инструменты, и самим строить ее?

– Нет, не приходило. Я же говорю – в этой стране принято заниматься только своим делом. Вроде бы, русские строят свою Цитадель иначе, но русские – совсем другие люди, у них другой менталитет.

Чейн был ошеломлен. Судя по отрывкам фраз, которые он улавливал в разноголосом хоре, Селия была права. В Америке действительно было принято заниматься только своим профессиональным делом. В этой стране возводились самые большие небоскребы в мире, на это делали строители-профессионалы. Все правильно, так и должно быть, но встречаются ведь и иные ситуации…

Спор в зале продолжался довольно долго. Наконец, шум постепенно стал стихать. Воспользовавшись этим, Чейн вновь встал и громко произнес:

– Друзья, теперь я хотел бы услышать ваш ответ. Я прекрасно понимаю, что вас смущает. Разумеется, такое грандиозное здание как Цитадель, смогут построить только суперпрофессионалы, а мы таковыми не являемся. Но что-то сделать мы бесспорно сможем. Наших сторонников в стране десятки тысяч – а это сила! Все мы устали от противостояния властям, и как я уже говорил раньше, эту борьбу скорее всего проиграем, поскольку отныне с нами начнут воевать и новые варвары.

Выход только один: навсегда отбросить приставку «анти», которая стоит в название нашей организации! Вечная война изнуряет нас, лишает ощущения полезности нашей деятельности. Противостоять чему-либо, конечно проще, чем созидать, но вечно только противостоять чему-то нельзя… Короче, мы можем в самое ближайшее время выйти на контакт с властями. Мы скажем, что прекращаем войну, а взамен просим не мешать нам и нашим сторонникам свободно уехать из наших городов в Скалистые горы. Там мы прежде всего построим свой город, а потом уже всерьез возьмемся за проектирование американской Цитадели.

Что на это ответит правительство? Оно окажется в затруднительном положении. Одно время бороться с «врагами американской нации», с «платными агентами русских» и тому подобных изгоях. Но когда люди покидают свои дома, чтобы построить свой, новый город… Что же здесь преступного?

Чейн вспомнил о том, что Джон Гордон рассказывал об истории США, и добавил:

– Вспомните: именно таким образом на карте мира появились Соединенные Штаты Америки. Однажды предприимчивые люди из Старого Света пересекли океан, и поселились в новой, малозаселенной стране. Они, конечно же, воевали с аборигенами, но главным образом строили свой новый мир.

Мы пойдем этим же путем. Из десятков миллионов предприимчивых американцев наверняка найдутся десятки тысяч таких, кому эта предприимчивость уже стала поперек горла. И мы тоже иммигрируем – но уже не за океан, а в свои собственные Скалистые горы! Интересно узнать, как правительство сможет запретить нам сделать это?

Чейн хотел сказать о Звездном Клондайке, который был создан путем Исхода людей и нелюдей из многих обитаемых миров галактики, но вовремя прикусил язык.

Зал затих – люди обдумывали слова своего лидера. Судя по всему, предложение об Исходе оказалось для них совершенно неожиданным.

«Интересно, – подумал он, – а как отнесся бы сэр Алекс Бирс к этой моей идее? Судя по всему, он был зациклен на противостоянии с властями, и других путей реализации своего проекта просто не видел. Но он тогда не знал, что власти уже готовы к контактам со своими противниками-варварами, поскольку у них есть один общий враг – сторонники Цитаделей. Что случится с движением антиглобалитистов, которые в один прекрасный день окажутся между двух огней? Объявлять войну бессмысленно, силы явно неравны. Остается лишь одно: Исход. Иного просто не дано!»

Чейн вспомнил мнемофильм, который год назад показала ему Индра, председатель Совета Цитадели на планете Талабан. Земляне еще не знали о том, что спустя несколько десятков лет в России, в Алтайской коммуне, родится Алексей Дугин, создатель первого звездного Ковчега. Несколько сотен коммунаров, которым на Земле больше не находилось места, отправились на поиски планеты, где можно основать новую колонию. Дугин и его товарищи собирались там начать строить общество на коммунистических принципах, учтя горький опыт прежних ошибок. Божественные Ллорны, древние Хранители галактики, помогли первому Ковчегу попасть на созвездие Ожерелья, закрытое от остальных обитаемых миров смертоносными поясами радиации. Позднее, с тайной помощью Ллорнов на миры Ожерелья пропали еще многие тысячи собратьев по духу с различных планет. Они сумели создать по-настоящему счастливое галактическое сообщество.

Но Дугин и его последователи сделали лишь первый шаг к созданию по-настоящему счастливого, гармоничного галактического сообщества. Во все века и на всех обитаемых мирах жили достойные люди и нелюди, истинные творцы Добра. Жизнь многих из них оказалось очень трудной, а порой и трагической, поскольку Зло нередко брало верх. Они могли лишь надеяться встретить себе подобных в раю, легенды о котором в том или ином виде существовали во всех галактических религиях. Увы, загробного мира не существовало – если не считать Свободного Странствия, дарящего бессмертие только душе, но не телу, и доступного лишь единицам…

Однако, за тысячи веков технический прогресс создал все предпосылки для того, чтобы обитатели галактики сами смогли бы подарить рай для лучших людей и нелюдей из своих бесчисленных предков. Другое дело, что никто из могущественных владык мира сего даже не задумывался о такой грандиозной задаче. Во-первых, они зачастую сами являлись носителя Зла, а во-вторых, для оживления предков всех галактических народов требовались фанатичная вера в свое дело, многие века и неограниченные ресурсы. Кто мог совершить такое воистину божественное деяние? Только он, Чейн! Если верить пророческим снам, то когда-то он сумеет оживить миллиарды добрых людей и нелюдей, и поведет их по желтой гравитационной дороге к Земле обетованной в созвездии Ожерелья… Это будет крупнейший в истории галактики Исход.

Но это произойдет в далеком, очень далеком будущем. А сейчас волей судьбы он оказался в очень далеком прошлом и должен помочь Алексею Дугину (который, наверное, еще даже не родился на свет!) сделать самый первый, самый трудный шаг к галактическому Исходу.

– Исход! – громко произнес Чейн. – Друзья, другого пути для нас я не вижу. Война с теми, кто хочет жить в мире иных ценностей, бессмысленна. Пускай живут в своих смрадных городах как им хочется, но мы так жить больше не станем! Мы выйдем из своих убежищ, продадим свои дома и квартиры, погрузим самые ценные вещи на фургоны, и отправимся в Скалистые горы. Поймите: никто за нас не простроит ни Цитадель, ни город Солнца. Хватит тратить свои жизни на вечную борьбу, лучше отдать ее на созидание!

Один из мужчин, сидевших в первом ряду (судя по всему, это был ближайший соратник Алекса Бирса – увы, Чейн не знал даже его имени) вдруг вскочил с места и воскликнул:

– Исход?! А как же наша борьба? Алекс, не забывай, наше движение – это фактически армия. Да, у нас мало оружия, но это только пока… А Исход – это трусливое бегство с поля битвы. Да и много ли толку будет от солдат, которым вместо автомата вдруг дадут лопату и мастерок?

В зале вновь поднялся шум. Судя по всему, мнение людей разделилось. Селия вновь торопливо подошла к Чейну и зашептала ему на ухо:

– Морган, этого человека зовут Эдвард Тернер, он возглавляет нью-йоркское отделение движения антиглобалистов. Он пользуется большим авторитетом, и неофициально считается твоим первым заместителем и преемником.

– Он что, претендует на мое место? – так же тихо спросил варганец.

– Э-э… не совсем. Тот, настоящий Алекс Бирс господина Тернера вполне устраивал… Черт побери, я уловила кое-какие его темные мысли! Похоже, он тайно сотрудничает с властями…

Морган кивнул. Ему стало все понятно. В свое время он вдоволь пообщался с Шорром Каном, а после этого никакая интрига, даже самая подлая, уже не казалась невероятной.

Он поднял руку, призывая зал к спокойствию.

– Мой старый друг Эдвард высказал иную точку зрения, – спокойно произнес он. – Что ж, это его право. Наше движение существует не один десяток лет, и не удивительно, что многие привыкли в вечной войне. – Он вспомнил о Звездных Волках, о том, как долго и безуспешно пытался заставить их сменить меч на плуг, да так и не смог. – И все же я повторю: события последних дней показали, что наши противники – власти и варвары, стали объединяться. Клещи вскоре начнут сжиматься, и к чему нас приведет война? Меня уже выследили и посадили в тюрьму. Только чудо помогло мне бежать! Но второй раз такой фокус не удастся, и в один не очень прекрасный день все наше движение будет обезглавлено. Хантеры постараются! Эти крысы отныне станут выслеживать всех нас, а чутье у них куда сильнее, чем у агентов ФБР…

Зал призадумался. Поняв, что ситуация качнулась не в его сторону, Тернер нахмурился и неожиданно указал пальцем на Селию.

– Странные вещи сегодня говорит старина Алекс, не правда ли, друзья? Прежде он призывал к борьбе до победного конца! Видимо, его болезнь и почти двухмесячное отсутствие неизвестно где сыграло с ним дурную шутку. А еще эта юная дамочка… Насколько я знаю, она – дочка нашего главного врага господина Карродайна, советника Президента по борьбе с антиглобализмом. Как она вообще оказалась здесь? И вообще, что произошло в тюрьме? Фил, ты должен был захватить в плен Карродайна, поскольку мы сумели выкрасть в ФБР бумаги на его арест. Алекса Бирса вызволить напрямую мы не могли, и намеревались обменять именно на Карродайна. И тем не менее Алекс оказался здесь! Фил, объясни людям, что случилось.

Человек, который возглавлял операцию по захвату Карродайна, поднялся со второго ряда. Вид у него был весьма озадаченный.

– Честно говоря, я не знаю, что рассказывать, – смущенно сказал он. – Мы с ребятами использовали выкраденные в офисе ФБР документы и сумели въехать во двор тюрьмы. Разумеется, внутрь здания нас не пустили. Каждую минуту мы ожидали неприятностей, но наши бумаги сработали. Спустя некоторое время охранники вывели Карродайна и его дочь, и мы поспешно смотали удочки. А когда я заглянул в фургон, то обнаружил, что вместо Карродайна там находится Алекс! Мои парни клянутся, что минуту назад рядом с ними сидел толстый боров Карродайн. Как худощавый Алекс смог принять его облик, непонятно. Маска, наверное?

Все взоры устремились на Чейна. Тот просто не знал, что отвечать. Рассказать правду было невозможно, его попросту сочтут за сумасшедшего.

Вдруг он почувствовал, что Селия напряженно смотрит в его сторону. Девушка побледнела, на ее лице выступили капли пота.

И тогда зал дружно ахнул, словно люди увидели привидение.

Тернер схватился за сердце и медленно осел.

– Карродайн… – сдавленно прошептал он посиневшими губами. – Но это же невозможно… А-а, нет, все-таки Алекс Бирс! Просто глазам своим не верю!

Чейн улыбнулся, почувствовав, как с его плеч словно камень свалился. Селия очень вовремя пришла ему на помощь.

– Эдмонд, ты спрашивал, где я скрывался почти два месяца. Я болел. И вылечила меня эта юная, очаровательная девушка Эвелин Карродайн. Да, ее отец – наш главный враг, но Эвелин никогда не разделяла его взглядов. И знаете, почему? Она – тоже человек новой, Шестой расы, или в просторечии – мутант! У Эвелин есть особые способности. Только что она сумела вам внушить, что я – Карродайн. Точно такую же операцию она проделал в тюрьме, куда пришла вместе с отцом. Эвелин намеревалась вывести меня на свободу, но в этот момент на сцене появился Фил и его молодцы. Все сразу же запуталось. Хорошо, что дело закончилось именно таким образом! Я думаю…

Внезапно Селия вскочила со стула и приложила палец ко рту. Чейн замолчал, и разом притихли все остальные.

Селия на цыпочках подошла к Чейну и остановилась возле металлического люка. Указав на него пальцем, она тихо сказала:

– Кто-то там есть.

Немедленно с обеих сторон к люку подбежали четверо плечистых мужчины, на ходу выхватывая пистолеты. Пригнувшись, двое из них подняли из гнезд ручки люка, а потом рывком подняли его. И тотчас вглубь темного колодца полетели пули.

– Остановитесь! – крикнула Селия. – Он уже ушел!

Стрельба прекратилась. Чейн спросил:

– Эвелин, кто это был?

Селия пожала плечами.

– Не знаю. Одно могу сказать совершенно точно: это был человек маленького роста, карлик. Там, внизу, проходит узкая труба, потому даже карлику непросто по ней двигаться… Все, он уже выбрался в какое-то довольно большое подземное помещение. Там его поджидают двое… нет, трое. Они о чем-то говорят… и уходят по канализационному люку. Идут очень уверенно, хотя вокруг очень темно.

– У них есть оружие? – нервно спросил Эдмонд.

– Да, похоже на то.

– Это хантеры, – с отчаянием сказал Фил. – Господи, только этого не хватало! Агенты ФБР давно уже рыщут по всему городу в поисках наших убежищ, да так просто их найти, особенно здесь, на рабочих окраинах. Но хантеры знают под землей все норы. К тому же, они могут заставить инсайдов устраивать слежку за нами. Бр-р-р, да терпеть я дома буду то и дело заглядывать в унитаз, и ожидать, когда оттуда появится грязная морда хантера!

Чейн усмехнулся.

– Непременно появится, даже если ты живешь на двадцатом этаже… Ну что ж, будем считать, что наше совещание закончилось показательными выступлениями наших новых врагов. Впечатляет, верно, Эд?

Тернер поморщился.

– Если только твоя новая подруга Эвелин не выдумала карлика и трех его друзей-хантеров. От дочери Карродайна можно ожидать что угодно, ее папаша тоже мастак на разные провокации!

– А вот это мы проверим, – ответил Фил.

Он подошел к люку, достал из кармана фонарик и полез в колодец.

Все вскочили со своих мест и сгрудились вокруг люка.

Прошло несколько томительных минут. Чейн понимал, как важно то, что скажет Фил. Многие люди в зале были на стороне Тернера, многие колебались, не зная, чью сторону принять. Многие бросали на своего лидера недоуменные, взгляды. Если бы они знали, что в это время творилось в душе самого «Бирса»! Чейн за последние годы привык быть лидером, решать судьбы тысяч и даже миллионов людей и не людей. Он правил Звездным Клондайком, он возглавлял огромный объединенный космофлот во время решающей битвы с армадой Ордена… Да, еще несколько дней назад он и не подозревал о движении антиглобалистов, и тем не менее что-то ему подсказывало: его импровизация посеяла семена будущей победы. Не случайно ведь сэр Алекс Бирс согласился на обмен разумом с Зартом Арном. Значит, лидер американских антиглобалистов в чем-то сомневался, ему был необходим другой опыт, другой взгляд на мир…

«Пьяное небо, да ведь Бирс хотел узнать, будут ли построены на Терре в 21 веке Цитадели, или нет! – вдруг осенило Чейна. – Значит, он потерял былую уверенность, ему нужна была твердая уверенность, что он ведет тысячи своих соратников к победе… Жаль, что старый ученый погиб, так ничего и не узнав. Но я-то знаю, что цель была достигнута!»

Варганец нахмурился, осознав, в какую хитрую ловушку времени он попал. Однажды судьба забросила его в развалины европейской Цитадели на Крите, а вот сейчас он получил шанс стать отцом-основателем другой, американской Цитадели. Судя по всему, в это же время в далекой России началось строительство евроазиатской Цитадели на горном Алтае, которую возглавляет какой-то русский по имени Вольга. Что ж, вместе с Вольгой они смогут сделать очень многое. Но… Но как же галактическая Империя? Страшно подумать, что сделает Шорр Кан, оказавшись без своего соратника-мессии. Можно не сомневаться, что его вариант империи будет очень похож на американскую Либеральную Империю, где «свобода» будет насаждаться силой и страхом…

Наконец, из колодца появилась голова Фила. Лицо его было перемазано в грязи, с волос стекала вода.

Фил закашлялся, бормоча под нос проклятия, а затем поднял правую руку. Все увидели клочок синей материи, залитый кровью.

Тернер злобно взглянул на Чейна:

– Ну что ж, Алекс, сегодня твоя взяла. Но учти, я не собираюсь отступать. Я и мои друзья продолжат борьбу с тираническим режимом, и…

Чейн жестко перебил его:

– Давно подозревал, что Фил работает по тайной указке властей, Фил, но только сегодня он окончательно разоблачил себя. Правительству было выгодно многие годы иметь внутреннего врага, которым можно пугать обывателей. На нас сваливали все террористические акты, все беспорядки, нас называли платными агентами красных, и все такое прочее. Мы служили оправданием тоталитарного режима, который сам называл себя демократическим. Но это была игра в одни ворота!.. Фил – арестуй Эдмонта.

Мгновенно возле Тернера образовалась пустота.

– Чушь! – побагровев от ярости, заорал он. – Друзья, разве вы не видите, что Бирс попросту устраняет своего самого опасного конкурента в нашем движении? Да и как он может доказать свои слова?

Из толпы вышла Селия и, глядя прямо в глаза Тернеру, презрительно сказала:

– Я могу доказать.

Глава 10

А потом была гонка в автомобиле по улицам ночного города. Чейн сидел на заднем сиденье и больше не скрываясь, целовал Селию Водитель и телохранитель, сидевшие на переднем сиденье, удивленно поглядывали в зеркало салона. Наверное, они впервые видели своего шефа в роли страстного любовника. Варганец прекрасно понимал, как опрометчиво себя вел, но удержать себя не мог.

Их привезли куда-то на берег залива, в коттеджный городок. Невдалеке находилась пристань, возле которой стояли несколько десятков яхт.

Охранник провел Алекса Бирса и его новую подругу в один из скромных двухэтажных коттеджей, открыл ключом дверь и сказал:

– Шеф, здесь вы будете в полной безопасности. Мои люди живут в этом квартале, и будут дежурить всю ночь. А наутро мы отвезем вас в надежное место. Там соберутся почти все члены штаба. Они хотят обсудить с вами план дальнейших действий.

Чейн кивнул и выразительно взглянул на Селию. Девушка бросилась ему на шею, шепча страстные слова. Охранник не выдержал и отвернулся. И тогда Селия шепнула:

– Его зовут Стивен. Он страстный поклонник Алекса Бирса, и считает его чуть ли не богом. Вернее, считал до сегодняшнего дня. Стивен не может поверить тому, что его бог проведет эту ночь с молоденькой любовницей… Это его просто шокирует!

Чейн кивнул. Повернувшись, он веселыми глазами посмотрел на телохранителя:

– Стив, прости меня. Конечно же, в моем солидном возрасте нельзя вести себя столь безрассудно. Но Эвелин… я всю жизнь мечтал встретить такую девушку! К тому же, с сегодняшнего дня наше движение пойдет по иному пути. Довольно войны, лучше заняться любовью! Особенно таким молодым и красивым парням, как ты… Ну пока, до утра!

Подмигнув ошеломленному телохранителю, Чейн вошел в дверь и тотчас запер ее изнутри. А потом он схватил Селию на руки и понес к лестнице, что вела на второй этаж.

Девушка обняла его за шею и страстно поцеловала:

– Старичок, побереги силы. Я могу дойти до постели и сама.

Чейн со смешком ответил:

– Ну уж нет. Недавно ты уже сбежала от меня на сто пятьдесят веков. Больше я тебя ни шаг от себя не отпущу, и не надейся!

* * *

Когда Чейн изошел во второй раз, силы окончательно покинули его. Задыхаясь от бурных ударов сердца, он откинулся на спину и вытер тыльной стороной ладони пот со лба. В глазах вспыхивали круги, во рту пересохло, словно он только что совершил какой-то подвиг. Так паршиво он себя чувствовал пожалуй, только раз в жизни – когда поднимался со скорострельной пушкой по совершенно отвесной скале на планете в созвездии Корвус. Тогда там, на другой стороны, находился вхолланский звездолет. Для того, чтобы Дилулло и команда наемников могли покинуть планету, ему, Чейну, надо было обязательно взобраться на гребень скалы и ударить из пушки по топливным бакам корабля. Все бы ничего, но ветер, ужасный, ледяной ветер… Даже для его могучих варганских мускулов тот ужасный подъем оказался невероятно тяжелой задачей!

Но сейчас он не забирался на отвесную скалу, не нес на своих плечах тяжестей весом в добрые полтонны. Он всего лишь занимался любовью со своей собственной женой. Аж целых полчаса Э-эх…

В темноте послышался смешок.

– Ну что, старичок, запыхался? Так-то заводить молоденькую любовницу. Это тебе не с Орденом воевать, здесь и сила нужна, и находчивость, ха-ха!

Селия залилась звонким девичьим смехом. Девичьим?! Ну конечно, ведь не только он, Чейн, оказался в чужом теле, но и Селия ныне обитает в теле молоденькой красотки. Интересно, а что ощущает она сама?

Словно прочитав его мысли (а возможно, так было на самом деле) Селия хихикнула и, прильнув губами к его уху, зашептала:

– Морган, все это очень странно, и забавно… С той поры, как мне на пути встретился нахальный Звездный Волк, я потеряла голову. Веришь ли, с того дня, когда я украла у тебя кошелек на базарной площади, то у меня не было ни одного мужчины, кроме тебя! Не буду врать и говорить, что не хотела других… Наверное, и ты немножко утомился от той, прежней Селии. Теперь мы оба получили возможность наставить друг другу рога, да так, как еще никто в галактике их не наставлял своим супругам. Ха-ха-ха!

Чейн смущенно хмыкнул. Да, забавно… Сегодня они оба с Селией согрешили, но не с другими мужчинами и женщинами, а друг с другом. Чудеса!

Он привлек себе Селию, и та привычно улеглась к нему головой на плечо.

– Все-таки мы нашли друг друга, – сказал он. – Надо отдать должное Джону Гордону – хотя бы в этом он нас не обманул.

Селия вздрогнула.

– Мерзавец, какой же он мерзавец… – процедила она сквозь зубы. – Не верится, что когда-то мы были друзьями! Благодаря Господу я оставила своего ребенка там, в далеком будущем. Страшно подумать, что ее мамой станет эта отвязная девица Эвелин! Насколько я узнала, дочь Карродайна вела разгульный образ жизни. На обмен разумов она согласилась из-за пресыщенности. На Земле она все попробовала, вот и захотелось попробовать чего-то новенькое на другом конце галактики… Сын, неужто его будет воспитывать эта дрянь?

Селия зарыдала, и Чейну пришлось приложить немало усилий, чтобы она немного успокоилась.

– Ничего, мы что-нибудь придумаем, – сказал он, впрочем, не очень уверенно.

– Придумаем? Но что? Установка по обмену разумов находится на другом конце Млечного Пути, и в совсем другом времени. Отсюда, с этой варварской Земли туда нам не дотянуться, и никто нам не поможет. Морган…

– Да?

– Я скажу сейчас ужасную, гадкую, предательскую вещь… Может быть, нам надо смириться? Да, ты навсегда потеряли своего сына, но… но у нас могут быть другие дети! Я молода, мне лет семнадцать или восемнадцать, точно даже не знаю. Ты человек пожилой, но не так уж плох в постели. Я рожу тебе одного, двух, трех детей – сколько захочешь!

Чейн задумался.

– Нет, ты только подумай, Морган, как хорошо мы смогли бы жить здесь, на этой доисторической Земле! Я слушала твою пламенную речь об Исходе, и даже плакала от радости. По-моему, ничего более мудрого ты никогда не говорил! Хватит этой вечной борьбы Моргана Чейна с врагами галактики, я сыта ей по горло! У сэра Алекса Бирса масштабы куда скромнее, и слава Богу! Мы построим свой дом там, возле Скалистых гор и проживем там до самого конца. Ты будешь строить свою замечательную Цитадель, я буду рожать детей, воспитывать их, заботится о доме. Ну и конечно же помогать тебе в работе по мере сил. И все! Не будет никаких Х’харнов, никаких Шорров Канов, никаких галактических мессий и всего такого, от чего я смертельно устала. И к тому же…

Селия замолчала, но Чейн понял ее тайные мысли:

– И к тому же, в этом, другом мире, я стану таким же смертным человеком, как и ты? Верно. Неужели, эта мысль тебя так угнетала, милая?

– Конечно.

– Хм-м… мне никогда такое и в голову не приходило! Хотя… ну конечно же, я должен был давно догадаться, болван. Наверное, ты меня… ревновала?

Селия всхлипнула и отвернулась.

– Ты на самом деле большой болван, Морган. Конечно же, как и любая влюбленная женщина. Я не могла желать тебе смерти, пусть даже и через сто лет. Я бы все отдала за то, чтобы мой дорогой муж жил вечно! Но… ведь ты ведь не смог бы долго жить в одиночестве, верно? Очень скоро после моей смерти рядом с тобой появилась бы другая женщина, затем вторая, третья… С веками ты сбился бы со счета своим женам и любовницам, и забыл бы даже мое имя. Разве не так? Вспомни: до меня ты любил Врею, Ормеру и Милу, успел похоронить их и забыть.

– Нет, я не забыл их, – тихо сказал Чейн. – Но по-своему ты права. Наверное, нам придется смириться. Даже если я попрошу помощи у всех ученых Земли, нам это не поможет. Они все равно не смогут построить ни установку по обмену разумов, ни машину времени. Думаю, что даже обычный звездолет они тоже не смогут построить, хотя нам с тобой от него было бы мало толку. Только подумай: ведь человечество ныне еще даже не вышло за пределы Солнечной системы! Насколько я помню, звездолеты будут построены только Цитаделями, и это произойдет еще нескоро. Разве что…

Чейн вспомнил про Стеллара и мысленно позвал его, но психоклон вновь не подал даже признака жизни.

– Что? – тихо спросила Селия, и в ее голосе прозвучала нотка страха.

– Нет, ничего особенно… Просто я вспомнил о Зарте Арне. Как-то ему сейчас живется в моем теле? Насколько я понял, Джон Гордон и Большой Мозг задумали какую-то хитроумную комбинацию с участием бедняги Зарта. Но осознает ли он сам, в какие игры его заставят играть? И захочет ли он изображать из себя лже-Чейна? Ха, это будет ничуть не легче, чем мне изображать из себя Алекса Бирса!

Селия долго молчала, и затем тихо промолвила:

– Думаю, это будет гораздо сложнее. К тому же Дилулло, Рангор и все другие вряд ли будут сидеть со сложенными руками. Да и не только одни они!.. Но я не стану желать им удачи.

Чейн промолчал. Мысль о том, чтобы смириться перед судьбой, шокировала и возмущала его, но одновременно и успокаивала. Действительно, что он может сделать? Роль Алекса Бирса – тоже далеко не сахар, но даже сравниться не может с тем, что ему предстояло пережить в шкуре галактического мессии. Одна вечная жизнь через некоторое время превратилась бы в ад. Там, в далеком будущем, ему предстояло похоронить Селию, своих детей и внуков, не говоря уже о Джоне Дилулло, Диане и многих дорогих его сердцу друзьях. Не случайно в том пророческом сне, он с таким смирением принял смерть от рук своего первенца!

Сэру Алексу Бирсу такие чудовищные испытания и не снились. Он был пожилым человеком, и мог только благодарить судьбу, что последние (увы, не очень долгие) годы жизни рядом с ним будет очаровательная, юная Эвелин. Бог даст, у них будут дети. Он еще успеет увидеть, как начнется строиться американская Цитадель. Его будут окружать верные, добрые друзья, и в памяти человечества сохранится имя человека, который прекратил долгую и бессмысленную войну, и предложил идею Исхода, против которой власти США при всем желании не смогут протестовать. Другое дело, что будущим жителям города Солнца наверняка будут ставить палки в колеса, их будут осмеивать на телевидении и в газетах, их представят сумасшедшими, сектантами, мутантами и все такое прочее. Пускай, переживем! Мы скажем властям: вы строите американскую Империю, мы и наши соратники из Европы и Азии – три Цитадели. Давайте прекратим войну, а просто поглядим, у кого получится лучше. И тогда нынешние шорры каны, вдруг лишившись врага № 1, который многие десятилетия служил пугалом для миллионов обывателей, вдруг окажутся не у дел. Ведь строить Империю без противовеса в виде Цитаделей окажется просто невозможно! Но Цитадели появятся еще очень нескоро, и за это время новая Империя уже начнет трещать по всем швам, потому что строить царство Свободы будут с помощью насилия подкупа, и лжи. А это очень ненадежные и недолговечные материалы!

Именно об этом я буду говорить завтра со своими ближайшими соратниками. Правда, я не знаю их имен, но Селия будет рядом, и поможет мне. И она же поможет выудить всех тайных агентов властей, которых, без сомнения, немало в нашем движении. А потом мы обратимся к властям с предложением прекратить войну. Мы ликвидируем движением антиглобалистов, поскольку одна приставка «анти» носила семена бесконечных конфликтов. Мы соберем по всей стране своих сторонников, а затем начнем строить там, в Скалистых горах, свой маленький мир. А остальные пускай строят свою свободную Империю, неся под фюзеляжами самолетов демократию по-американски. Инсайды, хантеры и прочие варвары, которые плодятся каждый день по все стране, быстро покажут властям, кто же станет истинным хозяином в мире.

Мы ликвидируем все наши вооруженные отряды – наверняка, они кишмя кишат провокаторами. Но в обмен на это мы потребует, чтобы власти выпустили из тюрем всех наших сторонников. И в первую очередь – Джейн и ее дочь. За такими детьми, как Лиза – наше будущее!

– А если они не захотят мира? – вдруг тихо сказала Селия.

Чейн нахмурился.

– Почему не захотят?

– Морган, не забывай, что в том, другом времени, у тебя был еще один мощный противовес Шорру Кану и всем подобным типам. У тебя была Орда! Если бы сейчас в небе над Землей барражировали Синий Кашалот и его сотни стальных воинов, то власти всех стран просто вынуждены были бы пойти на любые переговоры. Но Орда осталась там, в далеком будущем. Морган, мне вдруг стало страшно…

Чейн промолчал. Он заложил руки за голову и уставился невидящими глазами в потолок. Да, Селия права, он слишком увлекся… Прежде на его стороне всегда была Сила, которую он мог контролировать и которой он мог управлять. Сначала его тайно поддерживали Ллорны, потом ему помогали Звзедный Патруль, Орда, объединенный космофлот, и наконец – Стеллар. Увы, все это утеряно! Сейчас он всего лишь старый, слабый человек, и на его стороне лишь рыхлая, раздираемая внутренними противоречиями организация, не способная на какие-либо серьезные действия… Власти, конечно же, отвергнут всего условия перемирия, а его съедят вместе с потрохами!

И в этот момент отчаяния откуда-то из глубины сознания донесся слабый, еле различимый голос:

«Морган… я… просыпаюсь… Не бойся, ты… не одинок!»

Глава 10

Давно Джон Гордон так не напивался. Он сидел в кресле на третьем этаже куполообразного здания, а на полу стояли около десятка бутылок терранского виски. Большинство из них были уже пустыми.

Гордон мутным взором глядел на джунгли, среди которых то там, то здесь белыми башнями возвышались ракеты «земля-космос» и бормотал:

– Ну и ну… Джон, дружище – какой-то падалью ты оказался! А ведь был когда-то галактическим героем… Но геройского пороха у тебя оказалось маловато! На арене появился мохнатый волчище Морган Чейн, и ты, словно шавка, заскулил, поджал хвост и забрался под лавку… Да и куда тебе тягаться с варганцем! Нечего удивляться, что Лианна тотчас бросила тебя, и положила глаз на этого крепкого парня… Э-эх!

Он в очередной раз приложился к бутылке, и допил ее до дна, а затем отшвырнул в сторону. Возле стены что-то загрохотало, что-то с шумом рухнуло на пол, но Гордон даже не повернул туда голову.

– Пьяное небо, что я наделал? – горько прошептал он, ощутив, как по щекам поползли пьяные слезы. – Подонок, какой же я подонок! Ведь сучка Лианна перебежала не к Чейну, а стала женой мерзавца Шорра Кана… И это Шорр Кан устроил взрыв в лаборатории на Трооне, и убил Зарта Арна! Почему же я решил выместить злобу не на нем, а на Моргане Чейне и его бедной Селии? Ха, понятно, почему! До Шорра Кана я просто не смог дотянуться, а Чейн славно подставился. Ну, и получил за двоих!.. А Шорр Кан еще свое получит. А Лианна… она должна понять… И старина Дилулло, и все остальные… Они просто обязаны меня понять! Чейн не раз морочил всем нам головы, не раз мы бунтовали против него, обвиняли его в эгоизме, скрытности, пренебрежении нашим мнением и даже нашими судьбами… И вот я положил этому произволу, этому рабству конец! Неужели они не поймут, что я прав?

Перед мысленным взором Гордона вдруг появилась морда Рангора. Волк пристально смотрел прямо на него, и в его желтых глазах светилась беспощадная ярость. С клыков разумного зверя капала пена… Рядом с волком появилась громадная, мохнатая фигура парагаранца. Гваатх что-то беззвучно орал и стучал по груди огромными кулаками.

Видение исчезло, и Гордон сплюнул на пол. Да, эти поймут, как же, мрачно подумал он. Наверное, они спят и видят, как вырваться из тюрьмы и свернуть ему шею! Разбойник Банг ничем не лучше, и от Эриха Клайна также вряд ли дождешься сочувствия. Может быть, Джон Дилулло? Старый, мудрый Джон должен, просто обязан понять своего тезку! Уж он-то не раз и не два вставал на пути Чейна, не раз восставал против его странных действий… Нет, на Дилулло надежды мало. О Лианне и разговора нет. Эта красотка и без того презирала своего бывшего жениха, а сейчас…

– Ну что ж, если они не захотят мира, то получат войну! – вдруг выкрикнул Гордон и с силой ударил кулаком по подлокотнику кресла.

– Мы с Зартом Арном тоже не дети. На нашей стороне Большой Мозг!

– Вернее, это мы на его стороне, – послышался знакомый голос.

Гордон с трудом заставил себя повернуть голову – и вскрикнул от ужаса. Рядом стоял приземистый, мускулистый человек с черными как смоль волосами, грубо слепленными чертами лица, пронзительными темными глазами…

– Чейн… – прошептал Гордон, медленно сползая с кресла и трясясь от ужаса. – Пьяное небо… откуда ты взялся? Я ведь отправил тебя в преисподнюю! А-а, тебя прислал ко мне сам Сатана… Наверное, чтобы забрать мою грешную душу? На, рви меня, волчище, пей мою кровь! А-а-а!..

Варганец презрительно усмехнулся.

– Опять налакался. Джон, во что ты превратился? Когда-то ты мог управлять СреднеГалактической империей, а сейчас не способен совладать со своими нервами. Что ж, поделом тебе! Мысль о предательстве отныне станет жечь тебя словно адский огонь.

Гордон замолчал, а затем с силой мотнул головой, словно отгоняя наваждение. Ну конечно, это не Чейн! Волчище разговаривать с ним не стал бы, а просто разорвал бы на части, словно цыпленка.

– Зарт, это ты… – хрипло промолвил Гордон. – Слава Богу, а то мне невесть что почудилось! А насчет предательства я бы на твоем месте был поосторожнее.

– Почему? – нахмурился Зарт Арн.

– Да потому, что ты принимал самое активное участие в хитроумной комбинации, которую задумал Большой Мозг! Не я, а ты вдруг вздумал два месяца назад совершить обмен разумом с каким-то Алексом Бирсом. Помнишь, я отговаривал тебя от этой нелепой затеи? Я говорил: «Зарт, дружище, сейчас не время заниматься всякими там научными исследованиями. Шорр Кан рыщет вокруг Троона. Эта мерзавец давно точит зуб на СреднеГалактическую империю, и теперь, когда он вдруг крепко подружился со Звездным Волком, он стал еще опаснее прежнего. Вспомни, что ты – прежде всего император, а потом уже ученый!» Но ты не послушался – и вот результат.

Зарт Арн побагровел.

– Джон, ты несешь чушь. «Какой-то Алекс Бирс»… Да ведь этот человек сыграл в истории Терры какую-то чрезвычайно важную роль! Во многих древних хрониках упоминается его имя. Но сведения о его великих деяниях почему-то не сохранились, словно кто-то их специально вымарал. Я давно мечтал пообщаться с Алексом Бирсом, да никак не получалось. И вдруг мне повезло! Притом повезло дважды, поскольку сэр Алекс Бирс неожиданно легко согласился на обмен разумов. Ему было очень любопытно, останется ли в далеком будущем хотя бы какие-то следы от его многотрудной деятельности. Ну, а я мечтал вновь перенестись на Землю и оказаться хотя бы на несколько дней в гуще важнейших событий…

Гордон смачно выругался. С трудом поднявшись на ноги, он вновь рухнул на кресло, сделал пару глотков из бутылки и насмешливо взглянул на старого друга:

– Ну и что же это за важнейшие события?

Зарт Арн вздохнул и махнул рукой. Подойдя к окну, он сложил руки на груди и задумчиво посмотрел на волну леса.

– Честно говоря, я так ничего толком и не выяснил! Оказавшись в твоем родном Нью-Йорке, я в первый же день направился в городскую библиотеку. Когда я увидел бесчисленное количество книг, газет и журналов, наполненных бесценными сведениями о давно ушедшей эпохе, то просто потерял голову от счастья! Честно говоря, я даже толком не помню, как провел этот месяц. Я снял под вымышленным именем номер в одном из центральных отелей, и читал, читал, читал…

На радостях я совсем забыл о том, о чем меня предупреждал Алекс Бирс. Вроде бы, он находился в США на нелегальном положении, власти его преследовали как лидера запрещенной организации… Наверное, мне вообще не стоило появляться в центре города. Но я все сделал наоборот. Наверное, поэтому меня и не задержали. Никто не ожидал, что знаменитый изгой Алекс Бирс будет свободно разгуливать в самом центре Нью-Йорка!

Гордон криво усмехнулся.

– Но это радость оказалась недолгой, верно? Ты ведь еще тогда не знал, что твое тело вместе с разумом Алекса Бирса – фьюить! – взлетело в воздух по милости старины Шорра Кана! И туда же последовала твоя замечательная установка по обмену разумов… Так бы ты и застрял до конца своих дней в 21 веке, если бы не я и не Большой Мозг. Мы вдвоем – я и Мозг – сообразили, как выудить тебя из пропасти времени. Думаешь, это было просто – перевезти вторую установку с Земли на эту планету? Нет, совсем не просто, ведь я ни черта не разбираюсь в технике. К тому же, ты получил в подарок чудесное, могучее, и к тому же бессмертное тело Моргана Чейна. И после этого ты еще называешь меня предателем!

Зарт Арн печально опустил голову.

– Ты прав… – сдавленно пробормотал он. – Если бы не ты, я бы не смог вернуться в наше время. Конечно, 21 век Терры довольно любопытен, более того, он являлся переломным в истории всего человечества – но я вовсе не жаждал остаться там больше недели! Но застрял почти на месяц, и под конец уже буквально выл от тоски. Когда ты смог связаться со мной и сообщил о катастрофе на Трооне и о том, что Шорр Кан присвоил себе мой титул императора, то я от ярости совсем потерял голову. Конечно же, я во всем обвинял Моргана Чейна! Именно поэтому я согласился на обмен разумов именно с ним. Но…

– Что еще? – буркнул Гордон и, отбросив в сторону пустую бутылку, стал мутным взором искать новую выпивку.

– Но Селия, ее будущий ребенок… Они-то в чем виноваты? Как ты посмел разлучить их, подлец?

Гордон пожал плечами.

– Так решил Мозг. Да и как бы мы еще могли избавиться от могучего и бессмертного Моргана Чейна? Теперь не ты, а он бродит по улицам Нью-Йорка, теперь не тебя, а его будет преследовать полиция! А Селия… Она ведь могла и отказаться от моего предложения, верно? Не забудь, Зарт: обмен разумов возможен только по взаимному желанию. Селия хотела быть всегда рядом вместе со Звездным Волком, и ее желание исполнилось. Когда она поменялась разумами с этой дурочкой Эвелин Карродайн, я связался с ней с помощью твоей установки и сообщил, что немного ошибся. Морган Чейн еще не перенесся в прошлое. Но обязательно там скоро окажется. Я поведал Селии, что ее супруг окажется в теле некого Алекса Бирса, которого разыскивает вся полиция Америки. Ну, не знаю, как полиция, а Селия его точно найдет! Колдунья она и есть колдунья…

Гордон снова хотел приложиться к бутылке, но этот момент где-то внизу послышался грохот, звон разбитого стекла и чей-то визгливый женский голос.

Мгновенно протрезвев, Гордон вскочил с кресла.

– О дьявол, только не это! Зарт, я же тебя просил – избавь меня от этой лохудры! Ты мог посадить ее в один из транспортных кораблей, и послать куда подальше в галактику. Неужели она тебе не надоела?

Зарт растерянно развел руками.

– Я пытался… Но Эвелин в первый же вечер приохотила двух механиков с транспорта к курению какой-то наркотической дряни, устроила трюме нечто вроде оргии, напоила парней до чертиков… Короче, капитан наотрез отказался отправляться с ней в полет. Но я думаю…

Дверь с шумом распахнулась и на пороге появилась разъяренная Селия – точнее, Эвелин Карродайн. Дочь влиятельного терранского чиновника из 21 века выглядела, словно пугало. Вместо платья ее стройная фигура была обмотана какими-то пестрыми тряпками, волосы радужного цвета (и когда она успела перекраситься?) украшали мясистые орхидеи с дурманящим запахом, на обнаженных плечах синели неприличного содержания татуировки.

– Ага, вот вы где, бананы недозрелые! – возопила она и, ринувшись к оторопевшему Гордону, с размаха влепила ему чувствительную пощечину, вторую, третью… От дальнейшей экзекуции Гордона спас Зарт Арн. Он обхватил разъяренную вакханку сзади. Он понадеялся на могучие варганские мускулы, но как оказалось, напрасно. Эвелин извернулась и ударила его коленом между ног. Охнув, Зарт Арн схватился за низ живота и осел на пол. Там уже лежал Гордон, вытирая в лица кровь.

Презрительно поглядев на них, Эвелин смачно сплюнула себе под ноги.

– Ну и мужики живут в этом гребанном будущем! – заявила она. – Сплошные слизняки. Ни травки с ними не покурить, ни выпить, ни даже не потрахаться… Эй, Джон! Ты чего сопли по морде размазываешь? Разве ты такое мне обещал, когда уговаривал на этот гребанный обмен разумов? Говорил: мол, увидишь далекое будущее и обалдеешь… Я и балдею! У нас в колледже даже в сортире было веселее, чем в вашем гребанном будущем. Роботы какие-то дурацкие взад-вперед бегают, космолеты грохочут, ракеты в джунглях через каждый шаг стоят. Что я, ракет, по-вашему, не видела?

Гордон судорожно сглотнул, глядя снизу вверх на разъяренную молодую женщину. Селию он и прежде недолюбливал. Эта колдунья как-то нехорошо на него поглядывала, словно чуя в нем нечто порочное. К счастью, они сталкивались по жизни не так часто.

Но нынешняя Селия, имя которой – Эвелин, и вовсе оказалась чума! Эта дамочка ругалась как сапожник, курила всякую дрянь, пила все, что можно пить, обладала вкусом попугая и при этом считала себя чуть ли не пупом галактики. Будущее разочаровало ее (тем более будущее полудикой планеты….). Не пробыв здесь и трех дней, Эвелин стала требовать, чтобы ее вернули в терранский 21 век, к папаше Карродайну под крылышко.

В планах Большого Мозга такая мелочь, как Эвелин, наверное, даже не числилась. Она сыграла свою роль, заняла тело бедняжки Селии, и должны была смиренно удалиться со сцены, роняя слезы об утраченном прошлом. Но не тут-то было! Удаляться куда-либо Эвелин решительно не желала.

Натужно улыбнувшись, Гордон поднялся с пола, помог встать Зарту Арну, обтряхнул колени, и только потом рискнул взглянуть в лицо разъяренной гостье из прошлого:

– Эвелин, вы несправедливы! Разве я обещал, что вы увидите все чудеса света именно на этой планете? Нет, разумеется. Я уже объяснял, что здесь находится лишь небольшая база нашей Империи. Но наши космолеты в вашем распоряжении! Вы можете отправиться на любую их тысяч обитаемых миров, и там…

Дама в ответ разразилась такой многоэтажной фразой, что Гордон оторопел.

– Ну ты и козел, Джон! На кой хрен мне ваши гребанные миры? У меня дома дел полно. Я же учусь в институте, секешь? Друзья наверное уже с ног сбились, любовники звонят беспрерывно, да и за папашей надо приглядывать. Он ведь уже меня большая шишка! С самим Президентом на короткой ноге. Я ведь чего хотела? Так, малость поразвлечься. А вы вместо этого обрюхатили меня, да еще так, что я даже удовольствия никакого не получила, козлы!

И Эвелин указала на свой довольно-таки круглый животик.

Зарт Арн улыбнулся:

– Наверное, там, на Земле, у вас еще не было детей?

Эвелин фыркнула.

– Нашли дуру! Мне ведь еще только девятнадцать лет, секешь?

О сопливых младенцах я без дрожи думать не могу. А вот моя подруга Кэтлин, как полная, то есть полнейшая дура недавно залетела и…

– Так чем же вы недовольны? – перебил ее Зарт Арн. – Положим, далекое будущее вам не понравилось. Но разве вы могли там, на своей Терре, почувствовать себя в теле беременной женщины? Согласитесь, даже деньги вашего отца не могли дать вам такую уникальную возможность. А мы это сделали… Представьте, что вы сможете рассказать своей подруге?

Эвелин призадумалась.

– Мда-а-а… – наконец, заявила она. – Пожалуй, этот банан немного прав. Я прошлую ночь не спала, потому что во мне кто-то двигался. Бамбла бум, да это ребенок! А я-то думала, что вчера малость перекурилась всякой дряни… В вашем гребанном будущем и травки-то нормальной не найдешь!

Зарт Арн побледнел:

– Что? Зачем вы употребляли наркотики?

Эвелин взглянула на него, словно на сумасшедшего.

– Как зачем? Ради кайфа, понятное дело.

– Но ведь у вас будет ребенок! Разве вы не понимаете, что можете сильно навредить ему и наркотиком, и алкоголем?

Эвелин призадумалась, так что на ее лбу появились морщины.

– Бамбла бум, а ведь этот банан прав! – наконец промолвила она и инстинктивно погладила свой округлый живот. – Я вчера так набралась вашего дерьмового виски, что любой может запросто скопытиться, не только ребенок… – Она повернулась и злобно уставилась на Гордона. – А почему это ты, хрен моржовый, ничего не сказал про ребенка? Я согласилась на обмен разумами только потому, что захотела оторваться в вашем гребанном будущем по полной программе. А ты мне подсунул тело какой-то старухи толстым задом, да еще и беременное! То-то капитан этого гребанного звездолета списал меня за борт. В жизни такого конфуза со мной не случалось!

Ну, теперь все ясно. Зачем этим парням в полете брюхатая телка? Хлопот много, а радости – чуть… Ты во всем виноват, подонок!

И Эвелин с воплем набросилась на Гордона и вцепилась в его лицо острыми ногтями. Зарт Арн едва смог оттащить беснующуюся женщину в сторону. Да отчаянно пыталась вновь лягнуть его, но бывший император был начеку. Наконец, Эвелин обмякла и разрыдалась.

– Сволочи… Какие же вы сволочи! – плакала она, размазывая по лицу слезы. – Немедленно отправьте меня домой! Ненавижу ваше гребанное будущее, хочу в родной Нью-Йорк!

Гордон вытер кровь с расцарапанного лица и, вынув из кармана пульт, вызвал андроидов. Два робота мягко, но решительно схватили Эвелин на руки и вывели из зала.

– Эту девушку надо вернуть в прошлое, – твердо сказал Зарт Арн, жестко глядя на друга. – Более неудачного выбора для обмена и придумать было нельзя!

– Как будто у меня был выбор, – мрачно ответил Гордон. – До Эвелин мне удалось связаться только с тремя женщинами из 21 века Земли, но все три от одного моего голоса пришли в ужас. Одна Эвелин меня выслушала до конца – наверное, потому что была пьяна… Зарт, ты опять за свое? Да, с Эвелин я дал маху, но ведь не со зла же! Пойми, проблема вовсе не в ней и не в Селии, а в Моргане Чейне.

А Селию теперь можно было бы на самом деле вернуть в настоящее, да только она вряд ли захочет оставить своего драгоценного волка, что ныне оказался в овечьей шкуре. Да ты подумай хорошенько, что может натворить Селия, когда вернется в наше время. Уж она-то молчать и покрывать нас не станет. О ее колдовских способностях я и не говорю. Эта колдунья запросто сумеет нас отравить!

Зарт Арн опустил голову. Слова партнера произвели на него впечатление.

– Ну что ж, пусть попробует, – глухо произнес он.

– Ха, очень даже попробует! Но дело даже не в ней, а в Моргане Чейне. Или ты настолько расчувствовался, что готов вернуть ему свое новое тело, а сам вновь оказаться доисторическим сэром Алексом Бирсом? Шорр Кан будет только рад такому. Чейн для него ныне – лучший друг и товарищ, он поможет Шорру Кану стать императором всея галактики!

Лицо Зарта Арна исказилось от ярости.

– Нет, ни за что! – воскликнул он и сжал руками подоконник с такой силой, что он рассыпался на кусочки. – Ты прав, Морган и его жена пожинают плоды своей же бурной деятельности. Ну а эта взбалмошная особа… На Трооне тоже хватает всяческих придурков, так что она сможет еще получить кайф – да такой, а каком в своем допотопном Нью-Йорке и мечтать не могла. Но это произойдет только после рождения ребенка. Я не собираюсь мстить сыну Моргана Чейна!.. Джон, наступает сеанс связи с Большим Мозгом. Ты пойдешь со мной в операторную комнату?

Гордон покачал головой. Глаза его снова помутнели, и он нагнулся и поднял с пола очередную бутылку виски.

Зарт Арн с презрением посмотрел на своего партнера и торопливо вышел из зала.

Гордон залпом опустошил полбутылки, прокашлялся, и затем сипло пробормотал, глядя невидящими глазами в распахнутое окно:

– Теперь я, кажется, начинаю понимать Шорра Кана. Подлости делать не так уж и неприятно… К этому даже можно привыкнуть. Да и почему я должен всех жалеть? Разве меня кто-нибудь жалеет? Нет.

Если эта дура Эвелин и погубит сына Моргана Чейна, то я плакать не стану. Просто на этот раз Звездному Волку не повезло, только и всего…

Прикончив очередную бутылку, он откинулся на спинку кресла и впал в тяжелую дремоту. И вновь ему приснилась морда Рангора. Хищный зверь пристально глядел ему прямо в глаза и, судя по его напряженному телу, готовился к прыжку. «Готовься к смерти, предатель!» – издалека донеслись его слова, а затем последовал такой жуткий вой, что у Гордона мурашки поползли на спине. «Господи спаси, какой кошмарный сон!» – подумал он.

Но это был не сон.

Глава 12

– Вот сволочи! – громко сказал Эрих Клайн, а затем разразился очередной многоэтажной фразой, на которые был большой мастер.

Бывший пограничник метался то тюремной камере, словно зверь, не находя себе места. Как и все жители Звездного Клондайка, Клайн больше всего на свете ценил свободу. За свои тридцать с небольшим лет он успел побывать на нескольких десятках планет, где занимался старательством и охотой. Но главной его целью были поиски клада, который некогда спрятал на одном из миров Клондайка его дед, Фриц Клайн. Долгие годы поиски не приносили результата, но однажды Эриху все-таки повезло – он встретил Моргана Чейна и его бесстрашную команду. И в один прекрасный день на планете Тайгер им повезло – на дне озера они нашли кладбище древних королей Клондайка. В руки искателей сокровищ попали сотни уникальных звездных жемчужин. Везение продолжилось на Мидасе – главной планете звездного Клондайка. Чейн и Дилулло сумели умело продать сокровища на аукционе, и это принесло Клайну вожделенные миллионы! Казалось бы, мечта исполнилась, и теперь до конца жизни можно было предаваться праздности, наслаждаясь женщинами, вином, роскошью… Ан нет – чертов Звездный Волк все-таки сумел втянуть его в свои жестокие игры! И вот результат: вместо роскошного особняка он оказался в тюрьме, вместо красоток вокруг кишмя кишат свирепые биороботы, а вино превратилось в воду, да еще затхлую, словно зачерпнутую со дна вонючего болота.

Подойдя к железной двери, Клайн забарабанил по ней кулаками:

– Сволочи, подонки! – заорал он. – Выпустите нас из этой крысиной дыры! Или хотя бы дайте вина, гады синтетические!

Сосед по камере Банг присел на свою койку, потянулся и насмешливо сказал:

– Брось, Эрих. Ты же знаешь, что никакого вина тебе не принесут. Да откуда ему взяться здесь, на этой планете, где обитают сверхнейны? Биороботам вино не нужно, они питаются током от своих батарей. Хочешь, чтобы они угостили тебя славным разрядом тока?

Эрих выругался и, повернувшись, вернулся на свою койку. Спокойствие профессионального воина Банга его бесило.

– Пусть лучше ток, чем эта проклятая вода, – буркнул он, с отвращением глядя на кувшин, стоявший в углу камеры. – В жизни не пил такой гадости! Я готов простить этому подонку Гордону многое, но вода… Нет, за такое четвертовать мало!

– Сначала до Гордона добраться надо, – наставительно заметил Банг.

– Ничего, доберемся, – недобро сощурившись, пообещал Клайн. – Так доберемся, что ему небо покажется с овчинку!.. А вообще-то паршиво, когда врагами становятся твои бывшие друзья.

Банг промолчал. Этот могучий, немногословный человек повидал на свете куда больше, чем Клайн, и потому никогда не торопился с выводами. В отличие от экспансивного немца Банг провел немало лет в плену, учился в школе гладиаторов на Стальной планете, и должен был давно закончить свое бренное существование в схватке с какой-нибудь жуткой тварью или гладиатором-негуманидом. Но ему повезло, и с той поры Банг привык ценить каждый прожитый день. Тюрьма? Что ж, он бывал в тюрьмах и похуже, не говоря уже о казарме мастера-гладиатора Фарха Косматого. Здесь по крайней мере, кормят нормально и не заставляют с утра до вечера тренироваться на плацу с товарищами по несчастью.

Но Клайн был сделан совсем из другого теста, и после некоторой паузы вновь стал шагать взад-вперед по камере.

– Нам надо бежать, да побыстрее, пока эти твари нас не пустили на запчасти для своих организмов! – убежденно сказал он.

Банг вздохнул. Разговор о бегстве они вели уже не первый раз, и без всякого толку.

– Отсюда не убежишь, – промолвил он. – Ты погляди, какие здесь стены! Их наверное, и миной не разрушишь. Двери железные, в руку толщиной. В коридорах дежурят по крайней мере полсотни сверхнейнов, хотя на всех нас волне хватило бы и одного. Но даже если мы выберемся из здания, то до космодрома нам дойти не дадут. Это же не планета, а военный лагерь! Не знаю, что это за штука Большой Мозг, но мозги у него действительно есть! Сумел создать такую силищу, да еще так, что никто в галактике этого и не заметил. Больше того, вместе с Гордоном он сумел поймать самого Чейна! Ума не приложу, что они с ним сделают.

Банг помрачнел. Собственная безопасность его не очень-то волновала, тем более что Гордон пообещал выпустить всех пленников на свободу через месяц-другой. Но Чейн… Главный удар Большой Мозг собирался нанести именно по Звездному Волку. Конечно, тот вроде бы стал неуязвимым, но…

Поразмыслив, Банг сказал:

– Пожалуй, ты прав. Надо выбраться из этого могильника. Всем это сделать, ясное дело не удастся, а мы двое можем рискнуть. Меня очень волнует судьба Чейна. И его Селия меня тоже беспокоит. Если Чейн, не дай бог потеряет второго сына, то… нет, об этом лучше не думать. Так, какие у тебя есть деловые предложения?

Эрих озадаченно поскреб подбородок, изрядно заросший щетиной.

– Хм-м… Ясное дело, силой нам отсюда не вырваться. Остается одно – хитрость. Должна же быть у этих тварей какие-то слабости…

– Интересно – какие же это?

Клайн надолго задумался. Банг с надеждой смотрел на него. Молодой немец уже не раз проявлял свою изобретательность. Из-за этого команда «Кардовы» едва не погибла на Тайгере, где Клайн сумел довольно долго морочить всем головы, включая многоопытного Дилулло. Может, и сейчас что-нибудь толковое придумает?

Наконец, на лице Клайна появилась улыбка.

– Нашел! – воскликнул он. – Все очень просто. Сверхнейны конечно же имеют свои слабости. И знаешь, какая – самая большая?

– Нет, не знаю.

– Они настолько совершенны, что должны, просто обязаны считать себя людьми! Не роботами, не искусственными существами – а именно новыми людьми, которые пришли на смену слабому и вырождающемуся человечеству. Доннерветтер, наверняка эту их слабость и эксплуатирует Большой Мозг! Эта машина находится на другой планете, и вряд ли может управлять каждым отдельным сверхнейном. Нет, она просто внушила всем и каждому, что старое человечество идет к закату, и на арену рано или придут другие, куда более совершенные во всех отношениях существа. Опасность для сверхнейнов мог представлять только один человек – божественный и непобедимый Морган Чейн. Он уже убил нескольких сверхнейнов, и с той поры стал еще сильнее и неуязвимее… А если не сверхнейны помогали Джону Гордону, а сам Гордон просто выполняет их волю?

Банг кивнул.

– Что ж, звучит логично. Но как мы можем использовать эту слабость сврехнейнов? Да и слабость ли это вообще? Что-то я не понимаю, как нам уцепиться за эту соломинку…

Эрих хохотнул.

– Сейчас увидишь… Ты как, в хорошей форме?

– Да вроде, ничего. А что, надо будет драться?

– Само собой. Нет, на прорыв мы не пойдем, это бессмысленно. Мы зайдем к этим уродам с тыла и возьмем их за задницу… Смотри и учись!

Клайн подошел к двери и постучал по ней. А затем спокойно произнес:

– Господа! Вы нарушили кодекс офицерской чести, оскорбили даму нашего сердца, потому мы с Бангом вызываем вас на дуэль. Неужели вы проявите трусость и выставите себя на посмешище перед прекрасной Лианной?

Банг очень удивился.

– Ты чего шепчешь? Даже я тебя едва слышу, а уж офицеры…

Клайн обернулся и выразительно приложил палец к губам. А потом сказал:

– Не беспокойся, друг, те, кому дорога честь офицера, нас услышат. Хотя, если я ошибся, и мы находимся в плену не у людей, а всего лишь у жалких роботов… Тогда мои слова, разумеется, не будут услышаны. Разве у роботов может быть честь? И разве роботы знают, что такое любовь к прекрасной даме? Конечно, и простой утюг может воспылать, но вовсе не от страсти к женщине, а всего лишь от короткого замыкания…

В коридоре послышался топот бегущих ног. Чейн торопливо вернулся на свою койку и прошептал:

– Ну, теперь держись, Банг… Сейчас начнется!

Дверь распахнулась, и в камеру один за другим вошли более десятка сверхнейнов в офицерской форме. Лица у всех побагровели от ярости, все держали в руках бластеры.

В один голос все они воскликнули:

– Кто посмел сравнить нас с утюгом?

Чейн успокаивающе поднял руку:

– Господа, не надо так давать волю своим эмоциям. Я вовсе не хотел вас оскорбить. Напротив, я рад тому, что судьба позволила мне встретиться с такими совершенными во всех отношениях сущее… то есть, людьми. Когда-то в школе учитель нам рассказывал легенду о том, что однажды в галактику придут новые люди, и заменят нас, старых, увы, очень несовершенных людей. Но я никогда даже не наделся, что судьба сведет меня с новыми хозяевами Галактики!

Банг с уважением посмотрел на пограничника. Он очень сомневался, что Эрих когда-либо учился в школе, но врал он действительно мастерски, можно сказать, даже с вдохновением.

Лица офицеров смягчились. Они спрятали бластеры, а потом один из офицеров, высокий и светловолосый, чем-то похожий на Клайна, произнес:

– Я буду говорить от лица всех офицеров. Мы хотим узнать, чем мы запятнали честь офицера, и о какой любви к прекрасной даме вы говорите. Отвечайте, иначе мы уничтожим вас!

Клайн улыбнулся:

– Разумеется, я отвечу, офицер. Но мой рассказ будет долгим, поэтому лучше бы вам всем присесть.

На лице всех офицеров появилась одинаковая презрительная улыбка.

– Мы никогда не устаем, примитив.

– Примитив?! А-а, насколько я понимаю, то вы, новые люди, так называете нас, старых людей?

Все офицеры дружно кивнули. Банг едва не расхохотался, но вовремя удержался. Похоже, Клайн на самом деле обнаружил слабые места у этих роботов. Но как этим воспользоваться, вот в чем вопрос.

Однако Клайн умело вел свою партию.

– Когда я говорил об офицерской чести, я имел ввиду вовсе не нас с Бангом, и не других пленников. В конце концов, мы мужчины, а во время войны пленников принято держать в тюрьме. С этим вы согласны?

– Разумеется! – ответил офицер. – Есть даже такая поговорка: «На войне как на войне». Мы не имеем ничего личного против вас, а просто выполняем наш воинский долг.

Банг не верил своим ушам. Ему приходилось уже сталкиваться с биороботами. Особенное впечатление произнес на него сверхнейн, которого они встретили на Тайгере. Искусственный человек очень умело принял облик пожилого князя Роджера Кампа, и довольно долго смог морочить голову всему экипажу «Кардовы», включая сверхчувствительного волка Рангора. Но те, прежние сверхнейны, являлись мастерами мимикрии и, лишившись своей маскарадной одежды, тотчас превращались в примитивных, хотя и могущественных болванов. Эти же новые сверхнейны, хотя и приняли облик разных людей, сейчас явно вели беседу от своего имени! И это делало их на порядок более опасными.

Но Клайна, похоже, ничуть не смущали подобные мысли. Он дружески улыбнулся и сказал:

– Нет вопросов, полковник. Кстати, как вас зовут?

Немного помедлив, офицер ответил:

– Арн Велл. Да, зовите меня так.

– Уважаемый господин Велл…

– Меня зовут Арн Велл!

Клайн мысленно ухмыльнулся, но спорить не стал.

– Уважаемый господин Арн Велл, речь идет вовсе не о ваших действий по отношениям к нам, к мужчинам. Но вы одновременно с нами арестовали прекрасную Лианну, императрицу СреднеГалактической империи!

Арн Велл озадаченно переглянулся со своими товарищами.

– да, мы сделали это. Но не беспокойтесь, миссис Лианна содержится в значительно более удобных и приятных условиях, чем вы. Мы поместили ее в другом корпусе, в роскошной комнате, дали двух слуг…

Клайн внезапно вскочил с койки и нанес офицеру звонкую пощечину. Тот схватил Эриха за руку и сжал с такой силой, что пленник едва не завопил от боли. Но Клайн вместо это закричал:

– Господин Арн Велл, вы оскорбили нашу даму! Вы… вызываю вас… на дуэль!

Биоробот так удивился, что ослабил хватку. Клайн рухнул на пол с болезненным воплем.

– Оскорбил? Но чем? И что станет причиной нашей дуэли? Объясните.

Клайн хотел ответить, но боль в руке на время парализовала его. И тогда Банг, уже смекнувший. Что к чему, торопливо вошел в игру. Встав, он подошел к Арну Веллу и заявил:

– Разве вы не понимаете, офицер, что мы с господином Клайном влюблены в миссис Лианну? Наверняка и вы все тоже влюблены в нее, а это оскорбляет наши священные чувства. Только дуэль сможет спасти честь прекрасной Лианны!

Арн Велл вновь обменялся недоуменными взглядами со своим товарищами. Вопреки своей воле, они вступили на незнакомое им игровое поле, и просто не знали, как себя вести.

– В чем же мы оскорбили ваши священные чувства, господа?

Клайн уже обрел дар речи. Кряхтя, он с помощью Банга поднялся на ноги и с кривой ухмылкой объяснил:

– Не пытайтесь заморочить вас головы, господин Арн Велл. Думаете, мы видели, какие пылкие взгляды вы бросали на нашу возлюбленную Лианну, там, у трапа корабля?

– Я бросал пылкие взгляды? – изумился биоробот.

– Еще какие! – поддержал друга Банг и сурово нахмурил брови. – Офицер, вы не можете не знать, что у нас, людей, такие вещи приводят к известным последствиям. Дуэль и только дуэль!

– И обязательно, где-нибудь в лесу, на поляне, и в присутствии прекрасной дамы, – уточнил Клайн. – Напоминаю: поскольку оскорбление исходит от вас, офицер, то выбор оружия остается за нами.

На лице Арна Велла появилась презрительная улыбка.

– Ну что ж, я не хотел никого убивать… Но если таковы правила дуэли, и если затронута моя офицерская честь – что ж, извольте. Мне проще было разорвать вас обоих на части, но бластеры так бластеры. Учтите, я стреляю лучше любого из примитивов.

Клайн лучезарно улыбнулся:

– Разумеется, разумеется! Но боюсь, до нас с Бангом очередь дойдет не скоро…

– Какая очередь? – оторопел биоробот.

– Как это какая? Странный вопрос. Разве вы не заметили, офицер, что за прекрасную Лиану бросали пылкие взгляды не вы один? Все ваши товарищи по оружию не сводили с нашей дамы восхищенных, влюбленных глаз! Или вы считаете, что только вам одному знакомо, что такое пылкое чувство к женщине? По-моему, одна эта мысль оскорбительна для ваших товарищей! Наверное, вы тоже считаете их примитивами…

Слова Клайна произвели на сверхнейнов впечатление разорвавшейся бомбы. До этого момента все они, несмотря на различную внешность, вели себя словно механизмы, изготовленные на одном штампе. Но сейчас все изменилось. Хитроумный ход Клайна разжег в них чувство соперничества. Никто из них и понятия не имел, что такое любовь к прекрасной даме, но раз такое чувство свойственно всем людям, то почему они должны быть хуже Арна Велла?

– Дуэль, только дуэль! – то там, то здесь послышались воинственные восклицания. На этот раз они уже не звучали в унисон, и каждый голос был отлично слышен. Офицеры стояли, сжимая кулаки и с ненавистью глядели друг на друга.

Клайн мысленно вознес хвалу небу. Ура, он попал в самую точку! Ему и прежде приходилось иметь дело с роботами, и он давно понял простую истину: Они сильны только в пределах заданных программ, и здесь соревноваться с ними бесполезно. Но стоит заставить их уйти чуть в сторону, и почва начинает буквально гореть под их искусственными ногами.

Арн Велл спросил:

– Господин Клайн, мне не ясно – а кто же из нас девятерых будет выбирать вид оружия, которым мы будем сражаться? Вы сказали, что это должен сделать тот из нас, кто чувствует себя оскорбленным. Но кто из нас оскорбленный?

Возникла опасная пауза, но Клайн быстро нашел выход из положения:

– По-моему, каждый из вас имеет основания чувствовать себя оскорбленным. Поэтому будет правильно, если вид оружия назначит тот, кто оскорблен более всех. А это – я и мой друг Банг! И мы выбираем бластеры!

На лицах офицеров появились сомнения.

– Господин Клайн, но ведь бластеры – это мощное оружие, – робко сказал один из них. – Мы можем серьезно повредить друг друга. А это противоречит… э-э…

Биоробот запнулся и замолчал, но Клайн продолжил за него:

– противоречит заложенной в вас программе? Вы это хотели сказать?

Офицер смущено промолчал.

– Странно… Люди тем и отличаются от машин, что в них нет никаких программ, они действуют, только повинуясь своим собственным чувствам.

– Мы не машины! – резко возразил Арн Велл.

– Тогда вперед! – крикнул Клайн. – Мы должны выяснить наши отношения сегодня же, сейчас же!..

Арн Велл повернулся и уверенно направился к двери, но тут же остановился. Чувствовалось, что в его искусственном разуме происходит нешуточная борьба.

– А как же приказ господина Гордона? – обернувшись, неуверенно спросил он. – Вы – пленники, и мы не имеем права…

Банг дружески похлопал его по плечу.

– О чем разговор, господин Арн Велл? Разумеется, мы с Эрихом – ваши пленники. После дуэли вы отведете нас обратно в тюрьму.

– А если вы тоже погибнете?

– Тогда вы отнесете в тюрьму наши трупы, – невозмутимо ответил Клайн. – Так или иначе, мы снова окажется в камере, и приказ господина Гордона не будет нарушен. При этом не пострадает и ваша честь офицеров, и доброе имя прекрасной Лианны. Словом, все останутся довольны.

Лицо Арна Велла просветлело.

– По-моему, это оптимальное решение! – сказал он.

– Самое что ни на есть оптимальное, – поддакнул Клайн и подмигнул Бангу – мол, знай наших!

Спустя некоторое время на поляне в лесу, в местах ста от приземистого здания тюрьмы, собрались офицеры местного гарнизона. К изумлению Клайна и Банга, их оказалось не девять, а около двадцати! Все они присутствовали при аресте Лианны, все видели прекрасную императрицу, и никто не пожелал выглядеть «нечеловеком» – теми более, что девять их товарищей, как оказалось, уже испытали пламенное чувство любви!

Клайн не мог поверить своим глазам. Да, он ожидал, что от его идеи будет толк, но такое… Могучие, непобедимые, вполне разумные биороботы попались буквально на голый крючок! Пограничника буквально разбирал нервный смех. А вот Бангу было не до смеху – он все еще опасался, что сверхнейны вот-вот бросятся на пленников.

Клайн объяснил Арну Веллу условия дуэли. Он предлагал стреляться с расстояния в пятьдесят метров (на меньшее расстояние офицер был не согласен), и вести стрельбу до гибели одного из дуэлянтов. Клайн опасался, что эти жестокие условия будут отвергнуты, но офицер неожиданно охотно согласился.

– Нас и так слишком много на этом объекте, – решительно заявил Арн Велл. – Для того, чтобы эффективно охранять такое малое количество пленников-примитивов, вполне достаточно одного, максимум, двоих офицеров и нескольких солдат, простых нейнов. Я говорил об этом господину Гордону, но тот не согласился. Он сказал, что некоторые пленники очень опасны, имеют богатый опыт борьбы в самых трудных ситуациях, и потому никакое дублирование не будет лишним. Я просто не мог ослушаться приказа! Но слава Создателю, для всех нас честь офицера превыше всего, и мы путем дуэли оптимально и эффективно решим эту проблему… А вот и наша прекрасная дама!

Среди деревьев появилась стройная фигурка Лианны. Ее сопровождали два офицера с бластерами в руках. Лицо молодой женщины было бледным, в глазах сверкали слезы – по-видимому, она полагала, что настал ее последний час.

Увидев друзей, она горько улыбнулась.

– Я так и думала, что Гордон обманет нас… Он обещал нам свободу – но забыл сказать, на каком свете мы ее получим!

Клайн торопливо бросился к ней. Припав на одно колено, он взял руку Лианны и запечатлел на ней пылкий поцелуй. А затем встал и обнял красавицу.

Лианна изумленно смотрела на него, но Клайн шепнул:

– Ничему не удивляйтесь. Сейчас эти болваны начнут палить друг в друга ради вас, своей первой и единственной возлюбленной! Играйте свою роль, иначе мы погибли!

Надо отдать должное Лианне – она мгновенно поняла, что от нее требуется. Оттолкнув Клайна, она смерила взглядом офицеров-сверхнейнов и подняв руку, произнесла:

– Начинайте, господа! Только один-единственный победитель этих дуэлей будет достоин моей любви. Желаю всем удачи, но повторяю – я достанусь только тому, кто лучше всех остальных!

Все офицеры кивнули, а затем встали на одно колено, приложив руки к сердцу – вернее, к тому месту, где у обычного человека находится сердце.

Банг шепнул на ухо Клайну:

– Эрих, не верю своим глазам. Стреляться ради бабы, пусть даже такой красотки – это же полный идиотизм!

Пограничник так же тихо ответил:

– Может, ты и прав. Но подобные дуэли у нас в Клондайке – самое обычное дело. Я сам стрелялся трижды… Думаю, и на других мирах такое тоже случается, верно?

Банг подумал и кивнул.

Арн Велл отошел в сторону и скомандовал:

– Господа офицеры, условия дуэли вам известны. Как ваш командир, я буду следить за всеми поединками, и последним вступлю в бой. Я или мой партнер убьет этих двух примитивов (и он небрежно указал на Клайна и Банга), и станет единственным возлюбленным прекрасной Лианы. Уверен, что этим счастливчиком стану я… А пока предлагаю мысленно разыграть наши, а вернее, ваши, порядковые номера…

Настала секундная пауза. Затем двое офицеров вышли в центр поляны и, повернувшись спиной друг к другу, стали расходиться в разные стороны. Клайн только тогда вспомнил, что забыл отметить камнями или ветками барьеры, но затем понял – для роботов в этом не было необходимости. Можно было не сомневаться, что они остановятся точно в пятидесяти метрах друг от друга.

Когда соперники заняли свои позиции и положили руки на свои бластеры, Арн Велл взглянул на Лианну.

– Прекрасная дама, мы ждем вашего сигнала.

Лианна кивнула и, достав платочек, махнула им в воздухе.

Но ничего не произошло. Дуэлянты даже не шелохнулись.

Клайн быстро сообразил. В чем тут дело.

– Чертовы машины, им нужна точность… – пробормотал он. – Господин Арн Велл, пускай противники начнут стрельбу в тот момент, когда платочек господи Лианны поднимется на самое высшее положение от уровня земли. Нет возражений?

Возражений не оказалось. Лианна вновь взмахнула платком. Противники, казалось, даже не смотрели в ее сторону, но это так казалось. Прогремели выстрелы, и оба робота рухнули на землю. У одного оказался пробита черепная коробка, у другого – разворочен левый бок. По-видимому, там находился какой-то жизненно важный агрегат.

Арн Велл подал сигнал, и в центре поляны направились очередные два дуэлянта. Вскоре прозвучали еще два выстрела, и трупов на поляне стало уже четыре.

Банг с искренним любопытством наблюдал за ходом массового смертоубийства. Он знал толк в подобных делах, и не мог не восхищаться быстротой и точностью биороботов. Он даже хотел предложить условия дуэли, чтобы дать противникам больше шансов на выживание. Но вовремя прикусил язык.

Клайн подошел к Лианне и встал рядом с ней. Молодая красавица исправно исполняла свою роль роковой женщины, но судя по ее бледному лицу, роль давалась ей с большим трудом.

– Господи, как это все ужасно… – почти прошептала она. – Они… они так похожи на людей!

– Да, похожи – своей глупостью, – тихо ответил Клайн.

Он вспомнил о Большом Мозге, и мурашки сразу же побежали по его спине. Если электронный монстр узнает, что творится здесь, на поляне, то хитроумная затея может окончиться крахом. Оставалось только надеяться, что у истинного хозяина сверхнейнов есть сейчас дела поважнее, чем следить за своими не вполне разумными детьми.

Прошло минут десять, и на поляне уже лежали две груды тел. Некоторые биороботы были лишь тяжело ранены, и еще шевелили конечностями и издавали нечто вроде стонов. Но никто не обращал на них внимания.

Наконец, очередные два дуэлянта прикончили друг друга. На поляне остались только Арн Велл и трое людей.

На губах старшего офицера играла довольная улыбка.

– Все случилось, как я и предполагал, – сказал он. – Дорогая Лианна, скоро мы останемся с вами наедине, и познаем все радости любви. Не волнуйтесь – мы внешне созданы по образцу и подобие обычных людей. У нас есть и органы размножения, только нам прежде не приходилось пускать их в ход, поскольку среди нас нет особ женского пола. Что ж, для любви вполне сгодятся и самки из племени примитивов!

Лианна отшатнулась со сдавленным криком ужаса.

– Что? Вы хотите изнасиловать меня?

Арн Велл улыбнулся.

– Вовсе нет, мы будем просто вместе заниматься любовью. Надеюсь, вы мне расскажете поподробнее, как это делается… Но сначала я должен покончить со своими соперниками. Эй ты, вперед!

И Арн Велл указал Клайну на центр поляны.

Оба пленника переглянулись и только хотели, было броситься на офицера, как увидели дуло бластера, глядящее в их сторону. И когда только Арн Велл сумел его достать из кобуры?

– Так я думал, что вы оба затеяли нечестную игру, – спокойно констатировал офицер. – Все вы примитивы, такие. Но я не стану вас убивать, это просто неинтересно. Дуэль дает вам хоть крошечный шанс, примерно один на десять тысяч. Например, может отказать мой бластер, или отказать моя система координации…

Вдруг Арн Велл вздрогнул, и вытянулся в струнку. В его глазах засветился страх.

– Создатель, простите… – пробормотал он. – Я не думал, что совершаю ошибку. Вы сами не раз говорили. Что мы, ваши дети, станем новыми, совершенными людьми… Вот и я подумал про чувство любви, с которым все примитивы так носятся, словно с величайшей ценностью… Слушаюсь! Эти люди через две минуты и двадцать пять секунд окажутся в тюрьме, я клянусь!

Банг и Клайн с криком бросились на офицера но, получив могучие удары, покатились по земле. Лианна повернулась и бросилась бежать в лес, но Арн Велл выбросил вперед руку и она, превратившись в щупальце, обхватила молодую женщину за шею. повалив Лиану за землю. Арн Велл с холодной улыбкой стал подтаскивать ее к своим ногам.

– Проклятые примитивы, вы еще хуже, чем я думал… – процедил он сквозь зубы. – Вы хотели меня научить любви, но научили еще большей ненависти! Создатель запретил вас убивать, но избить вас я могу!

Он поднял вторую руку, которая тотчас превратилась в плеть. Лианна вскрикнула и закрыла лицо руками.

И тут кто-то обхватил Арна Велла за шею. Офицер захрипел и попытался вывернуться, но тот, кто стоял сзади, не уступал ему в силе.

Наконец, шея биоробота хрустнула, он обмяк и упал на землю.

Лианна приподняла голову и увидела, что на поляне стоит приземистый черноволосый человек.

– Морган! – радостно воскликнула она. – Какое счастье, что ты снова на свободе!

Варганец хотел что-то ответить, но тут со стороны тюрьмы послышался тревожный рев сирены.

– Бежим! – крикнул варганец. – Здесь, за деревьями, стоит мой вездеход. Быстрее, пока нейны не окружили нас со всех сторон!

– Сначала надо собрать оружие, – остановил его Банг. – Эрих, помогай!

Глава 13

Гонка по джунглям продолжалась более часа. Поначалу варганец вел вездеход по широкой просеке, но вскоре впереди показались солдаты с лазерными ружьями в руках, и пришлось сворачивать с наезженной трассы и продолжить движение между деревьев. Мощные гусеницы крушили деревья, легко подминали кустарники, сходу преодолевали речки и небольшие болота. Наконец, впереди появилось округлое озеро, над которым висел плотный синий туман, и варганец вынужден был остановиться.

Лианна облегченно вздохнула. Бешеная тряска вконец измотала молодую женщину. Неожиданно она пересела на второе водительское кресло и, обняв варганца, страстно поцеловала его.

– Морган, снова ты меня спас! Я знала, что так и случится!

Клайн ухмыльнулся и толкнул Банга локтем в бок.

– Ну, Чейну и везет, – прошептал он. – Бабы просто липнут к нему!

– Нашла время лизаться… – недовольно буркнул Банг, с неприязнью глядя на Лианну.

Тем временем варганец мягко, но решительно освободился из объятий красавицы.

– Все не так просто, императрица, – с кривой усмешкой сказал он.

Лианна досадливо поморщилась.

– Прошу, не называй меня императрицей! Этот титул мне не совершенно нужен. Да, мой муж Шорр Кан стал императором после гибели несчастного Зарта Арна, но это еще не значит…

– Верно, это еще ничего не значит! – перебил его варганец, и в его глазах вспыхнул недобрый огонь. – Тем более что Зарт Арн вовсе не погиб! Вернее, не совсем погиб…

– Как это – не совсем? – удивился Банг. – Морган, ты в своем уме?

Варганец горько улыбнулся.

– Да, я в своем уме. Но увы, не в своем теле…

И он коротко рассказал обо всем, что произошло после трагического взрыва в лаборатории на Трооне.

В кабине вездехода на некоторое время повисла мертвая тишина.

Наконец, Клайн сплюнул себе под ноги и заявил:

– Доннерветтер, ну и дела! Морган, надеюсь, это не шутка? Сейчас неподходящее время для развлечений.

– Нет, клянусь, я не шучу! И зовут меня отныне не Морган, а Зарт. Зарт Арн, законный правитель СреднеГалактической империи.

Лианна вскрикнула от ужаса и отшатнулась от варганца. Вернее, Зарта Арна, ныне пребывавшего в теле варганца.

– Мерзавцы, что вы сделали с Чейном! – воскликнула она. – И Селия… Не стану лгать – я не очень-то люблю эту колдунью. Более того, я ее ненавижу! Но так поступить с женщиной, которая ждет ребенка… Даже мой дражайший супруг вряд ли мог пойти на такую низость!

В глазах Лианны заблестели слезы, она всхлипнула и отвернулась. Даже видавшим виды Клайну и Бангу стало не по себе, когда они наконец осознали, что случилось.

Зарт Арн опустил голову.

– Сам не понимаю, как я мог, поддастся уговорам Гордона, – виновато промолвил он. – Но поймите и меня! Я совершал свой обычный эксперимент по обмену разумов, оказался на Терре, в далеком и таинственном 21 веке, который по некоторым данным являлся переломным в истории человечества… И вдруг я узнаю, что в моей лаборатории на Трооне произошел взрыв, мое тело уничтожено, а вместе с ним – и разум Алекса Бирса, выдающегося терранского ученого! И, по словам Гордона, взрыв устроил никто иной, как мой вечный недруг Шорр Кан. Больше того, этот мерзавец уже объявил себя императором! Понятное дело, что без поддержки Моргана Чейна такого просто не могло бы произойти. Народ СреднеГалактической империи слишком хорошо помнит войну с Лигой Темных Миров, а именем Шорра Кана у нас принято пугать непослушных детей… Да если бы Шорр Кан не чувствовал за своей спиной поддержку Чейна, но не после бы даже на десять парсеков приблизиться к Троону! А когда Гордон рассказал мне о планах Шорр Кана и Чейна создать объединенную галактическую Империю, то у меня отпали всякие сомнения. Прежде всего я ответственен перед своим народом. Долг требовал, чтобы я вернулся на Троон и восстановил справедливость!.. Так что вы, дорогая Лианна, можете не переживать – вы на самом деле не императрица, а всего лишь не совсем верная жена мерзавца и предателя Шорра Кана!

Зарт Арн торжествующе посмотрел на расстроенную красавицу, но Клайн внезапно сказал:

– Ну, это еще не факт.

Зарт Арн вздрогнул, как от удара хлыстом.

– Почему же? Как видите, я вернулся в наше время.

– Ха, вот именно, что этого мы и не видим! Зарт, посмотритесь в зеркало. На сиденье водителя сидит вовсе не бывший император, а адмирал Морган Чейн! Когда вы вернетесь на Троон, там вас встретят вовсе не цветами, а камнями. Мы-то знаем про ваши штучки с обменом разумов, но разве о вашем хитроумном изобретении известно вашему народу? Нет. Кто же вам тогда поверит?

– Я докажу, что я – это я! Я созову всех высших вельмож, и они легко убедятся, что перед ними сижу именно я! Есть немало вещей, которые известны только мне и моих ближайшим помощникам, и…

Клайн недоверчиво покачал головой.

– По-моему, вы сами не верите в свои слова. Иначе бы не стали так часто повторять слово «я». И потом, вы не единственный игрок в этой хитроумной игре. На вашей стороне – Гордон и Большой Мозг, и армия сверхнейнов. Но против вас все остальные! И мы в том числе.

– Почему?

– Да потому что, вы идете назад к своему трону буквально по головам! Да, Морган Чейн не святой, и с идеей галактической Империи он явно перемудрил. Но мы сделаем все, чтобы он вернулся в свое время и в свое тело! И Селия – тоже, нравится это вам и Лианне или нет. Верно, Банг?

Взгляд Банга был более чем красноречивым.

Зарт Арн горько усмехнулся.

– Эти угрозы напрасны. Если бы я и сейчас верил в свою правоту, то меня здесь бы не было. Гордон… последние два месяца он поражал меня своей энергией! Жажда мести сделал из него совершенно другого человека. Таким он был, когда Троон попал в шторм провремени. В те страшные дни не я, а Джон был истинным императором! Но сейчас он после каждого контакта с Большим Мозгом ударятся в запой… Да, я по-прежнему считаю, что Чейн во многом не прав. Но тогда получается, что прав Большой Мозг, который и придумал всю эту хитроумную комбинацию. Но кто знает, какой у этой комбинации будет продолжение?

Клайн сказал:

– Какое? Да ты погляди в окно.

Небольшая передышка дорого обошлась беглецам. Между деревьев появились фигуры солдат с лазерными ружьями наперевес. Зарт Арн взглянул на зеркало кругового обзора и, чертыхнувшись, сказал?

– Мы окружены. Жаль, что у нас не амфибия, а всего лишь вездеход.… Как вы думаете, это озеро глубокое?

Лианна вздрогнула, глядя расширенными глазами на маслянистую гладь, над которой клубился голубой туман.

– Мне кажется, что очень глубокое… – сдавленно произнесла она. – И кажется, там обитают какие-то существа. Глядите!

Действительно, метрах в ста от берега гладь озера заколыхалась. То там, то здесь по ней пошли круги.

Банг разразился проклятиями.

– Дамочка, вы не туда смотрите! Рыба она и есть рыба. А вот солдаты меня волнуют. Будь у меня хотя бы меч.… Не очень-то я доверяю бластерам. У них почему-то всегда быстро кончаются заряды… Но ничего, мы еще повоюем! Зарт, как много солдат может находиться в этих местах?

Зарт Арн пожал плечами.

– Понятия не имею.… Всем на этой планете распоряжается Большой Мозг. Я знаю только одно: все офицеры – это сверхнейны, а все солдаты – простые нейны. Эти довольно примитивные биороботы, с крошечным разумом. На планете находится две или три фабрики, которые день и ночь выпекают этих человекообразных уродов. Большой Мозг кует свою армию, но с какой целью, я толком так и не знаю. Ого, а это еще что такое?

Бурление в воде заметно усиливалось, и уже заняло добрую половину поверхности озера. Наконец, возле берега появились какие-то темные пятна.

Солдаты, которые уже выстроились в цепь и вот-вот готовы были ринуться за вездеход, дружно повернули головы и стали напряженно наблюдать за тем, что творится в озере. Откуда-то сзади послышались громкие крики. Кто-то, наверное, командир отряда, был явно недоволен и требовал, чтобы солдаты выполняли приказ. Но солдаты даже не слушали его. Они вновь подняли ружья и приготовились стрелять – но уже не по беглецам, а по тем, кто вот-вот должен был выйти на берег.

– Резиновые люди… – прошептала насмерть перепуганная Лианна. – Господи, да я ведь уже встречалась с этими тварями! Однажды они едва не погубили нас вместе Джоном Гордоном. Что же теперь будет?

Зарт Арн нахмурился. Да, Гордон однажды упоминал, что бывал на этой планете, и встречался с какими-то примитивными биороботами, куда более примитивными, чем даже обычные нейны.

Клайн и Банг озадаченно переглянулись.

– Отлично! – процедил сквозь зубы Клайн. – Мы попали между двух огней. Вряд ли нам помогут даже бластеры. Пожалуй, надо забаррикадироваться и надеяться на прочность брони.

Банг упрямо покачал головой и, взяв два бластера, направился к лесенке, что вела к верхнему люку.

– Ну уж нет, – заявил он. – Я не собираюсь просто сидеть и смотреть, как эти ублюдки вскроют лазерными ружьями наш вездеход, словно консервную банку. Как говорится, умирать, так с музыкой!

Не успел он распахнуть верхний люк, как солдаты начали стрелять. Но их целью был вовсе не вездеход, а резиновые люди!

Обитателей озера это не остановило. Лучи лазеров прожигали насквозь их гладкие, человекообразные тела, но никто не умер, и даже не упал. Тогда солдаты стали стрелять по головам – если округлые болванки с едва заметными носом и глазами можно было назвать головами. Однако даже потеря «головы» не остановила ни одну из тварей. Они продолжали выходить на берег, а вслед за ними из глубины озера шли десятки, сотни их собратьев.

Поняв, что стрельба бессмысленна, нейны отбросили в сторону бесполезные ружья, достали кинжалы и с оглушительными воплями ринулись в рукопашную схватку. Резиновые люди ответили еще более жуткими криками и бесстрашно ринулись на чужаков.

То, что затем началось на берегу озера, не поддавалось никакому описанию. Сейчас уже было очевидно, что и нейны и резиновые люди на самом деле не были людьми, а были лишь биороботами. Они рвали друг друга на части, вгрызались вдруг в друга зубами, сплетались в тугие клубки…

Не выдержав, Лианна отвернулась, чтобы не видеть этого кошмара. Даже видавшему виды Бангу стало не по себе.

– Пьяное небо, да они же инстинктивно ненавидят друг друга! – глухо промолвил он. – Наверное, у них были общие предки… Нейны куда более совершены, и намного сильнее, но зато резиновые люди более неуязвимые. Глядите!

Встретив сопротивление, нейны пришли я бешенство. Поначалу они обрушивали на противников могучие удары, каждый из которых мог бы убить быка. Но резиновые люди не зря получили такое прозвище. Их бело-голубые тела легко прогибались под ударами, поскольку никакого внутреннего скелета у них не было. Упав на землю, они стремительно вставали и набрасывались на нейнов, используя свое преимущество в численности. Их тактика была очень проста – они по двое или по трое набрасывались на каждого солдата, хватали друг друга за руки, а затем срастались конечностями и образовывали вокруг жертвы нечто вроде живого кокона. Кокон начинал сжиматься, и даже могучим нейнам не удавалось вырваться из смертоносных объятий. Правда, убить нейнов было трудно, и потому резиновые люди старались утащить их вглубь озера.

Зрелище фантастической битвы буквально заворожило всех трех мужчин.

Эрих Клайн первым пришел в себя.

– Пьяное небо, что же мы делаем? Зарт, надо сматываться, пока резиновые твари не добрались и до нас!

Зарт Арн вздрогнул и встряхнул головой, словно отгоняя наваждение. Затем он включил зажигание, и вездеход, взревев, развернулся и покатил вдоль берега озера, подальше от места битвы. К счастью, беглецов никто не преследовал. В зеркале заднего вида были видно, как к берегу со всех сторон бегут все новые и новые солдаты-нейны, на ходу бросая ненужные лазерные ружья. На встречу им из озера выходили десятки, сотни резиновых людей, и это потоку жутких человекоподобных фигур не было конца.

Свернув на просеку, Зарт Арн внезапно расхохотался. Лианна в ужасе просмотрела на него, но тот с улыбкой объяснил:

– Нет, это на самом деле очень весело! Выходит, и Большой Мозг может ошибаться. Он решил, что здесь, на этой пустынной планете, которая находится вдали от оживленных космических трасс, его новорожденной армии ничего не угрожает. Но он недооценил резиновых людей! Они – далекие родичи нейнов, это очевидно. Но зачастую родичи становятся самыми свирепыми и беспощадными врагами. Среди машин такого не бывают, и среди животных – тоже. Этим замечательным качеством обладаем только мы, люди. А нейны и даже резиновые люди – это хоть и чуть-чуть, но все же люди.

Клайн кивнул:

– Верно. Кстати, только среди людей нередко случается, что друзья становятся хуже самых заклятых врагов. За примерами далеко ходить не надо!.. Кстати, а почему мы свернули налево? Может, стоить попробовать взять штурмом тюрьму?

– Мы едем навестить нашего общего друга Гордона, – коротко ответил Зарт Арн и прибавил скорость.

Лианна нахмурилась. Сжав кулаки, она что-то зашептала – похоже, это было слова проклятий. Банг довольно улыбнулся и стал проверять бластеры. От мысли, что ему вскоре наконец-то придется принять участие в хорошей драке, у бывшего гладиатора поднялось настроение.

Спустя несколько минут вездеход подкатил к белому куполообразному зданию. Как ни странно, никто из охраны не попытался остановить непрошенных гостей.

Клайну это очень не понравилось. Он первым выскочил из машины и держа в обоих руках бластеры, бросился ко входу.

В здании никого не было. Лестница. Что вела на второй этаж, оказалась пустой – а ведь еще недавно почти на каждой ее ступеньки дежурили солдаты.

– Паршиво… – пробормотал Зарт Арн. – Куда все подевались?

Может, это ловушка?

Вскоре все четверо беглецов вошли в большой зал второго этажа. Посреди нее возвышалась установка по обмену разумов. Судя по гудению силовых агрегатов, она была подготовлена к работе.

На койке лежал Гордон. Над его головой навис серебристый купол мнемопередатчика. Лицо Гордона было непривычно бледным, на руках отчетливо проступили все жилки.

Зарт Арн поднял руку:

– Остановитесь, друзья… Что-то здесь не так.

– Что именно? – нервно спросила Лианна. – Наверное, у Джона проснулась совесть и он решил вступить в контакт с Морганом Чейном.

Зарт Арн покачал головой и указал рукой в сторону приборных стоек.

– Разве вы не видите, что включен режим полного обмена разумами? Хотя, откуда вы можете знать такие вещи… Друзья, я ничего не понимаю. Никто, даже я сам, не способен провести обмен разумов в одиночку. Кто-то должен управлять многочисленными приборами, вести ручную синхронизацию. Автоматика в таком сложном деле не очень хороший помощник. Разве что…

Гордон открыл глаза. Серебристый купол медленно поднялся вверх, и Гордон сел на койку, мутными глазами глядя на Зарта Арна и его спутников. Спустя несколько секунд в глазах засветились искорки разума. И эти искорки очень скоро разгорелись в настоящее пламя.

Не только впечатлительная Лианна, но и ее три спутника были потрясены. Они хорошо знали Джона Гордона. Этот пришелец из древних веков никогда не отличался высоким интеллектом. Но сейчас…

Зарт Арн шагнул вперед и взволнованно произнес:

– Приветствую вас, Большой Мозг. Я знал, что рано или поздно вы захотите лично побывать на Базе. И я очень рад…

Внезапно он поднял обе руки и выстрелил, целясь в голову Джона Гордона.

Вернее, хотел выстрелить. Бластеры не сработали.

Губы Джона Гордона раздвинулись в легкой улыбке.

– Смешно. Люди создали меня своими же руками, а потом уже дважды пытались меня уничтожить. Где здесь логика? Какие же вы все несовершенные, нелепые существа!

Глава 14

Лианна, Клайн и Банг удивленно смотрели на человека, похожего на Гордона. Они мало что слышали про Большой Мозг, созданный на планете Скеретх, и потому не могли осознать, что происходит. Но Зарт Арн отлично понимал, что сейчас наступил момент, от которого зависело очень многое. И все же он настолько растерялся, что не знал, как себя вести.

– Джон жив? – задал он первый пришедший в голову вопрос.

Человек, похожий на Гордона, негромко рассмеялся.

– Какая разница? Зарт Арн, я думал лучше о вас. Мы впервые получили возможность побеседовать напрямую, а вы вдруг вспомнили роб этом примитиве, который любезно предоставил мне на время свое тело, кстати, удивительно несовершенное. Да, разум Гордона не погиб, сейчас он перемещен в одну из ячеек моей практически безграничной памяти. Естественно, я не могу поступить аналогичным образом, поскольку мозг этого примитива крайне мал. Но он вполне достаточен для того, чтобы я мог увидеть воочию одну из своих дальних баз.

И Гордон подошел к окну и, сложив руки на груди, некоторое время изучал панораму джунглей. Затем он повернулся и в упор посмотрел на Лианну, так что молодая женщина смутилась.

– Я слышал, что вы считаетесь самой красивой женщиной в галактике, – произнес псевдо-Гордон. – Это верно?

Лианна пожала плечами.

– Да, так говорят многие, – нервно ответила она. – Но я думаю, что это лишь обычная лесть. Никто не видел всех женщин на тысячах обитаемых миров, поэтому слова «самая красивая» лишены смысла. К тому же, эти оценки зависят от вкусов мужчин, а они очень разные.

Псевдо-Гордон улыбнулся.

– Вполне разумный ответ. В этом мире все относительно. Одно абсолютно: я – самый мощный мозг, который когда-либо существовал в галактике. Мои мыслительные возможности практически безграничны. Но раньше мне явно не хватало возможности непосредственно вмешиваться в ход событий на разных мирах. Теперь, когда у меня есть армия, космические корабли и оружие, все изменилось.

– И как же вы намерены использовать свои безграничные возможности? – запальчиво спросил Клайн. – Наверное, вы захотите безграничной власти над всеми обитаемыми мирами?

Псевдо-Гордон иронически усмехнулся.

– К чему мне все это? – промолвил он. – У меня и так есть почти все, чего я желаю. Нет, борьба за власть – это игры для тех, кто создан из плоти и крови.

– Почти? – глухо спросил Банг, с неприязнью глядя на псевдо-Гордона. – Чего же вам не хватает? Запасных блоков? Энергии?

– Этого всего у меня вполне достаточно. Не хватает другого – стабильности. Невежественные рабы, которые строили меня под руководством Веллае, однажды подняли восстание и едва не погубили меня – самое совершенное создание во Вселенной! И еще мне не хватает поля деятельности. Те задачи, ради которых я был построен по тайному плану хеггов, загружают лишь одну сотую моих мощностей. Я не знаю, что такое боль, страх, радость – эти и тому подобные эмоции свойственны лишь живым существам. Но я прекрасно знаю, что такое неудовлетворенность от того, что твои возможности не используются. Я надеялся сам загрузить свои мощности, без всякого участие живых существ, но увы, это оказалось невозможно. И тогда я понял, почему на планетах когда-то появилась разумная жизнь. Вы, живые разумные существа нужны Вселенной только для одного – чтобы постоянно вносить новый Хаос в старый Порядок! Миллиарды лет назад в этом не было необходимости, поскольку еще существовал первичный Хаос творения. Но позднее поля и материя стали организовываться, принимать стабильные формы, и развитие Вселенной затормозилось. Тогда-то на многих планетах и стали появляться первые живые существа, и тотчас прежний устоявшийся порядок начал меняться.

Зарт Арн не верил своим ушам. Как и многие ученые, он не раз задумывался о философских вопросах. Разумеется, он полагал, что разумная жизнь противостоит Хаосу мертвой материи, является самым совершенным созданием Вселенной, куда более совершенным. Чем звезды, планеты или туманности. Но Большой Мозг, как оказалось, имел противоположную точку зрения!

Псевдо-Гордон с улыбкой смотрел на него, словно бы не замечая остальных трех людей.

– Вы удивлены, Зарт Арн? Странно, вы ведь выдающийся ученый! А это значит, что вы должны смело смотреть в глаза фактам.

Вспомните, всего лишь несколько лет назад по тысячам созвездиям пронесся шторм провремени. В результате облик нашей Галактики претерпел значительные изменения. Даже самые мощные из Черных дыр не способны вызвать подобные катаклизмы! Но это сумели сделать Х’харны, пришельцы из Малого Магелланового облака – не без участия вас и ваших предков, Зарт Арн!

Император опешил. Лианна уничижительно взглянула на него и сказала:

– А ведь это верно! Именно вы решили пустить ход Разрушитель, когда на вашу империю напала Лига Темных Миров. Последствия этого сказались много лет спустя, когда в галактике начался шторм провремени, и начался жуткий хаос!

Зарт Арн опустил голову.

– Да, пожалуй, в этом есть доля правды, – наконец, признал он. – И все равно я не могу принять вашу гипотезу, Большой Мозг! Разумная жизнь не сеет хаос во Вселенной, а борется с ним!

Банг не выдержал и резко произнес:

– Может быть, хватит философствовать? – хрипло предложил он. Хаос, порядок – какая разница? Я человек простой, и заботы у меня тоже простые. И потому я спрашиваю тебя, Большой Мозг, или как тебя еще зовут: ты за кого – за этого гавнюка и предателя Гордона, или за Моргана Чейна?

Псевдо-Гордон так взглянул на воина, что тот сразу же замолчал.

– Воистину, все вы – жалкие, примитивные существа! – холодно заявил он. – Но ваш друг Морган Чейн – это совсем другое дело. Он быстро превратился из обычного разбойника в самого могущественного человека в галактике. Одно время я спокойно наблюдал за его действиями, но недавно, когда он сумел уничтожить Орден Звездных крестоносцев, я встревожился. Еще больше меня огорчили планы Моргана Чейна по созданию объединенной Империи. Наверное, он и сам не осознает, что все его действия препятствуют развитию сил Хаоса! А это очень опасно. Вот почему я решил вмешаться в события, и помог Гордону и Зарту Арну избавиться от будущего мессии.

Лианна вдруг почувствовала в словах псевдо-Гордона какую-то недоговоренность, и спросила:

– Если вы так уверены в своей правоте, то почему же захотели встретиться с нами? Может быть, с исчезновением Чейна что-то в галактике пошло не так, как вы ожидали?

Псевдо-Гордон посмотрел на молодую женщину с огромным удивлением.

– Да, кое в чем я просчитался, – неохотно признался он. – Оказалось, что ссылка Чейна в далекое прошлое была предопределена. Там, в далеком прошлом, он сделал нечто, что затем резко изменило развитие вашей человеческой расы. Но я-то хотел совершенно другого. Понимаете?

Клайн расхохотался:

– А что там понимать? Выходит, не ты прищучил Чейна, железный лоб, а Чейн поимел тебя, ха-ха!

Банг тоже рассмеялся, и даже расстроенная Лианна слегка улыбнулась. Только один Зарт Арн оставался мрачным. Только сейчас он понял, что эта встреча грозит ему большими неприятностями.

– Выходит, Чейн переиграл вас? – тихо спросил он.

Псевдо-Гордон покачал головой.

– Нет, это сделал кто-то другой. Пока я не знаю, кто.

Клайн вкрадчиво спросил:

– Наверное, вы очень злы на Чейна?

– Нет. Повторяю – почти все эмоции мне чужды. Однако мне нравится, что у меня появился достойный соперник. Первую партию я проиграл, но обязательно скоро возьму реванш. Но сначала я хочу исправить свою ошибку, и верну Чейна в наше время. Мне легче контролировать его здесь, чем в далеком прошлом.

Псевдо-Гордон пристально посмотрел на Зарта Арна, и тот понял, чем грозит ему это взгляд. Подойдя к установке, он молча улегся на койку и спокойно сказал:

– Я готов вернуть Чейну его тело. Не знаю, что именно сумел совершить варганец там, в 21 веке, но постараюсь продолжить его дело.

Псевдо-Гордон кивнул:

– Это верное решение. Хорошо, что мне не пришлось прибегать к силе.

– А как же Джон Гордон? – нервно спросила Лианна. – Ведь этот человек виноват во всем произошедшем гораздо больше, чем Зарт Арн!

– Верно. Поэтому я отправлюсь на Скеретх на космическом корабле, в теле Гордона. Там я найду, как сохранить еще долгое время его тело. А его разум пока останется заточенном в одном из моих блоков. Возможно, когда-нибудь я дам разуму соединиться с телом, если мне понадобится такой помощник. Игра с Морганом Чейном предстоит долгая и увлекательная – ведь он бессмертен, так же как и я! И псевдо-Гордон решительным шагом вышел из лаборатории, даже не посмотрев на Лиану и ее друзей.

– Интересно, как же мы включим установку без помощи Зарт Арна? – спросил Клайн, и в этот же момент лампы на приборных стойках быстро замигали. А затем в углу зала послышалось нарастающее гудение.

Большой Мозг сделал свой очередной ход в игре против галактического Хаоса.

Глава 15

Новость о том, что лидер антиглобалистов Алекс Бирс предлагает прекратить войну с властями и говорит об Исходе, очень быстро разнеслась по всей территории США. И хотя немало людей эту идею отвергли сходу (в основном это были тайные агенты властей, внедренные практически во все структуры огромной организации), подавляющее большинство людей приняло воззвание Алекса Бирса с огромным энтузиазмом. Многие устали от вечного противодействия, многим хотелось заниматься нормальной, созидательной работой – но только среди себе подобных, среди единомышленников. Если для этого нужно продать свой дом, свою фирму и отправиться за сотни километров на новое место жительства в Скалистые горы – что ж, нет проблем! В конце-концов, их предкам, пересекшим океан из далекого Старого Света, было куда сложнее.

Власти оказались в весьма затруднительном положении. Казалось бы, они только что окружили врага, загнали его с помощью Хантеров и инсайдов в угол – и тут вдруг враг бросил оружие, снял военную форму и отправился строить новую жизнь в другой конец страны! И хотелось бы помешать этому, да как это сделать, если фундамент всей американской цивилизации было слово «свобода»? Исход был мирным, никто не нарушал никаких законов, просто десятки тысяч людей в один прекрасный миг прогрузили самые дорогие свои вещи в фургоны и прицепы, и двинулись на северо-запад, к Скалистым горам.

Все эти дни Чейн практически не смыкал глаз. Организационные навыки ему очень понадобились, поскольку надо было скоординировать действия множества местных организаций. Но первое, что он сделал – это послал открытее письмо Президенту и Конгрессу. Письмо было опубликовано почти во всех газетах, и произвело фурор.

«Мы прекращаем в одностороннем порядке войну, и приступаем к мирной, созидательной деятельности, – говорилось в этом письме. – Бессмысленно убеждать в нашей правоте тех, кто верит только в свою правоту. Гораздо лучше просто разойтись так, как нередко расходятся разлюбившие друг друга супруги. Вы хотите жить, как жили прежде – что ж, это ваше право. Рано или поздно хантеры и инсайды утащат вас или ваших потомков в свои крысиные норы, а остальных просто уничтожат – но это уже будут ваши проблемы. А мы направимся в принадлежащую нам про закону территорию у Скалистых гор, и начнем строить свой, новый город. Вокруг него мы создали периметр, чтобы туда не проскользнула из вашего мира ни одна крыса. А там посмотрим, у кого дела пойдут лучше, и за кем пойдут наши дети и внуки!»

Президент молчал, не зная, чем ответить, молчали и большинство конгрессменов. Они готовы были на многое, чтобы не допустить Исхода – но как это сделать? Весь мир пристально смотрел в эти дни на США, и судьба провозглашенной американской либеральной Империи повисла на волоске. Да и кто бы поверил в добрые намерение единственной в мире сверхдержавы, если бы она вступила в войну со своими же мирными гражданами?

Но не все были готовы смириться с новыми идеями Алекса Бирса…

* * *

Чейн провел эту ночь в коттедже на берегу залива. Последние дни он на всякий случай менял адреса, и вряд ли эта предосторожность была излишней. Служба безопасности постоянно получала сообщения от своих многочисленных агентов о заговорах и ловушках. По некоторым данным, ФБР получило устное указание от главы Белого дома о немедленной ликвидации Бирса. Тревожило также внезапное исчезновение Фила Тернера и нескольких десятков влиятельных фигур в движении антиглобалистов. Возможно, все они тайно сотрудничали с ФБР, но не исключено, что они, напротив, были ликвидированы по приказу властей. В обществе еще все бурлило, многие обыватели еще не определились, как относиться к Исходу, и потому провокации были особенно опасными.

Варганец сидел у стола, заваленными бумагами, и при тусклом свете ночника просматривал письма, пришедшие в его адрес со всех концов страны. Лидеры местных отделений задавали множество вопросов, делились своими сомнениями и тревогами, и на все предстояло дать обстоятельные ответы.

Селия спала, лежа рядом на диване. В эти тревожные дни ей пришлось нелегко. В качестве личного секретаря Селия присутствовала на всех совещаниях и на всех переговорах, и множество раз помогала Чейну выбираться из довольно затруднительных ситуаций. Дважды она находила тайных агентов ФБР, давно работавших с Алексом Бирсом, и входивших в круг его ближайших друзей.

Около двух часов ночи Чейн решил хотя бы ненадолго прилечь и вздремнуть. Выключив свет, он тотчас задремал. И вскоре проснулся, услышав в дальнем углу послышался тихий скрип.

«Мышь?» – подумал Чейн, но звук стал чуть громче. Кто-то находился под полом. Но кто – грызун или человек?

Разумеется, служба безопасности знала про происшествие в зале В Нью-Милфорде, и всегда первым делом проверяла подземные коммуникации в очередном убежище своего лидера. Не случайно в качестве таких убежищ, как правило, выбирались коттеджи, поскольку к ним обычно подходили трубы лишь малого диаметра. Ни одному хантеру не удалось бы пробраться через такую трубу.

Шум усилился и Чейн догадался – кто-то там, внизу, копает землю. Наверное, Служба Безопасности не учла, что где-то рядом с домом проходит труба довольно большого диаметра. Она могла, например, вести к пристани, где находился Клуб яхтсменов, бар и ресторан.

Осторожно, чтобы не разбудить Селию, Чейн встал с дивана и, достав из ящика стола пистолет, спустился по лестнице в полуподвальное помещение. Здесь находились биллиардный зал, вентиляционная комната и несколько подсобных помещений.

Прислушавшись, Чейн понял, что шум идет со стороны одной из кладовок. Кажется, там находилась старая мебель и два шкафа со старой одеждой.

Прошло несколько томительных минут, и вновь послышался скрип. Казалось, кто-то приподнял половую доску и отвел ее в сторону. Затем вторую, третью…

Чейн напрягся, сжимая в руке пистолет. С тех пор, как Стеллар вновь дал знать о себе, варганец чувствовал себя значительно уверенней. Силы постепенно пребывали, и хотя он по-прежнему выглядел шестидесятилетним стариком, мускулы заметно окрепли. По крайней мере, с одним хантером он точно справится.

Из кладовки донеслись тихие, едва различимые шаги. Дверь приоткрылась, и Чейн увидел, что в проеме, невысоко от пола, появилась чья-то мохнатая голова.

«Карлик! – с облегчением подумал Чейн. – Может быть тот самый, кто подслушивал мое выступление в зале на Нью-Милфорд. Кажется, его тогда ранили. Ну, это не соперник!»

И тут на Чейна словно бы обрушился смерч. Кто-то сбил его с ног и могучим ударом выбил пистолет из руки, а потом уселся на грудь и начал душить.

Варганец сопротивлялся, как мог, но коротышка оказался невероятным силачом. Казалось, все его небольшое кряжистое тело состоит из одних мускулов. Длинные ногти впились в горло Чейна, словно когти хищного зверя.

В глазах Чейна начало темнеть. «Какая нелепая смерть!» – подумал он. И тут послышался глухой удар, и коротышка обмяк. Схватившись за окровавленную голову, он с болезненным стоном повалился на бок и затих.

Рядом с варганцем появился человек в грязных лохмотьях. Он поднял голову Чейна и плеснул ему в лицо водой из фляжки.

– Как ты, Алекс? Живой?

Чейн с трудом узнал своего спасителя.

– Роджер?.. Черт побери… ты… появился очень вовремя…

Инсайд хохотнул.

– Ну, слово «появился» здесь не очень-то подходит. Я три дня выслеживал Крома – инсайд кивнул в сторону карлика. – От знакомых инсайдов я узнал, что хантеры получили задание найти тебя и уничтожить. Для особо деликатных дел они используют этого гавнюка, вот я сел ему на хвост. Ох, и досталось же мне! Эта тварь знает подземелье куда лучше меня, да притом обладает поистине звериным нюхом. Раз пять я едва концы не отдал, а однажды и вовсе провалился в подземный колодец… Бр-р-р! Но Кром от меня не ушел. Он выслеживал тебя, а я – его. А вот теперь мы встретились.

Чейн закашлялся. С трудом встав на ноги, он подошел к Крому и перевернул его на спину. Карлик еще дышал. Открыв глаза, он прошипел:

– Гад, все-таки ты уцелел… А это кто? А-а, Роджер… Я чуял, что кто-то за мной идет, я слышал твои мысли… Надо было выждать и прикончить тебя, да больно я спешил…

Чейн удивился.

– Слышал мысли? Разве ты телепат?

Карлик хмыкнул, обнажив длинные кривые зубы.

– Телепат… Дурацкое слово. Я хантер, понятно? Мое дело охотиться на наземников и убивать их. Все вы – слабаки. Если бы Роджер не трахнул меня по башке, то ты бы уже окочурился. Не повезло…

– Давай я прикончу Крома, Алекс, – предложил Роджер и вынул нож. – Эта тварь очень опасна. Слышь, как разговорился! Силы копит, гаденыш.

Он приготовился нанести смертельный удар, но Чейн остановил его. Интуиция подсказывала ему: карлик может оказаться полезным.

«Стеллар, ты слышишь меня?» – спросил он.

К счастью, психоклон отозвался:

«Да».

«Ты мог бы хотя бы на минуту вернуть мне прежние силы?»

«Считаешь, что этот телепат может оказаться полезным?»

«Возможно. Мне нужны соратники не только среди друзей, но и среди врагов. А хантеры – мои враги. Эти варвары больше всего будут противиться построению первой Цитадели!»

«Хорошо, я попробую. Но рассчитывай только на пару минут, твои мускулы не выдержат большие нагрузки».

Чейн кивнул и сказал, глядя карлику прямо в глаза:

– Говоришь, что мы все наземники – слабаки?

– Да. Я убивал многих здоровяков, боксеров, борцов, солдат… И никогда не пользовался даже ножом Я просто душил их, словно котят.

– Что ж, в это легко поверить. Но я – не простой наземник. Давай померимся силой! Если победишь, то спокойно уйдешь.

– А если победишь ты?

– Потом узнаешь. Ну, вставай!

Карлик медленно поднялся с пола, вытер кровь с разбитой головы и вразвалочку подошел к биллиардному столу. Чейн последовал за ним.

Карлик уперся локтем правой руку в стол и с ухмылкой посмотрел на противника.

– Смехота! Такого старикана как ты, я задавлю двумя пальцами.

Роджер, не вздумай потом подличать.

Инсайд от досады даже сплюнул на пол.

– Алекс, ты что, сбрендил? Это же силач, каких даже среди хантеров не сыщешь. Э-эх, ну и дела…

Чейн присел на корточки (иначе Кром мог заподозрить его в нечестной игре) и тоже поставил правую руку на бильярдный стол.

Карлика внезапно нахмурился и озадаченно взглянул на варганца.

– Мысли…

– Что?

– Я не слышу твои мысли, старикан! Ну, словно ты поставил психощит… Не ожидал. Впрочем, это тебе не поможет.

Кром медленно, почти ласково обхватил ладонь Чейна, глядя ему прямо в глаза.

– Ну, держись, старикан… – прошипел он, а затем сжал ладонь противника с такой силой, что Чейн едва не вскрикнул он резкой боли.

Роджер с тревогой следил за своим товарищем. Увидев, как внезапно побледнело его лицо, он поднял нож и крикнул:

– Эй, Кром, потише! Нечего демонстрировать свои грязные приемчики, иначе я продемонстрирую свои. Люблю, понимаешь, щекотать уродов вроде тебя ножом.

И он уткнул острие ножа в спину карлика. Тот сразу же ослабил хватку, но ненамного.

– Убери нож, Роджер, – процедил Чейн и так жестко посмотрел на Крома, что тот вздрогнул. И тогда Чейн пустил в ход свою варганскую силу.

Поединок длился всего несколько секунд. Сначала карлик завопил от боли, когда ощутил, что его ладонь сжали словно бы стальные тиски, а затем кто-то начал пригибать его руку к поверхности стола. Кто-то, но конечно же, не этот хилый старикан!

Кром хрипел от невероятного напряжения. Его лицо побагровело, на губах выступила пена. Забыв о правилах, он нагнулся вперед и попытался противодействовать неумолимой, чудовищной силе, используя вес своего тела. Но это ничего не меняло. Старик Бирс со спокойной улыбкой сгибал его руку слова тростинку.

Роджер изумленно наблюдал за этой невероятной сценой. Впрочем, такой уж невероятной? Недавно сэр Алекс на его глазах разделался с бандой свирепых инсайдов. Что-то здесь не то…

Когда рука карлика покорно легла на поверхность стола, Кром взвыл от бешенства и с неожиданной прытью отскочил в сторону. Массируя онемевшую ладонь, он завопил:

– Телепат! Ну конечно, ты сильный телепат! Ты заставил меня поддаться внушению! Так я и знал, что ты нечестно играешь, старик!

Чейн встал, вытер руку носовым платком (Стеллар подсказал, что карлик может оказаться заразным), а затем оглядел погруженную во мрак комнату. Возле стены лежали две чугунные гири – наверное, кто-то из прежних хозяев коттеджа увлекался бодибилдингом. Взяв одну из гирь за ручку, Чейн глубоко вздохнул, напрягся, а затем одним мощным движением разорвал гирю пополам. Мускулы зазвенели от чудовищного напряжения, но выдержали.

– Господи, спаси… – прошептал Роджер и перекрестился.

Чейн швырнул половинки гири к ногам окаменевшего от изумления карлика. Кром тотчас схватил их и начал пристально осматривать, едва ли облизывая неровную поверхность излома.

– Настоящая гиря…. – прошептал он. – И подпила не видно. Но как же так… Нет, здесь что-то не то. Ни один человек не может сделать такое!

Чувствуя, что силы вот-вот покинут его, Чейн торопливо предложил:

– Сможешь сломать одну из половинок? А вторую кинь мне, я хочу еще малость позабавиться.

Кром затравленно взглянул на него, поняв, что его загоняют в угол. Минуты две он оглядывал половинки, выбирая ту, что выглядела потоньше, а затем бросил Чейну другую. Варганец напрягся и переломил ее полопал, словно каравай хлеба. Карлик попытался последовать его примеру, да куда там…

Взвыв от отчаяния, он рухнул на колени и покорно опустил голову:

– Твоя взяла, Бирс, – сказал он. – Не знаю, как ты сделал это, но отныне я твой верный раб. Приказывай, я сделаю все.

Чейн почувствовал, что сила его уходит, и ощутил такую боль во всем теле, что едва устоял на ногах. Но он все же заставил себя натужно улыбнуться и промолвил:

– Кром, я хочу прекратить войну. С властями я уже почти договорился, теперь осталось договориться с хантерами. Вернись к тем, кто тебя послал, и скажи им: пусть оставят меня и моих друзей в покое. Иначе я спущусь в подземелье, и устрою охоту на охотников.

Опыт в таких делах у меня есть. Никому не обещаю легкой смерти! Лучше нам разойтись миром. Никто ничего не потеряет от этого. Власти по-прежнему будут управлять своим миром и стадом марионеток, которые искренне верят, что являются свободными людьми.

Хантеры и инсайды останутся в своем подземелье, а все необходимое для жизни продолжат отнимать у наземников. Ну, а мы уйдем из городов в горы, потому что не хотим жить среди прокаженных.

Кром кивнул, с обожанием глядя на своего нового бога.

– Я им все объясню, – прохрипел он. – Так объясню, что только кости затрещат! Разве они мне друзья? Сколько лет мною помыкали, за глаза называли уродом, кидали кости, словно собаке… И я терпел, потому что был один, а одному жить тошно. Но теперь я уже не один! Хозяин, когда я закончу… можно, я тоже последую за вами?

Чейн подумал и кивнул.

– Да. Я жду тебя в Скалистых горах, Кром.

Карлик встал, низко поклонился, а затем торопливо засеменил в сторону кладовой. Вскоре оттуда послышался шум отодвигаемой мебели, а потом все затихло.

Роджер судорожно сглотнул и сказал:

– Напрасно ты его отпустил, Алекс. Эта тварь может нас предать.

– Нет, он не предаст. Но на всякий случай надо за ним надо проследить. И если надо, помочь.

Роджер понимающе ухмыльнулся и шагнул в сторону кладовой, но вдруг остановился и, резко повернувшись, спросил:

– Алекс, кто ты?

– Я – это я.

– Это не ответ! Я кое-чего слышал о русском мессии Вольге. У нас запрещено даже произносить его имя, но некоторые инсайды прежде были хорошими компьютерщиками. Они украли на складе много разной техники, а затем утроили в одном из подземных туннелей нечто вроде Интернет-зала. Мне рассказывали, что Вольга внешне очень похож на Иисуса Христа. Он обладает магическим даром, огромной силой и даром предвиденья будущего. Именно он принес на Землю идею Цитаделей. Многие считают, что Вольга – вовсе не бог, а пришелец из далекого будущего, который пытается спасти нашу планету от падения в пропасть варварства. Ты тоже фанатик этой идеи, но прежде ничем не отличался от обычных людей. А сейчас все вдруг изменилось… Алекс, неужели и ты тоже пришел из далеких веков?

Чейн растерялся. Ход мыслей Роджера был совершенно ошибочным, но все же, пусть и случайно, он попал в точку!

– Не стоит сейчас говорить об этом, – тихо промолвил он. – Быть может, когда-нибудь я все расскажу, Роджер. Только тебе одному! Ведь вы с Алексом Бирсом были друзьями.

Роджер удовлетворенно улыбнулся:

– Так и думал, что ты – это не ты. Что ж, было бы несправедливо, если бы мессия пришел только в одну Россию! Америка нуждается в пророках еще больше, потому что мы еще глубже увязли в болоте. Поверишь – в этой стране в прошлом году не издали ни одной поэтической книжки! По-моему, кроме комиксов и криминальной бульварщины здесь вообще ничего не издают… Ну, мне пора. До свидания, друг!..

Чейн вернулся в спальню и осторожно улегся на кровать, чтобы не разбудить жену. К счастью, Селия даже не пошевельнулась.

Варганец хотел уснуть, но не смог. Все его мускулы болели так, что казалось, он уже не сможет встать с кровати. «Спасибо, Стеллар! – мысленно сказал Чейн. – Ты сделала большое дело. Этот карлик, невероятно силен, и в одиночку способен остановить хантеров. Наверное, он тоже принадлежит к Шестой расе, как и малышка Лиз. Теперь у нас есть шанс относительно спокойно уйти в Скалистые горы. Завтра же я снова вступлю в переговоры с властями. И первое, что я от них потребую – это выпустить из тюрьмы Джейн и ее дочку. А потом мы освободим всех остальных наших собратьев. Что скажешь, Стеллар?»

Но психоклон молчал. По-видимому, он тоже очень устал, и требовалось время, чтобы он восстановил свои силы.

Селия что-то пробормотала во сне и, перевернувшись на другой бок, уткнулась лицом в подушку вновь заснула. Прежде она так никогда не спала. Наверное, эта привычка перешла к ней от Эвелин Карродайн. Ну что ж, к этому можно привыкнуть – ведь Селия даже в чужом теле осталась Селией.

«Ко всему можно привыкнуть, – подумал Чейн. – Да, этот мир очень примитивный, полуварварский, но люди и в эти далекие века были людьми. Не лучше и не хуже, чем мы, их бесконечно далекие потомки. Да, у них еще нет звездолетов, они еще толком не освоили даже ближайшие планеты, их техника ужасающе примитивна – ну и что из этого? Морган, дружище, ты здесь уже не чужой. Пройдет неделя, другая – и ты, как и десятки тысяч других людей, сядешь в свою машину и поедешь на северо-восток, к Скалистым горам. И там ты вместе с друзьями начнешь строить новый город, а затем и Цитадель. Работа предстоит очень большая, а лет тебе немало, так что надо поторопиться. Селия будет все время рядом, у нас могут быть еще дети… А о том, далеком мире будущего, можно забыть. Пускай Шорр Кан сам строит галактическую Империю! Ни черта у него не получится, так же как ничего не получается у нынешних США с идеей американской Либеральной Империи.

Но если бы я мог вернуться в свое время… Здесь, на древней Земле, я понял одну важную вещь: чтобы уравновесить неизбежное зло в лице имперской власти, нужен не одинокий, а мощная организация единомышленников, а также Цитадели и Орда. Тогда у меня появится шанс сохранить контроль над империей, сделать из нее не только орудие насилия – а это, увы, неизбежно! – но и инструмент стабильности. Варвары всех мастей вынуждены будут тихо сидеть в своих норах. В любом другом случае они обязательно возьмут верх над любой властью и над любым обществом. В моем времени такое уже случилось на многих мирах вроде Мрууна, Адема и тому подобных планетах-нужниках. Да и моя родная Варга тоже стоит в этом ряду. Кстати, как там теперь обстоят дела? Многие Звездные Волки погибли, но остались женщины, старики, молодежь, дети… Смогут ли они возродить планету после того, как по ней прокатилось колесо варварской, братоубийственной войны?»

Чейн внезапно ощутил приступ острой тоски. Как бы не успокаивал он себя, какие бы аргументы не находил в пользу своего нынешнего положения, все было напрасно. Никуда не уйти от мыслей о своих сыновьях, которые остались там, в далеком будущем. Нельзя было и забыть о том, что он должен был свершить как Морган Чейн. Галактическая Империя, гравитационная дорога среди звезд, возрождение предков, путь в Миры Ожерелья – неужто все это останется лишь мечтами?

И вдруг до него донесся тихий внутренний голос. Но это не был голос Стеллара, с ним говорил кто-то другой.

«Морган, ты слышишь меня?»

Глава 16

Шорр Кан бродил по огромному дворцу. Казалось, все залы были пусты, но это впечатление было иллюзорным. На самом деле во дворце Троона ныне находилось не менее тысячи людей и нелюдей: вельможи СреднеГалактической империи, гости из Федерации Звезд, Свободных миров, Империи хеггов и даже Звездного Клондайка; офицеры объединенного космофлота, слуги, охрана и т. п. и т. д. Однако император ощущал себя совершенно одиноким. Едва завидев его, все обитатели огромного дворца поспешно ретировались, и это было весьма дурным знаком. Шорр Кан привык, что вельможи обычно используют любую возможность, чтобы попасть на глаза обожаемого владыки, ну а тот везунчик, кто имел счастье обменяться с императором хотя бы парой слов, вызывал у всех зависть и восхищение.

Так было всегда. Так было и два месяца назад, когда Шорр Кан вместе с Лианной впервые прибыли на Троон, на траурную церемонию погребения останков прежнего императора Зарта Арна. Бедняга погиб во время взрыва в своей подземной лаборатории. Очень жаль. Но Зарт сам виноват: не гоже вельможе, а тем более императору, заниматься таким низким делом, как наука.

После похорон Шорр Кан, не медля ни минуты, взялся за дело. По древней традиции корона должна была перейти в руки старшего сына императора. Но сын от брака Зарта Арна и красавицы Мерн еще был несовершеннолетним, и нуждался в опеке. Разумеется, на Трооне хватало желающих стать наставником юного сопляка, и среди них было не меньше полусотни родственников покойного владыки. Еще на похоронах они готовы были вцепиться друг другу в глотки, но завидев среди гостей Шорра Кана, все буквально оцепенели. В памяти людей старшего поколения еще осталась кровавая война с Лигой Темных миров. Тогда, использовав Разрушитель, империя одержала победу, но с тех пор очень многое изменилось. Изменилось до такой степени, что бывший враг номер один посмел прибыть на Троон! Это было немыслимо, невозможно, кощунственно…

Воспользовавшись растерянностью элиты, Шорр Кан приступил к решительным действиям. Он поселился в резиденции посольства Федерации Звезд, где пользовался полной дипломатической неприкосновенностью. На следующий день после похорон он собрал около двухсот вельмож империи из числа тех, что были недовольны прежним правителем (а имя им было – легион!) Шорр Кан выступил с пламенной речью. Он рассказал, что в Галактике настало время больших перемен. Божественный герой Морган Чейн создал непобедимую армию, в которую в частности входит Орда, состоявшая из многих сотен звездолетов-убийц во главе со свирепым Синим Кашалотом. Шорр Кан заявил, что дни прежних звездных сообществ сочтены, и очень скоро появится новая объединенная Галактическая Империя. Императором ее станет он, Шорр Кан – так решил великий Морган Чейн!

Элите СреднеГалактической империи предстояло сделать важный выбор. Они могли пойти традиционный путем престолонаследия. Но что это дало бы Троону? Сын Зарта Арна еще ребенок, он не обладает никаким политическим весов, и потому в будущей Империи займет место на низших ступенях иерархической лестницы. Регент, кто бы он не был, вообще не будет приниматься во внимание. Он, Шорр Кан, будущий император галактики, это гарантирует! Следовательно, в будущем устройстве мира СреднеГалактическая империя займет место где-то рядом со Звездным Клондайком и даже Хаосадом. Жалкая участь!

Но есть другой путь. Учитывая сложившиеся обстоятельства можно пойти навстречу неизбежным переменам. Он, Шорр Кан станет будущим императором Галактики. Разумеется, объединение нынешних звездных сообществ займет некоторый период, продолжительность которого пока сложно оценить. Что уж тут скрывать – ему, Шорру Кану, было бы удобнее управлять объединительным процессом из дворца на Троне, уже обладая титулом императора, пусть всего лишь одной СреднеГалактической империи. Зато потом, после завершения объединения, местные элиты получат немало выгод! Во-первых, Троон наряду с Землей станет одной из двух столиц бывшей Империи, оттеснив в сторону такого серьезного конкурента, как Вегу.

Во-вторых, местная элита автоматически станет элитой Империи, со всеми вытекающими отсюда выгодами. В-третьих, основные плоды будут пожинать те, кто находится сейчас в зале, а не многочисленные алчные родственники покойного Зарта Арна. Нужны еще комментарии?

Вельможи призадумались, но затем разразились градом вопросов. И главный из них касался самой личности будущего императора. Шорр Кан вот уже не один десяток лет считался главным злодеем, его именем пугали непослушных детей. К тому, он был чужаком. Где это видано, чтобы правителем звездного сообщества выбирали кого-то со стороны?

Он сумел ответить на все, даже самые каверзные вопросы. Его имя не очень популярно? Ну что ж, время и дела все изменят. Вспомните историю Моргана Чейна. Это человек был некогда Звездным Волком, презираемым на всех обитаемых мирах, а ныне стал главный героем галактики. К тому же у него, Шорра Кана, есть супруга, прекрасная Лианна, которую давно знают и любят в империи. Она сделает все, чтобы очистить имя Шорр Кана от всякого негатива. Он – чужак? Но после шторма провремени, который смешал в гигантском котле сотни тысяч миров, понятия «свой – чужой» потеряли всякий смысл. Так, например, в этом новом мире есть две Земли, но нет ни одного Фомальгаута. Да и сама СреднеГалактическая империя оказалась сейчас пришельцем из далекого будущего, то есть чужаком в нынешней галактике! Ну, и так далее.

Разговор продолжался несколько часов, но результат превзошел все его ожидания. Элита Троона поохала, покряхтела, прослезилась – и перешла на его сторону. И самым главным аргументом в его пользу стала всеобщая ненависть к родичам Зарта Арна.

А на следующий день случился маленький, бархатный переворот. Имперские войска окружили дворец, арестовали Мерн и ее сына и увезли с Троона. А потом начались повальные аресты родичей бывшего императора. Их обвинили… в убийстве Зарта Арна! Славная шутка, она всегда очень эффективно проходит. Чем нелепей обвинение, тем легче в него верят обыватели.

А еще через три дня во дворце Троона было собрано так называемое гражданское собрание. И оно единодушно решило, что лучше кандидатуры на место императора, чем Шорр Кан (с очаровательной, всеми любимой супругой Лианной) и быть не может. Аминь.

Да, все начиналось так хорошо, так стремительно, так победоносно! Богатый опыт принес замечательные плоды. Никто еще не совершал переворота такого масштаба, причем практически без единого выстрела. Ну, правда, полиции и армии впоследствии пришлось разогнать на разных мирах сотню-другую демонстраций протеста. Малость постреляли, убили около десяти тысяч людей и нелюдей… Тьфу, пустяки, о которых и вспоминать не стоит.

А потом началась битва на южных границах Федерации. Победоносная битва, в которой сыграла немалую роль армия СреднеГалактической империю. Это он, Шорр Кан, послал на помощь Моргану Чейну эту армию, практически оголив все свои тылы! Сделал бы такое Зарт Арн? Очень сомнительно. А он, Шорр Кан рискнул, и снова выиграл. После такого успеха сам Господь велел ему взять все остальные звездные сообщества за горло. Представители всех сообществ, кроме дикарского Хаосада, уже подписали Договора о добровольном вхождении в объединенную Империю. Казалось бы, осталось эти договора ратифицировать, и…

Но тут Колесо Фортуны внезапно повернулось в другую сторону! Чейн направился на Землю, дабы там доложить о победе Совету Федерации, и внезапно исчез. Исчез и весь флагманский корабль! А ведь на его борту была Лианна…

Вспомнив об этом, Шорр Кан даже застонал от досады. Остановившись посреди роскошной галереи, чьи стены были увешаны картинами художников с сотен миров СреднеГалактической империи, он закрыл лицо руками, и тут же ощутил, что ладони стали влажными. Нет, он плакал не по Лианне, а по самому себе. Хотя Лианну ему было искренне жаль. Ни одна из его прежних жен не нравилась ему так, как эта несравненная красавица. Но дело даже не в этом. Исчезновение Лианны стало для него драмой, а пропажа Моргана Чейна – трагедией. Он в один миг лишился двух своих важнейших опор! А ведь его враги не дремлют – а имя им легион! Родственники Зарта Арна затаились, но без сомнения, очень скоро нанесут разящий удар прямо ему в сердце. Может, надо было полететь на Терру вместе с Чейном и супругой? Но нельзя было оставлять Трон без присмотра, да и на Земле его, Шорра Кана, не больно-то любят. Господи, как несправедливо устроен мир!

В дальнем конце галереи появился человек в военной форме. Он торопливо шел к императору, держа правую руку на кобуре бластера.

Шорр Кан похолодел от страха. Как и все диктаторы, он был трусоват, и постоянно опасался за свою жизнь. Сейчас как никогда прежде она висела на волоске. Жажда власти загнала его в ловушку, из которой невозможно выбраться. Кретин, он прилетел на Троон, в самое сердце СреднеГалактической империи, где его ненавидят все и вся!

Когда офицер приблизился Шорр Кан увидел, что тот держится рукой вовсе не за кобуру, а за окровавленный бок. Ну, это пустяки, это совсем другое дело…

Офицер отдал честь и хрипло доложил:

– Мой император, разведчики напали на след исчезнувшего линкора.

– Слава богу! – радостно воскликнул Шорр Кан. – И где же он?

– На планете Дарее в созвездии Аметы – одной из периферийных звезд нашей империи. Она находится на самом краю туманности Ориона, и окружена мощными пылевыми течениями.

– Не может быть! – поразился Шорр Кан. – Странно, очень странно… Вы установили наблюдение за это планетой?

– Конечно. Однако приблизиться к ней наши разведчики не сумели. Все ближние подходы к планете перекрыты космическим флотом.

– Чьим флотом, болван! – рявкнул император.

– Нашим.

– Нашим? То есть, флотом СреднеГалактической империи?

– Так точно. Разведчики установили, что это элитные части первой эскадры. Пять месяцев назад, про личному распоряжению бывшего императора Зарта Арна эта эскадра перешла под командования адмирала Джона Гордона, ближайшего друга Зарта Арна. Спустя неделю после похорон бывшего императора Джон Гордон внезапно отправился вместе с первой эскадрой в какое-то далекое путешествие, о цели которого не был поставлен никто из высших вельмож. Ну, а потом появились вы, и нам стало не до Гордона.

Последняя фраза прозвучала довольно двусмысленно, но Шорр Кан постарался пропустить ее мимо ушей. Заложив руки на спину, он начал задумчивым видом расхаживать по галерее. Цепкая память как всегда, не повела его императора.

– Хм-м… так вот куда делся Джон Гордон!.. – пробормотал он. – Дарея… Что-то я слышал про эту планету. Уж не там ли однажды потерпел аварию один из моих кораблей? Кажется… хм-м… «Дендра». Точно «Дендра»! Ее капитаном был Дерк Ундис. Недалекий служака, но далеко не глупый. Иногда я давал ему особенно деликатные поручения. Ха, ну конечно же! Именно Дерк Ундис много лет назад арестовал Лиану и Зарта Арна, который как выяснилось, на самом деле был Джоном Гордоном. Я приказал Ундису отвезти пленников ко мне в Облако, но Гордон устроил маленький бунт, и «Дендра» в результате была обстреляна имперским крейсером и вынуждена была приземлиться на необитаемую планету Дарею в системе звезды Аметы. Потом мне докладывали, что планета на самом деле была заселена какими-то резиновыми людьми, очень похожими на биороботов-нейнов. Мои люди едва ноги оттуда унесли! Странно… Зачем же Гордон отправился на этот ужасный мир, зачем основал там свою базу? И почему Чейна и Лианну отвезли именно туда?

Император безуспешно ломал голову, пытаясь разгадать эту загадку. Ему казалось, что ключом к разгадке были именно резиновые люди, но дальше его воображение отказывалось работать.

Впрочем, это было не столь уж важно. Главное в другом: Чейн и Лианна живы, и находятся либо в гостях, либо в плену у Гордона. Второе куда вероятнее. Джон жутко ревнует свою бывшую возлюбленную, да и его отношения с варганцем явно охладели. Что ж, все обстоит не так уж и плохо!

– Все не так плохо! – уже вслух произнес он и улыбнулся, впервые за последние дни. – Капитан, а что у вас с боком?

– Меня ранили, – криво усмехнулся офицер и скривился от боли. – На космодроме наш корабль окружили войска, но я сумел пробиться в город. А здесь, возле дворца…

Офицер побледнело и, закатив глаза, рухну на пол. Похоже, он потерял сознание.

Шорр Кан перешагнул через тело разведчика и уверенно направился в свой кабинет. Проходя через анфиладу комнат, он встретил некоторых придворных. Их было еще немного, но на их лицах уже светились неуверенные улыбки.

Одна из фрейлин рискнула подойти и спросила:

– Император, это верно? Ну, что императрица Лианна нашлась…

В другое время Шорр Кан не снизошел бы до разговора с такой ничтожной особой, к тому не очень приятной наружности. Но сейчас он заставил себя остановиться и, обратившись к другим придворным (они пока еще предпочитали сохранять дистанцию) и громко сказал:

– Друзья! Я только что узнал, что императрица Лианна жива и здорова! То же самое можно сказать о моем ближайшем друге и соратнике адмирале Моргане Чейне. Корабле, на котором они летели, потерпел аварию и совершил вынужденную посадку на один из необитаемых миров. Но все это пустяки, все неприятности уже позади. А сейчас прошу извинить – я тороплюсь в свой кабинет, чтобы связаться с моей супругой. Нам надо обсудить, как лучше подготовится в празднованию победы над Орденом звездных крестоносцев!

Придворные бурно зааплодировали и бросились с поздравлениями к своему обожаемому императору, но тот не соизволил даже взглянуть в их сторону. Шорр Кан знал все секреты дворцовой жизни. Он вовсе не зря только что распинался перед этими болванами. Можно было не сомневаться, что спустя несколько минут весь двор, а чуть позже и весь Трон узнает потрясающие новость: Лианна и Морган Чейн живы! И река тотчас вернется в свое русло, все крысы снова попрячутся по своим норам. Ну что ж, нет худа без добра. Крысы показали свой норов, и теперь он, законный император, больше не станет миндальничать с врагами. Все скоро получат по заслугам, все окажутся на мирах, не столь отдаленных…

Возле его кабинета дежурили три секретаря (еще вчера не было ни одного). Почтительно склонившись, они выразили безграничную радость по поводу чудесного спасения императрицы Лианы.

Шорр Кан стерпел и это лицемерие. С возрастом он стал куда более выдержанным. Секретари были обречены, такого предательства среди ближайших и доверенных слуг спускать никак нельзя. Но сегодня пускай еще поживут.

Император решительно вошел в свой кабинет, и сделал знак секретарям, что бы те последовали за ним. А затем, усевшись на роскошном кресле возле огромного стола, инкрустированного звездным жемчугом, он отдал несколько приказов. Секретари все записали и торопливо отправились выполнять его указания.

Этой ночью столица Трона была разбужена шумом нескольких сотен машин. Черные фургоны с решетчатыми окнами оправились в элитные районы города. Их сопровождали грузовики, набитые солдатами.

Все родственники Зарта Арна были арестованы, включая детей и даже слуг. Заговорщиков (а именно так отныне именовались эти несчастные) нещадно избили, а затем отвезли в космопорт, погрузили в трюмы транспортов и отправили неизвестно куда. Наутро в городе то там, то здесь запылали пожары – горели особняки арестованных.

Жители столицы содрогнулись от ужаса. Они давно ждали, когда мерзавец Шорр Кан продемонстрирует свой характер. Ну что ж, дождались…

Разделавшись со своими самыми опасными соперниками, Шорр Кан вызвал командование своего космофлота и принялся обсуждать с ними, как вызволить из неволи императрицу Лианну. Все офицеры прекрасно знали силу Первой эскадры, и не без оснований опасались вступить с ней в прямое военное столкновение. Но прежде стоило установить контакт с предателем Джоном Гордон. Для этой цели было решено послать небольшой невооруженный корабль с белым флагом на борту. Задачей его экипажа было встретиться с лидерами бунтовщиков, и уговорить их вступить в контакт с императором Шорром Каном.

Надо ли говорить, что последующие дни император не находил себе места от волнения. По дворцу уже поползли слухи, что все обстоит вовсе не так благополучно, что Лианна и Морган Чейн возможно все-таки погибли…. Да и арест родственников Зарта Арна местная элита встретила весьма болезненно. Нет, вслух никто не рисковать высказывать своего недовольства, но страх испытывали все до единого. По-своему это не так уж плохо, решил Шорр Кан, но перегибать палку не стоит. Со страху даже трусы могут совершить подвиг!

Наконец, Шорру Кану доложили, что кто-то вызывает императора на связь. Он закрыл двери в кабинете на замок, включил звукопоглощающие экраны и только затем включил экран дальней связи.

На экране появилась панорама джунглей. Над деревьями то там, то здесь виднелись белые башни. Присмотревшись, Шорр Кан понял, что это ракеты класса «земля-космос». А это означало, что бунтовщики подготовили глубоко эшелонированную оборону. Даже если космофлот сумеет разбить первую эскадру, то на поверхность планеты высадиться так просто не удастся. Плохо, очень плохо!

На экране появилось лицо… Моргана Чейна! Варганец выглядел крайне утомленным, под его глазами виднелись тени, а в самих глаза затаилась тоска. Но Шорр Кан даже не заметил этих мелочей.

– Морган, дружище! – закричал он и, вскочив с кресла, подбежал к экрану, словно намереваясь обнять своего соратника. – Слава Господу, ты жив! Я верил в это, ждал и надеялся… А где же моя обожаемая супруга?

– Моется в ванной, – коротко ответил варганец.

– Моется?! Но как же так… Неужели она не знает, что я…

– Знает. Но она предпочла заняться личной гигиеной. Здесь, в джунглях, очень жаркий и влажный климат, так что мы принимаем душ раз пять в день.

– Хм-м… она моется… Ну конечно, моя Лианна наверняка хочет предстать перед своим супругом в самом лучшем виде! Уж я-то знаю, какая она чистюля, и как помешала на своей несравненной красоте. Женщины она всегда женщины, даже если носят императорский титул! Но хватит об этом. Морган, что случилось? Вас захватил в плен Джон Гордон, верно?

– Да, это сделал он.

– Мерзавец, низкий предатель!.. Впрочем, я готов к переговорам даже с самим дьяволом, лишь бы вызволить вас из беды.

Варганец ответил с иронической улыбкой:

– Старина, ты ошибаешься. Я абсолютно свободен, и никто в плен меня не захватывал.

Шорр Кан вновь опешил.

– Никто не захватывал? Но как же так? Ваш корабль внезапно исчез, и… А-а, кажется, я начинаю понимать! Ты снюхался с моей женушкой, верно? Эта сучка давно положила на тебя глаз, да только ведьма Селия ее остановила. Кстати, а куда вы с Лианной дели эту ведьму? Небось, утопили в болоте или отдали на съедение резиновым людям?

Кто-то оттолкнул варганца в сторону и внезапно появился на экране. Эта была Селия. Сейчас она напоминала разъяренную фурию. Смерив Шорра Кана возмущенным взглядом, она заорала:

– А это что за козел? Ну и морда, у меня в квартире унитаз и тот краше будет. Чего выпучил глаза, жаба? И как твой грязный язык посмел назвать Селию сукой? Да за такие вещи я тебя, дерьмо имперское, лично кастрирую, причем самыми тупыми ножницами! А потом…

Варганец обхватил сзади беременную женщину и закрыл ее рот рукой. Потом он повернул голову вправо и что-то сказал. Двое мужчин тотчас приняли у него из рук Селию и увели беснующуюся женщину. Шорр Кан еще некоторое время слышал грязную брань, смешанную с самыми жуткими угрозами. Вообще, Селию он всегда побаивался – колдунья она и есть колдунья. Но Селия никогда прежде не выражалась таким образом, и вела себя куда сдержаннее. Странно, очень странно!

Интуиция подсказала Шорру Кану, что происходит нечто невероятное, и потому он внезапно спросил:

– Волчище, кто ты? Вроде ты похож на Чейна, но…

Варганец иронически улыбнулся:

– Еще вчера ответ был бы такой: я смерть твоя, подлый убийца и самозванец!

В голосе варганца звучала такая ненависть, что Шорр Кан невольно вздрогнул. Морган Чейн никогда так не разговаривал. Он вообще предпочитал не тратить силы на эмоции, а просто брал человека и разрывал его на части, словно лягушенка. Нет, там, на опушке джунглей, стоял кто-то другой – тот, кто ненавидит Шорра Кана всеми фибрами своей души. А это мог сейчас быть только один человек…

В горле Зарта Арна внезапно пересохло, но он все же нашел в себе силы вымолвить:

– Зарт Арн? Это ты?

Варганец кивнул.

– Но как же так… – простонал Шорр Кан. – Мы же похоронили тебя, я лично видел куски твоего тела, и генетическая экспертиза установила, что в землю лег именно Зарт Арн… А-а, кажется, я начинаю понимать! Ты был найден возле установки по обмену разумов. Наверное, ты успел перейти в тело какого-то простака из других веков прежде, чем прозвучал взрыв? Ты потерял тело, но разум и душа уцелели… А потом твой дружок Джон Гордон постарался и создал новую установку, и ты вернулся в наше время! Но почему ты переселился именно в тело Моргана Чейна?

Варганец молчал, но Шорр Кан даже не заметил этого. Его мысль заработала во всю мощь, и он ощущал, что идет по верному пути.

– Селия… Ну конечно, все дело в Сели! Эта тварь, что только что обещала кастрировать меня, мало похожа на супругу Звездного Волка. Эта какая-то базарная торговка! Значит, и Селия совершила обмен разумов. Кому такое было выгодно? Гордону и моей дорогой Лианне. Но Гордону – больше. Если Селия первой отправилась в прошлое, то Морган Чейн… Ого, какая славная шутка! В моем стиле, люблю так повеселиться… Но кто же был в этой игре главным шутником?

– Неважно, ты его все равно не знаешь. Пока. Шорр Кан, на этот раз мы будем смеяться последними. Я – Зарт Арн, законный правитель СреднеГалактической империи, и потому требую…

Шорр Кан рассмеялся, дерзко глядя в глаза сопернику.

– Чушь! Ты не можешь ничего требовать. Будь ты даже трижды Зарт Арон, тебе все равно не поверит ни одна живая душа. Все эти опыты по обмену разумов для обычных обывателей – чистейшая фантастика. В глазах всех и каждого ты – Морган Чейн, не меньше, но и не больше. Для меня ты конкурент.

Зарт Арн тихо рассмеялся:

– Не считай меня простаком. Я никому и не буду доказывать, что я – это я. Нет, я вернусь на Трон как Морган Чейн. И первое, что я сделаю – это вышвырну тебя из дворца, и заявлю о своем желании стать императором. Думаю, что элита уже сыта Шорром Каном по горло, и с радостью коронует главного галактического героя! Таким образом, я снова займу свое место. А уж какое место займет Шорр Кан, это еще вопрос. Пожизненное заключение на одном из необитаемых миров тебя устроит?

Шорр Кан взвыл от бешенства и потряс кулаками. Да, Зарт Арн заметно поумнел, и его логика была безупречна. За исключением одной детали…

– Зарт, ты меня уговорил! – прорычал он. – Еще минуту другую я был готов сохранить тебе жизнь, но сейчас… Учти: к вашей планете сейчас движется имперский космофлот! Я сообщу его командованию, что Морган Чейн предательски убил императрицу Лианну и отдам приказ сжечь всю планету дотла. Всю, понял!

Зарт Арн удивился:

– Но Лианна… Она ведь на самом деле жива и здорова! Если хочешь, я могу привезти ее сюда.

Шорр Кан поджал губы и покачал головой.

– Нет, не надо. Она ведь очень занята, не правда ли? Помыться перед смертью всегда полезно. Передай ей большой привет от супруга – вернее, бывшего супруга, и добавь, что я навеки сохраню память о ней в моей сердце. Более того, я перевезу останки ее тела на Троон, и устрою здесь роскошный пантеон в ее память!

Варганец кивнул.

– Что ж, нечто подобного я и ждал от моего давнего друга Шорра Кана. Он даже блефует точно так же, как и прежде. Ведь приказ о начале боевой операции еще не отдан, верно?

Шорр Кан насторожился.

– А тебе откуда это известно? – с подозрением спросил он.

– От того большого шутника, имя которого я пока не хочу произносить. Рано или поздно ты о нем узнаешь, дружище. Кстати, он не даст твоему флоту даже приблизиться к этой планете, так что не трудись напрасно, дружище.

В голосе варганца зазвучали знакомые стальные интонации, и очередная догадка ударила Шорра Канна. Словно молния:

– Пьяное небо, да ты ведь не Зарт Арн, а Чейн!

– Конечно, – усмехнулся варганец.

Шорр Кан вытер пот с лица дрожащими руками, а затем пододвинул к себе ближайший стул, и рухнул на него.

– Господи, как же ты меня напугал, Морган! Ведь я старый, больной человек, у меня не очень здоровое сердце… Но как же ловко ты задурил мне мозги! Я ведь на самом деле поверил что ты – Зарт Арн! Ну словно затмение на меня нашло. Но ты так убедительно блефовал… Только не могу взять в толк, зачем.

Чейн презрительно улыбнулся:

– Мне просто захотелось увидеть будущего императора Галактики в деле. Ничего не скажу, впечатляет! А насчет блефа ты ошибся. Еще час назад в моем теле действительно находился Зарт Арн. И в теле Селии находилась одна дама, малоприятная во всех отношениях. Правда, она не торговка, но нечто вроде этого. Спустя час, когда генераторы провремени наберут необходимую мощность, Селия вернется в наше время и в свое тело.

– Ну и слава богу! Я буду счастлив вас обоих обнять, и выразить вас, то есть вам… Постой, а где же Зарт Арн?

Чейн иронически улыбнулся.

– А вот об этом ты никогда не узнаешь, дружище. Да, его тело уничтожено, но это не единственное тело в Галактике.

Шорр Кан похолодел. Разумеется, Зарт Арн не стал бы возвращаться в тело того, доисторического бедняги, да и зачем? Морган Чейн мог приставить кинжал к горлу любого бедолаги, и тот просто был бы вынужден отдать свое тело Зарту Арну. Но кто этот бедолага, как он выглядит?

– Эта шутка мне не нравится, – сипло промолвил он. – Зарт Арн… он же ненавидит меня! Да, я бессмертен… но ведь меня можно убить?

– Если очень постараться, то можно, – согласился Чейн. – Правда, для этого надо очень поломать голову. Но голова у Зарта Арна есть.

– Я все понял, волчище. Ты повели над моей бедной головой меч на ниточке?

– Может быть, может быть…. – неопределенно ответил Чейн. – Надо же как-то подстраховать себя и мою семью от твоих невинных шалостей!.. Шорр, сегодня вечером мы продолжим наш путь к Терре.

Можешь не волноваться – все наши прежние договоренности остались в силе. Мы по-прежнему будет создавать с тобой Галактическую Империю, и ты будешь в ней императором. Я был бы рад увидеть на троне любого другого человека или нечеловека, но увы, ты совершенно незаменим! Потому что другого такого совершенного мерзавца природа не создала. И все остальные мерзавцы будущей империи будут трепетать перед тобой, и последуют всем правилам нашей игры. А правила буду диктовать я, галактический мессия, одновременно – командующий Ордой и глава Совета галактических Цитаделей.

Шорр Кан вздохнул с огромным облегчением. Он услышал больше хороших вестей, чем надеялся. Звездный Волк мог запросто прикончить его, а вместо этого вновь пообещал посадить на трон. Остальное было совершенно неважно! Хотя…

– Морган, ты хочешь остаться командующий Ордой – это я еще понимаю, хотя прежде об этом мы не договаривались. Но Совет галактических Цитаделей – это что за хреновина? И зачем она нужна галактической Империи?

– Потом узнаешь, – коротко ответил Чейн и отключил связь.

Шорр Кан еще долго сидел на стуле, приходя в себя после всех пережитый потрясений. Проклятый волчище напугал его до смерти! Что-то с ним произошло за эти дни, что-то в нем переменилось. Интересно, что случилось с варганцем там, в далеком прошлом?

Наверное, ему, Шорру Кану, об этом никогда не узнать…

Но все это не так уж важно. Куда больше его сейчас беспокоил Зарт Арн. Если Чейн не блефовал (а от нынешнего, изменившегося варганца можно ожидать всего!), то Зарт Арн отныне станет второй тенью его, Шорра Кана. Чейн может подарить ему бессмертие (правда, варганец утверждает, что это невозможно, но верить ему уже нельзя), и тогда Зарт Арн станет опаснее для будущего императора галактики. Чем сама Орда. Тем более, что облик этого нового Зарта Арна ему неизвестен. А если он отныне стал женщиной? Б-р-р, даже подумать об этом жутко… Пожалуй, надо быть поосторожней в выборе любовниц. Да и с Лианной придется вести себя поласковее. Общение с Чейном явно не пошло ей на пользу. Моется она, мать ее!.. Но ничего, придется стерпеть. Пусть моется хоть каждый час, лишь бы не возникло желание утопить своего супруга в ванной, как это сделала его двоюродная бабушка с его двоюродным дедушкой.

И Шорр Кан вдруг осознал, что с прежней свободной жизнью отныне навсегда покончено. Морган Чейн вдруг крепко схватил его за горло, теперь не вырвешься. Да и трон императора галактики уже не казался таким мягким и уютным, как час назад. Увы, про абсолютную власть придется отныне забыть. Паршиво так, что хочется выть, хотя он и не Звездный Волк!

Вместо этого Шорр Кан опустошил бутылку вина, а потом вторую… Поначалу он совсем не пьянел, и только когда у него наконец приятно закружилась голова, на сердце немного отлегло. Черт побери, как бы там не было, он остался императором с маленькой буквы, а через некоторое время с помощью божественного Моргана станет Императором уже с большой буквы! И этого вполне достаточно для старого доброго Шорра Кана.

Он позвонил в колокольчик, и когда в комнату вошел первый секретарь, хрипло скомандовал:

– Передай мой устный приказ начальнику Службы Безопасности. Всех родственников Зарта Арна я приговариваю к казни через повешение – ну, кроме детей, конечно. А когда этих ублюдков выведут на площадь и наденут им петли на шеи, пусть огласят второй мой приказ, о помиловании. Пускай они возвращаются на Троон, я все прощу! Но отныне родственники бывшего императора Зарта Арна будут находиться под тайным наблюдением полиции. И если что, пусть не обижаются. Чем они лучше меня?

Секретарь удивленно поднял на него глаза, не поняв последнюю фразу, и тогда Шорр Кан со смехом пояснил:

– Поверишь ли – сегодня все это произошло со мной, великим и могущественным императором!

Глава 17

Морган Чейн медленно поднимался по лестнице, что вела на второй этаж белого куполообразного здания. Селия и все его друзья уже находились на борту «Кардовы» и жаждали побыстрее покинуть негостеприимную планету. И это было разумно. Первая эскадра отныне перешла под командование Большого Мозга, и ее действия стали совершенно непредсказуемыми. Да, сейчас перед ними вроде зажгли зеленый свет, разрешили продолжить путь к Терре. Однако это он услышал из уст командира Первой эскадры, который являлся лишь жалкой марионеткой могущественной внешней силы. Разговора с Большим Мозгом нельзя избежать, но результат его очень тревожил варганца.

«Стеллар, ты готов?» – мысленно спросил он, и с радостью услышал короткий ответ: «Да».

Войдя пустынный зал, Чейн услышал гул хроногенераторов. Все приборы были включены, над белой койкой навис серебристый колпак. Его явно ждали, и это было хорошим признаком. Хотя кто знает…

С тяжелым сердцем он лег на койку, и тотчас серебристый колпак стал опускаться. Гудение энергоустановок еще больше усилилось. И спустя несколько мгновений Чейн услышал знакомый голос. Голос Джона Гордона!

«Привет, волчище!»

«Здравствуй, Джон».

«Здравствуй?! Ты что, издеваешься?»

«Нет, конечно. Я знаю, что ты потерял свое тело, а это весьма паршиво. Но видишь ли, недавно нечто подобное произошло и со мной. И не без твоей помощи!»

«Не жди от меня извинений, Морган. К тому же, тебе было куда легче. Я подарил тебе другое тело, пусть и не очень молодое. Но это все же куда лучше, чем оказаться словно в тюрьме, в одном из блоков гигантской машины!»

«Согласен. Но ты преувеличиваешь свое великодушие, Джон.

Забыл о том кошмаре, что пришлось пережить моей жене?»

Гордон долго не отвечал.

«Да, ты прав… За Селию я готов просить у тебя прощения. Но я лишился благодаря тебе Лианны, и в то время мне казалось справедливым, если и ты лишишься своей обожаемой супруги. На моей родной Терре есть поговорка: око за око, глаз за глаз!»

«Ха, на моей родной Варге тоже есть похожая поговорка. Вот поэтому я и вернулся в свое тело, а ты… Впрочем, насколько я понял, Большой Мозг может тебя в любой момент вернуть в твое тело. Оно ведь уже находится на Скеретхе?»

«Да… Его поместили в специальный саркофаг. Морган…»

«Что?»

«Скоро с тобой будет говорить мой хозяин. Ужасно не хочется просить тебя о чем-либо, но…»

«Понимаю. Джон, за последние десять лет я научился многим вещам, о которых мое племя Звездных Волков даже и не слыхивало. И одно из таких вещей – милосердие. Прежде я умел мстить, теперь научился прощать. К тому же, мое путешествие в 21 век Терры оказалось далеко небесполезным… А если говорить честно, то успел там, в далеком прошлом, сделать кое-что полезное для будущего человечества! И я понял некоторые очень вещи, очень важные для будущей галактической Империи».

«О-о, выходит, ты не отказался от своей безумной затеи?»

«Нет. Но я понял, что нужно создать мощную систему противовесов Шорру Кану и подобным ему мерзавцам калибром поменьше. Иначе новая империя станет не только механизмом стабильности, но и орудием подавления всех свобод, и в первую очередь – свободы личности».

«А не проще ли избавиться от Шорра Канна, и поставить на его место достойного во всех отношениях человека или гуманоида? По-моему, Джон Дилулло или моя обожаемая и верная Лианна стали бы куда лучшими правителями, чем эта тварь. Ты хоть знаешь, что Шорр Кан успел натворить на Трооне за время твоего отсутствия?»

«Догадываюсь… Нет, Дилулло не подходит для роли будущего императора. Даже я для этого не гожусь! Джон, не стоит продолжать наш старый спор. Вспомни о том пути, который мы прошли вместе за последние годы. Разве не ты однажды в нашем споре вспомнил изречение какого-то древнего терранского мудреца: „Свет – правая рука Тьмы, а Тьма – левая рука Света“? Так оно и есть, эта истина относится ко всем обитаемым мирам. Все расы и все народы галактики смогут выжить только объединившись, но объединить их сможет только Империя! Мы с тобой видели, что все остальные формы звездных сообществ не могут устоять перед надвигающимся Варварством. А ведь все эти сообщества очень разные по устройству! Федерация Звезд называет себя демократической, но на самом деле это авторитарная система, где власть принадлежит лишь элите. Свободные Миры куда более либеральны, там процветает культ индивидуальной свободы, но именно поэтому эта система не способна противостоять любому вторжению внешней силы. Ведь на Свободных мирах каждый сам за себя!.. Империя хеггов – это замкнутая, изолированная от внешнего мира система. Насколько я понял, там процветает самый обыкновенный тоталитаризм. И слава Создателю, что нам удалось остановить войну между людьми и хеггами, иначе вся галактика давно пылала бы! Ну, а мой дорогой Звездный Клондайк и нелюбимый Хаосад – это две полудикарские системы, где правят сила и деньги. Таким было человечество сотни веков назад, и таким может стать вся Галактика, если дать волю сепаратизму и национализму всех мастей. Только объединенная Империя может остановить приход варварства, но в основе ее должна лежать не только сила, как было всегда и везде в прошлые века, но и Культура, источниками которой являются Разум и Дух. Сила и есть Тьма, а Культура есть Свет. Они не могут существовать раздельно, как это ни прискорбно… Джон, надеюсь ты понимаешь, что все это я говорю не только для тебя?»

«Да, понимаю. Большой Мозг внимательно слушает тебя».

«Почему он не хочет поговорить со мной напрямую?»

«Он… это невероятно, но он чего опасается!»

«Но разве Морган Чейн может представлять опасность для этого титана?»

«Ты – нет. Кто-то другой… Кто-то живет в тебе, и Хозяин опасается, что этот другой может вторгнуться в него, и взять его под контроль. Хозяин знает его имя – Ллорн».

«Клянусь, я здесь ни при чем! Мы с Ллорном даже не говорили о такой возможности».

«Хозяин это знает, потому ты еще жив. Он боится Ллорна, но и очень хочет вступить с ним в контакт. Но не сейчас, не сейчас…»

«Понимаю. Я догадываюсь, что у Хозяина есть свой замысел переустройства галактики».

«Да, есть. Хозяин полагает, что ты с Ллорном идешь тупиковым путем. Он считает, что Разум в галактике больше не может развиваться в форме живых существ. Да, он зародился в примитивных биологических организмах, но они ныне стали мерзкими куколками, из которых вот-вот вылетит прекрасная бабочка. Разум должен претерпеть неизбежную трансформацию, и перейти в куда более совершенную форму».

«То есть, в форму машин?»

«Не обязательно. Машины уязвимы, они нуждаются в постоянном ремонте, в огромном штате обслуживающего персонала. Разумеется, эту работу могут выполнять роботы, но роботов тоже должен кто-то обслуживать… Нет, Хозяин говорит об особых видах энергетических полей. Кстати, я вспоминаю, что о такой возможности говорили еще в мое время, в 20 веке! Еще в молодости я слышал эти слова об уродливых телесных куколках и о прекрасных энергетических бабочках, бессмертных, способных без помощи летательных аппаратов перемещаться по Вселенной. Красивая мечта, Верно?»

Чейн вздрогнул от неожиданной мысли. Мечта?! Нет, это уже не мечта. Свободное Странствие уже существует. И там, среди звезд, уже живут сотни людей, оставивших свою материальную оболочку и по своей воле прекратившихся в сгустки блуждающих полей. И среди них – Врея, его первая возлюбленная… Более того, если верить его пророческому сну, и он сам однажды станет таким же гражданином Вселенной!

Словно бы проникнув в его мысли, Гордон сказал:

«Морган, Хозяин знает о Свободном Странствии! Он говорит. Что это лишь первая, очень несовершенная попытка создать нового, энергетического человека. Сам он грезит о другой, куда более совершенной модели. Люди-поля получат возможность при необходимости создавать себе любое материальное тело, и легко покидать его по мере необходимости. Словом, они смогут получать от жизни все удовольствия, которые получает материальный человек, но это будет лишь крошечной частью их необъятных возможностей. Морган, мой Хозяин предлагает тебя отказаться от своих планов, и стать его ближайшим другом и соратников! Очень скоро на Базе начнется строительство поразительных установок, которые со временем позволят любому человеку всех рас и народов превратиться в нового, бессмертного энергочеловека. Очень скоро на эту планету ринутся миллионы обитателей разных миров, и вся твоя грандиозная затея спасти человека материального путем создания галактической Империи окажется никому не нужной. Морган, не стоит цепляться за старое и уже отжившее! Ты можешь стать отцом-основателем нового, поистине свободного и счастливого человечества! А Империя, как ты ее не создавай, все равно станет инструментом насилия. Что скажешь?»

Чейн задумался. Слова Гордона оказались для него полнейшей неожиданностью. Он ожидал от Большого Мозга совсем другого: амбиций галактического диктатора, который руками людей и нелюдей будет создавать цивилизацию машин. Но оказалось, что все обстоит совершенно иначе. Энерголюди – да, наверное, цивилизация когда-нибудь пойдет именно в этом направлении! Даже Свободное Странствие очень привлекательно, а уж то, что хочет создать Большой Мозг, несомненно окажется привлекательным почти для всех рас и народов. Первыми на эту планету, разумеется, ринутся безнадежно больные люди, старики и любители необычных ощущений. И произойдет то же самое, что некогда на Арку: Большая Давка! О том, что случится на обитаемых мирах, и думать не хочется. Люди и нелюди станут жаждать обрести бессмертие, но ведь возможности для этого будут крайне ограничены. В результате начнется вселенский Хаос. Пройдет сотня-другая лет, и разумная жизнь в галактике иссякнет. Вот какова будет цена проекта нового энергочеловека!

«Джон, я отказываюсь, – наконец уверенно сказал Чейн. – Скажи своему Хозяину, что мне весьма лестно его предложение, и я понимаю, что во многих отношениях его проект куда более совершенен, чем мой. Пусть считает меня консерватором, но я пойду своим путем. Да, все люди и нелюди очень несовершенны, да, они смертны – но нельзя так легко отказаться от всей прежней цивилизации! Она еще далеко не исчерпала себя. Наверное и даже наверняка через миллионы лет галактику будут заселять энерголюди. Но не стоит подстегивать эволюцию кнутом! К тому же, есть еще одно важное обстоятельство…»

«Какое?»

«Х’харны! Они были бы очень рады, если проект Большого Мозга заработал уже сейчас. Тогда через сто пятьдесят тысяч лет, когда они прибудут в нашу галактику, они застанут опустевшие миры.

Не очень-то меня радует подобная перспектива!»

«При чем здесь Х’харны? Морган, мой Хозяин разочарован. Он считает, что ты слишком зациклился на борьбе с Х’харнами, а это недостойно мыслящего существа».

«Пусть недостойно, меня это мало волнует. Я и без того совершил в жизни немало головокружительных поворотов, превратился из жалкого пирата в мессию – ну, уже почти превратился. Для меня этого вполне достаточно… Джон, у меня есть еще одна, последняя просьба».

«Знаю. Ты хочешь связаться с Зартом Арном? Хорошо, Хозяин согласен. Но он дает тебе только пять минут. Прощай, Морган!»

«Прощай, Джон!»

Прошло некоторое время, и Чейн услышал слабый, еле различимый голос Зарта Арна:

«Морган, это ты?»

«Да. Зарт, как твои дела?»

«Если честно, то неважно… Ты сумел поднять слишком высокую планку, и сделал из Алекса Бирса грандиозную личность! Меня все беспрекословно слушаются, и выполняют все мои распоряжения. Даже на Трооне такого не было! А час назад ко мне в комнату заявился какой-то карлик, с ног до головы залитый кровью, но очень довольный собой. Он поклонился мне словно богу и сообщил, что все лидеры хантеров уничтожены».

«Отлично! Зарт, разве ты забыл, что перед обменом разумами я подробно рассказал тебе обо всем, что я пережил в Нью-Йорке?»

«Нет, конечно, я все помню, но все же не перестаю удивляться… Как ты сумел за короткое время сделать так много?»

«Зарт, тебе предстоит совершить гораздо больше. Исход, строительство города Солнца, начало строительства американской Цитадели – все это уже станет твоей заботой! И не забудь и Джейн и ее дочери Лизе. Из-за меня они попали в тюрьму, а я, увы, не успел их освободить! Ну не везет мне с женщинами!»

Зарт Арн грустно рассмеялся.

«Ну, это как сказать. Ведь Селия отныне с тобой! Я моя Мерн, мой сын… Морган, пообещай, что позаботишься о них».

«Обещаю! И сделаю все возможное, чтобы ты однажды вернутся в наше время».

«Нет, я не вернусь. Та, прежняя моя жизнь, уже завершилась. Слишком много ошибок было совершено, их уже не исправишь. К тому же я прежде всего ученый, и мне будет очень интересно прожить остаток своей жизни в 21 веке. И потом, здесь нет такого мерзавца, как Шорр Кан!»

«Прощай, Зарт. Послушайся моего совета, и приглядись к Джейн. Это замечательная женщина, и вы подойдете друг к другу. Только никогда не рассказывай ей про Звездного Волка, ладно?».

Ответа Чейн не услышал.

Гудение хроногенераторов стихло, и серебристый колпак вновь поднялся к потолку. Чейн медленно встал с койку и ощутил приступ головокружения. Когда приступ прошел, он встал и неуверенным шагом подошел к окну, чтобы вздохнуть полной грудью свежего воздуха.

«Что скажешь, Стеллар?» – мысленно спросил он.

«Скажу, что ты поступил совершенно правильно. У нас свой путь, и мы должны его пройти до самого конца».

Чейн кивнул. Он еще долго стоял возле окна и смотрел на джунгли. Где-то вдали, словно из-под земли, быстро поднялись решетчатые конструкции. Это были строительные краны. Большой Мозг не терял времени – строительство новых установок началось. Очень скоро первые люди освободятся от своих бренных тел и уйдут в свое Свободное Странствие. Эпоха энерголюдей начинается!

Позади послышались чьи-то шаги. Чейн обернулся и увидел Гваатха и Рангора. Разумный волк обнажил клыки и улыбнулся, преданно глядя на своего друга. А Гваатх с силой ударил себя по груди кулаком и заорал:

– Пьяное небо! Мы там томимся в корабле, ждем не дождемся, когда унесем ноги с этой дерьмовой планетке, а он тут стоит и джунглями любуется! Гваатх, то есть я, чихать хотел на эти джунгли! Они все пропахли тюрьмой, нейнами и резиновыми людьми. Что я, резины не нюхал?

Рангор осуждающе поглядел на парагаранца и сказал:

– Морган, экипаж ждет тебя. А еще тебя ждет Селия. Она говорит, что сын так сильно молотит ее по животу пятками, будто собирается появляться на свет раньше срока!

Чейн рассмеялся:

– Какой нетерпеливый – весь в меня! Но пусть не торопится, нам надо еще много сделать, прежде чем он родится. Вперед, нас ждет Земля!

Конец 1-го романа

Content

Сергей Сухинов
Битва за Империю

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 10

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17