Блохин Юрий

БАНЗАЙ

Спускаясь по трапу на землю этой восточной страны, Ник сразу же ощутил ее липкую удушающую жару.

Задание было простым. Ему предстояло всего-навсего получить визуальную информацию от местного резидента, внедренного здесь еще лет пятнадцать назад, и в тот же день, в крайнем случае назавтра, вернуться домой. Такой допотопный вид связи мог означать только одно. Информация была крайне необходима, а резидент, видимо, был «под колпаком». Человек из службы разведки всеевропейского компьютерного концерна, на который Ник работал последние пять лет, дал ему понять, что предстоящую поездку Ник должен рассматривать как поощрение за операцию, блестяще им осуществленную на американском континенте.

Уверенный в исходе дела, Ник взял с собой лишь небольшую сумку через плечо, чем вызвал удивленный взгляд таможенника. Прогулявшись по зданию аэропорта и убедившись в отсутствии «хвоста», Ник вышел на прилегающую площадь, прямо к автобусной стоянке. Как всегда, в город он поедет автобусом, поскольку к помощи такси прибегал лишь в крайнем случае.

Первое, что сразу же бросилось Нику в глаза, так это собаки. Нельзя сказать, чтобы их было множество, но все же они были — и самых немыслимых пород. Одна из них, деловито обежав Ника, пристроилась рядом, У нее, как ни странно, были раскосые глаза, и Ник тут же окрестил ее Банзаем.

Автобус отправлялся в город через двадцать минут, и Ник в сопровождении четвероногого аборигена пошел поискать, где бы перекусить. Под каким-то дырявым навесом он обнаружил небольшой бар, в котором хозяйничал очень худой и старый европеец. Ник заказал чашку двойного кофе и пару бутербродов с семгой для себя и Банзая. К его удивлению, угощение пес просто-напросто проигнорировал. Ник ногой пододвинул бутерброд под самый нос Банзая, но тот отбежал чуть в сторону и сел, проигнорировав тем самым уже и Ника.

«Губа толще — брюхо тоньше», — с досадой подумал Ник, прикончил завтрак и пошел к автобусу. В дверях оглянулся — Банзай сидел на прежнем месте и глядел прямо на Ника.

Через полчаса не слишком быстрой езды Ник был в городе. Выходя из автобуса, он увидел сидящего неподалеку Банзая. Пес смотрел куда-то в сторону, Ник отметил про себя отсутствие признаков усталости на его морде. Как только Ник ступил на землю, Банзай закрутил головой, вскочил, обежал его кругом и завилял хвостиком.

Ник не возражал. До сеанса связи оставалось еще около двух часов, и общество Банзая вполне могло скрасить одиночество. Он послонялся по местным магазинчикам, даже заглянул на базар, успешно отбиваясь от назойливых продавцов. Банзай крутился рядом и не собирался его покидать.

С приближением сеанса Ник потихоньку стал продвигаться к месту встречи. По инструкции он должен был сесть за столик в тени уличного кафе как минимум за десять минут до сеанса и принимать информацию от резидента, сидящего в таком же кафе на противоположной стороне улицы.

Резидента он узнает по фотографии, которую ему показали перед самым отъездом, в то время как тот, во избежание провала операции, не знал и не должен был знать, кто придет на эту связь. На передачу резиденту отводилось, два дня, со сдвижкой на час начале сеанса во вторые сутки. Это на случай непредвиденных обстоятельств, В свою очередь, Ник не знал кода цифровой информации, которую должен был получить от резидента. Его дело запомнить все и побыстрее вернуться назад.

Вот и нужное кафе. Ник выбрал место, с которого отлично просматривались все столики на той стороне улицы, и, развалившись в кресле, принял откровенно скучающий вид. Заказал подошедшему официанту для пробы рюмку местного пойла, закурил сигарету.

Резидент появился за пять минут до сеанса. Ник узнал его сразу: немолодой, спортивного вида мужчина. Он сел, вопреки здравому смыслу, за столик в первом ряду, прямо на солнце. Значит, информация будет короткой, это облегчало Нику задачу.

Резидент подозвал официанта, это был знак начала передачи. И хотя их разделяла улица, Ник почувствовал, что резидент слегка обеспокоен. Но уже через минуту Ник был весь внимание. В этой стране он был впервые, наследить не успел, так что ему-то опасаться было совершенно нечего.

Резидент вытащил расческу (шестерка), сделал пять расчесывающих движений и, сдув с расчески волосы, положил ее в другой карман (семерка). Так, 657… Потом достал пачку сигарет (снова шестерка), вытащил из нее губами сигарету, извлек зажигалку (четверка) и двумя затяжками прикурил сигарету. Так, 642… Покрутил в руках зажигалку и положил ее не в карман, а на столик. Готовая комбинация — 123. Потом взял со столика газету, опять готовая комбинация 132. Листнул раз, другой, сделал две затяжки и, откинувшись назад, углубился в чтение. 221 и перекур. Через пару минут сложил газету и точно рассчитанным, внешне небрежным движением бросил ее на столик. Газета свалилась на пол и ее пришлось поднять. Две комбинации — 222 и 333. В это время официант принес резиденту стакан какого-то напитка. Манипуляции с ним, зажигалкой и сигаретой дали еще несколько комбинаций.

Сеанс длился не больше десяти минут. Резидент подозвал официанта, обозначив конец передачи, расплатился с ним и ушел. Назавтра он придет на час раньше и в точности повторит свою процедуру. Но только Ник уже будет дома. Он запомнил передачу до мельчайших подробностей и в самолете воспроизведет ее на бумаге.

Он проводил резидента долгим, со стороны отсутствующим взглядом, и тут его взор обратился на Банзая. Тот смотрел в том же самом направлении. «Что за чертовщина?» — стряхнул с себя Ник подспудно возникшее беспокойство.

Поглощенный передачей, Ник даже не обратил внимания, когда официант принес его заказ. Содержимое рюмки оказалось не таким уж и плохим. Он бросил на столик банкноту и, не дожидаясь сдачи, в сопровождении Банзая направился в сторону автобусной стоянки.

Они шли по узкой малооживленной улочке. Банзай семенил впереди, метрах в двадцати, изредка оглядываясь. Навстречу им двигался желтый пикапчик, на каждой из дверок которого была нарисована собачья морда, перечеркнутая большим черным крестом. Пока Ник собирался свистнуть своему спутнику, чтобы предупредить его о грозящей опасности, пикапчик выстрелил нейлоновой сеткой и накрыл Банзая. Пес вел себя на удивление спокойно. Ник уже мысленно распрощался с ним, но то, что произошло, заставило его оцепенеть.

Над сеткой, уже оторвавшейся от земли, взвился небольшой дымок, и из образовавшейся дыры вывалился Банзай. Дыра имела характерные оплавленные края.

Ник похолодел. Это был провал! Значит, едва ли не с трапа самолета он оказался «под колпаком» этого чуда электроники в образе собаки, а то и нескольких. Резидента уже наверняка взяли и скоро будут потрошить. За Ником понаблюдают и тоже возьмут… От такого поворота событий Ник остановился, не в силах тронуться с места.

Пикапчик не задержавшись, проехал дальше, а Банзай, как ни в чем не бывало, побежал к Нику. Ник с отупелой ненавистью глянул на него и, шагнув навстречу, с силой пнул под живот. Банзай описал дугу и без характерного визга рухнул на спину.

Механика внутри Банзая оказалась не слишком высокого качества: вскочив, он стал описывать правильную окружность. Ник вышел из зоны его действия, на перекрестке остановил такси и до самого аэропорта, изредка оглядываясь, ждал погони. Но ничего подозрительного не было, и он несколько успокоился. В аэропорту Ник сразу же купил билет на ближайший рейс из этой проклятой страны. На него уже шла регистрация; Ник поднялся на второй этаж и стал наблюдать за залом. Он не тронулся, даже когда оповестили о посадке, и только после объявления конца ее проявил себя в качестве пассажира.

До самолета оставалось метров тридцать, как вдруг что-то заставило Ника оглянуться. И вовремя: прямо на него во всю свою электронную прыть несся Банзай или его двойник, сжимая в зубах какой-то черный пакет.

Ну, вот и все! Ник перекрестился и в ожидании взрыва отрешенно закрыл глаза…

Из оцепенения его вывел нетерпеливо-вежливый голос стюардессы:

— Послушайте, вы не раздумали?

Ник открыл глаза. Пакет лежал у самых ног, а Банзай уже мчался в обратном направлении. Толщина пакета опасений не вызывала.

— Простите, иду! — отозвался Ник.

Пакет оказался обыкновенным конвертом. Ник сунул его в карман и поднялся в самолет. Распечатать конверт он решился только после набора высоты.

В конверте оказалась объемная открытка, вместо изображения представлявшая собой записку следующего содержания: «Рады были с Вами познакомиться. Спасибо за помощь. Информацию и ее источник советуем забыть, Вы ведь еще так молоды! Если у Вас возникнут какие-либо затруднения, приезжайте, мы это обсудим. Ваши будущие друзья».

Ник едва успел прочесть записку, как буквы стали бледнеть и вскоре совсем исчезли. Вместо них на открытке обрисовалась знакомая морда. Он чуть повернул открытку — и Банзай, как Ник и ожидал, подмигнул ему раскосым глазом.

Content

Блохин Юрий
БАНЗАЙ