Валентина Сирота

Жизнь, какой она была. Воспоминания

«Нам дарована короткая жизнь, но память об отданной за благое дело вечна»

Цицерон

Светлой памяти Михаила Макаровича Сироты посвящается

Дорогой мой читатель!

Дорогие мои дети и внуки!

Дорогие земляки!

Через свои воспоминания, через газетные публикации я хотела в этой книге показать жизнь не только своей семьи, но и жизнь рабочих коллективов, с которыми нам пришлось работать.

История страны невидимой нитью прошла через каждого из нас, через судьбу каждой семьи, через судьбу хозяйств, через судьбу Первомайского района.

У меня скопился большой материал о взлетах и падениях, о радости побед и горечи поражений, о прекрасных людях, живущих на земле района, о людях добрых, трудолюбивых, щедрых; о людях, сердца которых хранят столько тайн и загадок, о глубине их душевного мира. В простых речах этих людей раскрывается житейская мудрость, за улыбкой прячется тонкий ум, а мозоли на ладонях да сеточки морщин вокруг глаз – говорят о многотрудной жизни.

Годы, чередой сменяя друг друга, уходят безвозвратно, поэтому своим детям и внукам я хотела оставить на память историю неординарной жизни их отца и деда Михаила Макаровича Сироты.

Газетных публикаций много, авторы были разные, но писали они об одном времени, поэтому, возможно, будет много повторений. На одно и то же событие у них был свой взгляд. Я же со своей стороны попыталась показать жизнь такой, какой она была.

Я с благодарностью принимаю помощь для издания книги воспоминаний «Жизнь, какой она была» во имя Духовного Единения всех славянских народов, во имя вечного стремления Российского народа к Правде, к Справедливости, к Истине, к Богу, к Создателю Всего и Вся на Земле и в Вечности.

Искренне благодарю за помощь и поддержку, за понимание важности сохранения памяти о Михаиле Макаровиче Сироте представителей политической партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ: депутата Государственной Думы Александра Васильевича Терентьева, председателя Совета местного отделения этой партии в Первомайском районе Олега Валерьевича Боронина, а также главного редактора Интернет-портала «Евдокимов. info» Василия Ивановича Сташко.

Дорогие мои, читая это повествование, может быть, вы увидите себя в том времени и вместе со мной преодолеете путь вернувшись в прошлое.

Пройдемся же по страницам этих воспоминаний.

Валентина Борисовна Сирота

Уважаемые земляки!

Вы держите в руках книгу о замечательном человеке, которому посчастливилось большую часть своего жизненного пути пройти через эпоху, которая резко отличается от реалий сегодняшнего дня – через эпоху созидания. Более того, главный герой книги Михаил Макарович Сирота, как и многие его земляки, сам является человеком-эпохой, человеком-созидателем.

Что такое Алтайский край? Что такое Первомайский район? Прежде всего это люди! Камышников, Белоусова, Сирота, Соколенко, Старыгин… Этот список можно продолжать очень долго. Тысячи тружеников-созидателей, которые сделали Первомайский район таким, каким мы сегодня по праву все еще гордимся и хотим гордиться всегда!

Михаил Макарович Сирота, памяти которого посвящена эта книга, в ряду Созидателей на Первомайской земле по праву занимает особое место. Сегодняшний флагман АПК Первомайского района – птицефабрика «Молодежная» – это его детище, которое он пестовал на протяжении почти трех десятков лет. Эх, сохранить бы, не растерять и приумножить…

Люди, о которых идет речь в этой книге, сделали землю, которая стала для них малой родиной – такой прекрасной и богатой, что кое-кто не в состоянии разрушить эту красоту и, несмотря на «колоссальные старания», не может растащить это богатство на протяжении более чем двух десятков лет.

Увы, все чаще стали забывать имена тех, о ком мы обязаны помнить, кем мы должны гордиться. И вот уже «новые хозяева» района, новые «начальники» говорят о Сироте и его современниках из числа Созидателей правда, лишь иногда, да и то зачастую «сквозь зубы».

В чем причина? Стыдно, что не стали такими же? «Неудобно», как, например, «неудобно» кое-кому вспоминать и приумножать память о другом настоящем сыне Земли Алтайской – народном губернаторе Михаиле Сергеевиче Евдокимове? Может быть… Но нас это не касается. Кстати, невольно приходят мысли о схожести завершающего сюжета жизненного пути двух Михаилов – Евдокимова и Сироты. Случайно ли?

МЫ, как и большинство наших земляков, простых тружеников, ПОМНИМ, ЧТИМ, ВОСХИЩАЕМСЯ.

Не за горами в нашем родном краю время Правды и Справедливости, не за горами новая Эпоха Созидания. Но сможем ли мы созидать вновь, не опираясь на память о наших предшественниках и их громадный опыт? Вряд ли…

Эта книга – наш посильный вклад в дело сохранения Памяти о Созидателях ради благодатного будущего родной земли.

С уважением, депутат Государственной Думы, руководитель регионального отделения СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ в Алтайском крае Александр Терентьев,

руководитель местного отделения СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ в Первомайском районе Олег Боронин

А все начиналось так…

Рiдна мати моя, ти ночей недоспала

I водила мене у поля край села,

I в дорогу далеку

ты мене на зорi прoводжала,

I рушник вишиваний

на щастя, на долю дала.

А. Малишка

Август 1957 года, совхоз «Новоалтайский». Он стал отправной точкой в нашу совместную жизнь. Каждый из нас шел своей дорогой, а судьбе угодно было распорядиться так, что друг друга мы встретили именно здесь, в с. Березовка совхоза «Новоалтайский». В 1953 году, закончив Черкасский ветеринарный техникум, молодой специалист Михаил Сирота через всю страну с запада на восток ехал навстречу неизвестности. Сначала в Красноярский край, затем Дальний Восток в город Спасск-Дальний на воинскую службу. По окончании школы авиамехаников он был направлен в Алтайский край, в с. Топчиха, где стоял авиационный полк. Затем Барнаул, поступление в сельхозинститут на заочное отделение и направление на работу в Молсовхоз (с. Березовка). Я же тем временем закончила в 1955 году в городе Новоалтайске 10 классов и вместе с родителями уехала в р. п. Тогур Томской области. Сдав экзамены, я поступила в Колпашевское педучилище и через год, в связи с переводом училища в город Томск, уехала туда и, закончив его в 1957 году, получила специальность учителя начальных классов. Затем я вернулась в г. Новоалтайск. В гороно мне дали направление на работу в Березовскую школу. Вот такие пути вели нас навстречу друг другу. Что это? Судьба?

Директором совхоза «Новоалтайский» был тогда Иван Минаевич Третьяков – человек очень сложной и трагической судьбы. Высокий, крепкого телосложения, он обладал таким голосом, так прекрасно пел – это надо было только слышать. Он по-отцовски относился к молодому специалисту, бывшему солдату Михаилу Сироте. А сколько молодежи в это время приехало в село! Мы быстро влились в этот коллектив: комсомольские собрания, вечера, самодеятельность, субботники. Одна за другой зашумели свадьбы, пусть не богатые, но зато веселые. С Михаилом Макаровичем я встречалась всего несколько раз.

В начале ноября я пришла с работы, затеяла стирку – была суббота. И вот на лошади, часов в пять вечера подъезжает Сирота (он был тогда комсоргом на отделении) с секретарем совхозной комсомольской организации Геннадием Сивченко, в дальнейшем первым секретарем Шипуновского райкома партии, а позднее работником крайкома партии. Оказывается, они приехали за мной, чтобы ехать регистрироваться (хотя об этом раньше никакого разговора не было). Я стала отказываться, но здесь вышла моя квартирная хозяйка, учительница Александра Тихоновна и говорит: «Валя, да ты что, езжай, пока сватают».

Я упорно сопротивлялась, но под большим нажимом жениха и свата согласилась. И вот мчимся на розвальнях в ЗАГС в Новоалтайск, а до окончания работы оставалось полчаса. Работница ЗАГСа отказывалась принять, но будущие руководители уже тогда умели убедить, упросить. Быстро было написано заявление, поставлен штамп в паспортах – свидетельство о браке на руках. Вот так в то время без всяких проволочек можно было решить вопрос о регистрации брака. Все происходило быстро, стремительно.

Свадьба (просто вечер) была комсомольская, подарили корыто, стиральную доску, электрическую плитку. Жили мы на квартире, куда сразу по приезду устроился молодой ветеринар. Хозяевами квартиры были украинцы Иван Иванович и Мария Ивановна Марченко. Питались вместе с хозяевами (конечно, за плату) и часто по воскресеньям за обедом все вместе пели украинские песни. Итак, 7 ноября 1957 года, начался наш совместный семейный путь.

Летом мы решили навестить моих родителей, которые жили в Томской области, в рабочем поселке Тогур в 5 км от г. Колпашево. Плыли на пароходе. Перед нами величественная, спокойная и могучая Обь, которая, не останавливаясь ни на секунду, несет свои воды в Северный Ледовитый океан. Мы плывем все дальше на север. И вот, при виде этой картины, на Михаила Макаровича нахлынули воспоминания о другой реке – Енисее, такой же великой, но бурной и крутой нравом.

Тогда, в 1953 году, он плыл по Енисею к месту своей первой работы. Время в эти годы было не простым, как раз умер Сталин. Для выпускников учебных заведений выбора не существовало, шли куда Родина пошлет. А она многих посылала, особенно комсомольцев, в края, кишевшие бандеровцами. В таких местах они сами устанавливали свой порядок. Сироте и еще семерым парням повезло. Их направили на другой фронт – трелёвочный, в далёкую Сибирь, в Красноярский край. Суровый климат.

На сотни километров вокруг тайга. Идут трелёвочные работы. Тягловая сила – лошадь. Она же и транспортное средство. От нее зависит и выполнение плана, и жизнеобеспечение людей в тайге. И чтобы лошадь не подвела, нужен был ветврач.

Трелевка леса осуществлялась сплошь на лошадях, и отношение к ним было тогда особенным. Берегли. Кони фонда Красной Армии имели строгое предназначение, и даже председатели колхозов не смели их использовать в уборочную.

Когда распределяли выпускников ветеринарного техникума, предложили комбинат «Красноярсклес» Даурского района. Даурия! О ней он знал по книге, которую прочел от корки до корки. К месту назначения плыл катером «Красноярск-Новоселово». Пришло судно. Стоянка два часа. Кругом расстилался на вид приветливый Енисей. Как не искупаться? К тому же на Украине в это время вовсю купаются, несмотря на позднюю осень. Ну и нырнул. Народ смотрит. Хорошо, что ватные брюки да полушубок на проводы в Сибирь подарили. И все-таки подхватил простуду в холодном красавце – Енисее. Кстати, в свою последующую жизнь, где бы он ни был, даже за границей, всегда купался в реках тех мест, например, в Англии, Китае.

Плывут. Капитан говорит:

– Скоро Сисим. Но я могу причалить только к острову. А за тобой человек на лодке будет, жди.

И правда, приплыл бородатый мужчина, забрал его вместе с фанерным чемоданчиком и верой в то, что Сибирь он непременно покорит.

Его ждали уже на лошадях, директор комбината и главный инженер.

– О, паря, – сразу заметил директор, – баню нужно топить, ты же захвораешь!

Та помывка в бане «по-черному» стала первым боевым крещением. Горит лампадка, парня нажваривают веником, по-настоящему, по-сибирски. Как водится, стол организовали, уговаривают стакан водки принять. Второе боевое крещение – выпил, хотя ни до, ни после в таком количестве не пил. И, как говорится, другим не советовал.

Разговор пришлось прервать, так как пароход уже причаливал к пристани. Вот и Колпашево. Деревянный город на берегу Оби в северной тайге. Этот город был построен бывшими ссыльными. Улицы ровные, широкие, мощеные деревянными чурочками и по обе стороны деревянные тротуары. Постройки аккуратные, чувствуется, что возводили их настоящие хозяева с любовью и природной сметливостью. Дома деревянные одно и двухэтажные. Многие родственники моей матери Анны Алексеевны были сосланы сюда в годы репрессий и коллективизации, а ее отец был застрелен. Жилье родители купили у маминого двоюродного брата, бывшего ссыльного, который много рассказывал о том ужасе, о тех трудностях, которые им пришлось пережить.

Мои родители люди гостеприимные, хоть и жили небогато, но угощали от души. Мама очень хорошо стряпала и готовила рыбные блюда. А рыбы в то время в этих северных краях было столько, и такое разнообразие, что можно было только диву даваться. Наш сосед, бывший ссыльный, был рыбак, поэтому у родителей была всегда свежая рыба – стерлядка. В магазине бочками стояла круглый год моченая брусника и клюква, причем цены были очень низкие. Поэтому мама заставила стол дарами этого богатого северного края.

Интересно было слушать, как мои родители рассказывали о своем прошлом. Отец, Борис Александрович Евневич, родился на границе Белоруссии и Смоленской области. Волею судьбы с отцом и матерью приехал в Барнаул. Но его родителей тянула назад к себе их малая родина, поэтому отца решили отправить сначала одного. Но так как не на что было купить билет, мой дедушка, а папин отец, отправился на родину пешком. По слухам, он дошел, но о дальнейшей его судьбе ничего не известно. Такое время было. Мой отец – участник Великой Отечественной войны. Простым солдатом-пехотинцем прошел всю войну с запада до Сталинграда и назад. Был участником битвы под Москвой, под Сталинградом, под Ржевом и победу встретил в Чехословакии. Четыре раза был ранен, но Бог спас его, и он вернулся домой. Мамины предки были переселенцами с Дона (отец в шутку называл ее чалдонкой), жили в Алейском районе. Она вместе с отцом всегда ездила ловить рыбу, хотя в семье было еще четыре брата и три сестры. Но она с детства была рыбачкой. С рыбой расправлялась так, что можно только позавидовать. Всю жизнь работала на очень тяжелых работах, а отец был молотобойцем, сначала в Новоалтайске на АВЗ, а потом в рабочем посёлке Тогур на лесоперерабатывающем заводе. Вот вкратце то, о чем мои родители поведали зятю.

А он, в свою очередь, рассказывал, как оказался в Сибири. Я продолжу его воспоминания. Первые свои житейские университеты прошел в Красноярском крае. В деревне он квартировал у глухого кузнеца. В селе Большая Речка, где жил, пили по каждому поводу и без повода. Гулять начинали в пятницу и заканчивали в понедельник. В следующую пятницу гулянка возобновлялась тем двором, где завершили. Бабка-хозяйка четко знала график и своему постояльцу говорила:

– Сегодня гуляем там-то. Пойдешь?

С собой брала медную кружку, парня усаживала рядом. Веселье начиналось водкой, затем в ход шло домашнее пиво. Никого не пропускали, наливали щедро. Бабка, улучив момент, сливала все в кружку, спрятанную в складках широченной юбки, и объявляла, показывая пустые рюмки:

– Мы с Михаилом уже!

Строго блюла изобретенную теорию и постояльца учила уму-разуму:

– Если хочешь – пей. Но каждый день не надо. А то заведется у тебя внутри червячок и будет просить все время выпить. У тебя и деньги кончатся, а он не уймется. И не останется у тебя ни ума, ни совести. Только одно – как бы этого червячка напоить. Так что, если боишься людей не уважить – пей понемножку. Вот эти мудрые уроки старой русской женщины глубоко запали в душу Михаилу Макаровичу. Он потом часто в жизни вспоминал слова прежней хозяйки. И от этого много выиграл: и здоровье сберег, и имел авторитет трезвого руководителя, и для других был хорошим примером. Позднее, когда он стал директором, приходилось бывать на разных торжествах, но он никогда не злоупотреблял спиртным. Зачастую, по его просьбе делали «коньяк» и ставили перед ним бутылку – это была вода, закрашенная заваркой. Произнося тост, он всегда заканчивал словами: «Пей до дна, как пьет Сирота», а у самого в рюмке была или вода, или «коньяк» – смотря по обстоятельствам. Это уж я точно знаю.

Многое он узнал впервые на первом своем месте работы, за что благодарен был сибирякам и их суровому краю. Там он получил хорошие уроки доверия людям, и в последующей своей жизни доверял всем: и рабочему, и специалисту. Вот один из уроков, полученных в той сибирской тайге. Была весна. Очень быстро течет Енисей. Чистый-то какой! Люди из речки воду пьют. Приближался женский праздник восьмое марта. Попросили: будешь на центральной усадьбе, зайди в кассу. Зашел.

– Передай в контору деньги.

И протягивают мешок. Расписался в получении, деньги в кошелку и домой. А там вся деревня гуляет. Отыскал кассиршу.

– Я деньги привез.

– Завтра возьму, а пока отвези к себе. Давай распишусь. Да возвращайся на праздник.

Замков не вешали. Двери припирались веником. Не для охраны, а чтобы показать: дома никого нет. Ничего не пропадало. Мешок денег остался в целости и сохранности.

Других нравов были тогда люди.

Погостив три дня у родителей, мы вернулись домой. К этому времени нам выделили квартиру в четырехквартирном доме. Она была маленькая, но это уже было наше жилье. Для кухни местный мастеровой – золотые руки – Валентин Гильберт сделал стол, и он для нас стал настоящей реликвией. Мы его возили с собой, куда бы ни переезжали. Стол был прочный, вместительный, аккуратно сделанный умелыми руками. Не успев приехать, Михаил Макарович с головой ушел в работу. Скота на отделении было много: коровы, свиньи, лошади, овцы, птица. Да еще дополнительно ему дали отделение Ивановка за 70 км. Кроме того, он обслуживал скот частного сектора – тогда у всех почти была живность.

Ветлечебница находилась в ветхой землянке, с земляным полом, в той части Березовки, которая носит неофициальное название «копай – город». Но, на удивление, здесь всегда была какая-то стерильная чистота, и создавала ее уборщица Маша Смолянинова. Здесь Михаил Макарович даже делал операции поросятам, а наблюдения и результаты записывал в журнал. Он всегда все записывал по работе, и таких журналов за все годы работы накопилось очень много. Кстати, когда на место Михаила Макаровича пришел молодой директор Е. А. Давыдов, то он говорил о том, как ему помогли эти записи. Энергия у Михаила Макаровича так и плескалась через край. Работал, учился, жил в стремительном темпе и напряжении. Время летело быстро, его катастрофически не хватало. Многое приходилось наверстывать за счет отдыха. У нас уже было пополнение в семье. Родился сын Сергей. Это было 31 августа 1958 года.

Чтобы улучшить свои жилищные условия, начали строить дом.

Взяли ссуду. Строительным материалом был шлак. В то время он стоил очень дешево, его были горы на железной дороге. Возили его шофера в выходные дни и по вечерам. Это был очень дружный, отзывчивый и доброжелательный народ. Они никогда не отказывали в помощи, потому что и молодой ветеринар Михаил Сирота днем и ночью шел на помощь людям. Зимой он ходил в солдатском полушубке с глубокими карманами из мешковины, которые служили настоящей аптекой скорой помощи. Там были шприцы, лекарства для уколов, различные мази, йод.

Привезли 16 машин шлака, купили цемент и в начале мая начали строительство. Улица, на которой было запланировано строительство дома, располагалась в самом конце села у пруда, и строили люди жилье, кто из чего мог. Вдвоем мы вырыли траншею под фундамент, залили, сделали опалубку и начали заливать по одному ряду в неделю. Я помогала до тех пор, пока доставали руки, чтобы подать раствор, а в это время я уже 5 месяцев под своим сердцем носила второго ребенка. Дальше стройка шла с помощью людей. Доброта, взаимовыручка, стремление прийти на помощь друг другу – вот что было свойственно людям в то время. 13 сентября у нас родилась дочь Таня. Через две недели после родов я уже ходила на усадьбу, где строился дом, и делала все, что мне было под силу. На руки брала крошечного ребенка, за ручку двухгодовалого Сергея и с одного конца села шла на другой на стройку. Напротив нас только зашли в свой саманный дом соседи, а хозяйка – Маруся Чернобелова – тоже родила девочку Таню. И вот в одну качалку мы укладывали детей, я уходила на целый день, где строился наш дом, а она грудью кормила моего и своего ребенка. Сколько же доброты и бескорыстия было в ее сердце! А ведь у нее самой была большая семья, маленькие дети. Низкий поклон тебе, простая русская женщина, Маруся Чернобелова! И через 50 лет я помню твою помощь. Вот на таких людях держалась и держится наша многострадальная Русь.

Строительство начали в мае, а в начале ноября зашли в дом, свой дом. Правда, много было недоделок, но не все могли сделать сразу. Вот такой темп был взят в семье с первых дней нашей совместной жизни. Так мы жили и до последних дней.

Транспортом для работы у Михаила Макаровича была лошадь: летом запряженная в ходок, зимой в сани. Лошадей он всегда брал необъезженных. Что ни строптивая лошадь, то его. И езда его всегда была с «ветерком».

Верным, безотказным, незаменимым помощником был санитар Соколов Иннокентий Лазаревич. Он один из многих эмигрантов из Китая, вернувшихся в Россию в 50-60-е годы. У всех большие семьи. Соколовых было четыре родных брата и четыре сестры, и у каждого рождено по 12-14 детей. Правда, не все выжили и выросли. С их приездом как будто «запахло» дореволюционной Россией. Мужчины одевались в армяки, подпоясанные кушаками. Это были великие труженики, со своим укладом жизни и обычаями, сложившимися еще с дореволюционных времен, сохранившимися в Китае, в Харбине, и привезенными в Россию. Доброжелательные люди, со старинными устоями и культурой, стали жителями села Березовка.

А как у них проходили свадьбы! Вот бы чему поучится. Культуру их проведения они пронесли через десятки лет. Нам пришлось побывать на одной из них. Свадьба начиналась у жениха, потом у невесты и дальше по очереди у близких родственников. Не помню, на третий или четвертый день, нас пригласил Иннокентий Лазаревич. Мы очень часто с мужем вспоминали об этом. Все проходило достойно: очень красиво накрытый стол, у каждого отдельная тарелочка, вилка, нож (это в то-то время в деревне!). К каждой рюмке подавалось отдельное блюдо (я не оговорилась – к каждой рюмке!). Было большое разнообразие блюд из картофеля. А какая была выпечка! Уже в то время у них на десерт подавались торты, мороженое. Еще я запомнила их традиционное приглашение на чай. Чай – это особое угощение, и готовился он по-особому. Его еще называли «сливан», т. к. он сливался до 40 раз. Это карымский зеленый прессованный чай. Там были сливки, и соль, и взбитое яйцо. Чай получался очень сытным, выпить его можно было до пяти чашек. Чаепитие сопровождалось неторопливыми беседами, и царила в это время какая-то особая атмосфера умиротворения.

Эти люди, вернувшиеся на свою историческую Родину, были очень уважительны друг к другу, почитали своих родителей и старших. Семьи крепкие, разводов не было. Дети не могли ослушаться родителей. Они привезли с собой глубокую веру в Бога. Самым почитаемым праздником была Пасха. Детям шилась новая одежда, на улице делали качели, готовилось такое разнообразие угощений, что от их красок все расцветало в доме. Прежде чем сесть за праздничный стол, взрослые и дети молились, и только когда садился отец, все вместе с ним усаживались за стол. Вот что несла в себе высокая духовность переселенцев из Китая.

Как же мы с Михаилом Макаровичем были благодарны тому времени, когда пришлось жить рядом с этими людьми, общаться с ними и учиться жизни у этих, в основном неграмотных в то время, но высокультурных людей. Они очень помогали нам. Дочь Иннокентия Лазаревича, Лиза, часто оставалась с нашими детьми, а их у нас в это время было уже трое. В новом доме в 1962 году родилась дочка Оля. Белокурая, с волнистыми волосами – она была общей любимицей. Хоть и трудно было, но быт постепенно налаживался. Мои родители помогли нам купить корову, завели овец, поросят, птицу.

К нам часто на обед, а иногда и на завтрак приходили товарищи Михаила Макаровича по работе: Николай Ермолаевич Спирин – бригадир на животноводстве, Сергей Некрасов, Сергей Смирнов. Иногда заходил Федор Андреевич Исайкин – участник Великой Отечественной войны, инвалид, он работал кладовщиком и был нашим соседом. Мы часто у них занимали деньги на хлеб – трудно было в ту пору нам. А угощение было нехитрое: борщ, пшенная каша с молоком, компот (сухофрукты присылали из Украины). Какие же это были труженики! Рабочий день у них обычно начинался в пять утра. Вспоминаю один курьезный случай. Проводили ветеринарную обработку скота – это нелегкая работа – помогали все, кто мог. Работу закончили поздно и решили отметить ее завершение. На конюшне в это время паслось много гусей, они одного поймали, сварили на костре и начали «трапезу». Разлили суп, разложили мясо и один из шутников, конюх Исаак Лазовский, говорит Федору Андреевичу:

«Дядя Федя, ешь, ешь, как свое, не стесняйся». Все засмеялись – они знали, что этот гусь из его стада. Долго потом еще шутили по этому поводу, ведь люди в ту пору умели не только работать, но и пошутить. Жизнь у всех была нелегкой, но жили дружно и как-то весело.

Главным ветврачом в молсовхозе тогда работал Анатолий Петрович Осипов. Небольшого роста, очень подвижный, красивый, он уважительно своего соратника по работе называл «Миша» и часто оставлял за себя.

С особым чувством признательности я вспоминаю Валентина Евсеевича Бортникова, управляющего на центральной усадьбе, и его жену Августу Константиновну, преподавателя русского языка и литературы в Березовкой школе. Многие годы нас связывала искренняя, чистая и какая-то возвышенная дружба. Своей внешностью Валентин Евсеевич напоминал русского богатыря с доброй, отзывчивой душой и постоянной улыбкой на лице. Позднее он стал директором Новоеловской бройлерной фабрики. Августа Константиновна, наоборот, небольшого роста, стремительная, подвижная, всегда кого-то привечала из родственников, заботилась о них, а в школе и в клубе была незаменимым руководителем драмкружка. Мы с Михаилом тоже были участниками постановок, которые она осуществляла.

Но вот, наконец, закончен институт. Теперь у Сироты еще одна специальность – ученый зоотехник.

60-70-е годы прошлого столетия – яркая страница в истории страны и Алтайского края. Это было время освоения целины. Благодаря ей край стал развиваться во всех сферах, прирастать населением, ведь новым производствам потребовались рабочие руки. Историю подъема сельского хозяйства в нашей стране можно проследить на истории нашего района.

Была поставлена задача – полностью удовлетворить запросы общепита и розничной продовольственной торговли. В 1963 году крайисполком принял решение о резком увеличении поставок молока, картофеля, мяса в краевой центр и другие города края. Речь шла о создании для их обеспечения специализированных сельскохозяйственных зон по принципу «крепкий пригород – сытый город».

С этой целью в Первомайском районе из совхоза «Новоалтайский» были выделены два отделения, ставшими новыми овощемолочными совхозами «Логовской» и «Санниковский». Это, по своей сути, было продолжением и углублением целины. Но если целину всей своей мощью поднимала вся страна, то, как стали говорить впоследствии, создание «овощемолочного пояса Барнаула (аналогично – в остальных городах) в решающей мере заслуга именно горожан».

За каждым пригородным хозяйством были закреплены шефы-коллективы конкретных предприятий, руководители городских районов. Они помогали возводить производственные помещения, участвовали в напряженных полевых работах. С помощью шефов в хозяйствах были построены лагеря труда и отдыха для школьников и студентов.

Директором совхоза «Санниковский» был назначен Вилли Александрович Соколенко, который в 1952 году, закончив инженерный факультет Минского политехнического института, попросил распределить его на работу в Алтайский край. И вот, оставив свою малую родину – Минск, он вместе с молодой красавицей женой Маргаритой Николаевной, оставившей любимую работу в театре, едет покорять Сибирь. Сначала Сычевская МТС Смоленского района встретила молодого главного инженера, затем назначение директором Анисимовской МТС Тальменского района. И вот новая должность – директор совхоза «Санниковский». В «Санниковском» при его образовании не было почти никакой производственной базы. Имелась лишь старая кузница и несколько примитивных овощных парников. Вокруг дворов – плетни, было всего два колодца, воды не хватало, и ее приходилось возить из речки на телегах бочками. Не было автотранспорта, дорог, не было жилья. Специалисты жили на центральной усадьбе совхоза «Новоалтайский» и на работу оттуда зачастую ходили пешком. Они приехали из разных районов края. Главным зоотехником был назначен Михаил Макарович Сирота. Контора располагалась в старом крестьянском доме, где был один кабинет на всех, а в прихожей уборщица Марина Хованская всегда что-нибудь готовила специалистам, так как столовой не было, а домой ездить на обед не было возможности. Часто после работы они заезжали к нам домой, и я угощала их всем, чем могла. Мы к тому времени уже имели хозяйство, поэтому сало и мясо были всегда.

Темп, взятый руководством совхоза, был по плечу только энтузиастам своего дела.

Чуть более тонны молока получали от коровы, когда образовался новый совхоз. Нужно было создать высокоудойное племенное стадо. С этой целью из Прибалтики и Подмосковья завозят высокопродуктивных телок. Одновременно нужно было строить производственные помещения, чтобы вывести скот из плетеных дворов. Дойка была ручная, молокопроводов не было. Начали учить людей и учиться сами. Была создана целая система обучения.

И вот уже на третий год существования совхоза доярка Клавдия Михайловна Колесова получила орден Ленина. Какой же это был колоссальный труд всего коллектива! Заново создавалась селекционная работа, наладилась связь с научно-исследовательскими институтами животноводства и овощеводства. Михаил Макарович готовился к поступлению в аспирантуру, «на ходу» учил и повторял слова и выражения на немецком языке. Первым его «учителем» был немец-шофер Фукс Федор Федорович.

Через год все главные специалисты получили новые квартиры. Мы в Молсовхозе продали свой дом, отдали ссуду, а на оставшиеся деньги купили шифоньер и стулья.

Так как дома еще не были сданы в эксплуатацию, нам пришлось свой скарб сложить на веранде у главного бухгалтера. Михаилу Макаровичу дали отпуск, и мы первый раз всей семьей поехали поездом на его родину. В Москве пересадка. Побывали на Красной площади, сфотографировались, и с Киевского вокзала повез нас поезд на «рiдну Украiну» – как называл свою малую родину теперь уже «сибиряк» Михаил Сирота. От Киева до Городища ехали автобусом. Природа такая, как будто попали на другую планету. Трасса Киев-Одесса. По обе стороны одна за другой меняются картины. То пирамидальные тополя, как свечи, упираются в небо, то огромные, развесистые плакучие ивы опустили свои ветви в воду, то яблони, вишни, сливы, абрикосы стоят усыпанные плодами.

Все это радует глаз и то же время навевает печаль: куда ни бросишь взгляд, стоят по всей Черкасской земле монументы и обелиски на могилах бойцов. В них печаль и боль за тех, кто отдал свою жизнь за свободу и независимость нашей Родины. В годы войны здесь шли кровопролитные бои. Видны огромные овраги, где, по рассказам очевидцев, после жестоких битв дно было устлано телами погибших. Подъезжаем к Корсунь-Шевченковскому, шофер останавливает автобус, все выходим. Перед нами огромная стела, сооруженная в честь воссоединения первого и второго Украинских фронтов под командованием генералов М. Ф. Ватутина и И. С. Конева. В ходе этой операции войска обоих фронтов успешно завершили полный разгром фашистских группировок. Минутой молчания почтили память погибших. И снова продолжаем свой путь. Вот и районный центр Городище. Первое упоминание о Городище датируется 1494 годом. Раздольная и чарующая красота природы Городищенской земли. Этот кусочек Божьего творения богат красочными пейзажами: горы, степи, леса, дубравы; и рукотворным чудом – цветущими садами. Здесь живут трудолюбивые, как пчелы, люди. Уезжая из этих дивных мест в суровый сибирский край, Михаил Макарович навсегда оставил здесь частицу своего сердца. И где бы он ни был, душа его всегда рвалась туда, где, неторопливо извиваясь в каменистых берегах под холодными шатрами мечтательных ив, течет, отдавая живым серебром, речка Вильшанка, вдоль которой растянулось село Городище, и на которой он провел свое бедное, но счастливое детство. Душа его всегда рвалась туда, где стояла отцовская хата, и где всегда ждала ласковая, милая «рiдна мати».

И вот на автобусе мы подъезжаем к месту, где окруженная яблонями, грушами, сливами, стоит небольшая, беленькая хатка, с маленькими оконцами, крытая соломой – родовое гнездо Сироты Михаила Макаровича. В этих местах 7 ноября 1933 года он появился на свет. Его родина Украина. Первыми впечатлениями от жизни были мелодичные украинские песни, которые раздавались ранним утром, когда женщины шли на полевые работы, и поздним вечером, когда возвращались домой. Труд был тяжелый, многочасовой, но они пели. Песня успокаивала душу и лечила от усталости. Неповторимой красотой вошли в детскую душу «шевченковские» хатки, крытые соломой, окруженные садами, которые в весенние дни цветения стояли, как хоровод невест, в бело-розовом одеянии, и разливали на всю округу свой опьяняющий аромат. Ничто в жизни не дает такого высочайшего ощущения счастья, счастья душевного, как естественная и рукотворная природа – великое Божественное и человеческое творение.

О приезде мы не сообщали. Всей семьей – пять человек – заходим в ограду. Навстречу мать – Наталка Васильевна – объятия, слезы, знакомство. Вечером собрались всей семьей за большим столом, сбитым из досок под огромной, развесистой яблоней. Рядом криница, чуть подальше погреб, в котором в годы войны вся семья и соседи прятались во время бомбежек и наступления немцев.

Невольно в голову приходят строки из стихотворения Тараса Григорьевича Шевченко: «Семья вечеря коло хаты, хрущи над вишнями гудуть».

В эту хату семья переехала перед самой войной. Строили помощью. Главным строительным материалом были глина и солома. Хатка небольшая, но своя. Пол глиняный, его каждую неделю мазали жидкой глиной, застилали половичками. Все жилье состояло из комнатки и кухни, половину которой занимала русская печь с лежанкой. Ее подтапливали в зимнее время, чтобы теплее было спать. В печке Наталка Васильевна каждый день варила неповторимый украинский борщ на всю большую семью. По углам в комнате и кухне висели иконы, украшенные цветами и вышитыми рушниками. Кухонную «мебель» составлял небольшой столик, скамейка под воду и две табуретки.

Так как мы приехали без предупреждения, то в это время не было в запасе спиртного (горилки или другими словами самогонки). Мать подает мне ведро и говорит: «Валя, добеги до Каштанки (соседка, которая жила в конце огородов около речки) и возьми полведра горiлкi». Мне это было все в диковинку, незнакомо, но я не могла отказаться. Соседка меня радушно встретила, налила самогонки, проверила: Горит? – Горит (так проверялось качество). Вот такую же мы должны вернуть ей. Отец Макар Александрович приехал на паре лошадей. Он работал конюхом. Много горя, холода и голода досталось на его долю. С двенадцати лет он покинул родительский дом и ушел в работники. Учиться не пришлось. Неграмотный, но сметливый и хваткий, он преодолел все трудности, и все-таки выжил, выстоял, создал семью. Был он крепкого телосложения, высокий, крутой нравом, но в душе мягкий и ранимый. Пережив голод, он всегда, по возможности, старался больше купить и привезти домой хлеба. Наталка Васильевна, наоборот, небольшого роста, приветливая, добрая, рассудительная, с умными ясными глазами – вечная труженица и дома, и на колхозных полях. Три сестры: Лида, Катя, Оля – работали и учились. И как бы ни было трудно, все получили образование и специальность. Пришли родственники, и вот всё это большое семейство за столом. Дети побежали в сад – им все в диковинку. Воздух наполнен таким ароматом, что никакие духи несравнимы с ним. Тишина. Красота неописуемая. А за столом льется тихо беседа, воспоминания, расспросы. Вот и закончился первый день пребывания на украинской земле. Спать нас уложили на сеновал, где уже было заготовлено на зиму сено. Запах высушенных трав и ночная тишина навеяли на Михаила Макаровича воспоминания о детстве, о прожитых здесь годах. Наконец, всех сморил сон.

Наутро всем была дана работа: дети собирали в саду яблоки, груши, которых много нападало за ночь. Я помогала по хозяйству, а у Михаила Макаровича были свои дела: поправить забор, наколоть дров. Когда бы он ни приезжал на Украину, не успев переодеться, спрашивал у матери: «Маты, шо робыть?». Он всегда старался и физически, и материально помочь своим родителям. В первые годы нашей жизни мы всегда им из Сибири посылали картофель.

В эту поездку мы посетили музей-усадьбу Тараса Григорьевича Шевченко. Единственный любимый поэт Михаила Макаровича, которого он боготворил. Позднее томик с его стихами стал настольной книгой. А в Каневе нашему взору предстала величественная картина. Взметнулась над широким, могучим Днепром святыня украинского народа – Тарасова гора, а над могилой памятник великому Кобзарю. Благодарным народом выполнено его завещание:

«Як умру, то поховайте

Мене на могилi,

Серед степу широкого

На Вкраiнi милiй,

Щоб ланi широнополi.

I Днiпро, i кручi

Было видно, было чути,

Як реве ревучий».

Хотелось посмотреть многое, но время было ограничено, поэтому старались посетить хотя бы близлежащие достопримечательности. Музей Великой Отечественной войны в Корсунь-Шевченском (это 20 км от Городища) оставил неизгладимое впечатление. На улице стояли танки, пушки и другая военная техника, а в помещении панорама Корсунь-Шевченской битвы так естественно передавала жестокие бои еще совсем недавнего прошлого, когда советский солдат ценой своей жизни отстаивал каждый клочок земли. В Городище – великий реквием памяти погибшим – комплекс Вечной Славы. Над тихой речкой Вильшанкой высоко над городом устремился в небо обелиск, где на серой стене выгравированы имена тысяч городищенцев, что полегли в борьбе за свою Отчизну в Великую Отечественную войну. И так почти в каждом населенном пункте.

Еще одна впечатляющая поездка в сад-станцию им. Симиренко в Млиев, что в семи километрах от Городища.

Сложный гористый рельеф руками людей был превращен в земной рай, рукотворное чудо.

В 1887 году Л. П. Симиренко, вернувшись из ссылки, создал коллекционный сад и помологический питомник, которые стали базой для создания научно-исследовательского института садоводства лесостепи Украинской ССР. Это был наилучший в России и богатейший в Европе коллекционный сад плодовых и ягодных растений. Он насчитывал 1500 ценных отечественных и зарубежных сортов плодово-ягодных культур.

Чтобы создать все это, нужен был поистине самоотверженный труд сотрудников станции. А яблоко Симиренко стало визитной карточкой Городища. Здесь яблоня, посаженная Л. П. Симиренко более ста лет назад, до сих пор плодоносит, а груша, посаженная отцом великого садовода Платоном Федоровичем Симиренко 150 лет назад, радует своей красотой, величием и плодами. Здесь все поражает и восхищает.

Быстро пролетело время. Наступил день отъезда. На паре лошадей повез нас Макар Александрович на вокзал. Ехали мимо школы, где учился и закончил семь классов Михаил Макарович. Опять воспоминания о детстве и словах отца, которые стали девизом для сына на всю жизнь: «Хочешь быть человеком – учись, заставлять тебя никто не будет». И он учился. Учился всю жизнь. Улица «1 мая», по которой мы ехали, протянулась на несколько километров, и его родная хата стояла на ней. По этой дороге в начале войны отступали наши войска, оставляя в тылу врага женщин, стариков, детей. По этой же дороге наступали немцы, оккупируя наши города и села. По этой же дороге они отступали назад. Немецкая техника на несколько километров протянулась вдоль всего шоссе. Отступая, немцы загоняли машины во дворы, в сады и поджигали.

Смрад и дым стояли вокруг. И все это своими глазами видел одиннадцатилетний мальчик. Горечь этих воспоминаний осталась у него на всю жизнь.

Вот и вокзал. Садимся в поезд, чтобы в Днепропетровске, сделав пересадку, ехать до Барнаула. А в памяти у Михаила Макаровича опять те годы, когда он учился в ветеринарном техникуме в Черкассах, когда на ходу запрыгивал на товарняк, замедлявший у станции ход, и ехал домой за харчами. Дома мать давала пшена, сала, булку черного хлеба и, если были, то немного денег. На второй день снова товарняк и неделя «сытой» жизни. И так четыре года.

И вот уж стучит колесами поезд по алтайской земле. В Барнауле нас встретил В. А. Соколенко, и, сразу вручив ключи, привез в новую квартиру. Это были дома в двух уровнях, где многие специалисты и сам директор получили квартиры. Прорабом тогда была Любовь Николаевна Коренева, большой знаток в своем деле. Строительство было огромное, но она везде успевала и все делала профессионально, была строгая и требовательная на работе, а в быту – добрый и щедрый человек. Жила вдвоем с дочкой Наташей, которую безумно любила и не чаяла в ней души. Рано ушла из жизни эта прекрасная женщина.

И снова работа, работа. Не каждый может похвастаться такими результатами. Принимали скот с надоем чуть больше тонны в год от коровы, а через три года уже надаивали по 3,5 тысячи литров молока. Соколенко вспоминает, как Сирота оперативно и легко решал любые вопросы. Он не ждал указаний директора, а работал самостоятельно. Вилли Александрович рассказывает о таком эпизоде. Из Подмосковья привезли телок, нужно было ректалить, а ветслужба была еще не так сильна. Михаил Макарович, никого не дожидаясь, засучив рукава, сам начал исследовать скот. Соколенко говорит: «Михаил Макарович, научи меня этому». Ответ: «Нет, Вилли Александрович, научу всему, но это не ваше дело». Соколенко продолжает воспоминания: «Он не ограничивался тем, что есть, он мечтал о больших делах и начатое всегда доводил до конца. Любую новинку он не только перенимал, а развивал дальше, никогда не стесняясь спрашивать». В любое время дня и ночи, если это требовало дело, Сирота и Соколенко могли звонить друг другу. То была работа! – с удовольствием вспоминал Михаил Макарович. Наводили порядок в зоотехническом учете, интенсивно принялись за улучшение стада. Коренным образом окультуривали луга. Не знал он в то время, что партия готовила для него новую целину, куда как большего масштаба.

Апрель 1966 года. Райком партии во главе с первым секретарем Н. К. Аверкиным принимают решение о разделе совхоза «Белоярский» на два хозяйства «Белоярский» и «Пурысевский». Николай Константинович Аверкин выходит с предложением в Краевой комитет партии о назначении М. М. Сироты директором совхоза «Белоярский». Соколенко интересуется у Сироты: «Какое твое решение?» – «Не хочу, не пойду, здесь у меня большое начатое дело, там – неизвестность». Да и в семье только начали решаться бытовые вопросы, понемногу стали обустраиваться. И вдруг опять переезд.

Сироту вызывают на беседу к секретарю крайкома по сельскому хозяйству – Николаю Федоровичу Аксенову. От предложения он категорически отказывается. Следом едет Соколенко: «Не отдам Сироту!». Вилли Александрович дозванивается до А. В. Георгиева – первого секретаря Алтайского Крайкома партии – с просьбой оставить Сироту в «Санниковском». Но А. В. Георгиев подключает телефон Н. Ф. Аксенова, и Соколенко слышит, как тот с возмущением говорит: «Будет у нас еще Соколенко кадрами распоряжаться!» Что делать? Бюро крайкома уже назначено, и Сирота с Соколенко решают на него опоздать. Но все тщетно. Бюро крайкома утверждает директором совхоза «Белоярский» М. М. Сироту. Ему в это время было 33 года.

Я с детьми остаюсь в Санниково, а Михаил Макарович уезжает за 80 километров в поселок Северный. Живет в общежитии, так как еще не было квартиры.

Опять раздел совхоза. Директор совхоза «Пурысевский» требует и требует отдать даже то, что им не положено. Бывший диспетчер гаража Зоя Ивановна Балдина позднее вспоминала:

– Спрашиваю: «Михаил Макарович, почему вы не спорите, а отдаете все, что они требуют?

– Пусть забирают все и скорее уходят. У нас будет все.

Наконец, раздел закончился. Хозяйство бедное, в убытках. Как и свойственно ему, молодой директор окунулся с головой в работу. Шел к пожилым людям, умудренным опытом, советовался с ними, спрашивал на каких полях в первую очередь начать сев, как лучше обрабатывать землю. Объезжал поля, сенокосы, пастбища; с раннего утра был на дойке. И люди помогали и советом, и делом. А народ в селе был трудолюбивый. Большую часть составляли немцы, жившие до войны в Одесской области и Поволжье. В годы войны они были угнаны в Германию и, испытали такое, что, кажется, это не в силах вынести человеку.

Красивые места, родная Украина!

Ни о какой другой не думали Отчизне.

Хозяйство доброе вели, растили хлеб,

Учились в школе дети и были счастливы на свете.

Пришла война – всему конец.

Лихая началась година.

А их с родных сорвали мест

И понесла по свету их судьбина.

Все испытали настоящий ад;

Главу из каждого семейства в плен забрали,

А стариков, и матерей, и маленьких детей

В Германию тогда погнали.

Шли через Польшу, Венгрию пешком,

Брели в условиях суровых:

Жара, болезни, плачь и стон,

Везли они свои пожитки на коровах.

Все это скопище испуганных людей

На запад тихо продвигалось.

Из лужи пили и сухарь жевали,

А дети, старики, как мухи умирали.

В конце войны – опять в Россию,

Три месяца в теплушках их везли,

И многие тех мук не выносили,

В сырую землю бедные легли.

Их привезли на Северный.

Они были там рады

Любому месту – лишь бы отдохнуть,

Над головою крышу было надо,

Землянки стали строить как-нибудь.

В землянках маленьких все жили,

По несколько семей в одной,

Картошке постной были рады,

Но были все с большой душой.

Все вынесли и выстрадали эти люди. Благодаря трудолюбию, природной смекалке, построили себе жилье и, наконец, начали человеческую жизнь на земле, которая их приютила. Все обзавелись хозяйством, работали в совхозе, но больших доходов от этого труда не имели.

Михаил Макарович понимал, чтобы поднять хозяйство, без шефской помощи не обойтись. Дорог не было. В распутицу по два трактора иногда тащили одну машину. Надои низкие, скотные дворы не в лучшем состоянии.

Чтобы показать положение дел, Сирота приглашал в совхоз представителей промышленных предприятий, партийных руководителей. Зачастую было так: доезжали до села, снимали ботинки, переобувались в резиновые сапоги и только тогда с молодым директором шли осматривать хозяйство. Приезжая к руководителям различного ранга, он представлялся: «Совхоз бедняк, директор Сирота». Эта шутка производила впечатление. Первое с чего начал Михаил Макарович – это дороги. Огромную помощь в этом вопросе оказал начальник крупного автопредприятия г. Барнаула Борис Оскарович Герман. Ленинградец, высокообразованный, интеллигентный, порядочный, стройный, высокий с седой головой – он производил неотразимое впечатление. Его машины полностью отсыпали полотно дороги Северный-Краюшкино и засыпали щебнем. С рабочими визитами неоднократно в совхоз приезжали директор Алтайского вагоностроительного завода Евгений Александрович Дубовцев и первый секретарь Новоалтайского горкома партии Л. В. Грачев. Помощь их была очень большой. Е. А. Дубовцев вспоминает, когда Михаил Макарович приезжал на завод, то сначала пробегал по территории завода, где его интересовал нужный материал, а затем уже шел к директору, владея ситуацией. Отказать ему было просто невозможно.

Конечно, промышленные предприятия оказывали огромную помощь, но главной силой в подъеме хозяйства были люди – труженики совхоза. О том, как шло хозяйство к успехам, хоть частично, читатель может узнать, прочитав статью М. М. Сироты в газете «Путь к коммунизму» за февраль 1974 года:

Поиск резервов увенчался успехом

«Не так давно совхоз «Белоярский» был хозяйством, базирующимся, в основном, на производстве зерна, свеклы и животноводческой продукции. Только в 1961 году стала рождаться новая отрасль – птицеводство.

Идея специализации хозяйства на птицеводстве возникла не случайно. Рядом было передовое хозяйство края – совхоз «Светлый путь». Его опыт вдохновил специалистов нашего совхоза, по их инициативе стало внедряться птицеводство.

Понятно, птичников не было. Птиц размещали в примитивных помещениях, которые зимой не отапливались. Вопросы кормления не были отработаны. И в первый год совхоз произвел всего 66 000 штук яиц. Они обошлись по 100 рублей за тысячу.

С годами птицеводы накапливали опыт, который перенимали у соседей, улучшали условия содержания и кормления птицы. И все же птицеводство до 1966 года не занимало в хозяйстве ведущей роли. Специализация началась с первых лет восьмой пятилетки.

В 1966 году совхоз произвел 3,5 миллиона штук яиц себестоимостью 63 рубля за тысячу. На производство тысячи яиц расходовалось более 3 центнеров концентратов. Такие показатели не могли удовлетворить птицеводов, руководителей хозяйства. На первый взгляд казалось: зачем поиск, когда рядом, в совхозе «Светлый путь», есть проверенный практикой передовой опыт. Стоит его внедрить – и птицеводство пойдет в гору. Но мы не могли весь опыт соседей применить у себя – не те условия. У нас не хватало птичников, а те, которые имелись, были примитивными, зимой не отапливались. Строительство котельной и новых птичников сразу не осуществишь, причем это строительство связано с большими затратами.

Осуществляя по опыту совхоза «Светлый путь» постепенный перевод птицеводства на промышленную основу, вместе с тем мы приняли ряд мер по повышению его эффективности в условиях, так сказать, переходного периода, когда не хватает тепла, энергии, механизмов.

Известно, что на согревание организма птицы в не отапливаемом птичнике расходуется до 20 % калорий. А это, безусловно, связано с увеличением расхода концентрированных кормов, отсюда и удорожание себестоимости.

Как сократить расход концентрированных кормов, снизить затраты на кормление птицы? Этот вопрос специалистами совхоза был поставлен во главу угла и нашел свое разрешение путем использования технического жира. Он, как известно, имеет высокую калорийность и способность повышать калорийность рационов.

Основываясь на этом, мы провели в совхозе научно-хозяйственный опыт на 3 группах кур-несушек породы канадский леггорн по схеме: первая группа в составе комбикорма не получила технический жир, вторая получала 2 %, третья 4 %. Все корма обогащены микроэлементами: кобальт хлористый – 2, медь сернокислая – 36, марганец сернокислый – 100 и йодистый калий – 1,0 грамм на тонну.

Кормили кур всех групп одинаково (по нормам ВНИТИП). Суточный рацион состоял из 100 г комбикорма, 30 г пшеницы, 10 г проса.

Кормовую смесь готовили в хозяйстве, беря за основу комбикорм заводского производства по рецепту ВР – 1,3; к нему добавляли расплавленный в электрованне технический животный жир.

Пользуясь данными себестоимости кормов в совхозе, определили стоимость кормов, израсходованных на 100 штук яиц в не отапливаемом птичнике. Получились такие результаты. Куры-несушки опытных групп имели выше яйценоскость по сравнению с контролем. Затрачено меньше количество кормов на производство 100 штук яиц (в третьей группе израсходовано меньше по сравнению с контролем на 15,4 %). Экономия затрат корма опытных групп произошла за счет лучшей усвояемости кормов и увеличения яйценоскости.

Научно-хозяйственный опыт показал, что введение в рацион кур-несушек технического жира позволяет повысить яйценоскость птицы более, чем на 8 %, снизить расходы кормов на производство 100 яиц на 28,3 кг и, соответственно, себестоимость 1000 яиц в опытных группах составила 32 руб. 55 коп.

Опыт оправдался, он показал большую экономическую эффективность, и птицеводы совхоза взяли его на вооружение, внедрив в производство. Положительные результаты не замедлили сказаться. Если в 1971 году на производство 1000 яиц расходовалось 297 кг кормов, то в 1972 – 249 кг, а в прошлом – 176 кг. Увеличилась продуктивность птицы. Если в 1966 году яйценоскость составляла 140 штук, то в прошлом году – 222 яйца. От производства яиц получено 505 тысяч рублей прибыли, от продажи государству диетического птичьего мяса – 33 тыс. руб., от реализации цыплят населению – 3,2 тыс. руб., от продажи племенного молодняка птицы – 9 тыс. руб. при пятилетнем плане продать государству 70 млн. штук яиц, за три года пятилетки совхоз продал 45 млн. штук.

Безусловно, на росте птицеводства, повышении его эффективности сказалось не только улучшение кормления, но и содержании птицы, перевод всей отрасли на промышленную основу. Коллектив птицеотделения, возглавляемый управляющим коммунистом Сергеем Ивановичем Баженовым, смело взялся за внедрение содержания птицы в клеточных батареях.

Причем, следует подчеркнуть, что специалисты, все птицеводы проявили творческий подход к решению этой проблемы. Клеток заводского типа, как известно, не хватает, а ждать их – значит затянуть развитие птицеводства, сорвать выполнение пятилетнего плана по поставкам яиц и птичьего мяса государству.

Творческая мысль совхозных умельцев подсказала, что можно непосредственно в совхозе сделать деревянные клетки. Они были сделаны, что дало возможность в три раза увеличить количество кур-несушек в птичнике. Сейчас на птицеотделение имеется 115 тысяч птицемест.

Теперь совхозные умельцы В. Е. Везигин, В. Н. Шиндряев, П. А. Галчатников под руководством гл. инженера П. А. Грунского и механика по трудоемким процессам А. И. Тырышкина завершают монтаж импортных одноярусных батарей для кур-несушек, а для цыплят одноярусные клетки уже смонтированы.

Птицеводы отделения наглядно увидели преимущество клеточного содержания птицы и охотно взялись за реконструкцию птичников. Здесь проявился поистине массовый энтузиазм. Как известно, монтаж клеток – это мужская работа, но за это дело с желанием взялись цыплятницы (никто их не заставлял) Е. Бурякова, А. Ребус, Е. Вавилова, М. Крупенко во главе с заведующей батарейным цехом Е. Крафт. Своими силами они смонтировали клетки КБЭ-1А на 30 тыс. цыплят.

Научно-хозяйственный опыт, внедренный в производство, перевод птицы на клеточное содержание, сухой тип кормления, использование высокопродуктивной птицы белый леггорн голландского происхождения – все это позволило вести птицеводство на научной основе и повысить его экономическую эффективность. И самый главный положительный результат – выросли замечательные кадры. Это специалисты Р. Н. Шишенина, Т. Х. Карапетян, Н. Д. Никитина, Г. И. Сивцова, М. И. Нахбауэр, со знанием дела возглавившие работу по внедрению научно-технического прогресса в птицеводство. Это мастера высоких сборов яйца, птичницы Э. Г. Герцель, получившая в прошлом году по 234 яйца на курицу – несушку, В. И. Караваева – по 229 и другие.

Отрадно отметить, что на птицеотделении увеличилось число трудовых династий, сюда охотно идут работать целые семьи. Так, семья Никитиных работает уже четыре года, в прошлом она обеспечила сбор по 222 яйца.

В заключение хочется сказать, что, специализируя хозяйство на птицеводстве, совхоз находится на верном пути. Здесь открываются неограниченные возможности для повышения экономической эффективности производства, роста доходов хозяйства. А это исключительно важно для нас, так как совхоз переведен на хозяйственный расчет.

Понятно, мы будем и дальше развивать птицеводство, завершать перевод его на промышленную основу. Бюро крайкома КПСС специально приняло постановление о реконструкции и строительстве птичников, котельной и других служб, о внедрении комплексной механизации с тем, чтобы довести производство яиц до 40 млн. штук в год. Над решением этой задачи напряженно трудится весь коллектив.

С большим воодушевлением рабочие и служащие совхоза восприняли пламенные слова партии, выраженные в Обращении ЦК КПСС к советскому народу. Делом отвечая на Обращение ЦК, коллектив птицеводов решил произвести и продать в четвертом, определяющем году пятилетки 18 млн. штук яиц при плане 17,5; 2000 центнеров птичьего мяса или на 400 центнеров больше плана. Можно быть уверенным, что птицеводы сдержат свое слово. Уже сейчас они ежедневно собирают и отправляют государству более 70 тысяч штук яиц».

М. Сирота,

директор совхоза, кандидат сельскохозяйственных наук.

Михаил Макарович не только ежедневно решал сложнейшие хозяйственные вопросы, но и сам участвовал в субботниках, которые стали неотъемлемой частью жизни северян. Например, на строительстве гаража он сам работал и привлекал своего сына Сергея (ему было 10 лет). Мальчишка на лошади подвозил кирпич к строительной площадке.

По всем направлениям в совхозе шла напряженная работа. Времени на отдых, как и на домашние дела, не было. Он горел и кипел на работе.

В совхоз стали приезжать корреспонденты, писать о его достижениях и успехах.

Объективно, беспристрастно рассказывал о делах совхоза «Белоярский» корреспондент Н. Григорьев в газете «Путь к коммунизму» за 1 января 1975 года. Вот его очерк «Предприимчивость директора».

Предприимчивость директора

Много раз мне приходилось бывать в совхозе «Белоярский». Езжу туда всегда с большой охотой. Это крупное многоотраслевое хозяйство, в последнее время специализирующееся на птицеводстве. Но меня привлекает не только масштабность, а тот новый подход к делу, который присущ коллективу. Здесь хорошо видят перспективу, будущее своего совхоза.

И вселил в людей веру в успехи хозяйства его директор М. М. Сирота. Бывший зоотехник молочного животноводства, никогда не имевший дело с птицей, он как-то быстро «врос» в птицеводство. Забот у него, быть может, больше, чем у некоторых других директоров. В этом «виновен» прежде всего сам Михаил Макарович.

Свою деятельность на посту директора Сирота начал с анализа экономики хозяйства. В его блокноте росли колонки цифр. С помощью специалистов совхоза, старожилов поселка он скрупулезно подсчитывал то, как повысить экономическую эффективность производства, вывести совхоз в число высокорентабельных хозяйств. Тогда-то и родился смелый по своим замыслам план реконструкции птичьего хозяйства, позволяющий увеличить производство яиц в десять раз.

– Сбыточная ли такая мечта, Михаил Макарович? – усомнились в тресте «Птицепром». Шутка ли – 40 млн. яиц в год! Какая к тому у вас реальная возможность? 3-4 типовых птичника. Яйценоскость – полторы сотни на курицу, вал – 4 млн. в год. Начинать по существу нужно с нуля – строить новую птицефабрику с затратами 10 млн. руб. в год, просите 3 млн.

Знал, конечно, Михаила Макарович, что предстоит решение трудной задачи, знал, что взваливает на себя тяжелую ношу. Но тем и интереснее дело, когда вкладываешь в него себя, свое умение, творчество, страсть души. Он трезво взвесил все «за» и «против», учел все, что могло работать на план реконструкции, даже старые скотные дворы, которые пустовали и которые можно приспособить под птичники.

Или дороги. Поток грузов увеличился, а по ним в распутицу ни проехать, ни пройти. Дороги стали тормозить развитие хозяйства. Иной директор все равно отмахнулся бы от них, заявив, что это дело дорожников из ДУ (кстати, так и было). Михаил Макарович взялся, как говорят, засучив рукава. Сколько раз он побывал в краевых организациях, подшефных предприятиях! Доказывал, убеждал в необходимости выделения средств, машин, строительных материалов. Благодаря его заботам, дорога от Первомайского до Северного, протяженностью 17 км, сделана в предельно короткий срок. А объем работ немалый. Сооружен железобетонный мост через реку, поднято земляное полотно, подвезены и вложены десятки тысяч кубометров гравия. Теперь благоустроенная дорога работает на реконструкцию».

Говорят, убедить людей в реальности плана, воспитать верных помощников – сделать полдела. Сказано емко и предельно точно.

– Один я, – развивает в беседе эту мысль Сирота – никакой силы не представляю. Люди, только они, только с ними вместе – так надо ставить вопрос.

Благодаря заботам директора, партийной организации, в совхозе сложился коллектив, который ставит и решает задачи, какие десять лет назад и вообразить было трудно. Люди пашут землю, засевают поля, убирают урожай, а потом за сотни километров едут в тайгу на заготовку леса для строек. Заготавливают столько, сколько нужно – тысячу кубометров за сезон. Люди ставили леса, воздвигали новые здания.

Кому не известно, как работает, ПМК-341 – главный строительный подрядчик совхоза. Положиться на нее, значит загубить дело, затянуть реконструкцию. Михаил Макарович бросил клич: «На стройку!». Переквалифицировались многие рабочие хозяйства, приехали на стройку шефы из промышленных предприятий, пенсионеры из Новоалтайска, наемные бригады строителей.

Нашлись в совхозе и мастера кирпичного производства. Они построили кирпичный завод. Тогда-то и родилась у директора идея организовать строительство жилья методом народной стройки. Хочешь жить в благоустроенной квартире – получай кирпич и другие строительные материалы, после работы в совхозе строй себе дом. Первыми взялись за дело специалисты. Теперь охотно строят бывшие солдаты, которые вернулись в родной поселок со службы и обзавелись семьями. Все закономерно: прочная жизнь вот так и начинается – с хорошего дома.

Совхоз в лесах новостроек. За шесть лет, предшествующих девятой пятилетке освоено 4 020 000 рублей – почти в два раза больше, чем планировалось. Построено птичников и цыплятников общей вместимостью на 101 тыс. голов. Валовой сбор яиц достиг 10 млн. штук, или увеличился в 3,4 раза.

Цифры поразительные, но они бледнеют пред достижениями в первые четыре года девятой пятилетки. Совхоз стал осваивать на капитальном строительстве свыше миллиона рублей в год – в три с лишним раза больше намеченного. Построено шесть птичников, четыре акклиматизатора. Реконструирована мастерская, сооружен гараж для автомашин. Теперь вся совхозная техника под крышей, в тепле, о чем механизаторы многих совхозов мечтают. Построено три новых коровника на 1100 голов, четыре телятника. Смонтирован молокопровод. Сделаны два механизированных тока. Воздвигнут детский сад, пристройка к школе, два дома животноводов, более полусотни двухквартирных домов.

Реконструкция не завершена, но под нее подведена хорошая строительная база. Птицеводство пошло гору: валовой сбор яиц увеличился в 5 раз и составил свыше 21 млн. в год, прибыль около 800 тысяч. Подтянуто на передовые позиции к высоким рубежам животноводство: молочное стадо выросло за последние два года на 200 голов, заготовки молока на 1200 центнеров в год. Благоустраиваются, хорошеют поселки. Пополняется, растет совхозная семья. В Северном красуются целые улицы типовых домов, где справили новоселье молодожены. Нынче отпраздновали 34 свадьбы, зарегистрировано 54 новорожденных – такого давно не было в совхозе.

Вместе с коллективом вырос и сам Михаил Макарович, как директор и знаток птицеводства. Защитил кандидатскую диссертацию по научному кормлению птицы. Нелегко ему было управлять хозяйством и учиться в аспирантуре. Приходилось ночами просиживать над книгами, над научным обобщением опытов, которые ставились непосредственно на птицефабрике. Устал, конечно, и теперь, вроде можно было передохнуть. Но не знает покоя беспокойное сердце директора. Новые хлопоты, новые заботы одолевают его. Вникая в глубинные тайны птицеводства, Сирота заметил, что помет птицы богат витаминами и другими элементами, полезными для скота. И вот снова научно-хозяйственные опыты, исследования. Лаборатория Алтайского научно-исследовательского проектно-технологического института животноводства подтвердила предложения Михаила Макаровича о полезности кала птицы. И теперь он озабочен строительством в совхозе установки для силосования птичьего помета. Как знать, может, этот научный опыт положит начало его докторской диссертации.

А недавно, в последнюю мою командировку в совхоз, Михаил Макарович «потянул» меня далеко в степь на заснеженное поле. Оказывается, здесь развернулось строительство водохранилища. Девятиметровая плотина, которая сейчас воздвигается в трескучие морозы, позволяет накопить около 3 млн. кубометров воды. Уже летом водохранилище оросит свыше 400 гектаров многолетних трав, положит начало рождению в хозяйстве новой отрасли – рыбоводства.

Никто не обязывал Сироту воздвигать такое сооружение, в планах совхоза оно не значится. Он сам взвалил на свои плечи эти заботы, добился средств на стройку. Такой уж он есть – предприимчивый, беспокойный».

Н. Григорьев, поселок Северный Белоярский совхоз.

Где бы ни работал Михаил Макарович, всегда близко к сердцу принимал человеческие нужды, поэтому, несмотря ни на какие трудности, он старался улучшить быт тружеников села.

Так, в газете «Ленинское знамя» от 27 мая 1977 года корреспондент Л. Седельникова в очерке «Директор» пишет: – «Теперь-то в Лебяжке, и в Северном и в Новокраюшкино все по-иному. И жилых домов много, и клубы, а в Северном даже Дом Культуры на 330 мест, школа средняя (в других отделениях – восьмилетняя) детский сад на 90 мест, торговый центр со столовой. И дороги. Замечательные дороги! Вот главная улица в Северном заасфальтирована. Многие сотни метров водопровода.

Спрашиваю у Михаила Макаровича:

– Какой день вы считаете самым огорчительным?

– Самым?… Шел сев зерновых. В шестьдесят шестом. Первым кончило Лебяжское отделение. Пригласили меня женщины к себе на праздник (как-то уж случается, что и на свадьбы к молодым хожу, и на «серебряные», и на «золотые» тоже, а как же? Директору каждого человека надо знать, как самого себя). Так вот. Пришел я к ним. Заговорили. А потом одна женщина подносит мне стакан желтоватой жидкости. Я подумал – пиво, отказался: не пью, мол…» А она: «Конечно, такую водицу только мы, рабочие должны пить, начальство не может…»

– Как плетью по лицу. Ведь здесь не только водопровода – колодца ни одного не было. Привозили воду в цистернах. В том же году мы стали строить водопровод. На Лебяжьем – в первую очередь. Сейчас там километр и семьсот метров труб проложено. А всего по совхозу – десять километров водопровода. Пруд есть – красавец. Люди раньше уезжали оттуда, потом возвращаться стали.

– А какой самый радостный день?

– Когда первый автобус прошел по дороге и по новому мосту. Праздник был…»

Много потом в Белоярском совхозе было праздников. Их создавали люди своими трудовыми руками.

Автор очерка продолжает: «Однажды Алтайское телевидение показывало выступления участников художественной самодеятельности – коллективов – победителей районных и краевых смотров. И среди них – хор Белоярского совхоза. В хоре пела семья Сироты во главе с Михаилом Макаровичем. Увлеченность семьи Сироты положила начало активной работе художественной самодеятельности в совхозе. Дирижером стала учительница Валентина Борисовна Сирота, в ансамбле играли на балалайке Михаил Макарович и Оля, а Таня на аккордеоне. Тогда-то участников самодеятельности стало 80 человек».

7 ноября 2009 года Дом Культуры посёлка Северного отметил своё 40-летие. Это был настоящий праздник для всех: для тех, кто стоял у истоков создания художественной самодеятельности, для тех, кто продолжал и продолжает это дело, для тех, кто после трудовых будней приходил сюда и рукоплескал своим талантливым односельчанам. Праздник удался на славу, зал был переполнен, зрителей наполняло чувство невозвратимости того времени. В то время они со своим директором созидали, а теперь разрушено всё: нет совхоза «Белоярский», одни остовы стоят от когда-то мощного птицеотделения, которое давало 40 млн. яиц в год. Остался один «островок», в котором 40 лет назад был зажжён огонёк нашим поколением. Это – Дом культуры. К этому событию я написала стихотворение, которое отражает реальность тех лет.

Совхоз «Бедняк», директор Сирота,

Когда-то в шутку, а когда всерьёз

Сказал Макарыч шефам,

Вот эти самые слова.

А ведь на самом деле

Была тогда реальность такова:

Кругом убытки, грязь и нищета.

Ни гаража, столовой нет и нет дорог,

И люди выживали, кто как мог.

В двух арочных дворах

В условиях ужасных жили куры,

А в бывшей кузнице

Чуть тлел очаг культуры.

«Не можем в бедноте мы больше жить», –

Так заявил директор Сирота.

Нам нужно много строить,

Хозяйство развивать,

Чтобы достойно жить, детей рожать и семьи создавать.

И закипела жизнь вокруг:

Построили в Лебяжьем чудо – пруд,

Столовую открыли,

А в новый магазин товары завезли,

Пристройку к школе сделали,

Отсыпали дороги,

Мост через речку возвели.

По ним теперь машины мчатся

Не то, что раньше, еле по грязи ползли.

И Дом Культуры распахнул перед народом двери.

Ведь люди не во тьме,

Со светом жить хотели.

И жизни смысл не только в том,

Чтоб только жить одной работой и одним трудом.

Хоть руки доят, строят, косят,

Душа – то ведь жива, она ещё и песни просит.

И с этой сцены вдруг запел огромный хор.

Директор в нём стоял,

А рядом птичница, доярка, учитель и шофёр.

Оркестр народный в этом зале зазвучал

На балалайке в нем Варламов Александр,

Геннадий Фукс, Мартын Иванович играли.

Аккорды на гитаре мутер Дина выдавала,

А Варя Франк немыслимые ритмы на своём бубне отбивала.

Мальчишки на гармошке русской заиграли,

А девочки с аккордеонами в руках

Ни в чём своим друзьям не уступали.

Культуру и духовность артисты из народа

С этой сцены принесли,

На смотрах честь совхоза защищали, как могли.

И радостно сегодня сознавать,

Что огонёк, который мы зажгли когда – то,

Не гаснет и не тлеет,

Очаг культуры жив

И с прежней силой ваше сердце греет.

Любое дело, которое бы ни начинал Михаил Макарович, все доводил до конца, никогда не затягивал на годы начатое. Его гордостью и просто счастьем было осуществление давнишней мечты – строительство пруда. А сколько планов было связано с ним! В основном стройка шла зимой, и не все строители были одеты тепло. А там степь, пронизывающий ветер, мороз. И вот однажды он забегает домой берет полушубок и отдает зашедшему с ним мужчине – строителю пруда и тут же забирает у меня полученную им зарплату и передает ему, чтобы он раздал рабочим (по какой-то причине им не выдали деньги). Для него люди и работа были превыше всего.

Я хочу, чтобы мой дорогой читатель окунулся мысленно в то далекое время, почувствовал энергетику того периода, патриотизм, и вместе с корреспондентом газеты «Путь к коммунизму» Н. Григорьевым, читая статью за 21 января 1975 года «Быть водохранилищу в степи», побывал на строительстве пруда и почувствовал ту атмосферу, которая царила там. Итак, читаем:

Быть водохранилищу в степи

Далеко в степи, на заснеженном поле обосновался участок «Алтайводостроя» со всей приданной ему техникой: два бульдозера С-100, экскаватор Э-659, два автоскрепера и несколько самосвалов. Обосновался не на зимовье, а на работы по возведению водохранилища.

Отряд мелиораторов подобрался боевой, работящий. Ему не страшны ни вьюги, ни трескучие морозы. Взять хотя бы экскаваторщика Константина Федоровича Зайцева. Он кавалер Трудового Красного Знамени, бывалый мелиоратор – возводил плотины в с. Первомайском, в Логовском совхозе. Сейчас в зимнюю стужу, он выдает до 300-400 кубометров грунта в смену. Прекрасные знатоки своего дела, крепкие сибирские парни бульдозеристы Василий Крутько, Василий Миуль. А вот мастер участка Виктор Скордин – явная противоположность им. О нем не скажешь, что он крепкий сибирский парень. В Сибири он совсем недавно, после окончания учебного заведения. И приехал сюда в демисезонном пальто. В тех теплых краях, где учился, слышал о суровом климате Алтая, но явно недооценил, вот и оказался в легкой одежде. И хотя Виктор не успел закалиться на степных морозных ветрах, чувствует он себя бодро, почти весь рабочий день в поле, на плотине, где основной фронт работ.

Надо заметить, что далеко не везде увидишь такой деловой настрой, какой царит на сооружении водохранилища в совхозе «Белоярский». Скажем, в Барнаульском совхозе сославшись на непогоду, мерзлый грунт водостроевцы прекратили мелиоративные работы, а в «Белоярском» долбят землю, отсыпают плотину.

Настрой задал директор совхоза М. М. Сирота. Редкий день он не бывает на стройке. Интересуется буквально всем: и какой грунт, и какая нужна техника, чтобы преодолевать мерзлоту, облегчить работу экскаваторщика и сколько сегодня нужно поставить самосвалов.

Проявил отеческую заботу о быте мелиораторов. В ближайшем совхозном селе Лебяжьем для них оборудовано общежитие, организованно общественное питание, в столовой для них готовятся отменные блюда. Люди обеспечены теплой одеждой. Мне доводилось слышать, как Михаил Макарович советовал мастеру Скордину сменить демисезонное пальто на шубу, которую он распорядился выдать с совхозного склада.

Благодаря заботам Сироты, сооружение водохранилища стало, по существу, стройкой общесовхозной, народной. Совхоз закупил и вывез для водовыпуска более ста погонных метров труб шефы – железнодорожники вагонного депо ст. Алтайская – уложили в донный водовыпуск 250 кубометров бетона. А когда нужно было произвести работы по устройству глиняного замка, на стройку вышли рабочие, школьники, домохозяйки. Все 90 участников массового субботника работали с полной отдачей сил, затрамбовали 400 погонных метров грунта высотой до двух метров, подготовили фронт для зимних работ.

Водохранилище – стройка внеплановая. Вопрос о его сооружении решался буквально в последние месяцы минувшего года, решился по настоянию директора, парткома совхоза. Было выделено 186 тысяч рублей, определен подрядчик.

– Это самый экономичный водозабор, какой мы строили – поясняет главный инженер Барнаульского СМУ Виталий Павлович Голубицкий. Дело в том, что он делается на базе бывшего озера в логу, который берет начало за пределами границ совхоза. Тем самым уменьшается объем работ. Сама местность благоприятна для накопления больших запасов весенних сточных вод. По расчетам девятиметровая плотина, которая здесь сооружается, позволит накопить не менее 3,2 млн. кубических метров воды.

Строительство ведется по новым экономическим расчетам. Как правило, верхний откос плотины мелиораторы делают с уклоном 1*3. Здесь же условия местности позволяют сделать с уклоном 1*10. К тому же не требуется производить бетонное укрепление верхнего откоса.

Но объем работ все же не мал. Требовалось очистить ложе пруда от кустарников, сделать осушительную сеть, рыбосборную яму, отводящие и подводящие каналы, уложить 300 кубометров бетона. И если эти работы в основном выполнены осенью, до морозов, то главная – отсыпка плотины – пришлась на зиму. Причем, медлить нельзя. Не сделаешь до весны плотину, вешние воды размоют все сооружения, пропадет вложенный труд, материалы. Вот и торопятся строители участка. Долбят мерзлую землю, доставляют ее на плотину. Поднять нужно около 40 тыс. кубометров.

Плотина «растет», она продвинулась на 800 метров и по высоте близка к назначенной отметке. Весной она преградит путь вешним водам и рукотворное озеро разольется в степи на площади свыше 100 гектаров. Глубина его будет не меньше трех метров.

Уже летом нынешнего года вода напоит около 400 гектаров близлежащих земель, позволит получать на орошаемых участках два укоса многолетних трав.

– Осуществляется – делится своими мыслями Михаил Макарович Сирота – наша давняя мечта: поставить кормопроизводство на промышленную основу, не быть зависимыми от капризов природы.

Закупили в хозяйствах Саратовской и Ульяновской областей семена житняка, экспорцета. Расширим посевы многолетних трав. Станем получать высокие урожаи ценных питательных кормов, которые пойдут на производство витаминной травяной муки, кормосмесей.

Но ценность водохранилища не ограничивается орошением и увеличением производства кормов. Рукотворное озеро даст начало рождению новой отрасли хозяйства – прудовому рыболовству, станет прекрасным местом отдыха рабочих совхоза.

Но не пришлось Михаилу Макаровичу воспользоваться плодами своего труда и довести начатое дело до конца. Три месяца оставалось до очередной реорганизации хозяйств. А новое руководство совхоза «Белоярский» не воплотило в жизнь ни один из замыслов Сироты по использованию этого рукотворного озера. А пруд и в самом деле был красавец. Уже работая в другом хозяйстве, он часто приезжал после работы сюда и с высоченной плотины любовался красотой, творением человеческих рук, и огорчался от не завершенных им планов.

Девять лет, с апреля 1966 года по апрель 1975 года, Михаил Макарович отдавал свою энергию, ум, творчество восстановлению и развитию совхоза «Белоярский».

60-е – 70-е – 80-е годы двадцатого столетия были годами преобразования и подъема сельского хозяйства. В 1965 году был образован Первомайский район с центром в г. Новоалтайске. Первым секретарем райкома партии был избран Николай Константинович Аверкин, который долгие годы был партийным вожаком района. Подобралась сильная команда, и жизнь района в эти годы просто бурлила. По всем направлениям Первомайский район развивался очень интенсивно, и хозяйства района достигли значительных успехов. За это время было создано пять новых совхозов, построена мощная уткофабрика.

В 1974 году Н. К. Аверкина переводят в г. Барнаул на должность главного государственного инспектора по закупкам и качеству продукции сельского хозяйства. На должность первого секретаря он рекомендует Михаила Макаровича, но тот категорически отказывается. Позднее неоднократно были предложения о переводе на более высокую должность. Но он не изменил земле, на которой трудился, не изменил людям, с которыми прошел трудные дороги развития хозяйств. Его не прельщала кабинетная работа.

И первым секретарем был тогда избран Дмитрий Егорович Нартов – директор совхоза «Логовской».

Вся наша семья уже «приросла» к Северному. Все дети, начиная с первого класса, учились в Северной средней школе, кроме Сергея (он пришел во второй класс). Я работала в школе, потом пришлось принять детский сад. На этом маленьком производственном участке тоже нужно было «поднимать целину», чтобы детям было здесь комфортно. Благоустраивали территорию детского сада, сажали деревья, цветы, ставили новое оборудование. Коричнево-зеленые цвета в оформлении групп поменяли на радужные, светлые тона. И все это благодаря дружному коллективу. Здесь все, без исключения, трудились по зову своей души. Молодые воспитатели, приехавшие после окончания педучилища, были полны энтузиазма. Это Любовь Алексеевна Бебко, Галина Пименова, Лидия Фукс и др. Прекрасно готовила повар Людмила Бабак, чистейшее белье выдавала прачка Лидия Сартисон, добрая, отзывчивая нянечка Амалия Гоффардт. Ее ласковые руки, согревали каждого ребенка в ясельной группе. Работа в таком коллективе была просто в радость.

На краю березового колка построили новый дом. Переезжали мы в него без Михаила Макаровича – он был в командировке. Сыну Сергею на конюшне запрягли лошадь, и мы с детьми постепенно все перевезли в новое жилище. Дружно обустраивались на новом месте. Посадили сад: было много яблонь, малины, привозили полевые цветы и рассаживали, создавая маленький уголок леса. Держали свое хозяйство, но оно было не в тягость, а в радость. Какое это чудо – встать в пять часов утра, подоить корову, проводить в стадо, услышать пение соловья, увидеть утренний рассвет. Сергей закончил 10 классов и поступил в сельскохозяйственный институт, девочки еще учились в школе. И вот этот устроенный быт, казалось, был теперь на всю жизнь. Но нас снова ждал переезд.

1949 г. Михаил Сирота в кругу семьи (стоит слева)

1953 г. Первый трудовой год. Красноярский край лесопункт “Лабазная”.

1956 г. Приезд в отпуск из армии. Украина, г. Городище.

Рядовой Михаил Сирота у знамени в/ч 62546.

1961 г. Главный зоотехник совхоза “Новоалтайский” Мельман и ветврач М. М. Сирота.

1964 г. Москва. М. М. Сирота с семьей на Красной площади.

1964 г. Совхоз “Санниковский”. Директор В. А. Соколенко и главный зоотехник М. М. Сирота.

1969 г. “Белоярский” совхоз. Молодой директор.

1974 г. “Белоярский” совхоз. На концерте М. М. Сирота с дочерью Ольгой.

ПФК “Молодежная”. Концерт к Дню птицевода. Постоянная участница концертов Варя Франк с ансамблем.

1984 г. М. М. Сирота на украинском поле.

1985 г. Делегаты ПТФ “Молодежная” на районной партийной конференции.

1983 г. Делегаты отчетно-выборной партийной XXV конференции.

1984 г. Слет передовиков сельского хозяйства М. М. Сирота с Героями Социалистического Труда И. А. Силиной и О. В. Гавриленко.

М. М. Сирота с передовиками производства ПТФ “Молодежная”.

Е. А. Заречнева заслуженный зоотехник России, кавалер орденов “Знак Почета” и Трудового Красного Знамени

О. В. Гавриленко, Герой Социалистического Труда, кавалер орденов Ленина и Октябрьской революции

Панорама ПТФ “Молодежная”.

Проводы на пенсию Усовой Галины Александровны.

1981 г. Лыжные соревнования

В свободные минуты.

Комфортно детям в детском саду “Сказка” ПТФ “Молодежная”.

Собственное производство продуктов питания ПТФ “Молодежная”

Германия, г. Франкфурт-на-Майне. Среди друзей – бывших тружеников совхоза “Белоярский”

1995 г. Пасха. М. М. Сирота с батюшкой отцом Анатолием.

1999 г. Г. Н. Селезнев вручает М. М. Сироте мандат депутата Государственной Думы Российской Федерации.

Между заседаниями в Госдуме.

Депутаты Госдумы от Алтайского края М. М. Сирота и Н. Ф. Герасименко.

В канун нового 2000 года. Н. И. Рыжков, А. Н. Чилингаров, О. В. Морозов, М. М. Сирота.

Так радовался Михаил Макарович своему последнему земному пристанищу.

Счастливые минуты. Среди любимых внуков.

ʷ

Пусть нелегка была у нас дорога, но мы сумели все преодолеть

«Надо жить, чтоб в землю врезать

След поглубже, позаметней,

Чтобы твое осталось дело,

Словно дуб тысячелетний».

Муса Джалиль

19 мая 1975 года был получен приказ о назначении М. М. Сироты директором вновь созданной птицефабрики «Молодежная». Началась новая и последняя веха в его жизни, продолжавшаяся почти 26 лет. Я часто задумываюсь над тем, почему так сложилось, что Михаил Макарович всегда приходил в новые хозяйства на раздел. Что это – судьба или испытания, посланные свыше?

В новых хозяйствах все начиналось практически с нуля. Но такого раздела, какой был при создании птицефабрики, еще не было. Все производственные помещения, столовые, дома культуры, лучшая техника и многое, многое другое осталось в совхозах «Светлый путь» и «Белоярский». Много спорных вопросов возникало по квартирам. В детских садах прекратили прием детей, родители которых работали на птицефабрике, а директор, пришедший в Белоярский совхоз, вообще отдал приказ об отчислении всех детей, чьи родители работали на фабрике. Образовалось, как будто, два лагеря.

«Орден Ленина», которым был награжден совхоз «Светлый путь», передали фабрике, но со стороны руководства совхоза было столько претензий, что фабрика вынуждена была вернуть им эту награду. Кстати, когда это, когда-то мощное, сельскохозяйственное предприятие прекратило свое существование, то и концов этого ордена не нашлось. Так же канул в Лету и совхоз «Белоярский».

Птицефабрике же достались только птицеводческие помещения, огороженные забором. Правда, на Северном отделении было построено много птичников, и забор был из бетонных плит. На Первомайском же отделении – дощатый забор и вагончик-проходная. Кроме того, со стороны руководства обоих хозяйств отношение к вновь созданному предприятию было, мягко говоря, не совсем дружественное.

Чтобы организовать питание для рабочих птицефабрики, пришлось обеды готовить на полевом стане, что в нескольких километрах от фабрики, и возить на территорию. Со стороны бывших хозяйств было отказано в получении молока с ферм для выдачи спецпайка рабочим. Срочно пришлось закупать коров.

Обстановка была очень тяжелая. Редкая ночь проходила спокойно. Обычно в полночь раздавались звонки от сторожей: то пожар, то воровство, то энергию отключили. Я привожу только некоторые факты, дающие представление об атмосфере, царившей тогда. И как вы думаете, легко ли было Сироте? Позднее Екатерина Алексеевна Заречнева, вспоминая те времена, скажет: «Не было бы фабрики, да Господь Бог Сироту послал».

Это сейчас люди знают о фабрике, как о мощном, прибыльном сельхозпредприятии, а что было тогда? Контору разместили в старом, приспособленном помещении рядом с фабрикой. Позднее, когда в совхозе «Светлый путь» было закончено строительство новой прекрасной конторы, администрация фабрики арендовала бывшее совхозное здание.

Как всегда, Михаил Макарович, засучив рукава, принялся за дело. Эмоциям места не было. Территория птицефабрики превратилась в огромную строительную площадку. Строили гаражи, мастерские, склады, контору, столовую, котельную и многое другое. Главные специалисты стали той огромной силой, которая воплощала в жизнь намеченные планы.

Екатерина Алексеевна Заречнева – «Заслуженный зоотехник России» – главный зоотехник фабрики. Она, бывший городской житель, после окончания сельхозинститута приехала в село и душой приросла к своему делу, к людям, с которыми работала. Она лихо научилась управлять лошадью – тогда это был основной транспорт. Статная, не обделенная привлекательностью Екатерина Алексеевна слыла человеком строгим, требовательным, справедливым. Свое дело она знала отлично, обладала глубокими знаниями. С любовью и уважением относилась к тем людям, которые своим трудом создавали богатство фабрики, и передавала им свои знания. На фабрике трудились все, не считаясь со временем. Начинали не по гудку, а это значит – в 5-6 часов утра, и работали столько, сколько требовало дело. Без упорного труда людей фабрика едва ли добилась бы выдающихся показателей.

Георгий Архипович Тишков – главный инженер – спокойный, выдержанный, отличный специалист. Под стать ему был инженеры Леонид Иванович Баркалов и Анатолий Федорович Девятов – немногословные, но деловые, безотказные, с крестьянской сметливостью.

Главный прораб Лев Михайлович Швед отвечал за строительство. В его команде были мастера своего дела – Виталий Харлампиевич Дёмин, Тамара Николаевна Кормщикова, Валентина Дементьевна Конева, Виктор Иванович Шибков.

Экономическую службу возглавлял Николай Иванович Краевский – специалист высокого класса с аналитическим складом ума. Анатолий Семенович Безукладников – главный бухгалтер, его незаменимый заместитель – Галина Михайловна Девятова – спокойная, выдержанная, деловая, отлично знающая свое дело. Партийную организацию возглавлял Владимир Фадеевич Кузьмичёв. Позднее главой парторганизации стал молодой, энергичный, неравнодушный Алексей Яковлевич Шаптала. Он был надежным помощником директора во всех начинаниях и делах. Катя Иволгина – комсомольский вожак. Профсоюзную организацию представлял Николай Иванович Шамилин. Во главе отделений стояли коммунисты Валентин Александрович Щербинин, Баженов Сергей Иванович.

Специалисты среднего звена несли на своих плечах всю тяжесть организаторской и зоотехнической работы непосредственно на местах. Огромный вклад в развитие лаборатории внесли Августа Васильевна Железнякова, Мария Георгиевна Кабанова. Самоотверженно трудилась Нина Ивановна Вострикова, носившая звание «Заслуженный зоотехник России». Ответственными и просто незаменимыми на своих участках были зоотехники Елизавета Тарасовна Черепанова и Александра Васильевна Лыжова. Невозможно перечислить всех, кто стоял у истоков фабрики и был причастен к ее достижениям. Но каждый из этих специалистов был частью «золотого фонда» вновь созданного хозяйства.

Целая плеяда орденоносцев выросла на фабрике за время ее становления и развития. Я постараюсь поименно назвать хотя бы небольшую часть коллектива, кто был причастен к этому созидательному труду. Кавалер многих орденов, слесарь-оператор Василий Иванович Плотников. Первым без цыплятницы стал работать Владимир Алексеевич Шастин, на его попечении было 26 тысяч цыплят. Слесарь-оператор Николай Евгеньевич Сартаков – кавалер орденов «Октябрьской революции» и «Трудового Красного Знамени», мастер «золотые руки», в паре с птичницей Героем Социалистического Труда Ольгой Владимировной Гавриленко добивались высочайших результатов.

Алла Ивановна Силина приехала на Алтай на целину с Урала, отлично освоила новую профессию, возглавила бригаду по производству яиц, и за свой самоотверженный труд получила высочайшую награду Родины – звание Героя Социалистического Труда. Она неоднократно избиралась депутатом Верховного Совета РСФСР. Добрая, гостеприимная, приветливая, щедрая Алла Ивановна заслужила уважение взрослых и детей.

Одной из трех бригад по производству яиц руководила Раиса Михайловна Баркалова. После школы она пришла на фабрику, заочно окончила техникум. Деловая, немногословная, она, не считаясь ни со временем, ни со здоровьем, до самого ухода на заслуженный отдых трудилась на фабрике. Её труд отмечен орденом Трудовой Славы III степени.

Трудились, не покладая рук, птичницы и цыплятницы, доярки и телятницы, ветераны труда Любовь Ивановна Кошкина, Любовь Петровна Котельникова, Евдокия Ивановна Михайлова, Галина Андреевна Телкова, Надежда Ивановна Масленникова, Татьяна Евстигнеевна Афанасьева, Мария Никитична Володичева, Зоя Максимовна Бородина, Вера Ивановна Скворцова, Анастасия Семеновна Ермакова, Зоя Тихоновна Королёва, Вера Петровна Гусельникова, и многие другие. Дорогие русские женщины, великие труженицы, на вас держалась и держится матушка-Русь. Как поется в песне, вы прежде думали о Родине, а потом о себе. И Родина высокими наградами отметила ваш труд.

С любовью, терпеливо обрабатывали землю, растили урожай, вывозили хлеб с полей, ремонтировали технику, были преданы своему делу орденоносцы: Иван Павлович Евсеенко, Николай Васильевич Мещеряков, Василий Афанасьевич Власов, Владимир Иосифович Мальцев, Николай Федорович Соболев, Виктор Прокопьевич Корсунов, Владимир Григорьевич Гусихин, Алексей Никтович Подзубанов…Трудно назвать всех, кто отдавал свой труд фабрике.

Коллектив птицефабрики сделал серьезный вклад в развитие промышленного производства, что было по достоинству оценено. По итогам 1976 года ПТФ «Молодежная» была награждена переходящим Красным Знаменем Совета министров РСФСР и ВЦСПС. И вклад этот, конечно, был общий, а, значит, и радость общая, большая, одна на всех.

Только за первые два года вошли в строй 4 птичника на 160 тыс. голов, цех производства витаминной муки производительностью тысяча тонн в год, теплый гараж на 60 автомобилей, реконструкции подверглись 10 птичников и акклиматизаторов. В последующие два года построили столовую, цех здоровья, зимовальник для молоди рыбы, семьдесят квартир с городскими удобствами. 47 объектов строилось хозяйственным способом, а это не шутка – строительство хозспособом в то время, когда все было лимитировано – и деньги, и стройматериалы.

Приближается десятилетний юбилей основания птицефабрики «Молодежная». Под рубрикой «Коммунисты 80-х» корреспондент Б. Шовкун в газете «Путь к коммунизму» в статье «Рачительный хозяин» как бы подводит итоги этого периода. Итак, знакомимся с ее содержанием:

«Приближалась славная дата десятилетия создания птицефабрики «Молодежная», и ее бессменный директор Михаил Макарович Сирота прикидывал в уме, что скажет людям, с которыми вместе прошел этот путь. Каким было начало?

В 1975 году продали государству 89 миллионов яиц и 670 тонн мяса. Какие же разительные перемены произошли на фабрике, если на тех же площадях стали получать в год 123 миллиона яиц и 1150 тонн мяса!

– За счет чего мы этого достигли? – размышлял Михаил Макарович. – Главное, в союзники взяли достижения научно-технического прогресса, произвели реконструкцию птичников, заменили устаревшее оборудование на современное, перевели птицу с напольного на клеточное содержание. Взялись за повышение знаний всех работников, принялись за внедрение у себя передового опыта птицеводов страны. И сразу осуществили заметный скачок: в птичнике, где содержалось ранее 8 тыс. кур, теперь стало 40-60 тыс. увеличилась нагрузка на обслуживающий персонал. Если до реконструкции два человека обслуживали 8 тыс. кур, то теперь 4 человека – 60 тыс.»

– В самом начале у нас было 220 квартир и 800 работающих, а теперь 500 квартир и 1065 работающих, – сопоставлял Михаил Макарович. – Если 10 лет назад на одного работающего производили продукции на 21 тысячу рублей, то в минувшем году на 30 тысяч. Есть рост и по зарплате.

Те, кто начинал трудиться на птицефабрике в момент ее создания, помнят, что не было тогда ни конторы, ни гаража, ни детсада, а на квартиры была большая очередь. Стали много строить. Сам директор почти каждый свой рабочий день начинал с обхода строящихся объектов. И радовались люди, когда в строй действующих вступили детский сад на 140 мест (и еще один строится), две столовые, теплая стоянка для автопарка и реммастерские площадью 3600 квадратных метров, пилорама, столярный цех, два яйцесклада, весовые, стадион, два медицинских профилактория, новые жилые дома.

Решили вопрос по безотходному производству и в птицеводстве: построен и действует утильцех, где производится более 400 тонн мясокостной муки в год. Это солидная добавка белкового корма для птицы. Построен цех по производству яичного порошка, на производство которого идет нестандартное и нарушенной скорлупой яйцо. Теперь ежегодно производится около 40 тонн яичного порошка, который хорошо хранится, транспортируется и пользуется спросом. И это тоже его задумка. Вместе с инженерно-техническими работниками он претворял ее в жизнь, а теперь хочет осуществить еще одну – производство торфяно-пометных компостов – богатейшего органического удобрения.

Не раз я встречался с Михаилом Макаровичем. Однажды он сказал:

– У нас имеется 1550 гектаров пашни, четвертая часть площадей орошается. Мы многое делаем по повышению урожайности, и возможности еще не исчерпаны. Если 10 лет назад с этих площадей брали продукции на 50 тысяч рублей, то теперь на 256 тысяч. Вот что значит научно-обоснованный подход к земле, к овладению ее богатствами!

С думой о людях всегда жил директор. Так, для обеспечения работающих продуктами питания, на фабрике завели подсобное хозяйство (коровы, свиньи, пчелы), откуда поступает ежегодно 300 тонн молока, 85 тонн мяса, 12 тонн меда. Покупая, люди говорят слова благодарности своему директору за это.

Как-то на одном из собраний Михаил Макарович Сирота с чувством законной гордости говорил:

– Для того, чтобы наша молодежь, наша смена имела возможность учиться, отдыхать, заниматься спортом, на фабрике созданы все условия. В ВУЗах и техникумах очно и заочно по направлениям учатся 72 человека. Построено молодежное кафе, оборудованное светомузыкой, построена летняя танцплощадка в парке, где играют духовой и эстрадный оркестры. Созданы спортивные секции. Наши спортсмены занимают призовые места в соревнованиях по лыжам, волейболу, футболу, легкой атлетике. Ежегодно проводятся районные соревнования по волейболу на приз Героя Социалистического Труда Ольги Владимировны Гавриленко.

Молодежь всегда и во всем чувствует заботу со стороны Михаила Макаровича Сироты, председателя совета наставников Анатолия Семеновича Безукладникова, опытных старших товарищей. И шефство-наставничество позволило молодым без промедления осваивать передовые приемы труда, внедрять опыт передовиков. Часто молодые птицеводы, слесари-операторы, механизаторы, сантехники, столяры не уступают опытным рабочим, а нередко в соревнованиях выходят победителями.

Тесная связь установилась между птицеводами и учащимися средней школы. Каждый класс заключил договор на соревнования с определенной бригадой, и теперь ежемесячно встречаются полным составом, рапортуют друг другу о своих достижениях.

Увлеченно рассказывал Михаил Макарович, как в прошлом году организовали для старшеклассников и проводили учебу молодых птицеводов под руководством ветерана производства, Героя Социалистического Труда, Ольги Владимировны Гавриленко. Она проводила практические занятия, а теорию преподавали главные специалисты птицефабрики: Е. А. Заречнева – главный зоотехник, главный ветврач С. Я. Калиновский, главный инженер Л. И. Баркалов, главный экономист В. И. Вишневский, главный бухгалтер А. С. Безукладников, главный энергетик В. И. Мезенцев, инженер по технике безопасности Н. И. Шамилин, и секретарь парткома А. Я. Шаптала. Конечно же, пройдя курс обучения, многие старшеклассники, по примеру своих родителей, придут трудиться на птицефабрику. Сама жизнь подсказала эту форму пополнения кадров.

Наблюдая за молодежью, Михаил Макарович убедился, что не все выпускники стремятся стать птицеводами, операторами. И тогда возникла идея переподготовки строителей, потребность в которых всегда была и останется на долгие годы. Так, 12 девушек стали штукатурами-малярами, а девять ребят – плотниками-бетонщиками. Их подготовили Леонид Дмитриевич Заболотный и Виталий Харлампиевич Демин.

…Оглядываясь на прошедшие годы, Михаил Макарович Сирота замечает, как выросли производство и люди, улучшилось благосостояние, улучшились условия труда. За эти годы коллектив птицефабрики шесть раз награждался переходящим Красным Знаменем Совета Министров РСФСР и ВЦСПС, Почетными грамотами ЦК КПСС, крайкома партии, крайисполкома и крайкома профсоюзов.

Под руководством партийной, профсоюзной, комсомольской организаций коллектив птицефабрики «Молодежная» направляет свои усилия на улучшение качественных показателей – сохранности поголовья скота и птицы, повышения урожайности и продуктивности, эффективности использования машинно-тракторного парка и оборудования.

– Все старания и планы увенчались успехом благодаря нашим неутомимым труженикам. Это главное наше богатство, – подчеркивал Михаил Макарович. – Мне повезло на единомышленников, но трудно выделить особо кого-то. Назову отдельных. Это мой заместитель Владимир Елизарович Горбенко, главный зоотехник Екатерина Алексеевна Заречнева, наши Герои Социалистического Труда Ольга Владимировна Гавриленко и Алла Ивановна Силина, зоотехники Елизавета Тарасовна Черепанова, Нина Ивановна Вострикова и Елена Иосифовна Скрипкина, ветврачи Людмила Борисовна Шадрина и Валентина Анатольевна Кайгородова. Каждый вносит свою лепту.

Производственные достижения коллектива, – заметил Сирота, – немыслимы без активной поддержки общественных организаций – депутатских групп, народных контролеров, профсоюзных активистов, агитаторов. Они первые проводники решений партии и правительства в жизнь. Это сила, на которую я могу опереться в своей работе, а первые мои помощники – партком, профком, комитет комсомола.

Уметь считать и беречь каждую народную копейку учит Михаил Макарович Сирота всех, начиная от руководителя и кончая рабочим. Запомнилось его выступление на отчетно-выборном партийном собрании. Высоких призывных слов он не говорил, привел лишь такой пример. Бригада Павла Ивановича Подзубанова расходует 150-160 кормовых единиц на получение тысячи яиц, в то время как фабрике в среднем необходимы 179 кормовых единиц. Вот где резерв экономии кормов и получения наивысшей отдачи. Нужно быть рачительными хозяевами.

Рачительный хозяин – именно таким и является Михаил Макарович Сирота. Здесь не поскупятся выделить средства на приобретение медицинского инвентаря, мебели, оборудования для больницы или подшефной школы, на строительство стадиона или молочной кухни для села. Все это обернется пользой для людей. Думать о людях, об их завтрашнем дне – в характере Михаила Макаровича.

Многое сделано за 10 лет руководства коллективом птицефабрики «Молодежная». Но еще не все. Нужно продолжать благоустройство территории, построить пневмопометоудаление, заложить сад, продолжать работы по повышению производительности труда, вести и дальше комплексную программу по созданию материально-технической базы.

Труд 156 рабочих и служащих птицефабрики «Молодежная» отмечен правительственными наградами. Среди них и директор птицефабрики «Молодежная» Михаил Макарович Сирота.

Обстановка постепенно стабилизировалась, фабрика была на подъеме, жизнь входила в свою колею. Можно было подумать и об отдыхе. В августе 1990 года Гейдт Петр и его жена Амалия прислали нам приглашение и вызов в гости в Германию. С одной стороны, было приятно, что они пригласили нас. С другой стороны, в нас поселился страх, причем, еще вышестоящие руководители отговаривали Михаила Макаровича от поездки, ссылаясь на то, что могут быть негативные последствия.

Производственные дела позволили только в октябре взять отпуск. И вот, наконец, все документы оформлены, и мы начали готовиться к поездке. Первое, о чем задумались – какие подарки мы им можем привезти (в магазинах-то пусто, даже постельного белья не купишь). Решили взять то, что у нас было: закоптили сала, упаковали мед, «по блату» купили несколько коробок конфет «Птичье молоко», купили деревянные резные наборы для кухни, расписанные самовары, и отправились в свое первое путешествие в капиталистический мир. Сейчас, с высоты прошедших лет, вспоминая эту поездку, я уверена, что нас на протяжении всего этого времени вела и помогала какая-то Божественная сила. Все трудности преодолевались, кажется, легко и просто. Приехав в Москву, мы в немецком посольстве в тот же день оформили визу, несмотря на то, что люди стояли по несколько дней. В этот же день взяли билеты до Франкфурта-на-Майне, и с Белорусского вокзала отправились посмотреть новый для нас мир. В Варшаве была пересадка. Михаил Макарович быстро сориентировался, и, несмотря на незнание языка, узнал все. Вскоре мы уже ехали в Германию.

Раннее утро, поезд останавливается. Мы на вокзале во Франкфурте. С тревогой оглядываемся – вдруг нас не встретят. Но вот увидели улыбающиеся лица Пети и Амалии, и у нас как будто груз упал с плеч. Петя с Амалией работали в Дойчбанке во Франкфурте, Петя осуществлял техническое обслуживание семинаров, которые проводил банк.

До Росбаха, где живут наши друзья, 30 км. Для нас все ново, во все глаза смотрим по сторонам. Дороги прекрасные, скорость машин большая. Вот перед нами красавец трехэтажный дом, такой же, как и все окружающие. Все красиво, ухожено, чисто, дороги асфальтированы, тротуары вымощены плиткой. Немецкая деревня для нас – просто какое-то чудо. С первых минут на этой земле нас все удивляет. Сложив свои вещи, мы вместе с хозяевами поехали в магазин. Взяв тележку, они накладывают и накладывают различные продукты. После наших-то пустых прилавков это была просто фантастика. И так на каждом шагу.

Время пребывания в Германии было расписано по минутам. Хотелось увидеть как можно больше. Через два дня после приезда Михаил Макарович с Петей направились в муниципалитет, чтобы зарегистрироваться. Но, оказывается, этого не нужно было делать. И служащие муниципалитета даже извинились за то, что они не могут оказать денежную помощь, так как объединение с Восточной Германией потребовало много средств. А до этого они всем гостям выдавали по 100 марок.

Очень много наших односельчан проживало в Нюрнберге и его окрестностях. Каждый день мы бывали у кого-нибудь из бывших «северян». Михаил Макарович интересовался всем: кто где работает, как осуществляется оплата труда, куда идут налоги, которые платит рабочий, распорядок рабочего дня, и многое, многое другое. Например, церковный налог. Человек закончил свой жизненный путь, и в Германии церковь берет на себя все заботы и расходы, связанные с похоронами. Или медицинский налог: у каждого имеется как бы чековая книжка, где указано, какую сумму человек уплатил. Поэтому у него есть возможность выбрать высококвалифицированного врача, а тот заинтересован, чтобы пациент был постоянным. Обоюдная выгода. Действие медицинской службы Михаил Макарович испытал на себе. Гостили у Марии Гейдт, сестры Петра, и у Михаила Макаровича разболелся зуб. Мария договорилась с зубным врачом принять гостя по ее книжке. Приходим. Уютное, красивое, сияющее чистотой помещение. Небольшая приемная, рядом с кабинетом врача – рентгенкабинет и кабинет медсестры. Никакой очереди. Пациента приняли очень вежливо, врач осмотрел, тут же сделал рентген. Процедура удаления зуба была совершенно безболезненной. Врач здесь же дал таблетки для последующего обезболивания. Вышли, Михаил Макарович улыбается, и сразу же начинается сравнение с оборудованием наших зубных кабинетов. Разве наши врачи хуже? Но создайте им условия и обеспечьте достойной зарплатой – вот был вывод гостя из России.

И снова в пути. Петя везет нас к знакомому фермеру-миллионеру, у которого к праздникам он покупает мясо индюков. Птичники – сплошная автоматика. Не надо доставать и выбивать комбикорма, как у нас, идти на бартерные сделки. В назначенное время корм привозит на ферму комбикормовый завод. С заводом компьютерная связь.

В полы птичников вмонтированы электронные весы, в сутки на каждую птицу должен быть получен привес 150 граммов. Если привес получен ниже нормы, ответственность несет завод, поставляющий корма. Все выполняется четко. Итак, с четырьмя помощниками фермер выращивает в год 360 тысяч индюков. Еще у фермера есть земля, на которой он выращивает пшеницу, свеклу. Поля ровные, ухоженные. Михаила Макаровича интересует все. Во дворе стоит новый трактор, гость осматривает все досконально, залезает в кабину, и – возглас восхищения. Говорит, как в самолете – приборы для управления. И опять в голосе нотка огорчения: «Эх, нашим бы механизаторам такую технику!».

Михаил Макарович интересуется прибылью этого хозяйства, фермер замялся с ответом, ведь там никому не рассказывают о своих доходах. Тогда Сирота задает наводящие вопросы о стоимости кормов, о стоимости выращивания одной головы и др. вопросы. И, некоторое время подумав, как бы уйдя мыслями в себя, называет приблизительную прибыль от выращивания индюков. Тогда фермер удивленно Пете говорит: «У него что, не голова, а компьютер?» Потом, вспоминая этот разговор, неоднократно шутили.

Петя и Амалия каждый день возили нас куда-нибудь. На время нашего пребывания они взяли отпуск и сделали все, чтобы мы как можно больше увидели.

Петр Евгеньевич, очень увлекающийся человек, в душе своей строитель. Когда он жил в Казахстане, построил дом, переехал в Северный – и снова строительство по собственному оригинальному проекту. А в Германии построенный им дом был воплощением его мечты. Жена Петра, Амалия, тоже человек творческий, с большим вкусом. По ее проекту в доме и на усадьбе создавались красота и уют. Около дома располагался огромный голубой бассейн, с подсветкой в вечернее время, очищающийся пылесосом. Вокруг – зеленая поляна, где растут плодовые деревья, и цветы, цветы кругом. Сауна, бассейн, душ – все для души и тела. На всю жизнь благодарны мы этой семье, за приглашение, гостеприимство, теплоту души.

В Нюрнберге нашим форпостом была семья Юры и Амалии Гоффардт. От них мы ежедневно уезжали в гости к кому-нибудь из северян. Доброжелательная обстановка, радушный прием сопровождали нас везде. Как же благодарить вас, дорогие Юра и Амалия, Петя и Амалия, за вашу человечность, бескорыстие и доброту! Благодаря вам мы увидели другую страну, другой мир. Низкий поклон вам, дорогие наши бывшие односельчане, наша вам глубокая признательность. Теплоту ваших сердец, как самый большой подарок, мы увозили с собой в Россию.

На протяжении всей этой поездки Михаил Макарович задавал одни и те же вопросы: «Мы же победители в этой войне, а они побежденные, почему же нашему народу живется так тяжело? Наши люди умеют трудиться и много трудятся. Только зарабатывают мизер. Это все опостылело. Как же так получилось, что мы свой народ не можем накормить? Это надо еще суметь так людей обидеть. Нет элементарного – носков, простите, трусов».

Там было такое изобилие всего, что на словах это трудно передать, это надо видеть. Но ведь, кроме того, что там все есть, люди имеют возможность приобрести все, что им нужно. Мы побывали у наших односельчан, которые прожили в Германии 15, 10 лет, 2 года, один год, и видели, что они имеют столько, сколько в России за всю жизнь не заработали бы. У всех машины, прекрасные квартиры, мебель и многое другое. Самая низкая оплата труда – 17 марок в час, а бутылка водки стоит 10 марок, мясо – 3-4 марки за килограмм, ящик пива – 12 марок. Можно представить, какой осадок был у нас, когда мы смотрели на это все, и какую душевную боль за русский народ испытывал Михаил Макарович.

Трудно его представить плачущим, но как-то за столом он, не стесняясь своих слез, анализируя все увиденное, говорил о терпеливом и многострадальном нашем народе. Сколько же молодых семей в возрасте до 30 лет уехали со своими детьми в Германию. Увидев там этих ребят, высоких, крепких, красивых, – Лейхт Виктора и Володю, Андрея Кифера, Андрея Адлера, Петю и Женю Гейдт, Юру Желтухина, Сергея Марчука, – Михаил Макарович с горечью сказал: «Россия – потеряла, а Германия приобрела». Конечно, не все было в розовом цвете. Прежде, чем добиться нынешнего положения и стабильности, многое пришлось пережить нашим односельчанам: преодоление языкового барьера, учеба, ностальгия по оставленной родине.

Наша страна богата природными ресурсами: леса, богатейшие земли, нефть, газ, уголь. И настоящее изобилие можно создать за короткое время – вырастить зерно, овощи, получить мясо. Каждый бычок полтонны наберет за год. А всего-то нужно – меньше говорить о перестройке, а делать – больше.

В 70-80 гг. в сельском хозяйстве произошли большие перемены. Понимая, что научно-технический прогресс – основа дальнейшего подъема всех отраслей народного хозяйства, в нашем Первомайском районе был взят курс на внедрение науки в сельскохозяйственное производство. Высокие урожаи зерновых получали совхозы «Новоалтайский», «Санниковский», «Повалихинский». Совхозы «Логовской» и «Чесноковский» выращивали картофель на площади 740 га. В овощеводстве значительным шагом стал перевод парников на электрообогрев. В животноводстве велось строительство крупных животноводческих комплексов с полной механизацией раздачи кормов, удаления навоза, доения молокопроводом. Строились детские сады, школы, квартиры. Люди с надеждой стали смотреть в будущее.

Начало 90-х годов. Новые «преобразования» захлестнули страну. «Дикий капитализм» семимильными шагами двигался по России. Нечистые на руку люди рвались к власти, к большим деньгам, стремились скорей прибрать к рукам богатства, созданные народом, завладеть природными ресурсами и стать их единоличными хозяевами. Началась приватизация, акционирование. А ведь природа, и все то, что залегает в недрах земли – это дар Божий, данный для блага всех, кто живет на этой земле.

«Прихватизация» охватила всю нашу страну. Люди, вложившие свой труд и здоровье в строительство заводов, фабрик, и проработав на них десятки лет, люди, растившие хлеб и вышедшие на заслуженный отдых, по 6-7 месяцев не получали пенсию. Рабочие заводов, совхозов, колхозов, годами не получали зарплату. С приходом «дикого капитализма» исчезли тысячи российских сел и деревень. Нашу страну кинули в грязное рыночное болото. В течение примерно десяти лет, с 1990 по 2000 годы, в Первомайском районе прекратили свое существование практически все совхозы и колхоз «Красное знамя». Мощная уткофабрика, построенная в 70-е годы и дававшая тысячи тонн утиного мяса, полностью развалилась. Как можно простому трудовому человеку понять политику нашего государственного руководства? Строили, создавали, получали продукцию, во все вложены огромные государственные средства и труд миллионов людей, и в одночасье все разрушить, оставив людей без работы и средств к существованию…. А на фоне всего этого вдруг появились миллионеры, миллиардеры и беспредел.

В Первомайском районе птицефабрика была почти единственным предприятием, где развивалось производство, рабочие стабильно получали зарплату и даже премиальные. Многие «положили глаз» на фабрику. Приезжали и требовали, чтобы фабрику продали; высшие органы требовали акционирования предприятия. А в июле 2000 года заказчики убийства Михаила Макаровича со своими «единомышленниками» передали дело в суд на банкротство птицефабрики.

А ведь предприятие было прибыльным. Узнав об этом, Михаил Макарович приложил невероятные усилия, чтобы расставить все на свои места. С этого времени началась массированная травля директора: проверки, жалобы в различные инстанции, вплоть до президента. Это мог выдержать только человек огромной силы воли, порядочности, честности. Он мешал многим, любыми путями его стремились убрать. Им нужна была фабрика, и выбрали для этого самый страшный путь – убийство.

Таких хозяйств, как птицефабрика «Молодежная», в России было три сотни, и «Молодежная» в числе лучших пятидесяти. Чтобы выжить в сложных условиях, фабрика не сокращала производство, а, наоборот, расширяла, этим самым создавая дополнительные рабочие места. Лозунгом на птицефабрике стали слова директора: «Произведи, переработай, продай». А фабрика производила все, что было только мыслимо: и молоко, и всевозможные молочные продукты, кумыс, свинину, говядину, конину, колбасы, копченых кур и сало, мясные консервы, зерно, муку, гречневую крупу, майонез, мед, ягоды, варенье, корма для скота и птицы. Качество продукции стояло на первом плане – это марка фабрики. Тогда очень много писали о фабрике, этом огромном механизме, который вот уже четверть века работал без сбоев.

На первый взгляд, все было легко и просто, и дела, казалось, шли самотеком. Но это только на первый взгляд. Здесь нельзя недооценивать роли директора, его умения завести этот механизм, вовремя отрегулировать там, где намечается сбой, во все вникнуть, нацелить, подтолкнуть. Иначе говоря, чтобы вертелось все вокруг, руководителю было необходимо самому вертеться и приводить механизм в движение.

Его опыт организатора производства не раз проверялся на прочность. А тяжелых моментов было очень много. Если в 1975 году на базе двух отделений создали птицефабрику, то в 1988 году у птицефабрики опять забрали Северное отделение и присоединили его к совхозу «Белоярский». Михаил Макарович пытался убедить районных руководителей, что не надо этого делать, но, к сожалению, его усилия результатов не дали. Отдаленность Северного отделения на 15 километров как раз соответствовала санитарным нормам – чтобы молодняк был отдален от основного стада. Вышестоящие органы убеждали, что работать будут на договорной основе, всем будет лучше.

Северное отделение перешло к совхозу «Белоярский» с прибылями, с новыми построенными объектами, столовой, огромным гаражом, детским садом, с самым современным инкубатором, из которого планировали поставлять племенное яйцо по всему краю. Птицеотделение давало в год 40 миллионов штук яиц. Через два года птицеотделения, как и совхоза, не стало. Кур забили и продали, из птичников вывезли неизвестно куда все оборудование. Растащили все, что только было возможно. Зиял пробоинами некогда красавец-инкубатор. Все развалили, сейчас даже не на что замок повесить. И кто за это ответил? Никто! Вопрос: неужели руководство края и района 1975 года было менее компетентным, создавая птицефабрику на базе двух отделений?

Даже по прошествии стольких лет не могу без дрожи вспоминать те трудности, которые пришлось преодолеть директору и всему коллективу. Ведь все это происходило на моих глазах.

Я не могу не изложить полностью беседу корреспондента газеты Г. Н. Жигло с директором птицефабрики «Молодежная», который считает, что «Стихийный рынок опустошает кошельки и души». Эта беседа даст возможность читателю увидеть положение дел здесь, «внизу», где люди стоят на земле и своим трудом создают богатство страны.

15 апреля 1993 года спецвыпуск газеты «Первомайский вестник» был посвящен птицефабрике «Молодежная». Суть его заключалась в том, что только коллективно, расширяя производство, а не сокращая его, легче выжить в условиях стихийного рынка. В беседе корреспондента и директора четко формулируется состояние дел там, где производится продукция для народа, там, где все трудности «преобразований» легли на плечи тружеников полей, ферм. Итак:

«Стихийный рынок»

Опустошает кошельки и души, считает директор птицефабрики «Молодежная» М. М. Сирота. С ним беседует наш корреспондент Г. Н. Жигло.

Корр. – Начнем нашу беседу с главного вопроса, который волнует сегодня всех: что делается, чтобы работающие на фабрике люди выживали в условиях дикого рынка?

М. М. – Люди выживут, если выживет фабрика. Возле нее кормится не одно поколение жителей села. Чтобы сохранить коллектив, надо сохранить производство, не сокращая его ни в коем разе, а даже развивать, потому, как сырьем торговать невыгодно.

Корр. – Очевидно, нужно разъяснить читателям, что под сырьем вы понимаете…

М. М. – Яйца и куры. Продукты питания это скоропортящиеся. И если не организовать их переработку в яичный порошок, то мы можем разориться. К примеру, перед Пасхой яйца обычно пользуются спросом. Затем он снижается. Чтобы яйца не пропали, мы вынуждены снижать цену, вплоть до того, что продавать ниже себестоимости, себе в убыток, потому, что это все же лучше, чем допустить порчу продукции. Предоплата сильно бьет по нашей экономике: нашу продукцию брали бы, а платить нечем. А мы тоже в плену у этой самой предоплаты: должны платить за уголь, корма, жидкое топливо.

Корр. – А под расширением производства вы понимаете…

М. М. – Яичный порошок, куриные консервы, куры копченые, майонез, растительное масло.

Корр. – А майонез как относится к вашему производству?

М. М. – Яичный порошок покупают неохотно, предпочтение отдают свежим яйцам. А если из порошка яичного приготовить майонез, то спрос будет.

Корр. – Но вы усложняете себе жизнь. Птицефабрика должна производить то, что ей положено, а остальное – дело перерабатывающей промышленности.

М. М. – Ну, это были бы идеальные условия для нашей работы. Но страна брошена в условия дикого стихийного рынка, где никто ни за что не отвечает, каждый барахтается в этой стихии, как может, чтобы на плаву удержаться. Нам надеяться не на кого, кроме как на самих себя.

Корр. – А каково ваше мнение о современном состоянии экономики?

М. М. – Это ужас какой-то. Не каждый руководитель может выдержать. Обманулись на фермеризации и упрямо продолжаем эту линию. У нас застой технического прогресса по вине руководителей страны. Политика – на развал «до основания». Ну сколько же разрушать можно? Нам говорят: терпите. Почему мы должны терпеть? И сколько будем терпеть? И до чего мы дойдем дальше? Близится время сева. Как будем сеять? А убирать? Запасных частей для техники нет, горючее баснословно дорого. Приобретать новую технику при современной ее стоимости немыслимо, а трактор Т-150 отремонтировать в условиях края невозможно, никто за это не берется. А ведь именно на эти трактора ложится основная нагрузка. Землю же не засеять нельзя. Почему же мы вынуждены работать со связанными руками? Я этого никогда не пойму. Вместо того, чтобы экономические вопросы решать, мы критикуем. Большевики критиковали царизм, демократы сейчас критикуют коммунистов, якобы проводят в жизнь реформы. Но это реформы наоборот: не на улучшение направлены, а на ухудшение. Теперь вот спохватились: совхозы надо сохранить. Да не разрушать их надо было, а совершенствовать. Чем плохи были хозяйства? Страдала организация и оплата труда. Вот их бы и улучшали. Все нынешние реформы направлены якобы на улучшение жизни крестьян. А кто их спросил, чего они хотят? Нет, кто-то там считает, что он лучше крестьянина знает, чего тому нужно. Так вот: то, что сейчас делается, не надо крестьянину.

Корр. – А что нужно?

М. М. – Поднимать производительность труда. А то мы копируем Германию, но как-то так, как в кривом зеркале. Не систему в целом внедряем, а отдельные ее части. Я был в Германии, изучал там работу налоговой инспекции. Скажем, контролирует она работу организаций. Допустим, снизилось на птицефабрике производство яиц. Выясняют причину. Оказалось, что корма несбалансированные. Значит, штрафуют комбикормовый завод. У нас же за недоработки комбикормового завода расплачивается птицефабрика. Цены на комбикорма растут неуклонно.

Вообще, промышленные предприятия работают у нас сегодня два-три дня в неделю. В отличие от нашей, их продукция не скоропортящаяся. Так что цены можно и загнуть. В стоимость этой продукции заложены и высокие оклады. К примеру, мне известно, что в сахарной промышленности тринадцатая зарплата составляет 150 тысяч. Есть и четырнадцатая. Так ценится труд тех, кто перерабатывает свеклу. Неужели переработка более сложна, чем производство?

Крестьяне кормят человечество. Не от великого же ума оценивать так низко труд кормильца?

Корр. – Как вы считаете, Михаил Макарович, кто в этом виноват?

М. М. – Неумные постановления идут из Москвы.

Корр. – По глупости они принимаются или со злым умыслом?

М. М. – Я склонен больше видеть в этом злой умысел. Наплодили банков, которые дают деньги в кредит под грабительские проценты. Делать нечего: берем.

Корр. – Возможно, то, что много банков, как раз положительный фактор. Они борются за клиента, а у него есть возможность выбора?

М. М. – Какая там борьба? Грабеж открытый этому название. Сейчас выплыли на поверхность люди, не способные руководить. Вот они, не привыкшие ни к умственному, ни к физическому труду, грабежом и занялись. А наше правительство это узаконило. Рокфеллер говорит, что первые 15 миллионов невозможно нажить честным путем. Только большая сумма денег, пущенная в рост или вложенная в производство, сможет давать ощутимую прибыль. Вот и зарабатывают свои 15 миллионов, обманывая людей. Цены идут вверх с космической скоростью. Сколько нищих по стране? Нужно все вдумчиво проанализировать. Поллитра лимонада стоит 50 рублей, а литр молока – 37. Где здравый смысл?

Корр. – Значит, в условиях стихийного рынка, чтобы выжить, вы должны надеяться только на себя?

М. М. – Да, чтобы у нас все было свое, и чтобы людей своих могли обеспечить. Поэтому у нас свое подсобное хозяйство. И сахаром людей обеспечили. Продавали работникам птицефабрики по 60 руб. за килограмм. Конечно, выращивать свеклу – не дело птицефабрики. У нас и техники необходимой нет. Убрали вручную. У людей мозоли на руках. Но свеклу убрали всю.

Корр. – тогда как в хозяйствах, где есть свеклоуборочная техника, она в большом количестве в поле осталась.

М. М. – Этого нельзя было допускать. Конечно, осень на редкость была капризной. Но оставлять результаты труда многих людей в поле, чтобы они погибли, значит ничто иное, как приучать людей к бесхозяйственности. Это кощунственно. Руководитель должен думать и о моральной стороне дела. Ну, и нельзя не думать о том, как помочь людям выжить. У нас фонд зарплаты 26 миллионов рублей в год. Попробовали увеличить ассигнование на зарплату до 30 миллионов. Финансовые органы наложили штраф – 32 процента от суммы сверх той, что ею ассигновано. Это три миллиона. Платить такую сумму накладно. Поэтому изыскиваем возможности помочь людям не деньгами, а продуктами питания по сравнительно низким ценам. С этой целью и подсобное хозяйство у нас. А поскольку все, что производится подсобным хозяйством – тоже скоропортящаяся продукция, перерабатываем и ее.

Корр. – Это Ваша инициатива, Михаил Макарович. Но живем мы сегодня по каким-то таким законам, что инициатива у нас наказуема. Легче жить по инструкции. Она спасет от всяческой ответственности. За ней так легко спрятаться.

М. М. – От жизни не спрячешься. Жизненный уровень наших рабочих все ниже становится. Перемены все больше бьют по труженикам, а спекулянты набивают карманы. Труженику снова светлое будущее обещают.

Безответственно к земле относимся. Она же наша мать-кормилица. Так вот, кто на ней работает, снова вынужден терпеть. Самое выгодное сегодня не землю обрабатывать, а водкой торговать. Хозяйства заботятся о содержании детских садов, строительстве дорог и вообще о соцкультбыте. Правда, торговцы тоже иногда милосердие проявляют. Но сначала они ограбят (потому что торговлей это назвать нельзя), а потом помощь оказывают.

Нет, наша фабрика тоже торгует излишками продукции, производимой подсобным хозяйством. Но мы же их и производим. А торговцы ничего не производят, а перепродают. Производить невыгодно потому что. Где здесь здравый смысл? У продавцов «комков» есть возможность частично скрывать прибыль от налоговой инспекции. И они этим широко пользуются. Мы свою не укрываем, поэтому и налоги большие платим. Это и государству выгоднее. Чтобы выжить, у нас есть только один выход: работать в напряженном режиме. Иначе расходы перекроют доходы, и нам придется заложить не только техническое оборудование и помещения птицефабрики, но и стулья в моем кабинете.

Корр. – Государство совсем отказалось от дотаций?

М. М. – Дали дотации на удешевление продукции, но и из этой суммы взяли налог.

Корр. – Одной рукой дают, другой забирают…Вы против рыночных отношений?

М. М. – Я против таких рыночных отношений, которые мы имеем. Нужна программа входа в рынок, а мы стихийно в него ринулись. И никому нет дела до того, как труженик живет. Идет борьба за власть между президентом и Верховным Советом. И этим они поглощены целиком и полностью. Президент считает, что у него мало власти. Ну, а если наделить его чрезвычайными полномочиями, изменится ли что-нибудь?

Корр. – сейчас модно акционирование. Будет ли фабрика акционерным обществом?

М. М. – Что дает акционирование? Величина пая зависит от стажа. А ведь самые трудоспособные рабочие – молодые. Будут ли они выкладываться на работе, если основная часть доходов потечет не в их карман? Мы перестраиваем свое общество по капиталистическому образцу и подобию. Но там на предприятии шеф платит за равный труд равную зарплату. А он как никто другой заинтересован в том, чтобы трудились люди в полную силу, потому как отсюда его доходы. Если кто работает производительнее, получает прибавку. Распределение доходов в зависимости от стажа породит недовольство. Это меня очень беспокоит. Быть или не быть акционерному обществу – решит конференция.

Акционерное общество детсад, школьную столовую, профилакторий, водопровод, освещение улиц передаст сельскому совету, потому что они убыточны. Сможет ли он их содержать?

Директор хозяйства и фермер. Функции у них по сути одинаковые: обработка земли, строительство, животноводство. Директор отвечает не только за производство, но и за благоустройство, весь соцкультбыт и ничего не имеет лично для себя. Фермер же занимается своим личным хозяйством, остальное его не интересует: строительство и ремонт дорог, освещение улиц, благоустройство села, работа отопления и водоснабжения.

Корр. – Какая основная задача в связи с вот таким диким рынком стоит сегодня перед руководством?

М. М. – Сохранить коллектив. Он у нас около 600 человек. В нашей стране уже дошли до того, что людям негде работать. А что, у нас такое изобилие, что нам уже ничего не нужно производить, и работать поэтому не всем обязательно? Конечно, проще сказать человеку, что работы нет, но мы на фабрике стараемся находить. И еще стараемся помогать пенсионерам. Как это так, что все сегодня пущено на самотек, и никто ни за что не отвечает? Нет, я – директор, и поэтому за все в ответе».

Следующие страницы газеты под заголовком «Натуральное хозяйство Сироты» рассказывают о работе различных цехов птицефабрики. Здесь и животноводство, и полеводство, и пекарня, и столовая, и профилакторий, и многие другие цеха.

Завершая рассказ о натуральном хозяйстве птицефабрики, Галина Николаевна Жигло пишет:

– Руководить столь разнообразным хозяйством трудно. Поэтому каждый день четко в определенное время проходят планерки. На них каждая служба докладывает о своих делах. Оптимальный выход из тупиковых ситуаций, которые то и дело создает жизнь, находят сообща. Поэтому хозяйство функционирует, как хорошо отлаженный механизм. Это результат того, что директор самым тщательным образом следит за тем, чтобы не допустить сбоев в работе столь сложного механизма.

Михаилу Макаровичу в основном принадлежат все задумки. Он не плетется на поводу у сложностей современной жизни, а сам диктует условия сегодняшним трудным временам.

О таких людях, как Михаил Макарович, обычно говорят, что у них хорошо устроена голова. К сожалению, людей с предпринимательской жилкой у нас не так много. Гораздо больше приходящих на руководящие посты и удерживающихся на них, благодаря приятельским отношениям с нужными людьми. Казалось бы, рынок должен поставить все на свои места. То хозяйство, где руководитель малокомпетентен и не отличается деловитостью, неминуемо должно разориться. И у нас в районе уже есть примеры, когда хозяйства живут в кредит, сокращают производство. Тяжело труженикам приходится. Хотя во всем плохом и хорошее есть. Возможно, во всей полноте мы сможем оценить таких самородков, как Михаил Макарович Сирота. С него начинается птицефабрика «Молодежная», и благодаря ему держится».

Приведу один пример, иллюстрирующий, как нелегко было птицефабрике в те годы. Очень трудно шла реализация яйца. Михаил Макарович договорился с представителями из Китая о товарообмене. Фабрика поставляла в Китай яйцо, а на вырученную сумму они отгружали сахар и промышленные товары (тогда трудно было что-то купить). Все это фабрика продавала своим рабочим в фабричных магазинах. И, наконец, за произведенную на фабрике продукцию в кассу поступали деньги.

Фабрика вынуждена была открывать свои торговые точки в Барнауле, Новоалтайске, в сёлах района, чтобы, минуя посредников (порой не совсем честных), реализовывать произведенную продукцию. Было открыто около сорока торговых точек, благодаря чему в кассу фабрики стали поступать «живые деньги». Это позволило фабрике выжить в самые трудные времена.

Отдыхать приходилось очень мало, но Михаил Макарович поддерживал свою физическую форму. Утром вставал очень рано, и, прежде всего, бегал. Зачастую обегал фабрику и территорию; затем зарядка, гири, обязательно раскалывал 4-5 чурок дров, обливался холодной водой в любое время года. И так ежедневно. В воскресенье зимой обязательно лыжи, коньки. Даже после инфаркта весной 1999 года он быстро восстановился и продолжал жить в прежнем режиме. Для него очень важна была семья, где был «крепкий тыл». В очерке «Жизнь без прикрас» он рассказывает о своей семье Вере Ивановне Марковской:

– Удалась ли жизнь? – спрашивает она.

Загибает палец:

– Первое – семья. Такая, о которой я мечтал: взаимопонимание, трудолюбие. Да что там говорить, лучше моей семьи нет.

Не хвалясь, хочу сказать, что дети все трудолюбивые, устремленные. Татьяна с Ольгой – врачи. Сын пошел по стопам отца, только в отличие от него стал агрономом и руководит опытной станцией. Все с ранних лет научились водить автомобиль. Учитель-то был классный, сам отлично водил и любил быструю езду.

Михаил Макарович очень любил своих внуков, говорил с ними на их языке, соответственно возрасту. Старшим внукам преподносил уроки смелости, упорства, порядочности, с младшими вел разговоры на доступные для них темы. Он души не чаял в самой маленькой внучке Тане. Часто брал ее с собой, садил в машине к себе на колени, клал ее ручки на руль и потихоньку ехал вечером на фабрику. Он шел в контору впереди, а она, так же как дед, заложив руки за спину, следовала сзади.

Несмотря на тяжелые времена, фабрика строила очень много квартир. Микрорайон «Комсомольский» полностью состоял из новых домов – добротных, красивых. Когда к нам заезжали бывшие «северяне» из Германии, то часто говорили: «Михаил Макарович, вы же директор, ну постройте себе хороший дом».

И вот мы в новом доме. Рядом березовая роща, пруд. С радостью опять все благоустраиваем. Хозяин посадил калину, шиповник, боярышник. А я садила рябины, липы, малину. И вместе прямо в ограде посадили вишневый садок. Вокруг дома и за оградой росло много берез, и мы ни одной не убрали, хоть они и затеняли огород. Но в душу они несли какую-то особую благодать. В любую погоду, в любое время года такая красота царила кругом! Нет большего счастья на земле, как общение с природой, этим Божьим посланником для радости душевной.

Мы также держали хозяйство, и на все находили время. Не зря говорится в пословице: «Кто рано встает, тому Бог дает». Радостным событием для всех были те времена, когда в родительском доме собирались и дети, и внуки. Седьмое ноября мы всегда отмечали вместе. Это день рождения страны, день рождения Михаила Макаровича, день создания нашей семьи, день свадьбы Сергея с Леной и Татьяны с Анатолием. Внуки деда видели редко, но на таких праздниках он всегда был с семьей.

После произошедшей трагедии мне пришлось продать дом, о чем я до сих пор жалею и плачу во сне и наяву.

Ох, как мне хочется порой

Вернуться вновь в свой дом родной.

Обнять березки белые,

Наплакаться и приласкать их,

И рассказать про боль свою.

Потом упасть лицом

В зеленую траву,

Умыться утренней росой

И ощутить в душе своей

Божественный покой.

Чуть ли не членами семьи были шофера Г. А. Адлер и И. В. Юферов, которые долгие годы и днем, и зачастую ночью, и в трудные и в радостные времена были рядом с Михаилом Макаровичем. Гриша (как мы его все звали) Адлер, много лет возил своего шефа в совхозе «Белоярский», а затем и на фабрике. Он был спокойным, невозмутимым, добрейшим человеком. Интересная черта была у него: если директор говорил подъехать в пять утра, то в четыре часа он уже стоял у ворот и ждал. И так было всегда. Много лет до самого последнего дня рядом со своим шефом был шофер Игорь Юферов. Он был совсем молодым, когда стал работать с Михаилом Макаровичем. Дисциплинированный, немногословный, трудолюбивый, машину содержал в идеальном порядке. Директор всегда старался помочь ему в житейских вопросах и относился к нему, как к сыну. За два часа до трагедии Михаил Макарович подъехал к нему домой, чтобы решить некоторые вопросы, и у него состоялся такой разговор с Алешей, сыном Игоря:

– Ты у меня будешь директором конефермы, когда вырастешь. Согласен?

– Конечно, буду!

Алеша очень любил лошадей, и, будучи еще совсем маленьким, лихо разъезжал верхом. Но не суждено было сбыться мечте этого маленького человека.

В канун 60-летнего юбилея Михаила Макаровича наш знаменитый районный селькор, поэт, мастер по резке из дерева Юрий Михайлович Першин в статье «Он всегда идет впереди» высказал не только свое мнение о Сироте, но и мнение специалистов.

Вот что сказал о нем бухгалтер птицефабрики «Молодежная» Анатолий Семенович Безукладников:

– С ним я проработал 25 лет. Начинал, когда он был директором совхоза «Белоярский». За эти годы я ни разу от него не услышал, что ему трудно, что устал, что готов все бросить и уйти. Даже после труднейших дней, измочаленный работой, и выжатый, как лимон, он не давал себе слабинки. А самое удивительное то, что утром приходил полный новых идей, мыслей и напористости.

– А нет ли в характере директора чего-то такого, что вредит делу? – спросил Юрий Михайлович.

Подумав, Безукладников ответил:

– Нет. Дело для него превыше всего. Я бы даже сказал так: он родился директором.

Более емким показался автору рассказ о директоре, услышанный им от Татьяны Александровны Михалевой, проработавшей на фабрике вначале в качестве лаборанта анализа кормов, а затем председателем профсоюза и экономистом по реализации продукции.

– Он всегда идет впереди. Первым, например, заговорил о компьютеризации. Кто-то говорил: «Зачем? Надо ли?», а он уже закупил. Хочешь – не хочешь – осваивай. Если бы не его дальновидность, то и по сей день работали бы по старинке. Или взять торговлю. Мы же сами никогда не занимались непосредственно продажей продукции. Сейчас, поставленные перед необходимостью сокращать зависимость от посредника, начали торговать. А инициатором был Михаил Макарович.

Теперь все сориентированы на то, чтобы поставлять не сырье, а готовую продукцию. Мы, например, одними из первых среди птицефабрик наладили производство яичного порошка. И произошло это все в доперестроечное время, когда, казалось бы, не нужно было волноваться. Помню, тогда к нам приезжали перенимать опыт. И это очень пригодилось самим, потому что выгодно и экономически, и как освоение опыта. Теперь у нас свой молочный завод. Вырабатываем молочную продукцию для своего коллектива и на продажу. Имеется консервный цех. Много мяса птицы подвергается копчению. Умельцами фабрики оборудован цех для получения растительного масла, и т. д.

Директор очень ценит и поддерживает людей инициативных, умелых, например, рационализатора Ивана Геннадьевича Гущина, механика Василия Афанасьевича Власова. Да и сам он – генератор идей. Иной раз его мысли кажутся сумасбродными. Особенно, когда прикинешь, какими новыми заботами это обернется. А он не отступает. Когда же дело пойдет, видишь: хорошо, правильно задумано. Человек думающий, видит перспективу.

О характере так скажу: зима не без бурана. Супруг мой ушел. Работал агрономом. Не поладил с директором. Но обиды не держит, говорит, что Сирота научил его работать. Вот и делай выводы. Лично мне сравнивать его не с кем. Я после института всего лишь год проработала в научном городке. Затем судьба распорядилась так, что я попала на производство. Трудно работать с Сиротой. Но мне нравится. Рутина не засосет.

…Любит устраивать праздники. «Люди, – говорит, – должны отдыхать!» Опять всех тормошит, требует, приказывает, спрашивает. Так что дремать некогда. Не дает!»

О компетентности директора на вопрос корреспондента А. С. Безукладников ответил так:

– Ученый зоотехник, кандидат сельскохозяйственных наук. По знаниям птицеводства с ним на фабрике рядом некого поставить».

Автор статьи продолжает: «Однако надо уже и усомниться! Человеку – 60. Пора на отдых. А о нем говорят, как о генераторе идей. В чем дело? Ларчик открывается просто. Занимается спортом. Причем, с этого пути его не сбивают даже дальний путь и длительные командировки. Т. А. Михалева сама была свидетельницей, что, даже находясь в Китае, куда ездили налаживать обмен товарами, он обливался холодной водой, делал зарядку, бегал».

Своими впечатлениями с автором статьи делится Екатерина Алексеевна Заречнева, которая много лет проработала с Михаилом Макаровичем. Как главному зоотехнику фабрики, ей ежедневно приходилось решать вопросы не только с другими специалистами, но и с директором.

«Дело в том, – говорит она, – что Михаил Макарович никому не дает закисать. Мне это всегда импонировало, потому что без роста, без движения вперед производство мертво. А ведь в те годы, да и теперь, наша фабрика была авангардом птицеводства на Алтае, к нам ехали учиться, и было чему. В те годы мы первыми применили пяти-шестиразовое кормление маленьких цыплят, сортировку суточных цыплят по полу, обрезку гребешков молодых петушков, чтобы не было травмирования при доращивании. И много было других новшеств. Благодаря настойчивости директора, у нас из специалистов всегда кто-то учился. По возвращении с учебы он делал перед другими специалистами отчет о том, что нового ему дали, и как это применить на деле. Постоянно действовала и своя школа. Каждый специалист вел свою тему. Зачем? Затем, чтобы постоянно росла производительность труда, снижались затраты производства, улучшалось качество продукции.

Директор – человек строгий, спрашивал за работу, требовал профессионального роста. Есть у него в характере и такое, чего никто, по моему, не может отрицать – заботливость.»

Забота о людях проявлялась не только в бытовых вопросах, но и в отдыхе. На фабрике люди трудились в очень напряженном режиме, поэтому отдых людям был необходим. Все нуждающиеся получали путевки в санатории и дома отдыха, в туристические поездки. Для проведения различных торжеств, праздников было построено прекрасное кафе. Кстати, о строительстве кафе. Вначале стали строить одноэтажное здание для гостиницы. Директор посмотрел, поразмыслил и говорит: «Ведь нашим людям негде собраться, чтобы провести праздник, отметить юбилей, отпраздновать бракосочетание. Давайте надстроим второй этаж для такого помещения». Бывший строитель В. Х. Демин отреагировал на это с возмущением: «Ведь фундамент не выдержит!» Директор парировал: «У нас на то и голова, чтобы обдумать все, просчитать, и принять правильное решение». И вот уже более 20 лет прекрасное фабричное кафе радует своим гостеприимством, и все село отмечает здесь знаменательные даты. В процессе проведения праздников, торжественных или печальных событий приготовление угощений ложилось на плечи работников столовой. Дружный коллектив этого цеха долгие годы возглавляла Ульяна Максимовна Ильина. Нелегок труд работников столовой, но они всегда оставались в тени. Вкусными и разнообразными блюдами, выпечкой ежедневно кормили тружеников фабрики Татьяна Николаевна Манн, Светлана Николаевна Тряпицина, Татьяна Николаевна Ломакова, Людмила Никитична Шипилова, Галина Яковлевна Маркова.

Проведение профессиональных праздников – дня шофера, дня строителя, дня птицевода, – стало на фабрике традицией. Общефабричным праздником был день птицевода. На свои праздники после тяжелых трудовых будней люди приходили нарядно одетые, красивые, со своими мужьями и женами. К каждому мероприятию готовилась культурная программа. День птицевода проводили то на территории фабрики, то в парке, а позднее местом проведения праздников стала площадь у кафе. Место красивое, кругом березы. Строители делали скамьи, ставились столы для президиума.

Но особая подготовка шла к проведению юбилея фабрики. Накануне 25-летия со дня создания птицефабрики «Молодежная» Михаил Макарович сказал:

– Нашему птицеграду – 25 лет. Это праздник для всех – для тех, кто начинал, для тех, кто пришел недавно. Успех фабрики – это успех каждого, кто здесь работал, ветерана и новичка. Если работать, не пролив пота и не вложив души, только и остается, что сетовать на власти. Мы не сетуем – на селе работа есть всегда. Сейчас много говорят про тяжелые времена, но, если работать по-настоящему, времена никогда не бывают легкими.

Зато и награда – крепкое предприятие, красивые дома, уверенность в завтрашнем дне, которая есть у каждого на фабрике «Молодежная».

Напряженный труд работников птицефабрики увенчался успехом.

В свое 25-летие «Молодежная» – настоящий птицеград. В год фабрика производит 112 миллионов яиц. А за все 25 лет произведено 2 миллиарда 840 миллионов 400 тысяч яиц. Если выложить одно к одному, то «нитка» получится длиной в 17 тысяч километров.

Среди 300 лучших российских предприятий, сохранивших свои птицефабрики, «Молодежная» – на 52 месте.

400 000 кур живут в корпусах, где поддерживается необходимый микроклимат. Давно прошли те времена, когда «Молодежная» только выращивала кур и получала от них яйца. В наше время даже самые золотые яйца не сделают предприятие независимым. Сейчас на «Молодежной» сами выращивают хлеб, есть свое молоко, мясо. Все виды продукции работники фабрики могут купить в своем магазине. И цены ниже, и качество гарантировано. Зарплату на фабрике платят регулярно. Сокращений здесь не было даже в самые тяжелые времена. А с созданием своей переработки появилось много новых рабочих мест.

Люди, работающие на птицефабрике, – золотые. Иначе и невозможно, иначе и не получится. Они без опаски смотрят в завтрашний день, потому что в этом маленьком государстве действительно все на благо человека, все для человека.

Широко и торжественно отмечала птицефабрика свой юбилей. С 25 мая по 5 июля в фабричном кафе проходили вечера воспоминаний. На фабрике 36 рабочих коллективов. В красиво оформленное, уютное кафе с богато накрытыми столами каждый коллектив приглашал своих ветеранов, ушедших на заслуженный отдых. На каждом вечере вступительное слово предоставлялось организатору и ведущей Галине Алексеевне Вертинской. Она проработала в культуре 40 лет, из них более половины – на птицефабрике «Молодежная». В ее ведении было проведение всех торжественных мероприятий, юбилеев, проводы на пенсию, художественная самодеятельность. Через душу и сердце она пропускала каждое мероприятие, поэтому и проходили они не казенно, а с особой искренностью и торжественностью.

Огромная подготовительная работа, само проведение вечеров воспоминаний и заключительное мероприятие легло на плечи Галины Алексеевны.

На каждом вечере руководитель цеха рассказывал о том, с чего начиналась жизнь коллектива, достижения за четверть века, о планах на будущее.

С особой теплотой рассказывали о тех, кто стоял у истоков фабрики, о ветеранах труда, о молодых тружениках, о тех, кого уже не было рядом, кто уже покинул мир земной. Все вставали, чтобы почтить их память. Затем в память об ушедших исполняли куплет из песни:

Но все же с болью горле

Мы всех сегодня вспомним,

Чьи имена, как раны,

На сердце запеклись.

Мечтами их и песнями

Мы каждый вздох наполним.

Как здорово, что все мы здесь

Сегодня собрались.

Торжество продолжалось показом самодеятельности, подготовленной коллективом. Вечера проходили в доброй, волнующей атмосфере. Каждый трудовой коллектив присылал приглашение Михаилу Макаровичу, и он вместе с ними отмечал этот праздник трудового подвига, благодарил всех за труд, желал здоровья, счастья.

Когда-то на вопрос селькора «Удалась ли жизнь?» – он ответил:

«Я всегда хотел служить людям. И так это делать, чтоб им было хорошо. Их нужно любить, невзирая на то, кто перед тобой. Это мне тоже удалось».

Он никогда не отказывался от приглашения прийти на проводы ветеранов на заслуженный отдых или другие торжества. Наоборот, считал своей обязанностью поблагодарить человека за труд и приглашал каждого, кто уходил на пенсию, не отрываться от коллектива, приходить на фабрику и чувствовать себя здесь нужным.

Теперь, анализируя этот период, я прихожу к выводу, что сама судьба предоставила ему возможность еще при жизни попрощаться со всеми, с кем он трудился бок о бок, с кем рядом жил. Вечера воспоминаний перед юбилеем стали для него вечерами прощания. Главный венец юбилея фабрики состоялся 8 июля 2000 года.

Уже на подходе к фабрике чувствовался праздник во всем. Красивое праздничное оформление, и даже погода под стать торжеству. Над головой голубой небесный купол, с ярким, ослепительным солнцем. На небе ни облачка.

Много гостей, жителей села, виновников торжества – тружеников фабрики. Всех рабочих и приглашенных встречали гостеприимно, достойно, с честью, хлебосольно. Встречала администрация и лично директор птицефабрики Михаил Макарович Сирота.

Духовой оркестр воинской части исполнял марши. Внесены трудовые знамена. Началась торжественная часть. Большой праздничный концерт артистов из Барнаула, концертные номера чередуются с поздравлениями, вручением наград, подарков, грамот. Торжественная тишина. На сценической площадке кавалер ордена Трудовой Славы, ветеран труда Нина Ивановна Вострикова. Она зачитывает послание потомкам в 2025 год. Звучат слова:

Заложен камень в юбилейный час.

Мы говорим вам: «Племя молодое, здравствуй!»

Примите эстафету вы от нас,

На жизнь, на труд, на радость и на счастье.

Мы проторили вам пути,

Осилив трудности большие,

И вам вперед и вдаль идти,

И нашу фабрику вести к вершине.

Благословляем вас мы в добрый час,

Хотим, чтоб были вы счастливыми,

Пройдите, вспомнив бывших нас,

Родными перелесками и нивами.

Мы не расстались с вами, в мир иной уйдя,

В вас повторились наши лица даже.

Трудились мы, здоровья не щадя,

И были счастливы, и вы живите так же.

Любите Родину, цените каждый день,

Все одолев на жизненном пути.

Гоните прочь уныние и лень,

Ведь жизнь прожить – не поле перейти.

Сей камень памятный на фабрике заложен

В честь нашего серебряного юбилея.

Мы завещаем вскрыть его потомкам

В день золотого юбилея.

Послание помещается в капсулу и закладывается под памятный камень. Наступает заключительный момент праздника. Со словами благодарности за труд – за этот великий подвиг – обращается директор птицефабрики Михаил Макарович Сирота к своим соратникам по работе: специалистам, рабочим, ветеранам труда, молодежи, пенсионерам.

На расшитом полотенце ему преподносит каравай старейшая работница фабрики.

Директор передает этот символ добра и благополучия на земле молодому поколению фабрики как знак преемственности поколений, с низким поклоном и напутственными словами:

Вручаю вам я, молодые,

Чудесный русский каравай.

В нем наши будни трудовые,

Хлебами славен наш Алтай.

Дружите с караваем вы всегда,

Душой и потом вы его взрастите.

Он символ радости, богатства и труда,

Он русского обычая хранитель.

Встречают караваем новобрачных –

Счастливых, молодых, влюбленных,

Гостей встречают дорогих и братьев.

Вручаю вам его с земным поклоном.

Михаил Макарович оказывается в центре круга хоровой группы, которая исполняет здравицу «Многая лета». Он, кажется, немного растерян, но улыбается. И кланяется, кланяется, кланяется всем. Торжество закончилось. Этот юбилейный праздник вместе со своим родным коллективом прозвучал последним аккордом в жизни Михаила Макаровича.

Ровно через семь месяцев эти же люди провожали в последний путь первого бессменного директора птицефабрики «Молодежная», заслуженного работника сельского хозяйства, кандидата сельскохозяйственных наук, кавалера двух орденов «Знак Почета», орденов Трудового Красного Знамени, Дружбы народов и «За заслуги перед Отечеством» четвертой степени, депутата Государственной Думы третьего созыва Михаила Макаровича Сироту.

В конторе птицефабрики на стенде была помещена большая фотография Михаила Макаровича, и ниже слова:

Был четверть века вместе с нами

Ушел от нас,

Оставив боль и память.

Сын украинского народа, он всю свою сознательную жизнь отдал для процветания русской земли. На Черкащине, в Суботови, старинном украинском селе на берегу реки Тясмину, стоят три криницы (колодца). По народным сказаниям, их велел выкопать Богдан Хмельницкий в честь трех храбрых воинов своего войска – русского, украинца и белоруса. Как перекличка веков из поколения в поколение передается легенда о великой жизненной силе этой целебной воды, которая дала неодолимую мощь трем побратимам.

Соловьиными песнями в кроны вековых деревьев вплелись легенды и были о веках минувших, когда три народа считались единым неразделимым славянским народом. Наши предки, как зеницу ока, берегли это братство. Три великих побратима поистине стали братьями по крови. Создавались семьи, рождались дети, смешивалась русская, украинская, белорусская кровь. Наша семья была одной из тысяч и тысяч, где два народа стали одной семьей: я – русская, Михаил Макарович – украинец. Он чисто говорил по-русски, а приезжая домой, так же чисто говорил на своей «рiдной мовi». А наши дети? Какому народу они принадлежат? Стало все едино. Свободно ездили на Украину к родителям, а украинские родственники гостили в Сибири. И вот к власти пришли «великие реформаторы», которые менее, чем за десять лет, уничтожили все, что свято хранили наши предки веками. Создали независимые государства, ввели каждый свою валюту, отгородились таможней. Их реформы прошлись по каждому из нас, создали класс богачей и сверхбогачей, ограбив простой народ. Случилась беда, погиб Михаил Макарович, и родственники не могли приехать, чтобы «своей слезой омыть лик родного сына, брата». Сестра Лидия Макаровна в своем письме говорит: какие сбережения были – пропали, пенсия нищенская, и то месяцами не платили. «И куда поедешь вдаль – на душе одна печаль» – так стонет ее душа.

Горькая дата

«Вытянув серебряные крылья,

Через весь широкий небосвод

Вёл вожак в долину изобилья

Свой немногочисленный народ.

Но когда под крыльями блеснуло

Озеро, прозрачное насквозь,

Черное, зияющее дуло

Из кустов навстречу поднялось».

Н. Заболоцкий, «Журавли»

Жизнь есть величайший дар Божий, поэтому лишать самого себя или другого человека жизни – самый тяжкий и великий грех. Господь нам дал 10 заповедей, следуя которым и исполняя их, мир земной был бы светлым и добрым. Шестая заповедь гласит: «Не убий». Знали ли о ней те, кто был организатором, пособником и исполнителем своего страшного замысла?

Наступил 2001 год. Февральский морозный день. Суббота. 10-е число. Мог ли кто предположить, что в этот день произойдет страшная трагедия, что это число станет горькой датой не только для семьи, но и для всех, кто знал Михаила Макаровича, работал с ним?

Убийцы и заказчики готовились давно.

И не было им дела до чужого горя.

В один лишь миг лишили жизни мужа моего,

А я металась по двору, как в страшном сне,

И, как волчица раненая, воя,

Я плакала, кричала, я звала,

Но он никак не открывал глаза.

Я шаль сорвала с головы и положила под него:

Боялась, чтоб он не простыл,

Ведь так легко одет он был.

Бежала от него к крыльцу,

И возвращалась вновь к нему,

Боясь оставить одного.

Но вот домой вбежала я,

Не помню, что я говорила,

Кого звала, кому звонила.

Вернулась снова я к нему,

А он, свернувшись, на боку лежал,

И жизни признаков не подавал.

Ворота кое-как открыла,

К соседям побежала,

Их помощи просила.

А дочь уже машину заводила.

Мы кое-как его втроем

На заднее сиденье положили,

Скорей в больницу повезли,

Чтобы врачи его спасли.

Но больше не вернулся он домой,

На веки вечные покинул кров родной,

Оставив на снегу лишь след кровавый свой.

Когда в наш дом пришла та страшная беда,

И прогремели выстрелы в ночи,

Я радости лишилась навсегда.

Казалось мне, что жизнь окончилась моя,

Не находила я нигде покоя,

Еще надеялась,

Что происходит это все

Не с нами, не со мною.

Страх и оцепенение охватили нас. Что произошло? Ведь только несколько минут назад он говорил по телефону, договаривался о деловой встрече, и вот он лежит окровавленный у ворот своего дома. Невозможно здравым умом осознать и понять всё произошедшее.

Уже на следующий день в средствах массовой информации: по телевизору, в газетах шли и шли сообщения о случившейся трагедии. О ходе расследования и суда я расскажу в цитировании газетных публикаций. Информации было очень много, поэтому я взяла только несколько сообщений из всего огромного количества.

Газета «Первомайский вестник»: Трагедия

Трагедия, произошедшая в субботу 10 февраля 2001 года, потрясла район: был убит Михаил Макарович Сирота, один из самых уважаемых в районе людей, руководитель, сумевший в условиях экономического и политического беспутья вести коллектив к новым достижениям, развивать производство и социальную сферу предприятия. Ни одно село района, ни один человек не остались равнодушными к смерти Михаила Макаровича. В редакцию поступают десятки звонков с вопросами по поводу случившегося…

И. Борисова

Расследованием преступления стала заниматься прокуратура района. Позднее это уголовное дело было передано для дальнейшего расследования в краевую прокуратуру. Руководил следственной бригадой начальник методико-криминалистического отдела прокуратуры края Анатолий Васильевич Гринькин.

Газета «Алтайская правда». Надежда Храмцова.

Неужели заказное?

Убийство директора птицефабрики «Молодежная» Михаила Макаровича Сироты потрясло жителей не только Первомайского района, но и всех, кто знал этого замечательного человека, отличного руководителя, общественного деятеля. В 1975 году он возглавил птицефабрику и даже в годы всеобщего развала экономики сумел не только сохранить её, но и вывести в число ста лучших российских хозяйственных предприятий.

Что же произошло в тот злополучный субботний вечер?

Как удалось узнать, с наступлением темноты у дома Михаила Макаровича крутилась белая «Нива». Сосед видел двух мужчин, копавшихся в капоте, подошел к ним, спросив, что случилось и не нужна ли помощь. Они ответили, что справятся сами. Видимо чужаки показались соседу подозрительными, поскольку он, вернувшись в дом, тут же позвонил М. Сироте и поделился мыслями на этот счет. Мало ли…

Михаил Макарович, который знал всех в селе и которого тоже знали все, решил выйти и глянуть на незнакомцев. Жена тоже стала собираться вслед за ним. Но едва она успела выйти за порог, как услышала хлопки…

Из тела М. М. Сироты извлечены три пули пистолета Макарова. Преступники скрылись. В настоящее время у оперативно-следственной бригады есть один подозреваемый. Он житель района, является членом преступной группировки. Имеет похожую «Ниву». Версия заказного убийства продолжает оставаться одной из основных. Недругов у директора птицефабрики не могло не быть. Всё тщательно проверяется. В последнее время, к примеру, в суде рассматривалось гражданское дело по исковому заявлению руководства одной из фирм, которая подрядилась сделать предприятию одну большую работу, но свои обязательства не выполнила. Поэтому была попытка вернуть крупную сумму через суд.

Самое страшное в этой истории, что в условиях дикого рынка, который мы имеем сейчас, цена человеческой жизни неизмеримо упала, а общество к этому явлению стало как бы привыкать.

Мы все живем как в каком-то кошмарном сне. Нет слов утешения. С невыразимой болью дочь Татьяна пишет:

«Папа, папа, папочка родной!

Ты не умер, ты живой!

Ты в наших сердцах живешь,

Ты песнь нам о Боге поешь.

Ты жизнь любил,

Секундой каждой дорожил,

Каждый день творил ты добро,

Чтоб люди жили хорошо.

Что случилось?

Почему всё так произошло?

Неужели победило зло?

Жизнь человеку дана для чего?

Умом и сердцем я всё хочу понять,

Но не повернуть нам время вспять.

Господи, помоги на вопросы найти ответ:

И скажи, где «да», а где «нет».

Глаза их бегают, руки дрожат.

Губами они лишь только шипят.

Затаились, спрятались,

В ложь красивую облеклись,

Окутали всё клеветою.

Пьяные «герои» пустились в бега.

Нет! Вам не уйти от суда никогда.

Отца вы не убили, вы убили себя,

Зависть затмила вам свет,

Но напрасно вы ждете утра рассвет.

От людей убежишь, от себя не уйдешь,

Лишь в пьяном угаре «счастье» найдешь.

Жизнь человеку для мира дана, для любви.

Убийцы, вы на погибель себя обрекли

За грехи, за грехи свои.

Не убий, не укради,

Божьи заповеди все соблюди.

И тогда на Земле будет рай.

Папа, папочка родной,

Для любви и для мира нас вдохновляй.

Через три дня после гибели Михаила Макаровича мы получили письмо от заслуженных учителей из села Первомайского. Вот его текст:

Уважаемая Валентина Борисовна!

Глубоко соболезнуем Вашему Великому горю!

Крепитесь, Дорогая!

По всей России сыплется горе на головы людей в период нового капитализма.

Мужайтесь! Вы не одна. Вас окружают дети и много добрых людей. Они помогут Вам выжить и все вынести.

С уважением, Гордеев Иван Федорович, Гордеева Александра Николаевна.

Надежда Храмцова в заметке «Сработали четко, профессионально» сообщает:

«В минувшую субботу мы коротко сообщили о том, что задержаны двое подозреваемых в убийстве директора птицефабрики «Молодежная» Первомайского района, одной из крупнейших в России, 67-летнего Михаила Сироты. От помощника прокурора края Валерия Зиястинова и пресс-службы УВД стали известны некоторые подробности. Но сначала напомним, как всё произошло.

Десятого февраля вечером, предупрежденный соседом по телефону о том, что возле его ворот крутится какая-то машина с подозрительными людьми, Михаил Макарович вышел из дома и тут же был убит тремя выстрелами в упор. Его успели довезти в больницу живым, где он и скончался, не приходя в сознание.

Прокуратурой было возбуждено уголовное дело и создана оперативно-следственная бригада, а расследование поручено начальнику методико-криминалистического отдела краевой прокуратуры Анатолию Гринькину. В бригаду вошли также сотрудники уголовного розыска краевого ОВД. Как основная, рассматривалась версия заказного характера убийства в связи с производственно-экономической деятельностью директора птицефабрики.

Бригада работала в напряженном ритме и выполнила свою задачу быстро и профессионально. Был установлен номер белой «Нивы», но оказалось, что ей управлял не хозяин, а другой человек по доверенности. Найден брошенный револьвер-наган калибра 9 мм. Он был с глушителем, отсутствовали гильзы на месте преступления. И вот 21 февраля уже было предъявлено обвинение непосредственному исполнителю убийства Михаила Сироты и выявлены все участники преступления. Двое находятся под стражей. Третий объявлен в розыск.

Пресс-служба УВД назвала также фамилии своих отличившихся в раскрытии преступления сотрудников: работники Первомайского РОВД Валерий Семенченко, Сергей Базанов, Инесса Смирнова, Игорь Астин; краевого УВД – Владимир Косов, Николай Новодранов.

Следствие продолжается, а соболезнования идут и идут от организаций, от коллективов, от рядовых тружеников».

На сорок дней со дня трагической гибели Михаила Макаровича газета «Первомайский вестник» по просьбе односельчан, работников птицефабрики печатает стихи, написанные Верой Николаевной Першиной. Её поэтические строки проникнуты такой болью, как будто это было её личное горе.

Без Вас мы, Сирота, осиротели,

Всего лишь сорок дней, как Вас не стало,

Большое сердце биться перестало,

Всем кажется, что сон кошмарный это,

Что новая беда таится где-то.

Вы торопились жить, наш человек родимый,

Узнали все, как Вы необходимы.

Прервётся жизни нить и путь прервётся –

Работал и не уставал бороться.

Вы радовались солнцу, травам, лесу.

Стремились жить и песни петь чудесно,

Любили дело и стремнину века,

Титаном были Вы и – Человеком.

Детдомовских жалея ребятишек,

Вы помогали им, душой взлетая выше

Седых, видавших виды ветеранов,

За труд благодарили постоянно.

Как сердцу больно, тяжело, тревожно,

Что высказать вам это невозможно.

Без Вас мы, Сирота, осиротели,

Мир и покой, как птицы, улетели.

Благодарим (посмертно) за работу,

За доброту души, за всю заботу!

Была ведь жизнь – служенье людям,

И мы за Вас молиться вечно будем!

От редакции:

Прервалась работа мысли,

Отошла река забот.

Но любовь взлетела выше –

В людях память не умрёт.

Не оставят люди дела

Добрых рук, мечты твоей,

Продолженьем будет смелым

Много трудных долгих дней.

То, что создано годами,

Не дадим развеять в прах.

Помним все: ты – здесь, ты – с нами

На семи лихих ветрах!

Коллектив сотрудников и детей Первомайского детского дома в краевой народный суд Алтайского края пишет:

«На протяжении долгих лет, несмотря на острую нехватку времени, директор ПТФ «Молодежная» Сирота Михаил Макарович заботился о детях, которые остались без попечения родителей и проживают в Первомайском детском доме. Это человек высокой чести и огромной души.

Михаил Макарович один из многих людей, который точно знал, где в Первомайском районе находится детский дом, где очаг боли и страдания, где он нужен.

За эти годы он стал детям «отцом». Ни один праздник не проходил без «нашего Макарыча» – так с любовью называли его старшие дети. Они писали о нем стихи, они верили ему. Не потому, что он всегда приходил с подарками и помогал детскому дому, а потому, что каждый его приход – это доброжелательная беседа, это всегда хороший совет, доброе слово, а для хулиганов – серьезный отцовский разговор.

Когда случилась страшная трагедия, мы, взрослые, боялись детям об этом сказать, но весть распространилась быстро. Детский дом был охвачен общим плачем. Навзрыд плакали малыши, взрослые дети глотали слёзы. Выстроясь в прощальный коридор перед детским домом, дети вышли проводить Михаила Макаровича в последний путь. С той минуты и до сегодняшнего дня мы все вместе читаем газеты, слушаем радио, смотрим телевизор.

Но объяснить малышам и детям среднего возраста, почему на земле есть плохие люди, которые могут лишить человека жизни, очень трудно.

Сложнее со старшими детьми, которые уже привычно воспринимают негативные стороны жизни, видят мир жестоким из средств массовой информации. Они столкнулись с этим уже с рождения.

На самом деле страшно осознавать, что предательство, наркомания, убийства – удел нашей России. Это трагедия и нашего села, у истоков которого стоял Михаил Макарович.

Село Первомайское процветало, выжило в трудное время и сохранилось до сегодняшнего дня благодаря этому трудолюбивому, так любящему жизнь, своих односельчан, свою Родину, человеку.

Коллектив Первомайского детского дома убедительно просит вас, уважаемые судьи, наказать по всей строгости закона людей, лишивших жизни дорогого нам человека.

Совершив преступление, эти люди пошатнули моральные устои общества, надломили веру в справедливость, безопасную счастливую жизнь, которую никто не вправе отнять у любого человека.

Мы все скорбим по поводу гибели Сироты М. М.

Коллектив детей и сотрудников Первомайского детского дома.

Не умолкает телефон, звонят знакомые и незнакомые люди. Со слезами в голосе они выражают соболезнования в связи с постигшей нас утратой. Десятки звонков из Германии от бывших односельчан из пос. Северный, когда-то работавших в совхозе «Белоярский». А вот соболезнование из Кронберга (Германия):

Валентине Борисовне Сироте, родным и близким, а также коллективу птицефабрики «Молодежная».

Уважаемая Валентина Борисовна! Уважаемые дамы и господа!

С глубоким прискорбием дошла до нас весть о безмерной утрате, постигшей вас.

Имея деловые отношения с Михаилом Макаровичем, мы видели в нем неутомимого руководителя и сильную личность. Он один из немногих руководителей сумел в этом экономическом хаосе российской экономики удержать предприятие независимым и дееспособным, что, наверное, многим «перестройщикам» не понравилось.

Мы понимаем, что гибель его не просто возникла на уровне бандитизма и беспредела. Пусть воздастся убийцам и заказчикам должное.

Примите наши искренние соболезнования с постигшей вас утратой.

Руководство и сотрудники фирмы

METZEN UND PARTNER Consultants Gmbh

Кронберг, 12.02.2001 г.

Через тысячи километров с далёкой и родной Украины был слышен плач и стон матери, сестёр, племянников. Ведь он, единственный, был всем опорой и поддержкой. Трудно представить человека, которого бы, как Михаил Макарович, хватало на всех – и родных, и чужих.

Сестра Лидия Макаровна в своём плаче, посвященном памяти Михаила Макаровича, со скорбью и страданием пишет:

Памяти брата моего посвящается.

Миша, Миша, братик мой,

Что случилось вдруг с тобой?

Каким зверем нужно быть,

Чтоб таких, как ты, убить?

Уходя ты в мир иной,

Не сказал нам, дорогой,

Как же жить нам без тебя?

Твоей маме, твоим деткам

И жене родной?

Ну а внуки – дед им нужен, как никто другой.

А сестричкам что ты скажешь,

Как всё это пережить?

Жизнь свою героем прожил

И погиб ты им!

А теперь прошу тебя:

Ты прости, прости меня,

Что не сумела проводить

В путь далекий тот

И проститься, приклониться,

И омыть своей слезой

Лик твой дорогой.

Ведь на что поедешь вдаль,

На душе одна печаль.

Как-то говорил ты мне:

«Помолитесь обо мне».

Я молюся, ты же знаешь

И все Господа прошу

Встретить брата моего:

«Ты прости его родного,

Все грехи прости его

Боже, Боже милосердный,

Просим – возвеличь его.

Все друзья твои приходят,

Помнят о тебе.

Ждут края тебя родные,

А тебя всё нет.

Разве что во сне приходишь

Ты, наш дорогой,

Ты единственный мой братец,

Мишенька родной.

Знай – омытый ты слезой.

Тихо, мирно по молитве,

Как велит Господь.

Все тебя мы помним,

И скорбим мы все.

Ты в делах своих великих,

В доброте своей.

Братик, братик ты наш милый,

Ты всегда живой.

Пусть Господь дарует вечность

В царствии своём.

Пусть он там тебя согреет

Милостью своей.

10 февраля 2001 года. Лысянка. Украина.

Чаще других в газете «Алтайская правда» публикуются статьи корреспондента Надежды Храмцовой – человека справедливого, порядочного, профессионала с высоким чувством ответственности.

В тот вечер в феврале

Мы ехали по дороге в село Первомайское, где был убит директор птицефабрики «Молодежная» Михаил Макарович Сирота, и я пыталась представить, как десятого февраля катила по этой же самой трассе белая «Нива» с тремя мужчинами. О чем они разговаривали, о чем думали – может быть даже шутили и смеялись, поскольку были не совсем трезвы? Или строили планы, куда потратят полученные за «заказ» деньги, которые, как оказалось, были не столь уж велики – пятьдесят тысяч за человеческую жизнь? А может быть, двое из них предавались воспоминаниям о том, как вместе мотали срок в одной камере? Или просто молчали, обдумывая, каждый сам по себе, как «залечь на дно», чтобы уйти от уголовной ответственности.

Впрочем, нормальному человеку невозможно представить, что творится внутри отморозков, которые согласились «убрать» заслуженного, всем известного в крае директора процветающего производства, бывшего депутата Государственной Думы, кандидата наук, отца троих взрослых детей, наконец, деда шестерых внуков. Неужели у этих троих не осталось вообще ничего человеческого? Хотя, например, один из них, житель Бердска, говорят, сильно привязан к своей матери-инвалиду… Или чужое горе – не горе, и чужая жизнь – не жизнь, ею можно распоряжаться как угодно, если заплатят деньги? За свою-то судьбу этот гражданин сильно испугался, поскольку бросился после содеянного в бега, пришлось объявить его в розыск. А между тем его арестованные подельники все три выстрела в Сироту – два в голову, один в спину – валили на него… Теперь он арестован, дает показания. Впрочем, до судебного разбирательства обсуждать эту тему – кто конкретно стрелял – преждевременно.

А тот мартовский день, когда мы приехали к жене (сказать «вдове» – язык не поворачивается) Сироты – Валентине Борисовне, – был прекрасный: ярко светило солнце, на улицах села много людей, которые на наши просьбы объясняли, как найти дом директора. Две пожилые женщины даже подсели к нам в машину, чтобы мы уже точно приехали в микрорайон «Комсомольский». Они были словоохотливы, рассказали, что ходили в магазин «Майский», – там у них и куры дешевые, и яйца, и масло подсолнечное свое, сельское, только вот его почему-то сегодня не подвезли. Но это их ничуть не расстроило – завтра пойдут, да купят. Чувствовалось, живется им в этом селе комфортно, да и как иначе, если взрослые дети имеют работу, вовремя получают зарплату, да и о пенсионерах фабрика всегда заботилась, как могла. На вопрос, застанем ли мы Валентину Борисовну дома, женщины сказали, что дома, она из дома почти никуда не выходит, так ей сейчас тяжело.

Валентина Борисовна была во дворе с двумя внучками. Привела в дом… разговор, конечно, был тяжелый. Мне было неловко от того, что вновь как бы заставляю пережить тот роковой вечер женщину, которая свыше сорока лет была счастлива в браке. Она и сама много сделала для Первомайского: учила в начальных классах сельских ребятишек, а потом 14 лет заведовала детским садом, причем пришла туда, когда его начинали только строить. Сама занималась и строительством, а потом всё сделала для того, чтобы детский сад стал одним из лучших: многие годы сюда привозили разных гостей, устраивали семинары по обмену опытом. Но в то же время у нее на первом месте оставалась семья, дети, большое хозяйство. От мужа помощь принимала с благодарностью, а если он был занят – не роптала, просто обеспечивала надежные тылы. А это много значит для таких мужчин-трудоголиков, каким был Михаил Макарович. Он буквально жил своей птицефабрикой, развитием подсобных хозяйств, поскольку считал, что самое главное – обеспечить людей работой, чтобы не завалить хозяйство, как случилось со многими колхозами и совхозами. «Бывало, прилетит из Москвы с заседания Думы, поставит портфель и сразу на птицефабрику, – вспоминает Валентина Борисовна. – Я ему говорю: да отдохни ты немного». «– Я уже отдохнул в машине, пока из аэропорта ехал. Дел много, как там без меня?» А еще, бывало, когда собирались всей семьей, он любил повторять: «Запомните, дети, мы люди труда, всего надо добиваться самим…»

Чтобы быть всегда в хорошей форме, Михаил Макарович по утрам делал зарядку. Он очень любил жизнь. Планов у него было много. Иногда говорил, что надо бы засесть за докторскую диссертацию, материала накопилось много.

Последние годы она за него очень тревожилась, поскольку по его настроению видела, как нелегко ему дается одна непростая финансовая тяжба. Бесконечно шли арбитражные суды с одной из строительных частных фирм… Дома он старался об этом не говорить. Но Валентина Борисовна вспоминает, как однажды позвонил им мужчина, затем подъехал. Муж вышел и они долго разговаривали в машине. Она уже беспокоиться начала. А когда Михаил Макарович вернулся, обронил такую фразу: «Сейчас мне сказали: Ты умеешь деньги зарабатывать, а я умею выколачивать…»

В тот роковой субботний вечер 10 февраля Михаил Макарович вернулся с работы, на удивление жены, очень рано. Она, правда, уже истопила баню. Он помылся, потом отогнал машину, причем, по пути заехал к шоферу, поскольку в машине обнаружил кое-какие неполадки. Вернулся, отдыхал. Она занималась своими делами. Наступил вечер. Все дела были завершены, и она выключила свет во дворе. Вдруг раздался телефонный звонок, она взяла трубку. Сосед Виктор Иванович сказал: «Валентина Борисовна, вы кого-нибудь ждёте? Возле вашего гаража крутятся двое мужчин, я подошел к ним, спросил: что они здесь делают? Они сказали, что ждут кого-то. Вот и решил вам позвонить…»

Надо сказать, что директорский дом находится в самом конце улицы, в красивом месте. Михаил Макарович планировал построить здесь новый микрорайон, а пока там малолюдно и чужие люди сразу бросаются в глаза. Валентина Борисовна сказала, что они не ждут никого, но встревожилась и сообщила о звонке мужу. Сказала, что пойдет посмотреть, что там за люди, но муж встал, оделся и вышел. Она тоже быстренько накинула одежду, вышла на веранду и вдруг услышала какой-то странный звук. Сначала подумала: что-то на веранде, но, выскочив на крыльцо, с ужасом увидела, как Михаил Макарович медленно валится на землю. Он не успел даже открыть невысокую калитку. Его расстреляли в упор. Валентина Борисовна закричала, кинулась к нему, он был в крови, она заметалась в панике, крикнула дочь, вызвала соседа… Сначала они привезли раненого Михаила Макаровича в сельскую больницу. Там ему только смогли перевязать раны и срочно отправили в Новоалтайск. А надо сказать, до него путь неблизкий – шестьдесят километров. В районной больнице, в реанимации, не приходя в сознание, Михаил Макарович скончался…

В это время, надо думать, мчалась по каким-то дорогам другая машина – белая «Нива», в которой находились трое подонков. Но сделав свое черное дело, они недолго находились на свободе. В считанные дни следственная группа задержала сначала двоих подозреваемых, затем вышла на посредника, который нанял исполнителей, а немного позже – и на «заказчика».

Сотрудники правоохранительных органов с самого начала не сомневались в заказном характере убийства. Убийстве по найму. Всем пятерым уже предъявлено обвинение.

Вот так прокомментировал это преступление начальник методико-криминалистического отдела прокуратуры края Анатолий Васильевич Гринькин, который руководил следственной бригадой:

– Мы считаем одной из главных причин, почему решили устранить Михаила Сироту, то, что директор птицефабрики отказался платить преступникам деньги за невыполненную работу. Поэтому он мешал им как руководитель.

Организатор убийства и посредник – грамотные люди, директора частных фирм, не судимы, имеют семьи, детей. Но очень любят деньги. Исполнители, которых они наняли, люди уже судимые. Один – житель Новоалтайска, двое из Бердска. Следует добавить также, что это преступление мы рассматриваем не только как заказное, но еще и как убийство, совершенное бандой. У исполнителей, между прочим, изъят арсенал оружия. Словом, все было заранее спланировано, но не всё они сумели предусмотреть. Сыграло, видимо, свою роль и то, что обвиняемые в этот день выпили – у одного из них, можете себе представить, был день рождения».

Надежда Храмцова

Как тревожный набат прозвучало выступление заслуженного инженера РФ, директора бывшего совхоза «Санниковский» Вилли Александровича Соколенко в газете «Алтайская правда».

Права молчать не имею

Если к фактам заказных убийств по стране мы уже как-то попритерпелись, насколько это вообще возможно, то убийство Михаила Макаровича Сироты, директора птицефабрики «Молодежная» просто произвело шок.

Беда пришла в мой, в наш дом. И это еще раз подтвердило, что преступления возможны только по причине безразличия людей. Нам говорят – терпите, будет лучше! И мы терпим, не задумываясь, что просто терпение, без четкой цели и просчитанной перспективы – это добродетель ослов.

Кто такой для меня Михаил Макарович? Это часть моей жизни, часть жизни коллектива совхоза «Санниковский».

Об этом человеке говорить можно много, и сказано немало. О неуемной его энергии, тяге к новому, беспрерывном повышении квалификации, умению учиться самому и учить других. Целеустремленности, исполнительности, и одновременно полной самостоятельности, заботе о людях. Он не только хорошо вёл фабрику, но доказал жизненность коллективного хозяйства в наших новых условиях. Ещё раз подтвердил, насколько производство зависит от первого лица.

Сироту знали, как директора птицефабрики «Молодежная», но мало кто знал, что он нигде не бросил начатое, везде оставлял после себя добрые дела. Это человек из племени созидателей.

Три года он проработал в совхозе «Санниковский», заложил первые «кирпичи» в животноводстве хозяйства. Совхоз «Белоярский» – 9 лет труда по созданию птицеводческого предприятия.

Не стало друга, не стало сильного руководителя, не стало просто Человека.

Кто ответит за это преступление? Какой меры наказания заслуживает оно? В стране всё больше заказных убийств…И на этом фоне у нас идут рассусоливания об отмене и ненужности применения смертной казни. Председатель комиссии по помилованию уважаемый Анатолий Приставкин убеждает нас, что осужденные к пожизненному заключению больше мучаются…

Соглашаются и юристы, что пожизненное заключение – самое страшное наказание. Простите, наказывают для того, чтобы люди поняли и чтобы в дальнейшем подобное не повторялось. Но бешеных зверей надо отстреливать. Дабы проявить истинную гуманность к нормальным людям. А мы этим людям просто дарим жизнь. Да еще и содержим. Затраты, по данным СМИ, составляют 3000 долларов в год. И это в то время, когда мы не можем обеспечить детей стабильным нормальным питанием! Если на то пошло, пора спросить налогоплательщиков, согласны ли они отчислять налоги на пожизненное содержание убийц.

День за днем по всем каналам показывают зверства чеченских террористов. Кровь застыла бы в жилах, если б могла. Идёт какое-то смакование ужасных сцен…

Моё мнение, что нас просто приучают к любым преступлениям, дабы это утверждалось, как норма жизни.

И уже случилось самое страшное – нас уже ничем не удивишь. С экранов телевизоров и со страниц печати идет в каждый дом, в каждую семью – поток насилия, убийств, зверств, садизма, разврата и порнографии.

Хотя все понимают, откуда идет вал погибельной наркомании, зверских преступлений, мы все – и каждый в отдельности – пытаемся рассуждать: это плохо, но меня не касается. Будем ждать, пока коснется?

Эта страшная волна уже захватила некогда благополучный наш Алтайский край.

Беда пришла к нам – в мой, в наш дом. На мой взгляд, далее такое положение терпимо быть не может. И первое, что мы должны сделать – поднять свой голос против отмены смертной казни, запрет которой был принят в угоду нашим зарубежным «друзьям». Нелюди должны знать: возмездие неотвратимо.

Я обращаюсь к А. Сурикову, А. Назарчуку, к депутатам Алтайского края в Государственной Думе: необходимо добиться принятия закона о применении смертной казни.

В. А. Соколенко.

Закончилось следствие. Всем пятерым преступникам предъявлено обвинение. Состоялось три судебных процесса в краевом суде и два в Верховном. Каждый процесс был тяжелым испытанием для меня и моих детей. Он бередил и так незаживающую сердечную рану. Наконец, 24 декабря 2004 года краевой суд вынес обвинительный приговор.

Корреспондент газеты «Алтайская правда» Тамара Логинова присутствовала на заседаниях третьего судебного процесса. Вот ее судебный очерк:

Приговорили в третий раз. Наказание убийцам Михаила Сироты не стало мягче

«Алтайская правда» уже сообщала, что накануне новогодних праздников в краевом суде был вынесен приговор заказчику и исполнителям убийства директора птицефабрики «Молодежная» Первомайского района Михаила Макаровича Сироты. Заказчик – директор ЧП «Дорстрой» Евгений Малков получил 10 лет, стрелявший в Сироту Олег Талыгин – 18 лет, Александр Золотов, организовавший преступную группировку, – 15 лет, Олег Горшков, тоже участвовавший в преступлении, – 11 лет лишения свободы. Все они будут отбывать наказание в колонии строгого режима.

Так закончился третий судебный процесс по этому делу. И три года скоро исполнится с момента гибели Михаила Макаровича…

Громкое дело

Михаил Макарович Сирота – человек в крае известный. Некогда он был первым из тех, кто на практике доказал, что птицеводство способно не только кормить народ диетическими продуктами, но и обеспечивать существенные прибыли. Сирота был вдумчивым, умным и последовательным хозяином, он изучал свое дело глубоко, написал научные работы и защитил кандидатскую диссертацию. К нему на фабрику еще во времена социализма приезжали иностранцы для знакомства с этим оазисом образцово построенного бизнеса.

Но главное – люди, его соратники, сподвижники, а попросту птичницы, работники кормоцехов, ветеринары, да, в конце концов, весь поселок Первомайский, очень уважали директора «Молодежной».

Михаила Макаровича Сироту заботили не только производство и прибыли, но и то, насколько обеспечены семьи тех, кто работает на фабрике. Даже при современных финансовых трудностях, про которые твердят чуть ли не на каждом углу, в Первомайском строилось жилье для рабочих. 600 семей там отпраздновали новоселье. Находил он средства, чтобы помогать Первомайскому детскому дому, и время, чтобы поговорить с детдомовскими ребятишками.

Михаила Макаровича убили 10 февраля 2001 года. Эта ошеломляющая новость тогда быстро облетела край. Дело приобрело большой общественный резонанс. В краевой суд пришло немало писем, в которых люди просили осудить убийц Сироты как можно строже, выражали скорбь по поводу его гибели.

Как он погиб

Михаил Макарович был убит именно потому, что он не мог поступиться интересами фабрики «Молодежная», а значит, всех, кто на ней работает. В 1999 году между руководителем ЧП, специализирующегося на строительстве дорог, и птицефабрикой «Молодежная» был заключен договор на строительство дороги. Очень скоро специалисты птицефабрики осознали, что связались, грубо говоря, с откровенными мошенниками: «построенная» дорога не только критики не выдерживала, но даже «Жигулей» нормально снести не могла. Возможно, директор ЧП Евгений Малков такое положение дел привык считать обычным. В дорогу можно деньги зарыть, потом откопать вместе с заказчиком и поделить к общему удовольствию, а дорога – это ведь дело неблагодарное, сроду их в России не было, этих дорог, так и начинать нечего.

А Сирота думал по-другому, он не мог обмануть своих людей, бесконечно ему доверявших. Да и жуликов, честно говоря, терпеть не мог. И он сказал Малкову, чтобы тот деньги либо отдал назад, либо сделал дорогу, как следует. Но Малков заявил Михаилу Макаровичу: «Ты деньги умеешь зарабатывать, а я выбивать…»

Упорство Сироты бесило жулика Малкова, и как всякий нечистый на руку человек, он начал бомбардировать доносами органы правопорядка, прокуратуру и суд. Ни один из этих «сигналов» не подтвердился, но в итоге, как это у нас всегда и бывает, пострадали Сирота, его люди, его фабрика.

Разве так должно быть в жизни, чтобы уголовники подписывали смертный приговор человеку, отмеченному не только государственными наградами, но и бесконечным уважением людей, широким признанием общества? Но случилось именно так.

Вскоре, по сути, он стал убийцей, этот Малков. Он решил любой ценой «убрать» человека, который не заплатил деньги за невыполненную работу. Правда, к тому времени уже состоялся арбитражный суд, который своим решением постановил взыскать с ЧП Малкова 631 тыс. рублей 90 коп.

Малков, жаждавший крови упрямо-непреодолимого своего заказчика, однажды встретился с близким ему по «духу» Александром Бобровым и начал плакаться о своей горькой судьбе: свела, мол, с таким вот Сиротой, играющим в непонятки относительно «настоящего бизнеса». В отличие от Сироты Бобров очень даже хорошо понял своего друга.

Решение убить Сироту вылилось в конкретную встречу с мелкими бандитами города Новоалтайска. Знаете, что поражает в нашей жизни? Огромное, просто противоестественное количество таких вот «современных парней», способных убить за смешные деньги. Например, эти вот ранее судимые Золотов, Талыгин, Горшков, которых Боброву даже искать долго не пришлось, просто в глаза лезли всем и каждому.

Так что Бобров как посредник в заказном убийстве, можно сказать, не переработал. Он просто зазвал «приметных» парней для разговора. Такая компания была готова на все. Посудите сами: еще в декабре 2000 года ранее судимый Александр Золотов, мелкий уголовный авторитет Новоалтайска, встретил жителя Бердска Олега Талыгина, с которым когда-то (воспоминания были еще совсем свежи) содержался в одной камере СИЗО. Талыгин как раз жил в Новоалтайске у своего приятеля Олега Горшкова. Они считали себя бандой, бригадой, – насмотрелись, видно, телефильмов…

После разговора с Бобровым собрались, обсудили, как могли, это дело. «Стволы» были неважнецкие: «Чешска зброевка» модели 27, газовый пистолет, самодельный револьвер. Револьвер, кстати, Олег Талыгин использовал при разбойном нападении, за которое отсидел, но с разбоем решил не расставаться, во время следствия пистолет от милиции утаил.

Еще деталь, которая пусть заставит вас задуматься о том, до каких пределов может дойти мерзавец, уже давно потерявший облик человека, но по какой-то странности все еще продолжающий обитать среди людей. На убийство они пошли в день рождения Александра Золотова. Напившись сразу и основательно, поехали прямиком к дому Сироты. Думали, он не приехал еще с работы, знали уже о привычке директора работать допоздна. Но Михаил Макарович был на этот раз дома. А тут позвонил сосед, сказал, что кто-то топчется у калитки его дома.

Михаил Макарович пошел взглянуть. Возможно, хотел по-свойски поговорить с парнями. Талыгин стрелял в упор. Трижды. Слишком много для человека. Для этих полуживотных – нормально. Они же знали, что «вышки» уже нет, в худшем случае дают пожизненное. Ну, похлебают они тюремной баланды. А может, и не поймает никто, ведь заказные убийства раскрываются не так уж часто. На этот день они уже и состряпали себе алиби, ведь сколько народу видело, как они отмечали день рождения…

Но здесь преступники просчитались.

Следствие и суд

Задержали их довольно быстро. Первым милиции попался Золотов, последним Талыгин. 21 марта его уже в Бердске вычислили оперативники и надели наручники. Обвинение всем участникам преступления было предъявлено тоже быстро. Талыгин рассказывал следствию, что стрелял Золотов, Золотов, разумеется, это отрицал, говорил, что это сделал Талыгин. Горшков заявлял, что вообще спал пьяный в машине, ничего не видел, не слышал. Малков подельников «не узнавал», пытался убедить следствие, что никогда прежде их не встречал, а когда погиб Сирота, вообще был в гостях у родственников в Кузбассе.

Первый суд над убийцами Михаила Макаровича состоялся в 2001 году, и дело тогда было направлено на доследование. Прокуратура обжаловала это решение, и Верховный суд РФ постановил, что дело нужно вновь рассматривать в суде.

Второй суд закончился 4 декабря 2002 года приговором. До него не дожил посредник Бобров, заболел и умер. Будем надеяться, что Господь ему уже воздал полной мерой. Однако смерть Боброва дала новый шанс оспорить свою виновность его подельникам. Все четверо уже давно просили назначить им суд присяжных, надеясь, что здесь-то можно выклянчить приговор и помягче. Только Бобров был почему-то против такого суда…

Но суд с участием присяжных признал преступников виновными. Однако получилось, что на оценку совершенно однозначных практически принародных смертельных выстрелов организованной группы убийц ушло почти три года. Но таков уж он, новый Уголовно-процессуальный кодекс, предоставляющий много возможностей для преступников… Вот и сейчас убийцы Сироты уже настрочили очередные жалобы в Верховный суд РФ. Правда, с тех пор, как были задержаны, они не гуляли на свободе, а сидели в СИЗО.

Но все это время страдали и потерпевшие. Сердце вдовы Сироты Валентины Борисовны изорвано в куски страшной болью невосполнимой потери. И она как молитву твердит нынче все одно:

– Моя боль не уходит, я не могу смириться со смертью Михаила Макаровича, каждый день подхожу к тому самому месту во дворе, где его убили. Я не понимаю, почему убийца ходит по земле, дышит, смотрит на небо, а мой муж этого не может?

Вопрос этот очень важный, и адресован он должен быть сторонникам отмены смертной казни. Авторам, по сути, индульгенции убийцам.

А убийцы и на баланде рожи отъесть сумеют. Потому что желудки у них в порядке, комплексов вроде совести, достоинства и чести не может быть по определению. Что они и продемонстрировали во время суда… Особенно буйствовал Малков, заявляя, что обвинению удалось «протащить» вердикт присяжных, требовал исследования доказательств по-новому, сочинил даже новую версию убийства. Якобы Золотов с компанией хотел угнать у Михаила Макаровича машину, а все, что случилось, произошло случайно.

Эпилог

Сироты нет. Нет большого, принципиально важного именно для нашего сегодняшнего времени человека. Он хотел добра, он добывал это добро из своей постоянно растущей фабрики, он давал людям главное – направление действий, веру в собственную работу, страсть к благополучию и процветанию работящих семей. Он был богат друзьями, любящей женой, хорошими детьми. Он так много успел нам оставить. Хватит на долгую память.

Автор благодарит прокуроров отдела государственных обвинителей прокуратуры края Веру Варламову и Веру Кандаурову за помощь в подготовке публикации. Фамилии осужденных изменены, так как приговор пока еще не вступил в силу.

Тамара Логинова. 20 января 2004 года,

газета «Алтайская правда»

Уважаемая Тамара Логинова, благодарю Вас за правдивое и объективное отображение событий. Благодарю прокуроров Веру Варламову и Веру Кандаурову за то, что они высоко несут честь правоохранительных органов и, несмотря ни на что, отстаивают правду и добиваются наказания преступников.

Не могу не процитировать письма от бывших рабочих птицефабрики «Молодежная» и совхоза «Белоярский», проживающих в Германии и ветеранов труда птицефабрики.

Вот письмо из Германии:

«10 февраля этого года страшная весть о трагической смерти Михаила Макаровича Сироты, как набат ворвалась в наш сердца, боль и горе вошли в каждую нашу семью. Его знали и уважали все, старый и малый. Строгий и требовательный, он по-отцовски был заботливый и добрый. Кто бы к нему не обращался за помощью, он никогда никому не отказывал.

Мы до сих пор не можем понять, почему произошла эта страшная трагедия, за что убили этого великого труженика, почему стало это возможно сейчас в России, кто ответит за это?

Михаил Макарович пришел в наш совхоз «Белоярский» в 1966 году в убыточное, отсталое хозяйство и за 9 лет превратил его в прибыльное, крепкое хозяйство. При нём оживилось всё: строились птичники, дороги, квартиры, детские сады, школа. У людей появились светлые надежды на будущее. Его можно было увидеть в любое время дня и ночи, и в субботу, и в воскресенье на работе.

Он был требователен к себе и строго спрашивал с нас, рабочих, он просто горел на работе, и когда мы уехали в Германию, он и здесь оставался нашим директором.

Приезжая в Германию к нам в гости, он не только отдыхал, он знал, кто где работает, посещал фирмы и фермеров, искал что-то новое, что можно применить у себя на птицефабрике, снимал видеокамерой, фотографировал.

Горько осознавать, что нет больше с нами Михаила Макаровича, не можем поверить в это.

От имени граждан Германии, бывших жителей России, просим вынести справедливое наказание за это злостное убийство».

Декабрь 2001 года. Всего 50 подписей.

Двести двадцать ветеранов труда птицефабрики «Молодежная» пишут в Алтайский краевой суд:

«Мы, ветераны труда птицефабрики «Молодежная» знаем М. М. Сироту по совместной работе с мая 1975 года.

На базе двух птицеводческих отделений: совхозов «Светлый путь» и «Белоярский», Михаил Макарович много вложил труда и ума в создание такого мощного, крепкого сельскохозяйственного предприятия.

За 25 лет птицефабрика «Молодёжная» не только сохранила производство сельхозпродукции, но и преумножила его, организовав переработку, донесла до прилавков магазинов нужную, качественную продукцию, нашла своего потребителя.

В трудные, тяжелые 90-е годы перестройки, птицефабрика под руководством Михаила Макаровича не только выжила, но сумела попасть в число трехсот лучших предприятий России, заняв 52 место.

На фабрике вместе с Михаилом Макаровичем работали: два Героя Социалистического труда – Ольга Владимировна Гавриленко и Алла Ивановна Силина. Выросли два заслуженных работника сельского хозяйства – Заречнева Екатерина Алексеевна и Горбенко Владимир Елизарович. 30 ветеранов труда получили ордена и медали, 25 ветеранов-передовиков удостоены серебряных и золотых медалей ВДНХ СССР и России.

За 25 лет жизни фабрики под руководством Сироты М. М. было построено 600 квартир, а это значит – 600 работников птицефабрики улучшили квартирные условия.

Какое право имели эти звери в человеческом облике отнять жизнь у человека, который посвятил всю свою жизнь людям, который всю жизнь пахал, сеял, выращивал скот и птицу для того, чтобы накормить людей, дать им работу, зарплату, квартиры.

У нас свой детский сад – он был лучшим в крае, столовая, профилакторий, свое кафе. Мы работали много, мы знали, что все это для нас. Каждый год выделялись бесплатные путёвки в санатории, дома отдыха; мы ездили по туристическим путевкам в Москву, Киев, Винницу, Фрунзе, Ташкент – это всё была заслуга нашего директора.

Он каждого человека знал по имени и отчеству, первым протягивал руку для приветствия, будь это главный специалист или простой рабочий. Пред пожилыми людьми всегда низко склонял голову, всегда спрашивал про их нужды и старался помочь по возможности.

Каждый работник птицефабрики очень хотел, чтобы его дети работали на родном предприятии, так как Михаил Макарович очень любил дисциплину, строго наказывал прогульщиков и лентяев.

Многие наши дети, отучившись по направлению фабрики, в настоящее время работают специалистами.

Михаил Макарович знал каждую семью до третьего колена. Останавливал, расспрашивал всё о детях, внуках, спрашивал про нужды людей. И помогал – от души, от своего большого сердца. К каждому празднику нам была денежная помощь или какой-то подарок. Он никогда не забывал пенсионеров, приглашал на праздники.

Михаил Макарович вырастил прекрасных детей, умных, работящих, а уж внуки в нем души не чаяли. Дети учились в нашей школе, которой он частенько помогал материально.

В 5 часов утра Михаил Макарович уже был в бодром настроении и объезжал территорию фабрики на машине или на коне верхом, а до позднего вечера – поля и отделения.

Как белка в своё гнездо, так и Михаил Макарович искал для фабрики новые технологии улучшения производства, постоянно внедряя что-то новое и еще лучшее для жизни людей.

Не любил он людей, которые могли взять, украсть, унести с фабрики, ему казалось, что это лично у него взяли. Таких людей он не понимал, а еще не любил обмана. Всегда поймёт и простит, если человек признается честно.

Да что там говорить. Михаил Макарович Сирота жил во имя людей и на благо людей. Специалистам говорил: «Мы мозг фабрики, люди нам доверили свои судьбы, и мы должны сделать всё, чтобы наши рабочие жили лучше и лучше».

Он много бы еще мог сделать в своей жизни, но этого прекрасного человека посмели убить подонки, которые сами в жизни ничего хорошего не сделали, кроме как наживаться на труде рабочего класса, обманывать, убивать и при всем при этом надеются остаться безнаказанными.

Как трудно сейчас смотреть в потухшие глаза его верной спутницы жизни – Валентине Борисовне. Что сейчас чувствуют его дети, внуки? Как им теперь жить без мужа, отца, деда? Ведь даже взрослым самостоятельным детям нужна надежная рука отца, внукам не хватает веселого, доброго, любящего дедушки.

Мы сейчас не говорим о том, что Михаил Макарович был кандидат наук, орденоносец, депутат Государственной Думы – он был Человек с большой буквы. И нет прощения людям, поднявшим руку на нашего Сироту.

Мы, ветераны ПТФ «Молодёжная», просим краевой суд при вынесении приговора применить беспощадную, высшую меру наказания за зверское убийство нашего директора Сироты Михаила Макаровича.

От имени и по поручению 220 ветеранов ПТФ «Молодёжная» обращение подписали члены совета ветеранов:

Матвеев И. Т., Володичева М. Н., Гаранина А. П., Кожеурова В. Е., Лыжова А. В., Политина В. И, Девятов А. Ф., Заречнева Е. А., Иващенко Г. И., Митряйкина С. А. (и другие подписи)

Я заканчиваю эту главу сообщением об утверждении приговора.

Газета «Алтайская правда», 13 июля 2004 года.

Приговор утвержден

6 июля Верховный суд России подтвердил приговор Алтайского краевого суда, признавшего виновными в совершении заказного убийства бывшего депутата Государственной Думы РФ Михаила Сироты четырех жителей Алтайского края.

Лишь со второй попытки государственному обвинению удалось доказать виновность членов преступной группы, организовавшей и совершившей убийство директора птицефабрики «Молодежная».

4 декабря 2002 года Алтайский краевой суд, в обычном составе, вынес приговор всем соучастникам убийства депутата-предпринимателя. Им были предъявлены обвинения по статьям Уголовного Кодекса РФ, предусматривающим ответственность за убийство по найму в составе банды. По приговору суда преступникам были назначены сроки лишения свободы от 10 до 18 лет.

С вступлением в действие в 2003 году норм Уголовно-процессуального Кодекса РФ, регламентирующих новый порядок рассмотрения дел в суде присяжных, названный приговор был отменен по формальным основаниям, и уголовное дело было направлено на новое судебное рассмотрение.

Выбор обвиняемыми суда присяжных питал их надежды на возможность вынесения более мягкого приговора. Но эти надежды не оправдались. 8 декабря 2003 года старшина присяжных огласил вердикт, согласно которому подсудимые были признаны виновными по всем пунктам предъявленных обвинений.

Сроки наказания преступникам были определены почти такие же, как и прежним приговором, от 10 до 18 лет лишения свободы. Лишь одному из преступников срок наказания был снижен с 17 до 15 лет.

…Михаилу Макаровичу Сироте было 67 лет. Более 25 лет он являлся бессменным руководителем крупнейшей птицефабрики «Молодежная». Был удостоен многих правительственных наград, среди которых – ордена «Знак Почета», «За заслуги перед Отечеством» IV степени.

В сентябре 1999 года Михаил Сирота стал депутатом Государственной Думы от избирательного объединения «Наш дом – Россия».

Валерий Зиястинов, помощник прокурора Алтайского края

Только через три с половиной года 6 июля 2004 года была поставлена точка в этом «громком деле».

Сейчас сентябрь 2009 года, а заказчик Е. Мануйлов, которому дали 10 лет, уже давно на свободе и вновь он директор строительной фирмы, только сменил название, и вновь обманывает людей и без зазрения совести ведет подрядные работы в с. Первомайском, где он совершил страшное преступление – убийство. А для меня и моих детей это был снова удар – выстрел из прошлого в спину. Эти подонки демонстрируют свою вседозволенность, чувствуя крепкую поддержку сверху. Совесть их не мучает. Человеческий суд несовершенен. Но есть Божий суд, он не подвластен «звону злата», за всё ответят убийцы перед ним.

Когда в мемориальный день

Седой туман клубится,

К вдове приходит мужа тень

И тени жертв к убийце.

Когда звучит незримый хор,

Как ангелы в раю,

Над прахом братьев и сестёр

Зажги свою свечу.

(Ю. Рыбчинский)

Память

«Тот, кто жил для вещей,

Все теряет с последним дыханьем,

Тот, кто жил для людей,

После смерти живет средь живых».

В. С. Шефнер

Неумолимо мчится время. Нам не дано повернуть его назад к тем минутам, что были нам бесконечно дороги. Как жаль, что все дальше и дальше уходит то время, когда билось горячее, доброе сердце Михаила Макаровича Сироты, когда он был полон добрых замыслов, идей, когда все свои дела и мысли посвящал служению народу. Ушел руководитель. Убит злодейскою рукой. Но фабрика живет, развивается. Дело директора продолжает его коллектив, специалисты, воспитанные им и работавшие с ним десятки лет. Он научил работать.

Да, нужно признать, что требования он предъявлял высокие и, когда нужно, высочайшие, выводя коллектив из предкризисного состояния.

Пусть же больше фабрика не знает лихих времен. Пусть живет и развивается в память об ушедшем и на благо живущим.

В этой главе я хочу сосредоточить материал, посвященный памяти ушедшего в мир иной Михаила Макаровича. Многие годы к памятным датам М. М. Сироты газета «Первомайский вестник» продолжает публиковать материалы, посвященные его памяти. Огромная благодарность за это ее главному редактору Ирине Борисовне Ведерниковой. Все публикации я привожу полностью, без изменений.

День памяти

7 ноября исполнилось бы всего 68 лет ветерану труда, заслуженному работнику сельского хозяйства России, кавалеру орденов «Знак почета» и «Трудового красного знамени» Михаилу Макаровичу Сироте, человеку, который одним из первых в крае был награжден орденом «За заслуги перед отечеством», который всегда был первым во всем. Человеческая благодарность ему неизмерима.

Он жил для нас,

Он с нами и сейчас,

Желает нам крепчайшего здоровья.

И слышим мы

Его души наказ,

Чтоб шли на производство мы с любовью.

Невзгодам, злу сдаваться не могли,

А фабрику

Всей силой берегли.

Коллектив КГУП ПТФ «Молодежная»

Заслуженный зоотехник РСФСР, ветеран труда, работавшая на фабрике с первых дней ее основания, человек высокой нравственности, порядочности, высокого профессионализма, не стеснялась говорить правду в глаза любым авторитетам, Екатерина Алексеевна Заречнева после гибели своего директора писала в газету «Первомайский вестник»:

Память. Добрые люди всегда с нами

Прошло уже более 10 лет со дня трагической гибели Сироты Михаила Макаровича, хорошего человека, неутомимого труженика Первомайского района, бессменного директора птицефабрики «Молодежная». Подлые убийцы и их наемники выстрелами в Михаила Макаровича не только убили его, но и тяжело ранили весь работающий коллектив фабрики, ее пенсионеров, не говоря о его родных и близких, боль которых невыносима.

О работе Михаила Макаровича и достижениях фабрики знают не только в районе, крае, но и в России. Это он своим умом и настойчивостью сумел не только сохранить фабрику от акционирования и развала, но и значительно увеличить и расширить сельскохозяйственное производство с полной переработкой на месте. Открывал новые цеха, создавая дополнительные рабочие места. Здесь на высоком уровне ведется основное производство – птицеводство. Успешно работают с коровами, свиньями, овцами, молочными и рабочими лошадями. Есть немалое количество пчелосемей. Полеводы получают хороший урожай, осваивают перспективные сорта и новые культуры.

За годы работы Михаила Макаровича птицефабрика превратилась в многоотраслевое сельскохозяйственное производство. Птицефабрика много строила и продолжает строить жилые, производственные объекты, производит реконструкцию птичников с заменой оборудования. Михаил Макарович много делал для развития фабрики, не жалея сил и своего времени. Постоянно заботился о людях, об их питании, жилье, укреплял в коллективе трудовую дисциплину, был нетерпим к пьяницам, прогульщикам, лодырям, ворам. Конечно, он работал не один, с ним трудился коллектив специалистов и рабочих, но вклад Михаила Макаровича – неоценим. Это был неутомимый руководитель, который весь производственный цикл фабрики знал и ежедневно держал его на контроле.

Михаил Макарович не сидел в кабинете и не ждал доклада специалиста, он, можно сказать, раньше специалиста знал обстановку на производстве, так как его рабочий день начинался и заканчивался на производстве, а в кабинете Михаил Макарович бывал только по необходимости. Да и одевался он по-рабочему – фуфайка, сапоги. Рано утром он у скота – интересуется рационом кормления, соблюдением распорядка дня, днем – работа в птичниках, цехах переработки, мастерских, гаражах, стройотделе и других подразделениях фабрики; вечером – планерка, после планерки – работа в кабинете с корреспонденцией и бумагами, после этого – проверка охраны территории фабрики. Рабочий день заканчивался большей частью в 9-11 часов вечера.

Весной, чтобы не опоздать с полевыми работами, он верхом на лошади объезжает поля и уже знает, через сколько дней надо начинать работу в поле. Уборка урожая – еще более напряженная работа, нужно побывать у каждого комбайна, поговорить с комбайнерами, трактористами, с работниками тока, шоферами. Не гнушался в поле пообедать с полеводами, интересовался их нуждами, запросами, советовался как лучше, быстрее, качественнее убрать урожай. На все это надо время. И рабочий день у него длился зачастую по 14-18 часов в сутки. Специалистов и всех рабочих он знал не по списку, а каждого в лицо, знал имя, отчество, где и как работал человек. Он никогда не проходил, не проезжал, чтобы не поздороваться или не поклониться. К просьбам рабочих, специалистов и пенсионеров относился с пониманием и помогал им.

Да как же мы не будем горевать и проклинать убийц и наемников, отнявших у нас Михаила Макаровича – труженика и доброго душой человека!

Идеальных, безупречных людей на свете нет. Михаил Макарович тоже был не идеал, имея нетерпеливый характер, он старался сделать больше и быстрее, и этого требовал от всех. Хотя сложившиеся условия не позволяли этого. В его приказах и требованиях мы что-то одобряли, понимали его; некоторые его действия нам были непонятны, за что мы его осуждали и со временем видели, что он иногда был неправ.

Теперь его нет. Но остались его дела, которые коллективу фабрики надо закреплять и идти дальше. На фабрике сильный коллектив и ему многое по плечу, только надо очень много работать, как работал Михаил Макарович.

Михаил Макарович надолго останется в нашей памяти, как неутомимый труженик и добрый человек. Он хотел еще долго, долго жить, постепенно закалял свой организм, с болезнями не дружил. Несколько лет назад построил дом, посадил сад, чтобы на пенсии заниматься землей и приобщать к ней внуков.

Природа обязательно жестоко карает тех, кто несправедлив к людям и делает зло. Думаю, что убийцы Михаила Макаровича и их наемники будут очень сурово наказаны самой природой и законом.

Добрая память о Михаиле Макаровиче сохранится в наших сердцах.

Е. Заречнева.

Заслуженный зоотехник РСФСР, ветеран труда.

В газете «Контакт», издающейся в Германии для русскоязычного населения, была опубликована статья, которую написала Изольда Рользинг от имени многих немцев, бывших жителей поселка Северного. Вот ее текст:

На работу, как на праздник!

Этот лозунг встречал работников птицефабрики «Молодежная» при входе на ее территорию много лет подряд. Там, в Первомайском районе Алтайского края, в поселке Северный, проживали триста моих односельчан, переселившихся за последние годы в Германию. Долгое время этой фабрикой руководил Сирота Михаил Макарович. 10 февраля исполнился год со дня его трагической гибели. Он умер от огнестрельного ранения, нанесенного преступниками.

Этот человек любил и умел трудиться, а также вести за собой людей. Надо было видеть его глаза, когда он убеждал: надо работать, чтобы лучше жить. «Хочешь жить в новой квартире – построй ее сам», – говорил он и делал все, чтобы люди возводили себе дома. Рабочему выделялся уже готовый сруб дома, на долю хозяина приходились только отделочные работы, на которые также выделялись строительные материалы. В поселке постоянно справлялись новоселья, игрались свадьбы, много рождалось детей. Двухэтажный детский сад уже не вмещал всех ребятишек. Решили построить еще один. И тот со временем был полностью укомплектован детскими группами. Заведующая детским садом подбирала воспитателей с соответствующим образованием.

С тех пор, как Сирота стал директором фабрики, она постоянно расширялась. Были построены несколько птицеводческих помещений, кормоцех, склад, гараж, столовая, где рабочие обедали бесплатно. Позже – медицинский профилакторий, где рабочие принимали профилактические и лечебные процедуры тоже бесплатно. Расстраивалось и благоустраивалось отделение птицефабрики. Перед птичниками и другими объектами высаживали цветочные клумбы. Летом, когда все расцветало, создавалась комиссия из числа птицеводов, которая определяла первенство того или иного цеха по его зеленым насаждениям и люди награждались заслуженными призами. Сколько было радости получить награду из рук директора да еще под аплодисменты своих товарищей.

Мы умели не только работать, но и хорошо отдыхать. Была прекрасная художественная самодеятельность. В кружке струнных инструментов играл сам Михаил Макарович, на гитаре – наш односельчанин Анатолий Иванов, на бубне Варвара Франк. Валентина Борисовна организовала хор и была его дирижером. Хор имел успех и несколько раз выступал по краевому телевидению города Барнаула.

Вот так мы и жили и работали в поселке Северный под руководством Михаила Макаровича Сироты. Дети Михаила Макаровича и Валентины Борисовны – а их в семье было трое: Таня, Оля и Сережа – выросли, получили образование, у всех семьи, дети. Сережа пошел по стопам отца – закончил сельхозинститут, Таня – детский врач, Оля – акушер-гинеколог. Да и многие дети моих односельчан получили в России хорошее образование, стали специалистами. Очень много хорошего оставили мы в той жизни: умение работать, жить, быть счастливыми. Герцель, Шмидт, Шифер, Франк, Энис, Гейдт и многие другие имена односельчан останутся в моей памяти навсегда, несмотря на то, что нас разбросали жизненные судьбы-дороги.

Вы помните, дорогие земляки, при выходе с территории птицефабрики у проходной висел лозунг: «Спасибо за труд!» Спасибо и Вам, Михаил Макарович, за то, что Вы были в нашей жизни, за уважение и понимание.

А всем моим односельчанам хочется пожелать здоровья, душевного покоя, долголетия.

Изольда Рользинг, Reutlingen

В ноябре 2002 года Вера Николаевна Першина, человек нелегкой судьбы, но огромной душевной щедрости, посвящает от имени ветеранов труда КГУП ПТФ «Молодежная» свои стихи, как всегда идущие из самого сердца, в которых боль, сострадание, но и оптимизм. Вот они:

Вас с нами нет, но память светлая о Вас жива,

И просит сердце высказать душевные слова.

Работали Вы, не жалея сил и нервов,

Ваш славный путь бандитами был прерван.

Стонало все кругом: природа, стены, люди,

У всех в душе: «Как жить без вас мы будем?» –

Казалось, небеса даже стонали,

Когда и негодуя, и скорбя,

В последний путь мы Вас всем миром провожали,

И вот живем мы, память светлую храня.

И в светлый час, и в трудный жизни час,

И утром ранним, и на склоне дня,

Мы помним Вас и молимся за Вас.

Родит земля, спешит на фабрику народ,

И «Молодежная» с утра нам голос подает,

И наши помыслы прекрасны и чисты.

Мы воплощаем в жизнь все ваши планы и мечты.

Вы и теперь наставник наш и друг:

Как будто подавая честь из Ваших рук,

Мы Вашу премию всегда будем вручать,

Тем, кто умеет Ваше дело продолжать.

За все испытанные горести и муки

Пусть будут счастливы все Ваши дети, внуки.

Настрой у фабрики здоровый, молодой,

Мы не забудем Вас, Макарыч, дорогой.

Ежегодно, в начале июля работники птицефабрики отмечают свой профессиональный праздник – День птицевода. Так было и в 2003 году, когда птицефабрике «Молодежная» исполнилось 28 лет. В этот праздничный день была открыта мемориальная доска, посвященная памяти Михаила Макаровича. Вот что об этом пишет корреспондент Юрий Першин:

«Ведущая праздника Галина Алексеевна Вертинская взяла на себя остановку концерта, чтобы провести всех к месту открытия мемориальной доски. Слово инспектору отдела кадров Надежде Ефимовне Коверзневой:

– Как люди шли! Какая потом была чуткая тишина! Возложили пышные розы. Во всем поведении, в лицах людей чувствовалось, что Михаила Макаровича помнят, что он для них живой.

На открытии выступили директор ПТФ «Молодежная» Евгений Алексеевич Давыдов, начальник управления сельского хозяйства Иван Тихонович Зеленин, сын Михаила Макаровича и Валентины Борисовны, Валентина Борисовна.

Е. А. Давыдов:

– То, что сделано Михаилом Макаровичем, не вместится ни в какую доску. Мы, продолжающие его дело, должны трудиться так, как трудился он.

И. Т. Зеленин:

– Его труд – пример высокого, и даже высочайшего патриотизма.

С. Сирота (сын):

– Дорогие люди, дорогие птицеводы! Он не предал Вас. Его отняли у нас. Сделайте все, чтобы фабрика не уронила своего значения и без него!

В. Сирота (жена):

– Михаил Макарович никогда ничего не делал вполсилы. Он говорил, что энергией его заряжаете вы, работники птицефабрики. Он жил для вас, вами гордился и делал все возможное, чтобы фабрика была одной из лучших в России. Давайте об этом помнить и никому не давать порушить то, что им и вами создано.

6 мая 2003 года. Радуница. День памяти всех ушедших в мир иной. А в газете снова заметка, посвященная памяти М. М. Сироты.

Пролетел еще один год. И все дальше уходит время разыгравшейся трагедии 10 февраля 2001 года. У нас в сердцах остается горькая боль утраты, а в душе – светлая память о том, кто уже никогда не вернется к нам, не переступит порога родного дома и не скажет, как бывало раньше: «Здравствуйте, а вот и я…»

Вот уже третий год пошел, как безжалостная рука наемного убийцы, не дрогнув, оборвала жизнь Человека с большой буквы, директора птицефабрики «Молодежная» Михаила Макаровича Сироты.

Велика и необъятна наша Россия-матушка, живи и радуйся каждому мирному дню и солнышку, человек. Но откуда же берутся среди нас такие нелюди, что за деньги и родного отца не пощадят? Для чего они живут на белом свете?

Сколько бы успел еще сделать добрых дел на благо людям наш Михаил Макарович. Ведь он был полон сил и энергии, знающий и любящий свое дело руководитель, чуткий и внимательный к людям.

В наше нелегкое перестроечное время под его руководством ПТФ «Молодежная» смогла выстоять, выжить и дальше развиваться и расширяться. Что позволило большому коллективу работать, получать стабильную зарплату, а это дало возможность людям выстоять в новой жизни и жить не на грани нищеты. Поэтому мы в эти дни добрым словом помянем нашего Михаила Макаровича, добрая память останется в наших сердцах навсегда.

Говорят, что души отдавших свою жизнь во благо Родины и народа, как журавли, подымаются в небеса и попадают в рай, в царствие небесное»…

Демина, Чеглакова, Митина, Четошникова, Кушманова, Шадрина, Голубинская, Сартакова, Лыжова, Вострикова, Игошин, Григорьева, Железнякова, Юркевич, Осокина, Конева и др.

На стенде перед фабрикой – большой плакат с фотографией Михаила Макаровича со стихами поэта-самородка Юрия Першина и словами:

«10 февраля исполняется 4 года со дня трагической гибели Сироты Михаила Макаровича. Почтим его память добросовестным трудом».

Он – Михаил Макарович Сирота.

Он бывший птицефабрики директор.

При нем овеществилась высота –

Во всей России это подвиг редкий.

Мы помним, чтим и следуем тропой,

Пробитой эти добрым человеком…

С тобою коллектив наш – не слепой,

Идем свободно двадцать первым веком.

Он видел то, что многим невдомек.

Он знал людей и понимал их нужды.

И даже в гибели его для всех урок

О том, что защищать друг друга нужно.

Высоким был накал его труда.

Тепло души хранит его идеи.

Их краха не дождутся никогда

Открытые и скрытые злодеи.

Газета «Первомайский вестник» печатает корреспонденцию:

Памяти первого директора

Десятого февраля исполнилось четыре года со дня гибели первого директора птицефабрики «Молодежная» Михаила Макаровича Сироты. Его жизнь оборвана преступною рукой. Но в памяти людей Сирота остался жив. Душой принял его идеи новый директор Евгений Алексеевич Давыдов, основная из которых – расширение производства на основе новых технологий и передовой современной техники.

Память коллектива о первом директоре поддерживается успехами производства. Фабрика была и остается лучшим предприятием в Первомайском районе по производительности труда, продуктивности зерновых и кормовых полей, скота и птицы.

Заложенные Михаилом Макаровичем традиции, как и прежде, не тормозят, а окрыляют производство, помогают коллективу держаться в трудных экономических условиях, двигаться вперед.

Коллектив ПТФ «Молодежная» 10 февраля объявил Днем памяти Сироты, но осиротевшим себя не считает, потому что живет по законам доброты, которых в жизни придерживался сам Михаил Макарович.

День работников сельского хозяйства был одним из любимых праздников Михаила Макаровича. К этому времени завершалась уборочная и все полевые работы, подводился итог напряженнейшего труда полеводов, трактористов, комбайнеров, подводились итоги по животноводству, полеводству.

Газета «Первомайский вестник» за 6 ноября 2003 года напечатала целую газетную страницу под заголовком «Флагман ПТФ «Молодежная». В центре – фотография птицефабрики, по краям её – портреты директоров: первого – Михаила Макаровича Сироты, второго – Евгения Александровича Давыдова, фотографии передовиков. Под фотографией Михаила Макаровича подпись: «Завтра Михаилу Макаровичу Сироте, первому директору ПТФ «Молодежная», исполнилось бы 70 лет. Его нет с нами почти три года, но в памяти людей он жив, живы его дела, его доброе сердце, его чистые помыслы». Здесь же помещены воспоминания о нем.

«Он был заботливым и строгим»

Очень часто мы с мужем вспоминаем нашего покойного директора Михаила Макаровича Сироту. Его жизнь оборвалась трагически. Так жаль, что и слов не находится выразить это.

Он был очень хорошим руководителем: строгим, требовательным и дальновидным. Много строил, заботился, чтобы у людей была работа. На него даже те, кого он наказывал, не в обиде – понимают, что справедливость на его стороне.

И за это, и за многое другое его вспоминают добрым словом. Я лично о нем всегда только высокого мнения.

Он очень много доброго делал для пенсионеров фабрики, всех знал лично, и всем, чем только можно, помогал. Будь он жив, еще много успел бы сделать людям хорошего. О его семидесятилетии мы знаем и вспоминаем его, как живого.

О. Гавриленко. Герой соцтруда.

«Он больше требовал с себя»

Михаил Макарович Сирота хороший был мужик, честный, трудолюбивый. Этим, я думаю, сказано всё. Работая директором ПТФ «Молодежная», он себя не щадил. Его требовательность распространялась, прежде всего, на себя. Спрашивал за работу и с других. И люди правильно понимали. Его долго еще будут те, кто с ним работал, вспоминать добрым словом.

В. Малютин, пенсионер, бывший энергетик

«Мне нравилось с ним работать»

С покойным директором ПТФ «Молодежная» Михаилом Макаровичем Сиротой мне довелось работать с 1975 года до самой его кончины. Это был человек дела. Решений своих он не менял, все у него было четко и определенно. Нравилось его отношение к людям. Очень уважал тех. Кто добросовестно трудится, строго спрашивал с нерадивых, не любил выпивох и прогульщиков, был примером во всем.

Михаил Макарович много сделал и для людей, работающих на птицефабрике, и для самой фабрики. Заботливость его чувствовалась во всем. Я лично благодарен за доверие, которое он мне оказывал по работе. Сам он много и толково работал ежедневно и этого же требовал от специалистов, руководителей производственных участков.

П. Кожеуров, пенсионер,

бывший снабженец ПТФ «Молодежная»

Вахтёр Елена Федотовна Домовова вспоминает:

– Иду я как-то домой из больницы, устала, догоняет меня на легковой машине наш директор, останавливается: «Садитесь». Я села. «Что с Вами?» – спрашивает. Болею, говорю. И стала рассказывать ему про свою болезнь. «Ладно, – говорит, – я лекарство Вам принесу хорошее». Вышла я из машины, поблагодарила. Какое уж, думаю, лекарство! Есть когда директору птицефабрики о каком-то лекарстве помнить! – и не думала обижаться, если забудет. А он не забыл. На другое утро принес.

Я всегда удивлялась, как он помнит обо всем: и большом и малом. По глобальным вопросам он никогда не принимал решение сразу, а говорил (показывая на голову): «Я заложил в «компьютер», когда придет время, ответ будет сам собой»

Он был разный в воспоминаниях односельчан. Однажды весной прихожу с работы домой. Смотрю, в огороде грузят сено на машину. Оказывается, к нему обратилась работница с фабрики, помочь с сеном, весна – не хватило, что было заготовлено. Чтобы не было долгих проволочек, он посылает их к нам домой и делится своим сеном.

Первым впечатлением о фабричном директоре делится Михалёва Т. А. – экономист-реализатор. Первый раз приехала она в Первомайское. Её должны были встретить, но никого не было. Подождав продолжительное время, с автовокзала, узнав номер телефона, звонит директору фабрики: «Я невеста Михалёва А. Ф., но он почему-то не встретил». Сирота даёт команду в диспетчерскую найти по «громкой» Михалёва. И через некоторое время жених на директорской машине встречал свою невесту. Вот так наряду с важными производственными вопросами он решал вопросы, касающиеся тружеников фабрики. Уже после смерти Михаила Макаровича из села Новокраюшкино приходила мать с детьми и рассказывала, как он, узнав об их трудностях, часто помогал им деньгами.

Михаил Макарович был неравнодушным человеком, весь открыт людям и для людей, имел бойцовский характер, мыслил масштабно и все время спешил сделать больше и быстро, дорожил каждой секундой. Если во время рабочего дня по каким-то вопросам забегал домой, то первыми его словами были: «Быстрей, у меня секунды свободной нет». Казалось, что смыслом его жизни было преодоление преград, трудностей, они как будто сами находили его. Однажды я сказала ему: «Ты как будто видишь счастье в преодолении проблем, препятствий и радуешься этому». Он молча посмотрел на меня и лицо его озарилось какой-то счастливой улыбкой.

В душе это был ранимый человек. Приближалось 90-летие его матери Наталки Васильевны. Он попросил свою землячку Александру Васильевну Лыжову написать для нее стихи. Вот такие строки вышли из-под пера этого незаурядного, талантливого человека:

Матусю рiдна,

Як хочется тебе побачить

В оцю секундочку, в цю мить,

Та кiлька сотень кiлометрiв

Мiж нами, матiнко, лежить.

Сьогоднi всi дiла залишу,

До тебе, рiдна, полечу,

I бiля отчого порогу

Я на хвилиночку замру…….

Ми виросли, всi разлетiлися,

А ты, моя матiнко ждеш,

Вiд доброї звiстки радiєш,

Печальну – сльозою заллєш.

А ми тобi пишем не часто,

Ще рiдше до тебе наш путь.

Тобi, моя сиза голубко,

Думки не дають оддихнуть.

Сьогодня ми всi бiля тебе

Бажаємо щастя, добра!

Бо ти нам життя подарила,

Дай Бог, щоб здорова була.

Эти стихи она оставила в диспетчерской. Когда утром Михаил Макарович зашел к диспетчеру Валентине Ивановне Политиной, то она отдала ему их и стала свидетелем такого эпизода: прочитав стихи, Михаил Макарович со слезами на глазах выскочил в коридор к окну. Эти слова попали на больное место. Он так скучал по маме.

В стихах сестры Лидии Макаровны Михаил Макарович из «мира иного» на своей «рiдной мовi» обращается к матери, которую безмерно любил, боготворил, преклонялся перед ней, был нежен с ней и послушен, как ребенок. Из «мира иного» он обращается к детям, внукам, жене, сестрам:

Повiй, вiтре, на Вкраiну,

Де покинув я родину,

Повiй з самого Алтаю

До рiдного мого краю

Повiй, вiтре i вклонися матусi старенькiй,

i скажи iй хай не плаче,

Нехай не сумуэ, моя дорогенька.

i скажи iй спаыбi велике

Вiд самого мене –

Породила i зростыла,

Добру научила

Була мужня i привiтна

В життi нелегкому,

Зустрiчала й провожала

В дорогу далеку

Свого сина, свою радiсть,

Дитину рiдненьку.

Моя ж мамо рiдненька,

Найдорожча в свiтi,

Не зустрiнеш не приiду,

Бо мене – немае.

У жiттi цьому земному

Всякого бувае –

Христос був один безгрiшный,

А Його розпьяли,

А що ж нам казати грiшным?

Будь же мужня i теперь ты,

Матуся рiдненька,

Подолай своэ це горе,

Моя дорогенька,

Бо ж з тобою мои дiткi,

i онуки, i моя дружина.

Шануйтеся i любiться,

То и я буду з вами,

Ну, а сестри моi рiднi,

Як вони без мене?

Вiтре, вiтре, не забудься поклонитись

Ти i тiй могильцi (що о там за мостом),

Де давно так спочиваэ

Батько мiй рiдненький.

Поклонися, не барися

Скорiш повертайся сюды до Алтаю.

i зразумiй: там я рiс i вчiвся,

А тут – жив, трудився

i тут спочиваю.

Бо ж тут усi моi рiднi

i моi любимi

Тай знайомi всi хорощi,

Всi вони зi мною.

Вiтре-брате, ти эдиний

Звязок наший

Взнав де я родився?

А теперь – коли захочу,

Понесешь ты мене

В тi краi моi далекi

До моэi неньки,

i души моiй там стане,

Як було колись-то,

Тепло-теплесенько.

Серпень 2001 року. Лисянка.

В 2003 году был объявлен конкурс на лучшую детскую публикацию по теме «Мой край» Ученица Первомайской средней школы Анечка Мироненко написала очерк о Михаиле Макаровиче. Этот очерк был проникнут детским восприятием, но таким взрослым видением. Она заняла призовое место и получила премию. Вот ее труд.

Гордый дух, высокое стремление

Во всем Алтайском крае, да и за его пределами знали и уважали Михаила Макаровича Сироту. Что это был за человек, что сделал он для людей? Давайте разберемся. Михаил Макарович Сирота родился в семье простых тружеников в 1933 году на Украине. Черкасскую область, где он провёл свое детские годы, исстари называли золотым дном Украины. Лишь начнется весна, белоснежной фатой покрываются огромнейшие сады его Родины. Кусты вишни и черешни, груши, яблони, абрикосы, сбрасывая зимнее оцепенение, распускают нежные хрупкие цветочки, чаруя этим великолепием созерцателей. А каким ароматом сопровождается цветение – просто невозможно описать.

Под белым покрывалом садов едва можно различить соломенные крыши шевченковских хаток. В этой неописуемой красоте и родился Михаил Макарович и провел самый лучший, самый яркий период своей жизни – детство.

Мальчишка рос очень веселым, общительным, подвижным, любопытным. Мать редко могла поспеть за проворным мальчуганом, так и норовившим куда-нибудь залезть. Зимой он очень любил кататься на коньках, лыжах, если их так можно назвать. Сделанные своими руками дутыши примотал к валенкам – вот тебе и коньки, а лыжи – и того проще. Летом обожал ходить на речку. Позже он с радостью описывал жене эти прогулки со словами: «Как дам нырца, так дух захватывает».

Поговорка «Человеку не везет, а он сам себя везет» полностью соответствует жизни М.М. Сироты.

Родившись в бедной крестьянской семье, с самых ранних лет осознал, что такое труд, узнал смысл этого великого слова. Следуя словам отца: «Хочешь быть человеком – учись и трудись, а нет – никто заставлять не будет», он и стал им – Человеком с большой буквы. Окончив семилетнюю школу, парень поступил в ветеринарный техникум в Черкассах, что в шестидесяти километрах от его Родины. Из-за нехватки денег, а точнее из-за их полного отсутствия, домой и обратно в Черкассы приходилось ездить на товарняке, запрыгивая на подножку вагона на ходу. Погостив с денёк дома, взяв от матери недельный паёк, пшено, сало да хлебину (черный круглый хлеб), он отправлялся на учебу.

По окончании техникума ребят распределяли на работу. Кого куда. «А я поеду в Сибирь» – с гордостью выпалил молодой ветеринар.

Леспромхозы, где основной тягловой силой являлись лошади, нуждались в ветеринарных работниках, и Михаила Макаровича направили в Сибирь, в Красноярский край. Но не хотела на этом останавливаться неутомимая душа беспокойного человека. В армии он окончил школу авиамехаников. В свободное от службы время готовился к поступлению в Барнаульский сельхозинститут. Все необходимые учебники брал у местных школьников. Только упорство и ум помогли этому человеку преодолеть все препятствия и поступить заочно в вуз. Благодаря учебе Михаил Макарович демобилизовался раньше срока, поступил на работу в Молсовхоз – поближе к месту обучения.

Тут в жизни молодого человека происходит важное событие – учительница начальных классов Валентина Борисовна стала ему верной и любимой женой.

44 года они прожили рука об руку, были вместе и в горе и в радости, в счастье и в печали. Эти два человека стали одним единым целым, одним сердцем и одной душой. Они воспитали трех прекрасных детей – двух дочерей и сына. Валентина Борисовна была заботливой матерью, а Михаил Макарович – замечательным отцом. Глядя на него, дети выросли такими же целеустремленными и трудолюбивыми.

Из-за того, что Михаил Макарович большую часть своего времени отдавал работе, Валентина Борисовна, очень хорошо понимавшая его, все домашние заботы несла на своих женских плечах.

Верный своему делу человек, днем и ночью был готов идти на работу, никогда не переставал думать о производстве. Трудовой день его начинался в 5 часов утра, а заканчивался поздно ночью. Он очень любил свое дело, обожал животных, природу, то есть всё то, что дарит духовные силы, веру в хорошее и продлевает жизнь.

Но вот учёба в институте закончилась. Шёл 1963 год. Как раз во время перестройки, разукрупнения хозяйств Михаила Макаровича перевели в Санниково. Здесь его невероятная работоспособность дала видимые результаты. До его поступления на работу надои составляли 1200 литров в год на одну корову, а перед уходом – 3500.

В это время Валентина Борисовна работала в восьмилетней Санниковской школе. Подрастали дети. Всё шло своим чередом. Но через три года Михаила Макаровича переводят директором совхоза «Белоярский», и все началось заново. Работа, работа и еще раз работа. Убыточное хозяйство через два года принесло прибыль, а через 9 лет стало одним из лучших предприятий района. Работая в совхозе «Белоярский» Сирота защитил диссертацию и стал кандидатом сельскохозяйственных наук.

И вот в начале мая 1975 года Михаила Макаровича назначили директором ПТФ «Молодежная» – птицеотделения совхоза «Белоярский» и совхоза «Светлый путь».

Много преодолела ПТФ, чтобы стать такой, какая она сейчас…

Михаил Макарович начинал дело почти с нуля. Огромная стройка развернулась в Первомайском. Строились цеха, контора, птичники, дома для рабочих, детский сад и многое другое. Итогом бессонных ночей и неустанной работы до седьмого пота стали огромные производственные помещения и микрорайон Комсомольский. Причем здания эти – не холодные серые глыбы. Строя цеха или жилые дома, человек вкладывал душу. Всем тем, что имеет птицефабрика сегодня, она обязана Михаилу Макаровичу Сироте.

Только благодаря его сильной несгибаемой воле, порой жесткому, железному характеру, умению работать с людьми и жить ради них ПТФ «Молодежная» смогла выстоять во времена перестройки. «Фабрика будет жить, будут жить и люди» – говорил он. А кто с этим не согласен?

Этот человек радовался, поистине радовался творению рук своих и своих сподвижников, своего коллектива.

«Ну разве есть где такая пшеница, как у нас на фабрике? – говорил с восхищением он своей улыбающейся жене, глядя на золотые колосья, волнующиеся на ветру. – Это наше золото, наша кормилица. Это труд людей, и природа благодарит нас за этот труд с лихвой»

«А трава! Ты посмотри, посмотри на это огромное зелёное поле!» – скажет и вдруг побежит, упадет в траву, полежит минут пять и опять вперед. Вот так и по жизни – вперед, во что бы то ни стало.

Бойкий, быстрый, неутомимый Михаил Макарович просто не умел лениться и, помня слова отца, до самых последних дней своей жизни учился. В возрасте 67 лет он собирался защищать диссертацию доктора сельскохозяйственных наук и вполне мог бы это сделать, так как в течение жизни он собрал огромный и интереснейший материал по птицеводству.

В свободное от работы время занимался спортом. Да еще как! Молодым не уступал. Встанет на лыжи зимой, а мальчишки еле поспевают за ним, кричат вдогонку: «Давайте, Михаил Макарович, вперёд!»

Еще он обливался холодной водой, бегал, поднимал гирю и, что примечательно, не курил и почти не пил спиртного.

Но конечно, нет безупречных людей – их не было и не будет. Не был таковым и Михаил Макарович. Порой он был слишком жестким, слишком требовательным. Нередко он требовал от себя и от других практически невозможного. Но все это только ради общего дела, ради благополучия людей. А дело требовало не только знаний, огромного напряжения сил, но и принципиальности и бескомпромиссности.

Почему жизнь так жестока? Почему покидают ее те, кто просто обязан жить, кто служит примером для окружающих, кто поистине обожает жизнь? Такие любят препятствия, как и радость их преодоления. Почему? Почему? Почему? Никто и никогда не узнает ответа на этот вопрос.

Спустя год после его трагической гибели, первомайские мальчишки на вопрос: помните ли вы такого директора – Михаила Макаровича? – ответят: «Да что вы! Конечно! Суперский был директор».

Михаил Макарович был тем, с кого нужно брать пример, ведь он не просто прожил данные Богом 67 лет на земле, он прожил их Человеком.

Гордый дух, высокое стремленье,

Волю, непреклонную к борьбе –

Все, что от былого поколенья,

Переходит, молодость, к тебе.

(И. Заболоцкий «Журавли»)

А. Мироненко, 14 лет, с. Первомайское.

Корреспондент газеты «Первомайский вестник» Наталья Умник в своей публикации «И это все о нём» пишет:

«7 ноября исполнилось бы 75 лет со дня рождения Михаила Макаровича Сироты, ставшего легендой при жизни. И сколько бы ни минуло лет, память о нём будет жить, потому что живы люди, работавшие с Михаилом Макаровичем, знавшие его. Они расскажут о Сироте своим детям, внукам и потому Михаил Макарович будет жить вечно.

…Нет с нами рядом Михаила Макаровича Сироты. Не суждено ему отпраздновать 75-летие. Но в этот день, седьмого ноября, уверена: многие вспомнят Михаила Макаровича, вспомнят и помолчат минуту, отдавая дань памяти Человеку, который построил поселок Северный, возвел в число лучших птицефабрику «Молодежная».

За 9 февраля 2006 года в газете «Первомайский вестник» под рубрикой «Память» напечатана заметка «Горькая дата»:

…Прошло 5 лет, как трагически погиб прекрасный человек, душой и сердцем болевший за свое любимое дело – первый директор ПТФ «Молодежная» Михаил Макарович Сирота. В памяти родных ему людей, коллектива птицефабрики, односельчан Михаил Макарович остался живым. Как и сам М.М. Сирота жил по законам добра и справедливости, так учил жить и других. Его имя – гордость и честь «Молодежной», его трудовая биография – великий пример для подражания.

Птицефабрика продолжает развиваться. В память о своем Учителе, Мастере, Друге сохранены все традиции, заложенные при первом директоре. Интенсивно расширяется производство на основе современных технологий. Успехи, достигнутые предприятием, позволяют быть ему в числе передовых в районе, крае, стране. Портреты лучших работников фабрики, имеющих высокие производственные показатели, украшают галерею Почёта. Одна из улиц носит его имя.

Как и прежде, большое внимание уделяется людям, их заботам и проблемам, их быту и отдыху. На предприятии активно работает профсоюзный комитет, проводятся культурно-массовые мероприятия.

10 февраля – день памяти М. М. Сироты. Вместе с теми, кто был ему близок и дорог, погрустим и вспомним Михаила Макаровича добрым словом в надежде, что он тоже помнит и слышит нас.

Администрация, коллектив предприятия,

совет ветеранов ПТФ

7 сентября 2004 года в Первомайском районе работала комиссия, которую возглавлял советник главы по вопросам агропромышленного комплекса Виктор Алексеевич Фоминых. В газете «Первомайский вестник» он делится своими впечатлениями о поездке по району. Я приведу выдержки из его выступления: «Настоящей школой передового опыта была птицефабрика «Молодежная». Даже в переходный период, когда экономика большинства предприятий затрещала по швам, «Молодежная», благодаря интуиции, предприимчивости и хозяйской жилке своего руководителя Михаила Макаровича Сироты, добросовестному труду коллектива, оставалась на плаву и прочно заняла свою нишу на рынке сельхозпродукции. Здесь никогда не останавливались на достигнутом, вечный поиск открытий, передового опыта… Я знал Михаила Макаровича Сироту. Вдумчивый, умный руководитель. Стабильность фабрики, прежде всего – его заслуга. Но надо отдать должное и сегодняшнему директору Е. А. Давыдову и коллективу ПТФ – за верность традициям, поиск современных решений, сохранение и совершенствование производства. Хорошо, что у нас еще есть энтузиасты, патриоты, для которых в родном предприятии – смысл жизни. Хорошо еще и потому, что фабрика, ставшая в ходе приватизации госпредприятий привлекательным объектом для многих «имущих», находится в надежных руках. И никаких «новосибирцев», местных прожектёров, не вложивших в «Молодежку» ни толики труда, нервов, заботы, и рядом с ПТФ не должно быть. Это и наша позиция. Собственником предприятия должен быть тот, кто его создавал и продолжает развивать».

18 сентября 2004 года.

«Первомайский вестник»

Людская память – это очень дорогая награда. Её нельзя измерить никакими деньгами, золотыми орденами и медалями.

Каждому человеку предназначено пройти свой путь на земле: преодолеть дистанцию, отмеренную Богом – от рождения до смерти. У этой дороги есть начало и есть конец. Точнее предел, грань, за которой душа будет отвечать перед Богом: как пройдена эта дорога, данная человеку; бессмертная душа будет отвечать за земные дела. Перенесла ли испытания? Преодолела ли соблазны властью, деньгами, страстными обольщениями, суетой земной жизни? Всегда ли была справедлива, мудра, чиста? Всегда ли была терпелива, знала ли чужую боль? Всегда ли оставалась на стороне света и добра? Не окалилась ли огнем вражды, злобы, зависти? Не запятнана ли кровью? Все ли вынесла, что было положено ей? Земные сроки предельны, но беспредельна жизнь вечная. На земном пути человек ответственен за свою бессмертную душу. Проживая земное время и проходя земные дороги, помним ли мы об этой ответственности? Текст нашей жизни пишем мы сами, и он остается на скрижалях вечности.

Какой текст своей жизни успел написать во время своего земного пребывания Михаил Макарович – судить Господу Богу в «том мире», на земле – людям.

Эпилог

Михаил Макарович любил жизнь во всех ее проявлениях. Он был полон сил, энергии, был на удивление подвижным и трудоспособным, даже не задумывался об уходе на пенсию. Преодолевая трудности, всегда с гордостью восклицал: «Это жизнь!» А она – жизнь – святая самоотверженность, полная трата всех отпущенных судьбой сил ради земли, где родились, ради народа, Родины, семьи, родного дома, детей.

Сегодня имя Михаила Макаровича живет в делах птицефабрики «Молодежная», руководит которой бывший агроном Евгений Алексеевич Давыдов, зоотехническую службу возглавляет Надежда Павловна Попова. Они прошли на фабрике хорошую трудовую и жизненную школу.

Жизнь Михаила Макаровича продолжается в его детях и внуках. Они не подвели его. Он хотел видеть их высокообразованными, честными, порядочными людьми. Он не успел порадоваться за своих детей и внуков на земле. Может быть, он услышит нас в мире том.

Сын, Сергей Михайлович, защитил докторскую диссертацию, работает заместителем директора научно-исследовательского института в Одинцово Московской области. Его дочь Ольга защитила кандидатскую диссертацию, в совершенстве владеет английским языком, заместитель декана факультета в МГУ. Вторая дочь Анна закончила первый Московский стоматологический университет, работает на кафедре, готовится к поступлению в аспирантуру.

Дочь Татьяна Михайловна – детский врач, врач высшей категории, мать троих детей. Сын Игорь закончил политехнический институт, работает в одной из строительных компаний. Сын Олег закончил педагогический университет, спортсмен, увлекается футболом. Дочь Ольга учится в Сибирской академии государства и права, закончила музыкальную школу, играет в оркестре.

Дочь Ольга Михайловна – врач-гинеколог высшей категории, защитила кандидатскую диссертацию, работает в 1-й городской больнице г. Барнаула. Её дочь Татьяна учится в 9-м классе, закончила музыкальную и художественную школы. Прекрасно рисует. Её рисунки занимают призовые места.

Самой большой радостью для всех было рождение сыновей у внука Игоря и его жены Ольги, у внучки Анны и её мужа Андрея. Растут теперь у Михаила Макаровича правнуки Андрей и Матвей, которых не суждено было ему увидеть. Но жизнь продолжается! Значит, не напрасно он жил на земле, работал, растил детей, радовался солнцу и ветрам, дождям весенним и снегам, служил людям и Родине.

Content

Валентина Сирота
Жизнь, какой она была. Воспоминания

А все начиналось так…

Поиск резервов увенчался успехом

Предприимчивость директора

Быть водохранилищу в степи

Пусть нелегка была у нас дорога, но мы сумели все преодолеть

«Стихийный рынок»

Горькая дата

В тот вечер в феврале

Права молчать не имею

Громкое дело

Как он погиб

Следствие и суд

Эпилог

Память

Память. Добрые люди всегда с нами

На работу, как на праздник!

Эпилог