Пол Кемп

Звездные Войны

Повелители Ситхов

Джен, Риордан, Леди Ди и Слоун.

Люблю вас всех

БЛАГОДАРНОСТИ

Я написал эту книгу в самый трудный период моей взрослой жизни, что стало бы невозможным без Шелли Шапиро. Шелли, спасибо тебе за терпение.

Давным-давно в далекой Галактике…

Прошло восемь лет с тех пор, как Войны клонов опустошили Галактику. Республика перестала существовать, и на ее месте господствует Империя. Вся власть в руках Императора, тайного повелителя ситхов, который вместе с учеником, могущественным Дартом Вейдером, безраздельно владеет Галактикой, используя ресурсы гигантской имперской военной машины.

Любое инакомыслие подавлено, и от свободы остались лишь воспоминания — все во имя мира и порядка. Но то тут, то там начинают тлеть и вспыхивать очаги сопротивления, и самый горячий из них — движение «Свободный Рилот» под предводительством Чама Синдуллы.

После множества мелких диверсий против имперских сил, контролирующих их планету, Чам и его товарищи-повстанцы предпринимают рискованную попытку нанести Империи смертельный удар и ввергнуть ее в хаос, поразив в самое сердце. Их цель — Император Палпатин и Дарт Вейдер…

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Закончив медитировать, Вейдер открыл глаза. С зеркальной стены герметичной камеры для медитаций из черной транспаристали на него смотрело его собственное бледное, изуродованное огнем лицо. Без нейронной связи с доспехами он в полной мере ощущал обрубки своих ног, размозженные руки, пронизывающую тело постоянную боль, которой он был только рад. Боль подпитывала его ненависть, а ненависть — Силу. Когда-то, в бытность джедаем, он медитировал, чтобы найти в душе умиротворение. Сейчас же он стремился обострить собственный гнев, подобно наточенному оружию.

Он долго не сводил глаз с собственного отражения. Раны изуродовали и изломали его тело, но довели до совершенства его дух и укрепили связь с Силой. В страданиях родилось вдохновение.

Автоматическая рука держала над его головой шлем и забрало, готовые вскоре опуститься на него подобно року. Глаза в забрале, взгляд которых внушал страх столь многим, не могли сравниться с его настоящими глазами, сверкавшими среди моря шрамов с прочно обузданной яростью. Вспомогательный респиратор, с которым он никогда не расставался, закрывал его изуродованный рот, и от стен эхом отдавался звук дыхания.

Призвав Силу, он привел в действие автоматическую руку. Та опустилась, и его голову окружили металл и пласталь шлема и забрала — оболочка, в которой он существовал. Он с радостью ощутил болезненный укол, с которым нейронные иглы шлема вонзились в плоть на черепе и затылке, соединив его тело, разум и доспехи во взаимосвязанное целое.

Человек и машина стали едиными, и Вейдер перестал ощущать отсутствие ног и рук. Исчезла и боль в теле, но ненависть, как и ярость, никуда не делась. Они никогда его не оставляли, и чем сильнее был гнев, тем больше он ощущал связь с Силой.

Усилием воли он приказал бортовому компьютеру подсоединить основной респиратор к вспомогательному и загерметизировать шлем на шее. Он снова был дома.

Когда-то доспехи казались ему ненавистными и чужими, но теперь он понимал, что всегда был обречен их носить, точно так же как джедаи всегда были обречены изменять своим принципам. Он с самого начала был обречен на поединок с Оби-Ваном и поражение на Мустафаре, которое его многому научило.

Доспехи отделяли его от Галактики и от всех вокруг, делали его особенным и неповторимым, освобождая от нужд и забот тела, когда-то бывшего его проклятием, и позволяя сосредоточиться исключительно на его взаимоотношениях с Силой.

Он знал, что других подобное повергает в ужас, и ему это нравилось. Их страх стал орудием, с помощью которого он добивался своих целей. Когда-то Йода твердил ему, что страх ведет к ненависти, а ненависть к страданиям. Но Йода ошибался. Страх — инструмент, с помощью которого сильный повелевает слабым. Ненависть — источник истинной Силы. Власть сильного над слабым вела не к страданиям, но к порядку. Самим своим существованием Сила устанавливала право сильных властвовать над слабыми. Сила устанавливала порядок. Джедаи никогда этого не понимали и потому оказались уничтожены. Но учитель Вейдера все понимал, как и сам Вейдер. И потому они были сильны. Потому они правили.

Он поднялся на ноги, слыша собственное громкое дыхание и видя огромное темное отражение в стене.

По взмаху его затянутой в перчатку руки и мысленной команде стены яйцевидной камеры для медитаций, находившейся в центре его личных покоев на борту «Губителя», стали из зеркальных прозрачными. В большом иллюминаторе позади них открывался вид на Галактику с ее бесчисленными планетами и звездами.

Теперь он понимал, что его долг — править ими всеми. Такова была недвусмысленная воля Силы. Существование без надлежащей власти вело к хаосу и беспорядку. Сила — невидимая, но вездесущая — являлась орудием, с помощью которого мог и должен был быть наведен порядок, а вовсе не благодаря гармонии или мирному сосуществованию. Таков был подход джедаев — глупый и ошибочный, который лишь провоцировал еще больший хаос. Вейдер и его учитель наводили порядок единственно возможным способом, какового требовала Сила, — с помощью завоеваний, вынуждая хаос покориться порядку и подчиняя слабых воле сильных.

История джедайского влияния в Галактике стала историей хаоса и часто вспыхивавших войн, им порожденных. История Империи должна была стать историей насильно установленного мира и навязанного порядка.

Звякнул интерком, сообщая о текущем вызове. Голопроектор высветил изображение капитана Луитта, седовласого командира «Губителя» с горбинкой на носу.

— Повелитель Вейдер, происшествие на верфях Малой Яги.

— Какого рода происшествие, капитан?

* * *

Огоньки компьютеров на мостике мигали в такт пульсу корабля и жестам немногочисленной разношерстной команды борцов за свободу, сидевших на своих постах. Чам стоял за спиной рулевого, попеременно переводя взгляд с обзорного экрана на дисплей сканера и мысленно повторяя давно впечатавшиеся в подкорку его сознания слова, которые он готов был воспроизвести по памяти в любой момент:

«Не террорист, но борец за свободу. Не террорист, но борец за свободу».

Чам сражался за свой народ и Рилот уже почти десять лет. Он сражался за свободу Рилота, когда его пыталась присоединить к себе Республика, и теперь тоже сражался — против Империи, пытавшейся ободрать его планету догола.

За свободу Рилота.

Сама эта фраза, само понятие стало полярной звездой, вокруг которой вращалось все его существование.

Ибо Рилот не был свободен.

Как и опасался Чам во время Войн клонов, один исполненный благих намерений оккупант уступил другому, исполненному не столь благих намерений, и Республика посредством сплава тщеславия и амбиций преобразовалась в Империю.

Рилот называли имперским протекторатом. На имперских звездных картах родная планета Чама обозначалась как «свободная и независимая», но слова эти могли восприниматься лишь с иронией, поскольку значение их было перевернуто с ног на голову.

Ибо Рилот не был свободен.

Орн Фри Таа, тучный представитель Рилота в подхалимском марионеточном Имперском сенате, своими предательскими уступками придавал законную силу абсурдным притязаниям Империи. Но и на самом Рилоте хватало готовых сотрудничать с Империей и тех, кто был рад пасть ниц перед штурмовиками.

И потому — Рилот не был свободен.

Но Чам знал, что день свободы рано или поздно наступит. В течение многих лет он набирал и обучал сотни единомышленников, хоть и не все из них были тви'леками. Он искал союзников и информаторов по всей системе Рилота, основывал тайные базы, собирал боевую технику. За прошедшие годы он спланировал и осуществил немало вылазок против имперцев — осторожных и точечных, но тем не менее действенных. Десятки погибших имперских солдат стали свидетельством растущего влияния движения за свободу Рилота.

«Не террорист, но борец за свободу».

Он ободряюще положил руку на плечо женщины-рулевого, почувствовав, как напряглись ее мышцы. Как и большинство членов команды, включая самого Чама, она была тви'лекой, и Чам сомневался, что ей доводилось летать на чем-то крупнее хоппера, ловко скользившего в ущельях, — уж точно не на вооруженном грузовике, которым она управляла сейчас.

— Держи курс, рулевой, — сказал Чам. — Ничего выдающегося от тебя не требуется.

— Будем надеяться, — добавила Исвал, стоявшая за спиной Чама.

Женщина у штурвала со вздохом кивнула. Ее лекку, два спускавшихся с затылка на плечи хвоста, слегка расслабились.

— Так точно, сэр. Ничего выдающегося.

Исвал подошла ближе, глядя на обзорный экран.

— Где они? — проворчала она. Ее голубая кожа потемнела, лекку раздраженно вздрогнули. — Уже прошло много дней, а от них ни слова.

Исвал всегда ворчала, пребывая в постоянном беспокойстве и расхаживая туда-сюда, словно пленник, пробующий на прочность прутья невидимой клетки. Чем-то она напоминала Чаму его дочь Геру, по которой он сильно скучал. Чам ценил потребность Исвал постоянно двигаться, постоянно действовать. Они с ней были полной противоположностью: ее безрассудство против его осмотрительности, ее практичность против его принципиальности.

— Спокойно, Исвал, — негромко сказал он. То же самое он часто говорил Гере.

Заложив за спину вспотевшие от напряжения, несмотря на внешнее спокойствие, руки, он взглянул на дисплей мостика. Почти пора.

— Они пока не опаздывают. И если они не справились, мы бы об этом уже знали.

— Если бы справились, мы бы тоже уже знали, — немедленно возразила она. — Разве нет?

Чам покачал головой, встряхнув лекку.

— Вовсе не обязательно. Они предпочли бы молчать — Пок не стал бы рисковать, нарушая тишину в эфире. К тому же ему могло понадобиться пролететь рядом с газовым гигантом, чтобы заправиться. А может, пришлось стряхивать с хвоста погоню. Они проделали немалый путь.

— Все равно бы он хоть что-то сообщил, — настаивала Исвал. — Они могли взорвать корабль при попытке захвата. Они могли все погибнуть. Или того хуже.

Слова ее прозвучали чересчур громко — некоторые из экипажа оторвались от работы и с тревогой поглядели на них.

— Могли, но этого не случилось. — Он положил руку ей на плечо. — Спокойно, Исвал. Спокойно.

Поморщившись, она судорожно сглотнула, словно пыталась избавиться от дурного вкуса во рту. Затем снова начала расхаживать туда-сюда.

— Спокойно… Спокойны только мертвецы.

— Так что, еще повоюем? — улыбнулся Чам.

Исвал остановилась, и на ее губах появилась знакомая полуулыбка. Чам лишь смутно представлял, что с ней творили, когда она была в рабстве, но не сомневался, что ей пришлось пережить нечто чудовищное.

— За работу, народ, — приказал он. — Будьте начеку.

На мостике наступила тишина. В воздухе висела хрупкая надежда, которую могло разрушить любое неверное слово. Все постоянно бросали взгляды на дисплей, показывающий время, но пока тщетно.

Чам заранее спрятал грузовик в кольцах одного из газовых гигантов системы. Металлическая руда в каменных обломках, из которых состояли кольца, скрывала корабль от любых видов сканирования.

— Рулевой, подними нас над плоскостью колец, — велел Чам.

Даже в отсутствовавшей на картах системе было рискованно выводить грузовик из укрытия колец планеты. Регистрационные документы корабля наверняка не выдержали бы полномасштабной имперской проверки, а имперские зонды и шпионы имелись повсюду — Император стремился укрепить власть в Галактике и подавить любые горячие точки. Если их заметят, придется бежать.

— Когда выйдем из колец, увеличить изображение на экране, — распорядился Чам.

Даже при увеличении экран показывал намного меньше, чем датчики дальнего радиуса действия, но Чаму требовалось видеть самому, а не полагаться на данные.

Исвал расхаживала рядом.

Корабль поднялся над каменно-ледяным поясом, и на увеличенной картинке на экране высветилась внешняя система. Вокруг ее тусклого солнца вращался единственный далекий необитаемый планетоид, а во тьме мерцали бесчисленные звезды. По правому борту отстоящая на многие световые годы туманность окрашивала космическое пространство в кровавый цвет.

Чам не сводил глаз с экрана, будто пытаясь усилием воли выдернуть из гиперпространства своих товарищей — если предположить, что они вообще в состоянии совершить прыжок. Вся операция была крайне рискованной, но Чам полагал, что возможность добыть тяжелое оружие и вынудить Империю отвлечь часть ресурсов от Рилота стоит такого риска. К тому же ему хотелось дать однозначный сигнал, что по крайней мере некоторые тви'леки Рилота не желают молча принимать власть Империи. Ему хотелось стать искрой, от которой возгорится пламя по всей Галактике.

— Ну давай же, Пок, — шептал он, и его лекку невольно дрожали, выдавая волнение. Он знал Пока много лет и считал его своим другом.

Исвал бормотала себе под нос нескончаемый поток тви'лекских ругательств.

Назначенное время на дисплее наступило и прошло, забрав с собой надежды команды. Послышались тяжелые вздохи, лекку обвисли.

— Терпение, народ, — тихо проговорил Чам. — Будем ждать. Ждать, пока не узнаем точно.

— Будем ждать, — кивнула Исвал, продолжая расхаживать по палубе и смотреть на экран, словно бросая безмолвный вызов: хватит ли тому смелости и дальше показывать то, чего ей видеть совсем не хочется.

Тянулись мгновения. Команда беспокойно ерзала в креслах, разочарованно переглядываясь. Чам невольно стиснул зубы.

— Кажется, что-то есть! — нарушила тишину инженер у пульта сканера.

Чам и Исвал почти бегом бросились к пульту. Все взгляды обратились к ним.

— Это корабль, — сообщила инженер.

По всему мостику прошел шорох облегчения. Чаму казалось, будто он слышит улыбки экипажа. Он изучил поступившие данные.

— Имперский транспорт, — объявил он.

— Наш имперский транспорт, — поправила Исвал.

Со стороны команды послышались негромкие радостные возгласы.

— Всем оставаться на местах, — велел Чам, хотя сам с трудом сдерживал улыбку.

— Он идет к нам, — сказала инженер. — Это они, сэр. Это они! Они нас вызывают.

— Включить громкую связь, — распорядился командир. — И подготовить разгрузочную команду. Нужно доставить оружие на борт и уничтожить корабль, как только…

Послышался треск помех, а затем сдавленный голос Пока:

— Уходите отсюда! Немедленно!

— Пок? — переспросил Чам, и радость экипажа тут же сменилась тревогой. — Пок, в чем дело?

— Здесь Вейдер, Чам. Уходите! Мы думали, что оторвались от погони. Мы прыгали от системы к системе, чтобы сбросить их с хвоста. Я думал, мы их потеряли, но они продолжают нас преследовать! Уходи, Чам!

Инженер взглянула на Чама, и лавандовая кожа на ее щеках потемнела до синей.

— Из гиперпространства выходят другие корабли, сэр. Больше десятка, все маленькие, — ее голос дрогнул. — Похоже на V-истребители. Возможно, перехватчики.

Чам и Исвал одновременно выругались.

— По местам, народ! — приказал командир корабля.

* * *

Специально доработанный для Вейдера эта-перехватчик возглавил эскадрилью истребителей, как только расчерченный звездными линиями туннель гиперпространства сменился чернотой обычного космоса. Быстрое сканирование позволило ему обнаружить похищенный транспорт с оружием, который они преследовали на протяжении нескольких систем, пока тот пытался пробиться к Внешнему кольцу. Истребители сбросили гиперпространственные разгонные кольца.

На корме тяжеловооруженного транспорта возле трех его двигателей за грузовым отсеком виднелись легкие повреждения от бластерной пушки.

— Перестроиться для атаки, — распорядился Вейдер, и пилоты послушно исполнили приказ.

Беспокоясь, что похитители могли заманить эскадрилью в ловушку, он быстро просканировал всю систему. Датчики перехватчика, не отличавшиеся особой чувствительностью, показали лишь два больших, окруженных кольцами газовых гиганта, каждый с парой десятков спутников, пояс астероидов между планетами и звездой и несколько планетоидов на внешних границах системы. Во всем остальном это место выглядело необитаемой тихой заводью.

— Сканирование не подтверждает, что в системе есть другие корабли, — сообщил Вейдер.

— Вас понял, — ответил командир эскадрильи.

— Они готовятся к очередному прыжку, повелитель, — послышался голос одного из пилотов.

— За мной, — приказал Вейдер, разгоняясь до скорости атаки. — Не позволяйте им снова прыгнуть.

V-истребители и перехватчик Вейдера, намного более быстрые и маневренные, чем транспортник, резво его нагоняли, пожирая разделяющее их пространство. Вейдер даже не сверялся с приборами — он призвал Силу, полагаясь, как всегда, только на чувства.

Еще до того, как эскадрилья приблизилась на расстояние выстрела, один из двигателей грузовика выплюнул язык голубого пламени и загорелся. Пытаясь скрыться от погони, корабль не выдержал перегрузки.

— Вывести из строя их защитные экраны и оставшиеся два двигателя, — распорядился темный повелитель. С неработающими двигателями корабль уже не сможет совершить прыжок в гиперпространство. — Но ни в коем случае не уничтожать.

Тяжелые орудия транспорта, обладавшие большей дальностью, чем бластерные пушки перехватчика и V-истребителей, открыли огонь еще до того, как те подошли достаточно близко.

— Нас обстреливают, уклоняемся, — послышался голос командира эскадрильи, когда от автоматических орудийных башен транспортника к ним протянулись зеленые линии, заполнив все пространство между кораблями. Истребители разделились, резко сворачивая в стороны и ныряя вниз.

Вейдер не столько видел, сколько ощущал выстрелы орудий транспортника. Он свернул влево, затем круто вправо, потом нырнул на несколько градусов вниз, продолжая приближаться к беглецу. Зеленая линия задела один из истребителей слева от него, разнеся в клочья крыло, и тот, вспыхнув и беспорядочно завертевшись, понесся внутрь системы.

Большие поворотные орудийные купола по обеим сторонам транспортника развернулись и открыли огонь, извергая яркие вспышки красной плазмы.

— Рассредоточиться, — приказал командир эскадрильи. — Быстрее!

Красная вспышка угодила в один из V-истребите-лей, превратив его в облако пара.

— Сосредоточить огонь на кормовых экранах, — объявил Вейдер, перехватчик которого лавировал между зеленым и красным, пока не оказался на расстоянии выстрела, и два плазменных луча ударили в кормовые экраны. Выстрел он направил под углом, чтобы тот по максимуму отклонился, — ему хотелось вовсе не пронзить корабль насквозь, а лишь истощить его ресурсы и заставить сдаться.

Примеру Вейдера последовала остальная эскадрилья, нанося удары по транспортнику с разных углов. Звездолет содрогался под массированным огнем, его ярко светившиеся от перегрузки защитные экраны ослабевали с каждым выстрелом. Эскадрилья догнала и перегнала грузовик, преследуемая зелеными и красными вспышками его орудий.

— Держать дистанцию, избегать попаданий. Развернуться для нового захода, — приказал командир эскадрильи. — Разделиться и зайти снизу.

Истребители разошлись влево и вправо, ложась на новый курс для перехвата. Вейдер сбросил скорость, оставаясь позади.

— На этом заходе — выведите из строя экраны, командир, — сказал он. — У меня появилась одна задумка.

* * *

Пок оставил канал связи включенным, так что Чам и его команда могли слышать все происходящее на мостике угнанного грузовика — Пок отрывисто отдавал приказы, кто-то выкрикивал данные о курсе атакующих, доносился грохот выстрелов, барабанящих по защитным экранам.

— Пок! — позвал Чам. — Мы можем вам помочь!

— Нет! — бросил тот. — Мы уже потеряли один двигатель, и нам никак не выйти на полную мощность, а где-то за этой эскадрильей — звездный разрушитель. Ты ничем нам не поможешь, Чам. Запускай гиперпривод! — крикнул он кому-то из своей команды.

Раздался взрыв. По связи послышались помехи и чей-то вопль.

— Экраны действуют на десять процентов, — крикнул кто-то на мостике у Пока.

— Гиперпривод не работает, — сообщил кто-то еще.

Исвал схватила Чама за руку, стиснув ее до боли.

— Мы должны им помочь, — хрипло проговорила она.

Но Чам не понимал, как именно они могли бы спасти положение. Если выйти из-под прикрытия колец, V-истребители, перехватчики или что там еще обнаружат их на экранах сканеров, а Чам не питал никаких иллюзий по поводу возможностей своего рулевого или своего корабля в подобной ситуации.

— Нет, — сказал он рулевому. — Остаемся на месте.

* * *

На глазах у Вейдера транспортник резко свернул влево, чтобы оба орудийных купола могли обстреливать приближающиеся истребители. Едва они оказались на расстоянии выстрела, автоматические башни и орудийные купола открыли огонь, заполнив пространство лучами перегретой плазмы. Истребители ныряли, крутились и уворачивались, выписывая спирали в переплетении зеленых и красных энергетических лучей.

Вейдер, держась позади, вел перехватчик между вспышками. Взорвался третий V-истребитель, в который угодил выстрел с орудийной башни, и фонарь кабины летящего сквозь пламя Вейдера осыпало обломками.

Приблизившись к грузовику, V-истребители открыли огонь, почти сразу же выведя из строя его защитные экраны.

— Щиты уничтожены, повелитель, — доложил командир эскадрильи.

— Беру на себя двигатели, — ответил Вейдер. — Разрушить орудийные башни и купол по правому борту.

Пилоты эскадрильи, выбранные за их мастерство и послужной список, в точности выполнили приказ. Взрывы осветили корпус грузовика, заставив его содрогнуться, и орудийные башни исчезли в языках пламени. Пронесшись мимо, V-истребители пошли на разворот.

Тем временем Вейдер прицелился в двигатели и несколько раз нажал на гашетку. Корму транспортника сотрясли взрывы, и обломки обоих двигателей унеслись в космос, но сам корабль остался невредимым.

Вейдер еще больше сбросил скорость, следуя за транспортником.

— Он летит по инерции, сэр, — сообщил командир эскадрильи. — Когда появится «Губитель», он сможет завести транспортник в один из своих причальных отсеков с помощью луча захвата.

— Я не намерен оставлять угонщиков на корабле так долго, — ответил Вейдер. Он знал, что те наверняка попытаются взорвать корабль, и оружия в его трюме для этого более чем достаточно. — Я собираюсь войти на борт.

— Сэр, стыковочный узел корабля слишком поврежден, и на нем нет причальной палубы.

— Я знаю, командир, — кивнул темный повелитель.

Единственный уцелевший орудийный купол, управляемый кем-то из угонщиков, развернулся и открыл огонь по перехватчику Вейдера. Продолжая полагаться на Силу, ситх бросал корабль из стороны в сторону, вверх и вниз, избегая бластерного огня и неуклонно летя на купол. Он видел стрелка внутри прозрачного фонаря, ощущая его малозначительную сущность сквозь паутину Силы.

— Сэр… — позвал командир, когда эскадрилья зашла на очередной круг, но Вейдер его словно не слышал.

Нажав кнопку, Вейдер разгерметизировал кабину перехватчика — теперь от вакуума его защищала только броня. Затем, приблизившись к средней оси транспортника и все так же уворачиваясь от обстрела, он выбрал место рядом с орудийным куполом и, применив Силу, мысленно за него ухватился.

Перехватчик устремился к орудийному куполу, нацелившись прямо на него. Удовлетворенный траекторией корабля, Вейдер отстегнул ремни, отключил систему защиты, распахнул люк кабины и выбросился в космос.

Его тут же закрутило в невесомости, и он увидел быстро сменяющие друг друга звезды и корабль. Но он продолжал мысленно держаться за ручку воздушного шлюза, а герметичная броня позволяла существовать в вакууме. В ушах громко отдавался звук респиратора.

Корабль Вейдера врезался в орудийный купол. Все это происходило в зловещей тишине — звук в вакууме не передавался. Вспыхнувшее на миг пламя тут же погасло. Во все стороны полетели обломки, и транспортник опасно накренился.

* * *

Из динамиков послышался оглушительный грохот. Взвыла сирена, и мостик Пока заполнился какофонией перебивающих друг друга голосов.

— Пок, что случилось? — спросил Чам. — Вы целы?

— С нами кто-то столкнулся. Мы целы. Доложи о повреждениях, — велел Пок кому-то на мостике. — И немедленно кого-нибудь туда отправь.

* * *

— Сэр! Сэр! — раздавался по каналу связи в шлеме Вейдера отчаянный голос командира эскадрильи. — Повелитель Вейдер! Что происходит, сэр?

— Причаливаю к транспортнику, командир, — спокойно ответил тот.

Использовав Силу, ситх остановил вращение и вплыл в большую дымящуюся дыру с рваными краями, которую проделал его перехватчик в корпусе транспортника. С краев дыры свисали обрывки шлангов и электрических проводов, из которых в космос сочился газ и летели искры. Часть крыла его корабля пережила удар и застряла в переборке. Остальное попросту испарилось.

Пробравшись сквозь разрушения, Вейдер оказался среди остатков разгерметизированного коридора. Разорванную палубу усеивали дымящиеся обломки металла и электроники. Сквозь дыру в переборке он увидел пронесшиеся мимо V-истребители.

— Сэр? — спросил командир эскадрильи.

— Все под контролем, командир.

По связи послышались восхищенные возгласы нескольких пилотов.

— Сохраняйте дисциплину, — рявкнул командир, хотя и в его голосе Вейдеру послышались недоверчивые нотки. — Повелитель… на этом транспортнике десятки угонщиков.

— Ненадолго, командир, — заявил владыка ситхов. — С этого момента ваша задача — сопровождение. Если потребуется что-то еще — я сообщу.

— Так точно, сэр, — последовал ответ после некоторой паузы.

Автоматическая система защиты перекрыла коридор герметичной дверью, но Вейдер знал коды для ее отключения. Пройдя через груды обломков, он набрал код, и огромная дверь ушла в сторону, с шипением выпуская воздух из коридора. Войдя, он снова закрыл за собой дверь и нажатием еще нескольких клавиш на настенном компьютере восстановил давление в коридоре. Из динамиков на стенах доносился протяжный вой сирен.

В дальнем конце коридора открылся люк, и в нем появился пурпурнокожий тви'лек в импровизированной броне. При виде Вейдера хвосты на голове инородца вздрогнули, глаза удивленно расширились, и он схватился за висевший на поясе бластер. Но к тому времени, когда он вытащил оружие и нажал на спуск, Вейдер уже держал в руке включенный световой меч.

Отразив выстрел в стену, он поднял свободную руку и, призвав Силу, развел и свел два пальца, сдавливая трахею тви'лека мощью Силы.

Поднятый Силой над палубой, угонщик отчаянно хватался за горло, но, к его чести, не выпустил оружие и, даже задыхаясь, сумел прицелиться и несколько раз выстрелить из бластера. Вейдер попросту продолжал держать инородца за горло, небрежно отбивая выстрелы световым мечом в переборку. Затем, не желая терять времени зря, он шевельнул поднятой рукой влево и вправо, с помощью Силы швырнув тви'лека о стену. От удара хрустнули кости, и ситх позволил телу упасть на палубу.

— Тимо! — послышался голос из комлинка на поясе тви'лека. — Тимо! Что там происходит? Слышишь меня?

Деактивировав меч, Вейдер поднял комлинк и поднес его к респиратору, громко дыша.

— Кто это?

Ответом было лишь дыхание Вейдера.

— Тимо, это ты? С тобой все в порядке?

— Я иду к тебе, — пророкотал темный повелитель.

Раздавив комлинк в кулаке, он снова включил меч, перешагнул через труп и направился дальше по коридору.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Чам и Исвал тревожно переглянулись. Оба слышали переговоры по открытому каналу, и им хорошо был знаком звук респиратора.

— Неужели это… — прошептала Исвал.

— Вейдер, — кивнул Чам. — Иначе и быть не может. Пок?

— Согласен, — ответил Пок. — Это наверняка Вейдер.

С Вейдером они никогда не встречались, но имя говорило само за себя.

На мостике повисла тяжелая тишина.

— Что нам известно? — шепотом спросил Чам у Исвал.

Та покачала головой, взволнованно тряхнув лекку.

— Немногое. Истории из вторых и третьих рук. Якобы обычные офицеры его ненавидят, но штурмовики чуть ли не боготворят.

— Как он оказался на корабле Пока?

Исвал пожала плечами. Расхаживать туда-сюда она перестала — дурной знак.

— Говорят, он умеет такое, на что никто больше не способен. Все его страшно боятся. Плохо дело, Чам.

— Знаю. — Он посмотрел на экран, проследив за ее взглядом. Угнанный грузовик они, естественно, видеть не могли, но Чам вполне мог мысленно его представить. И теперь он представлял Вейдера, находящегося на его борту. — Доложи обстановку, Пок.

Несколько мгновений тот не отвечал — вероятно, его внимание было занято чем-то другим.

— Двигатели отказали, Чам. Оружие уничтожено. К нам… каким-то образом проникли на борт. Ты слышал.

— Каким образом он проник на борт? Он один?

— Не знаю, — ответил Пок, затем добавил, обращаясь к кому-то на мостике: — Мне срочно нужна эта информация. — И снова Чаму: — Чам, нас тут двадцать шесть. Мы можем сражаться. По крайней мере, они дорого заплатят.

— Пок… — начал Чам, но собеседник избавил его от необходимости продолжать.

— Не беспокойся. Живыми нас не возьмут. Моя команда знала, на какой риск идет, вызываясь добровольцами. К сожалению, я не могу взорвать корабль при неработающих двигателях, но группа самых лучших моих парней уже направляется в трюм. На крайний случай воспользуемся оружием, которое там находится… Что? Погоди, Чам. — Послышались несколько неразборчивых реплик, затем голос Пока: — Хорошо, вызывай их. Немедленно.

Последовала пауза, затем чьи-то слова:

— Они не отвечают, Пок.

— Не покидай укрытия, — велел Чам своему инженеру, приглушив микрофон, — и немедленно сообщи, если кто-то из тех V-истребителей направится в нашу сторону.

— Да, сэр. Похоже, они выстроились вокруг транспорта с оружием.

— Мы не можем допустить, чтобы он покончил с собой, — сдавленно проговорила Исвал. — Давай выберемся отсюда и поможем им. Сумеем пробиться.

— Они застряли вмертвую, — сказал Чам и тут же пожалел о неудачном выборе слов.

— Чам…

Не обращая на нее внимания, тви'лек снова выкрутил громкость микрофона:

— Пок?

Тот откашлялся. С мостика не доносилось ни звука.

— Я потерял отряд, который отправил в трюм. Не знаю, что случилось… но они не отвечают на вызовы. Похоже, Вейдер их перехватил.

Чам сжал кулаки, с трудом сохраняя спокойствие:

— Понятно.

— Мы должны им помочь, — медленно вставила Исвал сквозь стиснутые зубы.

Отключив связь, Чам развернулся к ней, наконец потеряв терпение.

— Как им помочь, Исвал? Они без двигателей и окружены! Даже будь нам по силам уничтожить всю эскадрилью, а ты сама знаешь, что это невозможно, нужно время, чтобы переправить Чама и его команду с их корабля на наш. Сюда мчит звездный разрушитель, а на борту их угнанного грузовоза некий… человек, сумевший в одиночку расправиться с отрядом лучших парней Пока!

Несмотря на его вспышку гнева, Исвал продолжала стоять на своем. Остальные члены команды уткнулись в пульты.

— Вейдер не человек, — сдавленно произнесла она. — По крайней мере, насколько мне известно.

— И все-таки он человек, — возразил Чам достаточно громко, чтобы слышали все на мостике. — Наверняка. Но, бросившись их спасать, мы только сгинем сами. Пок это знает, и все они это знают. И мы тоже. — Опустив плечи, он снова посмотрел на экран. — Да, нам это не по душе, но от правды не уйти.

— Чам прав, — послышался из динамика голос Пока. — Мы знали, на какой риск идем. И шли добровольно.

Чам выругался — ему казалось, что он приглушил микрофон.

— Извини, Пок. — У него перехватило горло. — Я думал…

— Знаю, — неожиданно усмехнулся Пок. — Кто там с тобой? Исвал?

— Да, это я, Пок, — подтвердила она.

— Понятно, все еще бушуешь, словно песчаная буря. Что ж, хорошо. Рад, что можем попрощаться. Держи Чама в узде, ладно? Порой он бывает до крайности принципиален, что вряд ли ему на пользу.

— Прощаться вовсе незачем, — возразила Исвал, пристально глядя на Чама.

— Все равно придется. Хотя посмотрим, может, сперва удастся прикончить этого Вейдера. Я устроил засаду в…

— В главном коридоре стрельба, сэр, — доложил кто-то на мостике у Пока.

Несколько долгих мгновений все молчали — как на той, так и на другой стороне. Затем на мостике угнанного грузовика послышались негромкие разговоры, которые Чам не разобрал.

— Доложи обстановку, — сказал Пок кому-то из команды.

— Никто не отвечает на вызовы, — последовал ответ.

— Как?.. Его ждали целых восемь парней! Что там происходит?

— На мостик поднимается лифт! — крикнул кто-то другой.

Дыхание Пока стало громче, словно он склонился над микрофоном.

— Чам, мы убьем Вейдера и взорвем корабль. Никто не уйдет живым.

— Пок… — начал Чам.

— Для меня было честью служить под твоим началом, — продекламировал Пок. — Продолжайте сражаться. Все вы.

— За свободу Рилота! — крикнул кто-то на мостике Пока, и его возглас подхватили остальные.

Исвал столь крепко стиснула руку Чама, что у него онемели пальцы. Он не сводил глаз с включенного коммуникатора, словно в нем содержалось некое тайное знание, способное спасти Пока и остальных. Но все было тщетно.

Экипаж молча сидел на своих местах, опустив головы.

— Открывается! — объявил кто-то на мостике Пока.

Раздались выстрелы из бластера, но быстро смолкли.

— Никого, — произнес чей-то голос. — Лифт пустой.

— Проверь, — приказал Пок. — Он все еще где-то на борту…

Послышалось шипение и гул, крики, глухой удар, снова выстрелы, протяжное мелодичное гудение, опять крики и вопли.

— Пок! — закричала Исвал. — Пок!

Чам выругался.

— Что там происходит? — спросила Исвал. — Что это за звук?

— Световой меч, — ответил Чам. Звук клинка врезался в его память еще во времена Войн клонов, когда с этими мечами управлялись джедаи, способные, как и Вейдер, на то, что было недоступно обычному живому созданию. Но джедаев больше не существовало, как и Республики. Остались только Вейдер и Империя.

Раздался очередной глухой удар, за ним еще один, затем новые, полные ужаса крики. Теперь стреляли лишь два или три бластера, и в относительной тишине послышался новый звук — тяжелое, словно усиленное динамиком или респиратором, дыхание. Дыхание Вейдера.

— Что это? Это Вейдер? — спросила Исвал. Чам поспешно отключил микрофон.

Снова донеслись крики и грохот чего-то тяжелого на фоне несмолкающего гула светового меча.

— За Рилот! — крикнул Пок, и раздалась быстрая очередь из бластера.

Гудение меча стало громче, и Чам представил, как Вейдер отражает клинком бластерные выстрелы. Ему уже доводилось видеть подобное раньше. Внезапно стрельба прекратилась, и послышался сдавленный хрип задыхающегося Пока.

— Он его душит! — потрясенно выдохнула Исвал.

Секунды, в течение которых на фоне усиленного респиратором дыхания Вейдера раздавался затихающий хрип Пока, показались часами. Чам понимал, что следует отключить связь, но не мог — ему казалось, будто таким образом он повторно бросает Пока на произвол судьбы.

— Расскажи мне все, что я хочу узнать, — послышался низкий голос Вейдера, — и смерть твоя будет легче.

За судорожным глубоким вдохом последовало ругательство на языке тви'леков.

— Что ж, прекрасно, — протянул Вейдер.

Пок снова захрипел и замолк. Что-то с глухим звуком свалилось на палубу.

Исвал разразилась проклятиями. Сердце Чама отчаянно колотилось в груди, но он молчал. Сказать было нечего. По связи доносилось лишь дыхание Вейдера.

— Выключи, Чам! — бросила Исвал.

Тот уставился на коммуникатор. Дыхание Вейдера стало громче, словно он взял микрофон, чтобы внимательнее его разглядеть или поднести к лицу. Вдох. Выдох.

— Выключи, Чам! — повторила Исвал.

Чам вдруг понял, что не дышит сам. Его ушей достигало лишь дыхание Вейдера, размеренное, словно маятник, громкое и зловещее.

Наконец он овладел собой и выдохнул, думая о Поке и его жутких предсмертных хрипах.

— Ваши союзники мертвы, — громыхнул Вейдер, и его слова заставили Чама вздрогнуть.

Исвал ударила по коммуникатору, отключая связь. Тишина.

— Чам, нам нужно уходить, — взмолилась она. — Немедленно.

Но тви'лек знал, что уже слишком поздно. Если они попытаются покинуть систему сейчас, их ждет в точности такой же конец, что и Пока с его командой, — их догонят, поймают и казнят.

— Уходим, — сказала Исвал рулевому, не дождавшись ответа Чама.

Тот резко развернулся к ней.

— Отставить! — бросил он рулевому. — Уже слишком поздно, — тихо сказал он Исвал. — Они нас увидят.

— V-истребители расходятся, сэр, — доложил инженер. — Похоже, они начинают прочесывать пространство. В систему входит еще один корабль. Звездный разрушитель.

На мостике тотчас же наступила тишина. Все взгляды обратились к Чаму в ожидании приказов, в ожидании спасения. Пок погиб, заклятие спало, и Чам больше не колебался.

— Уходим вглубь колец, рулевой. Замаскируемся под каменную глыбу. Минимальное жизнеобеспечение. Все остальное отключить. Будем просто дрейфовать.

— Если все отключим, не сможем бежать, если нас обнаружат, — возразила Исвал. — К тому времени, когда мы снова запустим двигатели…

— Бежать не придется, Исвал, — сухо ответил Чам. — Либо спрячемся, либо погибнем. Выполнять приказ, рулевой.

Женщина на посту кивнула и подчинилась. Корабль опустился вглубь колец, и экран заполнили вращающиеся глыбы из льда и камня неправильной формы.

— Отключить все системы, — приказал Чам.

— Есть, сэр.

Огни на мостике и экран погасли.

Вспыхнуло тусклое оранжевое аварийное освещение. Члены команды переглянулись, бросая взгляды на потолок и переборки.

О корпус корабля ударялись куски льда и камня. Система жизнеобеспечения переключилась на минимальный режим, и температура начала быстро падать. Но жизни это ничем не угрожало, лишь создавало некоторый дискомфорт.

Чама больше беспокоила возможность столкновения с крупной каменной или ледяной глыбой на большой скорости. Корпус вполне мог выдержать удар, но он не был полностью несокрушимым, и если бы корабль начало швырять среди колец, у них не оставалось бы иного выбора, кроме как запустить двигатели.

— Спокойно, народ, — сказал он.

Некоторые опустили головы, другие уставились на пустой экран. Напряжение было куда хуже холода. Через несколько минут Чам уже видел пар от собственного дыхания. Изо всех сил пытаясь не дрожать, он переходил от одного члена команды к другому, дотрагиваясь до плеч и спин, шепча успокаивающие слова.

— Мне следовало отключить связь раньше, — тихо молвил он, вернувшись к Исвал. — Я подверг всех ненужному риску.

Женщина из вежливости не стала возражать, что он совершил ошибку.

— Будем надеяться, у тебя еще появится шанс, — сказала она.

— Это было… тяжко слышать.

— Да, — кивнула она.

— Сегодня последний раз, когда мы прячемся от Вейдера, — твердо произнес Чам.

Она посмотрела ему прямо в лицо и кивнула.

Корабль содрогнулся от удара, и все как один вскрикнули. Рулевого едва не выбросило из кресла, но она удержалась, схватившись за приборную панель. Больше ударов не последовало.

— Всего лишь камень, — определила Исвал. — Спокойно, народ. Если тот звездный разрушитель нас заметит, все закончится прежде, чем мы успеем что-либо почувствовать.

— Наверняка их это порадует, — усмехнулся Чам, и Исвал одарила его своей обычной полуулыбкой, а может, четвертью улыбки.

Они долго сидели молча, с каждой минутой все больше набираясь надежды. Вскоре команда смогла перевести дух.

— Пожалуй, достаточно, — постановил Чам. — Включай питание, рулевой.

Несмотря на успевшее пройти время, команда ощутимо напряглась, пока вновь запускались все системы. Если рядом находились имперские корабли, грузовик немедленно появился бы на экранах их датчиков. Вновь вспыхнули огни и экран, запустились двигатели. Корабль направился за пределы колец, в черноту космоса.

— Датчики ничего не показывают, — доложил инженер.

На экране виднелось пустое пространство. V-истребители исчезли, так же как звездный разрушитель, Пок и его команда, — как будто ничего и не было.

— Обратный курс к Рилоту, — приказал Чам.

Когда корабль покинул гравитационное поле газового гиганта, тви'лек упал в кресло рядом с Исвал и запустил гиперпривод.

— Больше никаких полумер, — сказал он. — Глупостей делать не станем, но мыслить будем шире.

— Больше никаких полумер, — словно эхо, повторила Исвал. — Так точно, сэр.

Точки звезд обратились в линии, и чернота космоса уступила место синеве гиперпространства.

* * *

Вейдер стоял позади трона учителя в погруженном в полумрак зале для приемов на Корусанте. Размеренный ритм его респиратора отмечал уходящие минуты. На страже у дверей застыли двое императорских гвардейцев, с головы до пят одетых в соответствующее их рангу кроваво-красное облачение. Оба держали наготове парализующие жезлы. Вейдер знал, что у каждого под алым плащом скрывается тяжелый бластер, короткий виброклинок и прочее оружие. В огромных окнах проступали очертания крыш и бесчисленных кораблей, проносившихся мимо стеклянных, металлических и бетонных башен мегаполиса. Последние лучи висящего низко над горизонтом солнца окрашивали пейзаж в оранжево-красный цвет.

Император молча восседал на троне, казалось погруженный в раздумья. Однако Вейдеру было известно, что наставник никогда не погружается в раздумья. Мысли Императора простирались во времени и пространстве непонятным даже самому Вейдеру образом, что позволяло властителю предвидеть и планировать обстоятельства, которых другие вообще не осознавали. Ученик надеялся, что когда-нибудь научится этому сам, при условии, что не убьет своего учителя раньше.

Вскоре после истребления джедаев Император поведал Вейдеру, что у того однажды возникнет искушение с ним покончить. По словам Императора, связь между учеником-ситхом и учителем имела характер симбиоза, но оставалась в состоянии неустойчивого равновесия. Ученик был обязан повиноваться наставнику, а в задачу того входило передавать подмастерью знания и никогда не проявлять слабости. Но если бы кто-то из них не сдержал своих обязательств, другой должен был его уничтожить. Так требовала Сила.

Учитель Вейдера ни разу не проявил слабости — что в Войнах клонов, что до них, — и потому ученик был намерен полностью ему подчиняться, гарантируя тем самым, что их отношениям ничто не будет угрожать.

Возможно, Вейдер однажды все же попытается убить своего наставника, как обычно поступали ученики ситхов. Если их хорошо учили, иначе и быть не могло. Ученик беспрекословно подчиняется лишь до того момента, когда его преданности приходит конец. И учитель, и ученик прекрасно это знали.

— Но у нас совсем другие отношения, учитель, — сказал тогда Вейдер.

— Возможно, — ответил тот. — Возможно.

А может, самообман являлся лишь частью урока, который наставник давал ученику.

— Тебя что-то тревожит, друг мой, — послышался в темноте громкий голос Императора. Палпатин часто называл его другом — возможно, в каком-то смысле они действительно были друзьями, хотя Вейдер считал, что учитель обращается к нему как к равному лишь затем, чтобы еще раз подчеркнуть их неравенство.

— Нет, учитель. Меня ничто не тревожит.

Император издал кудахчущий смешок.

— Вероятно, я неправильно выразился. Мысли твои не полны тревоги — они неистовы и жестоки. — Он повернулся на троне, глядя на Вейдера, и глаза его вспыхнули в тени капюшона. — Ты ведь размышляешь о природе могущества?

Вейдер никогда не лгал учителю. И он понимал, что тот всегда задает лишь тщательно продуманные вопросы, чтобы получить в ответ нечто большее, чем просто слова.

— Да, размышляю.

Император вновь повернулся к Вейдеру спиной — вполне сознательный жест с его стороны.

— Поделись мыслями, ученик.

— Я размышлял о том, чему вы меня когда-то учили. Об отношениях мастера-ситха со своим учеником, — не колеблясь ответил Вейдер.

— И? — спросил наставник.

Вейдер опустился на одно колено и склонил голову:

— И я чувствую могучую силу вокруг себя, учитель.

— Хорошо, — кивнул Император. — Очень хорошо.

Выждав несколько мгновений, Вейдер поднялся и занял свое место за спиной наставника.

Оба они ожидали прибытия Орна Фри Таа, марионеточного делегата Рилота. Цели аудиенции Вейдер не знал — учитель не сказал ему ничего сверх необходимого.

Вскоре двое императорских гвардейцев, наверняка предупрежденные о прибытии сенатора по встроенным в шлемы комлинкам, двинулись к двустворчатым дверям, намереваясь их открыть, но прежде чем они успели это сделать, Император шевельнул пальцем и распахнул двери с помощью Силы. Свет из соседнего помещения подсветил сзади широкий силуэт дородного сенатора-тви'лека. Несколько мгновений он стоял неподвижно, словно пришпиленный к месту взглядом Императора, а может, просто набирался смелости, чтобы ступить через порог.

— Входи, сенатор, — произнес Палпатин голосом, каким обычно обращался к маленьким и слабым, кого легко можно было напугать.

— Конечно, конечно, — закивал Таа, вперевалку входя в зал в украшенных вышивкой одеждах. Бросив взгляд на гвардейцев, он на мгновение замедлил шаг, когда двери с грохотом закрылись за его спиной.

Остановившись перед троном, он поклонился так низко, насколько позволял его живот.

— Приветствую вас, Император, — сказал он. На его морщинистой голубой коже блестел пот, взгляд нервно перескакивал с Вейдера на Палпатина и обратно. Его хриплое дыхание было столь громким, что могло почти сравниться со звуками, которые издавал респиратор Вейдера.

— Как поживаешь, друг мой? — спросил Император.

— Все хорошо, — выдохнул Таа и тут же добавил: — Все хорошо. Но не слишком, мой Император. Мне известно, что производство спайса на Рилоте значительно замедлилось ввиду… некоторых прискорбных событий, но…

— Под «прискорбными событиями», — спросил Император, наклоняясь вперед, — ты подразумеваешь террористические атаки движения «Свободный Рилот»?

Таа шмыгнул носом и нервно облизнул заостренные зубы. Его лекку дрогнули.

— Да, мой Император. Это фанатики, которым задурили голову, и своим безрассудством они подвергают риску весь мой народ. Но… — он перевел дыхание, — я считаю, что тви'лекские силы безопасности и имперские войска, подотчетные моффу Морс, держат ситуацию под контролем, и производство вскоре возобновится в полном объеме.

— Увы, — вздохнул Император, — я не разделяю твоего оптимизма, сенатор. Как и твоего высокого мнения о моффе Морс.

Вид у Таа стал такой, словно его стукнули по голове. Кожа сенатора потемнела, он моргнул, сглотнул и отступил на полшага.

— Но ведь…

— Поскольку я не считаю, что «ситуация под контролем», я принял решение.

В глазах Таа вспыхнул страх. Он посмотрел на Вейдера, потом снова на Императора.

— Мой повелитель…

— И решение таково: мы с повелителем Вейдером будем сопровождать тебя во время официального визита на Рилот и проведем соответствующее расследование сами. Я сообщу моффу Морс о нашем прибытии.

Таа облегченно выдохнул:

— Я… даже не знаю, что сказать.

— Тебе незачем что-то говорить, — ответил Император. — Решение принято. И планирование нашей поездки уже «под контролем».

— Конечно. — Таа уставился в пол, поправляя складки одежды на животе. — Но зачем мне возвращаться на Рилот? Возможно, я мог бы лучше послужить вам здесь, мой Император?

— Не думаю, — отрезал тот. — Твое присутствие там станет неоценимым. Уверен, народу Рилота пришла пора по-настоящему почувствовать себя частью Империи. Ты не согласен?

— О, конечно, конечно, — закивал посетитель, тряся подбородками.

— Похоже, ты еще не до конца убежден в моей правоте, мой старый друг.

Таа столь резко замотал головой, что его мясистые уши развернулись словно крылья.

— Нет-нет. Я просто… — Голос его упал до шепота. — Просто… там довольно неуютно.

— Уверен, ты справишься, сенатор, — полным презрения голосом проговорил Император. — Мы все отправимся вместе на борту «Губителя».

Таа поднял взгляд, и его широкая физиономия беспокойно сморщилась. Ему явно хотелось найти повод отказаться, но он предпочел не озвучивать своих мыслей.

— Можешь идти, сенатор, — распорядился правитель Галактики.

— До свидания, мой Император, — поклонившись, ответил Таа. — До свидания, повелитель Вейдер.

Как только двери за ним закрылись, Палпатин обратился к ученику:

— Каково твое мнение о сенаторе, друг мой?

— Он вас боится, что вполне естественно, но он не столь робок, как кажется. Он сделает все, что ему прикажут, чтобы сохранить оставшуюся власть и привилегии, но не более того. И в первую очередь его будут заботить собственные интересы, а уже потом — интересы его народа и Империи.

— Гм… Значит, хочешь сказать, что он… лоялен?

— Учитывая сказанное — да, я бы счел его лояльным.

— Учитывая сказанное — да. Согласен с твоей оценкой. И из этого я делаю вывод, что Орн Фри Таа — не предатель Империи.

— Вы подозревали его в предательстве?

— Либо его, либо кого-то из его окружения. Он не казался мне вероятным кандидатом, но никогда не знаешь, чего ждать. Кто-то снабжает террористов из так называемого движения «Свободный Рилот» информацией о том, что происходит в столице, — на это указывает угон корабля, который ты сумел предотвратить. Предатель наверняка где-то в окружении Таа.

Вейдеру следовало сообразить, что Император, как обычно, опережал его на шаг.

— И именно потому мы отправимся на Рилот? — спросил Вейдер. — В качестве приманки? Зачем так рисковать, если я могу попросту убить Таа и все его окружение? Таким образом мы уничтожим предателя.

Император покачал головой и встал. Гвардейцы тотчас же поспешили со своего поста к дверям, заняв места по обеим сторонам от него, и Вейдер последовал за ними к выходу. Солнце отбрасывало на крыши Корусанта последние лучи, погружая зал в глубокий мрак.

— Но так мы не уничтожим корни предательства, — сказал наставник. — И не сможем раскрыть масштаб измены, которая, подозреваю, простирается намного дальше окружения сенатора.

— Понятно, — кивнул Вейдер. — Тогда я полечу один. Нет никаких причин подвергать вас риску.

— Есть, — возразил Император. — Мы должны выкорчевать нелояльность с корнями, вынудив ее увянуть и умереть на глазах у всех.

— В назидание другим.

— Да. В назидание остальной Империи.

— Крайне необходимая мера, — согласился Вейдер. После преобразования Республики в новую Галактическую Империю очаги хаоса вспыхивали то тут, то там. Большая часть бывшей Республики приняла власть Империи без возражений, но по всей Галактике таились многочисленные банды бойцов Сопротивления и остатки сепаратистов. Движение «Свободный Рилот» было среди них самым активным и печально известным.

— Воистину, — ответил Император. — И этот урок должен преподать я. К тому же, друг мой, мы слишком давно не путешествовали вместе. Извести моффа Морс, что Орн Фри Таа возвращается на Рилот с официальным визитом и что он прибудет на борту «Губителя». Но ей не следует сообщать, по крайней мере пока, что сенатора будем сопровождать мы.

— Да, учитель.

— Ты ведь уже бывал на Рилоте, повелитель Вейдер?

Вопрос вызвал из глубин памяти Вейдера старые воспоминания о войне.

— Давно, учитель. Еще до того, как я научился мудрости.

— Конечно.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Чам сидел один в своем тускло освещенном жилище в импровизированном подземном лагере, откуда он вел партизанскую войну против Империи. Подобных тайных баз у него было несколько по всему Рилоту. Он потратил годы на то, чтобы собрать войско, развернуть собственную сеть, запастись кораблями и оружием, закладывая основу для главного удара. И теперь, похоже, ему представилась возможность, на какую он не мог даже надеяться.

Вспотев, он смотрел на расшифрованное донесение, которое держал в руке. Даже после расшифровки смысл его оставался не вполне ясным.

«ОФТ в пути с 1 и 2. Транспорт 13Р. 10 д».

Он еще раз расшифровал сообщение, убеждаясь, что правильно его понял.

Орн Фри Таа возвращался на Рилот. Его сопровождали Император Палпатин и повелитель Вейдер. И они прибывали на звездном разрушителе через десять дней.

Он все понял верно, вот только смысл от него ускользал. Чувствовалась западня.

Чам вызвал по комлинку Исвал. Ему требовалось ее мнение.

Она появилась почти сразу, и он показал ей расшифрованное сообщение. Прочитав, тви'лека облизнула губы и задумчиво уставилась в стену.

— Не может быть такого, верно? — спросил он.

— Когда это пришло?

— Час назад, по обычным каналам.

— Источник надежный?

— Да, но это не значит, что его не могли ввести в заблуждение.

— Верно, — кивнула Исвал. На лбу у нее пульсировала жилка, не исчезавшая с тех пор, как они узнали, что Вейдер расправился с Поком во время неудавшегося похищения. Она вернула Чаму шифровку, раздраженно качнув лекку. — Либо это неправда, либо ловушка. Иначе никак.

Смяв донесение, Чам сжег его в пламени стоявшей на столе свечи.

— Я тоже так думал. Но что, если нет? Это шанс.

Опустив руки на два висевших на ее поясе бластера, тви'лека фыркнула и прошлась туда-сюда, качая головой.

— Звездный разрушитель — вполне разумно, если они действительно летят сюда. «Губитель» — флагманский корабль Вейдера, но… что им здесь делать? Что-то явно не сходится. И еще — Вейдер и Император летят во Внешнее кольцо? Если они когда-то и бывают вместе, то только на Корусанте. Вопрос — зачем? Нужно это выяснить.

Чам уставился на пламя свечи, думая о Поке.

— Не знаю. Может, чтобы преподать урок Морс? Продемонстрировать силу? Все-таки наши рейды слегка замедлили производство спайса.

Империя использовала спайс — очищенный рилл, который добывали на испещрявших Рилот бесчисленных рудниках, — и его производные для множества целей, особенно научных и медицинских.

— Может, они собираются убрать Морс с ее поста? — предположила Исвал. — Скажем, поменять ее на Дрея?

— Было бы неплохо, но… — Чам покачал головой. — Нет. Если Морс уберут, вместе с ней уберут и Белкора Дрея. Он этого не понимает, но без Морс ему не удержаться.

— Привезти с собой новых штурмовиков? — продолжала рассуждать Исвал. — Тут сейчас хватает призывников и новобранцев, ищущих приключений, но не настоящих солдат. Может, они хотят доставить сюда новые, элитные войска, чтобы восстановить порядок на Рилоте и производство спайса?

— Может быть, но — только один звездный разрушитель? Для Императора и Вейдера?

— Это звездный разрушитель, Чам. Сам подумай, что говоришь.

— Да, но…

— Могу поспорить, флот рассеян по всей Галактике. — Тви'лека перестала расхаживать по комнате и теперь смотрела в стену, стиснув кулаки так, что побелели костяшки. Ее явно не оставляла надежда, что у них все же появился шанс нанести чувствительный удар. — А может, Император беспокоится, что присутствие большого флота может быть неправильно понято. Будто он боится ничтожных борцов за свободу Рилота.

— Ты нужна мне как голос разума, Исвал. Я слишком склоняюсь в одну сторону.

— Угу, но, возможно, ты прав, — ответила Исвал. — Возможно, ты чересчур осторожничаешь, Чам. Когда наша разведка ошибалась? Могут быть десятки причин, которых мы не знаем, и если мы станем тратить время на их поиски, шанс может быть упущен.

— А ты зато чересчур спешишь. Они не дураки. Если они заманивают нас, рассчитывая, что мы переоценим свои силы…

— Даже умные порой делают ошибки. — Исвал вновь начала по привычке расхаживать туда-сюда. — И они понятия не имеют, какими силами мы располагаем, Чам. Мы много лет действовали подобно небольшой банде террористов…

— Борцов за свободу, — поправил ее предводитель.

— Борцов за свободу. Но у нас есть корабли, сотни солдат, тяжелое вооружение. Это Император, Вейдер и Таа. Вейдер, Чам. Вспомни, что он сделал с Поком.

Пок часто являлся Чаму в кошмарах, и он каждый раз просыпался, уверенный, что его душат.

— Я не нуждаюсь в напоминаниях, Исвал. Но мы сражаемся в первую очередь за свободу Рилота, а не за свержение Империи.

Исвал остановилась и уставилась на него:

— Разве это не одно и то же?

— Что?

— Это одно и то же, Чам. Если мы хотим освободить Рилот, мы должны свергнуть Империю или, по крайней, мере ее ослабить. Нам нужно разжечь пожар по всей Галактике. И тогда, может быть, — может быть, — нас оставят в покое.

Чам с ней не соглашался, но это не имело значения. Уничтожив Вейдера и Императора, он мог дать ясно понять всем, что оккупация Рилота обходится слишком дорого и никакой спайс не стоит подобного риска.

— Ладно, — сказал он. — Начнем планировать операцию и приведем в готовность наши ячейки. Но пока ничего не предпринимай, Исвал. Я серьезно. Никакой лишней болтовни. Посмотрим, отзовется ли Белкор. Если он сообщит о прибытии Вейдера и Палпатина, я буду точно знать, что нас заманивают в ловушку.

— То есть?

— Белкор никогда не выдал бы нам информацию о Вейдере и Палпатине без прямого приказа. Он тщеславен, но не самоубийца.

— Разумно, — согласилась тви'лека.

— Что ж, тогда начнем. Я дам тебе знать, если будет что-то от Белкора.

Кивнув, Исвал одарила его полуулыбкой и выбежала за дверь, словно опасаясь, что Чам может передумать.

А тот сел за стол, размышляя, как сообщить обо всем Белкору. Имперского офицера ждал немалый сюрприз.

* * *

Как обычно, Белкор Дрей воспользовался полетом на челноке с Рилота на крупнейшую из его лун, чтобы привести в порядок мысли и надеть подобающую встрече с моффом Морс маску. Сидя в одиночестве в просторном пассажирском салоне, он пробовал одно за другим разные выражения лица, позволявшие скрыть презрение, которое он к ней питал.

— Приближаемся к спутнику, полковник, — сказал по связи пилот.

— Дай моффу знать, что мы уже близко, Фруун, — ответил Белкор.

— Есть, сэр.

Фруун был одним из сотен тех, чью преданность Белкор купил с помощью привилегий или обеспечил путем шантажа. Мофф Морс — ленивая, неряшливая Делиан Морс — вверила контроль за оккупацией Рилота Белкору, и тот не терял времени даром. Он поставил во главе нескольких имперских подразделений командиров, преданных не Морс и даже не Империи, но ему лично, и их солдаты готовы были выполнить любой приказ. Естественно, возникала проблема со штурмовиками, но на Рилоте их было не так уж много. По сути, Белкор имел в своем распоряжении теневую армию и намеревался воспользоваться ею, когда придет время.

— Мофф Белкор Дрей, — проговорил он, пробуя на вкус звание точно так же, как пробовал фальшивые выражения лица. Не полковник. Не генерал. Мофф.

Когда-нибудь он им станет.

Морс легко было дискредитировать, но Белкору требовалось обстряпать это так, чтобы извлечь пользу и для себя. Именно таков был его план.

— Садимся, сэр, — сообщил Фруун.

Поднявшись, Белкор оглядел в зеркало свои сверкающие ботинки и чистую отглаженную форму, отутюженными стрелками которой можно было резать мясо. Знаки различия были расположены в точности на уставном расстоянии от края воротника. Сняв фуражку, он пригладил волосы и вернул фуражку на место.

Белкора интересовала любая мелочь из числа тех, которые обычно упускали другие. Он знал слишком много секретов, для того чтобы позволить себе хоть какую-то небрежность.

Челнок опустился на посадочную площадку. Белкор нажал кнопку открывания люка и тут же сморщил нос, ощутив прикосновение влажного тропического воздуха. Вокруг площадки, словно на страже, стояли деревья в сорок метров высотой, с толстых ветвей которых, словно тысячи лассо, свисали вездесущие лианы толщиной в руку, столь распространенные на спутнике. Вокруг раздавался пронзительный визг и вой местной фауны. Полог джунглей закрывал вид на хорошо оборудованный командный центр Морс, построенный рабским трудом тви'леков.

На площадке ждали молодой офицер — Белкор забыл, как его зовут, — и трое штурмовиков. Они отдали честь спускающемуся по трапу Белкору, причем офицер сделал это довольно небрежно. Новоприбывший молодцевато отсалютовал им в ответ.

— Мофф не смогла встретить вас лично, — сообщил офицер.

«Потому что она одурманена спайсом, — подумал, но не сказал вслух Белкор. — Или занята со своими рабами-тви'леками».

— Я вас к ней провожу, — продолжал тот.

«Потому что ей лень самой ходить столь далеко», — подумал Белкор, но вслух лишь ответил:

— Отлично, лейтенант.

Низко над головой небо патрулировали три И-истребителя, заглушая характерным шумом двигателей в атмосфере создаваемую местной живностью какофонию.

Белкор успел основательно вспотеть на влажном воздухе спутника, прежде чем вместе с сопровождающими добрался до кондиционированного нутра роскошного командного центра Морс, больше похожего на виллу аристократа на Набу, чем на имперскую базу. Из-за промокшей от пота формы у Белкора испортилось настроение, и он едва ответил на салют штурмовиков-часовых, стоявших на страже у главного входа.

Широкие окна выходили на вздымающиеся ярко-зеленые волны джунглей. Повсюду виднелись отполированные деревянные столы с закругленными углами, чересчур мягкие кресла, ковры и кушетки — все это создавало впечатление уюта, что вполне соответствовало характеру Морс. Некоторые столы были украшены каменными «скульптурами», которые столь нравились тви'лекам, — насколько мог понять Белкор, это были естественным образом обработанные ветрами Рилота куски камня. По комнатам, подобно бледно-зеленым призракам, неслышно двигались слуги. Морс выбирала в качестве слуг только тви'леков с бледно-зеленой кожей — мофф отказывалась именовать их рабами, хотя никто из них не мог уйти по своей воле.

— Их кожа хорошо гармонирует с окружающими деревьями, — сказала она как-то раз Белкору.

Штурмовики отделились от группы, заняв посты внутри помещения, а офицер повел Белкора к открытому внутреннему дворику, где Морс, похоже, проводила все свое время, пока Белкор трудился на планете.

Дворик закрывался сверху раздвижным прозрачным куполом, пропускавшим внешний свет. В данный момент купол был полностью убран, и в воздухе порхали сотни ярко окрашенных насекомых размером с ладонь, обычных среди верхушек деревьев в джунглях.

Пройдя по дорожке, извивавшейся среди разноцветных цветов, кустов и карликовых версий местных деревьев, Белкор нашел Морс, пухлую и мягкую под стать обстановке виллы. Она сидела на скамейке возле фонтана в центре дворика, занятая разговором с каким-то хаттом. Трехметровое морщинистое тело слизня конвульсивно содрогалось — возможно, от смеха. Белкору потребовалось немало усилий, чтобы скрыть отвращение. Он мысленно отметил для себя присутствие хатта, намереваясь позже заглянуть в журнал прилетов. Если Морс вела какие-то делишки с хаттами, имевшими обыкновение ввязываться во всевозможные криминальные аферы, этот факт мог стать еще одним орудием для дискредитации моффа.

Морс увидела вошедшего и предупреждающе подняла палец, завершая свои дела с хаттом. Наблюдая за их беседой, Белкор вдруг подумал, насколько они похожи. И женщина, и инородец напоминали чересчур туго набитые колбасы, только вместо кожистой шкуры Морс была затянута в помятую форму. Судя по ее водянистому взгляду и обвисшим щекам, она находилась под воздействием спайса. Что же касается хатта, то его водянистый взгляд и обвисшие щеки лишь подтверждали, что он — типичный представитель своей расы.

— Кто это? — тихо спросил Белкор у сопровождающего.

— Хатт Нейши, посланник Джаббы.

Ни то ни другое имя ничего Белкору не говорило, но их он тоже мысленно отметил для себя.

— Что общего у Империи с хаттами? — спросил он.

Офицер промолчал, и Белкор не стал настаивать.

Тем временем хатт и женщина громко расхохотались, причем смех хатта оказался неожиданно визгливым, и Морс дала знак Белкору и сопровождавшему его офицеру подойти.

— Приветствую, Белкор! — сказала Морс, после чего обратилась к офицеру: — Лейтенант, прошу проводить Нейши на его корабль. Да, и проследите, чтобы ему дали в дорогу три ящика тинского вина.

— Так точно, — кивнул офицер.

Нейши развернул свое змеиное тело, уставившись на Белкора. Прежде чем тот успел что-либо сказать, хатт громко рыгнул, обдав его вонью гниющего мяса.

Белкор отступил на шаг, но промолчал.

Нейши что-то бросил через плечо на языке хаттов и хохотнул. Морс хихикнула в ответ и тоже что-то сказала по-хаттски.

— Боюсь, я не понимаю языка этого чужака, госпожа, — сухо проговорил Белкор, обращаясь к Морс.

Мофф пренебрежительно махнула рукой, словно это не имело никакого значения.

— Он просто сказал, что ты прямой и жесткий, словно дерево. Я ответила, что ты молодой тщеславный офицер и что в наше время из Академии все выходят такими же, как ты. Я сказала, что ему стоило бы услышать, как ты говоришь.

— То есть?

— Ты никогда не слышал, как ты говоришь, Белкор? — улыбнулась Морс. — Как будто каждое твое слово написано каллиграфическим почерком.

Хатт вставил что-то по-хаттски, и оба снова рассмеялись.

— Конечно, госпожа, — невозмутимо ответил полковник.

— Ладно, не обижайся, Белкор. — Морс встала, слегка пошатываясь, и поклонилась хатту. — Счастливого пути, Нейши. Буду на связи.

Гость поклонился, насколько это было возможно для слизняка, и, кивнув Белкору, уполз прочь в сопровождении лейтенанта.

Морс снова тяжело опустилась на скамейку.

— Что, не нравится, Белкор?

— Госпожа? — бесстрастно переспросил Белкор.

— Все это. — Она обвела вокруг рукой. — Вся эта роскошь. Она ведь тебя оскорбляет? По твоему лицу видно.

Ложь всегда удавалась Белкору без особого труда.

— Это все… из-за хатта, госпожа. Роскошь меня не оскорбляет. Где власть, там и привилегии.

Улыбнувшись, мофф кивнула и откинулась на спинку скамьи.

— Вот видишь? Твои слова звучат словно написанные каллиграфическим почерком. Не слышишь? Ха! Что ж, власть действительно имеет свои привилегии. Мы с тобой пребываем в самой заднице Империи, и, пожалуй, стоит наслаждаться жизнью, насколько это возможно в принципе.

— Конечно, госпожа.

— Что с тобой, Белкор? Ты почти не пользуешься своими привилегиями. Выпьешь со мной вина?

Она хлопнула в ладоши, и из листвы появилась бледно-зеленая тви'лека в платке, обтягивающей рубашке и штанах, неся кувшин с вином и два бокала. Раньше Белкор ее не замечал.

— Мне… нужно сохранить ясность мыслей на обратный путь, госпожа.

— Тебе же хуже, — сказала Морс, пока рабыня наливала вино. — Так что привело тебя на мою маленькую луну? Все ли хорошо на планете?

Эта женщина была воистину столь же глупа, сколь и ленива.

— Я представил свой ежеквартальный отчет по Рилоту, госпожа.

— В самом деле? — Морс, похоже, всерьез удивилась. Она немного помолчала, возясь с туго завязанными в узел волосами. — Как быстро летит время!

— Особенно когда кто-то так занят, как вы, — вставил Белкор, с трудом сдержав усмешку.

— Верно, — кивнула Морс, прихлебывая вино. — Что поделаешь — надо. Продолжай, полковник. Что происходит на бесплодной каменной глыбе под нами?

Продолжая стоять, Белкор перечислил сведения, о которых он хотел сообщить Морс, — численность войск, их передвижения, поставки спайса и так далее.

Мофф ни о чем не спрашивала, лишь время от времени рассеянно кивала.

— У вас есть ко мне вопросы? — из чистой формальности спросил Белкор. Морс редко о чем-либо спрашивала, но нужно было поддерживать иллюзию уважительного отношения.

Женщина допила вино и с отсутствующим видом уставилась в пустой бокал.

— Есть один. Как обстоят дела с террористами?

Вопрос застиг Белкора врасплох, и он едва не позволил маске соскользнуть.

— Вы про движение «Свободный Рилот»?

— Про террористов, — повторила Морс.

— Я… э… мы прилагаем все усилия, госпожа, — уверил ее полковник. — На планете все относительно спокойно. С последней атаки прошло больше месяца.

Белкор вовсе не намеревался допустить, чтобы спокойствие продлилось еще месяц. Придется подбросить Чаму Синдулле кое-какую информацию, чтобы спровоцировать его на очередную вылазку. Белкору требовался акт насилия со стороны движения, чтобы получить аргумент, который он мог бы в конечном счете использовать для низвержения Морс, но ему не хотелось, чтобы насилие это заходило чересчур далеко, пока на него, Белкора, возложена задача его подавить. Ему нужно было управляемое, контролируемое насилие. И с этой целью он уже много месяцев использовал Чама.

Взгляд Морс стал более сосредоточенным, чем ему хотелось бы. Похоже, она умела владеть собой даже под спайсом.

— Больше месяца — с последней здешней атаки, Белкор. Но недавно движение пыталось угнать корабль с грузом оружия. Естественно, у них ничего не вышло, но…

Белкор ничего об этом не слышал, ни от Чама, ни от кого-либо другого, и собственное неведение всерьез его встревожило.

— Где? Когда?

— Не важно, — вяло махнула рукой мофф. — Как я уже сказала, их попытка не удалась. Все террористы погибли.

Она усмехнулась, будто данный факт ее позабавил.

— Среди погибших не было… знакомых имен? — осторожно спросил Белкор, надеясь, что не потерял Чама — иначе пришлось бы начинать все с нуля с кем-то из других лидеров движения.

— Ничего такого я не слышала. Наверняка обычные отбросы.

— Что ж, жаль, что я не узнал об этом раньше. Я бы удвоил наши усилия на планете, пока мы наступаем движению на пятки.

— А мы наступаем ему на пятки? — переспросила Морс, многозначительно глядя на Белкора.

Полковник переступил с ноги на ногу:

— Как вам известно, госпожа, с мятежниками тяжело бороться. Сопротивление смешивается с мирным населением, а убийство невинных без разбора лишь увеличит численность сочувствующих Сопротивлению среди тви'леков, прежде бывших нейтральными. Мы делаем успехи, но дело это долгое.

— Конечно, — кивнула женщина. — Конечно. Я знаю, что ты делаешь все возможное. А что касается неудавшегося похищения, мне самой стало известно о нем только что. Но в итоге через десять дней на Рилот возвращается сенатор Орн Фри Таа. Об этом я тоже только что узнала.

Мысли Белкора тотчас же вернулись к Чаму и вновь открывшимся возможностям.

— Интересно зачем? Прошло много месяцев с тех пор, как он был тут в последний раз.

— Кто знает, что на уме у политиков, Белкор? Но думаю, Император приказал ему вернуться, чтобы объявить о неудавшейся попытке террористов, предложить поддержку оккупации и все такое прочее.

— Успокоить мирное население, — добавил полковник. — Показать им, что террористы обречены на поражение.

— Несомненно, — кивнула Морс. — Так или иначе, теперь ты знаешь столько же, сколько и я.

И Белкор намеревался обратить это знание себе на пользу.

— Вы лично будете организовывать встречу, госпожа? Или этим должен заняться я?

— Уверена, ты справишься, полковник. Естественно, от моего имени. А теперь — где эта девка, моя чашница?

— Немедленно займусь приготовлениями, — пообещал Белкор. — Это все?

— Все.

Офицер направился к выходу, но Морс крикнула ему вслед:

— Белкор!

— Да?

— Расслабься немного, полковник! Тебе следует научиться радоваться жизни! Да, и если увидишь мою чайницу, пришли ее ко мне.

— Конечно, — ответил Белкор и вышел, размышляя о всех возможных вариантах дальнейших действий.

К тому времени как он добрался до челнока, в голове уже сложился план. Наконец-то ему представился шанс. Убийство Орна Фри Таа станет для Морс роковым ударом. Таа, естественно, был лишь марионеткой, не имеющей реальной власти, но эту марионетку использовал в качестве рупора Император, когда требовалось успокоить Рилот. Белкору нужно было лишь позаботиться, чтобы самому не пойти на дно вместе с Морс.

Слова «мофф Белкор Дрей» впервые прозвучали для него не как туманная мечта, но как реальная возможность, которая могла скоро осуществиться.

Едва оказавшись в своем жилище на планете, он воспользовался личным портативным коммуникатором, чтобы послать зашифрованное сообщение Чаму.

«Нам нужно немедленно встретиться».

Через час пришел ответ с указанием времени и места. Скорость реакции Чама удивила Белкора — казалось, будто тви'лек чуть ли не ждал этого сообщения.

* * *

Через пять часов после наступления ночи Белкор снял форму и, одевшись в штатское и куртку с капюшоном, отметил свое местонахождение в компьютере как «не на службе, отдыхает» — эвфемизм, который использовали офицеры, посещая своих тви'лекских любовниц или питейные заведения. Увидев подобную запись в журнале, дежурный офицер вопросов больше не задавал.

— Удачной дороги, сэр, — сказал по связи дежурный. — На улице ветрено.

Взяв из ангара аэрокар, Белкор ввел код, отключавший защитное поле, и покинул имперский комплекс.

Лессу, столица Рилота, поднималась по спирали вокруг высеченного ветрами каменного шпиля величиной с гору. Стены, виллы и более скромные дома и конторы города липли к поверхности шпиля, словно лишайник.

Камень также пронизывали тысячи искусственных туннелей и естественных пещер, при свете дня напоминавших Белкору последствия артиллерийского обстрела. Город, как и вся планета, повидал немало боев, и это было заметно.

Над шпилем и вокруг него, мерцая ночными огнями, парили десятки аэрокаров, несколько смельчаков, согнувшихся под ветром на мотоспидерах, а еще местные рилотские кинетические глайдеры с крыльями достаточно широкими, чтобы обуздать порывы ветра. Также Белкор заметил пару имперских патрульных кораблей, зависших низко над городом. Сам он редко посылал в небо над столицей боевой транспорт — лишь когда требовалось навести порядок. Вид имперских кораблей порой раздражал местное население, и он вверил повседневный контроль над жизнью в городе тви'лекской службе безопасности, которой хорошо платили за укрепление власти Империи над их собственным народом.

Белкор настроил бортовой компьютер на передачу соответствующего его высокому рангу кода, чтобы его не беспокоили, когда он будет покидать воздушное пространство города.

На улицах и во дворах под ним то тут, то там горели костры, на которых готовили еду. Несмотря на поздний час, улицы были заполнены народом, вьючными животными и машинами — жара и скука гнали местных жителей на улицу.

С наступлением лета ночные драки становились на Рилоте столь же неизбежными, как и высокая температура. Из-за жары толпы устремлялись на улицы и в кантины, а где толпы, там и злоба — ну и до драки недалеко. Политика Белкора, которую он проводил от имени Морс, заключалась в том, чтобы ограничивать насилие, по мере возможности предотвращая смертельные случаи и серьезный ущерб для чужой собственности, но не подавлять этот полезный механизм для выпуска пара полностью. Большинство тви'леков занимали промежуточную позицию между довольными жизнью коллаборационистами и фанатиками из Сопротивления, но почти все ненавидели имперскую оккупацию, и им требовался выход для их медленно закипающей злости.

— Лучше уж постоянные драки, чем движение «Свободный Рилот», — уверял в свое время начальницу Белкор. — Постепенно мы их приручим, и они охотно согласятся на неволю, как и многие другие.

Морс сочла его слова вполне разумными. С точки же зрения Белкора, у Чама Синдуллы и без того хватало бойцов и шпионов в его движении.

Потянув ручку на себя, Белкор вывел аэрокар на крейсерскую высоту. Открывшийся внизу пейзаж был залит бледным светом самой большой луны Рилота, где проживала госпожа мофф.

Потрескавшуюся каменистую почву в радиусе нескольких километров от Лессу испещряли селения и городки, окруженные стенами или построенные большей частью под землей для защиты от безжалостных ветров и опасных хищников планеты. Время от времени попадались темные пятна жестких, неподвластных ветру кустов и распространенных на Рилоте гибких хлыст-деревьев с тонкими стволами.

Внимание Белкора привлекло движение внизу. Направив туда бортовую камеру, он увеличил картинку: три огромных лайлека расчленяли еще одного поменьше. Шипастые клешни и мощные челюсти насекомоподобных хищников рывками двигались вверх-вниз, с восхищавшей Белкора эффективностью отрезая куски плоти. Они не тратили сил зря, действуя чисто по-деловому — по-имперски, как ему подумалось.

Он повернул на запад, навстречу ветрам Рилота, сражаясь с их порывами. В ветровой щит, подобно шрапнели, ударяли комья земли и мусора. Белкор не был чересчур хорошим пилотом, а потому вцепился в рычаги до боли в костяшках пальцев, весь покрывшись потом, и положился на компенсаторы ускорения, летя к месту встречи.

Оказавшись достаточно далеко за пределами воздушного пространства Лессу, он отключил передачу кода безопасности. Не желая оставлять следов, которые впоследствии могли обнаружить, он не стал вводить координаты места встречи в навигационный компьютер, а просто включил вывод координат в реальном времени на экран, наблюдая, как они ползут снизу вверх, пока аэрокар поглощал километр за километром.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Белкор летел над иззубренными каньонами, солеными плато и долинами, усеянными каменными башнями. Огромные просторы Рилота были необитаемы, за исключением редких уединенных поселений, почти не имевших сношений с внешним миром. В дикой местности за пределами городов бродили стаи хищников и стада их добычи. Планета не представляла бы никакого интереса — не считая источника рабской силы, конечно, — если бы не рилл, чудесная руда, имевшая как военное и научное, так и развлекательное применение.

Вдали он увидел огни рудника, где добывали рилл, но скачущие по экрану координаты подсказывали, что следует продолжать двигаться на запад. Подлетая ближе к цели, он сбросил скорость, наблюдая, как координаты приближаются к тем, что были заданы ему изначально.

Впереди и внизу простиралась долина, поросшая хлыст-деревьями и кустарником и усеянная огромными булыжниками, словно брошенными какими-то великанами. В стенах долины тут и там виднелись проходы в пещеры, и в одной из них его должен был дожидаться Чам. Белкор дважды описал круг над долиной, выискивая глазами корабль Чама, но ничего не увидел. На втором круге его аэрокар засек луч инфракрасного фонаря, исходивший из одной из пещер.

— Добрый вечер, Синдулла, — пробормотал Белкор, заходя на посадку.

Когда он вышел из аэрокара, его встретили вездесущий ветер — и тви'лека, которая, казалось, всегда находилась рядом с Чамом. Насколько он помнил, ее звали Исвал. Выйдя из кустов, она грубо развернула Бел-кора кругом и ощупала на предмет оружия. Выражение ее лица внушало куда больший страх, чем два ее бластера и виброклинок.

— Погоди, — сказал он, но сила ее рук не оставляла никаких сомнений, что сопротивление бесполезно. Она сняла с его пояса бластер, являвшийся скорее формальностью — Белкор стрелял только на тренировках на стрельбище, но ни разу в бою.

— Следуй за мной, — приказала она. — И ни слова.

— Кто ты такая, чтобы…

Она развернулась к нему, оскалив заостренные зубы, свойственные обычно лишь тви'лекам-мужчинам, и сжав кулаки.

— Я неясно выразилась, имперец? Не разговаривай со мной.

Вновь повернувшись, она повела его к пещере, где, судя по всему, ждал Чам. Не желая снова видеть ее зубы, Белкор предпочел смолчать.

Чам Синдулла стоял у входа в пещеру, держа в руке инфракрасный фонарь. В ночном воздухе его мрачное лицо казалось похожим на лицо призрака. Волосы Бел-кора взъерошил ветер, и у него вдруг тревожно засосало под ложечкой. Он никогда не доверял Чаму, но всегда считал, что тви'лек далеко не дурак. Чаму было известно, что Белкор изменяет если не Империи, то по крайней мере Морс, но знал он и то, что Белкор располагает немаловажной информацией о его деятельности — именами, явками. Полковник при желании мог в любой момент подрезать крылья Сопротивлению, и Синдулла не стал бы так рисковать. Но… эта встреча, похоже, отличалась от предыдущих.

— Обсудим все тут, — предложил Белкор. — То, что я хочу сказать, много времени не займет.

— То, что хочу сказать я, — займет, — ответил Чам, выключая фонарь. Повернувшись, он направился внутрь пещеры. — Следуй за мной.

У полковника, оказавшегося между Исвал и Чамом, не оставалось особого выбора. Он положил руку на пустую кобуру, вызвав усмешку Исвал.

— Будь начеку, — сказал ей Чам через плечо, и она заняла позицию у входа в пещеру.

Белкор поспешил вслед за Чамом, углубляясь в пещеру.

— Я ничего не вижу, Синдулла, — пожаловался им-перец, выставив руки перед собой. Тви'леки, проводившие немалую часть жизни под землей, прекрасно видели в темноте. Белкор никогда еще не чувствовал себя столь уязвимым. Дыхание его участилось, на лбу выступила испарина.

Снова включился инфракрасный фонарь, осветив Чама, который стоял прямо перед Белкором, глядя ему в лицо.

— Проклятье! — выругался полковник.

— Это старые пещеры, — пояснил Чам. — Горы пронизаны ими. Мой народ уходил в них, создавая отряды Сопротивления. Так повторялось раз за разом. Угнетатели меняются, но пещеры остаются прежними.

Он осветил фонарем стены, и Белкор увидел на них граффити против оккупации. Некоторые из них относились к временам Войн клонов или более ранним.

— Тви'леки не любили джедаев и сепаратистов точно так же, как и Империю, — заметил Белкор.

— Мы не любим любой гнет, — отрезал Чам.

Позади них мимо входа в пещеру со свистом пронесся порыв ветра.

Белкор попытался отвоевать утраченные позиции.

— Я здесь не затем, чтобы выслушивать урок истории, Синдулла.

— Нет. — Тон Чама стал несколько решительнее. — Ты здесь для того, чтобы выслушать другой урок.

— И какой же? — как можно беззаботнее спросил полковник и тут же оглянулся, подумав, что зубастая тви'лека где-то там, в темноте, наблюдает за ним. Он представил себе ее устремленный на него взгляд, подобный взгляду хищника на добычу, и внезапно вспомнил виденных по дороге лайлеков, расчленявших того, кто был меньше и слабее их.

Он откашлялся, выбрасывая из головы эту картину.

Туннель свернул влево. Оранжевое сияние освещало открытое пространство впереди.

В подземной камере с усыпанным песком полом стоял простой деревянный стол и два стула. И больше ничего.

— Мы что, играем в голошахматы, Синдулла?

— Мы играли в голошахматы уже много лет, Белкор. И ты проиграл, просто пока этого не осознал. Но сейчас осознаешь. Садись. Мы будем честны друг с другом. Полностью.

— Я бы не советовал, — ответил имперец, пытаясь шуткой заглушить растущее беспокойство. Чувствуя, как пересохло во рту, он опустился на стул напротив

Чама. Оранжевая кожа тви'лека покраснела, лекку слегка покачивались, взгляд был устремлен на гостя.

Белкор с некоторым трудом выдержал взгляд Чама.

— Ты под спайсом, Синдулла? Мне кажется, ты неверно понял суть наших отношений, как и та твоя девчонка. Я на тебя не работаю. Это ты на меня работаешь. Я могу один раз простить оплошность, но…

Тви'лек поднял руку, гневно морща лоб, и Белкор, запнувшись, замолчал.

— Я же сказал — будем честны. Что ж, начну. Ты прилетел для того, чтобы сообщить мне, что через десять дней на Рилот возвращается с официальным визитом Орн Фри Таа.

— Я… — Белкор осекся. — У тебя превосходные шпионы.

— Даже более, чем ты думаешь. Он прибудет на борту звездного разрушителя «Губитель».

На лбу Белкора вновь выступил пот. Полковник откинулся на спинку стула, пристально разглядывая Чама и всем своим видом пытаясь изображать безразличие — что, как он опасался, плохо ему удавалось.

И?

Чам наклонился вперед, стиснув край стола, и уставился в лицо гостя:

— Я вижу тебя насквозь, Белкор. А ты меня?

— Что? Я не… Что?

Все-таки его удалось сбить с толку, и сейчас он наверняка выглядел глупо.

— Я всегда видел тебя насквозь, — продолжал Чам. — Ты ведь все это время думал, будто я пляшу под твою дудку? Ты думал, будто играешь со мной? Ты наивен, как ребенок, Белкор.

Имперец моргнул, застигнутый врасплох подобной самоуверенностью Чама. Не найдя подходящих слов и тщетно пытаясь собрать остатки собственного достоинства, он встал — и почувствовал, как подгибаются ноги.

— Наши отношения закончены. Я ухожу.

— Нет, ты останешься. Сядь, Белкор Дрей. Сядь.

Полковник судорожно сглотнул, чувствуя, как от злости и страха приливает к лицу кровь.

— Что ты задумал? Убить меня? Я предпринял меры. Если со мной что-то случится…

— У тебя есть агенты, которые со мной расквитаются? Это ложь, Белкор. Ты никому не доверяешь настолько, чтобы рассказать им о наших отношениях. Да, я знаю, по всей планете хватает тех, кто верен тебе, а не Морс, но ты ничего никогда бы им не сказал, иначе всей их верности пришел бы конец, верно? Ты интересен мне тем, что у тебя есть подобные ресурсы. У меня они тоже есть, Белкор. Вместе мы составляем неплохую команду.

— Инфодиск, — срывающимся голосом проговорил Белкор. — На случай моей смерти. Там твое имя, местоположение многих твоих баз, твоих бойцов. Об этом узнают все, кому нужно.

— Верю, — усмехнулся тви'лек. — Но это ничего не меняет. Ты не знаешь и половины того, что можно узнать о моей сети, Белкор. Твой диск станет для нас ударом, но не смертельным.

Какое-то время тви'лек молчал, словно предоставляя Белкору возможность подумать над его словами. Но имперец не знал, как их воспринимать — как правду или как ложь.

— Кроме того, — мрачно продолжал Чам, — я давно уже готов умереть за собственные принципы. Угрозы меня не трогают. Но что насчет тебя? У тебя есть принципы, Белкор? Ты готов за них умереть? Ты готов Умереть за Империю? Прямо здесь и сейчас?

Встав, он достал бластер и направил его полковнику в голову.

— Нет, — сглатывая слюну, пробормотал тот.

Чам убрал оружие в кобуру и сел.

— Я так и думал. Зачем тебе умирать? Ты полон амбиций, Белкор, и потому тебя легко разгадать. И столь же легко тобой манипулировать. А это означает, что из нас двоих ты единственный, кому есть что терять. Давай я тебе кое-что покажу.

Достав из кармана на поясе портативный голокристалл и проигрыватель размером с ладонь, он положил его на стол и включил. Белкор увидел записи десятков своих прошлых встреч с Чамом, услышал собственный голос, сообщающий тви'леку или кому-то из его агентов о поставках в ту или иную дату, о численности имперских солдат в охране того или иного завода по производству спайса, о графике патрулей и о том, как их избежать. Перед ним проходили многочисленные доказательства его измены.

Белкор почувствовал, будто из него выпустили воздух. Он оглядел пещеру в поисках камеры, уверенный, что и эта встреча записывается.

— Ты нас снимаешь, — еле слышно проговорил он.

— Конечно, — ответил Чам. — Ты в моих руках, и всегда в них был. И теперь ты это знаешь. Та самая честность, которую я тебе обещал. Теперь мы понимаем друг друга?

Белкор кивнул, с трудом превозмогая головокружение.

— Да, понимаем.

— Хорошо. Теперь я смогу стать для тебя более милостивым господином, чем Империя для Рилота. Никто ничего не теряет, Белкор. И это тоже честно. Но теперь мне нужно от тебя намного больше, чем раньше.

Мне нужна не только информация. Мне нужна преданность. Мне нужно сотрудничество.

— Не могу, — покачал головой Белкор. — И не буду.

— Можешь и будешь. Придется.

Несмотря на собственные протесты, полковник понимал, что ему никуда не деться. В голове царил хаос, и иного выхода он не видел.

— Расскажи, чего ты хочешь, — тихо выдавил он.

— Прежде всего — расскажи мне все, что знаешь о «Губителе». Таа берет с собой всю свою свиту? На борту есть другие высокопоставленные лица?

— Я знаю только про Таа, — ответил Белкор. — Наверняка с ним будет его свита, но больше никаких важных персон.

Чам пристально посмотрел ему в глаза, словно пытаясь отыскать в них ложь.

— Я сказал — честно.

— Это правда, — заявил имперец. — Только Таа.

Тви'лек задумчиво пожевал губами.

— Я верю тебе, Белкор. Итак, вот что мне от тебя нужно…

Откинувшись на спинку стула, Чам в последующие полчаса излагал свои требования. Белкор слушал его со все возрастающим недоверием. Он понятия не имел, что у Чама в распоряжении столько живой силы и боевой техники. Полковник недооценил тви'леков, и это многого ему стоило.

— Понял? — наконец спросил предводитель мятежников.

Белкор обреченно кивнул.

— Вот и хорошо, — сказал Чам. — И снова буду честен. В случае неудачи я тебя выдам.

— Что? Я сказал, что окажу тебе всю помощь, которая тебе требуется, но не могу гарантировать успех!

— Я не пытаюсь гарантировать успех, — невесело улыбнулся тви'лек. — Я пытаюсь гарантировать, что ты сделаешь все возможное. Никаких полумер, Белкор. Тебе никуда не деться. Мы вместе победим или вместе умрем, каждый по-своему. Понял?

Не в силах выговорить ни слова, имперец лишь кротко кивнул.

— Отлично, — резюмировал Чам. — Тогда двинулись отсюда.

Они шли бок о бок по туннелю, пока не увидели силуэт Исвал у входа в пещеру. Внезапно Белкор повернулся к Чаму, словно пораженный какой-то мыслью.

— А если бы я не согласился? Ты бы меня убил? Или она?

— Это сделал бы я, а не она, — не колеблясь ответил тви'лек. — Потому я и выбрал эту пещеру. Она уходит глубоко в гору, здесь нет падальщиков, и сухой воздух удивительно быстро иссушает труп. Так что я просто оставил бы тебя здесь и избавился от лишних хлопот с похоронами. Никто бы тебя не нашел.

Белкор уставился во тьму пещеры, представляя ее в роли собственной могилы, после чего снова перевел взгляд на Чама.

— Но до этого не дошло, — продолжал Чам. — Потому что ты достаточно умен, Белкор. А теперь я скажу тебе кое-что важное. Слушаешь?

Полковник кивнул.

— Как только ты отсюда улетишь, тебя начнут мучить сомнения. Ты станешь думать, как обратить ситуацию себе на пользу и спастись, избавившись от меня. Но у тебя ничего не выйдет — у меня повсюду свои агенты, Белкор. Именно так я узнал о Таа. Я заранее знал всю информацию, которую ты предоставлял мне раньше. Я требовал ее от тебя лишь затем, чтобы зафиксировать этот факт и держать тебя на коротком поводке, а потом, когда возникнет необходимость, просто использовать — как сейчас. Малейшая оплошность с твоей стороны, попытка меня обмануть — и я тотчас же буду об этом знать. А потом сделаю так, что об этом узнают все.

— Это ты совершал преступления, не я.

Еще не успев договорить, Белкор почувствовал, что сказал глупость.

— Да, но ты им содействовал. Только представь, сколько имперцев погибло, Белкор! Империя возложит ответственность за их смерть на тебя, и как бы ты ни пытался выкрутиться, прощения тебе не будет. Так что, когда уйдешь отсюда и тебя охватит неуверенность, помни, что у тебя нет никого, кроме меня. И если ты предашь меня, тебя ждет лишь ужасная смерть и позор для твоей семьи. Но если ты сделаешь все так, как я прошу, это пойдет на пользу нам обоим. Таа умрет, Морс будет скомпрометирована, и мы как-нибудь устроим, чтобы ты при всем при этом выглядел героем. Мофф Дрей — неплохо звучит?

— Ты все равно будешь держать меня на коротком поводке, — бросил имперец.

— Но ты останешься жив. И станешь моффом. Это лучше любой иной альтернативы.

Белкор промолчал.

— Всего хорошего, Белкор. Начинай все необходимые приготовления. Скоро я с тобой свяжусь. Да, и добро пожаловать в ряды повстанцев.

Выйдя из пещеры, полковник прошел мимо Исвал, Даже не взглянув на нее, и вернулся в свой аэрокар. Несколько мгновений он сидел неподвижно, затем, не выдержав, ударил кулаком по приборной панели — раз, Другой, третий.

— Зараза! Скотина! Мать твою!

Остановился он лишь тогда, когда понял, что его рука кровоточит. Боль помогла вновь сосредоточиться, и он вытер руку о рубашку, после чего запустил двигатели и словно в тумане направился обратно в сторону Лессу. Примерно на полпути его начали донимать те самые сомнения, о которых упоминал Чам. Он мысленно поворачивал ситуацию так и этак, рассматривая ее под разными углами. Иных вариантов, кроме как сотрудничать с Чамом или признаться в измене, у него не было — разве что сбежать, забиться в какой-нибудь дальний угол Галактики и доживать оставшиеся годы в безвестности. Чам, конечно, все равно мог его выдать, но Белкор бы давно исчез со всех радаров.

Но к тому моменту, когда вдали появились огни Лессу, он окончательно отбросил мысль о бегстве. Что ж, пусть даже он на коротком поводке у Чама, это можно пережить. Они оба понадобятся друг другу, когда он станет моффом.

И все, что для этого потребуется, — убить одного сенатора-тви'лека.

Подобный вариант Белкора вполне устраивал.

Чам и Исвал смотрели вслед исчезающему во тьме аэрокару.

— Он не упоминал Вейдера или Императора? — спросила Исвал.

— Нет. Я дал ему такую возможность, и он ничего не сказал. Я понял бы по его лицу, если бы он лгал. Он действительно ничего не знает.

— Значит, разведданные верны, — выдохнула Исвал. — Вейдер и Палпатин летят вместе с Таа.

— Возможно, все же это ловушка, — кивнув, сказал Чам. — Белкора могли просто не посвятить в детали, подозревая его в сотрудничестве с нами.

— Нет, — возразила сообщница. — Мы были осторожны, и он тоже. А Морс — идиотка. Столько лет торчала на своем спутнике и позволяла Белкору всем заправлять, подрывая ее авторитет. Ей просто не сообщили о прибытии Вейдера и Императора. Ее собираются заменить кем-то другим, Чам, и устроить из этого показуху. Вероятно, они привезут с собой и гарнизон штурмовиков. Похоже, мы дождались твердой руки.

— Пожалуй, ты права, — кивнул Чам.

— Так что — попытаемся? — спросила Исвал, покачиваясь на пятках.

— Попытаемся. Бедняга Белкор. Когда он узнает, на что подписался…

— Он обычная мразь, Чам, — напряженно вымолвила Исвал. — Имперская мразь. Не будь сентиментален — ни к нему, ни к ним. Никогда.

Ее горячность нисколько его не удивила, учитывая, что ей довелось пережить в юности.

— Это не сентиментальность. Это принципы. Кем я буду без них?

— Надеюсь, победителем. — Исвал решила сменить тему: — Что дальше?

— Дальше — подготовим все необходимое, — ответил предводитель. — Все, что только можно. Именно этой операции мы так долго ждали. Мобилизуй всех и подготовь оружие и корабли. У нас есть полный график имперских патрулей, так что мы сумеем безопасно распределить наши силы. Пора убедиться, что мы в самом деле настолько хороши, как думаем.

— Хороши, не сомневайся, — заверила его она. — Считай, дело сделано. Только, знаешь… я на день-два возвращаюсь в Лессу. Буду руководить оттуда.

Чам повернулся к ней. Он редко обращал внимание на ее красоту, столь часто скрытую под маской гнева.

Но сейчас, в тусклом свете лун, она выглядела столь же незащищенной и уязвимой, как и в тот день, когда он впервые ее встретил, — и столь же прекрасной. Он в очередной раз подавил порой возникавшие у него чувства, которые считал лишь непозволительной помехой. Как она говорила — не будь сентиментальным? Вот и не стоит.

— Что там — в Лессу? — озабоченно спросил тви'лек.

На лицо Исвал вернулась прежняя маска.

— Просто личные дела. Ладно?

Он не стал настаивать, понимая, что не имеет на это права.

— Ладно. Только будь осторожнее.

— Я всегда осторожна.

— Кто бы сомневался, — улыбнулся он.

* * *

Исвал сняла очередную маленькую мансарду в подземном жилом комплексе в бедном районе Лессу. Тонкие стены пропускали звук из соседних комнат — крики из одной, пронзительный смех из другой. Через общую вентиляционную систему просачивались запахи чьего-то ужина. Тви'лека почувствовала похожее на голод желание, но ей хотелось отнюдь не еды.

Мысленный образ Дрея — его безупречно причесанные волосы, отутюженная, без единой складки, одежда, нестерпимо самодовольное выражение лица — сделал это желание еще более острым. Она уже несколько дней ощущала, как оно нарастает, подобно песчаной буре на Рилоте, которая надвигается со стороны горизонта размытой красной полосой, прежде чем разразиться по-настоящему.

Она сказала Чаму, что пробудет в Лессу два дня, но планировала использовать только один. Потребность ее была столь сильна, что ждать два дня она просто не могла. Нужно было сделать это сегодня, прямо сейчас — иначе Чаму от нее не будет никакой пользы. Распиравшая ее злость была лишь помехой, и ей требовалась разрядка.

Она знала, какой ее видят другие, — нервно расхаживающей туда-сюда, грубой и неприветливой, постоянно на грани срыва. Такой ее сделала неволя. Она стала чудовищем, которое породила Империя.

Из маленького зеркала на стене смотрело ее отражение. Голова была повязана лентой из числа тех, что нравились имперцам, макияж подчеркивал высокие скулы, глубоко посаженные глаза и полные губы. Именно такую маску она надевала, выходя на охоту.

Под маской была не она, но та, кем она была раньше. Чудовище.

Ее бледно-голубая кожа напоминала водную гладь. Как часто она слышала эти слова из уст какого-нибудь имперца? Слишком часто. Ей казалось, они считают, будто, облекая гнет в красивые слова, они дают ей выбор. Но они лишь лгали самим себе насчет того, что они забирали у нее и почему она была вынуждена им это дать. Настоящего выбора у нее никогда не было, пока она не задушила того капрала головной повязкой и не сбежала в Сопротивление.

Но у нее навсегда остались шрамы — не на коже, но в душе, и она часто раздирала их, напоминая себе о боли и распаляя собственную злость. Неволя и связанные с ней унижения сломили ее. Она знала, что никогда не станет прежней, но ее это не волновало. Она словно ощетинилась острыми иглами и лезвиями, которыми колола и резала своих врагов. Ее превратили в рабыню, собственность, вещь, но после того, как она сбежала от своих угнетателей, процесс превращения отнюдь не закончился. Она продолжала ковать металл своей души, пока не стала воином, а зачастую убийцей. Чам Синдулла дал ей возможность применить свои умения на практике, и за это она его любила. В отличие от него, для нее убийства не были целью — лишь способом дать выход гневу, который вызывала у нее Империя.

Надев ожерелье, она попыталась улыбнуться перед зеркалом. Улыбка показалась ей вполне приемлемой, несмотря на заостренные верхние клыки. Ее облачение составляли обтягивающие брюки и блузка, обнажавшая живот. Сверху она накинула прозрачный мерцающий плащ, зная, что тот подчеркивает при ходьбе очертания ее тела. В кобуре за спиной тви'лека спрятала бластер, а в потайном кармане на левой голени — виброклинок.

Исвал на мгновение поколебалась, вспоминая слова Чама о принципах. Она знала, что он не одобрил бы то, что она совершала уже не раз, и дело было не только в риске, которому она подвергалась, но и в принципах. Принципы.

— Мы делаем то, что необходимо для победы, Чам. Они — мразь и получают то, что заслуживают, — произнесла она вслух.

Она вдруг обнаружила, что верит себе лишь наполовину — похоже, Чам повлиял на нее куда сильнее, чем ей казалось. Но и половины ей было вполне достаточно.

Поднявшись по лестнице мимо спящего у стены пьянчуги, тви'лека вышла на улицу. На нее тут же нахлынули шум машин и негромкий ропот прохожих, запах кухонных очагов и спайса, и сухая потная вонь характерной рилотской ночи. Ветер обертывал плащ вокруг ее тела, и она чувствовала взгляды, устремленные на ее стройную фигуру, но не обращала на них внимания.

Подняв руку, Исвал остановила аэротакси, водителя которого сразу же привлекли ее округлости и макияж. Она велела водителю доставить ее на Октагон, одну из главных площадей Лессу, застроенную со всех восьми сторон кантинами и клубами, которые часто посещали имперцы и проститутки как женского, так и мужского пола. Здесь она прежде не охотилась.

Октагон находился примерно на половине высоты шпиля Лессу, глубоко врезаясь в камень. Нижний уровень площади располагался тридцатью метрами ниже, откуда вели на верхние ярусы ряды освещенных факелами каменных лестниц, туннелей и балконов, образуя запутанный лабиринт, в конечном счете вновь спускавшийся на уровень улицы.

Внутренности встроенных в каменные стены кантон и клубов были скрыты из виду. По разнообразным уровням Октагона двигался нескончаемый поток имперских машин и улыбающихся имперских офицеров, часто в обществе тви'леков. На ветру полоскались флаги, освещенные вывески и платные зазывалы рекламировали те или иные заведения. Исвал глядела на них из окна аэротакси, чувствуя, как ее переполняет ненависть.

— Седьмой уровень, пожалуйста, — попросила она, и водитель опустился на один из ярусов седьмого уровня, второй снизу. Едва открылась дверца машины, в нос Исвал ударили запахи дыма, духов и спайса, напоминавшие эхо ее прошлой жизни. С нижних уровней доносились смех и музыка.

Как только аэротакси улетело, на нее тут же уставился пожилой пузатый офицер в серой форме. Он многозначительно ухмыльнулся, подняв брови, но она обошла его стороной и направилась по ближайшей лестнице вниз.

— Ишь ты, какая гордая! — крикнул он ей вслед.

Лабиринт был полон темных углов, тайных закоулков, узких туннелей и тупиков. Повсюду болтались пьяные, курильщики спайса и проститутки — отбросы порочного промысла Лессу. По мере того как Исвал спускалась по ярусам Октагона, пороки становились все омерзительнее, а освещенные вывески — все живописнее. Она провела свою юность на первом уровне — в Дыре, как его называли. И именно в Дыре она собиралась поохотиться.

С фальшивой улыбкой и давно наработанной ловкостью она избегала загребущих рук пьяных или одурманенных спайсом имперцев. Один из них, оказавшийся не слишком расторопным, получил коленом в пах и остался лежать на лестнице, издавая жалобные стоны. Раздавшийся сверху смех напомнил ей, что следует быть осторожнее и не выдавать себя.

Добравшись до низу, она успела вспотеть, а вместе с вонью первого уровня к ней тут же вернулись воспоминания об унижениях, голоде, измывательствах и постоянном отчаянии.

От дыма и вони в воздухе стоял туман. Фонари встречались редко, тусклые вывески почти не освещались. В полумраке, подобно призракам, двигались люди, тви'леки и другие разумные существа, словно настолько стыдившиеся своих пристрастий, что могли предаваться им лишь в почти кромешной тьме. Исвал ходила среди них, сама как призрак, выбирая подходящее место и подходящую цель. Вскоре она нашла и то и другое.

Присев в нише недалеко от одной из обителей спайса и порока и с трудом сдерживая рвущуюся наружу злость, она наблюдала за молодым офицером, который вышел из клуба под руку с худощавой тви'лекой лет двадцати, чье тело едва прикрывала одежда. Потное лицо офицера, похотливо лапавшего девушку, раскраснелось от жары и предвкушения. Он наклонился, споткнувшись, и что-то прошептал ей на ухо. Девушка ответила ему фальшивой улыбкой, столь хорошо знакомой Исвал.

Охотница смотрела на него с презрением и нарастающей яростью. Это был всего лишь какой-то младший лейтенант, который, вероятно, только что прибыл с очередным транспортом из Ядра и считал, что серая форма и оружие дают ему все права на ресурсы и женщин Рилота.

Набравшись решимости, она вышла из ниши. Ее внезапное появление заставило офицера и девушку остановиться, но стоило ему увидеть фигуру Исвал, как его удивленный взгляд тотчас же сменился плотоядным. Рядом никого больше не было.

Раскрасневшаяся от выпитого физиономия офицера расплылась в широкой улыбке.

— О, красавица! Не желаешь к нам присоединиться?

Улыбнувшись в ответ, Исвал шагнула к ним, заводя руку за спину. Оказавшись прямо перед парочкой, она выхватила бластер и врезала в челюсть офицеру рукояткой. Брызнула кровь, посыпались зубы, и он со стоном осел на землю.

Испуганно вскрикнув, девушка попыталась обратиться в бегство.

— Нет, постой! Помоги мне, — бросила Исвал. Разоружив офицера, она подхватила его под мышки и потащила в темную нишу. Девушка не стала помогать, лишь неуверенно последовала за ней.

— Как тебя зовут? — спросила Исвал, нависнув над лежащим офицером.

Девушка моргнула, но ничего не ответила.

— Я ничего тебе не сделаю, — пообещала Исвал.

Офицер застонал, рука его дернулась. Охотница наступила ему на пальцы. Послышался хруст, и офицер снова застонал.

— Рийин, — тихо проговорила девушка, переводя взгляд с Исвал на офицера и обратно. — Ты… ты хочешь нас ограбить?

— Нас? Ты и… этот — никакие не «мы», что бы он тебе ни говорил.

— Я не… что?

— Из какого ты клана? — спросила Исвал.

Рийин стыдливо отвернулась.

— У тебя его нет, — кивнула старшая тви'лека, а затем сказала то, что уже говорила много раз: — Больше нет. Послушай меня, Рийин. Я была такой же, как ты. Я провела в Дыре три года, прежде чем сумела сбежать.

— Сбежать? — без какой-либо надежды во взгляде переспросила девчонка. — Отсюда не сбежишь.

— Можно, если захочешь.

Рийин посмотрела ей в глаза:

— Как?

— Идем со мной. Я заберу тебя отсюда. У меня есть жилье, где ты можешь остаться. Начать все сначала. Подальше от… этого. Знаю, знаю. Ты мне не доверяешь. Да и с чего бы? Но я честно предлагаю тебе выход.

Рийин попятилась, словно та предложила не помочь ей, а сделать как можно больнее. Исвал нисколько не удивилась — среди проституток Октагона трудно встретить надежду и доверие.

— Не могу.

— Можешь. И должна. Посмотри на меня. Посмотри. Я помогу тебе.

— Меня будут искать, — покачала головой Рийин.

Исвал не стала ей лгать.

— Возможно. Но вряд ли. Никто даже не знает твоего полного имени. И если ты исчезла — значит исчезла. Если захочешь — навсегда.

— Я… не могу.

Офицер опять застонал. Исвал достала виброклинок.

— Что ты собираешься делать? — в ужасе спросила Рийин.

— То же, что следует сделать с ними со всеми, — ответила охотница и присела, обнажив клинок.

— Нет, не надо! — Рийин метнулась к ней и присела рядом, положив пальцы на ее запястье и умоляюще глядя на нее. — Не надо, ладно? Я пойду с тобой, только не делай этого.

— Я не хочу, чтобы ты пошла со мной ради спасения его шкуры, — бросила Исвал. — Он солдат Империи. Он причинил всем нам немало зла.

— Знаю, — кивнула Рийин. — Но… не надо. Ладно? Просто — не надо. Я пойду с тобой. Я хочу. Я просто… боюсь.

Голоса снаружи заставили обеих замолчать, но вскоре затихли.

— Эта мразь обязана тебе жизнью, — бросила Исвал. Встав, она пнула офицера в голову. Тот даже не застонал, просто обмяк. — Пошли. Если у тебя есть личные вещи, сходить за ними ты не сможешь.

— У меня нет ничего такого, ради чего стоит идти.

Взяв Рийин за руку, Исвал повела ее среди дыма, похотливых ухмылок, спайса и порока все выше и выше. Когда они добрались до самого верха, ей показалось, что за последние месяцы она никогда не чувствовала себя так же легко. Она знала, что это ненадолго, но наслаждалась моментом. Интересно, что подумал бы о ней Чам, узнай он о том, как она поступила — как должна была поступить. Пожалуй, он бы ее не понял. Чам проповедовал принципы, но подобными категориями мыслили лишь те, кто никогда не спускался на первый уровень Октагона. Исвал знала, что к чему, как, возможно, и Рийин. Принципы не слишком вписывались в реальный мир.

Оказавшись наверху Октагона, запыхавшиеся и вспотевшие, они смешались с толпой. Рийин огляделась вокруг, широко раскрыв глаза и глубоко вдыхая ночные запахи.

— Давно ты не покидала Дыру? — спросила Исвал.

— Уже много недель.

— Еще не передумала?

Именно в этот момент кое-кто из девушек возвращался назад. Редко, но такое случалось.

— Не передумала, — покачала головой Рийин.

— Никогда туда не возвращайся, — посоветовала Исвал, и ее спутница кивнула. — А теперь я отвезу тебя домой. В твой новый дом.

Аэротакси доставило обеих обратно к зданию, которое Исвал покинула пару часов назад. Она повела Рийин вверх по лестнице — пьяница все так же валялся у стены, — а затем в мансарду.

— Многого предложить не могу. — Исвал показала ей комнату. — Но здесь безопасно, и ты сможешь тут жить.

— То есть? Ты не останешься? Разве это не твое жилье?

— Нет, твое. За него оплачено на год вперед.

— На год?

— В шкафах есть еда, в ящике возле холодильника — несколько сотен кредитов. Вполне должно хватить на первое время.

Неуверенно посмотрев на избавительницу, Рийин опустилась на стул, и глаза ее наполнились слезами. Исвал сняла головную ленту и сменила одежду на обычную рубашку, штаны и пояс с оружием. Рийин не сводила с нее глаз.

— Не понимаю… Ты кто? Зачем тебе это?

— Я же тебе говорила, — ответила Исвал, глядя в маленькое зеркало. Взяв тряпку, она намочила ее водой из кувшина и стерла с лица маску. — Когда-то я была такой, как ты. Как ты раньше. Я просто… хочу помочь. Жаль, что мне никто не помог.

— Я не об этом, — сказала Рийин. — Почему я? Я… никто.

— Ты вовсе не никто! Я выбрала тебя… случайно. Ты была с имперским офицером, и вы были одни.

— Значит, ты… ищешь имперцев? Чтобы убить их? Зачем?

Исвал посмотрела на ее отражение в зеркале.

— Разве не понятно?

Девчонка с трудом выдержала ее взгляд.

— Ты… уже занималась этим раньше? Убивала имперцев?

В этот раз Исвал уставилась на собственное отражение.

— Разве не понятно?

Рийин промолчала, но ее пробрала дрожь.

— У меня есть друг, — сказала Исвал. — Он хочет спасти всю планету. Но для меня это… чересчур много. Я просто хочу спасти кого-то, хотя бы некоторых. Может быть, тебя.

Рийин улыбнулась.

Исвал откашлялась и собрала вещи.

— Удачи тебе, Рийин. Обычно я не возвращаюсь. Опасно для нас обеих.

— Обычно? Ты уже помогала другим девушкам?

— Да.

— Похоже, ты уже не одной спасла жизнь. Могу я спросить — скольким?

— Многим. Не важно.

— И каждый раз ты…

«…кого-то убивала?» — мысленно закончила Исвал.

— Я пошла, — сказала она.

— Подожди… Я даже не знаю, как тебя зовут.

— Тебе незачем знать. Всего доброго, Рийин.

— Что ж, спасибо. Спасибо. Не только за то, что спасла меня, но и за то, что… не убила его.

— Почему он так тебя волнует? — спросила Исвал через плечо, остановившись в дверях.

Рийин покачала головой, неловко ерзая на стуле.

— Не знаю, но… когда-то же это должно прекратиться? Насилие, убийства? Кто-то должен положить им конец, иначе так будет продолжаться вечно. Ведь так? Может, это я тебя спасаю, — рассмеялась она.

Исвал молча уставилась на собственные руки.

— Что? — спросила Рийин. — Я что-то не так сказала? Извини.

— Ты все верно сказала, — ответила старшая тви'лека. — Хотя, вероятно, ты не провела в Дыре столько времени, сколько я. Тебе повезло, Рийин. Не возвращайся туда, хорошо?

С этими словами Исвал вышла из мансарды с осознанием, что сумела вызволить из неволи еще одну девушку. Некоторые из тех, кому она помогала, со временем вновь оказывались там же, но большинство — нет. Их новую жизнь нельзя было назвать легкой, но, по крайней мере, рабство для них закончилось.

Она подозвала аэротакси, и едва машина тронулась с места, в голове Исвал вновь зазвучали слова Рийин:

«Когда-то же это должно прекратиться?»

Исвал сомневалась, что это когда-либо прекратится, по крайней мере для нее. Она попросила водителя отвезти ее обратно в Октагон, на второй уровень.

— Что-то вы не похожи на даму со второго уровня, — заметил тот.

— Ты бы удивился, — ответила тви'лека и, выйдя из машины, направилась вниз, в сгущающийся мрак.

Она довольно быстро нашла нишу, где все еще лежал полубесчувственный офицер со сломанными пальцами и багровеющим синяком на лице. Возле его рта на полу расплылась лужица слюны и крови. Исвал достала виброклинок и приставила к его горлу. Моргнув, имперец приподнял веки, хотя ей показалось, что он едва ее видит.

— Не надо, — пробормотал он.

Она долго смотрела в его затуманенные глаза, держа клинок наготове, затем убрала оружие от шеи офицера.

— Сегодня Рийин спасла тебе жизнь, — сказала она. — Запомни хорошенько, потому что, если вдруг решишь попытаться ее найти, я вернусь. Слышишь меня?

Он утвердительно застонал. Исвал спрятала клинок в ножны.

— Значит, решено — будешь жить. Но страданий ты все равно заслужил.

Она пнула его в ребра раз, другой, пока те не поддались с громким треском. Офицер издал мучительный стон. Встав над ним, она сграбастала в кулак его рубашку и начала бить по лицу. Он обмяк, словно кукла. Бросив офицера на землю, Исвал, тяжело дыша, уставилась на него. Костяшки ее пальцев кровоточили, как и ее Душа.

Она чувствовала себя полностью сломленной, понимая, что это никогда не закончится. По крайней мере, для нее.

Ощущая на себе множественные взгляды, она вышла из закоулка и направилась к ближайшей лестнице. Когда за ее спиной остался весь уровень, снизу послышались крики. Она поступила слишком небрежно, не скрыв следы и не продумав пути к отступлению, о чем всегда предупреждал ее Чам. Но драки в Октагоне случались часто, а она выглядела всего лишь как обычная тви'лекская рабыня. Она поднялась еще на три уровня, но погони так и не услышала.

К тому времени, когда она садилась в очередное аэротакси, от мучившей ее потребности не осталось и следа. К ней вновь вернулась ясность мыслей, и она уже обдумывала необходимые приготовления к операции против Таа и Вейдера. План Чама был весьма замысловат и крайне рискован, но ей нравилась его дерзость.

На подготовку им оставалось девять дней.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Чам расхаживал по потрескавшемуся камню забитой посадочной площадки, улыбаясь себе под нос и думая, что он ничем не лучше Исвал. Еще не хватало начать ворчать по любому поводу, и сходство станет полным.

На подземной базе на третьем спутнике Рилота кипела лихорадочная деятельность. Взлетно-посадочный ангар заполняла мешанина из всевозможной техники, кораблей-дроидов и оружия, вокруг которых, подобно озабоченным мамашам, сновали десятки инженеров и Дроидов-помощников. На полу были аккуратно разложены детали и инструменты, к помощи которых при необходимости прибегали рабочие.

Все были настолько заняты работой, что на Чама никто даже не взглянул.

Чам и его агенты покупали, похищали и строили корабли и оружие уже много лет. За это время они заполнили оружейные склады на Рилоте и его спутниках, от ящиков со стрелковым оружием до импровизированных ангаров с три-истребителями и дроидами-«стервятниками». В его распоряжении имелась немалая военная сила, которую он собрал под носом у Империи с вынужденной помощью Белкора Дрея.

В течение многих лет его инженеры — в особенности Каллон, гений в области искусственного интеллекта, — научились перепрограммировать мозги дроидов-истребителей так, чтобы те могли действовать без управления с корабля-базы. В бою с кораблями, которые пилотировали живые организмы, пользы от них было немного, но космические бои в планы Чама и не входили.

Он еще раз мысленно пробежался по этапам плана. Несмотря на решимость, его продолжали мучить сомнения. Ради единственной цели он был готов пожертвовать всем — как живой силой, так и ресурсами. Если удастся покончить с Вейдером и Императором, игра будет стоить свеч. Их гибель могла стать спусковым крючком для восстания по всей Галактике, и в условиях возникшего хаоса, когда ресурсы Империи окажутся размазаны тонким слоем, он мог бы попытаться освободить Рилот. Иначе…

Об этом он предпочитал не думать.

Свободный Рилот — вот что являлось его целью. И если для этого требовалось низложить целую Империю — он был к этому готов.

В крошечном комлинке, имплантированном в его слуховой канал, раздался голос Исвал, словно звучавший прямо у него в мозгу. У нее имелся такой же имплант, что позволяло им слышать даже шепот друг друга, не опасаясь, что их подслушают другие. Инженеры-связисты Чама создали коммуникационную подсеть, основанную на нескольких старых спутниках времен Войн клонов, вращавшихся на орбите Рилота вместе с прочими остатками войны. Спутники связи обеспечивали надежную сеть по всей планете и вплоть до орбиты самого дальнего ее спутника.

— Все готово, — сообщила она. — Все три группы проинструктированы.

Чам дважды сжал челюсти, активируя имплант.

— Ты ведь в группе прикрытия?

— Нет, я возглавляю основную, — не колеблясь ответила она. — Иначе никак.

— Исвал…

— Не о чем спорить, Чам. Со мной у нас все шансы. К тому же… я должна. Ради Пока.

Чам ничего не мог возразить ни против ее решения, ни против ее чувств, но при мысли, что он может ее потерять, у него подкосились ноги. Слишком во многом он на нее полагался и слишком тревожился за ее судьбу. Он вспомнил гибель Пока, его предсмертные хрипы…

— Я знаю, о чем ты думаешь, — сказала она. — Но если у нас ничего не выйдет, я все равно больше не буду тебе нужна. Даже ты сам будешь никому не нужен. Просто не останется кем командовать.

Она была права, и он это понимал.

— Тогда постараемся, чтобы все получилось.

— Я все проверила и перепроверила, — ответила Исвал. — Даже во сне вижу.

Чам тоже трижды проверил все детали плана, который выглядел вполне надежным, но им еще никогда прежде не приходилось планировать столь масштабную операцию, включавшую в себя множество меняющихся обстоятельств.

— Если не удастся снять защитные экраны — даем отбой, — сказал он.

— Если не снимем экраны, давать отбой бесполезно, поскольку мы даже начать не успеем.

В этом она тоже была права, и ее невозмутимость помогла ему овладеть собой. Исвал постоянно переживала и волновалась, но стоило ей начать действовать, как она становилась полностью спокойной, словно стоячая вода в пруду. Чам, напротив, обычно был спокоен и уверен в себе, но непосредственно перед началом операции начинал нервничать, тревожась за своих бойцов — возможно, даже чересчур для революционера.

Когда-то он сам возглавлял подобные операции. Теперь он их лишь планировал.

— Становлюсь бюрократом, — пробормотал он.

— Главное, не позволяй себе облениться, — пошутила Исвал, и он усмехнулся в ответ. Тон ее вновь стал серьезным. — Когда улетают последние дроиды?

Он окинул взглядом около трех десятков стоявших в ангаре «стервятников».

— Думаю, сегодня ночью. Когда Белкор сообщит, что путь свободен.

Белкор предоставил им информацию об имперских патрулях, прибывающих кораблях и возможностях датчиков. Чам воспользовался ею, чтобы незаметно переместить дроидов-истребителей и мины на край системы.

— Кстати, раз уж зашла речь о бюрократах, — вставила Исвал, — как там справляется наш любимый Белкор?

— Думаю, его тоже преследуют сновидения.

— Никаких признаков того, что ему известно про Вейдера и Императора?

— Нет. — Чам немного помолчал. — Через два дня. Исвал. Наша разведка следит за «Губителем».

— Через два дня, — согласилась она. — Мы готовы, Чам.

— Мы готовы, — эхом повторил он, словно его уверенность могла каким-то образом помочь этим словам стать правдой.

* * *

Два дня спустя Чам сидел в импровизированном командном центре на третьем спутнике Рилота. С ним были трое его товарищей — Гоби, чьи короткие пальцы лежали на клавиатуре подпространственного передатчика, Зира, чьи глаза с набрякшими веками следили за быстрым потоком данных с датчиков дроидов-зондов, и Каллон, инженер-консультант. Рядом с креслом Зиры стоял ее дроид для обработки данных, D4L1, напрямую подсоединенный к потоку входящей информации.

Девять экранов на стенах показывали внешние рубежи системы Рилот, какой их видели полдесятка дроидов-зондов, расположенных в поясе астероидов. Остальные корабли-дроиды тоже таились в астероидном поясе, ожидая дистанционной команды Гоби на активацию. В космосе парило похожее на орнамент на черном фоне облако мин, ждавших появления «Губителя» из гиперпространства.

В десятый раз за последние десять минут Чам подумал, что у Белкора могли не выдержать нервы и он предал его или сообщил ложные сведения. И точно так же в десятый раз он заставил себя выбросить подобные мысли из головы. Если Белкор действительно их предал, их движение будет уничтожено, не сумев ничего противопоставить врагу.

Но Белкор их не предал, просто не мог предать, поскольку Чам ясно дал ему понять, какими могут быть последствия. Нет, все шло по плану. И если так пойдет и дальше, вскоре погибнут тысячи имперцев, включая самого Императора.

«Не террорист, — напомнил он себе. — Но борец за свободу».

Все то, чего он с таким трудом добивался много лет, сейчас должно было либо пойти прахом, либо принести плоды, но ему ничего не оставалось, кроме как наблюдать за происходящим по мгновенной подпространственной связи с расстояния в шестьсот с лишним тысяч километров.

Вот уж действительно — бюрократ.

* * *

Вейдер и Император вышли на центральный ярус мостика «Губителя». Следовавшие за ними императорские гвардейцы заняли позиции позади них у главного лифта. Вокруг носились или сидели за приборными панелями члены экипажа, занятые подготовкой гиперпространственного прыжка для одного из самых современных и мощных звездолетов Империи. В нескольких шагах от прибывших стоял капитан Луитт, который старался не смотреть на Вейдера, явно чувствуя себя неуютно в его присутствии.

Капитан повернулся к Императору, чье лицо было скрыто в тени капюшона.

— Надеюсь, на борту «Непокорного» все прошло хорошо, мой повелитель?

— Гиперпривод готов к работе, курс проложен, сэр, — возвестил рулевой, и его слова тут же передали капитану.

— Для меня будет немалой честью, если вы отдадите приказ, мой повелитель, — произнес Луитт.

— Нет-нет, капитан, — махнул рукой Император. — Я политический лидер, а не военный. Поступайте как обычно.

— Запустить гиперпривод! — крикнул капитан, и на мостике тут же все засуетились.

Вейдер ощутил едва заметное гудение под палубой — это включился мощный гиперпривод «Губителя». Звезды и чернота космоса исчезли, сменившись синевой гиперпространства.

— Курс на Рилот, — объявил рулевой.

— Затемнить вид, — распорядился Луитт, и транспаристаль потемнела, скрыв за собой гиперпространство. Он повернулся к Императору: — Мой повелитель, если вы и владыка Вейдер предпочитаете удалиться в свои каюты, я сообщу вам, как только мы прибудем в систему Рилота.

— Пожалуй, мы пока останемся на мостике, капитан, — ответил Палпатин.

— Как пожелаете, сэр, — кивнул Луитт, поджав губы под щетинистыми густыми усами. — Много времени это не займет.

Капитан направился по мостику, заглядывая через плечо членам команды и отдавая приказы, но при этом предпочитая держаться подальше от Вейдера. Постепенно на мостике установилась рабочая обстановка.

— Похоже, он чувствует себя неуютно рядом с тобой, повелитель Вейдер, — проронил Император.

В присутствии Вейдера большинству флотских офицеров становилось неуютно. Для них он был могущественной и мрачной фигурой вне их иерархии, появившейся неизвестно откуда и обладавшей непостижимыми способностями.

— Для меня это только полезно, — ответил Вейдер.

— Мелким сошкам всегда должно быть неуютно рядом с начальством, — определил Император. — Согласен?

Вейдер понял скрытый смысл вопроса и ответил соответственно:

— Да, учитель.

— Вот и славно.

Оба молча наблюдали за происходящим на мостике. Тишину нарушал лишь хриплый шум респиратора Вейдера. «Губитель» в мгновение ока преодолевал парсеки, и какое-то время спустя ритм работы команды сменился — началась подготовка к возвращению в обычное пространство.

— Выход из гиперпространства! — крикнул рулевой.

— Есть выход из гиперпространства, — эхом отдалось по мостику.

— Испытание начинается, — сказал Император.

Вейдер посмотрел на своего учителя, вопросительно наклонив голову и не вполне его понимая, пока тоже не ощутил возмущение Силы.

* * *

— Корабль выходит из гиперпространства, — проговорила Зира срывающимся от волнения голосом.

Чам понял, что последние полчаса судорожно сжимал кулаки.

— Активировать мины. Перекроем им путь. Поглотители экранов привести в состояние готовности.

Головные хвосты Каллона нервно дрогнули, пурпурная кожа побледнела, став почти лавандовой. Поглотители были его творением. Как всегда, он что-то бормотал под нос.

Чам положил ладонь на плечо Гоби:

— Приготовься передавать команды дроидам, Гоби.

— Я давно готов, Чам, — ответил Гоби, дрожа то ли от возбуждения, то ли от нервного напряжения. — Давай-ка накормим имперцев огнем.

— Так и сделаем, — кивнул Чам.

* * *

«Не террорист. Но борец за свободу».

Когда «Губитель» вынырнул из гиперпространства на внешних рубежах системы Рилота, гигантский иллюминатор вновь стал прозрачным, показав несколько далеких газовых гигантов и находившийся поблизости пояс астероидов, который отделял внешнюю систему от внутренней. Вдали ярко сияло оранжевое солнце. Сам Рилот находился слишком далеко, чтобы его можно было различить.

— Максимальное ускоре… — начал капитан, но прежде чем он успел договорить, с правого борта послышался глухой удар, заставивший огромный корабль содрогнуться.

Члены команды подняли головы от приборных панелей, вопросительно переглядываясь. За первым ударом последовал второй, затем третий, более сильный, от которого корабль дал крен. Вейдер взглянул на экран, но ничего не увидел. Его учитель уставился в пол со странной полуулыбкой на лице.

— Доложить обстановку! — спокойно распорядился капитан.

— Сэр, я…

Корабль содрогнулся от нового удара, потом еще от одного, и еще. Крен стал сильнее, взвыли сирены.

— Короткие замыкания и несколько пожаров по всему кораблю, — доложил дежурный офицер.

— Есть раненые.

— Что происходит, капитан? — спросил Вейдер, схватив Луитта за руку и сжав ее столь крепко, что тот болезненно поморщился.

Капитан перевел взгляд с Вейдера на Императора, потом рявкнул на дежурного:

— Данные сканеров?

— Мины, сэр, — ответил офицер. — Их сотни, повсюду.

— Мины? — переспросил капитан. — Полная остановка! Активировать оружие!

Корабль сотрясся от новых взрывов, и в поле зрения внешней камеры появился десяток мин всевозможных форм и размеров — огромные кубы с магнитными датчиками, ощетинившиеся шипами шары с детекторами движения. Вейдер узнал несколько мин современного образца, другие же относились к временам Войн клонов или еще более ранним.

— Экраны защитят корабль от любых серьезных повреждений, мой повелитель, — сообщил капитан Луитт Императору. — Прошу извинить за неудобства.

— Проведите тщательное сканирование этого участка системы, — велел Вейдер. — Особенно в поясе астероидов. Я что-то чувствую…

Луитт раздраженно поджал губы:

— Мой господин, вероятно, это всего лишь скопление мин, оставшихся после Войн клонов, которые занесло во внешнюю систему. Я слышал, такое случается. Они не представляют для нас никакой угрозы…

Вейдер нацелил палец в лицо капитану.

— Делай, как я приказал, капитан.

Луитт нахмурился, но не осмелился возразить.

— Как пожелаете, повелитель Вейдер. Приступить к скани…

В экраны корабля с грохотом ударила очередная серия взрывов, от которых содрогнулась палуба.

— Повреждений нет! — крикнул кто-то на мостике. — Экраны держат.

— Сэр, там еще осталось больше трех сотен мин, — передал офицер у пульта сканера.

Не в силах выдержать взгляд Вейдера, Луитт повернулся к Палпатину:

— Мой повелитель, думаю, будет лучше, если вы покинете мостик.

— Напротив, — возразил Император. — Именно здесь мое место.

Дежурный склонился над панелью сканера.

— Я получаю необычные данные, сэр. Пожалуй, вам стоит взглянуть.

— Что там? — раздраженно спросил Луитт, но все же поспешил к панели. Вейдер последовал за ним, нависнув над капитаном и офицером.

— Вот, — сказал офицер, показывая на дисплей.

Вейдер и Луитт мигом разобрались, что означает увиденное. Выругавшись, капитан выпрямился.

— Похоже на боевые платформы. Рулевой, полный назад!

— Мины со всех сторон, сэр. Если мы дадим задний ход…

— Не важно! Полный назад! Немедленно!

— Слишком поздно, капитан, — осек его Вейдер. Он включил встроенный в доспехи пульт дистанционного управления, чтобы подготовить к полету свой перехватчик. — Предупредите ваших пилотов и будьте готовы поднять по тревоге V-истребители.

— Что? Зачем? — удивился Луитт, переводя взгляд с Вейдера на Императора. — Экраны все еще работают.

— Вряд ли это надолго, — ответил темный владыка.

— Делайте, как приказывает повелитель Вейдер, — произнес Император столь властным тоном, что все на мостике задрожали от страха.

— Отдайте приказ, — передал Луитт дежурному офицеру. — И удвойте мощность носовых экранов.

Послышался писк D4L1, и Зира кивнула в ответ:

— «Губитель» дает задний ход.

— Они обнаружили поглотители, — констатировал Чам.

На дисплеях позади «Губителя» расцвели взрывами мины — одна, пять, десять, двадцать.

— Похоже, мины почти не причиняют им вреда.

— Пока что, — вставил Гоби, чуть ли не подпрыгивая в кресле.

Каллон что-то пробормотал себе под нос, постукивая пальцем по столу.

На настенных дисплеях Чам видел под разными углами изображение огромного звездного разрушителя, которое время от времени заслонял астероид, вращающийся перед одним из зондов. В космосе вокруг корабля парили сотни неразорвавшихся мин, медленно двигаясь следом за ним.

Следующий шаг был решающим. Чам чувствовал устремленный на него взгляд Каллона. Он бы предпочел, чтобы корабль находился чуть ближе к поясу астероидов, но выбора не оставалось.

— Активировать поглотители экранов, — скомандовал Чам. Гоби кивнул.

— Все получится, — бормотал словно заклинание Каллон. — Все получится.

Все не отрывали глаз от дисплеев, где разворачивались события, показываемые глазами дроидов-зондов. Каллон перепрограммировал два десятка мин, которые при контакте с защитными экранами корабля должны были не взорваться, но «присосаться» к энергетическим сигнатурам экранов и теоретически ослабить их до такой степени, чтобы сквозь них могли пройти корабли.

Чам не знал точно, какие мины запрограммированы на взрыв, а какие — на уничтожение экранов, но когда поглотители активировались, ударившись об экраны «Губителя», это вмиг стало ясно.

Пространство вокруг огромного корабля пронизали светящиеся линии — прожилки в защитном поле корабля, которые тянулись от каждого из поглотителей к остальным. По мере того как удлинялись эти линии, экраны начали все сильнее мерцать. Казалось, будто «Губитель» пойман в светящуюся сеть.

— Крупная рыба попалась! — проронил Гоби.

«Возможно», — подумал Чам, все еще не до конца веря в происходящее.

— Все получится, — продолжал бормотать Каллон. — Получится.

— Что скажешь, Каллон? — спросил Чам.

Главный инженер изучил данные, поступающие с компьютера Зиры. D4L1 издал трель, которая, похоже, ему не понравилась, и Каллон шлепнул дроида по серебристому куполу.

— Думаю, все работает, — ответил он, обведя взглядом сеть, окутывающую «Губитель». — Похоже, что работает.

— Точно? — спросил предводитель.

— Экраны ослабевают, — сказала Зира, тоже не отрываясь от цифр на мониторе.

— Тогда действуем, — объявил Чам, поворачиваясь к Гоби. — Запускай всех дроидов.

Гоби дал сигнал, и глазами зондов все увидели, как со стороны поля астероидов к «Губителю» устремляется флотилия из нескольких сотен дроидов-«стервятников».

— Началось! — сказал Гоби.

— Началось, — тихо повторил Чам.

* * *

— Что это? — пожелал знать Луитт.

Густая матрица из светящихся линий на дисплее, подобно молниям, прочерчивала зазубренные траектории между экранами.

— Экраны работают на пятьдесят процентов, — доложил офицер у пульта сканера, и удивление в его голосе сменилось тревогой. — Семнадцать! Поднялось до двадцати пяти!

— Вернуть их на полную мощность! — скомандовал Луитт.

— Остановите корабль, — приказал Вейдер, и Луитт не стал возражать.

Они рисковали столкнуться с окружавшими их минами, и при ослабленных экранах эта перспектива таила серьезную опасность.

Рулевой остановил «Губитель», и дежурный у пульта сканера дотронулся до дисплея.

— Капитан, некоторые из этих мин — вовсе не мины. Это устройства, создающие обратную связь в матрице экранов. Они не разрушают экраны, просто ослабляют их, проделывая в них бреши.

Среди членов экипажа на мостике послышался взволнованный ропот. Вейдер поднял взгляд на учителя, но Император, похоже, о чем-то глубоко задумался, едва заметно изогнув в улыбке тонкие губы.

Луитт переходил от одной панели к другой, изучая показания приборов. Когда он наконец заговорил, голос его был полон тревоги:

— Нужно с ними разделаться. Оружейным постам — навести орудия на эти устройства и уничтожить их.

— Вокруг сотни мин, сэр, — заметил офицер-артиллерист. — При ослабленных экранах любой промах может вызвать цепную реакцию взрывов.

— Они не промахнутся! — заявил Луитт.

— Сэр, — вставил дежурный у пульта сканера, — я не могу с точностью вычислить, какая мина обычная, а какая нет. Их слишком много, и они слишком малы.

Капитан судорожно сглотнул, явно почувствовав, что оказался в той же ловушке, что и сам «Губитель». Он обвел взглядом Императора, Вейдера, членов своей команды.

— У этих мин датчики сближения, — добавил еще кто-то. — Если экраны откажут, мины сами подойдут ближе и взорвутся.

Среди команды вновь послышался ропот. «Губитель» не мог сойти с места — но все же надо было двигаться.

— Предлагайте варианты, — сказал Луитт, и экипаж как по команде уткнулся в экраны.

— Запустите свои эскадрильи, — предложил Вейдер. — Я их поведу.

Сколь бы неуютно ни чувствовал себя Луитт в присутствии Вейдера, в критической ситуации это уже не имело значения.

— Конечно, — с облегчением кивнул он. — Истребители смогут точечными выстрелами уничтожить мины.

— Сэр, — срывающимся голосом проговорил дежурный у пульта сканера, — из пояса астероидов летят несколько сотен дроидов-«стервятников». Прямо к нам, сэр!

* * *

— Внимание боевым постам, — объявил Луитт, и тут же взвыли сирены. Вейдер повернулся к Императору, но прежде чем успел произнести хоть слово, учитель сказал:

— Ты намереваешься увести меня в безопасное место — возможно, на мой челнок или в каюту.

Вейдер кивнул. Император часто мог читать его мысли.

— Думаю, я останусь здесь и понаблюдаю за тем, как будут разворачиваться события, — продолжил Палпатин. — Но ты можешь поступать, как считаешь нужным.

— Да, учитель. — Вейдер поклонился и направился к лифту. Неожиданно двери кабины разъехались в стороны, и из них возник испуганный Орн Фри Таа. Большие уши тви'лека обвисли, щеки и живот вздрагивали. Он с тревогой уставился в обзорный экран.

— О небеса! Что случилось?

— Приветствую, сенатор, — проговорил Палпатин, и прежде чем Таа успел ответить, Вейдер махнул рукой, толчком Силы убирая сенатора с дороги. Со стоном ударившись о переборку, тви'лек осел на пол у ног одного из императорских гвардейцев. — Повелитель Вейдер торопится. Извини его.

Войдя в лифт, Вейдер повернулся и воззрился на Таа. Он провожал сенатора взглядом, пока двери не закрылись.

Времени оставалось мало. Как только двери лифта открылись на летной палубе, он поспешил по коридорам «Губителя» и спустился на другом лифте в ангар.

На полетной палубе стройными рядами стояли десятки V-истребителей с уже прогретыми двигателями. Палуба гудела от звука воющих сирен. К кораблям спешили пилоты в летных комбинезонах и десятки пищащих дроидов-механиков. Даже не посмотрев на ведущий в кабину трап, Вейдер с помощью Силы легко запрыгнул в свой перехватчик и скользнул в кресло. Едва он пристегнулся и опустил фонарь, в шлеме послышался голос командира эскадрильи:

— С чем нам предстоит столкнуться, сэр?

— С минами и дроидами-«стервятниками», по меньшей мере.

— Дроиды-«стервятники»? Давно я их не видал, сэр.

— Стартовать по готовности, — приказал эскадрилье Вейдер, когда антигравы вознесли его корабль над палубой. За ним последовали десятки истребителей.

Командир синхронизировал идентификаторы истребителей с компьютером на мостике, чтобы их легко было отличить от приближающихся «стервятников» и мин.

— Старт разрешаю, — объявил офицер на мостике.

— Повелитель Вейдер, — послышался по закрытому каналу голос Луитта, — экраны работают на шестнадцать процентов.

— Понял, капитан, — ответил темный владыка, запуская ионные двигатели, и его перехватчик устремился в открытый космос.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

— Можешь увеличить картинку ангара? — спросил Чам, и Каллон, все так же бормоча себе под нос, выполнил его просьбу.

На одном из настенных дисплеев высветилось изображение ангара в брюхе звездного разрушителя, из которого сквозь светящуюся сеть умирающих защитных экранов вылетали десятки V-истребителей. Чам ожидал их появления. Трети дроидов-«стервятников» предстояло вступить в бой с истребителями, тогда как остальные должны были продолжить возложенную на них миссию.

— Состояние экранов? — осведомился он у Каллона.

Тот покачал головой:

— Слишком далеко, чтобы получить точные данные, но…

На их глазах вспыхнула и исчезла сеть окружавших «Губитель» линий. Экраны отключились.

— Что ж, — Каллон широко улыбнулся и откинулся на спинку кресла, — думаю, точные данные мы все же получили. С экранами покончено.

— Да! — воскликнул Гоби, стукнув кулаком по столу и пролив каф из чашки.

Даже Чам не смог удержаться от улыбки.

* * *

Вейдер увидел, как вспыхивают и исчезают экраны, еще до того, как по каналу связи послышался встревоженный голос Луитта:

— Экраны отказали, повелитель!

В сторону разрушителя, постепенно набирая скорость, плыли десятки мин, а позади них пожирали пространство сотни дроидов-истребителей, устремившись подобно рою к беззащитному кораблю.

Вейдер развернул перехватчик навстречу минам и приближающимся «стервятникам», ощущая от последних куда большую угрозу, чем от мин.

— Прикажите всем батареям стрелять по минам, капитан.

На боевой частоте раздался голос командира эскадрильи V-истребителей:

— Через десять секунд «стервятники» окажутся в пределах досягаемости. До этого — выбирать в качестве целей мины.

Вейдер дал волю сидевшему в глубине души гневу и полностью отдался во власть Силы, руководствуясь исключительно ощущениями. Прицелившись в мину, он выстрелил и, увидев, как та испарилась, пролетел сквозь пламя. Свернув вправо, он прицелился в другую, третью, четвертую, уничтожая по мине каждым выстрелом. От взрывов иногда срабатывали соседние мины, и вскоре пространство вокруг заполнилось множеством одновременных вспышек. Развернув истребитель, Вейдер помчался сквозь возникший хаос.

— Их слишком много, чтобы уничтожить хотя бы половину, — сказал кто-то из пилотов.

— Дроиды приближаются, — доложил командир эскадрильи.

— Оставить мины и атаковать дроидов, — приказал Вейдер.

Вокруг него внушительные орудийные батареи звездного разрушителя прочерчивали черноту космоса лучами ионизированной плазмы. Повсюду рвались мины. Вейдер описал широкий круг, пролетев над мостиком «Губителя» и уничтожая мину за миной, но тех все равно оставалось чересчур много.

Достигнув корпуса звездного разрушителя, первая мина прицепилась к переборке и вспыхнула огненным цветком. За ней рванули еще две, восемь, десять, двадцать. Взрывы выбрасывали в космос длинные языки пламени, и сквозь образовавшиеся дыры вылетали в вакуум космоса обломки и тела. Вейдер живо представил себе пожары, смерть, вой сирен.

Взмыв над огромной пирамидой корабля и почти касаясь надстройки «Губителя», он разрушил три мины, прежде чем те успели прилипнуть к корпусу и направить всю мощь взрыва в переборку корабля, который в итоге получил лишь поверхностные повреждения.

— Дроиды на расстоянии выстрела, — отрапортовал командир эскадрильи. — Перестроиться для атаки.

* * *

Сгорбившись и стиснув зубы, Чам не сводил глаз с дисплеев, на которых сближались противники. Истребители выглядели крошечными на фоне звездного разрушителя, словно мухи-кровососы рядом с лайлеком.

Тьма космоса вокруг «Губителя» осветилась выстрелами и взрывами. Гоби злорадно шипел каждый раз, когда мина ударяла в звездный разрушитель, вызывая пожар.

Чам знал, что доработанные дроиды-«стервятники» Каллона не столь маневренны, как раньше, учитывая их груз и перепрограммированные мозги. Они никак не могли тягаться с V-истребителями, но Чаму требовалась лишь небольшая их часть, чтобы нанести «Губителю» серьезные повреждения.

— Летите, летите, пташки, — прошептал он.

В его ухе пискнул защищенный коммуникатор. Исвал.

— Говори, — тихо сказал он.

— До планеты дошли слухи об атаке. Тут творится настоящий хаос.

— Они перехватывают нашу связь? — спросил Чам.

— Не знаю, но я сижу в ремонтном корабле. Впрочем, вряд ли придется долго ждать.

Чам поднял взгляд на дисплей:

— Помешать нам они уже не успеют.

— Как там дела? — спросила Исвал.

— «Стервятники» приближаются к цели. Вы готовы?

— Мы готовы, — ответила она.

— Буду на связи, — закончил Чам и отключился.

Дисплей осветился вспышками выстрелов — «стервятников» с одной стороны, V-истребителей с другой.

— Поехали! — объявил Гоби.

* * *

Приближающиеся подобно облаку дроиды-«стервятники» одновременно открыли огонь, прочерчивая космическую пустоту красными энергетическими сгустками. Вейдер развернул перехватчик от «Губителя», горевшего от взрывов десятков мин, и понесся навстречу «стервятникам». Пространство вокруг заполняли энергетические лучи — сплошные зеленые со стороны «Губителя» и прерывистые красные со стороны дроидов.

Темный владыка вновь отдался во власть Силы, ловко уворачиваясь от выстрелов. Когда перехватчик и его ведомые оказались вблизи от «стервятников», те рассеялись во всех направлениях. Прицелившись, Вейдер уничтожил одного из них, затем, круто свернув вправо, выстрелил в другого.

Около трети дроидов вступили в бой с V-истребителями, остальные продолжали двигаться в сторону «Губителя». Вейдер слышал по каналу связи переговоры пилотов эскадрильи, выбиравших цели и прикрывавших друг друга с флангов.

Выбрав один из дроидов, Вейдер взял его в прицел, одновременно пытаясь оторваться от преследователей. «Стервятники» летали медленно и неуклюже, и что-то в них показалось Вейдеру странным. Их модифицировали, внезапно осознал он. У каждого на брюхе имелась выпуклость — дополнительный отсек или некое оружие, — что намного снижало их маневренность.

Заинтересовавшись, он приблизился к одному из дроидов, тщательно прицелился и выстрелил, снеся одну из гондол на крыльях. Дроид закувыркался, потеряв управление, и центробежная сила начала разрывать его на части. На глазах у Вейдера отсек на брюхе дроида развалился, показав содержимое.

В космос высыпались сотни металлических шаров. Вейдер толкнул ручку от себя, бросив перехватчик вниз, но не сумел полностью избежать обстрела шрапнелью. Шары ударялись о его корабль, прилипая к нему, и только тогда он понял, что это вовсе не шрапнель, а дроиды-пильщики. Магнитные шарики выпустили ноги и глазные стебельки и поползли по крыльям и фюзеляжу истребителя, выбирая наиболее уязвимые места.

Круто свернув влево, Вейдер уклонился от выстрела висевшего на хвосте «стервятника», уничтожил выстрелом другого и, призвав Силу, волной кинетической энергии отогнал дроидов от своего корабля. Не в силах сопротивляться, они разлетелись в разные стороны и, к его удивлению, взорвались. Мощности взрывов вполне хватило, чтобы корабль качнуло и закрутило взрывной волной. Пока он оставался беззащитен, еще один «стервятник» подобрался к нему сзади и выстрелом зацепил крыло, прежде чем ему удалось выровнять корабль и стряхнуть с хвоста преследователей.

— «Стервятники» несут груз взрывающихся дроидов-пильщиков, — сообщил в микрофон Вейдер. Оглянувшись, он увидел десятки набитых взрывчаткой «стервятников», летевших прямо к звездному разрушителю.

— Постарайтесь не подпустить их к «Губителю», — приказал командир эскадрильи остальным пилотам, сразу же поняв возможные последствия.

Навалившись на ручку, Вейдер развернул корабль кругом и устремился обратно к «Губителю», но уже стало ясно, что он опоздал. Десятки дроидов испарились в испепеляющем огне со стороны звездного разрушителя, и немало их уничтожили более маневренные V-истребители, но многим удалось пробиться.

Тем временем облака дроидов-пильщиков, переживших гибель носителей, свободно парили в пространстве, покачивая ногами и глазными стебельками. Вейдер увидел, как несколько их прицепились к одной из имперских машин, среди которых они пролетали, и поспешно поползли по крыльям и фонарю кабины. Там они и взорвались, разнеся кабину вдребезги.

Вейдер прибавил скорость и помчался прямо к их облаку, призывая на помощь Силу. Хватило одного жеста и усилия воли, чтобы несколько свободно парящих Дроидов-пильщиков врезались друг в друга и взорвались, расчищая ему путь. Прицелившись в очередного Дроида-«стервятника», прежде чем тот успел достичь

«Губителя», он повторил его маневр влево, затем вправо и выстрелом превратил дроида в огненное облако.

Как и ожидалось, «стервятники», приблизившись к звездному разрушителю, принялись за обстрел, но не стали сбрасывать скорость, чтобы увеличить маневренность. Они продолжали лететь с максимальным ускорением, явно намереваясь врезаться в корабль и высвободить свой груз. Вейдер уничтожил еще одного дроида, потом еще, но со всеми он справиться не мог, и уцелевшие «стервятники» на полном ходу врезались в корабль.

Над командной надстройкой «Губителя» поднялись чудовищные столбы пламени. Круто свернув влево, Вейдер сбил еще одного «стервятника». Он вполне мог представить, что творится сейчас внутри звездного разрушителя, в коридорах которого взрывались крошечные бомбы.

Два «стервятника» направлялись прямиком к генератору защитных экранов. Вейдер уничтожил оба, но выплывшие из пламени дроиды-пильщики устремились к генератору и взорвались. Еще один «стервятник» вонзился в полетную палубу, другой угодил рядом с мостиком. Многие попали в орудийные башни или соседние с ними участки обшивки, уничтожая вооружение корабля. Звездный разрушитель содрогался от взрывов, источая огонь, обломки и трупы из десятков «ран».

Пролетая под кораблем в поисках новых целей, Вейдер увидел несущуюся к «Губителю» новую волну «стервятников». По каналу связи слышались ругательства и потрясенные возгласы пилотов эскадрильи V-истребителей.

— Всем сосредоточиться! — рявкнул командир эскадрильи. — Уничтожить как можно больше, прежде чем они доберутся до корабля!

Вейдер вместе с эскадрильей развернулся кругом и открыл огонь по «стервятникам». Взорвался один, потом второй. А справа от него рванул V-истребитель, попавший под выстрел дроида.

* * *

Даже Каллон перестал бормотать и широко улыбался, глядя, как горит «Губитель». Гоби, который уже не мог усидеть на месте, возбужденно расхаживал туда-сюда, не сводя глаз с дисплея.

Но Чам намного лучше, чем его соратники, понимал, что корабль способен выдержать и не такие повреждения. Они ранили его, убили сотни, а может, тысячи имперцев, но ни в коей мере его не уничтожили.

— Орудия вышли из строя! — воскликнул Гоби. — Он беззащитен! Прикончим его!

— Вторая волна, Каллон, — приказал Чам, и инженер, вновь что-то бормоча под нос, послал команду второй волне «стервятников», которых Чам держал в резерве.

Из пояса астероидов в сторону корабля устремилась очередная сотня с лишним автоматических кораблей, тяжело нагруженных дроидами-пильщиками со взрывчаткой. С робкой надеждой глядя им вслед, Чам дважды сжал зубы, чтобы активировать имплантированный в ухо крошечный коммуникатор.

— Возможно, ваша помощь все же не понадобится, — передал он Исвал. — Все идет по плану.

— Надеюсь, ты прав, — слегка разочарованно ответила она. — Но мы готовы.

* * *

Исвал расположилась в кресле второго пилота приземистого ремонтного корабля, стоявшего на просторной подземной площадке на Рилоте. Рядом в пилотском кресле возился с компьютером Эшго.

Сопротивление сумело заслать свои команды на борт трех ремонтных челноков, и теперь они просто ждали. Исвал хотелось встать и пройтись, но для этого не нашлось бы места. Тесное пространство корабля полностью занимали антигравитационная тележка с инструментами и остальные члены команды — Эшго, Дрим, Крост и Фейлин, единственный человек в их группе.

Чам утверждал, что все идет по плану. Если действительно так — а когда планы составлял Чам, иначе обычно и не бывало, — то вскоре должен был последовать вызов. Если «Губитель» горел — а она страстно на это надеялась, — ему наверняка требовалась помощь не только со стороны Империи.

На площадке стояли несколько десятков других ремонтных кораблей, между которыми перемещались дроиды и инженеры с инфопланшетами, проверяя состояние челноков. Бортовой приемник был настроен на аварийную частоту Рилота.

— Пока ничего, — сказал Эшго.

— Их положение пока не настолько отчаянное, чтобы звать на помощь тви'леков, — заметила Исвал, глядя в иллюминатор. — Но оно таким станет, рано или поздно.

Им не оставалось ничего другого, кроме как ждать. А Исвал терпеть не могла ожидание.

* * *

Вейдер смотрел на приближающуюся волну дроидов-«стервятников».

— Оставайтесь на месте, командир, — велел он. — Вся эскадрилья. Уничтожать любые корабли, которые сумеют пройти мимо меня.

— Но, сэр…

— Выполняйте приказ, командир.

— Так точно, повелитель Вейдер.

По каналу связи послышался взволнованный голос капитана Луитта. На заднем фоне завывали сирены.

— Господин, вряд ли мы переживем очередную атаку дроидов-«стервятников».

— Вам и не понадобится, — ответил Вейдер и оборвал связь.

Полностью отдавшись во власть Силы и обратив собственный гнев в оружие, он устремился прямо к дроидам.

* * *

Радость в командном центре сменилась тишиной — никто не осмеливался задать вопрос вслух, пока наконец не заговорил Гоби:

— Что это за корабль отделился от остальных? V-истребитель или какой-то другой? Что он делает?

Чам не мог отличить один истребитель от другого, но у него не оставалось никаких сомнений в том, кто сидит за приборами этого корабля.

«Он не человек», — утверждала не так давно Исвал, и Чам отчасти в это верил.

— Похоже, вы нам все-таки понадобитесь, — признал он, вновь выходя с ней на связь.

— Что происходит? — возбужденно спросила тви'лека.

Чам неуверенно покачал головой:

— Вейдер. Я думал, что нам, возможно, повезло, но… в общем, будьте наготове.

* * *

Когда Вейдер оказался в пределах досягаемости «стервятников», весь рой тотчас же открыл огонь, обстреливая его со всех сторон. Опутанный Силой, он интуитивно рассчитывал углы, скорости и направления, взмывая вверх и падая вниз, крутясь и кувыркаясь среди огненного шторма, где любая ошибка в несколько миллиметров могла стоить жизни. В ответ он не стрелял — его оружием были не бластеры. Сосредоточившись на ведущих дроидах-«стервятниках», он потянулся к Силе.

Усилием воли и легким жестом руки он вспорол брюхо трем «стервятникам», и в космическое пространство хлынули крошечные взрывчатые дроиды-пильщики. Многие из летевших следом «стервятников», не сумев отвернуть, столкнулись с пильщиками, и взрывы превратили в обломки десятки тех и других.

Ухватив еще одного «стервятника», Вейдер вспорол брюхо и ему, затем следующему. Космос заполнили бесчисленные мелкие взрывы, творя хаос среди роя кораблей врага. Вейдер пролетел сквозь них и дальше, продолжая уворачиваться от огня бластеров. Круто развернувшись, он бросился в погоню за летящими к «Губителю» уцелевшими дроидами, которых осталось не больше десятка.

— Не подпускайте никого из отставших! — крикнул Вейдер командиру эскадрильи, набирая скорость.

Когда дроиды-«стервятники» оказались между Вейдером и остальной эскадрильей, он поднялся выше, избегая перекрестного огня и наблюдая за перестрелкой V-истребителей и дроидов. Дроиды уничтожили два V-истребителя, но остальная эскадрилья быстро разделалась с оставшимися «стервятниками». Во все стороны разлетались языки пламени, обломки и облака дроидов-пильщиков.

— Отличная работа, командир, — похвалил Вейдер. — Удерживайте периметр. Я возвращаюсь на «Губитель».

Огромный клин надстройки звездного разрушителя горел в десятках мест по всей длине. В корпусе, словно разинутые пасти, зияли дыры с рваными краями.

Влетев в заполненный дымом посадочный отсек, Вейдер увидел всю картину царивших там разрушений. Повсюду пылало пламя, из разорванных труб сочились газы и жидкости. Везде сновали члены команды, кто-то в кислородных масках, кто-то задыхаясь от дыма. В разных местах сражались с огнем дроиды, автоматические системы пожаротушения и группы пожарных, но с большей частью возгораний никто не боролся — повреждений было намного больше, чем в состоянии был устранить экипаж. Им требовалась помощь. Среди обломков валялись тела и их фрагменты. На посадочной площадке горели корабли, в том числе челнок Императора.

При виде этой картины у Вейдера возникло подозрение, что его учитель предвидел многое из случившегося. Но даже если так, он никак не пытался этому помешать.

Посадив корабль, темный владыка откинул фонарь, выпрыгнул наружу и зашагал среди побоища и дыма. Посадочный отсек усеивали разбитые дроиды-механики, останки истребителей и куски взорвавшихся «стервятников». От обломков поднимался дым, выли сирены тревоги. Вейдер поспешил в сторону мостика.

По всему кораблю он видел и слышал то же самое — крики бегавших туда-сюда членов команды, стоны раненых, дым и пламя, хаос, суматоху.

С каждым шагом его все больше охватывал гнев.

Сердце Белкора, находившегося внутри своих покоев, отчаянно билось, а лицо блестело от пота. Он глубоко вздохнул, и тут зажужжал его комлинк.

— Полковник Белкор слушает.

— Сэр, вам следует немедленно прибыть в центр связи. «Губитель» подвергся нападению.

Белкор уже давно отрепетировал ответ.

— Иду, — сказал он с надлежащей тревогой в голосе. — Каково состояние «Губителя»?

— Пока неизвестно, сэр. Подробности не поступали. Ждем известий.

Отключив связь, Белкор разгладил форму, поправил фуражку и, придав лицу невозмутимое выражение, направился в центр связи. По коридорам базы спешили мужчины и женщины в униформе. Стук сапог по голому полу громко отдавался в ушах Белкора, мысленно повторявшего слова, которые он собирался сказать Морс.

При его приближении прозрачные двери центра связи раздвинулись, и он услышал обрывки лихорадочных переговоров. Замещавший Белкора в его отсутствие подполковник поспешил навстречу, кивая в ответ на реплики в коммуникаторе у него в ухе.

— Докладывайте, — приказал Белкор, чувствуя слабость в ногах.

— «Губитель» подвергся удару в момент входа в систему, сэр.

— Удару? — вновь выдал заранее отрепетированный ответ Белкор. — Каким образом? С чьей стороны?

— Похоже на террористов, сэр, но мы пока точно не знаем.

— Каково его состояние?

Он ожидал услышать, что корабль уничтожен, но ошибся.

— Он серьезно поврежден, сэр.

От удивления Белкор едва не сбросил маску.

— Что значит — поврежден? Я думал… — Вовремя спохватившись, он добавил: — По крайней мере, хорошие новости. Продолжайте.

— Судя по имеющимся у нас данным, он действительно серьезно поврежден. Сообщения продолжают поступать. Корабль сильно накренился и горит. Если сведения точны — похоже, его атаковал целый рой мин и старых дроидов-истребителей. Атаковавшие корабли уничтожены, но «Губитель» нуждается в помощи при тушении пожаров и ремонте.

— Соедините меня с моффом Морс.

— Слушаюсь, сэр.

Белкор ощутил тихую вибрацию шифрованного комлинка у себя в кармане — его вызывал Чам. В первый раз он проигнорировал вызов, во второй тоже, но на третий огляделся, отошел в угол и поднес комлинк к уху.

— Да, — сказал он, делая вид, будто разговаривает с кем-то из имперских офицеров. — Да, я слышал. Невероятно.

— Прикажи всем доступным ремонтным кораблям, в том числе не принадлежащим Империи, лететь на помощь «Губителю», — велел Чам.

Подавив злость, Белкор изобразил фальшивую полуулыбку.

— Вряд ли это возможно. Вы не сделали того, что Должны были сделать.

Подполковник махал ему рукой — видимо, он соединился с моффом Морс. Белкор дал ему знак подождать.

— Сделай это, Белкор. Немедленно. Корабль горит и будет уничтожен. Действуй.

От ярости на Чама, имевшего наглость помыкать им, Белкор на мгновение лишился дара речи.

— Посмотрим, что удастся сделать, — наконец проговорил он сквозь зубы и, прервав связь, поспешил к подполковнику.

— Мофф на связи, — известил тот.

— Я поговорю с ней в комнате для совещаний, — ответил Белкор.

— Да, сэр.

Собравшись с духом, Белкор шагнул в тишину комнаты для совещаний. Он включил приемник, и над треугольным столом возникла голограмма Морс. Полковнику сразу не понравились ее отглаженная форма и ясный взгляд.

— Мофф Морс, — начал он. — «Губитель» подвергся нападению при…

— Я уже слышала! — рявкнула женщина. Лицо ее побагровело от гнева, прядь черных волос повисла над бровью. — И мне хотелось бы знать, каким образом целая флотилия бунтарей сумела незаметно занять позицию на краю системы?

— Как вам известно, наши ресурсы ограниченны. Обычно мы не патрулируем столь дальние рубежи.

— Я не об этом спрашиваю, полковник! Для начала я хотела бы знать, как они вообще там оказались!

На самом деле Белкор перераспределил патрули и полетные разрешения таким образом, чтобы Чам смог вывести свои корабли на позиции, но из осторожности воспользовался кодом допуска Морс. В самих изменениях не было ничего подозрительного — маршруты патрулей менялись постоянно в ответ на поступающие данные разведки. Но в случае подозрений расследование указало бы на моффа. Естественно, то были бы лишь слова Белкора против слов Морс, но полковник находился в более выгодном положении. Он мог подтвердить, что Морс страдает зависимостью от спайса, обманным путем присваивает доходы от имперских горных разработок, водит шашни с известными криминальными элементами вроде хаттов и уклоняется от ответственности, взвалив управление Рилотом на плечи Белкора, в то время как он, преданный офицер Империи, пытается сделать все возможное, чтобы исполнить свой долг.

— Я выясню, что случилось, и привлеку виновных к ответственности, — пообещал Белкор. — А пока предлагаю незамедлительно послать все доступные ремонтные корабли на помощь «Губителю».

— Да, да, — махнула рукой Морс. — Действуйте. Что?

— Прошу прощения?

Но Морс обращалась не к нему, а к кому-то из своих подчиненных, кого Белкор видеть не мог. Пока мофф была занята разговором, Белкор открыл дверь и крикнул подполковнику:

— Всем доступным ремонтным кораблям, включая не принадлежащие Империи, приказано лететь на помощь «Губителю». Немедленно.

— Есть, сэр! — ответил подполковник и начал отдавать распоряжения.

Белкор вернулся к столу и к Морс, продолжавшей разговаривать с кем-то невидимым. Что-то явно изменилось — мофф словно обмякла, ее лицо осунулось, взгляд был полон страха.

— Мне требуется подтверждение, — дрожащим голосом проговорила женщина, обращаясь к собеседнику. — Как можно быстрее.

Что-то в ее голосе встревожило Белкора.

— Мофф? — осторожно спросил он.

Морс сглотнула, откашлялась и села.

— Белкор… сообщают, что на борту «Губителя» находятся Император и повелитель Вейдер.

У полковника перехватило дыхание, словно от удара в живот, и он на миг лишился дара речи. Он уперся ладонями в стол, чувствуя, как подкашиваются ноги.

— Что?.. Император?

— И это случилось прямо у тебя под носом, — еле слышно проговорила Морс. Голос ее был полон ужаса.

— У нас под носом, — поправил Белкор. — У нас под носом, госпожа мофф.

Морс промолчала.

Мысли в голове Белкора лихорадочно метались. Знал ли об этом Чам? Откуда он мог знать?

Наверняка знал. Чаму все было известно с самого начала, и он с самого начала обманывал своего имперского сообщника, а теперь Белкор слишком глубоко увяз, и ему придется отвечать за…

— Полковник! — вернул его к реальности голос Морс.

— Да, госпожа?

— Отправь туда сопровождение и ремонтные корабли, Белкор. А я прилечу на Рилот.

— Конечно, — рассеянно проговорил Белкор, отключая голограмму. — Конечно прилетишь.

Схватив голопроектор, он с размаху ударил им по столу раз, другой, пока тот не разлетелся на части. Он чувствовал, что все находившиеся в главном зале центра связи сейчас буравят взглядами его спину, но ему было все равно. Какое-то время он просто сидел, тяжело дыша и не в силах собраться с мыслями. Вейдер. Император.

Он попытался взять в толк, как ему теперь быть и как выбраться из ямы, которую он сам себе выкопал. Можно было бежать — подобное уже приходило ему в голову раньше. Просто убраться с планеты, найти себе какое-нибудь укрытие подальше во Внешнем кольце и…

И тем не менее он понимал, что ничего не выйдет. Если Вейдер и Император погибли и выяснится, что он сбежал, Имперская служба безопасности станет выслеживать его по всей вселенной, — а ИСБ всегда находила тех, за кем охотилась. А если Вейдер и Император живы и выяснится, что он сбежал, Вейдер выследит его сам.

Иного выхода, кроме как довести дело до конца, у него просто не оставалось.

Встав, он глубоко вздохнул, разгладил форму и направился обратно в главный зал связи. Устремленные на него взгляды тут же уткнулись в приборные панели. Белкор посмотрел на стоявшего у самых дверей подполковника, и тот вытянулся в струнку.

— Обеспечьте ремонтным кораблям сопровождение из истребителей. Немедленно. Я… скоро вернусь. Нужно кое-что проверить.

— Есть, сэр, — ответил подполковник и чуть ли не бегом бросился к ближайшему связисту.

Судорожно сглотнув, Белкор прошел через центр связи в коридор, потом в лифт и наконец оказался в туалете для офицеров, где и остановился, прислонившись спиной к двери. В туалете никого больше не было, и он заперся изнутри, усилием воли разжимая стиснутые зубы и кулаки.

Вейдер и Император. Вейдер и Император.

Зажужжал его шифрованный коммуникатор — Чам снова вышел на связь. Он выхватил аппарат из кармана, сжав столь сильно, что тот выскользнул из руки и Упал на пол. Выругавшись, Белкор подобрал его и поднес к уху.

— Сволочь, — проговорил он. — Ты хоть понимаешь, что наделал?

— Успокойся, Белкор.

— Что значит — успокойся? Ты пытался убить… — Спохватившись, он перешел на шепот: — Ты пытался убить Императора и Вейдера.

— Я действительно намерен убить Императора и Вейдера, — подтвердил тви'лек. — И ты мне в этом поможешь.

Белкор с трудом сдерживал злость, и, видимо, Чам понял причину его молчания.

— Поможешь, Белкор. Придется. Нападение уже случилось, и ты в нем замешан. Тебе некуда бежать…

Белкор прервал связь, чувствуя, как отчаянно бьется сердце и намокает от пота форма. Он начал расхаживать по туалету, пытаясь привести в порядок мысли, и тут в кармане снова зажужжал шифрованный коммуникатор.

— Дерьмо! Вот дерьмо! — выругался Белкор, принимая вызов.

— Молчи, полковник, — бросил Чам, произнеся звание Белкора словно оскорбление. — Просто слушай. Я говорил, что выдам тебя, если ты не поможешь, и я это сделаю. Обязательно. Но теперь тебе некуда деться. Ты отдал приказ спасательным кораблям? Говори!

— Да, — сдавленно ответил Белкор.

— Хорошо. Теперь слушай. Вейдер, Император и Таа сегодня умрут. От тебя ничего больше не требуется, кроме как координировать ремонтно-спасательную операцию — чем ты и так бы занимался. Как видишь — ничего подозрительного. Понял? Слышишь меня, Белкор?

— Да, — с трудом проговорил полковник, словно извлекая ответ из глубин собственных внутренностей. — Морс прилетает на Рилот.

— Это ничего не меняет, — помолчав, ответил тви'лек. — Действуй так, как мы только что обсудили. И держи коммуникатор под рукой — на случай, если мне понадобится что-нибудь еще. Все решится в ближайший час.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Спрятав в карман шифрованный коммуникатор, Чам вернулся в командный пункт. Никто даже не обернулся — все взгляды были устремлены на дисплеи, где «Губитель» горел, но все еще продолжал мчаться на полной скорости к Рилоту.

Чам в сущности и не рассчитывал уничтожить «Губитель» с помощью «стервятников», хотя у него и начал пробиваться лучик надежды, пока не вмешался Вейдер. Стиснув зубы, он активировал приватный канал связи с Исвал.

— Вступает в действие вторая часть плана, — сказал он достаточно громко, чтобы слышали другие, и на этот раз все повернулись к нему. — Еще несколько секунд, и имперцы объявят тревогу. Твоя очередь, Исвал. «Губитель» горит, но летит прямо к Рилоту.

— Принято, — ответили на том конце.

— Удачи, — пожелал Чам.

Каллон, Зира и Гоби воззрились на него, озадаченно хмурясь. D4 вопросительно пискнул.

— Есть и вторая часть? — высказал вслух общую мысль Каллон.

— Есть, — кивнул предводитель, до этого не посвящавший их во все детали.

— Да! — воскликнул Гоби.

Чам уставился на него, дожидаясь, пока не пройдет его неоправданная эйфория.

— Что? — спросил Гоби. — Я что-то не так сказал?

— Это не игра, — ответил Чам, думая о том, какой опасности сейчас подвергается Исвал. — Не понимаешь? Там гибнут живые существа.

— Чужие, не наши, — слабо возразил соратник.

— Пока да, — сказал Чам. — Будем надеяться, что так оно и останется. Но в любом случае это не игра.

— Конечно, — пробормотал Гоби, краснея от смущения. — Верно.

Предводитель посмотрел на дисплеи. Происходящее теперь никак от него не зависело — начиналась самая опасная часть плана.

* * *

Исвал переглянулась с Эшго. Тот кивнул, и они стали ждать сигнала.

— Всем кораблям — идти на помощь терпящему бедствию флагману Империи, — почти сразу послышалось из динамика.

Ремонтный корабль восемьдесят три, вас понял, — отрапортовала Исвал.

Вокруг на причале спешили к своим челнокам тви'лекские ремонтные команды. Другие корабли уже подымались в воздух на антигравах.

Заморгал дисплей бортового компьютера — это начали поступать из центра необходимые подробности, разрешения на взлет и рабочие задания. Исвал дождалась, когда подойдет их очередь, и Эшго поднял корабль в воздух.

— Мы взлетаем. Что у вас? — спросила Исвал по шифрованному комлинку на запястье, обращаясь к двум экипажам поддержки.

— Мы уже в воздухе, — последовал ответ.

— Ждем разрешения, — послышался другой.

— С этой секунды — полная тишина в эфире.

— Принято, — ответили оба. — Удачи.

— Принято, — бросила через плечо Исвал, отключая связь.

Дрим, Фейлин и Крост эхом повторили ее слова.

Как только корабль оказался в воздухе, Эшго набрал максимальную скорость для полета в атмосфере. Сухая каменистая поверхность Рилота быстро ушла вниз, а еще через несколько мгновений угасающий свет планеты сменился темнотой открытого космоса.

— Вышли из атмосферы, — сообщил Эшго, сверяясь с приборами. — Разгоняемся до полной скорости. Расчетное время прибытия — меньше чем через час.

В космосе парила целая флотилия ремонтных кораблей — в основном рилотских, хотя среди них было и несколько имперских, — и все направлялись к поврежденному звездному разрушителю. Когда они проходили мимо лун Рилота, взгляд Исвал задержался на маленьком каменистом спутнике, где, как ей было известно, прятались на одной из долговременных подземных баз Чам и другие члены Сопротивления. К флотилии ремонтников присоединились в качестве сопровождения V-истребители с имперских баз на крупнейшей из лун — луне моффа.

Стиснув зубы, Исвал активировала приватную связь с Чамом.

— Как раз пролетаем мимо тебя. Скоро выйдем за орбиты лун, и я потеряю с тобой связь.

— Лети и возвращайся, Исвал. Как можно быстрее. Скорость — твой союзник.

Тви'лека кивнула в ответ:

— Слышно какие-нибудь имперские разговоры про Вейдера и Императора?

— На всех частотах сообщают, что они были на борту, но никто точно не знает, живы ли они. «Губитель» мчится к Рилоту и уже преодолел пояс астероидов.

— А что насчет Таа?

— Судьба Таа никого не волнует, кроме нас, — усмехнулся Чам. — Но в данный момент он не имеет значения.

В ухе Исвал послышался треск — связь начала пропадать. Чам что-то сказал, но она не смогла разобрать.

— Что?

— Продумай пути к отступлению, Исвал. Поняла?

— Поняла, Чам, — улыбнулась она. Как будто он мог сказать что-то другое.

Вся флотилия продолжала пересекать систему.

— Вижу его. — Эшго показал на дисплей, где на границе поля видимости сканера мерцала крошечная точка. — Имперский крейсер.

На глазах у Исвал «Губитель» превратился в пятнышко, затем в пятно покрупнее и наконец в клин. Она наклонилась вперед, глядя на все увеличивающийся в размерах корабль. Фейлин, Дрим и Крост приподнялись со своих мест в грузовом отсеке, глядя над головами сидевших в креслах пилотов Исвал и Эшго.

Дрим присвистнул. Фейлин выругалась. Крост выдохнул. Из-за перенапряжения он дышал невероятно тяжело.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросила его Исвал.

— Я? Превосходно, — ответил Крост, тряхнув лекку.

— Да, он серьезно пострадал, — проронил Эшго, имея в виду корабль.

— Это точно, — кивнула Исвал, приободрившись при виде основательно потрепанного «Губителя».

— Только взгляните на эти пожары, — заметил Дрим. — «Стервятники» неплохо поработали.

— А теперь поработаем мы, — сказала тви'лека, и все кивнули в ответ.

Плавные обводы корабля нарушала зияющая дыра с обугленными рваными краями на месте переднего посадочного отсека, напоминавшая гигантскую, готовую поглотить звезды пасть. На борту звездного разрушителя пылали десятки пожаров, а ведь с такого расстояния Исвал не могла разглядеть и четверти. Она представила себе множество разрушений, которые произвели внутри корабля доработанные дроиды-пильщики Каллона — по крайней мере, она на это надеялась.

Ее радовала мысль о том, сколько имперцев уже погибло.

— Будут и еще, — пробормотала она.

— Что? — переспросил Эшго.

— Ничего. Разговариваю сама с собой.

— Превращаешься в Каллона? — пошутил Эшго. — Тоже бормочешь себе под нос?

Тви'лека улыбнулась.

От причиненных дроидами-«стервятниками» повреждений надстройка почернела по всей длине. Взрыв превратил носовую матрицу датчиков в искореженный металлический обрубок, бесполезно вращавшийся на своих опорах. Но несмотря на повреждения, корабль продолжал быстро скользить в космическом пространстве. Вокруг него, разбрызгивая пену, уже кружила беспорядочная мешанина пожарных кораблей всех форм и размеров, как имперских, так и тви'лекских. Прибывающие челноки поменьше ложились на курс параллельно звездному разрушителю, выравнивая с ним скорость.

— Они спешат к Рилоту, — указала Фейлин.

— Мне кажется, они чувствуют себя беззащитными, — заметил Эшго. В ответ на его язвительную реплику все улыбнулись, но смеяться никто не стал.

Исвал никогда еще не подлетала так близко к звездному разрушителю, и когда флагман заполнил все поле зрения, размер его по-настоящему потряс тви'леку, хотя и не вызвал у нее страха. Если движение Сопротивления собиралось нанести критический удар по Империи, не оставалось иного выхода, кроме как атаковать. И чтобы всерьез ей навредить, требовалось убить побольше имперцев. Что важнее — требовалось покончить с Вейдером и Императором. Взгляд Исвал переместился к мостику, где, как она представляла, находились они оба — если еще оставались живы.

— Всем сосредоточиться, — велела она своей команде, и все кивнули, хотя тоже смотрели на звездный разрушитель, широко распахнув глаза.

По каналам связи слышались разговоры и приказы, которые команда звездного разрушителя передавала прибывающим ремонтным кораблям. Исвал спокойно ждала вызова, и тот не замедлил произойти уже через несколько секунд.

— Ремонтный корабль восемьдесят три с Рилота, — ответила она.

— Направляйтесь к причалу сорок пять А. — Далее последовали инструкции для навигационного компьютера.

Исвал быстро проверила, что причал 45А находится в кормовой части, слишком далеко от их цели, и снова вышла на связь.

— Э-э… говорит ремонтный корабль восемьдесят три. Сэр, у меня на борту команда специалистов. Нам поручили помочь при ремонте двигателей.

— Ремонтный корабль восемьдесят три, у меня нет никаких указаний на этот счет.

— Сами понимаете, сэр, на планете сейчас полный хаос. Пришел вызов, и мы стартовали. Приказы и декларации сейчас не главное. Главное — чтобы «Губитель» мог продолжать полет. И моя команда лучше всего сможет помочь в машинном отделении.

— Понял, ремонтный корабль восемьдесят три. Гм… тогда причал двести шестьдесят шесть R.

Проверив местоположение причала, Исвал убедилась, что он находится возле машинного отделения и не слишком далеко от камеры гиперпривода.

— Двести шестьдесят шесть R, — повторила она. — Спасибо, мостик.

— Полетели, — бросил Эшго.

Исвал ощутила произошедшую в ее команде перемену — все напряженно сгорбились, явно нервничая. Впрочем, и она чувствовала себя так же. Пожалуй, стоило их чем-то занять.

— Еще раз проверить снаряжение, оружие и взрывчатку. Всем вооружиться, но так, чтобы ничего не было видно. Дышим глубже, народ.

Пока команда без каких-либо возражений занималась делом, Эшго направлял корабль к причалу 266R. Исвал просмотрела информацию в компьютере, решив выяснить, к каким причалам направились две отвлекающие команды, и запомнила их номера.

Тем временем бортовой компьютер уравнял их скорость со звездным разрушителем. Развернув корабль, Эшго подвел челнок кормой к стыковочному узлу причала 266R. Ремонтный корабль состыковался с «Губителем», и вспыхнул зеленый огонек, подтверждая герметичность соединения.

— Больше никаких хиханек, — проинструктировала Исвал команду. — Рабочие выражения лиц.

В ответ все с серьезным видом кивнули. Тви'леки покачали лекку.

— Пошли, — бросила она.

Взявшись за рулевую колонку антигравитационной тележки с множеством отделений, в которых обычно хранились запчасти и инструменты, она открыла люк.

В уши ударил вой сирен, непрекращающиеся голоса по внутренней корабельной связи, шум в заполненном людьми коридоре. За звуками последовали запахи — вонь горящего пластика, обугленной плоти, едкий смрад жженой изоляции.

Вдоль всего широкого коридора безвольно свисали со стен компьютерные терминалы, из болтающихся проводов сыпались искры. По коридору спешили им-перцы в униформе, поодиночке и группами, что-то с ошеломленным видом наговаривая в наручные коммуникаторы. У стены лежали несколько раненых, кровь пятнала их форму и чистый белый пол. Среди всеобщего хаоса метались дроиды-мыши на колесиках. Глаза ел висевший под потолком дым, с которым так и не сумела справиться вентиляция.

— Эй, ты! — окликнул ее какой-то офицер.

У Исвал сильнее забилось сердце, но выражение лица оставалось по-прежнему спокойным. Офицер — рыжий веснушчатый парень — держал в руке инфо-планшет. Он что-то сказал в наручный коммуникатор, пока она разворачивала в его сторону антигравитационную тележку, и ее команда последовала за ним.

Из бокового коридора вышла группа штурмовиков и устремилась в их сторону. На мгновение застыв, Исвал потянулась к оружию, но прежде чем она успела выхватить бластер, штурмовики пробежали мимо, направляясь дальше. Моргнув, она попыталась взять себя в руки, притворившись, будто нашаривает инструмент.

— Документы, — потребовал офицер.

Обойдя тележку, она протянула свой планшет, в котором содержались их поддельные данные, надеясь, что он не станет слишком подробно их изучать.

— Ремонтный корабль восемьдесят три. Ремонт двигателей. Мы…

— Хорошо, хорошо. — Мимолетно взглянув на ее планшет, он что-то ввел в свой, затем нахмурился и махнул рукой стоявшему напротив младшему офицеру: — Лейтенант Грольт, препроводите ремонтную команду…

— Сэр, мы знаем, куда идти, — вставила Исвал.

Офицер продолжал, словно ее не слыша:

— Препроводите ремонтную команду в машинное отделение.

Худой, словно хлыст-дерево, лейтенант Грольт напомнил Исвал офицера, которого она почти до смерти избила в Октагоне. Судя по выражению его посеревшего лица, атака на «Губитель» изрядно пошатнула его представления о мире. Прежде он, как и все на звездном разрушителе, чувствовал себя неуязвимым на его борту, и Исвал была только рада, что теперь он полностью беззащитен и охвачен тем же страхом, в котором постоянно жили она сама и все тви'леки.

— Есть, сэр. — Грольт отдал честь. — Следуйте за мной, — сказал он Исвал и ее команде, после чего быстро зашагал сквозь царящий вокруг хаос. Исвал уставилась ему в затылок, размышляя, каким образом будет проще его при необходимости прикончить.

Антигравитационная тележка помогала прокладывать путь в заполненном людьми коридоре. Картина по всему кораблю была одной и той же — серьезные повреждения, пожары, сирены, жертвы, дым и куда-то спешащий экипаж, не обращавший на других почти никакого внимания.

Исвал на ходу сверялась с приблизительной схемой звездного разрушителя, которую держала в памяти. Они были почти у цели, и требовался отвлекающий маневр. Она многозначительно взглянула на Эшго, и тот едва заметно кивнул.

— Собственно, отсюда мы дорогу знаем, лейтенант, — обратилась она к Грольту. — Наверняка у вас и без нас хватает дел.

Он даже не обернулся.

— Я выполняю задание, тви'лека, — бросил он. Она наконец смирилась с тем, что его придется убить.

— Конечно, — ответила она и кивнула Эшго.

Подойдя к лифту, они набились в кабину. Исвал развернула антигравитационную тележку таким образом, что та заполняла собой лифт, и Грольт нажал на пане-ли управления кнопку с номером 29.

Когда в лифт попытался втиснуться еще один им-перец, Эшго преградил ему дорогу.

— Простите, простите, — забормотал он, словно пытаясь посторониться.

Исвал толкнула обоих антигравитационной тележкой.

— Прошу прощения, — сказала она, — но, похоже, места больше нет, сэр. Эта тележка… — Она беспомощно пожала плечами.

— Извините, — сказал Грольт офицеру.

— Подожду, — ответил тот, отступая назад и отдавая честь Грольту. Тот ответил тем же.

Как только двери закрылись, Исвал выхватила бластер из кобуры за спиной и выстрелила Грольту в затылок. Тот обмяк, не издав ни звука. Выстрел из маленького бластера не повредил его голову, а обожженное зарядом входное отверстие даже не кровоточило.

Эшго и Дрим не нуждались в дальнейших указаниях. Открыв одно из больших отделений тележки, они начали запихивать внутрь тело Грольта.

— Быстрее, — поторопила Исвал, наблюдая за цифровым табло, которое отсчитывало уровни. Двадцать второй, двадцать третий… — Ну же, давайте!

Фейлин принялась помогать им, выворачивая руки Грольта под невозможными углами и разрывая хрящи, а затем с силой надавила на голову лейтенанта, заталкивая его внутрь целиком.

Двадцать девятый.

Эшго закрыл отсек, и тут же разъехались двери лифта, за которыми стояли двое офицеров в форме. Оба удивленно подняли брови, один наморщил нос, вероятно ощутив запах бластерного разряда.

— Горелая изоляция, — объяснила Исвал.

— Какой это уровень? — пробормотал Эшго, глядя в планшет. — Похоже, что-то не то. Нам нужно на один ниже. Едете? — спросил он у ждавших офицеров.

Оба окинули взглядом заполненный лифт.

— Подождем, — ответил тот, что повыше.

Исвал продолжала натянуто улыбаться, пока двери не закрылись.

Все как один облегченно выдохнули, но никто не сказал ни слова, пока лифт ехал вниз до уровня, который они миновали несколько секунд назад. Везя с собой труп имперского офицера, они двинулись по оживленным коридорам в сторону камеры гиперпривода.

По мере приближения к этой части корабля коридоры становились все уже, а народу в них — все меньше. Основная суматоха творилась в главных коридорах, боковые же выглядели почти безлюдными.

— Мы могли бы сэкономить кучу времени, отправив «стервятника» с его грузом прямо сюда, — заметила Фейлин.

— Слишком глубоко, и слишком хорошая защита, — возразила Исвал.

— А мы бы просто скучали от безделья на Рилоте, — добавил Дрим.

Помня о предостережении Чама, Исвал постаралась запомнить расположение коридоров на случай, если придется спасаться бегством. Будь она одна, ее не волновали бы пути к отступлению, но ее команда рассчитывала, что она в любом случае вытащит их из беды, и она не могла их бросить.

Свернув за угол, они увидели четверых штурмовиков, стоявших по стойке смирно перед большим бронированным люком — входом в камеру гиперпривода. Заметив Исвал и ее команду, солдаты напряглись и положили ладони на рукоятки бластеров.

— Спокойно, — пробормотала тви'лека, чувствуя, как стекает пот из подмышек, и изо всех сил стараясь выглядеть полностью безобидной.

Один из штурмовиков шагнул вперед и поднял руку:

— Стоять. Запретная зона.

Из-за усилителя в шлеме голос казался механическим, будто у дроида.

Исвал замедлила шаг, но не остановилась.

— Мы с ремонтного корабля восемьдесят три. Ремонт двигателей.

— Машинное отделение там, — ответил штурмовик, показывая туда, откуда они пришли.

— Знаю, — ответила Исвал, продолжая идти ему навстречу. — Но гиперпривод тоже поврежден. Нам поручили его отремонтировать. Видите?

Она протянула инфопланшет, но штурмовик на него даже не взглянул.

— Мне все равно, что там, тви'лека. Проход через эту дверь разрешен только в присутствии уполномоченного офицера. А теперь убирайся.

Он уставился на нее, и Исвал увидела в черных линзах шлема отражение собственного лица. Она чувствовала, как напряглась ее команда, но решила, что сейчас самое время продумать план дальнейших действий.

— Ладно, — сказала она. — Мы найдем офицера, а потом вернемся.

Она начала разворачивать антигравитационную тележку, когда из ее большого отделения вдруг послышался голос. Кто-то вызывал лейтенанта Грольта по его коммуникатору.

— Лейтенант Грольт, — произнес приглушенный голос. — Приказываю срочно прибыть в оружейный отсек номер девятнадцать. Грольт, ответьте.

Тви'лека почувствовала, как темнеет ее кожа.

Штурмовики посмотрели на тележку, потом снова на Исвал и схватились за бластеры.

Пока лифт поднимался на мостик, Вейдер с трудом сдерживал нарастающий гнев. Двери открылись, и он только теперь понял, в насколько критической ситуации находится корабль. Команда с посеревшими лицами профессионально исполняла свой долг, в воздухе стоял гул переговоров, время от времени кто-то выкрикивал приказы. Со всего звездного разрушителя поступали доклады о повреждениях, смертях и пожарах, которые передавались дежурным постам. Среди экипажа ходил Луитт, принимая доклады, отдавая приказы и пытаясь восстановить контроль над происходящим. Кто-то пробежал мимо Вейдера, спеша к лифту.

Император оставался там же, где и был, стоя на центральном ярусе мостика. Рядом топтался Орн Фри Таа, уставившись на приборные панели экипажа и пытаясь разглядеть показания на дисплеях.

Все взгляды обратились к Вейдеру, который зашагал к центральному ярусу. Не замедляя шага, он с помощью Силы ухватил Орна Фри Таа и, приподняв тучного тви'лека над полом, подвесил его в воздухе перед Императором. Таа широко раскрыл глаза и затряс множеством подбородков, схватившись за горло и судорожно пытаясь вдохнуть. Вейдер, однако, не собирался убивать его… пока.

— Повелитель Вейдер возвращается, — подал голос Император. — Похоже, ты недоволен, друг мой.

Вейдер отпустил Таа, и тви'лек тяжело грохнулся на палубу. Подойдя к Императору и нависнув над распростертым Таа, темный владыка направил палец на тви'лека.

— Среди твоего окружения есть предатель, сенатор. И именно он несет ответственность за то, что здесь произошло.

Слова эти, похоже, настолько потрясли Таа, что он не нашел в себе сил ответить. Потирая горло, он отполз чуть дальше от Вейдера.

— Что там еще? — спросил Луитт, взбегая с нижней палубы по искореженному трапу. — Эта инородная мразь — предатель?

Таа со стоном поднялся на ноги, тяжело дыша и умоляюще переводя взгляд с Луитта на Вейдера и Императора.

— Нет, это не он, — ответил Палпатин. — Но кто-то из его окружения. Возможно, не один.

— Мой Император, — хрипло проговорил тучный тви'лек, — повелитель Вейдер, я не имею об этом ни малейшего понятия. Если бы я… — Он шмыгнул носом и выпрямился. — Клянусь, я найду изменников, стоящих за этим грязным нападением, и…

— Я тебе верю, — пренебрежительно бросил Император. — Но это никак не умаляет твоей вины, сенатор. В твоем окружении был предатель, и ты ничего об этом не знал.

Император дал знак гвардейцам, которые тотчас же подошли к тви'леку.

У Таа задрожали подбородки; казалось, он сейчас разрыдается. Взгляд его узких глаз метнулся от гвардейцев к Вейдеру, потом к Императору.

— Мой Император, если бы вы только могли…

— Заприте всех сопровождающих сенатора в каютах и лишите их доступа к связи и компьютерным терминалам, — велел Палпатин Луитту. — Сошлитесь на обычную в такой ситуации практику. Когда мы достигнем Рилота, повелитель Вейдер их допросит.

Вейдер уже предвкушал, что он с ними сделает. Император снова повернулся к Таа:

— Сенатор, надеюсь, я могу рассчитывать на твою помощь во всех связанных с Рилотом делах в ближайшем будущем? В торговле спайсом и рабами, в борьбе с движением «Свободный Рилот»? Чтобы справиться с трудностями на твоей планете, могут потребоваться более жесткие меры. Думаю, если мои приказы будут исходить из твоих уст, народ с большей готовностью их воспримет. Согласен?

— Ко… конечно, мой Император, — пролепетал Таа.

— А пока, надеюсь, ты останешься здесь вместе со мной и повелителем Вейдером? Захватывающее зрелище — наблюдать, как из хаоса восстанавливается порядок.

Таа не ответил.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Штурмовики выхватили бластеры одновременно с соратниками Исвал. Сама тви'лека даже не потянулась к оружию, вместо этого толкнув антигравитационную тележку на штурмовиков. Тележка ударила по ним, отшвырнув к переборкам, и выстрелы из их бластеров ушли вверх и в сторону. Эшго выстрелил в голову одному, Дрим — в грудь другому, а Фейлин и Крост расстреляли оставшихся двоих в лицо.

— У нас всего несколько минут, — бросила Исвал и нарушила молчание в эфире, чтобы вызвать отвлекающие команды, находившиеся в другой части крейсера. Чам настоял на их присутствии на случай, если что-то пойдет не по плану, и, как обычно, оказался прав.

«Продумай пути к отступлению», — напомнила она себе, хотя в данный момент отступление заботило ее куда меньше, чем желание уничтожить «Губитель».

— Ваша очередь, — сказала она в микрофон. — Приступайте. Но мы еще не закончили. Повторяю — мы еще не закончили.

Последовали утвердительные ответы. Две другие команды, проникшие на звездный разрушитель на ремонтных челноках, должны были взорвать два-три заряда, а при необходимости и устроить перестрелку.

Исвал достала два своих бластера, Дрим извлек из отделения в поддоне тяжелую винтовку, а Эшго и остальные взяли на изготовку оружие. Дрим отключил протокол безопасности люка в камере гиперпривода. Тот открылся, и они поспешили следом за тележкой, оставив позади в коридоре тела мертвых штурмовиков.

* * *

— Капитан, — позвал офицер-связист на мостике, и что-то в его голосе привлекло внимание Вейдера. — Сэр, поступают доклады о перестрелке на семнадцатой палубе и нескольких взрывах в двенадцатом ангаре в носовой части.

— Перестрелке? — переспросил Луитт. — Кто у нас мог начать стрелять?

Связист приложил ладонь к наушнику и, кивнув, ответил:

— Сэр, это одна из ремонтных бригад. Тви'леки. Взрывы, похоже, тоже устроены преднамеренно. Мне докладывают о многочисленных новых жертвах. Туда уже направили отряды быстрого реагирования.

Только теперь Вейдер понял, что атака дроидов-истребителей, сколь бы серьезной она ни выглядела, была всего лишь уловкой или только частью плана. Движение «Свободный Рилот» оказалось куда изобретательнее, чем представлялось им с Императором.

— Прикажите отрядам убить все находящиеся на борту ремонтные бригады с Рилота, — велел он, и на мостике тут же повисла тишина. Повернувшись, он направился к лифту.

— Повелитель Вейдер, — крикнул ему вслед Луитт, — на борту почти сотня ремонтных бригад! Мой Император?

— С сотней бригад вполне можно справиться, — ответил Палпатин, глядя не на капитана, но на Вейдера.

— Отдайте приказ, капитан, — сказал Вейдер. — Убить их всех.

— Так точно, господин.

Двери лифта закрылись, и темный владыка направился на семнадцатую палубу.

* * *

Высокая вертикальная плита гиперпривода звездного разрушителя находилась на дне круглого углубления посреди напоминавшей пещеру камеры. Вокруг машинного отсека шла узкая галерея из ребристого металла, стены усеивали компьютерные терминалы и прочая незнакомая Исвал аппаратура. Чем-то это напомнило ей Октагон в Лессу, и она мрачно улыбнулась. Как и там, она тоже намеревалась оставить после себя трупы имперцев.

На галерее стояли инженеры и офицеры, следившие за показаниями приборов. Судя по всему, из-за толстых створок люка они не слышали выстрелов в коридоре. Ближайший к ней техник повернулся к вошедшим и опустил инфопланшет, который держал в руке.

— Здесь нельзя находиться без сопро… — начал он, но тут же замолк, округленными глазами уставившись на бластеры в руках Исвал. Она выстрелила сквозь планшет ему в грудь, и человек упал, так и не выпустив из рук устройство. Рядом с ней открыл огонь из винтовки Дрим. Эшго, Фейлин и Крост тоже начали палить по имперцам, которые с криками разбегались в стороны.

— Заблокируй люк! — бросила она Эшго и, выбрав очередную мишень, выстрелила раз, потом второй. Еще двое свалились с дымящимися дырами в телах.

Пригибаясь и уворачиваясь, имперцы пустились в бегство к противоположному люку. Какой-то невысокий коренастый тип в форме инженера кинулся к тревожной кнопке, но Дрим выстрелил ему в спину. Имперец врезался лицом в переборку и рухнул на пол, оставив на стене кровавый потек.

Никто из противников не был вооружен — техники и инженеры обычно не носили оружие, — и Исвал со своей бригадой быстро со всеми разделалась.

— Найди какой-нибудь мундир, — сказала она Дриму, перемещая вместе с остальной группой тележку к подножию трапа. — Нет, два мундира. Если потребуется — собери по частям с разных трупов. Главное, чтобы не было дыр от бластеров.

— Что? Зачем?

— Делай, что велено.

Эшго, возившийся с запорным механизмом люка, через который они вошли, в конце концов просто выстрелил в панель управления из бластера, и та взорвалась в облаке искр и дыма.

— Заблокировал как сумел, — сказал он. Впрочем, и этого было вполне достаточно.

— Следи за другим люком, Дрим, — сказала Исвал, кивая в ту сторону. — Только панель управления не взрывай — нам нужно как-то отсюда выбраться.

— Понял. — Дрим побежал по галерее, перепрыгивая через тела, к единственному оставшемуся люку, через который можно было войти в камеру — да и выйти тоже. Исвал знала, что тот ведет в служебный отсек, из которого через ряд извилистых ходов можно было попасть в один из главных коридоров корабля.

Фейлин и Крост уже стащили с одного из офицеров рубашку и китель, а с другого брюки и фуражку.

Исвал с помощью Эшго осторожно спустила антигравитационную тележку по трапу с галереи и оказалась перед громадной плитой гиперпривода, более чем вдвое превосходившей в высоту ее рост. Кожу начало покалывать, на руках зашевелились волоски. Серый металл плиты покрывало множество завитков, которые, как ей было известно, каким-то образом помогали направлять энергию двигателя, но для нее они выглядели лишь как не поддающиеся расшифровке таинственные письмена. В разных местах к плите подсоединялось незнакомое ей электронное оборудование, от которого уходили в каналы под полом кабели толщиной с руку.

Она распахнула нижнее отделение тележки, открыв всеобщему взору десяток взрывных зарядов, которые они пронесли на борт. Заряды напоминали маленькие ракеты, снабженные мощными магнитными пластинами и таймерами.

— Помоги мне, — попросила она Эшго. Они начали доставать заряды, которые отчего-то показались ей тяжелее, чем тогда, когда она загружала их на Рилоте. Вероятно, виной тому была слабость после дозы адреналина, полученной в последние полчаса.

По корабельной связи раздался новый сигнал тревоги, отличавшийся по тону и модуляции от того, что они слышали, впервые оказавшись на борту. Исвал покосилась на Эшго, который озабоченно нахмурился.

— Они знают, что мы здесь. Быстрее, копуши! — крикнула она Фейлин и Кросту.

— Угу-угу, — ответила Фейлин.

Открыв верхнюю часть тележки, Исвал выволокла уже коченеющее тело Грольта и бросила его на пол. Вытащив комлинк лейтенанта, она раздавила его каблуком.

— У меня есть для тебя еще одна работа, лейтенант Грольт, — сказала она.

— Что ты делаешь? — спросил Эшго.

— Нам понадобится место, — ответила Исвал. — Давай ставить заряды.

* * *

Выйдя из лифта, Вейдер помчался по задымленным, заполненным людьми коридорам. Сила помогала ему наращивать скорость. Впереди показалась ремонтная группа тви'леков — четверо мужчин и женщина. Они вели по коридору антигравитационную тележку с запчастями и инструментами, и ничто в их виде не вызывало подозрений, но Вейдеру было все равно. Он зажег меч, и имперцы в коридоре в замешательстве расступились перед ним, широко раскрыв глаза.

Тви'леки едва успели его заметить, прежде чем он быстро прикончил их одного за другим. Оставив позади пять трупов и полный таращившихся на него офицеров коридор, он поспешил дальше.

По его комлинку поступили подробности о месте, где произошла перестрелка, и он направился прямо туда. Выстрелы из бластеров стали слышны еще до того, как он увидел в коридоре впереди присевших у переборки штурмовиков, которые из-за угла обменивались огнем с невидимым противником. Увидев темного владыку, командовавший отрядом капрал повернулся к нему.

— Повелитель Вейдер, там пять диверсантов…

Вейдер метнулся мимо него за угол, призывая Силу. В руке его гудел световой меч.

Зеленокожий тви'лек с винтовкой, сжавшийся в комок у переборки, открыл огонь по Вейдеру. Красный клинок светового меча отразил выстрелы обратно в диверсанта, и те проделали черные дыры в его груди и лице.

Едва Вейдер двинулся дальше по коридору, из-за угла выскочил второй тви'лек, бластерный пистолет которого выплевывал красные заряды. Отразив их, Вейдер вытянул свободную руку и с помощью Силы выдернул бластер из руки инородца. Тви'лек потянулся ко второму бластеру, висевшему в кобуре на поясе. Не замедляя шага, ситх швырнул в него световой меч, и вращающийся клинок рассек диверсанта надвое. Раздавив в кулаке отобранный бластер, Вейдер бросил его на пол и с помощью Силы вернул клинок себе в ладонь.

По палубе застучали сапоги штурмовиков — солдаты пробежали мимо, стреляя из винтовок. Когда Вейдер свернул за угол, еще трое тви'леков лежали вповалку мертвые.

— Повелитель, — послышался по комлинку голос офицера-связиста на мостике. — Нам докладывают об убитых штурмовиках у входа в камеру гиперпривода. Люк заперт изнутри.

Только теперь Вейдер понял, что убитые им тви'леки — всего лишь приманка, отвлекающий маневр.

— Иду, — бросил он и, перешагнув через труп, быстро направился в сторону кормовой части «Губителя».

* * *

Эшго и Исвал установили заряды вокруг плиты гиперпривода и у соседних компонентов системы — в точности так, как инструктировал Каллон. Эту процедуру они отрабатывали десятки раз. Заряды должны были разрушить гиперпривод, что привело бы к последовательности вторичных детонаций и взрыву двигателей звездного разрушителя — а вместе с ними и самого корабля.

Тви'лека заметила, что у возившегося с таймерами Эшго дрожат руки.

— Дай мне, — сказала она. Сама она была полностью спокойна — как бывало каждый раз, когда ей приходилось убивать имперцев.

Он отошел в сторону, и Исвал один за другим поставила таймеры на всех зарядах, которые должны были последовательно взорваться с интервалом в несколько миллисекунд. Каллон говорил, что время нужно рассчитать точно, иначе не начнется цепная реакция.

— Все, — сказала Исвал, утирая пот со лба.

Она оглядела свой отряд, и все кивнули в ответ. Никто не знал, сумеют ли они отсюда выбраться, но остановить катастрофу было уже невозможно. Как только таймеры начали свой отсчет, ничто уже не могло спасти «Губитель», которому предстояло стать летающей гробницей.

Естественно, они намеревались выбраться, но, учитывая, что весь экипаж был поднят по тревоге, шансы были невелики.

Фейлин, единственный человек в команде Исвал, уже разделась и надевала собранную из двух частей имперскую форму. Одежда была ей не вполне впору, но дыры от выстрелов отсутствовали, и при поверхностном осмотре ничто не вызывало подозрений.

— Неплохо выглядишь, капрал, — бросила Исвал девушке, бледное лицо которой побелело еще больше обычного. — Все в порядке?

Фейлин заправила длинные темные волосы под имперскую фуражку.

— Порядок. Я в норме.

Сжав плечо Фейлин, Исвал разделась сама и тоже облачилась в имперскую форму, включая сапоги и перчатки. Со своими лекку и голубым цветом кожи она ничего поделать не могла, тут ей должно было помочь тело Грольта.

— Отходим к люку, — сказала она. Отряд повел тележку в указанном направлении и остановился, дожидаясь командира.

Глубоко вздохнув, Исвал нажала кнопку, и таймеры начали отсчитывать время. Чтобы покинуть зону взрыва, у них оставалось сорок две стандартные минуты.

В люк, через который они вошли, с грохотом ударило что-то наподобие тарана, но барьер не под дался. Грохот повторился, но люк продолжал держаться.

— Дрим? — крикнула Исвал.

— Здесь ничего не слышно, — ответил он, показывая на другой люк. — С другой стороны — створки толстые…

— Ладно, — бросила она. — Пошли.

— И побыстрее, — добавил Эшго.

Застонав от тяжести, Исвал перекинула тело Грольта через плечо и поспешила по трапу следом за своей командой.

* * *

Вейдер в гневе мчался по кораблю, заставляя расступаться экипаж, заполонивший коридоры. Добравшись до входа в камеру гиперпривода, он увидел лежащие на палубе тела четырех штурмовиков. Еще один взвод вместе с вооруженными офицерами службы безопасности пытался вскрыть люк с помощью переносного гравитационного тарана. Панель управления и замок не работали — вероятно, их повредили с другой стороны.

Увидев Вейдера, возглавлявший группу капрал шагнул навстречу. Таран в очередной раз с грохотом ударил в люк, но безрезультатно.

— Повелитель, — начал капрал, — люк заперт изнутри, и замок выведен из строя. В камеру имеется еще один вход, и я послал туда отряд…

Вейдер зажег световой меч.

— Всем отойти, — скомандовал он, и штурмовики с офицерами тут же поспешно расступились.

Взяв меч обеими руками и собрав воедино Силу и собственную злость, он вонзил клинок в толстое перекрытие. Лезвие погрузилось в металл на длину руки. От жара вокруг клинка образовался раскаленный докрасна ореол. Вейдер стиснул рукоять, вкладывая в оружие всю свою ярость, и металл начал поддаваться.

Он не сомневался, что спустя минуту прорубится сквозь люк, и тогда изменники окажутся в его руках.

* * *

Шипение со стороны люка, через который они вошли, заставило всех обернуться. На поверхности появился раскаленный докрасна круг, который увеличивался с каждой секундой.

Имперцы пытались прорезать себе путь.

Исвал выругалась.

Круг продолжал расти. Металл плавился, от люка повалил дым.

— Я думал, этот люк ничем не прорежешь, — проронил Эшго.

Сверившись с картой у себя в памяти, Исвал мысленно проложила путь обратно к кораблю. Расстояние, учитывая все возможные препятствия, казалось, составляло целый парсек. Она сомневалась, что им хватит времени.

Позади них из люка появился красный конец энергетического луча. Исвал мгновенно опознала световой клинок. По ту сторону стоял Вейдер, тот самый Бей-Дер, который в одиночку уничтожил всю команду Пока. Мысль об этом и обрадовала ее, и испугала. Она представила себе лицо Пока и возможную месть за его гибель, но голос Эшго вернул ее к реальности:

— Исвал, нужно уходить!

Моргнув, она кивнула.

— Открывай, — велела она Дриму, и все заняли позиции с оружием наготове, глядя на медленно отодвигающийся люк.

* * *

У сапог Вейдера пузырилась дымящаяся лужица расплавленного металла. Световой меч все глубже вонзался в люк. Ситх ощущал страх скрывавшихся в камере гиперпривода изменников, которые наверняка уже лицезрели его меч и понимали, кто к ним рвется. Они были в полном праве бояться, и их страх подпитывал его гнев. Размеренный ритм респиратора отмечал секунды, которые еще оставались изменникам, прежде чем они окажутся в его руках.

— Скажи своему отряду, что изменников нужно взять живьем, — приказал Вейдер капралу. — Я сам решу, как с ними поступить.

— Слушаюсь, повелитель Вейдер.

* * *

Люк открылся. За ним никого не оказалось.

Только теперь Исвал поняла, что затаила дыхание — как, видимо, и остальные, поскольку все одновременно выдохнули.

— Эшго, Дрим, Крост — в тележку, — бросила она. — Оружие наготове.

— И постарайтесь не перестрелять друг друга, — добавил Эшго, пока Дрим и Крост втискивались в два отделения для инструментов. — Тесновато будет, — добавил он, обращаясь к Исвал.

Она и сама это понимала.

— Ты поведешь, — сказала она, обращаясь к Фейлин.

— А ты? — удивилась девушка, пока Эшго упаковывался в последнее отделение.

— Я раненая или мертвая, — ответила Исвал. — Лягу сверху. Если потребуется — помогу тебе. Накрой меня Грольтом.

Фейлин наморщила нос, но кивнула.

Включив коммуникатор, Исвал связалась с группами прикрытия.

— Заряды установлены, взрыв через полчаса. Если можете — уходите.

Ответа не последовало.

— Кто-нибудь меня слышит?

Она не стала размышлять над тем, что означает их молчание, — на раздумья просто не оставалось времени. Противоположный люк плавился. К ним шел Вейдер.

Исвал легла сверху на поддон, и Фейлин накрыла ее телом Грольта, расположив его таким образом, чтобы головы Исвал не было видно. Фейлин положила ей на голову фуражку Грольта, заодно скрыв ее лекку.

— Любой, кто чуть внимательнее на нас посмотрит, сразу тебя заметит, — сказала девушка. — Хотя нет — внимательно смотреть даже не потребуется, достаточно просто взглянуть.

Исвал и сама это понимала, но в тележку она тоже не могла поместиться. Ничего не оставалось, кроме как прикрываться трупом.

— Просто езжай побыстрее, — сказала она. — Сделаю как надо, — ответила Фейлин.

Позади слышалось шипение падающих капель расплавленного металла, стекавшего с люка, сквозь который прорубался Вейдер. Через небольшую дыру, которую тот уже успел проделать, доносились голоса. Исвал с трудом подавила желание броситься к люку, сунуть в дыру дуло бластера и начать стрелять вслепую. Сейчас было намного важнее вывести отсюда свой отряд, чем убить Вейдера. Имперцы могли появиться в любую секунду, и они бы сразу же увидели заряды.

Внезапно ее осенило.

Она придумала путь к отступлению. Чам сейчас наверняка бы улыбнулся.

— Фейлин, выведи нас отсюда в боковой коридор и жди.

— Ждать? Исвал, у нас всего полчаса.

— Знаю. И все же сделай так, как я прошу.

— Исвал…

— Действуй!

— Ты уверена? — спросил изнутри тележки Эшго.

— Если еще раз спросит — можешь его пристрелить, Дрим, — сказала тви'лека.

Дрим усмехнулся, и Фейлин направила тележку в лабиринт ходов, соединявших камеру гиперпривода с одним из главных коридоров звездного разрушителя. Исвал, прикрытая трупом, дышала в затылок Грольту, борясь с тошнотой.

Не успели они преодолеть и десяти метров, как она вдруг вспомнила, что кое о чем забыла, и выругалась.

— Что такое? — с тревогой спросила Фейлин.

— Ничего, ничего.

На самом деле — ничего хорошего. В спешке она забыла запустить механизм, который бы запечатывал за ними люк. Как только Вейдер пробьется через первый люк, ничто не сможет его задержать.

— В какой коридор? — спросила Фейлин.

— Не важно! — бросила Исвал.

Фейлин, однако, застыла в нерешительности. Впереди послышались тяжелые шаги штурмовиков.

— Туда, — прошипела тви'лека. — Направо. Главное — убраться из коридора.

Шаги стали громче, донеслись голоса. Исвал почувствовала, как зашевелились внутри тележки Эшго, Дрим и Крост, наверняка пытаясь расположиться поудобнее на случай, если придется стрелять.

Фейлин развернула тележку в сторону узкого служебного хода. Над головой, подобно стробоскопическим огням, мерцали лампы.

Голоса и шаги стали громче. Несколько секунд спустя мимо по направлению к камере гиперпривода пробежали несколько штурмовиков и офицеров службы безопасности.

— Подведи нас ближе к главному коридору, — сказала Исвал, когда они скрылись из виду, — и снова остановись.

— Чего ты ждешь? — послышался изнутри тележки приглушенный голос Эшго. — Это наш шанс.

— Нет, — ответила тви'лека. — Пока еще нет.

Осторожно, чтобы не сдвинуть тело Грольта, она повернула голову и, чуть ближе придвинув руку, взглянула на часы на запястье. Тридцать две минуты.

* * *

Клинок Вейдера вскоре прорезал в люке достаточно большую дыру, и круглый кусок металла с лязгом упал на пол. Ситх нырнул в прореху, и за ним последовали штурмовики.

Изменники исчезли, сбежав через противоположный люк. По всей камере гиперпривода валялись тела мертвых имперцев, на некоторых из них отсутствовали элементы формы, но сам гиперпривод выглядел невредимым.

Люк напротив открылся, и в камеру ворвался отряд имперцев, которых послал капрал, чтобы перехватить изменников. Они уставились на тела, и у тех, кто был без шлемов, недоуменно вытянулись лица.

— Сэр, — подал голос капрал, — мы никого не видели. Мы…

Не обратив на них внимания, Вейдер спрыгнул на дно шахты гиперпривода. Он чувствовал какую-то незримую опасность, и ощущения его не подвели — ситх тотчас же увидел десяток зарядов, прикрепленных к двигателю и соседним усилителям поля. Таймеры на каждом из них показывали двадцать семь минут до взрыва.

Присев и внимательнее изучив заряды, он заметил предохранительные устройства. Если инженеры попытаются снять или обезвредить заряды, те взорвутся. И если ничего не делать — взорвутся тоже.

Темный владыка поднялся на ноги и включил комлинк. Шум его респиратора эхом отражался от стен шахты гиперпривода.

— Капитан Луитт, на гиперприводе установлены взрыватели, и избежать взрыва невозможно. Объявляйте немедленную эвакуацию.

— Что? — последовал ответ после долгого молчания. — Я могу прислать бригаду инженеров…

— Вы слышали, капитан. Уже слишком поздно.

— Вы… уверены?

— Отдавайте приказ, капитан. «Губитель» взорвется через полчаса. И еще, капитан: главное для вас — Император. Если он не сможет эвакуироваться, отвечать будете лично вы.

— Я… понял, повелитель Вейдер, — ответил Луитт. — Но… Император уже покинул мостик.

Ситх прикинул в уме варианты.

— Спасибо, капитан. — Он переключился на личный канал связи с Императором. — Учитель, меньше чем через полчаса корабль взорвется.

— Да, — сказал Император. — Жду тебя на борту моего челнока.

— Вашего челнока? Но…

— У меня наготове второй челнок в переднем причальном отсеке. Поспеши, друг мой. У нас мало времени.

— Да, учитель.

Про второй челнок Вейдер не знал, но нисколько не удивился. Его наставник подготовился практически к любым непредвиденным обстоятельствам.

Пронзительно и протяжно взвыла сирена общей тревоги. Экипаж много раз тренировался на подобный случай, и Вейдер представил, как они бегут к спасательным капсулам. Хаос, который и без того уже царил на борту звездного разрушителя, становился все более неуправляемым.

Вейдер знал, что изменники наверняка попытаются бежать, воспользовавшись всеобщей суматохой, и намеревался любой ценой им помешать.

* * *

В коридорах эхом отдался пронзительный вой сирены общей тревоги — предсмертный вопль обреченного корабля. Автоматический голос монотонно повторял приказ об эвакуации.

— Вот теперь поехали, — скомандовала Исвал из-под трупа Грольта.

Коридоры сейчас наверняка забиты народом, и ни-кто не обратит внимания на их тележку. Вполне воз-можно, у них все же еще есть шанс спастись.

— Неплохо у нас получилось, — заметил изнутри Тележки Эшго.

— Езжай в главный коридор, и побыстрее, — бросила командир, обращаясь к Фейлин и стараясь не обращать на него внимания. — У нас нет времени возвращаться к челноку. Если увидишь любой подходящий корабль — ремонтный, пожарный, не важно какой, — сворачивай к нему. Поняла? Если потребуется захватить его силой — значит так и сделаем.

— Поняла, — ответила девушка, выводя тележку обратно в коридоры.

— Скорость — твой союзник, — повторила Исвал слова Чама. — Вперед, Фейлин.

На максимальной скорости, на которую только была способна, Фейлин повела тележку в главный коридор. Повсюду сновали члены экипажа, спеша к назначенным спасательным капсулам и челнокам. Среди них семенили и катились дроиды, тоже направляясь к пунктам эвакуации. Никто даже не посмотрел в сторону тележки и не задал ни единого вопроса.

Исвал начало казаться, что они и в самом деле сумеют выбраться.

Но если у них получится покинуть гибнущий корабль, то же самое удастся и многим имперцам — если не большинству. В том, что спасутся Вейдер и Император, у нее не оставалось никаких сомнений. Нужно было связаться с Чамом и на ходу что-то придумать. Сколь бы великим свершением ни являлась расправа над «Губителем», этого мало. Возможно, подспорьем станут экспериментальные три-истребители…

Стиснув зубы, Исвал активировала прямую связь с Чамом.

— Чам? — прошептала она.

Послышались помехи, затем обрывок слова:

— …вал?

— Слышишь меня?

Снова помехи, неразборчивая фраза.

Они все еще находились слишком далеко, чтобы поймать надежный сигнал.

— Если слышишь — я скоро опять с тобой свяжусь.

Ответом ей стал лишь белый шум.

* * *

Воспользовавшись Силой, Вейдер прыгнул на галерею, окружавшую шахту гиперпривода. Штурмовики и охранники озадаченно переглядывались. Продолжала завывать сирена.

— Уходите, — пророкотал Вейдер. — Кораблю конец.

Почти все кивнули и сразу же направились прочь, но трое штурмовиков все же остались.

— Сэр, мы проводим вас до спасательной капсулы.

— Незачем, — ответил темный владыка. — Я сам найду дорогу. А теперь уходите. Это приказ.

Штурмовики отдали честь и с некоторой неохотой ушли. Повернувшись, Вейдер бросил взгляд на люк, через который, судя по всему, бежали изменники. По крайней мере один из них был одет в имперскую форму — а может, двое. Времени оставалось мало, но его вполне хватило бы, чтобы поймать их, покарать, а затем покинуть «Губитель».

Призвав Силу, он устремился в погоню. Они не могли далеко уйти и, скорее всего, направлялись в сторону главного коридора — к спасательному челноку или капсуле.

Добравшись до главного коридора, он обнаружил, что тот полон побледневших членов команды, офицеров, солдат и дроидов, спешивших по заранее назначенным путям эвакуации. В ушах отдавался повторяющийся глухой гул стартующих спасательных капсул.

Вейдер прыгнул на галерею третьего этажа, застигнув врасплох спешивших мимо членов экипажа. Те уступили дорогу, тихо шепча его имя. Темный владыка присел подобно хищной птице, высматривая в толпе тви'леков или еще что-то необычное.

* * *

Исвал поерзала, пытаясь сориентироваться. Мимо тележки в обоих направлениях спешил экипаж — она видела их мелькающие ноги в форменных брюках и слышала взволнованные голоса. Стараясь не шевелиться, она попробовала разглядеть отметки на переборках и наконец увидела одну из них: 183В.

Они находились недалеко от отсека, где причалил один из отрядов прикрытия. Возможно, их ремонтный челнок все еще стоял на причале. Бригада могла еще не успеть эвакуироваться, или, учитывая молчание по каналам связи, эвакуироваться было уже некому.

— Направляйся к причалу сто тридцать семь В, — сказала она Фейлин, повысив голос, чтобы ее было слышно в шуме, царившем в коридоре. — Там должен стоять корабль отряда прикрытия А.

Мимо пробежали ноги в форменных брюках, мелькнула белая броня штурмовиков.

— Сделаю, — ответила Фейлин и направила тележку сквозь окружавшую их сумятицу.

Исвал смотрела на исчезающие позади отметки: сто пятьдесят семь, сто пятьдесят три, сто сорок семь. Уже почти рядом.

В ушах постоянно звучал низкий бас стартующих спасательных капсул, напоминавший барабанный бой. Контрапунктом ему служил монотонный голос компьютера, объявлявшего оставшееся время — десять минут.

Сто сорок один.

Справа от тележки послышался мужской голос. Певал, лицо которой было повернуто в другую сторону, замерла, опасаясь, что тело Грольта не прикрывает ее лекку.

— У вас все в порядке? — спросил мужчина. — Они ранены? Помощь нужна?

— Справлюсь, — не останавливаясь, ответила Фейлин. — Спасибо.

Исвал крепче сжала бластер. Если офицер увидит состоящую из двух разных частей форму Фейлин или заметит голубую кожу самой тви'леки…

Автоматический голос объявил девять минут.

Офицер продолжал шагать рядом с тележкой.

— Вы точно уверены… капрал?

Исвал представила, как он озадаченно разглядывает форму Фейлин.

— Погодите… из какого вы подразделения? Вы… кто вы…

Вопрос его так и остался незаданным. Послышался приглушенный выстрел бластера Фейлин — будто она стреляла, уткнув оружие в живот офицера, — и тот свалился на Грольта и Исвал.

— Не шевелись! — велела ей девушка, продолжая двигаться дальше. — Не знаю, слышал ли кто-то выстрел в таком шуме.

— Эй, вы! Стоять! — послышался крик сзади.

Исвал выругалась.

— Что там происходит? — спросил изнутри тележки Эшго.

— Ничего не предпринимайте, — ответила Фейлин. — Замрите. Все.

Голос, приказывавший им остановиться, затих вдали, затерявшись в общем гомоне.

— Он имел в виду не нас, — объяснила Фейлин.

Сердце Исвал отчаянно колотилось в груди. Из-за охватившего ее напряжения и веса лежащих сверху двух мертвых имперцев она с трудом могла дышать. Повернув голову, она увидела то, что хотела: 137. Надежда ее возросла, но лишь на мгновение.

— Его нет, — обреченно проговорила Фейлин.

— Кого? — спросила Исвал. — Корабля?

— Да, — ответила девушка. — Там ничего нет.

Исвал снова выругалась. Возможно, она неверно запомнила номер причала, или имперцы переместили корабль, или группа прикрытия уже улетела, или им поменяли причал уже после того, как она проверила его номер.

— Есть там еще что-нибудь? — спросила она.

— В смысле?

— Другой корабль, Фейлин! Что-нибудь поблизости! Сосредоточься.

— Нет… погоди… да. Не двигайся.

Фейлин повела тележку дальше, проталкиваясь сквозь толпу. Компьютер продолжал неумолимый отсчет — восемь минут. Девушка подвела тележку к краю коридора и остановилась.

— Ждите, — сказала она. — Просто ждите. Тележка через этот люк не пролезет.

— Что за корабль? — спросила Исвал.

— Шлюпка, или челнок, или что-то в этом роде. Там никого нет.

Возможно, экипаж корабля погиб во время атаки дроидов на «Губитель».

— Вам придется вылезти, — сказала Фейлин. — Я дам знать когда.

Она обошла тележку кругом, и Исвал представила, как ее соратница наблюдает за спешащими мимо им-перцами, выжидая подходящий момент. Компьютер объявил семь минут.

— Пошли! — бросила Фейлин, стаскивая с тележки одного из мертвых имперцев. Исвал столкнула с себя Грольта, который тут же повалился на пол. Эшго, Дрим и Крост открыли свои отсеки и выбрались из тележки. Фейлин помогла Дриму подняться на ноги, а Исвал подхватила под мышки Кроста.

* * *

Вейдер увидел тви'леков, выбиравшихся из антигравитационной тележки, которую вела женщина-человек в украденной имперской форме.

Теперь они у него в руках.

Он зажег световой меч и, объятый яростью, отдался на волю Силы.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Исвал толкнула свою бригаду к узкому люку, который вел к причаленному кораблю — как она поняла, конвойному катеру. Эшго вполне смог бы им управлять.

— Вперед, вперед!

Дрим споткнулся и упал. Исвал помогла ему подняться и, случайно обернувшись, не смогла сдержать судорожный вздох. Вдали Вейдер спрыгнул с десятиметровой высоты галереи на палубу, и из его руки вырвался красный луч светового меча.

— Идем, Исвал! — Фейлин потянула ее за рубашку.

— Это он, — механическим голосом проговорила Исвал.

— Кто — он? Пора улетать!

Но Исвал сейчас думала только о Поке, и в ее намерения больше не входило улетать. Она сумела вывести отряд из пекла, и ее работа на этом завершилась.

— Садитесь в корабль и запускайте двигатели, — сказала она Фейлин. — Быстрее.

— Исвал… — пробормотал Эшго.

— Запускайте! — повторила она, вытаскивая бластеры.

Ее отделяло от Вейдера сорок метров. Он выпрямился, возвышаясь над окружающими, и теперь смотрел прямо на нее — казалось, она чувствовала тяжесть его взгляда. В следующий миг он сорвался с места и со сверхъестественной скоростью устремился к ней, пожирая разделявшее их пространство. Его темный силуэт рассекал толпу, расступавшуюся при его приближении.

Подняв бластеры, Исвал прицелилась и начала палить, прочерчивая воздух красными лучами. Вейдер даже не замедлил бег, а его меч превратился в размытое пятно, отражая выстрелы во всех направлениях. Некоторые вернулись назад — один попал в тележку, разбросав инструменты по палубе, второй опалил переборку рядом с Исвал, но она продолжала выпускать заряд за зарядом.

Народ в коридоре в панике разбегался во все стороны. Какой-то офицер оказался у Вейдера на пути, и тот отшвырнул его в сторону, будто имперец весил не больше ребенка.

— Исвал! — послышался за спиной голос Эшго.

Вейдер был уже в двадцати метрах от нее и продолжал наступать.

Тви'лека кричала и стреляла, но ее выстрелы не могли преодолеть преграду светового меча. Она не понимала, как такое возможно, пока не вспомнила свои собственные слова: «Вейдер не человек».

Но она никак не могла остановиться.

— За Пока! — выкрикивала она с каждым выстрелом. — За Пока!

Компьютер довел отсчет до шести минут. Вейдер приблизился еще на десять метров. Исвал все стреляла и стреляла, продолжая кричать. От переборки отразились еще чьи-то выстрелы — возможно, штурмовиков.

Сзади ее обхватили сильные руки и подняли над палубой. Эшго.

— Отпусти! — завопила она, пытаясь высвободиться. — Что ты делаешь?

— Спасаю тебе жизнь! — ответил он и понес ее к люку причального отсека, рядом с которым о переборку продолжали ударяться бластерные заряды.

Оказавшись по другую сторону люка, он отпустил Исвал, нажал кнопку, и заслонка закрылась. Она заскрежетала зубами и повернулась к «спасителю», успев в последний раз заметить Вейдера, с клинком в руке продолжавшего бежать к ним.

Исвал потянулась к панели управления, намереваясь снова открыть люк, но Эшго выстрелил в панель из бластера.

Она развернулась к нему, стиснув в руках бластеры, и поднялась на цыпочки, чтобы оказаться с ним лицом к лицу.

— Ты не имел права…

— Ты видела все то же, что и я! Для бластеров он неуязвим, Исвал! Он бы разрубил тебя пополам!

Словно в подтверждение его слов, люк пронзил клинок светового меча, едва не угодив Эшго в живот. Оба отскочили назад, ощутив жар раскаленного металла.

Несколько мгновений они смотрели друг на друга, тяжело дыша.

— Ты прав, — опустив плечи, сдалась Исвал. — Я знаю, что ты прав. Но никогда больше не смей не подчиниться приказу. Идем.

Они забрались в конвойный катер. Дрим уже запустил двигатели. Он уступил место Эшго, который занял кресло пилота, а Исвал пристегнулась к соседнему.

— Что это было? Или кто? — спросила Фейлин.

— Вейдер, — ответила тви'лека. — Вейдер.

Фейлин выругалась, и Исвал могла с ней только согласиться.

— Отсоединяю стыковочный узел, — сообщил Эшго, и катер отплыл от обреченного звездного разрушителя. — Мы летим. А вон там — Рилот.

Корабль развернулся кругом, и Исвал выглянула в иллюминатор, где на фоне черноты космоса висел гигантский шар планеты. Пока они были на борту «Губителя», он успел преодолеть огромное расстояние. Звездному разрушителю предстояло сгореть над миром, который жестоко угнетала Империя, и, с точки зрения Исвал, это было очень даже справедливо.

Пространство вокруг «Губителя» испещряли сотни спасательных капсул и прочих кораблей, в том числе несколько десятков V-истребителей. Некоторые из них могли приземлиться на ближайшем спутнике, некоторые на Рилоте, а другие могли просто не успеть. Радиус взрыва «Губителя», учитывая детонацию в гиперприводе, будет огромен.

— Не слишком отдаляйся, — сказала она Эшго.

— Что? Нам нужно убраться как можно…

— Делай, как я сказала, — ответила она, и он не осмелился снова ей перечить.

Ей нужно было связаться с Чамом.

* * *

Вейдер потерял диверсантов.

Компьютер объявил, что остается шесть минут.

Погасив меч и черная резервы из Силы, Вейдер поспешил к челноку Императора в переднем ангаре. Коридоры быстро пустели — эвакуировались последние члены экипажа. Когда владыка ситхов добрался до ангара, казалось, будто он движется по кораблю-призраку.

В ангаре то тут, то там продолжал полыхать огонь. Челнок Императора стоял на посадочной площадке с уже прогретыми двигателями. Взбежав по трапу, Вейдер увидел своего учителя, спокойно сидевшего в пассажирском салоне корабля в окружении императорских гвардейцев в алых плащах. Учитель коснулся кнопки на подлокотнике кресла.

— Можешь стартовать, — сказал он пилоту, и челнок тотчас же поднялся над палубой. — Садись, друг мой, — обратился Палпатин к вошедшему.

— А где сенатор Таа? — пожелал знать Вейдер.

Император пренебрежительно махнул рукой:

— Наверняка как-нибудь выбрался сам. Крысы всегда находят способ сбежать с тонущего корабля.

* * *

Исвал стиснула зубы, активируя связь с Чамом:

— Чам, слышишь меня?

— Слышу!

— Мы улетели.

— Улетели? — с нескрываемым облегчением переспросил он. — Я боялся выходить с тобой на связь, даже когда вы оказались в пределах досягаемости. Не хотел вас отвлекать. Вижу «Губитель» на полпути между внутренним спутником и планетой. Что у вас?

— Заряды установлены и вот-вот рванут. Ему конец, Чам.

— Ему конец, — повторил Чам, вероятно, не для нее, а для других находившихся рядом.

— Отряды прикрытия, скорее всего, погибли, и у нас проблема.

— Что за проблема? — Он понизил голос.

Исвал бросила взгляд на густое, словно поле астероидов, море разбросанных в космосе кораблей и дала знак Эшго не уводить челнок далеко от места действия. Тот неодобрительно вздохнул, но подчинился.

— Они поняли, что мы натворили, и объявили эвакуацию.

После долгого молчания Чам наконец вздохнул и ответил:

— Вряд ли стоит считать это проблемой. Эвакуация — не идеальный исход, но мы уничтожили звездный разрушитель и погубили сотни имперцев. Это серьезный удар.

— Серьезный, но не слишком, — прошептала Исвал, отвернувшись от Эшго. — Этого недостаточно, Чам.

— Достаточно, Исвал. Более чем. Мы сделали, что…

— Ничего еще не закончилось! Все это бесполезно, если мы не разделаемся с Вейдером и Императором. Ты хотел разжечь пожар и рассеять силы Империи, которые пришлось бы бросить на его тушение. И того, что мы сделали, мало. Они просто солгут, заявят, что с кораблем что-то случилось и он потерян, но Император и Вейдер не пострадали. Хочешь разжечь настоящее пламя? Показать, что Империя может быть уязвима? Тогда нам придется убить этих двоих.

Она представила, как он качает в ответ головой.

— У меня осталось всего два десятка три-истребителей, Исвал, и мы еще не закончили их перепрограммировать. Их не испытывали в бою. Каллон говорит, что…

— У тебя еще есть мы, Чам. Прямо здесь и сейчас. — Тви'лека посмотрела на удаляющиеся корабли. Время уходило. — Чам, нам нужно уничтожить всего один или Два корабля. Три-истребители можно использовать как увлекающий маневр, чтобы занять имперцев. — Она обвела взглядом панель управления, но расположение приборов было ей незнакомо. — Где управление оружием? — спросила она у Эшго. — И есть ли на этом тарантасе вообще оружие?

— Есть, — ответил пилот. — Вот оно.

Исвал кивнула.

— Нам просто нужно их найти, — сказала она Чаму. — И тогда я смогу их прикончить. Чам, слышишь меня?

— Что у вас за корабль?

— С бластерами. Конвойный катер. Заставь Белкора сообщить нам идентификатор корабля с Вейдером и Императором. У них должен быть свой, особый.

На ее глазах из бортов «Губителя» высыпали все новые капсулы. Еще несколько стартовало из носового ангара. Звездный разрушитель наверняка уже почти опустел — до взрыва оставалось не больше двух-трех минут.

— Чам?

— Ладно, Исвал. Подниму три-истребители. Свяжусь с тобой, когда узнаю идентификатор. Будь наготове.

Она облегченно откинулась на спинку кресла.

— Приведи в готовность оружие, — сказала она Эшго. — Как только здесь окажутся три-истребители — настанет пора охоты.

Пока же она собиралась поближе ознакомиться с приборами корабля.

* * *

— Что-что сделать? — переспросил Каллон в ответ на приказ Чама поднять три-истребители. Его лекку раздраженно дрогнули — он терпеть не мог отправлять что-либо в бой, не проведя тщательных испытаний. -

Мы пока что экспериментируем с их мозгами. В бою от них не будет никакого толку.

— Знаю, и тем не менее. Просто заставь их атаковать все, что не является кораблем Исвал.

— И что у нее за корабль? — фыркнул Каллон.

— Конвойный катер.

— И все? — спросил Каллон. — Просто катер? Никакого идентификатора? Как же я добьюсь, чтобы по ней не стреляли?

— Дай им спецификации имперского катера и прикажи стрелять во все остальное, — бросил Чам. — Истребители — лишь отвлекающий маневр, и они в любом случае долго не протянут. У меня нет времени, Каллон. Просто подними их в воздух. Прямо сейчас. А потом мы оставим эту базу и вернемся на Рилот.

Что-то пробормотав, Каллон повернулся и, покинув штабной зал, связался по шифрованному каналу с Белкором.

— Что? — раздраженно ответил имперец.

— Корабль погибает, но отдан приказ об эвакуации…

— Знаю, — бросил Белкор. — Нам уже сообщили, и…

— Мне нужен идентификатор корабля, на котором обычно перемещаются Вейдер и Император, и немедленно.

Несколько секунд Белкор молчал. Чам представил, как тот сейчас морщится от отвращения, размышляя над его просьбой.

— Если те двое не умрут, — добавил тви'лек, — все пойдет прахом. Мне нужен идентификатор, и прямо сейчас.

— Я с тобой свяжусь, — ответил имперец и отключился.

Чам не знал, свяжется ли с ним Белкор. Возможно, у того просто не выдержали нервы. Выругавшись, он посмотрел на поднимающиеся со стартовых площадок корабли и вышел на связь с Исвал.

— Три-истребители стартовали. Не знаю, удастся ли мне получить идентификаторы. Может, пока сама поищешь их корабль?

* * *

Стоя посреди оживленного центра связи, Белкор пытался определиться, как поступать дальше. События развивались быстрее, чем он мог предполагать. Воздух вдруг показался ему затхлым, стены тесными. Ему не хватало дыхания, пространства для маневра.

И ему требовалась не только смерть Вейдера и Императора. Лично для него их гибели было мало.

Еще не отдавая себе отчета в том, что делает, он связался по комлинку с Морс.

— В чем дело, полковник? — напряженно проговорила та.

Белкору не слишком понравилось, что Морс обращается к нему по званию, а не по имени.

— Уточняю, как у вас дела, госпожа. Вы уже покинули спутник?

— Сейчас улетаю.

— Прекрасно, госпожа. Мы попросим пилота сообщить идентификатор корабля и подготовим все необходимое к вашему прибытию.

Ему вдруг показалось, будто его слова и поступки принадлежат кому-то другому, за которым он наблюдает со стороны. Подойдя к компьютерному терминалу, он получил идентификаторы челнока Императора и транспортного корабля Морс, затем скопировал их в шифрованный коммуникатор, с помощью которого общался с Чамом, и, выйдя из центра, вызвал тви'лека на связь.

— Добыл идентификатор? — спросил Чам.

— Посылаю тебе два.

— Два? — удивился предводитель мятежников.

— Вейдер и Император на одном из этих кораблей. А может, каждый на своем. Больше я ничего узнать не смог. Уничтожь для надежности оба.

Он передал идентификаторы, внезапно вспотев.

— Принято, — сказал Чам. — Не поднимай больше V-истребители, пока все не закончится.

— Я не могу больше тянуть, — ответил Белкор, даже не пытаясь скрыть злость. — Разберись с ними побыстрее, тви'лек.

Тот молча отключился. Белкор продолжал стоять, чувствуя, как липнет от пота к коже его форма. Если Морс погибнет вместе с Вейдером и Императором, он сможет свалить все на нее. Поправив форму и пригладив волосы, он вернулся на свой пост.

Его судьба должна была решиться в последующие несколько минут.

* * *

Морс поспешно забралась в свой челнок, и Брилд, ее личный пилот, сразу же поднял корабль в воздух. Окутанная зеленью джунглей поверхность спутника быстро ушла вниз.

— Доложите обстановку, — сказала она в наручный комлинк, устроившись в роскошном, выложенном мягкими подушками пассажирском отделении челнока.

Имперская диспетчерская служба на Рилоте сообщила ей, что «Губитель», охваченный пламенем и серьезно поврежденный, с сотнями или тысячами мертвецов на борту, находится между планетой и орбитой ближайшего спутника — того, с которого только что стартовал ее челнок. Звездный разрушитель был ближе к Рилоту, чем она сама.

— Когда корабль выйдет на орбиту, направьте к нему все доступные ресурсы для ремонта и помощи раненым.

— Так точно, госпожа.

Голубое небо сменилось чернотой космоса. Спутник остался позади, и Морс выглянула в иллюминатор на увеличивающийся Рилот.

Ей не нравился Рилот — его грязь, его сухой воздух и завывающие ветра, свойственная ему нищета, плохая еда и озлобленный народ. Она никогда не видела смысла в том, чтобы терпеть тамошние условия, когда у нее имелась возможность жить в полном комфорте на покрытом джунглями спутнике, оставив всю грязную работу Белкору.

Но в этом она ошиблась — Белкор ее подвел, и теперь молодому полковнику предстояло получить по заслугам. Подобная мысль не пришлась ей по душе — не потому, что Белкор ей нравился, но потому, что это означало для нее лишнюю работу, которую она терпеть не могла. Для работы она была чересчур стара.

* * *

«Губитель» висел в пустоте примерно на полпути между Рилотом и орбитой его ближайшего спутника, когда рванул первый заряд, запустив цепную реакцию. Кормовая часть корабля изрыгнула несколько огненных шаров, и во все стороны, вращаясь, полетели куски надстройки «Губителя», смешиваясь со спасательными капсулами и V-истребителями.

— Началось, — прошептала Исвал.

— Отражатели работают на полную, — напряженно произнес Эшго. — Не уверен, что нам ничего не угрожает.

— Оставайся на месте, — велела Исвал, глядя на сотни испещрявших космос кораблей и капсул.

Корма разрушителя содрогнулась от новых взрывов, и тьму осветили языки пламени длиной в сотни метров, лижущие черный металл.

— Нужно убраться подальше, — сдавленно пробормотал Эшго.

Исвал понимала, что он прав, но им требовалось оставаться поблизости, чтобы довершить начатое. Она не могла представить, что Вейдер и Император не сумели покинуть корабль.

Взрывы быстро распространялись, следуя один за другим. Корму окутал огромный огненный шар, превратив в пар двигатели, хотя звездный разрушитель по инерции продолжал двигаться в сторону Рилота. Во все стороны летели пылающие обломки, секция за секцией исчезали за оранжевой завесой.

Катер Исвал качнуло ударной волной. Даже невооруженным глазом было видно, как начали неуправляемо вращаться подхваченные взрывом спасательные капсулы.

— Держитесь крепче, — бросила она через плечо Дриму, Фейлин и Кросту. Пристегнуться им было нечем, и они ухватились за любые доступные выступающие части кабины.

Вакуум почти сразу погасил едва успевшее расцвести пламя, и несколько мгновений «Губитель» скользил в космосе — молчаливый и темный, почерневший от огня и истерзанный взрывами. Он выглядел почти мирно, словно реликвия давно минувшей войны. Но мгновения эти завершились, когда цепная реакция, запущенная умирающим гиперприводом, превратила крейсер в миниатюрную звезду.

Раскаленное добела пламя взрыва окутало всю оставшуюся надстройку, разорвав корабль в клочья. Исвал прикрыла глаза рукой. Во все стороны разлетелись искореженные горящие обломки.

— Держитесь! — крикнул Эшго, вцепившись в ручку управления.

От останков звездного разрушителя распространилась взрывная волна, превратив в металлолом несколько спасательных капсул и подхватив другие капсулы и V-истребители, словно камешки в бурном потоке.

Для катера удар волны был подобен столкновению с каменной стеной. Корабль отбросило назад и закрутило. Послышался скрежет металла, взвыли сирены. Кроста, Дрима и Фейлин, не сумевших удержаться, отшвырнуло в заднюю часть кабины. Внезапно отключилось электричество, заставив смолкнуть сирены и погрузив кабину во тьму.

Исвал выругалась. Крост, Дрим и Фейлин застонали.

— Вы целы? — спросила тви'лека.

Последовали утвердительные ответы.

— Сделай что-нибудь, Эшго! — закричала Исвал.

* * *

— Приготовьтесь, владыки, сейчас будет трясти, — донесся из динамиков челнока голос пилота, в котором, несмотря на все попытки сохранять спокойствие, чувствовалось напряжение.

Взрывная волна ударила в борт челнока, унося его на десятки километров в сторону. Корабль резко накренился. Сидевшие в креслах Вейдер и Император воспользовались Силой, чтобы удержаться, но четверых императорских гвардейцев с размаху швырнуло о переборку. Из настенного компьютерного терминала посыпались искры, взвыла сирена. Лампы освещения моргнули, потускнели и погасли. Кабина погрузилась в темноту, сирена смолкла. Наступившую тишину нарушало лишь тяжелое дыхание Вейдера.

Включилось резервное питание, и снова вспыхнул свет.

— Одну минуту, владыки, — сквозь треск помех сказал пилот.

Вновь ожили двигатели, и пилот выровнял корабль. Гвардейцы вернулись на свои посты, не произнеся ни слова.

Выглянув в иллюминатор, Вейдер увидел сотни парящих в космосе капсул и кораблей. Многие из них лишились тяги, и космос вокруг усеивали тысячи, если не миллионы обломков, выброшенных в пространство подобно мусору взрывной волной.

Большинство кораблей падали или летели к коричневому шару Рилота, но некоторые устремлялись к ближайшему спутнику планеты. Остальные, беспомощно крутясь, удалялись в открытый космос.

— Отражатели вышли из строя, владыки, но двигатели исправны.

— Продолжай полет к Рилоту, — распорядился Император.

— Скоро будем на месте, — ответил пилот.

— Отлично, капитан.

* * *

Несколько секунд спустя включилось резервное питание, и Эшго быстро выровнял корабль, остановив вращение.

— Все в порядке, — объявил он.

В иллюминаторе Исвал увидела тысячи кораблей и обломков звездного разрушителя, беспомощно вращающихся или дрейфующих следом за взрывной волной. Первая волна капсул начала входить в атмосферу Рилота, раскаляясь и прочерчивая в небе оранжевые линии. Вейдер и Император могли быть где угодно. Она поискала корабль побольше — челнок или нечто подобное, — но в пределах видимости ничего похожего не наблюдалось. В окружавшем их космосе было попросту чересчур много всевозможных объектов — кораблей и обломков.

— Задай полномасштабный поиск, — приказала она Эшго и, стиснув зубы, вышла на связь с Чамом. — Мне нужны идентификаторы корабля, Чам! Сейчас или никогда!

— Передаю, — почти сразу же ответил он, и бортовой компьютер воспроизвел на экране коды.

— Ищи эти, — скомандовала тви'лека, обращаясь к Эшго, но в итоге запустила поиск сама, уставившись на экран компьютера и боясь, что не сумеет обнаружить искомое.

— К нам летят какие-то корабли, — сообщил пилот, коснувшись экрана. — Похоже на три-истребители. Думаю, часть имперской эскадрильи еще на ходу и тоже их заметила. Они идут на перехват.

Исвал знала, что экспериментальные мозги дроидов на три-истребителях не дают им никаких шансов в схватке с V-истребителями, а это означало, что у нее оставалось мало времени. Если Вейдер и Император бежали с «Губителя», она должна найти их корабль и уничтожить его среди возникшего хаоса.

— Ну, давай же! — прошептала она компьютеру.

* * *

Когда на экранах возникло изображение «Губителя», распадающегося на миллионы мелких фрагментов, у всех находившихся в центре связи вырвался вздох. Многие подняли взгляды к потолку, словно пытаясь представить, что сейчас творится высоко над их головами.

— Всем оставаться на местах, — глухо распорядился Белкор.

Он играл в сабакк всего несколько раз в жизни и всегда проигрывал, но сейчас готов был поставить на карту все, что имел. Отослав младшего офицера-связиста — якобы для того, чтобы дать ему собраться с духом, — он вызвал челнок моффа Морс.

— Говорит имперская диспетчерская служба Рилота, — представился он.

— Слушаю, диспетчерская, — ответил пилот.

— «Губитель» погиб. С него вылетели спасательные капсулы, и неподалеку терпит бедствие корабль с важными персонами на борту. Вы к ним ближе всего, так что немедленно направляйтесь туда и окажите помощь.

— Что значит — мы ближе всего? — спросил пилот. Белкор вспомнил, что его зовут Брилд.

— С планеты уже стартуют V-истребители. Но вы ближе.

— Понял.

В ответ Белкор передал идентификатор челнока Вейдера и Императора вместе с координатами последнего местонахождения «Губителя».

Корабль Морс должен был облететь вокруг Рилота, но это заняло бы всего минуту или две. А потом, если все пройдет гладко, дроиды Чама уничтожат ее подчистую.

— Объявляю поисково-спасательную операцию, — сообщил Белкор. — В космосе и на земле множество тех, кто эвакуировался с крейсера. Постарайтесь найти и спасти как можно больше.

Суровая местность и постоянные пылевые бури на Рилоте затрудняли поиски, но Белкору требовалось показать себя с наилучшей стороны. Большинство офицеров и солдат, которым предстояло участвовать в поисках, были преданы ему лично, и он легко мог контролировать происходящее.

— Операцию пока не начинать, — приказал он. — Сперва мне нужны полные данные и подробный отчет о ситуации.

— Есть, сэр.

Задержка позволяла Чаму добраться до Вейдера, Императора и Морс.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Над головой затрещал коммуникатор, и послышался голос Брилда, пилота Морс:

— Госпожа… гм… мне только что сообщили… — последовала долгая пауза, которая очень не понравилась Морс. — «Губителя» больше нет.

Морс поднялась с кресла.

— Что значит — больше нет?

— Судя по всему, он уничтожен, госпожа, — после еще одной паузы ответил пилот. — Так сообщает диспетчерская служба Рилота.

Судорожно сглотнув, Морс вновь опустилась в кресло. Насколько она знала, никому еще не удавалось уничтожить звездный разрушитель. А теперь это случилось над планетой, которой она управляла, и виной тому стало движение Сопротивления, которое она должна была подавлятъ.

Если от её карьеры еще что-то оставалось, то теперь эти остатки разлетелись в клочья вместе с «Губителем».

Хотя ее челнок находился по другую сторону планеты, она все же рискнула выглянуть в иллюминатор, отчасти ожидая увидеть плавающие за ним куски обшивки крейсера. Она не могла даже представить, как до такого вообще могло дойти.

Нет, все же могла. Она слишком доверяла Белкору. Положилась на этого человека, а он ее подвел.

Морс набрала его номер комлинка.

— Госпожа, я сейчас слишком занят, — ответил напряженный, почти срывающийся голос полковника.

— Слишком занят? Ты? — фыркнула Морс.

— «Губитель» погиб, госпожа. Но Вейдер и Император спаслись. Выживших более чем достаточно. Я дал указание вашему пилоту…

— Ты… что?

— …отклониться от курса и оказать помощь в спасении Императора и повелителя Вейдера.

— Почему космос до сих пор не кишит V-истребителями и спасательными челноками? Чем ты вообще занят, Белкор?

— Госпожа, у нас ограниченный запас кораблей, и вряд ли было бы разумно направлять их к «Губителю» до взрыва. Как раз сейчас я поднимаю их в воздух.

Морс ощутила болезненный укол в левом виске, чего не бывало с ней с тех пор, когда работа еще заботила ее всерьез.

— Больше ничего не предпринимать без совета со мной, полковник. Усек? — проговорила она сквозь зубы.

— Да, госпожа, — последовал ответ после некоторой паузы.

— Ты ответишь мне за все свои ошибки, как только моя нога ступит на Рилот. Усек?

— Да, госпожа. — На этот раз пауза длилась намного дольше.

Морс прервала связь, кипя от ярости. В течение долгих лет она давала Белкору чересчур много свободы, позволяя ему беситься с жиру на Рилоте. Нужно было хотя бы создать видимость, что власть в ее руках. Так что без расследования и последующего наказания никак не обойтись.

У Морс имелся единственный шанс исправить положение хотя бы отчасти — найти Императора и повелителя Вейдера и доставить их в целости и сохранности на планету. Если ей это удастся, возможно, она сумеет сохранить свой пост. Она могла возложить вину за неспособность подавить движение «Свободный Рилот» на Белкора, обвинив многообещающего, но не слишком исполнительного офицера в просчетах, приведших к гибели звездного разрушителя. Она, скорее всего, понесет ответственность за то, что неверно оценила его перспективы и не заметила изъянов, но, возможно, избежит худшего.

Другого выхода у нее просто не оставалось.

— Как можно быстрее облети планету, Брилд, — сказала она пилоту.

— Слушаюсь, госпожа.

Челнок разогнался до полной скорости, мчась вокруг Рилота в погоне за останками «Губителя».

* * *

— Один есть! — воскликнул Эшго, показывая на экран сканера.

Исвал тоже увидела челнок, прокладывающий путь к Рилоту среди поля космического мусора.

— Еще три-истребители на подходе, — добавил пилот.

— Оружие на изготовку, — приказала тви'лека, приводя в действие скромный набор орудий на борту катера. — Прикончим его.

Эшго повел корабль среди обломков, лавируя между капсулами и фрагментами «Губителя». Пискнул сканер, сообщая о том, что обнаружен идентификатор второго корабля. Их разделяли десятки тысяч километров.

— Берем на прицел первый, — решила Исвал. — Но и второй не теряем из виду. Им займемся позже.

* * *

Морс судорожно вздохнула при виде масштаба разрушений. Повсюду парили куски металла — некоторые больше ее челнока. Среди обломков плавали спасательные капсулы и даже V-истребители с неработающими двигателями.

— Где спасатели? — пробормотала Морс. — Будь ты проклят, Белкор.

Обломки начали ударяться о корпус челнока.

— К нам приближаются корабли, — сообщил по внутренней связи Брилд.

— Спасательные? Сколько их?

— Нет, госпожа. У меня странные данные. Похоже, это старые три-истребители. Дроиды.

— Что? Впрочем, не важно. Ты нашел челнок Императора?

— Он у меня на сканере, госпожа.

— Вызови их.

— Хорошо… погодите… Госпожа, нас атакует какой-то катер.

Морс сообразила, что если у мятежников есть «стервятники» и три-истребители, то они вполне могли переделать под свои нужды и имперские корабли сопровождения.

— Уклоняйся, — сказала она, бросаясь в кресло и нашаривая ремни.

Брилд, уверенный, что она пристегнута, резко бросил корабль влево. Морс швырнуло через кабину и ударило о переборку с такой силой, что у нее перехватило дыхание.

* * *

Космос прочертили красные линии — автоматические бластеры три-истребителей начали стрелять по уцелевшим имперцам. Спасательные капсулы, не имея возможности уклониться, взрывались, охваченные пламенем. Еще оставшиеся на ходу V-истребители отвечали огнем своих орудий.

— Он уходит, — сказал Эшго, лавируя влево и вправо.

— Ближе, — процедила Исвал, дожидаясь, когда компьютер поймает цель. — Чуть-чуть ближе.

Компьютер пискнул, сообщая, что цель зафиксирована.

Из пушек катера вырвались лучи раскаленной плазмы.

* * *

Удар сотряс челнок, бросив Морс на переборку и на миг лишив ее дыхания. Взвыла сирена. Морс поднялась на четвереньки, тяжело дыша.

— Брилд, — выпалила она, но тот не реагировал. — Доложи обстановку.

Судя по всему, пилот был слишком занят маневрированием, чтобы ответить. Челнок бросало вверх и вниз, мимо иллюминаторов по правому борту проносились красные линии. Очередной удар пришелся в корму, и за ним последовал взрыв, воспламенивший один Или несколько двигателей. Свет в кабине погас, и корабль встал на дыбы, отбросив Морс в другой конец кабины. Она застонала от боли, ударившись головой об одно из кресел, и в глазах помутилось. Со лба потекла кровь, застилая взгляд.

— Брилд! Брилд!

В глазах жгло от сочившегося откуда-то дыма. Звук сирен словно стал тише — а может, ей отказывал слух. Схватившись за кресло, она попыталась подняться, слегка удивившись при виде крови на собственной руке. Кто бы в них ни стрелял, он наверняка намеревался вернуться. Она не знала, работают ли еще щиты. Если нет…

У нее кружилась голова. Сумев лишь привстать, она снова осела на палубу.

— Брилд, — проговорила она голосом, который показался ей странно далеким.

Двигатели отключились, и корабль круто бросило вправо и вниз. Дым стал гуще, свет погас окончательно. Кашляя, задыхаясь и теряя сознание, она поняла, что они падают, и еще успела подумать, что могло случиться с резервным питанием.

* * *

— Проклятье! — бросила Исвал, глядя, как челнок, в который они целились, виляет во все стороны, облетая препятствия. Эшго пришлось резко бросить катер влево, чтобы не столкнуться со спасательной капсулой, но все же он зацепил ее крылом, заскрежетав металлом о металл.

— Повреждений нет, все хорошо, — тяжело выдохнул он. — Все хорошо.

— Нет, не все, — возразила тви'лека, пытаясь разглядеть челнок среди обломков, капсул и других кораблей. Цель они уже потеряли. — Разворачивайся! Скорее, Эшго! Скорее!

— Пытаюсь, — процедил он сквозь зубы, ведя корабль среди обломков. Несмотря на все усилия, куски металла продолжали ударять в корпус катера.

— Не вижу его! — прокричала Исвал.

— Он все еще у меня на сканере, — ответил пилот. — Смотри! У него отказали двигатели, даже система жизнеобеспечения! Он мертв и падает.

— Где другой? — спросила тви'лека, бросая взгляд на сканер. Второй корабль направлялся прямо к Рилоту. Хуже того, она увидела V-истребители, которые поднялись с Рилота и на всех парах приближались к ним.

— Мы сейчас потеряем второй, Исвал, — сказал Эшго.

— Знаю! — Она вызвала по личному комлинку Чама: — Чам? Мне нужно, чтобы ты рассчитал примерную зону падения для…

— Я ничего не вижу, Исвал. Мы на корабле по другую сторону планеты, направляемся на базу на Рилоте. Что там у вас?

— Мы сбили один корабль. У него отказали двигатели, и он падает в атмосферу. Я не знаю, на нем ли Вейдер и Император. И даже если они там, вполне возможно, что они еще живы.

— Мы его теряем, — сообщил Эшго, подразумевая второй челнок.

— Делайте, что можете, и уходите оттуда, — распорядился Чам. — Белкор колеблется, и на него сейчас нельзя положиться. Путь к отступлению, Исвал. Продумай его как следует.

— Встретимся на планете, Чам, — кивнула она и повернулась к Эшго: — Лети в погоню за вторым. Первый найдем позже.

Она смотрела на экран сканера, где беспомощно падал в атмосферу Рилота первый челнок. Им удалось его подбить, вероятно, смертельно, но точно сказать было нельзя, пока они не найдут сам корабль или его обломки. Помехи в атмосфере препятствовали дальнейшему сканированию, а Исвал терпеть не могла неопределенности. Но поделать она все равно ничего не могла.

— Атакуем второй, — сказала она пилоту. — И на этот раз не оставим им никаких шансов.

* * *

Вейдер смотрел в маленький иллюминатор на миллионы обломков, густо заполонивших космос сродни полю астероидов, и каждый кусок металла все больше распалял его гнев. Мятежники должны были за это поплатиться.

— Предательство никогда не остается безнаказанным, друг мой, — сказал Император, словно прочитав его мысли.

В голосе учителя Вейдеру послышались угрожающие нотки. Он повернулся, собираясь спросить, что тот имел в виду, но прежде чем успел произнести хоть слово, ощутил в Силе надвигающуюся опасность.

— Они приближаются, — тихо промолвил Император, судя по всему почувствовав то же самое, и от его слов повеяло морозом.

— Владыки, — раздался по внутренней связи голос пилота, — похоже, в нашу сторону движется имперский конвойный катер. На вызовы не отвечает.

— Это враг, — ответил Император. — Уничтожить его.

Когда речь шла о безопасности его учителя, Вейдер предпочитал не рисковать. Встав, он направился в кабину.

* * *

Расстояние между катером и челноком быстро сокращалось.

— Они нас видят, — сказал Эшго, корректируя курс. — Пытаются взять на прицел.

— И я их вижу, — ответила Исвал. Прицельный компьютер пискнул, сообщая о фиксации цели. — Они опоздали. Пусть попробуют отразить наш выстрел, подонки.

Она выстрелила в имперский челнок, который в ту же секунду начал уклонение. Заряд угодил снизу в носовую часть, превратив его единственную орудийную установку в брызги огня и расплавленного металла. Катер пронесся над челноком.

— Разворачиваемся! — прокричал Эшго, закладывая вираж.

* * *

Вейдер распахнул ведущий в кабину люк, где его встретил вой сирен. Атакующего в иллюминаторе видно не было, а вдали лишь вспыхивали выстрелы V-истребителей.

— Они сзади, — произнес один из пилотов, обращаясь не к Вейдеру, а к своему напарнику. — Орудия уничтожены. Щиты держатся.

Над кораблем пронеслись зеленые лучи, превратив в пар висевшую впереди по правому борту спасательную капсулу. Вейдер вцепился в края люка, пытаясь удержать равновесие. Пространство над челноком пронзил еще один залп с катера, а следующий выстрел попал в крыло, заставив корабль содрогнуться. Пилот резко бросил челнок влево, и катер промчался мимо, столь близко, что Вейдер успел разглядеть его пилотов-тви'леков.

Ругаясь, пилот челнока лавировал в рассеивающемся, но все еще густом облаке обломков, оставшихся после гибели «Губителя». Он резко потянул ручку на себя, но опоздал — в челнок с грохотом врезался кусок надстройки, и поверхность иллюминатора кабины пошла трещинами.

Решив, что увидел достаточно, ситх сделал два шага вперед и, отстегнув одной рукой ремни пилота, другой выволок его из кресла и отшвырнул в сторону.

— Убирайся, — прорычал Вейдер, занимая место пилота. — И ты тоже, — добавил он, обращаясь ко второму.

Вытаращив от страха глаза, второй пилот отстегнулся, помог первому подняться, и оба поспешно выпрыгнули из кабины.

Вейдер мельком оглядел приборы. Катер снова приближался, готовясь произвести очередной залп. Поскольку орудия челнока бездействовали, ситх сосредоточился на том, чтобы уклониться от выстрела. Пользуясь преимуществом, которое создавал космический мусор, он бросил челнок влево, затем вперед, снова назад, меняя высоту и уворачиваясь от парящих обломков «Губителя». Космос прочерчивали зеленые лучи выстрелов с катера, но все они промахивались, попадая в обломки и капсулы.

Позволив катеру подойти поближе, он врубил обратные ускорители и почувствовал, как его бросает вперед в кресле. Затем он снова запустил двигатели. Мгновенной остановки оказалось вполне достаточно — катер промчался над ним. В ту же секунду Вейдер перевернул челнок и бросился в погоню. Да, корабль Вейдера лишился орудий — зато сам Вейдер был отнюдь не безоружен.

* * *

Катер пронесся над челноком, и Исвал с Эшго разразились проклятиями.

— Хороший у них пилот, — напряженно проговорил Эшго. — Очень хороший.

— Где он? — спросила из заднего отделения Фейлин. — Что он делает?

Исвал подстроила изображение на сканере:

— Вижу его! Он…

Она выглянула через фонарь кабины и не поверила глазам. Челнок летел всего в нескольких десятках метров от них, перевернувшись кверху брюхом, так что кабины обоих кораблей оказались друг против друга, и Исвал могла видеть Вейдера, а Вейдер — их. Он сделал жест рукой в перчатке, будто сжимая кровоточащую артерию, и тви'лека почувствовала, как что-то сдавливает ей горло. Она инстинктивно потянулась к шее, но там ничего не было — лишь неумолимо сжимающиеся невидимые тиски. Не в силах вдохнуть, она в панике схватилась за шею, судорожно дергая ногами. Рядом с ней то же самое происходило с Эшго. Вцепившись в воротник и извиваясь в кресле, она сумела сделать крошечный глоток воздуха. Незримая сила все крепче стискивала ее горло.

— Что случилось? — крикнул сзади Дрим. — Что с вами?

В глазах у нее потемнело, поплыли круги. Она вспомнила, какие звуки издавал Пок, когда его убивал Вейдер, — долгая тишина, перемежающаяся короткими хрипами.

И теперь он каким-то образом душил и ее. Это мог быть только он.

Подняв взгляд, она увидела имперский челнок, в кабине которого сидел Вейдер.

Кто-то звал ее по имени. Чам? Дрим? Фейлин?

Ответить она не могла, не в силах пошевелить губами. Поле ее зрения сузилось, и сейчас она видела только черного великана и никого больше. Она представила собственное отражение в очках его шлема. Мир ее ограничился исключительно его глазами и ее собственной злостью — и в этот миг к ней пришло просветление.

Исвал знала, что погибает, но не собиралась умирать в одиночестве.

Убрав руки с шеи, она схватилась за ручку управления и дернула ее на себя. Задрав нос, катер устремился к челноку. А потом наступила тьма.

* * *

Вейдер ощутил опасность за долю секунды до того, как умирающая тви'лека бросила катер прямо на его челнок. Он резко рванул ручку вправо и назад, но челнок оказался не столь маневренным, как его эта-перехватчик, и реагировал слишком медленно.

Катер врезался в брюхо челнока, и тот закрутило вдоль поперечной оси. Звезды и планеты за иллюминатором кабины закружились в сводящем с ума вихре. Заскрежетал металл, взвыла сирена, но лишь на мгновение, а затем на челноке полностью отключилось питание. Вейдер сидел в пилотском кресле в темной кабине, сжимая мертвую ручку. В линзах его шлема включились усилители света, компенсируя наступившую темноту. Тишину нарушал лишь шум его респиратора. За иллюминаторами простиралась ошеломляющая панорама сменяющих друг друга картин — Рилот, обломки «Губителя», капсулы, далекий спутник Рилота, звезды. С каждым оборотом челнока Рилот становился все больше — корабль падал на планету.

В поле зрения Вейдера на миг мелькнул катер, двигатели которого все еще работали. Но его сильно повредил удар, и, окутанный пламенем и дымом, он падал по спирали на Рилот. Судя по всему, ему было суждено развалиться в атмосфере.

Спокойно сосредоточившись на приборной панели и окутав себя Силой, Вейдер попытался восстановить резервное питание, но безуспешно. Ему редко приходилось призывать на помощь технические способности, которыми он обладал с детства, но теперь они вполне могли ему послужить. До того момента, когда корабль войдет в атмосферу планеты, оставалось слишком мало времени. А если он войдет в нее, неуправляемо вращаясь, то сгорит.

Вейдер перевел оставшуюся мощность батарей на маневровые двигатели. Ему требовалось всего несколько секунд их работы, чтобы выровнять корабль и вернуть ему управляемость при входе в атмосферу. Пальцы быстро забегали по приборной панели. С каждым мгновением Рилот увеличивался в размерах.

Внезапно его мозг, подобно острому клинку, пронзило воспоминание о том, как он в одиночестве парил в спасательной капсуле над Рилотом, вращаясь высоко над его поверхностью после того, как его крейсер врезался в корабль управления дроидами. Из глубин памяти внезапно всплыло имя.

Асока.

Иногда он звал ее «Шпилька».

Отбросив прочь заблудшее воспоминание, он сосредоточился на работе. Несколько секунд спустя ему удалось перенаправить достаточно мощности от резервных батарей, чтобы ненадолго запустить маневровые двигатели.

Без лишних колебаний призвав Силу, он посмотрел в иллюминатор и, прочувствовав движение корабля, включил маневровые.

Вращение корабля замедлилось, положение выровнялось. Еще один короткий толчок полностью остановил вращение, и челнок вышел на траекторию, которая позволяла безопасно войти в атмосферу. И у него еще оставался небольшой запас мощности батарей.

За его спиной открылась дверь в кабину, и он ощутил присутствие учителя.

— Корабль почти лишился энергии, — известил его Вейдер. — Но я все равно сумею его посадить.

— Не сомневаюсь, — ответил Палпатин, опускаясь в кресло второго пилота. — Мы уже бывали в подобных ситуациях — и ты, и я.

Вейдер промолчал, хотя на память тут же пришла битва над Корусантом — и то, что последовало за убийством Дарта Тирануса. Как всегда, его учитель словно заполнял собой все доступное пространство, подавляя Вейдера своей властью.

— Над Корусантом, — подтвердил учитель. — И… не только.

Вейдер быстро посмотрел на него, но взгляд на морщинистом лице, скрытом капюшоном, ничего не выражал.

Корабль опускался все ниже, и Рилот целиком заполнил поле зрения. Вейдер смотрел на его испещренную коричневыми, зелеными и желтыми пятнами поверхность, вспоминая события далекого прошлого и имена, которые теперь редко возникали в его памяти, — Энакин, Мейс, Пло Кун…

Челнок вошел в атмосферу под слишком большим углом, и его начало бросать из стороны в сторону. От напряжения заскрежетал металл. Вейдер на долю секунды включил маневровые двигатели, уменьшив угол посадки, и толчки сменились легкой вибрацией. Корабль окутало пламя от трения об атмосферу. Их окру-жал огонь. Огонь…

Мустафар.

Оби-Ван.

Он попытался уничтожить воспоминания в пламени собственного гнева, но обугленные фрагменты прошлого продолжали цепляться за его сознание.

Падме.

Он редко позволял себе вспоминать ее имя.

Вне себя от ярости, он стиснул ручку управления с такой силой, что та треснула. Дыхание его участилось, звук респиратора стал громче.

Вейдер ощутил на себе взгляд учителя, осознавая его тяжесть и вопросы, которые он нес в себе. Он знал, что Палпатин видит его насквозь.

— Тебя что-то тревожит, друг мой, — спокойно проговорил Император, пока корабль с воем несся сквозь стратосферу Рилота.

— Нет, учитель, — ответил Вейдер. Он полностью погрузился в Силу и сосредоточился на полете, изгоняя воспоминания прочь.

Главным теперь для него было безопасно посадить челнок, почти полностью лишившийся энергии. Автоматика доспехов помогла выровнять дыхание, и вместо того, чтобы отдаться на волю эмоций, он укротил их, еще плотнее окутав себя Силой. Перенаправив остатки мощности батарей на аварийное рулевое управление для полета в атмосфере, он сделал траекторию снижения более пологой. По всей планете сейчас наверняка падали с неба сотни кораблей.

По мере снижения коричневые, зеленые и желтые пятна начали приобретать более четкие очертания. В свете заходящего солнца Вейдер мог различить проносящиеся под ними детали местности: ущелья, горные хребты, каньоны, высохшие речные русла, трещины.

Впереди над выжженной почвой поднимался огромный лес, казавшийся неуместным изъяном на мертвой поверхности Рилота, но Вейдер знал, что на планете имеются несколько обширных лесных массивов.

Неумолимая сила тяжести влекла корабль прямо к лесу. Земля приближалась с такой скоростью, будто челноком выстрелили из бластера. Траектория падения все еще оставалась слишком крутой, но рулевое управление едва реагировало, несмотря на все усилия Вейдера. Ему удалось выпустить аварийные закрылки, позволившие сделать спуск более пологим. Коричневые и желтые пятна исчезли, и поле зрения полностью заполнил лес, подобно летящему навстречу океану деревьев.

— Приготовиться к удару, — сказал он, но его учитель, естественно, уже пристегнулся.

Челнок заскользил по верхушкам деревьев, и пилот попытался воспользоваться тонкими ветвями в лесном пологе в качестве импровизированных тормозов. По корпусу челнока заскребли большие и маленькие ветви, корабль кренился и подпрыгивал, все больше углубляясь в лес. В лобовом иллюминаторе ничего не было видно, кроме деревьев, листьев и ломающихся толстых сучьев. Скрежеща металлом, корабль ударялся об одно дерево за другим.

Они врезались в большое дерево, иллюминатор треснул, челнок накренился и начал падать, кувыркаясь и ударяясь о деревья. Ветка толщиной с две руки Вейдера пробила иллюминатор, разнеся его вдребезги и прорезав пространство между Вейдером и его учителем, а потом вдруг исчезла, и корабль продолжил падение, прокладывая просеку среди местной флоры. Корабль столкнулся еще с несколькими деревьями и наконец рухнул, завалившись набок и погрузившись на метр в мягкую подстилку леса. Через дыру в иллюминаторе хлынула земля, на полметра заполнив кабину.

Внезапно наступившая тишина ощущалась странно в сравнении с предшествовавшим ей хаосом. Вейдер отпустил ручку управления. Из леса донесся визг какого-то представителя рилотской фауны. Сквозь лесной полог просачивались тусклые лучи заходящего солнца, отбрасывая густую тень на разбитую кабину. Несмотря на встроенные в броню фильтры, Вейдер ощущал органическую вонь взрытой кораблем почвы, растительные запахи леса. Приборы были мертвы. Энергии не осталось ни капли.

— Аварийный маяк не работает, — сказал он и, отстегнувшись от кресла, спустился на переборку, игравшую теперь роль палубы. Его учитель тоже отстегнулся и, перекувырнувшись в падении, изящно приземлился на переборку рядом с Вейдером.

— Ты использовал далеко не все свои возможности, — сказал Палпатин. — Я видел, как ты действуешь в куда более сложных обстоятельствах. Боюсь, твой разум был не до конца занят непосредственной задачей.

Вейдер на мгновение задумался, а потом ответил, даже не пытаясь солгать:

— Я… на секунду подумал о другом.

— Так я и предполагал, — кивнул учитель. — И я рад, что ты сказал мне правду, хотя, как мне кажется, это лишь половина правды. Так или иначе, из-за твоего просчета у нас четыре трупа в заднем отделении.

Вейдер не стал спрашивать, откуда его наставник знает, что погибли четверо. Палпатин попросту знал Многое, практически все, и этого объяснения вполне хватало. Естественно, учителя судьба погибших нисколько не заботила. Его заботили лишь ошибка Вейдера и его полуправда.

— Больше такого не случится, учитель, — склонив голову, сказал Вейдер.

— Надеюсь, — ответил Император, возможно имея в виду посредственное пилотирование, а может, и что-то еще.

Повернувшись, Вейдер взялся за ручку двери пассажирского отделения с намерением ее открыть.

— Ты сказал, что подумал о чем-то другом, — вновь заговорил учитель, и по тону его голоса Вейдеру показалось, будто он пытается поймать его на слове. — О чем же?

Отпустив дверь, Вейдер снова повернулся к нему. Посмотрев на морщинистое лицо учителя, он на этот раз не стал ничего скрывать.

— О прошлом. О моей прежней жизни.

Император уставился на ученика, пронизывая его взглядом темных глаз, и тихо вздохнул:

— Понятно.

— Для меня это ничего не значит, — махнул рукой Вейдер. — Случайные мысли, ничего больше.

— Гм, — проговорил Палпатин. — Прошлое — призрак, который нас преследует. Призраков следует изгонять. Задумываться о прошлом — значит проявлять слабость, повелитель Вейдер.

— Да, учитель, — смиренно сказал Вейдер.

Поняв, что учитель завершил урок, он снова взялся за ручку двери и распахнул ее. Ситху пришлось встать на колени, чтобы заглянуть в пассажирское отделение. Недалеко от двери лежали тела двух пилотов. Глаза их были широко раскрыты, руки и ноги вывернуты под неестественными углами. Жесткая посадка их прикончила.

На полу пассажирского салона распростерлись четверо императорских гвардейцев. Двое все еще были пристегнуты к сорвавшимся со своих креплений креслам.

— Повелитель Вейдер, — спросил капитан гвардейцев, высвобождаясь из ремней, — где Император? Он…

— Он здесь, — ответил из-за спины Вейдера учитель, хотя Вейдер не слышал и не почувствовал, как тот подошел. — И он не пострадал.

— Встать, — приказал Вейдер, и двое, кто до этого был пристегнут, пошатываясь, поднялись на ноги. Двое других остались лежать на палубе. К удивлению владыки ситхов, нога одного из них дернулась. Он был жив. — Там только трое мертвых, — сказал он своему учителю.

— В самом деле? — спросил Палпатин.

Присев, капитан гвардейцев взглянул на своего товарища.

— Он без сознания, мой Император. Он не пристегнулся, и его швыряло во время посадки.

Раненый застонал. Его рука в перчатке сжалась и разжалась.

— Убить его, — распорядился учитель.

Капитан императорской гвардии, приученный без вопросов подчиняться любому приказу Императора, не стал колебаться. Встав, он достал тяжелый бластер и выстрелил своему товарищу в голову, оставив в его шлеме темную дымящуюся дыру.

— Теперь их четверо, — сказал Палпатин.

Поняв намек, Вейдер повернулся к учителю. Слышался лишь размеренный громкий шум его респиратора.

Император с фальшивым сожалением покачал головой.

— Он оказался слишком глуп. А глупость, как и ностальгия, — проявление слабости. Я не могу простить слабости своим приближенным. Мне в самом деле крайне жаль, но порой нам приходится делать трудный выбор. А теперь будь так любезен, выведи нас отсюда, повелитель Вейдер.

Вейдер включил световой меч, и пока тот шипел, учитель бесстрастно смотрел ему в лицо.

Проведя клинком по переборке, ситх вырезал в надстройке подобие двери и первым шагнул наружу. За ним последовали двое императорских гвардейцев, а затем его учитель.

Мягкую лесную подстилку усеивали сухие листья и опавшие ветви. В небо на семьдесят метров уходили деревья с покрытыми гладкой корой стволами, затеняя остатки дневного света. Частично обнажившиеся корни были столь велики, что их сплетения превосходили Вейдера ростом. Полог листвы над головой шелестел на непрекращающемся ветру Рилота, словно лес о чем-то перешептывался. Что-то большое пролетело высоко наверху, потревожив листья. Вдали в темноте послышался вой местной фауны.

— Проверьте аварийные комплекты, — сказал Вейдер гвардейцам. — Посмотрите, что можно забрать.

Они подчинились лишь после того, как им кивнул учитель Вейдера. Когда они ушли, ситх повернулся к наставнику и как можно почтительнее спросил:

— Вы меня испытываете, учитель?

— Испытываю? Ты так это воспринимаешь?

— Я неправ?

Учитель улыбнулся и положил руку — руку, способную испускать молнии Силы, — на плечо Вейдера, словно выражая своим жестом как симпатию, так и подтверждение собственной власти.

— Мы все постоянно подвергаемся испытаниям, друг мой. Испытания делают нас сильнее, а сила — это власть. И власть — наша цель. Мы должны пройти любые испытания, с которыми нам придется столкнуться. — Помолчав, он добавил: — Или умереть.

Вейдер не мог понять ни выражения лица учителя, ни значения его слов. Но, с другой стороны, ему это удавалось редко.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Центр связи гудел от приказов, но на их фоне слышался всеобщий недоверчивый ропот. В воздухе пахло потом и тревогой.

— Что там происходит? — спросил какой-то лейтенант.

— Что с челноком моффа? — задал вопрос другой.

— Три-истребители? Сколько?

Белкор переходил от одного пульта к другому, получая донесения, отдавая приказы и изо всех сил стараясь делать вид, будто пытается спасти тех, чьей смерти на самом деле желал, и держит под контролем давно опередившие его события. Он не получил никаких подтверждений гибели корабля моффа — известно было лишь, что тот исчез с экранов сканеров, как и челнок Императора, и это вселяло в него робкую надежду, хотя он и не смел надеяться.

Внезапно он понял, что тяжело дышит. Форма казалась слишком тесной, стены словно сблизились, потолок опустился.

— Сэр, с вами все в порядке?

— Что? Да, конечно. Да. Займитесь делом, лейтенант.

Но ни о каком порядке и речи быть не могло, пока он не будет точно знать, что Императора, Вейдера и Морс нет в живых.

— По всему западному полушарию планеты и на ближнем спутнике приземляются спасательные капсулы, — передал другой лейтенант. — Мы принимаем тысячи сигналов бедствия. Поисково-спасательные группы не справляются, сэр, — не хватает личного состава. Потребуется не меньше нескольких дней.

— Что известно о челноке Императора или корабле моффа?

— Пока ничего, сэр.

Белкор кивнул, ощущая одновременно облегчение и страх. Если у него каким-то образом все получится, возникнет очередная непростая задача — сочинить достаточно правдоподобную историю, чтобы снять с себя вину.

Но сперва требовалось удостовериться, что Император, Вейдер и мофф мертвы.

* * *

Исвал услышала чей-то крик:

— Исвал! Эшго! Кто-нибудь, помогите!

Голос принадлежал Фейлин. С трудом продрав глаза, Исвал глубоко вдохнула. Она почувствовала боль в горле, и…

Весь экран заполнил огромный сверкающий шар Рилота. Его сменила чернота космоса, потом он вернулся снова, потом опять исчез… Они кувыркались по поперечной оси. Исвал крепко зажмурилась, подавляя приступ тошноты. У тви'леки кружилась голова, но она понимала, что, если они войдут в атмосферу, продолжая кувыркаться, корабль развалится и сгорит.

— Фейлин? — хрипло проговорила Исвал. — Эшго?

Пилот безвольно сидел в соседнем кресле, уткнувшись в грудь подбородком. Фейлин неуклюже распласталась поверх него, пытаясь управлять челноком.

— Он мертв, Исвал! — кричала она. — А Крост и Дрим без сознания! Я не могу выровнять корабль! Я летала на симуляторах, но…

— Мертв? — все еще с трудом соображая, переспросила Исвал. К горлу подкатил горький ком.

— Исвал! Ты лучший пилот, чем я! Ты должна взять управление, иначе с нами будет то же самое! Горевать будем потом! Исвал!

Звучавшие в голосе Фейлин отчаянные нотки помогли сосредоточиться. Тви'лека наклонилась вперед в кресле, пытаясь прочистить мозги.

— Сперва нужно остановить вращение. — Она взялась за ручку. — Передай мне управление.

— Я не знаю как! — беспомощно проговорила Фейлин.

— Конечно знаешь. — Внезапно, как часто бывало в критических ситуациях, к Исвал вернулось прежнее самообладание. — Вспомни симулятор. Синяя кнопка возле твоей левой руки. Быстрее.

— Верно, — кивнула девушка, тоже слегка успокоившись. Она нажала кнопку, и Исвал запустила вспомогательные двигатели, компенсируя вращение, которое начало замедляться, а затем прекратилось. Экран снова заполнил Рилот. Они приближались к планете с дневной стороны по слишком крутой глиссаде. Исвал попыталась скорректировать траекторию.

— А мне что делать? — спросила Фейлин.

— Схватись за что-нибудь. И поскорее.

Вход во внешние слои атмосферы был подобен столкновению со стеной. Внезапная потеря скорости швырнула обеих вперед. Фейлин вскрикнула, но удержалась за кресло Эшго. Из заднего отделения послышались глухие удары, и Исвал старалась не думать о том, что происходит сейчас с Дримом и Кростом. Корабль окутало пламя, окрасив кабину в оранжевый цвет. Металл корпуса скрежетал и трещал. Корабль содрогался с такой силой, что у тви'леки заболели зубы.

— Ровнее, — пробормотала она, обращаясь больше к себе самой, чем к Фейлин. — Ровнее.

Катер продолжал вибрировать, но это была уже обычная дрожь при входе в атмосферу.

— Что случилось с другим кораблем? — спросила Исвал у Фейлин. — В который мы врезались?

— Что?

— Другой корабль, Фейлин! Ты видела, что с ним случилось?

— Я… да, у него погасли все огни, он начал кувыркаться и падать на Рилот.

— Он сгорел? Ты видела, как он горел в атмосфере? Это важно, Фейлин.

— Нет, не видела. Мы сами кувыркались, и я едва… я просто пыталась привести тебя в чувство. Я думала, мы разобьемся.

Исвал выругалась. Вибрация прекратилась — они вошли в атмосферу. Внизу простиралась унылая коричневая поверхность Рилота, опаленная солнцем, словно высохший плод.

Тви'лека посмотрела на дисплей сканера, но не увидела ничего полезного. Выглянув из кабины, она представила дождь падающих на планету капсул и челноков. Возможно, в одном из них находились Вейдер и Император, но она никак не могла…

— Посмотрим сохраненные данные, — пробормотала она, нажимая клавиши навигационного компьютера.

— Данные? — переспросила Фейлин.

— Проверь, что с Дримом и Кростом.

Девушка направилась в заднее отделение, но почти сразу же вернулась.

— Их больше нет. Остались только мы.

Исвал кивнула, сосредоточившись на своей задаче и гоня прочь грустные мысли.

— Слышишь меня? — дрожащим голосом спросила Фейлин. — Я сказала — их больше нет.

— Я слышала. Вернись в кресло и сядь. Ты можешь мне понадобиться.

— Исвал…

— Сядь, Фейлин! Ничего еще не закончилось, и я не хочу, чтобы они погибли зря. А ты хочешь?

— Нет, — тихо ответила соратница. Мягко подняв Эшго с кресла, она уложила его на палубу и заняла его место. — Конечно нет.

Сверившись с данными сканера, Исвал наконец нашла то, что искала.

— Есть! — Она ткнула пальцем в экран.

— Что?

— Траектория падающего челнока. Ты сказала, что на нем погасли все огни, — значит, он просто падал. Его траектория не должна была сильно измениться, и круг поисков несколько сужается.

Она стиснула зубы, выходя на личный канал связи с Чамом.

* * *

Каллон вел транспортный корабль, шедший на всех парах к Рилоту. Чам сидел в кресле второго пилота, пытаясь побороть охватившее его странное чувство пустоты. Он исчерпал большую часть доступных Сопротивлению ресурсов, но им все же удалось уничтожить имперский звездный разрушитель, а возможно — возможно, — и убить Императора с Вейдером. Ему следовало ликовать, но вместо этого он ощущал себя словно сдувшийся воздушный шар. Возможно, виной тому была полученная за последний час чрезмерная доза адреналина.

Он снова попытался вызвать Исвал, но ответа не получил. Почувствовав взгляд Каллона, он постарался скрыть тревогу, хотя его лекку все же дрогнули.

Их челнок приближался к планете с ночной стороны, противоположной той, где погиб «Губитель». Неподалеку летело еще около десятка кораблей, набитых под завязку повстанцами и всей техникой, которую они сумели быстро погрузить, сняв с базы на спутнике. Корабли двигались медленно, на малой мощности, замаскировав выхлоп двигателей, чтобы минимизировать свои следы на экранах вражеских сенсоров.

— На сканерах чисто, — сообщил Каллон, глядя на экран. — Империя занята спасательной операцией. Задняя дверь открыта, и никого нет дома.

— Соберем всех наших на планете и перегруппируем силы, — постановил Чам. Ему требовались оперативные данные, нужно было знать, где сейчас Исвал и все ли с ней в порядке.

— Неплохо, — кивнул Каллон. — И что потом?

Вопрос застиг Чама врасплох. А в самом деле — что потом? Они совершили больше, чем могли надеяться, и он настолько был занят планированием операции, что даже не задумывался о том, что будет дальше. Возможно, он сам не верил, что у них все получится. Он имел под своим началом целое движение Сопротивления, но не знал точно, как им вести себя после сегодняшнего дня. Нужно было дать им следующую цель, на которой они могли бы сосредоточиться. Он и сам в ней нуждался.

— Планирую следующие шаги, — ответил он Кал-лону, просто чтобы от него отделаться. Неожиданно пискнул комлинк, и он облегченно выдохнул:

— Исвал, ты цела! Слава…

— Посылаю тебе последнюю известную траекторию, — быстро и отрывисто заговорила она, как с ней обычно бывало, когда она выполняла возложенную на нее задачу. — Постарайся определить примерную зону падения. Наверняка это сотни квадратных километров, но с чего-то надо начинать. Мне нужно подтверждение моим догадкам.

— Что? Говори помедленнее.

— Нет времени, Чам. Челнок Вейдера и Императора упал на планету, но не сгорел. Они живы, я уверена. И я посылаю тебе последнюю известную траекторию их падения.

Пока поступали данные о траектории, Чам пытался переварить услышанное. Немедленно скормив информацию навигационному компьютеру, он запустил программу.

— Что там? — спросил Каллон.

Предводитель не удостоил его ответом. Он нисколько не сомневался в словах Исвал о том, что Вейдер и Император живы, — он всецело ей доверял и, как и она, не раз видел, как Вейдер совершал то, что было не под силу никому другому. Чам не мог представить, что обычная катастрофа в космосе могла его прикончить. Он вообще сомневался, что они разбились.

Чам понял, что желает смерти Вейдера. Ему требовалась его смерть. Исвал была права — чтобы нанести Империи критический удар, нужно отрубить ей головы.

И таковой стала его следующая цель.

— Что с другим кораблем, в который вы стреляли? Кто был на нем? Откуда ты знаешь, что Вейдер был не на том корабле, а на этом?

— Другой тоже упал, но Вейдера там не было. Я видела его на первом корабле, Чам.

Программа завершила расчеты, подтвердив выводы Исвал. Чам наложил результат на карту поверхности Рилота и переслал обратно.

— Расчеты подтвердились. Если траектория верна, мы получили зону поисков, — сообщил он. — Хотя Император мог находиться на другом корабле. Погоди… что значит, ты видела Вейдера?

— Можешь мне поверить — видела, — ответила Исвал. — Так что будем исходить из того, что нам известно. Вейдер был на том корабле. Трудно представить, что с ним не было Императора. Гм… там сплошные густые леса.

Исвал наверняка сейчас смотрела на ту же карту, что и Чам.

— Искать будет нелегко, — заметила она.

Чам думал о том же самом.

— В такой местности на поиски уйдет слишком много времени. А если они остались живы после катастрофы, то уже подали сигнал бедствия и к ним идет помощь. Сомневаюсь, что мы успеем добраться до них раньше.

— У них нет энергии, Чам, — немедленно последовал ответ. — Фейлин видела, что на корабле погасли огни. Им понадобится время, чтобы развернуть переносной Передатчик и установить дальнюю связь, чтобы вызвать спасателей. И с планеты сейчас наверняка поступает множество сигналов бедствия, так что их сигнал среди них попросту затеряется. Сколько-то времени у нас есть.

— Немного — может, меньше часа. — Внезапно в голову Чаму пришла мысль. — Если только…

— Если только — что?

Чам уже мысленно разрабатывал план.

— Каллон может в любой момент взломать имперские спутники связи. Он уже давно мог бы это сделать, просто само по себе оно не имело смысла. Но если мы захватим станцию связи на экваторе, потом взломаем спутники и пошлем сигнал, создающий помехи…

— Связь ограничится прямой видимостью, — закончила Исвал, и Чам представил, как она бьет кулаком по приборной панели.. — Точно, Чам. Они не смогут достучаться до своих. И у нас появится время для охоты.

Мысль о предстоящей задаче сразу же захватила Чама.

— Нам понадобится помощь Белкора. И он наверняка спросит про тот второй корабль. Мне нужна последняя известная траектория и для него. Он тоже падал без огней?

— Угу, даже система жизнеобеспечения отключилась, — ответила Исвал. — Посылаю данные.

— Оставайтесь на месте, — сказал тви'лек, принимая передачу. — Жди вызова.

— Хорошо. — Она поколебалась. — Чам, остались только мы с Фейлин. Остальные… их больше нет.

У Чама обвисли лекку, к горлу подступил ком, но он тут же его сглотнул. Они были хорошими солдатами, даже друзьями. Сегодня он потерял многих хороших бойцов, и мысль об этом давила на него тяжким бременем.

— Понял. Мне очень жаль, Исвал. Жди.

Прежде чем связаться с Белкором, Чам отдал приказ четырем сопровождавшим его кораблям направиться в указанное Исвал место и начать поиски упавшего имперского челнока. Прибавив ходу, они на полной скорости устремились в облет планеты.

Как только они скрылись из виду, Чам вызвал по шифрованному каналу Белкора.

* * *

Шифрованный комлинк завибрировал на груди Белкора, подобно назойливому насекомому. Он попытался не обращать внимания, но надоедливый вызов никак не заканчивался, и пришлось выйти из центра связи в соседний кабинет.

— Белкор слушает, — коротко проговорил он.

— Слушай внимательно и не перебивай, — ответил голос Чама. — Оба корабля упали, но у меня нет подтверждений их гибели. Мне известна траектория корабля Вейдера…

— Что со вторым?

— Я же сказал — не перебивай, Белкор.

Полковник столь крепко стиснул зубы от ярости, что ему показалось, будто он никогда больше не сумеет раскрыть рот.

— Ты сообщишь на Экваториальный узел связи, что на прибывающем имперском корабле сопровождения раненые высокопоставленные персоны с «Губителя». Они должны опустить защитные экраны и принять корабль. Понятно?

Белкор не стал даже спрашивать, откуда Чам знает о секретной базе, спрятанной в густой растительности на экваторе планеты. Каждый раз, когда Белкор разговаривал с Чамом, от слов тви'лека у него кружилась голова. Казалось, будто тот каждый раз опережает мысли Белкора на шаг-другой.

— Я не могу этого сделать.

— Ты должен. Нужно уничтожить спутниковые ретрансляторы на базе.

— С какой целью? Это не имеет никакого…

— Затем мы взломаем спутники связи и заставим их передавать помехи.

До Белкора наконец дошло.

— Вы заглушите всю сеть, оставите всю планету без связи…

— Знаю. Связь останется только в пределах прямой видимости. Именно это мне и требуется. Мы считаем, что Вейдер и Император живы и сейчас застряли на планете.

Белкор почувствовал, как колотится о ребра его сердце.

— Мы не получали сигнала бедствия. — Он перешел на шепот. — С чего ты взял, что они живы? Если они разбились…

— Потому что мы видели, на что способен Вейдер, и вряд ли катастрофа могла его прикончить. Для надежности придется ткнуть бластер прямо в забрало его шлема и нажать на спуск. Мы оставим их без связи, а у нас появится время, чтобы их выследить.

От Белкора не ускользнуло, что Чам использовал местоимение «мы», и, судя по всему, не просто так. Белкор был таким же изменником, как и Чам. Учитывая все то, что он успел совершить, он с тем же успехом мог считать себя участником движения «Свободный Рилот». И если его поймают, его ждет та же судьба.

Внезапно он понял, что расхаживает по кабинету и его волнение привлекает взгляды других за прозрачной стеной. Глубоко вздохнув, он остановился и повернулся спиной к стеклу.

— Откуда ты знаешь, где они?

— У меня нет точной информации, — признался Чам. — Есть только зона поисков, но она весьма обширная. Потому мне и нужно время.

Мысли Белкора переключились на Морс.

— Ты сказал, что второй корабль тоже упал. Откуда знаешь?

— По крайней мере, могу точно сказать, что это видели мои солдаты.

По спине Белкора потекли струйки пота.

— Не замалчивай то, что знаешь, Синдулла. — Он еще больше понизил голос. — На том корабле была мофф, и мне нужно, чтобы она там и осталась. Понимаешь?

— Понимаю, — ответил предводитель мятежников. — Вполне вероятно, что она погибла, Белкор. Ее челнок падал без огней, с неработающей системой жизнеобеспечения. Мы убьем Вейдера и Императора, и всей неразберихе конец. А ты станешь новым моффом.

— Мне нужно точно знать, — настаивал полковник. — Мне нужна траектория корабля моффа. Пришли ее мне.

— Я не могу тратить ресурсы на поиски еще одной зоны падения.

— Я сам найду! — бросил Белкор. — Просто пришли мне те проклятые данные.

Г — Ладно, хорошо, — ответил Чам тоном, каким обращаются к избалованному ребенку, и Белкор вновь ощутил приступ злости. — Держи.

Комлинк Белкора заморгал, принимая данные.

— Принято, — сказал имперец.

— А теперь сделай то, о чем я тебя просил, и побыстрее, — велел Чам.

Белкор пригладил волосы и постарался взять себя в руки.

— Я сообщу на базу.

— Доброй охоты, Белкор.

Тот не сумел заставить себя пожелать Чаму того же самого.

* * *

Каллон провел корабль сквозь атмосферу, и они оказались в ночном небе Рилота. Набрав скорость, он направился прямо в зияющую пасть пещеры, ведшей в старые спайсовые рудники, полностью исчерпанные за десять с лишним лет до Войн клонов. Сопровождавшие их корабли остались позади. Включив внешние огни, Каллон влетел в лабиринт рудников, путь в котором он знал наизусть.

Глядя в стекло кабины на грубые, покрытые шрамами от машин стены, Чам думал о том, как скоро им придется покинуть и эту базу. У него заканчивались все доступные убежища и ресурсы — в сущности, он мог исчерпать их за одни сутки. Подобное расточительство могло быть оправданным только в одном случае — если они сумеют убить Вейдера и Императора.

Не став дожидаться, когда связь под землей станет неустойчивой, он вызвал Исвал.

— Где вы? — спросила она.

— Добрались до Восточной базы, — ответил он. — Направляемся вниз. Каллон готов.

— Вполне готов, — кивнул рядом инженер.

— Для меня что-нибудь есть? — спросила Исвал у Чама.

Как обычно, она вела себя полностью по-деловому. Предводитель улыбнулся.

— Белкор сообщит на Экваториальный узел связи о вашем прибытии. У вас на борту раненые важные персоны с «Губителя», и вам едва удалось отлететь на безопасное расстояние, прежде чем тот взорвался.

— Проклятые повстанцы, — выплюнула Исвал.

— Что верно, то верно, — снова улыбнулся Чам. — Похоже, сегодня у них был удачный день.

Тон ее снова стал серьезным.

— Ты доверяешь Белкору? Он действительно это сделает?

— Я нисколько ему не доверяю, — покачал головой тви'лек, — но дело вовсе не в доверии. У него просто нет иного выхода. Он слишком далеко зашел, чтобы идти на попятный. Может, и станет ворчать, но сделает все, что нам требуется.

— Ладно, — сказала Исвал. — Значит, летим туда.

— Мы дозаправимся, а потом я вернусь в зону поисков. Каллон взломает спутники, как только вы уничтожите базу.

— Просто, как кнопку нажать, — сказал Каллон.

— Как он узнает, что база уничтожена? Если вы будете под землей, я не смогу с ним связаться.

— Как мы узнаем, что база уничтожена? — спросил Чам у Каллона.

— Я буду знать.

— Он будет знать, — передал Чам Исвал.

— Понятно, — ответила та. — Тогда увидимся в зоне поисков.

— Только лети помедленнее и не слишком ровно. Пусть думают, что у вас катер поврежден.

— Хорошо.

— Удачи, — пожелал Чам. — До скорой встречи.

Он переслал ей координаты точки в зоне поиска, где, как они считали, упали Вейдер и Император. Именно там они собирались встретиться.

— Принято, — ответила тви'лека. — И тебе удачи.

— Пути к отступлению, Исвал. Всегда продумай хотя бы один. А потом другой.

— Обязательно, — без тени иронии пообещала она.

Несколько мгновений спустя связь глубоко под землей прекратилась.

Чам забыл сказать Исвал, что уже направил несколько кораблей мятежников, покинувших базу на спутнике, на поиски челнока Вейдера и Императора. Возможно, им повезет и они найдут добычу еще до того, как там появятся Чам и Исвал.

— Поторопись, — сказал он Каллону. — Хочется побыстрее отсюда выбраться.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

У Исвал зажужжал коммуникатор — кто-то вызывал ее на открытой частоте, используя ее позывной. Они с Фейлин удивленно переглянулись — никаких переговоров по внешней связи не предполагалось. И все же Исвал приняла вызов.

— Слушаю, — ответила она.

— Исвал, это Нордон. Мы кое-что обнаружили в зоне поисков. Похоже на корабль, на котором должен был находиться Вейдер…

— Нордон? Погоди, что ты делаешь в зоне поисков? Чам тебе разрешил? И почему ты говоришь на этой частоте?

Голос ее прозвучал чуть резче, чем следовало бы, но лишь потому, что ей не хотелось, чтобы Вейдера нашел кто-то другой. Она хотела добраться до него сама — ради Пока, ради Эшго. Отыскать и увидеть собственное отражение в линзах его шлема, нажимая на спуск и выпуская ему в грудь заряд из бластера.

— Разговор шифруется, Исвал. Мы оказались там первыми, и да, Чам об этом знает. Он отозвал нас во время перелета с базы на спутнике. Туда направляются еще две группы.

— Когда мы туда доберемся — будет три, — заявила она.

— Да. Так или иначе, мы нашли нечто похожее на упавший в лесу корабль. Вот координаты.

Бортовой компьютер Исвал принял координаты, отмечавшие северную границу зоны поисков.

— Перешли их другим группам, — распорядилась Исвал.

— Это челнок Императора? — возбужденно вставила Фейлин.

— Удалось опознать идентификатор корабля? — спросила Исвал Нордона и затаила дыхание в ожидании ответа.

— Лес слишком густой, но, похоже, это имперский челнок. Можем сесть и взглянуть.

— Нет-нет, — покачала головой Исвал. — Ни в коем случае не садитесь, Нордон. Если это Вейдер… в общем, просто не садитесь. Понятно?

— Понятно. Что тогда?

Исвал ненадолго задумалась:

— Ты сообщил Чаму?

— Не могу с ним связаться.

Значит, Чам все еще на подземной базе. Исвал знала, что бы тот посоветовал: провести разведку и ждать подкрепления.

— Постарайтесь получше его рассмотреть, Нордон. Если подтвердится, что это челнок Императора, или если увидите самих Вейдера или Императора, сотрите их с лица планеты.

— Принято. А ты чем занимаешься?

— Собираюсь кое-что взорвать.

— Как обычно, — усмехнулся Нордон. — Тогда — до скорой встречи.

— Поехали, — бросила Исвал напарнице.

* * *

Загудев, ожил генератор, и тарелка переносного комплекса связи начала поворачиваться в поисках сигнала.

— Через секунду будет связь, повелитель Вейдер, — сообщил капитан императорской гвардии.

— Используй личную частоту Императора. Потребуй немедленного…

Вейдер почувствовал нечто странное еще до того, как увидел. Он бросил взгляд на учителя, который смотрел в небо на два быстро приближающихся огонька, и догадался, что это заходящие на посадку корабли, вероятно заметившие костер.

— Вижу корабли, владыки, — подал голос один из гвардейцев, поднося к линзам шлема полевой бинокль. — Корабли не имперские — кажется, пара тви'лекских грузовиков. Выпустить ракету, владыки?

— Вряд ли это потребуется, — с мрачной усмешкой ответил Император.

Расстояние до кораблей быстро сокращалось, и стали отчетливо видны их неуклюжие дискообразные силуэты.

Вейдер зажег световой меч и шагнул вперед, заслоняя собой учителя.

* * *

Отвлекшись от мыслей о находке Нордона, Исвал на небольшой скорости вела конфискованный катер в сторону экватора Рилота. Внизу проплывала каменистая поверхность планеты — неровное море коричневых, бежевых и черных пятен, пронизанное высохшими Руслами рек. То тут, то там попадались редкие леса. Вдали величественно поднимался к небу один из экваториальных горных хребтов, подсвеченный красно-оранжевым сиянием заходящего солнца. Исвал редко позволяла себе насладиться красотой, но даже она на долю секунды не смогла сдержать восхищения открывавшимся видом.

— Красиво, да? — спросила Фейлин. — Я хоть и не тви'лек, но и у меня порой дух захватывает.

— Издали все выглядит красиво, — ответила Исвал. — Зато вблизи все куда хуже.

— Верно, — согласилась девушка, отводя взгляд от гор. Наклонившись, она уставилась в стекло кабины. — Базы пока не видно.

— До нее триста километров, — сказала тви'лека, сверившись со сканером. — И поблизости ни одного корабля.

— Все заняты спасательной операцией или патрулированием, — предположила Фейлин.

— Что ж, покончим с ней и отправимся на охоту.

— Согласна.

Когда они приблизились на обычное для имперского протокола расстояние, Исвал вызвала базу.

— Экваториальная база Альфа, говорит имперский корабль сопровождения номер двадцать девять, слышите меня?

— Корабль сопровождения, слышу вас хорошо, — немедленно последовал ответ.

— У меня на борту раненые важные персоны с «Губителя», которым требуется срочная медицинская помощь. Прошу подготовить команду медиков и сообщить мне номер посадочной площадки.

Исвал наблюдала за сканером, ожидая, когда отключатся защитные экраны базы. Рядом беспокойно ерзала в кресле Фейлин.

— Ну, давай же, — пробормотала девушка. — Покажи нам брюхо, и мы его почешем.

Экраны, однако, оставались включенными. Снова затрещал приемник.

— Говорит майор Стин Боркас. Мы получили сообщение о вашем прибытии. Приношу свои извинения, корабль сопровождения номер двадцать девять, но прошу передать ваши опознавательные данные. И кто эти важные персоны? Когда-то я служил на «Губителе», и у меня много друзей среди команды.

Исвал переглянулась с Фейлин и сжала зубы, выходя на связь с Чамом.

— Они требуют идентификатор, Чам. И имена раненых. Похоже, командир базы в свое время служил на «Губителе».

Ответа не последовало. Чам все еще находился слишком глубоко под землей.

— Капитана звали Луитт, — сказала Фейлин. — Можем воспользоваться его именем.

— Откуда ты знаешь? — спросила Исвал.

— Где-то слышала, — пожала плечами Фейлин. — Что ты собираешься им сказать?

Исвал начала сочинять подходящую ложь. Ее спутница наклонилась и показала в иллюминатор:

— Вот она.

Впереди виднелась база — множество бетонных строений, генератор защитного поля, ряд больших спутниковых тарелок, составлявших узел имперской сети связи на Рилоте. Лучи заходящего солнца окрашивали их в оранжевый цвет. Исвал показалось, что она видит на посадочных площадках несколько маленьких транспортников, но ни одного боевого корабля.

— Исвал? — спросила Фейлин.

Тви'лека включила передатчик:

— У меня на борту члены команды с мостика.

— Команды с мостика? — послышался ответ Боркаса. — Я слышал, Луитту удалось спастись целым и невредимым. Кто там у вас? Первый помощник?

Мысленно поблагодарив себя за то, что не назвала имя Луитта, Исвал начала сочинять дальше:

— Если честно, сэр, я просто не знаю. Я всего лишь пилот. Офицеры у меня на борту в крайне тяжелом состоянии, как и мой катер. В той суматохе мы едва сумели спастись. У меня даже нет возможности передать идентификатор — компьютер разбит вдребезги.

Рядом с ней застонала Фейлин, изображая раненую.

— Сэр, — продолжала Исвал, выдавая голосом крайнюю степень отчаяния, — нам нужна помощь.

— Корабль сопровождения номер двадцать девять, разрешаю посадку на девятой площадке, — сказал майор Боркас. — Медики уже идут туда.

— Ничего не делаем, пока не подлетим ближе, — сказала Исвал напарница, отрубая связь.

Тви'лека не удержалась от улыбки при виде того, как отключаются экраны. По мере приближения к базе становились различимы новые детали — группа солдат и медиков с дроидами, спешивших к посадочной площадке номер девять, освещенная изнутри обзорная терраса, за большими окнами которой виднелись силуэты наблюдавших за их кораблем солдат и офицеров.

— Вижу четыре тарелки, — сообщила Фейлин. — Можем покончить со всеми за один заход.

— Тарелки — наша главная цель, и ими займусь я. А твоя задача — уничтожить кого только сможешь из имперцев.

Девушка взглянула на нее, слегка удивленная такой кровожадностью, но молча кивнула.

Двигатели катера пожирали километр за километром. База становилась все больше, и Исвал начала выбирать порядок целей, не спеша разворачивая катер для атаки. Все тарелки нужно было уничтожить за один заход — вряд ли огневой мощи катера хватило бы для вывода из строя укрепленного генератора поля, так что с тарелками требовалось покончить до того, как Боркас сообразит, что происходит, и вновь активирует экраны.

Снова затрещал приемник.

— Посадочная площадка номер девять, — сказал Боркас. — Повторяю — девять.

— Принято, — ответила Исвал, но вместо того чтобы сменить курс, увеличила скорость до предельной. Она включила компьютер наведения, зная, что имперцы тут же их засекут, и выбрала цель.

— Стреляй вволю, — сказала она Фейлин.

Исвал мысленно отсчитывала секунды, понимая, что у них в распоряжении самое большее полминуты. Фейлин переключила бортовые орудия в ручной режим и начала стрелять. В базу ударили лучи плазмы, заставив команду медиков разбежаться и оставив на площадке несколько тел. Исвал выстрелила в выбранную цель, и одна из тарелок превратилась в облако огня и дыма.

Три секунды.

На вторую тарелку она даже не стала наводиться — времени просто не оставалось. Переключив орудие в ручной режим, она выстрелила, и пространство между кораблем и тарелкой вновь прочертили лучи плазмы. Тарелка взорвалась, ее основание охватило пламя, и все сооружение обрушилось на соседнее здание, вызвав повторный взрыв, окутавший дымом все вокруг.

Пять секунд.

Исвал ничего не видела, но, не сводя взгляда с приборов, сбросила скорость и круто развернула катер влево. Оставалось двадцать секунд. Компьютер навел орудия на третью тарелку, и тви'лека выстрелила. Тарелка исчезла в столбе огня, дыма и обломков, дождем обрушившихся на корпус катера. Исвал свернула к последней цели. Фейлин продолжала вслепую стрелять в окружавшей их туманной пелене.

Катер вылетел из облака дыма, и впереди показалась четвертая тарелка. Внезапно в борт катера ударил огненный сгусток, и корабль накренился на правый борт. Взвыла сирена.

— Оборонительные орудия базы, — крикнула Исвал. Осталось десять секунд. — Целься в тарелку, Фейлин.

Небо слева и справа прорезали зеленые линии. В корабль попал еще один заряд, но защитные экраны и корпус катера выдержали удар.

— Мне так никуда не попасть! — заявила Фейлин. — Держи корабль ровнее!

Исвал старалась лететь как можно медленнее, чтобы не промахнуться мимо цели, но нехватка скорости дорого им обходилась. Она поворачивала то влево, то вправо, то вверх, то вниз, но катер, не будучи истребителем, с трудом уклонялся от вражеского огня.

Кабина начала заполняться дымом. Завыла сирена, сообщая об отказе систем.

— Возьми управление, — сказала тви'лека.

— В нас попадут! — запротестовала Фейлин. — Из меня никакой пилот!

— И все же постарайся, — спокойно ответила Исвал. Тарелку нужно было уничтожить во что бы то ни стало. — Бери управление, а я возьму на себя орудия. Давай.

Разразившись ругательствами, Фейлин схватилась за ручку. Надо отдать ей должное — она сумела удерживать корабль на заданном курсе, случайным образом бросая его из стороны в сторону. Пусть ей и не хватало опыта, но этого было достаточно, чтобы их не превратили в пар.

Зазвонил коммуникатор на частоте движения Сопротивления — наверняка Нордон с каким-то сообщением. У Исвал не было времени отвечать, как и у Фейлин, побелевшими пальцами судорожно вцепившейся в ручку, хотя обе понимали, что после того, как они уничтожат последнюю тарелку, возможности ответить у них уже не будет, пока они не окажутся в пределах прямой видимости.

Дым мешал работать компьютеру наведения. Перейдя на ручное управление орудиями, Исвал взяла последнюю тарелку на прицел. Фейлин бросила корабль влево, потом вправо. Прямо у них перед носом пронесся заряд, выпущенный с базы.

— Стреляй, Исвал! — крикнула она.

Они подлетели ближе, и тви'лека, сохраняя спокойствие, нажала на гашетку. Плазма ударила в тарелку, превратив ее в дождь металлических осколков и увеличивающийся огненный шар.

— Уходим, — выдохнула Исвал.

Фейлин потянула ручку на себя, разгоняясь до полной скорости, и они почти мгновенно оказались вне досягаемости обстрела из бластеров. Небо заполнило весь обзор, и они начали подниматься к верхним слоям атмосферы.

— Нас никто не преследует, — сказала Исвал, взглянув на дисплей сканера.

Фейлин покачала головой и негромко выругалась.

Исвал проверила связь, надеясь, что Каллон уже взломал спутники, затем попыталась связаться по личному коммуникатору.

— Чам, слышишь меня?

Молчание. Она попробовала выйти на связь на частоте Нордона.

— Нордон, ты меня слышишь?

И снова молчание — лишь тишина в эфире и шум помех.

— Похоже, сработало, — сказала Фейлин. — Спутники удалось заглушить, и связь теперь ограничена пределами планеты. Каллон молодец.

— Да, он молодец, но успокаиваться не стоит, — ответила Исвал. — Самое тяжелое еще впереди.

Она ввела в навигационный компьютер координаты места, где они должны были встретиться с Чамом, а затем направиться в точку, параметры которой передал Нордон, и начать охоту на Вейдера.

* * *

Завершив медленный облет, грузовики развернулись, набрали скорость и, полого снижаясь, устремились в сторону лагеря.

— Похоже, они увидели, что хотели, — заметил Император.

Грузовики опустили носы и принялись стрелять из установленных сверху и снизу бластерных пушек, прочерчивая воздух красными вспышками перегретой плазмы. Деревья в сотне метров от Вейдера и Императора разлетелись в щепки. Выстрелы все ближе смыкались вокруг Вейдера, оставляя в земле дымящиеся воронки.

Шире расставив ноги, Вейдер призвал Силу и напрягся, ожидая удара, а затем взорвался молниеносным движением, быстро размахивая световым мечом. Он отражал мощные бластерные заряды в сторону леса, уничтожая деревья и палатки, но стараясь не задеть комплекс связи. Кинетическая энергия выстрелов отбрасывала его назад, оставляя в мягкой почве борозды от сапог.

На мгновение застигнутые врасплох императорские гвардейцы опомнились и, приставив к плечам бластерные винтовки, начали обстреливать проносившиеся над их головами грузовики, но их личное оружие не могло причинить никакого вреда бронированным кораблям.

— Нужно укрыться среди деревьев, владыки! — сказал капитан.

— Не думаю, — тихо проговорил Император, наблюдая за разворачивающимися кораблями.

— На этот раз они зайдут ниже, — заметил Вей-дер.

— Пожалуй, ты прав, — кивнул учитель. Сняв плащ, он взял в руку украшенную искусной резьбой рукоять своего светового меча и включил клинок.

Вейдер удивленно посмотрел на него — ему редко доводилось видеть столь публичную демонстрацию силы со стороны его наставника. Естественно, он понимал, что это означает, — в живых не должен был остаться ни один свидетель, за исключением императорских гвардейцев. Лишь им можно было полностью доверять, зная, что они никогда не расскажут о том, что видели, и даже не станут обсуждать это между собой.

Грузовики завершили разворот и вновь устремились к поляне, разрывая тишину воем двигателей. Гвардейцы встали перед Императором, частично закрыв его своими телами, и начали стрелять по приближающимся кораблям, но маломощные заряды ничем не могли им повредить.

Вейдер еще глубже погрузился в Силу, чувствуя, как рядом собирается с силами его учитель, и наслаждаясь моментом единения их подлинного и неоспоримого могущества.

Грузовики открыли огонь, прочерчивая воздух толстыми линиями плазмы. Выстрелы опаляли землю и уничтожали деревья, раскаляя воздух над поляной. Один из них угодил прямо в грудь гвардейца, целиком превратив его в пар — один только шлем остался.

Окружив себя Силой и предвидя каждый выстрел, который должен был попасть в него, Вейдер молниеносно отражал их — на этот раз не в деревья, но обратно в корабли. Энергия бластерных зарядов отбрасывала его назад, разогревая рукоять оружия, жар которой он ощущал даже сквозь перчатку. Рядом орудовал световым мечом учитель, изящными движениями красного клинка создавая вокруг себя защитное поле и отражая выстрелы со второго корабля. Оба корабля пытались увернуться от отраженных выстрелов — один влево, другой вправо, — но лишь подставили под них свои брюха и двигатели.

Двигатели взорвались, извергая пламя и дым. Пал-патин поднял руки, и из его пальцев вылетели зигзагообразные молнии Силы, на мгновение соединившие его с кораблем. Вейдер представил себе освещенную вспышками молний кабину, крики корчившихся в агонии пилотов, чье тело обжигала темная сторона Силы. Император сжал в кулак другую руку, поймав корабль в мысленный захват. Вейдер тоже поднял руку, простирая Силу ко второму кораблю.

Призвав на помощь Силу и весь свой гнев, он схватил грузовик и направил корабль к земле, кряхтя от напряжения и чувствуя, как респиратор автоматически увеличивает частоту дыхания, компенсируя усилия.

Корабль, поврежденные двигатели которого не могли противостоять силе Вейдера, начал падать носом вниз. Вейдер снова представил крики пилотов, бессильно смотревших на несущийся им навстречу лес. Корабль скрылся за деревьями и взорвался, превратившись в гигантский огненный шар. От взрыва задрожала земля, к темнеющему небу поднялось облако черного дыма. За спиной Вейдера прогрохотал еще один взрыв — его учитель точно так же направил в землю второй корабль. На мгновение лес погрузился в тишину, которую нарушало лишь тяжелое дыхание великана в черном, а затем вновь вернулись голоса рилотской фауны. Вейдер, его учитель и двое императорских гвардейцев стояли целые и невредимые среди испещрявших местность дымящихся воронок от бластерных зарядов. Гвардейцы таращились на двух темных владык, и Вейдер представил ошеломленные взгляды под их шлемами. Они знали о могуществе Императора, но Вейдер сомневался, что они когда-либо видели столь откровенную его демонстрацию.

— Эй, ты, — бросил он стоявшему ближе.

— Сержант Диз, мой повелитель, — склонил голову гвардеец.

— Проверь останки тех кораблей, сержант Диз. Если есть выжившие, доставь их ко мне.

— Слушаюсь, владыка Вейдер, — ответил Диз и, закинув бластерную винтовку на плечо, вприпрыжку побежал в лес.

— Включи передатчик и свяжись с нашими войсками, — приказал Вейдер капитану.

Учитель положил руку на покрытое броней плечо Вейдера, и тот ощутил тяжесть его прикосновения.

— Похоже, изменники нас нашли, — сказал Император. — Ты был прав, повелитель Вейдер. На нас охотятся.

— Еще раз предлагаю отсюда убраться, — ответил ученик.

— Согласен, друг мой.

— Владыки, — крикнул капитан гвардейцев, пытаясь привести в действие передатчик, — я не могу получить сигнал. Не понимаю почему. Чтобы помешать нам, нужно вывести из строя всю сеть планеты.

Подойдя к комплексу связи, Вейдер послушал перемежающийся шум помех и быстро уяснил, в чем дело.

— Связь заглушена, — сказал он, поворачиваясь к учителю. — Наверняка появятся и другие.

— В таком случае, — усмехнулся Палпатин, — похоже, охота только начинается.

Вскоре вернулся сержант Диз, доложив, что выживших нет, — Вейдер едва ли ожидал чего-то иного. Но он также ожидал, что ему все же представится шанс захватить кого-то из мятежников живым, причем достаточно скоро.

* * *

В виски Морс, подобно гвоздям, вонзался тупой повторяющийся писк. Открыв глаза, она заморгала в ярком свете пассажирской кабины челнока, наполненной запахом дыма и едкой ионизированной вонью коротких замыканий. Она лежала на спине на металлической палубе, глядя на расплывающиеся очертания вделанной в потолок лампы. Постепенно мысли ее начали проясняться, и она стала все отчетливее осознавать окружающую обстановку.

В ее корабль стреляли — нет, его сбили. Отказала система жизнеобеспечения, кабина начала заполняться дымом, и…

Что это за проклятый писк? Как она сама осталась жива? И где Брилд?

— Брилд? — спросила она, тотчас почувствовав, как в висках застучала кровь — видимо, последствия частичного кислородного голодания. Уже то, что она понимала, что с ней случилось, ясно давало понять, что она приходит в себя. Ощупав себя, Морс решила, что у нее ничего не сломано, и попыталась подняться, опираясь на руку. У нее болело все ее пожилое, страдающее лишним весом тело, но ей все же удалось сесть. Она заморгала, прогоняя прочь накатившую тошноту.

В один из иллюминаторов сочился тусклый свет. Встав и вновь поморщившись от боли, она подошла к иллюминатору и окинула взглядом бежевый каменистый ландшафт Рилота. Над потрескавшейся землей поднимались большие и маленькие скалистые холмы, нескончаемый ветер вздымал в воздух облака сухой почвы.

В каком месте планеты она оказалась? Она слишком плохо знала местность, чтобы даже строить предположения.

Мофф включила комлинк:

— Брилд?

Ответа не последовало.

Кто их сбил? Брилд упоминал имперский катер. Но почему тот выбрал своей целью челнок Морс? Она сменила частоту, собираясь вызвать Белкора, но поколебалась.

Именно Белкор отправил ее в облет планеты, чтобы помочь кого-то спасти.

Не просто кого-то. Важных персон. Дарта Вейдера и Императора.

Она выругалась, и нахлынувшая тревога отчасти рассеяла туман в голове.

Что с ними случилось? Уцелели ли они после крушения «Губителя»? Она понятия не имела, что произошло. Видимо, во время падения челнока каким-то образом включился автопилот, но она даже не знала, как Долго была без сознания.

Она снова потянулась к комлинку, чтобы вызвать Белкора, уже по привычке. Морс всегда связывалась с Белкором, когда у нее возникали проблемы — любые. И все же она опять помешкала.

Что там пищит, чтоб ему провалиться?

Оглядевшись, она наконец обнаружила источник звука — зациклившийся на перезагрузке компьютерный терминал. Она выключила его, и писк милосердно прекратился. Морс немного постояла, глядя на собственное отражение в потемневшем экране компьютера. На лбу кровоточила рана, левый глаз заплыл. Она испугалась, что вывихнула плечо, но потом поняла, что, видимо, просто обо что-то сильно ударилась во время падения. Она снова попыталась восстановить в памяти случившееся.

Как только ее челнок оказался рядом с обломками «Губителя», ее атаковали. Из всех находившихся там кораблей в качестве цели выбрали именно ее, причем сделал это не кто иной, как имперский конвойный катер. Очевидно, катер похитили изменники, но…

Мог ли быть к этому причастен Белкор?

Ей это казалось маловероятным, но… что, если?

Движению «Свободный Рилот» много лет удавалось опережать Белкора. Или?..

Как только в системе Рилота появились Дарт Вейдер и Император, о чьем визите публично не сообщалось, их атаковали связанные с движением силы, которые наверняка заранее заняли подходящую позицию, учитывая изощренность и масштаб атаки.

А потом саму Морс отзывают для спасательной операции — чтобы помешать ей перехватить командование на планете у Белкора? — и тоже немедленно атакуют.

Она вспомнила успехи движения «Свободный Рилот» за прошедшие месяцы и даже годы. У Белкора всегда находилось какое-нибудь правдоподобное объяснение, но теперь, думая о том, насколько замысловатая требовалась операция, чтобы уничтожить имперский звездный разрушитель, Морс все больше убеждалась, что правдоподобное объяснение может быть только одно.

Движению наверняка помогал кто-то со стороны Империи, причем достаточно высокопоставленный.

Белкор. Все замыкалось на Белкоре.

Выругавшись, Морс проковыляла через пассажирское отделение в кабину. Открыв дверь, она обнаружила обмякшего в кресле Брилда. Голова пилота свисала под неестественным углом, язык вывалился — судя по всему, у него была сломана шея. Вероятно, он погиб после первого же залпа по кораблю.

Он прослужил ей много лет.

— Прости, Брилд, — свесила голову Морс.

Подключившись к главному компьютеру, она проверила бортовой журнал и состояние корабля. Автопилот действительно включился после того, как восстановилась подача энергии. Брилд, естественно, к тому времени был уже без сознания или мертв. Корабль сел возле экватора Рилота. Он получил небольшие повреждения при обстреле, но в основном не пострадал и вполне мог летать.

Морс давно не летала самостоятельно, но решила, что сумеет управиться с челноком. Отстегнув ремни Брилда, она подхватила его под мышки и вытащила в пассажирское отделение. Даже после столь невеликих усилий она задыхалась и вся покрылась потом. Похоже, поняла Морс, она основательно себя запустила — как и все прочее. И это слишком дорого ей обошлось.

Ругая себя за лень, она со всем возможным уважением опустила Брилда на палубу и вернулась в кабину. Сев в кресло пилота, мофф запустила двигатели и внезапно поняла, что не знает, куда лететь. Учитывая ее подозрения относительно Белкора, в центр связи она вернуться не могла, по крайней мере сразу.

Морс поискала с помощью навигационного компьютера ближайшие имперские базы. Об их местонахождении ей следовало знать и без помощи компьютера, но в последние годы она настолько пренебрегала своими обязанностями, что едва ли была знакома с ресурсами Империи на планете.

Ближайшим оказался Экваториальный узел связи, командиром которого был Стин Боркас.

— Вот и славно, — пробормотала Морс. Она знала, что Стину можно доверять. Когда-то они вместе служили в чине лейтенантов, и Боркас был безгранично предан Империи. Если Белкор что-то замышлял, Стин не мог иметь к тому никакого отношения. Включив передатчик, Морс вызвала узел связи.

Ответа не последовало — лишь шум помех и тишина в эфире. Решив, что на корабле повреждена система связи, Морс запустила проверку, но та ничего не показала. Внутри у нее все тревожно сжалось — она могла предположить лишь пару причин, по которым система оперативной связи отвечает молчанием, и ни одна из них ей не нравилась. На мгновение ей пришла в голову дурацкая мысль, что Белкор подстроил переворот и захватил всю планету после того, как убил Императора и Вейдера.

Но подобное выглядело полным абсурдом.

Или нет?

Морс убеждала себя, что это все-таки абсурд, но так или иначе, следовало выяснить, что происходит. Она включила двигатели, глядя, как уходит вниз поверхность планеты. Корабль набрал высоту, и у Морс возникло странное чувство, будто ее душа покидает тело, — вероятно, оттого, что ей много лет не приходилось сидеть в пилотской кабине. Вскоре, однако, она сумела сориентироваться. Навигационный компьютер проложил курс, и ей удавалось достаточно умело вести челнок.

Оказавшись примерно в пятидесяти километрах от узла связи, она увидела столбы черного дыма, поднимающиеся к темнеющему небу. Она испугалась, что разрушена вся база, но, подлетев ближе, поняла, что основной ущерб понесли тарелки связи. Тишина в эфире внезапно получила объяснение.

— Какого хре…

В тот же миг компьютер взвыл тревожной сиреной, сообщая, что орудия базы наведены на ее корабль. Приемник, затрещав, ожил, и послышался приглушенный из-за ограниченного радиуса связи голос:

— Представьтесь, челнок. И не приближайтесь.

Морс начала шарить по приборной панели, пытаясь выключить двигатели и одновременно отвечая на вызов.

— Я не… Я… Говорит мофф Делиан Морс.

Последовала пауза, затем заговорил другой, знакомый голос.

— Включите видеосвязь, или я вас собью, — приказал Стин Боркас.

— Не поняла? — переспросила Морс.

— Видеосвязь, госпожа. Немедленно. Иначе я буду вынужден стрелять.

— Что?

— Побыстрее, пожалуйста, — натянуто проговорил комендант базы.

Морс взглянула на панель передатчика в поисках кнопки, включающей видеосвязь. Поскольку с приборами она была незнакома, найти кнопку удалось не сразу, и все это время завывала сирена, сообщавшая о взятии корабля на прицел.

— Погоди… — пробормотала она. — Погоди… Ага, есть!

Экран почти целиком заполнило изображение худого, покрытого угрями лица Стина Боркаса. За его спиной происходила какая-то лихорадочная деятельность, между компьютерными терминалами поспешно перебегали младшие офицеры и техники. При виде Морс посаженные чуть ближе обычного глаза Боркаса расширились.

— Прошу прощения, мофф. — Он молодцевато отдал честь, и лицо его залилось румянцем. — У нас… были причины не доверять. Где ваш пилот, госпожа?

— Я одна, — ответила Морс. — Когда сяду — доложишь обстановку. Сообщите номер посадочной площадки.

— Есть, госпожа.

Посадив челнок, Морс отстегнулась и поспешила к трапу. Снаружи ждали Боркас, двое лейтенантов и отряд штурмовиков. Боркас остался таким же худым, лысым и чисто выбритым, каким был всегда. Когда госпожа мофф вышла из корабля, вся свита отдала ей честь, и она отсалютовала в ответ, поморщившись от боли в раненом плече.

— Моффу нужен медик, — приказал Боркас одному из лейтенантов.

— Потом, — бросила Морс. — Сперва нам нужно поговорить.

Посадочные площадки находились на высоте десяти метров относительно остальной части базы, так что отсюда хорошо была видна картина разрушений. В нескольких местах пылали пожары, воняло дымом и горелым пластиком. По всей базе сновали маленькие ремонтные корабли и дроиды-пожарные, туда-сюда бегали или катились команды техников и дроидов-ремонтников. То и дело слышались громкие голоса. Тарелки связи, обычно относившиеся к самым высоким сооружениям базы, лежали в руинах, их основания превратились в дымящиеся груды искореженного металла, увенчанные останками огромных концентрических чаш.

— Мы работаем над восстановлением сети, — сказал Боркас. — Меньше всего повреждена тарелка номер три, и мы прилагаем все усилия, чтобы хотя бы частично привести ее в действие.

— Хорошо, — кивнула Морс, не в силах отвести взгляд от разрушений. Три десятка техников и дроидов-ремонтников трудились над тем, что, вероятно, когда-то являлось тарелкой номер три. С нескольких паривших наверху кораблей свисали кабели, и рабочие готовились подсоединить их к внешнему поддерживающему кольцу тарелки. — Давно это случилось?

— Примерно двенадцать часов назад, госпожа. Мы получили сообщение о прибытии катера с имперскими важными персонами на борту.

Морс напряженно повернулась к старому соратнику:

— Сообщение от кого?

Боркас нахмурился:

— Из центра связи — или так нам тогда показалось. Хотя, конечно, вряд ли. Мятежники наверняка взломали систему связи. Идентификационные данные выглядели подлинными, но… на самом деле нет. Как только мы сняли защитные экраны, катер открыл огонь, и ему потребовалось меньше минуты, чтобы сотворить такое.

— Меньше минуты, — тупо повторила Морс, думая о Белкоре и предательстве.

— Мне очень жаль, госпожа, — вытянувшись в струнку, сказал комендант базы. — Как только все закончится, я, естественно, подам прошение об отставке.

— Ни в коем случае, — покачала головой его начальница.

— Госпожа…

— Не желаю об этом слышать, Стин, — бросила Морс. — Твоей вины в том нет.

Она прекрасно знала, чья в том вина, хотя и не стала говорить вслух: ее собственная и Белкора.

— Мне потребуются все работники, которым можно доверять. Нужно восстановить контроль над ситуацией, и как можно скорее, — продолжала она.

Боркас благодарно склонил голову:

— Какова ситуация, госпожа? Мы тут в информационном вакууме.

— Тут где-нибудь можно поговорить без посторонних? — спросила женщина.

— Конечно. Прошу за мной.

— Еще одно — на моем челноке труп. Хороший человек. Позаботьтесь о нем.

Стин приказал двоим лейтенантам заняться Брил-дом и вместе с Морс вышел.

— Рада тебя видеть, Стин, — сказала мофф, когда они оказались одни.

— И я вас тоже, госпожа, — ответил Боркас. — Жаль только, что при таких обстоятельствах.

Несколько лет назад Морс решила делегировать полномочия на руководство местными имперскими операциями Белкору, а не Стину. Белкор показался ей более управляемым, не столь угрожающим ее авторитету. С тех пор она несколько раз жалела о своем решении, но никогда еще настолько, как сегодня.

Они перелетели на транспортном корабле к главному зданию, трехэтажной шестиугольной постройке со стеклянными стенами в центре базы. По пути Морс отрепетировала то, что собиралась сказать. Как только они сели, Боркас повел ее через лифты и оживленные коридоры в приватную комнату для совещаний. Морс потерял счет тому, сколько раз ей отдавали честь. Чувствовалось, что на базе у Стина железная дисциплина.

— Принеси моффу и мне чего-нибудь поесть, — крикнул Боркас кому-то в коридоре.

— И еще обезболивающее, — добавила Морс, морщась от боли в плече и голове.

Опустившись в одно из мягких кресел, окружавших большой стол для совещаний, она внезапно почувствовала себя крайне измотанной. Выдохнув, она постучала пальцами по столу.

— Итак, — сказал Боркас, тоже садясь в кресло, — среди нас предатель.

Морс резко взглянула на него, удивленно подняв брови и чувствуя, как кровь приливает к лицу.

— Что? Откуда…

Стук в дверь объявил о прибытии младшего офицера с лекарством, кафом и едой. Боркас налил каф себе и Морс, но та не могла даже представить у себя в желудке что-либо, кроме обезболивающего, которое она тут же проглотила.

— Откуда я знаю? — продолжил Боркас, когда офицер вышел. — Не так уж сложно сообразить, госпожа. «Губитель» попадает в засаду, узел связи атакует имперский корабль после сомнительного приказа из центра связи. Ведь это был приказ из центра связи, госпожа? Не подделка?

— Нет, не подделка, — ответила Морс.

— Для подобного требуется серьезная координация Действий. Кто-то из представителей власти на многое закрывал глаза, если не сотрудничал с повстанцами напрямую. Это что, переворот?

Морс покачала головой, уставившись в чашку.

— Не знаю, — ответила она, не в силах взглянуть в глаза Боркасу. — Я… меня тут не было, Стин.

— Да, — кивнул Боркас. — С тех пор как вы потеряли Мурру, многое изменилось. Когда это было — четыре года назад?

Морс кивнула. Она давно не слышала, чтобы кто-то другой произносил имя ее жены, которая погибла в катастрофе на Корусанте. Из-за случайного отказа системы транспорт с ней и еще десятком гражданских на борту врезался в стену здания. В течение многих месяцев Морс думала о том, что чувствовала Мурра, когда транспорт набирал скорость. Ужас? Отчаяние? Потеря полностью сломала Морс, истощила ее силы.

— Ничего не изменилось, — сказала она. — Зато изменилась я.

После смерти Мурры она лишилась какой-либо цели в жизни, просто плывя по течению. Она начала предаваться удовольствиям, обленилась и, что еще хуже, лишилась способности или желания отличать хорошего командира от подхалима. Именно потому она повысила в должности Белкора и ему подобных, проигнорировав таких, как Стин Боркас. А теперь она потеряла звездный разрушитель, Императора, повелителя Вейдера и, возможно, целую планету.

— Я не придала тебе значения, Стин. Прости.

Тонкие губы коменданта базы изогнулись в улыбке.

— Вряд ли можно считать, что ко мне несправедливо отнеслись, госпожа.

Морс знала, что это ложь, хотя и понимала смысл его слов.

— Я могу теперь на тебя положиться, Стин? Несмотря ни на что?

— Как всегда, госпожа.

Кивнув, мофф выложила все как есть:

— Предатель — Белкор Дрей. Я почти уверена.

Боркас напрягся, прихлебывая кафа. Презрение в его взгляде выглядело намного красноречивее любых оскорбительных слов, которые он мог бы швырнуть в лицо Белкору.

— И, — продолжала Морс, на мгновение поколебавшись и чувствуя, как пересохло в горле, — на борту «Губителя» находились повелитель Вейдер и Император.

Боркас ошеломленно уставился на нее. Рука его дрогнула, расплескивая каф, и он поставил чашку на стол.

— Они… были там, когда он взорвался?

— Не знаю, — покачала головой Морс. — Мой челнок направили на помощь каким-то важным персонам. Возможно, имелись в виду именно они, но приказ предположительно исходил от Белкора, и возможно, таким способом меня пытались убить, подставив под удар мятежников. Нас атаковали сразу же, как только мы оказались в пределах досягаемости.

— У них был идентификатор вашего корабля, -

(предположил Боркас.

— Да, — согласилась Морс. — А это означает, что, если Вейдеру и Императору удалось спастись с «Губителя», у мятежников есть и их идентификатор тоже.

— Погодите. — Боркас резко взглянул на нее. — Вот, значит, в чем дело.

— Ты про что?

— Про радиоперехват.

— Не понимаю, — покачала головой Морс.

— Во время атаки на узел связи, — быстро заговорил комендант, — мы перехватили переговоры с челноком по открытому каналу. Нам потребовалось время, чтобы их расшифровать, и в нашем распоряжении пока лишь часть, но там упоминался Вейдер. Я предположил, что это какой-то код, или бессмыслица, или…

Морс приподнялась в кресле:

— Что именно о нем упоминалось?

Боркас встал и начал расхаживать по комнате, уставившись в пол.

— Координаты, госпожа. Если Вейдер и Император спаслись на корабле, повстанцы знают, где именно этот корабль сел. Или разбился.

— Но ведь и мы знаем! — Морс тоже встала. — Что у тебя есть, Боркас? Боеспособная команда? Транспорт? Я видела штурмовиков. Еще кто-нибудь есть? Мне нужно добраться до тех координат.

Боркас, которого уже захватила невысказанная идея Морс, быстро кивнул.

— У нас есть ремонтные и транспортные корабли, но без оружия. Что касается персонала, у меня в основном техники и горстка не проверенных в бою офицеров. Всего — двадцать штурмовиков и, может, еще десять тех, кто в достаточной степени умеет пользоваться бластером. Одиннадцать, если считать меня.

— Этого вполне достаточно, — ответила мофф, положив ладонь на стол. — Но ты не полетишь, Стин.

— Госпожа…

— Майор, твоя задача — восстановить сеть, а затем связаться с офицерами, которым мы можем доверять. Лишь с теми, кто не способен на предательство. Пусть соберут всех штурмовиков, какие только есть на Рилоте, и доставят их ко мне. Больше мы ни на кого рассчитывать не можем. Что бы тут ни происходило — переворот, попытка убийства, или и то и другое сразу, — оно сводится к тому, чтобы уничтожить меня, Императора и Вейдера. И я намерена не дать этому случиться. А потом я расправлюсь с Белкором и движением «Свободный Рилот». Сегодня они думают, что настал час их торжества. С моей помощью он станет последним.

Стин покачал головой, покраснев от волнения.

— Госпожа, у меня есть тот, кого я могу оставить вместо себя. Я предпочел бы отправиться с вами. Мне не обязательно что-либо ему говорить, а с ремонтом он справится не хуже меня.

Посмотрев в глаза Стина, Морс увидела в них желание действовать, делать что угодно для правого дела и прекрасно его поняла.

— Прекрасно, Стин. Полетишь со мной. Один из твоих транспортников и мой челнок смогут взять на борт штурмовиков и солдат. Как можно скорее вооружим всех и вылетаем.

— Слушаюсь, госпожа, — ответил Боркас, отдавая честь.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

У Исвал возникла мысль пропустить запланированную встречу с Чамом и направиться прямо по указанным Нордоном координатам, но из-за неработающей связи Чам не мог знать, где ее найти, — этих координат у него еще не было.

— С тобой все в порядке? — спросила Фейлин, видимо почувствовав ее напряжение.

— Все нормально, — ответила тви'лека, ерзая в кресле. — Просто не терпится добраться до Вейдера.

— Скоро будем на месте встречи, — сообщила ей Фейлин, сверяясь с координатами.

Внизу и впереди темнел один из пышных экваториальных лесов Рилота. Большая часть планеты была сухой и лишенной густой растительности, но ветровые потоки и прочие непонятные Исвал метеорологические явления притягивали влагу в экваториальный регион, окружив Рилот зеленым поясом. Тви'лека редко видела его вблизи и теперь не могла отвести глаз от похожего на ковер лесного полога, подсвеченного красноватыми лучами заходящего солнца.

— Не прекращай сканирование, — сказала она Фейлин. — Чам никогда не опаздывает.

Ровно в назначенное время панель сканера пискнула. Проверив данные, Исвал убедилась, что это транспортник Чама, но чтобы с ним связаться, нужно было подлететь ближе — создающий помехи сигнал Каллона отлично справлялся со своей задачей. Исвал вдруг поняла, что наклонилась в кресле, пытаясь высмотреть транспорт Чама. Внезапно она заметила какое-то движение вдали — корабль. На расстоянии видимости их передатчик уже мог пробиться через помехи.

— Чам, слышишь меня?

— Исвал? — ответил он, и она почувствовала облегчение в его голосе. — Садись на поляну. Видишь ее?

— Не будем терять время, Чам. Когда мы атаковали узел связи, со мной связался Нордон. Он заметил упавший имперский челнок. У меня есть координаты.

Она передала их на корабль Чама.

— Хорошо, — сказал предводитель мятежников. — Но я все-таки хочу, чтобы ты села. У меня на борту тридцать наших — Голл и его команда. Мне нужно, чтобы ты забрала половину к себе.

Голл со своими бойцами были одним из ударных отрядов, которые использовало движение, когда требовалось нанести серьезный удар. То же самое представляла собой и команда Пока, пока Пок не наткнулся на Вейдера.

— Неплохая мысль, — ответила Исвал. Держать все ресурсы на одном корабле не имело никакого смысла. — Хочешь посадить корабль? — спросила она у Фейлин.

— Я уже и так налеталась на сегодня, — улыбнувшись, покачала головой та.

Исвал посадила катер на широкую поляну, где уже стоял переделанный транспортник Чама. Открыв люк пассажирского отделения, она спустилась на землю. Тотчас же открылся люк второго корабля, и к катеру Исвал трусцой побежали Голл и половина его отряда, тяжело нагруженные бластерами и гранатами. Кивнув Исвал, все прошли мимо, кроме Голла, который остановился рядом. Он был выше любого тви'лека, которого она когда-либо встречала. Под темно-зеленой кожей перекатывались мускулы.

— Рад тебя видеть, Исвал. Сегодня мы славно поработали.

— И я рада, Голл. Но день еще не закончился. Сажай своих на борт, стартуем через пять минут.

— Понял, — кивнул он и повернулся к бойцам: — Всем занять свои места и пристегнуться, дамы и господа. Скоро взлетаем.

— Голл, — позвала Исвал, и рослый тви'лек обернулся. — У меня на борту Крост, Дрим и Эшго. Они… должны остаться на планете.

Печально опустив плечи, Голл обвел взглядом поляну.

— Здесь хорошая почва. Мы все сделаем, Исвал.

Пока Голл с частью своего отряда занимался похоронами, из своего корабля вышел Чам, так и не снявший наушников, и при виде его Исвал замерла. Завидев ее, он тоже на мгновение остановился, а затем быстро преодолел разделявшее их расстояние. Тви'леке на миг показалось, будто он собирается ее обнять, и эта мысль повергла ее в замешательство, несмотря на нахлынувшую волну теплоты.

Но он лишь взял ее за плечи и посмотрел в глаза. Оба молчали, хотя взгляд их мог бы сказать о многом. Как всегда, они подошли к самой черте, но так и не пересекли ее — вряд ли они смогли бы делать все то, что делали для движения Сопротивления, будь их отношения чем-то большим.

«Всего лишь еще одна жертва конфликта», — подумала Исвал.

— Рад тебя видеть, — сказал Чам, и его кожа потемнела.

Она почувствовала, как ее кожа темнеет в ответ.

— И я тоже, Чам.

— Еще недавно я вообще не был уверен, что снова тебя увижу, — продолжал он. — И эта мысль мне крайне не нравилась.

— От меня не так-то легко избавиться, — неуклюже проговорила она.

Предводитель улыбнулся, но его улыбка тут же исчезла, не оставив места для эмоций. Поняв намек, Исвал не стала озвучивать собственные мысли.

— Звездный разрушитель и имперская база за несколько часов? — заметил он. — Настоящий рекорд. И отличная работа.

Его похвала всегда радовала Исвал.

— И тем не менее мы еще не закончили. Теперь нужно добраться до Вейдера и Императора.

— Доберемся, — согласился Чам. — Двигатели еще горячие. Полетели. — Он посмотрел на Голла и его солдат, быстро копавших могилы, и в его глазах вспыхнула боль. — Спите спокойно, друзья мои.

Похоронив павших, все поднялись на борт двух кораблей и полетели низко над деревьями. Транспортник Чама двигался впереди, катер Исвал — позади и чуть правее. Огни они включать не стали.

— Запусти все сканеры, какие только есть на этом катере, — велела Исвал Фейлин. — И смотри в оба.

— Слишком темно, — возразила соратница.

— И все-таки смотри в оба, — бросила тви'лека.

— Листва чересчур густая, — сказал по комлинку Чам. — Создает помехи сканерам.

— Внизу полно живых существ, — заметила Фейлин, глядя на экран инфракрасного обзора.

По мере того как они приближались к указанным координатам, среди густой растительности начали появляться поляны.

— Что-то вижу. Большое, металлическое, — сообщила Фейлин. — Обломки корабля.

— Тоже видишь, Чам? — спросила Исвал.

— Вижу. Это не те координаты, что нам дали, но не особо далеко. И никаких следов Нордона.

— Да, — ответила Исвал, и обе поняли, что имел в виду Чам. Нордон наткнулся на Вейдера.

— Нужно проверить, — постановил Чам.

— Согласна, — кивнула тви'лека. — Лес слишком густой, чтобы понять что-либо с воздуха. Нужно сесть и подойти туда пешком. Найду подходящее место для посадки.

Фейлин заметила на экране сканера поляну, и Исвал посадила катер. Оставив двигатели включенными, она вызвала Чама, чей транспортник приземлился рядом.

— Может, послать корабли дальше, по координатам Нордона? — предложила она. — Просто на всякий случай.

— Я тоже об этом подумал, — ответил Чам. — Можно расположить их так, чтобы использовать в качестве ретрансляторов. И тогда между нами будет связь.

— Верно, — согласилась тви'лека.

Фейлин пролетит полпути до координат, которые дал им Нордон, и зависнет там. А Каллон доставит транспортник Чама в указанную точку. Ему хватит расстояния для связи с Фейлин, а ей, соответственно, — с Чамом и Исвал.

— Увидишь следы Нордона — немедленно сообщи, — сказала Исвал Фейлин. — И не беспокойся насчет пилотирования — ты отлично натренировалась на симуляторах. У тебя все получится.

— Ну да, ну да, — слабо улыбнувшись, ответила девушка.

Сойдя с корабля вместе с Голлом и частью его команды, Исвал встретилась на поляне с Чамом, и они направились в сторону обломков, путь до которых составлял четыре километра через лес. Слышался непрерывный шелест листвы от завывающего среди деревьев ветра. Во влажном воздухе пахло суглинком и хвоей. Сквозь шум ветра пробивались чьи-то вой, визг и рычание. Чам и Исвал шли впереди, а Голл распределил свой отряд так, чтобы часть шла левее, часть — правее, а остальные замыкали. Корабли поднялись над землей и умчались в ночь.

— Я слышал разные истории про экваториальные леса, — проронил Чам.

— Я тоже, — ответила Исвал.

— Стаи лайлеков, огромные хищные приматы, растения-убийцы и все в таком духе. Но самое худшее, что нам может попасться, — Вейдер.

Исвал молча кивнула.

Вскоре по комлинку послышался голос Фейлин:

— Я на месте.

— Продолжаю лететь к координатам Нордона, — сообщил Каллон. — Через пару секунд у меня останется связь только с Фейлин.

— Дай знать о том, что увидишь, — попросил Чам.

Отряд пробирался среди сплетений обнаженных древесных корней и уходящих в небо стволов. В лесном пологе наверху что-то постоянно двигалось и шевелилось, сбрасывая на них ветки, листья и прочий мусор.

Исвал казалось, будто за ней кто-то непрерывно наблюдает. По мере приближения к разбитому кораблю в лесу становилось все тише. Голл вновь собрал своих, и все замолчали, приближаясь к месту.

— Возьми двоих, и пойдете с Исвал и со мной, — сказал Чам Голлу. Тот выбрал двоих из отряда и приказал остальным держаться позади.

Чам и Исвал неслышно прошли последние двести метров до места катастрофы, держа наготове оружие. Вонь горелого пластика становилась все сильнее, около десятка деревьев переломились пополам, и их верхушки обрушились на лесную подстилку. Чам и Исвал остановились на краю поляны.

По всей поляне и окружающему лесу были разбросаны обломки корабля, перемешанные с тоннами земли и кусков древесины. Большая их часть все еще дымилась, фюзеляж почти не пострадал.

Исвал выругалась — это оказался не имперский корабль. Как они с Чамом и опасались, перед ними лежал один из модифицированных грузовиков Сопротивления. Судя по разбросу обломков, шансы найти кого-то живым практически отсутствовали. Взглянув на кусок фюзеляжа, она увидела часть номера, и этого вполне хватило для опознания.

— Это корабль Нордона, — определила она. — Чам?

Тот потрясенно уставился на обломки. Она взяла его за руку.

— Чам, что с тобой?

Он повернулся к ней. Его лекку дрогнули раз, другой, а затем на лицо вернулась обычная маска.

— Ничего. Все в порядке. Это корабль Нордона.

— Как он мог разбиться? — спросила она, но тут же сама поняла ответ.

— Вейдер, — протянул Чам.

Исвал кивнула. Никто, кроме Вейдера, не мог сделать подобного. Не так давно он в одиночку захватил корабль Пока и убил всех на борту, сумел преодолеть огневую завесу ее бластера, каким-то образом придушил ее до бесчувствия из кабины другого корабля, а теперь сбил вооруженный грузовик.

— Сумеем ли мы его прикончить? — вырвался у нее едва слышный вопрос.

Если Чам и услышал, то не подал виду.

— Нужно забрать тела, — сказал он. — Голл?

— Понял, — ответил рослый тви'лек, давая знак двоим своим товарищам обыскать обломки.

— Каллон в точке с указанными координатами, — раздался по каналу связи голос Фейлин. — Сканеры показывают лежащий на земле корабль, поврежденный, но не уничтоженный. Это имперский челнок.

— Не обследуйте его, — приказал Чам. — Возвращайтесь оба сюда.

— Принято, — ответила девушка.

Двое из отряда Голла не успели пройти и десяти шагов за линию деревьев, когда из-за дымящегося фюзеляжа появилось сгорбленное создание с рукой тви'лека в пасти. Ростом оно было выше любого человека или тви'лека. Его тонкие, как у насекомого, ноги двигались быстрыми рывками, верхние конечности заканчивались кривыми когтями величиной с крючья для мяса. Спину его покрывал выпуклый шипастый панцирь, уродливая голова состояла в основном из зубастой пасти и громадных глаз.

Все замерли. Исвал и Чам одновременно выругались, поднимая оружие.

— Гуткурр, — прошептал Чам. Исвал кивнула.

— Отходите, только осторожно, — сказала она двоим тви'лекам Голла, и те начали медленно отступать.

На Рилоте опаснее хищных гуткурров были только лайлеки. Исвал не раз видела, как выстрелы из бластеров отскакивают от шкуры гуткурра, не причиняя никакого вреда.

— Не спешите, — сказал Чам. — Медленно и спокойно.

Из-за остова корабля выскочил еще один гуткурр и, ухватив в пасть руку с другого конца, попытался вырвать добычу у сородича. Оба яростно шипели и рычали. Следом появились третий, четвертый и пятый, и, судя по доносившемуся изнутри остова шипению и рычанию, гуткурров было намного больше.

— Уходим, — тихо проговорил Чам. — Без лишнего шума.

Исвал содрогнулась от мысли, что придется оставить тело Нордона гуткуррам, но поделать ничего было нельзя, и она лишь пожелала ему покоиться с миром.

Поднялся ветер, ударяя им в спины и засыпая иголками, листьями и ветками. Исвал снова выругалась, поняв, что это означает.

Гуткурры все как один развернулись в их сторону, поднялись на ноги и приоткрыли зубастые пасти, словно пробуя ветер на вкус.

— Если они нас почуют, — сказал Чам, — сдержим их огнем и отступим к поляне. Отступим, а не в панике побежим.

Хищники припали к земле, и некоторые из них издали подобие хриплого лая. Один нетерпеливо закрутился на месте. Из обломков выскочили еще четверо, включая самую крупную особь, самку. Она грубо стукнула оказавшихся рядом гуткурров поменьше, утверждая свою власть, и громко зарычала. Стая окружила ее, возбужденно шипя. Самка выпрямилась во весь рост, раскрыв пасть.

— Она нас заметила, — прошептала Исвал.

— Может, и нет, — не слишком убежденно ответил Чам.

Двое из отряда Голла добрались до деревьев.

Самка вновь припала к земле и, взревев, прыжками устремилась к ним. За ней бросилась остальная стая, взрывая когтями землю.

Чам и Исвал начали палить из бластеров, и их примеру последовал отряд Голла. Красные лучи ударили в бежавших впереди гуткурров, швырнув их на землю. Их сородичи перепрыгивали через них или с размаху о них ударялись, но те, в кого попали выстрелы, снова повскакивали и побежали дальше.

— Назад на поляну! — приказал Чам. — Бегом, но не разделяться!

Они помчались через лес, то и дело оборачиваясь и стреляя по стае. Гуткурры шипели и рычали, с треском проламываясь сквозь сухостой и подлесок, охваченные единственным желанием пожрать. Несколько мгновений спустя Исвал, Чам и остальные оказались рядом с командой поддержки, которую оставили позади.

— Гуткурры! — крикнул Голл. — Отстреливаемся и организованно отступаем к поляне!

Справа расщепил дерево взрыв гранаты, и в воздух взлетели ошметки гуткурра.

Исвал вызвала по комлинку Фейлин:

— Срочно возвращайся на поляну и садись с открытыми люками!

— Что? Что там случилось? На вас напали?

— Да, — ответила Исвал. — Поторопись!

— Уже лечу!

Исвал перепрыгивала через корни, пригибаясь под ветвями деревьев. Повернувшись, они с Чамом и еще троими из отряда Голла заняли позицию у подножия большого дерева и начали стрелять по надвигающейся стае. Выстрелы отскакивали от шкуры тварей, но, по крайней мере, отбрасывали их назад.

— Они расходятся в стороны! — крикнул Голл, стреляя влево. — Пытаются нас окружить! Гранаты!

Слева и справа раздались новые взрывы и злобное шипение гуткурров.

— Бежим дальше! — бросила Исвал. Поднявшись, она снова устремилась в сторону поляны. — Просто бежим!

Справа от нее гуткурр перепрыгнул через упавшее дерево и приземлился на спину одной из женщин из команды Голла. Та вскрикнула и перекатилась по земле, пытаясь нацелить на тварь бластерную винтовку, но не успела. Кривые когти гуткурра разорвали на ней одежду и вспороли живот. Хлынула кровь. Выругавшись, Исвал дважды выстрелила в голову твари, и та замертво рухнула поверх своей жертвы.

— Придется ее бросить, — сказал Чам, потянув Исвал за руку.

Тви'лека отступила назад, стреляя по всему движущемуся среди деревьев, а затем повернулась и побежала.

— Ты скоро, Фейлин? — позвала она по комлинку.

— Через полминуты!

— Их слишком много! — крикнул кто-то из отряда Голла.

Справа от Исвал кто-то исступленно закричал. Вновь раздались выстрелы из бластеров, сопровождавшиеся ругательствами, рычанием и шипением.

— Стрелять и бежать! Не останавливаться! — орал Чам, прочерчивая воздух энергетическими лучами из своей винтовки.

Над головой Исвал послышалось гудение пролетевшего низко над деревьями катера.

— Видишь нас на сканере? — крикнула она Фейлин. Заметив в подлеске гуткурра, она несколько раз выстрелила в него, но не смогла понять, попала ли.

— Да! Что это за твари? Их десятки!

— Гуткурры, целая стая, — ответила Исвал, стреляя в гущу деревьев. Выстрел попал хищнику в бок, бросив его на землю. Стая замедлила продвижение, расположившись по дуге. Исвал не сомневалась, что некоторые из них заходят сзади, чтобы отрезать путь к отступлению. — Можешь выпустить по ним несколько залпов?

— Залпов? Но я не…

— Ты сумеешь, Фейлин! Иначе нам конец! Нашим бластерам не справиться!

— Ладно, поняла.

— Всем стоять! — крикнул Чам. — У нас огневая поддержка с воздуха. Сомкнуть ряды! Сомкнуть ряды!

Чам, Исвал, Голл и оставшиеся в живых из его отряда сбились в кучу за деревом на вершине небольшой возвышенности, тяжело дыша и стреляя по любой движущейся цели. Лес осветился вспышками выстрелов. Во мраке шипели и рычали гуткурры.

С неба пролился дождь бластерных залпов с катера. Плазменные заряды ударили в землю, с треском расщепляя и ломая деревья. Вокруг поднялись облака густой пыли, и воздух наполнился едким дымом. Гуткурры завыли и завизжали.

— Прекратить огонь, Фейлин! — приказал Чам. — Уходим!

Повернувшись, все бегом бросились в сторону поляны, перепрыгивая через корни и упавшие деревья.

Гуткурры, похоже, их заметили и с ревом помчались следом. Один из тви'леков Голла споткнулся и упал прямо перед Исвал. Подхватив его под мышки, она вслепую выстрелила через плечо, и они вместе побежали дальше.

— Пушки катера рассеяли стаю, но они все еще за вами гонятся, — сообщила по комлинку Фейлин. — Они заходят с обеих сторон. Поторопитесь!

— Лети на поляну, Фейлин, — приказала Исвал. — Бегите! — крикнула она остальным.

Уже больше не стреляя, они мчались со всех ног, слыша за спиной рычание преследователей. Сквозь лесной полог над их головами донеслось гудение катера, который опустился чуть дальше впереди. Краем глаза Исвал то и дело замечала по сторонам какое-то движение. Ей казалось, что лес никогда не закончится.

Но наконец деревья расступились, и перед беглецами открылась поляна. Фейлин уже распахнула люк пассажирского отделения.

— Вперед! Вперед! — крикнул Чам, подгоняя остальных. Исвал нагнала его и Голла, и они втроем осыпали линию деревьев огнем из бластеров. Она так и не смогла понять, попали ли они хоть в кого-нибудь.

— Побежали! — бросил Чам.

Едва они сорвались с места, из-за деревьев слева выскочили несколько гуткурров и помчались через поляну к остальным, еще не успевшим добраться до корабля. Прицелившись на бегу, Исвал выстрелила из обоих бластеров, попав двум бежавшим впереди тварям в головы и свалив их замертво. Других двоих окатили огнем Чам и Голл, отбросив их на пять метров, и звери рухнули с почерневшими панцирями.

Справа позади выбежали из-за деревьев очередные гуткурры. Остальные из команды Голла заняли позицию у открытого люка корабля, стреляя в тварей, но тех было не остановить. Свыше десятка хищников вприпрыжку мчались через поляну, приближаясь к кораблю. Исвал, Голл и Чам бросились бежать.

— Все на борт! — крикнул Чам. — Все на борт!

Тви'леки Голла перестали стрелять и взбежали по трапу на корабль. Исвал, Чам и Голл последовали за ними. Едва оказавшись внутри, Исвал ударила ладонью по кнопке закрытия люка. Тот начал подниматься… и тут за него ухватились два гуткурра, пытаясь забраться внутрь. Переглянувшись, Чам и Исвал одновременно подняли оружие и выстрелили. Бластерные заряды снесли с трапа обеих тварей, и люк закрылся полностью. Голл быстро пересчитал своих, оценивая потери.

— Четверо погибли, — тихо передал он Чаму. — Остальные целы.

На лице Чама на мгновение промелькнула боль, но никто, кроме Исвал, этого не заметил. Кивнув, он положил руку на плечо Голла. Когда тот ушел вглубь кабины, чтобы выслушать донесения уцелевших, Чам сказал по комлинку Фейлин:

— Доставь нас туда, куда указывают координаты Нордона.

— Уже лечу, — ответила Фейлин. — У вас все в порядке?

Чам покачал головой, но вслух лишь произнес:

— Настолько, насколько это возможно.

Исвал подошла к нему и встала рядом, с трудом подавив желание прикоснуться к его плечу.

— Что с тобой? Только не смей говорить, будто все нормально.

— Просто день был слишком долгим, — тихо ответил предводитель, не глядя на нее. — Только и всего.

— Лжешь, — возразила она. — Расскажи.

— Ты действительно хочешь знать?

В этом она не была уверена, но все же кивнула.

— Мы бросили на эту операцию все наши силы, — сказал он. — За один день я почти полностью исчерпал все ресурсы, которые собирал многие годы.

Исвал понизила голос до гневного шепота:

— Мы потеряли меньше тридцати наших. И уничтожили звездный разрушитель. По-моему, неплохой обмен.

Чам с болью посмотрел на нее:

— Тридцать — это очень много, Исвал.

Она отпрянула, осознав смысл того, что только что сказала.

— Знаю. Конечно много. Знаю.

— Понятно, что ты знаешь, — ответил он. — Но дело не только в этом. Мы лишились почти всех кораблей. А когда Империя разберется в случившемся, они бросят против нас все, что у них есть, — у них просто не будет другого выхода. Они выследят местоположение наших баз и выследят нас самих. После сегодняшнего нам придется разбежаться кто куда — по крайней мере, большинству из нас. И это еще при лучшем из исходов.

— Почему ты не говорил раньше? — покачала головой Исвал. — Мы могли…

— Могли что? Ничего не делать? Упустить такой шанс?

Тви'лека ощутила внезапную пустоту внутри:

— Нет, но… я не понимала…

— Ты не понимала, что после ничего не останется? Знаю. Не уверен, что я и сам понимал, но я думал об этом с тех пор, как погиб «Губитель», и теперь мне все становится ясно. Правда тяжела, но, возможно, придется с ней смириться. Движения Сопротивления в том виде, в каком оно существовало, больше нет.

Она все еще отказывалась ему верить.

— Нет, погоди. Почему ты решил, будто Империя сумеет найти нас или наши базы? Мы много лет водили их за нос.

— Мы водили их за нос, пока нашей марионеткой был Белкор. Но теперь с ним покончено, и мы оба это знаем.

Исвал не стала возражать. Вероятно, Белкор убедил себя, что сумеет выкрутиться после сегодняшних событий, но она сомневалась, что полковнику под силу сочинить басню, которая помогла бы ему избежать встречи со следователями Имперской службы безопасности.

— Мы можем создать движение заново, — прикинула она. — Точно так же, как создали его вначале.

— У меня больше не лежит к нему душа, — натянуто улыбнулся Чам.

Исвал показалось, будто ощущение пустоты лишь усилилось.

— Без тебя движение не сможет существовать, — прошептала она.

— Дело не во мне, — покачал головой тви'лек. — И если мы начнем восстание по всей Галактике, Рилот получит шанс на свободу. Главное — идея, а не личность.

Исвал знала, что это не так. Рилот нуждался в Чаме. Как и она сама.

— Ошибаешься, — проговорила она.

— Я прав, и борьба будет продолжаться, Исвал, но теперь ее должен возглавить кто-то другой. — Он поморщился. — Даже потом я буду делать все, что в моих силах, но у нас не осталось средств, чтобы совершить что-то еще помимо того, что мы уже совершили. Мы зажжем огонь, убив Вейдера и Императора. Но раздуть пламя и сжечь Империю придется кому-то другому.

— Приближаемся, — объявила по комлинку Фейлин.

* * *

К тому времени, когда ночь поглотила остатки дня, Вейдер, Император и двое оставшихся в живых гвардейцев преодолели несколько километров, пробираясь в сгущающейся тьме по неровной местности среди переплетения корней и похожих на колонны древесных стволов. Темнота, казалось, усиливала звуки, отражая их в виде эха, и вскоре лес заполнило дыхание Вейдера. До восхода лун оставалось еще несколько часов. Полог леса не пропускал чахлый свет звезд, создавая впечатление окружавшего их чернильного моря. Маска Вейдера позволяла видеть в инфракрасном свете и нескольких других спектрах, шлемы гвардейцев тоже могли компенсировать слабую освещенность, но Император…

Вейдер бросил взгляд на своего учителя, уверенно шагавшего во тьме. Император все прекрасно видел — как всегда.

В листве на краю поля зрения ползали, прыгали и прокрадывались всевозможные большие и малые создания. В лесном пологе высоко над головой охотились на свою добычу хищники. Время от времени тишину пронизывал чей-то предсмертный вопль.

— Поучительное место, не так ли? — спросил учитель.

— Оно не прощает слабости, — сказал Вейдер.

— Да, — кивнул Палпатин. — Слабых выслеживают и убивают сильные.

— Как и должно быть.

— Воистину, как и должно быть, — эхом отозвался учитель.

— Но порой сильные недооценивают собственные силы, — осмелился добавить Вейдер. — И тем самым демонстрируют слабость.

— В самом деле? — спросил его наставник, и Вейдер замолчал.

Вейдер долго шагал сквозь ночь рядом с учителем, и тишину нарушал лишь звук его респиратора. Он мог остановиться или идти дальше — все зависело лишь от воли Палпатина. Вскоре дыхание гвардейцев стало похожим на дыхание Вейдера. Они явно устали, но Император продолжал идти. Наконец он остановился и поднял руку:

— Можете отдохнуть, капитан. Но недолго. Скоро мы двинемся дальше.

— Спасибо, мой Император, — ответил гвардеец, и они с Дизом начали поспешно ставить лагерь. За несколько секунд они развели небольшой химический костер. Вейдер застыл рядом с ним, глядя на пламя. Его учитель уселся скрестив ноги, в позе для медитации. Между ними вдруг возникло некое напряжение, причины которого Вейдер не мог понять.

— Учитель?

— Считаешь ли ты, что предательство начинается с поступков, друг мой?

— Нет. Оно начинается с мыслей.

Император обнажил зубы то ли в улыбке, то ли в оскале.

— И тем не менее мы не можем знать мыслей другого, особенно изменника, который тщательно оберегает свои замыслы, чтобы не выдать предательство. И потому нам приходится выявлять его мысли, вынуждая их воплощаться в поступках, и таким образом узнавать истину. Согласен?

Его ученик уставился в огонь:

— Не слышу ничего такого, с чем я мог бы не согласиться.

Учитель снова то ли улыбнулся, то ли оскалился.

— Ты ведь сам был предателем, повелитель Вей-дер?

У того перехватило дыхание от внезапного гнева.

— Что?

— Ты предал джедаев. Падме. Оби-Вана. Всех, кого ты любил.

Палпатин повернулся к нему, и пламя отразилось в его глазах.

Вейдер не знал, какой ответ хочет услышать от него учитель, и просто сказал правду:

— Да.

Император снова перевел взгляд на огонь.

Капитан гвардии уселся на землю напротив них.

— Тебе стоило бы снять шлем, капитан, — предложил Палпатин. — Наверняка утомительно носить его постоянно.

— Спасибо, мой Император, — ответил капитан. Он снял шлем, открыв хорошо знакомое лицо клона, покрытое шрамами и с теми же чертами, что и у многих лиц из прошлого Вейдера: Рекса, Коди, Пятерни, Эхо. Перед его мысленным взором проплыл список имен, каждое из которых вызывало те или иные воспоминания, словно призрак былого.

— Здесь есть поблизости имперская база, владыки? — спросил капитан. Сержант Диз тоже снял шлем, открыв лицо, принадлежащее не клону, но чисто выбритому человеку с тяжелым подбородком, коротко подстриженными светлыми волосами и татуировками в виде абстрактных узоров на щеках.

Вейдер подумал, что, будь Диз клоном, он бы называл его «Тату».

— Что мы ищем, владыки? — добавил к вопросу Диз.

Учитель Вейдера продолжал смотреть в огонь.

— Думаю, мы об этом узнаем, когда найдем, сержант.

— Конечно, мой повелитель, — кивнул капитан, распечатывая полевые рационы для себя и своего товарища. Ни Император, ни Вейдер есть не стали. Оба предались медитации, общаясь с Силой, — Вейдер стоя, Палпатин сидя.

Продолжая размышлять над словами учителя, Вейдер отдался на волю Силы и позволил нести себя по течению. Как часто бывало, он увидел мгновения из собственного прошлого, ряд туманных и жестоких, наполненных болью образов и звуков.

Обезглавленный им Дарт Тиранус — первое убийство, о котором попросил его учитель.

Крики Падме.

Убийство детей в Храме джедаев, страх в их расширенных от ужаса глазах, который лишь подпитывал его праведный гнев.

Крики Падме, ее боль.

Предательство.

Яростный вопль осознавшего правду Мейса Винду.

Крики Падме.

Изменник.

Костры Мустафара, его ненависть к Оби-Вану, который боялся его и пытался не дать свершиться его предназначению. Который пытался отобрать у него Падме, который обрек его носить доспехи.

Крики Падме, ее отчаяние.

«Нет, Энакин! Нет!»

Открыв глаза, Вейдер понял, что в ярости стиснул кулаки. Учитель стоял напротив, не сводя с него взгляда. Черты лица Палпатина частично скрывал капюшон, и его выражение невозможно было понять.

Вейдер ощутил гнев учителя и угрозу, которую тот таил в себе. Но сейчас она нисколько его не пугала.

— Где гвардейцы? — спросил он. Капитана и сержанта нигде не было видно. — Как долго я…

— Я отослал их. Они скоро вернутся. — Последовала долгая пауза. — Что ты видел в своих медитациях?

— Я видел… смерть и лица из моего прошлого. События, которые привели меня к тому, кем я стал. Я часто их вижу, когда размышляю над судьбой, которую предназначила мне Сила.

Гнев учителя усилился, хотя выражение его лица не изменилось. Голос напоминал негромкое мурлыканье хищника.

— Да, твоя судьба. Я тоже видел намеки на нее.

Внезапно Вейдер подумал о том, каково было бы встретиться с учителем лицом к лицу в битве, схватить его маленькое хрупкое тело, оторвать от земли и…

Он тут же выбросил эти мысли из головы, но учитель их явно уловил, поскольку губы его раздвинулись в мрачной усмешке.

— Я вижу тебя насквозь, ученик.

— И я вижу вас, учитель. Вы думаете, будто я тоскую по прошлому в своих видениях, но вы ошибаетесь. Я вовсе о нем не тоскую. Я думаю о нем и о том, кем я был тогда, и эта мысль не вызывает у меня ничего, кроме презрения. Единственное, что позволяет мне с ним примириться, — то, что в конечном счете я здесь, в этих доспехах, вместе с вами. Я не испытываю ни тоски, ни сожаления. Воспоминания лишь подпитывают мой гнев, а гнев подпитывает силы, и потому я могу лучше служить вам и Силе. Ваши сомнения…

— Продолжай, — сказал учитель.

— Ваши сомнения неоправданны и… вызывают у меня лишь злость, — продолжил Вейдер, не задумываясь о последствиях.

Несколько мгновений оба владыки ситхов молча смотрели друг на друга поверх пламени. Наконец Вейдер обошел костер кругом и опустился перед учителем на колено. Взгляд Палпатина пронзил его насквозь, и ученик представил, как его учитель размышляет над вариантами возможных действий.

— Гвардейцы возвращаются, — произнес Император. — И они не одни. Встань, повелитель Вейдер.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Белкор сидел в кресле второго пилота маленького маневренного спасательного челнока. Они прочесывали поверхность Рилота возле экватора в районе поисков, основанном на данных о последней траектории полета Морс, которые предоставил Чам.

— Трудно искать в темноте, когда связь ограничена прямой видимостью, — пожаловался летевший с ним пилот Офим.

— Да, — кивнул Белкор.

Он собрал команду тех, кто был перед ним в долгу, — тех, кто носил форму, но не питал особой преданности к Империи и был готов без лишних вопросов выполнить любой его приказ. Естественно, он сочинил для прикрытия историю, будто мятежники, уничтожившие «Губитель», были переодеты солдатами Империи и им, судя по всему, помогала мофф Делиан Морс. Белкор знал примерное местоположение корабля моффа, который едва не сбили преданные Империи войска. Своим же людям он сказал, что выбрал тех, кому можно доверять, поскольку не знает, как глубоко может простираться заговор.

Если кто-то что-то и подозревал, то не высказал этого вслух. Белкору они были обязаны своим положением и привилегиями, моффу же они не были обязаны ничем.

— Пролетите еще раз над зоной поисков, — передал он четырем V-истребителям, летевшим рядом с его челноком. — Выстройтесь в цепочку, чтобы обеспечить связь. Мне нужно знать, что вы видите.

Подтвердив приказ, они развернулись и начали поиск заново, распределившись так, чтобы один всегда был на связи с другим, тот со следующим и так далее вплоть до корабля Белкора. Необходимость поддерживать строй требовала постоянного внимания и ограничивала возможности поиска.

— Есть что-нибудь от трех V-истребителей на юге? — спросил он Офима.

— Нет, сэр.

Белкор выглянул в стекло куполообразной кабины, внутренность которой освещали крепившиеся наверху многочисленные дисплеи. Сам купол усиливал свет, и внизу, словно в сумерках, был виден простиравшийся во все стороны рилотский лес, который ограничивала с юга пустыня, испещренная скалистыми холмами.

Полковник раздраженно стиснул зубы.

— Поправка, сэр, — сказал Офим, придерживая пальцем наушники. — Один из V-истребителей докладывает, что видит дым.

— Где?

Пилот ткнул в экран, показывая на точку рядом с Экваториальным узлом связи. Вероятно, дым являлся следствием атаки, к которой опосредованно приложил руку и Белкор.

И все же никакой другой информации у него больше не было. Морс могла сесть возле узла связи, и дым мог идти от ее корабля.

— Лети туда, — сказал он Офиму. — Пошли V-истребителям координаты. Пусть продолжают поиски, а потом встретимся у узла связи.

Пилот кивнул, прибавляя скорости, и проворный спасательный челнок устремился наперерез ветру.

— Есть что-нибудь от истребителя возле того места, откуда идет дым? — спросил Белкор.

— Тишина, сэр, — покачал головой Офим. — Они разорвали цепочку, когда вы приказали встретиться у узла связи.

Полковник выругался, поняв, что ничего больше не сможет узнать, пока не окажется вблизи и не увидит сам. За несколько минут он убедил себя, что это челнок Морс, что он упал возле узла связи и что мофф погибла в катастрофе, но его фантазии разбились о скалы реальности, когда вдали показались огни базы.

— Сообщение от V-истребителя, — передал Офим. — Дым идет от Экваториального узла связи. Но…

Но?

— Узел связи подвергся атаке, что объясняет появление создающего помехи сигнала, и думаю, вам следует связаться с командиром базы.

— Что? Зачем?

— Сэр, пилот V-истребителя докладывает, что там побывала мофф Делиан Морс.

Белкору показалось, будто он ослышался.

— Что ты сказал?

— Судя по докладу одного из наших, там побывала Делиан Морс, — повторил Офим с недоверчивым выражением на лице.

— Когда? Как? Она все еще там?

— Не знаю. Хотя, скорее всего, уже нет.

Белкор лихорадочно размышлял, пытаясь представить возможное развитие событий. Мофф осталась в живых после падения челнока и в конце концов оказалась на узле связи.

— До или после атаки? — пробормотал он.

— Что, сэр?

Белкор снова почувствовал, как намокает от пота рубашка.

— Ничего, Офим, просто разговариваю сам с собой. Соедини меня с майором Боркасом.

Он уставился сквозь фонарь кабины на далекие дымящиеся руины узла связи. Команда Чама основательно потрудилась над тарелками, превратив их в груды рваного погнутого металла. Вокруг одной из упавших тарелок возились в свете переносных фонарей десятки людей и дроидов, занимаясь ремонтом.

Белкор понял, что у него путаются мысли. Он не был готов к тому, что моффу удастся выбраться с корабля, а тем более сразу наткнуться на такого офицера, как Стин Боркас. Морс уже вполне могла догадаться о причастности Белкора к сегодняшним событиям — во всяком случае, она не пыталась связаться с ним после катастрофы. Она могла поделиться подозрениями с Боркасом, могла уже находиться на пути к центру связи. Вернувшись, Белкор мог обнаружить, что его уже ждет отряд службы безопасности.

Внезапно он почувствовал слабость, будто все его тело превратилось в готовую пролиться жидкость.

Офим кивнул, давая знак, что связь установлена. Офицер откашлялся и собрался с силами.

— Говорит полковник Белкор Дрей. Майор Боркас?

— Полковник Дрей? — Голос не был похож на голос Боркаса. — Майора Боркаса сейчас нет. С вами говорит капитан Наррин. Майор улетел вместе с моффом Морс больше часа назад.

Белкор взглянул на Офима, на секунду отключив микрофон:

— Кто-нибудь сообщал им о… предательстве моффа?

— Нет, сэр, — ответил Офим. — Вы сказали, нужно сперва разобраться, как далеко простирается заговор.

— Хорошо. — Белкор снова включил микрофон. — Куда они улетели, Наррин?

— Насколько я понял, она, Боркас и отряд штурмовиков полетели на двух кораблях спасать неких важных персон с «Губителя». Вы прибыли на помощь? Похоже, это и впрямь важные персоны, сэр, если все высшее командование слетелось к экватору.

«Ты даже понятия не имеешь, насколько важные», — подумал Белкор, но промолчал, пытаясь переварить услышанное. Мофф все еще пыталась найти Вейдера и Императора, а значит знала или, по крайней мере, верила, что они пережили взрыв «Губителя» и его последствия. Что ж, вполне разумно — мофф могла сохранить свой пост или хотя бы жизнь, став героем во главе спасательной команды, нашедшей Вейдера и Императора. Но с Белкором она связаться не пробовала.

— Мофф прибыла до нападения на базу или после?

— После, сэр.

Это могло все объяснить.

— Она поручила кому-нибудь сообщить в центр связи, что она жива? Или о том, что она занята поисками Ве… важных персон?

— Гм… сейчас взгляну, сэр, — ответил Наррин. Последовала долгая пауза. — Нет, сэр. Но они с майором очень спешили.

— Не сомневаюсь, — протянул полковник, уверенный, что мофф догадалась о его предательстве.

— Сэр, у меня нет координат места, где ведут поиски мофф и майор, а поскольку связь ограничена прямой видимостью, мы не можем их вызвать и сообщить, что вы летите к ним.

— Все в порядке, капитан. Я знаю координаты.

— Сэр, простите за вопрос, но что вообще происходит?

— У меня нет времени на подробности, Наррин. По Империи нанесли удар террористы. Это все, что вам пока следует знать. Как скоро удастся восстановить нормальную связь?

— Мы бросили все силы на тарелку номер три. Через девять часов, сэр. Может, чуть раньше.

Девять часов. У Белкора оставалось девять часов, чтобы найти моффа и разделаться с ней.

— Чем еще мы можем помочь, сэр? — спросил Наррин. — Если это действительно террористы…

— Ничем, — ответил полковник. — Вы и так достаточно помогли. Мы немедленно летим туда.

— Удачи, сэр.

Белкор отключил связь и повернулся к Офиму:

— Итак, теперь мы знаем, что Боркас заодно с моффом.

— И они вовсе не спасают никаких важных персон с «Губителя», — заметил пилот.

— Согласен, — кивнул полковник. — Вероятно, встречаются с другими сообщниками, а может, и с самими террористами.

— Они получат по заслугам, сэр, — заявил Офим.

— Да, — согласился Белкор.

У моффа имелось два корабля и некоторое количество штурмовиков. У Белкора — спасательный челнок и полдесятка V-истребителей. Если удастся захватить моффа в воздухе, все будет кончено за несколько секунд.

— Вот наша цель, — сказал он, передавая Офиму координаты того места, где, по мнению Чама, упал корабль Вейдера и Императора. — Сообщи V-истребителям, и полетели.

— Есть, сэр.

* * *

Вейдер почувствовал, как к ним сквозь густой лес приближается враждебная голодная волна. Из-за деревьев выбежали императорские гвардейцы с бластерными винтовками в руках. Сержант где-то потерял шлем, и белки широко раскрытых глаз выделялись на покрытом татуировками лице. Земля вздрогнула, листва за их спинами зашевелилась — за гвардейцами явно кто-то гнался. Капитан споткнулся, но удержался на ногах. Он замахал Вейдеру и Императору, давая знак уходить.

— Бегите, владыки! — послышался приглушенный шлемом крик капитана. — Нужно занять позицию получше!

— От кого мы собираемся обороняться? — спросил Вейдер, зажигая меч.

— От лайлеков, мой повелитель! Их больше…

В тот же миг ветер донес характерное щелканье и шипение высшего хищника Рилота. Судя по звуку, сквозь лес продиралось около десятка громадных тварей, быстро приближаясь к ним.

— Лайлеки, — повторил Император. — Интересно.

— Владыки! — задыхаясь, проговорил подбежавший капитан. — Они нас сейчас настигнут! Нужно уходить!

Диз нацелил на деревья винтовку.

— У нас всего несколько секунд, капитан, — напряженно проговорил он.

Вейдер занял позицию рядом с Императором. Увидев это, сержант и капитан тоже встали подле них с винтовками наготове. Долго им ждать не пришлось.

Из гущи деревьев вырвались лайлеки: огромные насекомоподобные создания перепрыгивали через стволы, потрясая парами щупалец, расположенных возле челюстей. Завидев людей, они зашипели и кинулись вперед.

Гвардейцы выстрелили, прочертив в воздухе красные линии. Заряды попали в лайлеков, но отскочили от их панцирей и ушли в деревья.

Подняв руку, Вейдер с помощью Силы схватил одного из бежавших впереди лайлеков и швырнул его на деревья. Хищник ударился о ствол толщиной с человеческий торс, и его ребристый, покрытый шипами панцирь треснул. Тварь упала, беспомощно корчась у подножия дерева.

Стоявший рядом с учеником Палпатин сделал жест обеими руками, и из них выстрелили зигзагообразные молнии Силы, подняв двух ближайших лайлеков над землей и отбросив назад. Те покатились по земле, шипя и визжа в предсмертных муках.

Покончив с молниями, учитель достал световой меч, и они с Вейдером одновременно шагнули вперед, прикрывая друг друга. Они ловко уворачивались от щупалец и щелкающих челюстей лайлеков, отрубая конечности. Через несколько мгновений в лесу наступила тишина. Вейдер и его учитель, стоявшие спина к спине посреди побоища, выключили оружие. Сержант и капитан изумленно таращились на них, сжимая в руках бесполезные бластерные винтовки.

Император наклонил голову, будто услышав что-то вдали.

— Идут новые.

Призвав Силу, Вейдер тоже почувствовал их приближение.

— И их намного больше, — добавил его наставник.

— На этой местности сложно противостоять такому количеству, учитель, — сказал Вейдер, ощущая надвигающуюся угрозу. Со стороны леса донесся похожий на шум прибоя шелест. — Их сотни, — добавил он, слыша треск веток, шипение и стрекотание лайлеков. — По меньшей мере.

— Согласен, — рассеянно ответил Император спокойным, словно стоячая вода, голосом. — Найдем более подходящее место для встречи с этими тварями, капитан.

— Да, мой повелитель, — с явным облегчением ответил гвардеец. — Прикрывай тыл, сержант, — велел он Дизу.

Повернувшись, капитан бросился бежать через лес, перепрыгивая упавшие стволы и огибая деревья. Вейдер выключил меч, и они с учителем поспешили следом. Вейдер заметил, что в лесу вокруг стало тише — слышалось лишь его собственное дыхание и далекие щелчки и стрекотание преследующей их стаи, треск дерева и низкий гул от топота ног лайлеков, которые их явно нагоняли.

— Никого пока не вижу, — известил Диз.

— Они все ближе, — ответил Вейдер, предположив, что лайлеки каким-то образом могли их чуять, или обладали острым слухом, или использовали для охоты другие органы чувств.

Выбежав на покрытую низкой травой и кустарником поляну, все четверо помчались через нее. Дыхание выбившихся из сил гвардейцев казалось Вейдеру столь же громким, как и шум его респиратора. Он все еще чувствовал позади лайлеков, число которых росло по мере того, как жажда крови привлекала все новых их сородичей. Он представил себе свору, способную уничтожить всю фауну на нескольких квадратных милях леса.

— Поторопитесь, владыки! — крикнул капитан.

Они уже почти пересекли поляну, когда из-за деревьев позади них вырвались твари.

— Вон они! — бросил Диз.

Быстро оглянувшись, Вейдер увидел по крайней мере два десятка выбежавших из гущи деревьев лайлеков, щелкающую стену из шипастых экзоскелетов, щупалец и чудовищных челюстей. За ними следовали все новые — казалось, стае не будет конца. Подгоняемые голодом, они карабкались друг на друга, размахивая щупальцами и клешнями.

Естественно, твари сразу же увидели людей и как один зашипели, жадно щелкая челюстями. Под их весом и ударами толстых конечностей взлетали в воздух комья земли. Добежав до деревьев на противоположной стороне поляны, четверо вновь нырнули в сплетение стволов и корней.

— Поищите отвесную скалу или туннель, — спокойно сказал Вейдер. — Место, где они не смогут напасть на нас все сразу.

— Они приближаются! — крикнул Диз, стреляя себе за спину из бластерной винтовки. — Выстрелы отскакивают от их панцирей!

Император взмахнул свободной рукой, повалив с помощью Силы несколько деревьев. Те рухнули на свору, давя лайлеков и валя другие деревья, которые давили новых. Уцелевшие, не останавливаясь, карабкались поверх мертвых, продолжая свое маниакальное преследование.

Достав гранату, капитан активировал ее и швырнул назад в сторону полчища тварей. Через несколько секунд прогрохотал взрыв, повалив еще одно дерево. Вновь послышались предсмертные вопли лайлеков.

— Направо, капитан, — указал Император. — В ста метрах отсюда есть туннель.

Капитан не стал задавать вопросы и свернул вправо, хотя Вейдер удивился, откуда его учитель об этом узнал. Лайлеки продолжали приближаться сзади, ломая деревья своими огромными телами. Расстояние между стаей и четверкой беглецов сокращалось, и оба гвардейца стреляли на бегу, снося куски древесных стволов и попадая в лайлеков, но нисколько не замедляя общее наступление.

Они добрались до отвесного ущелья, и гвардейцы начали спускаться по его стене, спотыкаясь и хватаясь за корни, чтобы удержаться. Вейдер и Император просто спрыгнули вниз. Ущелье делил пополам ручей, противоположная стена тянулась налево и направо, насколько хватало глаз. Лайлеки продолжали приближаться.

— Куда, мой Император? — спросил капитан. — Не вижу нигде туннеля.

Первые твари хлынули через стену ущелья, цепляясь длинными конечностями и хватаясь щупальцами за ветви и корни.

Включив световой меч, Вейдер встал рядом с Императором и стал выискивать взглядом туннель в стене ущелья. Тем временем капитан и Диз обстреливали все, что двигалось, разрывая тьму вспышками бластерных зарядов. Лайлеки шипели и стрекотали.

— Стреляйте в голову! — крикнул Диз. — Выстрел в голову их убивает!

Спускавшихся со стены лайлеков становилось все больше, пока они не стали напоминать катящуюся по склону лавину.

— Вон там! — указал Вейдер, наконец заметив на поверхности стены темное овальное отверстие высотой метра два, частично закрытое обнажившимися корнями толщиной в руку.

— Иди первым, сержант, — сказал капитан Дизу, быстро отступая в сторону входа в туннель. — Потом Император, потом повелитель Вейдер. Я прикрою тыл. Иди!

Лайлеки волной катились в их сторону, громоздясь друг на друга и судорожно размахивая щупальцами по обеим сторонам огромных пастей. Казалось, будто они уже предвкушают, как будут заталкивать в эти пасти плоть своих жертв. С корней на стене ущелья свисало полдесятка трупов лайлеков, но остальные продолжали наступать.

Бластер капитана свалил выстрелом в голову одного, потом другого, но твари не собирались останавливаться. Около десятка уже добрались до дна ущелья и помчались к людям, дергая щупальцами и работая челюстями.

Подняв руку, Вейдер призвал Силу и выпустил заряд энергии, который ударил в лайлеков на дне ущелья, отбросив их назад к стене, прямо на двигавшихся сзади, и наступление тварей превратилось в беспорядочную мешанину конечностей и возбужденное стрекотание вцепившихся друг в друга обезумевших созданий.

Диз нырнул во тьму туннеля. За ним последовали Император и Вейдер, погасивший меч. Последним шел капитан, отступая спиной назад и продолжая стрелять.

Темный как ночь туннель уходил в стену всего на метр, ведя в большую пещеру с отверстиями слева, справа и посередине.

— Да тут весь склон пронизан туннелями! — ахнул Диз.

— Не останавливаться! — бросил через плечо капитан, продолжая стрелять через выход туннеля. — Дальше, дальше!

— Нет, — возразил Вейдер, снова включая световой меч. — Именно здесь мы и остановимся.

В растительности у входа в туннель возникло какое-то движение, и в него, ломая корни, с шипением ворвался ощетинившийся когтями и щупальцами лайлек, оказавшись всего в полуметре от капитана. Оттолкнув гвардейца в сторону, Вейдер прыгнул вперед и вонзил в пасть твари клинок — его светящийся кончик показался из макушки лайлека. Громадный труп рухнул на землю. Сзади пытались протиснуться десятки других хищников. Наклонив голову, Вейдер поднял руку и ударил волной Силы, которая отбросила визжащих лай-леков назад.

— Отходим, — приказал Император, и Вейдер с капитаном отступили.

Палпатин небрежно шевельнул рукой, и потолок туннеля обрушился, подняв облако обломков и пыли. Послышались разочарованное шипение и рев. Вейдер выключил меч, и всех четверых окутала темнота. Капитан включил фонарь у себя в шлеме.

— Прислушайтесь, — сказал Диз, наклонив голову. — Кажется, там что-то есть. — Он кивнул в сторону туннеля слева.

Призвав Силу, Вейдер почувствовал приближающихся по боковому туннелю лайлеков.

— Ты прав, сержант, — согласился он.

— Здесь нам не удержаться, владыки, — произнес капитан. — Они атакуют нас с двух сторон.

Щелчки и шипение приближающихся тварей становились все громче. Диз достал гранату, но Вейдер схватил его за запястье.

— Ты можешь обрушить туннели, — остерег он.

— Верно, — в замешательстве пробормотал Диз. — Конечно, повелитель Вейдер.

— Прошу, мой Император, — подал голос капитан, показывая на центральный туннель.

— Он прав, учитель, — кивнул Вейдер. — Нужно идти дальше.

— Согласен, — ответил Палпатин.

Они поспешили по извилистому центральному туннелю, который уходил вниз, становясь все шире. Беглецы преодолели около двухсот метров, уходя все глубже под землю, когда послышались первые звуки, издаваемые преследующими их лайлеками. Пол усеивали каменные образования, с потолка свисали толстые гроздья кристаллов, но им не попадалось подходящего места, где можно было занять оборону. Стрекотание и шипение отражались от камней, будто опережая убегающих.

— На этой местности они быстрее нас, — сказал Диз. — Придется повернуться к ним лицом и сражаться.

Туннель загудел от топота лайлеков. Вскоре Вейдер уже слышал стук их экзоскелетов о камень.

— Они нас почти настигли, — пророкотал он. Капитан отступил назад, заняв позицию вместе с Дизом между Императором и полчищем тварей. Вейдер включил световой меч, чтобы, по крайней мере, лучше осветить туннель.

— Вон они! — крикнул капитан, вслепую стреляя через плечо.

— Вижу их! — подтвердил Диз, тоже открыв стрельбу.

Лайлеки визжали и шипели.

— Можете воспользоваться гранатами, — позволил им Вейдер. Пещера была достаточно просторна, чтобы выдержать взрыв, не обрушившись.

Оба гвардейца тотчас же швырнули снаряды. Пять секунд спустя в туннеле позади них прогремел взрыв. Послышались вопли лайлеков и грохот падающих камней, по туннелю пронеслась взрывная волна. Вейдер и Император отразили основную часть волны Силой, но обоих гвардейцев швырнуло ничком на пол, и их броня заскрежетала о камни.

Повернувшись, Вейдер с помощью Силы поднял обоих на ноги. У Диза шла носом кровь, вид у него был ошеломленный.

— Мы не станем снова из-за вас задерживаться, — отрезал темный владыка. — Твари продолжают наступать.

Словно в подтверждение его слов, сзади послышались щелчки, шипение и визг приближающихся лайлеков.

Вейдер занял позицию рядом с учителем, и четверо двинулись дальше по туннелю. Он искал место, где можно было остановиться и занять оборону, но туннель уходил все дальше и дальше вглубь планеты, нисколько не сужаясь.

Призвав на бегу Силу, он поднял руку к потолку и, схватив несколько больших гроздьев кристаллических сталактитов, раскачал их и дал свободно повиснуть в ожидании момента, когда вибрация от бегущей стаи заставит их упасть.

Туннель сворачивал то вправо, то влево, но никаких боковых ответвлений Вейдер не видел — лишь единственный ход, продолжавший углубляться в кору Рилота.

Сзади раздался грохот падающих камней — кристаллов, которые ослабил Вейдер, — и визг раздавленных лайлеков. Но они продолжали приближаться — полчище тварей выглядело несокрушимым.

В конце длинного наклонного участка Вейдер пропустил остальных вперед и остановился, оглядываясь назад. В его шлеме отразился слабый свет светового клинка, и он увидел, как стая появляется в дальнем конце туннеля — океан лап, щупалец и челюстей, карабкавшийся по испещрявшим пол туннеля сталагмитам. Некоторые ползли по стенам, словно гигантские пауки, покрывая всю доступную поверхность. Щупальца судорожно раскачивались, челюсти шевелились, словно уже перемалывая плоть. Вейдер не мог избавиться от ощущения, будто его кто-то направляет — возможно, лайлеки, а возможно, его учитель.

Уйдя с головой вглубь Силы, он высвободил из вытянутой руки волну энергии, заполнившую пространство туннеля. Разряд ударил в надвигающуюся стаю, ломая экзоскелеты, разбивая сталагмиты и отшвыривая назад десятки лайлеков, которые визжали, стрекотали и размахивали щупальцами. Те, кто следовал позади, карабкались по мертвым и раненым, не сводя глаз с Вейдера.

Темный повелитель был готов встретить их всех, уничтожив каждого, но его заставил обернуться послышавшийся из туннеля голос наставника:

— Идем, повелитель Вейдер!

Погасив меч, он повернулся и поспешил вперед, с помощью Силы прибавив скорости, чтобы нагнать остальных троих.

— Что случилось? — спросил Диз, но Вейдер не удостоил его ответом. Догнав учителя, он поделился с ним своими мыслями.

— Да, — согласился Император. — Эти твари нас загоняют — думаю, непреднамеренно.

— Загоняют куда? — спросил Вейдер.

— Скоро узнаем. Пожалуй, стоит подготовиться.

Они спешили по туннелю, который наконец начал сужаться.

— Впереди свет, — доложил капитан. — Смотрите!

Вейдер тоже увидел тусклое зеленоватое свечение, исходившее из круглого отверстия диаметром около полутора метров. Вскоре туннель вывел в большую пещеру тридцати метров в поперечнике, походившую на полусферический пузырь в толще планеты. Они остановились у отверстия, располагавшегося на пятиметровой высоте в стене пещеры. Из стен и пола росли испускавшие сияние кристаллы, которые и служили источником света.

На полу пещеры толпились сотни лайлеков, окружавших, судя по всему, матку колонии — лайлека с раздутым брюхом втрое крупнее остальных. Со стен гроздьями по десять-двадцать штук свисали большие серые кожаные мешки с яйцами. Стены и потолок испещряло около десятка туннелей примерно такого же диаметра, как и тот, где сейчас стояли четверо беглецов. Какое-то время все молчали — тишину нарушало лишь тяжелое дыхание гвардейцев и шум респиратора Вейдера.

Заметив их, матка лайлеков повернула громадную голову и уставилась на пришельцев. От стен пещеры эхом отразилось ее тревожное шипение. Остальные лайлеки тоже повернулись к ним, щелкая панцирями, и зашипели, возбужденно шевеля щупальцами. По туннелю за спинами четверых продолжали приближаться преследователи.

— Теперь мы знаем, куда нас гнали, — сказал Император.

Вейдер повернулся к гвардейцам:

— Ваша задача — продержаться здесь как можно дольше.

— Мы останемся с нашим Императором, — вытянулся в струнку капитан.

— Выполняйте приказ повелителя Вейдера, — распорядился Палпатин.

— А вы? — спросил Диз, беря вместе с капитаном по гранате и ожидая появления стаи охотников.

— Мы их всех убьем, — ответил Вейдер, включая меч.

Усмехнувшись, Император достал свой собственный меч и зажег красный клинок.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

— Каллон уже почти на связи! — крикнула из кабины Фейлин. — И… есть контакт!

— Чам, я нашел челнок Императора, — послышался в коммуникаторе голос Каллона.

— Где ты? — спросил предводитель «Свободного Рилота», машинально бросая взгляд в иллюминатор в поисках катера, но не увидел ничего, не считая кромешной тьмы.

— Я на земле рядом с ним, — последовал после некоторой паузы ответ. — Послушай, я знаю…

Чам разразился проклятиями:

— Я же сказал только провести разведку, Каллон!

— Сканер не показал признаков жизни, так что…

— Никого живого? Трупы есть? — Не услышав ответа, Чам добавил: — Я тебя не вижу, Каллон, так что если ты киваешь или качаешь головой…

— Угу, угу. Да, есть три трупа, и один из них принадлежит императорскому гвардейцу, так что они точно были там, Чам. Рядом — остатки лагеря.

— Лагеря? Каллон, они могут вернуться. Немедленно садись в корабль и…

— Я говорил про остатки лагеря. И если бы Вейдер с Императором были где-то неподалеку, они слышали бы мой корабль и уже вернулись. Они ушли, Чам, и думаю, стоит послать туда Голла.

Чам почувствовал, как прилила кровь к голове и шевельнулись его лекку.

— Думаешь, они ушли пешком в лес?

— Чтобы точно это узнать, нужен Голл, но думаю, да, — ответил инженер. — Если бы их взял на борт корабль, они бы подобрали и тело гвардейца. И я не вижу в окрестностях никаких следов посадки чего-то крупного. Я, конечно, не следопыт, но…

— Но ты полагаешь, что они ушли пешком? Не забывай — я не вижу, как ты киваешь.

— Да, полагаю, они ушли пешком.

Чам с трудом сдержал улыбку. Исвал зловеще ухмыльнулась и кивнула.

— Мы садимся, Каллон, — сообщил Чам. — Оставайся на месте и ничего не предпринимай.

Исвал сжала его плечо.

— Они идут пешком, Чам. Мы их догоним. Обязательно. — Узкое пространство корабля не позволяло ей по привычке расхаживать туда-сюда, и она лишь переступала с ноги на ногу. — Они не могли далеко уйти. Они не знают местности и могут быть ранены после катастрофы, так что наверняка движутся небыстро.

— А может, и нет, — заметил тви'лек, пытаясь обуздать ее пыл, хотя и сам чувствовал себя похожим образом. — Посади нас рядом с Каллоном, Фейлин.

Исвал перестала вертеться на месте и озабоченно посмотрела Чаму в глаза, положив ему на плечо ладонь.

— Ты хорошо себя чувствуешь? Точно?

— Со мной все в порядке, — успокаивающе кивнул он. — Займемся делом.

Она с подозрением взглянула на него, но лишь кивнула в ответ и направилась к креслу рядом с Голлом.

Чам посмотрел ей вслед, жалея о том, что наговорил ей чуть раньше. Похоже, его слова изменили спутницу. В отличие от него, с движением Сопротивления была связана практически вся ее жизнь. Он не ценил того, насколько нуждалась в движении Исвал, насколько она нуждалась в нем самом. Тогда он лишь высказал собственные соображения, но, сам того не желая, подорвал основы, на которых опиралась жизнь Исвал.

Ему следовало держать язык за зубами.

* * *

Исвал села рядом с Голлом, чувствуя себя крошечной на фоне его массивной фигуры. От него пахло потом и смазанным металлом.

— Что ты слышал из нашего разговора? — тихо спросила она.

— Я слышал, что они идут пешком.

— Нет, я не об этом.

— Стараюсь не подслушивать, — ответил он, глядя прямо перед собой.

Она положила ладонь на его жилистую руку:

— Так что ты все-таки слышал?

— Вполне достаточно. — Он пожал бугристыми плечами.

Кивнув, она какое-то время сидела молча, затем продолжила:

— Он неправ. Движение Сопротивления — не просто идея. Это и он сам.

— Знаю, — сказал рослый тви'лек.

Исвал взмахнула кулаком:

— Значит, с ним не должно ничего случиться. Согласен? После сегодняшнего дня нам придется восстанавливать все заново, и без него никак не обойтись.

Усмехнувшись, Голл осторожно коснулся мозолистым кулаком кулачка Исвал.

— Согласен. А как насчет того, чтобы ничего не случилось с кем-то из нас?

— Думаешь, сумеешь их выследить? — спросила она. — В смысле, Вейдера?

— Сумею, — ответил он.

— Даже в темноте?

Повернувшись, он посмотрел на нее с таким выражением, что ей сразу расхотелось задавать дурацкие вопросы.

— Хорошо, — кивнула она. — Хорошо.

— Мы на месте, — послышался по корабельной связи голос Фейлин. — Садимся.

По корпусу катера заскребли ветви деревьев, и пилот опустила его на поверхность планеты.

— Оставайся здесь, — приказал Чам Фейлин. — Не выключай сканер. Если что-то заметишь — сообщи.

Голл велел своему отряду остаться на корабле, чтобы не затоптать следы возле лагеря, и вместе с Чамом и Исвал шагнул во влажный воздух экваториального леса. Вокруг жужжали и стрекотали насекомые, среди деревьев слышались визг, рычание и писк всевозможных животных.

Каллон ждал их на поляне, сложив руки на выпирающем животе и улыбаясь во весь рот. Неподалеку лежали останки имперского челнока.

— Лагерь там. — Инженер ткнул пальцем за спину в сторону какого-то мусора, остатков костра и обрывков палатки. — Я туда не подходил.

— Хорошо, — кивнул Голл. — Трупы?

— Внутри корабля. К ним я тоже не притрагивался. Просто заглянул внутрь, но не входил.

— Хорошо, — деловито повторил рослый тви'лек.

Исвал подошла к останкам челнока вместе с остальными. Голл внимательно разглядывал землю, корабль, деревья, и Исвал могла лишь догадываться, какие выводы он сейчас делает.

Челнок лежал на боку, зарывшись на полметра в жирный лесной суглинок. Стекло кабины пробила сломанная ветка. Корпус почернел от бластерного огня и жара от неуправляемого входа в атмосферу. На земле возле корабля валялись обломки оборудования. Голл подобрал несколько фрагментов, потом, пройдя чуть дальше, поднял еще несколько.

— Генератор и переносной комплекс связи, — сказал он, бросая перед собой кусок металла.

— Разбились при катастрофе? — уточнил Чам.

Солдат посмотрел на ночное небо, потом на землю и медленно направился к краю леса, то и дело останавливаясь и разглядывая воронки в почве. Наконец он повернулся и ответил:

— Вряд ли. Эти воронки — от выстрелов из бластеров какого-то корабля. Может, Нордона?

— Возможно, — кивнул предводитель. — Нордон застиг Вейдера и Императора на поляне и стрелял по ним. Вполне разумно.

— Вот только остается непонятным, каким образом его сбили, — вставила Исвал. Чам не ответил.

— Я осмотрю тела, — предложил Голл.

— Нужно спешить, — напомнил Чам. — Они нас основательно опережают.

— Верно.

Провожаемый взглядами Чама, Каллона и Исвал рослый тви'лек забрался на борт корабля и скрылся в дыре, выглядевшей так, будто ее прорезали в переборке. Исвал оглянулась на темную стену леса, зная, что

Вейдер где-то там, и надеясь, что сумеет добраться до него раньше, чем это сделают имперские войска. Наконец Голл выбрался из останков челнока.

— Трупы — это два пилота и гвардеец. Пилоты погибли от травм, вероятно полученных при падении. Гвардеец застрелен из бластера в голову. Попробую найти след.

* * *

— Вижу на сканере два корабля, — сказал Белкор, проверяя показания датчиков. — Нет, три, хотя все они на земле.

Датчики на его спасательном челноке были намного чувствительнее, чем на любых других известных ему посудинах, и те, кого он заметил, не могли видеть на собственных сканерах его самого.

— Возможно, Морс воспользовалась каким-то другим кораблем, — возбужденно проговорил Офим. — Сэр, я могу срочно вызвать сюда два V-истребителя. Разделаемся с Морс и покончим со всем этим.

— Погоди. — Белкор взглянул на показания дисплея и нахмурился.

Офим смотрел туда же.

— Это имперский катер и какой-то местный транспортник. Третий — имперский челнок, сильно поврежденный. — Он наморщил лоб. — Непонятно.

Белкору, естественно, все было понятно. Это не мог быть никто другой, кроме Чама или его приспешников.

Офим уставился на него широко раскрытыми глазами.

— Сэр, возможно, это Морс и изменники из «Свободного Рилота», с которыми она в сговоре. Я вызову V-истребители.

Он потянулся к кнопке коммуникатора, но Белкор остановил его руку.

— Давай сперва взглянем получше, лейтенант.

— Но, сэр, если они заметят нас на своих сканерах…

— Взглянем получше, Офим, — решительно повторил Белкор. — Нужно… удостовериться.

— Есть, сэр.

Офим начал снижаться, почти касаясь брюхом лесного полога внизу. Белкор вдруг почувствовал, как к лицу приливает кровь. На спине проступил липкий пот. Казалось, будто он ощущает вонь собственного тела. Сердце отчаянно колотилось. Он знал, что ему, возможно, придется сделать и что это будет не так-то легко.

— Держусь на малой высоте, сэр. Будем надеяться, они нас не заметят.

Полковник кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Он дождался, пока корабль не окажется достаточно близко к находившимся на земле, чтобы можно было связаться с ними напрямую, минуя заглушающие эфир помехи.

— Вряд ли они сейчас нас видят, сэр, — произнес Офим, машинально переходя на шепот, хотя в том не было никакой необходимости. — Они на земле и, возможно, даже не ведут сканирование.

Достав из кармана шифрованный комлинк, Белкор вызвал Чама, отчасти надеясь, что ответа не получит.

* * *

Голл начал с окрестностей лагеря, изучая следы на земле в свете не нарушавшего его ночного зрения темно-красного фонаря. Осторожно обойдя вокруг лагеря и иногда вглядываясь в деревья, он наконец остановился, кивнул и посмотрел на Чама.

— Я нашел след, — сказал он, показывая массивным подбородком в сторону. — Они ушли туда. Их четверо.

— Уверен? — спросила Исвал, получив в ответ испепеляющий взгляд.

— Он уверен, — сказал Чам и уже собирался двинуться с места, когда в его кармане зажужжал шифрованный комлинк. Достав прибор, он уставился на него, словно на некий незнакомый предмет.

— Что? — спросила Исвал. — Это…

— Белкор.

— Каким образом?

Пожав плечами, он вызвал по обычному комлинку Фейлин.

— На сканерах ничего?

— Все спокойно, Чам.

«Не очень-то», — подумал Чам и ответил на вызов Белкора.

* * *

По шифрованному каналу послышался голос Чама:

— Белкор? Где ты? Сканер ничего не показывает.

Проигнорировав слова тви'лека, Белкор устроил представление для Офима, который мог слышать лишь часть разговора.

— Говорит полковник Белкор Дрей. Приказываю немедленно отключить питание ваших кораблей и сдаться.

— Ты о чем? Если это…

— Разумное решение, — бросил Белкор и, оборвав связь, убрал комлинк обратно в карман. — Я возьму управление на себя, — сказал он Офиму.

— Сэр? Конечно, сэр.

Пилот передал управление кораблем Белкору.

— Что это? — спросил полковник, показывая куда-то за фонарь кабины.

— Где, сэр? — Офим повернулся, вглядываясь в рилотскую ночь. — Ничего не вижу. И сканеры ничего не показывают.

Достав вспотевшей рукой бластер, Белкор выстрелил Офиму в затылок, разбрызгивая по стеклу кровь. На мгновение у него закружилась голова, к горлу подступила тошнота, но он сдержался.

Белкор отвел взгляд от кровавых брызг, ругаясь про себя и мысленно оправдываясь. В кармане у него зажужжал шифрованный комлинк, и он, собравшись с духом, ответил:

— Я в воздухе, Синдулла. В десяти километрах к югу от тебя.

— Как ты нас нашел? Почему я не вижу тебя на сканере?

— Слишком долго рассказывать. Ты не видишь меня, потому что я в спасательном судне. Это челнок Императора? Скажи мне, что на его борту трупы.

— Трупы есть, но это не Вейдер и не Император. Они ушли пешком.

— Откуда ты знаешь?

— Мы многое знаем.

Белкор отключил микрофон и витиевато выругался вслух, глядя на нескончаемые просторы тянувшегося во все стороны экваториального леса. Если Вейдер и Император ушли пешком, найти их было практически невозможно.

— Мы напали на их след, — добавил Чам.

Белкор нажал кнопку на комлинке с такой силой, что у него заболел палец:

— Каким образом?

— У меня есть бойцы, которые это умеют. Это наша родная планета, Белкор, и мы прекрасно ее знаем. А теперь говори — что у тебя?

— Ничего такого, что могло бы вам пригодиться. Вам придется действовать самим. Морс где-то рядом, и мне кажется, что она обо всем знает. Я должен как можно быстрее ее найти. — Белкор посмотрел на Офима, и в нем вновь вскипела ярость. — Тебе следовало убить ее еще в космосе, Синдулла! Убить их всех! Я же дал тебе те проклятые идентификаторы! Все могло уже закончиться!

— Но пока не закончилось, — помолчав, ответил тви'лек. — Морс идет пешком? Откуда тебе известно, что она обо всем знает?

Белкор заскрежетал зубами и заморгал, пытаясь отогнать пелену перед глазами. Он понял, что теряет контроль над собой — так же, как уже потерял контроль над происходящим.

— Морс на корабле вместе с двадцатью штурмовиками с Экваториального узла связи. И я думаю, что она обо всем знает, потому что она полетела сюда, а не в центр связи. Она тоже ищет Императора и Вейдера.

— Ладно, — сказал Чам. — Ладно. Дай мне немного подумать. Не отключайся.

Пристегнутый к креслу, Белкор не мог расхаживать по кабине и лишь беспокойно теребил форму, фуражку и волосы, представляя, как Чам сейчас совещается с соратниками, обсуждая, как получше загнать его, Бел-кора, в угол. Наконец тви'лек снова вышел на связь:

— Послушай меня, Белкор. Ты поможешь нам разделаться с Вейдером. Потом я помогу тебе разделаться с Морс. И тогда все закончится.

Белкор тяжело дышал, стараясь не смотреть на труп Офима.

— Слышишь меня, Белкор? Кто еще с тобой?

— Я… один на спасательном челноке, но со мной еще шесть V-истребителей, которые ищут Морс. Мы организовали цепочку связи.

— Ты можешь доверять пилотам?

У Белкора вырвался смешок, в котором прозвучали истерические нотки.

— Могу ли я доверить им покончить с Морс? Да. Я представил им ее как изменницу, уничтожившую «Губитель». Но убить Вейдера и Императора? Нет. Помочь тви'лекским террористам? Нет, настолько я им не доверяю, Синдулла. Нет.

— Ясно, тогда сделаем так, — сказал Чам. — Пусть твои истребители продолжают поиски Морс. Если ты или твои пилоты увидят ее корабль — прикажи ее сбить. Но поддерживай цепочку связи на случай, если они вдруг понадобятся тебе — или нам. И все это время, пока мы выслеживаем Вейдера и Императора, оставайся в радиусе связи со мной. Сохраняй свою цепочку связи, поскольку, когда мне потребуется поддержка, твои истребители должны немедленно прибыть на помощь.

— Они не станут вам помогать! Ты что, не слышал меня? И они не станут стрелять в Императора!

— Они ничего не будут знать, Белкор! — Судя по голосу, Чам уже начал терять терпение. — В темноте, в густом лесу! — Тви'лек снова заговорил тише: — Я дам тебе координаты, ты дашь эти координаты им, и они прилетят и откроют огонь. Но только в том случае, если мне потребуется их помощь. Только.

— Ты всегда готов к любым непредвиденным обстоятельствам, — ответил полковник, не в силах сдержать усмешку. — Когда-нибудь ты споткнешься, Синдулла.

— Возможно, но не сегодня, Белкор. И никто из нас. Не сегодня.

— Моих кораблей ты не получишь, тви'лек, — заявил имперец. — Морс может ускользнуть и полететь в центр связи. Возможно, когда я туда вернусь, меня уже будет ждать служба безопасности.

— Ты не понимаешь, — возразил Чам. — Ей неизвестно, насколько глубоко простирается заговор, и она отправилась на поиски единственных, кто точно не может быть в нем замешан, — Вейдера и Императора. Пока она их не найдет, она никуда больше не полетит. Поверь мне, Белкор. Помоги мне расправиться с Императором, и я сделаю все для того, чтобы ты смог расправиться с Морс.

Белкор слышал его слова, даже сумел осознать их смысл, но проанализировать уже был не в состоянии. Он понимал, что усталость и напряжение мешают ему ясно мыслить. Ему хотелось вернуть все назад, начать день сначала, принять иные решения. У него не было никакого желания нести ответственность за гибель сотен или тысяч имперцев на борту «Губителя», а видеть и ощущать в кресле рядом с собой труп ему хотелось еще меньше. Ему следовало пустить себе в рот заряд из бластера, но он понимал, что ему не хватит мужества. Посмотрев в фонарь кабины, он глубоко вздохнул и заорал что было сил, пока голос его не охрип и не закончилось дыхание.

— Покончим с этим, Синдулла, и поскорее!

* * *

Чам хмуро убрал в карман шифрованный комлинк, отчасти жалея Белкора, которого он сам загнал в угол. Для Белкора не оставалось иного выхода, кроме как умереть, — вопрос заключался лишь в том, предстанет ли он сперва перед имперским инквизитором. Чам покачал головой, встряхнув лекку.

— Фейлин, вы с Каллоном двигайтесь следом за нами короткими перелетами, с интервалом в полчаса. Я дам вам направление и расстояние. Не теряйте нас — вы можете нам потребоваться для эвакуации.

— Понятно, — ответили оба.

— Что с Белкором? — спросила Исвал.

— Он несколько не в себе.

— Да, — согласилась тви'лека, проверяя батареи своих бластеров.

— Он последует за нами в спасательном челноке, и если нам потребуются истребители для бомбардировки, мы сможем их вызвать.

— Вейдер сбил два наших вооруженных грузовика, причем с земли. Не знаю, смогут ли…

— У тебя есть идея получше, Исвал? — чуть резче, чем ему хотелось, прервал ее Чам. — Я лишь делаю все возможное, используя все имеющиеся ресурсы. Лучше с истребителями, чем без них.

Сперва она отшатнулась, но кожа ее тут же потемнела, и она выпятила подбородок.

— Угу, конечно лучше.

Повернувшись, она ушла прочь. Чаму показалось, будто он обречен постоянно смотреть ей вслед.

— Голл, ты готов? — спросила Исвал, убирая бластеры в кобуру.

— Готов, — ответил рослый тви'лек.

— Мы с Чамом пойдем с тобой впереди. Остальным двигаться в обычном строю в двадцати метрах сзади. Вперед, народ!

— Слышали, что она сказала? — крикнул Голл своим, и все кивнули.

— Без шума, — попросил Чам. Чтобы иметь хоть какой-то шанс на успех, Вейдера и Императора нужно было застичь врасплох.

Исвал, Голл и Чам вошли в лес. Голл быстро вел их за собой, высматривая след Вейдера и Императора. Лишь когда они углубились достаточно далеко в гущу деревьев, Чам подумал о том, возможно ли вообще застичь Вейдера врасплох.

* * *

Морс управляла челноком. Рядом в кресле второго пилота сидел один из офицеров Стина, а в пассажирском отделении расположились половина штурмовиков и еще четверо людей Стина из узла связи. На фоне рилотской ночи взошли призрачные серпы двух спутников, отбрасывая бледный свет на покачивавшийся внизу ковер из верхушек деревьев. Экваториальный лес простирался во все стороны, время от времени перемежаясь полянами и глубокими ущельями.

Местность внушала Морс страх. Всю жизнь проведя на кабинетной работе, она не имела никакого опыта в поисковых операциях. Как и Стин, да и любой из них. Один из молодых офицеров Стина составил с помощью навигационного компьютера карту поисков, но та была слишком обширна, и Морс даже не знала точно, что, собственно, она ищет: упавший, но почти не поврежденный корабль? Поле обломков? Трупы? Искать приходилось медленно и крайне тщательно, сканируя поверхность и надеясь на удачу.

— Что это? — спросил, показывая на признаки жизни на сканере, второй пилот — офицер средних лет с брюшком и столь большими ушами, что те высовывались из-под фуражки, словно паруса.

— Фауна, — ответила Морс, изучив данные. — Крупная. Вероятно, лайлек. Я слышала, они тут повсюду в лесах.

Второй пилот раздраженно вздохнул.

— С «Губителя» ушло свыше тысячи кораблей и капсул. Мы не видели ни одной. Не видели мы и других поисковых судов. Я полагал, тут и десяти километров будет не пролететь, не наткнувшись на кого-то из них, даже случайно.

— Ошибаешься, — сказала Морс. — Планета большая, и взрывная волна наверняка широко разбросала капсулы по всему западному полушарию. При ограниченной прямой видимостью связи это то же самое, как плыть в лодке, пытаясь отыскать тысячу разбросанных по океану буйков. Можно за много дней ничего не найти и не увидеть другую лодку. Если честно, нам еще повезло, что у нас есть исходная точка.

— Пожалуй. — Второй пилот кивнул в сторону фонаря кабины. — Есть исходная точка или нет, но пространства внизу полно.

Морс лишь кивнула в ответ, зная, что под ней несколько тысяч квадратных километров пересеченной местности, сканирование которой шло медленно и неточно.

В десятый раз после того, как она покинула узел связи, у нее возникла мысль, не совершила ли она ошибку, отправившись на поиски правителей Империи. Возможно, следовало взять Стина и штурмовиков, полететь в центр связи, арестовать Белкора, восстановить контроль над ситуацией и уже потом отправляться за Вейдером и Императором.

Вот только если щупальца заговора Белкора простерлись глубоко среди командного состава, Морс могли бы убить под каким-нибудь предлогом задолго до того, как она вообще добралась до центра связи. А может, ей все же удалось бы снова взять командование на себя, но к тому времени Вейдера и Императора прикончили бы искавшие их мятежники. Нет, единственным для нее вариантом было сперва найти повелителей, затем собрать преданные ей войска и лишь после пытаться избавиться от Белкора.

Но чтобы их найти, требовалось куда больше везения, чем опыта.

Морс потерла усталые глаза, ненадолго воззрилась на спутник, а затем вернулась к изучению показаний сканера.

* * *

Чам и Исвал держались в нескольких шагах позади Голла, стараясь не отвлекать солдата. Тот работал быстро и молча, лишь иногда что-то бормоча себе под нос, когда разглядывал землю, деревья, листья, подлесок. С лица его не сходило хмурое выражение, а на лбу пролегла глубокая, как лесное ущелье, складка. Время от времени он останавливался, уперев руки в бока и словно о чем-то размышляя, затем шел дальше. Чам регулярно выходил на связь с Фейлин, Каллоном и Белкором, чтобы те могли следовать за ними в своих кораблях. В руке у него постоянно был то один, то другой коммуникатор.

— Ты вполне мог бы научиться ими жонглировать, — заметила Исвал.

Синдулла улыбнулся, в очередной раз вызывая Кал-лона и Фейлин, чтобы сообщить им о своем местонахождении. Он приказал им не оставаться в воздухе дольше необходимого, чтобы их труднее было засечь сканерам любого оказавшегося поблизости имперского корабля. Ему требовалось лишь, чтобы они оставались в радиусе связи.

Голл внезапно выпрямился, склонив набок большую голову. Проведя рукой по правому лекку, он посмотрел налево, потом направо.

— Что… — начала Исвал, но Голл поднял руку, призывая молчать.

Он подал остальным знак подождать и двинулся вперед, освещая тусклым красным светом фонаря землю среди деревьев и подлеска. Исвал понятия не имела, что он высматривает, но в его сгорбленной позе чувствовалось явное напряжение. Исвал тоже сгорбилась, крепче сжав бластеры, и глубоко вздохнула.

Тихий свист Голла сообщил, что можно идти дальше. Чам и Исвал нашли его на краю поляны, где он стоял, уперев руки в бока и глядя вперед.

— Видите? — спросил он, когда они остановились рядом.

Поляна простиралась далеко за пределы ночного зрения Исвал.

— Вижу поляну, — сказала она. — Что я должна увидеть?

— Еще недавно поляны здесь не было. Видите поломанные ветки? Взрытую землю? Поваленные деревья?

Только теперь они поняли, что это означает.

— Стая, — сказал Чам.

— Да, — тихо ответил солдат. — И могу поспорить, они гнались за Императором и его компанией. Время как раз совпадает.

— Лайлеки? — спросила Исвал, которую повергла в трепет мысль о том, сколько их должно было быть, чтобы проложить в лесу подобную просеку, вытоптав все на своем пути. — И как нам теперь преследовать Вейдера?

— Стая затерла человеческие следы, — сказал Голл, — но стоит ей за кем-то погнаться, и тот почти наверняка окажется добычей. Так что будем просто следовать за лайлеками.

— И… что, если мы их найдем? — спросила Исвал. Она никогда не видела этого хищника вблизи, и подобного желания у нее не возникало.

— Вопрос получше — что, если мы их не найдем? — заметил Чам, оставив ответ повисшим в воздухе.

Исвал поняла, что он имел в виду. Если Вейдер и Император сумели справиться со стаей лайлеков, вряд ли отряд тви'лекских борцов за свободу станет для них серьезной проблемой.

— Мы слишком далеко зашли, чтобы останавливаться, — постановила она.

— Угу, и то же самое я постоянно твержу насчет Белкора, — напомнил Чам, и его спутница замолкла. — Если мы наткнемся на стаю, нам всем конец.

Голл что-то пробормотал в знак согласия.

— Все равно, — сказала Исвал, думая о Поке, Эшго, Дриме и всех остальных, погибших от рук Вейдера и Императора. — Все равно.

Она уставилась на Чама, пытаясь заставить его принять верное решение.

— Так что будем делать, Чам? — спросил Голл после затянувшейся паузы.

— Последуем за стаей, — ответил тот, показывая на проложенный лайлеками в лесной подстилке след. — Мы слишком далеко зашли, чтобы останавливаться.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Вейдер окутал себя Силой, подпитывая ею свой гнев и ненависть. Рядом с ним погрузился в Силу Император, освобождая свою мощь от любых возможных пут, и оба одновременно спрыгнули с края туннеля.

Едва они коснулись пола, к ним устремились сотни лайлеков, размахивая шипастыми конечностями и щелкая челюстями. Они карабкались друг на друга, охваченные жаждой убийства. Приподнимая туловище, они пытались сразить врагов передними конечностями, как копьями.

Вытянув руку, Вейдер выпустил волну энергии, разнесшую в клочья двух кинувшихся к нему лайлеков и осыпав бегущих сзади ошметками тел и кусками панциря. Одновременно его учитель высвободил разрушительный вихрь, который швырнул трех чудовищ на стену, расколов экзоскелеты. Твари упали, беспомощно корчась в агонии.

Вейдер бросился вперед, высоко подняв клинок. Увернувшись от щупальца, он перепрыгнул через обрубок шипастой ноги и одним ударом снес голову прыгнувшего на него лайлека. Он раздавил череп сапогом и с помощью Силы метнул обезглавленный труп в трех бежавших сзади тварей, превратив их в верещащий клубок ног и щупалец.

Ощутив позади опасность, он развернулся и отсек две передние ноги очередному лайлеку, который намеревался проткнуть его со спины. Вскочив на размахивающее конечностями тело, он прекратил предсмертный визг твари, вонзив клинок в брюхо.

Ситх бросился сквозь полчище лайлеков, не обращая внимания на уколы их конечностей и укусы зубов, срубая световым мечом ноги, щупальца, головы, челюсти, усеивая пол пещеры покрытыми сукровицей частями тел. Ударов их щупалец, ног и громадных туш он почти не замечал — пробить его броню они не могли, а та боль, которую им удавалось причинить, не могла превзойти ту, которую он всегда носил в себе.

Шипастая нога с силой врезалась в бок Вейдера, швырнув его прямо в щупальца другого лайлека, которые тотчас же опутали его ноги и приподняли вниз головой над полом.

Пока он так висел, к нему устремился еще один хищник с широко разинутой пастью, явно намереваясь откусить ему голову. Вейдер ткнул световым мечом в пасть, и клинок вышел из затылка, свалив лайлека замертво. Державшая его тварь потянула его к собственной пасти, но он лишь выгнулся в пояснице, перерубил щупальце и, перекувырнувшись в воздухе, приземлился на ноги. Он отрубил оказавшемуся рядом лайлеку передние ноги, и тот рухнул, визжа, разбрызгивая сукровицу и корчась в судорогах. Удар тяжелого тела отбросил ситха назад, но тот удержался, молниеносным взмахом располовинив голову очередному лайлеку. Он убивал их десятками, но они продолжали наступать, ограничивая его в движениях и толкая со всех сторон.

Вейдер с ревом уворачивался, прыгал и крутился среди них, разрубая и пронзая клинком тела, пока удар щупальца в грудь не отшвырнул его назад. Ударившая его тварь устремилась к нему, выставив щупальца, щелкая челюстями и высоко подняв шипы на передних ногах. Тем временем в спину ему ударила шипастая нога еще одного лайлека. Доспехи не поддались, но толчок отбросил Вейдера навстречу атакующему хищнику.

Споткнувшись, владыка ситхов все же успел выбросить вперед руку и, сосредоточив Силу, выпустил волну энергии, которая отшвырнула нападавшего на пять метров назад в стену. Желая перевести дух и взглянуть, что с учителем, он подпрыгнул высоко над клубящейся массой лайлеков и приземлился на уступ пятью метрами выше. Твари, от которых он только что ускользнул, скрежетали челюстями, размахивали щупальцами и взбирались друг на друга, пытаясь вскарабкаться на стену.

Сверху, возле отверстия туннеля, Вейдер слышал крики гвардейцев и повторяющиеся глухие выстрелы из бластеров. Прогремел взрыв гранаты, от которого задрожали стены.

Призвав Силу, ситх снова подпрыгнул и оказался у входа в туннель. Диз и капитан стояли на коленях, приставив к плечу бластерные винтовки и стреляя в наступавших по туннелю лайлеков. Вейдер небрежно выпустил невидимую волну энергии в туннель, уничтожив бегущих впереди лайлеков и отбросив еще с полдюжины назад.

— Где Император? — крикнул капитан, увидев повелителя. Диз продолжал стрелять.

Повернувшись, Вейдер обвел взглядом пещеру внизу, где крутился и прыгал в окружении десятка лайлеков его учитель, орудуя световым мечом столь быстро, что тот выглядел размытым пятном. Среди них он выглядел крошечным, но двигался со сверхъестественной скоростью, рубя, пронзая и рассекая тела тварей. На фоне издаваемых стаей звуков слышался его знакомый кудахчущий смех.

Но затем к учителю со всех сторон бросились десятки лайлеков, карабкаясь друг на друга, и их переплетенные щупальца и массивные хитиновые тела скрыли его из виду.

На мгновение у ситха промелькнула мысль: его учитель мертв, Империей и Галактикой правит теперь он, Вейдер, свободный от поводка, на котором держал его старик…

Подавив мысль в зародыше, он спрыгнул с края туннеля, перекувырнулся в воздухе и приземлился прямо на одного из лайлеков. Тот встал на дыбы, размахивая щупальцами. Вейдер вонзил клинок в спину твари, и светящийся конец вышел из ее брюха, прикончив на месте.

Щупальца потянулись к нему слева и справа, на труп сородича взобрался очередной лайлек, пытаясь дотянуться до Вейдера, но тот прыгнул на спину другого в метре от него и тоже проткнул его клинком.

— Учитель! — крикнул он, не в силах разглядеть Императора в гуще тварей.

Энергетический удар откуда-то снизу подбросил четырех лайлеков на десять метров в воздух, и их тела разлетелись на куски, осыпавшись чудовищным дождем из конечностей и щупалец. Император стоял посреди круга оставшихся в живых лайлеков, держа в руке световой меч. Волосы его были растрепаны, плащ порван, но сам он, похоже, нисколько не пострадал.

Вейдер прыгнул к учителю, и они встали спиной к спине.

— Учитель… — проговорил Вейдер.

— Да, повелитель Вейдер? — усмехнулся Палпа-тин. — Наслаждаешься схваткой? Ты не замышлял дать мне умереть, чтобы удовлетворить собственное тщеславие?

Вейдер даже не стал пытаться солгать.

— У меня возникла такая мысль, но лишь на мгновение.

— Хорошо, — кивнул учитель. — Очень хорошо.

Словно по команде, лайлеки кинулись к ним со всех сторон. Призвав Силу, Вейдер и его учитель одновременно высвободили сгустки энергии, которые ударили по наседающим тварям, разнеся нескольких в клочья и швырнув шесть или семь о стены. Однако хищники продолжали наступать, вереща и щелкая челюстями.

Вейдер и его учитель стояли спина к спине в центре возникшей давки, прочерчивая световыми мечами смертоносные алые линии, непроходимые для конечностей, щупалец и тел лайлеков. Вокруг громоздились трупы, но продолжали прибывать все новые звери. Обоих мечников с ног до головы забрызгало сукровицей, но ничто не могло укротить их подпитываемые Силой желание и возможность убивать.

Вейдер ощутил новую опасность за мгновение до того, как та материализовалась в виде лайлека: хищник высоко подпрыгнул вверх, громко стрекоча и целя в него и его учителя шипами на ногах. Вейдер тоже вознесся с помощью Силы, держа рукоять меча обеими руками, и взмахом красного клинка на лету рассек тварь надвое.

Приземлившись на мертвого лайлека, он тотчас же метнулся обратно к учителю, ожидая, что на них набросятся оставшиеся лайлеки, но те внезапно попятились. Он сразу же понял, что тому причиной, — они расступались перед приближающейся маткой.

— Ты почувствовал мелкую опасность, но не заметил серьезную, — протянул учитель. — Вот и она.

* * *

Царившее в лесу спокойствие действовало Исвал на нервы. Казалось, будто свора лайлеков уничтожила все живое, или все лесные обитатели ждали в напряженной тишине, какой еще ужас может обрушиться на их головы. Просека, проложенная хищниками, могла бы показаться чем-то невероятным, если бы Исвал не видела собственными глазами вывернутые с корнями деревья, расколотые стволы, втоптанный в грязь подлесок. И все же она понимала, что в течение месяца просека снова зарастет и исчезнет, как будто ничего не случилось.

«И это тоже хороший урок», — подумала она.

Они с Чамом спешили следом за Голлом, который быстро преодолевал одну сотню метров за другой. В тишине раздавался лязг снаряжения шедшего сзади отряда. Исвал на ходу размышляла о том, что ждет их в конце пути.

— Что мы рассчитываем там найти? — спросила она Чама. — Трупы?

Пожав плечами, тот взглянул на Голла.

— Если лайлеки их настигли, вряд ли от тел что-то осталось, — произнес солдат. — Но следы пиршества никуда не денутся, так что все сразу станет ясно.

Мысль о том, что Вейдера и Императора могла растерзать голодная стая главных хищников Рилота, пришлась Исвал по душе. И тем не менее она понимала, что способности Вейдера превосходят все, когда-либо ею виденное.

— А если следов пиршества не окажется? — спросила она. — Если они сбежали?

— Пешком от лайлеков никому не сбежать, — парировал Голл.

Исвал отчего-то в этом сомневалась.

Через полчаса они обнаружили первые трупы. В подлеске лежало огромное тело без головы, ощетинившееся острыми шипами и покрытое сухим хитиновым экзоскелетом, похожим на обветренный камень, который, вероятно, был крепче любой брони. Длинные упругие щупальца были толще руки Исвал.

— Стреляли из бластера, — определил Голл, разглядывая обрубок шеи лайлека. — Видите обугленные края? Почти единственный способ, каким можно прикончить из бластера эту тварь.

— Если они перебили всю свору, сумеешь снова найти след? — спросил Чам.

Рослый тви'лек недоверчиво посмотрел на него.

— Чам, убить лайлека — одно дело. Может, просто удачный выстрел. Но уничтожить целую стаю, из бластера, пешими? Примерно то же самое, что завалить песчаную бурю. Это стихия. Она сожрет тебя и даже не заметит.

— Сумеешь снова найти след, Голл?

— Я… думаю, да. Естественно, вариантов множество, но…

— Хорошо, — кивнул Чам.

Вскоре они наткнулись еще на несколько трупов, застреленных в голову.

— Приближаемся, — тихо проговорил солдат. — Будьте начеку.

Подойдя к краю ущелья, все трое остановились и ошеломленно уставились вниз. Тишину нарушило негромкое ругательство Голла.

Дно и стены ущелья усеивали десятки тел лайлеков. Часть была застрелена в голову, но остальных прикончила некая другая сила, переломав и вывернув ноги, расколов и растрескав экзоскелеты. Один труп наполовину зарылся в склон на противоположной стороне ущелья. Голл хмуро окинул взглядом жуткую сцену.

— Стая вышла не из ущелья, — сказал он. — Лайлеки гнездятся под землей. Здесь, вероятно, находится вход. — Исвал почувствовала неуверенность в его голосе. — Вероятно, множество отверстий на той стороне ущелья ведут в их гнездо, но я не…

— Есть там следы пиршества? — спросил Чам.

Исвал поняла ответ еще до того, как Голл его произнес.

— Я не… нет, вряд ли, — сказал он. — Пошли.

Тви'лека на мгновение поколебалась, представив себе выползающие из отверстий в земле полчища лайлеков, которые окружают их, загоняя в ловушку на дне ущелья.

— Оставайтесь здесь и прикрывайте подходы, — сказала она бойцам, которые выстроились на краю ущелья, изумленно глядя вниз.

— Будьте начеку, — приказал им Голл и начал спускаться по стене ущелья, используя в качестве опоры остатки растительности. За ним последовали Чам и Исвал.

Текший по ущелью ручей превратился в илистый поток сукровицы лайлеков. Глядя на трупы, Исвал не могла представить, каким образом Вейдеру и Императору удалось столь безоговорочно с ними расправиться.

— Гранаты? — спросил Голл, хотя Исвал не заметила никаких следов огня.

— Вероятно, нечто такое, чего мы еще не видели, — сказал Чам.

— Это высшие хищники, — недоверчиво проговорил Голл. — Мы укрепляем наши города в страхе столкнуться даже с горсткой, а тут четверо пеших против целой своры? Это высшие хищники, — повторил он.

«Высший хищник — Вейдер», — подумала Исвал, но не осмелилась произнести это вслух.

Голл разглядывал изрытую землю вокруг чего-то похожего на обрушившийся вход в туннель. Из груды камней торчало массивное переплетение древесных корней и задняя часть погребенного под ними лайлека.

Тут вокруг все вытоптано, — сказал Голл. — Похоже, лаилеки пытались добраться до кого-то в туннеле. Вероятно, Вейдер и его спутники отступили в туннель, а потом обрушили его за собой, чтобы отсечь преследователей. — Отойдя назад, он посмотрел вверх, налево и направо. — Рядом наверняка множество других туннелей, которые ведут в гнездо. Скорее всего, ими пронизана вся гора и они уходят далеко вниз. Вряд ли Вейдеру и остальным удалось сбежать, обрушив этот туннель, — лайлеки накинулись бы на них из другого.

— Хочешь сказать, что Вейдер сейчас под землей? — спросил Чам.

— Я хочу сказать, что он ушел под землю, — ответил Голл. — Как, вероятно, и полчище лайлеков.

— Вернее, то, что от него осталось, — поправила Исвал, глядя на трупы.

— Если Вейдер и Император выйдут оттуда, — спросил предводитель, — они выйдут именно здесь?

— Это весьма большое «если», Чам.

— Но все-таки? — настояла Исвал.

Голл покачал головой;

— Я видел компьютерные модели гнезд лайлеков. Они похожи на лабиринты с десятками входов и выходов. Если Императору и Вейдеру каким-то образом удастся остаться в живых, они могут выйти где угодно — скажем, в радиусе десяти километров отсюда. Извини, Чам. Думаю, мы их просто потеряли.

У Чама от злости потемнела кожа. Исвал сжала кулаки.

— Каллон, Фейлин, — Чам вызвал подчиненных по комлинку, — мы думаем, что Вейдер и Император под землей. Они могут выйти где угодно в радиусе пятнадцати километров от нашего текущего местоположения. Поднимайтесь в воздух и начинайте сканирование. Если хоть что-то обнаружите, немедленно сообщите.

— Если тут есть корабли, они могут нас засечь, — заметил Каллон.

— Знаю, — ответил Чам. — И тем не менее.

После того как Каллон и Фейлин подтвердили приказ, Чам достал шифрованный комлинк, которым пользовался для связи с Белкором, и повторил те же слова. Исвал слышала лишь часть разговора со стороны Чама.

— Возможно, Белкор, но я сомневаюсь. — Чам оглядел скопище мертвых лайлеков и обрушившийся туннель. — Ты не видишь того, что вижу я. Просто поднимись в воздух и сканируй местность. Знаю. И тем не менее. — Он отключил связь.

— Они уже могли выйти и двинуться дальше, — заметил Голл. — Десять километров — лишь примерная оценка.

— Понимаю. — Чам откашлялся. — Какие варианты? Что еще у нас есть?

Солдат пожал плечами.

— Можем спуститься следом за ними, — предложила Исвал.

— Это не вариант, — возразил Голл.

— У нас нет соответствующего снаряжения, и это слишком опасно, — сказал Чам.

— Никто из нас оттуда бы не вышел, — заявил Голл. — Гарантирую.

Злость Исвал неожиданно выплеснулась на рослого тви'лека.

— И то, что Вейдер оттуда не выйдет, ты тоже гарантируешь? Что они погибли?

Голл упер руки в бока и, окинув взглядом мертвых лайлеков, покачал головой:

— После того, что я видел, — нет. Не знаю, что еще способно их убить, если не это.

При этих его словах вся злость Исвал внезапно испарилась.

Голл посмотрел на небо сквозь просветы в густом пологе леса:

— Ветер несет дождь. Чувствуете запах?

Словно по команде, прогремел гром.

— Кого мы преследуем, Чам? — спросил Голл. — Я никогда еще не видел ничего подобного, и даже не слышал.

Чам Синдулла лишь покачал головой, взмахнув лек-ку. У Исвал имелся только один ответ, который она все еще была не готова произнести вслух.

Высшие хищники. Вот кого они преследовали.

* * *

Вейдер и Император стояли в тени громадной туши матки. Во внезапно наступившей тишине слышалось ее громкое влажное дыхание. Каждая из шести ее ног имела полметра в поперечнике, а шипы, которыми те заканчивались, напоминали лезвия мечей. Щупалец у нее было четыре вместо двух, каждое длиной в десять метров и толщиной с человеческое туловище, и из блестящих хитиновых остриев на их концах сочилась густая жидкость — возможно, яд. Пасть ее могла с легкостью перекусить человека пополам.

Она медленно приближалась, шевеля щупальцами и ритмично ударяя ногами о землю. Матка опустила голову и зашипела, перемалывая челюстями воздух.

На губах учителя Вейдера возникла знакомая многозначительная полуулыбка.

— Начнем, повелитель Вейдер?

Ответом ему было лишь размеренное дыхание.

Матка внезапно метнулась вперед, и ее примеру последовали Вейдер и Палпатин. Перескочив через щупальце, Вейдер увернулся от другого и рубанул по нему клинком. Матка отдернула щупальце, и он промахнулся, оставив обугленную борозду в каменном полу. Высоко подпрыгнув, он перекувырнулся в воздухе и, ухватив рукоять обеими руками, нацелил клинок вниз, намереваясь проткнуть тварь.

Уклонившись, она выбросила вверх щупальце и, свалив Вейдера наземь, развернулась, готовая атаковать, но перед ней возник его учитель, прыгая, крутясь и уворачиваясь от быстрых взмахов ее щупалец и шипастых ног. Его световой меч наносил быстрые удары, но лишь обжигал щупальца, не рассекая их.

Матка бросилась на Палпатина, и тот перекувырнулся назад, приземлившись в нескольких метрах дальше. Вейдер вскочил на ноги, уклонившись от хитинового шипа на конце одного из щупалец, и тут же оказался лицом к лицу с пятью лайлеками, которые шипели и шевелили щупальцами. Пронзив голову одного, он перекувырнулся над другим, отрубив ему в прыжке задние ноги.

Справа от него учитель сделал жест рукой, с помощью Силы приподняв двух лайлеков над полом. Вейдер и Палпатин не обменялись ни словом, но каждый точно знал намерения другого. Небрежным движением Император швырнул двух лайлеков в сторону Вейдера, перевернув их кверху брюхом, и тот рассек пополам обоих. На пол пещеры упали четыре сочащихся сукровицей куска.

Раздавшиеся сверху выстрелы из бластера ударили в последнего оставшегося перед Вейдером лайлека. Несколько зарядов отскочили от панциря, но один все-таки попал в голову, прикончив тварь. Взглянув наверх, Вейдер увидел Диза, который присел у входа в туннель, опустив бластерную винтовку и стреляя в сторону идущей внизу схватки.

Вейдер инстинктивно полоснул мечом очередного ползущего к нему лайлека, отрубив ему ноги. Тварь упала, визжа и корчась. Ситх увидел, как его учитель уворачивается от быстрых повторяющихся ударов щупалец матки. Император крутился и подпрыгивал, размахивая световым мечом, и там, где тот ударял по толстым щупальцам, открывались черные раны, из которых сочилась густая сукровица. Но боль, казалось, лишь больше ее злила.

Высоко подпрыгнув, Вейдер приземлился рядом с учителем. Матка взревела и обрушила на них шквал ударов. Работая в тандеме, владыки ситхов парировали ее атаки, проделывая десятки дыр в ее щупальцах и вращая клинками с такой скоростью, что те казались размытыми пятнами. Самой своей массой она медленно оттесняла их назад, и время от времени им приходилось переключать внимание на очередного лайлека. который бросался на них или пытался прыгнуть сбоку. Двигаясь почти как единое целое, двое повелителей ситхов вертелись вокруг невидимой центральной точки, парируя удары, атакуя и убивая. Охваченная яростью матка с невероятной скоростью устремилась к ним. Ее громадная туша врезалась в обоих, отбросив назад. Подобно молнии, она щелкнула челюстями…

Император распластался на полу, избежав смертельного укуса матки, которая била шипастыми ногами, откалывая от пола куски камня, и перекатился под ее похожей на гору тушей, пока Вейдер рубил по щупальцам, разбрызгивая во все стороны сукровицу из множества ран. Тварь попросту пыталась раздавить его учителя своей массой, но Вейдер, почувствовав ее намерения, поднял руку и, напрягшись, со стоном оторвал матку от пола на то мгновение, которое требовалось учителю, чтобы из-под нее выкатиться. Затем они снова набросились на нее, нанося удары клинками. Размахивая израненными щупальцами и топоча ногами, она зашипела и, пригнувшись, отпрыгнула назад.

— Император! — крикнул сверху Диз, раз за разом стреляя в матку.

Выстрелы отскакивали от ее панциря, рикошетя по всей пещере. С помощью светового меча Вейдер отразил заряд прямо в морду ближайшего лайлека, убив его на месте. Рядом Палпатин разрубил голову еще одного, пытавшегося на него кинуться. Вейдер решил, что пора с этим кончать.

— Учитель? — спросил он.

— Действуй, — ответил Император.

Разбежавшись, Вейдер высоко подпрыгнул. Едва он оказался в верхней точке прыжка, учитель подхватил его с помощью Силы, бросив прямо на спину матки.

Она тотчас же встала на дыбы, размахивая щупальцами, и Вейдер вонзил световой меч ей в спину. К его удивлению, клинок вошел лишь частично, соскользнув вбок. Матка завизжала и зашипела от боли. Вейдер взял меч обеими руками, готовясь к очередному удару, но матка резко поднялась на задние ноги, сбросив его наземь. Он приземлился рядом с учителем, который схватил его за руку и рывком поставил на ноги.

Развернувшись, тварь взмахнула щупальцами и устремилась к Вейдеру и Императору, раскрыв пасть. Уклонившись от ее атаки и вновь войдя в свой обычный ритм, оба рубанули крест-накрест световыми мечами по ее голове. Оба клинка попали в цель. Император проделал длинный разрез в бронированном экзоскелете ее головы, а Вейдер уничтожил один глаз. Тварь завопила и попятилась, источая сукровицу из глазницы и беспорядочно хлеща щупальцами. Диз продолжал поливать ее огнем, но выстрелы, казалось, почти не причиняли вреда. Бедственное положение матки привело в ярость оставшихся лайлеков, и те атаковали со всех сторон.

Отскочив к стене, Вейдер высоко подпрыгнул и повис на одной руке на узком уступе, упираясь сапогами в камень. Он предполагал, что учитель поступит так же, но тот продолжал стоять посреди гущи тварей, крутясь на месте и нанося убийственные удары световым мечом. Диз перенес огонь с раненой матки на атаковавших Императора лайлеков, но царившая суматоха мешала точно прицелиться, и его выстрелы отскакивали во все стороны от панцирей.

Матка в достаточной степени очухалась, чтобы оценить обстановку, и взгляд ее упал на висевшего — как ей казалось, беспомощно — на стене Вейдера. Завизжав, она устремилась к нему, размахивая щупальцами и таращась на него единственным глазом. Из ее раскрытой пасти раздалось протяжное шипение.

Внизу взрыв молний Силы разорвал в клочья нескольких лайлеков. Стоя посреди круга из обугленных трупов, учитель посмотрел на Вейдера и кивнул. Ученик понял, что он должен оставаться на месте, несмотря на приближающуюся матку.

Воздев руки, Палпатин послал в матку шквал молний Силы, который окутал ее шипящими голубыми линиями. Издав дикий вопль, она начала корчиться в судорогах; челюсти ее широко раскрылись, обнажив ряды зубов. Молнии вгрызались в панцирь и органы под ним, выжигая изнутри.

Вейдер не стал медлить. Призвав Силу, он спрыгнул со стены прямо на голову гигантского лайлека. Несмотря на мучительные страдания, тварь сумела ухватить его щупальцем за пояс и стиснуть. Его доспехи затрещали, и он невольно вскрикнул, но, как всегда, боль лишь сделала его сильнее.

Подняв Вейдера высоко в воздух, матка рывком поднесла его к своей разрубленной морде с вытекшим глазом. Ее пасть широко раскрылась, как он и ожидал.

— Прикончи ее! — крикнул учитель.

Вейдер швырнул световой меч прямо в разинутую пасть, раскрутив его с помощью Силы подобно ротору. Матка попятилась, ее единственный глаз широко раскрылся от боли и замешательства. Вейдер продолжал силой мысли вращать клинок, разрезая ее изнутри. Последним отчаянным рывком она ударила ему в грудь ядовитым острым концом щупальца.

Окутанный Силой, он поймал острие рукой в перчатке и остановил его до того, как оно коснулось доспехов. Толстая мускулистая конечность гигантской твари сопротивлялась его Силе, и он застонал от напряжения, глядя в ее морду, пока его световой меч раздирал ее внутренности, а молнии учителя сжигали плоть.

Матка вновь издала мучительный вопль, и ее массивное тело рухнуло на пол пещеры, увлекая за собой Вейдера, вцепившегося в обмякшее щупальце. Приземлившись рядом с трупом, он стряхнул щупальце и мысленным приказом вернул в руку световой меч, покрытый скользкой сукровицей.

Оставшиеся лайлеки верещали и стрекотали, судорожно дергая щупальцами и ногами. Диз продолжал осыпать их зарядами.

Вейдер встретился взглядом со стоявшим в пяти метрах от него учителем, и оба кивнули. Призвав Силу, они занялись уничтожением уцелевших лайлеков. Световые клинки вздымались и опадали, вздымались и опадали, и сбитые с толку оглушенные твари едва пытались защититься. Вскоре вся пещера была усеяна трупами, и единственными живыми среди побоища остались лишь Вейдер и Палпатин.

В наступившей тишине раздался кудахчущий смех учителя. Оба ситха погасили мечи.

— Неплохая работа, друг мой, — сказал Император.

Стоявший наверху Диз воспользовался встроенным в его пояс сверхпрочным тросом, чтобы спуститься по стене. Он осторожно пробрался среди трупов, тщетно пытаясь скрыть ошеломленное выражение лица, и опустился на колено перед Вейдером и Императором, приложив кулак к груди.

— Мой Император…

— Где капитан? — спросил Вейдер.

— Его убила одна из тварей, повелитель Вейдер, — ответил Диз, вставая. — От него… мало что осталось.

Вейдеру показалось, что мысли Императора заняты чем-то другим — возможно, тот даже не слышал сержанта.

— Думаю, нужно убираться отсюда, пока тут не начало вонять, — промолвил Палпатин. — Этот путь наверняка ведет на поверхность.

Вейдер, Император и Диз поспешно двинулись по туннелям, поднимаясь все выше к поверхности и бдительно озираясь на случай встречи с лайлеками. Но в каменных переходах было пусто. Похоже, они полностью истребили целое гнездовье.

— Эти твари перестали сражаться, когда погибла матка. Если отрубить голову, вскоре умрет и тело, — заметил Палпатин.

Вейдер молча посмотрел на учителя.

— Ты не понял? Вот почему за нами охотятся, повелитель Вейдер. Мятежники надеются отрубить голову Империи.

— Конечно, — кивнул ученик. Вряд ли учитель стал бы говорить нечто очевидное без определенной цели. — И?

На лице Палпатина возникла его обычная полуулыбка.

— Так бывает со многим, даже с некоторыми взаимоотношениями. Если отрезать голову, тело не может существовать самостоятельно. В каком-то смысле их взаимоотношения можно назвать симбиозом.

Только теперь Вейдер понял, что тот имел в виду.

— Да, учитель.

Отдавшийся в толще камня раскат грома сообщил, что они приближаются к поверхности. Туннель постепенно сужался, и вскоре они могли идти лишь гуськом — Диз впереди, Вейдер последним.

Внезапно ситх увидел, что туннель перед ними завален. Из-за завала слышался шум дождя. Диз вскарабкался на груду камней, пытаясь выглянуть наружу.

— Мы в самом конце туннеля, — сообщил он. — Сквозь щели виден свет. Вероятно, каменный оползень из-за дождя. Придется его расчистить, владыки.

Встав рядом с Дизом перед тоннами камня и земли, Вейдер и Император подняли руки, призывая Силу, и выпустили волну энергии мощнее взрыва гранаты. Камни и земля вылетели наружу, взмыв высоко в ночное небо.

За выходом из туннеля виднелись стволы деревьев и струи дождя.

— Путь свободен, сержант, — улыбнулся Император.

* * *

Беспокоясь, что трупы лайлеков могут рано или поздно привлечь падальщиков, может быть, даже снова гуткурров, Голл увел Исвал и Чама за несколько километров от ущелья в лес. Гремел гром, в небе сверкали молнии. Дождь в конце концов преодолел полог леса, и лесная подстилка тут же намокла. В воздухе пахло глиной.

— При такой погоде сканерам с кораблей будет еще труднее найти Вейдера, — заметила Исвал.

Чам лишь кивнул, погруженный в размышления о возможных вариантах дальнейших действий. Пока что ничего подходящего ему в голову не приходило, и это ему очень не нравилось.

— О чем ты думаешь? — спросила тви'лека.

— О том, что будет завтра, — натянуто улыбнулся Чам.

На этот раз уже молча кивнула Исвал.

Командир объявил привал, решив, что бесцельно блуждать по лесу нет никакого смысла. Они потеряли след Императора — либо его удастся найти с воздуха, либо не удастся вообще. Тем временем оставалось только ждать. Исвал, естественно, пыталась нетерпеливо расхаживать туда-сюда. Отряд Голла сидел на бревнах, приводя в порядок снаряжение.

— Нужно идти дальше, — сказала Исвал, остановившись перед Чамом.

— Куда?

Что-то проворчав, она снова начала ходить туда и обратно.

Чам допускал возможность, что Вейдер и Император погибли, сожранные лайлеками глубоко под землей. Он в этом сомневался, но его мучила неопределенность. Ему не хватало времени, чтобы довести дело до логического завершения. Рано или поздно в Экваториальном узле связи отремонтируют тарелку и подавят помехонаводящий сигнал Каллона. И тогда начнется скоординированная поисково-спасательная операция, после чего у него не останется пространства для маневра. К тому же он предполагал, что известие о гибели «Губителя» достигло Корусанта и уже сейчас имперские корабли и солдаты готовятся вылететь на Рилот — если они уже не в пути. Как только они здесь появятся, то попытаются окружить блокадой всю систему планеты, и тогда…

Тогда они начнут прочесывать ее в поисках бойцов Чама.

Варианты. Пути к отступлению.

Если он хотел дать своим товарищам шанс уйти, у него оставались в лучшем случае часы. Он чувствовал, что события сегодняшнего дня выходят из-под контроля. К тому же он устал — очень устал.

Зазвенел комлинк, связывавший его с Каллоном и Фейлин.

— Слушаю, — сказал он.

Исвал остановилась и уставилась на него, напрягшись, словно натянутая тетива.

— Чам, — послышался голос Каллона, — я только что видел на сканере взрыв.

У предводителя мятежников сильнее забилось сердце, лекку возбужденно дрогнули.

— Уверен? Как далеко?

— В пяти километрах от вас. Передаю точные координаты.

— Что? — спросила Исвал, слышавшая лишь половину разговора. — Что случилось?

Чам поднял палец, призывая потерпеть.

— Каллон, просто отметь место. Сам к нему не приближайся. Подтверди.

— Даже взглянуть нельзя?

— Каллон, если это Вейдер — он сбил два корабля, находясь на земле, и пережил нападение своры лайлеков. Нужно действовать крайне осторожно. Не приближайся. Подтверди.

— Подтверждаю. Вас подбросить?

— Мы быстрее пройдем пять километров пешком, чем если будем ждать, пока ты за нами прилетишь. Фейлин, держись поближе, но не слишком.

— Поняла, — ответила Фейлин.

Отключив связь, Чам объяснил Исвал, что ему говорил Каллон.

— Возможно, это не имеет отношения к делу, — предупредил он, заметив, как та оживилась.

Тви'лека кивнула, быстро успокаиваясь и вновь обретая деловой вид.

— Но это могут быть и они. Скорее всего, так и есть. Все равно у нас нет больше никаких вариантов. Голл, поднимай своих. Выходим.

Бойцы собрали снаряжение и выстроились в ряд.

— А что насчет Белкора? — спросила Исвал.

— Верно, — кивнул Чам, вызывая Белкора по шифрованному каналу. — Иди на посадку. Мы хотим кое-что проверить. Жди моего вызова.

— Погоди, Синдулла, я…

Чам оборвал связь, представив, как Белкор орет на него из кабины. Но имперец был не в себе, и Чам не мог ему доверять. Белкор мог полететь к Вейдеру и Императору до того, как Чам подготовится, или раньше времени выдать их местоположение. Полковник требовался Чаму лишь в качестве резерва с V-истребителями, готового прийти по его зову.

В данный момент Чам считал Белкора чем-то вроде молотка, решив, что не станет привлекать к делу им-перца, пока не найдет гвоздь, по которому потребуется ударить.

— Пошли, — сказал он Голлу и Исвал. — И побыстрее.

* * *

Вейдер, Император и Диз вышли из туннеля в лес. В небе прогрохотал гром, и хлынул проливной дождь, от которого зашелестела листва.

— Куда, владыки? — спросил Диз.

Прежде чем кто-то из них успел ответить, из подлеска появилась зеленокожая тви'лека, на вид лет шестнадцати, в потрепанной непромокаемой парке и с длинноствольным бластером времен Войн клонов на бедре. Из ее рюкзака торчало какое-то полевое снаряжение — а еще похожая на музыкальный инструмент резная деревянная трубка. При виде людей она широко раскрыла глаза. Лекку ее дрогнули, но, к ее чести, она не бросилась бежать.

Диз начал поднимать винтовку, но Вейдер остановил гвардейца, схватив его за руку. Похоже, его жест несколько успокоил девушку, хотя все еще казалось, что она готова в любое мгновение метнуться прочь. Владыка ситхов ощущал в ней больше любопытства, чем страха.

— Кто ты? — спросил Диз.

— А вы кто? — ответила тви'лека со столь сильным акцентом, что Вейдер поначалу с трудом ее понял. — Что вы тут делаете? Вы заблудились?

Очевидно, девушка не узнала Императора и его спутников. Вероятно, она была родом из отдаленного селения, коих во множестве было разбросано по дикой глуши Рилота.

— Иди сюда, девочка, — сказал Император, вложив в свои слова Силу.

Не в силах сопротивляться, тви'лека вышла из-за деревьев и остановилась перед ним — маленькая и беззащитная.

Со сверхъестественной скоростью Император выхватил световой меч и замахнулся на девушку, но Вейдер, почувствовав намерения учителя, еще быстрее схватил собственный клинок и отразил удар.

Девушка, пребывавшая во власти Императора, похоже, даже не заметила угрожавшей ей опасности. Она просто продолжала стоять с отсутствующим взглядом, и на ее лицо падал красный отсвет скрещенных клинков.

Губы Императора изогнулись в злобной гримасе, и Вейдер почувствовал смертоносную энергию учителя.

Стоявший позади Диз поднял винтовку, целясь Вейдеру в спину, но тот вытянул назад свободную руку и выпустил энергетический заряд, который приподнял гвардейца над землей и отшвырнул за деревья. От удара громко хрустнули ветви.

Вейдер и его учитель смотрели друг на друга, скрестив клинки.

— Уже и до этого дошло? — проговорил Император.

— Простите, учитель, — сказал Вейдер, застигнутый врасплох тоном его голоса, и погасил меч. — Думаю, девчонка может быть нам полезна.

— В самом деле? — тихо спросил Император.

— Поблизости наверняка есть селение, — ответил ученик. — Если у них найдется корабль…

Из кустов со стоном выбрался Диз, неуверенно нацелив бластерную винтовку на Вейдера и глядя на Императора в ожидании распоряжений.

Гримаса на лице Палпатина сменилась полуулыбкой, но взгляд его, устремленный на забрало шлема Вейдера, оставался по-прежнему хмурым. Он дал знак Дизу опустить оружие.

— Согласен. Она может нам пригодиться. — Император посмотрел на свой клинок, потом на Вейдера, задумчиво пожевал губами и тоже погасил меч. — Твое селение где-то рядом? — обратился он к девушке.

Та, все еще находившаяся под влиянием Императора, кивнула, глядя куда-то в пустоту.

— Недалеко. Я проверяла охотничьи ловушки и услышала грохот. Подумала, что это лавина камней, и пошла посмотреть. И увидела вас из-за деревьев.

— И что ты подумала, когда нас увидела? — спросил Император.

Тви'лека непонимающе наморщила лоб.

— Подумала? Я решила, что вы заблудились или, может, ваш корабль разбился. Чужаки тут встречаются редко, но вас с радостью примут в селении. Таков обычай.

— Рад слышать, — улыбнулся учитель. — И сколько вас тут?

— Тридцать семь, — ответила девушка. — Но Нария беременна, так что скоро будет тридцать восемь.

— Да уж, — пробормотал Император, странно покосившись на Вейдера.

— Учитель? — спросил тот, но Палпатин ничего не ответил.

— Может, у вас есть какие-то новости о том, что происходит в городах? — спросила девушка.

— Может быть, — кивнул Император. — У вас в селении есть корабль?

— Нет, корабля у нас нет, — покачала головой тви'лека. — Даже работающего передатчика нет. Он сломался в прошлом году, и мы так и не сумели выменять другой. Но у нас есть еда, тепло и песни.

— Отлично, — улыбнулся Император. — Веди нас в свое селение.

Вейдер решил, что селение девушки, вероятно, основали сбежавшие с одного из рилотских рудников рабы или беженцы, лишившиеся прежнего места жительства еще во времена Войн клонов. Подобных селений на Рилоте существовало немало, и многие из них почти не имели контактов с внешним миром. Империя, естественно, знала о них, иногда «перемещая» местных жителей в невольничьи лагеря, если где-то требовался рабский труд, но, как правило, их никто не трогал. Однако в селении девушки не имелось ни корабля, ни передатчика, так что от него было мало толку, кроме как от места для кратковременной остановки. И все же, возможно, там могло найтись и что-то полезное.

— Как тебя зовут, девочка? — спросил Император, пока они пробирались среди деревьев.

— Друа, — ответила та, глядя на Диза. — А тебя как зовут? И почему на тебе такой… костюм?

Вопрос, похоже, застиг Диза врасплох.

— Меня зовут Сержант, и для меня большая честь носить эту броню.

Император поспешил перевести разговор на другую тему.

— Так ты одна ходишь по лесу, Друа?

— Конечно! Я знаю лес не хуже любого другого. — Она заглянула в просвет в пологе леса. — Дождь закончится в течение часа.

— Где твои родители? — спросил Палпатин, и Вейдеру показалось странным, что его учитель задает такой вопрос.

— Мама умерла две зимы назад, — чуть тише обычного проговорила тви'лека, не поворачиваясь к ним. — Отца я не знала.

— Совсем как ты, ученик, — негромко заметил Император.

Слова его пробудили у Вейдера воспоминания о его матери-рабыне, об убивших ее тускенских разбойниках, об исполненных наслаждения секундах, когда он убивал их самих, одного за другим, пока не осталось никого.

— Значит, ты живешь одна?

— Нет, конечно! — ответила Друа. — Я живу с дедушкой.

— Что ж, — молвил Палпатин, — постараемся не стать для вас слишком большой обузой.

* * *

Чам сверил их местоположение с координатами в компьютере.

— Приближаемся, — сообщил он спутникам.

Голл дал знак своим бойцам, двигавшимся в обычном строю, слегка отстать и не шуметь.

— Сперва проверю местность, — сказал он Чаму, и тот кивнул.

Рослый тви'лек скрылся среди деревьев и потоков дождя. Чам остановился под дождем вместе с Исвал, молча восхищаясь его умением ориентироваться в лесу.

В конце концов командир решил исправить свою недавнюю ошибку.

— Извини за все то, что я тогда говорил.

— О чем? — спросила Исвал, не глядя на него.

— Ты знаешь о чем. О нашем движении. О том, что я устал. О том, что борьба должна продолжаться без меня.

Она повернулась к Чаму, и тот увидел, как потемнело ее мокрое от дождя лицо.

— Значит…

— Значит, после сегодняшнего дня мы двинемся дальше. Что бы ни случилось. Мы сумеем восстановить наше движение.

Она прищурилась и пристально посмотрела на его лицо:

— Не умеешь ты лгать, Синдулла. Тогда ты говорил всерьез.

Он протестующе поднял руки.

— Нет, — сказала она. — Послушай меня. Я подумала о том, что ты говорил. Если мы убьем Вейдера и…

— Когда, — поправил он. — Когда мы убьем Вейдера.

Исвал моргнула:

— Верно. Когда мы убьем Вейдера и Императора, Империя не рухнет за одну ночь. Но возможно, мы положим начало восстанию, а восстанию потребуются вожди. Ты.

Чам промолчал, не зная точно, что ей хочется услышать в ответ.

— Наверное, я не слишком ясно выражаюсь, — продолжала она. — Ты был прав, по крайней мере отчасти. Я понимаю. После сегодняшнего дня с движением действительно покончено, но не потому, что оно должно погибнуть. Оно должно стать другим, распространиться повсюду. То, что мы сегодня сделали — и сделаем, — должно разойтись кругами по всей Империи. И то, что возникнет из этих кругов, нуждается в вождях. В тебе, Чам.

— И в тебе, — добавил он.

Она покачала головой, тряхнув лекку:

— Я боец, а не вождь и не стратег. Вождь и стратег — ты, и именно потому я не желаю больше слышать разговоров о том, что борьбу может продолжить кто-то другой. После сегодняшнего дня мы сражаемся на другой территории и, может быть, мы больше не движение «Свободный Рилот», но мы все равно сражаемся.

Чам всегда сражался за Рилот и только за Рилот, но мысль Исвал показалась ему заразительной. Вероятно, стоило представить общую картину несколько шире. Раньше он полагал, что лишился цели, но, возможно, тем самым он нашел другую, более крупную. Возможно.

— Я понял тебя, Исвал.

— Тогда подумай хорошенько над тем, что я сказала, — добавила она.

В эту секунду вернулся из леса Голл. Исвал не стала ждать, пока он что-то скажет.

— Нашел что-нибудь? — спросила она.

— Старый туннель лайлеков, ведущий вниз. Похоже, его завалило каменной лавиной, а потом завал расчистили с помощью взрыва.

— Гранатой, — предположил Чам.

— Угу, — кивнул Голл. — Чтобы кто-то смог выбраться наружу.

— Наверняка это они, — зловеще улыбнулась Исвал.

Голл тоже улыбнулся.

— Согласен — если только по гнездам лайлеков не бродит толпа народу Я нашел след, ведущий в сторону от туннеля. Беглецов осталось в живых больше одного, но из-за дождя трудно определить, сколько именно. По следу тоже идти будет нелегко, так что, думаю, пора в путь.

Чам внезапно понял, что никогда еще за весь день они не были столь близки к цели. Еще полчаса, может быть, час, и они наконец смогут нанести удар по Императору и его правой руке. Он посмотрел на Исвал, на Голла, на его бойцов.

— Я знаю, о чем ты думаешь, — проронила Исвал.

— Прекрасно, зато я не знаю, — буркнул Голл, переводя взгляд с одного спутника на другого. — У тебя такой вид, будто ты камень проглотил, Чам.

— У нас все получится. — Исвал положила ладонь на руку Чама. — Все, что нам требуется, — продумать пути к отступлению. Верно?

— Верно, — согласился командир, после чего произнес те самые слова, которые всегда говорил Белкору и которые казались ему неким оправданием: — Мы зашли слишком далеко, чтобы останавливаться. Так завершим же начатое.

* * *

Ветер донес откуда-то спереди тихий раздражающий гул, напомнивший Вейдеру жужжание насекомого, которое то нарастало, то опадало в зависимости от скорости ветра.

Звук этот, похоже, встревожил Диза, который поднял винтовку и начал вглядываться в деревья вокруг, словно ожидая нападения. Друа озадаченно посмотрела на него и улыбнулась.

— Бояться нечего. Это духовые трубки против лай-леков. Звук отгоняет их прочь, действует им на мозги. Дедушка говорит, что у них начинает болеть голова и они не подходят близко.

— Звук отгоняет лайлеков? — переспросил Император. — Как интересно.

— Ну, если кто-то решился напасть, то звуком его уже не отгонишь, — развела руками тви'лека. — Дедушка говорит, что звук просто направляет их в другую сторону. И правда — зачем идти туда, где у тебя будет болеть голова?

Друа вела их среди деревьев по пологому склону. То тут, то там все чаще попадались большие валуны и груды камней. Гул становился все громче, и вскоре они увидели его источник. С деревьев, покачиваясь на ветру, свисали изогнутые деревянные трубки длиной с человеческую руку. В разных местах трубок были проделаны отверстия различной величины. Когда в отверстия дул ветер, трубки издавали раздражающее гудение. Вид висящих повсюду трубок напомнил Вейдеру виселицу.

— От этого звука даже зубы болят, — заметил Пал-патин. — Что, если ветер стихнет, Друа? Разве лайлеки тогда не придут?

Друа посмотрела на него как на сумасшедшего:

— Ветер есть всегда. И если придется, мы можем сбежать. У нас есть укрепленное убежище.

— Понятно, — кивнул Император.

Вскоре лес сменился неровными холмами из земли и камня. Наконец земля впереди резко ушла вниз, и они оказались на краю огромного каменного карьера с отвесными стенами. У его подножия на противоположной стороне виднелись темные отверстия двух больших туннелей, похожие на раскрытые в беззвучном крике рты. Вейдер предположил, что это бывшие шахты, одна из которых, вероятно, и была тем самым убежищем, о котором говорила Друа.

Возле одного из туннелей теснились домики поселения Друа — от тридцати до сорока одноэтажных строений из камней и деревянных балок с крышами из натянутых шкур и коры. Немалую часть дна карьера возле селения занимали возделанные сады. Никакой скотины Вейдер не заметил.

В двух местах вдоль стен карьера горели факелы, пламя которых плясало под дождем, освещая извилистую дорожку между отвесных стен. Факелы горели и на дне карьера, по краям селения. Вейдер видел сновавших между строениями тви'леков, казавшихся на расстоянии тенями или призраками.

На его глазах на площади посреди селения вспыхнул костер, вокруг которого собралось полдесятка тви'леков — обычный народ, занимающийся обычными делами. Из карьера донеслась музыка, звуки свирели, а затем мелодичный, проникающий в душу женский голос.

— Это Мала поет поминальную песнь Валаунта, — пояснила Друа.

— Поминальную песнь? — переспросил Император. — Как занятно. Друа, в селении есть компьютеры? Или какие-нибудь транспортные средства?

— Нет, ничего такого, — улыбнувшись, покачала головой тви'лека. — Мы живем просто. — Она похлопала по бластеру на бедре. — Естественно, не считая кое-каких вещей, но старейшины говорят, что излишек технологий снова сделает нас всех рабами. У нас своя жизнь, и она нас вполне устраивает.

Девушка повела их вдоль края карьера, пока они не добрались до освещенной факелами тропы, которая, извиваясь, уходила вниз.

— Смотрите под ноги, — сказала она. — Тропа местами вероломна.

Император лишь тихо усмехнулся.

Они спустились вдоль стены карьера. Вейдер и Император двигались столь же уверенно, как и Друа, но Диз несколько раз едва не оступился.

Внизу их встретил мускулистый зеленокожий тви'лек, вооруженный бластером. Со шнурка на его шее свисал резной деревянный свисток. Он с некоторым подозрением окинул взглядом новоприбывших.

— Нармн, все в порядке, — успокоила его Друа. — Я нашла эти заблудшие души в лесу. Это Сержант и… — Она замолчала, возможно впервые сообразив, что так и не узнала имен остальных двоих.

— Меня зовут Кратаа, — сказал Император, — а это, — он показал на Вейдера, — Ирлуук.

Глаза Нармна сузились, но он лишь кивнул, слегка шевельнув лекку.

— Кратаа, Ирлуук и Сержант, раз вы здесь — добро пожаловать.

— Весьма любезно с твоей стороны, — ответил Император.

Нармн и Друа повели их по дну карьера к теплу и свету селения. Старший тви'лек поднес к губам свисток и издал серию нот, извещавших, как предположил Вейдер, о прибытии гостей. Поминальная песнь Валаунта смолкла.

— Я побегу вперед и приведу дедушку, — сказала Друа и после кивка Нармна быстро умчалась прочь.

— Приведи всех! — крикнул ей вслед Палпатин. — Мне не терпится с ними познакомиться.

Тем временем все больше и больше тви'леков выходило из хижин, собираясь на краю селения, — все новые тени, все новые призраки, видимо собравшиеся приветствовать гостей: Кратаа, Ирлуука и Сержанта.

Кроме Императора, лишь Вейдер знал, что их фальшивые имена — древние слова языка ситхов, означавшие «смерть» и «судьба».

* * *

Голл шел в десяти метрах впереди Чама и Исвал, которые, в свою очередь, на десять метров опережали отряд Голла. Все были напряжены, и все, кроме рослого тви'лека, держали оружие наготове. Исвал напомнила себе, что Голл вряд ли позволит им попросту наткнуться на Вейдера и Императора, а также о том, что их добыча не знает о ведущейся на нее охоте.

Голл прокладывал путь через лес, внимательно разглядывая листья и ветки, но в основном землю, время от времени что-то ворча себе под нос и кивая.

— Их четверо, но это не те же четверо, — тихо сказал он, вернувшись после короткой разведки. — Они потеряли одного из гвардейцев, и с ними теперь девушка-подросток или хрупкая женщина. Вероятно, тви'лека, но точно не понять.

— Как далеко они впереди? — спросила Исвал.

— Недалеко, — ответил солдат. — Я могу разведать в одиночку, если…

— Нет, — прервал его Чам. — Будем держаться вместе, просто растянемся чуть дальше. Когда ты их увидишь, мы остановимся, чтобы оценить обстановку и спланировать нападение. Все мы знаем, на что способен Вейдер. Если мы хотим добиться своего, нужно застичь его врасплох.

Исвал кивнула, Голл тоже, и они двинулись дальше. Солдат ушел далеко вперед.

— Некоторые охотятся на лайлеков, — прошептал Чам Исвал. — Ты не знала?

— Слышала. К чему ты клонишь?

— Зачем, по-твоему, они это делают? — спросил Чам. — Рискуют жизнью?

— Может, чтобы пощекотать нервы. Или доказать, что они действительно это могут.

— А может, им отчего-то кажется это важным, — заметил командир, и Исвал поняла, что он имел в виду вовсе не лайлеков — так же как и она.

— Наверняка, — кивнула она. — Иначе было бы просто глупо.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Когда Нармн привел гостей в селение, их встретили улыбки и любопытные взгляды. Скромные жилища напомнили Вейдеру его дом на Татуине много лет назад.

Император улыбался и кивал в ответ, благодаря тви'леков за гостеприимство. Его ученик молчал, хотя и понимал, что как его доспехи, так и броня Диза вызывают множество вопросов у местных жителей, которые перешептывались и показывали на них пальцами. Тви'леки заинтересованно столпились вокруг чужаков, но Диз сумел втиснуться между ними и Императором.

— Держитесь подальше, — грубовато бросил он тви'лекам.

— Все в порядке, сержант, — сказал Император. — Пусть стоят. Не так ли, Ирлуук?

Вейдер ответил на древнем языке ситхов, так что понять его мог только Император:

— Вы собираетесь их убить, учитель?

— У меня нет таких планов, ученик, — ответил на том же языке Император, продолжая улыбаться. — Но они в любом случае умрут. Ты убил их в то самое мгновение, когда пощадил девочку.

— Не понимаю, — удивился Вейдер.

— Поймешь. Терпение, друг мой.

От небольшой толпы отделилась Друа, весело улыбаясь в свете факелов. Сопровождавший ее худой морщинистый тви'лек с коричневой кожей держался одной рукой за плечо девушки. Судя по его молочно-белым глазам, он был слеп.

— Мой дедушка, — представила Друа.

Старик склонил голову так же, как до этого Нармн. Вероятно, движения его лекку означали приветствие, но Вейдер этого не понял.

— Наш обычай — гостеприимно принимать всех чужаков, — тонким ломающимся голосом проговорил старик. — Но моя внучка поделилась вашими именами, и теперь вы больше не чужаки. Добро пожаловать, Сержант, Кратаа и Ирлуук. Наше селение приветствует вас.

Все вокруг закивали, покачивая лекку и улыбаясь. Старик поднял руки, призывая к тишине, и продолжил:

— Дождь прекратился, и у нас новые друзья. Уже поздно, но не настолько. Устроим же праздник с музыкой.

Ответом ему стали радостные возгласы. Где-то впереди заиграли свирели, которые они уже слышали раньше, затем к ним присоединился барабанный бой. Многие селяне начали напевать на риле, своем родном языке, то вздымающуюся, то опадающую мелодию, похожую на шум дождя и громыхание грома.

Взяв Императора за руку, Друа повела его на середину селения. Селяне хлопали Вейдера и Диза по плечам, выкрикивая слова приветствия. Вейдер позволял вести себя, глядя на улыбающиеся лица и осознавая, что смотрит на призраков.

В центре селения уже горел большой костер. Возле него играли на резных свирелях двое тви'леков, покачиваясь в такт собственной музыке. Между ними сидел барабанщик, отбивая ритм.

Вокруг костра были расставлены украшенные резьбой пни, на которые усадили гостей. Остальные жители селения толпились вокруг, разговаривая и улыбаясь; одна пара даже начала танцевать. Другие сидели на пнях, беседуя друг с другом. Дед Друа сел рядом с Вейдером и Императором. Прежде чем юная тви'лека успела сесть, Император сказал ей:

— Друа, может, принесешь Ирлууку сломанный передатчик, про который ты говорила? Он умеет их чинить.

Вейдер вопросительно взглянул на учителя.

— Доставь мне удовольствие, — сказал ему Палпа-тин. — Друа, можешь его принести?

— Конечно, — ответила Друа и убежала.

Вскоре она вернулась, неся Вейдеру маленький коммуникатор, которому навскидку было несколько десятков лет, и ящик с инструментами — примерно такими же, какими пользовался Вейдер, когда мальчишкой мастерил всякие штуки из металла и еще не был закован в него сам. Открыв ящик, он взял в руку инструмент и обнаружил, что тот лег в нее столь же легко, как и рукоять его светового меча. Быстро разобрав коммуникатор, он принялся за работу. Проблему он понял почти сразу, и исправить ее было несложно. Друа наблюдала за ним, широко раскрыв глаза.

— Вижу, ты сохранил умения своей юности, — наклонившись к нему, молвил учитель.

— Но ничего больше с тех времен, — ответил Вейдер.

— Посмотрим, — проговорил Император.

* * *

Ветер донес слабое, но раздражающее гудение где-то впереди.

— Что это? — спросила Исвал Чама.

Нахмурившись, командир пожал плечами:

— Поглядим, что скажет Голл.

Он дал знак шедшему сзади отряду остановиться. Им не пришлось долго ждать возвращения Голла, ушедшего вперед.

— Что это за звук? — спросил Чам.

— Думаю, сигнальное устройство, а может, музыка или еще что-нибудь, — ответил рослый тви'лек. — Или, может быть, этим звуком отгоняют животных. Я точно не уверен, но, похоже, вреда от него нет. К тому же это неважно, поскольку мы нашли их — Вейдера и Императора. Мы их нашли.

У Исвал отчаянно забилось сердце, кровь прилила к лицу, но она тут же успокоилась, готовая действовать.

Чам схватил Голла за плечи:

— Говори, где?

— В полукилометре отсюда есть ущелье. — Он кивнул в сторону, показывая направление. — Похоже на старый карьер. Я видел их там.

— Видел их? — с трудом сдерживаясь, переспросила Исвал. — Так чего мы ждем? Пошли. Чам, вызывай истребители Белкора, мы можем…

— Нет-нет, — покачал массивной головой Голл, и его серьезный вид остудил пыл Исвал. — Никого пока не вызывай, и тем более Белкора.

— Что такое? — осторожно спросил Чам.

— Там деревня, Чам. Изолированное поселение. Все его жители — крестьяне, тви'леки. Я не видел там даже антенн. Они…

— Какое к ним имеет отношение Вейдер? — бросила Исвал.

— Никакого, — ответил Голл. — Они…

— Никакого? — переспросила тви'лека. — Что значит — никакого?

— Дай мне закончить, Исвал! — огрызнулся солдат, и Исвал замолчала. — Они все собрались в центре деревни. Похоже на… какое-то празднество.

Исвал поняла — Голл говорил о простых крестьянах.

— Жители деревни не знают, кто к ним пришел. Для них это всего лишь гости.

Из-за суровых условий жизни на Рилоте в селениях тви'леков установились определенные обычаи, в том числе гостеприимство к незнакомцам. Естественно, на имперцев оно не распространялось, но некоторые поселения столь долго находились в изоляции, что в них почти ничего не знали об Империи. Судя по всему, Вейдер и Император наткнулись именно на одно из таких селений, и тамошние тви'леки их приняли.

— Покажи, — попросил Чам.

* * *

Синдулла велел ему садиться, поскольку что-то нашел, но Белкор не подчинялся Синдулле. Ему нужно было продолжать поиски — не только Вейдера и Императора, но и Морс. Он не собирался удаляться за пределы дистанции связи с Чамом, но и прекратить искать тоже не мог.

— Вверх, вниз, вверх, вниз, — сказал он трупу Офима, от которого уже начало дурно пахнуть. — Он думает, будто я приманка для рыболова. Но я не приманка, Офим. Не приманка!

Внезапно он понял, что весь в поту, возможно из-за лихорадки, и разговаривает с трупом. От ударов капель дождя о стекло кабины, не прекращавшегося последние полчаса, болела голова, мысли путались.

— Нужно только продержаться еще несколько часов, верно? Верно, Офим?

Белкор медленно вел спасательный корабль на высоте лесного полога, обследуя мощными сканерами местность внизу и небо вокруг.

Ничего, ничего и ничего.

Он взглянул на часы, проверяя, сколько у него осталось времени, прежде чем на узле связи отремонтируют тарелку и подавят сигнал помех. Мало, очень мало. Голова продолжала раскалываться. А они так ничего и не нашли! Вернее, Чам что-то нашел, но не сказал ему, что именно.

— Он мне не доверяет, — пожаловался Белкор Офиму.

Он попытался вызвать Чама по шифрованному каналу, но тви'лек не отвечал.

— Ответь! Ответь! Ответь! — заорал Белкор, с силой ударяя коммуникатором о ладонь.

Он в ярости швырнул коммуникатор о фонарь кабины. Прибор отскочил от прозрачного пластика и врезался в палубу. Имперец тут же пожалел о своем поступке, боясь, что уничтожил свою единственную связь с Чамом.

Он выругался, хихикнул, снова выругался.

Белкор понял, что с ним случился припадок, приступ тревоги, стресса или чего-то в этом роде. Сердце готово было выскочить из груди, в череп словно кто-то вколачивал гвозди. Он несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь сосредоточиться, и ему удалось хотя бы отчасти взять себя в руки.

И тогда он решил, что приказов Чама с него хватит. Тви'лек действовал слишком медленно, слишком методично и не держал Белкора в курсе дела. Он говорил, что нашел след Вейдера и Императора? Прекрасно. Белкор сам посмотрит, что это за след.

Его корабль летел без огней, и снаружи, посреди ночи и дождя, никто не мог его увидеть невооруженным глазом.

Продолжая лететь над верхушками деревьев, он передал свои параметры скорости и направления пилотам V-истребителей, чтобы те могли держаться рядом, оставаясь на связи, а затем направился туда, где, по его сведениям, должен был находиться Чам.

— Поглядим, что он нашел, Офим.

* * *

Морс не сводила глаз с экрана сканера. Управлявший челноком офицер держался над верхушками деревьев, но не слишком близко. Челнок не отличался особой поворотливостью, и если они заденут толстую ветку…

Внимание моффа привлек появившийся в радиусе действия сканера корабль. Включив передатчик, она вызвала Боркаса.

— Видишь его, Стин? — Морс бросила взгляд в сторону транспортника Боркаса, хотя темнота и дождь не позволяли его увидеть кроме как на сканере.

— Это V-истребитель, госпожа, — послышался голос майора. — Наверняка один из кораблей Белкора. И он летит к нам.

— Причем весьма быстро, — заметил пилот челнока. Морс пожалела, что так и не сумела запомнить, как его зовут.

— Вызови его, — попросила она, пытаясь сохранять спокойствие. Ни челнок Морс, ни транспортник Стина не могли выиграть сражение даже с одиночным V-истребителем. Нужно было как-то уговорить пилота не атаковать их, иначе вся их затея со спасением повелителя Вейдера и Императора погибнет в языках пламени. — Говори ты, Стин. Люди Белкора могут мне не ответить. — Она повернулась к пилоту: — Не отклоняйся от курса.

— Э… вы уверены, госпожа?

— Да, — ответила Морс, судорожно сжимая кулаки при виде приближающегося V-истребителя, который взял ее челнок на прицел. Взвыла сирена.

— Он взял нас на прицел, — сообщил пилот очевидное.

— Говорит майор Стин Боркас с Экваториального узла связи, — спокойным и повелительным тоном произнес Стин в микрофон. — V-истребитель, немедленно деактивируйте оружие и назовитесь.

Атмосферные огни боевого корабля стремительно приближались.

— Повторяю, немедленно деактивируйте оружие и назовитесь.

Орудия продолжали целиться в них, так что мофф решила разыграть последний козырь. Она сомневалась, что Белкор рассказал пилотам всю правду.

— V-истребитель, — подала голос Морс, — вы участвуете в операции по поиску повелителя Вейдера и Императора? Мы находимся здесь с той же целью. Подтвердите.

Рев двигателей пронесшегося над челноком и транспортником корабля был слышен даже сквозь переборку челнока. Морс невольно выдохнула.

Прошу повторить, челнок, — послышался голос пилота.

Морс решила нырнуть с головой в омут.

— Сынок, с тобой говорит мофф Делиан Морс, и я спросила, участвуешь ли ты в поисках повелителя Вейдера и Императора, которые находятся на поверхности неподалеку. И они там исключительно потому, что их звездный разрушитель, а потом и челнок были уничтожены в результате действий предателей Империи, особенно полковника Белкора Дрея. Слышишь меня?

Тишина в эфире.

— Сынок, надеюсь, ты меня понял и отдаешь себе отчет в том, что все это рано или поздно всплывет. Белкор не говорил тебе про Вейдера и Императора?

— Нет, госпожа, — последовал ответ после долгой паузы.

— Сынок, предстоит расследование, какого мы еще не видели, с участием Имперской службы безопасности, гарнизонов штурмовиков и прочего. Послушай, я не знаю, что тебе наговорил Белкор, но ты не должен верить ни единому его слову. И если только ты тоже не предатель, деактивируй оружие и не выходи на связь больше ни с кем, кроме нас. Подтверди.

В последующие несколько секунд у Морс прибавилось седых волос, но V-истребитель наконец перестал в них целиться.

— Подтверждаю. Госпожа, я командир звена Арим Минса, и Белкор сказал нам, что это вы — предатель. И пожалуй, я готов был ему поверить. Возможно, даже более чем готов, поскольку я многим обязан Белкору. Но мне известна репутация майора Боркаса, и он никогда не стал бы предавать Империю. Что вообще происходит, госпожа?

— Растянутая во времени попытка убийства, — пояснила мофф. — Но мы намерены ей помешать. Расскажи все, что знаешь, — кто еще с тобой, где Белкор и так далее.

V-истребитель поравнялся с транспортником и челноком.

— Слушаюсь, госпожа, — сказал пилот.

Вскоре Морс и Стин узнали, что Белкор летит в спасательном корабле, с ним шесть V-истребителей, выстроившихся в цепочку связи, и они ищут как Морс, так и разбившийся челнок Вейдера и Палпатина. Моффу также стало известно, что Белкор говорил пилотам о том, что, возможно, им в конечном счете придется атаковать некую наземную цель на основе лишь ее координат и что, когда он отдаст приказ об атаке, они должны действовать быстро и не задавать вопросов. Наконец, она выяснила, что незадолго до этого Белкор внезапно изменил зону поисков, из чего можно было сделать очевидный вывод.

— У Белкора есть сообщники на земле, — передала она Стину. — Другие изменники или, возможно, группа мятежников. Но так или иначе, у них есть след Императора и повелителя Вейдера.

— Возможно, — с некоторым сомнением проговорил майор Боркас.

— Нужно добраться до Белкора, — продолжала Морс, хотя и знала, что сканеры спасательного челнока засекут их приближение задолго до того, как они увидят Белкора на собственных радарах, и полковник с легкостью может от них улизнуть. К тому же они не знали в точности, где он. Все, что у них имелось, — его последние известные координаты, и они знали, что он находится в радиусе связи с V-истребителем Минсы.

— Можно послать этот V-истребитель, — внезапно сказал Стин. — Пусть его собьет.

— Можно, — задумчиво проговорила Морс. — Но думаю, не стоит. Нужно добраться до Императора. Если Белкор действует совместно с отрядом на земле и мы собьем Белкора, его сообщники все равно могут настичь Императора. Он пожилой человек, Стин. И не в состоянии идти слишком быстро.

— Верно, — ответил Стин. — Я вас понял.

Морс вызвала командира звена, решив попробовать другой замысел:

— Минса, твои люди выполнят приказ даже через голову Белкора?

— Госпожа, мы все тем или иным обязаны полковнику, но… да, они сделают все, что я им прикажу.

— Хорошо. Теперь слушай меня. Продолжай действовать в соответствии с его приказом, но мы будем оставаться рядом, а ты будешь держать нас в курсе всего, что происходит. А потом, когда он прикажет атаковать, ты сообщишь мне координаты цели и не станешь спешить.

— Не спешить, госпожа?

— Я должна оказаться там первой и высадить штурмовиков. Только после этого прилетите вы. Придумай что-нибудь для своих, прикажи сперва совершить разведывательный облет. Они увидят штурмовиков, увидят повелителя Вейдера, и тогда ты скажешь им, что предатель — Белкор. Можешь все это сделать?

— Легко, госпожа.

* * *

Над теплой влажной землей начал подниматься туман. Низко нагнувшись, Чам рассматривал ютившееся на дне карьера селение, и увиденное казалось ему чем-то сюрреалистичным. Вейдер, Император и гвардеец без шлема сидели у костра в кругу тви'леков, передавая друг другу фрукты и потягивая напитки. Вейдер трудился над каким-то устройством, которое держал в руках. Со дна карьера доносилась мелодичная музыка свирелей и барабанов.

— Ты не поверишь, — сказал он, передавая макро бинокль Исвал. Вскоре ее лицо приобрело столь же изумленное выражение, как и его собственное. Забрав у спутницы бинокль, Голл окинул взглядом сцену внизу, что-то проворчал и вернул устройство Чаму.

— Даже из снайперской винтовки не так-то просто попасть, — сказал Голл. — А у нас нет снайперских винтовок.

— Что будем делать? — спросила Исвал.

Чам посмотрел на Голла, затем кивнул на освещенную факелами тропу, спускавшуюся по одной стороне карьера.

— Твои бойцы могут спуститься так, чтобы никто не заметил?

— Эти тропинки наполовину врезаны в стену карьера, — ответил Голл, разглядывая тропу. — Думаю, в таком тумане мы сумеем спуститься незамеченными, если только никто не выберется туда на ночную прогулку. Но если туман не станет гуще, то, как только мои бойцы окажутся внизу и направятся к селению, они будут видны как на ладони.

— Верно, — согласился Чам. — Будем действовать не спеша. Все по порядку.

— Что ты задумал? — спросила Исвал.

Командир почувствовал напряжение в ее голосе. Теперь, когда Вейдер и Император были в буквальном смысле у них перед глазами, ее охватило неудержимое желание действовать.

— Думаю, поставим отряд Голла на исходную позицию, а потом будем ждать, — ответил он.

Тви'лека закусила губу, словно пытаясь сдержать поток слов, которых, как ей хорошо было известно, говорить не следовало.

— Ждать чего? — наконец вырвалось у нее. — Они же прямо тут, перед нами!

— И еще три десятка невинных, — добавил Чам. — Какими бы они ни были отсталыми, это наши сородичи. Как думаешь, что случится, если я пошлю отряд Голла? Что случится, если я прикажу V-истребителям Белкора нанести удар по этим координатам?

Исвал молча уставилась на него, сжимая и разжимая кулаки.

— Уже поздно, — успокаивающе проговорил командир. — Скоро жители селения вернутся в свои дома. Посмотрим, куда направятся Вейдер и Император. Всем нужно спать, даже им. А потом нанесем быстрый и точный удар. Никто не пострадает, кроме них. И на этом все закончится.

Голл перевел взгляд с Чама на Исвал, потом обратно.

— Если туман станет слишком густым, — наконец кивнула тви'лека, — мы не увидим отсюда дно карьера.

— Все по порядку, — повторил Чам.

— Скажу своим, чтобы начали спускаться, — наполовину вопросительно, наполовину утвердительно сообщил Голл, и Чам кивнул.

Когда он ушел, Исвал протянула руку к макробиноклю:

— Понаблюдаю за ними.

— Кто бы сомневался, — ответил Чам. — Мне все равно надо поговорить с Каллоном.

— О чем? — спросила она.

— О путях к отступлению.

Он немного понаблюдал за бойцами Голла, которые, пригнувшись, начали гуськом спускаться по вырубленной в камне тропе, ведшей на дно карьера, затем отошел за деревья и вызвал по коммуникатору Каллона.

— Слушаю, Чам, — послышался голос.

— Не спорь ни с чем, что я собираюсь сказать. Понял?

— Гм… да, хорошо.

Чам набрал в грудь воздуха и заговорил:

— Ты должен немедленно вернуться и начать организованное отступление наших сил в горы. Проследи, чтобы с базы забрали все снаряжение и технику.

— Я не…

— Не перебивай.

— Ладно, продолжай.

— На Рилот уже летят имперские войска, которые окружат всю систему блокадой и просканируют каждый миллиметр поверхности. Ничего подобного мы еще не видели, Каллон. И ты знаешь, что они найдут любую нашу тайную базу, а сотни тви'леков окажутся в руках Имперской службы безопасности. Нужно немедленно уходить в подполье, разделяться на ячейки. Процедура известна всем нашим, и тебе тоже. Действуй.

Последовала долгая пауза.

— Ладно, займусь. До встречи на другой стороне, Чам. Что там у вас?

— Мы их нашли. Теперь их остается только убить.

Чам отключил связь с Каллоном и вызвал Фейлин.

— Слушаю, — откликнулась та.

— Оставайся на месте и жди вызова на этой частоте. Если что-то пойдет не так, заберешь нас. Придется всем набиться в твой корабль. Каллону я поручил другую задачу.

— Поняла.

Чам вернулся к Исвал, которая стояла рядом с Голлом, глядя в макробинокль на селение, на их добычу. Отряд уже спустился достаточно далеко по тропе.

— У подножия тропы нет никого из селения, — сообщила тви'лека. — Они все в его центре.

— Хорошо, — кивнул Чам.

— Видел, с чем возится Вейдер?

— Нет, — ответил Чам. — А ты поняла?

— Это коммуникатор. Старый, но ошибиться невозможно.

— Старый коммуникатор не пробьется через помехи Каллона.

— Согласна.

— Как-то трудно представить его за починкой коммуникатора, — заметил Чам. — Интересно, кем он был до того, как надел эти доспехи?

Исвал опустила бинокль:

— Сдерем их с его трупа и узнаем.

* * *

Белкор понял, что напевает под нос какую-то песенку тех времен, когда он был еще лейтенантом.

В какой-то момент он пришел к выводу, что ему суждено умереть и ничто уже не в состоянии этому помешать. Он принял это как должное, но также решил, что сперва необходимо покончить с Вейдером, Императором, Синдуллой и его дурацкими последователями. И тогда его имя будут помнить в течение многих поколений.

— Почему бы и нет, Офим? — спросил он у трупа, все так же пристегнутого к креслу рядом с ним.

Он подумал, что окончательно сошел с ума, но потом понял, что у настоящих сумасшедших таких мыслей никогда не возникает.

Продолжая напевать, он окинул взглядом дисплеи сканеров, примерно зная местность, где должен быть Синдулла. Вскоре он нашел их — большую группу живых существ, собравшихся вокруг чего-то наподобие маленького каньона.

— Вот вы где, — пробормотал он, прибавляя скорость.

* * *

Вейдер едва слышал музыку тви'леков и не мог притронуться к еде. Он был среди них и в то же время понимал, что благодаря своим доспехам, могуществу и интеллекту он так же далек от них, как звезда в небе. Для него они были эфемерными мимолетными сущностями, нисколько не трогавшими душу. Он сосредоточился на коммуникаторе, зачищая контакты и соединяя провода, и весь процесс казался ему подобием медитации.

— Удивительно, — проговорила Друа, наблюдая за его работой.

Вейдер собрал коммуникатор и протянул его девушке:

— Дело сделано.

— Ты его починил? — спросила Друа. — Вот так просто?

— Я не это имел в виду, — ответил Вейдер, хотя Друа его не поняла. Он чинил устройство не для того, чтобы оно заработало. Он чинил, чтобы удостовериться, что ничего при этом не почувствует. Чинил, чтобы избавиться от собственных призраков. Вне всякого сомнения, именно с этой целью учитель попросил тви'леку принести ему коммуникатор.

Девушка включила устройство, не зная, в отличие от Вейдера, что помехообразующий сигнал препятствует любой связи. Она повернула ручку, перебирая несколько частот.

Неожиданно устройство ожило, и тви'лека улыбнулась.

— Эй, послушайте!

Коммуникатор оказался настроен на открытую имперскую частоту, которую использовали для управления торговыми транспортными потоками, и Вейдер услышал монотонный голос, отдававший распоряжения прибывающему грузовику. Он удивленно выпрямился, сразу же поняв, что это значит.

— Похоже, связь снова заработала, — проронил Император и повернулся к Дизу. — Сержант, будь так любезен, передай вызов на закрытой частоте моффа.

— А если мофф — предатель? — спросил Вейдер.

— О Делиан Морс можно сказать многое, повелитель Вейдер, — усмехнулся Император. — Она ленива, любит наслаждения, склонна к нигилизму, но никогда и ни за что не предаст Империю. И после сегодняшних событий, подозреваю, она начнет избавляться от своих слабостей. Действуй, сержант.

Император сообщил Дизу код частоты. Диз настроил старый коммуникатор на закрытый канал, доступный только моффам, и послал вызов.

— Скоро все закончится, — сказал Император Вей-деру.

Тот окинул взглядом тви'леков, продолжавших улыбаться, есть и петь.

Призраки. Все они были лишь призраками.

* * *

Услышав внезапный треск в коммуникаторе, Морс едва не вскочила с кресла.

— Связь снова работает, госпожа! — объявил пилот.

— Да, слышу! — воскликнула мофф и вызвала майора Боркаса. — Стин, передай мою благодарность своим людям в узле связи. Они справились на несколько часов раньше.

— Будет сделано, госпожа.

— Входящий вызов, госпожа, — сообщил пилот. — Канал… заблокирован, госпожа. Я не могу ответить.

Морс увидела, что передача идет по закрытому каналу, зарезервированному для моффов.

— Я приму, — ответила она, вводя код доступа. — Мофф Делиан Морс слушает. С кем я говорю?

— Говорит сержант императорской гвардии Эрстин Диз. Вызываю вас от имени императора Палпатина, — произнес незнакомый Морс голос. — Император и повелитель Вейдер находятся по нижеследующим координатам и нуждаются в немедленной эвакуации.

Морс с трудом верила собственным ушам.

— Принял координаты? — спросила она пилота.

— Да, госпожа, — ответил тот.

— Сержант Диз, — продолжала Морс, — мы считаем, что Императору и повелителю Вейдеру грозит опасность. Если возможно, переместитесь вместе с ними в другую точку и сообщите мне новые координаты по тому же каналу.

— Понял вас, мофф Морс.

— Летим к вам.

* * *

Белкор летел на большой высоте над, как он теперь понял, старым каменным карьером, на дне которого горело несколько маленьких костров и один большой. Вокруг большого костра собралось множество гуманоидных форм жизни. Наведя сканер, он начал увеличивать картинку, пока не увидел…

Вейдера и Императора, сидевших среди толпы тви'леков.

Он попытался сдержать смешок, но не смог и расхохотался. Вся сцена показалась ему до странного нелепой, как и весь сегодняшний день.

Еще одна группа тви'леков спускалась по стене карьера, а еще несколько оставались на обрыве, нависавшем над селением.

— Привет, Синдулла, — хмыкнул Белкор.

Теперь все они были у него в руках, все в одном месте, и он собирался с ними покончить.

— Они это заслужили, — пробормотал он, обращаясь то ли к Офиму, то ли к самому себе. Впрочем, это уже не имело значения.

Он потянулся к коммуникатору — ему доставило бы немалое удовольствие поиздеваться над Синдуллой, — но тот взорвался громким треском и писком, и полковник невольно вскрикнул, сперва подумав, будто ему мерещится. Неужели на узле связи сумели так быстро починить тарелку?

Несколько мгновений он смотрел на верещащий коммуникатор, тяжело дыша и чувствуя, как на лбу выступает испарина. Если связь снова работает — что тогда?

— Что бы это значило, Офим? — спросил он.

Медленно протянув руку к передатчику, он вызвал узел связи:

— Слышите меня?

В ответ раздался шум помех, затем слова:

— Говорит Экваториальный узел связи. Слышим вас. Представьтесь…

Белкор выронил коммуникатор, словно тот был раскален добела, но тут же поспешно схватил его снова и передал координаты селения тви'леков командиру эскадрильи V-истребителей.

— Изменники там, на земле. На дне старого карьера деревня тви'леков, и еще много других тви'леков на стене и на обрыве. Убейте их всех. Никто не должен уйти. Подтверди.

— Подтверждаю… сэр, — последовал после долгой паузы ответ командира звена.

Белкору хотелось увидеть все самому, и он опустился ниже, ожидая, когда истребители начнут бойню. Будь у его корабля хоть какое-то оружие, он бы тоже к ним присоединился, но, будучи безоружным, мог лишь наслаждаться зрелищем. И он все еще мог поиздеваться над Синдуллой.

* * *

Зажужжал шифрованный коммуникатор Чама.

— Говори, — сказал он Белкору.

— Угадай, что произошло, Синдулла, — возбужденно протараторил полковник. — Связь снова работает!

Тви'лек почувствовал, как кровь приливает к коже:

— Что? Откуда ты знаешь?

— Сам попробуй! — ответил Белкор. — Смелее. Все рушится, Синдулла. Хотя не только для меня. Приготовься.

Чам включил свой коммуникатор и вызвал Каллона, который сейчас находился слишком далеко, чтобы его услышать, если помехообразующий сигнал все еще действовал.

— Каллон, слышишь меня? Каллон?

— Слышу, — раздался удивленный ответ инженера. — Чам…

Выругавшись, предводитель оборвал связь и бросил взгляд на стоявшую рядом Исвал. Вид у нее был потрясенный. Чуть дальше стоял Голл, скрестив на груди мускулистые руки.

— Связь снова работает, — сообщил им Чам.

— Значит, нужно действовать. — Исвал кивнула в сторону селения.

— Мой отряд на позициях, — сказал Голл.

Чам кивнул. Бойцы Голла расположились вдоль ведущей на дно карьера тропы, готовые двинуться к селению. Голл остался с Чамом и Исвал, обеспечивая огневую поддержку и координацию сверху.

— У него коммуникатор, Чам, — сказала Исвал. — У Вейдера. Мы видели. Они пошлют за помощью. У нас нет времени.

Командир покачал головой, пытаясь трезво оценить обстановку, несмотря на путающиеся мысли.

— Нет, немного времени у нас остается. Поблизости нет никого из имперцев.

— Этого мы не знаем, — возразила женщина. — А если есть? Это наш единственный шанс. Иначе все не имеет смысла.

Чам обвел взглядом селение, тви'леков, женщин и детей и снова покачал головой.

— Пока подождем, — сказал он.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

— Ты должен это сделать, — заявила Исвал, но слова ее прозвучали не слишком убежденно. — Сейчас или никогда.

Чам несколько мгновений смотрел на селение с болью во взгляде.

— Чам? — мягко спросил Голл. — Действуем или нет?

— Действуем, — ответил командир, не сводя глаз с жителей деревни. — Но сперва сделаем предупредительные выстрелы.

— Что? — переспросил Голл.

— Чам… — проговорила Исвал.

— Я не стану стрелять в тви'леков, — заявил тот. — Они услышат выстрелы и спрячутся в шахте. Для того она и предназначена — это их убежище. Вероятно, она выходит куда-то в лес.

— Мы лишимся элемента внезапности, — заметил Голл, предпочтя не озвучивать возможные последствия, но их озвучила Исвал:

— Из-за тебя погибнут несколько наших. Ты видел, на что способен Вейдер.

Она ненавидела себя за собственные слова, но понимала, что сказать их необходимо.

Лицо Чама исказилось в гримасе, какой Исвал никогда прежде за ним не замечала. Его взгляд был полон боли, гнева, отчаяния. Она поняла, что он крайне устал.

— Думаешь, я сам не знаю, Исвал? Но наши солдаты сами решили сражаться и, возможно, погибнуть — чего не скажешь о местных жителях. Мы борцы за свободу, а не… — Он замолчал, качая головой.

— А не кто? — спросила Исвал.

— Подумай о том, что мы тут обсуждаем, — сказал Чам. — Налет истребителей на селение тви'леков. Убийство тви'леков имперскими пилотами по нашему приказу. Вот о чем мы говорим. Подумай.

Исвал незачем было думать — слова Чама показались ей ударом под дых. Она вспомнила Рийин и других девушек, которых она спасла за все эти годы, представила таких же девушек в селении, просто оказавшихся не в том месте и не в то время.

Прежде она была убеждена, что обстрел селения с воздуха — правильный поступок. Что гибель тви'леков стоит того, чтобы расправиться с Вейдером.

Почувствовав, как к лицу приливает кровь от стыда, она наклонила голову.

— Все в порядке, — сказал Чам.

Она подняла взгляд:

— Нет, не в порядке.

— Мы все иногда заблуждаемся, Исвал, — проговорил он. — Нужно просто найти выход.

Внезапно ей вспомнилось, почему Чам столь важен для их движения и того, что последует за ним. Он многие годы сражался с Империей, ненавидел Империю не меньше, чем Исвал, но, несмотря на всю ненависть, в своей борьбе всегда руководствовался принципами.

Она любила его — в этом следовало признаться. Он действительно был борцом за свободу. Может, и не более того, но уж точно не меньше.

— Мы все еще можем уйти, — с трудом произнесла она.

Чам не колеблясь покачал головой.

— Пок, — сказал он. — Крост, Дрим, Вераул, Эшго, Див, Мирсил, Нордон, Крев…

Он продолжал называть каждого из погибших в этот день членов их движения, и Исвал в очередной раз поняла, какое бремя он на себя взвалил.

— Ради них мы не должны уходить, — продолжал он. — Иначе их смерть не будет иметь никакого смысла. Звездный разрушитель стоил того, чтобы отдать за него жизнь. И точно так же этого стоят Дарт Вейдер и Император. Ты была права, Исвал.

Она попыталась найти подходящие слова, но, так и не сумев этого сделать, просто взяла его за руку.

— Мы можем произвести пару выстрелов над головами жителей селения, — кашлянув, предложил Голл, — чтобы дать им время уйти в туннель. Но что, если Вейдер и Император тоже сбегут? Что тогда? Они могут взять все селение в заложники или просто сбежать через тот туннель. Что, если они сбегут, Чам? Упустим их или рискнем жизнями нескольких местных?

— Нам не придется рисковать, — ответил Чам, а затем они с Исвал хором продолжили: — Вейдер не сбежит.

Посмотрев ему в глаза, Голл кивнул и поднес ко рту наручный комлинк, отдавая приказы своим.

— Порой решение может быть верным и неверным одновременно, — сказал Чам.

— Угу, — только и смогла ответить Исвал.

Когда Голл кивком сообщил Чаму, что его бойцы готовы, тот достал шифрованный комлинк и вызвал Белкора.

— Белкор, прикажи истребителям по моему сигналу нанести удар по указанным координатам.

— Пожалуй, так и сделаю, — почти весело ответил имперец. — Думаю, прямо сейчас.

— Нет. По моему сигналу, Белкор. Не раньше.

— Я тебя вижу, Синдулла! — смеясь, пролаял Белкор. — Я тебя вижу, и ты сгоришь вместе с остальными! Я тебе больше не подчиняюсь!

Чам услышал рев рассекающих воздух V-истребителей. Они были уже близко и продолжали приближаться. Чам выругался.

— Предупредительные выстрелы! — крикнул он Голлу. — Сейчас! Немедленно!

* * *

Белкор наблюдал на экране сканера за своими кораблями, летящими низко над деревьями к селению, от которого через несколько секунд должна была остаться выжженная земля. Ему хотелось прыгать от радости, но в кабине для этого не было места, и он лишь приплясывал в кресле, улыбаясь во весь рот.

Внезапно он заметил на сканере нечто странное — еще два корабля, транспортник и челнок.

— Кто это? — спросил он. — Их не должно быть здесь, Офим.

Он вызвал командира звена.

— Минса, я вижу два корабля, сопровождающих твое звено. Опознай их.

Ответа не последовало.

— Минса, опознай те корабли! — Белкор внезапно ощутил пустоту в желудке, которая все росла, наполняясь сомнениями. — Что тут вообще творится?

Он вызвал транспортник, но ответа не получил и попытался выйти на связь с челноком. Тот ответил, и когда Белкор услышал голос на другом конце, у него на мгновение перехватило дух.

— Привет, Белкор, — поздоровалась Морс.

* * *

Чам не отводил взгляда от дна карьера, надеясь, что поступает правильно. Голл поднес ко рту наручный комлинк и скомандовал своему отряду:

— Сделайте несколько предупредительных выстрелов, чтобы рассеять жителей деревни в западном направлении, затем начинайте подбираться к Вейдеру и Императору, но не слишком близко. К нам идет поддержка с воздуха.

Пригнувшись, отряд Голла сбежал по тропе и устремился по дну карьера, используя в качестве прикрытия старые груды камней и стреляя на бегу по зданиям или высоко в воздух. Туманную дымку прочертили красные линии.

Чам услышал донесшиеся со дна удивленные возгласы местных жителей. Выстрелы подожгли несколько хижин из грубо отесанных бревен, и пламя начало быстро распространяться. Один из бойцов Голла, видимо, швырнул в сторону селения гранату — как предположил Чам, не слишком далеко, чтобы не причинить никому вреда, но стены карьера содрогнулись от взрыва, посеяв среди жителей панику.

Сперва тви'леки толпились в центре селения. Слышались крики и вопли, несколько селян посмелее забрались на крыши ближайших строений, чтобы взглянуть на происходящее в карьере. Некоторые стреляли вслепую в приближающихся солдат, но ни один выстрел не попал в цель.

Чам наблюдал за разворачивающимися событиями в макробинокль, надеясь, что жители селения не станут пытаться дать отпор и ему не придется отменять воздушную атаку. На его глазах несколько тви'леков побежали в сторону туннеля шахты. Взрослые подгоняли детей и помогали старикам.

— Уходите, — шептал он.

Вскоре и другие селяне начали уговаривать своих друзей и родных бежать — Чам видел, как они показывают на шахту. Некоторые потянули за собой Вейдера и Императора, и Чам замер, боясь, что и они тоже могут побежать в туннель.

Он затаил дыхание.

* * *

Друа потянула Вейдера за плащ. Вокруг них кричали, вопили и бежали тви'леки. Некоторые стреляли в темноту по невидимому противнику. От двух пылающих домов поднимались к небу языки пламени.

— Наши охотники наконец нас настигли, — проговорил Император, вставая и поправляя одежду. Его прикрывал Диз, стоявший рядом с оружием наготове.

— Идемте! — крикнула Друа. — Там можно укрыться!

— Нужно уходить в туннель, владыки, — подал голос Диз. — Подкрепление уже в пути.

— Не думаю, — покачал головой Император.

Вейдер оттолкнул Друа в сторону.

— Уходи, — приказал ей Император.

Друа посмотрела на него — сперва удивленно, потом рассерженно.

— Уходи, девочка, — повторил Император, и она побежала прочь вместе с остальными. — Тебе придется действовать самому, друг мой, — сказал он Вейдеру. -

Я не могу позволить себе применять Силу на глазах стольких свидетелей.

— Я останусь с вами, мой Император, — сказал Диз.

Вейдер зажег меч.

* * *

— Есть! — доложила Исвал, глядя в макробинокль.

Дарт Вейдер, Император и единственный императорский гвардеец стояли в одиночестве посреди селения. В пламени пожаров их силуэты казались темными призраками. Из кулака Вейдера протянулся тонкий красный луч — его световой меч.

Исвал услышала рев приближающихся истребителей.

— Чам, жители селения ушли. Скажи Белкору, пусть истребители сровняют тут все с землей! Там никого нет, кроме Вейдера и Императора. Они у нас в руках.

Белкор открыл рот, закрыл, снова открыл, но слова будто застряли в горле. Кровь прилила к лицу, он весь вспотел.

— Мофф? — наконец сумел выговорить он.

— Ты пытался убить меня, Белкор. И ты убил сотни своих товарищей.

— Нет-нет, — пробормотал Белкор. — Это какое-то недоразумение. Я…

— Не оскорбляй меня больше, полковник, — бросила Морс. — И не позорься, пытаясь оправдаться. Мне известно все, что ты сделал. И тебе придется за это заплатить.

Белкора охватили ярость, отчаяние, ненависть — вряд ли он смог бы даже назвать все нахлынувшие на него чувства.

— Заплатить? — заорал он в коммуникатор, разбрызгивая слюну. — А ты? Ты тоже должна за все заплатить, мошенница! Заплатить за свою халатность, свою лень, за наркотики, за рабов, за предательство Империи! Я стал предателем сегодня, а ты была им всю свою карьеру! Ты тоже заплатишь за все, Морс!

— Да, я за все заплачу, — ответила мофф. — Я уже расплачиваюсь. Но на моих руках нет крови, Белкор. В отличие от твоих.

Белкор взглянул на посиневший труп Офима, на зияющую рану в его голове и обреченно кивнул. На его руках действительно была кровь, и, поняв это, он внезапно почувствовал себя так, будто из него вынули все кости, будто его тело превратилось в жижу. Он обмяк в кресле, придавленный невыносимым грузом всего случившегося за этот день.

— И потому, — продолжала Морс, — тебе придется заплатить куда больше, чем мне.

К немалому своему удивлению, Белкор вдруг ощутил ни с чем не сравнимое облегчение. Да, он должен был заплатить. Должен.

— И что ты собираешься сделать, мофф? — едва слышно спросил он. — Отдать меня ИСБ? Вейдеру?

— Нет, Белкор. Я не собираюсь отдавать тебя ни Службе безопасности, ни Вейдеру.

Один из V-истребителей отделился от основной группы и устремился к его спасательному челноку. Белкор лишь со вздохом кивнул. Ему даже в голову не пришла мысль бежать — он знал, что в том нет никакого смысла. У челнока не было никаких шансов избежать атаки V-истребителя.

— Конечно, ты бы меня им не отдала, — сказал он. — Я мог бы рассказать им немало такого, что ты хотела бы от них скрыть.

— Все кончено, полковник, — объявила Морс.

«Слава небесам», — подумал Белкор.

— Прощай, — добавила она.

V-истребитель был уже совсем рядом. Компьютер Белкора тревожно запищал, сообщая, что челнок взят на прицел.

Белкор убрал руки с приборов и, откинувшись на спинку кресла, взглянул на труп Офима.

— Прости, Офим.

Взвыла сирена, предупреждая об активации орудий истребителя. Белкор закрыл глаза, и мир вокруг него взорвался ослепительным пламенем.

* * *

Исвал, Чам и Голл инстинктивно пригнулись, когда в небе над ними взорвался корабль, превратившись в оранжевый огненный шар. Чам включил шифрованный коммуникатор, который сжимал в кулаке.

— Что случилось, Белкор? Белкор?

Ответа не последовало.

Небо прочертил истребитель, рассекая оставшееся после взрыва облако. Следом за ним пикировали еще несколько.

— Прикажи им атаковать селение, Белкор. Прикажи…

— Это был его челнок, — сказал Голл, и Чам замолчал на полуслове.

— Что? — спросил он.

— Корабль, который взорвался, принадлежал Бел-кору.

— Нет, — в отчаянии проговорила Исвал. — Не может быть. Или может?

Чам с такой силой стиснул коммуникатор, что у него заболели костяшки пальцев.

— Белкор, слышишь меня? Белкор?

И Чам понял, что все рушится.

На глазах у моффа корабль Белкора взорвался над карьером, выстрелив в небо оранжево-красными огненными языками. Морс с двойственными чувствами посмотрела вслед летящему сквозь пламя и дым истребителю. В каком-то смысле она создала Белкора и теперь считала вполне справедливым, что сама же с ним покончила. Вздохнув, она выбросила полковника с его предательством из головы. Пора было заняться делом.

— Приземлимся по обе стороны от тви'леков в карьере, — сообщила она Стину. — Никто не должен сбежать. Отправь отряд штурмовиков для охраны Императора.

— Есть, госпожа.

— Звену истребителей сделать заход над краем карьера и окружающим лесом, — продолжала она. — Стреляйте по всему, что увидите, но сам карьер не обстреливать.

Она предполагала, что все, кто находится за пределами карьера, — изменники Империи, тви'лекские мятежники из движения «Свободный Рилот» или местные жители, и не собиралась делать между ними каких-либо различий.

— Садимся, — сказал пилот, опуская челнок перед тви'леками, которые спустились по стене карьера и приближались к деревне.

Позади них, отрезая пути к отступлению, приземлился транспортник Стина. Еще до того, как он коснулся земли, распахнулись люки пассажирского отделения и из них начали выпрыгивать штурмовики, выплевывая сгустки плазмы из бластерных винтовок. Половина из них бросилась к селению в поисках Императора.

Тви'леки повернулись к ним, и в то же мгновение открылся люк челнока Морс, из которого выскочили штурмовики с оружием наготове. Тви'леки оказались под перекрестным огнем, дно карьера осветили энергетические лучи. Несколько выстрелов раздалось чуть выше и справа от Морс, вероятно с края карьера.

* * *

Истребители с ревом пронеслись в небе, не сделав по селению ни единого выстрела.

— Откуда взялись те два корабля? — спросила Исвал, стреляя по транспортнику и челноку, которые приземлились по обе стороны от отряда Голла, извергнув из себя штурмовиков.

Дно карьера осветили бластерные выстрелы. В ночном воздухе раздались крики. Отряд Голла оказался в ловушке, пригвожденный огнем к земле.

Исвал увидела, как из селения выбежал Вейдер со световым мечом в руке.

— Видите его? — спросила она.

— Видим, — ответили Голл и Чам.

Они начали палить по Вейдеру и штурмовикам. Кто-то на дне карьера выстрелил в ответ, и заряды отразились от камня, вынудив Исвал и Голла на мгновение отступить от края. Чам продолжал стрелять, стиснув зубы и не сводя глаз с Вейдера.

— Наших отрезают! — крикнул Голл, не прекращая пальбу. — Нужно спуститься вниз или как-то вытащить их оттуда. Вызывай челнок Фейлин!

— Ей не пробиться через V-истребители! — прокричала Исвал, и Чам понял, что она права. Оставшиеся на дне карьера были уже мертвы или обречены на смерть в самое ближайшее время.

Чам решил нанести как можно больше вреда Империи, прежде чем погибнуть самому.

— Всем сосредоточиться на Вейдере, — сказал он. — Стрелять только по нему.

Все трое начали поливать огнем темный силуэт со светящимся красным клинком в руке.

* * *

Морс смотрела сквозь неуязвимый для выстрелов иллюминатор кабины, как сражающиеся с обеих сторон выкрикивают приказы, стреляют из бластеров и гибнут. Тви'леки упали на землю или опустились на колено, разделившись на две группы, каждая из которых отстреливалась в свою сторону, а к ним, пригнувшись и паля на ходу, бежали штурмовики. Тви'леки кричали и умирали. Штурмовики, пораженные бластерными зарядами, валились наземь в почерневшей от огня броне. Морс наблюдала за сражением, сидя в своем кресле. Закончится все могло — и должно было — лишь одним образом. Тви'леки были окружены.

Подняв голову, она увидела разворачивающиеся для атаки V-истребители, которые, видимо, нашли какую-то цель на верху карьера. Взгляд ее привлекло движение за пределами корабля, а когда мофф наконец определила его источник, у нее перехватило дыхание.

Повелитель Вейдер бесстрашно стоял под перекрестным огнем в развевающемся плаще, рассекая мечом воздух и отражая десятки бластерных залпов обратно в тви'леков, которые падали один за другим. Он действовал почти небрежно, словно мысли его были заняты чем-то другим. Взгляд черных линз его шлема был устремлен вверх.

На глазах у Морс, раскрывшей рот от изумления, Вейдер со сверхъестественной скоростью помчался к краю карьера, слишком крутому, чтобы по нему мог взобраться обычный человек. Но мофф знала, что человек, на которого она смотрит, вовсе не обычный.

— Кто это? — тихо спросил пилот, наклонившись в кресле и наблюдая вместе с ней за Вейдером. — Неужели…

— Повелитель Вейдер, — кивнула Морс, заранее пожалев тех, на кого темный владыка устремил свой взгляд.

* * *

— Истребители разворачиваются! — прокричал Голл, стреляя в Вейдера, который мчался по дну карьера столь быстро, что Чам не поверил бы своим глазам, если бы не видел воочию. Исвал палила из двух бластеров, прочерчивая в воздухе красные линии. Чам тоже стрелял со всей возможной быстротой, но клинок Вейдера всякий раз оказывался быстрее, отражая каждый заряд и посылая половину из них обратно в Исвал, Чама и Голла, которым приходилось пригибаться и уворачиваться.

Добежав до отвесной стены карьера, Вейдер прыгнул вверх и, ухватившись за какой-то выступ, присел и прыгнул снова.

— Невероятно, — пробормотал рослый тви'лек, не переставая стрелять.

Исвал уже видела раньше, на что способен Вейдер, и теперь он ничем не мог ее удивить. Они продолжали стрелять вдоль стены, перегнувшись через край карьера, но воздух перед световым мечом Вейдера окрасился красным, и ни один выстрел не мог его задеть. Он перепрыгивал с места на место, поднимаясь все выше и задерживаясь лишь на мгновение, чтобы собраться перед очередным прыжком.

— Как он это делает? — крикнул Голл.

Вейдер в развевающемся плаще казался Исвал каким-то мифическим существом, темным духом смерти, явившимся, чтобы забрать свою дань. Но она не могла позволить ему забрать Чама, который был необходим их движению. К тому же у него была дочь, а Исвал знала, что своих детей у нее никогда не будет.

— Уходим, — сказала она Голлу и Чаму, глядя на дно карьера.

Перестрелка уже ослабевала. Бойцы Голла погибли или умирали. В небе слышался рев истребителей.

— Уходим! — повторила она. — Немедленно!

Чам, казалось, ее не слышал, продолжая стрелять.

Зубы его были крепко сжаты, кожа потемнела.

— Голл, забери его!

Повернувшись, она посмотрела на несущиеся к ним истребители. Проследив за ее взглядом, Голл тоже их увидел.

— Идем, Чам! — крикнул Голл, хватая его за плечо.

— Я не уйду! Уходите сами!

Вейдер прыгнул вверх еще раз, потом еще, не сводя глаз с Исвал и Чама.

— Уходи, чтоб тебя! — заорала Исвал. — У тебя дочь, Чам! Подумай о Гере! Забери его, Голл! Вспомни о нашем уговоре! Уходи!

Она встала, показавшись Вейдеру.

— Что ты делаешь? — закричал Чам. — Ложись, Исвал!

Исвал повернулась к нему и широко улыбнулась.

— Я продумываю путь к отступлению. Я люблю тебя, Чам. А теперь уходите!

С этими словами, прежде чем Чам успел что-либо сказать, она побежала прочь от них по краю карьера, стреляя на ходу в Вейдера из обоих бластеров.

— Исвал! — крикнул ей вслед Чам, но та не обращала на него внимания. Он тоже любил ее. Уже много лет.

— Помнишь меня? — крикнула Исвал Вейдеру, не прекращая в него стрелять. — Помнишь? Я видела тебя на «Губителе», прежде чем разнести его в клочья!

Рев атакующих истребителей показался ей диким воплем.

— Идем, Чам! — Голл потянул его за воротник. — Уходим!

— Я… ее… не брошу! — ответил командир, глядя вслед Исвал и пытаясь вырваться.

Над их головами взревели V-истребители.

Сумев наконец оторвать Чама от земли, Голл взвалил его на плечо, словно мешок, и побежал к деревьям. Предводитель мятежников ругался и пробовал освободиться, но Голл был еще сильнее, чем казался, и справлялся с Чамом, как будто с ребенком.

— Исвал! — крикнул он.

V-истребители в небе открыли огонь. Затрещали, раскалываясь, деревья, вверх взлетели огромные куски земли и камня, и ударная волна заставила Голла споткнуться. Чама осыпали мелкие осколки, а затем еще один, покрупнее, угодил ему в висок. Из глаз посыпались искры, закружилась голова. Голл двигался, будто в замедленной съемке. Звуки исчезли, сменившись однотонным ревом, а затем наступила темнота.

* * *

Перепрыгнув через край карьера, Вейдер замер в клубах дыма, оставшихся после налета истребителей. Ветер развевал его плащ, и Исвал слышала ритмичный шум респиратора. Их разделяло всего восемь метров — ее и человека, бога или еще кого-то, не раз совершавшего то, на что не был способен никто другой.

— Тебе давно пора умереть, — хрипло проговорила она, убирая бластеры в кобуру.

— Тебе тоже, — ответил он низким и глубоким, словно каменный карьер, голосом.

Исвал подумала о Поке, об Эшго, о Нордоне, и в ней вскипела ярость. Закричав, она бросилась на Вейдера с ножом, прекрасно понимая, что никогда не сумеет приблизиться к нему настолько, чтобы воспользоваться холодным оружием. И все же она надеялась, что ей каким-то образом удастся застигнуть его врасплох.

Естественно, у нее ничего не вышло.

Никому еще не удавалось застигнуть врасплох Вейдера. Да и как?

Подняв руку, он остановил Исвал на бегу. Ее тело перестало подчиняться разуму, будто сжатое в гигантском кулаке. Она почувствовала, как поднимается над землей, как нож выпадает из ее руки. Вейдер едва заметно повернул голову, посмотрев тви'леке в глаза, и свел вместе большой и указательный пальцы.

Невидимая сила сдавила горло Исвал, и она почувствовала, что не может вздохнуть. Все ее тело кричало, требуя кислорода, и она уставилась на Вейдера, словно пытаясь пронзить его полным ярости и ненависти взглядом.

В глазах у тви'леки потемнело, поле зрения сузилось, превратившись в туннель, в конце которого стояла, подняв руку, фигура в темных доспехах. Вскоре она уже ничего не видела, лишь слышала размеренное дыхание Вейдера, не в силах сама сделать вдох. А затем ее окутал мрак.

* * *

Открыв глаза, Чам обнаружил, что находится на корабле — конвойном катере Фейлин. Транспорт поднялся в воздух, и Чам понял, что Исвал навсегда осталась там, внизу, — как и все остальное.

— Нет, — пробормотал он, уставившись невидящим взглядом в переборку. Все было кончено. Исвал погибла. Все погибло.

— Что случилось? — крикнула из кабины пилот. — Где все? Что случилось, Голл?

— Управляй кораблем, Фейлин, — ответил Голл. — Чам? Ты цел? Не ранен?

— Они погибли? — спросила Фейлин. — Все?

— Управляй кораблем, человек! — рявкнул солдат.

— Да, погибли, — глухо проговорил Чам. — Все погибли. Наше движение погибло.

Исвал погибла.

— Не говори так, — покачала головой пилот. — Не надо. Это неправда. Мы ведь еще остались.

— Держись над деревьями, Фейлин, — сказал Голл. — Связь снова работает, и скоро тут будет не протолкнуться от имперских кораблей.

Девушка молча послушалась.

— Кто мы такие? — спросил Чам. — Кто мы такие, Фейлин? Всего лишь рой насекомых, пытающихся ужалить ранкора.

— У тебя путаются мысли, — заметил Голл. — В тебе говорит горе. Я уже с таким сталкивался.

— Что, правда? — бросил предводитель. — В самом деле?

— Она была и моим другом, Чам, — ответил Голл.

Но для Чама она была больше чем другом, хотя никто из них так и не решился об этом сказать до самого конца.

— Тебе не следовало ее слушать, — сказал он Голлу.

— Конечно следовало. И ты это знаешь. Ты должен продолжить наше дело, Чам. Никто это не сможет, кроме тебя. Вот почему она задержала Вейдера. Ты сам это знаешь.

Чам не знал. Хотя на каком-то подсознательном уровне понимал, что она была права.

— Что будем делать, Голл? — спросила Фейлин. — Куда мне лететь?

Солдат уставился на командира:

— Чам? Что будем делать дальше?

Чам подумал обо всех, кого потерял в этот день, — не только об Исвал, но и о многих других. Он подумал о мужчинах и женщинах, которых ему еще предстояло потерять в будущем, когда Рилот окажется под пятой Империи и начнут допрашивать любых подозреваемых в мятеже, каких только удастся найти. Он знал, что это не закончится никогда. Рилот — всего лишь очередное препятствие для Императора и его планов. Завтра будет стерта в пыль еще одна планета, потом еще. Империя была машиной, жернова которой продолжали вращаться, перемалывая свободу, пока та вообще не перестанет существовать во всей Галактике.

Кто-то должен был продолжать сражаться. Кто-то должен был заставить имперцев заплатить за все это, за Исвал, за каждую жизнь, которую они забрали, устанавливая свой закон и порядок.

Чам не мог все бросить. Он только что заплатил самую большую цену, какую только мог себе представить, и Империя больше не могла ничего ему сделать. Он знал, что будет сражаться во веки веков, без угрызений совести и безо всякой жалости. Чего бы это ни стоило.

— Нужно как можно быстрее вывезти из этой системы столько наших, сколько удастся, — сказал он. — После уберемся отсюда сами. Каллон наверняка уже начал эвакуацию. А потом…

Он замолчал, и перед его мысленным взором возникла Исвал — ее яростный взгляд, ее широкая улыбка, которую он запомнил навсегда. Глаза его наполнились слезами, но решимость осталась непоколебимой.

— Потом — что? — спросила Фейлин.

— Потом мы будем сражаться. Чего бы нам это ни стоило.

Планы могли появиться и позже. Пока же хватало и готовности продолжать бой.

Усмехнувшись, Голл с силой хлопнул его по плечу.

— Слышала, что он сказал? Будем сражаться!

Исвал пришла в себя, стоя на коленях со скованными за спиной запястьями. Штурмовики выкрикивали приказы друг другу, перемещаясь по карьеру и расстреливая еще оставшихся в живых бойцов «Свободного Рилота». Похоже, в плен собирались взять только ее одну. Она представила, как ее допрашивает Вейдер, и попыталась об этом не думать. Чама нигде не было видно, и это давало ей надежду. Она убеждала себя, что ему удалось уйти. Она продумала путь к отступлению — для него.

Перед ней стоял Император — старик в темных одеждах с волевым подбородком и острым как нож взглядом. Рядом с ним возвышалась темная фигура Дарта Вейдера. Позади расположились полукольцом штурмовики, чья белая броня призрачно поблескивала во мраке. За спиной Императора маячил гвардеец без шлема, с покрытым татуировками лицом, весь в грязи и копоти.

— Она боится, что я отдам ее ИСБ, — удивительно мягко сказал Император Вейдеру. — Есть вещи куда хуже, моя дорогая.

— Я вас вовсе не боюсь, — бросила тви'лека.

— Думаю, это правда, — кивнул он. — Ничего другого я и не ожидал. Но ты так почти ничего и не поняла.

Исвал высоко подняла голову:

— Я поняла, что Империя сегодня потеряла звездный разрушитель и сотни солдат. И вы потеряли их благодаря нам.

— Верно, — едва заметно улыбнулся Император. — Совершенно верно. Ты знаешь, что я потерял, но знаешь ли ты, что я приобрел? Ты об этом думала?

— Ничего ты не приобрел! — презрительно бросила она. — Тебе едва удалось уйти живым.

— О, моей жизни ничто не угрожало, дорогая моя девочка. Но поскольку ты, похоже, так и не в состоянии понять, что тут произошло на самом деле, я тебе расскажу. Все случившееся сегодня произошло лишь потому, что так позволил я. Да, твое жалкое движение нанесло удар, но слишком рано, до того, как оно созрело в достаточной степени, чтобы представлять серьезную угрозу. А теперь оно исчерпало свои силы и из него ничего уже не вырастет. Как думаешь, что от него осталось после сегодняшнего дня?

Исвал могла вынести что угодно, но только не эхо слов Чама из уст Императора.

— Заткнись, — бросила она, отводя взгляд и ненавидя себя за выступившие на глазах слезы. — Ты сам не знаешь, о чем говоришь.

Чам остался, убеждала она себя. По крайней мере, остался он.

— Ага, теперь начинаешь понимать, — проговорил Император. — Возможно, вы думали, что сегодняшние события станут искрой, от которой вспыхнет восстание? Ну конечно. — Он презрительно рассмеялся, и его смех ножом врезался в мозг Исвал. — Этого никогда бы не случилось, моя дорогая. Ваше движение стало свечкой, которой я позволил зажечься, а теперь… она погасла, так ничего и не воспламенив. — Он присел и посмотрел ей в глаза пустым, словно у трупа, взглядом. — Ничего. — Он встал. — Повелитель Вейдер?

Стоявший позади него, словно темная гора, Вейдер зажег меч, и Исвал услышала в шипении клинка эхо собственной смерти. Слезы в ее глазах высохли, сменившись вызовом, гневом, надеждой, что по крайней мере Чаму удалось спастись и он понесет дальше огонь восстания, не дав ему погаснуть.

Она без тени страха уставилась на Вейдера.

— Я ненавижу тебя и все, что ты в себе воплощаешь, — процедила она. — Но когда я убивала, я убивала из любви.

Вейдер поднял меч, и на фоне его громкого размеренного дыхания послышался низкий и глухой, словно похоронный гонг, голос:

— Я в точности знаю, что ты имеешь в виду.

Он взмахнул клинком.

* * *

Обезглавленное тело упало к ногам Вейдера, и он погасил меч.

— Для него еще есть работа, друг мой, — сказал Император, кивая на рукоять клинка Вейдера.

— Учитель?

— Местные жители, повелитель Вейдер. Друа и ее народ. Мы не можем оставить в живых столько свидетелей. Буду ждать тебя здесь.

Вейдер посмотрел на темный вход в шахту, куда сбежали Друа и остальные жители селения. Он почувствовал на себе пронизывающий, полный ожидания взгляд Императора, и ему стало ясно, что суть сегодняшних событий состояла не только в том, чтобы истощить движение Сопротивления, прежде чем оно успеет разрастись. Как подозревал Вейдер, они имели целью также испытать его, вынудив встретиться лицом к лицу с призраками прошлого и изгнать их полностью и навсегда. Теперь он намного лучше понимал, что его учитель имел полное право подвергнуть его испытанию. Становилось также понятным, почему Палпатин в течение всего дня столь мало демонстрировал свое истинное могущество. Возможно, он хотел, чтобы Вейдер полагался только на себя, сражаясь с брошенными ему вызовами. А может, ему хотелось казаться слабее, чем он есть на самом деле, чтобы выявить любые тайные амбиции, которые мог затаить Вейдер.

— Слушаю и повинуюсь, учитель, — ответил владыка ситхов.

Включив меч, он направился к пещере, вспоминая другой день — день, когда он вошел в Храм джедаев, заполненный одними лишь детьми. Тогда он убил их всех — так же, как теперь собирался убить тви'леков.

За его спиной послышался смех учителя, показавшийся Вейдеру даже громче, чем крики мирных жителей, гибнущих от его клинка.

Покончив с ними, он вернулся к учителю.

— Отличная работа, друг мой, — сказал Дарт Сидиус и вытер руки, словно очищая их от грязи. — А теперь займемся делами поважнее.

Content

Пол Кемп
Звездные Войны
Повелители Ситхов

БЛАГОДАРНОСТИ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ